Муж для ведьмы

Глава 1

Цокающий звук каблучков сзади.

- Инночка Владимировна!

Секретарша настигла ее в коридоре, пришлось обернуться.

- Вам тут заказное! - сунула ей в руки письмо и побежала дальше.

Конверт оказался большой, со штемпелями. В последний раз ей такие приходили из банка по кредитам. Инна невольно нахмурилась, ощутив непонятную тревогу. Открыла она его уже на рабочем месте и несколько минут вглядывалась в документы.

Наследство.

Дом, сорок восемь соток земли. В равных долях ей и сестре. Инна провела пальцами по глазам, потерла переносицу и снова стала вчитываться. Бабушку Анфису она почти не помнила, может, видела несколько раз в детстве. И вот теперь она оставила ей полдома.

Первой реакцией было убрать эти бумаги подальше. Инна давно уже перебралась в столицу из родного захолустья, с родителями общалась два раза в год, и то по телефону. С сестрой у них вообще разошлись пути. А это неожиданное наследство вдруг потянуло ее назад, в прошлое.

Инна сложила все обратно в конверт и отодвинула в сторону. Посидела некоторое время, опираясь на скрещенные ладони. А потом пошла брать три дня за свой счет.

И в тот же день выехала.

***

На месте она оказалась не первой. Там уже была ее сестра Зинаида, с мужем, разумеется, и нотариус. Убедившись, что все наследники в сборе, тот быстренько вручил им ключи, прыгнул в машину и уехал по каким-то своим делам.

А Инна внезапно осталась один на один со всем тем, с чем точно не хотела встречаться.

Она вообще не планировала задерживаться, видеться с сестрой тоже. Собиралась просто посмотреть на дом, стоит ли игра свеч. А то, может, и отказаться в пользу Зины. Младшая сестра же вечно чувствовала себя обделенной, потому что ей в детстве приходилось донашивать вещи Инны и ей покупали «не такие» фломастеры.

А потом и вовсе рассорилась с Инной из-за парня, которого Зина почему-то упорно ревновала к ней. Теперь они с этим Владиком были женаты. И находиться в их обществе и терпеть косые взгляды сестры было занятием не из приятных.

Однако делать нечего, она уже здесь.

Дом бабкин, кстати, оказался впечатляющим, Инна не ожидала. Большой, в хорошем состоянии, не развалюха какая-то. Она решила осмотреть участок. Мысль отказаться от наследства все еще бродила в голове - не нравилось Инне, как сестра смотрела на нее и как они с мужем о чем-то шептались.

Участок был большой, ухоженный, тоже неожиданно.

- Мы хотим зайти посмотреть дом изнутри, - окликнула ее Зина. - Ты войдешь или будешь здесь?

Инна кивнула и подошла к крыльцу.

- Странно, почему мама с папой не указаны как наследники первой очереди? - проговорила, глядя в сторону, пока Зинин муж возился с ключами, пытаясь отпереть дверь.

Странным тут было многое, и в первую очередь то, с какой поспешностью нотариус отсюда уехал. Да и сама атмосфера. Дом был крепким на вид, но казался каким-то давящим.

- А ты не знала?

Голос сестры прошелся по нервам наждачкой. В нем читалась визгливая радость и непонятное предвкушение. Инна передернула плечами и посмотрела на нее.

- Не знала о чем?

- Ну да, - Зина задрала подбородок, отвела взгляд. - Откуда тебе знать, ты же с нами не общаешься.

- Извини, у меня много работы, плотный график, - ответила она, пресекая тему.

Меньше всего Инне хотелось, чтобы ее снова втягивали в эти вечные разборки.

- Конечно, такой плотный, что некогда даже найти себе мужа, - процедила сестра.

Если Зина пыталась этим Инну поддеть, то старалась зря. Инна и так была неплохо в жизни устроена, и завидовать ей, а уж тем более класть глаз на ее Владика, она точно не собиралась. Они замолчали обе, и вопрос Инны так и остался без ответа.

А Владик почему-то ужасно долго копался с замком, все не мог открыть. Это даже стало раздражать. Наконец замок щелкнул. Дверь медленно, с каким-то стоном открылась. Как будто дом выдохнул.

Они все замерли на крыльце, не решаясь войти внутрь. Настолько впечатление оказалось неожиданным и давящим. И вдруг сестра странно оживилась, губы растянулись в хищной улыбке. Обернулась к Инне, показывая на темный дверной проем, и сказала:

- Прошу! Ты у нас старшая, тебе и заходить первой.

Что-то такое в этом было, за что цеплялась интуиция. Какой-то подвох. Но Инна торопилась с этим поскорее покончить, ей еще предстояло ехать в обратную дорогу. Она просто пожала плечами и переступила через порог.

В тот же миг за спиной захлопнулась входная дверь, а Инну смело к стене. Колоссальный поток силы ударил ей в грудь и буквально вытолкнул из реальности куда-то в темноту.

Глава 2

Как в омут!

И вдруг в этой темноте у нее словно глаза открылись, а перед внутренним взором стали вспыхивать удивительно яркие картины. Она разом увидела все вокруг. И на земле, и под землей. Так необычайно четко, каждую травинку!

Сестру Зинаиду с ее Владиком увидела на крыльце. Оба в одинаковых позах приникли к закрытой двери бабкиного дома, прислушиваясь к тому, что происходит внутри.

- Как думаешь, можно заходить? Дом уже чистый?

Шепот отдался в ушах громом.

А потом это разом оборвалось, как будто кто-то телевизор выключил. Картины моментально вытянулись в узкую ниточку и исчезли.

Все. Черный экран. Сознание уплыло.

***

Приходила она в себя медленно.

В голове вяло перетекало желе, как после хорошего корпоратива. А центр тяжести все время норовил куда-то сместиться. Но ведь никакого корпоратива не было, это Инна знала точно. Какой корпоратив, если у них полколлектива на удаленке?

И вообще, последнее, что она помнила, это как приехала смотреть бабкино наследство. Но тогда - почему? И где она успела так основательно приложиться головой?

Инна зажмурилась покрепче и осторожно пошарила рукой. Она была в одежде. Уже хорошо. А вот положение тела определялось как «лежа».

На полу. Кругом солома.

Что?!

Она немедленно подскочила и разлепила глаза. Желе в голове возмутилось и ответило болью в висках, но резкость навести все-таки удалось. Сумка валялась рядом. Инна немедленно схватила ее, проверила содержимое, вроде ничего не пропало. Выдохнула от облегчения и закатила глаза.

Теперь можно было и осмотреться, где она.

Хлипкий сарай, дверь вся в щелях, маленькое подслеповатое оконце. Пахнет гнилой соломой и навозом. Ничего похожего на этот сарай она на участке дома не видела. Выходит, ее отнесли куда-то, пока она была в отключке? И тут ей в голову пришла дикая мысль.

Похитили.

Всю расслабленность как рукой сняло.

Если похитили, вариант тут мог быть только один - будут требовать выкуп. И значит, где-то здесь должен находиться бородатый охранник. Почему бородатый, Инна не стала додумывать. Просто бородатый и все.

Стало жутко.

Казалось, сейчас явятся по ее душу. Она застыла, прислушиваясь. А мир вокруг, словно ждал этого, стал обступать ее. Со всех сторон теперь слышались какие-то странные звуки и шорохи, в отдалении голоса...

В соломе, почти прямо под ней, что-то завозилось. Мышь! Она с ужасом шарахнулась в сторону, прижимая сумку к груди. И вдруг осознала, что похитители эти, видимо, не все продумали. У нее же в сумке остался телефон!

Ухххх! Это был прорыв!

Трясущимися руками Инна вытащила гаджет из сумки. Включила и...

Здесь не было связи, не работало ничего.

Вот это был облом. Ясно теперь, почему никто не потрудился забрать у нее телефон. Она выругалась с досады и сунула гаджет обратно в сумку. Села, подперев голову, и задумалась.

Что теперь делать?

Уж точно не сидеть вот так. Вот-вот по ее душу явятся. Пока у нее есть время, надо хотя бы осмотреться. Понять, где она находится, вряд ли ее оттащили далеко. Может, даже удастся сбежать??? Сердце заколотилось как бешеное, ладони от волнения взмокли. Ей бы только добраться до машины, ключи-то остались при ней. Уж она бы тогда... Шпарила без остановки до самой Москвы!

От всех этих мыслей Инна приободрилась. Встала с этой прелой соломы, от которой уже откровенно пованивало, и тихонько, мелкими шажками, стала красться к окну.

И вдруг прямо на ее глазах чуть не половина передней стенки сарая обвалилась. Ее как будто сплющило огромным прессом! Инна застыла столбиком, забыв дышать. Потому что это была гигантская лапа!

И эта самая лапа, смачно наступив на обломки, двинулась дальше. А в образовавшемся проеме мелькнул огромный чешуйчатый хвост с шипастой шишкой на конце. Чиркнул, напоследок зацепив остатки стены, и пропал из вида.

Доли секунды Инна стояла в прострации, вытаращив глаза, потом метнулась выглянуть наружу. Перед ней была улица, похожая на средневековую. Брусчатка, каменные и деревянные строения. Мелькнула мгновенная мысль - это что же, место такое, где собираются косплееры, фанаты «Ведьмака»? И так же мгновенно исчезла.

Потому что по этой самой улице, громко топая, удалялся здоровенный крылатый ящер. А на спине ящера, важно подбоченясь, сидел крепкий мужчина в серой одежде и оглядывался по сторонам. Это было так дико, что она даже не испугалась. Успела только разглядеть его гордый профиль и черную бороду и подумала:

«Чеееерт! Как знала, что с бородой тут что-то обязательно будет связано!»

И тут этот обладатель черной бороды стал поворачиваться назад, одновременно подтягивая правой рукой поводья, как будто почувствовал что-то. Она мгновенно спряталась за остатки стены, продолжая следить в щелочку. Мужчина отвернулся, кажется, ее не заметили.

Пронесло.

Не успела она так подумать и выдохнуть с облегчением, как этот... дракон(?) навалил прямо посреди улицы солидную кучу. А потом ящер вместе с всадником наконец скрылись за поворотом.

Инна, наверное, так и осталась бы стоять с открытым ртом, думая, что она спит. Но в ту же минуту из соседних строений стали вываливаться люди в самой настоящей средневековой одежде. И вся эта толпа кинулась быстро-быстро собирать драконьи «сюрпризы» в корзины, весело галдя от радости:

- Удача-то какая!

- Эк нам повезло, что инквизитор нашей улицей проехал!

- Какое топливо! Мммм! На месяц хватит!

- Так зачем инквизитор прилетел, говоришь?

И тут до Инны окончательно дошло, что это не косплей. А она, похоже, попала в другой мир.

***

Когда первоначальный шок прошел и она наконец смогла мыслить адекватно, собственное положение обрисовалось четче.

Плюсов было два.

Она жива и она понимает язык.

И на этом плюсы закончились, потому что в следующий момент она услышала, о чем говорили местные. Паренек помоложе оглянулся по сторонам и выдал шепотом:

- Я сам не видал, но мне сказали.

- Что? - две толстые тетки и мужчина в возрасте тут же придвинулись к нему ближе.

- Так вот, в нашем городе объявилась ведьма большой силы.

- А...!!! - раздался общий вздох, и все дружно стали оглядываться по сторонам.

Честно говоря, Инна пока не поняла, в чем дело, но чисто интуитивно напряглась.

- И... когда? - спросила одна из теток. - Вроде ж всех душегубцы выловили.

- Да тихо ты! - шикнул на нее мужик.

Та испуганно замахала руками и заткнула себе рот, а паренек огляделся и продолжил:

- Объявилась сегодня. Говорят, меньше часа назад. Наш-то мастер всплеск силы почувствовал, да где ж ему, беззубому. Вот потому и вызвали мастера из столицы. А прилетел сам Гийом Саварэ, по прозвищу Черный! На своем драконе. Срочно! Смекаете?

Новый вздох не то восхищения, не то ужаса, и все четверо вздрогнули.

- Видать, так торопился, что прямо на нашей улице сел... - потрясенно выдавил мужик. - А я-то думал, чего это нам так свезло.

- Говорят, у него на ведьм особый нюх. Он их чует.

- Да ты что...

И вот тут Инне поплохело.

Потому что сопоставлять факты она умела. Ведь если подумать, нетрудно догадаться, что бабушка, оставившая ей в наследство полдома, вероятнее всего, была ведьмой. А она, выходит, теперь тоже?

Мысль была шокирующей. Однако ей вспомнился тот колоссальный поток силы, влившийся в нее. И как от этого сразу изменилось восприятие мира. А вот что было потом, когда ее выключило? Как ее сюда забросило??? Одни вопросы...

Но по всему получалось, что она и есть та самая ведьма, которую ищут. А инквизитор со своим драконом почти не промахнулся. Почти.

Только сейчас до нее дошло, как ей на самом деле повезло.

С минуту, наверное, Инна осмысливала, потом решилась прислушаться снова, но все уже успели разойтись. Улица была пуста. Она осторожно высунулась и спряталась обратно.

Что делать?

Сидеть здесь и ждать, пока этот потрошитель на драконе найдет ее, - немыслимо. Идти куда-то? В таком виде - немыслимо. Каждый дурак поймет, что она «не от мира сего» в буквальном смысле. Она прислонилась к стене, зажимая рот, и зажмурилась.

Так. Не паниковать. Это главное.

Ну, инквизитор, да. Но не нашел же он ее? Хотя почти учуял. Она вспомнила, как мужчина обернулся назад, почувствовав ее взгляд, и содрогнулась.

Не нашел, и это главное, сказала она себе. А в голове потихоньку стал вырисовываться план действий. Первое - разжиться одеждой, второе - выбраться отсюда, найти какой-то ночлег и еду. Перекантоваться. У нее было золотое колечко и серьги, на первое время должно хватить. А дальше - искать способ вернуться обратно.

Ей на работу надо выходить, а она тут торчит! У нее же кредит и ипотека. Вспомнилась машина, оставленная неизвестно где, наследство это чертово... Инна чуть не взвыла, стоило об этом подумать, однако тут же взяла себя в руки.

Затаилась и стала ждать темноты. А заодно, пока ждала, высмотрела через щели все окрестности. Задней стеной сарай примыкал к чьему-то двору, а там на веревке сушилась одежда. Мужские портки, рубахи, платки, еще какие-то тряпки и старое линялое женское платье. Да, воровать нехорошо, но Инне сейчас было плевать на все.

Как свечерело, высадила прогнившую доску, стащила с веревки платье, платок и пару тряпок и быстро юркнула обратно. Сердце колотилось как бешеное, еще с минуту она прислушивалась, затаив дыхание, потом стала быстро переодеваться.

Платье оказалось длинным и широким, болталось на ней. Но это ничего, она его убрала назад складками и подвязала платком, вышло довольно-таки сносно. А из тряпок соорудила узел, в который сложила все свое барахло и спрятала. Жальче всего было расставаться с кроссовками. Но их она спрятала тоже. Единственное, с чем Инна не смогла расстаться, - это кружевное нижнее белье. В конце концов, ну кто полезет ей под платье?

Потом распустила волосы, еще раз критически оглядела себя и выскользнула на улицу. Прошла осторожно до поворота, вроде тихо. Кажется, повезло. Дальше уже пошла увереннее.

И вдруг шорох за спиной!

Инна резко обернулась. От стены отделилась высокая черная тень, и низкий мужской голос произнес:

- А ну стой.

Глава 3

Она чуть не присела от неожиданности. Замерла на месте, не в силах шевельнуться. Потому что в темных обводах тени ей почудилась крепкая и плечистая мужская фигура, которую она уже видела днем. Верхом на драконе.

О, какой это был взрыв досады и отчаяния!

Напоролась-таки. А ведь все начиналось так хорошо!

Мужчина стал медленно приближаться, не спеша переставляя ноги. В темноте не было видно его лица, но уверенность и властность из его него так и перли. Незнакомец подошел почти вплотную, сложил руки на груди и уставился на нее. Долгую секунду висело молчание, потом он спросил:

- Что ты здесь делаешь ночью?

- Я? - выдавила Инна, судорожно соображая, что ответить.

А тот склонил голову набок и с ленцой произнес:

- Работаешь?

- Что? - вытаращилась она.

- Скольких уже обслужила?

- Что?! - протянула Инна, до которой стало наконец доходить.

- Лицензия есть?

И тут она прикусила язык и уставилась на него исподлобья. Потому что никакой лицензии у нее в помине не было. У нее вообще документов не было, и вздумай он прикопаться...

А этот гад шовинистический смерил ее взглядом и понимающе хмыкнул:

- Я так и подумал.

Было темно, ей даже не было видно его лица, но она почему-то покраснела, настолько взгляд был откровенным и раздевающим. Да как он смеет?!

Видимо, смеет, мелькнула отрезвляющая мысль. А она не знает местных порядков. Значит, надо держаться нейтральной линии поведения и не сознаваться ни в чем.

- Я честная девушка, - сказала она, вскинув подбородок.

- Угу, - лениво усмехнулся тот.

Кивнул и вдруг перевел взгляд куда-то в сторону, как будто искал кого-то. Глаза блеснули в темноте, а Инна невольно притихла, понимая, что этот тип не просто так торчит тут. А ищет кого-то. И даже не кого-то, а... Снова начала наваливаться паника.

- Куда шла? - вдруг резко спросил тот.

Она аж дернулась. Куда шла? Куда?! Единственная мысль, пришедшая ей в голову, - в аптеку. Но она понятия не имела, есть ли аптеки в этом дремучем средневековье???

- Я-а-а... Я... кхммм... Это здесь, неподалеку.

- В «Кабанью ногу»?

И что отвечать? Это могло быть провокацией, он мог проверять ее. Но говорить что-то надо было.

- Э... - проблеяла она и на всякий случай полуутвердительно кивнула.

Незнакомец на секунду застыл, как будто прислушивался к чему-то, а потом снова перевел взгляд на нее.

- Подозрительного никого не видела?

Так. Значит, она не ошиблась. Этот тип здесь ищет кого-то. Возможно, ее. Мороз подрал по коже, но Инна тут же подобралась. Нельзя показывать страх!

- Нет, - ровно проговорила она, стараясь, чтобы голос не дрожал.

И даже зачем-то выдавила улыбку. Он все равно не увидит, сейчас темно. А потом, как будто черт ее за язык дернул, добавила:

- Кроме вас, никого.

Ох, зря она это сделала!

Потому что мужчина мгновенно притянул ее к себе одной рукой, а другой нагло полез ей под юбку.

- Эй! - пискнула она, силясь вырваться. - Что вы делаете?!

А он склонился к ее шее, потянул носом воздух, принюхиваясь, и проговорил, обдавая жарким дыханием ухо:

- Я ищу ведьму. Она где-то здесь. И если ты что-то знаешь и пытаешься утаить...

У нее глаза вытаращились, а мысли понеслись диким галопом.

Черт! Черт! Черт! Это и есть тот самый инквизитор, и он ее ищет!

Но ведь не нашел.

Вернее, нашел.

Пока она соображала, он все-таки успел забраться ей под юбку. И, похоже, намерения у него были самые недвусмысленные.

Ничего себе! Разве инквизиторам не положено соблюдать целибат?!

- Эй! Что вы себе позволяете? Отпустите меня сейчас же! - опомнилась она, отпихивая от себя его руку.

Как ни странно, не сразу, но он ее из своих стальных объятий выпустил. И вдруг снова склонился к ее шее, втягивая носом воздух. Потом мотнул головой:

- Иди куда шла.

И отвернулся.

Боже... Инна не могла поверить своему счастью. Только развернулась от него и сделала два шага на негнущихся ногах, как ей в спину донеслось:

- Я сам тебя найду.

Вот после этого Инна припустилась чуть ли не бегом! Выскочила за поворот, прижалась спиной к стене, пытаясь успокоить колотящееся сердце. Медленно выдохнула. Раз, другой.

Наконец в глазах перестало рябить, и она смогла оглядеться. В конце узкой улички на стене крепился одинокий фонарь, а под ним виднелась вывеска с какой-то мазней и надписью «Кабанья нога». Инна отдышалась и направилась туда.

***

Входила с опасением. Ведь если тут первый встречный может вот так к одинокой девушке приставать, то в этой «Кабаньей ноге» ее может ждать много приключений. Но в таверне было тихо и на первый взгляд пусто. А хозяин, упитанный лысый дядечка с кустами седых волос на затылке, подсчитывал выручку и записывал в книгу.

Инна замерла на пороге и огляделась. В зале действительно никого не было, только один посетитель спал, прислонившись к стене. И, похоже, был «упит» до полного бесчувствия, потому что только всхрапнул, когда его весьма неделикатно подвинул паренек-уборщик.

Вроде бы опасности никакой. Она прошла к стойке и поздоровалась, вежливость никогда не повредит.

- Здравствуйте.

Хозяин оторвался от своей книги и уставился на нее поверх очков. Оглядел с головы до ног, да так внимательно, что Инна даже занервничала. На всякий случай заправила за ухо прядь волос и выдавила улыбку. Волосы у нее были светлые, с легкой рыжиной, пышные и вьющиеся. И сейчас она точно пожалела, что оставила их распущенными. Но что поделать, если ее заколка для волос в местный колорит никак не вписывалась.

А трактирщик все молчал, и она уже сто раз подумала, что лучше бы повязала голову платком. Наконец он вымолвил:

- Здравствуй.

И замер выжидательно. Инна прокашлялась и только открыла рот, чтобы сказать, что сама она не местная и в городе недавно, как в голове просто взревел сигнальный звонок. Они же ищут ведьму!

Срочно надо было что-то придумать. Но что? Что?!

Она занервничала, взгляд заметался. И в то же мгновение время как будто замедлилось, а зрение вдруг стало необычайно острым. Медленно-медленно скользнула перед ее глазами рука трактирщика по листу его гросбуха, и...

Вот оно! Прежде чем успела сообразить, что делает, Инна ткнула в запись пальцем и выпалила:

- У вас тут ошибка!

- Где?! - трактирщик сразу же переключился с нее на свою книгу, крякнул, почесал за ухом и признал: - Надо же! Я все думал, почему не сходится.

Теперь он уже совсем иначе смотрел на Инну, наверное, потому она и решилась.

- Мне бы ночлег и ужин. Я заплачу.

Сняла с пальца колечко и положила на стойку.

Трактирщик посмотрел на нее, на колечко, вытянул губы трубочкой. Опять повисла пауза. Наконец он отодвинул колечко к ней и проговорил, склонившись ближе и понижая голос:

- Я не буду спрашивать, откуда у тебя это и почему ты босиком. Отработаешь мне, получишь еду и кров. А покажешь себя хорошо, я тебе даже платить буду.

Звучало сказочно хорошо, однако Инна невольно задумалась. Мало ли, что он подразумевает под словом работа. Вдруг то же, что и тот бесстыжий инквизитор. Стоило вспомнить про инквизитора, как все другие страхи сразу отошли на второй план.

- Да, да. Конечно. А в чем будет заключаться моя работа? - поспешила она спросить.

Быстро подобрала и надела на палец кольцо. Трактирщик проследил ее жест и выдал со странной улыбкой:

- А вот здесь будешь сидеть. На кассе. И все записывать. Приступаешь завтра с утра.

Инна готова была расцеловать дядечку.

Она получила работу! Да еще и комнату. Правда, под самой крышей, но отдельную. И ужин. И даже чистую постель.

Можно сказать, первые два пункта плана были выполнены.

А завтра с утра...

Глава 4

Завтра с утра, чуть рассвело, Инну разбудил требовательный стук в дверь. Пришлось немедленно подскочить с экологически чистого ортопедического тюфяка, набитого соломой, и бежать открывать. Пришел сам трактирщик, принес новую одежду и обувь. И пока она смотрела на него, спросонья вытаращив глаза, вещал:

- Меня зовут дядюшка Кристоф. Ты моя племянница из Таргота. Запомнила, да?

- Да, - промямлила она.

- Так и будешь говорить, если кто спросит.

Дядечка прохаживался по комнате, заложив руки за спину, а Инна пыталась понять, в чем тут подвох и в чем именно выгода трактирщика. Но выгода определенно была, ведь неспроста же он ею так плотно занялся. В чистый альтруизм не верилось, в благотворительность тоже.

Но не в ее положении было перебирать харчами. Ей бы как-то перекантоваться, а потом найти способ вернуться обратно. Потому что кредит, ипотека, машина... Машина!

- Зовут как? - оборвал ее размышления трактирщик.

- Инна.

- Инна, Инна, - пожевал он губами. - Коротко. Не пойдет. Будешь Иннелия. А теперь одевайся, приводи себя в порядок, и за работу.

И вот теперь Инна, она же донна Иннелия, девица из Таргота, в новом коричневом платье, с белым фартуком и наколкой в волосах, «сидела на кассе», принимала заказы. А народу в таверну дядюшки Кристофа как по заказу - так и перло.

***

Сам трактирщик в это время сидел за столиком у стенки и переговаривался с кумом Тибальдом, который по совместительству служил в «Кабаньей ноге» вышибалой.

- Ты что, спятил? - бубнил Тибальд, показывая глазами на девицу за стойкой. - Ты ж ее совсем не знаешь.

Трактирщик подался вперед и проговорил, прищурив один глаз и понижая голос:

- Если она та, кто я думаю, к нам теперь деньги потекут рекой.

- А... - закрыл рот ладонью кум.

Оглянулся на девицу и просипел едва слышно:

- А как же инквизиция? Сам Гийом Саварэ в городе!

- Угу, - кивнул трактирщик и придвинулся ближе. - Говорят, вертелся он тут вчера ночью. Да только...

И выразительно шевельнул бровью. А кум потер подбородок и выдал:

- Ну ты рисковый.

- А то, - откинулся на спинку тот. - Кто не рискует, тот, сам знаешь. Значит так. Ты теперь за моей племянницей присматриваешь, понял?

- Понял, - кивнул кум.

Оглянулся еще раз на девицу за стойкой и подумал, что в затее Кристофа есть смысл. Инквизитор повертится, да и уедет в столицу, а им - выгода. Ну а в крайнем случае, если запахнет жареным, всегда можно сдать эту «племянницу» местному мастеру инквизиции. За вознаграждение, разумеется. То-то их «беззубый» порадуется, что смог утереть нос самому Гийому Черному.

***

Инна даже не подозревала, что уже успела обзавестись и телохранителем, и соглядатаем в одном лице. Она сидела на высоком табурете, спрятанном за стойкой. Принимала заказы, записывала их в книгу и складывала монетки в деревянный ящичек, громко именуемый кассой.

Работа была несложной. Зато не давали покоя мысли. Она ведь вчера чуть не попалась. Этот чертов инквизитор безошибочно нашел ее. Вспомнила, как этот бессовестный наглый тип лез ей под юбку и все принюхивался, и невольно вздрогнула. Но ведь он так и не понял, что это она. В чем причина?

Об этом Инна и думала, механически производя расчеты и параллельно выслушивая топорные комплименты местных мачо.

И вдруг все это стихло, рядом послышалось какое-то движение. Тяжелые шаги.

Она подняла голову.

Прямо напротив нее стоял инквизитор.

***

Вот же! Помяни черта...

Явился собственной персоной. Она смотрела на этого крупного и довольно красивого, кстати, мужчину с густой черной бородой и чувствовала, как ноги превращаются в холодное желе. Язык провалился в желудок, сердце куда-то вообще сквозь пол.

Большого труда стоило не дернуться от неожиданности.

Инну накрыло дежа вю. Как будто она опять была на ночной улице, а этот опасный незнакомец надвигался на нее. Давит своей темной аурой. Но тут же нахлынуло и другое чувство. Вспомнилось ощущение собственной беспомощности, когда он беспардонно лез ей под юбку. Ее стало заливать румянцем и жаркой злостью.

В зале повисла полная тишина. Все замерли и затаились. А инквизитор по-прежнему молча смотрел на нее.

Это был ответственный момент. Сейчас просто нельзя было провалиться, потому что от этого зависело слишком многое. Мысли упорядочились и полетели со страшной скоростью. Если бы этот мужчина в серой одежде пришел арестовать ее, он бы давно уже сделал это. Значит...

Не было времени додумывать.

Разом всплыло в памяти все: госы, собеседование при приеме на работу, переговоры, общение с инвесторами, с надзорными органами... Говорить надо уверенно и твердо. И отрицать все.

Она чуть приподняла уголки губ и спросила:

- Будете делать заказ?

Мужчина отмер. Подошел вплотную и облокотился о стойку.

Вблизи он давил на нее еще больше. Вроде бы инквизитор не собирался хватать ее и тащить в застенок. НО. Сейчас в нем ощущался неприкрытый мужской интерес. И неизвестно, что было хуже.

А тот нехорошо хмыкнул и подался к ней ближе.

- Буду.

Опасный хищник смотрел на нее темными глазами, ноздри чуть подрагивали, словно он уже пробовал добычу на вкус. А вот черта с два, подумалось ей. Она взяла книгу и пододвинула ее к себе.

Вот, кстати, с книгой - это тоже был феномен, никак не укладывавший в сознании Инны до сих пор. Как и с языком. Они ведь говорили не на русском, а каким-то образом она сама говорила и прекрасно понимала все, словно родилась и выросла здесь. А уж то, что она могла читать и писать, вообще за гранью понимания. И это надо бы хорошенько обдумать, потому что...

Так. Сейчас это совершенно не о том.

- Что будете брать? - взглянула она на инквизитора.

Секунду, наверное, длился зрительный контакт, наконец мужчина медленно и шумно выдохнул, а потом подался назад и проговорил:

- Мясо с бобами. И побольше.

Мясо? - подумалось ей. Разве инквизитору можно есть скоромное? Разве ему не полагается, вообще-то, усмирять плоть и блюсти аскезу?! Да уж, по мощной фигуре инквизитора никак нельзя было сказать, что он недоедал или отказывал себе в чем-то!

Вслух она сказала:

- Отлично. Двойная порция, значит, с вас десять сольдо.

Мужчина смерил ее тяжелым взглядом, особо задержавшись на белой наколке в волосах. Бросил на стойку золотой, отошел и уселся за столик. Вокруг него тут же засуетился подавальщик. Принес хлеб, сыр с зеленью и заказанное мясо с бобами. И вино за счет заведения.

А Инна все еще не могла поверить, что смогла. Экзамен пройден.

Потом наконец очнулась и хотела было положить золотой в кассу, но вдруг сообразила, что инквизитор заплатил вдвое больше. Это что ж, ей впервые оставили чаевые? И главное, кто? О-о...

Не успела она так подумать, как монета исчезла в кармане дядюшки Кристофа.

- Ай, молодец, племянница! - похвалил он ее шепотом. - На чулки себе заработала.

Глава 5

Чулки?! Хотелось вызвериться, ведь этот старый прохиндей забрал ее законные чаевые. Но потом Инна подумала - черт с ним. В конце концов, он ей, нелегальной мигрантке, предоставил политическое убежище, работу и полный соцпакет.

Выдавила ему улыбку и проговорила:

- Спасибо.

И тут же добавила:

- Но, с вашего позволения, я сама их выберу.

Потому что, кто его знает, может, под чулками он имел в виду грубые шерстяные носки вроде тех, которые она видела на веревке? При мысли о шерстяных носках на голое тело у нее сразу все начинало чесаться и волосы вставали дыбом.

На физиономии ушлого трактирщика появилось недоуменное выражение: очевидно, не ожидал, что она осмелится ставить условия. Однако Инна и не подумала смущаться, смотрела на него в упор. На работе как себя в первый день поставишь, так и будет. Позволишь на себе ездить и урезать премию...

Кристоф сдался.

- Хорошо, - прокряхтел он, поглядывая на нее поверх очков. - Тибальд пойдет с тобой.

И отошел. А Инна откинулась назад, поправила кружевную наколку и положила ладони на стол. И тут же столкнулась взглядом с инквизитором. Он сидел, чуть пригнувшись, и смотрел на нее в упор, как затаившийся хищник на добычу. Сразу подумалось - что если он слышал их с Кристофом разговор? Какие выводы мог сделать? Вроде не было сказано ничего предосудительного. Но вот этот опасный мужчина стал подниматься с места, глядя на нее, и Инна невольно занервничала.

Положение спас новый посетитель.

По виду из местных солдат удачи. Довольно рослый, заросший, одежда на нем была потертая, но добротная. На принадлежность к честной профессии наемника указывали разнообразное оружие и шрамы на физиономии.

Она тут же переключилась на него и выдала ему широкую улыбку.

- Будете делать заказ?

Тот взглянул на нее заинтересованно и проговорил:

- Эй, красотка, давно работаешь? Я тебя раньше тут не видел.

