Мы есть легион

Глава 1 пролог

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

Эпиграф

«И спросил его Иисус: как тебе имя? Он сказал: легион, потому что много бесов вошло в него».

— Евангелие от Луки, 8:30

---

ПРОЛОГ. БОГИ НАХОДЯТ ГЕРОЯ

---

Тьма.

Не та тьма, что бывает, когда закрываешь глаза. Не та, что в пещере без огня. Другая — густая, живая, древняя. Тьма, в которой ещё не родились звёзды.

Посреди этой тьмы висел горн.

Он не стоял на земле — земли здесь не было. Он парил в пустоте, ни на что не опираясь, и пламя в нём было единственным светом на тысячи миров вокруг. Пламя не коптило, не дымило, не согревало — оно просто горело, и этого было достаточно.

Рядом с горном сидели двое.

Первый был огромен. Таким большим, что, если бы он встал в полный рост, его голова упёрлась бы в небеса, а пятки провалились бы в преисподнюю. Он не вставал — сидел на корточках, обхватив колени руками, и смотрел в огонь. Борода его шевелилась сама по себе, потому что в ней ворочались маленькие духи, которым не нашлось другого дома. Иногда один из них высовывался, оглядывался и снова прятался в бороду.

Второй был маленьким. Очень маленьким. Он сидел на плече у первого, болтал ногами и постоянно вертелся, пытаясь разглядеть что-то в темноте. В руках у него было вязание — он вязал носки из облачной пряжи, которая тянулась бесконечно из кармана его жилетки.

— Горка, — сказал маленький, не отрываясь от вязания. — Скучно.

— Знаю, Морка, — ответил большой басом. Голос его звучал так, будто камни перекатывались в пещере.

— Миры все скучные. — Морка отложил вязание и начал загибать пальцы. — Гномы воюют с эльфами. Люди молятся. Драконы спят. Демоны интригуют. Ничего нового.

— Знаю.

— А может, пойдём что-нибудь сломаем?

— Лень.

Морка вздохнул и продолжил вязать. Спицы мелькали в его маленьких ручках. Носок получался кривоватым, но тёплым.

— Горка, — снова позвал он через минуту.

— А?

— А может, в карты?

— В какой раз?

— (считает) В тысяча первый.

— Надоело.

— А может...

— Морка, — перебил Горка устало. — Заткнись и дай посмотреть на огонь.

Морка заткнулся. На минуту. Потом снова завозился.

— Горка...

— Что??

— А может, миры посмотрим? Ну а вдруг там что интересное творится?

Горка задумался. Это было заметно — его борода перестала шевелиться, духи в ней замерли.

— А давай, — сказал он наконец. — Всё равно делать нечего.

Он щёлкнул пальцами. Звук был такой, будто столкнулись две галактики.

Перед ними раскрылись сотни окон — квадратных, круглых, овальных, разного размера. В каждом окне был свой мир. В одном гномы рубились с орками. В другом эльфы пели у дерева. В третьем дракон жёг деревню. В четвёртом просто шёл дождь.

Морка прилип к окнам, перебегая взглядом с одного на другое.

— Эльфы... эльфы... гномы... опять эльфы... скука... скука... о, что-то про природу. А дракон жрёт корову! (пауза) Уже сожрал. Скука...

Горка лениво просматривал миры, не проявляя интереса. Он уже всё это видел. Миллион раз.

— Горка! — вдруг закричал Морка так, что духи в бороде испуганно попрятались глубже.

— Ну что ещё?

— Гляди! Гляди сюда!

Морка тыкал пальцем в одно из окон — маленькое, тёмное, почти незаметное среди ярких миров.

Горка приблизил окно.

Тьма. Камень. Пыль. Кости.

И среди всего этого — человек.

Он был в засаленной куртке, с ящиком за спиной, и выглядел так, будто только что свалился с неба в прямом смысле слова. Он ощупывал стены, натыкался на кости, вздрагивал... и молчал. Просто молчал и шарил руками в темноте.

— Это кто? — спросил Морка шёпотом.

— Не знаю, — ответил Горка. Он тоже перешёл на шёпот. — Не местный.

— А откуда?

— Понятия не имею.

Они смотрели, как человек зажёг спичку, огляделся, увидел гномьи залы и... только выдохнул и сел на камень.

— Интересно, чувствую начало истории — сказал Горка, даже не подумав посмотреть в будущее.

— Ага, — согласился Морка, так как они по сути братья и это усугубляет их божественность, без слов он поддержал своего брата и не стал тоже смотреть в будущее . Вязание выпало из его рук и повисло в воздухе.

— Давай посмотрим, что дальше будет?

— Давай.

И они уставились на то что человек бы принял за экран телевизора. Впервые за тысячу лет им стало интересно.

---

ЧАСТЬ 1. ИНЖЕНЕР

---

Глава 1. Последняя смена

Россия, 1995-й год. Город N. Завод «Красный металлист».

Утро было серым, как заводской забор. Дождь моросил с ночи и, кажется, собирался моросить вечно. Роман Григорьев шёл по двору, и под ногами хлюпала грязь, перемешанная с мазутом. На дворе шла неспешными шагами поздняя осень. Любой человек в такую погоду предпочёл бы сидеть в уюте дома предоваясь осенней меланхолией.

Слева тянулись ржавые цистерны, из которых уже десять лет ничего не выкачивали. Справа громоздилась свалка металлолома — остатки станков, которые когда-то что-то точили, а теперь просто ржавели под дождём. Пахло сыростью, железом и безнадёгой.

— Григорьев! — крикнули из окна конторы.

Роман поднял голову. В окне торчала голова кладовщика дяди Паши — лысая, с мятыми усами.

— В контору вызывают! Быстро!

— Иду, — кивнул Роман.

Он не пошёл, а побрёл. Ноги вязли в грязи, старые ботинки промокли уже насквозь. Всё равно.

Контора находилась в здании бывшего заводоуправления — трёхэтажном, с облупившейся штукатуркой и треснувшими стёклами. Роман поднялся на второй этаж, прошёл по коридору, где пахло махоркой и сырыми бумагами, и толкнул дверь с табличкой «Отдел кадров».

Внутри сидели трое. Начальник цеха Степаныч — красномордый, вечно пьяный, но сейчас почему-то трезвый. Кадровичка Зинаида Петровна — сухая, с поджатыми губами, в очках на цепочке. И какой-то новый, в пиджаке, с папкой.

— Садись, Роман, — сказал Степаныч. Голос у него был виноватый.

Роман сел. Стул скрипнул.

Новый открыл папку, полистал.

— Григорьев Роман Андреевич, сорок пять лет, инженер-ремонтник, стаж двадцать три года...

— Двадцать четыре, — поправил Роман.

— ...двадцать три года, — повторил новый, не обратив внимания. — В списках на сокращение.

Роман молчал. Он знал, что это будет. Знал уже полгода, как завод начал разваливаться.

— Завод закрывают, — продолжил новый. — Полностью. Станки распродают, цеха сносят. Вы — в числе...

— Я понял, — перебил Роман. — Когда?

— С завтрашнего дня. Получите расчёт, трудовую, обходной лист. Подпишите здесь и здесь.

Роман подписал. Рука не дрожала.

— Инструменты? — спросил он.

— Ваши? Забирайте. Казённые — сдайте.

— Хорошо

Он встал.

— Роман... — начал Степаныч.

— Всё нормально, — сказал Роман. — Я понимаю.

Он вышел, не попрощавшись.

---

Цех был пуст. Станки молчали — уже неделю не работали. Пахло маслом, металлом и тишиной.

Роман подошёл к токарному станку — своему, на котором проработал пятнадцать лет. Погладил станину.

— Старый ты мой... — сказал он тихо. — Сколько мы с тобой... А теперь тебя на металлолом, а меня... куда?

Станок молчал.

Роман открыл свой ящик с инструментами. Молотки, зубила, гаечные ключи, свёрла, метчики, плашки, сварочный аппарат, маска, электроды. Всё своё, родное, привычное. Всё, что у него было за душой.

Он закрыл ящик, взвесил на руке.

— Ну что, пошли, — сказал он инструментам.

И пошёл к выходу.

Последний раз оглянулся на цех, на станки, на высокие окна под потолком, в которые лился серый утренний свет.

— Целый день до обеда, — пробормотал он. — А толку?

Махнул он рукой, поправил ящик в руке и неспеша ушёл из цеха. Когда он уходил ,могло показаться. Что цех проводил его грустным взглядом, а задувший ветер прозвучал как грустный всхлип, но было слышно лишь удаляющиеся шаги.

---

Глава 2. Ржавчина и магия

Погода лучше не становилась. Роман бродил по улице без цели. Он шел а глаза были смотрели казалось в никуда, часто такое можно заметить у людей когда они о чем-то сильно задумались и мысли их не отпускают. Так весь день он и про бродил, единственный раз заскочил в рядом стоящую столовую чтобы пообедать.

Вечером Роман возвращался домой. Путь лежал через пустырь, мимо старых гаражей, через путепровод над железной дорогой.

Было темно. Фонари не горели — их разбили давно, и чинить никто не собирался. Роман шёл на ощупь, ориентируясь по памяти.

Он был зол. Нет, не зол — опустошён. Двадцать четыре года работы — и вот так, пинком под зад. Ни спасибо, ни премии, ничего. Просто «завод закрывают, вы свободны».

— Свободен, — буркнул Роман. — Столько сил было потрачено и куда? Коту под хвост.

Он не заметил открытого люка.

Просто земля ушла из-под ног, и он полетел вниз.

Падение длилось долго. Слишком долго для обычного люка. Роман успел подумать: «Глубоко тут у нас канализация...», — и провалился в темноту.А потом — вспышка. Свист. И тишина.

---

Глава 3. Холод и тишина

Роман открыл глаза.

Вокруг была тьма. Абсолютная. Такая, что он не видел собственных рук, даже если подносил их вплотную к лицу.

Он лежал на чём-то твёрдом и холодном. Камень.

— Где я? — спросил он вслух.

Голос прозвучал глухо, будто в пустом зале.

Роман сел. Голова кружилась. Он ощупал себя — руки, ноги, голова — все на месте. Ящик с инструментами звякнул когда задел его ногой — рядом, слава богу.

Он пошарил руками вокруг. Камень. Пыль прилипла к пальцам, причём так много что не перепутать. Какие-то мелкие предметы на ощупь теплее камня рельефнее что ли, попадаются вытянутые, и пара на ощупь похожи на черепа как их рисуют.

Роман нащупал продолговатый предмет, поднёс к лицу — не видно. Понюхал. Пахнет древностью, пылью и... смертью.

Он замер. Прислушался. Тишина. Только где-то далеко капает вода.

— Вода? Я что в канализации? Хотя странно что не воняет.

Он сел прямо на пол, спиной к стене, и задумался.

— Люк... Я провалился в люк. Потом летел... долго летел... И очнулся здесь. Где здесь? Подвал? Канализация? Слишком чисто для канализации.

Он достал почти полный коробок и чиркнул спичкой, .

Свет ослепил на секунду. Роман зажмурился, потом открыл глаза.

То, что он увидел, заставило его замереть.

Огромный зал. Колонны, уходящие в темноту. Стены, покрытые резьбой — странными символами, которых он никогда не видел. И повсюду — кости. Много костей. Маленьких каких-то, судя по росту.

— Где я? — прошептал Роман.

Спичка догорела, обожгла пальцы. Роман выронил её, и снова наступила тьма.

Он сидел, прижавшись спиной к стене, и пытался дышать. Сердце колотилось где-то в горле.

— Это не подвал, — сказал он себе.

Мысль была безумной, но она единственная объясняла то, что он видел.

— Я попал... а куда попал.— спросил он пустоту.

Пустота молчала.

— Ладно, — сказал Роман после долгой паузы. — Спокойно. Главное — не паниковать.

Он встал, нащупал ящик, открыл его. Пока сидел вспомнил что есть кое-что получше чем тратить зря спички. Достал фонарик — старый, советский, с динамо-машиной. Покрутил ручку. Лампочка засветилась тускло, но этого хватило, чтобы осветить пространство на несколько метров вокруг.

— Есть свет, — сказал Роман. — Уже хорошо.

Он осмотрелся. В центре стоял каменный стол, на котором лежали кости и какой-то хлам. В углах темнели проходы — туннели, уходящие в неизвестность.

— Куда идти? — спросил Роман. — Обратно? — посмотрел он на явный след в пыли куда он приземлился подсветил верх, люка нет. Вперёд — может там можно будет выбраться от сюда?

Он взял ящик и пошёл к ближайшему туннелю.

---

Глава 3А. Голод

Три дня Роман бродил по туннелям. Три дня он питался только водой, и то с осторожностью, нашел пару горшков, выбрал из них что получше помыл как смог и кипятил в маленьких костерках из местного хлама. которую находил в лужах, и грибами, которые росли на стенах.

Сначала он боялся грибов. Вдруг ядовитые? Но голод не тётка.

На третий день он нашёл целую поляну светящихся грибов — они росли прямо на камнях, излучая слабый зеленоватый свет.

— Светятся, — сказал Роман. — Яркие,по любому ядовитые. Ну пока не попробую не узнаю.

Сколько он у этой поляны просидел было не понятно, солнца над головой нет и определить время не представлялось возможным. Сперва он как положено эти грибы варил сливая первую воду. Перестраховался как мог. Но потом пришлось спички под экономить, не известно сколько он здесь еще пробудет. И вот за неимением лучшего он решил рискнуть.

Он отрезал маленький кусочек, положил на язык. Подождал минуту, две, десять.

— Вроде жив, — сказал он через час. — Значит, съедобно.

После он взял еще маленький кусочек и уже проглотил. По ощущениям прождал часа два-три. Плохо не стало. И тогда на следующий день уже стал их есть уже спокойно.

С этого дня грибы стали его основной едой.

---

Глава 3Б. Вода

Вода была проблемой. Лужи встречались редко, а нести с собой много было тяжело.

На следующий якобы "день". В одном из тупиков где он обнаружил перекрытие из каменных блоков довольно крупных в четыре кирпича длиной, и в высоту как три обычных кирпича. Звук был отчётливо слышен, Роман услышал капель. Где-то рядом, но откуда именно — непонятно.

Он прижался ухом к стене. Стукнул по ней костяшками. Особо не помогло, тогда он достал молоток и попробовал простучать им. Звук был звонкий, а где-то по середине когда он постучал рядом с вертикальным стыком с раствором, где-то внутри отдавался эхом.

— Здесь пустота, — решил Роман. — За стеной.

Он достал зубило и молоток и начал долбить стену.

Через три часа он пробился к подземному ручью. Но это показалось на первый взгляд, при детальном рассмотрении обнаружилось что это некий каменный жёлоб по которому под наклоном текла вода. Вода на пробу была холодная, чистая и вкусная.

— Живой, — сказал Роман, напившись. — Я живой.

---

Спустя какое-то время, стараясь как можно сильнее экономить спички. Он научился поддерживать огонь постоянно — подкладывал грибы, мох, сухие кости (они тоже горели, хоть и воняли). Костер стал его центром мира.

---

Глава 3Г. Ориентация

Туннели были похожи друг на друга. Роман боялся заблудиться и сдохнуть где-нибудь в тупике.

Он начал делать зарубки на поворотах и стенах — каждые сто шагов. Одну зарубку — прямо, две — поворот налево, три — направо.

— Чтобы вернуться, — бормотал он, выстукивая метку. — Если будет куда.

Он вёл счёт дням. Каждое утро (он считал утром время после сна) делал новую зарубку на отдельной стене. Двадцать семь зарубок. Двадцать семь дней в этом аду.

---

Глава 3Д. Первый ремонт

На двадцатый день Роман нашёл сломанную тележку. Она лежала в нише, покрытая пылью, но колёса были целы.

Роман осмотрел её.

— Колесо целое, ось сломана, хорошо что она деревянная .— бормотал он. — Починим.

Он достал инструменты. Конечно лучше было бы просто заменить ось или хотя бы заварить, но чего нет того нет. Через два часа тележка стояла на четырёх колёсах, в оси были вырезанны пазы и закрепленны гвоздями и даже катилась.

Роман погрузил на неё ящик, запас грибов, несколько фляг с водой и покатил вперёд.

---

Глава 4. Первая искра

На тридцать пятый день Роман нашёл завал из ржавых механизмов. Шестерни, рычаги, какие-то поршни — всё гномьей работы, всё древнее и никому не нужное.

А под ними — труп гнома.

Гном был старый, бородатый, в доспехах. Он лежал, прижимая к груди какой-то свёрток.

Роман развернул свёрток. Там были чертежи — непонятные, с гномьими письменами, но рисунки говорили сами за себя: какой-то механизм, похожий на насос.

— Насос, — сказал Роман. — Если это насос, значит, где-то есть вода.

Он забрал чертежи и пошёл дальше.

Через три дня он нашёл насос — огромный, ржавый, с перекошенными лопастями. Он оказался в очень большой зале справа было хорошо слышно шум воды, подсветив было видно что наверху почти у потолка стоят дюжина огромных водяных колёс и механизм из цепей что тянулись на лева от нашего героя, там же стояли целые ряды чего-то что при осмотре одной оказалось. Это доменные печи. Как те что показывали в учебниках истории. Роман проследив от начала и до конца он обнаружил что все цепи прикреплены к огромным механ возле каждой печи.

—Жаль вся кожа не то что рассохлась, а уже по виду коснёшься и она рассыпется в пыль, — вздохнул он. —Да и печи вряд ли уже годятся для работы, — сказал Роман заглядывая внутрь одной печи. Внутренняя кладка на ощупь была рыхлая и холодная, а раствор стал уже похож на глину.

—Восстановлению не подлежит, — вздохнул он с сожалением похлопав пузатый бок одной из печи.

— Починим, — сказал Роман, глядя на механизм водяного насоса.

Он провозился два дня. Разобрал, смазал, искал чем заменить сломанные детали, собрал заново. На третий день насос закачал воду из подземной реки.

— Есть! — закричал Роман. — Есть вода!

Впервые за много дней он улыбнулся.

---

Глава 5. Выбор

На сороковой день Роман вышел к огромным вратам. Они были высотой метров двадцать, с вырезанными на них письменами и рисунками.

Роман не понимал, что там написано, но догадался — это вход в главные залы.

Он попробовал открыть врата. Они не поддавались.

Он обошёл их справа, слева — везде стена.

— Выхода нет, — сказал Роман. — Назад не вернуться. Впереди — врата. Но они закрыты.

Он сел на камень и задумался.

— Либо я останусь здесь и сдохну от голода, — сказал он. — Либо найду другой путь.

Он посмотрел на туннель, который вёл куда-то в сторону от врат.

— Туда, — решил он. — Там хоть движение.

Он встал, взял тележку и пошёл в темноту.

— Либо там сдохну, либо тут, — бормотал он. — А там хоть движение.

Он не знал, что в темноте его ждёт Балрог.

---

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 1)

Комната в межмирье. Стены из тёмного металла, покрыты кабелями и вентиляционными решётками. В углах мигают лампы. На стене — огромный вокс-экран, на котором видно Романа, бредущего по туннелю.

Рядом стоит соседний экран. На нем видно. В центре — огромный астероид , проломивший стены Хаби-города. Из дыма выползает Гаргант с пушками-трубами. На переднем плане в крышу храма врезается капсула десанта. Мелькает плакат с Ярриком, залитый маслом. Экран гаснет с рычанием, хрипом и помехами.

Горка сидит в массивном кресле, чистит болтер. Рядом на подлокотнике пристроился Морка, пытается открыть банку с тушёнкой выстрелом из лазпистолета.

МОРКА: (целится) Спокойно... спокойно... (выстрел) А-а-а! Опять мимо!

ГОРКА: (не отрываясь от болтера) Ты бы проще открыл.

МОРКА: Как?

ГОРКА: Руками.

МОРКА: (смотрит на банку, потом на свои руки) Не... не, руками скучно.

ГОРКА: (вздыхает) Дай сюда.

Он берёт банку, легонько сжимает — крышка отлетает в сторону.

МОРКА: (восхищённо) Как ты это делаешь?!

ГОРКА: Я бог. Мне можно.

Морка залезает в банку пальцами, жуёт.

МОРКА: (с набитым ртом) Слушай, а наш где?

ГОРКА: (кивает на экран) Вон, бредёт.

МОРКА: (смотрит) Что-то он скучный какой-то. Всё идёт и идёт.

ГОРКА: Он выживает. Это не скучно, это работа.

МОРКА: А чего он не орёт?

ГОРКА: Бесполезно орать. Он это понял.

МОРКА: (задумчиво) Умный...

ГОРКА: Умный. Выживет, наверное.

МОРКА: А если нет?

ГОРКА: (пожимает плечами) Тогда стрим закончится быстро.

МОРКА: (в ужасе) Не хочу, чтоб быстро! Он интересный!

ГОРКА: (усмехается) Тогда смотри дальше.

Они уставляются в экран. Морка жуёт тушёнку. Горка чистит болтер.

МОРКА: (тихо) Выживай, маленький...

Глава 2

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

ЧАСТЬ 2. ГЛУБИНЫ МОРИИ

Главы 6

---

Глава 6. Закон туннеля

Сорок пятый день в Мории.

Туннель тянулся бесконечно. Роман толкал перед собой тележку, в которой лежали инструменты, запасы грибов и несколько фляг с водой. Света от светящихся грибов на стенах хватало, чтобы видеть на пару шагов вперёд, но не больше.

— Эхо, — бормотал Роман. — Главное — слушать эхо.

Он шёл и прислушивался. Шаги отдавались от стен по-разному. Где-то звук был глухой — значит, рядом стена. Где-то звонкий — значит, впереди большое пространство.

— Как в пещере, — говорил он себе. — Я читал. Спелеологи так ориентируются.

Он остановился, прислушался. Где-то далеко капала вода. Значит, есть вода. Хорошо.

Он усмехнулся своим словам и пошёл дальше.

Через час он нашёл еще один насос. Огромный, ржавый, с перекошенными лопастями. Он стоял у стены, и от него тянулись трубы в разные стороны. Пока он шёл то пришёл к выводу что это будет правильно озаботиться доступом к хотя бы воды. Так хотя бы если пути вперёд не будет он всегда сможет вернуться набрать воды, грибов и передохнуть.

— Насос, — сказал Роман. — Если он работает, можно качать воду.

Он подошёл ближе, осмотрел. Механизм был сложным — шестерни, рычаги, клапаны. Всё ржавое, всё заклинившее.

— Починим, — решил Роман.

Он достал инструменты. Молоток, зубило, гаечные ключи, маслёнка. Начал разбирать.

Работа заняла два дня. Роман спал тут же, у насоса, ел грибы, пил воду из лужи. На второй день, когда он уже отчаялся, одна из шестерён вдруг щёлкнула и провернулась.

— Есть! — закричал Роман. — Есть контакт!

Он собрал всё обратно, смазал, подтянул. Потом дёрнул рычаг.

Насос заскрипел, закашлял, дёрнулся... и из трубы потекла вода. Пока еще грязная. Но пока протечет и система вымоет всю грязь, то уже можно будет и брать в употребление.

— Работает! — Роман чуть не плясал от радости. — Сука, работает!

Через пол часа не утерпел. Он напился прямо из трубы. Вода была холодная, чистая, вкусная.

— Живой, — сказал он. — Я живой.

---

Глава 7. Что нельзя съесть, то нужно починить

Шестидесятый день.

Роман нашёл завал. Целая гора сломанного оружия и доспехов — мечи, топоры, кольчуги, шлемы. Всё ржавое, кривое, никому не нужное.

Он остановился, разглядывая это богатство.

— Металл, — сказал он. — Много металла.

Он подошёл ближе, взял в руки меч. Клинок был кривой, с зазубринами, ржавый. Но металл — хороший.

— И что мне с этим делать? — спросил он сам себя. — Мечом я не умею пользоваться, да и пока и не надо был. А вот перековать...

Он организовал кузницу прямо здесь, у завала. Нашёл плоский камень — наковальня. Сложил очаг из камней. Развёл огонь.

Первый клинок он грел долго, пока металл не стал красным. Потом начал ковать. Ну как ковать, в текущем положении придать форму более полезную чем та что есть.

Зубило получилось кривое, но острое. Роман попробовал — берёт камень.

— Нормально, — сказал он. — Для начала сойдёт.

Он перековал ещё пять клинков. Получились зубила, ножи, одно нормальное лезвие.

— Инструмент, — говорил он, разглядывая результаты. — Инструмент важнее оружия. Инструментом можно сделать оружие. А оружием инструмент — не всегда.

Он работал три дня. На четвёртый у него была целая коллекция новых инструментов.

— Ну теперь есть запас инструмента, это всегда хорошо, — усмехнулся он.

---

Глава 8. Голос в камне

Семидесятый день.

Одиночество начинало давить. Роман разговаривал сам с собой, с инструментами, с тележкой, с тенями на стенах.

— Ну что, молоток, как дела? — спрашивал он. — Ничего, работаем. А ты, зубило? Тоже молодцом.

Он пел песни — те, что помнил из детства. «Катюшу», «Смуглянку», «День Победы». Голос в пустых залах звучал гулко и странно.

— Эхо, — говорил Роман. — Хорошее эхо. Почти собеседник.

Он начал выстукивать ритмы на стенах. Просто так, чтобы слышать звук. Тук-тук-тук. Тук-тук. Тук-тук-тук-тук.

Он оставлял надписи на стенах. Углём, крупными буквами:

РОМАН БЫЛ ЗДЕСЬ. ДЕНЬ 70. ЖРАТЬ ХОЧЕТСЯ.

ВОДА ЕСТЬ. ГРИБЫ ТОЖЕ. НОРМ.

ЕСЛИ ЭТО ЧИТАЕТ КТО-ТО — АУ!

Ну и конечно же любимое слово русских туристов из трех букв. Те самые что можно увидеть в самых неожиданных местах.

Никто не отвечал.

— Никого, — вздыхал Роман. — Совсем никого.

Он шёл дальше. Тук-тук-тук. Ритм помогал не сойти с ума.

---

Глава 9. Тут явно следы чрезмерного употребления грибов. Я хз почему герой придумал такое.

Восьмидесятый день.

Роман работал уже несколько дней без остановки. Он нашёл в одной из пещер груду старых металлических деталей — покрытых ржавчиной и пылью, но прочных. Какие-то цепи, пружины, колёсики с зубьями, изогнутые рычаги.

— Богатство, — сказал он, разглядывая находку. — Настоящее богатство.

На многих были странные символы, похожие на руны. Роман не мог их прочитать, но они казались древними.

— Наверное, тут жили какие-то мастера, — предположил он. — Или кузнецы.

В его ящике с инструментами лежали самые необходимые вещи: молотки, зубила, напильник, сварочный аппарат, ручная дрель, несколько гаечных ключей. Этого было достаточно для обычного ремонта.

Он попробовал таскать камни в руках, освещая путь факелом, зажатым в зубах. Получилось плохо: слюна текла, факел дымил, камни падали.

Роман понял, что одной пары рук ему не хватает. Таскать камни, толкать тележку, держать свет — всё одновременно не получалось.

Он вспомнил свои старые инструменты на заводе. Там были приспособления для подъёма тяжестей — лебёдки, блоки, системы рычагов. Если он мог сделать что-то подобное, но портативное...

— Нужна ещё руки, две для того чтобы они себя уравновешивали. — решил он. — Механические которяе будут работать от мышц спины.— Каркас, — бормотал он. — Спина, плечи, пояс. Чтобы нагрузка распределялась равномерно.— Рычаги, — думал он. — Если сделать систему рычагов, можно передать усилие от спины к рукам.

Он сделал первые чертежи на камне углём. Простые схемы, похожие на те, что он рисовал на заводе, когда проектировал приспособления.

— Нужно, чтобы руки повторяли движения моих рук, — рассуждал он. — Чтобы я чувствовал, что делаю.Он вспомнил, как на заводе делали захваты для балок: приспособления с клешнями, которые смыкались, когда оператор нажимал педаль. Здесь у него не было педалей, но были мышцы спины.

— Тянешь лопатками, — прикинул он. — Рычаг тянет верёвку, верёвка сжимает захват. Простая механика.

Три дня Роман конструировал. Он сделал каркас из ремней, который надевался на спину. К каркасу прикрепил систему рычагов и блоков. На конце — захват, который можно было открывать и закрывать рукой.

— Манипуляторы, — сказал он, надев конструкцию. — Как у краба.

Он подошёл к большому камню, попробовал поднять. Захват сомкнулся, рычаги натянулись — и камень поднялся!

— Работает! — закричал Роман. — Работает, сука!

Он ходил по залу, поднимал камни, переставлял их с места на место. Манипулятор скрипел, но держал.

Манипуляторы были неуклюжими, шумными, скрипучими. Они не могли делать точную работу. Но они могли таскать камни, держать тяжёлые детали, давать ему свободу рук.

— Теперь я — краб, — смеялся Роман. Токарь краб-переросток.

---

Глава 10. Огни во тьме

Восемьдесят пятый день.

Роман услышал шорох. Сначала тихий, потом громче. Множество мелких лап по камню.

— Крысы? — спросил он. — Здесь есть крысы?

Он достал самодельное копьё — насадил острое зубило на длинную палку. Взял факел (он сделал несколько про запас).

Шорох приближался. Из темноты показались глаза — много глаз, горящих жёлтым.

— Не крысы, — понял Роман. — Пауки.

Они были размером с кошку, мохнатые, с длинными лапами. Бежали прямо на него.

— А ну пошли вон! — заорал Роман и размахнулся копьём.

Первого паука он проткнул насквозь. Тот запищал и дёрнулся. Второго Роман отбросил манипулятором — тот отлетел к стене и затих. Третьего поджёг факелом — паук загорелся и убежал обратно в темноту. А четвёртой железной рукой прикрывался как щитом.

Остальные отступили.

Роман стоял, тяжело дыша, и смотрел на дымящиеся трупы.

— Первый бой, — сказал он. — Первая победа.

Он осмотрел себя — цел. Только пара царапин.

— Живой, — сказал он. — Я живой.

---

Глава 11. Железный дух

Девяностый день.

За Романом следили.

Он чувствовал взгляды, но никого не видел. Тени в туннелях, шорохи за спиной, мелькающие силуэты в темноте.

— Кто здесь? — кричал он. — Выходи!

Никто не выходил.

А в темноте сидели гоблины Мории. Маленькие, серокожие, с большими ушами и жёлтыми глазами. Они наблюдали за странным существом, которое жгло огонь, чинило железо и убивало пауков и разговаривал сам с собой.

— Кто это? — шептал один.

— Не знаю, разговаривает с кем-то может он этот, — отвечал другой покрутив пальцем у виска. — Но он чинит металл. Смотри, как чинит.

— Надо его бояться?

— Стрёмный он какой-то. Зато после него вода пошла сам же видел когда мы за ним шли. Давай его просто трогать не будем.

Гоблины решили не трогать странное существо. Пусть живёт. Может, пригодится.

А Роман шёл дальше, не зная, что за ним следят.

---

Глава 12. Трофей

Сто десятый день.

Роман нашёл останки гномьего воина. Тот лежал в нише, прикрытый щитом. Рядом валялся топор — огромный, двуручный, с широким лезвием светящийся как будто изнутри, по его полотну тоже были те самые рисунки что он нашел инструменты и детали с помощью которых но собрал себе манипуляторы. А на вид как будто его обронили только вчера.

— Красивый, — сказал Роман, поднимая топор. — Тяжёлый, но красивый.

Он осмотрел воина. На поясе висел моток медного кабеля — толстого, витого, явно хорошей работы.

— Медь, — удивился Роман. — Зачем гному медь? Для красоты?

Он забрал и топор, и кабель.

— Топор пригодится, — бормотал он. — А кабель... кабель проводит ток. Или магию?

Он вспомнил страшную тварь похожую на огромного демона. Того самого, о котором предупреждали древние записи. Читать он конечно не умел ,но рисунки на стенах об этом нехило напоминали.

— Если магия — это энергия, — думал Роман. — То её можно замкнуть. Как электричество. Надо только сделать стержень. Металл и медь.

(Пс) На самом деле наш герой немного ошибся, так как в том месте магия основана на воле. Но Роману об этом сказать не кому.

---

Глава 12А. Месяцы труда

Сто двадцатый день.

Проходили месяцы. Роман сбился со счёта. Зарубок на стене было уже больше ста, но он не перестал их считать.

— Сколько я здесь? — спрашивал он себя. — Полгода? Год?

Он чинил механизмы. Все, которые находил. Насосы, лебёдки, какие-то непонятные машины. Просто чтобы не сойти с ума.

— Работа, — говорил он. — Работа спасает.

Он находил новые залы, новые туннели, новые ответвления и детали механизмов. Подземелье казалось бесконечной.

Иногда он думал о доме. О заводе, о станках, о людях. Но всё это казалось далёким и нереальным.

— Там была другая жизнь, — бормотал он. — А это — моя жизнь сейчас.

Он ел грибы, пил воду, чинил механизмы. И ждал.

Чего? Он сам не знал.

---

Глава 13. Давление

Сто пятидесятый день.

Роман почувствовал жар. Воздух становился горячее, тяжелее. Пахло серой и гарью.

— Вулкан? — спросил он. — Здесь есть вулкан?

Он шёл дальше, хотя интуиция кричала: «Стой! Назад!»

— Нельзя назад, — сказал он себе. — Назад — смерть. Там ничего нет.

Он шёл вперёд, и жар усиливался.

Из глубины доносился гул — низкий, вибрирующий, от которого закладывало уши.

— Что там? — шептал Роман. — Что там такое?

Ответа не было. Только гул и жар.

---

Глава 14. Чертеж Аулэ

Сто пятьдесят пятый день.

Роман уснул прямо на камнях, утомлённый жаром и дорогой.

Ему приснился сон.

Огромный кузнец стоял у горна. В руках у него был молот — такой большой, что им можно было раздавить слона. Кузнец смотрел на Романа и улыбался.

— Ты, — сказал кузнец. — Ты тот, кто чинит без магии.

— Я, — ответил Роман во сне.— Извините а вы кто? — спросил он.

— Меня зовут Аулэ, — ответил кузнец. — В моём мире меня называют Кузнецом. Ваятелем. Создателем гор и металлов. Я — один из Валар, богов этого мира.

— Валар? — переспросил Роман. — Это... боги?

— Можно сказать и так, — кивнул Аулэ. — Мы создали этот мир. А в нём — гномов. Они мои любимцы, честно говоря. Умеют работать с металлом, как никто другой.

— Гномы? — удивился Роман. — Настоящие гномы?

— А ты кого ожидал увидеть в этих горах? — усмехнулся Аулэ. — Эльфов? Они слишком высоки для подземелий. Людей? Они не живут так глубоко. Только гномы. Они построили все эти залы, туннели, механизмы. Это их рук дело.

Роман замер.

Воспоминания хлынули потоком.

Книга, прочитанная в детстве. Старая, потрёпанная, с картой на форзаце. «Властелин колец» — он читал её ещё в школе, в те времена, когда мир казался простым и понятным.

Там были гномы. И эльфы. И орки. И хоббиты. И Мория.

— Мория, — прошептал Роман. — Это Мория?

Аулэ улыбнулся.

— Ты знаешь это название. Интересно. Откуда?

— Из книги, — ответил Роман. — В моём мире есть книга. «Властелин колец». В ней описывается этот мир. Гномы, эльфы, орки, Мория, Балроги...

— Балроги, — повторил Аулэ с печальной ноткой. — Да. Они тоже здесь. И ты скоро встретишь одного из них.

Роман побледнел.

— Балрог? Настоящий Балрог? Огненный демон?

— Огненный, — кивнул Аулэ. — И очень опасный. Но ты сделал кое-что, чего не делал никто из смертных. Ты создал оружие против магии.

— Смотри.

Кузнец взял топор и медный кабель. Он соединил их особым образом — топор стал древком, кабель обвился вокруг него спиралью.

— Это заземление, ну тебе будет понятно если назову это так — сказал кузнец. — Против магии. У магии есть поток и материалы которые проводят магию. Магию можно замкнут или перенаправить.

— Я думал об этом, — сказал Роман.

— Тогда делай.

Кузнец исчез.

Роман проснулся в холодном поту. Рядом лежали топор и кабель.

— Сон? — спросил он. — Не сон?

Он взял топор, начал обматывать кабелем. Руки делали это сами, будто знали, как надо.

Через час стержень был готов.

— Заземление, — сказал Роман. — Против магии.

Он не знал, что скоро это спасёт ему жизнь.

---

Глава 15. Ядро тьмы

Сто пятьдесят шестой день.

Роман достиг самых глубоких чертогов. Воздух здесь был раскалённым, дышать становилось трудно. Стены светились красным — за ними текла лава.

Гул усилился. Теперь это было не просто гудение, а дыхание. Чьё-то огромное, древнее дыхание.

Роман заглянул за угол.

Там было озеро магмы. А в центре озера, на островке из камня, лежал ОН.

Балрог.

Огромный, сотканный из тьмы и пламени. Он спал, и во сне из его ноздрей вырывались струи дыма. Тело его переливалось углями, кожа была как кора, покрытая трещинами, в которых горел огонь.

Роман замер. Даже дышать перестал.

— Это... это демон, — прошептал он. — Настоящий демон.

Балрог шевельнулся во сне. Один глаз приоткрылся — жёлтый, с вертикальным зрачком.

Роман отшатнулся, прижался к стене.

Глаз закрылся. Демон спал дальше.

— Надо уходить, — решил Роман. — Быстро и тихо.

Он начал пятиться, стараясь не шуметь.

Но камень под ногой предательски хрустнул.

---

Глава 16. Пробуждение

Звук камня разнёсся по залу гулким эхом.

Балрог открыл глаза. Оба.

Он поднял голову, принюхался. Ноздри раздулись, выпуская струи дыма.

— Кто здесь? — прорычал он. Голос был как камнепад, как извержение вулкана.

Роман стоял, прижавшись к стене, и молился всем богам, которых знал. Но боги, кажется, были заняты.

Балрог увидел его.

— Маленький... — прорычал он. — Маленький смертный... Как ты сюда попал?

Роман молчал. Язык прилип к гортани.

— Неважно, — сказал Балрог. — Ты умрёшь.

Он встал. В руке его материализовался огненный бич — длинный, извивающийся, из чистого пламени.

— Беги, червь, — усмехнулся демон. — Беги, так веселее.

Роман побежал.

---

Глава 17. Бесполезный резак

Балрог взмахнул бичом. Огонь рассёк воздух, едва не задев Романа. Камень, куда попал бич, оплавился и потёк.

— Ни хрена себе, — выдохнул Роман, уворачиваясь.

Он достал сварочный резак. Глупая мысль — но что ещё у него было?

— Эй, чучело! — заорал он. — Попробуй это!

Он направил резак на демона. Струя пламени ударила в грудь Балрога.

Демон посмотрел на себя, потом на Романа. И расхохотался.

— Ты... ты пытаешься сжечь меня огнём? — прорычал он. — Я сам огонь, глупец!

Он дыхнул — и резак в руках Романа расплавился, превратившись в бесформенный кусок металла.

— Блин, — сказал Роман.

Он бросил остатки резака и побежал дальше.

---

Глава 18. Тиски

Роман петлял между колоннами, уворачиваясь от огненных ударов. Бич Балрога разрушал всё, до чего дотягивался.

— Надо что-то делать! — кричал Роман сам себе. — Что-то!

Он вспомнил о манипуляторах. Может, сработает?

— Давай, краб, — сказал он себе.

Когда Балрог приблизился, Роман развернулся и прыгнул на него.

— Чего? — удивился демон.

