Мурава

Глава 1

Введение

Про то что нашим миром правят рептилии знают даже обитатели дурок, хотя они то прежде всего. Но человечество такой расклад устраивал - плодилось себе и размножалось, а при нужде и дев невинных драконам скармливали. Но это по обстоятельствам, к примеру, у прибалтийских народов гады ползучие в большой уважухе пребывали. Не только в кулинарном смысле, хотя угорь копченный или минога, запечённая в чайной заварке, с картошечкой под шнабс весьма приветствовалась. Да и прочие пресмыкающиеся со времён былинных в божественный пантеон буквально проползли. Змей-искуситель например, Создателя в силе убеждения превзошёл, яблоки рекламируя. Хотя повторюсь, именно прибалты всех сильнее серпентарии возвели в культ. Литвины, к примеру, на ночь выставляли для ужей на пол мисочки с молоком и коты-тунеядцы им не требовались, поскольку хоть мыши, хоть крысы, попутно с молоком потреблялись. А если кто от традиционного ритуала уклонялся, у тех змеи прям из коровьего вымени молоко отсасывали по наглому и никаких доп. обязательств не брали на себя - их и полёвки на десерт устраивали.

Прекрасный случай мирного сосуществования и яркий пример симбиоза! Без всяких "посади сына, убей змеюку-тёщу ...". Более того, если Змеиного царя - Василиска, страшилась вся просвещённая Европа, то у последних её язычников - прибалтов, назывался он Айтварсом (он же Спирукас, он же Гауснелис и т.п.) и хулиганил пусть по мелочам, да не в убыток. К примеру, гривы коням заплетёт, в виде микро-вихря над ними проносясь. Тем, здоровья скоту только прибавляя, а гриву и гребнем расчесать потом не трудно. Если же в тот вихрь щепку, либо камушек успеть кинуть, то на землю он упадет, у живущих на побережье, куском янтаря, а у нас - в Латгалии, даже золотым самородком либо монеткой. А хорошим, но много страдавшим людям(обычно вдовам) и место клада, во сне погибший супруг явится и по подсказке Айтварса укажет, "наши павшие нас не оставят в беде". И ещё целый список различных ништяков прилагаеся, при случае оглашу по ходу повествования. Которое, герпетологии, а так же мистики, корнями уходящей в Древние Египет и Грецию, хоть и слабо, но касается. А по сути, является описанием века нелёгкой крестьянской жизни на латгальском хуторе Мурава и выходцев с того места.

ГЛАВА1

Огромное будущее пророчили мне в спорте, ибо ещё до поступлении в физ.институт удалось КМСа по современному пятиборью заработать. Но от травм никто не застрахован, а конники тем более, на соревнованиях в Киеве даже принцесса Анна руку сломала, хотя лошадку имела превосходную. В нашем же виде "четвероного партнёра" не выбирают и особенности характера его не известны, вот и не вышло нам взять барьер. Как следствие, вместо очередного звания сложный перелом ноги и самое страшное - начавшаяся гипоксия, а век спортсмена недолог и кто не успел, тот опоздал. Навсегда, и если поможет - спивайся, про большой спорт и не мечтая.

Заметить следует, что вся моя многочисленная фамилия, ради того что бы этого не случилось, не хило вкладывалась в меня. Причём не только материально, дорогое лечение и образование оплачивая, но и с некоторых пор коллегиально решая мою судьбу. На семейном совете, вердикт закончился безжалостной фразой "Излечи себя сам! Становись Олимпийским чемпионом, так надо, мы в тебя верим".

Причём,"коллективный разум" никогда не ошибался, ибо отточен и проверен был веками выживания старообрядчества в Ливонии. Наш патриарх рода - мой дед, в оном состоял и строгих обычаев придерживался, а мне оставалось следовать устоям, хоть религиозными фанатиком не являлся. К тому же точно знал, что уже в наше время, "по постановлению", даже в Риге и олимпийцы, и градоначальники имелись. Про времена былинные не заикаясь даже. Зачем против ветра писать, когда он попутный?

Староверы хорошо научились в людях разбираться и не жалели средств на то что бы талант едино-общинника в рост пустить. Вот и во мне способности обнаружили, причем уже не столько в виде физической силы, а сколько силы духа. Решив помочь развить её, самого себя одолев, этому не только в Шаолине учат. Братство мне специально опытного начётчика для этой цели выделило. На прочее и средств семьи(совсем не олигархической) хватить должно, хоть одна только спортивная медицина нынче в БОЛЬШОЙ цене, а это ещё не самый главный предмет трат. Так что пять лет я не только физкультурные науки в институте постигал, но и "спецкурс" под золотым куполом прошёл параллельно. Причём, и то и другое с отличием, стараясь вложения в меня оправдать.

Основным же вложением cемейства оказался подаренный лично мне КОНЁК-ГОРБУНОК! За что остался я в долгу неоплатном, ибо красавец Ганноверской породы был действительно из Ганновера, а точнее - конезавода в Целле. Справедливости ради замечу, что в той конюшне прописан был только папа моего жеребчика, а кобылка наша, подвезенная к эвропэйцу, оказалась в числе прочих восьми тысяч цэ-эвропэек, что получают ежегодно осеменение "с колёс" и счастливые отправляются восвояси. Но сколько этот трах стоит(причём даме) даже говорить страшно, да и к соитию далеко не всех допускают - хоть тут за чистотой арийской крови следят, им ведь важно крайне не вести себя как швайне.

Не отслужи батя ещё до моего рождения пять лет в ГСВГ, а точнее в самом зелёном городке ГДР - Эберсвальде, не обзавелась бы наша семья хорошими связями на неметчине. Хоть это и не приветствовалось в советское время, но после распада Союза таиться стало не обязательно. Да и отца уже в живых не было. Как то прочитав в гарнизонной газете про себя "20 лет провожает в небо самолёты капитан ..." и узрев на горизонте пенсию, надумал он из аэродромных технарей перейти в лётный состав, здоровье, благо, позволяло. Дабы после дембеля в ГВФ зарабатывать достойно, запросился у командования на бортмеханика подучиться, очень он маму-красавицу любил и постоянно старался как семью, так и её обеспечить получше. Но любовь её он с собой унёс - на последнем году службы, его транспортник был сбит в небе Афгана. Долгожданного наследника - то есть меня, так и не ставший военпенсом, новоиспечённый майор не увидел, сам он жизнь начинал сиротой-детдомовцем, и я полу-сиротой чуть не с рождения стал. Может это рок или наследственность? Но семье павшего героя трёху в рижской новостройке Imanta выделили, а вдове создали все условия для написания Кандидатской в неподалёку расположенном Институте микробиологии, где она трудилась с окончания Биофака ЛГУ и до замужества.

Но и по за мужем по гарнизонам мотаясь, так же не бездельничала, даже в ГСВГ, причём легально и весьма продуктивно. Согласившись на не совсем престижный и не самый лёгкий труд, "почти по специальности" - возглавив в полку подсобное хозяйство, а проще - свинарники. Хотя приходилось становиться в пахнущем не розами заведении и ветеринаром, и зоотехником, и прочая, прочая. А главное - бабой "с яйцами", заимевшей вплоть до соседей-немцев Большой авторитет, про своих уже и не упоминая. Lettland prima frau, помимо владения женскими чарами и увлечения традиционными бабскими забавами, типа остановки коней на скаку и тушения горящих изб, умела и учиться, и учить, а так же просить, требовать и даже на полковника орать так, что Герой Советского союза гофрировался и шёл на поводу у "свинарки".

Ибо зла на подругу-землячку держать ему собственная супруга не позволяла. Поскольку происходила из белорусских земель, а латгалы - это белорусы, не доехавшие до Риги. Иначе лишался бы котлеток из парного мяса под рюмочку беленькой(и кое-чего ещё). Хоть и так в сезон, каждый выходной с jagen дичину привозил. И не только к этой забаве батю моего приохотил в Военохоте, но и через Военторг списанную Мосинку с оптикой на него оформил, а потом патроны после стрельб ему чуть не цинками "даровал". В его возможностях было и второй срок устроить бате на своём аэродроме, а это помимо одного оклада в марках, которого помимо питания хватало и на "Мадонны" с хрусталями и коврами, ещё второй оклад в Союзе на книжку капал. Хорошая жена, хорошие накопления, что ещё нужно что бы встретить старость? Почувствовать себя стариком. А что делать когда душой молод и в полёт она рвётся? Вот и долетался!

Более замуж мама не вышла. Поступила так исходя из канонов веры или не встретив достойного её любви не говорила, отшучиваясь тем что целиком себя науке отдала, неизвестно, но диссер она действительно написала и защитила, а сил со временем отнял он изрядно. Моя сестрёнка старшая как раз в том возрасте пребывала, когда себе в микроволновке суп разогреть и в школу недалёкую или погулять самостоятельно пойти, ключик на шнурке себе повесив, уже могла, а за мной, первые шаги сделавшим, присматривать ещё была не готова. Вот и отправлен был я ловить бабочек к бабушке на хутор, тот самый, на котором и сама выросла. К тому же, мама навещала каждые выходные, Пыталовский поезд имел очень удобное расписание, даже отдохнуть в пути позволявшее.

Но помимо свежего воздуха, молока и массы прочих ништяков в голодные-"благославенные" имел одинокий хутор всего единственный существенный недостаток - округа кишела змеями. Впрочем, сами гадюки нападали только на мышек да лягушек, изобиловавших в округе, а людей не трогали, если на них не наступали, да и то голой пяткой. Сапожок же гадина прокусить не могла, тем более резиновый - вот и пробегал я в особо прочной обувке, внимательно под ноги смотря, до тех самых пор пока сам в рижскую школу не отправился. Предпочитая при этом верховые путешествия и выбирая транспорт, из возможностей исходя. Самым покорным был телёнок, вот свою жизнь и доверял его копытцам. Так на спине бычка порой весь день и проводил, даже высыпаясь сидя охлюпкой, пока тот пасся.

В Риге, помимо совместного с сестрой посещения "немецкой" школы, где она доучивалась уже, и вновь не имела с братом общих интересов - пора наступила о мальчиках думать, открылась у меня тяга к животным, причём без экзотики - к коровам, лошадям и т.п. . К тому же, по сравнению с ровесниками, оказался необычно развит физически и умственно.

Возможно таланты во мне проснулись потому что в последний день перед отъездом с хутора, мой неуправляемый "ездовой" телёнок забрёл по лесной тропинке к незнакомой ранее возвышенности. В центре которой старый дуб рос, под корни коего странная змейка юркнула. Над головкой которой висело пятно белое, будто маленькое облачко. Дед потом пояснил, что был это Змеиный царь - Василиск, в латгальской мифологии именовавшийся Айтварсом и вреда людям он не причинял. Пресмыкающееся перед тем как скрыться, мне в глаза своими бусинками глянуло и меня будто током всего передёрнуло. А из норки, в которой скрылась змейка, вылетел микро-вихрик и к нам приблизился. Непроизвольно кинул в него веточкой, что в руке была, но смерчик не убрался, а напротив, "напал" на нас. Впрочем, весь причинённый вред выразился лишь в сильно взъерошенных и растрёпанных "причёсках", как моих, так и бычка. А на месте упавшего прутика нашёл я мелкую золотую монетку. Дед в тот же день в ней дырочку гвоздиком пробил и на мой гайтан к крестику присовокупил. Бычок же, более никому "запрячь" не давался, вырос очень здоровым и превратился в племенного.

Почти как я, по крайней мере девки на шею вешаться рано принялись. Только мне было не до них - загружен оказался на столько, что о счастливом детстве вспомнить или о глупостях мечтать, времени не оставалось. Из за перегруза даже в учёбе выше середнячков не выбивался, ограничиваясь разумным минимумом по основному спектру предметов. Только по профильному дойчу не ленился склонения зубрить, да ещё самостоятельно латынь прихватил, готовил ведь себя в ветеринары, соответственно так же по биологии с химией преуспевал. Ну и разумеется по физической культуре!

Более про "школьные годы чудесные" ничего сказать не могу, приятельствовал с парой пацанов, с коими интересы совпадали, прочих же считал временными попутчиками, и относился к ним нейтрально, надеясь на взаимность, увы напрасно. Не зря учил латынь - хомо хомини люпус эст, если не сожрать, то нагадить готовы были просто для самоутверждения. Но после пребывания среди змей, развил я не только внимательность и готовность к опасности, но и их стиль перенял - если меня не трогают, я не нападаю. И без обид, да и тренировки с соревнованиями времени отнимали вдвое больше чем школярство. Но именно пед.состав был уверен что это они взращивают спортивную гордость школы.

Так и дорос до Аттестата зрелости и значка КМС по современному пятиборью. Не замечая того что "опять власть меняется" и прочей ерунды, снова в надежде на взаимность. Увы напрасно, вместо изучения ветеринарии засветил призыв в опереточную армию вновь образованного государства, "потому что, твою мать, надо родину спасать". Но при институте ФиС из студентов, попутно с учёбой, по выходным готовили "типа партизан" - Земесардзе(стражей земель), туда и подался. Затем не хорошая травма случилась и лечение пришлось совмещать с учёбой на физкультурника с костылями.

С оными себя в пятиборье искать было безнадёжно, но раз страдания я принял "от коня своего"(почти), так пусть же конь меня далее и везёт к спортивным победам и славе. В это виде спорта седокам участвовать дозволяется до пенсии(не лошадинной разумеется), хоть кривым, хоть косым и желательно на голову отмороженным. Опять же гипотерапию, как лечебную процедуру следует рассматривать, не забывая про то что наши лучшие друзья СОЛНЦЕ, ВОЗДУХ И ВОДА. И всё это ждёт меня в Латгалии, причём отменного качества и количества. А ещё меня там ждал, так же отменного качества КИНДЕР - СЮРПРИЗ! Оказалось что сын у меня, причём довольно давно и уже не малых размеров - в папу уродился, и при здоровом питании. Да и Милда, девица с хутора через речку, выдерживала характерное для латгалок определение "кровь с молоком"(причём сгущённым - другие в этих местах не выживали), но не свойственную для них скромность.

Когда я после школы, ещё не покалеченный, на побывку к деду с бабушкой приезжал, то соседка на Иванов день отдалась мне. Не по пьяни и не от распущенности, а по любви, старой и безнадёжной. Кто она против меня, красивого и богатого? Потому не только прав, мать-одиночка не качала, на "детские" 18 лат в месяц умудряясь сына растить, но даже меня в неведении держала. Правда к моим старикам ходила ещё по хозяйству помогать за 1 лат в день, а это дополнительные 5 буханок хлеба, картошка же с молоком свои были. Да и её отец у моих стариков батрачил, уже за достойные "мужские" деньги - аж 5 лат в день. Столько же выдали за много лет накопленную страховку в советских тысячу рублей. А "за рубежом", то есть в РФ, на оную сумму купить было можно пол-кило картошки. Чёрного и белого на экс-советском пространстве не стало - по обе стороны вновь появившихся границ всё было серым и в тумане. А до властных кормушек и там, и там дорвалось дерьмо, не о десятке баксов (эквивалент 5 лат) мечтающие - продавая родину, они рассчитывали на большее.