Облокотился о стойку и подался к ней ближе. Инна прямо слышала, как заскрипели мысли инквизитора, ей даже смотреть не надо было в его сторону. Поэтому пришлось срочно брать себя в руки.

- Нет, я недавно к дяде приехала. А до того жила в Тарготе.

И зачем-то добавила, словно ее кто-то за язык тянул:

- В монастыре.

Вроде бы должно было отбить у вояки всякий интерес. Ан нет.

- Мммм! - солдат удачи аж причмокнул. - Я слышал, монашки страстные!

И положил перед ней монетку в десять сольдо.

- Поднимешься со мной в комнату, дам вдвое.

Но тут раздался грохот. Это господин инквизитор резко отодвинул стул и рывком поднялся на ноги. А потом не спеша направился к стойке.

- Магистр! - шустро склонился наемник перед инквизитором.

А тот с ленцой и плохо скрытым начальственным недовольством проговорил:

- Шульц, чем ты занят здесь в то время, когда должен выслеживать ведьму?

Услышав это, Инна забыла, что надо дышать.

- Дык, я... - начал оправдываться тот. - Ваша милость, обед же.

- Я вижу, - брезгливо скривил губы инквизитор.

Смерил Инну презрительным взглядом и вышел из таверны.

А ее такое зло взяло! Шовинист чертов! Так и хотелось запустить в его широкую, вызывающе прямую спину чем-нибудь тяжелым. Пауза немного затянулась, наконец она собралась с силами и спросила:

- Будете делать заказ?

Мужчина оглянулся на дверь, за которой исчез инквизитор, покосился на столы с едой и досадливо поморщился. Потом взял со стойки свои десять сольдо, а к ней пододвинул мелкую монетку.

- Вечером зайду за тобой...

Но договорить не успел. Из-за двери послышался окрик:

- Шульц! Ты идешь?!

- Иду, ваша милость, - буркнул тот и, громко топая и цедя сквозь зубы что-то нелестное про ведьм и тех, кто их ищет, пошел к выходу.

Вот честно?! Инна была зла как черт и обижена. Вся эта идиотская ситуация, напряжение, она чувствовала себя вымотанной. Испортил настроение гад-инквизитор.

- А если бы согласилась, могла заработать больше, - услышала она.

Рядом стоял дядюшка Кристоф и с подозрительной улыбкой пялился на нее поверх очков.

- Послушайте, я честная девушка! - начала Инна, раздражаясь все больше.

- И я тобой горжусь, - примирительно проговорил ушлый трактирщик. - Моя племянница просто не могла быть другой.

Двусмысленно хмыкнул и отошел от нее, напевая что-то себе под нос. И как это было понимать? Однако она глянула на стойку, там по-прежнему лежала монетка, оставленная наемником. Она повозила ее по столешнице, не зная, бросить ее в кассу или вообще выбросить. А потом взяла и опустила в карман передника. В конце концов, это ее честно заработанные чаевые. Надо же с чего-то начинать накопления.

***

И вот с этого момента клиент действительно пошел валом!

Он же знал, что с ведьмой надо обязательно делиться, и тогда прибыль сама пойдет в руки. Заказы так и сыпались, Кристоф еле успевал отслеживать, что там эта девица в книгу записывает. И ужасно терзался досадой и сожалением. Если с одной серебрушки так доход попер, а что было бы, если бы он оставил ей тот золотой?!

Так он страдал довольно долго. Пока наконец не выяснилось, что посетители съели почти весь запас провизии. Потный взлохмаченный повар разводил руками. Нечем народ кормить. Ни мяса, ни требухи, ни овощей. Остались только горох и сухие бобы.

И тут он спохватился и расстроился еще больше. Потому что пришлось закрыться гораздо раньше обычного. Повар с помощником был срочно отряжен на рынок.

А «племянница»...

Он смерил донну Иннелию, девицу из Таргота, придирчивым взглядом и сунул ей пять сольдо. Потом, скрепя сердце, добавил еще пять и буркнул:

- Можешь сходить на рынок. Тибальд пойдет с тобой. Только, кхммм, не очень-то... В общем, трать аккуратно.

***

Честно? Инна не ожидала!

Быстренько собралась и уже меньше чем через десять минут, в сопровождении тощего жилистого телохранителя, шла на рынок.

От предстоящего шопинга настроение немного улучшилось. Что уж поделаешь, так женщины устроены. Правда, она пока не знала, что именно можно купить на эти десять сольдо. Однако стоило ей вернуться к цифрам, как мысли потекли в обратном направлении.

Нет, все десять тратить нельзя, надо оставить что-то в заначку. После сегодняшнего у нее скопилось десять монеток чаевых. Что если потратить половину, а пять положить к ним? Потому что ей домой надо, а там ипотека, кредит...

Потом подумала: «А пошло оно все».

Да если так посмотреть, после общения с инквизитором ей вообще положена доплата «за вредность»! А положение, поскольку прямо сейчас она ничего не может сделать, надо принять и попробовать извлечь из случившегося максимальную выгоду.

В отпуске она не была сколько?

Три года, не меньше.

И в конце концов! Что, она не может позволить себе маленькую покупку?!

Вот и надо считать, что у нее случился внеплановый тур в экзотическую страну. Горящая путевка. А вот этот ее провожатый Тибальд - гид по местным достопримечательностям и охрана в одном лице. Впрочем, было в охраннике что-то цеплявшее ее интуицию. Хотя держался он ровно и мужского интереса в нем не чувствовалось, но взгляд какой-то непонятный, оценивающий. Легкая тревожность мелькнула на границе сознания, какой-то отголосок мысли. Но тут он шагнул к ней ближе и проговорил, мотнув головой:

- Вот он рынок, мы пришли.

- Где? - удивилась Инна, потому что никакого рынка не увидела, только арка в каменной стене, а перед ней горы мусора.

Оказалось, за аркой открывался проход, выходивший к пристани. И перед этой самой пристанью находились торговые ряды. Ну... Тут было неожиданно живописно. День склонялся к вечеру, розово-золотой закат над морем. Она шла по дощатому настилу и вертела головой во все стороны. Странное такое чувство. Ведь незнакомое место, другой мир, а у нее никакого отторжения. Воспринимается так естественно, будто она здесь выросла.

Из этого восторженного состояния ее вывел все тот же Тибальд. Он проговорил, глядя куда-то в сторону:

- Если хочешь успеть что-то купить, надо поторопиться, скоро рынок закроется.

В его словах действительно был резон. Инна остановилась и стала осматриваться.

- Что ищем? - спросил тот.

А действительно, что? Почему-то на ум пришли слова трактирщика: «На чулки себе заработала».

Вот она и сказала:

- Чулки.

Он кивнул и повел ее куда-то вдоль рядов. Инна заметила, что тут, кроме открытых грубо сколоченных деревянных рядов, были еще лавки. Но сейчас времени не было детально разглядывать, что там продается, потому что Тибальд шел быстро. Тут было уже не так многолюдно, но она все равно боялась потерять его в толпе.

Наконец ее провожатый остановился.

- Вот.

Перед ней был лоток, а на нем выложена всяческая женская галантерея. Суровая такая галантерея. И вся по одному сольдо. Инна пошевелила пальцами одну-другую пару толстых нитяных чулок грубой вязки, посмотрела швы и поморщилась. Не пойдет. А в стороне она увидела отдельно свернутую упаковку и показала на нее:

- А это что?

Хилый, плешивый сладкоголосый продавец тут же растекся улыбкой:

- О, это особый товар, деликатный! Вот, смотрите, донна. Чистый шелк! Паутина! - и ловко вытащил из упаковки пару тонких кружевных чулок.

Инна задумалась, глядя на это, потом спросила:

- Сколько?

- Для вас - двенадцать сольдо.

- Дорого, - сказала она сразу.

- Помилуйте, донна, вы посмотрите, какая выделка, какой узор! Любой мужчина будет у ваших ног, - нахваливал тот свой товар, потом махнул рукой. - Эх! Хорошо, только ради ваших прекрасных глаз... Берите за десять.

Десять тоже было много, но только она собралась торговаться дальше, как рядом послышался низкий язвительный голос:

- В монастырях теперь принято носить такое белье?

Инна чуть не подпрыгнула. За ее спиной стоял инквизитор.

Глава 6

Стоял, сложив руки на груди, и весь его вид сочился сарказмом. Вот просто удивительно, как этот тип умел появляться не вовремя! Первый шок от неожиданности прошел, а на место растерянности пришла здоровая женская злость.

Она смерила его взглядом, проговорила:

- Именно.

И отвернулась. На что он громко и презрительно хмыкнул и выдал:

- Сомневаюсь.

А у нее злость стала подкатывать к горлу. Так и хотелось сказать: «Шли бы вы лесом, уважаемый!»

Однако Инна сдержалась, медленно повернулась и взглянула на него снова.

Неизвестно, что этот тип подумал, но сделал один неспешный шаг, второй, пока не подошел почти вплотную. Сложил руки на груди и перевел красноречивый взгляд на крамольную продукцию.

Повисла колючая пауза. Ее провожатый и продавец притихли, поглядывая на инквизитора исподлобья, словно кролики на удава. Вокруг них мигом образовалось пустое пространство в радиусе десяти метров.

Ей бы тоже надо было испугаться, но в тот момент он вызывал такое горячее раздражение, что слова просто вылетели сами собой:

- А вы, я так понимаю, лично инспектируете, что монахини носят под юбкой?

Кажется, господина инквизитора перекосило. Однако Инна этого уже не видела, она повернулась к лоточнику и проговорила, показывая на чулки:

- Заверните, я беру.

- Да-да, конечно, донна, носите на здоровье, - начал мямлить тот, боязливо поглядывая на инквизитора.

Но деньги взял, быстро спрятал в кошель на поясе, а ей протянул сверточек и зашептал:

- Донна, у меня каждую неделю новый товар. Если что-то нужно, приходите еще.

- Непременно, - кивнула ему Инна.

Забрала покупку, с досадой думая, какого черта она спустила почти все свои деньги, и хотела уже уйти. Но не тут-то было. Широко расставив ноги и уперев руки в бока, дорогу ей перегораживал все тот же инквизитор.

Они замерли друг против друга. Казалось, бородач испепелит ее взглядом. Но тут его внимание привлекло какое-то движение в другом конце рядов. Он резко развернулся и ушел.

***

Вот сейчас Инне стало страшно.

Так страшно, что внутри все тряслось. Она же только что, выражаясь фигурально, дергала тигра за хвост. Всю обратную дорогу она молчала, ее провожатый Тибальд тоже помалкивал. Время от времени Инна ловила на себе его странные взгляды. Но анализировать уже не было ни желания, ни сил.

А у самой таверны им встретился Шульц.

- О нет, - простонала Инна и чуть не повернула обратно.

Но было поздно, он ее заметил и пошел навстречу. Ничего не оставалось, как приготовиться к «приятному» общению. Однако наемник удивил. Подошел к ней и вытащил из-за пазухи маленький букетик.

- Это тебе, красотка.

И добавил с сожалением:

- Сегодня ничего не выйдет. Наш магистр Саварэ, чтоб ему... На повышение пойти... чисто взбесился. Приказал всю ночь ведьму с факелами выслеживать.

О-о... Мороз продрал по коже.

- Ммм? - промямлила Инна, невольно схватившись за горло.

- Завтра зайду, - проговорил мужчина, оглядываясь куда-то в конец улицы, и сунул ей в руки цветы.

Наемник уже ушел, а она еще какое-то время стояла в прострации.

Наконец очнулась и, не глядя на подозрительно сопевшего рядом Тибальда, прошмыгнула внутрь. А потом - мимо вертевшегося у стойки трактирщика и прямо к лестнице, ведущей наверх.

С какой скоростью Инна летела в свою комнату!

Она даже отказалась от ужина. У нее оставалось со вчерашнего немного хлеба и кусочек засохшего сыра, этого хватило вполне. Поставила цветы в воду и сразу же забралась с ногами на постель. И сидела там, пока не наступила ночь.

А за окном было темно, время от времени раздавались голоса и вспыхивали отсветы факелов. Искали ведьму. А она тут.

Хорошо было ощущать себя в безопасности. Но слишком ненадежно. Ведь ищут ее. Инквизитор ходит кругами вокруг нее, но почему-то «не видит» в упор. Почему?

Единственная мысль приходила Инне в голову - это потому что она никак не проявляет свою ведьминскую силу. Но она понятия не имела, есть ли у нее ведьминская сила?! Да и не умела она колдовать! От слова вообще.

Но если это так, Инна решила, что не будет даже пробовать. У нее и так все получится. Вот поработает, накопит немного денег. А дальше - найдет какого-нибудь подходящего мага и заплатит, чтобы по-тихому отправил ее домой.

Стоило подумать о доме, тут же накатывала досада на собственную расточительность. Взяла и в первый же день потратила все деньги на совершенно бесполезное приобретение. Лучше бы положила в заначку!

И во всем виноват этот тип. Не вмешайся он так некстати, ничего бы не было.

Только вспомнила о нем, как за окном снова замелькали отблески факелов. Действительно, помяни черта... Быстро задула свечу, накрылась до самого носа и в конце концов уснула.

***

А утром уже многое воспринималось по-другому. И настроение было получше. Смотрела Инна так и сяк на свою обновку, смотрела. Подумала - почему нет?

И все-таки надела те чулки.

В сочетании с ее собственным кружевным бельем, которое она с вечера простирала и успела высушить, смотрелось удивительно органично. У Инны даже сложилось стойкое подозрение, что эти самые чулки каким-то образом попадают сюда из ее мира. Это только укрепило надежду вернуться.

Однако с одеванием надо было заканчивать, потому что дядюшка Кристоф уже напомнил о себе. Инна быстро прикрыла все это кружевное великолепие длинным коричневым платьем, сверху повязала белый фартучек, собрала волосы в сложную косу и закрепила наколку.

Ну вот, теперь можно было спускаться вниз.

Увидев ее, Кристоф одобрительно крякнул и позвал за стол, за которым сидели он и Тибальд. Тибальда он куда-то отослал, а ей предложил:

- Садись, племянница, поешь, - и почесал щеку. - А то вчера не ужинала. Похудеешь чего доброго, а нам этого не нужно.

Слышался за его словами какой-то двойной смысл, да и цепкий взгляд Тибальда Инне не особо нравился, однако она не подала вида. Поблагодарила, села за стол и принялась за еду. Аппетит у нее разыгрался, а Кристоф с умильной улыбкой смотрел, как она ест, и приговаривал:

- Ты кушай, кушай, племянница.

И потом вдруг как выдал:

- А что вчера от тебя хотел инквизитор?

Инна чуть не подавилась. Провела рукой по горлу, прокашлялась. Вопрос был щекотливый.

- Если честно, я сама не поняла, - сказала она уклончиво.

Практически не солгала, потому что не знала, что в действительности этому самодовольному типу от нее нужно. Некий мужской интерес присутствовал, он ясно дал это понять. Но Инна поверить не могла, что инквизитор вокруг нее исключительно из мужского интереса кружит.

Кристоф в это время пил молоко из кружки. Посмотрел на нее, кивнул. Вроде все с той же умильной улыбочкой, но аппетит у Инны пропал. Она поднялась из-за стола и сказала:

- Спасибо, пойду работать.

И вот тут старый прохиндей расплылся в самой искренней улыбке, аж просиял.

Кстати, к стойке она пошла как раз вовремя. Несмотря на ранний час, посетители поперли косяком. И, судя по помятому виду, многие из них сегодня ночью безуспешно ловили по всему городу ведьму. Инна жадно прислушивалась к разговорам, ей было тревожно. Но вот один из посетителей выдал вроде бы по секрету:

- Может, и не было никакой ведьмы. Это наш беззубый придумал, ему ж на пенсию скоро, вот и выслуживается.

И она вся превратилась в слух, а в голове мелькнула какая-то мысль. Но не успела оформиться.

- Ага. Ему выслужиться, а нам каково? Гийом присесть не дал, лютовал по-черному, - проворчал другой.

- Так, может, это...? - подтянулся к ним еще один недовольный.

- Тихо ты!

- Говорят, что магистр собирается обратно в столицу. Его дракон тут половину фуража сожрал, скоро кормить будет нечем.

Инквизитор собирается отбыть отсюда?!

Это была прекрасная новость. Она наконец смогла немного расслабиться и полностью сосредоточиться на работе. Бойко принимала заказы, вела запись в книгу, еще и успевала улыбаться посетителям.

Уж неизвестно, что именно на них так действовало, но все как один считали своим долгом отвесить ей комплимент и оставить чаевые. Так что к полудню карман ее передника уже изрядно оттопыривался. Монетки неприлично звенели при каждом движении, и Инна отпросилась у Кристофа.

Сбегать на минутку наверх, спрятать свои «сокровища».

***

Настроение у нее было приподнятое.

Накопления пошли настолько хорошо, Инна даже не ожидала. Ссыпала все из кармана в узелок и сунула под тюфяк. Потом поправила чулочки и, придерживая двумя руками подол, стала быстро спускаться по лестнице вниз.

Удивительное состояние, когда женщина знает, что на ней красивое белье. Пусть его никто не видит, маленький секрет придает уверенности. У нее совсем иначе сияют глаза. И этот скрытый импульс улавливают мужчины вокруг. Ибо загадка притягивает.

В ее случае загадка неизменно притягивала одну и ту же неприятность.

И звалась эта неприятность Гийом Саварэ.

Глава 7

Потому что не успела Инна спуститься по лестнице, как услышала его голос:

- Если бы вы вчера так рьяно проявляли служебное рвение, ведьма давно уже была бы поймана!

Нестройный хор оправданий был ему ответом.

- Ничего не хочу слышать. Убрались отсюда немедленно!

Раздались шум и топот ног. На секунду повисла тишина, потом послышался недовольный рык:

- Обслужит меня сегодня кто-нибудь или я вынужден буду торчать здесь до скончания веков?!

- Да-да, ваша милость, - засуетился Кристоф. - Одну минуту!

Инна замерла посередине нижнего марша, не решаясь войти. Может, ну его, переждать, а инквизитора пусть обслужит Кристоф? Но тут господин Саварэ неожиданно гаркнул:

- Где эта ваша племянница?!

Раздался резкий скрип, а она покачнулась и потеряла равновесие. Нога неудачно соскользнула с высокой ступеньки, и, чтобы удержаться и не пропахать пол носом, Инне пришлось опрометью сбежать вниз.

Ход на внутреннюю лестницу был как раз сбоку от стойки, у которой стоял Гийом Саварэ. Она вылетела ему прямо под ноги. Устояла, но, как назло, зацепилась подолом за оголовок на перилах. От резкого рывка юбка задралась, открывая по самое колено ее кружевные чулки.

Она, конечно, сразу все поправила.

Но когда Инна подняла глаза, картина была та еще. Злой как черт инквизитор застыл, уперев руки в бока и уставившись испепеляющим взглядом на ее ноги. А хуже всего было то, что за его спиной стоял Шульц. Этот самый Шульц...

Не то чтобы вояка нравился Инне, но он был правильной ориентации и без заскоков. Цветы, вон, ей принес. Она просто задержалась на нем взглядом на секунду дольше, чем нужно.

Инквизитор тут же развернулся к наемнику и выдал:

- Шульц, отправляйся в миссию и жди меня там. Немедленно. Понял?!

Тот бросил взгляд на Инну и процедил сквозь зубы:

- Понял, ваша милость.

И направился к выходу. А его злобная милость повернулся к ней и выдал язвительно:

- Меня сегодня обслужат наконец?

Она уже давно привела себя в порядок и прошла за стойку. Так и подмывало высказать в его надменную физиономию все, что она о нем думает, но Инна решила промолчать. Чем быстрее этот тип поест и уйдет, тем лучше.

Пригладила волосы и спросила, не глядя на него:

- Что будете заказывать?

- Бобы и мяса побольше.

- Прекрасный выбор, - пробормотала она.

Пожелала ему мысленно несварения желудка, а вслух сказала:

- С вас десять сольдо.

Он, как и вчера, бросил на стойку золотой и недовольным тоном произнес:

- Я бы просил не отвлекать моих людей от их служебных обязанностей.

- Что, простите? - подняла на него глаза.

- Вы поняли. И можете не трудиться, на меня не действуют дешевые трюки с нижним бельем.

Ах ты ж...!!! Как будто не он лез ей под юбку! Она буквально задохнулась от злости. В сознании что-то такое щелкнуло, мысль заработала удивительно ясно и четко, а мир как будто подернулся мелкой рябью. Казалось, зеркало реальности сейчас дрогнет и к чертовой матери поглотит тут все.

Однако ничего этого не произошло, а злоба душевная осталась.

- Я слышала, вы покидаете нас, господин инквизитор? - спросила она елейным тоном. – Так, значит, вам уже удалось поймать ведьму?

Наверное, лучше было смолчать, но Инну уже несло. Мужчина собирался отойти, но, услышав ее слова, вернулся обратно, угрожающе навис над ней и произнес:

- Не обольщайтесь. Мое отсутствие не продлится долго.

В зале стало невероятно тихо, повисло звенящее молчание.

«Боже, ну зачем я его провоцирую?!?» - думала Инна, глядя в его глаза, потемневшие от гнева до черноты, но ничего не могла с собой поделать. Наконец она очнулась, вытащила из кассы монетку в десять сольдо и пододвинула к нему:

- Ваша сдача.

- Оставьте себе, - бросил он крайне презрительно, отошел и сел за столик, вокруг которого уже суетился подавальщик.

А Инна осталась стоять там, злая как сто чертей. Глянула на его золотой, а потом взяла монету двумя пальцами и демонстративно бросила в кассу. Мужчина внимательно проследил ее жест, желваки заходили по скулам. Сжал кулак так, что вилка погнулась.

Злится?

Ей было все равно.

Хотелось бросить все тут к чертовой матери. Но кто ж ей даст!

Снова потекли посетители. Сначала осторожно, с оглядкой на сидевшего за столиком в центре мрачного инквизитора. Потом смелее. Инна принципиально не смотрела в его сторону. Только когда дверь таверны громко хлопнула, она вздрогнула и подняла голову.

Столик, за которым сидел инквизитор, был пуст.

Вроде можно было выдохнуть с облегчением? А у нее настроение было отвратительное. Радовало только одно - чаевых за какой-то час набралось чуть не вдвое больше, чем с утра.

Если так дальше пойдет, еще пара дней, и можно уже подумать о том, чтобы искать мага. И тогда она отправится домой, а господин инквизитор пусть дальше ловит свою ведьму. Флаг ему в руки и семь футов под килт... под килем.

Наконец она очнулась от своих мыслей и увидела, что на нее смотрит Кристоф.

И вот он-то ей и был нужен!

***

Она собиралась предложить Кристофу сделку.

Инна дождалась, когда поток посетителей «Кабаньей ноги» иссяк, и подсела к нему за столик. Тибальд по какой-то причине отсутствовал, а ей это было на руку, потому что со своим работодателем Инна собиралась говорить без свидетелей.

Натянула на лицо милую улыбку и начала издалека:

- Дядюшка Кристоф...

- На рынок сегодня не пойдешь, - припечатал тот с ходу и принялся вытирать потную лысину.

- Так я совсем и не об этом.

- Не об этом? - тон у дядюшки сделался помягче. - Хорошо.

Он раздул щеки и закатил глаза к потолку. И тут же оглянулся и зашептал тише:

- Ух, и задала ты сегодня перцу, племянница! Я думал, Гийом пламя изрыгать начнет, прямо как его дракон.

- Вот именно о том и пойдет речь, дядюшка, - сказала Инна, понижая голос и выразительно шевельнув бровями. - С глазу на глаз.

Трактирщик сощурился, быстро обежав взглядом зал, и понимающе кивнул:

- Поднимайся к себе. Я зайду. После.

Дважды Инне повторять не пришлось.

Ужин она захватила с собой и сразу же поднялась наверх. Стала ждать. А время тянулось томительно долго. Пришел он примерно через час. Запер за собой дверь и устроился на стуле напротив.

- Ну, говори, племянница, зачем звала?

Она набрала в грудь побольше воздуха и начала:

- Я хочу, чтобы вы помогли мне найти мага, который переправит меня домой.

Трактирщик кивнул, потом откинулся на стуле и хохотнул:

- Эк загнула!

Инна догадывалась, что переговоры будут непростыми, но у нее тоже имелся по этой части неплохой опыт.

- А вы подумайте сами. Инквизитор у нас прописался.

- Ага, - хмыкнул тот и без зазрения совести стал подъедать остатки ее ужина. - Нравишься ты ему. Как баба. Что ж он, не мужик, что ли?

- Что?! - ахнула Инна и тут же покраснела, возмутившись тому, как старый прохиндей ловко пытался сбить ее с толку. - Оставьте эти глупости!

И почему-то сразу вспомнилось, как этот хам и бабник обнюхивал ее и лез под юбку. Но куда больше впечатлило ее другое.

«Не обольщайтесь. Мое отсутствие не продлится долго».

Прямым текстом сказал, что не отстанет! Поэтому - нет. Она не собиралась расползаться и терять нить разговора.

- Он провоцирует меня, выводит на эмоции. Сегодня я еле сдержалась. А что будет, если я сорвусь? Вы же понимаете, ЧТО тогда будет? Не думаю, что вас погладят по головке за то, что вы прятали ведьму. Пойдете как соучастник.

Трактирщик смотрел на нее молча. Понятно, что у него не было желания угодить в подвалы инквизиции, однако держался он слишком уверенно. Это заставляло думать, что у Кристофа тоже есть какой-то припрятанный козырь. Она пошла ва-банк.

- Сколько будет отсутствовать инквизитор - три дня, неделю? За это время вы должны найти способ переправить меня в мой мир.

На что тот вытянул губы трубочкой, а потом протянул тоненьким голоском:

- Отработаешь. Год. А дальше видно будет.

- Вы что, спятили?! - взвилась она. - Три дня! Максимум месяц. Не больше!

- Год, - уперся старый мошенник.

В конце концов они сговорились на полгода.

Ему нужно получить свою выгоду. И чтобы найти мага, который согласится нелегально ее перебросить, тоже требуется время. Инна была в трансе. Полгода! Это же какая просрочка у нее будет по кредиту? А ипотека? А машина... У нее разом все зубы заныли и даже волосы разболелись. Остался последний аргумент.

- А если этот тип раньше меня доведет и сила вырвется, что тогда?!

- На этот счет не беспокойся, - проговорил трактирщик.

И ловко вытащил откуда-то из-за пазухи небольшую булавку с бусинкой, похожей на глаз.

- Вот. Держи. От бабки осталось. Закрепишь где-нибудь под платьем, да хоть на чулки, и как рукой снимет.

А Инна прищурилась. Вот, значит, оно что! У него самого бабка была ведьма.

Что ж, это многое объясняло.

А раз так...

Она сказала:

- Хорошо. Но у меня будет условие! Если я живу здесь и приношу тебе прибыль, дядюшка, то ты мне должен. Тридцать процентов с прибыли!

Кристоф аж задохнулся. Сошлись на десяти.

- И еще. Одежду, драгоценности и прочее - это я сама выберу. По рукам?

- По рукам, - нехотя проворчал тот и плюнул на ладонь.

Глава 8

В миссии Сквартона - так зубодробительно назывался захолустный приморский городок, в котором сейчас магистр Гийом Саварэ имел несчастье находиться, - царило нездоровое оживление. Везде горели факелы, приспешники Бискара, главы местного отделения инквизиции, носились как угорелые, изображая кипучую деятельность.

Магистра от этого тошнило.

Гийом был человеком действия и терпеть не мог как бумажной волокиты, так и показного рвения. Иные завистники называли его баловнем судьбы, потому что он всегда добивался результата в кратчайшие сроки. Другие превозносили его аналитический ум.

Сам же он называл это работой. И работать он умел. А в этот раз почему-то получился прокол.

Ему физически надо было убраться отсюда хоть на время. Чтобы обдумать ситуацию и вычленить то, что могло привести к ошибке. И, разумеется, доложить о результатах проведенного расследования генералу ордена. Последнее заставляло его болезненно морщиться. Гийом терпеть не мог этого - докладывать о поражениях.

А преподобный Бискар, как назло, все время вертелся под ногами. Гийом подозревал, чем обусловлена внезапно открывшаяся у старого инквизитора тяга к общению. Просто Беззубый, как его тут называли местные, хотел потоптаться на гордости столичного магистра. Но делал это так преувеличенно подобострастно и вежливо, что придраться было не к чему. Но послать его в преисподнюю хотелось.

Магистр кривился, а Бискар все причитал и шамкал беззубым ртом:

- Такой шложный шлучай, такой шложный... Шам гошподин Шаварэ не шмог рашпожнать. А што делать бедному Бишкару? Што?

И начиналось - про его «шедины», про то, что ему вот-вот на «пеншию», а тут такое дело. Бискар тащился за ним, не отставая ни на шаг, и все нудел. Наконец Гийом не выдержал, развернулся к нему всем корпусом.

- Послушайте, Бискар. Мне сейчас нужно срочно отбыть.

- Да-да, я понимаю.

- Что вы понимаете?! - разозлился Гийом, потому что ему почудилась в голосе старикашки скрытая насмешка. - Мне нужно позаботиться о нормальном пропитании для моего дракона. Кормить его местной пищей невозможно!

Беззубый покосился на него, а в глазах неожиданно появился хитрый блеск.

- Кхе-кхе, - прокашлялся он. - Ваш дракон, ижвините жа прямоту...

- Обеспечил ваш Сквартон на месяц печным топливом, - отрезал Гийом Саварэ. - Вернемся к теме. Мне сейчас нужно срочно отбыть. Но через пару дней я вернусь, и расследование продолжится. Этот случай действительно особый. И нужно убедиться, была ли ведьма на самом деле, или вы, желая привлечь внимание верховной миссии, подняли ложную тревогу.

Если до этого Бискар посмеивался, то тут он как-то сразу стух и наконец замолчал, а глазки встревоженно забегали.

- Можете не провожать меня, - проговорил Гийом. - Я сам найду дорогу.

И не оглядываясь пошел от высокого, увенчанного острыми башенками здания миссии к самому краю причала. Туда, где среди портовых складов и помещался его дракон. Вывел ящера, застоявшегося за эти два дня в тесном загоне, быстро взобрался к нему на спину и взлетел в ночь.

Один круг над морем. Он дал возможность дракону размяться и черпнуть лапами воду, а потом развернул его и направил в сторону гор. Путь пролегал над городком, Гийом специально выбрал ту самую улицу, с которой и началось все это.

Противоречивые мысли теснились в голове. Раздрай полный. Потому что он не промахивался никогда. Он ведьм чуял.

Безошибочно нашел место, откуда пошел всплеск силы. И женщину. Странную, будто новорожденную. Несущую на себе неуловимый след магии. Гийом мог с уверенностью сказать - вот она, ведьма. Если бы не одно «но».

Она оказалась пустышкой.

Ни намека на силу.

«Хорошо», - сказал он себе. - «Ты ошибся. Как ни досадно, но выбрось теперь ее из головы и сосредоточься на деле».

Но выбросить не выходило. Он возвращался к ней мыслями снова и снова, анализировал. Искал особенности, недостатки, это обычно помогает лучше всего. Да, не юная, не ослепительно красивая. Но мужчина в нем почему-то мгновенно настроился на нее.

В конце концов он решил, что это временно, переспит с ней и на том все закончится. С этой мыслью и зашел наутро в «Кабанью ногу». Но при дневном свете она неожиданно стала восприниматься по-другому.

А впечатление то же, что и в первую встречу. Все его инстинкты кричали - ведьма. И опять все разбивалось о то, что она пустышка, силы никакой.

Он опустился до того, что стал следить за ней. Ее оговорка про монастырь звучала смехотворно. Но... что-то странное, неуловимое...

И дерзость! Дерзость этой женщины просто вымораживала его. Выводила из себя, будила самый низменные инстинкты. И одновременно притягивала как магнитом. Отвлекая от расследования, которое тоже, как назло, зашло в тупик.

В общем, магистр был взбешен и испытывал острое желание разобраться во всем.

***

Пока Кристоф решал наверху дела с «племянницей», Тибальд сидел за хозяйским столиком в пустом полутемном зале, попивал кислое беленькое винцо и изводился. Вроде бы отсутствовал трактирщик не больше часа, однако ожидание казалось слишком долгим. Но вот Кристоф спустился вниз и, отдуваясь и вытирая вспотевшую лысину, поковылял к своему столику. Уселся и кивнул куму Тибальду на стакан.

- Наливай.