Роман вцепился манипулятором в его морду. Захват сомкнулся на челюсти. Рычаги натянулись.

— Заткнись! — орал Роман. — Заткнись, тварь!

Балрог попытался сбросить его, но манипулятор держал крепко. Демон мычал, пытаясь разжать челюсти.

— Ага! — кричал Роман. — Не нравится?!

Но манипулятор не был рассчитан на такие нагрузки. Металл заскрипел, затрещал... и лопнул.

Роман отлетел в сторону, кубарем покатился по камням.

Манипулятор развалился на части.

— Твою мать, — простонал Роман.

Балрог смотрел на него. В глазах демона горела ярость.

— Ты... ты посмел... — прорычал он. — Ты маленькая...

Он замахнулся бичом для последнего удара.

---

Глава 19. Взрыв

У Романа оставалась последняя надежда. Баллон с алхимическим газом.

Тот день как оказалось в Мории. Он пробирался через завал, что позволил ему сделать манипуляторы. Его нога уперлась во что-то металлическое. Он отгрёб камни и увидел баллон — тяжёлый, с ржавым вентилем, покрытый рунами. Рядом лежали ещё три таких же.

— Что это? — спросил он тогда у тишины. — Свет? Топливо?

Он попробовал открыть вентиль. Газ с шипением вырвался наружу, пахнув чем-то резким, горючим. Роман сразу же закрыл его.

— Гномы, — понял он. — Они использовали это для освещения. Или отопления. Или для взрывов.

Он взял два баллона. Один оставил в убежище, второй понёс с собой.

«На всякий случай», — подумал он тогда. Он таскал его для освещения, но сейчас...

— Взрываться так взрываться, — сказал он.

Он сорвал с пояса баллон, открыл вентиль на полную и швырнул в Балрога.

Газ вырывался шипящей струёй, смешиваясь с воздухом. Балрог замахнулся бичом...

Искра от огненного хлыста попала в газовое облако.

ВЗРЫВ!

Романа отбросило назад, в темноту пропасти. Балрог заревел, ослеплённый, оглушённый, но живой.

Он взмахнул рукой, пытаясь поймать улетающего человечка, но промахнулся.

Роман летел вниз, в бездну, и успел только подумать:

— Ну вот и всё...

Но в руке у него был стержень. Топор, обмотанный медью.

---

Глава 20. Заземление

Падение было долгим. Роман летел сквозь тьму, ветер свистел в ушах.

Вдруг он увидел Балрога. Демон тоже падал — оглушённый взрывом, он рухнул в ту же пропасть.

— Вместе, — прохрипел Роман. — Вместе сдохнем.

Он посмотрел на стержень в руке, медь... заземление.

— А если?

Балрог приближался. Его магическая аура пульсировала, искрила, светилась.

Роман извернулся в воздухе и что есть силы вонзил стержень в тушу демона.

Приземление было жестким, Роман аж забыл как дышать в что-то внутри хрустнуло. На месте падения оказался каменный козырёк на который он упал в ниже была такая тьма что ни одним фонарем не сможешь увидеть дно.

И в тот момент когда туша балрога коснулась земли случилось это.

Контакт.

Металл коснулся магии.

Разряд.

Вспышка.

Короткое замыкание магической ауры Балрога было таким мощным, что осветило всю пропасть. Демон заревел, забился, заискрил — и обмяк.От падения демона камень не выдержал, пошли трещины вдоль стены пропасти. Козырёк не выдержал такого над собой издевательства и рухнул в бездну.

Оба — Роман и Балрог — провалились в пустоту.

— Прощайте все... — успел подумать Роман.

И потерял сознание.

---

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 2)

Комната богов. Горка и Морка с открытыми ртами смотрят на экран, где Роман и Балрог исчезают во вспышке.

МОРКА: (первым приходит в себя) ОН... ОН ЕГО УБИЛ?!

ГОРКА: (медленно) Не убил. Закоротил.

МОРКА: ЧТО?!

ГОРКА: Магию замкнул. Понимаешь, Балрог — это магия. Чистая магия. А металл и медь — проводники. Если их соединить да провести канал в землю...

МОРКА: (перебивая) Я НИЧЕГО НЕ ПОНЯЛ!

ГОРКА: (вздыхает) у земли большой объём, да и потребляет для своих нужд куда больше чем кто бы то ни был, считай Балрог был полностью выпит целой планетой.

МОРКА: А... а Балрог что?

ГОРКА: Отключился. Упал в обморок.

МОРКА: (смотрит на экран) А наш?

ГОРКА: Тоже упал. В пустоту.

МОРКА: (испуганно) Он умер?

ГОРКА: Не знаю. Сейчас посмотрим.

Они приближают изображение. Роман висит в пустоте, без сознания, но целый. Рядом дрейфует стержень.

МОРКА: (облегчённо) Живой!

ГОРКА: (задумчиво) Пока да.

Они чокаются.

Перед изображением стоит огромный стол, на нем огромное количество закуски. Её столько, что от одного касания вся эта гора в момент рухнет. Но до этого никому не было дела. Лишь в углу стояли целыми штабелями кеги с пивом со всех миров, они стояли с ужасом наблюдая как их уничтожают в непомерном количестве прям у них на глазах.

ГОРКА: (смотрит на экран) Интересно, что дальше?

МОРКА: (тоже смотрит) А куда он теперь?

ГОРКА: В пустоту. Между мирами. Там сейчас... суд будет.

МОРКА: (испуганно) Суд?!

ГОРКА: (кивает) Валары. Местные боги. Решат его судьбу.

МОРКА: А мы?

ГОРКА: А мы посмотрим.

Они уставляются в экран, где Роман медленно плывёт в серой пустоте.

МОРКА: (тихо) Выживай, мужик...

Глава 3

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

ЧАСТЬ 3 — ПОЛНЫЙ ТЕКСТ

---

ЧАСТЬ 3. СУД ВАЛАР

Главы 21–25

---

Глава 21. Серая пустота

Роман открыл глаза.

Вокруг была серая бесконечность. Ни стен, ни пола, ни потолка. Только ровный, безликий свет, льющийся ниоткуда.

Он попробовал пошевелиться — и не почувствовал тела. Совсем. Ни рук, ни ног, ни головы. Только сознание, парящее в пустоте.

— Я умер? — спросил он. Голоса тоже не было — только мысль.

— Не совсем, — ответил кто-то.

Роман попытался повернуться — и вдруг «увидел». Перед ним стояли трое.

Первый был высоким, строгим, в серых одеждах. Лицо его напоминало маску — неподвижную, безэмоциональную. В руках он держал весы.

Второй — коренастый, с огромными ручищами и молотом за поясом. Одет в кожаную кузнечную фартук, весь в саже и копоти. Он смотрел на Романа с любопытством. Когда их взгляды встретились Второй глянул на него весело и подмигнул, а потом изобразил строгое выражение лица.

Третий — величественный, в белом, с длинными серебряными волосами. Он стоял чуть поодаль и наблюдал.

— Где я? — спросил Роман.

— В пустоте, — ответил строгий. — Между мирами. Между жизнью и смертью.

— А вы кто?

— Я — Намо. Судья мёртвых. Хранитель Залов Ожидания. Я решаю судьбы тех, кто покинул свои миры.

Роман помолчал, переваривая информацию.

— А эти двое?

— Я — Аулэ, — сказал кузнец. Голос у него был низкий, добродушный. — Кузнец. Ваятель. Тот, кто создаёт.

— А я — Манвэ, — произнёс величественный. — Повелитель Ветров. Глава Валар.

Роман снова помолчал.

Первым решил начать Намо. — Ты нарушил ткань Эа. Мира, в который попал. Ты — чужеродный элемент. Узел, которого там быть не должно. Это рушит судьбу этого мира и может помешать плану Эру.

Роман попытался пожать плечами — но плеч не было.

— Я не специально, — сказал он. — Я провалился в люк.

— Это неважно, — отрезал Намо. — Важен результат. Ты изменил реальность. Ты убил Балрога.

— Не убил, — поправил Роман. — Разрядил.

— Какая разница?

— Большая. Убить — это навсегда. А разрядить — временно. Он очухается вытащит железку из себя и всё.

Намо замер. Посмотрел на Аулэ. Тот усмехнулся.

— Он прав, — сказал Аулэ. — Балрог не мёртв. Он просто... в отключке.

Намо нахмурился, но промолчал.

— Ты создал это? — вдруг спросил Аулэ. — Стержень?

— Ну да, — ответил Роман. — Железный кол и кабель. Простая физика.

— Физика? — переспросил Аулэ. — Что это?

— Наука. Как работает мир. У нас там нет магии. Только законы природы.

Аулэ подошёл ближе. В руках у него появился стержень — тот самый, который Роман сделал.

— Интересно, — пробормотал он, разглядывая. — Металл и медь. Без магии. Просто... соединение.

— Проводник, — сказал Роман. — Металл проводит ток. А магия, видимо, тоже.

— Ты понимаешь, что ты сделал? — спросил Аулэ, поднимая глаза.

— Я выжил.

— Ты заставил Арду выпить магическую сущность. Демона. Физикой.

— Ну да. А что такого?

Аулэ посмотрел на Манвэ. Манвэ слегка кивнул.

— Намо, — сказал Аулэ. — Он не знал. Он не нарушал законов намеренно. Он просто... падал. И выживал.

— Это не отменяет факта, — жёстко ответил Намо. — Он чужой. Он должен быть уничтожен.

— А я говорю — нет.

Намо и Аулэ смотрели друг на друга. Воздух между ними, казалось, заискрил.

— Тише, — сказал Манвэ. Голос его прозвучал тихо, но оба замерли. — Я вынесу решение.

Он посмотрел на Романа. Тот чувствовал на себе этот взгляд — тяжёлый, пронизывающий.

— Ты из другого мира, — сказал Манвэ. — Ты не должен был здесь оказаться. Но ты оказался. Ты выжил. Ты боролся. Ты создавал. Без магии, без помощи, без надежды. Это... редкость.

— И что? — спросил Роман.

— Ты не можешь остаться в Арде. Твоё присутствие создаёт диссонанс. Рано или поздно это приведёт к катастрофе.

— Значит, меня убьют?

— Нет. — Манвэ покачал головой. — Тебя отправят в другой мир.

— Опять?!

— Да. В мир, где ты сможешь жить. Где твои навыки пригодятся. Где ты не будешь чужим. А судьбой так многогранна что твое появление никак не повлияет. А те кто там живут.... Для них ты даже не еда.

— И какой же?

— Тот, где правят хаос и порядок одновременно. Где магия и технология переплетены. Где есть гоблины, орки, люди и тысячи других рас.

Манвэ улыбнулся — впервые.

Аулэ шагнул вперёд.

— Я помогу тебе, — сказал он. — Я перекую тебя. Твоё тело погибло. Я дам тебе новое.

— Какое?

— Подходящее для того мира.

Аулэ поднял молот. Роман почувствовал, как его сознание начинает плавиться.

— Будет больно, — предупредил Аулэ.

— Когда было не больно? — усмехнулся Роман.

Аулэ ударил молотом.

---

Глава 25. Новая форма

Роман чувствовал, как его плоть плавится и собирается заново. Это было странно — не больно, но очень странно. Он ощущал каждую клетку, каждый атом, перестраивающийся в новую структуру.

Когда всё закончилось, он открыл глаза.

Он стоял на чём-то твёрдом. У него были руки — короткие, цепкие, с длинными пальцами. Ноги — тоже короткие, но сильные. И... уши. Огромные, торчащие в стороны уши.

— Что за... — начал Роман и осёкся. Голос стал выше, писклявее.

Он посмотрел на свои руки. Зелёная кожа, длинные пальцы, острые ногти.

— Я... я гоблин? — спросил он.

— Гремлин, — подтвердил Аулэ, появляясь рядом. — Подходящая форма для того мира. Маленький, юркий, живучий. И уши — для слуха. В темноте пригодится.

Роман ощупал себя. Тело было незнакомым, но слушалось хорошо. Сила чувствовалась — не человеческая, другая, но достаточная.

— Инструменты? — спросил он.

— Здесь.

Рядом стоял его ящик. Старый, обшарпанный, но целый. Роман открыл — всё на месте.

— Как? — удивился он.

— Я сохранил, — сказал Аулэ. — Это часть тебя. Ты создавал ими. Они — твоя суть.

Роман посмотрел на кузнеца.

— Спасибо, — сказал он просто.

— Не за что. Живи. Строй. Чини. И не попадайся больше Валарам.

— Постараюсь.

Аулэ поднял молот.

— Иди, — сказал он. — И не поминай лихом. Ты больше не один.

Он ударил молотом по воздуху — и пространство раскололось. Романа затянуло в разрыв.

Последнее, что он услышал:

— В земли Фаэруна, гремлин. К гоблинам. Они твои.

---

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 3)

Комната наблюдения. На стенах мигают лампы, на столе кружки, в углу стоит большой вокс-экран с изображением Романа. Горка сидит в кресле, одной рукой держит кружку, другой — пытается починить старый болтер. Морка сидит на подлокотнике, болтает ногами и ест чипсы.

Из портала выходит Аулэ.

ГОРКА: (не поднимая головы) Новенький?

МОРКА: (с набитым ртом) На вид — не местный.

АУЛЭ: (отряхивает фартук) Аулэ. Кузнец. Валар. Смотрю за этим, — кивает на экран.

ГОРКА: (поднимает взгляд) И?

АУЛЭ: (садится на ящик) И хочу смотреть дальше.

МОРКА: (протягивает кружку) Держи.

АУЛЭ: (пробует) Ого. У вас тут своя атмосфера.

ГОРКА: (ухмыляется) Если ты про пиво — да. Если про обстановку — тоже да.

МОРКА: (в экран) Смотри, он сейчас ось чинить будет!

На экране Роман уже разбирает гоблинскую повозку.

АУЛЭ: (смотрит) Обычно я вижу, как он в темноте это делает. А тут — при свете.

ГОРКА: (пьёт) Ты его раньше видел?

АУЛЭ: (пожимает плечами) В Мории. Мельком. Он тогда с Балрогом встретился.

МОРКА: (подаётся вперёд) И что?

АУЛЭ: (усмехается) Я только успел стержень поправить и совет дать. А дальше он сам.

ГОРКА: (поднимает кружку) За самодельщиков.

МОРКА: (присоединяется) За упрямых!

АУЛЭ: (чокается) За тех, кто не сдаётся.

Все пьют. Гоблины на экране тоже поднимают что-то похожее на кружки.

МОРКА: (в экран) Роман! Они даже пить за тебя научились!

ГОРКА: (хлопает его по плечу) Это они у нас подсмотрели.

АУЛЭ: (улыбаясь) Вы тут, кажется, нашли общий язык.

ГОРКА: (ухмыляется) С кем? С ним? Или с пивом?

МОРКА: (важно) И то, и другое.

Комната богов. Горка, Морка и Аулэ (только что вернувшийся) сидят, смотрят на экран.

МОРКА: (заливается смехом) Уши! Смотрите, какие уши! Он теперь маленький и ушастый!

ГОРКА: (тоже улыбается) Гремлин. Прикольно.

На экране Роман вываливается из разрыва прямо в костёр посреди гоблинского лагеря.

МОРКА: (хохочет) В костёр! Он в костёр

---

Продолжение следует...

Глава 4

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

---

ЧАСТЬ 4. ПЛЕМЯ

Главы 26

---

Глава 26. Падение в костёр

Разрыв закрылся за спиной с хлопком, и Роман понял, что летит вниз, прямо в свет. Слишком яркий, слишком жаркий. Он не успел сгруппироваться — плюхнулся в костёр, рассыпав горящие ветки во все стороны. Искры взметнулись вверх, гоблины с визгом шарахнулись.

— Чтоб тебя, Аулэ! — выдохнул Роман, выкатываясь из углей.

Он хлопал себя по тлеющей одежде, катался по земле, пока не затушил последние искры. Лёгкие горели от дыма, но тело было цело. Гремлинья шкура выдержала.

Ящик с инструментами валялся в двух шагах. Обугленный, но целый. Роман дотянулся до него, прижал к себе, поднял глаза.

Вокруг стояли гоблины. Много. С копьями, дубинами, камнями в руках. От них пахло потом, сырой кожей и страхом. Жёлтые глаза сверкали в свете костра — злые, голодные, испуганные.

Кто-то швырнул камень. Роман едва успел пригнуться.

— Да вы что?! — заорал он. — Я полезный!

Гоблины замерли. Тот, что стоял в центре — самый крупный, с черепом зверя на голове и дубиной в руке — шагнул вперёд. Он посмотрел на Романа, потом на сломанный наконечник копья у своих ног. Поднял его, показал Роману.

— Это можешь? — спросил он хрипло.

Роман кивнул.

— Могу.

---

Глава 27. Первая неделя

Первую ночь Роман провёл под открытым небом. Жара спала, пустыня остывала быстро, ветер тянул с севера и заставлял дрожать. Он сидел у догорающего костра и смотрел на звёзды. Чужие звёзды. Рядом с ним лежал ящик с инструментами — единственное, что у него осталось.

Гоблины не подходили, но следили. Он слышал шёпот за спиной, чувствовал взгляды. Ночью кто-то попытался стянуть молоток. Роман проснулся, схватил вора за запястье, заставил разжать пальцы. Гоблин зашипел, отскочил в темноту.

— Смотреть можно, — сказал Роман спокойно. — Брать нельзя.

Утром он начал работать. Перековал все сломанные наконечники, починил несколько ножей, сделал зубила из обломков старого металла. Гоблины сидели вокруг и смотрели. В тишине слышался только звон молота по камню. Жара нарастала, солнце висело над головой неподвижно, и Роману казалось, что воздух плавится. Ветер перестал дуть, пустыня замерла. Он работал, пока не почувствовал, что земля под ногами начинает жечь через подошвы.

На третий день вождь подошёл сам.

— Почему не убегаешь? — спросил он.

Роман вытер пот, взглянул на пустыню, уходящую за горизонт до самого неба.

— Куда мне бежать? — спросил он. — Везде песок.

Вождь хмыкнул, развернулся и ушёл.

---

Глава 28. Сломанная ось

Старая повозка стояла в углу лагеря с тех пор, как сломалась. Трещина в оси, колесо болтается, дерево рассохлось. Гоблины не пытались её чинить — не было металла, не было мастера.

Роман осмотрел поломку, прикинул, сколько нужно времени. Ось можно было заменить, если найти подходящий кусок железа.

— Если я её починю, — сказал он вождю, — возить будете втрое больше.

Вождь пожал плечами:

— Если починишь — спасибо скажем.

Роман пошёл к своей кузнице. Горн был примитивным — яма, выложенная камнем, глиняная труба для воздуха, мех из старой козьей шкуры. Угля было немного, но хватало, чтобы нагреть металл до рабочей температуры.

Он выбрал обломок старого лезвия — толстую полосу железа, почти без ржавчины. Положил в горн, начал качать мех. Уголь разгорелся, температура пошла вверх.

Ковка заняла полдня. Роман нагревал металл до ярко-красного, вытаскивал клещами, бил камнем-молотом, придавая форму. Три цикла нагрева, три цикла ковки. Потом закалка — горячее железо в холодную воду из ручья. Пар, шипение, твёрдость. И отпуск — медленное остывание на воздухе.

Готовая ось легла в повозку ровно. Колесо село на место. Роман закрепил её шплинтом, который выковал из обломка гвоздя.

Вождь толкнул повозку. Она покатилась без скрипа.

— Работает, — сказал он.

Солнце клонилось к закату, длинные тени тянулись по песку. Роман сидел рядом с кузницей и смотрел, как гоблины катают повозку взад-вперёд, проверяя её.

— Полезный, — сказал вождь. — Очень полезный.

---

Глава 29. Бог-шестеренка

Слух о Романе пошёл по соседним племенам. Гоблины шли через пустыню, тащили сломанное оружие, просили починить. Роман работал с утра до ночи. Горн не остывал, уголь сгорал, гоблины приносили новый.

Жара стояла неделями, пустыня дрожала в мареве. Иногда поднимался ветер, гнал песок, и тогда Роман натягивал повязку на лицо, чтобы дышать. В такие дни кузница работала меньше — песок забивал мех, засыпал горн. Но когда ветер стихал, он снова принимался за работу.

— Ты чудеса делаешь, — говорили гоблины.

— Я работаю руками, — отвечал Роман.

— И мы работаем, — говорили они. — А чудес не получается.

Спорить было бесполезно. Они назвали его Бог-шестеренка. Роман махнул рукой и перестал возражать.

— Только жертвоприношений не устраивайте, — сказал он.

Гоблины закивали.

---

Глава 30. Условия

Через месяц Роман понял, что работать бесплатно нельзя. Гоблины привыкли — приносили хлам, забирали готовое, не спрашивая цены.

— Вождь, — сказал он. — Будем так: приносишь металл — я чиню. Не приносишь — не чиню.

Вождь нахмурился.

— Раньше ты чинил просто так.

— Раньше я доказывал, что полезен. Теперь я это доказал.

Вождь помолчал. Песок скрипел под ногами, где-то кричала птица. Ночь опускалась на лагерь, первая звезда зажглась на востоке.

— Справедливо, — сказал вождь.

Гоблины заворчали, но возражать не решились.

---

Глава 31. Язык

Роман учил язык гоблинов долго. Сначала он путал слова, коверкал окончания, но с каждым днём понимал больше.

— Это железо, — показывал он на кусок руды.

— Это ковка, — показывал он на горн.

Гоблины поправляли его, смеялись над акцентом, но терпели.

Через месяц он уже мог говорить без жестов. С акцентом, неправильно, но понятно.

— Говоришь, как мы, — сказал однажды старый гоблин. — Почти как свой.

---

Глава 32. Дом

Роман обустроил угол в пещере. Тёмный, тёплый — инстинкты гремлина вели его в самую глубину. Лежанка из шкур, полки для инструментов, очаг у входа.

Гоблины не заходили без спроса.

— Его дом, — говорили они.

Роман ложился вечером, слушал, как ветер завывает в пустыне. Засыпал под шёпот гоблинов в соседних углах.

— Нормально, — думал он. — Совсем нормально.

---

Глава 33. Кузница

Горн, который он построил, работал исправно, но Роману не хватало температуры. Уголь давал больше жара, чем дрова, но нужен был ещё воздух.

— Мне нужен мех, — сказал он вождю. — И уголь.

Гоблины принесли старый козий мех и мешок древесного угля. Роман приделал мех к глиняной трубе — получился поддув. Теперь он мог качать воздух, поднимая температуру.

Он сделал наковальню из плоского камня у ручья. Разложил инструменты. Кузница начала работать.

---

Глава 34. Учёба

Молодой гоблин, тот самый, что первым назвал его богом, подошёл через несколько недель.

— Научи, — сказал он.

Роман посмотрел на него. Глаза горели, руки дрожали от нетерпения.

— Садись, — сказал Роман. — Смотри.

Он показал, как держать молот, как нагревать металл, как бить, чтобы не пережечь заготовку. Гоблин повторял, ошибался, переделывал. Через час у него получился кривой нож.

— Мой! — закричал он.

— Твой, — сказал Роман.

---

Глава 35. Подготовка к охоте

В тот сезон гоблины готовились к большой охоте. Звери, которые бродили по пустыне, были крупными и злыми. Толстая шкура, мощные лапы, длинные когти. Обычные копья пробивали плохо, ножи гнулись.

Вождь пришёл к Роману.

— Нужно оружие, — сказал он. — Острое. Надёжное.

— Давайте, что есть, — сказал Роман. — Посмотрю.

Гоблины принесли старые наконечники, поломанные ножи, обломки клинков. Металл был хорошим — старые гномьи работы, перекованные вручную.

Роман переплавил всё, что можно было переплавить. Нагрел в горне, выковал наконечники длиннее и тоньше, с зазубринами. Ножи сделал острее, с ровной заточкой.

— Готово, — сказал он.

Вождь попробовал — копьё пробило камень. Он улыбнулся — редкость для гоблина.

— А защита? — спросил он. — У нас только шкуры.

Роман подумал. Единственное, что у них было в избытке, — старая кожа.

— Кожа и смола, — сказал он. — Это будет держать удар лучше, чем шкура.

Он взял несколько слоёв кожи, пропитал смолой, которую гоблины собирали с местных деревьев, склеил вместе, дал высохнуть. Пластины стали твёрдыми, почти как дерево.

Вождь надел их, ударил по ним ножом — лезвие не прошло.

— Хорошо, — сказал он. — Очень хорошо.

---

Глава 35А. Первая охота в броне

Гоблины ушли на охоту через три дня. Роман остался в лагере — его место было у горна.

Они вернулись на рассвете. С добычей, с криками, с радостью. Вождь нёс шкуру зверя, на которой не было следов копыт — только глубокие царапины.

— Работает! — заорал он. — Копья пробивают! Броня держит!

Молодой гоблин подошёл к Роману, повернулся спиной. На броне был шрам — коготь прошёл, но не пробил.

— Не пробило, — сказал он.

Роман кивнул.

— Так и должно быть.

---

Глава 36. Конкуренция

В племя пришёл шаман. Старый, сморщенный, с черепами на поясе. Он посмотрел на Романа, на его горн, на его инструменты, на гоблинов в броне.

— Кто это? — спросил он.

— Бог-шестеренка, — ответил вождь. — Железо чинит.

Шаман подошёл ближе.

— Я здесь главный по духам, — сказал он. — А ты кто?

— Инженер, — ответил Роман. — Я по железу.

— Духи не любят железо.

— А я люблю.

---

Глава 37. Шаманские штучки

Через неделю работа Романа начала портиться. Ножи ломались, наконечники выпадали из древков, молоток треснул пополам.

Роман осмотрел всё, проверил инструменты, заглянул в горн.

Следов магии не было. Только следы вредительства. Кто-то забивал клинья в наконечники, ломал их нарочно. Кто-то прятал молоток в камни, пока Роман спал.

— Шаман, — понял Роман.

Он начал следить.

---

Глава 38. Прагматик против магии

Через неделю Роман собрал доказательства. Три случая порчи, два свидетеля, следы — нити от шаманского плаща на осколках ножа.

На совете у костра Роман показал всё вождю. Шаман пытался возражать, но свидетели подтвердили.

— Ты врёшь, — сказал вождь шаману. — Он говорит правду.

— Уходи, — сказал вождь. — Ты больше не нужен.

---

Глава 39. Ночные разговоры

Иногда Роман сидел с вождём у костра, когда пустыня остывала, а ветер стихал. Гоблин рассказывал о войнах, о голоде, о духах.

Роман слушал, запоминал, кивал.

— Ты странный, — сказал вождь однажды. — Слушаешь, как будто учишься.

— Я учусь, — сказал Роман. — Всю жизнь.

---

Глава 40. Тоска по стали

Ночью Роман не спал. Жара спала, но внутри горело что-то другое — инстинкт, который просыпался в теле гремлина. Жар поднимался откуда-то из глубины, кожа чесалась, в голове шумело.

Он сидел у костра, смотрел на огонь и думал о том, что это только начало. В Мории он выжил. Среди гоблинов он выжил. Но что дальше?

Ветер тянул с востока, песок шелестел под ногами. Над головой сияли чужие звёзды.

— Только бы не сейчас, — прошептал он.

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 4)

---

Комната наблюдения — тесная, прокуренная, заставленная пустыми кружками и банками из-под тушёнки. На стенах мигают лампы, кабели свисают с потолка, как лианы. В углу гудит вентиляция — то ли работает, то ли дышит.

Горка сидит в своём массивном кресле, развалившись, и держит в руках веер карт. На коленях у него лежит початая банка с пивом. Аулэ сидит на ящике, поджав ноги, и задумчиво смотрит в свои карты, покусывая ус. Морка пристроился на подлокотнике кресла Горки и косится в его карты.

ГОРКА: (не глядя, кладёт на стол карту) Десятка бубен.

АУЛЭ: (хмурится, трогает ус) Так... А чего это ты десятку? У меня тут ничего такого нет.

МОРКА: (подглядывает в карты Аулэ) А у тебя вообще дурацкие карты. Зачем ты вообще с нами играешь, если не умеешь?

АУЛЭ: (возмущённо) Я умею! Просто ты подглядываешь!

ГОРКА: (усмехается) А ты не давай ему подглядывать.

АУЛЭ: (кладет карту) Туз пик.

МОРКА: (подлетает) Туз?! А его же у тебя не было!

АУЛЭ: (спокойно) Был. Я его прятал.

ГОРКА: (смотрит на Аулэ с уважением) Хитрый... Ну давай, бей.

Сзади, на вокс-экране, висит изображение Романа. Он сидит у костра, обхватив колени, и смотрит на звёзды. Пустыня вокруг тёмная и спокойная.

МОРКА: (указывает на экран) Гляньте, наш там сидит. Грустит, наверное.

ГОРКА: (отмахиваясь) Отстань. Он всегда грустит. Играем.

АУЛЭ: (бросает взгляд на экран) Ещё бы не грустить. С гоблинами живет, сам мелкий, ушастый. Я бы тоже грустил.

МОРКА: (вмешивается) А он молодец! Полезным стал! Его теперь гоблины богом считают.

ГОРКА: (фыркает) Он, может, и молодец, но давай играть. Чего он там делает — не наша забота. Смотрит — и ладно.

АУЛЭ: (берёт из колоды карту, рассматривает её) А вообще, он не безнадёжен. Я за ним наблюдаю — в Мории он тоже не сдавался. И здесь не сдастся.

МОРКА: (смотрит на экран) А если сдастся?

ГОРКА: (усмехается) Не сдастся. Он упрямый.

На экране Роман вдруг поднимает голову, смотрит куда-то в ночное небо. Ветер качает песок, и его фигура кажется совсем маленькой на фоне пустыни.

МОРКА: (задумчиво) Слушайте... А чего он на небо-то смотрит? У себя там звёзды считает?

ГОРКА: (пожимает плечами) Может, и считает. Он же у нас инженер, а не астроном.

АУЛЭ: (кладет карту на стол) Десятка крести. Бейте, если есть чем.

ГОРКА: (ухмыляясь) Есть! — кладёт козырного туза. — Забираю.

МОРКА: (возмущённо) Так нечестно! Ты подглядывал!

ГОРКА: (поднимает кружку) Я бог. Мне можно.

На экране Роман проводит рукой по песку, оставляя ровную линию. Он смотрит на неё, потом на небо, потом снова в пустыню. Ещё раз вздыхает и засыпает, завернувшись в грязный плащ.

МОРКА: (довольно) Ну, красота. Спит, всё тихо.

АУЛЭ: (смотрит на карты) Пока тихо. А завтра, глядишь, новое что-то начнётся.

ГОРКА: (поднимает кружку, подмигивая Морке) Завтра увидим. А сейчас — мы боги. А боги — играют.

Глава 5

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

---

41.Восьмой месяц.

Роман чувствовал — приближается.

Жар накатывал всё чаще, всё сильнее. Сны стали ярче, реальнее. Он видел коконы, слышал писк новорождённых, чувствовал запах слизи.

— Сколько ещё? — спрашивал он себя. — День? Неделя? Месяц?

Он готовился. Уходил в пустыню каждую ночь, подальше от лагеря. Ложился на песок и ждал. Но пока ничего не происходило.

— Может, я ошибаюсь? — надеялся он. — Может, пронесёт?

Не пронесло.

--- Глава 42. Ночь

Восьмой месяц у гоблинов.

Жара спала к вечеру. Пустыня остывала медленно, ветер тянул с севера, гнал по песку редкие кусты перекати-поля. Роман сидел у входа в пещеру и смотрел, как солнце уходит за горизонт. Два диска садились почти одновременно, окрашивая небо в багровый цвет.

Внутри пещеры горел огонь. Гоблины возились, переговаривались, кто-то чинил лопнувшую сбрую. Роман сидел один — гремлинов ещё не было, и Шурупа, конечно, тоже.

Он смотрел на стену пещеры. Там, в глубине, где горел очаг, была нацарапана углём странная фигура — арка, линии, переплетения. Он рисовал её по ночам, когда никто не видел.

— Что это? — спросил молодой гоблин, подходя ближе. Тот самый, который назвал его богом.

— План, — ответил Роман. — Арка, которая может открыть дорогу.

— Куда?

— Не знаю. Туда, откуда я пришёл.

Гоблин подошёл ближе, разглядывая чертёж.

— И как это работает?

— Сложно, — сказал Роман. — Нужны материалы, энергия и точный расчёт.

Он замолчал, глядя на угольные линии, которые за эти месяцы почти стёрлись.

— Я не закончил, — добавил он. — Пока не закончил.

— А ты достроишь? — спросил гоблин.

— Не знаю, — ответил Роман. — Наверное, да.

Он сидел и смотрел на чертёж, пока вокруг не стемнело окончательно. Ветер завывал в пустыне. Гоблины стихли. Только молодой гоблин сидел рядом, молча, и ждал.

— Как тебя зовут? — спросил Роман.

— Меня зовут Коготь, — ответил гоблин. — Я хочу научиться делать то, что ты делаешь.

Роман посмотрел на него.

— Научу, — сказал он. — Если будет время.

Коготь кивнул и ушёл в темноту пещеры.

Роман остался один.

---

Глава 43. Новый дом

Девятый месяц у гоблинов.

Роман обустроил свой угол в пещере. Тёмный, тёплый — инстинкты гремлина вели его в самую глубину. Лежанка из шкур, полки для инструментов, очаг у входа.

Гоблины не заходили без спроса.

— Его дом, — говорили они.

Роман ложился вечером, слушал, как ветер завывает в пустыне. Засыпал под шёпот гоблинов в соседних углах.

— Нормально, — думал он. — Совсем нормально.

---

Глава 44. Учёба

Десятый месяц у гоблинов.

Молодой гоблин, тот самый, что первым назвал его богом, подошёл через несколько недель.

— Научи, — сказал он.

Роман посмотрел на него. Глаза горели, руки дрожали от нетерпения.

— Садись, — сказал Роман. — Смотри.

Он показал, как держать молот, как нагревать металл, как бить, чтобы не пережечь заготовку. Гоблин повторял, ошибался, переделывал. Через час у него получился кривой нож.

— Мой! — закричал он.

— Твой, — сказал Роман.

---

Глава 45. Верность

Одиннадцатый месяц у гоблинов.

Утром Роман стоял у своей кузницы и перебирал инструменты. Горн остыл, уголь догорел, оставляя лишь серый пепел. Он не работал — ждал.

Гоблины суетились вокруг, ощущая напряжение. Даже вождь вышел из пещеры раньше обычного, хмурый и сосредоточенный.

— Люди, — сказал он, подходя. — Опять пришли. Те же.

Роман кивнул. Он уже знал.

Он смотрел, как караван приближается к лагерю. Десять человек, вьючные животные, мешки с товаром. Впереди — старый купец Борис. Он остановился на почтительном расстоянии, поднял руку в знак мира.

— Я снова здесь, — сказал он громко, обращаясь прямо к Роману. — И моё предложение всё ещё в силе.

Роман шагнул вперёд. Гоблины за его спиной замерли.

— Я слышал, — ответил он.

— У нас есть мастерская, — продолжал Борис. — Инструменты. Материалы. Защита. Всё, что тебе нужно для работы. Ты будешь жить в доме, есть человеческую еду, спать на кровати. Ты не будешь дикарём.

Роман оглянулся на пещеру. На гоблинов, которые смотрели на него с испугом.

— А они? — спросил Роман, кивая на гоблинов.

— Они дикари, — Борис поморщился. — Они не оценят тебя по достоинству. Ты здесь просто инструмент для них. А у нас ты станешь человеком.

— Я не человек, — сказал Роман. — Я гремлин.

— Это неважно.

— Для меня важно.

Он шагнул назад.

— Я остаюсь.

Борис помолчал, глядя на него.

— Ты уверен? — спросил он тихо. — Вокруг тебя — только пустыня, дикари и голод. Мы можем дать тебе больше.

Роман усмехнулся.

— У меня есть работа, — сказал он. — Есть ученик. Есть кузница. И у меня есть они.

Он мотнул головой в сторону гоблинов.

— Они могут быть дикарями. Но они — мои дикари.

Борис вздохнул и покачал головой.

— Как хочешь, — сказал он. — Если передумаешь — знаешь, где нас найти.

Он развернулся и пошёл к каравану.

Роман стоял неподвижно, пока люди не скрылись в песках. И только тогда выдохнул.

— Наш! — закричал кто-то из гоблинов.

— Наш! — подхватили остальные.

Они обступили его, хлопали по плечам, тащили к костру.

— Наш бог! — кричали они. — Наш инженер!

Роман улыбнулся, хотя внутри было горько.

— Это наш дом, — сказал он.

---

Глава 46. Подготовка к охоте

Двенадцатый месяц у гоблинов.

В тот сезон гоблины готовились к большой охоте. Звери, которые бродили по пустыне, были крупными и злыми. Толстая шкура, мощные лапы, длинные когти. Обычные копья пробивали плохо, ножи гнулись.

Вождь пришёл к Роману.

— Нужно оружие, — сказал он. — Острое. Надёжное.

— Давайте, что есть, — сказал Роман. — Посмотрю.

Гоблины принесли старые наконечники, поломанные ножи, обломки клинков. Металл был хорошим — старые гномьи работы, перекованные вручную.

Роман переплавил всё, что можно было переплавить. Нагрел в горне, выковал наконечники длиннее и тоньше, с зазубринами. Ножи сделал острее, с ровной заточкой.

— Готово, — сказал он.

Вождь попробовал — копьё пробило камень. Он улыбнулся — редкость для гоблина.

— А защита? — спросил он. — У нас только шкуры.

Роман подумал. Единственное, что у них было в избытке, — старая кожа.

— Кожа и смола, — сказал он. — Это будет держать удар лучше, чем шкура.

Он взял несколько слоёв кожи, пропитал смолой, которую гоблины собирали с местных деревьев, склеил вместе, дал высохнуть. Пластины стали твёрдыми, почти как дерево.

Вождь надел их, ударил по ним ножом — лезвие не прошло.

— Хорошо, — сказал он. — Очень хорошо.

---

Глава 47. Тайна вождя

Тринадцатый месяц у гоблинов.

Однажды вечером вождь подошёл к Роману, когда тот сидел у костра.

— Иди за мной, — сказал он.

Роман удивился, но пошёл. Вождь привёл его в глубокую расщелину в скалах, куда никто не ходил. Там, под грудой камней, лежал кусок металла — тёмный, тяжёлый, с необычным блеском.

— Что это? — спросил Роман.

— Небесное железо, — ответил вождь. — Упало с неба давно. Наши деды хранили. Для самого важного.

Роман взял металл в руки. Он был холодным и тяжёлым.

— Метеоритное железо, — прошептал он. — Идеальный проводник.

— Ты остался с нами, — сказал вождь. — Теперь это твоё.

Роман посмотрел на него. На старого, морщинистого гоблина, который доверил ему самое ценное.

— Спасибо, — сказал он. — Я не подведу.

---

Глава 48. Силовой каркас

Двадцать первый месяц у гоблинов.

Роман сидел у горна и смотрел на свой новый манипулятор. Он работал, но чего-то не хватало.

— Усилие есть, — бормотал он. — Но руки устают. Спина болит. Ноги тоже.

Он вспомнил, как в детстве читал фантастику — там были герои в железных костюмах, которые могли таскать тонны. Конечно, это была выдумка, но идея распределять нагрузку по всему телу казалась правильной.

— Нужен каркас, — сказал он. — Чтобы нагрузка шла не на руки, а на всё тело.

Он взял кусок кожи, прикинул, как закрепить конструкцию на спине и ногах. Манипулятор должен был крепиться не к плечам, а к жёсткому каркасу, который шёл вдоль позвоночника.