Хотя в Риге такую сумму уличная проститутка(не маскирующаяся под Слугу Народа) "зарабатывала" за час, но в столицах всё не как у людей. Ибо не те бляди, что забавы ради, а те кто деньги дерут. Не даром же на самой ходовой и уважаемой в народе 5-латовой банкноте изображен с языческих времён почитаемый дуб, своей силой и крепостью отличавшийся, под ним с древних времён принято было дев невинности лишать. Со слов "лишенки", я там всё, согласно древним заветам и прелюбодеяние сотворил. Сам же ничего не помню - было мне невмочь, крепкого самодельного пива сверх нормы перебрал. Главное - не насильничал, а по по согласию(со слов партнёрши).

От сына я отказываться не стал и отношения оформил, лучше поздно чем никогда, плодить бастардов было грешно, да и с Милдой мне повезло. Не только в русских селеньях есть Женщины, но и в латгальских, тем более на хуторах, где они и лошадь, и бык, и баба, и мужик, о СПА-салонах и прочей дури не помышляющие. Удары судьбы встречая с достоинством! Узнав, что я разбился сильно, готова она была любимого всю оставшуюся жизнь в кресле-каталке возить, ведь всё едино супруг будет и не пьющий, и не бъющий. Увидев же, что только тростью обхожусь, радовалась больше чем я сам. А как понял, что у моей суженой голова никогда не болит, чуть как З/К наколку не набил "ЗА ЛЮБОВЬ ЛЮБОВЬЮ".

Разумеется, отношения сразу официально мы зарегистрировали, причём не только в Пагасте (Сельсовете), но и в Храме, в Ригу всей моей фамилией съездив. Причём, в три этапа : вначале Милда конфессию сменила, перейдя из католичества в древнее православие и в крещении получив новое имя Мелания. Видно батюшка намедни "Унесённых ветром" читал, сынка окрестили совместно, уже носимое имя утвердив, как и моё - Нил Нилыч. А на последок - венчались. И кузнец нам не нужен был. Вернее, тесть с тёщей остались на хозяйстве, но как только брачующиеся вернулись и выгрузили купленные на Рижском Центральном рынке деликатесы с напитками, тут же устроили банкет, правда контролируемый, без пафоса и в семейном кругу, потому традиционной драки удалось избежать.

Но на следующий день спозаранку продолжились суровые крестьянские будни - скот не кормленым, не доеным не оставишь, как бы головушка не болела и ручки не тряслись. Подлечись наскоро стопочкой того от чего заболел и шнелле арбайтн, солнце уже взошло. Негров тут нет - сами вместо них. И нет у тружеников ни времени, ни сил на разборки того кто больше прав имеет у столичных кормушек чавкать. Крестьянину от туда не обломится, наоборот, с его трудов пополняются те корыта. А на всякие баррикады да майданы съезжаются лишь ленивые "кто был ничем", от собственного скота не зависимые по причине отсутствия оного. Поведясь на посулы подлецов, что "станут всем", по классовому, языковому, либо национальному признаку. Не понимая, что превратятся только в пушечное мясо в итоге, даже если поначалу повезёт и сработает "грабь награбленное".

Но вернёмся к нашему микро-государству, то есть семье. "Президентом" которого оставался дед, а вот бабуля с огромным облегчением передала яункунзе(молодой госпоже) свой скипетр "премьера", то есть поварёшку и "казну" - то есть распоряжение бюджетом, и всем на всё плевать - кругом капитализм, причём базарный. Вот и крутись как сможешь, это не царём работать или лобио кушать. Поскольку направлен я был трудиться учителем, то являлся гос.служащим и имел постоянный гарантированный доход, таким же обладали и пенсионеры - бабуля с дедулей, а это много больше чем только "детские деньги", и вся огромная сия сумма целиком вручалась молодке, ранее ничего слаще морковки не кушавшей.

Но голова не закружилась у неё и доверие фамилии оправдала, не довольных предлагаемыми, пусть простыми, но сытными блюдами не наблюдалось. В основном селёдочкой с картошкой, хотя и сало или мясо редкостью не были, про сметану, масло, творог, сыр тминный - всё из молочка от своих коровок, а так же со своего сада-огорода фрукты-овощи и не упоминаю. А когда живот набит, то и работать не ленишься, тем паче на себя, ведь тестя с тёщей женушка в состав фамилии включила и более они не батрачили, но трудились теперь с огоньком и без понуканий.

Правда в страду приходилось ещё и соседей на толоку звать. Тут уж как договоришься, кому пообещав отработать по его зову, а кому 5 лат за день работы заплатив или сеном рассчитавшись. Но трудовой день вместе с "нанимателем" - "от зари до зари, от темна до темна". А ведь в сенокос "одна заря сменить другую спешит, дав ночи пол-часа". Таковы в Латгалии традиции - тебя уважили, уважь и ты, живя без зависти и злости. Зато потом на Лиго (Иванов день), пива на всех наварят столько, что не выпить. Свиньям сливать остатки приходится - пусть и те радуются.

Мне, со своим длинным учительским отпуском, как раз на страду выпадавшим, скидок на хворь не делалось, ибо "больничный" некому вручать. Жена любимая со мной рядышком ломалась, себя не щадя, ведь прессованный "кубик" сена до 40 кило порой дотягивает, и плевать кто его закинет в тракторный прицеп. Да ещё она у местной раганы-костоправки массаж освоила, и мяла меня постоянно, завершая "спортивный" "эротическим" пятого номера, с последствиями, в парной. Кстати, по латышски "работать" и звучит "страдат". А работники, соответственно страдниеки. Так, через боль дикую, болезнь отступала, не выдерживая столь запредельного "тренировочного" общефизического перегруза . Да и с яркими эмоциональными переживаниями, перераставшими полный зашквар.

Не сразу, но всё же дошло до меня, как до жирафа, на сколько повезло, что полюбила меня сильная(во всех смыслах) и харизматичная личность, умная в добавок, сумевшая эти свои качества до срока не демонстрировать. Осознание того, что у жены воля крепче, заставила меня и свою крепить, равняясь на "слабый" пол. Возможно сие сравнение явилось последней соломинкой, сломавшей спину верблюда-малодушия внутри себя, наложившейся на те установки, что внушал мне в Риге опытный старовер-начётчик. Где получил "назначение" стать Олимпийским чемпионом, как испытание ниспосланное Богом. Без такой высокой цели и мобилизации всех духовных сил организма излечиться от полученного заболевания не получилось бы. Очень повезло в том, что так много людей проявило участие к судьбе моей. По сути, баловня Фортуны, развращённого слишком лёгкими успехами неокрепшего духом подростка.

Глава 2

Однако повествование сей "саги" следует с начала вести. А ведётся она с деда моего и бабушки - людей очень непростой судьбы, основателей нашего рода на маленьком латгальском хуторе по окончании Великой войны. Много страданий принёсшей людям, но в разы больше горя на бескрайних просторах бывшей Российской Империи принесла последовавшая Революция и Гражданская война. И дед, и бабуля Германскую войну встретили подростками-сверстниками, ровесниками века, но в разных местах Курляндии. Мальчик являлся сыном известного в Митаве (так Елгава звалась) "сделавшего себя" купца 2-й Гильдии, видно с генами передалась сыну страсть гореть своим делом и жаждой знаний. Отец всячески способствовал "раздуванию" этого пламени, оплачивая мальчику обучение в гимназии, уже нацеливаясь на весьма престижную Петерину (основанный Петром Бироном в своей Столице "ВУЗ"). Только не всё получается по задуманному.

Уже через год после начала войны фронт подошёл к городу и отец отправил сына в общину к единоверцам-старообрядцам в Ригу, а сам остался нажитое беречь. Только не сберёг ни того, ни даже жизни своей. А отрок, преисполненный жаждой мести, к стрелкам прибился, благо не далеко стояли и видели что парнишка реальный сирота полуголодный. Так и стал он "сыном" 3-го Земгальского батальона, а точнее вестовым командира 2-й роты - поручика Рихарда Фельда из остзейцев, который между боями продолжал бывшего гимназиста не только военному делу, но и многим мирным наукам обучать, из "вашбродя" превратившись в старшего брата.

Отец "наставника", после того как возглавил древнее "Общество Черноголовых", давно переродившееся в банк, пожалован был Статским советником и личным дворянством, надеясь что наследник превзойдёт его и дворянство перерастёт в потомственное. Остзейские немцы не все являлись урождёнными фон-баронами, но со времён царя Петра достигали в Российской Империи тех высот, о которых в Фатерлянде не смели и мечтать. Потому служили Новой Родине старательно и честно, а случившаяся война оказалась для них Гражданской. Потому сын банкира, за Царя и Отечество(новое) из Университета ушёл добровольцем на фронт. С Кайзером воевал он без страха и упрёка, за что у стрелков истинным почтением пользовался. А вскоре и вестовой такого уважения достиг, несколько раз пацан, знавший и немецкий, переодевшись, ходил в тыл врага, принося важные сведения. Даже Егория заслуженного удостоился.

Но в конце 1917 года случился в России переворот и армии сказали "ни войны, ни мира", и все по домам, больше новая власть дармоедов кормить не станет. Только Лифляндия уже целиком под немцем оказалась и возвращаться латышским стрелкам было некуда, впрочем, и Латвии, даже оккупированной, пока не существовало, ибо на войну они ушли из различных провинций Остзейского края Российской Империи.

Котлового довольствия, по этой причине, лишены оказались все и без "Декрета о мире", разложившиеся Приказом № 1 императорские воинские части, превратившиеся в вооруженные толпы. За исключением латышских стрелковых батальонов, но и они не из госкормушки снабжались, а из партийной кассы большевиков, пока. Не слишком жирно, да фронтовиков к деликатесам и раньше не приучали, дабы не разжирели те. В балтийские национальные части пропагандоны всех мастей совались редко - латышским и эстонским мало кто владел, разве что жиды из бывших территорий Ржечи да Швеции. К тому же лидер латышских социал-демократов - Пётр Стучка (кстати, так же юрист по образованию) ещё до 1905 года сколотил организацию покрепче российской и реальных полит-конкуретнов пока не имел. Вот с его подачи, ещё летом 1917 года Антонов-Овсеенко посетил расквартированный в Валмиере(в ту пору Вольмаре) самый большой запасный батальон, пополнявший личным составом и амуницией находящиеся на фронте, обнадёжив бойцов и обнадёжившись сам, найдя для партии преторианцев. Но сыну банкира не имел нужды кровью торговать за чечевичную похлёбку и заявив что это теперь не его война, исполнил приказ, снял погоны и со своим верным вестовым уехал в недалёкий Петрогад, куда ранее собирался перебраться его отец. Но уже не застал, а версий нового его местоположения образовалось несколько, и прежде всего не бедный люд бежал из голодной столицы на сытый юг.

Вот в поисках отца и сын туда отправился, разумеется в компании ставшего верным другом боевого товарища. Так вышло, что в компании попутчиков оказался и выпускной курс Смольного института. В DORTOIR DES FEMMES расположился Штаб революции - матросне проще было выгонять девчонок из их спален чем с русской земли немчуру, которая, не встречая сопротивления перла и перла. Среди институток, мыкавшихся в непростом пути этом, не мало оказалось и землячек товарищей-фронтовиков, в основном остзеек в прошлом, например, фройлен Гинденбург. Но так вышло, что при таком выборе лютеранин и православный старовер вместе запали на одну и ту же деву, причем католичку. Впрочем, после пережитых ужасов войны и "мира", конфессиональные вопросы интересовали людей в последнюю очередь. Очередные мессии изыскали иные, более кровавые способы разобщения людей.

Только потомственная курляндка, очаровательная панночка Агнешка, в лютеранских землях оказалась не случайно. Её давний предок-барон, влюбился без памяти в дальнюю родственницу литовского князя Радзивилла, проживавшей "за рубежом" - в паре дней пути от его владений. Но дядя-магнат условием на брак выдвинул переход влюблённого в католичество, так же как прадед того вышел из него, с немалой выгодой. Предки князя так же поступали, решив для себя, что не только Париж, но и их родовой Радзивилишкис(ныне Радвилишкис) стоит мессы. С тех пор не только барон с его потомками, но и жители принадлежащих ему селений превратились в адептов Святого Престола(чья власть - того и вера). В 1920 году селяне баронские земли между собой поделили, выгнав баронов, но ксёнза выгонять не стали, так и оставшись католическим "островком" в протестантском "озере".

Друзей "треугольник" не рассорил, и решили что выбирать будет девушка, а третий должен уйти. Пока же оба совместно берегли её как могли. И в пути, и по прибытии в Новочеркасск, где удалось им за солдатские пайки(куда ежедневно входила даже бутылка дешёвого вина) наняться в миссию Антанты - Рихарду шофэром на полуторку "Рено", а Нилу при нём грузчиком-подсобником. Отец-банкир первого, в Риге владел легковым авто этой фирмы, и любознательный сын-студент папину машину досконально освоил, а ныне ускоренно обучал друга. Но вскоре их вместе с сенегальцами передислоцировали в Одессу, дозволив прихватить и невесту (непонятно кого) - бывшую смолянку, получившую диплом домашней учительницы.

Фронтового французского довольствия двоих вполне и на троих хватало, правда требовавшего отработки с немалым риском. На полуторке с красным крестом вывозили они с петлюровского фронта не только убитых и раненных французов(в основном чёрных), но и "белых" русских, сербов, поляков, греков. Предидущие лишения избавили друзей от иллюзий, посему подворачившейся попутной мародёрки трупов они не чурались. Разумеется до выбивания золотых коронок не опускаясь, хватало выбранного из портмоне кэша c документами и часов с портсигарами. А так же личного оружия различных систем и эпох(у умирающего шляхтича фамильная карабелла из булата была древней говна мамонта), благо, нычек для хабара в авто существовало множество.

А если обмундирование у кого из убиенных оказывалось мало ношенным и не слишком простреленным, то прачки в Одессе не то что запах отбить дурной, но даже кровь умудрялись отстирывать, или перекрасить ткань в радикально чёрный цвет, а в тамошних швальнях всякий лапсердак умели перелицевать как новый и на любой фасон. Причём брали за труды немножечко покушать, не обращая внимания на "лёгкий аромат" исходящий от ноги отрубленной у найденной по пути уже раздувшейся обозной лошади. Никто при этом не спрашивал, кошерно ли было забито животное - Бог всепрощающ, когда дети голодны, тогда и ворона слаще курочки.

Только ранней весной 1919 французы устали воевать и скоренько перебрались в близкую Румынию. Троица "при труповозке" так же смогла эвакуироваться за кошт Антанты. Но по прибытии в Констанцу, похоронно-санитарная команда была расформирована и подлежала демобилизации. А добитые на фронтовых дорожках грузовички - утилизации, везти их морем до Марселя оказывалось дороже остаточной стоимости. Всего лишь за часы-луковицу знакомый интендант "реализовал" Гну одноглазую (с единственной фарой) её экипажу, а за серебренный портсигар дозволил помородёрить прочий автохлам, оформив всё законно и документально. С учётом того, что нефть в тех краях качали и петрол по завершении войны стал вновь дешевле Сельтерской (пахать-сеять местное население предпочитало на волах). Ибо только керосин для ламп интересовал пока мирное население, в кузов закатили аж пять бочек с почти халявной горючкой и бодренько покатили на север.