Тот налил мутноватого беленького и спросил, как бы между прочим:

- Что так долго?

Кристоф взглянул на него искоса и шевельнул бровями. А потом выдал:

- Огонь девка. Оторва, каких свет не видывал! Содрала с меня десять процентов прибыли.

У Тибальда случился легкий ступор. Когда он наконец смог говорить, просипел:

- Сколько?

- Сколько слышал.

- Ты точно спятил! - взорвался он. - Эта девка тебя по миру пустит, помяни мое слово!

- Не пустит. Давай, наливай еще.

Тот налил, однако возмущенно сопел еще долго. Ему, между прочим, вообще не перепало ни одного процента с прибыли!

- Ну, и что думаешь?! - ткнул он большим пальцем за спину. - Никто про это не прочухает? Инквизитор вон у нас пасется. Мало ли... Сам знаешь.

Да, Кристоф знал. Городок Сквартон маленький, в нем ничего не скроешь. Кроме скелетов в шкафах и жутких тайн, от которых стынет кровь.

Внезапное появление у него племянницы, а также необъяснимый интерес, столь же внезапно возникший у столичного инквизитора к таверне «Кабанья нога», наверняка заметили многие. Ну так общественное мнение на то и общественное, что его при желании можно повернуть в любую сторону.

Он похлопал кума по плечу и сказал:

- Вот этим ты и займешься. Обмозгуем четко, что кому говорить, и будешь доводить, разъяснять, подпускать туману, важно надувать щеки. Главное, чтобы пошли те слухи, какие нам нужно. А инквизитор ходит - так, может, ему понравилась мясная похлебка! Или еще какой личный интерес? - двусмысленно хохотнул трактирщик.

Отпил из своего стакана, откинулся на спинку стула и прикрыл глаза.

- Помяни мое слово, скоро заживем! Открою в порту филиал. Ресторацию делать буду. Для благородных.

Тибальд слушал кума и только больше проникался глухим недовольством. Во-первых, потому что раньше он был единственным доверенным лицом Кристофа, а теперь его оттерли. А во-вторых, это что же получается - залетной девке с ходу десять процентов с прибыли?

Не нравился ему такой расклад. Куму он ничего не сказал, но решил лично приглядеть за той ведьмой.

***

Уже наступила ночь, трактирщик давно ушел. А Инна все сидела на постели и смотрела в окно. Думала.

Пожалуй, она продешевила. Будь у нее положение хоть немного устойчивее, можно было бы выбить из Кристофа процент побольше. Впрочем, не надо жадничать. В конце концов, она дополнительно оговорила себе шмотки и драгоценности, и уж тут-то она возьмет свое.

Но с новым положением надо было еще свыкнуться. Потому что полгода - это все-таки большой срок. Она нервно вздохнула и подперла лоб рукой. Еще бы понять, что от нее нужно этому инквизитору.

Только подумала так...

И вдруг - движение за окном. Инна глянула и не поверила своим глазам. По ночному небу, мерно взмахивая огромными крыльями, летел дракон. Она так и осела на кровати.

Вот же, не к ночи будь помянут. И тут - он!

Однако это означало, что господин инквизитор убрался восвояси и завтра у нее будет спокойный день.

Вот зря она понадеялась на это. Зря.

Глава 9

Утром уже многое воспринималось иначе.

День обещал быть ясным и солнечным, настроение у Инны было бодрое. В окно виднелось чистое небо, по которому плыли только розовато-золотистые облака. И никаких драконов с инквизиторами.

Сегодня она собиралась начать работать по-настоящему. То есть в полную силу. Это означало не только тупо класть деньги в кассу и записывать приход в книгу, а включить аналитика. Она ведь собиралась получить процент с прибыли. А чем больше прибыль, тем больше полагавшаяся ей сумма.

Конечно, было опасение, что Кристоф может переиграть и попытается сдать ее инквизиции. Однако Инна нутром чуяла, что трактирщик этого не сделает. Она сразу подметила у него тот характерный блеск глаз, который бывает у настоящих предпринимателей. Значит, ради того, чтобы расширить бизнес, дядюшка Кристоф из шкуры вывернется.

Собственно, этим она и собиралась заняться в ближайшее время. Изучить рынок услуг и просчитать риски и возможности. И после этого сделать ему предложение, от которого старый прохиндей просто не сможет отказаться. А тогда уже можно будет говорить о том, чтобы ее доля в прибыли была выше.

С этими мыслями она подскочила с постели раньше, чем Кристоф пришел барабанить в дверь ее комнатки. Быстро умылась и привела себя в порядок. Потом оделась и к завтраку спустилась в зал.

Уже где-то на середине нижнего марша вспомнила про средство защиты. Срочно полезла под юбку, проверить, на месте ли булавка. Нащупав ее, успокоилась, поправила юбку и только после этого подняла глаза.

Внизу под лестницей стоял Тибальд и откровенно на нее пялился. Момент получился неловкий, но Инна подумала - какого черта? Кивнула ему и сухо проговорила:

- Здрасьте.

Спустилась и прошла мимо, а тот так и остался стоять. И хоть бы чуточку подвинулся, ей пришлось мимо него протискиваться. Впрочем, это недолго занимало ее мысли.

За столиком Инну уже ждал трактирщик. Оглядел ее внимательно, довольно крякнул и выдал:

- Садись, племянница.

На завтрак были вареные яйца, хлеб и молоко. И, глядя на это, Инна невольно подумала о свежезаваренном чае. И еще о хорошем кофе. И да, ей не помешало бы обзавестись хотя бы еще одним новым платьем. Вот о том и пошел разговор.

Нет, не о платье. Это Инна решила оставить на потом. Она спросила другое.

- Подают ли у вас где-нибудь кофе?

- А это что такое? - вскинул брови трактирщик.

А Тибальд, успевший неслышно подойти и встать за ее спиной, присел за стол.

- Это такой напиток. Горький, бодрящий. Кто подсе... кхммм, кто привыкает к нему, потом и дня не мыслит без кофе. Если мы будем подавать его, это привлечет больше постоянных посетителей.

- На черта нам это надо? - хмыкнул Тибальд. - У нас и так народу бывает не протолкаться.

Однако Кристоф состроил серьезную мину и недовольно взглянул на своего вышибалу. Потом перевел взгляд на нее и, склонив голову набок, проговорил:

- Это ты сейчас о благородных господах?

Вопрос застал Инну врасплох, потому что кофе в ее родном мире давно уже перестал быть редкостью, пьют все подряд. Но это сейчас, а раньше-то было по-другому. Она кивнула:

- Да. Но и не только.

С минуту трактирщик смотрел на нее внимательно, видно было, как в глазах вертелись циферки, потом выдал:

- Пойдешь после работы с Тибальдом на рынок, спросишь.

- А еще мне нужно купить кое-что для себя, - тут же вставила Инна.

И, видя, как на физиономии трактирщика обозначается свирепое выражение, бросила:

- Я пошла работать, - и упорхнула.

***

- Ты видел, да? - проговорил Кристоф, провожая «племянницу» горящим взглядом.

Его буквально распирало от гордости, что девица с ходу уловила направление его мыслей. Развитие, рост, новый уровень! А дальше трактирщику виделось, как он переберется в столицу, и там...

Тибальд его восторгов не разделял. И вовсе его не волновали идеи расширения бизнеса. Его все устраивало, от добра добра не ищут. И потому он весьма скептически воспринял инициативу ушлой девки. Вслух старине Кристофу ничего не сказал, однако решил, что спесь с нее надо посбивать.

***

Рабочий день у Инны начался как всегда.

За исключением того, что она теперь, помимо основной, вела и свою личную запись, где фиксировала, какие именно блюда пользуются наибольшим спросом. А что не заказывают, или если и заказывают, то очень мало. В соответствии с этим можно скорректировать меню.

О чем она и сказала Тибальду, когда тот зачем-то поинтересовался. Мужчина смерил ее странным взглядом и отошел, а после и вовсе отлучился. Она так и не поняла, послал его куда-то с поручением Кристоф или тот вышел сам, по собственной инициативе. Вернулся он минут через двадцать, взъерошенный и запыхавшийся. Как будто бегал куда-то.

Впрочем, Инне его перемещения были безразличны, за ним пусть следит хозяин.

Настроение у нее было хорошее. Сегодня Инна улыбалась посетителям, очевидно поэтому, помимо чаевых, успела получить восемь приглашений на свидание и три предложения руки и сердца.

В общем, работа шла бойко, время приближалось к обеду. И тут она поймала себя на мысли, что все чаще поглядывает на дверь, не войдет ли инквизитор. Это что же получается - она его ждет? Тут же сплюнула и сказала себе, что не может этого быть. Потому что от него одни неприятности!

Не успела она так подумать, как случайно заметила быстрый взгляд Тибальда в сторону двери. А сразу вслед за этим входная дверь начала открываться. И в зал таверны стали по одному входить мужчины в серой одежде, похожей на ту, что была у инквизитора.

***

В первый момент Инна растерялась. Быстро оглянулась на Кристофа, а тому что-то говорил Тибальд. Нервно поправлял волосы и руками взмахивал. Трактирщик жестом велел ему ждать, а сам не спеша двинулся навстречу гостям. Это было хорошо. Хоть какая-то защита, помимо той булавки с бусинкой под платьем.

Странно было современной женщине, живущей в мире интернета и глобализации, верить в то, что ее может защитить какая-то бусинка. Ошибочка, поправила Инна себя, она не в своем мире, и интернета тут нет и в помине.

Зато есть инквизиция.

Мужчин было четверо. Но сейчас она заметила, что серая форма (а это была именно форма) на них отличается от одежды инквизитора. У того ткань была явно дорогая, значительно лучшего качества.

Но и эти тоже были все с военной выправкой. Вооружены мечами, у двоих она увидела алебарды. Заходили не спеша, оглядывались, из чего она сделала вывод, что либо ищут кого-то, либо зашли впервые. Один из них повернулся в ее сторону, и все четверо направились к стойке. Тут хочешь не хочешь, а тревожный холодок побежал по позвоночнику. По пути их встретил Кристоф, что-то такое говорил, вытирая лысину. Его не особо слушали. Теперь они смотрели на нее.

Инна глубоко вдохнула, незаметно коснулась булавки через платье и...

Натянула на лицо свою лучшую улыбку. А когда они подошли к стойке, приветливо кивнула сразу всем и спросила:

- Будете делать заказ?

Весьма и весьма самодовольные ухмылки отразились на их лицах, один, вероятнее всего главный из них, проговорил, склонив голову:

- Будем, красавица.

Дальше все было несложно. Ибо работа буфетчицы во всех мирах одинакова.

Главное, обслуживать бойко и при этом продолжать улыбаться, доброжелательно, но без излишнего эротизма. Инна приняла заказ, записала, а попутно еще и выяснила, что все четверо из городской стражи, состоят в охране при миссии.

- Давно тут работаешь? - спросил один из них, смерив ее заинтересованным взглядом.

Инна сразу решила не отклоняться от легенды.

- Всего несколько дней.

- А родом откуда? - мужчина оперся локтями о стойку и подался вперед. - Выглядишь необычно.

Началось, с тоской подумала она и сказала:

- Я из Таргота. К дяде приехала. А до того жила в монастыре.

- Мммм?! - вояки сразу же оживились.

- Так может? На это? М?

Поразительно, как они все одинаково реагировали, стоило услышать про монастырь! А вот фиг вам, подумала Инна.

- Извините, но я встречаюсь с Шульцем, - сложила руки перед собой и скромно потупилась.

В итоге стражники заявили, что Шульцу повезло, оставили ей щедрые чаевые и уселись за стол кушать. А закончив, сказали, что теперь будут заглядывать в «Кабанью ногу» регулярно, потому что порции здесь большие и кормят прилично. И наконец ушли.

Инна с облегчением выдохнула. Кажется, все получилось. Правда, мелькнула мысль, как она будет отделываться от Шульца???

Но потом она подумала, что проблемы следует решать по мере поступления.

***

В каком восторге был Кристоф!

Он просто не мог на свою «племянницу» насмотреться.

- Видал, как она лихо! - шептал он Тибальду, вытирая лысину. - Скоро у меня будет кормиться весь Сквартонский гарнизон!

А у Тибальда настроение испортилось.

Сам он тоже когда-то в страже служил, это потом к куму Кристофу переметнулся. Ну, и были у него старые связи. Намекнул кому надо, что есть, мол, на что посмотреть, говорил обтекаемо, мутно. Это Тибальд умел.

Он хотел попугать ушлую девку, чтоб хотелки свои свернула и прижухла. Он бы быстро разрулил и только поднялся в глазах кума. Глядишь, ему и процент. Таков был план, а вышло все наоборот.

Однако, поразмыслив немного, он приободрился.

Ему еще предстояло вести девку на рынок, и тут уж он собирался присмотреться к ней с другой стороны.

Глава 10

К вечеру кармашек на фартучке у Инны неоднократно наполнялся монетками, а потом его содержимое перекочевывало в ее личную «кубышку» под тюфяк. Пересыпая очередную порцию, она подумала, что так дело не пойдет. Деньги надо хранить в банке.

Но тут встал вопрос, а есть ли у них тут банки?

И если есть, какой они дают процент?

Когда она обратилась с этим вопросом к Кристофу, тот взглянул на нее в священном ужасе и как-то странно сглотнул. А потом выдавил:

- Есть.

Это была хорошая новость, значит, ей не придется спать на мешках с мелочью. Однако сейчас она ни в какой банк не собиралась. Пока не с чем, да и не совсем понятен ее социальный статус. Сегодня у Инны в планах было посещение рынка. И вот тут предстоял еще один разговор с трактирщиком.

Они ведь при заключении сделки оговаривали, что дядюшка Кристоф, помимо жилья и пропитания, оплачивает еще наряды «любимой племянницы», а также драгоценности и прочие приятные мелочи. Старик как услышал про это, конечно, спал с лица, насупился и малость позеленел.

Глянул на нее исподлобья и, отворачиваясь, вытащил из внутреннего кармана кошель. Запустил в него два пальца, выудил монетку в десять сольдо. Дал Инне и уставился на нее с надеждой - мол, хватит? А она вскинула бровь, всем своим видом показывая, что этого мало.

Трактирщик обреченно вздохнул, долго копался в кошеле, потом вытряхнул еще две монетки на ладонь. Выпала монета в десять сольдо и золотой. Пока Кристоф размышлял, с чем он может безболезненно расстаться, Инна протянула руку и ловко выудила обе.

- Ыыы! - только и успел прокряхтеть он, провожая взглядом деньги.

- Спасибо, дорогой дядюшка, - проговорила Инна, одаривая его улыбкой.

И повернулась, чтобы уйти.

- Ну ты, это! - крикнул он ей вслед. - Не трать все!

- Конечно, конечно, - усмехнулась она и пошла к выходу.

А Тибальд тенью за ней.

***

Инна заметила, что вышибала с самого обеда был неразговорчив и, похоже, дулся на нее за что-то. Потому что всю дорогу до рынка красноречиво молчал. И это было хорошо, она тоже не была настроена на общение.

Но вот, наконец. Перед ними была та самая арка, а за ней проход к рынку.

- Пришли, - буркнул Тибальд.

Она покосилась на него, однако никак не отреагировала. Ей было не до его дурного настроения и непонятных обид. Хочет дуться, пусть дуется. Потому, когда он заикнулся:

- Что будем брать?

Инна ответила:

- Я хочу пройтись и осмотреться.

- Как знаете, - отвернул нос мужчина. - Только поторопитесь, госпожа. Рынок скоро закроется.

Ну, в общем, это было логично.

Торговые ряды шли прямо по пристани, а через дорогу, в первых этажах домов были устроены магазинчики. Еще с прошлого раза она примерно помнила вывески и сейчас, двигаясь вдоль, уже прицельно шла. Первой ей попалась лавка готового платья, Инна свернула туда. Тибальд аж засопел от возмущения и буркнул:

- Здесь дороже.

Она пожала плечами и сказала:

- Если хочешь, можешь подождать на улице. - А сама вошла внутрь.

Довольно быстро сторговала себе простое, но нарядное платье цвета морской волны, а также взяла простенькое нижнее белье на смену. Оно здесь оказалось вполне приличным, никаких панталон до колена и прочего варварства. И по деньгам уложилась, на все у нее ушла половина суммы, выданной трактирщиком.

Дальше она еще купила в рядах новую расческу и ленту для волос.

Набрав себе предметы первой дамской необходимости, решила поискать кофе. Огляделась по сторонам и подалась в те ряды, где продавались сухофрукты, орешки и прочие экзотические пряности. И тут Инне повезло.

Один из торговцев, смуглый мужчина средних лет, сказал, что у него этот товар есть, и обещал завтра принести. Вот с чаем оказалось хуже, но и тут ей обещали что-то подходящее найти. Она договорилась на завтра и в качестве поощрения набрала понемногу орешков и разных засахаренных фруктов.

Вроде бы все купила, что нужно, но чувства удовлетворенности почему-то не было. Еще и Тибальд стоял над душой молчаливой статуей, словно немой укор. А солнце склонилось к закату, заливая малиновым весь край неба над морем.

Золотая дорожка на воде. Темно-красным золотом поблескивали высокие стены миссии. Красиво. Так и не скажешь, что это главный застенок славного городка Сквартон.

Однако она увлеклась, а рынок скоро закроется.

Надо было уходить, а ей не хотелось. Сама не зная зачем, Инна направилась в тот конец, где в прошлый раз покупала чулки. Странное чувство, какое-то беспокойное. Ее все время тянуло обернуться, и Инна оглядывалась по сторонам, высматривая, не мелькнет ли в толпе знакомая высокая фигура. В конце концов она запретила себе думать о том, о ком не надо думать.

Подошла к лотку уже знакомого торговца и взяла у него еще пару простых чулок потоньше. Расплатилась. Ну вот, казалось бы, все, надо возвращаться.

И вдруг гомон за спиной.

- Смотри, смотри!

- С моря заходит!

Она еще не поняла, в чем дело, но вместе со всеми побежала к ограждению. В красноватом закатном небе мелькнули огромные черные крылья. Дракон! Сделал круг над морем и теперь заходил на посадку куда-то в район порта.

Мир неожиданно заиграл новыми красками, а на губах у Инны обозначилась улыбка.

***

Простояла она так недолго.

Прямо рядом с ней раздался полный затаенной злости шепот:

- У, прилетел, душегубец.

Тибальд. Она и забыла про него.

Резко обернулась, взглянула на своего провожатого. У того от застарелой ненависти аж зубы оскалились и заострилось лицо. И это было странно. Ей невольно подумалось, что здесь могут быть какие-то личные счеты. Хотя вроде бы связи никакой. Но что ей известно о прошлом этого самого Тибальда? Раньше Инна как-то не обращала внимания на этого «себе на уме» типа, а сейчас решила внимательнее к нему присмотреться.

Потому что лично ей инквизитор не показался таким уж злодеем. То, что этот Гийом Саварэ невыносимый хам и бабник, - однозначно и бесспорно. И стоило ей только подумать о нем, и все начинало кипеть в душе. Однако в нем не чувствовалось гнили. Да и уже по одному тому, как мужчина дает чаевые, тоже можно сказать о его характере многое.

К тому же она вдруг обнаружила, что ей без него становится скучно.

О-о... Эта информация к размышлению была похлеще.

И потому, когда Тибальд прошипел:

- Уходить пора. Если, конечно, ты не хочешь лишний раз напороться на инквизитора.

Она тут же развернулась и пошла к выходу с рынка. А по дороге постоянно ловила себя на том, что у нее горят щеки. До "Кабаньей ноги" они добрались неожиданно быстро, и Инна даже не запыхалась.

***

Что касалось Гийома Саварэ, то состояние свое за прошедшие сутки магистр мог охарактеризовать одним словом - недоволен.

И недоволен он был всем.

Провально прошло первое расследование. Ему пришлось краснеть и кусать губы, как мальчишке-стажеру, когда он докладывал о результатах генералу ордена. Тот выслушал его спокойно, не перебивая. Потом отошел к окну. Гийом глубоко уважал этого еще крепкого, седого мужчину и очень дорожил его мнением.

Наконец генерал обернулся и сказал всего одну фразу.

- Меня беспокоит состояние дел в Сквартонской миссии.

Ему самому интуитивно не понравилась странная возня, которую затеял Бискар. Гийом пока не мог сказать, что именно, потому что не было уверенности. Потому ответил просто:

- Я разберусь.

Генерал ордена смерил его внимательным взглядом и кивнул:

- Иди.

Он вылетел в тот же день. Мог бы сделать это позже. В конце концов, несколько дней, даже неделя для расследования ничего не значили. Но его словно гнало что-то. Какое-то подспудное беспокойство, тревога. Гийом готов был скорее сожрать собственный язык, чем признаться себе. Но это внутреннее напряжение было связано с женщиной.

Всю обратную дорогу он спешил. Однако стоило приземлиться в Сквартонском порту, каким-то непостижимым образом успокоился. Замер, глубоко вдыхая пропитанный морскими испарениями и ароматами портового мусора воздух, и оглянулся на городок. Солнце почти село, в домах стали зажигаться первые огоньки. Где-то там должна быть женщина, которая странным образом притягивала его и занимала мысли.

Завтра, подумал он. Сейчас у него полно дел.

Оставил дракона в порту и двинулся к высоким стенам миссии.

Глава 11

В миссии его не ждали так скоро. Преподобный Бискар был откровенно ошарашен и бормотал что-то невразумительное про поздний час. Гийом взглянул на него строго, старик сразу осекся. Кто же не знает, что инквизиция не должна спать ни днем ни ночью.

Секунду взгляд преподобного выражал растерянность, однако он быстро сориентировался и начал петь уже другое:

- Вы уштали ш дороги, приготовим для ваш лучшие покои, ужин и, кхе-кхе, щамое лучшее вино!

- Я не намерен ложиться, пока не ознакомлюсь детально с записью на кристалле, - бросил на ходу Гийом. - А вы, преподобный, будьте рядом. Дадите разъяснения по спорным вопросам.

Любой случай спонтанного всплеска силы или нелегального ее использования всегда фиксировался на кристаллах. На период расследования носители хранились на месте, а информация с них по прямой связи направлялась в верховную миссию. И уже после окончания расследования и закрытия дела кристаллы в обязательном порядке передавались в архив. А переданная Бискаром информация была слишком уж заполошной и скомканной. Собственно, потому он тогда в срочном порядке и вылетел.

Сейчас магистр испытывал досаду.

Ему бы сразу засесть за изучение записей, а не тратить время попусту. Он допустил серьезный промах, положился на свой опыт и чутье, в итоге получил щелчок по носу. Информацию надо было прежде проверить и перепроверить.

Но изучить записи и сейчас было не поздно. Тем более что больше спонтанных всплесков активности не наблюдалось. Кажется, последний вопрос он задал вслух.

- Нет, нет, ваша милошть, - зашамкал Бискар.

Сразу же подобрался, подобострастная улыбочка увяла, в нем теперь чувствовалась настороженность. Тем временем они добрались до хранилища носителей. Бискар забежал вперед и открыл перед ним дверь.

В хранилище сидел стажер. Преподобный грозно шикнул на него, хлипкий парнишка испарился.

«Чем в такой час мог заниматься в хранилище стажер?» - подумал Гийом и с раздражением покосился на преподобного.

Однако сейчас магистра в первую очередь интересовало другое.

- Кристалл, - произнес он и прошел к столу.

Со странными ужимками и кряхтя, будто тащил страшную тяжесть, Бискар выложил перед ним на стол несколько кристаллов. Гийом нахмурился.

- Это еще что?

На каждое дело кристалл заводился отдельно. На него записывался весь материал расследования. А тут тонких опалесцирующих пластинок было целых пять штук.

- Проштите, ваша милошть, шо зрением плохо, глаз шбиваетшя. А потом я не ражличаю, который.

- Как это вы не различаете, Бискар? Вы хоть понимаете, что сейчас сказали?

Тот вжал голову в плечи и быстро зыркнул на него. Неприятное ощущение холодком пробежало по плечам, однако злость уже разгоралась в нем, и Гийом просто негромко рыкнул на хитроподуманного старикашку:

- Сядьте рядом! Так, чтобы я вас видел.

И принялся просматривать информацию.

Неудивительно, что доклад был такой сбивчивый. Пять испорченных кристаллов, на которых только обрывки информации. Часть записанного вообще не читалась либо содержала взаимоисключающие сведения. Просмотрев все, Гийом отложил пластинки в сторону и сказал:

- Здесь пять вариантов. Какой из них вы собирались сдавать на хранение в архив верховной миссии?

Бискар стал канючить, что он старался, а кристаллы испортил исключительно по причине излишнего усердия, дрожания рук и плохого зрения. Гийом смотрел на него и понимал, что могло быть и так, а возможно, совсем иначе.

И как-то сам собой напрашивался вывод, что делалось это специально, чтобы скрыть истинное положение вещей. Очевидно, потом все записывалось по-новому и в архив верховной миссии уже направлялись кристаллы с подчищенными данными. С какой целью это делалось и что пытались скрыть? И как давно здесь это практикуют?

Долгим взглядом посмотрел на преподобного, а потом мотнул головой в сторону двери и сказал:

- Довольно, оставьте меня одного.

Тот мямлил еще какое-то время, но все же наконец убрался. А Гийом застыл, скрестив руки над столом и глядя перед собой. Потом стал просматривать диски заново.

Получалось, что спонтанный всплеск силы был. Он и сам это почувствовал. Но.

Когда происходит такой мощный выброс магии, это всегда оставляет последствия. Ураганы, выгоревшие территории, мор скота, деревни, полные ходячих мертвецов. Гийом Саварэ за время своей службы в инквизиции повидал многое.

Тут же никаких последствий. Не было разрушений, не пострадал никто.

Он просидел в лаборатории еще долго, пытаясь разгадать загадку, потом решил отложить все на утро.

***

Сегодня Инна опять подскочила чуть свет. Потому что ночью ей вообще снилось что-то несообразное, вспоминать было стыдно. А щеки горели до сих пор.

Умывалась и приводила себя в порядок с особой тщательностью. Быстро прогладила постиранные со вчерашнего дня фартучек и наколку. И еще долго разглядывала себя в мутноватое обшарпанное зеркальце, которым ее от щедрот своих снабдил Кристоф. Даже причесалась по-новому, переплела в волосы ленту.

Потом надела новое белье и платье, купленное вчера на рынке. Платье было из недорогой ткани и сшито просто. Но хорошо село ей по фигуре. А цвет морской волны замечательно оттенял глаза. Они у нее были серо-зеленые, а сейчас казались темнее и насыщеннее, даже как будто с отливом в синеву.

Смотрелось неплохо.

Булавку она закрепила на платье. У него изнутри под юбкой имелся специальный потайной карманчик. Очень удобно.

Оглядела себя еще раз, вышла из комнатки и стала спускаться по лестнице.

***

Вчера, когда черный дракон инквизитора приземлялся в порту Сквартона, Тибальд в первую очередь думал о том, чтобы поскорее унести оттуда ноги и не попасться на глаза Саварэ. Столичный хлыщ инквизитор о нем даже не помнил, однако именно из-за его вмешательства Тибальд лишился непыльной службы в миссии.

Он работал смотрителем при застенке. И так уж вышло, что подозреваемый в колдовстве узник бежал. Саварэ тогда возглавлял комиссию из центра, и по его распоряжению уволили всех, кто состоял в охране заключенных. В результате Тибальд лишился теплого места и неплохого левого дохода, который ему приносили узники застенка. И возненавидел столичного инквизитора всеми фибрами души.

Но злобу-то он затаил, а поквитаться не было никакой возможности. Как тут было не запить? Потом Тибальд пригрелся у кума Кристофа в таверне, и дела вроде бы шли на лад. Все это понемногу улеглось.

И вот сейчас его благополучие опять было под угрозой.

В жизни Тибальда случились сразу две вещи. Ушлая девка, прибившаяся к ним ниоткуда и мгновенно прибравшая к рукам кума Кристофа. И в городке снова объявился Гийом Саварэ. Бывший смотритель застенка даже не мог сказать, кто бесил его больше.

Наверное, все-таки девка. Потому что инквизитор был далеко, до него не добраться, а эту тварь он видел каждый день. И с каждым днем она раздражала его все больше. Начать с того, что Кристоф ей теперь в рот смотрел. Стоило ей пошептать куму пару слов - и вот ей, пожалуйста, и деньги, и свобода. И процент с прибыли! И неизвестно, что она захочет еще.

А аппетиты у девки дай Бог! Он ходил с ней по рынку и видел, что та, не стесняясь, выбирает лучшее. Не думает, что надо бы скромнее быть, экономить деньги. Конечно. Она же их не заработала!

В общем, пока Тибальд добирался от рынка до таверны, у него было время немного остыть и сделать выводы. Раз инквизитор экстренно вернулся, значит, у него тут дело. То, что в прошлый приезд Саварэ вместо того, чтобы искать ведьму, торчал в «Кабаньей ноге», было само по себе странно. А уж то, что инквизитор проявлял интерес к ушлой девке - странно вдвойне. Трудно было не обратить внимание на это.

Сложив два и два, Тибальд сделал вывод, что инквизитор так срочно прилетел не зря. Будет брать ведьму. И скорее всего, этой ночью им следует ждать гостей. Мысль о том, что эту девицу арестуют и упекут в миссию, была как бальзам его истерзанной душе. Все станет как прежде, и Кристоф опять будет платить только ему.

Но ничего этого не произошло.

Хотя Тибальд все время был начеку. Полночи ждал, чтобы не прозевать момент. Потом не выдержал, сгонял в миссию порасспросить свои старых знакомцев из стражи. Однако никто ничего не знал. Говорили, магистр как засел в хранилище, так оттуда и не выходил.

«Э-ва...» - сказал себе Тибальд. - «Что ему делать в хранилище?!»

Получалось, ошибка вышла? Чрезвычайно досадно было, что не удастся избавиться от этой девицы так легко и быстро, как ему того хотелось. В расстроенных чувствах вернулся домой и завалился спать.

А утром пришла в голову весьма и весьма интересная мысль. Ведь цели можно добиться и другим способом. Так даже будет вернее.

Чтобы избавиться от нежелательной конкурентки, ему надо на ней жениться. Тогда он и процент получит, и сам кой-чего сможет требовать у Кристофа. Ну, а эта потаскуха пусть радуется, что из нее сделают честную женщину.

Но девку надо держать в ежовых рукавицах. Тибальд собирался отучить ее дерзить и строить глазки посетителям. А также бездумно тратить ЕГО деньги. Он не Кристоф и не Шульц, на него где сядешь, там и слезешь.

По всему получалось хорошо.

Оставалось только привести план в исполнение.

Можно было, конечно, начать обхаживать наглую строптивую девку, но зачем? Тибальд не собирался тратить на это время. Женщина сразу должна почувствовать твердую мужскую руку. Он собирался зажать ее в укромном уголке и затащить в постель. А когда все случится, у нее уже выхода не будет, выйдет за него как миленькая.

Вот с этой целью он и поджидал ее сейчас на лестнице.

***

Первый марш Инна неслась, легко перепрыгивая высокие ступеньки. Торопилась вниз, настроение было приподнятое. Она почти преодолела марш, когда ее накрыло возникшее ниоткуда странное предчувствие.

Инна задержалась на промежуточной площадке и, перегнувшись через перила, выглянула вниз. В колодце между маршами шевельнулась какая-то тень. Неприятное ощущение, как будто крысу увидела. С чего бы? Она осторожно подалась назад к стене и замерла, прислушиваясь.

Внизу тишина. Но ведь ей не померещилось. Там кто-то был.

Черт... Это было неприятное ощущение.

Похоже, тот, кто затаился внизу, тоже ждал чего-то. Так продлилось несколько очень долгих секунд. И вдруг - шаги. Осторожные, кто-то двигался крадучись. Скрипнула ступенька...

На мгновение ей стало страшно.

А сразу вслед за этим пришло уже знакомое ощущение измененной реальности. Мир дрогнул перед глазами, а чувства обострились настолько, что она, казалось, ощущала все далеко вокруг себя. И вот эти шаги где-то рядом, сдавленное дыхание, запах...

Тибальд. Страх как рукой сняло.

С какой это стати вышибала решил прятаться на лестнице?

Она вышла из своего укрытия и спокойно двинулась вниз. Шаг, другой, третий. Наконец она увидела его. Поднимался навстречу.

Вид странный, по губам скользнула было ухмылка, но тут же растаяла. Он даже подался назад и изменился в лице, когда она спросила:

- В чем дело, Тибальд? Что-то потеряли? Нет? Тогда посторонитесь.