— Если нагрузка идёт на каркас, а не на мышцы, — бормотал он, — то можно таскать больше.

Он начал с пояса. Широкая кожаная полоса с металлическими вставками, которая закреплялась на бёдрах. От неё шли рычаги к коленям и стопам.

— Система блоков, — думал он. — Тянешь рычаг — напряжение передаётся на ноги, а не на спину.

Спина была сложнее. Он сделал жёсткий корсет из нескольких слоёв кожи и металлических пластин, который охватывал торс и крепился к поясу. Манипуляторы крепились к этому корсету.

— Теперь усилие идёт через корсет на ноги, — объяснил он Шурупу. — Я не устаю.

Он надел конструкцию. Корсет сел плотно, ремни натянулись. Ноги почувствовали тяжесть, но не так, как раньше.

— Теперь манипулятор, — сказал он и прикрепил руки к корсету.

Он подошёл к камню, сжал захват, поднял. Камень поднялся легко, без напряжения.

— Работает, — сказал он.

---

Глава 49. Первое рождение

Одиннадцатый месяц у гоблинов.

Ночью Роман проснулся от того, что его тело разрывало изнутри. Он лежал на шкурах, сжав зубы, и чувствовал, как жар поднимается откуда-то из глубины, обжигая грудь и спину. Кожа чесалась так, что он готов был содрать её ногтями. В ушах гудело, перед глазами плыли пятна.

Он попытался встать — не смог. Ноги подкосились, он рухнул на колени, ударился головой о камень, но даже боли почти не почувствовал. Тело жило своей жизнью, и она была чужой.

— Ну давай, — прошептал он. — Добивай.

Но тело не добивало. Оно рождало.

Коконы выходили из него один за другим, падали на землю с глухим стуком. Тёплые, склизкие, влажно блестящие в свете остывающего костра. Роман видел их, но не мог пошевелиться. Только смотрел, как они падают и замирают.

Когда всё закончилось, он отключился.

---

Утром он открыл глаза.

Пещера была залита светом. Два солнца уже поднялись, и их лучи пробивались сквозь щели в скале, падая на камни и на десять мокрых комочков, сидящих вокруг него.

Они смотрели на него. Молчали. Ждали.

— Ну, — сказал Роман хрипло. — Привет.

Один из них подполз ближе. Маленький, дрожащий, с огромными глазами. Он коснулся его руки ладонью.

— Первый? — пискнул он.

Роман посмотрел на него. На маленького, мокрого, с огромными ушами и цепкими пальцами.

— Я, — ответил Роман. — Я Первый.

Гремлин улыбнулся — неловко, щербато.

— Ты Первый! — повторил он радостно.

Роман с трудом поднял руку и положил ему на голову.

— Ты будешь Шурупом, — сказал он.

Остальные подползли ближе. Толкались, мяукали, пытались коснуться. Рук не хватало. Роман просто сидел и смотрел на них.

— Мои, — сказал он. — Все мои.

---

Глава 49А. Первые ученики

Четырнадцатый месяц у гоблинов.

Через три месяца после рождения Роман уже мог ходить. Он сидел у входа в пещеру и смотрел, как десять гремлинов возятся в пыли. Они падали, вставали, снова падали, спотыкались о собственные хвосты и грызли камни.

— Шуруп, — сказал он. — Иди сюда.

Шуруп подлетел, чуть не навернувшись по дороге.

— Да, Первый!

Роман протянул ему кусок дерева и нож.

— Режь.

Шуруп взял нож, прицелился, махнул. Дерево треснуло, нож выскользнул и чуть не вонзился ему в бедро.

— Твою мать, — сказал Роман. — Ты что, слепой?

— Я не хотел!

— Знаю. Поэтому учу. Давай ещё раз. Медленнее.

Шуруп попробовал снова. Получилось криво, но без членовредительства.

— Сойдёт, — сказал Роман. — Следующий.

Коготь шагнул вперёд, взял нож, размахнулся и отрезал себе кусок пальца.

— Ай, бля!

Роман закрыл глаза, выдохнул.

— Ладно. Перевязываем. Кто следующий?

Остальные отступили на шаг.

— Ясно, — сказал Роман. — Вы все боятся.

— Нет! — хором возразили они.

— Тогда докажите.

Никто не двинулся.

— Так и думал, — вздохнул Роман.

---

Глава 49Б. Кто не работает, тот не жрёт

Шестнадцатый месяц у гоблинов.

Через два месяца Роман ввел правило.

— Еда — за работу, — сказал он. — Сделал что-то полезное — жрёшь. Не сделал — сидишь голодный.

Гремлины загудели.

— Это нечестно! — закричал один.

— Справедливо, — ответил Роман. — Я тоже так живу.

Шуруп первым понял. Он взял три сломанных ножа и наточил их. Роман кивнул, кинул ему лепёшку.

— Хорошо.

Коготь починил два наконечника. Получил еду.

Зубило сломал молоток. Роман посмотрел на него.

— Чини. Не починишь — не жрёшь.

Зубило поплёлся в кузницу, волоча обломки. Остальные засмеялись.

— Смейтесь, — сказал Роман. — Завтра он будет есть, а вы будете смотреть.

Смех стих.

---

Глава 49В. Тот, кто шарит

Восемнадцатый месяц у гоблинов.

Через полгода Роман понял, что все десять — тупые. Все, кроме Шурупа.

— Шуруп, — сказал он вечером. — Ты остаёшься.

— Почему?

— Потому что ты единственный, кто не пытается засунуть нож в собственный глаз.

Шуруп заулыбался.

— Я буду помогать тебе?

— Будешь.

Роман посмотрел на остальных. Они сидели у костра, жевали лепёшки и о чём-то переговаривались.

— Ты главный, — сказал он Шурупу. — Если я уйду, ты за всех отвечаешь.

Шуруп выпрямился.

— Я справлюсь.

— Посмотрим.

---

Глава 49Г. Пружинная сталь

Двадцатый месяц у гоблинов.

Роман возился у горна уже третью неделю. Он пытался сделать пружинную сталь — ту, что гнётся и возвращается в форму. В Мории он видел такие механизмы, но не знал, как их делают.

— Первый, — позвал Шуруп. — Что ты делаешь?

— Пробую, — ответил Роман, не оборачиваясь. — Нужно что-то, что будет работать как мышца.

Он перебирал куски металла, нагревал, охлаждал, снова нагревал. На десятый день ему удалось получить кусок стали, который пружинил.

— Есть! — сказал он. — Получилось.

— Что получилось? — спросил Шуруп.

— Пружина, — ответил Роман. — Теперь можно делать манипуляторы получше.

Он взял старый манипулятор, который использовал ещё в Мории, и начал переделывать его. Вместо простых рычагов он вставил пружины — они давали усилие, которого раньше не хватало.

— Теперь он будет держать крепче, — сказал он. — И двигаться плавнее.

---

Глава 49Д. Система блоков

Двадцать первый месяц у гоблинов.

Роман сидел у горна и смотрел на свой новый манипулятор. Он работал, но чего-то не хватало.

— Усилие есть, — бормотал он. — Но руки устают. Спина болит. Ноги тоже.

Он вспомнил, как в детстве читал фантастику — там были герои в железных костюмах, которые могли таскать тонны. Конечно, это была выдумка, но идея распределять нагрузку по всему телу казалась правильной.

— Нужен каркас, — сказал он. — Чтобы нагрузка шла не на руки, а на всё тело.

Он взял кусок кожи, прикинул, как закрепить конструкцию на спине и ногах. Манипулятор должен был крепиться не к плечам, а к жёсткому каркасу, который шёл вдоль позвоночника.

Он начал с пояса. Широкая кожаная полоса с металлическими вставками, которая закреплялась на бёдрах. От неё шли рычаги к коленям и стопам.

Спина была сложнее. Он сделал жёсткий корсет из нескольких слоёв кожи и металлических пластин, который охватывал торс и крепился к поясу. Манипуляторы крепились к этому корсету.

Он надел конструкцию. Корсет сел плотно, ремни натянулись. Ноги почувствовали тяжесть, но не так, как раньше.

— Теперь манипулятор, — сказал он и прикрепил руки к корсету.

Он подошёл к камню, сжал захват, поднял. Камень поднялся легко, без напряжения.

— Работает, — сказал он.

---

Глава 49Е. Ноги тоже работают

Двадцать второй месяц у гоблинов.

Роман понял, что ноги нуждаются в усилении.

— Если я несу тяжесть, — говорил он, — ноги тоже должны помогать.

Он добавил к каркасу пружины на коленях и бёдрах.

— Когда я приседаю, пружины сжимаются. Когда встаю — разжимаются, помогая подняться.

Он протестировал новую систему. Присел, поднял камень, встал. Пружины сработали — подъём стал легче.

— Теперь я могу работать быстрее, — сказал он. — И меньше уставать.

Он добавил тросы от ног к рукам — чтобы усилие распределялось по всему телу.

---

Глава 49Ж. Два года

Двадцать четвёртый месяц у гоблинов.

Ровно два года Роман жил у гоблинов.

Он сидел у входа в пещеру и смотрел на пустыню. Два солнца садились за горизонт, окрашивая небо в багровый цвет. Шуруп сидел рядом.

— Первый, — спросил он. — Ты останешься?

— Останусь, — ответил Роман. — Здесь есть, что делать.

Он посмотрел на свой каркас, на кузницу, на десять гремлинов, которые копались в хламе.

— У нас есть всё, — сказал он. — Материалы, инструменты, идеи. Нужно только работать.

— Мы будем, — сказал Шуруп.

— Знаю.

Он встал и пошёл к горну.

— Завтра начинаем новый проект.

---

КОНЕЦ ГЛАВ 42–49Ж

---

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 5)

Комната богов. Горка развалился в кресле, кружка в одной руке, чипсы в другой. Аулэ сидит на ящике и смотрит в экран. Морка крутится возле стола, жуёт что-то с хрустом.

МОРКА: (смотрит в экран) Он теперь как жук. Весь в железе.

ГОРКА: (усмехается) Ага. Жук-инженер. С пружинами и тросами.

АУЛЭ: (пожимает плечами) Зато таскать может в два раза больше.

МОРКА: (фыркает) Ага. Теперь он сможет таскать не только камни, но и тупых гремлинов.

ГОРКА: (пьёт пиво) Он и так их таскает.

АУЛЭ: (вздыхает) Через пару лет он сам будет их учить. И тогда поймёт, что учить — сложнее, чем ковать.

МОРКА: (подмигивает) Родить легко. Научить не отрезать себе палец — вот это вызов.

ГОРКА: (вздыхает) Добро пожаловать в отцовство.

АУЛЭ: (усмехается) Он ещё не знает, что через год их будет сто.

МОРКА: (добавляет) И что они начнут строить город.

Все трое смотрят на экран.

---

Глава 6

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

ЧАСТЬ 6. СОВМЕСТНАЯ ЖИЗНЬ

Главы 50

---

Глава 50. Встреча (три дня дистанции)

Три дня прошло с момента первой встречи.

Роман и Капитан не доверяли друг другу полностью. Это было нормально — опытные люди не бросаются в объятия при первой встрече.

Первый день они просто наблюдали. Отряды держались на расстоянии, выставив дозоры. Гремлины смотрели на урук-хаев, урук-хаи — на гремлинов.

— Странные они, — сказал Клык, почёсывая затылок. — Маленькие, ушастые. Но глаза умные.

— Не такие уж маленькие, — ответил Грым. — Вон тот, с рыжей шерстью, Шурупом зовут. Он гранаты кидает. Метко.

— Гранаты?

— Алхимические. Взорвутся — мало не покажется.

На второй день они обменялись патрулями. Небольшие группы подходили ближе, разглядывали, возвращались с докладами.

— У них оружие хорошее, — докладывал Шуруп. — Мечи, топоры, луки. Но грубое. Наше лучше.

— У них дисциплина, — докладывал Жила. — Строем ходят, команды слушают. Не то что наши гоблины.

На третий день Роман и Капитан встретились на нейтральной полосе. Без оружия, без охраны.

— Ну что, — сказал Капитан. — Пора разговаривать.

— Пора, — согласился Роман.

Они сели на камни друг напротив друга.

— Рассказывай, — сказал Капитан.

И Роман рассказал. Всё. Завод, Морию, Балрога, суд, гоблинов, рождение гремлинов, строительство города, Павлина.

Капитан слушал молча. Потом кивнул.

— Похоже на мою историю, — сказал он. — Только я сразу в урук-хая попал. БТГ, горячие точки, потом смерть в подворотне... и очнулся здесь.

— В урук-хае? — удивился Роман.

— Ага. Тело другое, а голова та же. Так и живу.

Они помолчали.

— Что думаешь? — спросил Роман.

— Думаю, что вместе нам будет легче, — ответил Капитан. — Враг у нас один. Павлин этот. Если он такой сильный, как ты говоришь, то в одиночку не справиться.

— Не справиться, — согласился Роман.

— Значит, вместе.

— Вместе.

Они пожали руки. Впервые за три дня.

---

Глава 51. Совместная жизнь

На четвёртый день отряды объединились. Разбили общий лагерь, выставили общие дозоры.

Роман показывал Капитану город.

— Вот кузница, — говорил он. — Тут делаем оружие и инструменты. Вот мастерские — здесь чиним всё, что ломается. Вот жилые помещения. Тут школа, тут склад...

Капитан смотрел и удивлялся.

— Ты это один построил?

— Не один. Гремлины помогали.

— За два года?

— За два.

Капитан покачал головой.

— Ты гений, Инженер.

— Просто работаю, — ответил Роман. — А ты?

— У меня армия, — усмехнулся Капитан. — Сорок урук-хаев. Дисциплина, тактика, опыт. Но города у нас нет. Мы кочуем.

— Теперь есть, — сказал Роман. — Места хватит.

---

Глава 52. Обмен опытом

Отряды объединились. Роман и Капитан решили, что вместе выживать легче.

Гремлины и урук-хаи поначалу косились друг на друга. Слишком разные. Маленькие, ушастые, вечно копающиеся в железках — и огромные, серокожие, с топорами наперевес.

— Они нас не съедят? — спросил Шуруп у Романа.

— Нет, — ответил Роман. — Они наши союзники.

— А что такое союзники?

— Те, кто помогает.

Шуруп задумался. Потом кивнул.

— Хорошо. Пусть помогают.

Капитан тем временем разбирался со своими.

— Грым, — сказал он. — Чтобы никаких драк с мелкими.

— А если они первые?

— Не первые. Они умные. И полезные. Посмотри, что они из металла делают.

Грым посмотрел. Гремлины как раз собирали новый станок. Детали блестели, шестерёнки крутились, пар шипел.

— Красиво, — признал Грым.

— То-то же.

Вечером они сидели у костра и обменивались знаниями.

— Вот смотри, — Роман развернул чертёж. — Алхимическая граната. Корпус — чугун, внутри — зажигательная смесь. Рвётся хорошо, осколки мелкие.

Капитан изучил чертёж.

— А если корпус ребристый сделать? Тогда осколков больше.

— Ребристый? — задумался Роман. — Можно. Надо попробовать.

Он крикнул Хрыча. Тот подошёл, посмотрел на чертёж.

— Сделаем, Инженер, — кивнул он. — Ребристый — не проблема.

— А у вас что? — спросил Роман.

Капитан достал свою карту — начерченную на коже.

— Вот наши позиции. Вот территория, где мы кочуем. Вот места, где опасно — там эльфы, там люди, там твари всякие.

— Много врагов?

— Хватает. Мы живём войной.

Роман кивнул.

— Мы живём работой. Похоже, мы дополняем друг друга.

— Похоже на то.

Капитан показывал, объяснял тактику. Роман слушал внимательно.

— У вас военная наука, — сказал он. — У нас — инженерная. Вместе — сила.

— Вместе — сила, — согласился Капитан.

---

Глава 53. Дружба

Клык и Шуруп сидели у костра. Клык вертел в руках шестерёнку, Шуrup смотрел.

— А что это? — спросил Клык.

— Шестерёнка, — ответил Шуруп. — От механизма.

— А зачем?

— Крутится. Передаёт движение.

Клык попробовал покрутить. Шестерёнка заскрипела, но завертелась.

— Ух ты, — сказал он. — А у нас такого нет.

— У вас мечи есть, — сказал Шуруп. — Мечом проще — бац, и готово.

— А если меч сломается?

— Тогда новый берут, — пожал плечами Клык.

Шуруп ужаснулся.

— Новый?! А старый?

— Выбрасывают.

— Выбрасывают?! Железо?! Ты с ума сошёл?

Клык испугался.

— А что? Нельзя?

— Нельзя! — горячо заговорил Шуруп. — Железо — это ресурс! Его переплавлять надо! Чинить можно!

— Пере... плавлять? — Клык не понял, но почувствовал важность момента.

— Пошли, я тебе покажу! — Шуруп потащил его к кузнице. — Научу мечи чинить!

Так началась их дружба.

---

Глава 54. Учения

На следующее утро Роман и Капитан устроили совместные учения.

— Тройки! — командовал Капитан. — Один прикрывает, двое работают! Перекаты! Не задерживаться на месте!

Урук-хаи строились, перебегали, отрабатывали взаимодействие.

Гремлины смотрели, учились.

— Теперь ваша очередь, — сказал Капитан.

Роман вышел вперёд.

Крикнул он. — Зарядить гранатомёты! Прицел по камням! Огонь!

Гремлины выстрелили. Гранаты взорвались, разнеся камни в щебень.

Урук-хаи присвистнули.

— Сила, — сказал Грым. — Настоящая сила.

— Вместе — ещё больше, — ответил Роман.

---

Глава 55. Охота

Через неделю они устроили совместную охоту. В лесу водились крупные звери — местные аналоги кабанов, только с клыками до пояса.

Роман и Капитан разработали план. Урук-хаи загоняли зверя, гремлины ставили ловушки.

Охота удалась. Зверя убили быстро, почти без потерь (один урук-хай поранил руку, но Роман перевязал).

Вечером жарили мясо, пели песни. Урук-хаи пели свои — военные, грубые. Гремлины подпевали, фальшивили, но старались.

— Хорошо, — сказал Капитан, жуя мясо. — Давно так не отдыхал.

— Я вообще никогда, — ответил Роман. — Всё работа, работа...

— Теперь будет и отдых.

— Посмотрим.

---

Глава 56. Первая зима вместе

Наступила зима. Снег завалил входы в пещеры, ветер выл в скалах.

Но в городе было тепло. Паровые машины грели воду, трубы несли тепло в жилые помещения. Гремлины и урук-хаи сидели вместе у огня, рассказывали истории.

— А у нас в БТГ был случай... — начинал Капитан.

— А в Мории я однажды... — подхватывал Роман.

Гремлины слушали, разинув рты. Урук-хаи тоже.

— Вы столько всего видели, — сказал Клык. — А мы только здесь родились.

— Ничего, — ответил Роман. — У вас всё впереди.

---

Глава 57. Праздник

На середине зимы устроили большой праздник. В честь выживания, в честь дружбы, в честь всего сразу.

Жгли костры, жарили мясо, пили местное пойло. Гоблины плясали, гремлины подпрыгивали, урук-хаи били в барабаны.

Роман сидел в стороне, смотрел на это веселье и улыбался.

— О чём думаешь? — спросил Капитан, подсаживаясь.

— Думаю, что хорошо, — ответил Роман. — Что мы вместе. Что выжили. Что построили всё это.

— А что там, за горизонтом? — спросил Капитан, глядя в темноту.

— Не знаю, — честно ответил Роман. — Может, другие народы. Может, враги. Может, друзья.

— Мы готовы, — сказал Капитан. — Вместе.

— Вместе, — кивнул Роман.

---

Глава 58. Разведка

Весной отправили разведку. Жила и Мелкая ушли на юг, в сторону пустыни, откуда, по слухам, приходили странные отряды.

Они шли три дня. На четвёртый наткнулись на следы.

— Смотри, — сказала Мелкая, показывая на песок. — Следы верблюдов. Но верблюдов здесь не бывает.

— И ткань, — поднял Жила клочок чёрного шёлка. — Дорогая. С золотым шитьём.

Они собрали образцы и двинулись обратно.

Через пять дней вернулись в город.

— Есть контакт, — доложил Жила. — Кто-то прошёл на юге. Много. Верблюды, люди... или не люди.

Роман и Капитан переглянулись.

---

Глава 59. Странные следы

Роман изучал принесённые образцы. Ткань — дорогой шёлк, ручной работы. Вышивка — сцены смерти, скелеты, чёрные розы.

— Значит, близко, — сказал Капитан. — Надо готовиться.

Они начали подготовку. Усилили дозоры, проверили оружие, запасли алхимию.

Город готовился к войне.

---

Глава 60. Первая стычка

Через неделю дозорные прибежали с криками:

— Там! Там!

Роман и Капитан выбежали.

Вдалеке, на границе леса и пустыни, стоял отряд. Скелеты. В тюрбанах, с ятаганами, строем.

— Сколько их?

— Около тысячи.

— Берём.

Они быстро собрали отряд. Урук-хаи — в центр, гремлины — по флангам.

— Огонь! — скомандовал Роман.

Гранаты полетели в скелетов. Те разлетелись костями, но офицер-скелет поднял ятаган и повёл остальных в атаку.

Бой был коротким, но жёстким. Скелеты дрались отчаянно, не чувствуя боли. Двое урук-хаев были ранены.

Но гремлины подоспели с флангов, и скелеты пали.

— Трофеи, — сказал Капитан, разглядывая ятаганы. — Хорошая сталь.

— Не радуйся, — ответил Роман. — Это только разведка.

---

Глава 61. Пленные гхули

Через два дня поймали двух гхулей. Тощих, сгорбленных, с вытянутыми мордами. Они рылись в отбросах у края лагеря.

— Кто такие? — спросил Капитан, приставив нож к горлу одного.

— Мы... мы маленькие... мы только поесть... — скулил гхуль.

— Откуда?

— С юга... из-за пустыни...

— Кто послал?

Гхуль затрясся.

— Султан... Султан Мёртвых... он идёт... он всегда идёт...

Роман и Капитан переглянулись.

— Султан Мёртвых? — переспросил Роман.

— Аль-Мавт ан-Накир... Повелитель Песков... у него армия... костяная, плотская, призрачная... он идёт за вами...

Гхуль забился в конвульсиях и умер.

— Армия, — сказал Капитан. — Это уже не шутки.

— Я знаю, — ответил Роман. — Я видел.

---

Глава 62. Подготовка

Началась тотальная подготовка. Роман чертил карты, рассчитывал силы, распределял ресурсы.

— У нас есть месяц, — сказал он. — Максимум два. Потом он будет здесь.

— Что нужно? — спросил Капитан.

— Всё. Оружие, алхимия, ловушки, укрепления. И люди... наши.

— Сделаем.

Они работали сутками. Гремлины ковали, урук-хаи копали рвы, гоблины носили камни.

Город превращался в крепость.

---

Глава 63. Первые жертвы

Ночью на дальний пост напали. Трое урук-хаев исчезли. Утром нашли только кости — чистые, без единого клочка плоти.

— Духи, — сказал Ржавый, осматривая останки. — Призраки. Они высасывают жизнь.

— Духи, — понял Роман. — Он уже здесь.

— Надо что-то делать, — сказал Капитан. — Против призраков нужно специальное оружие.

— Есть у меня одна идея, — сказал Ржавый. — Духи с духами... я попробую.

---

Глава 64. Вторая стычка

Через два дня на патруль напали зомби. Не обычные — в доспехах, с ятаганами, идущие строем. Крикнул Роман. — Жгите их!

Гремлины кидали зажигательные смеси. Зомби горели, но продолжали наступать. Урук-хаи рубились топорами, отсекали головы, но зомби вставали снова.

— Головы! — орал Капитан. — Только головы!

Бой длился час. Когда последний зомби упал, на поле остались лежать трое убитых урук-хаев и двое раненых гремлинов.

— Это еще не все, думаю у врага еще остались силы — сказал Роман, тяжело дыша.

— Надо ускориться, — ответил Капитан. — Он близко.

---

Глава 65. Кошмары

В ту ночь всем снились кошмары.

Роман видел пустыню, золотой трон и фигуру в чёрном халате. Фигура смотрела на него и улыбалась.

— Скоро, железный, — шептала она. — Скоро мы встретимся. Мои розы уже ждут твою кровь.

Капитан видел свою смерть в подворотне. Снова и снова. Нож, удар, кровь на асфальте.

Гремлины видели, как Роман уходит от них в портал и не возвращается.

Урук-хаи видели, как они погибают в битве с чудовищами.

Утром все проснулись разбитыми.

— Он в наших головах, — сказал Роман. — Султан. Он атакует нас во сне.

— Значит, скоро битва, — ответил Капитан. — Он готовится.

— И мы готовы.

Они посмотрели на восток, где за горизонтом вставало солнце.

— Пусть приходит, — сказал Роман. — Встретим.

---

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 6)

Комната богов. Горка, Морка и Аулэ смотрят на экран, где Роман и Капитан готовятся к битве.

МОРКА: (взволнованно) Они готовятся!

ГОРКА: (кивая) Вижу.

АУЛЭ: (задумчиво) Павлин скоро будет здесь.

МОРКА: (испуганно) А они справятся?

ГОРКА: (пожимает плечами) Не знаю. Посмотрим.

АУЛЭ: (смотрит на экран) У них есть план. Оружие. Дружба.

МОРКА: (тихо) Я боюсь.

ГОРКА: (кладёт руку на плечо) Я тоже.

АУЛЭ: (поднимает кружку) За Инженера и Капитана.

ГОРКА: (поднимает) За Легион.

МОРКА: (поднимает) За то, чтоб они победили!

Они пьют. На экране — город, готовящийся к войне.

ЗАТЕМНЕНИЕ.

Глава 7

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

ЧАСТЬ 7. УГРОЗА

Глава 66. Жила возвращается

Три дня Жилы не было. На четвёртый он приполз.

Он был изранен, одежда висела клочьями, но глаза горели лихорадочным огнём.

— Жила! — Клык подхватил его, не давая упасть. — Живой!

— Воды... — прохрипел Жила.

Роман поднёс флягу. Жила жадно напился, закашлялся, вытер рот.

— Я видел... — начал он. — Я видел его армию.

— Рассказывай, — Капитан присел рядом, внимательно глядя на разведчика.

— Там... тысячи. Десятки тысяч. — Жила говорил сбивчиво, захлёбываясь словами. — Слева — костяные. Скелеты в тюрбанах, с ятаганами, строем идут. Тысячи. За ними — слоны. Костяные слоны с башнями. Верблюды с баллистами.

— Кости, — кивнул Роман. — Легион Костей.

— Справа — плотские. Зомби в доспехах, с гниющими лицами. И огромные твари, сшитые из нескольких тел, с четырьмя руками. И мясники в кровавых фартуках, с топорами.

— А над ними... над ними духи. Полупрозрачные янычары в воздухе. И женщины в белом, которые воют. От их воя у меня голова чуть не лопнула.

Жила схватил Романа за руку.

— И он там. На слоне. На костяном слоне. В чёрном халате, с перьями на голове. Он смотрел на меня. Прямо в душу смотрел. И улыбался. — Жила задрожал. — Он знает, что мы здесь. Он знает про вас.

Роман и Капитан переглянулись.

— Отдохни, — сказал Роман. — Ты сделал всё, что мог.

Жилу увели. В лагере воцарилась тяжёлая тишина.

---

Глава 67. Личность врага

Вечером они собрались на совет. Роман, Капитан, Грым, Шуруп, Ржавый.

— Надо понять, с кем мы имеем дело, — сказал Капитан. — Что мы знаем о нём?

Роман развернул свои записи.

— Султан Аль-Мавт ан-Накир, — начал он. — Полное имя — Хассан ибн Рашид аль-Мавт ан-Накир аль-Джаббар. Титулы: Султан Мёртвых, Повелитель Песков, Хранитель Костяного Трона.

— Откуда ты это знаешь? — удивился Грым.

— Из книг, которые нашёл в свалке гоблинов, — ответил Роман. — Он был человеком. Великим визирем Пустынной Империи. Потом предал своего султана, убил его и занял трон. Совершил ритуал Вечной Ночи — и стал личом.

— Личом? — переспросил Клык.

— Бессмертный маг-некромант. Он не умирает. Его можно уничтожить, но он всегда возвращается.

— Весёленькая новость, — прокомментировал Капитан.

— Это ещё не всё, — продолжил Роман. — Он эстет. Любит красоту. Пишет стихи на костях врагов. Разводит чёрные розы в саду, поливая их кровью.

— Стихи? — усмехнулся Капитан. — Серьёзно?

— Серьёзно. Самые опасные враги — те, кто делает это с любовью к искусству.

— Как назовём?

Роман задумался. Потом усмехнулся.

— Павлин. У него на тюрбане перья. Павлиньи.

Капитан расхохотался.

— Павлин! Идёт! Будем щипать павлина!

Даже мрачный Грым улыбнулся.

— Павлин, — повторил он. — Хорошее имя для такого урода.

---

Глава 68. Совет

— У него три легиона, — сказал Роман, разворачивая карту. — Значит, и бить надо по трём направлениям.

Капитан склонился над картой.

— Кости — слева. Они самые организованные, строевые. Но и самые хрупкие. Алхимия против них — наше всё.

— Сделаем, — кивнул Роман. — У меня есть зажигательные смеси. Кости горят хорошо. Очень хорошо.

— А Плоть? — спросил Грым. — Они живучие. Зомби встают, кадавры не чувствуют боли, мясники...

— Плоть — наша задача, — перебил Капитан. — Урук-хаи против зомби. Сила на силу. Топорами, огнём, грубой силой.

— А Духи? — тихо спросил Шуруп.

Все замолчали. Духи были проблемой.

— Духов только магия берёт, — сказал Роман. — Или специальное оружие. А у нас...

— Ржавый, — Капитан посмотрел на шамана. — Справишься?

Ржавый вышел вперёд. Он был невысок, даже по гремлинским меркам, но в глазах его горел странный свет.

— Духи с духами, — сказал он. — Я попробую. Я позову наших. Тех, кто в шестерёнках живёт. Духов предков. Они помогут.

— Уверен?

— Нет, — честно ответил Ржавый. — Но попробую.

— Значит, так, — подвёл итог Капитан. — Инженер — с Костями. Я — с Плотью. Ржавый — с Духами. А Павлина...

— А Павлина оставим на десерт, — усмехнулся Роман. — Вместе.

— Вместе, — согласился Капитан.

---

Глава 69. Последняя ночь перед бурей

Ночь была тихой. Слишком тихой. Даже ветер не шумел в скалах.

Роман сидел у костра, смотрел на огонь. Рядом пристроился Капитан.

— Не спится? — спросил Капитан.

— Не спится, — ответил Роман.

— Думаешь?

— Думаю.

Они помолчали.

— Знаешь, о чём я думаю? — сказал Роман. — О том, что я уже третий раз за последние годы стою на пороге большой битвы. В Мории с Балрогом. Потом с Павлином в первый раз. Теперь снова.

— И?

— И каждый раз думаю — а вдруг не выживу?

Капитан усмехнулся.

— Я об этом каждый день думаю. С тех пор, как очнулся в теле урук-хая. Но знаешь что?

— Что?

— Пока думаешь — ты жив. А когда перестанешь — значит, всё.

Роман кивнул.

— Ты прав.

— Я всегда прав, — улыбнулся Капитан. — Иди спать. Завтра тяжёлый день.

Роман встал, но задержался.

— Спасибо, — сказал он. — Что ты здесь.

— Взаимно, Инженер. Взаимно.

---

Глава 70. Утро

Рассвет встал над горами кроваво-красным.

Роман стоял на стене и смотрел на восток. Там, за горизонтом, уже слышался гул — ритмичный, тяжёлый. Тысячи ног, марширующих в такт.

— Идут, — сказал он подошедшему Капитану.

— Сколько?

— Много. Очень много.

Капитан поднёс к глазам подзорную трубу.

— Кости слева. Плоть справа. Духи сверху. (пауза) Красиво построил, гад.

— Эстет, — усмехнулся Роман. — Павлин.

— Пора.

Они спустились со стены. Внизу уже строились войска. Гремлины с гранатами и гранатомётами. Урук-хаи с топорами и мечами. Гоблины с копьями. Ржавый с шаманами, окружённый дымом благовоний.

— Всем! — крикнул Роман. — Слушайте сюда! Сегодня мы покажем этому павлину, что такое настоящая армия!

— У нас есть техника! — подхватил Капитан. — У нас есть тактика! И мы есть друг у друга!

— Легион! — заорал Роман.

— Легион! — заорали все.

Гул армии приближался.

---

Глава 71. Первое послание

Из рядов вражеской армии вылетел джинн. Полупрозрачный, в развевающихся одеждах, с медленной, плавной походкой. Он завис в воздухе перед стенами.

— О, маленькие смертные, пришедшие умереть, — заговорил он певучим голосом. — Мой повелитель, Султан Аль-Мавт ан-Накир, Хранитель Костяного Трона, Повелитель Песков, Властелин Трёх Легионов, приветствует вас. Он предлагает вам почётную смерть.

Роман усмехнулся.

— Сдайтесь, — продолжал джинн. — И ваши души будут вечно служить в его саду чёрных роз. Ваши кости украсят его дворец. Ваша плоть станет удобрением для новых цветов. Откажетесь — и ваши тела будут гнить в пустыне, забытые навеки.

— Передай своему павлину, — крикнул Роман, выходя вперёд, — пусть свои розы сам поливает! Мы ему удобрения не дадим!

Джинн замер.

— Ты... ты смеешь оскорблять Повелителя?

— Смею. И передай ему — мы идём. И мы не сдадимся.

Джинн медленно поднялся выше.

— Как пожелаете, — прошелестел он. — Скоро увидимся... в саду.

Он исчез.

— Поэт хренов, — сплюнул Капитан. — Даже угрожает стихами.

— Эстет, — ответил Роман. — Самые опасные.

---

Глава 72. Построение

Армия Султана остановилась в полукилометре от стен. Три легиона замерли в идеальном строю.

Роман смотрел в трубу и считал.

— Костей — тысяч пять. Плоти — примерно столько же. Духов — не сосчитать.

— Много, — констатировал Капитан.

— Очень много.

— Нас — сотня.

— Сотня с алхимией и тактикой.

Капитан усмехнулся.

— Люблю такой расклад.

Они спустились к войскам.

— Всем! — крикнул Роман. — Первая линия — гремлины! Ваша цель — Кости! Жгите их, взрывайте, рассыпайте! Не давайте строя держать!

— Вторая линия — урук-хаи! — крикнул Капитан. — Ваша цель — Плоть! Рубите их в фарш, жгите, дробите! Они встают — валите снова!

— Третья линия — шаманы! — крикнул Ржавый. — Наша цель — Духи! Я позову предков. Они помогут.

— Всем! — заорали они вместе. — ЗА ЛЕГИОН!

— ЗА ЛЕГИОН! — заорали все.

Битва началась.

---

Глава 73. Первая волна

Первыми пошли Кости. Тысячи скелетов в тюрбанах, с ятаганами, марширующие идеально, как на параде. За ними — костяные слоны с башнями, костяные верблюды с баллистами.

— Огонь! — скомандовал Роман.

Гремлины метнули гранаты. Сотни взрывов разорвали строй скелетов. Кости разлетались, тюрбаны падали в пыль.

— Ещё!

Вторая волна гранат. Третья.

Костяные полки редели, но продолжали наступать.

— Баллисты! — крикнул Роман. — По слонам!

Гремлины у баллист выстрелили. Гигантские болты пробили костяных слонов, те рухнули, подминая свои же войска.

— Держать строй! — орал Роман. — Не давать им подойти!

Но Кости подходили.

---

Глава 74. В гуще боя

Роман оказался в самой гуще. Вокруг свистели ятаганы, хрустели кости, кричали гремлины.

Он бил молотком, отбивался манипулятором, уворачивался от ударов. Рядом сражался Шуруп, прикрывая его спину.

— Первый! Слева!

Роман развернулся, встретил скелета ударом в череп. Тот рассыпался.

— Сзади!

Он пригнулся, ятаган просвистел над головой. Шуруп метнул гранату — скелеты разлетелись.

— Держись! — крикнул Роман.

— Держусь!

Они дрались спина к спине, как учил Капитан. Тройка работала.

---

Глава 75. Плоть идёт

Пока гремлины сражались с Костями, с фланга навалилась Плоть. Зомби-янычары в доспехах, с гниющими лицами, шли стеной.

— Встречай! — заорал Капитан.

Урук-хаи с рёвом бросились в сечу. Топоры рубили гниющую плоть, ятаганы отсекали головы. Клык дрался как бешеный, сбивая зомби одного за другим.

— Я ИХ РУБЛЮ, А ОНИ ВСЁ ЛЕЗУТ! — орал он.

— ГОЛОВЫ! — крикнул Капитан. — ТОЛЬКО ГОЛОВЫ!

Клык начал рубить головы. Зомби падали и не вставали.

— РАБОТАЕТ!

Но из второй линии вышли кадавры. Огромные, с четырьмя руками, каждый вооружённый несколькими мечами. Они проламывали строй, не обращая внимания на раны.

— Держать! — орал Капитан. — Не отступать!

Урук-хаи бились насмерть, но кадавры теснили их.

---

Глава 76. Капитан в бою

Капитан дрался холодно и расчётливо. Ни одного лишнего движения. Удар — блок — уход — удар. Перед ним падали зомби, кадавры, мясники.

Он видел поле боя целиком, как на тактической карте. Видел, где слабое место, где нужно поддержать, где ударить.

— Грым! Правее! Заходят!

— Вижу! — Грым развернул десяток, встретил прорывающихся зомби.

— Клык! Не отрывайся! Держи строй!

— Есть!

Капитан рубился и командовал одновременно. Его урук-хаи держались, несмотря на чудовищное давление.

Но силы таяли.

---

Глава 77. Духи

Сверху спустились духи. Полупрозрачные янычары, баньши в развевающихся одеждах, призрачные визири.

Холод сковал поле боя. Крики ужаса раздались среди гремлинов и урук-хаев.

— Ржавый! — заорал Роман. — Твоя очередь!

Ржавый вышел вперёд. В руках он держал тотем — огромную конструкцию из шестерёнок и костей, украшенную перьями и амулетами.

— Духи предков! — закричал он. — Духи шестерёнок! Духи железа и пара! Придите! Помогите! Защитите!

Тотем засветился. Из него вырвались полупрозрачные фигуры — гремлины, умершие раньше, духи первых рождённых. Они взмыли в воздух, сталкиваясь с призраками Султана.

Битва в воздухе была страшной. Духи рвали друг друга, баньши выли, тотем Ржавого вибрировал, грозя разорваться.

— Держись! — крикнул Роман. — Держись, Ржавый!

Ржавый держался. Кровь текла из носа, из ушей, но он держал тотем.

---

Глава 78. Ржавый и тотем

— Я не отдам! — кричал Ржавый. — Это мой народ! Мои предки! Они со мной!

Тотем раскалился добела. Призраки Султана отшатнулись — жар металла обжигал их эфирные тела.

— Огонь! — понял Ржавый. — Они боятся огня!

Оон направил тотем, и из него вырвалась волна жара. Призраки закричали и начали таять.

— Ржавый! — заорал Шуруп. — Ты справляешься!

Ржавый улыбнулся окровавленным ртом.

— Я же говорил... духи с духами...

Он пошатнулся и упал. Но тотем продолжал светиться, отгоняя призраков.

---

Глава 79. Прорыв

Кадавр прорвался к позициям гремлинов. Огромная тварь с четырьмя руками крушила всё вокруг.