Запашок не мешал, ибо закрытая кабина у авто как таковая отсутствовала и ветерок при движении дул в фэйс, весной и в вёдро это даже было приятно, а катить в ливень нас никто не обязывал, втроём пережидали мы непогоду в кузове под тентом, как экстремальные автотуристы. Так до Буковины и добрались, по землям, чьё население всегда преклонялось перед Дракулой. Так же мечтая к кому-либо присосаться, но вместо питательной протеиновой диеты, доставались мечтателям халявы всё больше иные субстанции. Что они не делают, не идут дела, видно в понедельник их мама родила. Мечты имеют стать вампирами, а отсасывать дают не кровь, а ... , ну взрослые поймут, хотя тоже белок. Нам же удавалось обычной пищей обходиться, вот и в этот раз, на тех карпатских глухих дорожках, как то в сумерках, в свет единственной фары получилось выхватить кабанье стадо. Отдыхавший от рулёжки Нил, пальнул в пробегавшую массу животных - ведь на сменщика возлагалась охрана и оборона, а оружие имелось в достатке, причём всегда наготове.

Пуля прошила сердце приличному кабанчику, и невольные браконьеры живо закинули его в кузов, после чего скоренько покинули место преступления. А через пол-часа, въехав в глухое приграничное село постучались на ночёвку в крайнюю хату - спать очень хотелось. При переговорах и о разделке туши сговорились, посулив с неё за труды долю малую. Всё гуцульское семейство тут же принялось ножи точить, а Агнешке хозяева свою опустевшую кровать уступили. Недавние же солдаты по привычке в кузове заночевали - для спокойствия. Пробудившись учуяли дух копченостей - это хозяева, не спав всю ночь, наготовили колбас и окороков да под дым деликатесы подвесили. Странников же ждала уже поджаренная свеженина с мамалыгой, причём заёмной - по весне у хозяев запасы вышли "под метлу" и семейство сидело на лебеде, сныти и крапиве. Потому неожиданные гости спасли хозяев от голода, аж половину мяса оставив трудолюбивым, но несчастным людям. За что, в благодарность, после загрузки в грузовик провианта, подарили нам умилительный бело-чёрный комочек с глазками, да пока, после войны не охраняемую дорогу через кордон показали.

Далее начинались новые польские территории, причём, "Гиена Европы" сумела урвать их столько, что и с так же новообразованной Латвией общую границу заимела. Но нам туда пока не надо, и мы летим туда где принимают. А этим местом оказался немецкий город Кёнигсберг. В круговерти войны столкнулся Рихард с рижским ещё знакомцем, от которого вызнал что батюшка его жив-здоров, и ещё до прихода красных сумел чуть не на последнем пароходе уплыть в недалёкую Восточную Пруссию. Потому бег троицы обрёл смысл - в смутные времена всем хочется прилепиться к чему то стабильному и способному найти выход из постоянной чехорды. Доросший до финансовых высот Фельд-старший такими возможностями, благодаря природному уму и накопленному жизненному опыту, располагал. Садиться ему на шею и паразитировать никто не собирался, преисполнена была молодёжь желания своих сил и талантов не щадить, только требовалось кому-то сказать что делать потребно.

Так как экипаж машины боевой донашивал законно полученные синие французские мундиры, а поляки, перед потомкам Бонапарта лебезили уже более века, проблем при пересечении Второй Речи Посполитой не возникло. К тому же, для Агнешки польска мова являлась первым материнским языком(впрочем, ещё тремя она владела так же в совершенстве), да и артистизмом с харизмой обладала девушка на уровне Маты Хари, не меньше той умея ловить кураж. Жаль только, что родилась чуть не в то время и чуть не в том месте - таланты как бы "на мелочёвку" растрачивать пришлось. Но у того кто вынужден был о воронятине мечтать и отдаваться за хлеба краюху, чудом до каннибализма не скатившись, совсем другая система ценностей.

И оба друга любили ей одновременно, но каждый по своему и своей "странною любовью", исходя из воспитания и менталитета. Старовер, готов был после брака быть верным до гроба и сил не жалеть для процветания семейства, по заветам Домостроя, но с обязательным дубовым "Да убоится жена мужа своего". А вот Рихард был разумеется набит немецким романтизмом с Тристан-Изольдовским "Будет всё как ты захочешь ...".

И кого при таком раскладе выберет далеко не глупая и своенравная паненка? Даже уже успевшая хлебнуть лиха большой ложкой? Внимания стараясь не обращать на его широкую душу первого, добрый и весёлый его нрав, могучие плечи, кудри и прочие завлекательные элементы. Потому то ещё в Одессе Рихард получил "допуск к телу" и его наследник уже жил в чреве обожаемой им женщины. Но отношения пока не афишировались из боязни потери в непростой дороге верного и проверенного, а так же хорошо стреляющего попутчика-охранника. Ведь зная что ждёт отказ, Нил получал моральное право своей личной жизнью озаботиться. Совсем рядом, в дельте Дуная, проживала как раз большая колония его единоверцев-липовчан. Невесты от туда славились как красотой и статью, так и трудолюбием и неперечливостью. Изобильный рыбой, вином и клубникой Вилково - богатый староверческий "город невест", где истинному единоверцу будут рады и потребное его душе и телу подберут. Да с обустройством молодой семьи всей общиной помогут, после Великой войны выжившие мужики в цене.

Глава 3

Добрались до Кёнига когда у Агнешки уже пузик на нос полез и до рождения дитяти еле успели официально оформить будущую мамочку как фрау Фельд. Которой сильней Нил нравился, но она была девушкой разумной и эмоциям не поддавалась, предпочитая подчинять, а не подчиняться, пусть и в ущерб чувствам. То есть не любовный треугольник образовался у этой компании, а как в песне "любовь - кольцо, а у кольца, начала нет и нет конца".

Напевая : "Если к другому уходит невеста, то не известно кому повезло", воспитанный на Домострое Нил в душевные терзания не впал, философски решив что на его век девок хватит. А в Пруссии, овдовевших молодиц за войну расплодилось даже больше чем в прочих местах где ему бывать довелось. Потому от недостатка "большой и чистой любви" страдать не приходилось, были бы марки. Стремительно обесценивавшиеся, потому порой получалось, что жрицы любви ударно трудились ради собственного удовольствия и "чуть-чуть покушать". Жена, в разы более затратное "удовльствие", получившая легальное право выносить мозг. Но так бывает пока баба лиха не хлебнула.

По навязанному немцам Версальскому мирному договору, страна потеряла не только 50 тыс. самых "вкусных" км2, да ещё и все колонии, но и репараций повесили на них 132 млрд. золотых марок, то есть 442 млрд. долларов на наши деньги. Выплаты эти завершились лишь в третьем тысячелетии, к тому же "вольный город Данцинг" отсёк Восточную Пруссию от Берлина. А к нашему прибытию только что завершившаяся блокада, унесла 100 тысяч жизней мирного населения, умершего от голода. Разве что слепой не видел элементарного - такой "Карфагенский мир" не умиротворил Великий немецкий народ. Как и не смирил его, готового слушать любого проходимца, сулящего очередной вариант "светлого будущего", на сей раз не для избранного народа или класса, а для избранной нации, и опять "кто был ничем, тот станет всем", ХАЙЛЬ, "кто не скачет, тот ...".

Но тут до массового безумия ещё довольно долго, а пока всем(почти) хочется наконец в мире на хлеб насущный честно зарабатывать. Рихарду всё же, после того как поносило его как осенний листок, повезло разыскать отца. Тот, стараясь не особо светиться занимался своим делом(финансами) и снимал небольшую виллу, построенную перед войной в элитном районе Кёнига - Амалиенау, изначально спланированного как город-сад. Появлению сына, отец весьма обрадовался, тем более что тот самостоятельно смог семьёй обзавестись, в жёны взяв умницу-красавицу из "своего круга", уже ему внука подарившую.

Нил так-же принят был радушно, но тот сам понял, что на чужой каравай рот разевать не следует и сделав своё дело, Мавр может уйти. Только побратим добро не забыл и дружбу разрывать не пожелал, в то же время и на его независимость не посягнув, предоставив возможность есть на завтрак, под чашку эрзац-кофе, самим заработанный бутерброд с маргарином и кровяной колбасой, а на ужин заказать в гаштете на свои, бокал тёмного пива с сочной свиной рулькой и тушёной капустой на закуску.

Остро нуждавшемуся в достойных доверия помощниках старому и опытному банкиру прибытие великолепно образованной семьи наследника пришлось весьма своевременно - с окончанием войны навалилось очень много работы и одновременно всё успеть в одиночку не получалось. Нынче головы нужны стали Думу думать, а не шашкой махать, впрочем, оба занятия являлись равнозначно захватывающим и азартными.

Правда, на широкий кругозор и высшее гуманитарное образование как Рихарда, так и Агнии, требовалось наложить и специальную инфу по финансам и кредиту, а так же массу конфиденциальной информации. Не даром же финансовая аналитика и финансовый шпионаж являются самыми высокооплачиваемыми занятиями в мире. Но подготовка кадров здесь индивидуальна и этим попутно с основной работой, занялся сам финансист, не боясь, что его накопленные за долгую жизнь знания и опыт уплывут конкурентам, а порой и друзей приглашал на обеды, для "чтения лекций по коммерции" для молодёжи. Попутно вводя сына и невестку в банкирские круги и знакомя с "нужными" людьми. Являясь в тот момент всем штатом "Черноголовых", и используя почти чудом сохранённые в войну авуары общества только в качестве финансовых инвестиций. По ленински, используя "почту, телефон, телеграф"(и даже прессу), полагаясь на чуйку и инфу, работать получалось удачно и весьма доходно, будто им дьявол ворожит.

Увы, Нилу, не закончившему даже курс гимназии, при всём желании наверстать недостающие знания было невозможно. Только в пропагандистском кино про Максима, рабочий парень, напевая "Крутится-вертится шар голубой", за ночь превращался в управляющего банка. Но и управление государством тогда марксисты-ленинцы планировали кухаркам доверять, подразумевая себя - любимых. У старовера же в подкорку забито была установка к власти не рваться и реально оценивать свои возможности. Как и ещё множество Заповедей, в частности "Чти отца своего ...", которого с отрочества заменил ему командир. Что и делал, на войне возмужавший отставной солдат, в меру своих способностей, не ища выгоды от зародившихся на фронте почитания и дружбы.

Дабы не смущать друга, он категорически отказался селиться в "барском дому", зная своё место по поговорке "кесарю - кесарево, слесарю - слесарево", но составить компанию сторожу-садовнику Гансу, в отдельно стоящем здании привратницкой был не против. Квартплата с него не бралась, но от помощи, в пределах разумного, типа колки дров и т.п. "привратник" не отказывался. А к мелким слабостям, типа "девочку привести", напарник относился с пониманием, ведь всё равно сам он по ночам занят был охраной и обороной вверенного ему объекта.К тому же в компании молодой Буковинской овчарки, выросшей из того комочка шерсти с глазками, что нам за мясо на Буковине подарили и мы окрестили его соответственно Буком. Надеялся Ганс на помощь пса, старательно того дрессируя(ранее, на военной службе доводилось ему видеть как этим кинологи занимаются), да на помощь жильца, если до серьёзной заварухи дойдёт. Не даром же у русского постоянно под подушкой "товарищ Маузер" - надёжная "красная девятка" в ореховой кобуре покоился. А поскольку в патронах после войны недостатка не имелось, то нередко случались и выезды в дюны на пострелушки по шишкам да бутылкам, дабы глаз с рукой дружить не прекращали.

Главное же - перешёл Нилу грузовичёк в полное распоряжение и тот занялся извозом. А поскольку румынский петрол кончился, разыскал умельцев, что переделали двигатель ездить хоть на дровах, хоть на шишках. Да навесик брезентовый соорудили над головой, хоть и не сильно защищавший на скорости от мерзкого балтийского дождика, капающего не переставая с начала осени и до конца весны, но с любой "крышей" всё же жить лучше. Да и настоящему индейцу непогода не не страшна, а латышскому, тем более.

Пруссия каталась пока на гужевом транспорте и даже расстояние в пол-ста верст для скоропортящейся продукции лошадкам непосильно было. А этой дистанции как раз хватало на одну заправку своего "самовара" новоявленному бизнесмену в области логистику, дабы охватить дальние рыбацкие селения и не задорого скупить пахучий, но пока свежий продукт. Дабы привезя в Кёниг, сделать его совместно с Гансом ещё более пахучим, но при этом более съедобным. Они совместно, на дальнем конце заднего двора виллы, с разрешения Рихарда, устроили коптиленку, и всё равно ночами бдивший сторож, изредка подбрасывал в тлеющий костерок ольховые веточки. Партнёры быстро усвоили, что самый дорогой продукт - это дым, в разы поднимая в цене изначальную стоимость, хоть салаки, хоть угря. Фирма их процветала и казалось что жизнь удалась.

Хорошо, когда всем хорошо! Недавние пилигримы нашли себя и получали удовольствие как от своей деятельности, так и жизни в целом. Нил с Гансом, скопив уже достаточно на начальный взнос, собирались было у Фельдов просить кредит, дабы банкротирующим консервным заводиком обзавестись. Ведь копчушка в жестянке, маслом залитая - уже именуется шпроты и совсем по другой цене продаётся, да и от скачков с реализацией не зависит. А то что нынешний владелец довёл унаследованное предприятие до краха, так не следовало средства из оборота изымать, да в карты проигрывать. И так уже продукцией своей, за потребляемые услуги бартеровал, в том числе и транспортные, только зачем Нилу дюжина ящиков консервов? Благо что есть не просят, и гипер-инфляции, как марки, не подвержены. Сразу после войны за бакс давали 8 марок, а через год - 48! (а до войны был курс чуть больше 3-х).Только в начале 1921 года стабилизировалась марка на 90. И чем дальше шпроты от моря отвозишь - тем они дороже, и опять же хорошо бартеруются баночки и на брод, и на бутер, и на дрова, но всё равно, в каморке места занимают изрядно. Порой даже приводимые фройлян, их пышными формами задевают. На тесноту жалуются, но плату за "труды на спине" жестянками берут охотно всё равно.

За Рихарда и Агнешку тем более только радоваться оставалось. Мало того, что их семейство продолжение в виде сыночка получило, но ещё и главу рода, причём весьма обеспеченного, сумело разыскать. Ко взаимной радости! Счастливый дед на внука даже всё своё состояние переписал, родителей младенца, как опекунов, принявшись сразу же обучать распоряжаться капиталом таких размеров. А что-бы на быт не отвлекалась мамочка, ей в помощь нанял горничную, а младенцу няню-кормилицу. Чем развязал молодым руки для закрепления на практике полученных теми теоретических знаний.

Доказательством верности избранной методы явилась первая командировка молодой пары в Швецию. Тамошний агент - то ли Карл-сон, то ли Сукин-сын, проинформировал, что Советская Россия очень желает поскорее царским золотом пошвыряться и требуемые стране тысячу паровозов заказать непременно за рубежом, а не свои многочисленные заводы загружать. Отправив покупателем "верного ленинца" Менделеева, к великому химику и коммерции отношения не имевшего, как впрочем и верности идее. Дорвавшись до гос. кормушки, он ложку побольше выбрал, предпочтя с "откатом" остаться за рубежом. Но Советская власть, в ошибках своей кадровой политики многократно превосходила веками устоявшийся монархический строй, и "лифтом" пользоваться принялись в первую очередь не идейные профессионалы, а гнилые душонки и бездари. Из словосочетания "диктатура пролетариата" только первое слово воспринявшие, ибо пролетариями никто из них не являлся.