Тот буркнул нечто невразумительное в ответ и попытался заступить ей дорогу. Он был внизу марша, а Инна спускалась быстро и не собиралась сбавлять темп. Это чем-то напоминало ситуацию из родного мира, когда самолет идет на таран. Казалось, еще немного, и она сметет его, как веник сметает соринку.

В последний момент мужчина уклонился в сторону и прижался к перилам. А она прошла мимо, задев его юбкой, спустилась и вышла в зал. Что он там бормотал ей вслед сквозь зубы, Инне было неинтересно.

***

А Тибальд не мог понять, что произошло. Все складывалось как ему нужно, девка почти была в его руках. И вдруг... Что-то странное.

Ему стало страшно.

Так страшно, что он шарахнулся от нее в сторону. А эта девка прошла мимо и хлестнула его по лицу подолом своей юбки. Она уже ушла, а Тибальд все стоял на лестнице, приходил в себя.

Наконец тряхнул головой и огляделся. Он по-прежнему стоял на лестнице. Что за помутнение мозгов? Что с ним было? Огляделся еще раз, заметил наверху под потолком разводы плесени.

Черт! Все ясно. Он просто надышался этой дряни, вот и померещилось.

Разочарование было сильным. Однако мужчина не собирался отступаться - не вышло в этот раз, выйдет в другой. Он медленно спустился и поплелся в зал. Девица сидела за столом с Кристофом. Вызывающе наглая. Ела и быстро говорила что-то, а кум Кристоф слушал ее, разинув рот.

Тибальд медленно выдохнул раздражение и пошел к столу.

Глава 12

Инна покосилась на местного вышибалу, которого дядюшка Кристоф приставил к ней в качестве охраны. А в голову пришла мысль, что на самом деле еще неизвестно, каковы у этого мутного типа истинные цели и задачи. Со всеми ними надо держать ухо востро. И комнату запирать получше, на всякий случай. Совершенно неизвестно, что делал Тибальд на лестнице и куда он крался так таинственно.

Подумала она и с самым невинным видом улыбнулась мужику.

Странная у него была реакция.

Сначала дернулся, взгляд поплыл, а рот приоткрылся. Потом бочком присел за стол и уставился на нее одним глазом, как-то косо свернув голову. Явно было видно, как у мужика мозги поскрипывают от усиленной работы. Она подперла подборок, взглянула ему прямо в глаза и проговорила:

- Приятного аппетита.

И тут же повернулась к Кристофу.

- Ну что ж, дядюшка, если мы обо всем поговорили, я пошла работать.

***

А поговорили они вот о чем.

Вчера как-то не выпало случая, а сегодня она выложила трактирщику результаты своих дневных наблюдений. Какие блюда берут чаше, что не берут вообще, в результате на кухне всегда остаются избытки. Их или выбрасывать, или скармливать свиньям. И, кстати, поинтересовалась - держат ли они свиней?

Когда узнала, что не держат, вопросительно посмотрела на Кристофа. Но тот уже и сам проникся, мысленно подсчитывая убытки от собственной несообразительности. Правда, за свиньями надо было смотреть, но корм-то выходит дармовой. А если потом мясо пускать в пищу? А излишки и всякие побочные продукты продавать? Получается фактически безотходное производство. Инна видела, как у старого пройдохи включился калькулятор в голове, и подумала, что самое время предложить еще кое-то. Из «земных технологий».

Понятно, что нельзя внедрять новаторские идеи совсем уж резко. Но если потихоньку, под видом ноу хау, то все пройдет на ура. И начинать надо с малого.

Соленые сухарики. Выставить на всех столах просто так. Даром.

Первое, что спросил Кристоф:

- Зачем? Наедятся и больше ничего не будут брать. Нефиг. Что-то от заведения только тем, кто уже оплатил заказ.

- Соленые сухарики вызывают жажду. Поставьте на видном месте пиво. Сухарики даром, а вот пиво...

Культурный шок был написан на лице трактирщика. Наконец он откинулся на спинку стула и протянул тоненьким голоском:

- А ты хитра-а-а.

Инна скромно потупилась и подумала: еще пара таких предложений, а потом можно обговаривать повышение ее доли от прибыли.

И вот еще что, но это уже по опыту. Переговоры надо вовремя прекратить. Вот как сейчас, когда клиент уже мысленно погружен в радужные перспективы. Он сам себе надумает все, что ты еще не успел озвучить, и даже больше.

Вполне довольная достигнутым, Инна отправилась работать.

Но сегодня ей почему не сиделось за стойкой. Все прямо бурлило в душе каким-то предвкушением. Когда она вдруг осознала, что все время поглядывает на дверь и ждет, не появится ли возмутительно прямая и мощная фигура в сером одеянии. Вот честно! Как только поняла, что она снова о нем думает... Прямо разозлилась на себя.

Улучила момент и бегом сбегала к себе наверх. Правда, на обратном пути опять чуть не столкнулась с местным вышибалой Тибальдом. Еще подумала, что как-то уж слишком часть этот тип попадается на ее пути.

Зато теперь у нее в потайном карманчике был припрятан мешочек с вкусняшками, купленными на рынке накануне. Надо же было чем-то отвлечься и компенсировать себе испорченное собственной глупостью настроение.

Раньше у Инны всегда была для таких случаев заначка на работе. Хорошо бы, конечно, еще чашечку хорошего ароматного кофе, но как есть тоже было неплохо. Засахаренные фрукты и орешки она высыпала на блюдечко и потихоньку таскала по кусочку. Настроение от сладкого улучшилось, работа пошла веселее.

А ближе к обеду в таверне появились стражники. Те четверо, что приходили вчера, и еще двое из новых. В зале теперь было особенно шумно. Раздавался хохот.

Она как раз записала в книгу очередной заказ. Улыбнулась вояке, оставившему ей неплохие чаевые, а другой рукой потянулась к блюдечку, не глядя взяла вкусняшку и с удовольствием прикусила.

Да так и замерла с долькой засахаренного персика во рту.

Потому что именно в этот момент дверь таверны открылась, и на нее с порога уставился инквизитор.

***

У магистра Саварэ день начался далеко не так радужно, как хотелось бы. Встал засветло, толком спать не мог. Вместо предложенного завтрака выпил стакан молока и заел куском хлеба. А потом занялся преподобным Бискаром.

Но неформальный допрос ничего не дал. Старик вертелся словно уж на сковородке и столько подбрасывал разнообразных версий и деталей, что выловить правду в этом потоке казалось невозможно.

- Хорошо, - прервал Гийом его излияния. - Мне нужны копии рабочих кристаллов по другим делам, проходившим в вашей миссии.

- Так нет же их, ваша милошть.

- А где они? - Гийон начал терять терпение.

Он и без того был раздражен, а в какой-то момент словно уловил некий сигнал. Его непреодолимо потянуло к той женщине. Гийом готов был подскочить и немедленно отправиться ее искать. Однако вместо этого магистр продолжил допрос. Но побороть странную тягу оказалось непросто, и от этого у него только еще больше испортилось настроение. А когда он услышал ответ, взъярился окончательно.

- Ражбилишь вше, ваша милошть, - развел руками преподобный.

- Как это разбились? - вкрадчиво спросил Саварэ, подаваясь вперед.

У старика глазки испуганно забегали.

- Ай... - зашамкал он. - Когда жапишивал этот пошледний вшплешк. Торопился, пять дишков перепробовал, глаза не видят, ваша милошсть, руки штарые, дрожат. Вот я и уронил шкаф. А там они и ражбилишь вше. Ну так ведь оригиналы же вше равно хранятшя в архиве верховной мишшии.

И уже куда более бодрым голосом спросил:

- Хотите пошмотреть на ошколки?

Гийом смотрел на него и испытывал острое желание придушить лукавого старца. Оригиналы в верховной миссии? Какие оригиналы, которые? Тщательно подчищенные? То есть Бискар быстро подсуетился и спрятал концы в воду.

Интересно, когда успел? Загодя или прямо этой ночью? И склонялся магистр к мысли, что, возможно, рабочий архив Сквартонской миссии был уничтожен этой ночью, за те пару часов, пока он спал.

По-хорошему, взять бы преподобного да в кандалы. И в подвал. Тогда он совсем по-другому запоет. Однако для этого нужен ордер. Но, чтобы получить ордер, требуются неопровержимые доказательства, а у Гийома пока что были только догадки. И те обрывочные сведения, что сохранились на испорченных кристаллах.

Мыслей своих он не озвучил, сказал только:

- Надеюсь, кристаллы, с которыми я вчера работал, целы?

- Э... - согнулся в три погибели Бискар.

- Потому что если с ними вдруг что-то случится...

Преподобный напрягся, а магистр взял паузу.

Поднялся из-за стола и прошел мимо него к окну. И замер там, глядя на порт. Из окна хорошо было видно ту часть, где среди построек уныло топтался его дракон. Мелькнула мысль, но не успела оформиться.

Он обернулся к отчаянно кряхтевшему и охавшему Бискару и продолжил:

- Если хоть один разобьется или вдруг пропадет, вместо пенсии, вы, Бискар, пойдете под трибунал.

- Я?! Ва-ваша милошть... Жа што...

- Я предупредил, Бискар. Надеюсь, вы меня поняли, - выразительно взглянул на него Гийом и пошел к двери.

Секунда звенящего молчания, старик зыркнул на него волком, однако тут же спохватился и суетливо зашамкал:

- Ваша милошть, магиштр Шаварэ, а как же обед? Вы же ш утра не ели, ижвольте отведать, наш повар штаралшя...

- Не имею желания, - бросил Гийом, закрывая за собой дверь кабинета.

А потом вышел из миссии и спустился в порт, проведать своего дракона. В этот раз он захватил для него нормальный корм, концентрированный, насыщенный магией, вкусный. Кормил Черного, а сам думал.

Очень плохо, что он не интересовался делами в Сквартонской миссии раньше. Был тут за все время от силы раза два. Он и в этот раз прилетел случайно, так вышло. А нити, получается, тянутся далеко. И до всего ему придется доискиваться.

Он еще некоторое время стоял, сложив руки за спиной. Хмурился. Потом наконец позволил себе то, чего ему уже давно хотелось. Да так сильно, что буквально выжигало в груди дыру.

***

В таверне было полно разношерстного люда. В основном одни мужчины. Торговцы, мастеровые, местные забулдыги, несколько стражников. Все это было на одно лицо, шумело, жрало и отпускало шуточки. И посреди этой серой массы он видел яркое светлое пятно.

Так четко, зрение выхватывало каждую мелочь.

Простое платье цвета морской волны на ней смотрелось нарядно и сразу притягивало взгляд. Светлая кожа, медовые с отливом в рыжину волосы. Глаза... Яркие, словно подсвеченные изнутри. Серые? Синие? Зеленые?

Женщина стояла за стойкой и ела цукат. Несколько сладких крошек прилипло к нижней губе. Он поймал себя на том, что хотел бы их слизнуть.

Глава 13

Это оказалось неожиданно для него самого. Он мог залезть ей под юбку и даже пойти дальше в целях расследования. Но чтобы его вот так, ни с того ни с сего накрыло? Кхммм.

Гийом Саварэ не страдал ложной скромностью и никогда в своей жизни не бегал за женщинами. Сами всеми правдами и неправдами стремились пролезть в его постель. Выбирать он мог лучших из лучших. Если бы захотел.

Что это за мысль сейчас была вообще?

Магистр замер на пороге, разглядывая женщину. Она казалась яркой и какой-то...

С той первой встречи она изменилась сильно.

Он прекрасно помнил ту дрожащую девчонку в темноте на пустынной улице. Гийом не мог тогда видеть отчетливо ее лицо, но стук громко колотившегося сердца слышал на расстоянии. В первый момент он принял ее за ведьму, потому что все сходилось, кроме одного - силы. Напугана была как кролик, но при этом дерзила ему.

А еще он помнил грубое платье и под ним весьма рискованное кружевное белье. И тонкий запах волос и кожи, который не перебивали даже вонь прелой соломы и дешевое мыло, которым разило от ее одежды. Легче всего было принять ее за столичную даму, оказавшуюся в трудных обстоятельствах и вынужденную подрабатывать шлюхой в этом грязном предместье. Но шлюха не стала бы так отчаянно протестовать и вырываться.

Сейчас он видел перед собой уже совсем другую женщину. Уверенную, дерзкую. Явно привыкшую к другой жизни. Чего стоили ее кружевные чулки и те засахаренные сладости, которые она грызла так бездумно. Что, между прочим, совсем не свойственно поселянкам из предместья. А ее повадка? Привычка не опускать взгляд?

«Кто же ты?» - подумал он про себя, а сердце странно екнуло.

Он с первой же встречи заметил это несоответствие, однако в тот момент Гийом не располагал временем, чтобы разобраться. Говоря по правде, времени у него не было и сейчас. На нем висело незакрытое расследование в Сквартонской миссии. Он там только сверху копнул, и уже столько нарушений вскрылось, что впору за голову хвататься.

Дел по горло.

А его что-то непреодолимо притягивало к этой женщине. Очевидно, это из-за тайны, которую он не мог разгадать. Пока. Он даже обрадовался этой мысли. Действительно, нет никакого непонятного притяжения, а есть загадка. Как только загадка будет разгадана, женщина перестанет его интересовать.

«Ну, что ж, донна Иннелия из Таргота, воспитанница монастыря. Посмотрим, что за тайну вы прячете», - мрачно хохотнул про себя Гийом и направился к стойке. Теперь он не собирался торопиться, наоборот. Все разом отодвинулось на второй план, а в груди стало разливаться тягучее предвкушение.

Мысли пришли в порядок, все разложилось по полочкам. Даже странная, выжигающая дыру в груди потребность при виде ее успокоилась. Цель была прямо перед ним. Он опять являлся хозяином положения, и это было правильно, потому что иначе просто быть не могло.

И вдруг его слух уловил фразу.

- Гляди-гляди... Сочная девка!

- Уймись, она встречается с Шульцем.

- Дык нет же Шульца, его заезжий душегубец в Астаран услал!

Раздался сдавленный хохот, а сразу следом один из стражников шикнул:

- Тихо вы!

Его наконец заметили. Повскакали с мест, загомонили, вытягиваясь перед ним в струнку:

- Магистр!

- Отставить! - рявкнул он, проходя мимо. - Заканчивайте здесь и возвращайтесь на свои посты!

И даже не оглянулся. В тот момент Гийом Саварэ не мог бы сказать, что его взбесило больше. То, что его назвали заезжим душегубцем, или то, что интересующая ЕГО женщина встречается с каким-то солдафоном. Сразу припомнились и кружевные чулки, и взгляд, который она бросила на Шульца.

Магистр внезапно почувствовал, что ему жмет широкий ворот его серого инквизиторского одеяния. А на лице сама собой обозначилась циничная кривая усмешка. Он видел, что женщина смотрит на него, и как меняется взгляд и выражение лица, тоже. Стоило ему приблизиться, она отложила недоеденный кусочек сладкого на тарелку и замерла холодной статуей.

Еще один неприятный укол. Гийом собственными глазами видел, как она мило улыбалась какому-то вояке. «Вот, значит, как, донна Иннелия?» - ядовито заметило его эго.

Несколько секунд висело молчание, наконец она спросила:

- Будете делать заказ?

- Буду, - подался он вперед и замер, глядя на нее.

- Кхммм... - женщина опустила глаза и прокашлялась, прикрывая горло рукой.

Гийом проводил взглядом этот ее жест. Изящные длинные пальцы, ухоженные ногти, эти руки ни дня не занимались грязной работой. Еще одно несоответствие.

Возникла неловкая пауза.

И тут она вскинула на него взгляд.

Он так и не понял, почему разозлился. Наверное, потому что она смотрела на него с вызовом. Это плеснуло кипящим маслом на его гордость. И сарказм из магистра Саварэ так и попер.

- Я смотрю, вы, донна Иннелия, любите сладкое? - спросил он. - Надо полагать, эту привычку приобрели в монастыре? Впрочем, можете не отвечать.

- Ну отчего же, - сложила она руки перед собой. - Именно там и прибрела.

Сладко улыбнулась и провела языком по нижней губе, слизывая крохотную крупинку сахара. У него на глазах. Мужчина почувствовал себя обделенным, нервно сглотнул и бросил отрывисто:

- Очевидно, привычку крутить романы с военными вы приобрели там же?

Ее глаза ярко сверкнули, совсем как у разозленной кошки. Однако ответила она спокойно:

- Да. Мне всегда нравились военные, красивые, здоровенные. Но к вам это не относится, - смерила его взглядом и добавила: - Будете делать заказ? Потому что если нет, видите, за вами скопилась очередь.

Сейчас Гийом готов был удавить ее, такая ярость кипела в нем. Но виду он не подал.

- Ничего, подождут, - проговорил он ровным тоном.

Оперся локтем о стойку и оглянулся назад. Если кто и желал чего-то заказать, всех словно ветром сдуло. А он обернулся к ней и бросил золотой.

- Мясо с бобами.

- Прекрасный выбор, - процедила женщина, записывая заказ.

И уже хотела опустить его золотой в кассу, но магистр успел раньше.

- Оставьте это. Заказ не окончен, - проговорил он.

Нарочито медленно протянул руку, взял с тарелки надкусанный ею кусочек сладкого, положил в рот и стал жевать. Она беззвучно ахнула, уставившись на него. Что-то беспомощное, женское промелькнуло в глазах.

«Так-то», - подумал Гийом, а вслух сказал:

- Донна Иннелия, вы приглашаетесь для дачи показаний. Прошу следовать за мной.

И направился к свободному столику.

***

Ну все, подумала Инна. Пропала. Добрался-таки до нее этот мерзкий хам инквизитор. Она и так уже ругала себя на чем свет стоит, что как дура пускала слюни на этого жлоба. А тут стало вконец тоскливо.

«Прошу следовать за мной», - передразнила его про себя.

Не дождется он, чтобы она тряслась от страха!

Но она тряслась, все дрожало внутри. Особенно когда он обернулся и резко бросил:

- Я жду.

«Ну и пожалуйста!»

Вышла из-за стойки и пошла следом. А этот тип остановился у столика и обернулся к ней.

- Прошу, садитесь.

Инну душила злость, обида на собственную глупость сдавливала горло. Но она села, выпрямив спину. Успела поймать встревоженный взгляд Кристофа. Трактирщик коротко подал знак разносчику. Парнишка метнулся с подносом, а Кристоф двинулся к ним.

В этот раз за счет заведения были сыр, зелень, ломти теплого хлеба и кувшин белого вина. Пока мальчишка расставлял все это на столе, Кристоф спросил, кланяясь:

- Может быть, господину магистру угодно еще что-нибудь?

- Угодно, - ответил магистр, глядя на Инну. - Что у вас есть сладкого?

- Черничный пирог со сливками, ваша милость, - сглотнув, промямлил Кристоф.

Она невольно возмутилась: так вот что он втихаря ест?! Потому что в меню никакого сладкого не было.

- Принесите для донны Иннелии черничный пирог со сливками, - невозмутимо проговорил инквизитор.

- Что? - изумленно прошептала Инна, вскидывая на него взгляд.

А тот протянул Кристофу еще один золотой и небрежно бросил:

- Вы же любите сладкое?

Она шумно выдохнула и уткнулась в тарелку. И потом все время ждала, когда же начнется допрос. А сама смотрела, как он ест эти свои бобы с мясом, и мысленно желала, чтобы его от них вспучило. Впрочем, что ему бобы! У такого гада наверняка пищеварение не хуже, чем у его дракона.

Принесли ее черничный пирог.

«Не прикоснусь!» - сказала себе Инна.

Но чисто от нервности стала ковырять ложечкой. И сама не заметила, как съела.

А инквизитор самодовольно на нее покосился.

- Вкусно?

Тьфуууу. Она готова была сквозь землю провалиться. Ситуация идиотская. Можно подумать, он ее на свидание пригласил. Положила на стол ложку и заставила себя выдавить:

- Да, спасибо.

- Вот и хорошо, - кивнул он. - А теперь, донна Иннелия, скажите мне вот что...

Глава 14

Он взял паузу.

И чуть подался вперед, опираясь одной рукой о стол, а другую откидывая на спинку стула. Так наблюдать было проще.

Его излюбленный прием. Дезориентировать допрашиваемого, заставить его мысленно перебирать все свои прегрешения. Потому что неизвестность пугает. Чем пауза дольше, тем больше будет набирать силу страх. Обычно он дожидался момента зарождающейся паники и уже потом задавал вопрос.

Сначала простой, чтобы сбить с толку.

А уже потом настоящий.

Сейчас Гийом не знал, чего ему хочется. Наверное, просто отомстить ей за то, что заставила его чувствовать себя ущербно. Но это было мелко, и мужчина не готов был в этом себе признаться. Нет. Не так...

Да, он хотел смотреть на нее. Вот так. Хотел зрительного контакта.

Надо было признать, что у женщины неплохая выдержка. Ему казалось, что он снова слышит стук ее сердца. Конечно же самообман, потому что в зале для этого было слишком шумно. Но это создавало некий момент интимности. Странную связь между ними.

Что он чувствовал, отслеживая малейшие изменения мимики? Почему так старался уловить скрывавшиеся за этим движения ее души? На своем веку инквизитор Гийом Саварэ знавал многих хитроумных и опытных, способных месяцами водить за нос правосудие. То, что видел под ее маской равнодушия, нисколько не приближало его к разгадке. Скорее, напротив, давало пищу для размышлений и еще больше озадачивало.

Невольный страх во взгляде - его она не могла скрыть, сожаление, обида. И наконец - усталость. Она словно отгородилась от него стеной, прервала контакт. Нет. Он не хотел прерывать контакт.

- Ваше настоящее имя, - проговорил настолько тихо, что за соседним столиком его бы не услышали.

- Что? - беззвучно ахнула она.

- Имя.

Женщина бросила на него прямой взгляд, начисто лишенный кокетства, и сказала:

- Инна, Иннелия.

Гийом задумчиво кивнул, склоняя набок голову. Похоже, она не лжет, и имя настоящее. Он дал себе слово при случае, как окажется в Астаране, внимательно изучить родственные списки всех старинных родов. И не только.

Потому что вдруг понял одну странность. Несмотря на независимую повадку и привычку повелевать, в ней не было капризной изнеженности, присущей женщинам из аристократических семей. Гийом сказал бы, что у нее мужской характер и манера поведения. Вращайся такая дама в Астаранском свете, она не осталась бы незамеченной.

И все же, кто она?

Легенду про то, что она из Таргота, да еще из монастыря, Саварэ отмел сразу. Однако допытываться не стал. Если женщина по какой-то причине скрывает свое происхождение и прошлое, пусть. Тут он оставил ей право на тайну. Это даст ей небольшое чувство уверенности и позволит расслабиться.

Спросил другое:

- Что вы делали той ночью на улице?

***

Снова пауза.

Надо выдержать, не терять спокойствия. Честное слово, у нее уже от него скоро мозги будут всмятку.

А инквизитор сидел слишком близко. Так близко, что она невольно разглядывала его волевое лицо с четко вылепленными, по-мужски резковатыми чертами. Он был весь какой-то цельный. Крупный, борода эта его черная, широкие плечи, сильные руки, хорошей формы и с длинными чуткими пальцами.

Сейчас он снова казался опасным хищником.

Сердце заколотилось в горле, и в легких разлился холодок страха. Неудержимо тянуло вытереть повлажневшие ладони. Руки у нее непроизвольно дернулись, а инквизитор прищурился, переводя взгляд. Темные, почти черные глаза потемнели еще больше.

Снова кольнули страх и обида на судьбу.

Черт... Она уже сто раз успела проклясть и бабкино наследство, и свое сюда попадание. Зачем ее вообще понесло в ту деревню? Надо было сразу писать отказ в пользу Зинки. Теперь не торчала бы здесь. Так глупо, попасться ни за что. Пошел откат, наверное, просто потому что она устала.

И тут этот вопрос.

Инна взглянула на него и ответила, раздраженно поведя плечом:

- Шла.

- Это я и сам заметил, - хмыкнул он. - Что вы там делали? Почему ночью?

Она ведь знала, что просто не будет, не так ли? И отвечать ей придется правду, у инквизитора слишком проницательный взгляд. Значит, правду он и получит. Разумеется, не всю. Ибо еще неизвестно, как тут инквизиция относится к нелегальным мигрантам из другого мира. Вдруг прямо с ходу - да на костер.

Медленно набрала воздуха в грудь и произнесла, подавляя досаду:

- Пыталась избежать нежелательных встреч.

Хотели правду? Вот вам. Мужчина чуть заметно подался вперед и нахмурился:

- От кого-то бежали, вас кто-то обидел?

Он продолжал сверлить ее своими темными глазами, а Инна чуть не ляпнула: «Вы!»

Хотя, по правде говоря, инквизитор тогда напугал ее, но обиженной она себя, как ни странно, не чувствовала. И сейчас просто не знала, что сказать. Правду нельзя. Вдруг он снова ринется рыскать по всему району. Найдет ее припрятанные вещи, и докажи потом, что ты не при делах.

Бежала она? Можно сказать и так, точнее, ей просто не предоставили выбора, вытолкнули в этот мир. Обидели? Да, Инна могла бы сказать, что обижена на сестру Зину. За то, что не сказала ей про тот подвох с бабкиным наследством.

Вот за обиду на сестру она и уцепилась и тихо проговорила, глядя ему в глаза:

- Да, меня обидели, и мне пришлось бежать.

Что-то такое промелькнуло в его взгляде. Голодно-зверское. Инна думала - все, сейчас он вцепится в нее и не отстанет, пока не вытянет всю правду. А там - здравствуйте подвалы инквизиции и испанские сапожки. Так стало тоскливо!

Однако он удивил.

- Вы должны были тогда же сказать мне, - проговорил, буравя ее темным взглядом.

Он собирался еще что-то сказать, однако тут дверь таверны хлопнула, и в зал влетел запыхавшийся стражник. Оглядел всех и прямиком направился к их столику.

- Ваша милость, магистр Саварэ, - проговорил, склоняя голову. - Вас срочно ждут в миссии.

- В чем дело?

- Не знаю, ваша милость, мне велено передать.

Саварэ сжал кулаки, потом резко встал. Бросил ей, оборачиваясь на ходу:

- Вечером договорим.

И вышел вместе со стражником.

***

Инна была так поражена всем этим, что невольно качнулась за ним следом. Хотела сказать, что вечером не сможет, ей надо на рынок. Но не успела.

Опустила взгляд на стол и нахмурилась. Что это было вообще? Разве инквизиция так должна проводить допросы? Хмммм...

Потом обвела взглядом зал. Бледно улыбнулась Кристофу, настороженно застывшему за стойкой. Старый трактирщик заметно расслабился, стал вытирать потную лысину. А она махнула ему рукой, чтобы не переживал.

И вдруг словно споткнулась.

На нее из своего угла, не отрываясь, смотрел Тибальд.

Глава 15

Магистр был страшно недоволен тем, что их прервали. Потому что давно уже не испытывал такого необъяснимого удовольствия от изысканной охоты. Общение с этой женщиной напоминало игру, когда охотник знает, что вот она дичь, и не спешит. И уж особый интерес вызывало то, что он неожиданно увидел в донне Иннелии достойного противника.

Однако он не мог проигнорировать срочный вызов. По дороге к миссии Саварэ мысленно перебирал все возможные причины, по которым его могли выдернуть, и сто раз уже мысленно пообещал свернуть Бискару шею, если вызов ложный.

Преподобный встретил его на подступах к миссии. Сам. И одно это уже встревожило.

- В чем дело, Бискар? - резко бросил магистр.

- Ваша милошть, - заахал тот, разводя руками. - Шмотрите шами.

И показал в сторону порта.

- Что-то случилось? - спросил, испытывая очень нехорошее предчувствие.

- Шлучилошь, ваша милошть, шлучилошь. Пошморите... Ваш дракон...

Гийом мысленно зарычал и тут же развернулся в сторону портовых построек. Уже на подступах к складам было видно, что часть складских ангаров разнесена в хлам. А Черный с недоумевающим видом топтался среди обломков. Увидев его, протяжно заревел и двинулся навстречу.

Бискар тут же взвизгнул, спрятался за спину Гийома Саварэ и заверещал:

- Вжбешилшя он, ваша милошть! Вот как ешть, вжбешилшя!

Дракон взглянул на преподобного большим круглым глазом, узкий зрачок дернулся дышащей щелью, а потом снова уставился на Саварэ и тихо рыкнул. Словно хотел сказать: «Я не виноват».

За спиной что-то шамкал преподобный. Гийом сказал, не оборачиваясь:

- Бискар, ждите меня в миссии.

И тут же рыкнул в голос:

- Очистить территорию. Убраться всем посторонним!

А сам подошел к дракону, прижал ладонь к его чешуйчатой морде и тихо спросил:

- Что с тобой?

В то, что дракон мог взбеситься, Гийом не верил. Драконы не страдают подобного рода болезнями. Как и расстройствами психики. Тут дело в другом. И действительно, стоило осмотреть пасть, Гийом сразу увидел повреждения и язвы на языке и слизистой.

Подсунули отраву.

- Как же ты так? - спросил он, поглаживая морду ящера.

По всему выходило, что кто-то в его отсутствие умудрился накормить дракона какой-то гадостью. Но как вышло, что он кого-то к себе подпустил? Впрочем, зная пристрастие своего дракона к лакомствам, а особенно к сладкому, Саварэ не удивился. Черный шумно выдохнул и виновато отвел взгляд.

Ущерб придется возместить. Но не это раздражало магистра.

Похоже, он недооценил преподобного. Саварэ сейчас был так зол, что, попадись ему сию минуту Бискар, точно свернул бы ему шею. Но самое неприятное, что без доказательств лукавому старцу можно было инкриминировать разве что халатность.

Он отошел от дракона и уставился на море, которое теперь не загораживали склады. Потом развернулся и быстрым шагом пошел в сторону миссии.

***

Зал снова заполнялся людьми, стоял гомон. На нее смотрели, а местный вышибала, кажется, собрался прожечь в ней дыру. Инна отвернулась, пожимая плечами. Хотелось бы знать, что ему нужно. Она вообще заметила, что тот в последнее время слишком часто попадается ей на пути. Шпионит за ней то ли по заданию Кристофа, то ли по собственной инициативе. Еще предстояло разобраться.

Но сейчас она была в полнейшем раздрае. Настолько ошарашена всем, что какое-то время просто сидела за столом, не решаясь двинуться с места. Потом, конечно, опомнилась. Хотела встать, но тут подоспел мальчишка-разносчик с подносом - убирать со стола. А она в очередной раз поразилась, как этот парнишка успевает в одиночку тут носиться.

И тут Инне в голову пришла интересная мысль.

***

Все это время местный вышибала сидел как на иголках. За сегодняшнее утро он уже дважды пережил несколько неприятных минут. Сначала тот странный случай на лестнице, когда он так и не понял, что с ним произошло.

Потом появление инквизитора.

И тут уж у бывшего смотрителя заключенных был повод трястись за свою шкуру.

Прошедшей ночью он наведался в миссию, расспрашивал свои старых знакомцев из стражи, зачем к ним пожаловал столичный душегуб. А узнав, что магистр засел в хранилище и не выходит, не удержался, забежал на обратной дороге в порт. Да не с пустыми руками. Прихватил с собой кой-чего, пусть инквизитор «порадуется».

Тибальд надеялся, что досадную неприятность с драконом никто с ним не свяжет. Однако, увидев магистра Саварэ входящим в таверну, от страха взмок. Думал, что инквизитор явился по его душу. А тот принялся за ушлую девку.

В первый момент страху было поедено много, потом нахлынуло облегчение.

Ну все, отбегалась ведьма. Это было даже хорошо. Избавится от нее наконец и заживет как прежде. Ан нет, вывернулась наглая бабенка. Опять непонятное что-то.

А непонятное надо было выяснить.

Он решил подойти к стойке и застал уже самый конец разговора.

***

Нельзя было дольше рассиживаться, надо входить в ритм и продолжать работу. Инна наконец сделала над собой усилие, поднялась из-за стола и направилась к ожидавшему ее трактирщику. Кристоф тут же осведомился:

- Что хотел от тебя Саварэ?

Видно было, что старик волновался. Да она и сама не могла понять толком. Получалось, «для дачи показаний» инквизитор пригласил ее в кафе? Это еще как-то укладывалось в схему взаимоотношений с надзорными органами в ее мире. Но здесь? Она прокашлялась и проговорила:

- Насколько я понимаю, магистр хотел угостить меня пирожным.