— Шуруп! — закричал Роман. — Гранату!

Шуруп метнул гранату. Кадавр пошатнулся, но устоял.

— Ещё!

Вторая граната. Третья.

Кадавр рухнул на колени, но продолжал ползти, размахивая руками.

— Добиваем! — Роман схватил топор и бросился на тварь.

Он рубил, пока кадавр не замер. Рядом рубил Шуруп. Вместе они добили чудовище.

Роман стоял над поверженным врагом, тяжело дыша, и смотрел на поле боя.

Кости горели. Плоть отступала. Духи таяли.

— Держимся! — заорал он. — Держимся!

Но вдалеке, на холме, на костяном слоне, сидел Султан. Он поправлял перстни на пальцах и улыбался.

Битва только начиналась.

---

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 7)

Комната богов. Горка, Морка и Аулэ вцепились в подлокотники кресел.

МОРКА: (в ужасе) Они... они гибнут!

ГОРКА: (стиснув зубы) Держатся.

АУЛЭ: (смотрит на экран) Ржавый упал. Но тотем работает.

МОРКА: (всхлипывает) А Капитан? А Инженер?

ГОРКА: Живы. Пока.

АУЛЭ: (задумчиво) Павлин ещё не вводил резервы. Это только первая волна.

МОРКА: (испуганно) Там ещё есть?!

ГОРКА: (кивает) Три легиона. Он показал только часть.

МОРКА: (смотрит на экран) Они справятся?

ГОРКА: (пауза) Должны.

АУЛЭ: (поднимает кружку) За Инженера. За Капитана. За Ржавого.

ГОРКА: (поднимает) За всех, кто там.

МОРКА: (поднимает, плача) За Легион!

Они пьют. На экране — дымящееся поле боя и фигура Султана на холме.

ГОРКА: (тихо) Держитесь, ребята...

Глава 8

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

ЧАСТЬ 8. БИТВА

Главы 81

---

Глава 81. Армия Султана

Битва длилась уже три часа.

Роман стоял на груде обломков и смотрел на вражескую армию. Легион Костей поредел, но не исчез. Легион Плоти отступил, перестраиваясь. Легион Духов таял в воздухе, но баньши всё ещё выли, нагоняя ужас.

А в центре, на холме, на костяном слоне, восседал Султан.

— Красиво построил, гад, — сказал Капитан, подходя.

— Эстет, — ответил Роман. — Любит порядок.

— Сколько их ещё?

— Не знаю. Половина, может.

Капитан вытер пот с лица.

— У нас половина тоже.

Роман посмотрел на свои войска. Гремлины перезаряжали гранатомёты, перевязывали раненых. Урук-хаи точили топоры, пили воду. Ржавый сидел у тотема, бледный, но живой.

— Держимся, — сказал Роман. — Держимся.

— Вторая волна будет, — сказал Капитан. — Готовься.

— Готовлюсь.

---

Глава 82. Султан наблюдает

На холме Султан поправлял перстни на пальцах и смотрел на поле боя.

— Интересно, — сказал он вслух. Призрачный визирь, стоящий рядом, склонил голову.

— Маленькие смертные держатся. Железный и Серый — хорошая пара.

— Повелитель, они уничтожили треть Легиона Костей, — заметил визирь.

— Знаю, — улыбнулся Султан. — Это только разминка. Пусть устанут.

— А Легион Духов?

— Отозвать. Поберечь для финала.

Султан поднял руку. Внизу затрубили рога — сигнал к отступлению.

— Пусть отдохнут, — сказал он. — Скоро мы покажем им настоящую битву.

---

Глава 83. Мысли Султана

Султан сидел в своём шатре из чёрного шёлка. Перед ним стоял столик с шахматами. Он играл сам с собой.

— Интересная партия, — бормотал он. — Железный играет aggressively. Серый — тактически. Вместе они сильны.

Он сделал ход чёрными.

— Но у меня есть резервы. Костяные слоны. Мясники. Адские янычары. И... сюрприз.

Он улыбнулся, достал из-за пазухи маленький флакон с чёрной жидкостью.

— Костяная Чума. Одна капля — и город превратится в кладбище.

Он спрятал флакон.

— Но не сейчас. Сначала пусть натешатся победой.

---

Глава 84. Вторая волна

На рассвете второго дня битва возобновилась.

Султан бросил в бой резервы. Костяные слоны с башнями, полными лучников-скелетов. Мясники в кровавых фартуках, с топорами наперевес. Адские янычары — элита Легиона Плоти, чьи тела держались на чистой магии.

— Держать строй! — орал Капитан.

— Огонь! — орал Роман.

Гранаты взрывались, но мясники были неуязвимы. Они шли сквозь огонь, сквозь взрывы, сквозь смерть.

— Клык! Отходи! — закричал Грым.

Но Клык не слышал. Он рубился с мясником, огромным, в маске палача.

Топор Клыка встретился с тесаком мясника. Искры, скрежет, крики.

— Клык!

Клык упал.

---

Глава 85. Отчаяние

Роман видел, как падает Клык. Видел, как мясник заносит тесак для последнего удара.

— НЕТ!

Он метнул гранату. Мясник пошатнулся. Ещё одну. Мясник упал.

Роман подбежал к Клыку. Тот был жив, но ранен тяжело — тесак рассёк плечо до кости.

— Держись, — сказал Роман, накладывая жгут. — Держись, слышишь?

— Больно... — прошептал Клык.

— Потерпи. Сейчас перевяжу.

Рядом упал Шуруп — контуженный взрывом, оглушённый, но живой.

Роман огляделся. Войска редели. Гремлинов осталось меньше половины. Урук-хаев — треть.

— Капитан! — крикнул он. — Надо отступать!

— Нельзя! — ответил Капитан, рубясь с адским янычаром. — Если отступим — они ворвутся в город!

— Если не отступим — мы все тут ляжем!

Капитан добил янычара, огляделся. Поле боя было усеяно трупами. Своими и чужими.

— Чёрт, — сказал он. — Отходим! К городу! Всем отходить!

---

Глава 86. Прорыв к трону

Но Роман не пошёл с отступающими.

— Стоять, — сказал он Шурупу. — Мы не отходим.

— Первый?..

— Мы идём к трону. К Павлину. Если снимем его — армия рассыплется.

Шуруп посмотрел на него безумными глазами.

— Ты с ума сошёл? Там же тысячи!

— Там — он. Идём.

Они пошли. Роман, Шуруп и десяток лучших гремлинов. Прорубались сквозь строй, оставляя за собой кровавый след.

— Смотрите! — закричал кто-то из врагов. — Они к Султану!

— Остановите их!

Но Романа было не остановить.

---

Глава 87. Лицом к лицу

Они пробились к подножию холма. Костяной слон стоял, перебирая ногами. Наверху, на троне, сидел Султан.

— Пришли, — сказал он, глядя вниз. — Маленькие смертные. Я ждал вас.

Роман тяжело дышал, опираясь на молот.

— Спускайся, Павлин.

Султан поднял бровь.

— Павлин? — Он рассмеялся — сухо, как шелест костей. — О, как давно меня так не называли. Последний раз... тысячу лет назад. Мой султан так меня дразнил. Потом я убил его.

— Нам плевать на твои воспоминания, — сказал Роман. — Мы пришли убить тебя.

Султан медленно поднялся, поправил халат, спустился со слона. В руке у него появился ятаган — древний, с рукоятью из кости.

— Убить? Меня? — Он снова рассмеялся. — Милый железный. Я уже мёртв. Я вечен. Мои стихи будут жить, когда ваши кости сгниют.

— А это ты стихами напишешь? — Роман достал гранату.

---

Глава 88. Бой с Султаном

Султан двигался как танцор. Плавно, текуче, неуловимо. Его ятаган пел в воздухе, описывая смертельные дуги.

Роман рубился молотком. Капитан, подоспевший с остатками отряда, атаковал сбоку.

— Не давайте ему уйти в ритм! — крикнул Капитан. — Сбивайте темп!

Шуруп метал гранаты, но Султан отводил их магией. Клык, истекая кровью, пытался зайти с тыла.

— Вы так предсказуемы, — напевал Султан, уворачиваясь от ударов. — Сила, ярость, отчаяние. Где красота? Где поэзия?

— Вот тебе поэзия! — Роман метнул не гранату, а банку с зажигательной смесью. Она взорвалась прямо в лицо Султану.

— А-а-а! — впервые Султан вскрикнул от боли. Халат загорелся, перья на тюрбане обуглились.

— Больно? — оскалился Роман. — А мне каково было в Мории, когда я с Балрогом дрался?

— Ты... ты смеешь...

— Смею. И сейчас мы тебя добьём.

---

Глава 89. Падение Султана

Султан отступал к трону. Лицо его, обожжённое, дымящееся, исказилось яростью.

— Вы заплатите, — шипел он. — Мои легионы... моя армия...

— Твоя армия горит, — сказал Капитан, показывая на поле боя. — Слышишь?

Внизу, в долине, битва затихала. Без командования Султана нежить теряла строй, рассыпалась, падала.

— Я вечен, — прошептал Султан. — Я вернусь...

— Нет, Павлин. Не вернёшься.

Роман бросил последнюю гранату под трон.

ВЗРЫВ.

Трон разлетелся. Султан исчез в облаке пепла и костей. Но перед тем как исчезнуть, он улыбнулся.

— Ты не убил меня, железный... я вернусь... посади розу в моём саду...

Он исчез.

---

Глава 90. Тишина

Битва затихала. Нежить без хозяина падала, рассыпалась, исчезала. Костяные слоны рушились, подминая своих же. Мясники замирали на месте, превращаясь в безжизненные куски плоти. Духи таяли в воздухе, уносясь прочь с жалобным воем.

Роман сидел на земле, тяжело дыша. Рядом упал Капитан.

— Всё? — спросил Роман.

— Всё, — ответил Капитан.

— Точно всё?

— Не знаю. Посмотрим.

Они сидели молча, глядя на дымящееся поле. Вокруг собирались выжившие. Шуруп, контуженный, но живой. Клык, перевязанный, бледный, но на ногах. Грым, без руки, но с топором в другой. Ржавый, поддерживаемый двумя шаманами.

— Мы победили, — сказал кто-то.

— Победили, — эхом отозвались другие.

— Павлин сдох!

— Сдох!

Крик радости прокатился по рядам выживших. Но Роман не кричал. Он смотрел на пепел, где стоял трон, и думал о последних словах Султана.

— "Я вернусь", — прошептал он. — "Посади розу в моём саду".

— Что? — переспросил Капитан.

— Ничего, — ответил Роман. — Показалось.

---

Глава 91. Три дня зачистки

Три дня они добивали остатки армии.

Не вся нежить рассыпалась после исчезновения Султана. Часть продолжала сражаться — по инерции, по привычке, по древним приказам.

— Три дня, — сказал Капитан на третий вечер. — Три дня мы их режем, а они всё лезут.

— Последние, — ответил Роман. — Завтра будет тихо.

Он оказался прав. На четвёртое утро поле было пусто. Только ветер гонял пыль и пепел.

---

Глава 92. После битвы

Они считали потери.

Гремлинов погибло сорок семь. Урук-хаев — тридцать два. Гоблинов — пятнадцать.

Роман записывал имена на бересте. Рука дрожала.

— Грым, — сказал Капитан тихо. — Погиб. Прикрывал отход.

— Знаю, — ответил Роман. — Видел.

— Жила... тоже.

— Видел.

Они помолчали.

— Клык выживет, — сказал Капитан. — Ранен тяжко, но выживет.

— Шуруп контужен. Ржавый без сознания, но жив.

Капитан кивнул.

— Сколько у нас осталось?

— Половина, — ответил Роман. — Чуть меньше.

— Половина, — повторил Капитан. — Цена победы.

---

Глава 93. Потери

Хоронили погибших два дня.

Роман стоял у могилы Грыма — старого сержанта, который первым поверил в него.

— Ты был хорошим воином, — сказал он. — И хорошим другом. Спи спокойно.

Клык плакал, не скрывая слёз.

— Он меня учил, — бормотал он. — Всему учил. А теперь...

— Теперь ты будешь учить других, — сказал Роман. — Так надо.

Клык кивнул, вытер слёзы и пошёл помогать копать могилы.

---

Глава 94. Чёрная роза

На третий день после похорон Роман пошёл на поле боя. Один.

Он брёл среди обломков, костей, обугленных остатков, пока не дошёл до места, где стоял трон.

Чёрное пятно выжженной земли. Пепел. И среди пепла — маленький зелёный росток.

Роман замер.

— Не может быть, — прошептал он.

Росток шевелился. Тянулся к свету. На глазах Романа он поднялся, выпустил листья, и на нём раскрылся бутон.

Чёрная роза.

Она цвела прямо на пепелище, среди смерти и разрухи. Лепестки её были чернее ночи, и от них исходил слабый, мертвенный свет.

Роман протянул руку, чтобы сорвать её.

И замер.

Из глубины цветка на него смотрел глаз. Маленький, жёлтый, с вертикальным зрачком. Глаз смотрел и улыбался.

— Ты... — выдохнул Роман.

— Я вернусь, — прошелестел голос из розы. — Я всегда возвращаюсь. Посади меня в своём саду, железный.

Роман отшатнулся. Потом, не помня себя, схватил розу и швырнул на землю. Растоптал ногой. Размазал по пеплу.

— Не будет тебе сада, — прохрипел он. — Сдохни уже окончательно.

Он развернулся и ушёл, не оглядываясь.

А на том месте, где он растоптал розу, через минуту снова появился зелёный росток.

---

Глава 95. Возвращение

В лагерь Роман вернулся поздно вечером. Капитан сидел у костра, пил что-то горячее.

— На, — протянул он кружку. — Согрейся.

Роман взял, отпил. Обжигающе горячо, но приятно.

— Нашёл что-нибудь?

— Ничего, — соврал Роман. — Пусто.

Капитан посмотрел на него внимательно, но промолчал.

— Завтра в город, — сказал он. — Надо восстанавливаться.

— Надо, — кивнул Роман.

Они сидели молча, глядя на огонь.

— Ты как? — спросил Капитан.

— Устал, — ответил Роман. — Очень устал.

— Я тоже.

Они помолчали.

— Но мы победили, — сказал Капитан.

— Победили, — согласился Роман. — Ценой.

— Всегда ценой. По-другому не бывает.

Роман кивнул. Он знал это лучше других.

---

Глава 96. Стихи

Ночью Роман не спал. Лежал, смотрел в потолок пещеры, слушал дыхание спящих гремлинов.

Вдруг он почувствовал что-то в кармане. Засунул руку, достал — маленький свёрнутый пергамент.

— Откуда? — удивился он.

Развернул. Там были стихи, написанные изящной каллиграфией.

«Придут двое с востока,

Один — железный, другой — серый.

Они бросят вызов вечности,

Но вечность не прощает.

Их кости украсят мой сад,

Их души будут петь в моих лампах,

Их имена сотрутся из памяти,

А моё — останется».

Роман перечитал два раза. Потом скомкал пергамент и бросил в огонь.

— Поэт хренов, — сказал он. — Даже мёртвый стихи пишет.

Бумага вспыхнула, превратилась в пепел. Одна искра вылетела из костра и упала Роману на руку. Он стряхнул её и закрыл глаза.

---

Глава 97. Память

Утро. Роман сидит у входа в пещеру, смотрит на спящий город.

К нему подходит Капитан, садится рядом.

— Не спится?

— Не спится.

— Думаешь о чём?

Роман молчит долго. Потом говорит:

— О портале.

Капитан хмурится.

— Всё ещё хочешь вернуться?

Роман смотрит на город, на гремлинов, на урук-хаев, спящих в тени.

— Не знаю. Раньше хотел. А теперь... теперь у меня здесь всё.

— Понимаю, — кивает Капитан. — У меня тоже.

— А ты?

— Я? — Капитан усмехается. — Мне и тут хорошо. Война, дисциплина, своя армия. Мечта, а не жизнь.

Они смеются. Тишина.

— Ладно, — говорит Роман, вставая. — Пойду проверю портал. На всякий случай.

---

Глава 98. Память (продолжение)

Роман идёт в пещеру, где стоит портал. Конструкция почти готова — арка из металла, увитая проводами, с кристаллами по краям. Остался последний гвоздь — из метеоритного железа, который дали гоблины.

Он стоит, смотрит на портал.

— Три года, — говорит он вслух. — Три года я собирал это. Чтобы вернуться домой.

Воспоминания накатывают волной. Завод, Мория, тьма, голод, холод. Балрог, вспышка, суд. Гоблины, рождение гремлинов, Капитан, битва с Павлином.

— А есть ли куда возвращаться?

Тишина. Только капает вода.

Он берёт последний гвоздь, подносит к отверстию. Медлит.

— Если я его вобью — портал откроется. Если нет — останусь здесь навсегда.

Рука дрожит.

Вдруг сзади раздаётся шорох. Роман оборачивается — входа в пещеру нет. Только тьма.

— Что за...

Тьма сгущается. Портал начинает светиться сам по себе, без гвоздя. Свет становится ярче, ослепительнее.

— Не понял...

Из портала вырывается луч, белый, слепящий. Романа срывает с места, швыряет вперёд.

Он слышит голос — далёкий, знакомый. Аулэ.

— Ты создан из хаоса, Роман Григорьев. Хаос не отпускает своих. Лети.

И Роман летит.

---

Глава 99. Пустота

Где-то между мирами.

Роман парит в пустоте. Вокруг звёзды, туманности, планеты — всё проносится мимо с бешеной скоростью.

— Куда я лечу? — пытается крикнуть он, но голоса нет.

Мимо проплывает знакомая планета — тот мир, где он оставил Капитана, город, гремлинов.

— Назад! — кричит он мысленно. — Я хочу назад!

Но пустота не слушает.

Он летит дальше, сквозь звёзды, сквозь галактики, сквозь саму ткань реальности.

---

Глава 100. Последний гвоздь

Роман падает.

Внизу — пустыня. Жёлтая, бескрайняя, до горизонта. Два солнца в небе.

— Опять... — успевает подумать он. — Опять два солнца...

Удар.

Тьма.

---

Глава 101. Падение в неизвестность

Неизвестная планета. Два солнца. Пустыня.

Роман приходит в себя. Лежит на спине, смотрит в небо. В небе — два солнца.

— Опять... — хрипит он. — Опять два солнца...

Он садится. Осматривается. Пустыня. Бескрайняя, жёлтая, до горизонта. Ни скал, ни растений, ни намёка на жизнь.

Проверяет тело. Гремлин на месте. Уши на месте. Хвост на месте. Инструменты при нём — ящик валяется рядом, раскрылся, но всё цело.

— Молоток есть, — бормочет он, собирая инструменты. — Зубило есть. Гаечные ключи есть. Пара гранат завалялась. Сварочный аппарат. (пауза) Выживу.

Встаёт, отряхивается. Смотрит на солнца. Стоят высоко — значит, день.

— Два солнца — значит, жарко. Очень жарко. Значит, надо искать тень. И воду. И еду.

Оглядывается. Горизонт пуст. Ничего.

— Где я?

Ответа нет.

---

Глава 102. Первый день

Роман идёт уже несколько часов. Солнца палят нещадно. Вода во фляге заканчивается.

Он останавливается, смотрит на небо — солнца почти не сдвинулись.

— Здесь день длинный, — понимает он. — Очень длинный.

Закапывается в песок, чтобы спрятаться от жары. Сидит по горло в песке, дышит через тряпку.

— Если я здесь один — значит, надо выживать. Снова. Как в Мории. Только тут нет стен. Нет воды. Нет грибов.

Засыпает от изнеможения.

---

Глава 103. Ночь

Просыпается от холода. Вылезает из песка, дрожит. Смотрит на небо — две огромные луны, звёзды, каких он никогда не видел.

— Днём жара, ночью холод, — стучит зубами. — Класс.

Разводит костёр — спички есть, слава богу. Греется.

Смотрит на звёзды.

— Где я? Что это за мир?

Тишина. Только ветер и треск костра.

— Хоть бы кто-нибудь... хоть зверь какой...

Никого.

---

Глава 104. Поиски

Третий день.

Роман идёт на север (он так решил). Вода кончилась. Жуёт кактус (нашёл!), из него хоть немного влаги.

На горизонте появляются горы.

— Горы... — хрипит он. — Там может быть вода... пещеры...

Идёт к горам. Идёт долго. Очень долго.

---

Глава 105. Горы

Добирается до гор. Находит пещеру. Внутри темно, холодно, но есть вода — капает со сводов.

Пьёт, моется, собирает воду в фляги.

Садится у входа, смотрит на пустыню. Ни души. Ни огонька. Ни следа.

— Здесь будет мой дом, — говорит он. — Пока.

Заходит в пещеру. Начинает обустраиваться.

---

Эпилог. Дневник Романа

Ну вот, опять я один.

Целая планета. Два солнца. Пустыня. Горы. Пещера. И я.

Ни гоблинов, ни гремлинов, ни Капитана. Даже Павлина нет — и того жалко.

Но я жив. У меня есть инструменты. Есть голова на плечах. И есть опыт — три раза начинать с нуля.

В Мории я выжил. У гоблинов — построил город. Здесь построю снова.

Сначала пещера. Потом дом. Потом мастерская. Потом фабрика. Потом город.

А потом — посмотрим.

Может, кто-нибудь прилетит. Может, я сам улечу.

А пока — работа.

Мы есть Легион. Даже если Легион — это только я.

Пока.

— Роман Григорьев, день четвёртый на планете без имени

---

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 8)

Комната богов. Горка, Морка и Аулэ смотрят на экран, где маленькая фигурка гремлина сидит у входа в пещеру.

МОРКА: (тихо) Он... он совсем один.

ГОРКА: (кивая) Один.

АУЛЭ: (задумчиво) Как в Мории. Только хуже.

МОРКА: Почему хуже?

АУЛЭ: Там были гоблины, пауки, Балрог. А тут — никого. Абсолютная пустота.

ГОРКА: (пауза) Выживет?

АУЛЭ: (усмехаясь) Ты его знаешь. Он всегда выживает.

МОРКА: (всхлипывая) Но он же один... Ему грустно...

ГОРКА: (кладёт руку на плечо) Не грустно. Он работает. Смотри.

На экране Роман достаёт инструменты, начинает обтёсывать камень.

АУЛЭ: (довольно) Уже строит. Молодец.

МОРКА: (вытирая слёзы) А долго он там будет?

ГОРКА: (пожимая плечами) Пока не построит цивилизацию. Или пока кто-нибудь не прилетит.

МОРКА: А кто прилетит?

ГОРКА: (таинственно) Увидим.

АУЛЭ: (поднимает кружку) За Инженера. В полном одиночестве.

ГОРКА: (поднимает) За Легион. Который теперь — только он.

МОРКА: (поднимает) За то, чтоб он не сдох!

Экран гаснет. Только точка света — костёр в пещере.

Конец?

Глава 9

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

ЧАСТЬ 9. НОВЫЙ МИР

Глава 101

---

Глава 101. Падение в неизвестность

Неизвестная планета. Два солнца. Пустыня.

Роман приходит в себя.

Первое, что он чувствует — песок. Мелкий, горячий, он забился в рот, в нос, в уши. Второе — жара. Невыносимая, плавящая, от которой плавится воздух над барханами.

Он открывает глаза.

Небо. Два солнца. Огромных, жёлтых, они висят почти в зените и жгут немилосердно.

— Опять... — хрипит Роман. Голос звучит чуждо, будто не его. — Опять два солнца...

Он пытается пошевелиться. Тело слушается плохо — видимо, падение было жёстким. Но всё цело. Руки, ноги, голова. Уши на месте. Хвост на месте.

— Живой, — констатирует он. — Опять живой.

Роман садится, оглядывается. Пустыня. Бескрайняя, жёлтая, до горизонта. Ни скал, ни растений, ни намёка на жизнь. Только песок, барханы и марево над ними.

— Где я? — спрашивает он вслух.

Ответа нет. Тишина. Только ветер шелестит песком.

Он шарит рядом с собой. Ящик с инструментами валяется в трёх метрах, раскрылся, но всё цело. Роман подползает, собирает рассыпавшиеся предметы. Молоток, зубило, гаечные ключи, свёрла, сварочный аппарат, пара гранат, фляга... фляга пуста.

— Воды нет, — говорит он. — Плохо.

Он смотрит на солнца. Они стоят высоко — значит, день. Сколько продлится день — неизвестно. Может, несколько часов, может, несколько суток.

— Два солнца — значит, жарко, — бормочет он, вспоминая уроки выживания. — Очень жарко. Значит, надо искать тень. И воду. И еду.

Он встаёт, отряхивается. Тело ноет, но терпимо. Гремлинья природа даёт о себе знать — живучесть выше человеческой.

Роман оглядывает горизонт. На севере — лёгкое марево, похожее на горы. Или мираж.

— Туда, — решает он. — Если горы — там могут быть пещеры. В пещерах — вода.

Он берёт ящик и идёт на север.

---

Глава 102. Первый день

Роман идёт уже несколько часов. Солнца почти не сдвинулись — день здесь действительно длинный. Жара стоит невыносимая, воздух дрожит, песок обжигает ноги даже через подошвы сапог.

Вода во фляге кончилась через час. Роман берёг последние капли, но сейчас фляга была пуста.

— Надо искать воду, — говорит он себе. — Без воды я не протяну и двух дней.

Он останавливается, смотрит на небо. Солнца на месте. Потом на песок. Песок пуст.

Вдруг замечает вдали что-то зелёное. Маленькое пятнышко у подножия бархана.

— Растение?

Он идёт туда, спотыкаясь, падая, поднимаясь. Через полчаса добирается.

Это кактус. Небольшой, колючий, но живой. Роман опускается на колени, достаёт нож, срезает верхушку. Внутри — влажная мякоть.

— Есть! — выдыхает он.

Он жуёт кактус. Вкус отвратительный — горький, кислый, но влага есть. Он выжимает сок в рот, потом жуёт мякоть.

— Выживу, — говорит он. — Выживу.

Он срезает ещё несколько кусков, заворачивает в тряпку, кладёт в ящик. Идёт дальше.

К вечеру (солнца наконец начинают клониться к закату) он добирается до скал. Это не горы, просто выходы породы, но среди них можно найти убежище.

Роман находит расщелину, забирается внутрь. Здесь прохладнее, почти нет ветра. Он садится, прислоняясь спиной к камню, и закрывает глаза.

— Первый день, — шепчет он. — Первый день на новой планете. Выжил.

Он засыпает.

---

Глава 103. Ночь

Роман просыпается от холода.

Зубы стучат, тело трясётся мелкой дрожью. Он вылезает из расщелины и замирает.

Небо усыпано звёздами. Миллионы, миллиарды звёзд — таких ярких, каких он никогда не видел. А над горизонтом висят две огромные луны — одна жёлтая, другая красная.

— Красиво, — шепчет он. — Жутко красиво.

Он смотрит на звёзды, пытаясь найти знакомые созвездия. Но здесь всё чужое. Другая галактика, другой мир.

— Где я? — снова спрашивает он. — Куда меня закинуло?

Ответа нет.

Роман разводит костёр. Спички есть, слава богу. Собирает сухие ветки кактусов, поджигает. Пламя разгорается, даёт тепло.

Он сидит у костра, глядя на огонь, и думает.

Думает о Мории, о тьме и холоде. О гоблинах, которые приняли его за бога. О гремлинах, его детях, которых он создал. О Капитане, с которым они вместе бились против Павлина. О городе, который построил с нуля.

— Всё сначала, — говорит он тихо. — Опять всё сначала.

Он вспоминает последние слова Павлина: «Я вернусь. Посади розу в моём саду». Вспоминает чёрную розу, которая росла из пепла, с глазом внутри.

— Нет, — говорит он твёрдо. — Не вернёшься. Я далеко. Ты меня не найдёшь.

Он смотрит на звёзды.

— Хоть бы кто-нибудь, — шепчет он. — Хоть зверь какой. Хоть кто-то живой.

Никого. Тишина.

Роман подбрасывает ветки в костёр и смотрит на огонь, пока не засыпает.

---

Глава 104. Поиски

Второй день.

Роман просыпается с рассветом. Солнца снова в зените — день начинается сразу с жары.

Он проверяет запасы. Воды нет. Кактус, который он нёс, завял и почти не даёт влаги.

— Надо искать воду, — решает он. — Иначе не выживу.

Он идёт вдоль скал, внимательно осматривая каждую расщелину. В одной находит нору — кто-то здесь жил, но следы старые, многолетней давности. В другой — кости. Мелкие, похожие на ящериц.

— Жизнь есть, — говорит он. — Значит, есть и вода.

Он идёт дальше. К полудню находит углубление в скале, похожее на пещеру. Внутри темно, но он слышит звук.

Капель.

— Вода! — выдыхает он.

Он бежит в пещеру, спотыкаясь о камни. Своды уходят в темноту, но в глубине действительно капает вода.

Роман добирается до места. Маленький ручеёк сочится из стены, собирается в лужицу на полу.

Он падает на колени и пьёт. Вода холодная, чистая, вкусная. Он пьёт долго, захлёбываясь, не веря своему счастью.

Потом набирает полные фляги, моется, сидит, прислонившись к стене.

— Есть вода, — говорит он. — Есть жизнь.

Он осматривает пещеру. Она неглубокая, но сухая и прохладная. Идеальное место для убежища.

— Здесь будет мой дом, — решает он. — Пока.

---

Глава 105. Горы

Третий день.

Роман обустраивает пещеру. Он натаскивает камней, сооружает нечто вроде лежанки. Разводит костёр у входа — так, чтобы дым вытягивало наружу.

Потом идёт исследовать окрестности.

Горы оказываются невысокими, но изрезанными ущельями и каньонами. Роман забирается на самый высокий пик и смотрит вдаль.

Пустыня. Бескрайняя пустыня до горизонта. Ни городов, ни дымков, ни следов цивилизации. Ничего.

— Никого, — шепчет он. — Совсем никого.

Он смотрит на небо. Иногда там появляются точки — может, птицы, может, насекомые. Но слишком далеко, чтобы разглядеть.

— Ладно, — говорит он себе. — Бывало и хуже. В Мории было темно и холодно. Здесь хотя бы светло и тепло. И вода есть.

Он спускается в пещеру, садится у костра.

— Что дальше? — спрашивает он. — Выживать. Строить. Ждать.

Он вспоминает Капитана, гремлинов, город.

— Они там, — думает он. — Без меня. Но они справятся. Капитан справится. А я...

Он смотрит на свои руки. Руки инженера. Руки строителя.

— А я построю здесь новый Легион.

Он достаёт инструменты, кладёт перед собой.

— Сначала пещера, — планирует он. — Потом дом. Потом мастерская. Потом фабрика. Потом город. Как в прошлый раз. Только теперь одному будет труднее.

Он усмехается.

— Но я справлюсь. Я всегда справлялся.

Роман берёт молоток и начинает обтёсывать камень.

Снаружи два солнца медленно движутся к закату. Внутри пещеры маленькая фигурка гремлина работает, строит, создаёт.

Один. Совсем один. Но живой.

---

Эпилог. Дневник Романа

Ну вот, опять я один.

Целая планета. Два солнца. Пустыня. Горы. Пещера. И я.

Ни гоблинов, ни гремлинов, ни Капитана. Даже Павлина нет — и того жалко.

Но я жив. У меня есть инструменты. Есть голова на плечах. И есть опыт — три раза начинать с нуля.

В Мории я выжил. У гоблинов — построил город. Здесь построю снова.

Сначала пещера. Потом дом. Потом мастерская. Потом фабрика. Потом город.

А потом — посмотрим.

Может, кто-нибудь прилетит. Может, я сам улечу.

А пока — работа.

Мы есть Легион. Даже если Легион — это только я.

Пока.

— Роман Григорьев, день четвёртый на планете без имени

---

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 9)

Комната богов. Горка, Морка и Аулэ смотрят на экран, где маленькая фигурка гремлина сидит у входа в пещеру.

МОРКА: (тихо) Он... он совсем один.

ГОРКА: (кивая) Один.

АУЛЭ: (задумчиво) Как в Мории. Только хуже.

МОРКА: Почему хуже?

АУЛЭ: Там были гоблины, пауки, Балрог. А тут — никого. Абсолютная пустота.

ГОРКА: (пауза) Выживет?

АУЛЭ: (усмехаясь) Ты его знаешь. Он всегда выживает.

МОРКА: (всхлипывая) Но он же один... Ему грустно...

ГОРКА: (кладёт руку на плечо) Не грустно. Он работает. Смотри.

На экране Роман достаёт инструменты, начинает обтёсывать камень.

АУЛЭ: (довольно) Уже строит. Молодец.

МОРКА: (вытирая слёзы) А долго он там будет?

ГОРКА: (пожимая плечами) Пока не построит цивилизацию. Или пока кто-нибудь не прилетит.

МОРКА: А кто прилетит?

ГОРКА: (таинственно) Увидим.

АУЛЭ: (поднимает кружку) За Инженера. В полном одиночестве.

ГОРКА: (поднимает) За Легион. Который теперь — только он.

МОРКА: (поднимает) За то, чтоб он не сдох!

Они пьют. На экране — маленькая фигурка у костра, два солнца над пустыней.

МОРКА: (вдруг) Горка, а как называется эта планета?

ГОРКА: (пожимает плечами) Не знаю. У неё нет названия. Пока.

МОРКА: А дадим?

ГОРКА: (думает) Пусть сам назовёт. Когда построит город.

АУЛЭ: (кивая) Правильно. Хозяин — барин.

Экран гаснет. Только точка света — костёр в пещере.

ТИТРЫ:

Роман Григорьев, он же Инженер, он же Первый,

остался один на планете без названия.

Что будет дальше?

---

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ

---

Продолжение следует во второй книге:

«МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН: ПУСТЫННАЯ ПЛАНЕТА»

Глава 10

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

ЧАСТЬ 10. ОСНОВАНИЕ

Год первый — первые шаги

---

Глава 106. Тишина

Три месяца после падения.

Роман сидел у входа в пещеру и смотрел на пустыню. Два солнца медленно ползли по небу — жёлтое и оранжевое, они уже не казались чужими. За три месяца он привык к ним, как привыкают к новым соседям, которые не мешают, но и не помогают.

Вокруг была тишина. Не та звенящая тишина Мории, полная скрытых угроз, а пустая, мёртвая тишина пустыни. Ветер шелестел песком, перекатывая барханы, но это был единственный звук.

Роман вздохнул. Три месяца одиночества. Три месяца он говорил только с собой, с ящерками и с инструментами.

Шустрик — маленькая ящерка с блестящими чёрными глазами — сидел у него на колене и грыз сухую рыбину. Он был потомком того первого Шустрика, который умер пять лет назад, но его род продолжался. Ящерки размножались, заполняли пещеру, становились почти ручными.

— Ты не в счёт, — сказал Роман, почесав Шустрика за ухом. — Ты хороший, но ты не разумный.

Шустрик пискнул и продолжил есть.

Роман смотрел на горизонт. Там, за песками, за горами, за океаном, остался другой мир. Другой мир, в котором остались Капитан, гоблины, его первые гремлины. И Павлин.

— Интересно, что они сейчас делают, — сказал Роман вслух. — Капитан, наверное, командует своим отрядом. Пьёт грибное пиво и рассказывает байки.

Он усмехнулся.

— А Павлин... Павлин, наверное, строит планы. Обещал же вернуться.

Он посмотрел на небо. Чужие звёзды, чужие созвездия. Павлин остался там, в том мире. Портал закрылся, и дороги назад не было.

— И слава богу, — сказал Роман. — Одним врагом меньше.

Он помолчал.

— Хотя скучно без него. Всё-таки достойный противник был.

Шустрик доел рыбу и уставился на Романа, ожидая добавки.

— Всё, — сказал Роман. — Больше нет. Сам лови.

Шустрик пискнул и убежал в пещеру.

Роман снова остался один. Тишина давила. Три месяца он пытался привыкнуть, но привыкнуть к одиночеству нельзя. Можно только терпеть.

В этот момент внутри него что-то щёлкнуло.

Роман замер. Он узнал это чувство. Оно приходило к нему дважды в прошлой жизни — когда рождались первые гремлины, когда он терял контроль и становился машиной для воспроизводства.

— Нет, — прошептал он. — Только не сейчас.

Но чувство не уходило. Оно росло, разгоралось, заполняло тело. Кожа начала покрываться тонкой липкой плёнкой. Температура поднималась.

Роман сжал кулаки.

— Нет, — сказал он громче. — Я не хочу. Я не буду.

Но вдруг остановился.

— А почему нет?

Мысль пришла неожиданно, но, осознав её, Роман понял — это ответ.

— Я один, — сказал он. — Совсем один. Я могу создать тех, кто будет со мной. Я могу создать своих.

Он вспомнил первых гремлинов. Шурупа, Ржавого, Мелкую. Они были разумными. Они были его детьми. Они стали его семьёй, его Легионом.

— Я не хотел их тогда, — думал он. — Я боялся, стыдился, боролся с собой. А они стали моими самыми близкими.

Он посмотрел на свои руки. Гремлиньи руки, короткие, цепкие, с длинными пальцами. Руки создателя.

— А здесь я могу сделать это сознательно, — сказал он. — Выбрать. Создать. Не по принуждению, не по инстинкту — по своей воле.

Он встал. Шустрик, вернувшийся за добавкой, удивлённо пискнул.

— Не бойся, — сказал ему Роман. — Всё будет хорошо.

Он пошёл в глубь пещеры, туда, где было теплее и темнее. Сел на камень, закрыл глаза.

— Я — Первый, — шепнул он. — Я создаю жизнь.

---

Глава 107. Первое порождение

Процесс начался.

Роман чувствовал каждую клетку своего тела. Это было странно — не больно, но очень странно. Словно он наблюдал за собой со стороны.

Железы под кожей активировались, начинали вырабатывать густую питательную слизь. Температура поднималась, но это не было жаром — это было тепло созидания.

Слизь выходила через поры на спине, собиралась в капли, капли сливались в комки. Роман чувствовал, как они отделяются, падают на землю с мягким стуком.

Раз, два, три... пять, десять, пятнадцать...

Он не сопротивлялся. Он направлял. Впервые он не терял сознание, а наблюдал, контролировал, думал о тех, кто появится.

— Будьте здоровыми, — шептал он. — Будьте сильными. Будьте разумными.

Процесс длился несколько часов. Когда всё закончилось, Роман открыл глаза.

Он был истощён. Руки дрожали, в глазах темнело. Но он был в сознании.

Перед ним на полу пещеры лежали мокрые, пищащие комочки. Десять штук.

— Десять, — прошептал Роман. — Десять новых жизней.

Первый открыл глаза. Маленькие, чёрные, они смотрели прямо на Романа.

— Первый, — пискнул он.

Роман улыбнулся.

— Здравствуй, — сказал он. — Ты будешь Шурупом-вторым.

Шуруп-второй пискнул и потянул к нему руки.

Роман подполз к нему, взял на руки. Маленькое тельце дрожало, но было тёплым и живым.

— Не бойся, — сказал Роман. — Я здесь. Я Первый. Я твой отец.

Он зажёг костёр, согрел воду, начал обтирать новорождённых. Они пищали, но успокаивались, чувствуя его тепло.

Роман работал несколько часов. Кормил, обтирал, укладывал спать. Когда последний заснул, он сел у костра и посмотрел на них.

— Десять, — сказал он. — Это только начало.

---

Глава 108. От лица Шурупа-второго — первый день

От лица Шурупа-второго.

Я открыл глаза.

Вокруг было темно и мокро. Я лежал на чём-то твёрдом, и всё тело дрожало. Было холодно, страшно и очень хотелось есть.