За какие заслуги Ленин решил облагодетельствовать царским золотом Швецию останется тайной, покрытой мраком, но даже заушно выучившийся на судейского, понимать он был обязан, что мелкое королевство в 20-м веке великой индустриальной державой не являлось и столь крупный заказ выполнить возможности не имело. В итоге, развели лохов, хоть Ленин и писал cтатьи с поучениями типа :" продавать подороже, покупать подешевле", не понимая, что не всякий "товарищ" в купцы годится, для того особый талант требуется, чуйкой, кругозором, специальными знаниями именуемый. Вместо обещанной тысячи, еле половину паровозов шведы смастерить смогли даже по вдвое завышенным расценкам. Но золотишко русское прокрутить не раз успели через несколько малоизвестных, но надёжных и "не болтливых" банков, и прежде всего "Черноголовых". И кто оказался молодец? Рихард с Агешкой! С соответственным личным вознаграждением! Со стороны выглядело оно как "лёгкие деньги", только давались не легко и с огромным риском, ибо отобрать их много желающих имелось.

Лозунг "Грабь награбленное" проповедовали не только большевики, ибо не одни они, от финансовой своей безграмотности додумались до цитаты "Винтовка рождает власть". С оной власть возможно захватить на некоторое время, но в долгую властвовать могут только деньги. Не рвясь в политоту - сие для дураков с амбициями, считающих себя самыми хитропопыми, мечтающими хоть на час, но побыть халифами-коммисарами(хоть красными, хоть коричневыми - в сортах говна разбираться не обязательно), и в три горла за это время нажраться, не желая осознавать то, что жизнь удалась действительно на час(максимум на срок жизни 3-х поколений, по Л.Гумилёву). Нормальным людям главное за этот "час" в поле зрения таких "фанатов идеи" не попасть, их как лесной пожар - не одолеть, сам отхлынет, либо встречный пал пустить.

Европа, после пожара Великой войны вверглась в пожары революций и три монархии в них сгорели, оставив выжженные новые государства, на которых так-же возгорания случались. Такое даже на территории малюсенькой Латвии происходило, где казалось должно было быть всё ровно. Ведь из латышей состояла целая армия закалённых войной стрелков и в победе красных можно было не сомневаться. Но здесь схлестнулись так же белые силы, а так-же немецкие и англо-американские интересы. Всех одолел казалось бы самый слабый - последний, ибо орудовал обещаниями и хоть небольшими, но деньгами.

Разбитым в войне немецким частям предложили за разгром красных по 100 мергелей земли (прим.40 га) каждому бойцу, и те деловито работу выполнили. Но их разумеется обманули и выдворив разозлили, хотя самим следовало головы включать - ту землю можно было взять только у немецких баронов. Помогали тевтонам в освобождении от красных так-же ляхи да эсты, но те ограничились грабежами еврейских магазинов и с трофеями отхлынули. Даже очередной белый освободитель Святой Руси - генерал Бермонт-Авалов пытался отребье собрать и идти на Питер. Но под Ригой был разбит наспех собранными в городе студентами и маргиналами, прикрываемыми пушками с эскадры Антанты. Битые и злые голодранцы, считающие что им все должны, заполонили города Европы, решили взять "плату" по принципу "грабь награбленное". Ближайшим оказался Кёнигсберг, вернее тамошние буржуи и в первую очередь остзейские - ведь за их интересы кровь проливалась. Самым заметным оказался Фельд и первый налёт пришёлся по его вилле.

Озверевшие и к крови привычные бандиты ночью проникли на территорию, рассчитывая на то что сторож спит. А Ганс как раз подбрасывал в коптилку дровишки, да ещё Бук загавкал. На "Хальт" и "Алярм" бандит ответил пулей, но и сам получил ответку от раненного, а следом началась войнушка без правил. В которой погибли оба Фельда и защищавшая детей няня, а так же пяток грабителей. Большую часть коих застрелил из верного Маузера подоспевший Нил. Его, умирающий Рихард попросил спрятать жену и сына так, что-бы никто найти не смог, ибо лицензия на наследников крупного наследства "Черноголовых" открылась без срока давности. Уберечь любой ценой, был последний завет командира, на фронте заменившего староверу отца. Что означало драпать незнамо куда(особенно для окружающих) и незнамо когда. Впрочем, Нил пустил слух, что без побратима ему в погружающуюся в пучину гиперинфляции Веймарской республике делать нечего и вернётся ка он в Румынию, дунайскую рыбку коптить да ездить не на дровах.

"Капут лёгкой житухе под крышей у барыги! Крышу снесло (во всех смыслах). Ауфидерзейн Дойчлянд!" - так со стороны выглядело моё растерянное поведение, чего я и добивался, не веря никому. Ведь было неизвестно кто навёл на нас бандитов, и требовалось потому заметать следы ото всех. А в солнечную Румынию русская эмиграция рвалась ныне не менее рьяно чем в Белла Франце, хоть и пел про Балканское королевство Петр Лещенко :" как редко поют красиво в нашей большой глуши". Но учитывая то что имеется в том числе у Агнешки и музыкальное образование, приобрела она намедни аккордеон саксонской выделки из Клингентале, а так же её весьма приятное сопрано, Нилу такие страдания слуха не грозили. Только глушь для его спутницы требовалось разыскать даже большую чем некогда украинная провинция Рима "для ссылок" - Дакия.

В обход идти, понятно, не очень то легко. Но лучше перебдеть! Бдительность - основа основ! Посему демонстративно выдвинусь по своему же следу обратно на юг - в Польшу, а не к дому родному на север - через Литву в Латвию, хотя до неё уже рукой подать осталось. Повторюсь, у поляков пока с Латгалией так же общий рубеж имелся и из захваченного ими Двинска, хотя ныне уже Даугавпилса, ушли ляхи совсем недавно. Перед тем сократив процент еврейского населения с более 50 до менее 40, самым жадным "разъяснив" что те не правы - делиться заповедовал Рим.

Очень легко быть смелым, когда спину подпирает 70-тысячный французский экспедиционный корпус, и Войско польское завалено оружием и амуницией, оставшимися у Антанты после Великой войны. Как признательность, ведь поляков, во Франции воевавших против кайзера, заслуженно называли "Голубая армия". Нынче же, недавним союзникам потребовалось создать "Санитарный пояс против большевизма", и вновь сочло для "санитарных целей" проверенных ляхов пользовать, а так же примкнувших к ним. Нормальные люди, для этого обычно туалетной бумагой обходятся.

Глава 4

Опять поскрипывает старое седло и ветер бередит былую рану. Ранения за войну Нилу не раз случались, а от ветров в его грузовичке защиты не имелось в принципе, отсутствовало даже стекло ветровое, про дверки и не поминая - полный минимализм. Но больше всего утомляла тряска, ибо рессоры только имитировались, как и разбитые за войну пути-дороги. Превратившиеся в направления, по которым ехать приходилось, а вернее сказать - красться. Как по упомянутым выше причинам, так и от нежелания встреч неожиданных - фулиганил да озоровал на дорогах сброд безидейный. Хотя, когда втихомолку Пруссию покидали в начале лета 1923 года, за бакс уже 320 марок просили, и даже грабителей по своему можно было понять. Впрочем, прошедший огонь и воду экипаж машины боевой так же не слишком то безобидным являлся, тем более невооружённым. Перевалив на третий десяток, выросший на войне да в дороге Нил только и научился хорошо стрелять, да благодаря "старшему брату" Рихарду - шоферить, ну и коптить рыбу да мясо - ремеслу, что годившийся ему в отцы Ганс обучил.

Последний, кстати, выжил. Да и в госпитале пробыл недолго, но вышел лишившись ... , в общем, детей более мог не планировать. Нередкая в войну напасть, такой же результат случался даже если на сырой земле полежал, хоть веток подстелить поленившись. Рукопашка, опять же, не с "штыком коли" начиналась, а с "сапогом по яйцам". Про огнестрел и не говоря, к примеру Геринг, всю войну браво воевал без членовредительства, а пулю "в пах" по дури после схлопотал, на партийных разборках в пивнушке. Потому и разнесло оскоплённого, но тут сам виноват - следовало меньше жрать. А не лез бы в нацисты, так не только яйца, шею бы от петли уберёг. Гансу излишний вес не грозил, он умел с головой дружить и предписания докторов исполнял неукоснительно, потому рана быстро заживала, а плодитья-размножаться и так не планировал, считал что поздно уже.

Жаль что не мог сменять шофэра за рулём, тот был без усилителя и выматывал не по детски, к тому же старик, при массе достоинств, просто не умел управлять автомобилем. Хорошо то что в Прусской королевской армии его хоть стрелять научили, но за всю войну на фронте так и не побывал, и как зольдатен цвай вартесляйне честно убирал за собачками какашки и раздавал им хавку(не забывая и себя). Потому с Буком легко смог подружиться, что в дороге пригодилось, да и то что порой по стрёмным кустам палил превентивно, лишним не являлось. Разбойников встретить бог миловал, а вот косулю случайно ранил, а умная собачка по кровавому следу подранка стропила, так пуд чистого мяса оказался не лишним, впрочем и кости пёс оприходовал.

Так же по пути развалины и пожарища хуторов часто встречались, но сады и огороды при них вместе с постройками умирать не хотели и питание "экипажа", им благодаря, не было однообразным. Даже впрок заготавливали то что сразу съесть не могли. Как то наткнувшись на брошенный сливовый сад, собрали несколько мешков вкусных костянок и старик организовал выемку косточек, а после плодовую массу сушил на пастилу у пышущего жаром газогенератора, что стоял в кузове.

Умел он безотходную сельскую жизнь организовывать, не то что Нил с Агнешкой, в своём городском детстве затачивавшиеся совсем под другое и на всём готовом пребывавшие. Ведь как и позднее - сидя на котловом довольствии не обязательно знать как картошка в тот котёл попала. Нынче же, резко превратились они в кормильцев малышей неразумных, и хотя бы картошку для орущих глоточек обязаны были накопать на брошенных огородах да отварить. И ещё что либо к гарниру добавить - детским организмам для правильного развития необходимо разнообразное питание. Так что отныне бывшей смолянке не духами, а борщами пропахнуть, но до того ещё потребно её как те борщи и прочее меню готовить, кому либо обучить. Жизнь-праздник надлежит забыть, впереди серые будни на долгие годы. НО ОСТАВАЯСЬ ЖИВОЙ, и от такого существования, а не порханий "чёрной моли"(на которую охота открыта), получать удовольствие научиться следует.

Следует пояснить, почему постоянно "дети" упоминаются во множественном числе, ведь Агнещка "для батюшки-царя родила богатыря", а не двойню. Но у молодой вдовы, нанятой няней-кормилицей, имелась своя дочурка, превратившаяся для самого младшенького Фельда в молочную сестру. В ведёрных сисях кормилицы, питания, без введения карточек, хватало на обоих. Есть женщины не только в русских, но и в прусских селениях ... ! Коней тут няня на скаку не ловила, но защищая детей, одному из грабителей успела голову кочергой проломить, до того как сама оказалась сражена. Жаль, правильная была фрау! Потому, моральное обязательство заботиться о её девочке, перекладывалось не только на Агнешку, но и на всех кому выпало жить.

А если случался в пути день, когда взрослым приходилась аки веганы одним подножным кормом питаться, то на бульончик для малышей всё равно изыскивался на мушку хоть голубь, хоть белка, хоть кот бродячий, а как-то ужа варить пришлось. Но докатились до такого всего лишь раз, если в придорожных селениях не продавали продукты за деньги, то за большие деньги, тем более золото, отказа не было ни в чём, а оные имелись. Только на ночёвку в том месте уже не останавливались, дабы свои головы в тумбочке не искать по утру.

"Всё проходит" верно некогда заметил царь Соломон, завершился и наш "Тур де Европ", и до Латвии мы всё таки доехали. Ненадолго задержавшись в транзитном Даугавпилсе для легализации. Сие разросшееся еврейское местечко так же и центром старообрядчества являлось, и о древнем купеческом роде Нила в нём слышали. Даже люди нашлись что с его отцом дела имели и сходство выросшего отрока с предком подтвердили на Писании. Так же встретил стрелок там и вернувшихся с войны однополчан, к которым власть относилась с большим уважением. Не зависимо на чьей стороне те воевали в Гражданскую войну, ибо грязи на ней сторонились. Например, расстреливали царскую семью в Екатеринбурге, наскоро сколоченные из недавних военнопленных люмпен-"интернационалисты", ибо латышские стрелки заниматься мерзостью отказались категорически.

Как и в соседних недавно образовавшихся государственных образованиях, в Латвийской республике до паспортизации дойти смогли только много лет спустя. Но это не значит того что не существовало правило "без бумажки ты букашка" и системы учёта населения насчитывали века, особенно в Прибалтике. Главную роль в этом играли клерикальные структуры, не зависимо от конфессий, ибо на выписках из Церковных книг базировался учёт и контроль. Вот если церковь в войну сгорала, то не по иконам сокрушались, а по утраченным "архивам" и восстановление данных основывалось на видоках и свидетелях. Таковые у Нила нашлись, причём доверия заслуживавшие и документы, какие-никакие, он получил быстро. После чего сам засвидетельствовал(лже-), о том что в пути, из богобоязни и человеколюбия, подобрал белорусскую селянку в сарафане да хусточке и её дядьку глухонемого, а так же двоих младенцев. С девицей парубок настроен был венчаться, а детишек усыновить. Предварительно попросив окрестить детишек. Заметить следует, что в тот момент в городе имелось две церкви Согласия, православных не разделявшие и ведших Церковные книги.

"У Церкви стояла карета" , вернее, грузовичёк под парами, все гости в нём, были нарядно одеты, а молодые были всех краше - складные да нарядные. Община скинулась и устроила праздник, как то: бюджетный банкет для узкого круга с опять же бюджетными подарками и фотографической карточкой молодой четы в лучшем салоне мастера Коца . А так же, с последующей массой бесплатных советов, суть которых сводилась куда валить дальше. Халява кончилась, единоверцами долг исполнен, а нищеты, что навёз с собой отставной солдатик, не дослужившийся даже до ефрейтора, тут и своей хватает. Путникам же, свои богачества светить было противопоказано, разве что закупиться по максимуму, как бы на дарённые деньги, но с большой оглядкой. Советы, кстати, не все были пустыми, и могли помочь с поиском своего места в жизни.

Советовали все доброхоты отправляться в Лудзнский уезд ( с 1925 года -Яунлатгале (Новую Латгалию), что в самом конце Советско-Латвийской войны "отвоевал" у РСФСР Латгальский "партизанский полк". Вернее, дезертиры да их прятавшие хуторяне. Которые, прознав про то что в Столице пообещали тем кто за рижан повоюет, землёй рассчитаются, собрались в местечке Больвен(позднее переименованное в Балви). Поотбирали "воины" у евреев велосипеды и крутили педали на Восток пока ноги не устали, собирая по пути Мосинки и Маузеры. Пребывавшие в положении "штык в землю" и оставленные революционными красноармейцами, но не только ими. Хотя это случилось в 1920 году, а знаменито место тем, что 23 февраля 1918 года ж/д станцию Пыталово С.Петербургско - Варшавской дороги заняли немцы (на дату обратили внимание?), но потом уехали к своим фрау в Фатерлянд. Таким вот образом прирастала территориями Латвийская республика и нарезы "велосипедистам" действительно отстегнула.