Трактирщик некоторое время хлопал глазами, осмысливая. Потом спросил, понизив голос:

- А говорили о чем?

Ну-ну, подумала про себя Инна и выдала с таинственным видом:

- Спрашивал, правда ли почтенный Кристоф ест сладкое под одеялом один?

- А?!... - старик аж отшатнулся.

Смеялась Инна долго. Кристоф сначала крепился, смотрел на нее обиженным взглядом. В конце концов тоже стал смеяться, вытирая тряпкой блестевший от испарины лоб.

Наверное, так выходило нервное напряжение. Только сейчас Инна почувствовала, что ее наконец начало отпускать. Правда, еще оставалось обещание инквизитора: «Вечером договорим». Но прежнего заливающего холодом страха уже не было. Сладкое сделало свое дело.

- А если серьезно, - сказала, отсмеявшись, Инна. - Дядюшка Кристоф, почему у нас в меню нет выпечки? Я пробовала, очень вкусно.

- Дык не заказывают мужики всякое такое, - хмыкнул тот, махнув тряпкой в зал. - Вон, сама посмотри. Это же вы, бабы, любите сладкое.

Ага, кто бы говорил. Однако Инна кивнула.

- Верно. И это большой минус. И, кстати, почему среди наших посетителей почти не нет женщин?

Кристоф развел руками.

- Не заходят они к нам.

Конечно, они не зайдут, подумала Инна. Одни мужики. Жрут конвейером, галдят, выражаются. Настоящий вертеп.

- Вот в этом все и дело, - начала она, оглядываясь по сторонам. - Убраться тут надо. Подновить побелку, вон, потолок уже черный. Занавесочки повесить, скатерки...

- Какие скатерки? - зыркнул на нее старик. - Они же об них руки вытирать будут! Живо зас... Жиром вывозят.

Но Инна его не слушала.

- Нанять девушек посимпатичнее, чтобы разносили еду, приодеть в одинаковые платья. Фартучки накрахмаленные всем. Будет как униформа...

- Э! Э! Э! Ты чего! - замахал руками Кристоф. - Меня же бабы местные побьют! Скажут, что мы тут специально мужиков сманиваем.

- Ах-ха! А мы их сладким! Подавать выпечку, конфеты, деликатные напитки. Отдельные столики, мороженое специально для женщин. К нам будут заходить приличные горожане семьями.

- Моро... - что?

Трактирщик так и застыл с отрытым ртом. Потом отмер, стал, отдуваясь, вытирать тряпкой красное лицо.

- Ну ты, это...

И погрозил ей пальцем. А потом склонился к ней близко, и его как прорвало:

- Это ж не здесь, не в этой дыре! Сюда ж кто придет-то? Надо филиал открывать в центре, поближе к рынку. Там народу больше толчется! Но это ж надо к бургомистру, землю в аренду просить. И с миссией согласовывать. И-и-ех!

Сообразив, что выложил все свои тайные мысли, Кристоф опомнился, оглядел цепким взглядом зал и уже другим тоном проговорил:

- Значит так, племянница, мысля твоя хорошая. Но это потом.

Инна решила не гнать коней. Понятно, что мысль еще должна отстояться и прижиться, чтобы тот считал ее своей. Главное было заронить зерно. Она пожала плечами:

- Хорошо, дядюшка, как скажете. Потом так потом.

Повязала передничек и хотела уже занять свое место за стойкой, как откуда-то сбоку от нее возник Тибальд. Физиономия перекошена. Уставился на нее с таким подозрением, будто она как минимум сперла его любимые носки.

- Это вы сейчас о чем?

Инна уже хотела ответить, но тут вмешался Кристоф. Взглянул на нее выразительно и выдал:

- На рынок сегодня раньше пойдете. А я тут как-нибудь сам. Ну и... место присмотри там. Ну, ты поняла.

Полез в кассу, вытащил оттуда два золотых и сунул ей в руку.

- На вот, на булавки тебе. Все, идите.

***

У Тибальда был шок.

Он те золотые словно от своего сердца оторвал. Еле сдержался. Ибо, на фига! На фига бабе на булавки столько давать?! Серебрушку раз в полгода, и хватит. А столько свободы!

Подумаешь, цаца! Туда ходи, сюда ходи... Денег ей... Нееет, совсем выжил из ума кум Кристоф! Околдовала его ведьма, околдовала.

Только сунулся к нему, сказать, что не надо так. Неправильно это. Так старый ему выдал:

- Ты это. Девке не мешай. Рядом будь. Если она чего скажет, делай.

Что?! Хотелось ему сказать. Что?! Ему еще быть у нее на побегушках?

Теперь необходимость во всем потакать ушлой девке воспринималась сродни личному оскорблению. Однако Тибальд промолчал и, недовольно сопя, отправился с ней на рынок.

Шел с ней рядом и подмечал все мелочи.

Сейчас утренняя идея жениться и прибрать к рукам процент с прибыли уже не казалась столь радужной. И дело было даже не в том, что девка дерзкая и разбалованная до предела. С этим он мог бы справиться, и не таких обломать можно, ежели держать на хлебе и воде.

Беспокоил интерес к ней инквизитора.

Добро бы этот столичный хлыщ Саварэ упек ее в застенок. Тибальд перенес бы потерю процента от прибыли, черт с ним. Так нет же, магистр, похоже, повадился столоваться у них, а у Тибальда теперь не было никакого желания лишний раз попадаться на глаза инквизитору.

Все это квасилось у него в голове и пока не находило никакого конкретного выхода.

***

Инну этот недовольно сопящий тип раздражал.

Но не настолько, чтобы окончательно испортить настроение. Ее саму захватила идея открыть филиал ближе к рынку. Там живое место, непрерывный людской поток. И это уже другая, более денежная публика. Можно развернуться широко. К тому же ей все время подспудно хотелось убраться подальше от того грязного предместья, в котором и произошло ее попадание в этот мир.

Поэтому она сейчас не думала о новых платьях, а прежде всего присматривалась. Найти хорошее место было не так-то просто. Все мало-мальски стоящее уже стихийно занято. Самой Инне больше нравились магазинчики в нижних этажах домов, они напоминали ей французские бистро. Но туда нечего было даже соваться. Ряды на причале? Там было тесно, грязно и дешево. Нет.

И тут она вспомнила про кофе и чуть не хлопнула себя по лбу. Действительно, как можно было забыть! Резко развернулась и двинулась в противоположную сторону. Ряды, где продавались всяческие специи, находились ближе всего к портовым постройкам.

Тот ряд, в который ей надо было попасть, был совсем рядом. Рукой подать.

Когда стала подходить ближе, не сразу догадалась, в чем несоответствие. И только потом, внимательно приглядевшись, поняла. Часть портовых ангаров была развалена. Черный дракон топтался на краю причала и тянул шипастую морду к зеленой воде. А рядом с ним инквизитор. Магистр Гийом Саварэ.

Стоял, такой... впечатляюще представительный, сердитый и грозный, а перед ним эти, в серой одежде. Оттуда ей было не слышно, но видно, что магистр был зол и распекал кого-то. Инна невольно залюбовалась, глядя на него.

Рядом выругался сквозь зубы Тибальд. Зашипел сквозь зубы:

- Уходить надо! Быстро!

Но было поздно. Инквизитор уже увидел ее и двинулся прямо к ней.

А вслед за ним затопал по причалу и его дракон.

Глава 16

И вроде бы надо по-быстрому свернуть в ряды, а Инна замешкалась, потому что вдруг увидела все это новым взглядом. Ведь если расчистить территорию, то здесь такой торгово-развлекательный комплекс можно разместить! С барами, ресторанами, галереей бутиков. С парковкой и шикарным видом на гавань...

Когда она вынырнула из своих мыслей, уходить было действительно поздно. Инквизитор стоял в десяти шагах от нее. Брови нахмурены, взгляд суровый, в довершение образа сзади маячила морда его дракона. Такая, знаете ли, здоровенная пасть... и зубы. Инна невольно застыла, прикрывая рукой горло.

- Почему вы бродите одна в таком месте? - строго спросил инквизитор, подходя ближе.

Одна? Она в первый момент даже растерялась. Стала оглядываться - а ведь и правда, ее провожатого нигде не было видно. Только что был здесь, а сейчас его словно ветром сдуло. Это было странно, но у Инны не было времени рассуждать, куда девался Тибальд.

- В каком месте? - спросила она, прочищая горло.

У магистра вырвался резкий жест.

- Разве вы не видите, что здесь опасно? Возможно, где-то рядом скрывается злоумышленник, - сердито бросил мужчина, оглядывая причал, потом показал на землю. - Кругом обломки. Или вас в монастыре не научили смотреть под ноги?

Что?! Взрыв негодования мгновенно стер все тщательно выстраиваемые границы.

- Я нахожусь здесь по делу! - отрезала она. - И вас не касается, господин магистр, чему меня учили в монастыре!

Хотела уже развернуться и уйти, но тот в пару шагов преодолел разделявшее их расстояние.

- Стойте. Не стоит разгуливать здесь одной, еще наступите куда-нибудь ненароком, чулочки свои кружевные порвете.

Это... У Инны не было слов! А тот уже сменил тон и выдал:

- Так. Что у вас здесь за дело?

Она перевела на него взгляд. Высокий, крепкий, мускулы эти его под серым одеянием, черная борода. Такого с места не сдвинешь, даже если захочешь.

Хотелось высказать ему все, что она о нем думает, но Инна гордо выпрямила спину и направилась в сторону рядов.

- Куда вы идете?

- Мне нужно купить кофе.

- Кофе?! - вырвался у него возглас искреннего удивления.

Который она проигнорировала.

А мужчина смерил ее странным взглядом, и Инна подумала, что если он сейчас снова вспомнит про монастырь... Не вспомнил. Молча пошел рядом. Вот и хорошо.

Все-таки не замечать его было сложно, но Инна старалась из всех сил.

Двигалась по ряду, выглядывая торговца, обещавшего ей заветные зерна. А заодно искала взглядом, куда мог подеваться Тибальд. Однако тот как сквозь землю провалился. Впрочем, защита сейчас ей точно не требовалась, господин инквизитор своим видом весь рынок распугал. От них шарахались в сторону.

Наконец она дошла до тех лотков.

Под пристальным взглядом инквизитора купила мешочек кофе у нервно поглядывавшего на них торговца. А кроме того разных вкусняшек понемножку. И пока торговец упаковывал маленькие мешочки в один побольше, договорилась, что через неделю тот привезет еще кофе. Все это время Гийом Саварэ стоял рядом, сложив руки на груди и молча сверлил ее взглядом.

А вокруг звенящая тишина. Никто даже переговариваться не смел.

И только в какой-то момент негромко, но как-то тоскливо и протяжно заревел дракон. Инквизитор покосился назад и проговорил, опуская руки:

- Заканчивайте, донна Иннелия. Пора.

Собственно, Инна и так уже все закончила и расплатилась. Но все равно, какого черта он ее подгоняет?!

- Я не просила меня сопровождать, - процедила себе под нос.

Забрала мешочек и пошла к выходу. И чуть не споткнулась от нервности.

- Осторожнее! - резко бросил мужчина, перехватывая ее за локоть.

Так по-хозяйски, что ей невольно вспомнилось, как он обнюхивал ее и лез под юбку. Мачо чертов!

- Послушайте! - тут же взвилась она, высвобождая руку.

Хотела уже обойти его. Но длинный подол платья каким-то образом зацепился за инквизиторские штаны и намертво прилип, как она ни дергала. Статическое электричество это было, или еще какая-то подстава, она в тот момент не думала, просто злилась. Потому что ей пришлось наклоняться и отцеплять юбку. Вышло не с первой попытки. А этот твердокаменный тип и не подумал помочь. Стоял, сложа руки, и свысока смотрел на нее.

Наконец подол был благополучно отцеплен, а Инна, красная от злости, быстро пошла прочь.

Недалеко от выхода из рядов стоял дракон. Ей бы испугаться... Но сейчас эта здоровенная чешуйчатая, зубастая и крылатая туша удивительно напомнила ей уставшего коня. Или забытого хозяином большого дрессированного барбоса.

А дракон вскинул голову и шагнул к ней.

- Черный, нет!

Раздался за спиной грозный окрик.

Инна оглянулась.

- Стойте на месте и не дергайтесь, донна Иннелия! - рявкнул магистр Саварэ.

Это он ей?! Наверное, именно в пику этому заносчивому гаду инквизитору она и подошла к дракону ближе, чем следовало.

***

Такая черная громада. Кожистые крылья, когтистые лапы. По-своему даже красивый.

Инна замерла, затаив дыхание.

Она ведь тоже когда-то читала книжки фэнтези. Про попаданок, про другие миры. А в романах были драконы. Шикарные мужчины, все как на подбор красавцы. Властные мачо. И у каждого замок, полный сокровищ, и целая очередь девственниц на отбор.

В жизни все оказалось куда прозаичнее. Просто крылатый ящер, транспортное средство. А может.. Вдруг и он тоже такой же гость здесь, как и она? На нелегальном положении, лишенный права голоса?

Она уставилась на дракона, а тот очень медленно опустил к ней черную шипастую морду и тихонько выдохнул:

- Пффффф.

- Вы всегда бросаетесь вперед, очертя голову, и не слушаете, что вам говорят?!

Инквизитор наконец добрался до нее и замер рядом черной тучей. Его гнев физически ощущался в воздухе.

- Просто удивительно, как вы дожили до своих лет! - выдал мужчина язвительно.

- А вы несказанно любезны, магистр Саварэ.

Повисла звенящая пауза. Даже дракон притих и поглядывал на них обоих. Инна отвернулась, хотелось отодвинуться от него и закрыться. Но она не сдвинулась с места. Зато из инквизитора так и попер сарказм. Он сложил руки на груди и ядовито осведомился:

- Знаете, я не удивлен, что вы не ужились в монастыре, донна Иннелия. И кстати, в каком это монастыре вы жили в Тарготе?

«Никогда еще Штирлиц не был так близок к провалу».

Инна ответила не сразу. Да и что тут было ответить?! Демонстративно погладила дракона по носу и только потом повернулась к мужчине и проговорила с елейной улыбкой:

- В женском.

И ведь понимала же, что по лезвию ходит. Что вот она, миссия. Одного слова магистра достаточно, и она, ведьма и нелегальная мигрантка из другого мира, окажется за решеткой. Но сейчас Инна смотрела на этого мужчину и почему-то знала, что он этого не сделает. Это было странное, необъяснимое ощущение.

Однако разговор надо было заканчивать, пока не начались другие вопросы.

- Благодарю вас за заботу, - сухо кивнула Инна.

И гордо удалилась. Чтобы тут же услышать:

- Мы не договорили, донна Иннелия.

Нет. Она не стала оборачиваться, хотя по спине и пробежал странный озноб.

Двинулась сначала прямо к выходу из рынка. Потом вспомнила, что вообще-то ей дали два золотых на булавки. Развернулась и направилась в местные «бутики».

Вот не зря говорят, что шопинг лечит.

Купила себе красное платье, невероятно эпатажное по местным меркам. С пышной юбкой и с декольте. Надо же было чем-то компенсировать себе потраченные нервы. Еще бельишко и так, по мелочи. И настроение выправилось.

Правда, Инна до сих пор не могла отделаться от странного ощущения, стоило вспомнить инквизитора. Терялась в догадках, пытаясь понять, что ему от нее на самом деле нужно. Ведь при иных обстоятельствах...

Додумать не удалось.

Она углубилась в проход, ведущий наружу с территории рынка, и прямо под аркой столкнулась с Тибальдом.

Глава 17

От неожиданности Инна отдернулась, однако жилистый вышибала вцепился в ее руку и держал крепко. Ей даже на секунду стало страшно, столько злости было в его оскаленном лице. Однако за злостью она увидела его собственный страх и разом успокоилась. Мгновенное воздействие прошло.

Она попыталась отнять кисть, но уже без резких движений.

- В чем дело, Тибальд?

- О чем с тобой говорил инквизитор? - отрывисто спросил мужчина, заглядывая ей в лицо.

В проходе было тесновато и темно, а он норовил придвинуться к ней ближе. Дышал тяжело, воздух со свистом проходил сквозь зубы. И хватку на ее руках он, похоже, ослаблять не собирался. Положение становилось глупым.

- Во-первых, отпусти меня, - стряхнула-таки его руку Инна. - А во-вторых...

Она огляделась, в проходе появились люди. Их поза выглядела достаточно двусмысленной. Не то чтобы ей было дело до чьего-то мнения тут, но вести подобные разговоры при свидетелях точно не следовало. Отодвинула Тибальда и пошла к выходу, а он за ней. Слишком близко. Взбесил!

Как только миновали арку, Инна развернулась и проговорила:

- Он спрашивал, почему я одна разгуливаю в таком месте.

Тибальд побледнел, это особенно было заметно на дневном свету. А Инна добавила, зло прищурившись:

- И кстати, где в этот момент был ты?

- Он спрашивал обо мне?! - мужчина резко подался вперед и снова вцепился в нее своими клешнями.

Какого черта?! Инна отпихнула его от себя и демонстративно стала отряхивать платье.

- Отвечай! - видно было, что тот бесится от отчаяния.

Как-то все это подозрительно выглядело. Страх этот, внезапная агрессия...

- Нет, не спрашивал, - проговорила Инна, задумчиво на него глядя. - А должен был?

Тибальд промолчал, только в глазах мелькнуло непередаваемое что-то. Потом вдруг изменился в лице.

- Нет, конечно, донна Иннелия. Кто я такой, чтобы мной интересовалась сам Гийом Саварэ? - выдал он со слащавой улыбкой и поклонился.

Ага. Так она ему и поверила.

Но в его словах крылся неприятный намек. Просто в тот момент Инну интересовало другое, потому она предпочла не заметить этого. Да и стоять у кучи мусора, которых было полно у арки прохода, тоже не имело смысла. Она двинулась по направлению к предместью и как бы невзначай поинтересовалась:

- Куда же ты так внезапно исчез?

А тот не соизволил ответить, хмыкнул в сторону что-то невразумительное.

«Погоди же», - подумала Инна, а вслух проговорила, как бы рассуждая сама с собой:

- На меня ведь могли напасть, пока тебя рядом не было. Могли обокрасть, даже убить. Вот интересно, что скажет Кристоф, когда узнает об этом? Ведь он, кажется, поручил тебе охранять меня, нет? А вместо этого ты болтался где-то...

Он не дал договорить, быстро перехватил ее за руку и развернул лицом к себе.

- Ну, встретил старых товарищей, перекинулся словечком. Зачем Кристофу знать об этом? Ты ведь не скажешь ему, донна Иннелия? - проговорил с широкой слащавой улыбкой, за которой читалась странная смесь затаенного страха, просьбы и угрозы.

Инна выразительно посмотрела на его руку, вышибала нехотя разжал клешню и отодвинулся. И только после этого, глядя ему в глаза, сказала:

- Я подумаю. Посмотрим на твое поведение.

Дальнейший путь они проделали молча. Тибальд был сама предупредительность и лишь изредка косился на нее. А Инна сделала для себя вывод, что с этим скользким типом надо держать ухо востро.

Но куда больше ее мысли занимал Гийом Саварэ.

И проект нового торгово-развлекательного комплекса, потому что она уже нашла для него идеальное место.

***

Женщина ушла, а магистр никак не мог определиться, то ли он идиот, то ли она мегера, каких мало. Настоящая ведьма, подсказало ему подсознание. Даже жаль, что это не так. А если бы...

Мужчина повел плечами. А дракон проводил ее мечтательным взглядом, шумно выдохнул:

- Мффффссс.

Странная реакция.

Что уж говорить про Черного, он сам, стоило ее увидеть, тут же забыл обо всем. Его мгновенно потянуло к ней как магнитом. Саварэ убеждал себя, что заботится о ее безопасности. Однако она снова преподнесла сюрприз.

Кофе? Нет, серьезно?! Этот напиток только входит в моду при дворе. Но ведь она говорила со знанием дела, так, словно для нее это привычка. А то, что случилось потом? Это ее платье. Он с трудом удержал свои руки при себе.

Загадка обретала новые грани, и ему хотелось взять ее за плечи и спросить:

«Кто же ты, донна Иннелия?»

Теперь это уже был интерес не узко профессиональный, заставлявший инквизитора сомневаться во всех и вся. Нет, этот интерес был куда глубже.

Он ведь дико испугался, когда эта своевольная, неуправляемая дамочка направилась прямо к дракону. Обычно Черный смирен и никого не трогает, но сейчас... Она могла испугаться, покалечиться.

От одной этой мысли у него зашлось сердце.

Эта женщина снова смогла его удивить. Погладила дракона.

Саварэ никогда еще не чувствовал себя так... неспокойно.

Однако надо было возвращаться в миссию.

Эта история с отравлением косвенно, но сыграла ему на руку и подтолкнула расследование. Черного Гийом подлечил сразу же. Но в тот момент он был так зол, что за своего дракона готов был к чертовой матери сравнять с землей всю Сквартонскую миссию.

Нажал на Бискара так плотно, что преподобный сам признался ему в казнокрадстве и хищениях за последние двадцать лет. Сдал все контрабандные схемы, явки и доверенных лиц. Не сознался он лишь в том, что отравил дракона, потому что это было не его рук дело.

- Ваша милошть... ва-вашшша милош-ш-шть... - вопил Бискар, прикладывая в качестве доказательства ладонь к тем самым заряженным сывороткой правды дискам, которыми проверяли на истинность показания всех подозреваемых в колдовстве. - Ну не мог я этого шделать! Это не я! Я не жнаю кто!

Преподобного он отпустил и направился в порт, разбираться на месте. А тот семенил за ним, повторяя:

- Ваша милошть, што теперь ша мной будет?

В конце концов Гийом не выдержал, обернулся к нему и рявкнул:

- Вашу судьбу будет решать генерал ордена. Молитесь, чтобы он нашел возможным учесть ваши прошлые заслуги. И тогда вы не пойдете под трибунал.

- Ваша милошть...

Гийом просто устал от его нытья.

- Все, довольно! Я попробую замолвить за вас словечко. Но! - проговорил он, наступая на преподобного. - Вы мне достанете все рабочие материалы, что у вас были на кристаллах. ВСЕ. Поняли?! И обломки тоже!

Бискар долго еще трясся, шепелявил, однако же материалы доставил. Даже самые маленькие обломки кристаллов. Все было упаковано со всей тщательностью, везде были бирочки. Чтобы «его милошть», не дай Господь, не перепутал.

По сути, расследование было закончено.

Оставалось только запротоколировать показания Бискара. Упаковать вещественные доказательства и отправить в верховную миссию. Что с ним будет дальше? Можно было предположить, что Бискара, вероятнее всего, по-тихому отправят на пенсию. А на его место пришлют нового преподобного.

Магистр Саварэ мог спокойно покинуть Сквартон. Ему здесь больше нечего делать.

Однако он не хотел покидать городок, не повидавшись прежде с ней.

Глава 18

Странное было у Инны состояние. Иначе как глупостью и легкомыслием с точки зрения ее земного прошлого не назовешь.

Угодила в чужой мир, да еще застряла тут на полгода. Можно сказать, по самое не хочу вляпалась. Это же надо было так подфартить, чтобы она - ведьма, попала как раз в то место, где свирепствует инквизиция! Над ней постоянная угроза разоблачения, а она думает о невероятных черных глазах магистра Саварэ и о возможностях развития бизнеса. Еще и место под этот бизнес присмотрела аккурат рядом с миссией.

Хотелось сказать себе: «Где логика, мозги твои где?! Забиться надо в какую-нибудь дыру, тихо сидеть и не отсвечивать».

Возможно, в прежней земной жизни Инна именно так бы и поступила. Потому что превыше всего - разумный взвешенный подход. Но здесь все было по-другому. И да, опасность грозила отовсюду. Но были и новые возможности! Это так... Черт, это окрыляло, и по-другому не скажешь.

Поэтому она не собиралась упускать ни малейшего шанса. Риск?

А риск всегда есть. На голову упадет кирпич или ДТП случится. Или дефолт. Или ковид. Или - еще лучше - просто откроешь дверь дома, который тебе достался от бабки по наследству. Войдешь, и улетишь к чертовой матери в другой мир.

Все это всколыхнуло в памяти последние события из прошлой жизни. Предательство сестры Зинки, явно знавшей что-то о наследстве и даже не подумавшей ее не предупредить. Мысли о работе, которую за ней точно никто не сохранит. Ипотека. Это же какие там набегут суммы? Если банк вообще не отберет квартиру. Кредит, машина... Ох, вот с машиной точно придется проститься.

Но со всем этим она решила разбираться потом, когда вернется.

А сейчас она толкнула дверь таверны и вошла внутрь.

***

Вошла внутрь - и слегка обомлела.

Тут кое-что изменилось.

На всех столиках были выставлены керамические мисочки со свежими солеными сухариками. Запах поджаренного хлеба стоял такой вкусный, что у нее сразу слюнки потекли. Кристоф, подпоясанный фартуком и раскрасневшийся, стоял у длинного и широкого стола, поставленного у стены (Инна точно помнила, что раньше этого стола не было), и руководил. А повар Жак с парнишкой-подавальщиком, сгибаясь в три погибели, устанавливали там среднего размера пивную бочку.

Однако! У нее даже невольно рот открылся. Дорогой дядюшка в ее отсутствие времени даром не терял! Инна вошла в зал, и тут Кристоф ее увидел. Сразу же развернулся и покатился к ней.

Подошел вплотную, пригладил седые кустики волос на затылке и спросил:

- Ну что?

А в глазах настоящий азарт золотоискателя-первопроходца.

- Нашла, - кивнула Инна, оглядываясь.

Людей в зале было много. Видимо, многие уже давно с удовольствием налегали на дармовые соленые сухарики. И потому, как только пивная бочка была установлена титаническими усилиями повара и разносчика, там мгновенно образовалась очередь страждущих.

Повар отдувался. Питко, парнишка-разносчик, отмахивался от желающих и вопил:

- Подождите! Кружки надо принести!

Кристоф подбоченился, глядя на все это, показал на бочку большим пальцем и хохотнул:

- Идея твоя работает!

Но для того, чтобы идея действительно заработала, требовались исполнители. Трактирщик думал недолго. Оглянулся и скомандовал:

- Питко - на бочку, будешь разливать пиво. Да чтоб не пил, увижу - ноги вырву. Деньги... Так, вот тебе миска, будешь складывать в нее. Смотри, все пиши, я потом проверю. Ты, Жак, давай в кухню. Хе-хе, людям надо жрать готовить.

Оставалась еще проблема. Кто будет подавать? Но ее Кристоф решил просто.

- Тибальд, поработаешь сегодня на разносе.

Надо было видеть лицо Тибальда! Как тот надулся и гордо задрал нос. Однако спорить не стал, поплелся в кухню.

- Ну что, племянница? - повернулся к ней Кристоф. - Пошли, пока тут временное затишье, быстро перекусишь и попутно мне расскажешь, что ты там высмотрела.

***

Они устроились за хозяйским столиком. Кристоф крикнул, чтобы подали две порции мяса с подливой, хлеба и специально для Инны - компот. Заказ принес Тибальд. Расставил все на столе, зыркнул на Инну острым неприятным взглядом, однако ничего не сказал. Ушел обратно.

- Давай, говори, не томи, - пробурчал Кристоф с набитым ртом.

Ну... Она и рассказала свои соображения. А трактирщик замер, не донеся ложку до рта. Потому что это и впрямь было круто.

Конечно, Инна понимала, что отстроить по-настоящему территорию, которая сейчас спонтанно освободилась от старых портовых построек, Кристоф не осилит. Но.

Расчистить площадку так, чтобы получалось открытое пространство с красивым видом на море, - это было вполне по силам. Сделать там хорошее благоустройство. Площадочки, скамеечки, цветочки, прогулочную террасу. И главное - поставить легкий временный павильон. Красивый, белый. Столики с белоснежными скатертями. Музыку...

Пусть не прямо сейчас, а когда немного денег поднакопят. Оно и понятно, сначала нужно решить все формальные вопросы. Если тут с бюрократией хотя бы наполовину так же, как в ее родном мире, Инна представляла, сколько еще придется побегать по инстанциям и отсыпать взяток.

Но это того стоило.

Был один смущавший ее момент. Близость миссии. Тут Кристоф отложил ложку, которую давно уже держал просто так. Отодвинул от себя пустую тарелку и прищурился, а потом выдал, многозначительно шевельнув бровями:

- Хочешь что-то надежно спрятать, храни это на видном месте.

И положил в центре стола миску с сухариками. Смысл Инне был понятен. И в связи с этим у нее возникли другие вопросы. В частности, о монастырях. Ибо интуиция ей подсказывала, что магистр просто так от нее не отстанет. Обязательно вернется к этой теме снова.

Трактирщик недовольно поморщился и процедил сквозь зубы:

- Вот и угораздило тебя ляпнуть!

А она что. Она ничего. Просто вспомнился как-то просмотренный ею раритетный культовый фильм с участием Клинта Иствуда. Так там одна дама в схожих обстоятельствах выдавала себя за монахиню. И все прекрасно прокатывало.

- В общем так, - оглядел он ее и крякнул. - В Тарготе только один монастырь, и тот мужской.

Услышав это, Инна приуныла. А Кристоф, проведя пальцами по подбородку, продолжил:

- Но. Там есть еще женские поселения при аббатствах. Правда, они не имеют статуса...

Тут их прервали.

Посетителям наконец надоело ждать. Очередь, скопившаяся за стойкой, стала волноваться. Некоторые особо активные товарищи начали стучать по столешнице и требовать:

- Эй, Кристоф! Кормить-то народ будешь?!

- Сейчас, сейчас, - хохотнул тот, хлопая по столу ладонями. - Чего шумите, черти! Не видите, донна Иннелия уже заканчивает.

Мотнул ей головой, чтобы шла за стойку, и коротко бросил:

- После договорим.

Жаль, конечно, что не успели.

Но она уже повязывала белый передничек и усаживалась на кассу. Потому что еще немного, и вся толпа голодных мужиков пошла бы в наступление на кухню. Оно бы, может, ничего и не было, просто пиво внезапно закончилось. Кристоф пошел разбираться, разносчик Питко вернулся к своим обязанностям.

А Тибальд снова торчал рядом. Стоял, подпирая стенку и скрестив руки на груди, косился на нее странным взглядом, как будто препарировал. Она старалась не обращать внимания, но невольно фиксировала его боковым зрением. В конце концов плюнула на него и абстрагировалась от мутного вышибалы с его непонятным интересом. И без него есть о чем подумать. Или о ком.

К тому же стало некогда, поток посетителей пошел.

Естественно, пиво кончилось, сухарики тоже, недопивший народ переключился на нормальную еду и вино. Теперь она механически отвечала на реплики, отправляла деньги в кассу и записывала заказы, даже не поднимая головы.

Отвлеклась, только когда увидела, как знакомые сильные руки кладут перед ней на стойку золотой.

Глава 19

Неожиданно. Вроде знала же, что инквизитор еще появится, просто не ждала его прямо сейчас, надеялась, что это будет завтра. Отсрочка.

Довольно, хотелось себе сказать. Глупо так волноваться, словно она школьница. Но Инна ничего не могла с собой поделать. Время... Черт побери, ей нужно было время, чтобы успокоиться. Провела рукой по шее под волосами и только потом решилась поднять глаза.

Гийом Саварэ стоял прямо напротив. Сумрачный, немного осунувшийся, усталый. Черная борода, кажется, стала еще чернее. Нет. Просто эффект освещения. Как и странные огненные отблески в его черных глазах.

Пауза затянулась, и Инна заставила себя проговорить:

- Добрый вечер, магистр Саварэ. Будете делать заказ?

Мужчина шумно выдохнул. Ответил не сразу, как будто собирался с мыслями.

- Буду. Донна Иннелия.

И снова замолчал, глядя на нее. А у нее под его пристальным взглядом побежали мурашки. По щекам пополз предательский румянец. Ощущение такое, словно они остались вдвоем в этом полном людей зале.

Так нельзя. Она не имеет права расползаться.

- Мясо с бобами? - спросила она, касаясь монеты кончиками пальцев.

- Нет. Донна Иннелия.

- Нет?

Она тут же убрала руку и нахмурилась.

- Кружку пива. И вам что-нибудь. Составьте мне компанию, донна Иннелия.

Чеееерт... Она оглянулась по сторонам. Попыталась улыбнуться, но улыбка далась с трудом.

- Мне надо работать.

Он криво усмехнулся.

- Мы с вами не договорили, помните?