Я закричал. Не потому, что было больно — потому что был страх. Страх от того, что я ничего не понимаю.

Вдруг чьи-то руки подхватили меня. Большие, тёплые, сильные. Они вытерли меня, прижали к чему-то тёплому, и страх начал уходить.

— Здравствуй, — сказал голос. — Ты будешь Шурупом-вторым.

Шуруп-второй. Я не знал, что это значит. Не знал, что такое «шуруп» и что такое «второй». Но голос был добрым, и я доверился ему.

Первый. Так я назвал его потом. Первый, потому что он был первым. Первым из нас. Нашим создателем. Нашим отцом.

Он кормил меня, согревал, гладил. Я смотрел на его лицо — не такое, как у меня. Больше, серьёзнее, с глазами, которые видели много грустного.

— Я научу тебя, — сказал он. — Всему научу.

Я не знал тогда, сколько лет пройдёт. Не знал, что стану главным помощником Первого. Не знал, что увижу, как наша семья вырастет до миллионов.

Я знал только одно: я хочу быть как он.

---

Глава 109. Первый месяц — обучение

Гремлины росли быстро. Удивительно быстро.

Через неделю они уже ползали, исследуя пещеру. Через две — ходили, держась за стены. Через три — говорили отдельные слова.

— Первый, — звали они. — Первый, еда. Первый, вода. Первый, тепло.

Роман учил их всему, что знал сам.

— Смотрите, — говорил он, беря кусок руды. — Это железо. Оно лежит в земле. Чтобы его использовать, надо его расплавить.

Гремлины сидели кружком, разинув рты. Они впитывали каждое слово.

Роман показывал процесс плавки. Строил печь из камня, засыпал уголь, клал руду, раздувал меха.

— Температура должна быть высокой, — объяснял он. — Очень высокой. Тогда железо станет жидким и отделится от камня.

Гремлины смотрели заворожённо.

Через час Роман достал крицу — пористый кусок железа.

— Теперь это надо проковать, — объяснял он. — Чтобы убрать лишнее, сделать плотным.

Он взял молот и начал бить. Звон разносился по пещере. Гремлины вздрагивали при каждом ударе, но не отводили глаз.

— Вот, — сказал Роман, показывая готовый слиток. — Это железо. Из него можно делать инструменты, оружие, детали для машин.

Шуруп-второй подполз ближе, потрогал слиток. Отдёрнул руку — горячо.

— Горячо, — сказал он.

— Горячо, — подтвердил Роман. — Но когда остынет — будет твёрдым и холодным.

Гремлины пробовали сами. У них получалось криво, молотки падали из рук, уголь рассыпался. Но Роман терпел.

— Учитесь, — говорил он. — Ошибки — это опыт. Без ошибок нет мастерства.

Шуруп-второй оказался самым способным. Он быстро понял, как держать молот, как бить, чтобы не сломать заготовку.

— Молодец, — хвалил Роман. — Будешь кузнецом.

— Кузнец, — повторил Шуруп-второй, пробуя слово на вкус.

Другие тоже учились. Кто-то лучше таскал камни, кто-то раздувал меха, кто-то просто смотрел и запоминал.

Через месяц у них была первая продукция — кривые гвозди, корявые ножи, уродливые наконечники для копий. Но они работали.

— Прогресс, — сказал Роман. — Медленный, но прогресс.

---

Глава 110. Подготовка ко второму порождению

Четыре месяца.

Роман снова почувствовал приближение режима. Теперь он уже не боялся — он ждал.

— Скоро, — сказал он Шурупу-второму. — Скоро у вас появятся братья и сёстры.

— Братья? — не понял Шуруп.

— Такие же, как вы. Новые гремлины.

Шуруп задумался. Потом кивнул.

— Хорошо. Больше семьи.

Роман готовился. Он запасал еду — сушёную рыбу, вяленое мясо, муку из местных злаков. Наполнял водой все ёмкости. Готовил место — расчистил угол пещеры, положил сухой мох.

— Если их будет больше, — думал он, — нам понадобится больше места. Больше еды. Больше всего.

Он вспомнил прошлый опыт. Тогда, в старом мире, он породил около десятка. Сейчас — тоже десять. Но инстинкт подсказывал — можно больше.

— Если я направлю волю, — рассуждал он. — Если я сосредоточусь на мысли, что их будет много...

Он решил рискнуть.

Ночью, когда гремлины спали, Роман сидел у костра и смотрел на огонь.

— Десять, — шептал он. — Сто. Тысяча. Миллион.

Он представлял себе город, полный гремлинов. Шумный, живой, растущий.

— Я создам цивилизацию, — сказал он. — Своими руками. Своим телом. Своей волей.

Шустрик, сидевший у его ног, пискнул, будто соглашаясь.

Роман погладил его.

— И ты будешь с нами, старик. Всегда.

За стенами пещеры два солнца медленно поднимались над пустыней. Начинался новый день.

Новый этап.

---

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 10)

Комната богов. Горка, Морка и Аулэ смотрят на экран, где Роман сидит у костра с десятью спящими гремлинами.

МОРКА: (шепотом) Он сделал это... Он создал их сознательно.

ГОРКА: (кивая) Впервые за всё время.

АУЛЭ: (задумчиво) Раньше он боролся с этим. Стыдился, боялся. А теперь — принял.

МОРКА: (смотрит на спящих гремлинов) Какие они маленькие... и смешные.

ГОРКА: (усмехаясь) Такими все рождаются.

АУЛЭ: (поднимает кружку) За Первого. Который перестал бояться себя.

ГОРКА: (поднимает) За новую жизнь.

МОРКА: (поднимает) За маленьких ушастых!

Они пьют. На экране Роман укрывает гремлинов шкурой и ложится рядом.

МОРКА: (тихо) А дальше что?

ГОРКА: (пожимая плечами) Дальше будет больше.

АУЛЭ: (кивая) На порядок больше.

Экран показывает пещеру, костёр, спящих гремлинов и Романа, который смотрит на них с улыбкой.

ГОРКА: (тихо) Красиво.

МОРКА: (шепотом) Очень красиво.

Экран медленно гаснет.

---

Глава 11

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

ЧАСТЬ 11. ПЕРВАЯ СОТНЯ

---

Глава 111. Второе порождение

Шесть месяцев на планете.

Роман чувствовал приближение режима уже несколько дней. Тело нагревалось, железы под кожей набухали, мысли путались. Но теперь он не боролся — он готовился.

— Уходите, — сказал он Шурупу-второму и остальным. — Уходите в дальний конец пещеры. И не подходите, пока я не позову.

— Первый, ты как? — Шуруп-второй смотрел встревоженно.

— Нормально. Всё будет хорошо. Идите.

Гремлины ушли. Роман остался один в своей части пещеры.

Он сел на камень, закрыл глаза, сосредоточился.

— Сто, — шептал он. — Сто новых жизней. Я хочу сто.

Он представлял себе это число. Сто маленьких комочков, сто новых гремлинов, сто будущих помощников, учеников, детей.

Процесс начался.

Тело работало на пределе. Железы вырабатывали слизь быстрее, температура поднималась выше, сердце колотилось как бешеное. Роман чувствовал, как коконы формируются, отделяются, падают.

Раз, два, три... десять, двадцать, тридцать...

— Держись, — говорил он себе. — Ты сможешь.

Сорок, пятьдесят, шестьдесят...

Он терял сознание, но приходил в себя. Тело работало автономно, как машина.

Семьдесят, восемьдесят, девяносто...

Когда всё закончилось, Роман открыл глаза. Перед ним было море коконов. Они лежали везде — на полу, на камнях, друг на друге.

— Сто, — прошептал он. — Сто новых гремлинов.

Он попытался встать и упал. Сил не было совсем.

— Шуруп, — позвал он слабым голосом. — Шуруп, иди сюда.

Шуруп-второй прибежал первым. За ним — остальные десять. Они замерли на пороге, глядя на море коконов.

— Первый... — выдохнул Шуруп. — Это... это сколько?

— Сто, — ответил Роман. — Сто ваших братьев и сестёр.

Гремлины смотрели и не верили. Пещера, которая ещё вчера казалась большой, теперь была заполнена до краёв.

— Как мы их прокормим? — спросил кто-то.

— Где они будут жить?

— Что делать?

Роман собрал последние силы.

— Сначала — принять, — сказал он. — Обтереть, согреть, накормить. Потом — думать.

---

Глава 112. От лица Зубила — рождение механика

От лица Зубила.

Я родился во вторую волну. Нас было сто — целое море пищащих комочков, которые ползали по пещере и искали тепло.

Первые минуты я помню смутно — мокро, холодно, страшно. Потом чьи-то руки подхватили меня, вытерли, прижали к тёплому. Я открыл глаза и увидел Первого.

Он был уставший, бледный, еле сидел. Но он улыбался.

— Ещё один, — сказал он. — И ещё сто.

Потом меня взял другой. Шуруп-второй — так его называли. Он был из первой волны, старше меня на несколько месяцев, но уже большой и сильный.

— Ты, — сказал он, глядя на мои руки. — У тебя пальцы длинные. Будешь механиком.

Я не знал, что такое механик. Но когда Шуруп показал мне первую шестерёнку, я понял — это моё.

Шестерёнка была маленькой, металлической, с зубьями по краям. Шуруп крутил её, и она передавала движение другой шестерёнке.

— Это механизм, — объяснял он. — Первый говорит, что из таких штук можно строить машины.

Я смотрел на шестерёнки и не мог оторваться. Они крутились, щёлкали, двигались — и в этом был какой-то особый ритм, особый порядок.

— Можно я попробую? — спросил я.

Шуруп дал мне шестерёнки. Я взял их в руки — тёплые, гладкие, тяжёлые. Попробовал соединить, покрутить.

Они зацепились зубьями и завертелись вместе.

— Получилось! — закричал я.

Шуруп улыбнулся.

— Механик, — сказал он. — Точно механик.

Я запомнил этот момент навсегда. Первая шестерёнка, первый механизм, первое понимание — это моё.

---

Глава 113. Кризис — поиск еды

Неделя после второго порождения.

Сто десять гремлинов (первые десять + сто новых) — это было много. Очень много.

Пещера гудела как улей. Гремлины ползали, ходили, пищали, плакали, ели. Ели много. Каждый день.

Роман сидел у входа и считал запасы.

— Рыба кончается, — бормотал он. — Мука кончается. Вяленое мясо кончается. Если так пойдёт, через неделю жрать будет нечего.

Шуруп-второй сидел рядом.

— Что будем делать, Первый?

— Думать. — Роман потёр виски. — Надо организовать массовый сбор еды.

Он собрал всех, кто мог ходить.

— Слушайте, — сказал он. — У нас проблема. Еды мало, ртов много. Надо добывать больше.

— Что делать? — спросили гремлины.

— Рыба, — сказал Роман. — В подземном озере много рыбы. Надо ловить больше.

— Как?

— Сетями. Будем плести сети.

— Ещё?

— Кактусы. В пустыне есть кактусы, в них вода и мякоть. Надо собирать.

— Ещё?

— Охота. Ящерицы, змеи, мелкие зверьки. Надо охотиться.

Гремлины закивали. Работа закипела.

Десять гремлинов плели сети из волокон кактусов. Двадцать ловили рыбу в подземном озере. Тридцать ушли в пустыню собирать кактусы. Десять охотились на ящериц.

Роман координировал, считал, распределял.

— Работайте, — говорил он. — Работайте, пока есть силы.

Через неделю запасы пополнились. Но Роман понимал — это временно.

— Нам нужно сельское хозяйство, — сказал он Шурупу. — Настоящее производство еды. А не сбор того, что растёт само.

---

Глава 114. Технология: керамика

Восемь месяцев.

Пока гремлины добывали еду, Роман думал о посуде. Хранить воду, зерно, муку, вяленое мясо нужно было в чём-то. Шкуры и корзины из волокон не подходили — в них заводились жуки, они пропускали влагу.

— Нужна керамика, — решил Роман.

Он нашёл глину в русле пересохшей реки, в двух днях пути от пещеры.

— Вот, — сказал он, показывая серую массу. — Из этого можно делать горшки.

Гремлины смотрели с сомнением.

— Это же грязь, — сказал кто-то.

— Грязь, которую можно обжечь, — ответил Роман. — И она станет твёрдой, как камень.

Он учил их месить глину ногами, очищать от камней, лепить горшки, миски, кувшины.

— Стенки должны быть одинаковой толщины, — объяснял он. — Иначе лопнут при обжиге.

Гремлины лепили. Получалось криво, косо, но они старались.

Через неделю первая партия была готова к обжигу.

Роман построил печь — простую яму, обложенную камнями. Сложил горшки, развёл огонь, ждал.

— Главное — температура, — бормотал он. — Медленный нагрев, потом высокая температура, потом медленное остывание.

Они ждали сутки. Когда печь остыла, Роман достал первый горшок.

— Целый, — сказал он. — Не треснул.

Горшок был кривым, шершавым, но целым. Роман налил в него воду — не протекает.

— Работает! — закричали гремлины.

— Керамика, — улыбнулся Роман. — Основа цивилизации.

---

Глава 115. Первый урожай

Девять месяцев.

Злаки, посаженные полгода назад, созрели.

Роман стоял на краю маленького поля у подножия скал и смотрел на жёлтые колосья.

— Урожай, — сказал он. — Первый урожай.

Гремлины собрались все — сто десять, от мала до велика. Они смотрели на поле и не верили, что эти маленькие зёрна, которые они закапывали в землю, превратились в такое.

— Как это работает? — спросил Шуруп-второй.

— Семя падает в землю, — объяснял Роман. — Из него растёт стебель. Потом колос. В колосе — новые зёрна. В каждом зерне — новое растение.

— Магия, — сказал кто-то.

— Нет. Природа.

Жатва длилась три дня. Гремлины срезали колосья, собирали в снопы, молотили палками, отделяя зерно от мякины.

Зерна получилось много. Несколько мешков.

— Что теперь? — спросили гремлины.

— Молоть, — ответил Роман. — Делать муку.

Он показал, как молоть зерно камнями. Долго, тяжело, но результат есть.

Из первой муки испекли лепёшки на камнях у костра.

— Пробуйте, — сказал Роман.

Гремлины пробовали. Лепёшки были твёрдыми, пресными, пахли дымом. Но это была еда. Своя еда, выращенная своими руками.

— Наша, — сказал Шуруп-второй. — Мы сделали это сами.

Роман улыбнулся.

— Теперь мы не просто собиратели, — сказал он. — Мы земледельцы. Мы цивилизация.

---

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 11)

Комната богов. Горка, Морка и Аулэ смотрят на экран, где гремлины жуют первые лепёшки.

МОРКА: (с набитым ртом) У них хлеб появился!

ГОРКА: (кивая) Агрокультура.

АУЛЭ: (задумчиво) Сто десять ртов. Накормить такую ораву — это подвиг.

МОРКА: А у нас пиво есть. И тушёнка.

ГОРКА: (усмехаясь) У нас боги. Нам можно.

АУЛЭ: (смотрит на экран) Они растут быстро. Очень быстро.

МОРКА: (считает на пальцах) Сначала было десять, потом сто... А в следующий раз сколько будет?

ГОРКА: (пожимая плечами) Тысяча. Может, больше.

МОРКА: (испуганно) Тысяча?!

АУЛЭ: (кивая) Он же инженер. Он мыслит масштабно.

МОРКА: (смотрит на экран) А они поместятся в пещере?

ГОРКА: (усмехаясь) Не поместятся. Придётся строить город.

АУЛЭ: (поднимает кружку) За Первого. Который кормит сто ртов.

ГОРКА: (поднимает) За сельское хозяйство.

МОРКА: (поднимает) За хлеб!

Они пьют. На экране гремлины доедают лепёшки и готовятся ко сну.

МОРКА: (тихо) Они такие... живые.

ГОРКА: (кивая) Живые. И будут жить.

Экран гаснет.

---

---

Глава 12

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

ЧАСТЬ 12. ТЫСЯЧА

Годы 2–3 — строительство города

---

Глава 116. Третье порождение

Полтора года на планете.

Роман чувствовал приближение режима уже месяц. Тело жило своей жизнью, подчиняясь древним инстинктам, но разум оставался ясным. Он готовился.

— На этот раз будет тысяча, — сказал он Шурупу-второму.

Шуруп замер. За полтора года он вырос, стал почти таким же, как Роман, только ниже и с более длинными руками.

— Тысяча, Первый? — переспросил он. — Но где они будут жить? Где еда?

— Будем решать проблемы по мере поступления, — ответил Роман. — Сначала — родить. Потом — думать.

Он подготовил всё заранее. Расширил свою часть пещеры, натаскал сухого мха, запас еды на месяц. Места было мало, но выбора не было.

— Уходите, — сказал он гремлинам. — Все уходите в дальние туннели. И не возвращайтесь, пока я не позову.

Сто десять гремлинов ушли. Пещера опустела.

Роман сел на камень, закрыл глаза.

— Тысяча, — шептал он. — Тысяча новых жизней.

Процесс начался.

Он длился сутки. Роман не терял сознание, но был в каком-то полусне, на грани реальности. Тело работало, как машина. Железы вырабатывали слизь, коконы формировались и падали.

Раз, два, три... десятки, сотни...

Когда всё закончилось, Роман открыл глаза.

Пещера была полна. Коконы лежали везде — на полу, на стенах, на потолке, друг на друге. Они заполнили всё пространство до самого входа.

— Тысяча, — прошептал Роман. — Тысяча новых гремлинов.

Он попытался встать и не смог. Сил не было совсем. Тело требовало отдыха, еды, воды.

— Шуруп, — позвал он слабо. — Шуруп...

Шуруп-второй прибежал через час. Он пробирался через коконы, раздвигая их руками.

— Первый! — закричал он, увидев Романа. — Ты жив?

— Жив, — ответил Роман. — Но еле.

— Что делать?

— Принимать. Обтирать. Кормить. Считать.

Шуруп кивнул и побежал за остальными.

Сто десять гремлинов начали принимать тысячу новорождённых. Это был хаос. Коконы лопались, оттуда вылезали мокрые пищащие комочки, их нужно было обтереть, согреть, накормить.

Работа длилась трое суток. Гремлины не спали, не ели, только принимали и принимали.

Когда последний новорождённый был обтёрт и накормлен, Шуруп подошёл к Роману.

— Тысяча сто десять, Первый, — сказал он. — Теперь нас тысяча сто десять.

Роман улыбнулся.

— Легион, — сказал он. — Начинается Легион.

---

Глава 117. От лица Искры — рождение электрика

От лица Искры.

Я родился в третью волну. Нас было тысяча — целая армия мокрых пищащих комков, которые заполнили всю пещеру.

Первые дни я помню плохо — было темно, тесно и очень шумно. Тысяча младенцев орут одновременно — это, скажу я вам, то ещё удовольствие.

Но постепенно всё устаканилось. Старшие, из первой и второй волны, взяли шефство над младшими. Меня взял Зубило.

— Ты, — сказал он, глядя на мои руки. — У тебя пальцы длинные, как у меня. Будешь механиком.

Я не знал, что такое механик, но согласился. Зубило казался умным и добрым.

Он показал мне мастерскую. Там были шестерёнки, валы, рычаги — целый мир, о котором я не подозревал.

— Смотри, — сказал Зубило, беря кусок янтаря и шерсть. — Если тереть, появляются искры.

Он тёр. Появились маленькие голубые искорки. Я замер.

— Это электричество, — сказал Зубило. — Первый говорит, это будущее.

Я смотрел на искры и чувствовал, как внутри меня загорается такой же огонь. Это было моё.

— Можно я попробую? — спросил я.

Зубило дал мне янтарь и шерсть. Я тёр долго, пока руки не заболели. Искры появлялись, но маленькие, слабые.

— Надо сильнее, — сказал Зубило. — Быстрее.

Я тёр быстрее. Искры стали ярче, громче щёлкать.

— Электрик, — сказал Зубило. — Точно электрик.

Я не знал тогда, что электричество станет моей жизнью. Что я проведу первый свет в пещере, построю первый генератор, зажгу первую лампочку.

Я знал только одно: искры — это красиво. И я хочу, чтобы их было больше.

---

Глава 118. Технология: каменное строительство

Два года.

Пещера больше не вмещала всех. Тысяча сто десять гремлинов жили в ней, как сельди в бочке. Спали в три смены, ели в пять смен, дышали одним воздухом.

— Надо строить снаружи, — сказал Роман. — Город.

Гремлины вышли наружу и впервые увидели пустыню не как враждебное пространство, а как место для жизни.

Роман учил их строить из камня.

— Сначала ищем камень, — объяснял он, показывая на скалы. — Не любой, а который можно колоть.

Он нашёл трещину в скале, забил в неё деревянные клинья, полил водой. Через час клинья разбухли, и камень раскололся ровным блоком.

— Вот так, — сказал Роман. — Теперь у нас есть строительный материал.

Гремлины учились. Не сразу, но постепенно осваивали технологию. Кто-то колол камень, кто-то таскал, кто-то ровнял.

— Теперь раствор, — продолжал Роман. — Глина, песок, вода. Можно добавить известь — она есть в ракушках.

Известь жгли в печах, получали белый порошок, смешивали с глиной и песком. Раствор получался прочным, как камень.

— Кладём блоки, — показывал Роман. — Ровняем, промазываем швы. Ряд за рядом.

Первый дом строили всем миром. Сто гремлинов таскали камни, пятьдесят мешали раствор, двадцать клали стены. Роман стоял рядом и поправлял.

Через месяц дом был готов. Каменный, с плоской крышей, с дверным проёмом и окном.

— Наш первый дом, — сказал Роман. — Теперь мы не просто пещерные жители. Мы строители.

Гремлины смотрели на дом и не верили своим глазам. Они сделали это сами. Из камня, глины и песка.

— Можно жить? — спросил кто-то.

— Можно, — ответил Роман. — Но сначала построим ещё. Много.

---

Глава 119. Первый квартал

Два с половиной года.

За первым домом последовал второй, потом третий, потом улица, потом квартал.

Роман чертил план на песке углём.

— Улицы должны быть прямыми, — объяснял он. — Дома — одинаковой ширины. Тогда город будет красивым и удобным.

Гремлины строили быстро. Тысяча рук работали слаженно. Одни кололи камень в горах, другие везли его на тележках, третьи клали стены, четвёртые крыли крыши.

Через полгода первый квартал был готов. Сто домов, выстроенных в ряд, с одинаковыми окнами и дверями. Площадь в центре с колодцем. Улицы, вымощенные камнем.

Роман стоял на площади и смотрел на своё творение.

— Город, — сказал он. — Наш город.

Гремлины высыпали на улицы, рассматривали дома, заходили внутрь, трогали стены.

— Наш дом, — говорили они. — Наш.

Шуруп-второй подошёл к Роману.

— Первый, — сказал он. — Ты сделал это.

— Мы сделали, — поправил Роман. — Все вместе.

Они стояли и смотрели на город. Два солнца садились за горизонт, окрашивая камни в золотой цвет.

— Как назовём? — спросил Шуруп.

Роман задумался.

— Легион, — сказал он. — Город Легион.

---

Глава 120. Организация

Два с половиной года.

Город рос. За первым кварталом появился второй, потом третий. Гремлины строили быстро — они уже знали, что делать.

Но с ростом города появились проблемы. Кто отвечает за воду? Кто за еду? Кто за порядок? Кто за строительство?

Роман собрал всех на площади.

— Слушайте, — сказал он. — Нас много. Тысяча сто десять. Это не просто число. Это народ.

Гремлины слушали.

— Чтобы народ жил хорошо, нужен порядок. Нужны те, кто отвечает за разные дела.

Он оглядел толпу.

— Шуруп-второй, — позвал он. — Выходи.

Шуруп вышел вперёд.

— Ты будешь моим заместителем. Будешь помогать мне управлять.

Шуруп кивнул.

— Зубило, — позвал Роман. — Выходи.

Зубило вышел.

— Ты будешь главным механиком. Отвечаешь за все механизмы, за инструменты, за мастерские.

— Искра, — позвал Роман. — Выходи.

Искра вышла, смущаясь.

— Ты будешь главным электриком. Когда у нас будет электричество — ты за него отвечаешь.

Роман назвал ещё десять имён — те, кто лучше всех работал, кто проявлял инициативу, кого уважали другие.

— Это ваш совет, — сказал он. — Когда у меня нет времени, вы будете решать. Вместе.

Гремлины зашумели. У них появилась власть, ответственность, место в иерархии.

— Теперь у нас есть город, — сказал Роман. — У нас есть правительство. У нас есть будущее.

Он поднял руку.

— Мы — Легион!

— Легион! — закричали гремлины.

Их голоса разнеслись над пустыней, над горами, над новой цивилизацией, которая только начинала свой путь.

---

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 12)

Комната богов. Горка, Морка и Аулэ смотрят на экран, где гремлины празднуют на площади.

МОРКА: (с открытым ртом) У них город! Настоящий город!

ГОРКА: (кивая) Тысяча сто десять жителей. Уже не племя, а поселение.

АУЛЭ: (задумчиво) А ведь это только начало. Через год их будет десять тысяч.

МОРКА: (испуганно) Десять тысяч?! А где они поместятся?

ГОРКА: (усмехаясь) Город вырастет. Они же строители.

АУЛЭ: (смотрит на экран) Организация появилась. Иерархия. Это важно.

МОРКА: (гордо) А у нас тоже иерархия! Ты главный, я второй, Аулэ третий!

ГОРКА: (треплет его по голове) Ты у нас главный по вязанию.

МОРКА: (обиженно) Я не только вязать! Я ещё и стреляю!

АУЛЭ: (поднимает кружку) За город Легион.

ГОРКА: (поднимает) За Первого, который построил.

МОРКА: (поднимает) За то, чтоб они не передрались!

Они пьют. На экране Роман стоит на крыше и смотрит на звёзды.

ГОРКА: (тихо) О чём он думает?

АУЛЭ: (пожимая плечами) О прошлом. О будущем. О том, что будет дальше.

МОРКА: (шепотом) А дальше будет больше.

Экран гаснет.

---

Глава 13

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

---

Глава 121. Четвёртое порождение

Два года и восемь месяцев.

Роман чувствовал приближение четвёртого порождения за месяц. Тело уже не спрашивало разрешения — оно готовилось, перестраивалось, накапливало ресурсы.

— На этот раз будет десять тысяч, — сказал он Шурупу-второму.

Шуруп, который уже привык к масштабам мыслей Первого, только кивнул.

— Что нужно делать?

— Строить ангар. Большой. Очень большой.

Гремлины работали две недели. Они расчистили огромную площадку у подножия скал, выровняли землю, построили стены из камня, перекрыли крышу из брёвен и шкур.

Получилось сооружение размером с футбольное поле. Внутри — сотни лежанок, запасы еды, система подачи воды.

— Здесь родятся новые, — сказал Роман. — Десять тысяч новых гремлинов.

В день порождения он пришёл в ангар один. Гремлины стояли снаружи, готовые принять новорождённых.

Роман сел в центре, закрыл глаза.

— Десять тысяч, — шептал он. — Десять тысяч новых жизней.

Процесс длился двое суток. Роман не терял сознание, но был в трансе, на грани реальности. Тело работало на пределе человеческих (и гремлиньих) возможностей.

Коконы падали, заполняя ангар. Сначала пол, потом ряды, потом штабеля. К концу вторых суток они лежали везде, до самого потолка.

Когда всё закончилось, Роман открыл глаза. Он был истощён до предела, но жив.

— Сколько? — спросил он подбежавшего Шурупа.

— Десять тысяч, Первый. Ровно десять тысяч.

Роман улыбнулся.

— Теперь нас... сколько?

— Одиннадцать тысяч сто десять.

— Легион, — прошептал Роман. — Настоящий Легион.

---

Глава 122. От лица Формулы — рождение учёного

От лица Формулы.

Я родилась в четвёртую волну. Нас было десять тысяч — целая армия, заполнившая огромный ангар.

Первые дни я помню как в тумане. Тысячи младенцев, крики, суета, старшие носятся с тряпками и едой. Меня взяла Искра.

— Ты, — сказала она, глядя на мои глаза. — Ты смотришь не так, как другие.

Я не поняла, что значит «не так», но промолчала.

— Ты считаешь? — спросила она.

Я подумала. Да, я считала. Всё вокруг. Сколько нас в ряду, сколько лежанок, сколько раз приносят еду.

— Да, — ответила я.

— Тогда ты будешь учёным.

Искра отвела меня в пещеру, где жили старшие. Там были доски с цифрами, таблицы, расчёты.

— Это язык мира, — сказала она. — Если поймёшь цифры — поймёшь всё.

Я смотрела на цифры и чувствовала, как внутри загорается огонь. Это было красиво. Порядок, логика, стройность.

— Можно мне попробовать? — спросила я.

Искра дала мне доску и уголь. Я написала: 1+1=2.

— Правильно, — улыбнулась она. — Ты учёный.

Я не знала тогда, что буду считать звёзды, вычислять орбиты, открывать законы природы. Я знала только одно: цифры — это правда. А правда — это красиво.

---

Глава 123. Технология: плавка металла

Три года.

С одиннадцатью тысячами ртов нужно было много инструментов. Молотки, зубила, пилы, ножи, топоры. Всё это требовало металла.

Роман решил строить настоящую доменную печь.

— Раньше мы плавили по чуть-чуть, — объяснял он Зубилу. — Теперь нужно много. Очень много.

Они выбрали место у подножия гор, где ветер дул постоянно. Построили печь высотой в три роста, с толстыми стенами из огнеупорного камня.

— Нужна высокая температура, — говорил Роман. — Выше, чем в обычной печи. Для этого — поддув.

Они сделали огромные меха из шкур. Десять гремлинов качали их, загоняя воздух в печь.

Первую плавку запускали торжественно. Роман сам заложил руду, сам разжёг огонь.

— Давай, — сказал он.

Меха закачали воздух. Огонь взревел, температура поднялась.

Через час руда расплавилась, потекла вниз, собираясь в крицу.

— Готово! — закричали гремлины.

Роман достал крицу — тяжёлый, пористый кусок металла.

— Теперь это надо проковать, — сказал он. — Много раз.

Зубило и его механики взялись за дело. Они грели, били, грели, били. Через день первый слиток чистого железа был готов.

— Наше железо, — сказал Зубило, держа слиток в руках. — Мы сделали сами.

Роман улыбнулся.

— Теперь у нас будет много инструментов. Много оружия. Много всего.

---

Глава 124. Технология: механизмы

Три года и три месяца.

Металла стало много. Роман начал учить гремлинов делать механизмы.

— Шестерни, — говорил он, показывая чертёж. — Зубья должны быть одинаковыми, иначе они не будут сцепляться.

Зубило и его механики учились. Сначала делали грубые шестерни, с кривыми зубьями. Они скрежетали, заедали, ломались.

— Не так, — терпеливо объяснял Роман. — Зубья должны быть одинаковой высоты. Одинаковой ширины. Одинакового шага.

Он показывал, как измерять, как размечать, как резать.

Через месяц у них получались шестерни, которые крутились ровно, без скрежета.

— Валы, — продолжал Роман. — Подшипники, рычаги, передаточные механизмы.

Они строили первые станки. Ручные мельницы, которые мололи зерно втрое быстрее, чем вручную. Лебёдки для подъёма камней. Водяные колёса для подачи воды.

Гремлины в восторге смотрели, как механизмы делают работу за них.

— Машины! — кричали они. — Машины работают!

Роман стоял рядом и улыбался.

— Это только начало, — говорил он. — Дальше будет больше.

---

Глава 125. Технология: электричество

Три года и шесть месяцев.

Искра ходила за Романом хвостом. Она видела, как он работает с металлом, с огнём, с механизмами. Но её тянуло к другому — к искрам, которые появлялись, когда тёрла янтарь о шерсть.

— Первый, — сказала она однажды. — А что такое электричество?

Роман посмотрел на неё с интересом.

— Энергия, — ответил он. — Невидимая сила, которая течёт по проводам. Может давать свет, тепло, движение.

— Как её сделать?

— По-разному. Трением, как ты делаешь. Или магнитами.

Искра загорелась.

— Покажи!

Роман показал. Он взял медную проволоку, намотал на деревянную катушку, поставил магнит.

— Если крутить магнит внутри катушки, — объяснял он, — появится ток.

Он крутанул. К концам проволоки подключил маленькую лампочку. Лампочка загорелась.

Искра замерла.

— Свет, — прошептала она. — Без огня.

— Электрический свет, — кивнул Роман.

Искра строила первый генератор три месяца. Магниты, катушки, провода, вал, привод от водяного колеса.

Когда всё было готово, она включила рубильник.

Лампочки, развешанные по пещере, загорелись.

Гремлины закричали от восторга. Некоторые попадали на колени.

— Свет! — кричали они. — Первый дал нам свет!

— Искра дала, — поправил Роман, положив руку ей на плечо. — Она сделала это.

Искра стояла и смотрела на лампочки. По щекам текли слёзы.

— Красиво, — сказала она. — Очень красиво.

---

Глава 126. Десять тысяч

Три года и девять месяцев.

Роман стоял на крыше самого высокого здания и смотрел на город. Город вырос. Уже не один квартал, а десять. Улицы, площади, дома, мастерские, склады.

Внизу кипела жизнь. Одиннадцать тысяч гремлинов работали, строили, учились, торговали. Дымили трубы кузниц, стучали молотки, гудели механизмы.

Шуруп-второй поднялся к нему.

— Первый, — сказал он. — Мы сделали перепись. Одиннадцать тысяч сто десять.

— Много, — сказал Роман.

— Очень много. Нужна новая организация.

Роман кивнул.

— Создадим министерства, — сказал он. — Каждый отвечает за своё.

Он спустился вниз, собрал совет.

— Шуруп, — начал он. — Ты министр строительства. Отвечаешь за новые дома, дороги, всё, что строим.

Шуруп кивнул.

— Зубило — министр механики. Все станки, механизмы, инструменты — твои.

— Искра — министр энергетики. Электричество, вода, топливо.

— Формула — министр науки. Исследования, расчёты, новые технологии.

Он назвал ещё десять имён — те, кто проявил себя за эти годы.

— Это ваш кабинет, — сказал Роман. — Будете собираться каждую неделю, докладывать, решать проблемы.

Гремлины смотрели на него с гордостью. Они стали не просто народом — они стали государством.

— Теперь у нас есть всё, — сказал Роман. — Город, промышленность, правительство. Теперь мы — цивилизация.

Он поднял руку.

— Мы — Легион!

— Легион! — закричали гремлины.

Их голоса разнеслись над городом, над пустыней, над новой цивилизацией, которая росла не по дням, а по часам.

---

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 13)

Комната богов. Горка, Морка и Аулэ смотрят на экран, где город горит огнями.

МОРКА: (с открытым ртом) У них свет! Электрический свет!

ГОРКА: (кивая) Искра постаралась.

АУЛЭ: (задумчиво) Одиннадцать тысяч. Город, промышленность, правительство. За три года.

МОРКА: (считает на пальцах) Сначала десять, потом сто, потом тысяча, потом десять тысяч... А в следующий раз?

ГОРКА: (усмехаясь) Сто тысяч.

МОРКА: (испуганно) Сто тысяч?! А где они поместятся?

АУЛЭ: (спокойно) Город вырастет. Они же строители.

МОРКА: (смотрит на экран) А это что за девушка? Которая плачет?

ГОРКА: Искра. Электрик. Она свет сделала.

МОРКА: (восхищённо) Красивая.

АУЛЭ: (поднимает кружку) За Искру. Которая зажгла свет.

ГОРКА: (поднимает) За Зубила. Который сделал механизмы.

МОРКА: (поднимает) За Формулу. Которая считает!

Они пьют. На экране город продолжает жить, работать, расти.

ГОРКА: (тихо) А Инженер... он смотрит на них и улыбается.

АУЛЭ: (кивая) Он создал это. Своими руками.

МОРКА: (шепотом) Он счастлив?

ГОРКА: (пожимая плечами) Наверное. Насколько можно быть счастливым в одиночестве.

МОРКА: (всхлипывая) Но он не один! У него есть они!

АУЛЭ: (улыбаясь) Да. У него есть Легион.

Экран гаснет.

---

Глава 14

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

ЧАСТЬ 14. СТО ТЫСЯЧ

---

Глава 127. Пятое порождение

Три с половиной года.

Роман чувствовал приближение пятого порождения за два месяца. Тело работало как часы — оно знало, когда придёт время, и готовилось задолго.

— Сто тысяч, — сказал он Шурупу-второму.

Шуруп, который уже привык к масштабам мыслей Первого, только кивнул. Но в глазах его был страх.

— Сто тысяч, Первый? Это же... это целый город.

— Будет город, — ответил Роман. — Большой город.

Подготовка шла два месяца. Гремлины строили новый ангар — огромное сооружение из камня и дерева, размером с десяток футбольных полей. Внутри — тысячи лежанок, запасы еды на полгода, вода из трёх источников, система вентиляции.

— Мы не спим, — говорили гремлины, работая круглосуточно. — Мы строим дом для новых.

Роман почти не спал. Он проверял запасы, чертил схемы, рассчитывал ресурсы.

— Еды хватит, — бормотал он. — Воды хватит. Места хватит. Всё будет хорошо.

В день порождения он пришёл в ангар один. Гремлины стояли снаружи — тысячи их, готовые принять новорождённых.

Роман сел в центре, закрыл глаза.

— Сто тысяч, — шептал он. — Сто тысяч новых жизней.

Процесс длился трое суток. Роман не терял сознание, но был в глубоком трансе. Тело работало на пределе возможностей. Железы вырабатывали слизь, коконы формировались и падали.

Сначала они заполнили центр ангара. Потом ряды. Потом штабеля до самого потолка.

На третьи сутки ангар был полон до краёв.

Когда всё закончилось, Роман открыл глаза. Он был истощён до предела — не мог пошевелиться, не мог говорить.

Шуруп-второй вбежал первым.

— Первый! — закричал он. — Ты жив?

Роман слабо кивнул.

— Сколько? — прошептал он.

— Сто тысяч, Первый. Ровно сто тысяч.

Роман улыбнулся.

— Теперь нас... сто одиннадцать тысяч сто десять.

— Да, Первый.

— Легион, — прошептал Роман. — Настоящий Легион.

Он закрыл глаза и провалился в сон.

---

Глава 128. От лица Стрелы — рождение инженера

От лица Стрелы.

Я родился в пятую волну. Нас было сто тысяч — целый народ, заполнивший огромный ангар.

Первые дни я помню как сквозь туман. Тысячи младенцев, крики, суета, старшие бегают с тряпками и едой. Но я запомнил другое — запах.

Запах металла. Он шёл отовсюду — от инструментов, от станков, от машин. Я вдыхал его и чувствовал, как внутри загорается огонь.

Меня взяла Формула.

— Ты, — сказала она, глядя на мои руки. — У тебя пальцы длинные и ровные. Будешь инженером.

Я не знал, что такое инженер. Но когда Формула показала мне чертежи, я понял — это моё.

Чертежи были на больших листах, расчерченные ровными линиями. Мосты, здания, машины, механизмы.

— Это планы, — объясняла Формула. — По ним строят.

Я смотрел на линии и видел в них порядок, логику, красоту. Каждая линия имела смысл, каждая была на своём месте.

— Можно мне попробовать? — спросил я.

Формула дала мне уголь и лист коры. Я нарисовал дом. Кривой, косой, но это был мой первый чертёж.

— Молодец, — улыбнулась Формула. — Ты инженер.

Я не знал тогда, что буду чертить мосты через реки, дороги через пустыни, корабли для океана. Я знал только одно: линии — это правда. И я хочу, чтобы их было больше.