Только пока Нил добирался до Больвена, халявной земельки на Востоке уже не осталось - всю поделили, да ему и не полагалась, ведь он педали не крутил. Но посоветовали в Пагасте (Управе) бывшему стрелку не за дорого клочок выморочной земельки у перекрёстка трёх дорог. Вернее малоезженных троп - колей, что вклинилась между речкой и местной "Гринпенской трясиной", с хорошо сохранившимся хутором, на котором раньше рагана(ведьма) проживала и умерла без покаяния недавно. Но не из страха перед её душой неприкаенной, на эти 5 гектаров, годных для с/х использования никто не зарился. И не потому что, семье выжить "на своих хлебах", требовалось не менее 7 га. На эту, хорошим разнотравьем покрытую горку, из болота приползали гадюки греться. Много! И только рагану и её козу они не трогали.

У пилигримов выбора не было - взяли то что осталось не глядя. А как приехали, так в тот же день Бука в лапу укусила змея. Хорошо что ранее, у евреев, среди прочих продуктов и много молока для деток купили - извели на пса литра три, но от смерти спасли. С тех пор он, да и все остальные, взяли в обычай ходить только по выкошенной земле, а люди в хорошей обуви (желательно резиновой), да под ноги смотреть. К тому же, цыгане, что встали табором через речку, подсказали, что змея копыта не прокусит - потому лошадям да козам не страшна, корову же в язык или в нос куснуть может - та дурней. Ромы у новых соседей запросили коней своих пасти да сено заготавливать. Взаимообразно, соседи ведь, даже лиса кур у соседей не ворует. Сразу с Нилом контакт получился как те узнали что и он аж с Румынии кочует, как и они. Может потому и табор под его боком надумал "с колеса на корешок" перейти, не весь, а только семейство кузнеца, дом да кузню ему у торной дороги поставив.

На срубы обычно хвойную древесину пускают, только сосны и ели все посчитаны хозяевами ещё на корню, ибо товаром являются экспортируемым и вечно рынком востребованным. Но возможно и осиновую древесину пускать на стройку, а этот сорный лес, у болот растущий, даром никому не нужен. Даже как дрова берёзе уступают, потому бери - не хочу, хозяин участка, только если это не лось, спасибо скажет. Но подобраться к этой быстро растущей древесине, пухом своим каждое лето, округу устилающей, возможно лишь когда насыщенная влагой хлябь замёрзнет и все болота превратятся в проходимые зимники. Только срок сей недолог, и дабы успеть лесоматериал по морозу вывезти, потребно много коней и людей, а в таборе и того и другого в достатке. А как свезут к стойке брёвна и ошкурят, так лишь подождать останется когда те подсохнут и пора плотников приглашать. В округе таковых, без работы сидящих, не мало, потому и не дорог их труд.

Теоретически, если Нил сам и не воровал лесоматериал, то активно тому потворствовал, пропуская сани через свою территорию. И отвечал бы в равной мере как соучастник, если бы кто либо посторонний узрел санные следы. Только кому интересно тащиться в мороз по сугробам за десяток вёрст ради пустого любопытства? Единственный на Пагаст "сельский детектив" (кстати, так же в прошлом стрелок), в список ненормальных не входил, и жил по принципу "нету тела - нету дела". Впрочем, единственное, в самом начале "компании" застреленное тело, уничтожено было почти мгновенно и являлось лосём, который попал на мушку Нилу на месте будущей вырубки. Остались от лосика рожки да ... .

Хотя из ножек так же отличный холодец получился, как белковая пища, наряду с прочим мясом, пошедшим на общий стол, очень пригодившийся деткам и тяжело работающим на холоде взрослым. Так и поселился рядом(менее чем в километре) с его домом замечательный сосед - кузнец, цыганской национальности. Но на другом(не змеином) берегу речки, у песчаного брода через неё, а так же у хлебной для калейса(коваля) трассы, идущей на российскую границу. Деньги-же, на выкуп задним числом полу-гектара неудобий, сосед-соседу "одолжил", с условием что болтать не будет, впрочем последнее являлось лишним, цыгане, с головой не дружащие, не выживают, да и благодарными умеют оставаться.

Как только оттаяла земля, вновь заявились всем табором в Мураву и окружили весь хутор непрерывной широкой чесночной грядкой. Пообещав, что ни одна чуска(змея) через такую пахучую преграду не поползёт. А по осени урожай горелика с большой выгодой евреи из местечка раскупят - любят они очень сей вонючий корнеплод. Только советовали не забывать вновь "кордон" засаживать. После чего, оставив новосёлу пару жеребых кобылиц, "табор ушёл в небо", пообещав навещать.

Дополнить картину следует тем, что имея грузовик, Нил сразу по прибытии к месту постоянной дислокации, шабашкой сумел хорошо подрабатывать - в селении Балви быстро возродился после войны спирт-завод, остро нуждавшийся в картофеле. Вот и подрядился шофэр мотаться по хуторам и скупать для легальных самогонщиков сырьё. С немалой для себя выгодой, а так же легализацией доходов, официально платя фискалам налоги. Те не злобствовали - крутился, простой как 3 сантима, отставной стрелок как мог. Безлошадный да без коровки-кормилицы, только козой и разжившийся, всё разрастающиеся семейство пытаясь прокормить. На фронте подобранный "Рено", особой ценностью не являлся, давно вышла модель "из моды" и крайний свой срок доживала, до предела исчерпав свою ремонтоспособность. Но попутно сотворив в этом мучительном процессе из Нила прекрасного механика, в дополнение к водителю. Пополнив копилку знаний уже не мальчика, но мужа.

Ведь вступал в мирную жизнь отставник совсем к ней не приспособленным, но быстро обучаемым. Помогая Гансу свежевать подстреленную тем косулю, процесс разделки туши освоил сходу, и когда уже сам забил лося, то повторил всё не хуже, а шкуру содрал без единого пореза. После, опять Ганс, промыв кишки и перемолов мясо, наделал колбас, не скрывая процесса и своих секретов. И так во всём - учить и учиться, это великие таланты. Так же и Ганс, не получая нигде Дипломов кулинарных техникумов, по наитию поварское искусство освоил. А как вкусно тот запёк в клюкве тетёрку, что метким выстрелом с сотни метров смок снять с берёзы Нил! Даже "ключница" сравниться не могла с тем какие у него получались настоечки, на той же клюковке, меду или можжевельнике, а из набора трав выходила почти Бехеровка(только, пользуясь людскими предрассудками, фирменный напиток окрестили "Рагану"(ведьмино зелье))!

Ведь водила мог за свои труды на спирт-заводе оплату и товаром по себестоимости брать, что и делал порой, но перегнанный не из картофеля, а из зерна. 20-литровые, оплетённые ивой бутыли с "амброзией", в цене возрастали стараниями прусака десятикратно. В мелкой-же, глиняной посуде - СТОКРАТНО , причём горшечник, что мог кувшинчики лепить, среди цыган нашёлся, но тот за труды предпочитал брать картофельным спиртом - по мозгам шибал ядрёней. Ягодки и травки оказались много выгодней "дыма" , впрочем, коптилка так же курилась частенько, речка то оказалась рыбной.

Дабы доходы не светить, напрячь связи потребовалось и пусть малой толикой, но делиться. На эту мудрую мысль Нила так-же натолкнул многоопытный Ганс, разумеется на немецком языке, ибо внутри дома это был единственный язык общения, старик уже не в состоянии был иные мовы учить и мы всей семьёй прогибались под него, нам было не сложно, а детишкам он "заходил" сразу без акцента, наравне с русским и латгальским. А как маленькие мозги дозрели, пруссак попросил купить Грамматику и очень толково и быстро принялся её разжёвывать деткам.

Переступая же крыльцо, во дворе дед становился глухонемым и только мычал да пальцем тыкал. Но старость надо уважать, лишь малышня воспринимала перемены его поведения как игру и веселилась. Чужие здесь не ходят, но лучше перебдеть. В молодой Латвийской республике, немцы пока считались одной из трёх титульных наций, и 3 звезды в руках Милды на Памятнике Свободы символизировали это. Но при недавнем чёрном переделе собственности, грабили почему-то только остзейских немцев, решив что среди равных, латыши равнее всех. А вот молодой супружеской паре было всё равно на каком языке жизненный опыт перенимать, раз им выпало рано сиротами стать и прервалась связь времён. Хороший наставник дорогого стоит и если встретить повезло такого, цени!

Выходец из крестьянской семьи, Ганс помимо рано ему привитых отцом "мужских" трудов и забот, освоил от мамы, что ходила подрабатывать кухаркой на мызу к юнкеру и часто брала малыша с собой, так-же "женские". Даже некоторые "барские", ибо пускали его играть и с детьми хозяина, а тех и обучали в игровой форме, но самым хватким оказывался он. Потому и вырос более разносторонним чем прочие выходцы из своего класса, что ему особых выгод по жизни не принесло, и у немцев навыки и знания "без бумажки" ничего не стоили, даже в трактир поваром не брали - бабы-кухарки стоили дешевле, а шефу полагалось Сертификат иметь (дорогой). Но на унаследованном им клочке земли рьяно он садоводством и огородничеством занялся, где и некоторых успехов добился - одному на жизнь хватало, но замуж за него не шли, расчётливые фройлян искали кого побогаче. Потом забрали его на войну, где поварил он для собачек, а дальше повстречал Нила, вскоре семьёй обзаведшегося и вошёл в неё на равноправных условиях, стараясь не быть в тягость.

Дабы субсидировать у фермеров картофелеводство, правительство обязывало владельцев автотранспорта бодяжить бензин спиртом. И очень трудно было встретить на дороге трезвого водителя, но до таких финтов не смог додуматься даже хитроумный Ульманис, считавший что "Ригас бальзамс" - основа республиканского бюджета.

Глава 5

Новая семья, где Ганс стал полноправным хозяином кухни, оказалась "барской", хоть и тщательно старалась скрыть это от чужих глаз, а понимающий старик на людях так же стал глухо-немым "в шпионов играть" и общаться лишь со своими. В доме, выделили ему не комнату, а мечту солдата - "поближе к кухне", к ней примыкавший вполне просторный чулан. И не было ему мучительно больно за бесцельно прожитые годы, ибо вся его жизнь явилась накоплением опыта, передать который нашлось кому. Что ещё нужно что-бы встретить старость? По привычке разбил он у дома сад-огород, не одному же чесноку там произрастать. Тот кстати и долгоносика - вредителя клубники, хорошо отгоняет, значит её так-же разводить надо, и много чего ещё. Те же косточки слив, что в пути очистили, воткнул в землю, а потом саженцами засадил осиновую вырубку, костянка воду из почвы откачивает не хуже, но с вкусной пользой, особого ухода не требуя.

Участие в алкогольной авантюре, за долю малую, предложено было двум сторонним организациям так, что бы каждая в лице Нила видела не прокладку-посредника, которому в итоге заявят "скрипач не нужен", а представителя партнёра. Предлагающего поиметь "найденные деньги", то есть дополнительную прибыль ничего не предпринимая. В это время в США "Сухой закон" породил Мафию, на бутлегерстве имевшую доходы , многократно превосходившие доход производителя пойла. Тот же финт получался и почти легальным путём, платя налоги(почти все), если не зарываться и чуть запутать схему. На одной стороне которой обозначили латгальский "Спиртзавод Шлякоты", а на другой - рижский ресторан "Лида", принадлежавший задолжавшему ещё отцу Нила купцу-старообрядцу. Юридическим адресом недавно зарегистрированной "транспортной компании", обеспечивающей доставку алкоголя потребителю явилось недавно построенное у тракта(цыганами, но кому до этого дело в "демократическом" государстве?) многопрофильное солидное предприятие, ранее так же занимавшееся извозом, но только гужевым(ведь цыган без лошади - что без крыльев птица), а так же квалифицированным кузнечным и гончарным промыслами. Никто, ребята, не поставит нам заслончик!

Нил и ранее оставлял на правом берегу речки, под охраной друзей ночевать свой "Рено", когда та разливалась и брод становился стрёмным. Нынче же сменил он французское ретро-авто на модерновый 3-х тонный "Вольво" шведской выделки, чей многотопливный движок потреблял и спирт в том числе, и "прописал" официально на фирме. И менее километра по мосточкам бегал "на работу", прихватывая так же детишек, а потом их в Балви до школы довозя.

Следует пояснить систему образования в республике, поначалу старавшейся стать демократической и набравшей кучу обязательств перед её многонациональным народом. В том числе и образованием на языке "малых". Хотя какие "малые"- на идиш разговаривало больше половины Балви, и русских староверов с четверть. Потому и СООТВЕТСТВУЮЩИЕ начальные школы имелись СОГЛАСНО КОНСТИТУЦИИ. Другое дело, что даже они не всем были по карману, ведь даже малолетки могли доход приносить в семью. Например на станции загонять "экспортных" хрюшек в вагоны. Свинки упирались и "убедить" тех получалось только за хвостик дёрнув, с тех пор и стал в Латгалии термин "хвосты крутить" альтернативой получению образования.

Начальная школа разделялась на две ступени. В Первой училась малышня с 1 по 4 классы, во Второй 5-6, платно, но в пределах разумного ибо финансирование в основном шло за счёт местного самоуправления. Так же не все семьи зимой могли детей тепло одеть-обуть, ведь и Нил, не будь у него машины, за 10 вёрст зимой детей бы не отпустил. Но у каждого своя судьба!

Отправив старшеньких в школу, родители занялись созданием своего общего ребёнка и появился у них Афоня. С которым всё сначала семье начинать пришлось, правда уже встав на ноги, и он как и его предшественники получил комплексное воспитание от русских родителей, немецкого дядьки и цыганят- соседей, став среди них своим. У них в основном и пропадал днями, ведь на противоположенный берег гадюки не совались, даже на песчаном пляже правого берега купаться никто не боялся. Ну а потом и его черёд настал в школу идти, правда после того как через год после Гитлера, в 1934 году в Латвии диктатором стал Ульманис и оставил только латышское образование. Старшим же удалось проскочить и поступить мальчику в один из 8 техникумов страны, куда ещё принимали по окончании школы 2-й ступени, как и отчим - на механика, а девочке - в медучилище. Всё было платным, да и жильё в Риге денег стоило, но хоть питались дети досыта в ресторане у партнёра, не отвлекаясь от учёбы на живота урчание. А перед тем как началась 2-я мировая, умер Ганс и родилась у уже не молодых родителей ещё и девочка - моя мама. Рихард младший, по окончании техникума призван был на военную службу - дипломированные механики в цене всегда и везде, а его сестру и на службу приняли сестрой, медицинской, в военный госпиталь.

Через год Ульманиса скинули, а молодому капралу, выходцу из семьи безлошадных и малоземельных латгальских крестьян-пролетариев, Советская власть предложила, как классово близкому, но достаточно образованному, поступить доучиться в офицерскую школу. Где ему даже форму не сменили, а лишь погоны, но сменился преподавательский состав, и осталось Рижское пехотное училище РККА на том-же месте , в солидной пристройке к многовековой Пороховой башне крепостной стены. Сестра же осталась сестрой (уже старшей), но на службе в Красной Армии.

Только вскоре война и до Риги добралась, госпиталь эвакуировали почти сразу, а Рижских курсантов кинули на фронте дыры затыкать, в основном бестолково и большой кровью. Отступление больше походило на бегство и Ригу сдали ещё в июне, "пообороняв" сутки. В июле в Мураву привёл дюжину однокурсников сержант Рихард, он возглавлял группу прикрытия и вышел из боя когда кончились боеприпасы. Теперь его отряд, как на загонной охоте, немцы в непроходимые болота зажали.