Решил напомнить, что инквизитору не отказывают? Инна невольно разозлилась, ответ получился немного резче, чем хотелось бы:

- Что вы, как можно было такое забыть?

Что-то циничное обозначилось в его улыбке. И непонятное во взгляде. Какой-то диссонанс. Непонятное настораживало.

- Одну минуту, - проговорила она. - Я только узнаю, осталось ли у нас пиво.

Отвязала передник и уже хотела идти к Кристофу. Старый трактирщик стоял поодаль и уже некоторое время напряженно к ним прислушивался. При слове «пиво» у него проскочил испуганный жест, который она истолковала вполне правильно. Его пантомима означала - пива нет, все выпили. Положение надо спасать.

Инна тут же развернулась, чтобы спросить:

- На тот случай, если у нас вдруг не окажется пива, может быть, вы не откажетесь выпить белого вина, магистр?

Магистр повел себя странно. Подался еще ближе и проговорил:

- На тот случай, вы просто составите мне компанию. Вы же не откажетесь пройтись со мной, донна Иннелия?

Ее как холодной водой окатило. Отодвинула золотой ему, но тот настойчиво вернул его обратно. Принять не получалось и не принять не выходило.

- Э...

Инна застыла, глядя на него и не зная, что сказать. А мужчина дернул уголком рта и медленно отмахнул рукой.

- Обещаю, вашей чести воспитанницы монастыря ничего не угрожает.

Снова этот странный диссонанс. Цинизм в кривоватой улыбке и что-то непонятное, темное и горячее во взгляде. Попробуй догадайся, на допрос ее звал инквизитор или на свидание. Может, вообще арестовывать ее собрался!

«Черт бы тебя побрал, Гийом Саварэ», - подумала Инна, а вслух сказала:

- Благодарю, магистр.

Бросила панический взгляд на дядюшку Кристофа, вышла из-за стойки и замерла, глядя на Саварэ. А тот отступил на шаг и проговорил, показывая рукой в сторону выхода.

- Прошу.

Куда он ее приглашал? Инна понятия не имела.

И все-таки вышла с ним из таверны.

***

Саварэ весь день ждал этого момента. Думал о женщине постоянно, пока спешно завершал свои дела и подбивал отчет. Странное чувство занозой дрожало в сердце.

Идя в таверну, он говорил себе, что должен прояснить оставшиеся вопросы. Просто несколько моментов, и расследование в Сквартоне можно будет считать закрытым полностью.

Чем был вызван тот странный всплеск силы, внезапно исчезнувшей без следа, еще предстояло выяснить. Но это будет кабинетная работа. Потребуется время и скрупулезное изучение всех записей на кристаллах. Придется изучить даже обломки, сверить все с оригиналами, хранящимися в архиве верховной миссии. Возможно, там вообще имеется аномалия магического поля, и подобные всплески уже случались в истории этой местности.

Все это он говорил себе.

Только, стоило увидеть эту женщину, разом как-то все отодвинулось. Ушло куда-то в тень. И он поймал себя на том, что просто хочет говорить с ней, слышать ее голос, ощущать присутствие.

Хотел ли он пива?

Может быть, и хотел. Но не настолько. Он даже обрадовался, узнав, что пива нет.

Сидеть с ней в таверне на виду у всех - вовсе не то, чего ему хотелось. Мысль пришла спонтанно, когда она отвязала белый фартучек и небрежным жестом положила его на край стойки.

Она выглядела настороженной, эта донна Иннелия. Столичные дамы, если Гийом приглашал кого-то на разговор, томно млели. А с ней каждую минуту - словно поединок. И это подстегивало охотничий азарт и мужской интерес. И да, черт бы его побрал, Гиойм хотел просто прогуляться с ней по окрестностям. В тишине.

Он повел ее в сторону моря.

Первое время они шли молча. И напряжение ощущалось кожей, звенело где-то в крови. Конечно, грязное предместье не лучшее место для прогулок, и запахи тут еще те. Но опускался вечер, пели сверчки. Еще не темно, видно было каждый камешек.

Они проходили мимо какого-то зажиточного по местным меркам дома. По-над забором вьющиеся розы. Гийом сорвал одну и протянул ей.

- Это вам, донна Иннелия.

- Мне? - она аж опешила. - Спасибо.

Взяла у него цветок и молча пошла рядом. А напряжение такое, хоть ножом режь. Это ведь ненормально, чтобы так себя чувствовать. Неправильно, он привык быть хозяином положение. Надо было исправить.

- Я хотел, - начал Гийом.

- Я хотела...

И снова замолчали оба. Словно крылом смахнуло все его прежние мысли. Мужчина сглотнул и проговорил:

- Вы первая. Я слушаю.

И тут она снова удивила его. Спросила:

- Вы случайно не знаете, кто приказал разрушить старые постройки в порту?

- Что? - Саварэ взглянул на нее искоса, вскинул брови и усмехнулся. - Случайно знаю, донна Иннелия. Это мой дракон.

- Дракон? Ваш дракон умеет говорить?

Искренне удивилась она и уставилась на него, теребя пальцами короткий стебелек розы. Саварэ испытал странное чувство. Непонятный подъем, вдруг куда-то исчезла усталость.

- Нет, - покачал он головой и засмеялся. - Разве в вашем монастыре не учили, донна Иннелия, что драконы не умеют разговаривать? Такого просто в природе не бывает.

***

Вот еще!

«Черта с два», - хотелось сказать ей. - «Еще как бывает! Вы просто, уважаемый магистр, не читали фэнтези».

Однако Инна ничего этого не сказала. И чтобы инквизитору не вздумалось опять поднять опасную тему монастыря, она решила отвлечь его.

- Но тогда, - спросила Инна, бросив на мужчину косой взгляд, - как же он мог отдать такое распоряжение?

Вообще-то это был не праздный вопрос. Немного поздно, но Инна все же сообразила, что кто-то мог подсуетиться раньше них и уже застолбил землю на месте старых портовых ангаров. Это следовало выяснить прежде, чем в городскую администрацию соваться. И если да, то было бы жаль, потому что место ей понравилось.

- А он и не отдавал, - сказал Саварэ. - Какая-то тварь прокралась к нему и умудрилась накормить гадостью. У него потом вся пасть была...

Магистр поморщился, отводя взгляд, и убрал руки за спину.

- В его состоянии удивительно, что Черный вообще пол местного рынка не развалил.

Инна поняла две вещи. Что земля условно свободна. И что милого дракошу отравили. Ей сразу вспомнился тоскливый взгляд черного гиганта, и аж сердце загорелось от несправедливости.

- И кто это сделал? - спросила она и оглянулась, прижав пальцы к губам. - Как дракон себя чувствует?

Мужчина отреагировал странно. Внезапно придвинулся к ней совсем близко и замер, со странной жаждой вглядываясь в нее. А она застыла, неожиданно осознав, что уже темно, а вокруг никого. Они вдвоем на этой пустой улице.

И от этого все как-то внезапно изменилось.

Он шагнул еще ближе, заставив ее попятиться, и произнес:

- Донна Иннелия, я хотел сказать...

А она замерла.

Глава 20

Медленно-медленно, как будто время замерло, он склонился к ней и остановился, глядя в глаза. Инна забыла, что надо дышать. Он был так близко - казалось, мгновение, и его губы накроют ее. Голова закружилась, ее затопило томлением. Все мысли улетучились, кроме одной. Пусть он уже сделает что-нибудь, потому что дальше это терпеть стало невозможно.

Мужчина качнулся к ней, какие-то миллиметры остались между ними... И вдруг, словно услышав что-то неведомое ей, резко обернулся в сторону миссии и нехотя отстранился. Заправил ей за ухо выбившуюся прядь и сказал:

- Донна Иннелия, я должен вас покинуть прямо сейчас. Мне... - мужчина на мгновение замолчал и снова бросил взгляд в сторону миссии. - Нужно улетать. Это срочно.

Инна сначала слушала ошарашенно, потом стала отворачиваться, потирая кончиками пальцев шею. Черт... Никогда еще она чувствовала такого разочарования, а себя большей дурой. А тот, как назло, будто услышал ее мысли, деловым тоном спросил:

- Сможете добраться до таверны сами?

А вот это было уже оскорбительно.

Она выдала ему язвительную улыбку и проговорила:

- Разумеется.

Хотела уже развернуться и уйти. Не тут-то было! Он стремительно перехватил ее за руку, прижал к себе и поцеловал. Быстро, жадно. И сразу же выпустил.

Пожалуй, еще большей идиоткой она чувствовала себя сейчас, когда этот тип удовлетворенно ее разглядывал. Хорошо еще, в темноте не видно, как ее заливает румянец.

- Что вы себе позволяете! - шарахнулась от него Инна и прошипела рассерженной кошкой.

А у самой-то руки дрожат и колени ватные. И нет, этот непрошибаемый самодовольный хам не подумал извиниться! Окинул ее странным взглядом и проговорил:

- Всего доброго.

Кивнул ей и той же стремительной походкой пошел прочь.

Это... Что это вообще было?! Инна ругала себя последними словами. Дура дурой! Растеклась лужей! Стоило только представить, как он смеялся над ней, в душе прямо скручивалась пружина. Но самое глупое, что она стояла и смотрела ему вслед. А инквизитор, как будто знал, через несколько шагов обернулся и бросил:

- Я не прощаюсь, донна Иннелия. И помните, мы не договорили!

Оооо! Вот сейчас Инна действительно готова была его прибить. У нее чуть не вырвалась матерная комбинация родного мира. Но вместо этого она гордо повернулась к инквизитору спиной и направилась в сторону таверны. А вслед ей донесся смех. Тихий, густой, обволакивающий.

Но больше никаких ошибок! Она не обернулась и не взглянула в его сторону.

Не договорили! Как же!

«Идите вы, магистр Саварэ!» - хотелось сказать. - «И не просто идите!»

***

Однако, пройдя до поворота и свернув за угол, Инна немного успокоилась. В конце концов, все не так уж плохо. И целуется господин инквизитор ничего так. Она даже хихикнула.

И вдруг, словно прикосновение чего-то холодного почувствовала. Подняла взгляд - метрах в десяти от нее, прислонившись к стене и сложив руки на груди, стоял Тибальд.

Она чуть не повернула обратно.

Только его ей сейчас не хватало! Пасет он ее, что ли? Инна решительно пошла вперед и, уже поравнявшись с ним, спросила:

- Тебя Кристоф послал?

***

Его никто не посылал, Тибальд сам решил проследить. Потому что для него это было жизненно важно - знать, о чем Саварэ будет эту вздорную девку расспрашивать. А то она ушлая, знает слишком много, возьмет и ляпнет про него лишнее. Инквизитору потом не составит труда сложить два и два.

К тому же бывшему смотрителю застенка было до зуда любопытно, что за интерес такой к этой «донне Иннелии» у Саварэ. Что он таскается к ней в таверну аж в день по два раза. Ведь хотел бы арестовать, давно уже арестовал. А он нет. Разговоры разговаривает.

И каждый раз золотыми расплачивается.

А сегодня? Девке - золотой! А на фига? Это сильно возмущало Тибальда. Очень сильно! Хотелось бы знать, с каких шишей инквизитор широко гуляет? Казна ему за каждый лишний день расследования платит? То-то он все никак не закончит, мотается сюда и мотается.

Хотя Тибальд слышал, что Саварэ богат. Наследник высокого рода. И вот за это он ненавидел инквизитора еще сильнее.

Честный он, видите ли, неподкупный! Конечно, родился на золоте, ему и титул, и земли, и местечко теплое в верховной миссии. А простым людям что? Ни за что ни про что - шагай на улицу без суда и следствия.

После неудачи с драконом мысль достать Саварэ свербила Тибальда даже больше, чем соображения собственной безопасности. Поэтому и подошел достаточно близко, чтобы слышать все, о чем они говорят.

Нервно вышло. Когда девка завела речь про инквизиторского дракона, Тибальд чуть в штаны не навалял. Думал - все, сейчас его сдаст.

Но что-то там пошло не так, видать, его экстренно вызвали в верховную миссию, Тибальд слышал, что они, вышестоящие, так могут. Или еще что-то произошло, потому что инквизитор слинял. Ушел. Вот так, просто. Но прежде...

Тибальд все видел. И сделал выводы. А сейчас ему вообще пришла в голову прекрасная идея. Темно. Девка одна. Ему никто не помешает. Она как раз была рядом.

- Не-а, я сам, - сказал он и резко выбросил руку, перехватывая ее.

Скрутить девку и подтолкнуть к забору было делом нескольких секунд. Уж это-то он умел, не раз приходилось усмирять больно буйных заключенных.

- Ты что, спятил?! - зашипела она.

А он продолжал подталкивать ее.

- Тише, тише. Ну что, ушел инквизитор? Не захотел тебя, побрезговал?

Девка зыркнула на него злобно и попыталась вывернуться, но Тибальд наконец вжал ее в каменную кладку забора. Полез под юбку. А она хорошо так пахнет, аж жарко стало!

«Сейчас», - подумал. - «Сейчас!»

Но прежде оглянулся по сторонам. Особо внимательно в ту сторону, куда инквизитор ушел. По всему хорошо получалось. Он сейчас поимеет эту бабу, а Саварэ, если даже вдруг вернется, увидит, как его краля тут ноги раздвигает. Сварит в своей голове, что она шлюха подзаборная, и перестанет наконец к ним таскаться.

По всему получалось хорошо.

Он только собрался...

И получил сперва по лбу, а потом ему так зарядили коленом между ног, что у него зарницы в глазах засверкали.

- Тыыыыышшшштвоюшшшш.... - просипел он, зажимая в горсть больное место и складываясь пополам.

А та отпихнула его и сказала, отряхивая платье:

- Еще раз тронешь меня, все оторву нах... Понял?

Глаза горят в темноте, страшная! Тибальд так и застыл, глядя, как она пошла дальше. Потом, конечно, кое-как, прихрамывая и охая, потащился следом. Надо же было Кристофу все это в правильном ключе подать раньше, чем девка начнет плакаться.

***

До дверей таверны Инна неслась, кипя от ярости.

Ишь! Гаденыш, решил руки распускать!

И зла она в тот момент была на весь мужской род. И на Саварэ, за то что тот вот так слинял и ее посреди улицы оставил. Был бы приличным человеком, сопроводил бы ее обратно туда, откуда взял. Но почему она была уверена, что для этого хама правил приличия просто не существовало!

«Я не прощаюсь, донна Иннелия. И помните, мы не договорили!»

Передразнила его и шумно выдохнула.

Как же.

Нельзя было ему позволять себя целовать. Но она просто растерялась. Впрочем, чего врать себе, она сама этого хотела. Подумала и тут же воспротивилась этой мысли. Но почему-то инквизитор, несмотря на все его хамство и исходившую от него опасность, не вызывал у нее отторжения. Даже наоборот...

А Тибальд!

О, этот мерзавец! Стоило вспомнить, она снова начинала задыхаться от злости. Наверняка ведь все видел и подслушивал, иначе с чего бы он полез. Любовничек! Мало она этому козлу врезала!

Она все еще кипела, когда влетела в дверь. А там - полный зал. Тут же сообразила, что надо взять себя в руки, нашла взглядом Кристофа и направилась к нему. А старик ее ждал. Потому что аж подался вперед и глазки заблестели.

- Ну? Как прошло?

- Хорошо, - нейтральным тоном ответила Инна.

- Кхммм, - спросил тот, понижая голос. - Говорили о чем?

Вот тут Инне как раз было что сказать. Во-первых. Она выяснила, что земля ничейная, значит, они смело могут на нее претендовать. Только надо поторопиться, пока никто не решил наложить на нее лапу. Ну, и еще она сказала, что инквизитор, вероятно, в скором времени намерен вернуться.

Трактирщик смотрел на нее и млел от восторга. А мысли у него в голове крутились какие! Какие планы на будущее! Потер руки от удовольствия и крякнул:

- Ай молодец, племянница!

И именно в этот момент в зал таверны ввалился Тибальд. Огляделся и пошел к ним. Инна, как увидела его, снова вскипела от злости. Показала на него пальцем и выдала:

- Этого ко мне больше не приставлять. Он пытался меня изнасиловать.

А тот тут же взвыл, делая страдальческое лицо:

- Виноват! Бес попутал. Так я это, готов жениться хоть сейчас!

- Что?! - задохнулась Инна.

Кристоф потрясенно уставился на обоих. И вроде бы выход... Но старый трактирщик хорошо умел считать. И соображал он тоже неплохо. Ведь неспроста же ходит к ним инквизитор. Видать, зацепила девка магистра. А раз так, вот и пусть ходит. Мало ли, вдруг ценные сведения понадобятся. Или содействие оказать, когда потребуется бумаги согласовать в миссии.

По всему получалось, что Саварэ им нужнее Тибальда.

Поэтому...

- Нет, - отрезал он. - Моя племянница воспитывалась в монастыре. А это, сам понимаешь. Так что прости, кум, но донну Иннелию я за тебя не отдам.

Глава 21

Как Тибальд надулся на кума... А на девку ту вовсе не мог смотреть.

В тот вечер он попросту напился и долго сидел в углу, обхватив руками голову. Ведь какой план провалился! Все так удачно складывалось.

Пока эти двое не сговорились за его спиной.

Ничего, пусть не радуются, будет и на его улице праздник. И нет, Тибальд не стал ничего предъявлять куму Кристофу. Не такой дурак. Зачем? Ему тут жить, его тут кормят, платят жалованье. Срываться куда-то, искать новое место бывшему смотрителю застенка вовсе не хотелось. Но с того момента он решил затаиться и терпеливо наблюдать за всеми.

***

Магистр Саварэ ни о чем этом не знал. Он в тот момент летел на своем драконе в верховную миссию. И улыбался в бороду, смакуя засевшие в памяти особо приятные моменты.

В этот раз они с донной Иннелией не договорили. Пришлось прерваться. Но он рассчитывал в скором времени вернуться и продолжить.

Однако дела тоже сложились не совсем так, как ему хотелось. Вернуться быстро не вышло. В провинции Лурд случился спонтанный выброс силы. В итоге - открытый разлом и рядом с ним три деревни ходячих мертвецов, и неизвестно, сколько уже успело разбрестись по округе.

Дело было серьезное, красный уровень.

Последствия пытались ликвидировать силами трех ближайших миссий.

Генерал ордена выразил ему благодарность за работу, проведенную в кратчайшие сроки в Сквартоне, и тут же направил разбираться туда. Пришлось магистру срочно сдать все материалы, что передал ему Бискар, в архив верховной миссии для хранения, а самому готовиться к отбытию.

Что касается Бискара, то магистра Саварэ мало интересовала дальнейшая судьба преподобного. В конце концов казнокрадство и прикрытие контрабанды не такой уж редкий грех. Саварэ считал, что можно не предавать дело огласке, а старика досрочно отправить на пенсию. И услать в имение, пусть там разводит кур.

О чем он и доложил генералу ордена в приватной беседе перед самым отбытием.

И тогда же Гийом честно признал, что не считает расследование завершенным и намерен еще раз вернуться в Сквартонскую миссию.

- Это позже, - сказал генерал ордена. - Сначала надо расшифровать все записи на кристаллах, что вы доставили. Сличить с оригиналами, которые хранятся в архиве.

Они как раз прогуливались по галерее, из открытых арочных проемов была видна площадка внизу, на которой сидел, сложив крылья, его дракон. Гийом застыл на нем взглядом и невольно вспомнил, как женщина гладила Черного по морде. Весь этот разговор, ее искреннее удивление, когда она думала, что дракон может разговаривать. Неподдельное переживание в глазах: «Как он себя чувствует?»

По губам скользнула улыбка. И тут он заметил, что отстал. Тут же в один шаг нагнал генерала, поравнялся с ним и внимательно прислушался. А тот взглянул на него и выдал:

- Расследование будет продолжено. Но не сейчас. Сейчас вам пора вылетать. Кстати, магистр, как ваш дракон?

Саварэ чуть не подавился от неожиданности, о попытке отравления Черного он в своем докладе не указывал.

- Благодарю, с Черным все в порядке, - ответил по-военному четко.

Генерал ордена смерил его внимательным взглядом и добавил:

- Артефакты берите в достаточном количестве, мало ли что может внезапно понадобиться. У вас все должно быть под рукой. И, Саварэ...

- Что? - спросил он с готовностью.

- Ничего. Счастливого пути.

От этого разговора у Гийома Саварэ осталось странное послевкусие. Оттенок недосказанности. Ни два ни полтора, как будто он не выполнил поручение или выполнил не до конца. Собственно, так оно и было. Ему так и не удалось разобраться, куда девалась та немалая сила, что вызвала внезапный всплеск. С попыткой отравления дракона тоже было все нечисто. И другие дела. Но это касалось только его самого.

Тем же утром Гийом Саварэ спешно вылетел в Лурд бороться с порождениями бездны. А в Сквартонскую миссию прибыл новый преподобный, мессир Карл Йорг.

***

Как это отразилось на делах дядюшки Кристофа?

Если в общем, то, можно сказать, положительно. Есть и пить люди хотят всегда. Перед законом он был чист, ничего неположенного в своей таверне не продавал. А то, что у него на кассе сидит ведьма... Дык, какая ведьма? Это племянница из Таргота, воспитанница монастыря.

Поэтому смена руководства в Сквартонской миссии прошла для его честного бизнеса совершенно безболезненно. А вот, кстати, сам бизнес решено было развивать. И это уже окончательно и бесповоротно.

По вечерам, пока надутый на весь мир Тибальд подсматривал за ними из своего угла, Кристоф и Инна усаживались за хозяйским столом и утрясали детали плана.

Пунктом первым шел ремонт.

Инна настаивала на этом категорически. Кристоф сопротивлялся.

- Потолки побелить, вон, черное, закопченное все. Обновить отделку стен.

- А что со стенами не так? - буркнул Кристоф, оглядываясь.

- Вы сами первоначальный цвет-то видели?

- Ну, видел. Веселенький был, салатовый.

- Ага, - кивнула Инна, покосившись на засаленную серую-черную стенку за спиной трактирщика. - Штукатурку надо подновлять, шпаклевать, красить. Полы... Так. Полы менять кругом!

И тут Кристоф аж взвился.

- Ну ты, это! Не очень-то! Я ж не могу тут все остановить, пока ты будешь возиться со своим ремонтом.

- Зачем же остановить? А мы будем захватками. По частям.

- Так еще можно, - немного успокоился трактирщик, вытирая потную лысину.

- И в первую очередь вы мне подготовите цивильный VIP-уголок. Столики, скатерти, девушек наймем, чтобы работали на разносе.

Трактирщик закатил глаза и схватился за сердце. Потом подсчитал в уме, что на пиве и сухариках он неплохо заработает. А если нанять бригаду и продавать им пиво со скидкой, то это ему практически ничего не обойдется.

- Рекламу расклеим в районе рынка, - продолжала Инна. - О нас должны узнать уже сейчас, чтобы, когда мы откроемся там, посетители пошли сразу. И «Кабанья нога» тут уже не подойдет, надо что-то другое... «У дядюшки Кристофа», например. Как вам, дядюшка?

Он только страдальчески выдохнул:

- Хорошо.

- Ну вот и отлично! - «племянница» расправила плечи. - Завтра мы и начнем.

***

Днем Инна была занята так, что не поднять головы. Вечер у нее тоже был занят работой. Но ночью, удалившись к себе в комнатку под крышей, где она жила по-прежнему, она не могла не думать о другом.

Прошел один день, а инквизитор не вернулся. Инна ждала его, все время поглядывала на дверь. Потом прошел еще день и еще. Она даже в ночное небо вглядывалась - не мелькнут ли крылья дракона.

Все потому, что они недоговорили!

Однако прошло уже три дня, а магистр Саварэ так и не объявился. Она даже стала задумываться, не случилось ли что-то с Черным? Или с ним самим? Даже сердце сжалось от тревоги.

Потом разозлилась на себя. Случится с этим самодовольным хамом что-то, как же! Наверняка лапшу вешает на уши какой-нибудь другой доверчивой дамочке. В конце концов Инна пожала плечами и сказала себе, что не стоит засорять мозги разными глупостями.

А на следующее утро отправилась на рынок.

Глава 22

Настроение с утра было не самое лучшее, но кофе, который Инна теперь варила себе каждый день и пила по старой доброй офисной привычке, сделал свое дело.

Вообще же, когда она в первый раз обжарила зерна, смолола и сварила себе чашечку, стенаний было много. Повар Жак, страдальчески кривясь, смотрел, как она использовала не по назначению мельницу для перца, а потом еще и пачкала какой-то темно-коричневой жижей его любимый блестящий ковшик.

- Что это за вонища? - спросил тогда Кристоф, заглянув на кухню, и тут же поморщился. - А, понятно.

Пробовать никто, кроме Жака, не рискнул. Вкус у этой коричневой жижи тоже не самый приятный, однако запах неплохой. Бодрящий. А если еще добавить сливки и сахар! Но главное - эффект.

- Ммм?! - протянул повар, причмокивая.

- И-и-ейх, на что мои сливки переводите! - причитал тогда Кристоф.

Попробовать бурду он решился только на третий день. Оценил эффект, но все равно долго плевался, глядя на гущу, оставшуюся в чашке. Тогда Инна шепнула ему, загадочно шевельнув бровями:

- Эм... А еще на кофейной гуще можно гадать.

Сколько чувств отразилось сразу в глазах трактирщика! Там уже рисовались планы, как он откроет дополнительно гадальный салон. Приворот, отворот, поиск ворованных и утерянных вещей, выведение на чистую воду неверных жен и мужей... Однако победил здравый смысл. Их с этим гадальным салоном быстренько накроет инквизиция.

Он крякнул, оттягивая ворот, и сказал:

- Нельзя.

Однако сам по себе напиток вроде бы прижился настолько, что Кристоф с сегодняшнего утра решил-таки начать великую эпопею под названием «ремонт». Остался на хозяйстве сам, а Инну отправил, чтобы не мешала.

Тибальд все эти дни вел себя тише воды ниже травы. Старательно исполнял свои обязанности вышибалы, в обсуждение не встревал и к столу хозяйскому не подходил. Однако четко отслеживал и запоминал все, что говорилось.

Разумеется, как только Инна собралась на рынок, у него тоже возникла острейшая необходимость.

- Смотри, - предупредил его трактирщик. - Чтоб ничего, понял?

- Да я? Как можно! - театрально обиделся Тибальд. - Мне вообще в другое место нужно! Хочу навестить ребят из миссии, узнать, каков наш новый преподобный.

- Угу, иди, - промолвил Кристоф, прищурившись.

Беззубого-то Бискара они знали как облупленного, а вот новый что за птица, неплохо было бы узнать.

- Узнаешь что, расскажешь.

- Так мне бы это, немного деньжат. Угостить ребят. А?

Трактирщик, морщась и кривясь, дал ему десять сольдо. А до того бесстыжей девке целый золотой дал! Тибальд долго не мог успокоиться, однако свободу действий он получил, и это было главное.

И, разумеется, в первую очередь он припустился за девкой, справедливо полагая, что она не могла слишком уж далеко уйти.

***

А Инна шла себе не спеша, наслаждалась хорошей погодой.

Платье на ней то, цвета морской волны, идеально отутюженное и замечательно сидевшее по фигуре. Но сегодня она к нему добавила белоснежную кружевную отделку. По меркам ее прежней земной жизни ужаснейшая жуть - эти стародевские кружевные рюшечки на груди и нарукавнички, как у школьницы. Но для этого мира, применительно к местной моде, выглядело новаторски и смело.

Белоснежная отделка освежала и, главное, зрительно увеличивала бюст.

Не то чтобы Инна преследовала цель кому-то понравиться, отнюдь. Просто, опять же из опыта прошлой работы, знала, что привлекательные люди больше располагают к доверию. А доверие, раз уж она собиралась заниматься рекламой будущего бизнеса, ей было нужно.

Вокруг арки прохода к рынку по-прежнему высились горы мусора. Она подобрала юбки повыше и осторожно углубилась внутрь, предварительно проверив, нет ли там кого-то подозрительного, чтобы не столкнуться.

В проходе после яркого света было темновато, и Инна шла, внимательно глядя под ноги. Потому что накануне прошел дождь, кое-где попадались лужи. Уже на самом выходе наконец подняла голову.

И чуть не столкнулась с мужчиной.

Инна замерла от неожиданности. Мужчина был молод, лет двадцати восьми. Высок ростом и неплохо сложен. Светлые волосы до плеч зачесаны назад, открывая довольно красивое холеное лицо. Явно из благородных.

Вот только выражение лица и холодный взгляд бледно-голубых глаз...

Когда она наконец поняла, что взгляд его устремлен на ее кружевные чулки, быстро одернула юбку, церемонно кивнула на всякий случай и прошла мимо.

А мужчина повернулся и уставился ей вслед.

Она пожала плечами и пошла дальше, у нее дел было предостаточно. Однако, отойдя на приличное расстояние, все-таки обернулась. Тот тип так и продолжал стоять у выхода с рынка. Только отошел на несколько шагов к торговым рядам и по-прежнему смотрел ей вслед.

А вот это было совершенно излишне. Она тут же развернулась и пошла по улице в сторону бутиков. Зачем? Ей ведь нужно было прежде всего попасть в местную типографию. Но маленький полутемный печатный зальчик находился как раз в той стороне, где стоял этот блондин. А Инне почему-то не хотелось с ним пересекаться.

Возможно, сыграло роль чувство неловкости, оттого что тот видел ее чулки. Мог счесть это заигрыванием с ее стороны. Она прекрасно помнила реакцию инквизитора.

«Можете не трудиться, на меня не действуют дешевые трюки с нижним бельем».

Вспомнила и тут же разозлилась на господина Саварэ. А заодно и на всех мужчин. Почему-то каждый сначала считал ее доступной! И только потом, получив достойный отпор, начинал вести себя более или менее прилично. Впрочем, понятие «прилично» было применимо далеко не ко всем. Уж к некоторым бородатым хамам - неприменимо точно.

В таком состоянии она даже не заметила, как влетела в лавку готового платья. Опомнилась, уже когда к ней обратились:

- Ищете что-то особенное, донна?

В тот момент она и поняла, что стоит у прилавка и перебирает разложенные там панталоны. Инна отдернула руку и прижала к горлу.

- Э... возможно, - и выдавила улыбку.

- У нас новая партия товара, - тут же включилась продавщица. - Все по самой последней моде из столицы. Вот, обратите внимание, донна, для самого взыскательного вкуса.

И выложила на прилавок коротенькие шелковые панталончики, отделанные кружевом. Белье напоминало модные в родном мире трусики-шорты и выглядело вполне цивильно. Инна задумалась. А продавщица спросила:

- Простите, донна, вы ведь у нас покупали это платье?

- Да, - кивнула Инна.

- Вы не возражаете, если мы используем вашу идею, - она показала на украшавшие лиф Инниного платья белые кружевные рюшечки.

- Не возражаю... - начала было она.

Но тут же опомнилась. Если из этого может получиться бренд, такую возможность глупо было бы потерять. Инна расплылась в улыбке и проговорила:

- Но в том случае, если фасон будет носить мое имя.

- Я расскажу хозяйке, - проблеяла та, видимо решая, стоит ли игра свеч.

А Инна спросила, показывая на шелковые шортики:

- Нет ли у вас к этому верха?

- Ах есть, конечно же.

Продавщица вытащила на прилавок шелковый лифчик. Тоже вполне себе приличный, но бесформенный. Инна потерла переносицу. Промолчать бы... Но не вышло.

- Вот смотрите. Если сюда, - она провела пальцем по низу полукружий. - Вшить металлическую проволоку. А вот сюда сделать небольшие мягкие накладки...

Сложила в несколько раз лежавший рядом на прилавке тонкий шелковый шарф и добавила в чашечки. Лиф приобрел уверенный объем и теперь смотрелся в разы соблазнительнее. Глаза у продавщицы зажглись.

- Донна, я вас умоляю, не рассказывайте об этом никому! И вы позволите, чтобы эта модель тоже носила ваша имя? А если у вас появятся еще идеи, приходите только к нам!

Покидала магазин Инна полностью удовлетворенная. Новомодное белье ей продали с хорошей скидкой. И она договорилась, что за использование нового бренда «Иннелия» магазин сделает небольшую рекламу их будущему кафе.

Начало было положено.

Однако на выходе из магазина она снова чуть не столкнулась с тем блондином. И замерла. Вряд ли это было случайностью. Шел этот тип за ней, что ли? Она невольно отметила его темно-зеленый плащ и светло-фисташковый камзол под ним. Одет этот господин был дорого и со вкусом, этот оттенок шел к его светлой коже.