---

Глава 129. Технология: паровые машины

Четыре года.

Сто одиннадцать тысяч гремлинов требовали энергии. Много энергии. Ручной труд уже не справлялся.

— Нужны паровые машины, — сказал Роман Зубилу и Стреле.

Он развернул чертёж — большой, сложный, с множеством деталей.

— Принцип простой, — объяснял он. — Вода кипит, пар расширяется, толкает поршень, поршень крутит колесо.

Зубило смотрел на чертёж и чесал затылок.

— Сложно, Первый.

— Сложно, — согласился Роман. — Но можно.

Они строили первый котёл два месяца. Ковали детали, паяли швы, собирали клапаны. Стрела чертил, Зубило делал, сотни гремлинов помогали.

— Нужны предохранительные клапаны, — говорил Роман. — Иначе взорвётся.

Первый запуск был в присутствии всего Совета. Котёл нагревали медленно, следили за давлением.

— Давление растёт, — докладывал Зубило. — Пять атмосфер... десять...

— Открывай клапан, — командовал Роман.

Пар с шипением вырвался наружу. Поршень дёрнулся, пошёл, заходил.

— Работает! — закричали гремлины.

Котёл трясся, шипел, но работал. Поршень ходил, колесо крутилось.

— Паровая машина, — сказал Роман. — Первая на этой планете.

Гремлины ликовали. Они обнимались, кричали, плясали.

Зубило стоял рядом с Романом и смотрел на машину.

— Что дальше, Первый?

— Дальше — больше, — ответил Роман. — Будем ставить на заводы, на мельницы, на транспорт.

— А потом?

— А потом — на корабли. И на поезда.

---

Глава 130. Технология: станки

Четыре года и три месяца.

С появлением паровой энергии можно было строить настоящие станки.

Роман чертил, Стрела рассчитывал, Зубило воплощал.

— Токарный станок, — объяснял Роман. — Вращает деталь, резец снимает стружку. Можно делать круглые предметы.

Первый токарный станок собрали за месяц. Огромная махина из металла и дерева, с паровым приводом.

Когда запустили, он загудел, завращался, резец снял первую стружку.

— Есть! — закричал Зубило.

— Теперь — фрезерный, — сказал Роман. — Для плоских поверхностей.

Потом сверлильный. Потом шлифовальный.

Гремлины учились работать на станках. Сначала боялись, потом привыкли, потом полюбили.

— Быстрее, — говорили они. — В сто раз быстрее, чем вручную.

Производство ускорилось. Инструменты, детали, механизмы — всё делалось теперь в промышленных масштабах.

Роман смотрел на это и думал:

— Промышленная революция. За четыре года.

---

Глава 131. Сто тысяч — новая организация

Четыре года и шесть месяцев.

Сто одиннадцать тысяч гремлинов — это уже не просто народ. Это государство.

Роман собрал Совет.

— Нас много, — сказал он. — Очень много. Нужна новая организация.

Он развернул карту города.

— Делим город на десять районов. В каждом — свой губернатор. Губернаторы подчиняются министрам. Министры — совету. Совет — мне.

Гремлины слушали внимательно.

— Шуруп, — продолжал Роман. — Ты отвечаешь за строительство во всём городе. Зубило — за механику. Искра — за энергию. Формула — за науку. Стрела — за инженерию.

Он назвал ещё десять имён — губернаторов районов.

— Каждую неделю — совет. Каждый месяц — отчёт. Каждый год — перепись.

Гремлины закивали.

— Теперь мы — империя, — сказал Роман. — Маленькая, но настоящая.

Он поднял руку.

— Мы — Легион!

— Легион! — закричали гремлины.

Их голоса разнеслись над городом, над пустыней, над цивилизацией, которая росла не по дням, а по часам.

---

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 14)

Комната богов. Горка, Морка и Аулэ смотрят на экран, где город дымит тысячами труб.

МОРКА: (с открытым ртом) Сто одиннадцать тысяч... Это же целая страна!

ГОРКА: (кивая) Империя.

АУЛЭ: (задумчиво) Паровые машины, станки, электричество. За четыре года.

МОРКА: (считает на пальцах) Сначала десять, потом сто, потом тысяча, потом десять тысяч, потом сто тысяч... А в следующий раз?

ГОРКА: (усмехаясь) Миллион.

МОРКА: (падает со стула) Миллион?!

АУЛЭ: (поднимает его) Не сейчас. Он устал. Нужно время.

МОРКА: (отряхиваясь) А что дальше?

ГОРКА: (пожимая плечами) Дальше — осваивать планету. Континенты, океаны, ресурсы.

АУЛЭ: (кивая) И готовиться к встрече с галактикой.

МОРКА: (испуганно) С галактикой? Там же чужие!

ГОРКА: (усмехаясь) Чужие — это мы для них.

АУЛЭ: (поднимает кружку) За Первого. Который построил империю.

ГОРКА: (поднимает) За Легион. Который вырос.

МОРКА: (поднимает) За то, чтоб они не передрались между собой!

Они пьют. На экране город продолжает жить, работать, расти.

ГОРКА: (тихо) А Инженер... он на крыше стоит.

АУЛЭ: (кивая) Смотрит на звёзды.

МОРКА: (шепотом) Думает о прошлом?

ГОРКА: (пожимая плечами) Может, о будущем.

АУЛЭ: (улыбаясь) Он всегда думает о будущем.

Экран гаснет.

---

Глава 15

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

ЧАСТЬ 15. ЭКСПАНСИЯ

Годы 4–6 — завоевание планеты

---

Глава 132. Разведка

Четыре года и восемь месяцев.

Роман стоял на крыше самого высокого здания и смотрел на горизонт. Город Легион раскинулся внизу на многие километры — дома, заводы, склады, электростанции. Дым тысяч труб поднимался в небо.

Но за горизонтом была неизвестность.

— Шуруп, — позвал он. — Собери Совет.

Через час все были в сборе. Шуруп-второй, Зубило, Искра, Формула, Стрела, а также новые члены Совета — губернаторы районов.

— Мы построили город, — начал Роман. — Мы создали промышленность. Но планета большая. Очень большая.

Он развернул карту — огромный лист, на котором были нанесены лишь окрестности города и несколько точек в пустыне.

— Мы не знаем, что там, — он показал на пустые пространства. — Не знаем, есть ли там кто-то. Не знаем, какие ресурсы. Не знаем, можно ли там жить.

— Что ты предлагаешь, Первый? — спросил Шуруп.

— Разведку. Отправим экспедиции во все стороны. На юг, на север, на запад, на восток. Узнаем, что там.

— Сколько людей? — спросил Стрела.

— По тысяче на каждое направление. Вездеходы, запасы, оружие, инструменты. Исследователи, учёные, инженеры.

Совет зашумел. Тысяча человек в каждую сторону — это четыре тысячи. Серьёзная потеря рабочей силы.

— Нам нужны знания, — твёрдо сказал Роман. — Без знаний мы слепы.

Через месяц четыре экспедиции ушли в разные стороны. Гремлины провожали их с площади, махали, кричали напутствия.

Роман стоял на крыше и смотрел, как караваны исчезают в пустыне.

— Дай им сил, — шепнул он неизвестно кому. — И удачи.

---

Глава 133. От лица Волны — открытие океана

От лица Волны.

Меня зовут Волна. Я родился в третью волну, но моя страсть — не механизмы и не электричество. Моя страсть — вода.

Когда Первый объявил о разведке, я вызвался первым.

— Восток, — сказал я. — Хочу на восток.

— Почему? — спросил Первый.

— Там вода, — ответил я. — Я чувствую.

Первый посмотрел на меня долгим взглядом и кивнул.

— Иди.

Мы шли три месяца. Пустыня кончилась, начались каменистые равнины, потом холмы, потом лес. Настоящий лес — с деревьями, травой, зверями.

Я вдыхал влажный воздух и чувствовал — близко.

— Ещё немного, — говорил я. — Ещё чуть-чуть.

И вот однажды утром мы вышли к обрыву.

Внизу, до самого горизонта, простиралась вода. Синяя, бескрайняя, живая.

— Океан, — прошептал я.

Гремлины замерли. Никто из нас никогда не видел столько воды.

— Можно пить? — спросил кто-то.

— Нет, — ответил я. — Солёная.

— А что там, за горизонтом?

— Не знаю. Но узнаем.

Я стоял на обрыве и смотрел на волны. Ветер трепал мои волосы, брызги долетали до лица.

— Я вернусь сюда, — сказал я. — Я построю корабли и уплыву за горизонт.

---

Глава 134. Технология: кораблестроение

Пять лет.

Экспедиции возвращались одна за другой. Южная нашла новые пустыни и залежи руды. Северная — горы с редкими металлами. Западная — бескрайние леса.

Восток принёс самую важную новость — океан.

Роман слушал Волну и не перебивал.

— Океан, — повторил он. — Значит, есть рыба, соль, возможность плавать.

— И возможность уплыть далеко, — добавил Волна. — За горизонт.

Роман задумался.

— Корабли, — сказал он. — Нам нужны корабли.

Он собрал Зубила, Стрелу и Волну.

— Корабли, — повторил он. — Большие, чтобы плавать по океану. С парусами, с вёслами, с паровыми двигателями.

Стрела чертил месяц. Он изучал конструкции, рассчитывал размеры, подбирал материалы.

— Вот, — сказал он наконец, разворачивая чертёж. — Длина — пятьдесят шагов. Ширина — пятнадцать. Паруса, вёсла, паровой двигатель как вспомогательный.

Зубило изучал чертёж и кивал.

— Сделаем, — сказал он. — Металла хватит, дерево есть на западе.

Первый корабль строили полгода. Тысячи гремлинов работали на верфи — ковали, пилили, строгали, собирали.

Когда корабль спустили на воду, Волна стоял на палубе и улыбался.

— Поплывём? — спросил он Романа.

— Поплывём, — ответил тот. — Но сначала испытаем.

Корабль прошёл испытания. Держался на воде, слушался руля, паруса ловили ветер.

— Работает, — сказал Волна. — Теперь можно в океан.

---

Глава 135. Колонизация

Пять с половиной лет.

Разведка показала — планета огромна. На юге — пустыни с нефтью. На севере — горы с редкими металлами. На западе — бескрайние леса. На востоке — океан и острова.

Роман решил — пора расширяться.

— Мы не можем сидеть в одном городе, — сказал он Совету. — Ресурсы нужны везде. Будем основывать новые поселения.

— Где? — спросил Шуруп.

— На юге — нефть. Там будет Южный город. На севере — металлы. Северный город. На западе — лес. Западный город. На востоке — океан. Восточный город.

Совет зашумел. Четыре новых города — это серьёзно.

— Сколько людей? — спросил Зубило.

— По десять тысяч в каждый. Остальные — в столице.

Колонизация началась. Десять тысяч гремлинов ушли на юг, десять тысяч — на север, десять тысяч — на запад, десять тысяч — на восток.

Они везли с собой инструменты, семена, скот, чертежи, станки.

Роман провожал каждую экспедицию лично.

— Стройте, — говорил он. — Работайте. Возвращайтесь с победой.

Через год новые города были основаны. Южный стоял посреди пустыни, добывал нефть. Северный — в горах, плавил руду. Западный — в лесу, пилил дерево. Восточный — на берегу океана, ловил рыбу.

Торговля между городами налаживалась. Поезда везли нефть, металл, лес, рыбу.

— Империя, — сказал Роман, глядя на карту. — Настоящая империя.

---

Глава 136. Технология: железные дороги

Шесть лет.

Города росли, но между ними было далеко. Недели пути по пустыне, через горы, через леса.

— Нужен быстрый транспорт, — сказал Роман Стреле. — Поезда.

Стрела чертил месяц. Рельсы, шпалы, паровозы, вагоны.

— Вот, — сказал он, показывая проект. — Рельсы из стали. Шпалы из дерева. Паровоз тянет состав.

— Сколько нужно рельсов? — спросил Зубило.

— Тысячи километров.

— А металла?

— Миллионы тонн.

Зубило задумался.

— Справимся, — сказал он. — У нас есть руда, есть уголь, есть люди.

Строительство железных дорог стало главной стройкой десятилетия. Тысячи гремлинов укладывали рельсы, забивали костыли, ставили мосты.

Первая дорога соединила столицу с Южным городом. Поезд шёл день вместо недели.

Потом — с Северным. Потом — с Западным. Потом — с Восточным.

Гремлины в восторге смотрели, как поезда мчатся по пустыне, гудят, везут грузы.

— Быстро, — говорили они. — Очень быстро.

Роман стоял на вокзале и смотрел на прибывающий состав.

— Теперь мы едины, — сказал он. — Один народ, одна страна, одна цивилизация.

---

Глава 137. От лица Луча — телеграф

От лица Луча.

Я родился в пятую волну. Моя страсть — сигналы. Ещё маленьким я любил смотреть, как Искра зажигает лампочки, как ток бежит по проводам.

— Можно по проводам передавать не только свет, но и слова, — сказал мне Первый однажды.

— Как? — спросил я.

— Током. Замыкать и размыкать цепь. Щелчки. А щелчки можно превратить в буквы.

Я загорелся этой идеей. Месяцами экспериментировал, делал аппараты, пробовал.

Первый телеграф я собрал из куска меди, магнита и пружины. Нажимаешь ключ — ток идёт, на другом конце щёлкает.

— Азбука, — объяснял Первый. — Точка, тире. Комбинации — буквы.

Я учил азбуку неделю. Потом соединил два аппарата проводом.

Первое сообщение я отправил самому себе: «Привет».

Через минуту пришёл ответ: «Привет».

Я заплакал от счастья.

Потом мы соединили столицу с Южным городом. Первое сообщение на дальнее расстояние: «Как дела?»

Ответ: «Нормально. У вас?»

Я стоял и смотрел на аппарат, по которому пришли эти слова. Сотни километров за секунду.

— Телеграф, — сказал Первый, подходя. — Великое изобретение.

— Мы соединили города, — сказал я.

— Мы соединили народ.

Я смотрел на аппарат и понимал — это только начало. Когда-нибудь мы соединим всю планету. А потом — выйдем в космос.

---

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 15)

Комната богов. Горка, Морка и Аулэ смотрят на экран, где поезда мчатся по пустыне.

МОРКА: (с открытым ртом) Поезда! У них поезда!

ГОРКА: (кивая) Железные дороги.

АУЛЭ: (задумчиво) Четыре новых города. Тысячи километров путей. За шесть лет.

МОРКА: (считает на пальцах) Южный, Северный, Западный, Восточный... А столица как называется?

ГОРКА: Легион.

МОРКА: (кивает) Легион. Красиво.

АУЛЭ: (смотрит на экран) Телеграф заработал. Теперь они могут говорить на расстоянии.

МОРКА: (в восторге) Как мы!

ГОРКА: (усмехаясь) Почти.

АУЛЭ: (поднимает кружку) За Волну, который нашёл океан.

ГОРКА: (поднимает) За Луча, который соединил города.

МОРКА: (поднимает) За поезда! Я люблю поезда!

Они пьют. На экране карта планеты загорается огнями — столица и четыре новых города.

ГОРКА: (тихо) Империя растёт.

АУЛЭ: (кивая) Скоро вся планета будет их.

МОРКА: (шепотом) А потом?

ГОРКА: (пожимая плечами) Потом — космос.

Экран гаснет.

---

Глава 16

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

ЧАСТЬ 16. РАСЦВЕТ

Годы 6–8 — золотой век

---

Глава 138. Культура

Шесть с половиной лет.

Город Легион рос не только вширь, но и вглубь. Появились театры, библиотеки, школы. Гремлины уже не просто работали — они начинали творить.

Роман сидел на площади и слушал, как молодой гремлин поёт песню. Голос был не очень сильным, но слова трогали.

«Первый пришёл из пустоты,

Принёс нам свет и теплоту,

Построил город среди тьмы,

Дал нам надежду и мечту».

Роман улыбнулся. Ему было немного неловко, но приятно.

— Кто сочинил? — спросил он.

— Я, Первый, — ответил певец, смущаясь.

— Молодец. Пой дальше.

Певец засиял и продолжил.

Шуруп-второй сидел рядом.

— У них появляется культура, Первый. Свои песни, свои легенды.

— Это хорошо, — ответил Роман. — Без культуры нет народа.

— А что ещё?

— Искусство. Рисунки, скульптуры, танцы. Всё, что делает жизнь красивее.

Через неделю Шуруп организовал первый конкурс искусств. Гремлины приносили рисунки, скульптуры, пели, танцевали.

Роман ходил между рядами и смотрел. Рисунки были корявыми, скульптуры — неуклюжими, танцы — смешными. Но в них было главное — душа.

— Это начало, — сказал он. — Через сто лет у нас будут великие художники.

---

Глава 139. Наука

Семь лет.

Формула сидела в своей лаборатории и смотрела в микроскоп. Микроскоп она сделала сама — из линз, которые выплавил Зубило, и трубки, которую выточил Стрела.

Под микроскопом плавали какие-то микроорганизмы. Маленькие, шевелящиеся, живые.

— Они есть везде, — бормотала Формула. — В воде, в воздухе, в земле. Целый мир, который мы не видим.

Она делала записи в толстую тетрадь. Тетрадей у неё было уже двадцать — результаты исследований за три года.

— Что нового? — спросил Роман, заходя.

— Микробы, — ответила Формула. — Живые существа, которые нельзя увидеть глазом. Они вызывают болезни. И помогают.

— Помогают?

— Да. Некоторые перерабатывают пищу. Другие делают воздух чище. Третьи помогают растениям расти.

Роман кивнул.

— Ты открываешь целый мир.

— Я пытаюсь понять его, — поправила Формула. — Чем больше я знаю, тем больше понимаю, как мало знаю.

— Это называется наука, — улыбнулся Роман. — Так и должно быть.

Формула посмотрела на него.

— А ты всё знаешь, Первый?

— Нет, — честно ответил Роман. — Я знаю только то, что помню из своего мира. А ваш мир — другой. Вам придётся открывать его самим.

— Мы откроем, — твёрдо сказала Формула. — Обязательно откроем.

---

Глава 140. Медицина

Семь с половиной лет.

С ростом населения появились болезни. Гремлины болели — кто-то кашлял, кто-то покрывался сыпью, кто-то просто слабел и умирал.

Роман собрал Формулу и других учёных.

— Нужна медицина, — сказал он. — Лекарства, лечение, профилактика.

— Что делать? — спросила Формула.

— Изучать растения, — ответил Роман. — Те, что растут в лесах, в пустынях, в горах. Некоторые могут лечить.

Он показал несколько растений, которые помнил из своего мира.

— Вот это помогает от жара. Вот это — от боли. Вот это — заживляет раны.

Учёные записывали.

— Но главное — чистота, — продолжал Роман. — Мыть руки, кипятить воду, убирать отходы. Это важнее любых лекарств.

Он организовал санитарную службу. Гремлины мыли улицы, чистили колодцы, вывозили мусор.

Болезни отступили.

— Профилактика, — говорил Роман. — Лучшее лекарство.

Формула записывала всё в новую тетрадь. «Основы медицины» — так она назвала её.

---

Глава 141. Образование

Восемь лет.

Гремлинов становилось всё больше. Дети рождались, росли, требовали обучения.

Роман организовал школы.

— Каждый должен уметь читать, писать, считать, — говорил он. — Без этого нет цивилизации.

Школы открывались в каждом районе. Учителями становились самые грамотные — те, кого учил сам Роман.

— Буквы, — показывал учитель на доске. — Это «А». Это «Б». Запоминайте.

Дети старались. Некоторые схватывали быстро, другие медленно, но все учились.

— Зачем нам это? — спросил один мальчик.

— Чтобы понимать мир, — ответил учитель. — Чтобы читать книги, которые написал Первый. Чтобы записывать свои мысли.

Мальчик задумался.

— А если я не хочу понимать мир?

— Тогда будешь работать руками. Тоже хорошо.

Но мальчик всё равно учился. Потому что все учились.

Роман ходил по школам, смотрел, слушал.

— Хорошо, — говорил он. — Очень хорошо.

---

Глава 142. Философия

Восемь с половиной лет.

С развитием культуры, науки, образования появились вопросы, на которые не было простых ответов.

— Первый, — спросил один старый гремлин. — Откуда мы взялись?

— Я создал вас, — ответил Роман.

— А ты откуда взялся?

— Из другого мира.

— А тот мир откуда?

Роман задумался.

— Сложный вопрос, — сказал он. — На него нет простого ответа.

— А кто-нибудь знает ответ?

— Может быть, боги. Если они есть.

Старый гремлин задумался.

— А боги есть?

— Не знаю, — честно ответил Роман. — Я их не видел. Но некоторые говорят, что видели.

— А ты веришь?

Роман вспомнил Горку, Морку, Аулэ. Тех, кто смотрел на него с небес все эти годы.

— Я знаю, что за нами наблюдают, — сказал он. — Кто-то там, наверху. Друзья или враги — не знаю.

Старый гремлин кивнул.

— Значит, боги есть.

— Может быть.

Этот разговор разошёлся по городу. Гремлины начали спорить о богах, о происхождении, о смысле жизни.

Появились первые философы. Они писали трактаты, спорили на площадях, искали истину.

Роман смотрел на это и улыбался.

— Философия, — говорил он. — Высшая форма мысли. Мы стали настоящей цивилизацией.

---

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 16)

Комната богов. Горка, Морка и Аулэ смотрят на экран, где гремлины спорят на площади.

МОРКА: (с интересом) О чём они спорят?

ГОРКА: (прислушиваясь) О богах. Есть мы или нет.

МОРКА: (хохочет) А мы есть! Мы же здесь!

АУЛЭ: (усмехаясь) Они не знают.

МОРКА: А сказать?

ГОРКА: Нельзя. Пусть сами думают.

АУЛЭ: (задумчиво) Философия. Высшая стадия развития.

МОРКА: (гордо) У нас тоже есть философия!

ГОРКА: (иронично) Какая?

МОРКА: (думает) Ну... пиво — это хорошо. А если пива нет — плохо.

АУЛЭ: (смеётся) Глубокая мысль.

ГОРКА: (поднимает кружку) За философию.

МОРКА: (поднимает) За пиво!

АУЛЭ: (поднимает) За гремлинов, которые ищут истину.

Они пьют. На экране Роман ходит по школе и смотрит на учеников.

МОРКА: (тихо) А Инженер... он их учит.

ГОРКА: (кивая) Всему, что знает.

АУЛЭ: (улыбаясь) Хороший отец.

МОРКА: (шепотом) Лучший.

Экран гаснет.

---

---

Глава 17

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

ЧАСТЬ 17. ЗРЕЛОСТЬ

Годы 8–10 — подготовка к будущему

---

Глава 143. Преемники

Восемь лет и девять месяцев.

Роман сидел на крыше своего дома и смотрел на закат. Два солнца медленно опускались за горизонт, окрашивая небо в оранжево-золотые тона.

Он чувствовал усталость. Не физическую — душевную. Десять лет почти без отдыха, десять лет строительства, организации, решений.

Шуруп-второй поднялся к нему.

— Первый, Совет через час.

— Знаю, — ответил Роман. — Посиди со мной.

Шуруп сел рядом.

— Ты грустишь, Первый?

— Нет. Думаю.

— О чём?

Роман помолчал.

— О будущем, — сказал он наконец. — Я не вечен. Когда-нибудь меня не станет. Что будет с вами?

Шуруп замер.

— Не говори так, Первый. Ты будешь всегда.

— Никто не будет всегда, — покачал головой Роман. — Даже боги смертны, говорят. А я просто человек. Был человеком.

— Ты Первый.

— Первый, — согласился Роман. — Но не последний. После меня должен кто-то прийти.

Он повернулся к Шурупу.

— Ты готов?

Шуруп молчал долго.

— Не знаю, — ответил он честно. — Страшно.

— Страшно — это нормально, — сказал Роман. — Я тоже боялся, когда начинал. Но ты справишься.

— Почему ты так уверен?

— Потому что я тебя учил. Потому что ты сильный. Потому что за тобой — Легион.

Шуруп смотрел на закат.

— Я не подведу, Первый.

— Знаю.

---

Глава 144. От лица Шурупа-второго — разговор с Первым

От лица Шурупа-второго.

Тот разговор я запомнил навсегда.

Мы сидели на крыше, смотрели на закат, и Первый говорил о смерти. О том, что когда-нибудь его не станет.

Мне было страшно. Не за себя — за всех нас. Первый был центром нашего мира. Без него всё могло рухнуть.

— Ты справишься, — сказал он.

— Как ты можешь знать?

— Потому что я тебя учил, — повторил он. — Я вложил в тебя всё, что знал. А то, чего не знал, ты выучишь сам.

— А если я ошибусь?

— Будешь ошибаться. И исправлять ошибки. Это нормально.

— А если народ не примет?

— Примет. Если ты будешь справедлив.

Я молчал, переваривая.

— Первый, — спросил я. — А ты... ты скучаешь по своему миру?

Он долго не отвечал.

— Скучаю, — сказал наконец. — По некоторым людям. По Капитану. По первым гремлинам. По тому, как всё начиналось.

— Ты хочешь вернуться?

— Нет, — твёрдо ответил он. — Мой дом теперь здесь. Вы — моя семья.

Я почувствовал, как к горлу подступает ком.

— Мы никогда тебя не подведём, Первый.

— Знаю, — улыбнулся он. — Пойдём на Совет.

---

Глава 145. Технология: книгопечатание

Девять лет.

Знаний становилось всё больше. Формула исписала уже сто тетрадей. Стрела — пятьдесят чертежей. Другие учёные — ещё сотни.

Но всё это хранилось в одном экземпляре. Потерять тетрадь — потерять знания.

— Нужно размножать книги, — сказал Роман. — Печатать.

— Как? — спросила Формула.

— Печатный станок.

Роман показал чертёж. Простая конструкция — пресс, набор букв, краска.

— Буквы отливаем из металла, — объяснял он. — Набираем слова, покрываем краской, прижимаем бумагу. Получается много копий.

Зубило сделал станок за месяц. Первые буквы получались кривыми, краска мазала, бумага рвалась.

Но постепенно наладили.

Первую книгу напечатали тиражом тысяча экземпляров. «История Первого» — о том, как Роман попал на эту планету, как создавал гремлинов, как строил город.

Гремлины стояли в очереди, чтобы получить книгу.

— Моя! — кричали они, прижимая тома к груди. — Моя книга!

Роман смотрел и улыбался.

— Теперь знания не пропадут, — сказал он. — Никогда.

---

Глава 146. Летописи

Девять с половиной лет.

Роман решил, что пришло время записать всё. Всю свою историю, от самого начала.

Он сидел в кабинете, а Формула записывала.

— Я родился в России, — начал он. — Это страна на планете Земля. Далеко отсюда. Очень далеко.

Формула записывала быстро, не отрываясь.

— Я работал инженером на заводе. Чинил станки, механизмы, машины. Потом завод закрыли, я остался без работы.

Он рассказывал о Мории, о тьме и холоде, о гоблинах, о Балроге. О суде Валар, о том, как стал гремлином. О Капитане, о Павлине, о великой битве.

— Павлин обещал вернуться, — сказал он. — Но это в другом мире. Сюда он не доберётся.

Формула записывала.

— Потом я упал сюда. Один. И начал всё сначала.

Он рассказывал три дня. Когда закончил, Формула закрыла последнюю тетрадь.

— Сто двадцать тетрадей, Первый, — сказала она. — Твоя жизнь.

— Наша жизнь, — поправил Роман. — Моя и ваша.

Формула кивнула.

— Я сделаю копии. Разошлю по всем городам. Каждый гремлин будет знать историю Первого.

— Хорошо, — сказал Роман. — Пусть знают.

---

Глава 147. Памятник Первому

Десять лет.

Гремлины решили поставить памятник Роману. Без его ведома.

Стрела чертил, Зубило отливал, тысячи гремлинов работали.

Статуя получилась огромной — десять метров высотой. Роман с молотком в руке, с ящиком инструментов за спиной, смотрит вдаль.

В день открытия собрался весь город. Роман вышел на площадь и замер.

— Что это? — спросил он.

— Памятник тебе, Первый, — ответил Шуруп.

Роман смотрел на статую. На своё лицо, высеченное в камне. На свои руки, сжимающие молот.

— Я ещё жив, — сказал он. — А уже памятник.

Гремлины засмеялись.

— Ты вечен, Первый, — сказал кто-то.

— Нет, — покачал головой Роман. — Но памятник красивый. Спасибо.

Он подошёл ближе, потрогал камень.

— Хорошая работа, — сказал он Стреле и Зубилу. — Вы молодцы.

— Это тебе спасибо, Первый, — ответил Стрела. — Ты дал нам жизнь.

Роман посмотрел на толпу. Тысячи гремлинов смотрели на него с любовью и благодарностью.

— Я не жалею, — сказал он. — Ни о чём не жалею.

---

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 17)

Комната богов. Горка, Морка и Аулэ смотрят на экран, где Роман стоит у своего памятника.

МОРКА: (всхлипывает) Он... он памятник себе смотрит...

ГОРКА: (тихо) Красиво сделали.

АУЛЭ: (задумчиво) Десять лет. А он уже легенда при жизни.

МОРКА: (вытирая слёзы) А если он умрёт?

ГОРКА: (пожимая плечами) Не умрёт. Пока есть Легион — он жив.

АУЛЭ: (кивая) Память, книги, традиции. Бессмертие.

МОРКА: (смотрит на экран) А Шуруп... он готов?

ГОРКА: (усмехаясь) Готов. Первый его научил.

АУЛЭ: (поднимает кружку) За Первого. Легенду.

ГОРКА: (поднимает) За Шурупа. Преемника.

МОРКА: (поднимает) За то, чтоб они никогда не ссорились!

Они пьют. На экране Роман уходит с площади, гремлины расходятся.

МОРКА: (тихо) А что дальше?

ГОРКА: (смотрит в будущее) Дальше будет больше. Континенты, океаны, новые народы.

АУЛЭ: (кивая) И космос.

МОРКА: (испуганно) Космос?!

ГОРКА: (усмехаясь) А ты думал, они здесь навсегда останутся?

Экран гаснет.

---

Глава 18

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

ЧАСТЬ 18. НОВЫЙ ЭТАП

Годы 10–15 — исследования и открытия

---

Глава 148. Западный континент — разведка

Десять лет и три месяца.

Прошло десять лет с тех пор, как Роман упал на эту планету. Город Легион разросся до невероятных размеров — миллионы гремлинов жили в столице и четырех крупных городах. Поезда бегали по рельсам, телеграф стучал день и ночь, заводы дымили тысячами труб.

Но планета была большой. Очень большой.

— Западный континент, — сказал Роман, показывая на карту. — Мы только разведали берег. А что там, в глубине?

Волна, который теперь командовал всем флотом, вышел вперёд.

— Я поведу экспедицию, Первый.

— Бери лучших, — кивнул Роман. — Тысячу человек. Корабли, припасы, учёных. Узнай, что там.

Экспедиция готовилась три месяца. Три больших корабля, гружённые припасами, инструментами, оружием. Тысяча гремлинов — исследователи, учёные, солдаты.

В день отплытия весь город вышел на берег. Роман стоял на пирсе и смотрел, как корабли уходят в океан.

— Возвращайтесь, — сказал он. — С победой.

Волна махнул рукой с капитанского мостика.

— Вернёмся, Первый!

Корабли скрылись за горизонтом.

---

Глава 149. Первый контакт — урги

Одиннадцать лет.

Экспедиция Волны плыла два месяца. Океан был спокоен, ветер попутный. На одиннадцатой неделе на горизонте показалась земля.

— Континент! — закричал наблюдатель. — Земля!

Волна смотрел в бинокль. Берег был зелёным, с лесами и горами. Красиво.

— Готовьтесь к высадке, — скомандовал он.

Они высадились на песчаный берег. Лес подступал почти к самой воде. В воздухе пахло незнакомыми цветами.

— Красиво, — сказал кто-то.

— Да, — согласился Волна. — Но осторожно. Мы не знаем, кто здесь живёт.

Они пошли в лес. Через час наткнулись на следы. Крупные, непохожие на гремлиньи.

— Кто-то здесь есть, — сказал Волна. — Всем быть наготове.

На второй день они встретили ургов.

Они вышли из леса внезапно — высокие, стройные, с тёмно-зелёной кожей. У них были копья и луки, но они не нападали.

Волна поднял руку в жесте мира.

— Мы пришли с миром, — сказал он.

Урги смотрели настороженно. Самый высокий вышел вперёд, что-то сказал на своём языке.

— Не понимаю, — покачал головой Волна.

Он показал на небо, на себя, на корабли. Потом достал подарок — нож из хорошей стали, красивый, блестящий.

Вождь ургов взял нож, повертел в руках, порезал палец. Удивился, лизнул кровь. Потом улыбнулся.

— Торговать, — сказал он на ломаном всеобщем. — Мы торговать.

Волна выдохнул.

— Торговать, — согласился он. — И дружить.

---

Глава 150. От лица Формулы — изучение ургов

От лица Формулы.

Когда Волна вернулся с новостями о новом народе, я сразу вызвалась лететь с ним во вторую экспедицию. Первый отпустил.

— Изучи их, — сказал он. — Язык, культуру, технологии. Всё.

Урги жили в лесах, в деревнях из дерева и камня. Они не знали металла — пользовались камнем и костью. Не знали письменности — передавали знания устно. Не знали машин — всё делали руками.

— Каменный век, — записывала я в тетрадь. — Примитивные орудия, охота и собирательство, племенной строй.

Но они были умны. Очень умны.

Я показывала им наши инструменты — они схватывали на лету. Я учила их словам — запоминали быстро. Я рисовала схемы — кивали, понимали.

— Они как дети, — сказала я Волне. — Способные, но неразвитые.

— Научим, — ответил он.

Я учила их месяц. Языку, счёту, простым ремёслам. Они оказались благодарными учениками.

— Вы боги? — спросил меня однажды вождь.

— Нет, — ответила я. — Мы гремлины. Как вы — урги.

— Но вы пришли с неба?

— С другой стороны океана.

Он задумался.

— Значит, мир большой. Очень большой.

— Очень, — согласилась я.

Я записывала всё в тетрадь. Их легенды, их обычаи, их верования. Когда-нибудь это станет книгой.

---

Глава 151. Дипломатия

Двенадцать лет.

Роман решил лететь на западный континент сам. Это было важно — встретиться с вождём ургов лично.

Он взял с собой Шурупа, Формулу и отряд охраны. Корабль «Первый» отплыл через океан.

Вождь ургов встретил его на берегу. Высокий, статный, с длинными седыми волосами.

— Ты Первый? — спросил он.

— Да, — ответил Роман.

— Я слышал о тебе. Ты создал гремлинов.

— Создал.

Вождь смотрел долго.

— Ты бог?

— Нет. Просто инженер.

Вождь улыбнулся.

— Инженер. Новое слово.

Они сидели у костра, пили травяной чай, разговаривали через переводчика.

— Мы хотим мира, — сказал Роман. — Торговли, обмена знаниями. Мы научим вас делать металл, строить дома, лечить болезни.

— А что хотите вы? — спросил вождь.

— Друзей, — ответил Роман. — И новые ресурсы. У вас есть то, чего нет у нас. У нас есть то, чего нет у вас.

Вождь кивнул.

— Хороший обмен.

Они ударили по рукам.

— Союз, — сказал Роман.

— Союз, — согласился вождь.

---

Глава 152. Технология: прозрачная керамика

Тринадцать лет.

Формула изучала минералы западного континента. Один из них оказался особенным.

— Смотри, — сказала она Роману, показывая кусок белой глины. — Если её обжечь при высокой температуре, она становится прозрачной.

— Прозрачной? — удивился Роман.

— Как стекло. Но прочнее.

Они экспериментировали месяц. Подбирали температуру, состав, время обжига.

На выходе получились пластины, твёрдые как камень, но прозрачные как стекло.

— Что это? — спросил Зубило.

— Прозрачная керамика, — ответила Формула. — Можно делать окна, которые не бьются. Линзы для телескопов. Защитные экраны.

Зубило взял пластину, постучал молотком. Не разбилась.

— Крепкая, — сказал он. — Очень крепкая.

Роман смотрел на пластину и думал.

— Линзы, — сказал он. — Если сделать большие линзы, можно смотреть на звёзды. Очень далеко.

— Телескопы, — поняла Формула.

— Да. Пора смотреть на небо.

---

Глава 153. Первый телескоп

Тринадцать с половиной лет.

Стрела и Формула работали над телескопом год. Линзы шлифовали вручную, день за днём. Трубу точили на станке. Крепление делали из стали.

Когда всё было готово, телескоп установили на самой высокой горе, недалеко от столицы.

В ночь первого наблюдения собрались все. Роман, Шуруп, Зубило, Искра, Формула, Стрела, Волна, Луч. Тысячи гремлинов внизу ждали новостей.

Роман прильнул к окуляру.

Луна. Не их луна — спутник этой планеты. Кратеры, горы, равнины.

— Красиво, — сказал он.

Он повёл телескоп дальше. Звёзды. Миллионы звёзд.

— Там целые миры, — сказал он. — Другие планеты. Может быть, другая жизнь.

Гремлины слушали затаив дыхание.

— Мы не одни, — сказал Роман. — Точно не одни.

— А кто там? — спросил Шуруп.

— Не знаю. Но когда-нибудь узнаем.

Он отошёл от телескопа.

— Теперь у нас есть глаза, чтобы смотреть на небо. А когда-нибудь будут крылья, чтобы туда долететь.

---

Глава 154. Технология: самолёты

Четырнадцать лет.

Смотреть на небо — это хорошо. А летать — ещё лучше.

Роман вспомнил самолёты из своего мира. Крылья, двигатель, пропеллер.

— Сделаем, — сказал он Стреле.

— Что?

— Аппарат тяжелее воздуха. Который летает.

Стрела смотрел на него как на сумасшедшего.

— Как камень? Камень не летает.

— Если придать ему скорость, летает, — ответил Роман. — Аэродинамика.

Он чертил, объяснял, показывал. Стрела слушал, кивал, записывал.

Первый самолёт строили два года. Деревянный каркас, полотняная обшивка, двигатель внутреннего сгорания (бензин уже был), пропеллер.

В день испытаний собрался весь город.

Пилотом вызвался молодой гремлин по имени Ветер.

— Страшно? — спросил Роман.

— Страшно, — честно ответил Ветер. — Но интересно.

Он забрался в кабину, запустил двигатель. Пропеллер закрутился, самолёт покатился по взлётной полосе.

— Есть скорость! — крикнул Ветер.

Самолёт оторвался от земли.

Гремлины закричали. Роман смотрел, не отрываясь.

Самолёт набирал высоту. Кренился, вилял, но летел.

— Летит! — орали гремлины. — Летит!

Ветер сделал круг над городом и пошёл на посадку. Коснулся колёсами, подпрыгнул, пробежал по полю и остановился.

Когда он вылез из кабины, его качали на руках.

— Мы летаем! — кричали гремлины. — Как птицы!

Роман улыбался.

— Теперь мы можем летать, — сказал он. — Над землёй, над морем, над всем.

— А над звёздами? — спросил Стрела.

— Когда-нибудь.

---

Глава 155. От лица Стрелы — первый полёт

От лица Стрелы.

Я никогда не забуду этот день.

Мы стояли на поле, и самолёт разбегался по полосе. Ветер был в кабине, я сжимал чертёж в руках и молился всем богам, в которых не верил.

Самолёт оторвался.

Я закричал. Не знаю, что именно — радость, страх, восторг. Он летел.

Моя машина. Мои чертежи. Мои расчёты. Летели.