Но во первых, он вырос в этих местах, а во вторых, лето 1941 года выдалось очень засушливым и немецкие карты лгали. В третьих, добавить следует то что курсантам так и не сменили их шерстяные мундиры, очень своеобразные фуражки и "рогатые" немецкие каски на х/б гимнастёрки и будёновки, только в петличках заменив знаки различия - население потому своим старалось помочь и тем более не сдавать фашистам. А вот к солдатам одетым иначе(в форму РККА) относились как оккупантам, изгоняемым другими оккупантами.

Ведь пришедшая на иностранных штыках "диктатура пролетариата", крестьян угнетала много сильней чем пред-идущая опереточная диктатурка Ульманиса. Заслуженно, прошедший год Советской власти, в народе прозван был "страшным". Позднее, при передаче англичанами своей колонии Великому Кормчему, на смену строя, Особому району Китая даны были многие десятилетия, да и то смутьяны-студенты, с зонтиками побузить нашлись. Неужели мудрый Сталин дурней Мао оказался и до схемы "одна страна - два строя" не мог додуматься? Заряд ненависти в основание Государства заложив, вот он и рванул, так же через десятилетия.

Назвать то что строили, строили и наконец построили "народной властью", являлось профанацией великой Идеи, ибо Государством рабочих и КРЕСТЬЯН при диктатуре даже не пахло и десятки тысяч истинных трудящихся, сосланных в телячьих вагонах на Восток, были тому подтверждением. И вряд ли Рихард остался в Красной Армии и честно воевал в её рядах, если бы Нил, относящийся к веками угнетаемому суб-этносу, не носил в генах потребность не быть, а казаться. Дав приёмному сыну прекрасное образование как бы "на медные деньги". Хотя в состоянии был и университетское оплатить.

Хотя, Агнешка предпочитала бы дать своему первенцу от Фельда - крупного акционера банкирского дома "Братства Черноголовых", соответствующее экономическое образование. Даже умудрилась сделать это, но параллельно с учёбой отрока в технаре. На "чужую фамилию" по его первоначальной метрике (Свидетельстве о рождении), ещё в Кёнигсберге полученной, где он и значился как Фельд Рихард сын Рихарда. Хоть вТруфольдино его переименовывай, но не превращай в оперетку. Определив на заочное отделение, но с правом при возможности и очно лекции посещать. В знаменитой Рижской коммерческой школе, дававшей образование на уровне(и по методикам)лучших французских и голландских.

В здании из красного кирпича Riga Commerzchule (отобранное позднее под Академию художеств), украшавшем своей классической готикой Эспланаду, и имевшем превосходную библиотеку(в основном на немецком) учили очень качественно и с немецкой дотошностью, но только спец-предметы. Как то: коммерческую арифметику, конторское дело и счетоводство, политэкономическую науку(в том числе и Марксову теорию, среди прочих утопических), науку о финансах, физику, химию, историю торговли и экономики, вексельное дело, морское право, товароведение, коммерческую практику (что проходил Рихард в ресторане "Лида"). Где по выходным любил обедать и преп. состав школы, высоко ценивший дававшего скидки, у "дяди" осваивавшего бизнес своего школяра. Действительно было нелегко, нагрузка получалась запредельной, но талантливый юноша справился, к тому же ему и самому нравилось учиться. Да и лучше это чем на глупости время тратить.

Мотив столь жестокого поведения Агнии к своему первенцу можно назвать мистическим. Такова была воля отца ребёнка - Рихарда(старшего), похороненного телесно в Кенигсберге, но духовно явившегося к жене в сновидении, когда та почивала на старой кровати раганы, после встречи днём с "Латгальским Базилевсом". Первый муж(вернее его дух) и наказал для своего наследника столь нелёгкую долю, а советы из загробного мира исполнять следует неукоснительно - "сверху видно всё", потому плохого родным не желают. В отличие от всяческих "Слуг народа" и прочих "народно-лицемерных доброжелателей".

Староверский уклад, за века затвердевший как бетон, во многом схож с цыганским, и тех, и других долгое время жестоко преследовали официальные власти, а в ответ получали упорное сопротивление, ненависть и нежелание ассимилироваться. Как для цыган, так и для староверов, важен строй внутри своей семьи или общины, а не законы страны проживания, ибо последние часто, будучи весьма благосклонными, мгновенно сменяются на гонения. В процентном отношении, русских из Латвии в ГУЛАГ отправилось много больше, чем латышей. И на Родину-Мачеху вывозили в основном староверов. А про геноцид цыган гитлеровцами можно и не писать. Исторически, подвергаясь постоянным гонениям, что у ромал, что у семейских, вырабатывались Штирлицовы комплексы "своих среди чужих", веря только действительно СВОИМ!

Взаимопомощь и единство, а так же постоянная настороженность - это всё что веками помогало выживать обоим суб-этносам. Может по этому так легко Нил сошелся с ромами? Ведь даже если пока не прессуют, то очередные власть-придержащие непредсказуемы. И счастье, если подданые для них станут только комовой базой безропотно отдающей подати и налоги, без залезания в душу и принудительной Веры (в "правильный" вариант загробной жизни или светлого будущего). В 1940 году не тронули Нила ещё и потому, что числился он в трудовой артели и являлся пролетарием, хоть и мелким землевладельцем при этом оставался.

Под залог земли ему банк даже незадолго до смены власти выделил ссуду на приобретение конной сенокосилки шведского производства (под цыганских коней). За такую ерунду "бутлегер" мог расплатиться сразу кэшем, за многие годы поставок алкоголя в "Лиду", пятилатового серебра скопилось подполом в молочных бидонах почти пара тонн - деньги любят тишину. Но чуйка подсказывала, что светить драг.металл нельзя, лучше демонстративно в кредиты лезть. Коии кстати, новая власть простила, впрочем и косилку национализировала, переведя на баланс артели, ставшей социалистической, и даже сама ей предложила кредит на развитие. Пришлось взять, раз предлагают, причём даже не деньгами, а сырьём - металлом на обода. Осины в округе полно, а бондарным делом цыгане всегда наравне с кузнечным и "лужу-паяю" занимались. Кстати и порубочный билет на сорный лес выписан был моментально, даже воровать не потребовалось на этот раз - "всё вокруг колхозное, всё вокруг моё".

Под такое дело и инструмент столярно-плотницкий, опять же в кредит, набрать смогли, да слух по "цыганской почте" запустили, что бы съезжались чавеллы на зимовку - сено для коней будет запасено, а землянки сами накопают и дрова нарубят. Будет тепло и весело! Ведь Нил на лосиной тропе петлю из троса поставил и в неё намедни здоровый рогач влез - мяса надолго хватит, да и спиртика бочку припас. Вот табор на кураже, который аж три месяца не кончался и наломал немало дров! Но советскими газетными трещалками выражаясь " трудясь по Стахановски, перевыполнил взятые на себя обязательства!". Заготовок бочарной клёпки на просушку сложив полениц видимо-невидимо. Ещё бы продолжили, но зима и спирт кончились, потому табор ушёл в небо.

Только потрясла не производительность хорошо замотивированных привычных к тяжелому труду мужиков, а не вынимающая изо рта пожилая цыганка, от прочих мало отличимая кроме взгляда вечно шалого, но списать его можно было на "табачок" в трубке, кокс нищенка явно не тянула, а вот мухоморчиков да поганок в округе имелось море разливанное - главное не переборщить. Вот и зацепился её взгляд на недавно своими ножками пошедшей моей маме, а после, затеяла она долгий разговор с её мамой, моей бабушкой Агнешкой. Для которой сны в кровати раганы даром не прошли - родилась у неё дочь сверх-одарённой, что ни хорошо и не плохо, а просто судьба, крест до самой своей смерти нести. Желательно зная как это делать, тогда легче получается, но получив знания раганы, их обязательно на благо использовать потребно, и не обязательно людям, хоть как Айболит - и котятам, и лисятам, то есть в ветеринарной плоскости или даже растительной. Живым помогать.

Но специализация - по личному выбору, как сердце одарённой подскажет, после освоения основного курса. Потому моя бабуля для неё ещё дореволюционный 3-хтомник Брэма "Жизнь животных", случайно на распродаже в закрывающейся антикварной лавке увиденном, у еврея купила, на всякий случай. Ведь сказано "человек, человеку - волк", тогда людьми только волки могут быть, ибо членов своей стаи не убивают. Курящая цыганка так же причислена оказалась к членам "своей стаи" и зимовать приглашена была не с табором на свежем воздухе, а в барский дом. Гансова коморка пустовала и её проветривать проще получалось, а дитятку в тепле всяким ведьминым премудростям обучать эффективней будет. Ведь её много битые жизнью родители не раз убеждались, что учат только собственные шишки (ушибы, ушибы и снова ушибы, но реже и реже и реже) но так хочется для своей кровиночки судьбинушку облегчить, потому и ведутся на мракобесие.

К тому же, из коморки имелся доступ к печи с возможностью хлеб печь, чем и принялась старушку ежедневно заниматься, обеспечивая и своих, и нас свежей выпечкой, только муку ей подвозить успевай, а каморка незаметно оказалась переименована в пекарню. Получаемые изделия хлебом не являлись, ибо производились не из дрожжевой квашни и кроме муки включали только соль и воду. А замешивать тесто в столь крупных объёмах, своими накаченными на руле без усилителя, помогал Нил, потому все довольствовались цыганской лепёшкой, но с пылу, с жару, а потому ужасно вкусной!

Когда темнело и дровосеки возвращались с делянки в землянки, а жёны им с морозца подносили стопочку хмельного, цыганята выхватывали у отцов не остывшие ещё валенки, набивали их под свой размерчик мхом и шумною толпою неслись в барский дом за ещё горячими лепёшками. И не только, "за доставку" им разрешалось сверх пайки, съесть одну на месте - пока не остыла. Причём, запивая чаем с вареньем сливовым, да под музыку. Агнешка на аккордеоне успевала за этот час отдыха разучить какую либо новую мелодию или песню, к радости музыкально одарённого народа. После чего, напевая, ребята на санках волокли укутанный в кожушок мешок с выпечкой родителям. И все оставались довольны.

В конце апреля свой подряд табор завершил и уже готовился к кочёвке, как умерла бабушка Мамана. Причём тихо и спокойно, держа в своей руке ручку белоголовой малышки - преемницы дара. Потому и крышу дома разбирать не потребовалось или покидать его на долгие годы. А перед смертью наказала цыганская ведунья своим соплеменникам срочно как можно дальше на Восток кочевать без остановок. Что табор и проделал, только через пару дней возвратился в Мураву цыганёнок-дошкалёнок (ведь существуют только цыганские факультеты) и попросил службу, всего лишь за еду и работу. Его и приставили приглядывать за младшенькой, через много лет, они венчались и стали моими родителями, но до того пришлось много тягот пережить.

Глава 6

Первым проявлением маминых сверхспособностей в раннем возрасте явилось то что после того как по следу отряда её старшего брата заявилась немецкая зондеркоманда с ищейкой, новоявленная рагана подошла к собаке и погладила ту глядя глаза в глаза. После чего, даже немецкая овчарка повела немцев совсем в другую сторону, а Рижским курсантам удалось по известной Рихарду тропе на пересохшем болоте, оторваться от погони и в итоге выйти к своим без потерь. Забегая вперёд, следует добавить что уже в России училище вывели из боёв и отправили курсантов доучиваться по ускоренной программе в Казахстан. Но единственное, что врезалось там в память - было очень холодно! К счастью, не долго, молодые командиры пополнили вскоре Латышскую дивизию и встали на защиту Москвы, рядом со знаменитой Панфиловской и не хуже тех дрались, потому и станцию, на которую врага не пустили, назвали потом Латышской.

Жизнь при немцах у всех была своя. Для евреев, коих ранее в Балви проживало большинство, её не стало вовсе, их "пересилили", кого в Саласпилс, а кого по другим лагерям, где и умертвили. Причём, сами немцы этим не занимались, хватало полицаев, и не только из местных, пленных охраняли так же бывшие пленные, вызвавшиеся служить Рейху. А из латышей нанимались на службу не только бывшие айзсарги, но и голытьба, которой новая власть дозволяла забирать еврейское барахло, где в перинах порой и царский червонец находился. В Мураву так же заехал как то по осени такой "свой" полицай и карабин наставив потребовал хмельное, но всё "ценное" Нил уже успел перевезти за болото - в опустевшее цыганское стойбище, проход к которому знал только он, да и после дождей и того не стало.

Недоступный остров среди болота являлся песчаной дюной около пяти гектаров, оставшейся многие тысячелетия назад от отступающего моря и прозывался "Зведру капи"(шведское кладбище) и ныне не являлся необитаемым. В одной из брошенных землянок цыганёнок Яша, да сын партнёра Коца выхаживали оставленного отрядом Рихарда раненного, попутно занимаясь самогоноварением. Успел Нил в суматохе до прихода немцев, на спирт-заводе кое-какое железо прихватизировать, да с помощью попросившего убежища молодого еврея наладить мини-заводик, работавший на сливовом сырье, хотя в Латгалии даже содержимое сортиров на перегонку пускали. Но такой напиток и духарил соответственно, как и картофельный или бурячный, а кто сам себе враг если возможность выбора есть?

Сливовица же заходила во внутрь с удовольствием, оставляя приятное послевкусие, да и голова на утро не болела, а значит успешно конкурировала не только с прочим местным самопалом, но и казённым немецким шнапсом. Потому-то, даже дойче-зольдатен унд офицерен не жалели на амброзию ни марок, да и на бартер соглашались легко, не вникая "зачем"?(на те же медикаменты или офицерское сукно для гимназического виц-мундира младшего сына, про плату за обучение не говоря). Если кто вздумает сказать "ФИ!", так пусть подскажет как ещё можно с пяти гектаров семью прокормить, да к ней ещё три мужских рта. Потому то, въётся в тесной печурке огонь, попутно с котлом, полным браги, и "партизанскую" землянку обогревая.

Справедливости ради, замечу, что при немцах, пытавшихся поиметь свой гешефт на многовековом расколе, "русские" гимназии продолжали функционировать, причём по ещё в буржуазной Латвии напечатанным учебникам, и той поры правилам и расценкам. Отсюда и обязательное ношение формы. Но вот только если ткань ещё получалось выменять у немцев, то с пошивом стала беда - все жидовские швейни и чеботарни "переехали" в Саласпилс, а криворукие новоявленные закройщики из местных, в качестве сильно уступали предшественникам.

Однако "жидкая валюта" сработала и здесь. Расположившийся в опустевшем еврейском доме тот самый "свой" полицай, поняв то что даром выпивку не получить, предложил за неё вещи, что достались ему после убиенных прежних владельцев, даром разумеется. В частности и ухоженную швейную машинку "Зингер". Неделю после чего пропивая с "коллегами" гешефт, а покупателя и поильца - Нила называя уважительно барыгой. Зато весьма приличный костюмчик сыну того справил на машинке "партизан" Кац. Прятавшийся и от Советской власти целый год у знакомого портняжки. Талантливый сын угнетателя и эксплуататора, успел и ремесло бедного пролетария перенять весьма успешно. Более того, не только стал обшивать "партизан и подпольщиков" , но и Агнешку закроечной профессии обучил, как и владению швейной машинкой.