Но мужчина даже не подумал отойти, стоял и в свою очередь весьма невежливо разглядывал ее. Ситуация становилась глупой. Инна уже хотела обойти его, и тут он выдал:

- Представьтесь. Кто вы?

Этот высокомерный тон! Ее как будто кипятком ошпарило. Инна развернулась на месте и вскинула на него взгляд, далекий от восхищения.

- Донна Иннелия из Таргота. И кстати, там, откуда я родом, уважающий себя мужчина представляется первым.

Бледная кожа мужчины пошла красными пятнами. Он сжал челюсти, однако коротко поклонился и соизволил-таки произнести:

- Мессир Карл Йорг, преподобный Сквартонской миссии.

А она прошла мимо, гордо вскинув подбородок.

Попутно осознавая, что, кажется, только что познакомилась с новым местным инквизитором.

Глава 23

После этого Инна еще заглянула в ряды, к уже знакомому торговцу галантереей. Тот увидел ее издали и расплылся в улыбке. А как только она подошла, тут же доложил шепотом:

- Прекрасная донна, у меня есть изумительный товар!

И выложил на лоток новую пару элегантных чулочек-паутинок.

- Хммм, - Инна невольно залюбовалась. - И сколько?

- Для вас - девять сольдо.

Это было дороговато, но так и быть. Чулочки были черные и действительно смотрелись шикарно. А к тем черным труселям, которые она только что купила, в самый раз.

- Ну что ж, давайте, - и достала монетки.

Продавец сложил ее покупку в мешочек из мягкой ткани, положил перед ней и тут же выложил на лоток пару черных кружевных митенок.

- Это вам, подарок.

- Мне? - изумилась Инна. - Спасибо.

А тот, пока все упаковывал, приложил руку к сердцу и зашептал, оглядываясь:

- У вас легкая рука, донна. У меня после вас такая торговля пошла, такая торговля!

Как раз в этот момент она заметила боковым зрением зеленый плащ. И оглянулась. Новый преподобный действительно стоял метрах в десяти и смотрел на нее, прищурившись. Только его не хватало.

Да что ж этих инквизиторов тянет к ней как магнитом! На лбу у нее написано, что ли, что она ведьма?! Торговец тоже увидел нового преподобного и примолк.

- Кхммм, - обернулась она к нему. - Всего вам доброго.

Ловким жестом зацепила свое приобретение, кивнула ему и с невозмутимым видом двинулась дальше. Но ей еще предстояло пройти мимо преподобного. А общение с товарищами из миссии ей, ведьме и нелегальной мигрантке из другого мира, желательно бы сократить до минимума.

И вот тут вставала дилемма.

С одной стороны, господина Карла Йорга хотелось больше никогда не видеть. А с другой, ей надо было думать о будущем. Ведь преподобный не последний человек во властных структурах этого славного городка. И если они собираются развивать тут бизнес, ссориться с ним нельзя. Наоборот...

Поравнявшись с преподобным, она чопорно кивнула мужчине. Пусть ломает голову, что у нее на уме. И пока тот сосредоточенно ее разглядывал, прошла мимо.

Он так и остался стоять там.

Уфффф! Кажется, оторвалась.

***

Теперь ей надо было еще попасть в типографию, заказать рекламные флаеры. Зайти в ряды, где продавались кофе, орешки и сладости. А кроме того Инна собиралась заглянуть в местный банк и узнать, какие документы ей потребуются, чтобы открыть вклад. О документах, кстати, тоже уже надо было бы озаботиться, потому что невозможно полгода прожить вот так, на птичьих правах. Мелькнуло что-то о налогах, о том, чтобы открыть ИП. Но эту мысль она пока что отмела.

И наконец, она хотела более детально изучить плацдарм, где собиралась воздвигнуть павильон. Который со временем перерастет в торговый центр. Все это крутилось у Инны в голове, и, поняв, какое направление принимают ее мысли, она сказала себе:

«Окстись. Через полгода тебя здесь не будет».

И как-то так жалко вдруг стало своих трудов. Но она отогнала эту мысль, потому что наконец добралась до печатного зальчика.

Вывеска у местной «типографии» была невзрачная и висела низко над входом. Да и сам вход был низкий, а помещение полуподвальное. Инне пришлось сгибаться и подбирать юбки, чтобы не вывозиться, спуститься на пять ступенек вниз по лестнице.

Внутри все это выглядело не очень опрятно и пахло краской. Но мастера она нашла сразу и попыталась объяснить. Оказалось, тут понятия не имеют о рекламе. Объявления о розыске беглых преступников - пожалуйста. Однако мастер-печатник примерно понял, чего она хочет, и обещал подготовить пробные образцы. Инна оставила ему задаток и договорилась прийти через два дня.

Уже хотела подняться вверх по лестнице. И вдруг свет заслонила какая-то тень.

Стало жутко до озноба. Ей вдруг показалось, как будто там затаившийся зверь. Инна отступила вглубь и притаилась. Стояла там, спрятавшись за выступ стены, а руки дрожали, и сердце колотилось в горле.

А за спиной полутемный зал. Оттуда слышались шаги и шуршание. Стук, скрежет. До нее только сейчас дошло, что она же здесь одна... С ней могут сделать что угодно. И никто не услышит, даже если она будет кричать.

Вперед идти было страшно, оставаться там, в этом подвале, еще страшнее.

Прошло, наверное, минут пять, она все не решалась выйти. А сзади послышались шаги и голос:

- Донна? Это вы?

Она чуть не подпрыгнула.

Подошел мастер-печатник, чумазый, весь в краске, оглядел ее и спросил:

- Забыли что-то?

Смотрел открыто, доброжелательно. Ей стало стыдно. Господи, порядочный мужчина, и чего она на него ерунду всякую подумала?

- Да, - она заставила себя выдавить подобие улыбки. - Голова закружилась просто.

- А, так это вы осторожнее, донна, ступеньки крутые. Я бы вас провел, но видите, - показал руки, испачканные типографской краской. - Замараю вас.

- Ну что вы, спасибо, - пробормотала она. - Мне уже лучше.

И стала подниматься по лестнице. Каждый шаг с трудом. Но чем ближе к свету, тем становилось легче дышать. Оставалась еще пара шагов, последняя ступенька, и все.

Когда Инна уже почти вышла, тень мелькнула снова. Она успела заметить только, как кто-то убегал между домов. И тут на нее свалилась вывеска. Удар был несильный, деревянный щит с надписью так и продолжал одним концом висеть на крюке, а вот с другой стороны каким-то образом сорвался, видимо, был плохо закреплен. От неожиданности и пережитого шока Инне стало дурно.

Она бы так и сползла на землю, если бы ее не подхватили.

Последнее, что она увидела перед тем, как сознание уплыло, это был темно-зеленый плащ.

***

Дела в Лурде затягивались.

Три дня. Это был четвертый.

За эти три дня магистр Саварэ организовал штаб и развернул отряды трех миссий. Подключил мобильные отряды добровольцев. Работал бешено. Сам буквально не вылезал из разлома.

Но все время всплывали неизвестные ранее факты. То мелкие прорывы, то очередная партия ходячих умертвий где-то окопалась. Как будто кто-то специально подбрасывал в этот «костер» все новые и новые «дровишки».

Гийом торопился назад, но, как он ни старался, покончить с последствиями за три дня не удалось. В конце концов он стал выжигать целыми квадратами. Носился на своем драконе и высматривал сверху. Так было эффективнее.

И вдруг в какой-то момент - словно игла в сердце. Страх за женщину. Он так и не понял, в чем дело. Потом острота ощущения прошла, но тревога осталась.

Осознав неладное, Гийом резко развернул Черного и направил его прямо к штабу. Разлом был почти закрыт, осталось не так уж много. Справятся и без него.

Назначил временного заместителя и в тот же день вылетел в верховную миссию.

Глава 24

Нервы, наверное, а может, сублимация сознания, но она словно провалилась в какую-то темную воронку. И как только глаза у Инны закрылись, так она сразу увидела свою прежнюю жизнь. Однако сейчас, глядя назад, она вдруг увидела то, что раньше проходило мимо понимания. Так ясно, будто окунулась в это снова. И понеслись моменты картинками перед глазами.

Вот родители у бабки Анфисы в деревне.

Разговор на повышенных тонах. Инна ведь практически не знала ее, бабушку со стороны матери. И бабушкой ее ни разу не назвала. Мама всегда отгораживала их с Зинкой от этого общения.

А в тот раз они приехали. И ее взяли, и Зинку, та тогда совсем маленькая была, чуть больше двух лет. Уписалась и мокрых трусах по дорожке бегала и слезы размазывала.

- Мама! Ма-мааа! - вопила.

И тут мать с отцом вылетают на крыльцо, злые оба, у матери лицо красное, рот перекошенный. А за ними следом бабка Анфиса. Замерла в дверях, строгая, прямая как палка.

- Не дашь, значит?! - в сердцах обернулась мать.

- Не дам.

Тут Зинка к матери кинулась, продолжая голосить, а мокрые трусы уже сползли до колена.

- За детьми бы лучше приглядывала, - жестко проговорила Анфиса и посмотрела на Инну.

А взгляд у нее тяжелый. Инна замерла на месте, не зная, куда деваться. Вроде и страшно, и глаза отвести не получается.

- Так ты хоть бы им дала! - крикнула мать, тряхнув на руках ревущую Зинку.

Анфиса перевела на Зинку взгляд и сказала:

- Этой не дам.

Развернулась и вошла в дом. И дверь за собой закрыла.

- Уууу, чужеродина! - странно выругалась сквозь зубы мать, а потом уставилась на Инну так, словно это она во всем виновата.

Вот с того дня и началось. Мама больше Зину привечала, а она стала как будто чужая. И чем дальше, тем больше. А когда выросли, все время с Зинкой о чем-то шепталась. Но стоило Инне войти в комнату, разговоры сразу прекращались и от нее лицо воротили.

Припомнилось ей сейчас то странное слово «чужеродина». И не поймешь, то ли чужая уродина, то ли чужая родина...

Из забытья Инна вынырнула так же внезапно.

Кажется, несколько секунд прошло, потому что она все еще была там, у самого входа в печатный зал. И даже почти твердо стояла на земле. А если быть точнее, ее удерживал от падения не кто иной, как новый преподобный.

Надо сказать, весьма своеобразно удерживал. Со стороны могло бы показаться, что он склонился над ней в любовных объятиях. Однако целовать преподобный ее, конечно же, не собирался, а вот разглядывал весьма пристально. А она его, в свою очередь.

Глупо, но так уж вышло, что пялилась Инна на него, пока наводила резкость в глазах. Если смотреть снизу, лицо его было хорошей лепки, кожа светлая и гладкая, очевидно, он брился недавно. Крупный нос, тяжелая челюсть, холодные голубые глаза. И руки. Весьма цепкие, прямо как стальные клещи, и такие же холодные. Даже запах парфюма, которым был пропитан его фисташковый камзол, воспринимался каким-то холодным.

А мысли, крутившиеся в тот момент в голове, были довольно тревожные. Получается, этот мессир Карл Йорг за ней по пятам ходит? Впрочем, сейчас он оказался рядом весьма кстати. Вот только вид у него...

- Простите, - попыталась она высвободиться. - Вы не могли бы меня поставить?

Он медленно выпустил ее, но сверлить взглядом не перестал. Это уже начало напрягать. Инна поправила юбку, отвела от лица волосы и с опаской взглянула на покачивавшийся на одном крючке щит вывески. И хотела уже поблагодарить его и уйти. Но мужчина тут же перегородил ей дорогу.

И весьма надменно спросил:

- Как вы умудрились снести вывеску?

- Я? - потрясенно воззрилась на него Инна.

Возмущению не было предела.

- Разве вы не видели здесь человека, который это сделал? Он же только что скрылся между домов!

- Никого я тут не видел, донна Иннелия, - выдал он, сложив руки на груди. - Кроме вас.

Но как же? Она ведь точно видела, как кто-то убегал между домов! Инна невольно оглянулась в ту сторону.

И тут заметила на земле свой сверток с покупками. Очевидно, когда ей стало дурно, она его выронила. Хотела поднять, однако преподобный оказался значительно быстрее. Поднял сверток, глянул на нее, прищурившись, а потом...

О! Инна готова была сгореть на месте.

Он ослабил завязки, запустил туда руку и вытащил краешек содержимого. И уставился на нее с выражением какого-то непередаваемого превосходства. Губы дернулись в холодной усмешке, а глаза прошлись по ней оценивающе.

Вот это уже просто взбесило.

- Вы не могли бы передать мне мои вещи, мессир Йорг? - проговорила, глядя на него.

И не подумал. Вместо этого спросил, откидывая назад голову:

- Что вы делали в типографии, донна Иннелия?

Она думала, что невозможно взбесить ее больше? Она ошибалась!

Однако Инна сдержалась и подавила раздражение: ссориться с новым преподобным не стоило.

- Я зашла в типографию, чтобы заказать образцы листовок, мессир Йорг.

- Листовок? - он шагнул ближе.

Черт! Говорить надо осторожно. Она не сильна в местной терминологии, а этот новый мессир-инквизитор сейчас больше всего походил на гончую, взявшую след. Пожалуй, лучше всего в этой ситуации было воспользоваться старым добрым дамским методом и прикинуться дурой.

- Да. Мы с дядюшкой хотим открыть ресторацию в центре, - похлопала она ресницами и стала осторожно обходить его. - Мне показалось, если заранее расклеить приглашения, успех предприятия будет больше. Я просто не думала, что вас это может заинтересовать.

- Ошибаетесь, донна. Меня интересует все, что происходит в этом городе.

Мужчина тоже переместился, теперь он снова перегораживал ей дорогу. И ей не нравился его взгляд.

- Я учту, - изобразила Инна подобие улыбки и покосилась на сверток в его руках.

Но тот, похоже, не собирался возвращать ее вещи. А ей в конце концов надоело ждать, она обошла его и спросила:

- Может быть, вы все-таки вернете мои вещи, мессир? Впрочем, если вы хотите оставить их себе...

Она пожала плечами и хотела уже уйти. Думала, усовестится. Но тот перехватил ее за запястье и проговорил:

- Поверьте, донна Иннелия, когда я решу что-то оставить себе, я не буду спрашивать.

Держал крепко, намеренно причиняя дискомфорт. Инна сначала хотела выдернуть руку, потом вдруг поняла, что сопротивление его заводит, и замерла.

- Кто, вы сказали, ваш дядюшка? - спросил ровно, не повышая голоса, и переступил ближе.

Жесткая хватка, холодная интонация. Инна с досадой оглянулась в сторону рядов. Могла же ведь пойти туда...

Потом проговорила:

- Моего дядю зовут Кристоф. У него таверна в предместье. «Кабанья нога».

Мужчина кивнул, отпустил наконец ее запястье и вернул ей ее сверток.

***

Никуда она больше не пошла, ни в какие ряды и ни в какой банк! А сразу же понеслась назад в таверну. Шла быстро, даже не смотрела по сторонам. Пережитого ей хватило с лихвой, еще и осадок остался.

Придя в таверну, быстро прошла наверх, в свою комнатку под крышей. Хотелось помыться, но сейчас это не представлялось возможным. Инна залезла с ногами на кровать и стала анализировать сегодняшние события и собственное поведение.

На нее сегодня покушались, в этом Инна была уверена точно. Кто? К сожалению, она не успела разглядеть.

Новый преподобный.

Может стать проблемой. Ей следовало быть с ним осторожнее. Самый настоящий нагибатор, да еще облеченный властью. Значит, придется ловчиться и ладить с ним. Но она уже сейчас понимала, что ладить с господином Карлом Йоргом у нее получится с трудом. Поэтому пусть им занимается Кристоф.

Потом закусила губу, уставилась в окно и вздохнула.

Ну, где же ты, бородатое чудовище...

Глава 25

Не успела она толком прийти в себя, раздался условный стук в дверь. Инна вздрогнула, хотя и знала, что это Кристоф. Нехотя встала и открыла ему.

Старик выглядел живописно. Лысина блестела, встрепанные кустики волос и очки припорошены побелкой, а на фартуке потеки пива. Несмотря на то что настроение у нее было не очень, не смогла сдержаться, фыркнула. А тот проговорил, отдуваясь:

- Ох и задала ты мне работы, племянница! Но все идет, идет! - И тут же без перехода: - Давай, рассказывай, как сходила.

Инна вздохнула, вскидывая брови. Как сходила? Не рассказывать же ему, как продвигала новый бренд изящного женского белья имени ее. Или ее имени. Сейчас ей точно было не до шуток. Решила коротко и главное.

- Рекламировать наше э... будущее предприятие начала.

- Да? И что? - а глаза у трактирщика так и горят.

Как у мальчишки, которому посулили конфетку. У нее не хватило духу промолчать. Потому что это было важно. И просто потому, что сказать, по-человечески пожаловаться ей было больше некому.

Она провела кончиками пальцев по правой брови и проговорила:

- Я познакомилась с новым преподобным.

- Ты молодец!

- Кхммм... при довольно странных обстоятельствах.

- Даааа? - хитро поинтересовался трактирщик. - И что же за обстоятельства?

***

Кристоф видел, что она взволнована. Прибежала и сразу забилась к себе наверх, как мышь в норку. Значит, случилось что-то из ряда вон. Потому что он достаточно хорошо успел изучить свою «племянницу». Не робкого десятка девка. Кого хочешь за пояс заткнет.

У нее вон Тибальд по струнке ходит.

А тут, стало быть, произвел на нее впечатление новый преподобный. Произвел.

Но, с его точки зрения, то, что всерьез пугало девицу, на самом деле было хорошо. Что плохого, если ентот мессир Йорг приударит за ней маленько? Даже если... кхммм. Для пользы дела все можно. Им связи в миссии нужны.

Тем более, по ее словам выходит, что Карл Йорг из благородных, значит, может оказать содействие и в столице. Куда он мечтал перебраться, спал и во сне видел.

По всему получалось хорошо.

Где магистр Саварэ своим авторитетом поможет, где преподобный Йорг. Опять же, у них круг общения. А там, глядишь, племянницу за какого-нибудь вдовца с состоянием замуж можно будет пристроить. Так, чтобы постарше, желательно, одной ногой в могиле и без кучи наследников. Хе-хе... А как старый муж помрет, ей кого уже с титулом присмотреть. Племянница-то у него видная, да с состоянием! От женихов отбою не будет.

А уж потом можно появиться при дворе.

Пока она, волнуясь и теребя пальцы, ему объясняла, что интерес преподобного ей не нравится, Кристоф планы на будущее построил.

Смущал его только один момент.

Ведьмина интуиция не врет. И если ей не нравится что-то, возможно, действительно поостеречься стоит. Он подался вперед и коротко отрезал:

- Посмотрим.

Смерил ее взглядом и спросил:

- Говоришь, видела кого-то там, у типографии?

Инна кивнула. А он постучал пальцами по столу.

- Выходит, тебе одной ходить без провожатого нельзя...

Это, конечно, озадачивало. У него людей свободных нет, а Тибальда она не захочет. Но подобрать ей охрану надо. Чай, будущую баронессу, а может и графиню (почтенный трактирщик еще не определился с титулом, на котором готов остановиться), поберечь нужно.

В конце концов махнул рукой.

- Ладно, придумаю что-нибудь. А сейчас давай, иди на кассу. А то с утра простой.

***

Хоть на душе было не слишком хорошо, разговор с Кристофом Инну успокоил. Старик ушел, а она привела себя в порядок, переоделась и причесалась заново. Вещички свои новые пристроила.

Но... ей скоро уже негде будет хранить барахло. И так ее платья висели на гвоздиках и занимали всю стену. Не говоря уже о том, что некуда будет прятать мелочь, которой набрался приличный мешок. А вопрос с банком придется отложить до лучших времен, и это однозначно. Не хотелось лишний раз привлекать внимание преподобного. И так уже привлекла на свою голову! Были у нее кое-какие идеи на тему, как быть с деньгами, но это все она решила обдумать потом.

А сейчас Инна повязала чистый передничек, пристроила в волосы накрахмаленную кружевную наколку и спустилась в зал работать.

***

Женщина ушла, а мессир Карл Йорг еще какое-то время стоял на месте и смотрел ей вслед. А потом натянул окованные металлическими бляшками перчатки, резко развернулся и двинулся в узкий проход между домами. Несколько быстрых коротких переходов, и он загнал пытавшегося уйти простолюдина в тупик.

Это было несложно. Мессир Йорг просто знал, где искать. И загонять добычу умел идеально. Припер долговязого жилистого мужика в угол и перегородил ему дорогу. Тот, поняв, что ему не уйти, растекся елейной улыбкой:

- Ваша милость, чем могу служить?

А сам воняет страхом. Глаза воняют. Преподобному Йоргу нравился запах страха.

Он подошел ближе и спросил, намеренно нажимая на горло простолюдина тыльной стороной окованной металлом перчатки.

- Что ты делал у типографии?

- Я? Ничего, в-ваша милость!

- Зачем тебе понадобилось караулить женщину? И еще интереснее, зачем понадобилось сдергивать с крючка вывеску?

- А...?! - тот занервничал, завозился, как угорь на сковородке. - Я... Я просто случайно вывеску зацепил.

- Да? - протянул преподобный и подался ближе.

***

Сейчас Тибальду стало страшно всерьез.

Он действительно следил за чертовой девкой, которая, как назло, только и делала, что бродила по магазинам и тратила деньги на какие-то тряпки. А его злость душила. Такие деньжищи - и на что?!

А потом ее понесло в печатный цех, и тут на Тибальда что-то нашло. Так велик был соблазн придушить ее в том подвальчике. Избавиться раз и навсегда. Не будет ее - и его жизнь опять наладится. Всего-то надо было спуститься и... Дело двух минут, никто никогда не узнает, там такая темень и постоянный шум. Найдут дохлую девку, а он будет уже далеко. На него никто не подумает.

Но ему вдруг стало страшно. Как будто какая-то сила навалилась и сковала по рукам и ногам. Так страшно, что затряслись колени. Хоть убей, он не заставил себя в тот приямок спуститься, так и стоял снаружи. И уйти не мог.

Жутко. А потом он услышал снизу шаги и опрометью метнулся прочь.

Да, верно, по пути он зацепил и чуть не снес вывеску. Она держалась на честном слове. И свалилась прямо на девку! Вот он ликовал, есть все же в жизни справедливость!

Но тут появился какой-то богатый хлыщ, и он постарался незаметно сделать ноги. Но зазевался, хотелось проследить. А сейчас этот хлыщ держал его за горло.

И надо было придумать что-то правдоподобное, чтобы тот отстал.

- Ваша милость, не знаю, как величать вас, простите...

- Зови меня ваше преподобие.

Чеееерт! Тибальду дурно стало. Новый инквизитор! А он так вляпался... Смотрел в его холодные бледно-голубые глаза и обмирал от страха.

- Ваше преподобие! Ва-вааа... эх... - аж поперхнулся слюной.

Что было говорить??? И тут он вспомнил главное - инквизитору лучше не врать, у них на это нюх.

- Так я приставлен за ней следить, чтобы не случилось что.

- Следить?

- Да, ваша ми... ваше преподобие. Она племянница хозяина, у которого я работаю. А тут бес попутал, живот скрутило. И вот...

В этом Тибальд не врал, живот у него сейчас скрутило натурально.

- Где работаешь?

- «Кабанья нога», таверна в предместье.

Инквизитор отпустил его, демонстративно отряхнул перчатку и мотнул головой:

- Пошел.

Ох, как быстро Тибальд оттуда уносил ноги. Только у самой таверны перешел на шаг. И даже немного приободрился. Потому что вроде как разузнал про нового преподобного, и будет что рассказать Кристофу.

***

Обед уже прошел, день склонялся к вечеру.

Инна как всегда стояла на кассе, а поток посетителей не думал редеть. Даже несмотря на то, что в одном углу таверны велись ремонтные работы и пол, как ни старайся, был затоптан крошками побелки.

Но в противоположном углу с утра разливали пиво! Правда, сейчас пиво закончилось, зато народ с еще большим энтузиазмом стал налегать на еду и белое вино. Однако вечер близился, скоро поток посетителей наконец закончится. Все это время она подспудно нервничала и время от времени поглядывала на дверь.

И, похоже, не зря.

Глава 26

Уже под вечер входная дверь отворилась и...

Сначала Инна заметила темно-зеленый плащ. А потом подумала: «Shit happens». Дерьмо случается. Если есть хоть маленький шанс чему-то неприятному произойти, оно обязательно произойдет, можно не сомневаться.

И пока она все это думала, новый преподобный Сквартонской миссии охватил цепким взглядом весь зал. На холеном породистом лице отразилось брезгливое выражение. Ну еще бы.

Ремонт, грязь, какой-то сброд из предместья. Однако тут было и несколько человек из городской стражи. Но те носили нашивки муниципалитета, а стало быть, находились в прямом подчинении главы города.

Бледно-голубые глаза преподобного задержались на них, а потом его цепкий взгляд нашел в глубине зала стойку заказов. А за стойкой - ее. Инна готова была на месте провалиться, а по его лицу скользнуло непередаваемое выражение. Смесь интереса, презрения и превосходства. Преподобный откинул назад полу плаща и неспешно пошел к стойке.

- Это еще кто? - шепотом спросил Кристоф, подходя ближе.

- Мессир Карл Йорг, собственной персоной, - прошипела она сквозь зубы.

Уже заранее предчувствуя, что ей не понравится общение с ним. Мужчина наконец дошел и остановился у стойки. Хотелось бросить все на Кристофа и уйти. Однако она заставила себя не реагировать и изобразила ничего не выражающую улыбку.

Перед преподобным только что расплачивался работяга. Зубоскалил с ней и оставил две монетки в один сольдо, чаевые. Почувствовав неладное, обернулся и тут же исчез. А преподобный уставился на те несчастные монетки, потом на нее. И на его физиономии отразилось потрясающее презрение.

Этим своим взглядом он как будто смешал ее с грязью.

«А вот шиш тебе», - подумала Инна.

Спокойно взяла монетки и опустила в карман передника. В котором и так уже было мелочи полно. Вскинула подбородок и проговорила:

- Добрый вечер, мессир Йорг. Будете делать заказ?

А тот, вероятно, понял это по-своему. Лениво обвел глазами зал и только после этого соизволил ответить:

- Добрый вечер, донна Иннелия.

Оперся локтем о стойку и замер, откровенно разглядывая ее. А взгляд холодный. Острый, как скальпель. Она почувствовала себя потрошеной курицей.

- Так значит, вот кто оплачивает ваши... кхммм покупки?

Чеееерт! У нее от этого грязного намека в голосе просто вскипела злость. Даже руки затряслись. Проклятый сноб! Это честная работа ничем не хуже других!

- Вы находите это предосудительным? - спросила она.

Но от волнения голос все-таки дрогнул. Она тут же пожалела об этом, но было поздно, преподобный уже заметил. Его голубые глаза блеснули, губы приоткрылись в усмешке.

- Что вы, донна.

Черт бы его побрал... Она же знала, что его заводит сопротивление. Нельзя проявлять эмоции. Инна постаралась успокоиться и отвела взгляд. И тут же столкнулась глазами с Тибальдом. Наверное, это и придало ей силы. Она смогла подавить трепещущий комок в груди. Повернулась к преподобному и нейтральным тоном повторила:

- Будете делать заказ?

Однако мессир Йорг никуда не спешил. Для него, похоже, удовольствие только началось.

- Я вот что хотел спросить, донна.

И пауза.

А у нее опять поджилки затряслись. И руки девать некуда, она спрятала их под стойку. Мужчина проследил жест и, не спеша сцеживая слова, задумчиво так спросил:

- Значит, ресторация в центре?

При этом смотрел на нее пристально, как будто давал прочувствовать собственную значимость. Инна почувствовала, как ее заливает румянцем от злости и бессилия. А мессир давил взглядом, считывая ее эмоции.

Нельзя было затягивать молчание.

- Это пока только планы на будущее, - проговорила она.

Преподобный кивнул, всем своим видом давая понять, что все ее слова для него пустой звук. Она еле заметно выдохнула в сторону. Тяжело давалась ей эта игра, тяжело. А мессир, похоже, решил сменить тактику.

И высокомерно бросил:

- Я надеюсь, меня здесь обслужат?

Голос стальной. Она невольно вздрогнула.

- Да, конечно, что вам угодно заказать? - проговорила скороговоркой.

- Принесите мясо по-анкорски со специями.

Он бросил деньги на стойку, две десятисольдовые монеты. Инна пододвинула ему одну монетку обратно и выдавила улыбку:

- Прекрасный выбор. С вас десять сольдо. Прошу, садитесь за столик, ваш заказ принесут.

- Вы. Принесете, - медленно и раздельно проговорил он.

А она вдруг почувствовала себя в западне. Стало так тоскливо, что просто свело горло. Дело даже не в том, что это не ее обязанность здесь. Ничего зазорного в том, чтобы принести заказ. Просто... Он ведь этим не ограничится.

Набрала в грудь побольше воздуха. И в этот миг открылась дверь таверны, да так резко, что кое-где посыпалась наполовину ободранная штукатурка.

На пороге стоял магистр Саварэ.

В таверне на миг воцарилась гробовая тишина.

Преподобный обернулся и ощутимо напрягся. Инне показалось, что сейчас сердце выскочит из груди. Она сама не заметила, как оперлась ладонями о стойку и подалась вперед.

Зато магистр заметил ее взгляд и замер на мгновение. А потом пошел к стойке, уверенно впечатывая шаги в пол. И чем ближе подходил, тем больше ее заливало радостью.

Прилетел! Она его так ждала! Еще больше заросший и какой-то осунувшийся. Борода совсем разрослась, густая, черная.

Настоящее чудовище.

Между тем Саварэ дошел и уставился на преподобного. А тот на него. Кажется, эти двое были хорошо знакомы. Саварэ сложил руки на груди и спросил, смерив преподобного надменным взглядом:

- Мне кажется, вы должны были встречать меня в миссии? Или я ошибаюсь, мессир Йорг?

Они сейчас стояли рядом. Двое мужчин. Оба примерно одного роста и одного сложения. Один лощеный, ухоженный, другой - как будто его только что выдернули из окопа. Наверное, если мерить классическими мерками, Карл Йорг мог бы считаться красивее. Но в глазах Инны он безнадежно проигрывал Саварэ.

В чем?

Хотя бы в том, что у него не было дракона.

Мессир Йорг поджался, на лице возникло злое выражение, однако тут же исчезло. Он склонился в светском полупоклоне и произнес:

- Магистр, я не ждал вас так скоро.

- Между тем, вы всегда должны быть готовы к проверке, преподобный, - протянул Саварэ, откидывая голову набок. - А вместо этого я застаю пустую миссию, а вас здесь.

- Я решил заняться изучением Сквартона. Работа инквизиции не должна ограничиваться одной кабинетной деятельностью, - проговорил Йорг заносчиво.

- Разумеется, - кивнул Саварэ, задумчиво хмуря брови. - И потому вы решили начать изучение с тылов?

И такой сочувственно-насмешливый тон. Этим он просто размазал преподобного. И тут Инна не сдержалась, беззвучно хихикнула, прикрывая ладонь рот. Господина Йорга буквально перекосило, а Саварэ и ухом не повел.

- Похвально, мессир Йорг, - кивнул он. - Однако дела миссии в таком состоянии, что вам не мешало бы прежде навести порядок там, а уже потом исследовать злачные места этого славного городка.

Преподобный дернулся в сторону двери, а Инна, видя к чему все клонится, быстро пододвинула к нему его две десятисольдовые монетки и тихо проговорила:

- Мессир, поскольку вы уходите, мы аннулируем заказ.

Тот глянул на нее злобно и одним движением сгреб монеты со стойки.

- Прошу вас следовать за мной, - проговорил Саварэ и двинулся вперед.

У Инны сердце упало. С одной стороны, было очень хорошо, что он увел отсюда преподобного. А с другой... Она ведь ждала его, неужели он просто так уйдет?

И тут он, словно услышал, в два шага вернулся к стойке и бросил на нее два золотых.

- Мясо с бобами и черничный пирог. Но позже. Мы с вами не договорили, донна.

Глава 27

За один только страх в глазах женщины Гийом сейчас готов был сравнять преподобного с землей.

Саварэ действительно прилетел в Сквартонскую миссию по делу. О том, что он сам был инициатором и буквально вытребовал у генерала эту проверку, преподобному не нужно было знать. Ему следовало заниматься делами миссии, которые после Бискара остались в таком раздрае, что тут перелопачивать и упорядочивать этот хаос понадобятся месяцы, если не годы. А тот вместо того, чтобы работать, посмел лезть на его территорию. И потому магистр сейчас имел полное моральное право оттоптаться на гордости Йорга.