Я смотрел, как самолёт набирает высоту, и думал о том, как мы начинали. С шестерёнок и рычагов. С ручных мельниц и водяных колёс. А теперь — летаем.

Когда Ветер приземлился, я подбежал к нему.

— Как? — спросил я. — Как ощущения?

— Страшно, — ответил он. — И красиво. Земля внизу — как на ладони.

Я смотрел на самолёт и понимал — это только начало. Скоро мы построим большие машины, которые будут летать далеко. Через океаны, через континенты.

А потом — в космос.

Первый подошёл и положил руку мне на плечо.

— Ты молодец, — сказал он. — Ты сделал это.

— Мы сделали, — ответил я. — Ты научил.

Он улыбнулся.

— Теперь учи других.

Я кивнул. И пошёл к чертёжной доске.

Работы было много.

---

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 18)

Комната богов. Горка, Морка и Аулэ смотрят на экран, где самолёт кружит над городом.

МОРКА: (с открытым ртом) Они летают! Как птицы!

ГОРКА: (кивая) Самолёты.

АУЛЭ: (задумчиво) Пятнадцать лет. От каменного века до авиации.

МОРКА: (считает на пальцах) Сначала пещера, потом город, потом заводы, потом поезда, потом корабли, потом самолёты... А что дальше?

ГОРКА: (усмехаясь) Космос.

МОРКА: (испуганно) Космос?!

АУЛЭ: (кивая) Они уже смотрят на звёзды. Скоро полетят.

МОРКА: (смотрит на экран) А эти... урги? Они теперь с нами?

ГОРКА: (пожимая плечами) С гремлинами. Союзники.

АУЛЭ: (поднимает кружку) За Ветра. Первого пилота.

ГОРКА: (поднимает) За Стрелу. Который построил.

МОРКА: (поднимает) За то, чтоб они не разбились!

Они пьют. На экране самолёт заходит на посадку.

МОРКА: (тихо) А Инженер... он счастлив?

ГОРКА: (смотрит на экран) Счастлив. Наверное.

АУЛЭ: (улыбаясь) Он создал мир. Кто ещё может похвастаться таким?

МОРКА: (шепотом) Никто.

Экран гаснет.

---

---

Глава 19

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

ЧАСТЬ 19. ЮЖНАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ

Годы 15–16 — пустыни и нефть

---

Глава 156. Карта планеты

Пятнадцать лет.

Роман стоял в своём кабинете перед огромной картой. За пятнадцать лет гремлины исследовали большую часть планеты, но белых пятен всё ещё хватало.

Карта висела на всю стену — пять метров в ширину, три в высоту. На ней были отмечены города, дороги, шахты, заводы, леса, пустыни, горы, реки. Но южный континент был почти пуст, северный — лишь обозначен береговой линией, западный — только разведан, восточный — вообще белое пятно.

Роман водил пальцем по карте и бормотал:

— Здесь нефть должна быть, по геологическим данным. Здесь — редкие металлы. Здесь — лес. Здесь — океан.

Шуруп-второй стоял рядом и слушал.

— Первый, ты уже неделю не спишь, — сказал он. — Отдохни.

— Успею, — отмахнулся Роман. — Собери Совет. Есть разговор.

Через час все были в сборе. Шуруп-второй, Зубило, Искра, Формула, Стрела, Волна, Луч, а также новые члены Совета — губернаторы четырёх городов и представители ургов.

— Пятнадцать лет, — начал Роман, обводя взглядом собравшихся. — Мы построили цивилизацию. У нас есть города, заводы, дороги, корабли, самолёты. Мы нашли друзей — ургов. Мы научились летать и смотреть на звёзды.

Он повернулся к карте.

— Но планета большая. Очень большая. Вот здесь, на юге, — пустыни. Мы там не были. Здесь, на севере, — ледяные горы. Тоже белое пятно. Здесь, на востоке, — ещё один континент. Мы только разведали берег.

— Что ты предлагаешь, Первый? — спросил Шуруп.

— Я предлагаю освоить всю планету. Каждый уголок. Каждый ресурс. Каждое место, где можно жить.

Гремлины зашумели. Это был грандиозный план.

— Сколько времени это займёт? — спросил Стрела.

— Десять лет. Может, двадцать. Но мы начнём сейчас.

— Какие силы? — спросил Зубило.

— Все. У нас пять миллионов гремлинов. Мы можем позволить себе масштабные экспедиции.

Роман подошёл к карте и начал показывать.

— Южная экспедиция — тысяча человек, вездеходы, самолёты. Северная — тысяча, специальное снаряжение для холода. Восточная — тысяча, корабли. Западная — уже идёт, но пошлём подкрепление.

— А центральный континент? — спросила Формула.

— Тоже исследуем. Там могут быть древние руины, ресурсы, неизвестные народы.

Совет заседал до поздней ночи. Распределяли людей, технику, ресурсы, сроки.

Когда все разошлись, Роман остался один перед картой.

— Пятнадцать лет, — сказал он. — А всё только начинается.

---

Глава 157. Распределение ресурсов

Пятнадцать лет и три месяца.

Подготовка экспедиций шла полным ходом. Роман лично контролировал каждый этап.

— Южная экспедиция, — докладывал Зубило. — Сто вездеходов, каждый с запасом топлива на три месяца. Продукты, вода, инструменты, оружие, средства связи.

Он развернул чертёж вездехода.

— Колёса широкие, чтобы не вязли в песке. Двигатели форсированные, с дополнительным охлаждением. Запасные части — по два комплекта на каждую машину.

— Хорошо, — кивал Роман. — Командир?

— Ветер, — ответил Стрела. — Он лучший пилот, справится.

Ветра вызвали на Совет. Это был молодой гремлин из пятой волны, невысокий, но жилистый, с быстрыми глазами.

— Первый, — сказал он, волнуясь. — Я не подведу.

— Знаю, — ответил Роман. — Ты полетишь на самолёте впереди колонны, будешь разведывать путь. Если увидишь опасность — сразу докладывай.

— Есть.

— Северная, — продолжал Зубило. — Пятьдесят вездеходов, утеплённых. Спецодежда, обогреватели, палатки. Запасы на полгода.

Он показал образец спецодежды — толстый комбинезон из меха и синтетики, с подогревом от аккумуляторов.

— Испытано в холодильных камерах, — сказал он. — Выдерживает до минус пятидесяти.

— Командир?

— Мороз, — сказал Шуруп. — Молодой, но толковый. Родился в третью волну, работал на севере, строил там форпосты.

Мороз вошёл в зал — коренастый, широкоплечий, с обветренным лицом.

— Первый, — кивнул он. — Всё будет сделано.

— Восточная, — взял слово Волна. — Десять кораблей, тысяча человек. Самолёты на поплавках, для разведки с воздуха.

Он разложил карту восточного океана.

— Течения там сложные, но мы изучили по спутниковым снимкам. Есть несколько островов, можно будет делать промежуточные базы.

— Командир?

— Я сам, Первый. Хочу увидеть новый континент.

Роман посмотрел на него и кивнул.

— Хорошо. Ты справишься.

Он обвёл взглядом карту.

— Центральная экспедиция пойдёт последней. Сначала узнаем, что на континентах, потом исследуем центр.

— Ресурсы? — спросила Формула.

— Не жалей. У нас есть всё. Сталь, топливо, еда, лекарства. Люди важнее.

Через месяц четыре экспедиции были готовы.

На центральной площади столицы выстроились тысячи гремлинов. Роман стоял на трибуне и смотрел на них.

— Вы идёте в неизвестность, — сказал он. — Там могут быть опасности. Могут быть новые народы. Могут быть ресурсы, о которых мы не знаем. Но вы справитесь. Я верю в вас.

— Легион! — закричали гремлины.

— Легион! — ответил Роман.

Караваны ушли в разные стороны. Южный — в пустыню. Северный — в горы. Восточный — к океану.

Роман стоял на крыше и смотрел, как они исчезают за горизонтом.

— Дай им сил, — шепнул он. — И удачи.

---

Глава 158. От лица Шурупа-второго — масштаб задачи

От лица Шурупа-второго.

Я стоял рядом с Первым на крыше и смотрел, как экспедиции уходят в пустыню.

— Ты волнуешься? — спросил я.

— Всегда, — ответил он. — Каждый раз, когда отправляю кого-то в неизвестность.

— Но ты отправляешь.

— Потому что надо. Мы не можем сидеть на месте. Мир большой, и он ждёт.

Я смотрел на горизонт и думал о том, сколько мы прошли.

Я помнил первый день. Мокрый, пищащий комок, который подобрали тёплые руки. Помнил, как учился ходить, говорить, работать. Помнил, как строился первый дом, как зажглась первая лампочка, как полетел первый самолёт.

— Пятнадцать лет, — сказал я. — А кажется, только вчера.

— Для меня — тридцать, — улыбнулся Первый. — Я старше.

— Ты не стареешь, — сказал я. — Ты всё такой же.

— Старею, — покачал головой он. — Просто не показываю.

Я посмотрел на него. Морщины на лице, седина в волосах, усталые глаза. Он действительно старел.

— Ты боишься? — спросил я.

— Чего?

— Что не успеешь?

Он задумался.

— Боюсь, — сказал наконец. — Что не увижу, как вы выйдете в космос. Как встретите других. Как станете великими.

— Увидишь, — твёрдо сказал я. — Мы быстро.

Он улыбнулся.

— Знаю. Потому и работаю.

Мы стояли молча, глядя на заходящие солнца. Два диска медленно опускались за горизонт, окрашивая небо в багровые тона.

— Красиво, — сказал я.

— Красиво, — согласился он. — А знаешь, что красивее всего?

— Что?

— То, что мы создали. Город, людей, цивилизацию. Из ничего. Из пустоты.

Я кивнул.

— Пойдём, — сказал Первый. — Работы много.

---

Глава 159. Южная экспедиция — начало пути

Шестнадцать лет.

Южная экспедиция шла через пустыню уже три месяца.

Вездеходы ползли по пескам, оставляя за собой глубокие следы. Ветер заметал их через час, но караван упрямо двигался вперёд.

Ветер, командир экспедиции, сидел в головной машине и смотрел на бесконечные барханы.

— Сколько ещё? — спросил водитель.

— По карте — неделя, — ответил Ветер. — Если ничего не случится.

— А если случится?

— Тогда будем разбираться.

В отряде было сто вездеходов, тысяча гремлинов. Самолёт Ветра, маленький одноместный «Стрекоза», стоял на платформе одного из вездеходов, готовый к взлёту.

На десятый день пути случилось.

Сначала Ветер заметил странное марево на горизонте. Потом ветер резко усилился.

— Буря, — сказал он. — Всем приготовиться.

Песчаная буря налетела внезапно. Небо потемнело, ветер взревел, песок залепил всё вокруг.

— Стоять! — закричал Ветер в рацию. — Всем стоять, не двигаться!

Вездеходы замерли. Песок барабанил по броне, засыпал гусеницы, проникал в щели.

— Маски! — крикнул Ветер. — Закрыть лица!

Буря длилась сутки.

Когда она стихла, Ветер выбрался наружу и не узнал местности. Барханы переместились, дороги исчезли, ориентиров не было.

— Потерялись, — сказал он. — Но мы идём дальше.

---

Глава 160. Приключения малого отряда — потеряшки в пустыне

От лица Песчинки.

Меня зовут Песчинка. Я родилась в шестую волну и с детства мечтала о приключениях. Когда объявили набор в южную экспедицию, я записалась первой.

— Ты мелкая, — сказал командир. — Заболеешь, умрёшь.

— Не умру, — ответила я. — Я сильная.

Меня взяли штурманом. Я умела читать карты, считать по звёздам, определять направление по компасу.

И вот мы потерялись.

Буря замела все следы, песок скрыл ориентиры. Мы стояли посреди бескрайней пустыни и не знали, куда идти.

— Песчинка, — позвал Ветер. — Определи направление.

Я вылезла на крышу вездехода и посмотрела на небо. Солнца были высоко, но я знала, как определить стороны света по их положению.

— Юг там, — показала я. — Нам туда.

— Уверена?

— На сто процентов.

Мы поехали. Через два дня увидели скалы. Через три — оазис.

— Ты молодец, — сказал Ветер. — Спасла экспедицию.

Я засмущалась, но внутри была горда.

В оазисе мы нашли воду, зелень и странных животных — маленьких, пушистых, похожих на тушканчиков. Мы назвали их песчаниками. Они были смешные и не боялись гремлинов.

— Можно взять с собой? — спросила я.

— Нельзя, — ответил Ветер. — Но можем понаблюдать.

Я наблюдала за песчаниками три дня. Записывала, рисовала. Они оказались умными — строили норы, запасали еду, общались звуками.

— Надо будет учёным рассказать, — решила я.

---

Глава 161. Ночной разговор у костра

Шестнадцать лет, два месяца.

Вечером у костра собрались Ветер, Песчинка, Кремень и ещё несколько гремлинов. Жарили мясо песчаников (не тех, что нашли в оазисе — других, которых специально взяли с собой как провизию), пили травяной чай.

— Интересно, что там, дальше? — спросила Песчинка, глядя на звёзды.

— Горы, — ответил Кремень. — По картам — горы. А за горами — ещё пустыня.

— А за пустыней?

— Океан, — сказал Ветер. — По расчётам, южный континент омывается океаном с трёх сторон.

— А там кто-нибудь живёт?

— Не знаем. Может, да. Может, нет.

Песчинка задумалась.

— А если там кто-то есть? Как мы с ними будем?

— Как с ургами, — ответил Ветер. — Мирно. Если они захотят.

— А если не захотят?

— Тогда будем договариваться.

Костер трещал, искры летели в небо. Где-то вдалеке выл шакал.

— Красиво здесь, — сказала Песчинка. — Страшно, но красиво.

— Пустыня всегда красивая, — согласился Ветер. — И всегда опасная.

Они сидели молча, каждый думал о своём.

---

Глава 162. Горы на горизонте

Шестнадцать лет, три месяца.

Отдохнув в оазисе, экспедиция двинулась дальше.

Теперь они шли по компасу и звёздам, которые Песчинка определяла безошибочно. Через неделю на горизонте показались горы.

— Горы! — закричали гремлины. — Настоящие горы!

Ветер смотрел в бинокль. Горы были чёрными, каменными, с острыми пиками.

— Там могут быть полезные ископаемые, — сказал он. — Вперёд.

Они подошли к горам через три дня. У подножия обнаружили ещё один оазис — с ручьём, пальмами и даже небольшим озером.

— База, — решил Ветер. — Здесь будет база.

Гремлины разбили лагерь, поставили палатки, развели костры. Вездеходы выстроили в круг — на всякий случай.

— Завтра идём в горы, — объявил Ветер. — Отдыхайте.

---

Глава 163. Восхождение

Утром Ветер взял с собой десять человек, включая Песчинку и геолога Кремня. Они пошли в горы пешком — вездеходы там не пройдут.

Подъём был трудным. Камни осыпались, приходилось карабкаться, цепляться за выступы.

— Я альпинист, — бормотал Кремень. — Теперь я альпинист.

— Кто? — не поняла Песчинка.

— Скалолаз. Первый рассказывал.

На третий день они нашли пещеру. Глубокую, тёмную, с влажным воздухом.

— Внутри может быть вода, — сказал Ветер. — Идём.

Они вошли в пещеру. Стены были покрыты странными кристаллами, которые светились в темноте.

— Красиво, — выдохнула Песчинка.

— Уран, — сказал Кремень, постучав по стене. — Радиоактивный. Не трогать.

— А что такое радиоактивный?

— Опасно. Можно заболеть и умереть.

Они быстро вышли из пещеры и пошли дальше.

---

Глава 164. Открытие — нефть

Шестнадцать лет, пять месяцев.

Через неделю блужданий по горам Кремень заметил странное пятно на склоне — чёрное, маслянистое, блестящее на солнце.

— Стойте, — сказал он. — Все стойте.

Он подошёл, потрогал, понюхал.

— Нефть, — сказал он. — Первый говорил, это чёрное золото.

— Золото? — оживилась Песчинка.

— Не настоящее. Топливо. Из него делают бензин, пластмассы, много чего.

Ветер смотрел на чёрное пятно и не верил.

— Сколько здесь?

Кремень оглядел склон.

— Много. Очень много. Целое море под землёй.

Ветер достал рацию.

— Столица, приём. У нас нефть. Много.

Через час пришёл ответ.

— Молодцы. Забирайте пробы, ставьте вышку. Мы пришлём специалистов.

Ветер улыбнулся.

— Будет нам топливо на тысячу лет.

Песчинка запрыгала от радости.

— Мы открыли нефть! Мы герои!

— Герои, — согласился Ветер. — А теперь работать.

---

Глава 165. Песчаники-2 — новые друзья

Пока Кремень и Ветер возились с нефтью, Песчинка исследовала окрестности.

В горах она нашла ещё одних песчаников. Но эти были другими — крупнее, с более длинными ушами и хитрыми глазами.

— Привет, — сказала Песчинка. — Вы кто?

Песчаники смотрели на неё и шевелили усами.

— Вы меня понимаете?

Один из песчаников кивнул.

Песчинка чуть не упала.

— Ты понимаешь?!

Песчаник снова кивнул. Потом показал лапой на горы, потом на небо, потом на себя.

— Ты... местный? Тут живёшь?

Кивок.

— А другие?

Песчаник покачал головой и показал на север.

— Там? В пустыне?

Кивок.

Песчинка побежала к Ветру.

— Ветер! Ветер! Они разумные!

— Кто?

— Песчаники! Они понимают!

Ветер не поверил, но пошёл посмотреть.

Песчаник сидел на камне и смотрел на них. В глазах его был ум.

— Ты меня понимаешь? — спросил Ветер.

Песчаник кивнул.

— Охренеть, — сказал Ветер.

Они назвали его Умником. Умник стал проводником — показывал дорогу, предупреждал об опасностях, помогал искать воду.

— Ещё одна раса, — записывала Песчинка. — Песчаники. Живут в горах и пустыне. Разумны. Дружелюбны.

---

Глава 166. Бурение

Специалисты прилетели через месяц. На самолётах, с буровым оборудованием, с трубами, с насосами.

Ветер встречал их у оазиса.

— Где нефть? — спросил главный бурильщик, крепкий гремлин по имени Бур.

— В горах, — показал Ветер. — Там.

Бур посмотрел на горы и присвистнул.

— Тяжело будет. Но сделаем.

Они бурили три месяца. Пробивали скалы, ставили вышку, спускали трубы. На четвёртый месяц нефть пошла.

Чёрный фонтан ударил в небо, заливая всё вокруг.

— Есть! — закричали гремлины. — Есть нефть!

Песчинка стояла в стороне и смотрела. Ей было немного страшно — чёрная жижа текла, пахла резко, пачкала всё вокруг.

— Это хорошо? — спросила она Бура.

— Это очень хорошо, — ответил тот. — Это наша энергия. Наше будущее.

---

Глава 167. Трубопровод

Пока бурили нефть, другие гремлины начали строить трубопровод. Тысячи километров труб должны были протянуться от южных гор до столицы.

— Масштабно, — сказал Ветер, глядя на карту.

— Первый любит масштабно, — ответил Бур.

Работа кипела. Трубы сваривали, укладывали, закапывали. Через год нефть потекла на север.

---

Глава 168. Возвращение Умника в столицу

Когда экспедиция собралась домой, Умник увязался за ними.

— Ты хочешь с нами? — спросила Песчинка.

Умник кивнул.

— А твои?

Умник покачал головой. Показал на север, потом на себя, потом сделал жест «один».

— Один ты? Сирота?

Кивок.

— Поехали, — решила Песчинка. — Первый разберётся.

Умник ехал в вездеходе и смотрел в окно. Пустыня, горы, оазисы — всё было для него новым.

В столице его встречали с любопытством.

— Кто это? — спросил Роман.

— Песчаник, — ответила Песчинка. — Разумный. Дружелюбный. Сирота.

Роман посмотрел на Умника. Тот смотрел на Романа.

— Есть хочешь? — спросил Роман.

Умник кивнул.

— Жить где?

Показал на угол.

— Оставляем, — решил Роман. — Пусть живёт. Изучим.

Умник поселился в столице. Он быстро учился, понимал язык, помогал в лаборатории Формулы. Через год он уже говорил на всеобщем.

— Первый, — сказал он однажды. — Там, в горах, есть ещё.

— Ещё песчаники?

— Да. Много. Но они боятся.

— Чего?

— Людей. Гремлинов. Всех.

Роман задумался.

— Надо будет сходить. Познакомиться.

---

Глава 169. Обратный путь

Шестнадцать лет, десять месяцев.

Экспедиция возвращалась домой. Вездеходы были нагружены пробами нефти, образцами пород, записями наблюдений и Умником, который сидел в отдельной кабине и смотрел в окно.

Песчинка вела дневник. Каждый день она записывала всё, что видела, слышала, чувствовала.

«День двухсотый, — писала она. — Мы едем домой. Я устала, но счастлива. Я увидела горы, пустыню, оазисы, нефть, песчаников. Я стала настоящим исследователем».

На тридцатый день пути они увидели в небе самолёты. Встречающие.

— Дом! — закричали гремлины. — Мы дома!

Через неделю они въехали в столицу. Их встречали как героев — цветы, оркестр, толпы народа.

Роман стоял на трибуне и улыбался.

— Молодцы, — сказал он. — Вы открыли новый мир для нас.

Ветер вышел вперёд.

— Первый, мы нашли нефть. Много нефти.

— Я знаю, — кивнул Роман. — Мы уже строим трубопровод.

— И ещё, — сказал Ветер. — Мы нашли друга.

Умник вышел из толпы и поклонился Роману.

— Здравствуй, Первый, — сказал он на всеобщем. — Я Умник. Я хочу жить с вами.

Роман посмотрел на него, улыбнулся и протянул руку.

— Добро пожаловать, Умник.

---

Глава 170. Праздник

Вечером устроили большой праздник. Жгли костры, жарили мясо, пели песни.

Песчинка сидела у костра и смотрела на звёзды. Рядом пристроился Умник.

— Хорошо здесь, — сказал он.

— Хорошо, — согласилась Песчинка. — А в горах лучше?

— По-другому. Там тихо. Здесь шумно. Но хорошо.

— Останешься?

— Да. Первый сказал — оставайся.

Песчинка улыбнулась.

— Я рада.

Умник посмотрел на неё и тоже улыбнулся — впервые с тех пор, как они встретились.

— Я тоже рад.

---

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 19)

Комната богов. Горка, Морка и Аулэ смотрят на экран, где гремлины празднуют возвращение экспедиции.

МОРКА: (с открытым ртом) Нефть нашли! Теперь у них будет много топлива!

ГОРКА: (кивая) И пластмасс, и красок, и всего.

АУЛЭ: (задумчиво) А эта мелкая, Песчинка... она молодец. По звёздам ориентировалась.

МОРКА: (гордо) Как я!

ГОРКА: (усмехаясь) Ты по звёздам только пиво открываешь.

МОРКА: (обиженно) И ничего! Я вон в прошлый раз... ну ладно.

АУЛЭ: (поднимает кружку) За Песчинку. Которая не потерялась.

ГОРКА: (поднимает) За Ветра. Который довёл.

МОРКА: (поднимает) За Умника! Он прикольный!

Они пьют. На экране Песчинка и Умник сидят у костра.

МОРКА: (тихо) А они... подружатся?

ГОРКА: (пожимая плечами) Похоже на то.

АУЛЭ: (улыбаясь) Дружба между расами — это хорошо.

МОРКА: (шепотом) У нас тоже дружба. Мы же друзья?

ГОРКА: (треплет его по голове) Друзья, Морка. Самые лучшие.

Экран гаснет.

---

Глава 20

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

---

ЧАСТЬ 20. СЕВЕРНАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ

Годы 16–17 — льды и редкие металлы

---

Глава 171. Подготовка к северу

Шестнадцать лет и три месяца.

Пока южная экспедиция возвращалась с победой, северная готовилась к выходу.

Мороз, командир экспедиции, проверял снаряжение лично. Каждый вездеход, каждый комбинезон, каждый обогреватель.

— На севере холодно, — говорил он своим помощникам. — Очень холодно. Если что-то сломается — смерть.

Его помощник, молодой гремлин по имени Снежок, записывал всё в блокнот. Снежок родился в столице и никогда не видел снега, только на картинках Первого. Он мечтал о севере с детства.

— Вездеходы проверены, — докладывал он. — Пятьдесят машин, каждая с утеплённым корпусом и двойными стёклами. Двигатели с подогревом, чтобы не замерзали на морозе.

— Обогреватели?

— По три на вездеход. Один основной, два запасных. Работают от аккумуляторов и от двигателя.

— Еда?

— Сублимированная. Лёгкая, калорийная, не замерзает. Запасов на полгода.

— Люди?

— Тысяча человек. Добровольцы. Все прошли медосмотр и тренировки в холодильных камерах.

Мороз кивнул. Он сам отбирал каждого бойца. Тысяча лучших — геологи, механики, врачи, учёные.

— Завтра выступаем, — сказал он. — Последняя проверка — и в путь.

---

Глава 172. От лица Снежка — мечты о снеге

От лица Снежка.

Я родился в столице, в пятом квартале. Вокруг были дома, заводы, дороги. Снега я никогда не видел — только на картинках, которые показывал Первый.

— Снег — это замёрзшая вода, — объяснял он нам в школе. — Белый, холодный, пушистый. Он падает с неба зимой.

— А что такое зима? — спрашивали мы.

— Время года, когда холодно. Когда вода замерзает и превращается в лёд.

Я мечтал увидеть снег с детства. Представлял, как он хрустит под ногами, как тает на языке, как лепится в комки.

Когда объявили набор в северную экспедицию, я записался первым.

— Ты мелкий, — сказал Мороз. — Замёрзнешь.

— Не замёрзну, — ответил я. — Я сильный.

Меня взяли писарем. Я должен был записывать всё, что происходит, вести дневник экспедиции.

И вот — завтра мы уходим. Завтра я увижу снег.

Я не спал всю ночь.

---

Глава 173. Проводы северной экспедиции

Шестнадцать лет и четыре месяца.

Утро было холодным, даже в столице. Ветер дул с севера, принося запах льда.

На центральной площади выстроились пятьдесят вездеходов. Тысяча гремлинов в тёплых комбинезонах стояли перед ними, готовые к пути.

Роман подошёл к Морозу.

— Ты готов?

— Готов, Первый.

— Помни — люди важнее всего. Если будет опасно — возвращайся.

— Я помню.

Роман обвёл взглядом строй.

— Вы идёте туда, где никто не был, — сказал он громко. — Там холодно, там опасно, там может быть всё что угодно. Но вы справитесь. Я верю в вас.

— Легион! — закричали гремлины.

— Легион! — ответил Роман.

Вездеходы заурчали двигателями и тронулись. Тысяча гремлинов уходила на север, в неизвестность.

Снежок сидел в головной машине и смотрел в окно. Город оставался позади. Впереди была только дорога и мечта.

---

Глава 174. Первый снег

Шестнадцать лет и пять месяцев.

Двадцать дней пути. Леса сменились тундрой, тундра — редколесьем, редколесье — бескрайней белой равниной.

И вот — первый снег.

Снежок увидел его утром, когда выглянул в окно. Всё вокруг было белым. Белым-белым, до горизонта.

— Снег! — закричал он. — Снег!

Он выскочил из вездехода и побежал по сугробам. Снег хрустел под ногами, летел из-под колёс, забивался в сапоги.

— Снежок, назад! — крикнул Мороз. — Замёрзнешь!

Но Снежок не слушал. Он ловил снежинки ртом, катался по земле, кидался снежками в проезжающие вездеходы.

— Снег! — кричал он. — Настоящий снег!

Водители смеялись, сигналили, но не обижались.

Через час Снежок вернулся в машину, красный от мороза, но счастливый.

— Ну как? — спросил Мороз.

— Лучше, чем я думал, — ответил Снежок. — В сто раз лучше.

---

Глава 175. Ледяные горы

Шестнадцать лет и шесть месяцев.

Чем дальше они уходили на север, тем холоднее становилось. Термометры показывали минус тридцать, потом минус сорок, потом минус пятьдесят.

Вездеходы шли медленно, проваливаясь в снег. Пришлось поставить гусеницы шире, двигатели мощнее.

На тридцатый день пути на горизонте показались горы.

— Ледяные горы, — сказал Мороз, глядя в бинокль. — Огромные. Как стена.

Горы были белыми от снега и льда, с острыми пиками, уходящими в небо. Они тянулись с запада на восток, насколько хватало глаз.

— Как нам через них? — спросил Снежок.

— Найдём проход, — ответил Мороз. — Геологи говорят, там должны быть перевалы.

Они пошли вдоль гор на запад, ища проход.

---

Глава 176. От лица Льдинки — первый лагерь

От лица Льдинки.

Меня зовут Льдинка. Я родилась в четвёртую волну и с детства любила холод. Когда другие грелись у костров, я сидела на снегу и смотрела на звёзды.

В северной экспедиции я стала геологом. Моя задача — искать полезные ископаемые.

Когда мы дошли до гор, я обрадовалась. В таких горах всегда есть руда.

Мы разбили первый лагерь у подножия. Поставили палатки, развели костры (они горели, даже на морозе — специальное топливо), выставили охрану.

— Льдинка, — позвал Мороз. — Завтра пойдёшь с первой группой. Ищи металлы.

— Есть, — ответила я.

Ночью я сидела у костра и смотрела на горы. Они были красивые. Огромные, белые, молчаливые.

— Страшно? — спросил подошедший Снежок.

— Нет, — ответила я. — Красиво.

— Ты странная, — улыбнулся он. — Холод любишь.

— А ты снег любишь, — ответила я. — Мы оба странные.

Мы сидели молча, глядя на звёзды.

---

Глава 177. Восхождение в ледяные горы

Шестнадцать лет и семь месяцев.

Утром Мороз собрал первую группу — десять человек, включая Льдинку и Снежка. Они пошли в горы пешком — вездеходы там не пройдут.

Подъём был трудным. Лёд скользил, камни осыпались, снег заметал тропы.

— Осторожно, — командовал Мороз. — Страхуйте друг друга.

Они шли три дня. На четвёртый день нашли перевал — узкую расщелину между скалами, ведущую на другую сторону.

— Здесь, — сказал Мороз. — Здесь пройдём.

Они начали спускаться.

На спуске случилась беда. Один из гремлинов, молодой парень по имени Крепыш, поскользнулся и полетел вниз.

— Крепыш! — закричал Снежок.

Но Льдинка среагировала быстрее. Она прыгнула следом, схватила его за руку, вонзила ледоруб в лёд.

Они висели над пропастью, раскачиваясь на ветру.

— Держись! — крикнул Мороз.

Он спустил верёвку, они зацепились, их вытащили.

— Сумасшедшая, — сказал Крепыш Льдинке, когда они оказались на твёрдой земле. — Ты могла погибнуть.

— Но не погибла, — ответила Льдинка. — И ты тоже.

С тех пор Крепыш ходил за ней хвостом.

---

Глава 178. Открытие — железная руда

Шестнадцать лет и восемь месяцев.

На другой стороне гор их ждало плато. Огромное, ровное, покрытое снегом. А под снегом — скалы.

Льдинка взяла пробы.

— Железо, — сказала она. — Много железа. Очень много.

— Качество? — спросил Мороз.

— Высокое. Почти чистая руда.

Они прошли дальше и нашли ещё.

— Медь. Свинец. Цинк.

Мороз достал рацию.

— Столица, приём. У нас руда. Много. Железо, медь, цинк.

— Добывайте, — пришёл ответ. — Мы пришлём специалистов.

---

Глава 179. Малый отряд — потеряшки в горах

От лица Искринки.

Я была в той группе, которая пошла дальше на север. Мы должны были найти проход к следующему хребту.

Нас было пятеро. Я, Крепыш, ещё трое.

Мы шли три дня. Потом началась пурга.

Ветер выл, снег летел горизонтально, ничего не было видно. Мы сбились с пути.

— Где мы? — спросил Крепыш.

— Не знаю, — ответила я.

Мы залезли в пещеру, переждали бурю. Когда она стихла, мы вышли и не узнали местности.

— Потерялись, — сказал Крепыш.

Я достала компас. Он врал — видимо, рядом были залежи магнитных руд.

— По звёздам, — сказала я. — Ночью пойдём по звёздам.

Ночью небо очистилось. Я определила направление по Полярной (у нас тут тоже была Полярная звезда, только другая). Мы пошли.

Шли три дня. Еда кончалась, вода замерзала.

На четвёртый день увидели дым.

— Костер! — закричал Крепыш. — Наши!

Это был лагерь основной группы. Мы вернулись.

— Молодцы, — сказал Мороз. — Выжили.

Я улыбнулась. Мы выжили.

---

Глава 180. Титан

Шестнадцать лет и десять месяцев.

Льдинка исследовала скалы дальше. В одной из расщелин она нашла необычный металл — серебристый, тяжёлый, холодный.

— Мороз! — позвала она. — Иди сюда!

Мороз подошёл.

— Что это?

— Титан, — сказала Льдинка. — Первый показывал картинки. Очень прочный, очень лёгкий. Для космоса.

— Точно?

— Точно. Я учила.

Они взяли пробы, отправили в столицу. Через неделю пришёл ответ.

— ТИТАН. ДОБЫВАТЬ. СРОЧНО.

Мороз улыбнулся.

— Богатые мы, Льдинка. Очень богатые.

---

Глава 181. Вольфрам

Через месяц нашли ещё.

Вольфрам. Ещё прочнее, ещё тугоплавче.

— Для двигателей, — объясняла Льдинка. — Для сопел ракет. Для брони.

— Сколько? — спросил Мороз.

— Много. Целая гора.

Мороз снова связался со столицей.

— Вольфрам, — сказал он. — Много.

— ТИТАН И ВОЛЬФРАМ? — переспросил Зубило. — ВЫ ТАМ ЧТО, НА ЗОЛОТОЙ ЖИЛЕ СИДИТЕ?

— Похоже на то, — ответил Мороз.

Зубило прислал срочную депешу: «ДОБЫВАТЬ. ВСЁ. НЕМЕДЛЕННО».

---

Глава 182. Уран

Семнадцать лет.

Третья находка была самой опасной.

Льдинка полезла в пещеру, которую нашла ещё в прошлый раз. Стены светились слабым зелёным светом.

— Красиво, — сказала она.

Она взяла образец, сунула в карман. Через час у неё закружилась голова, пошла кровь из носа.

— Что с тобой? — испугался Крепыш.

— Не знаю... Камень...

Мороз вызвал врача. Врач посмотрел образец и побледнел.

— Уран, — сказал он. — Радиоактивный. Она облучилась.

Льдинку срочно отправили в столицу, в больницу. Она пролежала три месяца, но выжила.

— Больше так не делай, — сказал ей Роман, когда она выздоровела.

— Буду осторожнее, — ответила Льдинка.

Уран стали добывать в скафандрах, с защитой, с дозиметрами.

---

Глава 183. Строительство Северного города

Семнадцать лет и три месяца.

Месторождений было так много, что Мороз решил строить город прямо здесь, у подножия гор.

— Северный город, — сказал он. — Второй по величине после столицы.

Строили быстро. Дома с подогревом, дороги с подогревом, заводы с подогревом. Всё работало на энергии, которую давала местная река — она не замерзала, потому что была быстрой.

Через год в Северном городе жило уже сто тысяч гремлинов.

---

Глава 184. Пурга

Семнадцать лет и шесть месяцев.

Зимой случилась большая пурга. Такая, какой никто не видел.

Ветер срывал крыши, заметал дороги, валил столбы. Температура упала до минус семидесяти.

Мороз руководил спасательными работами.

— Всех в укрытия! — кричал он. — Не выходить!

Но некоторые не успели.

Крепыш и Льдинка были в дозоре, когда началась пурга. Они спрятались в пещере и просидели там три дня.

— Замёрзнем, — сказал Крепыш.

— Не замёрзнем, — ответила Льдинка. — У нас есть обогреватель.

Обогреватель работал на аккумуляторах. Он грел, но слабо.

— Прижмись ко мне, — сказала Льдинка. — Так теплее.

Они прижались друг к другу и просидели так три дня.

Когда пурга стихла, их нашли.

— Живые? — удивился Мороз.

— Живые, — ответила Льдинка. — И даже не замёрзли.

— Молодцы, — сказал Мороз. — Влюблённые, что ли?

Льдинка покраснела. Крепыш засмущался.

— Похоже на то, — сказал он.

---

Глава 185. Свадьба на севере

Семнадцать лет и девять месяцев.

Крепыш и Льдинка решили пожениться. Прямо на севере, в новом городе.

Свадьба была необычной. Вместо цветов — ледяные скульптуры. Вместо риса — снежки. Вместо свадебного торта — пирог, испечённый в полевой печи.

Мороз был посажёным отцом.

— Любите друг друга, — сказал он. — И берегите.

Роман прислал поздравление по телеграфу.

— СЧАСТЬЯ МОЛОДЫМ. ПЕРВЫЙ.

Льдинка и Крепыш стояли у ледяного алтаря и улыбались.

— Я люблю тебя, — сказал Крепыш.

— Я тоже, — ответила Льдинка.

---

Глава 186. Звероловы

От лица Когтя.

Я родился в пятую волну и всегда любил охоту. На севере я стал звероловом.

Здесь водились огромные белые медведи — мы назвали их ледобрюхами. Они были размером с вездеход, с клыками длиной в руку.

Охота на ледобрюхов была опасной, но весёлой.

Мы ставили ловушки, загоняли их в капканы, стреляли из ружей. Мясо шло в еду, шкуры — на одежду, жир — на топливо.

Однажды ледобрюх задрал троих наших. Мы устроили облаву, выследили его, убили.

— За наших, — сказал я, разделывая тушу.

С тех пор ледобрюхи обходили наш город стороной.

---

Глава 187. Тайна ледяных пещер

Восемнадцать лет.

Льдинка, уже опытный геолог, нашла в горах огромную ледяную пещеру. Она уходила глубоко под землю, на километры.

— Там что-то есть, — сказала она. — Я чувствую.

Они пошли внутрь с фонарями, с верёвками, с припасами.

Пещера была красивой. Ледяные сталактиты, ледяные стены, ледяные полы. Всё переливалось в свете фонарей.

На третьи сутки они нашли... город.

Ледяной город. Дома, улицы, площади — всё изо льда. И статуи. Статуи существ, похожих на гремлинов, но не гремлинов.

— Древние, — сказала Льдинка. — Здесь жили древние.

— Что с ними случилось?

— Не знаю. Может, замёрзли. Может, ушли.

Они исследовали город неделю. Нашли артефакты, инструменты, записи на незнакомом языке.

Льдинка срисовывала всё в блокнот.

— Надо Первому показать, — сказала она.

---

Глава 188. От лица Льдинки — встреча с древними

От лица Льдинки.

Я стояла в центре ледяного города и пыталась представить, как они жили.

Они были выше нас, стройнее, с длинными руками. Они строили изо льда и камня, знали математику — я нашла расчёты на стенах, умели добывать огонь — были очаги.

Но они погибли.

Я нашла записи, которые удалось перевести. Они рассказывали о холоде, который приходил с севера. О том, как замерзали реки, как умирали люди. О том, как они пытались спастись, но не успели.

— Мы не повторим их ошибки, — сказала я. — Мы будем строить лучше.

Мороз кивнул.

— Умные слова.

---

Глава 189. Возвращение на юг

Восемнадцать лет и шесть месяцев.

Экспедиция возвращалась домой. Вездеходы были нагружены образцами руды, артефактами, записями. Льдинка и Крепыш сидели вместе, держась за руки.