Так, кстати, и пулемёт называли, которым владеть сам обучился - много всякого оружия по местам боёв они натаскали втихаря. Но пользоваться им не торопились, может и получилась бы у "отряда" засада на одинокую машину, только после был бы сожжён ближайший к месту диверсии хутор и непременная выдача дислокации "партизан". От людей на деревне не спрячешься, но жили все по принципу "ничего не вижу, ...". Так и просидели мужики на острове всю войну, болотами хранимые, на которых кстати, пару меринов кавалерийских поймали, что от отступающей Красной Армии образовались, даже с сёдлами.

Одну лошадь пришлось с наступлением морозов на мясо пустить - перелом сросся неправильно и хромоты избежать не удалось. Зато для второй коняшки к зиме сладили сани да хомут по размеру, и лёд реки превратился в торный путь на Мураву, известный только им. А уж далее, в возницу превращался Нил, чей грузовик был опять же отступающей Красной Армией конфискован. А вот немцы ничего конфисковывать не стали, только налогом обложили, не превышающим "ульмановский". Озлоблять население Прибалтики в их планы не входило, потому и пошла к ним служить нищета, увидевшая в этом свой шанс. Один некогда охранявший Ленина бывший стрелок, Гитлером был пожалован Железным крестом, а жизнь благополучно в США завершил.

"Отряд" даже на частичное самообеспечение выйти сумел, помимо того что их притончик гнал всё самогончик. Который впоследствии Нилом на керосин и даже на муку обменивался, ведь на нефтебазе и на мельнице так же люди трудились. В землянке, помимо обучения цыганёнка, многие ремёсла развились - то же бондарное, к примеру. От скуки, на все руки, а где то лучшие сыны народа жизни свои кладут. Даже стыдно должно быть что живы пока, и ничего героического не вершат. Но повседневный и непрекращающийся крестьянско-ремесленный труд, свершающийся к тому же втихаря и с оглядкой, сдерживал чувство безысходности и отчаяния, попутно не давая голодать. Номини нецессе ест мори - что вышло, то вышло, не грубо выражаясь. Но если смотреть с другой стороны, то не сгубленные по дури три жизни, совсем не мало, это вам каждая рожавшая баба подтвердит. Против всего Вермахта воевать смысла не видели, но и на заклание идти как бараны уже согласны не были и при нужде настроены были жизни свои не даром отдавать, без всяческих "За Сталина", "Москаляку на гиляку" и прочих партийных трещалок.

Выживать в оккупацию на спрятавшемся среди лесов и болот хуторе-тупичке получалось легче чем жившим в более доступных местах, где "белые пришли - грабят, красные пришли - ...", но страх терять не следовало и в глуши. Потому не забывать налоги в срок отдавать и всячески лояльность власти демонстрировать, по сути являвшуюся вынужденным коллаборационизмом. В частности, по осени предложить в интендантуру бочку квашенной капусты в счёт податей, причём очень качественной, как для себя - с клюковкой, тёртой морковкой, да мочёной антоновкой. Ибо немцы, протушив её, да с сарделькой под мягкую горчичку, в наркотический транс впадают, аки хохлы от сала. Потому заказали вачи ("немцы"лат.) бочек с капустой ещё, да побольше-побольше.

В ответ получив НЕМА! На маленьком хуторке не осталось ни капусты, ни соли, да и рук рабочих с механизмами нехватка. Заказ немцы перенесли на следующий, 1942 год, добавив "поможем чем можем". Даже предложили на 10 лет беспроцентный кредит в товарах и марках на развитие производства, и пару покорных военнопленных в батраки. Но это ещё не только четыре руки, но и два рта, между прочим, потому безделие их не ждало. Как и голод, ведь речка нетравленая рядом, где хоть крокодил не ловится, а на берегу не растёт кокос, но не худшие эквиваленты имеются в наличии. Посему шнелле арбайтен ундерменш, солнце ещё высоко, и будет твоё чрево полным, а землянка протопленной.

Но в поле капусту уже рассадой высаживают, а для этого семена в тёплом и светлом месте ещё в феврале прорастить следует. Немного (на бочку - вторую) можно и на домашних подоконниках прорастить, а для промышленного производства уже требуется отапливаемая теплица. Вот на это и делалась ставка при оформлении заверенного в местной интендатуре бизнес-плана для получения кредита в Дойче-банке. С обязательным предоставлением под марки фондов на стройматериалы, в основном цемент, арматуру, стекло, олифу, белила цинковые. Всё что имелось на местных тыловых интендантских складах и что их начальник с удовольствием готов был отпустить за небольшой откат хоть в оккупационных марках, если в придачу шёл ещё и латгальский дегвинс (горящее вино), не то что унтерменшу, а хоть юде или последней швайне. Являясь не военнослужащим Вермахта, а просто служащим, снабженец, исполняя свои обязанности и поставляя грузы по отсель начинавшимся псковским и белорусским лесам да болотам к передовой, списать на партизан мог довольно много. Да и попасться не слишком опасался - ведь дальше фронта не сошлют, к тому же не всегда партизаны оказывались придуманными, потому окопов не так боялись как извилистых лесных дорожек. Жить старались как в последний день, ведь завтра могло и не быть, а местный забористый шнабс избавлял от дурных мыслей.

Глава 7

Без излишней инициативности, как абсолютное большинство переживших оккупацию, могли и муравчане прожить, по принципу - заплатил налоги и спи спокойно, но у того большинства не сидели на шее нахлебники, при обнаружении которых, к тому же, власть расстреливала. Ведь даже если и получалось их прокормить, на своих детях ужавшись, то не имелось гарантии, что от безделья "партизаны" не начудят, да озоровать не примутся, а ими обиженные у немцев защиты не запросят.

Незагруженный боец хуже преступника! А если кто вздумает сказать что от работы кони дохнут, так только те которых одним сеном питают, добавь овса вволю и конь обгонит трактор. И того кто сей афоризм процитировал следовало бы так же на сено перевести - и пусть бездельничает НА ЗДОРОВЬЕ! Потому во всех армиях мира здоровенные мужики плац ежедневно ломом метут или траншеи роют от забора и до обеда. Мускулатуру нарабатывая и неперечливость, не то что в крепостничестве, а в рабстве пребывая, но сытом и беззаботном, доверяясь отцам-командирам. Не хуже это того когда за тебя думает тефаль.

Принятие на котловое довольствие ещё двух недокормышей-оборванцев, коих до кондиции надлежало довести, помимо гуманизЪма, ещё одну цель преследовало. Как бы легализацию для округи, под видом военнопленных, в батраки переведённых, уже имеющихся "разведчиков-нелегалов". Обречённых не светиться и блюсти целибат, аки ксёнзы, с поллюциями по ночам. Или колоть дрова - кто смотрел "Укрощение строптивого" поймёт. Для Вермахта существовали "шоколадные коробки" - передвижные бордели, со строгим медико-санитарным контролем.

В буржуазной Латвии так же спрос рождал предложение и продажная любовь была легализована, а её жрицы регулярно проходили врачебный осмотр и платили немалые налоги. С приходом плановой экономики, не пожелав становиться Стахановками, девы временно переквалифицировались в белошвейки. А немцы возродили древнейшую профессию, но дополнили "процедуру" расстрелом неполноценных и тех кто заразит немецкого зольдата вен. заболеванием. Балви так же издавна был охвачен этой услугой, в отдельно стоящем домике занимались этим три жрицы любви - две смазливые жидовочки и пани Дорота, а сидящая на окне кукла значила то что к обслуживанию готовы. С приходом немцев только кукла и пани остались в Храме любви, и невольно Стахановками пришлось становиться им - спрос увеличился.

Представить сложно, каково это вытерпеть в одиночку маршевую роту, но её труд достойно оплачивался, к тому же не делясь с коллегами, значит приходилось терпеть. Даже обслужить решилась вставшую на отдых дивизию, к счастью Голубую, так себя назвали испанские добровольцы, собранные из иберийской швали и алкашни.

Пани Дорота являлась дамой азартной, смелой да жадной, считавшей что если рисковать, так по полной и нашей сливовицей так же приторговывала, изрядно на этом навариваясь. Вот ради слаживания прошедшая походным маршем через всю Европу дивизия её и озолотила, не скупились южане расплачиваясь за секс и хмельное, и тем и другим запастись стараясь впрок, внезапно на подходе к фронту осознав буквальный смысл русской поговорки "Перед СМЕРТЬЮ не надышишься". Но не только, ведь в долгом странствии через всю Эйропу бордельчик Дороты был далеко не первым, и воины каудилио умудрились в этом "саду" собрать ТАКОЙ(!!!) букет вен.заболеваний, что при подходе к "джунглям" у половины молодцов что то капало с концов. Но выйдя к Ленинграду закапало у всех, в том числе и у девушки с пониженной социальной ответственностью, которой суждено было быть назначенной повинной во всём, Чубайс и Путин в ту пору ещё не родились.

Но об этом она смекнула раньше чем предки Бареля и ночью на тачке привезла труп старухи, что стащила из каплички неподалёку расположенного кладбища. Положив её на своё "рабочее место" и облив керосином кинула спичку и навеки покинула свою избушку.

Прибывшая утром расстрельная команда нашла сжавшийся до размеров ребёнка "шашлык", принятый за останки неосторожно курившей в постели проститутки. Хотя она сама, живая, но не очень здоровая, успела добежать до партнеров в Мураве и молила их о спасении, суля за это всё нажитое непосильным путём, что в пожаре оставлять не стала, Даже купленный за золотой червонец патефон с хорошим набором пластинок привезла на той же тачке, на которой перед тем везла умершую бабку.

Селить у себя "бактериологическое оружие" в доме Нил не решился, ведь там даже дети жили, но и в помощи не отказал, поскольку "жил по Богу" и чувствовал себя в ответе за тех кого приручил. Карантин был устроен в "ленинском домике Нуф-Нуфа" - скирде сена, а вернее "шалашике", что в Прибалтике устраивают для проветриваний и вентиляции скошенной травы на вешалах.

На дальнем сенокосе с противоположенного от "партизан" края "Шведских могил", про которые никто чужой не знал, пообещав высококалорийно кормить ещё одного едока. А что бы не скучала, от зари, до зари, ... помогала подоспевшую капусту шинковать. Пусть работа не столь комфортна как пред идущая , но жить захочешь - не так раскорячишься, и если хозяева горбатиться не брезгуют, то исключений нет, до дискриминации наоборот ещё не додумались. Причём, Санитарной книжки работодатель не требовал, ибо продукт производился для не брезгливого врага, и так отнимавшего у населения "курка-яйки", и определить источник заражения было невозможно.

А как запарка завершилась и заказ Вермахта уже заквашивался в бочках, несчастной женщине предложили к росшему посреди болотного острова старому дубу сходить - подлечиться. Ибо "Добрый доктор Айболит, он под деревом сидит", только не самолично, а его "сестра Варвара" - моя будущая одноимённая мама, в ту пору ещё сопливая малышка, но уже рагана, самостоятельно обнаружившая Центр Силы, от которого и сама энергией подпитывалась, и медиатором могла служить.

Как известно, мамой любимый чуть ли не с рождения, сказочный герой Айболит являлся ветеринаром, вот и девочка, услышав что его сестру звали Варварой, решила что это судьба, принявшись как и тёзка зверюшек лечить. Вплоть до жучков и червячков, и даже на порядки более маленьких, что Антони ван Левенгук с помощью им созданного мелкоскопа узрел первым. Но не глазами видела она "туфелек", и прочий микромир, а чувствовала его, интуитивно. По детски поделив на дружелюбный и злой, и даже могла им распоряжаться. То есть изгонять "плохих зверюшек" простым наложением пышущей жаром ладошки на больное место. Добавить следует, что этот "фокус", как с "зарядкой собственных батареек", так и "работой от кабеля", срабатывал у дошкольницы только на случайно обнаруженном ею месте между древним дубом и рядом вросшим глубоко в землю огромным валуном, напоминающим трон, на котором даже вроде как руны дохристианские проглядывались.

После процедуры, внезапно выздоравливающая более в карантине не нуждалась, что было очень кстати, ибо и от воспаления лёгких потребовалось бы вскоре врачевать. Разумеется лженаучным методом, хотя в истории официально засвидетельствовано множество случаев излечения наложением рук. Пациентка знала сие прекрасно, ибо к осени 1939 года успела закончить 3 курса Медицинского факультета, а потом судьба заставила её заняться совсем иным промыслом, о коем явно не мечтала. Но не знать того что ещё в 1928 году Флемингом был открыт пенициллин она не могла, вот и "подвела научную базу" - будто ей добрые люди как-то незаметно ввели дефицитнейший препарат. Ибо иное исключено, к счастью для всех.

Так в "латентном партизанском отряде", а короче ТАБОР, по пред-идущим обитателям и не сменившим название(вместо "Шведское кладбище"), появился собственный санинструктор-стряпуха, для которого в землянке отгородили лазарет- пищеблок и притончик, что гонит самогончик. Наконец, в добавок к выше перечисленным специальностям, по совместительству и реальный, образованный КОМАНДИР с управленческим опытом(бордель, да к тому же и без крыши, ещё та школа жизни, вернее АКАДЕМИЯ!), широкой эрудицией и непререкаемым авторитетом, а мистическую хрень, завернув в научную упаковку, тут же забыли. Не забылась только признательность и благодарность за то что для тебя "хозяева" смогли в условиях оккупации неизвестно как, очень дорогие "американские лекарства" раздобыть. Дорога ложка к обеду!

Так вышло, что пани являлась содержательницей "весёлого дома" уже во втором поколении, в таком же еврейском местечке Вилейки держали аналогичное заведение и её родители. С рождения росла она среди проституток, преображавшихся общаясь с малышкой в нормальных, добрых женщин. Которым в жизни не повезло и потому на жизнь зарабатывали несчастные, здоровьем рискуя, как физическим, так и духовным. Потому то, с малых лет видел ребёнок мир таким каков он есть, пропитываясь цинизмом, характерным для хищника. А как известно, стадо баранов под предводительством льва, всегда сильней стаи львов возглавляемой бараном. "Отряду" оставалось только тихо радоваться тому что заявившая "самозванцев нам не надо, командиром буду я", даже курса НВП не проходила, иначе бы всех на строевой загоняла, а так лишь наведением железной дисциплины ограничилась.

Намёками на "светлое будущее" мужиков, предполагавших что ждёт оно каждого лично, развести оказалась много проще чем женщин с пониженной социальной ответственностью и повышенной возбудимостью, в следствии разболтанной нервной системы. Но на такое способна была только личность с крутыми яйцами и светлой головой, не зависимо от пола и образования. По Пушкину :"На свете счастья нет, но есть покой и воля", хотя в этом случае покой только снился, ибо наличествовала стальная воля главнючки. От мамочки унаследованной, державшей не только "девочек" в кулаке, но и папочку - в Великую войну ускоренные фельдшерские курсы прошедшему и ныне работавшему при борделе медиком.

Эту династию и дочка желала продолжить, благо средства на образование единственного чада водились у семьи и по окончании женской гимназии паненка отправлена была в Вильно, так же входивший в состав Второй Ржечи. Тамошний польский Университет Стефана Батори славился своим Медицинским факультетом, на коем и удалось учась три курса одолеть. А вот начало учёбы на 4-м совпало с нападением немцев, и девушка поспешила домой, но и там не задержалась - Западная Белорусия воссоединилась с Восточной, то есть стала советской, где секса нет(а значит и "нетрудовых" доходов). Родители насыпали дщери в крепкий саквояж пол-пуда серебренных "Ядвиг"(монета в 10 злотых) и отправили в сопровождении пары верных "сотрудниц" за близкий и дырявый пока латвийский кордон. Вот так и появился в Балви "Центр досуга", правда не на долго, в июле 1940, секса не стало и там, но через год немцы его вновь дозволили, при этом избавив от "жриц" неправильной национальности, что увеличило нагрузку на владелицу заведения, приведшую к срыву. А дальнейшее известно.