Ведь для этого был важный повод, и не один.

Нового преподобного магистр знал хорошо. Имел счастье пересекаться за время службы в ордене и в светской жизни тоже. Среди аристократических родов Йорги занимали не последнее место, и Карл был достаточно знатен и богат, чтобы занимать более высокое положение. Однако что-то было в его прошлом такое, что накладывало отпечаток. Прославился своим чистоплюйством. Предпочитал, чтобы его руки оставались чистыми. В буквальном смысле. Всегда надевал перчатки. Но слава про него в столичных борделях ходила весьма нехорошая.

А сейчас Саварэ был просто зол.

Этот день дался ему нелегко.

Сюда он примчался, почти одеревенев от усталости. Думал быстро разделаться в миссии, а потом - прямо к ней. Потому что непонятный страх за эту женщину из него прямо вытягивал жилы. Ну и просто хотел ее видеть. И, разумеется, в планах господина инквизитора были не одни только разговоры.

Но, к сожалению, временем магистр Саварэ не располагал, утром следующего дня ему надо быть в Лурде. А теперь он еще вынужденно тратил это драгоценное, с трудом вырванное время на Йорга!

Однако вправить мозги преподобному следовало.

- Объясните мне, мессир Йорг, - строго спросил Гийом, когда они уже покинули заведение и направились к миссии. - Что вы делали в таверне? Разве у вас нет своего повара?

Тот фыркнул, ответил не сразу.

- Мне нужно было убедиться.

- Да, и в чем? Насколько вкуснее еда в общем зале? - язвительно осведомился Саварэ.

Сам он охотно ел простую пищу, и его герцогский титул не мешал ему сидеть в общем зале с простым народом. Магистр Саварэ вообще имел солдатские привычки и казарменное чувство юмора. Однако это не мешало ему уважать достоинство других и проявлять (иногда) деликатность и даже благородство.

- Нет, - натянуто улыбнулся преподобный Йорг. - Я не собирался там есть.

- Разве? Насколько я помню, вы заказали мясо по-анкорски и даже оплатили заказ?

Блондинистый мессир Йорг еще больше побледнел от злости, ноздри его крупного породистого носа раздулись.

- Мне нужно было проверить одно свое предположение.

- Что вы говорите? И какое? - не глядя в его сторону, осведомился Гийом.

Чем дальше, тем Йорг бесил его все больше.

- Я собирался проверить эту женщину на благонадежность! - выпалил тот наконец.

Тварь!

У Саварэ горло свело от злости, а кулаки сжались сами собой. Однако выражение лица магистра не изменилось нисколько.

- Мессир Йорг, - проговорил он вкрадчиво. - Давайте лучше проверим состояние дел в миссии. Предъявите отчетность, мне нужно срочно передать сведения генералу ордена. Кстати, информационные кристаллы восстановлены? И, я надеюсь, личный план-конспект по устранению недостатков у вас есть?

***

Никакого плана-конспекта у Карла Йорга не было.

И сам вопрос прозвучал оскорбительно. Как будто он какой-то нищий адепт! Из тех, что шатаются по улицам в серых рясах и босиком. И все же, как бы ни хотелось послать этого солдафона к чертовой матери, ему пришлось смириться и проглотить унижение.

Потому что Саварэ мог создать проблемы.

- Разумеется, - процедил он сквозь зубы. - Но все находится в стадии подготовки. Вам должно быть известно, магистр, что я всего три дня как принял должность.

Дальше до самой миссии они не перемолвились ни словом.

На видном месте в конце причала «пасся» дракон инквизитора. Преподобный неприязненно покосился на черного гиганта и отвел взгляд в сторону. Гийом Саварэ был герцогом и мог позволить себе многое, в том числе и дракона.

Преподобному были противны эти огромные чешуйчатый ящеры, эти тупые жрущие и гадящие глыбы с крыльями. Но иметь их было исключительным правом высшей знати. В отличие от Саварэ, он позволить себе дракона не мог.

Вообще же, господин Карл Йорг был весьма самолюбив. Для него назначение на должность преподобного захолустной миссии было скорее ссылкой. В какой-то мере даже унизительно было ему получить место, соответствующее статусу мелкопоместного дворянчика, такого как Бискар.

Однако, после некоторых событий, которые удалось замять с помощью денег отца, его устроила возможность побыть некоторое время вдали от двора. Дождаться, пока все утихнет и забудется. А потом вернуться уже совсем в другом качестве.

К тому же, новое назначение давало возможность избавиться от опеки. В столице он постоянно был на виду, а в этом захолустье Карл Йорг ощутил себя свободным. Мог заниматься тем, что ему нравилось больше, чем унылая служба в миссии.

И здесь ему не надо было ни на кого оглядываться, чтобы разнообразить свой досуг.

Женщину он заметил сразу.

Бросилась в глаза. Яркая. Платье на ней хоть и было дешевое, но выглядело эффектно. Кружевное белье. В первый момент он счел ее шлюхой.

Но когда она прямо обвинила его (его!) в отсутствии воспитания и манер, мессир Йорг решил, что ошибся. Теперь он принял ее за аристократку, случайно оказавшуюся в этом захолустье. Потому что она вела себя как равная.

В тот момент он отступил, но что-то такое в женщине зацепило его. И сильно. То, как она двигалась. Стремительно и вместе с тем настороженно. Оглядывалась по сторонам. Это показалось ему подозрительным.

Мессир Йорг проследил за ней и выяснил кое-что интересное.

Племянница трактирщика?

Это меняло многое. У него сразу созрел план. То, что она самого простого происхождения, было очень хорошо. Не придется потом иметь дело с ее родней.

В женщинах мессир Йорг предпочитал покорность. Они должны были знать свое место и с радостью принимать все, что он хотел им дать. А эта была дерзкой и самоуверенной, ломать ее доставило бы ему особенное удовольствие.

И этого удовольствия Саварэ его лишил.

Но было и еще кое-что.

Преподобный не мог не заметить, что у магистра к интересующей его женщине собственный интерес. Это натолкнуло на другие мысли.

В миссии они застряли надолго. Потому что магистр затребовал отчетность и рылся в бумагах не хуже стряпчего. А когда дело дошло до информационных кристаллов, Саварэ и вовсе заставил его переворачивать все вверх дном. И еще подгонял постоянно.

В какой-то момент Йорг, которому пришлось срочно выдумывать объяснительную, не выдержал, спросил:

- Магистр, вы куда-нибудь торопитесь?

А тот состроил ему улыбку не хуже, чем у его дракона, и проговорил:

- Вы необычайно догадливы, преподобный. Я действительно тороплюсь. Утром мне надо быть в Лурде, а у меня еще дела в городе. Так что, будьте любезны. Продолжим!

Отвернулся и отошел к окну. Преподобный прищурился, глядя ему между лопаток. Понятно, что за дела у магистра в городе! Йорг опустил глаза на бумаги, которыми занимался. Его стало заливать черной досадой. Похоже, интересы их тут пересеклись.

А тот резко обернулся:

- Если вы закончили с отчетом, давайте займемся кристаллами. Мне нужен чистый и неповрежденный достаточной емкости.

Пришлось подавить раздражение и еще какое-то время копаться в хранилище кристаллов, вернее, в том, что от него осталось. Потом магистр записал все на кристалл и заявил:

- Всего доброго, преподобный. Надеюсь, в следующий мой визит дела в миссии будут в лучшем состоянии. То, что я вижу сейчас, и близко нельзя назвать порядком. Можете меня не провожать, я сам найду дорогу.

И вышел.

Со злости Йорг переломил в руках пишущее перо. К сожалению, сейчас он никак не мог помешать Саварэ. Но ведь магистр не вечно будет в городе?

Настанет и его черед.

Преподобный зашвырнул остатки пера в мусорную корзину и неожиданно заметил, как что-то блеснуло под одним из шкафов.

Глава 28

Когда оба инквизитора покинули таверну, в первый момент там воцарилась мертвая тишина. Потом это странное оцепенение сошло, и посетители понемногу разговорились. Но все равно вполголоса. И на бледную красавицу за стойкой тоже старались не особо глазеть.

Потому что не каждый день в «Кабаньей ноге» разворачивались такие битвы титанов. Да еще из-за бабы. Да, бывали драки пьяных мужиков, деньги не поделят, обжулит один другого или, скажем, в кости обыграет. Или, того лучше, на измене поймает. Бывало, их из ведра приходилось обливать, чтобы разнять. Но что с них взять? Народ простой.

А тут благородные господа!

Все были свидетелями разговора, состоявшегося между ними, вроде бы все о делах. Однако никто не сомневался, что схлестнулись магистр и преподобный из-за... Имени никто не называл, но все красноречиво поглядывали на женщину за стойкой.

Народ косился и тайком, полунамеками, но обсуждал. И если от магистра Саварэ, которого за глаза называли заезжим душегубом, уже знали, чего ждать, то новый преподобный - птица во всех отношениях темная.

Опять же, магистр улетит на своем драконе, а им тут жить.

Именно об этом и подумал в первую очередь дядюшка Кристоф, глядя, как его племянница нервно поправляет прическу и одергивает платье. И будь она простой бабой, выбор его был бы очевиден. Но когда имеешь дело с ведьмой, тут надо взвешивать все.

Кристоф тяжело вздохнул и почесал левую бровь. Как же тут быть, чтобы не прогадать? Потом подошел к Инне и тихо спросил:

- Ты как?

Она бледно улыбнулась, но в глазах еще плескался страх.

- Вот.

И пододвинула к нему два золотых, оставленных инквизитором.

«Ох-хо-хо», - подумал Кристоф, глядя на нее.

- Хорошо, - кивнул. - Сделаем в лучшем виде.

У нее неожиданно глаза зажглись. Да так ярко. И столько чувств в них, что старый трактирщик вдруг замер. Сердце у него было черствое, как заскорузлая подошва. С тех пор, как схоронил свою жену, вообще забыл, что такое всякие там амуры. А тут... Покачал головой и грустно улыбнулся, понимая, что у него, похоже, не осталось выбора.

И пошел в кухню, оповестить повара насчет черничного пирога.

Тем временем жизнь таверны, взбаламученная недавним эпизодом, постепенно вошла в норму. Потому что катаклизмы могут случаться разные, а кушать народу хочется всегда.

***

Инна нервничала. Ее до сих пор дрожью пробирало, стоило вспомнить холодные глаза преподобного. И как он высокомерно цедил:

« Вы. Принесете».

И все эти мелкие детали, из которых складывался образ. Руки его помнила, большие, цепкие и холодные. До мелочей выверенные жесты, продуманный наряд. Сто раз уже сказала себе, какая она дура. Надо было ветошью прикидываться, чтобы не привлекать его внимание.

Умом понимала, что такие типы, обожающие самоутверждаться за счет тех, кто слабее их, бывают мелкомстительны. И господин Йорг наверняка еще не раз возникнет.

В конце концов сказала себе:

«Будут бить - будем плакать».

Потому что вечно бояться нельзя. К тому же, она ждала Саварэ.

Ждала и нервничала, как школьница на первом свидании. Сама не могла поверить, как этот беспардонный и опасный тип умудрился так прочно застрять у нее в сердце. Вспоминала разные моменты, вот как, например, он с ходу ей под юбку залез.

Ну хам же, самый натуральный. Но почему-то не получалось заставить себя рассердиться на него за его выходки. Все это выходило грубовато, но как-то по-мужски правильно. Чертов Дартаньян.

И эта его неопрятная борода! Наверняка ужасно колется. Однако, представляя, как именно может колоться его борода, она невольно краснела и начинала беспричинно улыбаться. А уж предвкушение... Что с ним было делать?!

Ведь, может быть, она сейчас себе надумывает свидание, а на самом деле все не так. Но предвкушение никуда не делось. Оно вытесняло из души все остальные чувства.

Однако вечер уже наступил, уже и стемнело. И поздновато стало.

В таверне не осталось посетителей, два забулдыги, и те скоро потащатся по домам. А Саварэ все не появлялся. Она извелась. Выглядывать на улицу не решалась, все на окно косилась да на дверь. Не откроется ли. Потом просто сидела на высоком табурете за стойкой и смотрела в одну точку.

Подошел Кристоф, она даже не сразу его заметила.

- Готово все, - тихо сказал трактирщик. - И пирог. И мясо. Жак будет держать мясо подогретым.

Потом оглядел ее и проговорил:

- Иди, переоденься, приведи себя в порядок. А я тут посижу пока.

Она взглянула на него исподлобья, встрепенулась, не зная, что думать. А он мотнул головой.

- Иди. А то явится, а ты вон, как квашня.

Ох, как она бежала к себе вверх по лестнице. Как переодевалась, а у самой сердце выпрыгивало. Быстро переоделась в свежее платье. Хотела в красное, но потом передумала. Слишком откровенно. Но все белье сменила. И чулки. Свежесть придала немного уверенности.

Причесалась заново, побрызгала в лицо холодной водой и побежала вниз.

***

Много времени отнял преподобный. Когда Саварэ освободился из миссии, было уже темно. Луна высоко. Ночь.

Мрачно ругнулся про себя. Проторчал тут дольше, чем рассчитывал. Теперь времени у него почти не осталось. До Лурда лететь далеко, а ему надо быть там уже утром.

Но, несмотря ни на что, он не собирался отказываться от свидания.

Черный ждал его на причале. Увидев хозяина, вскинул огромную шипастую морду и фыркнул. Гийом похлопал его по шее, прижал ладонь, поглаживая по горячей чешуе. Потом взобрался на спину и повел шагом. По ночным улицам пришлось пробираться осторожно, но это даст ему немного лишних минут.

Остановил дракона на улице недалеко от таверны и велел:

- Стой здесь и ничего трогай.

А сам пошел к таверне.

Тряхнул рукой, сбрасывая напряжение. В груди холодок, а сердце как колокол. Помнится, ему назначали свидание знатные дамы? Вряд ли он когда-либо испытывал подобное волнение.

Перед тем как войти, на секунду замер и сжал кулаки. Выдохнул. И только после этого толкнул зверь.

С порога оглядел зал, взгляд метнулся туда, где он рассчитывал увидеть ее. За стойкой стоял трактирщик. Стало накатывать разочарование. И тут он услышал цокот каблучков. Она вихрем неслась по лестнице.

Вылетела в зал.

- Дядя Кристоф...

Обернулась и увидела его. Это был странный момент. Между ними как будто натянулась нить, по этой нити он к ней и дошел.

Потом они сидели за столиком. Вдвоем в полутемном зале. Ему было светло, и кажется, этот свет исходил от женщины, а вокруг плясали тени. И просидел бы до утра, чувствуя, как его все больше затягивает. Но...

Время.

Гийом откинулся на стуле, прикрывая глаза. Ему давно уже пора было уходить. Или остаться. Затащить наконец эту женщину в постель и по-быстрому сорвать удовольствие. Но все как-то само собой изменилось. Теперь он хотел не просто залезть ей под юбку. Гийом хотел большего. Чего? Он сам еще не знал. Но что-то подсказывало ему, что торопиться - только все испортить.

На долгую минуту воцарилось молчание

- Донна Иннелия, - начал он и шумно выдохнул, открывая глаза.

- Да? - она встрепенулась.

Взгляд, по-женски доверчивый и беспомощный. Ожидание.

- Мне пора улетать.

Как будто натянутая струна зазвенела где-то далеко.

- Пока меня не будет, прошу вас быть осторожной.

Она бросила на него быстрый взгляд, кивнула и опустила глаза.

- А теперь, не проводите ли вы меня?

- Конечно.

Оба встали и в полном молчании дошли до двери. Странное чувство, как будто воздух вокруг них становится вязким, слышно, как стучит сердце. У выхода он замер.

- До двери, дальше не нужно.

И шагнул за порог, а она за ним. На какое-то мгновение оба замерли. Очень медленно он поднял руку и коснулся большим пальцем ее щеки. Он видел, как у нее перехватило дыхание, и просто не смог больше сдерживаться. Сгреб ее в охапку.

Целовал, словно живую воду пил. И сам же заставил себя оторваться. Застыл, глядя в ее глаза, и хрипловато усмехнулся:

- Все, донна Иннелия, бегите к себе. Будьте умницей и ложитесь спать.

Еще секунду она смотрела на него, медленно заливаясь румянцем. Потом убежала.

А он вздохнул, провожая ее взглядом. Все правильно. Иначе было нельзя. Зато теперь она будет думать о нем.

Однако ему действительно было пора. Прилетит в Лурд только к рассвету. Хорошо, если удастся хоть полчаса поспать. Но оставалось еще одно дело.

- Выходи, - негромко сказал он. - Я знаю, что ты здесь, за дверью.

Дверь действительно отворилась, и из-за нее появился Кристоф. Склонился в поклоне.

- Да, ваша милость, что вам угодно?

- Следи за своей племянницей. Если появится какая-то опасность, сразу доложишь мне. Понял?

Тот понятливо закивал. Ну вот, теперь можно было лететь.

Глава 29

Однако Саварэ задержался еще.

Оглянулся в ту сторону, там виднелась в глубине улицы огромной черной тенью фигура дракона, потом проследил все, вплоть до противоположной стороны, и просканировал взглядом близлежащие дома.

Трактирщик замер против него, ожидая. Понятливый старикан. Саварэ вытащил из внутреннего кармана маленький кристалл в оправе - артефакт связи.

- Возьми, - сказал тихо. - Знаешь, как использовать?

Тот вскинул на него взгляд, глаза блеснули в темноте. Ни слова не сказал, но смежил веки. А Гийом хмыкнул про себя. Ох и прожженный дядюшка у донны Иннелии. Махнул рукой, отпуская старика, а сам двинулся по ночной улице.

Черный, увидев его приближение, поднялся на ноги. Тихо выдохнул, как будто спрашивал: «Ну? Когда будем лететь?»

Саварэ понимал его нетерпение. Черному тесно в городе, лишний раз ни пошевелиться, ни расправить крылья. Он вообще считал драконов разумными животными. Вспомнил, как Иннелия... Инна, так звучало лучше, искренне полагала, что драконы могу разговаривать, и улыбнулся. Как знать, может быть где-то, в других мирах, это и возможно.

- Сейчас, потерпи еще немного, - похлопал дракона по шее.

Быстро взобрался на спину и повел шагом до ближайшего пустыря, с которого можно было взлететь. Проходил мимо таверны, такой соблазн был запустить камешком в окно, но Гийом не стал этого делать. Лишний шум ни к чему.

Улица закончилась, пошли огороды, потом пустырь. И Черный наконец расправил крылья и оторвался от земли. Небольшой круг, он не мог отказать себе в этом. А потом он взял курс на гору.

***

Что это был за вечер?

Для Инны он прошел как во сне. И можно было сколько угодно твердить себе, что нельзя расслабляться, терять контроль. Что опасно это, она нелегальная мигрантка из другого мира, да еще и ведьма. А вся ее защита - та маленькая бусинка на булавке, которую она прячет под платьем, и больше ничего.

В тот момент ей было все равно. Как глупая бабочка, готова была лететь на огонь.

А он... хорош.

Впервые за долгое время здесь она почувствовала себя женщиной.

И так жаль, что между ними ничего не может быть. Он инквизитор, к тому же, оказывается, еще и герцог. А она кто? И нельзя забывать, что ей придется отсюда исчезнуть. Из срока, что она обговаривала с Кристофом, осталось уже меньше, чем полгода.

Так что мозги говорили - нельзя, приводили доводы. И да, она была согласна. Но пальцы все время касались губ, и невольно вспоминалось, как этот невозможный тип ее целовал. Надо было разозлиться тогда. Наверное, надо было, говорила себе Инна.

Ей почти удалось убедить себя, но тут за окном совсем быстро мелькнули огромные крылья. И ее залило волной счастья. Прильнула к стеклу и смотрела на черный силуэт в небе, пока он не скрылся за горами. А потом откинулась на подушку, пряча улыбку.

Иногда надо просто жить. Здесь и сейчас.

***

Тибальд сразу понял, что с новым преподобным шутки плохи, еще когда столкнулся с ним в той подворотне. Каждый раз хотелось потереть горло, стоило вспомнить, как тот прижал ему кадык жесткой перчаткой, обшитой металлическими пластинами.

С этим столичным господином нужно держать ухо востро, а еще лучше - стараться быть полезным. Вот эта мысль казалась ему особенно здравой. Глядишь, снова получит место при миссии. Когда он был смотрителем застенка, у него каждый день был хороший прибыток. Кому передачку, кому записочку, кому свидание. Смотритель все может устроить, но за это все ему полагается плата. И это уж куда почетнее и прибыльнее, чем быть вышибалой у кума!

Тем более что кум в последнее время словно умом подвинулся. На эту бабу такие траты, а про него вообще забыл. Ну ничего, дело-то поправимое, память можно и освежить. И тогда...

Размышления пришлось быстро свернуть.

Новый преподобный заявился в таверну, а вот это был сюрприз. Тибальд тут же решил уйти в тень, чтобы не попадаться на глаза этому мессиру Йоргу. И из угла наблюдал, как тот, образно выражаясь, возит бабу мордой по прилавку. О, это было приятное зрелище, Тибальду даже стало жарко.

И в этот момент в зал вломился Саварэ.

Тут уж Тибальд шарахнулся подальше, чуть в стенку не влип. Не дай Бог, эта вздорная девка настучит. А ему сейчас нельзя попадаться, когда впереди такие перспективы! То, что он увидел, только подтвердило его мысли. И Тибальд решил за всем проследить.

Как только представился случай, он юркнул в укрытие и засел там до самой ночи. Особо ничего интересного не произошло. Да, приходил Саварэ, поел и ушел. Даже девку не притиснул, не мужик он, что ли? Он даже как-то засомневался в магистре.

Но в самом конце! Удача. Он видел, как Саварэ что-то передал Кристофу.

Тибальд сразу догадался, что это непростая вещь!

Прикинул так и этак, получалось, что у него теперь есть с чем идти к преподобному.

***

Сам же преподобный в тот момент, вместо того чтобы спать, был занят решением логической задачи.

Господин Карл Йорг был не из тех, кто забывает обиды. Однако немедленно ответить магистру Саварэ достойным ударом он не мог. Значит, придется выжидать, когда настанет удобный момент. И вместо того, чтобы получить нормальное удовлетворение, пробавляться крохами.

Черт! Мужчина мстительно ткнул подушку.

От привлекшей его внимание женщины тоже придется держаться подальше. Слишком уж явно Саварэ обозначил свой интерес. Но ничего, если нужно, он умел ждать.

А тот осколок кристалла с информацией, касавшейся последнего дела Бискара... Мрачная усмешка скользнула по губам преподобного, это мессир Йорг припрятал до лучших времен.

Глава 30

Просыпалась Инна неохотно. Допоздна не могла заснуть, все думала о некоторых харизматичных товарищах, весьма искусных в поцелуях. А ночью ей почему-то опять приснилась прошлая жизнь.

Дом бабкин, почему-то просевший и разваленный. И как сестра Зинка стояла у крыльца и ругалась со своим мужем на чем свет стоит.

И был сон еще.

Видела женщину, почему-то ей показалось, что это ее бабка Анфиса. Только молодая. А перед ней стоял молодой... кто же это был? В серой одежде. Она не успела разглядеть, сон смазался, а потом и вовсе расплылся в памяти, оставив странное послевкусие.

Вот и к чему такое может присниться?

Потянулась, протерла глаза, встала со своего соломенного тюфяка. И ойкнула. Потому что солома имела обыкновение вылезать сквозь дерюгу и втыкаться в самые неожиданные места.

К тому же под матрасом у нее ощутимым бугром лежал солидный мешок с монетами. Тоже определенный дискомфорт создавал, и надо было с ним что-то делать. Инна его соорудила из того старого платья, в котором она появилась в «Кабаньей ноге» в день своего попадания. Вытащила довольно тяжелый уже мешок и скептически его оглядела. Платья было уже ветхое и местами стало расходиться по швам, а кое-где сквозь ткань светились монетки. Этак скоро оно просто не выдержит и вообще расползется.

Она сдернула с тюфяка простыню и пересыпала все туда. Связала в узел и спрятала обратно, а платье сложила отдельно. Подумала, что надо бы его постирать и как-нибудь при случае незаметно вернуть прежним хозяевам. Но сейчас уже времени ни на что не оставалось. Она быстро умылась, привела себя в порядок и вышла на лестницу.

Пока спускалась, ей показалось, что в коридоре второго этажа, где были жилые комнаты, метнулась какая-то тень. Она отшатнулась назад и снова осторожно выглянула, но там уже никого не было. Почудилось?

Инна невольно поежилась и стала спускаться дальше. В зал заглядывала тоже с опаской. Все-таки после вчерашнего до сих пор был осадок. Но, против ожидания, тут было все как всегда. Быстрый завтрак, первые посетители...

Однако кое-что было не как всегда.

Сегодня в первый раз в меню, коряво написанном мелом на доске, появились черничный пирог и... О-о! Кофе. В ассортименте. С сахаром и со сливками. Инна была приятно поражена. Это мелкое событие даже начисто стерло из памяти визит преподобного.

Потому что Кристоф сказал ей, подкашливая в кулак:

- Я тут подумал, что время терять? Надо работать на опережение. Чтобы когда мы закончим ремонт, народ уже про наши нововведения прознал. А с тебя, племянница, эта, как ее... Реклама!

Это, конечно, было внезапно, но Инна ничего не имела против. И кстати, у нее возникла встречная идея.

- Знаете, можно специально к кофе подавать такие маленькие булочки из сдобного теста, политые сверху глазурью. Печь их очень просто, а глазурь можно разную - белую, шоколадную, розовую, я потом покажу рецепт.

- Шоко... что? - Кристоф уставился на нее, открыв рот, а повар Жак сглотнул слюну и блаженно закатил глаза.

В общем, теперь Инна сидела на своем табурете за кассой, а рядом с ней красовалась чашечка ароматного кофе и на красивой (специально ради этого вытащенной из особо охраняемого серванта покойной жены Кристофа) расписной тарелке - аккуратные кусочки черничного пирога. Посетители подходили, удивлялись, некоторые даже заказывали.

Понятное дело, кофе не пиво, много не выпьешь, но начало было положено. Кристоф, сидя за своим столом, довольно поглядывал, как идет развитие бизнеса и одновременно покрикивал на работяг, занятых ремонтом. А Инна думала только об одном. Какая жалость, что она не догадалась вчера сварить кофе со сливками для Саварэ.

Впрочем, вскоре времени уже ни на что не осталось, потому что пошел вал.

***

Посетителей в «Кабаньей ноге» сегодня, наверное, было даже больше обычного. И когда мелочи в карманчике передника в очередной раз скопилось много, Инна пришла к выводу, что так нельзя. Надо попасть на рынок. Хотя бы купить новые простыни. И еще ей хотелось посмотреть - может быть, удастся найти какао для глазури.

И надо было уже как-то думать про банк.

Но идти на рынок одной? Она оглянулась вокруг, невольно отмечая про себя, что не видно Тибальда. Последнее время местный вышибала постоянно торчал в своем углу и оттуда смотрел на нее волком. А тут его не было с самого утра. Странно, подумалось ей, однако Инна не стала заострять на этом внимание. У нее было дело к Кристофу.

А тот как услышал, что она хочет идти на рынок, озабоченно почесал лысину и выдал:

- Обожди. Одна не пойдешь. Сейчас найду, кого с тобой отправить.

Потом подозвал одного из работяг, крепкого молодого парня, и сказал:

- Пойдешь с госпожой на рынок.

- Так я это, - начал парень. - Я же полдня потеряю.

- Будет тебе оплата, - недовольно буркнул Кристоф. - И еще кружка пива бесплатно!

- Так я...!!!

- Учти, за госпожу головой отвечаешь. Узнаю, что ты к моей племяннице лез, руки вырву.

- Так я это. Ага, - парень покосился на Инну и понятливо кивнул.

- Все. Рожу умой и жди, - бросил ему Кристоф и повернулся к ней. - А ты осторожна будь, поняла? Ну и вот, на тебе.

Старик вытащил из кармана два блестящих золотых. Положил ей в ладонь и тихо сказал:

- С... кхммм, сама понимаешь с кем, постарайся не сталкиваться.

Да Инна и сама не горела желанием сталкиваться с преподобным!

***

Наконец, после всех сборов и напутствий, она таки выбралась на рынок. День был ветреный, но теплый. На солнце пройтись было приятно. Рядом, на почтительном расстоянии, шел сопровождавший ее парень. И вроде бы пока все шло хорошо.

Правда, на подступах к рынку Инна все равно начала нервничать. В арку прохода и вовсе заходила осторожно. А ветер там был еще сильнее, как в аэродинамической трубе, ее длинное платье так и норовило раздуться как парус.

У выхода Инна остановилась, высматривая темно-зеленый плащ преподобного, но того нигде не было видно. Она выдохнула с облегчением. Выбралась наружу, стала поправлять взметнувшиеся от ветра юбки.

И тут сбоку раздался знакомый холодный голос:

- Добрый день, донна Иннелия.

У Инны чуть не вырвалось непечатное ругательство. Ян, парень, которого к ней приставил Кристоф, замер, в нерешительности хлопая глазами. А она вдруг поняла, что в этой ситуации скорее она будет защищать его от преподобного, чем он ее. Это придало силы.

Она медленно повернулась, придерживая одной рукой юбку, и со всей возможной учтивостью проговорила:

- Добрый день, мессир Йорг.

Тот медленно кивнул, обходя ее. А Инна смотрела и пыталась подавить досаду.

Не было никакого зеленого плаща. Сегодня мессир Карл Йорг был в элегантном черном костюме. Дорогая ткань, серебряный позумент. Весьма недурно смотрелся бы, если бы не неприятный взгляд светло-голубых глаз.

Она выдавила улыбку и уже собиралась пройти мимо, как он вдруг перевел взгляд на парня, сопровождавшего Инну. Тяжелый взгляд, инквизиторский, она думала - сбежит, а тот замер на месте, как кролик перед удавом.

- Вам досаждают? - спросил преподобный, делая шаг ближе и оказываясь совсем рядом.

Как же ей хотелось послать его, прямо на языке вертелось. Но нельзя. И ведь не объяснишь...

- Нет, что вы. Это мой помощник. Дядя выделил мне его, чтобы носить покупки.

- Покупки, - гаденько усмехнулся преподобный и прошелся по ней раздевающим взглядом.

Инна сразу вспомнила, как он инспектировал ее покупки в прошлый раз, и покраснела с досады.

- Да, носить тяжести, - пояснила, делая шаг в сторону.

- Тяжести? И что вы собираетесь покупать, донна Иннелия?

Теперь мессир Йорг поравнялся с ней и пристроился идти рядом. Ян плелся позади, толку от него явно никакого, а выкручиваться надо было. Инна взяла и брякнула:

- Сахар. Мешок.

- Кхммм?! - преподобный аж подавился и тут же спросил: - Зачем вам целый мешок?

Инна взглянула на него и...

Подумала, что дешевле будет сказать этому упырю правду. Но не всю.

- Мессир Йорг, - проговорила она, доверительно понижая голос. - Сахар нужен для выпечки. Мы с моим дядей собираемся открыть в центре ресторацию и подавать там кофе и пирожные.

Тот прищурился, гипнотизируя ее взглядом, видно было, как в голове мессира Йорга со скрипом зашевелились мысли. А Инна решила, что выдала ему достаточно информации и можно уже исчезнуть.

- Всего доброго, мессир Йорг, - пробормотала скороговоркой и пошла дальше.

Но теперь надо было покупать сахар!

Пришлось идти в ряды, искать там лавку бакалейщика. Оттуда Ян выходил груженный мешком, зато Инна налегке. На покупку сахара ушли все ее два золотых. Но вообще-то она не жалела, потому что у нее в голове уже родилось несколько идей, как еще этот сахар можно использовать.

Ну, во-первых, леденцы. Это первое, что ей пришло в голову.

А во-вторых - сахарная вата!

Вот сахарная вата была бы просто идеальным решением для кафе на набережной. Универсальное лакомство, нравится и детям, и взрослым. Дешево, быстро, необычно. Если бы не одно «но». Как сделать в местных условиях аппарат без электричества?

Она шла вперед, обдумывая эту задачу, подняла глаза и увидела прямо перед собой основательное, с претензией на архитектуру здание. Табличка перед входом гласила, что это и есть местный банк. Инна не смогла удержаться.

- Стой здесь, я быстро, - сказала парню.

А сама поднялась на крыльцо и толкнула дверь.