— Скучаешь по северу? — спросил Крепыш.

— Скучаю, — ответила Льдинка. — Но и по дому тоже.

Снежок вёл дневник.

«День триста двадцатый, — писал он. — Мы едем домой. Я увидел снег, льды, горы, северное сияние. Я женился (в смысле, не я, а Крепыш и Льдинка). Я стал настоящим исследователем».

На тридцатый день пути они увидели в небе самолёты. Встречающие.

— Дом! — закричали гремлины. — Мы дома!

---

Глава 190. Встреча в столице

Восемнадцать лет и восемь месяцев.

Их встречали как героев. Роман стоял на трибуне, улыбался.

— Молодцы, — сказал он. — Вы открыли север.

Мороз вышел вперёд.

— Первый, мы нашли железо, медь, цинк, титан, вольфрам, уран.

Роман присвистнул.

— Богато.

— И ещё, — сказала Льдинка. — Мы нашли древний город. Ледяной. Там жила цивилизация, которая погибла от холода.

Роман задумался.

— Надо изучить. Формула, займись.

Формула кивнула.

— И ещё, — сказал Крепыш. — Мы поженились.

Роман улыбнулся.

— Поздравляю. Это лучшая новость.

---

Глава 191. Праздник

Вечером устроили большой праздник. В честь северной экспедиции, в честь открытий, в честь свадьбы.

Льдинка и Крепыш сидели у костра, пили горячий шоколад (его научились делать из какао-бобов, которые нашли на юге), смотрели на звёзды.

— Хорошо дома, — сказала Льдинка.

— Хорошо, — согласился Крепыш. — Но на севере тоже было хорошо.

— Вернёмся?

— Обязательно.

Снежок сидел рядом с Песчинкой (они познакомились на празднике) и рассказывал о снеге.

— Он белый, пушистый, холодный...

— Я знаю, что такое снег, — смеялась Песчинка. — Я в пустыне была.

— В пустыне нет снега.

— А у нас есть песок. Тоже сыпучий.

Они спорили, что лучше — снег или песок.

— Снег, — говорил Снежок.

— Песок, — говорила Песчинка.

— Спорим?

— Спорим.

Они поспорили на поцелуй. Потом долго выясняли, кто выиграл. Потом перестали выяснять.

---

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 20)

Комната богов. Горка, Морка и Аулэ смотрят на экран, где празднуют гремлины.

МОРКА: (умилённо) Свадьба! У них свадьба!

ГОРКА: (кивая) Льдинка и Крепыш. Хорошая пара.

АУЛЭ: (задумчиво) Титан, вольфрам, уран... Для космоса всё готово.

МОРКА: (всхлипывает) А Снежок и Песчинка... Они такие милые!

ГОРКА: (усмехаясь) Спорят, что лучше — снег или песок.

МОРКА: (встревая) Снег! Конечно снег!

АУЛЭ: (пожимая плечами) Песок тоже неплох. Помнишь, как мы в пустыне отдыхали?

МОРКА: (вспоминая) А, да... Там тепло было. Но снег красивее.

ГОРКА: (поднимает кружку) За Льдинку и Крепыша. Пусть живут долго.

АУЛЭ: (поднимает) За Северный город. Новую столицу металлов.

МОРКА: (поднимает) За Снежка и Песчинку! Чтоб они поскорее поцеловались!

Они пьют. На экране Снежок и Песчинка наконец целуются.

МОРКА: (счастливо) Ура!

ГОРКА: (улыбаясь) Дождался.

Экран гаснет.

---

Глава 21

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

Годы 16–18 — океан, джунгли и каучук

---

ЧАСТЬ 21. ВОСТОЧНАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ

Годы 16–18 — океан, джунгли и каучук

---

Глава 192. Подготовка к востоку

Шестнадцать лет и шесть месяцев.

Пока северяне мерзли во льдах, а южане жарились в пустыне, восточная экспедиция готовилась к плаванию.

Волна, командор флота, лично руководил подготовкой. Десять кораблей, тысяча человек, самолёты на поплавках, припасы на год.

— Океан — это вам не пустыня, — говорил он матросам. — Там нет дорог, нет ориентиров, нет помощи. Только вода и небо.

Его помощник, молодой штурман по имени Бриз, записывал всё в судовой журнал.

Бриз родился в третью волну и с детства мечтал о море. Он знал все корабли, все ветра, все течения. Волна взял его в экспедицию лично.

— Бриз, — сказал он. — Ты будешь моим штурманом. Не подведи.

— Не подведу, командор.

---

Глава 193. От лица Бриза — мечты об океане

От лица Бриза.

Я родился в столице, но всегда тянулся к воде. В детстве я убегал на пристань и смотрел на корабли. Как они покачиваются на волнах, как паруса надуваются ветром, как матросы ловко бегают по реям.

Волна заметил меня, когда мне было десять лет.

— Хочешь в море? — спросил он.

— Хочу, — ответил я.

— Тогда учись.

Я учился. Навигация, метеорология, устройство корабля. Я знал все звёзды, все ветра, все течения.

И вот — я в экспедиции. Мы плывём на восток, в неизвестность.

Я стоял на палубе и смотрел на горизонт. Там, за краем мира, начинался новый океан.

— Не боишьсь? — спросил подошедший Волна.

— Немного, — честно ответил я.

— Это хорошо, — кивнул он. — Кто не боится — тот глупый. А глупые в море не выживают.

---

Глава 194. Отплытие

Шестнадцать лет и семь месяцев.

Утро отплытия было ясным. Два солнца поднимались над океаном, окрашивая воду в золото.

На причале собрались тысячи гремлинов. Они пришли проводить экспедицию. Кричали, махали, бросали цветы.

Роман стоял на пирсе рядом с Волной.

— Ты уверен, что хочешь плыть сам? — спросил он.

— Уверен, Первый. — Волна смотрел на корабли. — Я должен увидеть новый континент своими глазами.

— Тогда удачи. И помни — люди важнее всего.

— Помню.

Волна поднялся на борт флагманского корабля «Шторм». Бриз стоял у штурвала.

— Командор, курс?

— На восток, Бриз. Прямо на восток.

Корабли отчалили. Паруса наполнились ветром, и флот двинулся в открытый океан.

Роман смотрел вслед, пока корабли не скрылись за горизонтом.

— Возвращайтесь, — шепнул он.

---

Глава 195. Первый шторм

Шестнадцать лет и восемь месяцев.

Три недели они плыли спокойно. Океан был тихим, ветер попутным. Бриз каждый день определял координаты по звёздам, сверялся с картами, записывал в журнал.

— Командор, мы прошли тысячу километров, — докладывал он. — По расчётам, через месяц увидим землю.

Но на двадцать первый день начался шторм.

Небо потемнело, ветер взревел, волны поднялись выше мачт. Корабли бросало как щепки.

— Все вниз! — кричал Волна. — Крепить грузы! Держаться!

Бриз вцепился в штурвал и пытался удержать курс. Волны захлёстывали палубу, ветер срывал паруса.

— Бриз, уходи! — крикнул Волна.

— Не могу! — закричал Бриз. — Корабль не слушается!

Волна подбежал, схватился за штурвал рядом. Вдвоём они держали его, пока буря не стихла.

Шторм длился сутки. Когда всё кончилось, они пересчитали потери. Один корабль затонул, двадцать гремлинов погибли.

— Тяжёлая потеря, — сказал Волна. — Но мы идём дальше.

---

Глава 196. Остров в океане

Шестнадцать лет и десять месяцев.

Через месяц плавания они увидели землю. Небольшой остров, зелёный, с пальмами и белым песком.

— Остров! — закричали матросы. — Земля!

Волна смотрел в бинокль.

— Высаживаемся, — решил он. — Нужно пополнить запасы воды и отдохнуть.

Они высадились на берег. Остров был райским — тёплая вода, кокосовые пальмы, странные птицы, не боявшиеся гремлинов.

— Красота, — сказал Бриз, лёжа на песке.

— Отдыхай, — кивнул Волна. — Завтра плывём дальше.

На острове они прожили три дня. Запаслись водой, наловили рыбы, починили корабли.

Бриз исследовал остров и нашёл странные камни. Зелёные, блестящие, тяжёлые.

— Что это? — спросил он Волну.

— Не знаю, — ответил тот. — Возьми образец. Учёные разберутся.

---

Глава 197. От лица Капельки — первое купание в океане

От лица Капельки.

Я родилась в шестую волну и никогда не видела океана. Только на картинках, которые показывал Первый.

— Океан — это много воды, — объяснял он. — Очень много. До горизонта.

Я мечтала увидеть океан. И вот — я в экспедиции, на острове посреди океана.

Когда мы высадились, я первая побежала к воде.

— Купаться! — закричала я и прыгнула в волны.

Вода была тёплой, солёной, приятной. Я плавала, ныряла, смеялась.

— Капелька, не заплывай далеко! — крикнул Бриз.

— Я осторожно!

Я плавала час. Потом вылезла на берег и упала на песок.

— Хорошо, — сказала я. — Очень хорошо.

Бриз подошёл и сел рядом.

— Нравится?

— Очень. А тебе?

— Мне тоже, — улыбнулся он. — Хотя я больше люблю корабли.

— А я теперь люблю океан.

Мы сидели и смотрели на закат. Два солнца медленно опускались в воду, окрашивая всё в розовый цвет.

— Красиво, — сказала я.

— Красиво, — согласился Бриз.

Он взял меня за руку. Я не убрала.

---

Глава 198. Новый континент

Семнадцать лет.

Через два месяца плавания они увидели берег. Настоящий, большой, уходящий в обе стороны до горизонта.

— Континент! — закричали матросы. — Новый континент!

Волна смотрел в бинокль. Берег был зелёным, покрытым джунглями. Горы вдалеке, реки, впадающие в океан.

— Высаживаемся, — скомандовал он. — Осторожно. Мы не знаем, кто здесь живёт.

Они высадились на песчаный берег. Джунгли подступали почти к самой воде. В воздухе пахло незнакомыми цветами, слышались крики птиц.

— Красиво, — сказала Капелька. — Страшно, но красиво.

— Стройте лагерь, — приказал Волна. — Дозоры — круглосуточно. Никому не уходить в одиночку.

---

Глава 199. Джунгли

Семнадцать лет и два месяца.

Первые недели они исследовали побережье. Джунгли были густыми, влажными, полными жизни.

Бриз вёл записи.

«День сорок пятый, — писал он. — Джунгли невероятны. Деревья высотой в сто метров, лианы толщиной в руку, цветы размером с голову. Птицы кричат так громко, что закладывает уши. Мы нашли ручей с пресной водой — можно пить».

Капелька собирала растения. Она нашла странные цветы, которые светились в темноте, и плоды, похожие на бананы, но красные.

— Можно это есть? — спросила она.

— Не знаю, — ответил Волна. — Попробуй на ком-нибудь.

— На ком?

— На себе.

Капелька попробовала маленький кусочек. Подождала час — не умерла. Съела ещё — нормально.

— Съедобно, — объявила она. — И даже вкусно.

Красные бананы стали частью рациона.

---

Глава 200. Опасности джунглей

Но не всё было так радужно.

На пятой неделе на отряд напали хищники. Огромные ящеры, похожие на крокодилов, но на ногах. Они выскочили из засады и утащили двоих.

— Тревога! — закричал Волна.

Гремлины схватились за ружья, но ящеры уже скрылись в джунглях.

— За ними! — приказал Волна.

Они погнались, но опоздали. От товарищей остались только окровавленные кости.

— Твари, — выдохнул Волна. — Всем быть осторожнее. В джунгли не ходить поодиночке. И всегда с оружием.

Капелька плакала. Ящеры утащили её подругу, с которой они вместе собирали цветы.

— Я убью их, — сказала она. — Всех.

— Убьёшь, — пообещал Волна. — Но сначала — будем осторожны.

---

Глава 201. Охота на ящеров

Семнадцать лет и три месяца.

Волна организовал охоту. Сто лучших стрелков ушли в джунгли выслеживать ящеров.

Бриз и Капелька пошли с ними.

— Не отставай, — сказал Бриз. — И стреляй только если уверена.

— Я умею стрелять, — ответила Капелька. — Я лучшая в своём квартале.

Они шли три дня. На четвёртый нашли логово — пещеру у реки, полную костей.

— Они там, — сказал Волна. — Окружаем.

Гремлины окружили пещеру. Волна дал сигнал.

— Огонь!

Залп из сотни ружей. Ящеры выскочили, но их встретили пулями. Бой длился десять минут. Когда всё кончилось, восемь ящеров лежали мёртвыми.

Капелька подошла к самому большому и пнула его ногой.

— За Риску, — сказала она. — За мою подругу.

Волна положил руку ей на плечо.

— Мы отомстили. Пошли домой.

---

Глава 202. Открытие — каучук

Семнадцать лет и пять месяцев.

Через месяц после охоты Капелька нашла странные деревья. Если надрезать кору, из неё текла белая жидкость, густая и липкая.

— Волна! — позвала она. — Иди сюда!

Волна подошёл, посмотрел.

— Что это?

— Не знаю. Но если застывает — становится упругой.

Она показала кусочек застывшей смолы. Он пружинил в руках.

— Надо отправить Формуле, — решил Волна. — Пусть учёные разбираются.

Они собрали образцы, упаковали и отправили с курьерским самолётом (один из самолётов на поплавках слетал на остров и обратно).

Через месяц пришёл ответ.

«НАТУРАЛЬНЫЙ КАУЧУК. ДОБЫВАТЬ В ПРОМЫШЛЕННЫХ МАСШТАБАХ. СРОЧНО. ФОРМУЛА».

Волна улыбнулся.

— Ещё одно богатство, — сказал он.

---

Глава 203. Каучуковая лихорадка

Семнадцать лет и шесть месяцев.

Началась каучуковая лихорадка. Гремлины собирали сок, сушили его, складывали в бочки. Самолёты курсировали между континентом и столицей, вывозя драгоценный груз.

Капелька стала главной по каучуку. Она знала, где растут лучшие деревья, как правильно собирать сок, как сушить, чтобы не испортился.

— Ты теперь богата, — шутил Бриз.

— Мы все богаты, — отвечала она. — Это наше общее.

---

Глава 204. Местные жители — лемуры

Семнадцать лет и девять месяцев.

В джунглях они встретили местных жителей. Маленькие, пушистые, с большими глазами и длинными хвостами. Они напоминали лемуров, но были разумны.

— Кто вы? — спросил Волна через переводчика.

— Мы лулу, — ответил вождь. — Мы живём здесь всегда.

— Мы не хотим войны. Мы хотим мира и торговли.

Лулу смотрели настороженно.

— Вы пришли с большими лодками, — сказал вождь. — Вы стреляете из громких палок. Мы боимся.

— Мы стреляли в ящеров, которые ели наших. Вас мы не тронем.

Вождь задумался. Потом кивнул.

— Хорошо. Мы попробуем.

Так гремлины нашли ещё один народ.

---

Глава 205. От лица Пушинки — знакомство с лулу

От лица Пушинки.

Я родилась в седьмую волну и была самой маленькой в экспедиции. Меня взяли переводчиком — я быстро учила языки.

Когда мы встретили лулу, я пошла с Волной на переговоры.

Они были такими милыми! Пушистые, с большими глазами, с длинными хвостами. Я сразу захотела подружиться.

— Привет, — сказала я на их языке (я выучила несколько слов за неделю). — Мы друзья.

Лулу смотрели на меня с любопытством. Потом один, самый маленький, подошёл и потрогал мой хвост (у меня тоже был хвост, как у всех гремлинов).

— Твой хвост похож на наш, — сказал он.

— Правда? — удивилась я.

— Да. Только короче.

Я засмеялась. Лулу засмеялись тоже.

Так началась наша дружба.

---

Глава 206. Торговля с лулу

Лулу оказались умными и дружелюбными. Они знали джунгли лучше всех, показывали, где растут съедобные растения, где водятся опасные звери, где есть пресная вода.

Гремлины давали им ножи, ткани, зеркала. Лулу давали фрукты, каучук, красивые перья.

— Хорошая торговля, — говорил вождь. — Мы богатеем.

— Мы тоже, — отвечал Волна.

---

Глава 207. Река вглубь континента

Восемнадцать лет.

Волна решил идти вглубь континента. По реке, которую они нашли ещё в первый месяц.

— Там могут быть новые ресурсы, новые народы, новые открытия, — сказал он.

Они построили лодки и поплыли вверх по течению.

Путь был трудным. Река петляла, пороги сменялись заводями, берега то сжимались скалами, то расширялись до озёр.

Бриз вёл записи.

«День сто двадцатый, — писал он. — Мы поднялись на пятьсот километров вглубь континента. Джунгли становятся реже, появляются саванны. Мы видели стада каких-то животных — похожих на антилоп, но с длинными шеями».

Капелька собирала новые растения. Пушинка учила язык лулу дальше. Волна прокладывал курс.

---

Глава 208. Плато в облаках

Восемнадцать лет и три месяца.

Через три месяца плавания они увидели горы. Не такие, как на севере — зелёные, покрытые лесом, с плоскими вершинами.

— Плато, — сказал Волна. — Там, наверху, может быть что-то интересное.

Они оставили лодки и пошли в горы.

Подъём был трудным, но они справились. На четвёртый день вышли на плато.

И замерли.

Там был город.

Не лулу, не гремлинский — другой. Древний, каменный, заросший джунглями.

— Ещё одна цивилизация, — сказал Волна. — Погибшая.

---

Глава 209. Город в облаках

Они вошли в город. Улицы, площади, храмы. Всё из камня, с колоннами и статуями.

Статуи изображали существ, похожих на лулу, но выше, стройнее, с длинными руками.

— Их предки, — догадалась Пушинка. — Лулу говорили, что когда-то они были великими.

— Что случилось?

— Не знаю. Может, война. Может, болезнь. Может, ушли.

Они нашли записи на стенах. Пушинка срисовывала.

— Надо Формуле показать, — сказала она.

---

Глава 210. Артефакты

В храме они нашли странные артефакты. Кристаллы, которые светились в темноте. Механизмы, которые работали без видимого источника энергии. Карты звёздного неба, где были отмечены другие миры.

— Они знали о космосе, — сказал Волна. — Они летали к звёздам.

— И погибли, — добавила Капелька. — Почему?

— Может, мы никогда не узнаем.

Они собрали самые ценные артефакты, чтобы отправить в столицу.

---

Глава 211. Обратный путь

Восемнадцать лет и шесть месяцев.

Экспедиция возвращалась. Лодки плыли по течению быстро, и через месяц они были на побережье.

Там их ждали корабли, гружённые каучуком, образцами, артефактами.

— Домой, — сказал Волна. — Мы сделали всё, что могли.

Капелька стояла на палубе и смотрела на удаляющийся берег.

— Вернёмся? — спросил Бриз, подходя.

— Обязательно, — ответила она. — Там ещё столько неизведанного.

Бриз обнял её.

— Вернёмся вместе.

---

Глава 212. Встреча в столице

Восемнадцать лет и девять месяцев.

Их встречали как героев. Роман стоял на причале, улыбался.

— Волна, — сказал он. — Ты снова привёз сокровища.

— Каучук, Первый. Много каучука. И ещё — древний город. И новый народ — лулу.

Роман кивнул.

— Формула уже ждёт образцы. А лулу... надо будет наладить дипломатию.

Капелька и Бриз вышли из толпы.

— Первый, — сказала Капелька. — Мы хотим пожениться.

Роман улыбнулся.

— Ещё одна свадьба. Поздравляю.

---

Глава 213. Праздник

Вечером устроили большой праздник. В честь восточной экспедиции, в честь открытий, в честь новой свадьбы.

Бриз и Капелька сидели у костра, пили кокосовое молоко, смотрели на звёзды.

— Хорошо дома, — сказала Капелька.

— Хорошо, — согласился Бриз. — Но в океане тоже хорошо.

— Вернёмся?

— Обязательно.

Пушинка сидела рядом с маленьким лулу, которого привезла с собой. Лулу звали Шустрик (в честь первого Шустрика, ящерки Романа).

— Ты останешься? — спросила Пушинка.

— Останусь, — пискнул Шустрик. — Здесь интересно.

---

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 21)

Комната богов. Горка, Морка и Аулэ смотрят на экран, где празднуют гремлины.

МОРКА: (умилённо) Опять свадьба! Бриз и Капелька!

ГОРКА: (кивая) Хорошая пара.

АУЛЭ: (задумчиво) Каучук, древний город, лулу... Богатая экспедиция.

МОРКА: (всхлипывает) А Пушинка и Шустрик... Они такие милые!

ГОРКА: (усмехаясь) Лулу в столице. Теперь у них будет зоопарк.

АУЛЭ: (пожимая плечами) Не зоопарк, а посольство. Новый народ — новые друзья.

МОРКА: (встревая) А ящеры? Их убили?

ГОРКА: (кивая) Убили. За подругу отомстили.

АУЛЭ: (поднимает кружку) За Капельку. Которая отомстила.

ГОРКА: (поднимает) За Бриза. Который выжил в шторме.

МОРКА: (поднимает) За Пушинку и Шустрика! Чтоб они дружили!

Они пьют. На экране Пушинка и Шустрик сидят обнявшись.

МОРКА: (счастливо) Дружба между расами — это хорошо.

ГОРКА: (улыбаясь) Хорошо.

Экран гаснет.

---

Глава 22

КНИГА «МЫ ЕСТЬ ЛЕГИОН»

ЧАСТЬ 22 — ЦЕНТРАЛЬНАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ

Годы 18–19 — сердце планеты и древние тайны

---

ЧАСТЬ 22. ЦЕНТРАЛЬНАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ

Годы 18–19 — сердце планеты и древние тайны

---

Глава 214. Решение

Восемнадцать лет и шесть месяцев.

Роман стоял перед картой и смотрел на центр континента. Белое пятно. Самое большое, самое загадочное.

Три экспедиции вернулись с богатствами. Юг дал нефть. Север — металлы. Восток — каучук и новых друзей.

Центр молчал.

— Пора, — сказал Роман Шурупу. — Собирай Совет.

Через час все были в сборе. Шуруп, Зубило, Искра, Формула, Стрела, Волна, Луч, а также командиры вернувшихся экспедиций — Ветер, Мороз, Волна.

— Мы исследовали всё, — начал Роман. — Юг, север, восток, запад. Но центр остаётся белым пятном. Там могут быть новые ресурсы, новые народы, новые тайны.

— Что ты предлагаешь, Первый? — спросил Шуруп.

— Центральную экспедицию. Самую большую, самую оснащённую. Пойду я сам.

Гремлины зашумели.

— Первый, это опасно! — воскликнул Шуруп. — Ты не можешь рисковать собой!

— Могу, — твёрдо сказал Роман. — Я уже старый. Если не сейчас, то когда? Я хочу увидеть сердце нашей планеты своими глазами.

Совет затих. Никто не смел спорить с Первым.

— Кого берёшь? — спросил Стрела.

— Лучших. Ветра, Мороза, Волну — они уже доказали своё мастерство. Формулу — как учёного. И тысячу добровольцев.

— Когда выступаем?

— Через месяц. Готовьте всё.

---

Глава 215. Подготовка

Месяц подготовки был сумасшедшим.

Зубило готовил вездеходы — самые новые, самые надёжные. Стрела чертил маршруты, рассчитывал расстояния. Искра проверяла генераторы и рации. Формула упаковывала лабораторию.

Ветер, Мороз и Волна собирали свои отряды. Лучшие из лучших — те, кто выжил в пустыне, во льдах, в океане.

— Ты идёшь? — спросил Ветер у Песчинки.

— Иду, — ответила та. — Я без тебя никуда.

— А ты? — спросил Мороз у Льдинки.

— Конечно, — улыбнулась она. — Крепыш тоже.

— Бриз? — спросил Волна.

— Я с тобой, командор, — ответил Бриз. — Капелька тоже хочет.

— Пушинка?

— А как же! — пискнула Пушинка. — И Шустрика возьму.

Так собиралась команда.

---

Глава 216. От лица Романа — перед дорогой

От лица Романа.

Я стоял на крыше и смотрел на город. Мой город. Моя цивилизация. Мои дети.

Восемнадцать лет прошло с тех пор, как я упал на эту планету. Восемнадцать лет я строил, учил, создавал.

А теперь я ухожу в неизвестность. Сам. В последний раз.

— О чём думаешь, Первый? — Шуруп подошёл незаметно.

— О жизни, — ответил я. — О том, сколько мы прошли.

— Ты волнуешься?

— Волнуюсь. Всегда волнуюсь, когда ухожу в неизвестность.

— Но ты идёшь.

— Потому что надо. Центр планеты — это последняя тайна. Я должен увидеть её сам.

Шуруп молчал.

— Ты справишься без меня? — спросил я.

— Справлюсь, — твёрдо сказал он. — Ты научил.

Я улыбнулся.

— Знаю. Потому и иду спокойно.

---

Глава 217. Проводы центральной экспедиции

Восемнадцать лет и семь месяцев.

Утро было ясным. Два солнца поднимались над городом, обещая хорошую погоду.

На центральной площади собрались тысячи гремлинов. Сто вездеходов, тысяча человек, самолёты разведки.

Роман стоял на трибуне. Рядом — Шуруп, Зубило, Искра, Стрела, Луч.

— Друзья, — начал Роман. — Я ухожу в центр планеты. Туда, где никто не был. Туда, где могут быть тайны, опасности, открытия.

Он обвёл взглядом строй.

— Но я вернусь. Я всегда возвращалось. И когда я вернусь, у нас не останется белых пятен. Вся планета будет нашей.

— Легион! — закричали гремлины.

— Легион! — ответил Роман.

Вездеходы заурчали и тронулись. Тысяча гремлинов уходила в центр континента.

Шуруп смотрел вслед.

— Возвращайся, Первый, — шепнул он.

---

Глава 218. Путь через равнины

Первые недели пути были скучными. Равнины, поросшие травой, сменялись холмами, холмы — редколесьем.

Песчинка вела дневник.

«День пятнадцатый, — писала она. — Ничего интересного. Трава, холмы, небо. Ветер дует, вездеходы едут. Песчинки нет, только зелень. Скучаю по пустыне».

— Скучаешь? — спросил Ветер.

— Немного. А ты?

— Я везде скучаю, где нет неба над головой. А здесь небо есть.

— Здесь всё есть, кроме песка.

Они смеялись.

---

Глава 219. Лес-гигант

Восемнадцать лет и девять месяцев.

На тридцатый день они вошли в лес. Не такой, как на западе или востоке — другой. Деревья здесь были огромными, выше любых, что они видели.

— Великаны, — сказал Крепыш, задрав голову. — Настоящие великаны.

Деревья уходили в небо на сотни метров. Стволы были толщиной с дом, корни — как скалы.

— Здесь можно заблудиться, — заметил Мороз.

— Не заблудимся, — ответил Роман. — У нас есть компасы, карты и самолёты.

Они ехали через лес неделю. Вездеходы пробирались между корней, объезжали гигантские стволы, форсировали ручьи.

Пушинка и Шустрик собирали образцы.

— Смотри, — говорила Пушинка. — Этот мох светится в темноте. А этот гриб размером с меня.

— А это что? — пищал Шустрик, показывая на странное насекомое.

— Не знаю. Поймай, изучим.

---

Глава 220. От лица Крепыша — охота на лесного зверя

От лица Крепыша.

Я люблю охоту. На севере я охотился на ледобрюхов. Здесь звери были другие.

На пятый день в лесу мы наткнулись на следы. Огромные, глубокие, с когтями.

— Медведь? — спросил я.

— Не знаю, — ответил Мороз. — Но зверь большой.

Мы пошли по следам. Через час увидели его.

Это было чудовище. Размером с вездеход, покрытое шерстью, с клыками длиной в руку. Оно спало под деревом.

— Что делать? — спросил я.

— Не будить, — ответил Мороз. — Обойдём.

Мы обошли. Но зверь проснулся.

Он заревел и бросился на нас.

— Стреляй! — крикнул Мороз.

Я выстрелил. Пули отскакивали от шкуры.

— В глаза! — крикнул кто-то.

Я прицелился и попал в глаз. Зверь заревел, зашатался и упал.

— Уф, — выдохнул я. — Чуть не съел.

Мясо этого зверя мы ели неделю. А шкуру я отдам Льдинке — на шубу.

---

Глава 221. Река-гигант

Восемнадцать лет и одиннадцать месяцев.

Лес кончился, и они вышли к реке. Не такой, как на востоке — огромной, шириной в километр, с быстрым течением.

— Как переправляться? — спросил Ветер.

— На пароме, — ответил Роман. — Построим.

Гремлины строили паром три дня. Связали брёвна, поставили двигатели, сделали настил.

На четвёртый день переправились.

— Красиво здесь, — сказала Льдинка, глядя на воду. — Как океан, только пресный.

— Река, — поправил Крепыш. — Просто очень большая.

— Для меня — океан.

Она улыбнулась.

---

Глава 222. Плато

Девятнадцать лет.

За рекой начались горы. Не такие, как на севере — тёплые, зелёные, с водопадами и озёрами.

Они поднимались три дня. На четвёртый вышли на плато.

И замерли.

Перед ними был город. Не руины, как на востоке — живой город. С башнями, домами, улицами. И в нём кто-то жил.

— Люди, — сказал Роман. — Здесь живут люди.

— Не люди, — поправила Формула. — Не гремлины. Другие.

Из города вышли существа. Высокие, стройные, с серебристой кожей и большими глазами. Они смотрели на гремлинов без страха, с любопытством.

— Кто вы? — спросил Роман на всеобщем.

Они не поняли. Заговорили на своём языке — мелодичном, певучем.

Пушинка вышла вперёд.

— Я попробую, — сказала она.

Она заговорила на языке лулу. Существа оживились, закивали.

— Они понимают, — удивилась Пушинка. — Их язык похож.

— Что они говорят?

— Они... они зовут нас в гости. Они давно ждали.

— Кого?

— Нас. Гремлинов.

Роман нахмурился.

— Как они могли ждать? Они же нас не знали.

Пушинка поговорила ещё.

— Они говорят, что пророчество. Что придут маленькие ушастые с востока и принесут новый свет.

Роман усмехнулся.

— Пророчество? Ну надо же.

---

Глава 223. Сильверы — народ плато

Они вошли в город. Сильверы — так они себя называли — были гостеприимны. Показали дома, башни, сады.

— Мы живём здесь тысячу лет, — говорил вождь через Пушинку. — Мы ушли сюда, когда мир погибал.

— Когда мир погибал? — переспросила Формула.

— Давно. Была большая война. Люди убивали друг друга, отравляли землю, воздух, воду. Мы ушли в горы и выжили.

Роман вспомнил руины на востоке. Древнюю цивилизацию, которая погибла.

— Вы знали тех, кто жил в джунглях? — спросил он.

— Знали, — грустно сказал вождь. — Это были наши братья. Они не захотели уходить. Они погибли.

Формула записывала всё в блокнот.

— Мы должны узнать их историю, — шепнула она Роману. — Чтобы не повторить.

---

Глава 224. От лица Пушинки — дипломатия

От лица Пушинки.

Я была переводчиком. Самый ответственный момент в моей жизни.

Сильверы говорили на языке, похожем на лулу, но сложнее. Я училась быстро — запоминала слова, угадывала значения, просила повторить.

Вождь, его звали Сайрес, был мудрым и добрым.

— Ты маленькая, — сказал он мне. — Но умная.

— Спасибо, — ответила я. — Вы тоже умные.

— Мы старые, — улыбнулся он. — Очень старые. Мы видели, как приходят и уходят цивилизации. Вы — новые. Вы — надежда.

— Надежда?

— Да. Вы не повторяете наших ошибок. Первый — он мудр.

Я покраснела. Меня хвалили перед Первым!

— Мы хотим мира, — сказала я. — Торговли, дружбы, знаний.

— Мы тоже, — ответил Сайрес. — Добро пожаловать в наш дом.

---

Глава 225. Древние знания

Сильверы показали им свои сокровища. Библиотеки, лаборатории, обсерватории. Они сохранили знания древней цивилизации.

Формула чуть не сошла с ума от счастья.

— Это же... это же... — бормотала она. — Тысячи лет знаний! Медицина, физика, астрономия!

— Берите, — сказал Сайрес. — Учитесь. Мы стары, нам уже не нужно. Вам пригодится.

Формула упаковывала книги, свитки, таблички. Она плакала от счастья.

— Спокойно, — сказал Роман. — Успеем.

— Не успеем! — всхлипывала Формула. — Это же столько всего!

---

Глава 226. Технологии сильверов

Сильверы показали им свои технологии. Летательные аппараты, работающие без топлива. Лекарства, исцеляющие любые болезни. Машины, превращающие камень в еду.

— Как это работает? — спросил Роман.

— Не знаем, — честно ответил Сайрес. — Мы умеем пользоваться, но не понимаем. Древние умели, мы забыли.

— Научимся, — сказал Роман. — У нас есть учёные.

Он посмотрел на Формулу. Та уже чертила схемы, записывала формулы, щупала механизмы.

— Успеем, — улыбнулся Роман. — Теперь успеем.

---

Глава 227. Заговор сильверов — тёмная тайна

Но не всё было так радужно.

Ночью Пушинка подслушала разговор. Сайрес говорил с другими старейшинами.

— Они слабы, — говорил один. — Мы можем захватить их.

— Не надо, — отвечал Сайрес. — Они не враги.

— Но они могут стать врагами. Лучше ударить первыми.

Пушинка замерла.

Она побежала к Роману.

— Первый! — зашептала она. — Они... они хотят напасть!

Роман нахмурился.

— Точно?

— Я слышала!

Роман задумался. Потом улыбнулся.

— Не волнуйся, — сказал он. — Я знаю, что делать.

---

Глава 228. Дипломатия Романа

Утром Роман попросил встречи с советом старейшин.

— Я знаю, что вы обсуждали ночью, — сказал он прямо.

Сильверы замерли.

— Мы не хотим войны, — продолжал Роман. — Мы хотим мира. Но если вы нападёте — мы ответим. У нас есть оружие, которого вы не знаете. У нас есть миллионы солдат за горами. Вы проиграете.

Сайрес молчал.

— Но мы не хотим воевать, — смягчил голос Роман. — Мы хотим дружить. Делиться знаниями. Учиться друг у друга. Вместе мы сильнее, чем поодиночке.

Сильверы переглянулись.

— Ты мудр, Первый, — сказал Сайрес. — Прости наших воинов. Они боятся.

— Бояться — нормально. Главное — не дать страху победить разум.

Они ударили по рукам.

— Мир, — сказал Роман.

— Мир, — ответили сильверы.

---

Глава 229. От лица Крепыша — подозрения

От лица Крепыша.

Я не доверял сильверам с самого начала. Слишком красивые, слишком умные, слишком гладкие.

— Льдинка, — сказал я жене. — Мне здесь не нравится.

— Почему?

— Не знаю. Чую опасность.

— Ты всегда чуешь, — улыбнулась она. — На севере тоже чуял.

— И не зря. Помнишь ледобрюха?

— Помню.

Я ходил по городу, смотрел по сторонам. Замечал косые взгляды, шепотки за спиной, быстрые жесты.

— Странно, — бормотал я.

Когда Пушинка рассказала о заговоре, я не удивился.

— Надо уходить, — сказал я Роману. — Пока не поздно.

— Не надо, — ответил он. — Я договорился.

— Ты им веришь?

— Нет. Но они знают, что если нападут — погибнут.

Я кивнул. Первый знал, что делал.

---

Глава 230. Прощание с сильверами

Девятнадцать лет и три месяца.

Они прожили у сильверов два месяца. Учились, обменивались знаниями, дружили.

Когда пришло время уходить, Сайрес вышел провожать.

— Ты мудр, Первый, — сказал он. — Ты спас мой народ от глупости.

— Твой народ сам спасся, — ответил Роман. — Вы сделали правильный выбор.

— Мы будем ждать вас. Приезжайте ещё.

— Приедем.

Вездеходы тронулись в обратный путь.

Пушинка махала рукой. Шустрик пищал.

— Хорошие они, — сказала Пушинка. — Хотя чуть не напали.

— Хорошие, — согласился Роман. — Просто напуганные.

---

Глава 231. Обратный путь

Обратный путь был легче. Они знали дорогу, знали опасности, знали, где останавливаться.

Через месяц вышли к реке, через два — к лесу, через три — к равнинам.

— Дом, — сказал Ветер. — Скоро дом.

Песчинка вела дневник.

«День двести десятый, — писала она. — Мы возвращаемся. Я увидела центр планеты. Леса-великаны, реки-гиганты, город сильверов. Я стала настоящим исследователем. И я люблю Ветра. Скоро будет наша свадьба».

— Пишешь? — спросил Ветер, заглядывая через плечо.

— Пишу, — улыбнулась Песчинка. — Чтобы помнить.

— О чём?

— Обо всём.

---

Глава 232. Встреча в столице

Девятнадцать лет и шесть месяцев.

Их встречали как героев. Тысячи гремлинов выстроились вдоль дороги, махали, кричали, бросали цветы.

Шуруп стоял на трибуне рядом с Романом.

— Вернулся, Первый, — улыбнулся он.

— Вернулся, — кивнул Роман. — И привёз подарки.

Формула выгружала книги, свитки, таблички. Глаза её горели.

— Знания, — бормотала она. — Тысячи лет знаний.

Зубило рассматривал образцы технологий.

— Это ж сколько всего сделать можно! — восклицал он.

Искра крутила в руках кристаллы, работающие без батареек.

— Энергия, — шептала она. — Новая энергия.

Вечером устроили большой праздник. В честь возвращения, в честь открытий, в честь новых друзей.

---

Глава 233. Праздник

Костер горел до неба. Гремлины пели, плясали, ели, пили.

Ветер и Песчинка сидели рядом.

— Когда свадьба? — спросил Роман, подходя.

— Завтра, — ответила Песчинка. — Если ты согласен быть посажёным отцом.

— Согласен, — улыбнулся Роман.

Мороз и Льдинка танцевали. Крепыш обнимал их обоих.

— Мы тоже хотим свадьбу, — сказал Бриз Капельке.

— У нас уже была, — напомнила она.

— Ещё одну?

— Давай.

Пушинка и Шустрик сидели в сторонке, смотрели на звёзды.

— Хорошо здесь, — сказала Пушинка.

— Хорошо, — согласился Шустрик. — Лучше, чем в джунглях.

— А ты скучаешь?

— Немного. Но здесь веселее.

---

СЦЕНА С БОГАМИ (после Части 22)

Комната богов. Горка, Морка и Аулэ смотрят на экран, где празднуют гремлины.

МОРКА: (умилённо) Все вернулись! Все живы!

ГОРКА: (кивая) Центральная экспедиция удалась.

АУЛЭ: (задумчиво) Сильверы... древняя цивилизация. Они сохранили знания.

МОРКА: (встревая) А заговор? Чуть не напали!

ГОРКА: (усмехаясь) Инженер разрулил. Дипломатия.

АУЛЭ: (одобрительно) Мудро.

МОРКА: (считает на пальцах) Юг, север, восток, центр... Вся планета теперь их?

ГОРКА: (кивая) Вся. Белых пятен нет.

АУЛЭ: (поднимает кружку) За Первого. Который всё это организовал.

ГОРКА: (поднимает) За Ветра и Песчинку. Свадьба завтра.

МОРКА: (поднимает) За Пушинку и Шустрика! И за всех!

Они пьют. На экране Роман смотрит на звёзды.

МОРКА: (тихо) А он о чём думает?

ГОРКА: (пожимая плечами) О будущем. О космосе. О том, что дальше.

АУЛЭ: (улыбаясь) Он всегда думает о будущем.

Экран гаснет.

---