Глава 8

"Все мы родом из детства" утверждение не верное - копать следует гораздо глубже. Часто на формирование характера, а порой и судьбы, может повлиять совсем неожиданные обстоятельства или встречи. Потому и здесь, столь тщательно описывать приходится злоключения казалось бы посторонних для нашей семьи людей, её потомков невольно изменившие психотип. Человек ведь есть животное социальное, потому имеет возможность использовать опыт не только своих предков, а всего человечества, собираемого тысячелетия (либо к этому стремиться), но редко кто имеет такое желание, ибо ленивы мы в основной своей массе. А ведь порой и представить невозможно, сколь глубоко в века уходят некоторые сохранившиеся знания. Например, сохранившиеся в Балтии некоторые простые, бытовые слова имеют как бы сакральный смысл. Например АРТ - пахать, соответственно АРЕЙС - пахарь, а не сверх-человек. Или РАгана - ведунья (жрица египетского бога РА), особым образом сохраняющая древние знания. Магические или научные уже не понять, ибо связь времён держится ныне даже не на ниточке, а на волоске. Ибо при сменах религиозных культов проводилась максимально возможная зачистка наследия предшественников.

Не всякий человек способен был принять от умирающей раганы, в нашем случае цыганки, её дар. И отсутствие преемницы с минимально достойным генным набором(без нац. различия), обрекало уходящую в иной мир на страшные муки с непредвиденным исходом, в лучшем случае разбирали крышу, дабы обиженная душа "выветрилась естественным путём". Если же "передача дара" состоялась, то носитель обрекался на постоянное самосовершенствование и учёбу, не обязательно по книгам(даже "чёрным"), но и не исключая их.

На роль же учительницы для малышки, в этой маленькой компании, более всего годилась пани Дорота, как самая образованная, тем более что не требовалось делать это по обязательной школьной программе в поучительной форме и за партой. Молодая женщина с удовольствием расширила свою нагрузку, ибо естественный инстинкт материнства в ней давно уже проснулся, а учить милую девочку Барби имелись желание и возможность, почти не отвлекаясь от основных дел. К примеру, на утреннем разводе личного состава, или готовя бигос и одновременно пироги с капустой да зайчатиной. Ведь так и растут все девочки-селянки, не знающие детских садиков. Но здесь, требовалось и зрение сохранить, при семи-то няньках(по совместительству к тому-же).

Главнейшим из которых являлся ещё безусый нянь Яшка-цыган, специально от табора отставший ради получения образования. И прежде всего музыкального, то есть игры на аккордеоне хозяйки хутора Мурава, взамен вызвавшись за её дочуркой присматривать. Но вынужденный ныне стрематься немцев, ибо те определили цыган наравне с евреями к унтерменшам, подлежащим тотальному истреблению. Благо то, что соваться в леса и болота, оккупанты не являлись любителями. И даже попав ногой в заячью петлю, Ганс или Фриц начинали палить в небо, пока прибывшие саперы его не "разминировали". А петель имелось не мало, как и зайцев, к счастью для "партизан".

Яша по этому старался вместе с подопечной пребывать на недоступном для посторонних острове cреди болота, пронеся туда на закорках малышку по ему известному маршруту через трудно проходимые участки. Зимой же прекрасной дорогой становился лёд речки Болупе и с комфортом, в санях, их обоих доставляла туда мохноногая лошадка, ибо как объезжать промоины над родниками знал только цыганёнок. Лёд сковал и болота, позволив открыть самую горячую на них пору, ведь мало нарубить лес, его ещё требуется вывезти, вот и застучали топоры, завизжали пилы. А Яшка, как мужичок с ноготок мог сказать "а я отвожу", если бы нашлось кому спросить. На селе один день год кормит, один день - отапливает ... и так далее - на печи лежать некогда и не у кого требовать 8-ми часовой рабочий день. Разве что у Бога силушки попросить смиренно, что бы успеть все работы переделать и не загнуться.

Впрочем, настоящему индейцу непогоды не страшны, а цыгану тем более. К тому же, если сыт, одет, обут, и чем дальше в лес, тем больше дров и толще партизаны. Иначе быть не может если во главе "партизан" авторитетная лагерфюрерша, наделённая к тому же здравым смыслом. Дорота являлась циничным манипулятором, превосходившим Скарлет из "Унесённых ветром", но на некоторых должностях требуются именно такие характеры, и пани оказалась именно "на своём" месте. К тому же, что удивительно, сохранила способность любить и быть любимой.

Примером сие доказывающим, оказался обер-лейтенант Питер, из тех самых "испанцев", заразивших её и вынудивших поджечь дом да в лес бежать. Вернее тогда следует называть обера Педро, тем паче что был он, как и его маршевая рота "кукарачей" ("тараканом" - так испанцы прозывали португальцев), из так называемой "тысячи" в составе Голубой дивизии. Будучи в тот злополучный день первым клиентом проститутки, очень он ей любимого батюшку напомнил обликом и манерами, потому то позволила она себе расслабиться и "отработать с душой", чем даже южанина потрясла и тот влюбился страстно и безнадёжно. Происходил он из древней фамилии, дружившей даже с президентом Салазаром, а имя, частью из и так укороченного Педро-э-Сильва, по полной же, состоящего их двух имён и четырёх фамилий, ограничиваемых законом.

Образ прекрасной Дамы (почти Дульсинеи), помогал дону(вернее "дому" - от лат. "доминус") сохранить ясность рассудка. Любовь в итоге помогала выживать даже в самые тяжёлые моменты под Ленинградом, ограничив страдания и увечья лишь ранением, да и то не значительным - в руку. Получив за это отпуск, отправился тот на крыльях любви не в свой фамильный замок, а в маленький латгальский городок, к даме его сердца. Но узрел там не часто являвшуюся во снах куклу в окошке, а пепелище.

Чтобы снять шок и хотя бы на время забыть расплывчатую сучку, фронтовику понадобился алкоголь в ударных дозах. Но то, что я взял с собой бутылку дрянного шнаб-шнаба, не помогло. К счастью, Господь послал ему крестьянина на санях (чуть ли не пианино в кустах!), который привез на интендантский склад несколько бочек квашеной капусты и на обратном пути вызвался подвезти его до станции, попутно снабдив изрядной тарой с очень приятным, и самое главное - крепкая слива. Развязал убитому горем проходящему мимо Гере (или Дону?) офицеру язык и погрузил его в сон.

Очнувшись от которого, Обер не поверил своим глазам, посчитав увиденное продолжением сна - склонившуюся над ним Дороту. Слушая пьяную исповедь озабоченного южанина Нил вначале не верил в совпадение, ведь около года назад про аналогичную любовь-морковь, в соплях, изливала ему душу прибежавшая Дорота. Но если это была всё же игра, то в неё поверил бы даже Станиславский, тогда "артисту" придётся пострадать. Но если же чувства искренни, мешать чужому счастью права не имеет никто, и привезя спящего Ромео на хутор, отправил Яшку на Шведские могилы за лагерфюрершой, для опознания тела, почти бездыханного, если всё же ошибочка вышла. Тогда на станции патруль наткнётся на замёрзший по пьяни труп офицера - обычное дело у отпускников вести себя как швайне. Только был мой предок волком стрелянным, жизнью битым, но с душой не убитой, и добра людям желавшим, даже когда им порой вольно иль невольно зло причинял. Но ныне, сотворить добро мог без опаски того что оно обернётся несчастьем и дозволил Дульсинее поднести на опохмел своему Рыцарю чарочку хмельную поднести. Встретившись, два любящих сердца наоборот, от зла очистятся и Бога ощутят внутри себя. Ведь сказано в Писании "Бог - есть любовь".

Возможно, что до крайней степени проявил беспечность человек по причине того что намедни самому ему огромное счастье с неба свалилось. Причём в буквальном смысле - детки с самолёта десантировались. Хотя формально , считавшиеся первенцами сын и дочка, являлись ему приёмными, но любил он их как родных и они отвечали ему тем же. Получилось как в песне: "когда ты счастлив сам, счастьем поделись с другим", то есть радость встречи любящих людей повторилась вновь. Счастье и без того переменчиво, потому грех большой этого ближнего лишать.

Крайняя встреча Рихарда младшего с семьёй уже описывалась, продолжая тему добавить следует то что пополнив запасы продовольствия и даже отчасти вооружения, сбережённого родителями с Первой мировой, его отряду удалось всё таки догнать фронт и прорваться к своим. Поскольку вышли группой, то проверке курсанты не подлежали и присоединённые к основному личному составу училища отправлены на ускоренное доучивание в Казахстан. Запомнившийся прежде всего холодрыгой, но не слишком долгой, фронт остро нуждался в ком.составе и новоиспечённым летёхам, уже в качестве Ванек(а вернее Янов)- взводных довелось поучаствовать в обороне Москвы в составе переформированной из Тер. корпуса Латышской дивизии. Выстояли ценой больших потерь и даже станция, которую удалось отстоять, позднее была переименована в Латышскую. А Рихард отделался ранением и заслужил первую свою медаль "За Отвагу", позднее к ней присовокупится и "За оборону Москвы".

Пребывая в госпитале, навестил его пожилой мужчина в штатском и заговорил на немецком, а убедившись в том что собеседник знает язык перфектно, предложил ему совместить процесс выздоровления с продолжением обучения. Хотя и без того букет дипломов имелся не хилый - инженерный, коммерческий и военный на десерт. Нынче ему предложено было учиться на разведчика-диверсанта, и костыли сидению за партой не мешали.

Как только нужда в костылях отпала, к теоретическим 10-ти часам парашютной подготовки добавились 3 учебных часа и начались забросы в тыл врага. Поначалу в группе с более опытными товарищами, а вскоре и командиром групп, вновь образованный Штаб партизанского движения остро нуждался в умных и везучих не оглядываясь на возраст. За время подготовки свела его судьба и даже подружила со своим земляком Артуром Спрогисом, литовцем Антоном Снечкусом, а так же Михаилом Сусловым, прибывшим на учёбу с юга - он был самым "возрастным".

Кстати, Михаил Андреевич и рекомендацию в Партию, в боях проверенному товарищу дал, а это многого стоило. В людях этот аскет и идейный фанатик Коммунизма разбираться умел, но на тот момент коммуниста от антифашиста отличить было нельзя. С его подачи началась так же спец. подготовка, как выяснилось этнического немца к перспективным проектам, правда в перерывах между забросами.

Полностью в такое трудное время не получалось отрывать его от "основной" работы, на счету был каждый боец-диверсант. А уж тот и сестру свою названную, так же владеющую дойчем перфектно, после переподготовки привлёк, хотя и в госпитале была фельдшерица на своём месте. Там же случайно освоила так называемый "гипноз" от странного пациента, обнаружившего в медичке Дар. После того как Вольф Мессинг перебежал в Советский Союз его представления лже-наукой называть прекратили, хотя он сам был убеждён что это Дар от Бога.

Глава 9

Ещё царь, руками китайских гастеров, проложить железку через латгальские леса и болота к своей столице успел. Нынче по ней к её предместьям немцы гнали амуницию и живую силу, дабы в кольце задушить Ленинград и этот канал поставок требовалось если не пресечь, то хоть ослабить на время, ведь каждую минуту в осаждённом городе умирало два ленинградца, хоть в песнях до того пели "от тайги до британских морей " и "малой кровью на чужой территории".В своё время Красной Армии не удалось для обороны использовать цепь естественных преград из крупных рек и озёр, а так же множества рек поменьше. При отступлении даже не уничтожив мосты через них, а нынче для этой работы требовались по сути смертники, ибо за охрану спец. объектов оккупанты взялись обстоятельно, сил и средств не жалея.

"Умрите героями!" сказала Партия и своим только успевшим вступить в её ряды выходцам из Латгалии. Нареченные брат и сестра уже как год являлись не только супругами, но и боевой единицей, способной выполнить любое задание, даже ценой жизни, если потребуется. Не задумываясь, что этот героизм будет следствием чьей-то недоработки, главное - выполнение задания. Наибольшая вероятность этого возможна при базировании на уже существующий партизанский отряд. Но таковые в здешних краях имелись ещё "до той войны", а после неразумного "страшного года" диктатуры пролетариата (1940-1941) романтиков- идеалистов среди крестьян не осталось. Вот диверсанты и попросили забросить их в район Муравы, где приёмные родители подсобят своим.

Так и вышло, и более того. Даже сплоченный, пусть не в боях, а в трудах, "партизанский отряд" неожиданно обнаружился, но к ведению боевых действий не готовый, хотя и вооружённый. На местах боёв, по ночам немало стволов бесхозных нашлось, только вот с боеприпасами нужда получалась - максимум по обойме на бойца. Потому в первой же радиограмме на Большую землю "радистка Кэт" наряду с докладом "о сформированном отряде" затребовала боепитание, тёплую одежду и медикаменты (на всякий случай). Что и было сброшено в срочном порядке(тол, патроны, бинты и ватники с монгольскими полушубками да бурками). И за это за всё, потребована была немедленная отработка, хорошо хоть не как Зою Космодемьянскую с банкой керосина не погнали тупо конюшню посреди села поджигать.

Порой везуха чередой прёт, и явление дона Педро тому доказательство. Послужив в "кукарачах", гордый португалец мировозрение сменил, к "братьям по оружию" более уважения не испытывая. Как к испанцам, так и немцам, а так же прочему разноязыкому отребью что собралось под Ленинградом помогать Гитлеру уничтожать Северную Пальмиру. В добавок, оберу ещё и любовь изрядно мозги подправила, ведь обожаемая пани Дорота была ТАК "убедительна" что отказать прекрасной даме пылкий кобельеро не мог. Более того - проявил разумную инициативу - при переходе на сторону врага, поступок сей не афишировал. То есть остался своим среди ставших чужими. В частности, за время предидущего пребывания, его сапёрный взвод "частным порядком" разминировало небольшое поле усеянное Красной Армией ТМД-40 - деревянными ящиками с 3.6 кг толовых шашек, этакими эрзац-минами, а по сути - не очень то надёжными противотанковыми фугасами. Не только с помощью щупа легко обнаруживаемыми, но по засушливому лету 41-го года, выделявшимися на зелёном выпасе желтыми квадратами высохшего дёрна. Хуторянин, опасавшийся того что корова подорвётся, пригласил сапёров частным порядком(за самогон) и те поленившись тягать, вывозить да подрывать лишенные взрывателей ящики, складировали их в рядом стоящем заброшенном сарайчике, к которому хозяин искренне поклялся не приближаться, и заколотили воротца.

Сараевладелец совсем не удивился и облегчённо выдохнул когда наконец гер офицер на санях приехал за "своим" имуществом, пусть и почти полтора года спустя - дела ведь секретные, с него и впредь взята была клятва строго хранить военную и государственную тайну. Семь 400-граммовых и четыре 200-граммовых шашки в каждом из пары дюжин ящиков хватило до Победы, ведь на разрушение не очень то крепкой рельсы на заштатной, старой дороге было достаточно 50-грамм тола.

По этой причине с Большой земли запрашивали не столько саму взрывчатку, сколько взрыватели, огнепроводный шнур, провод, подрывную машинку и т.д.. Ибо работали не по дилетантски - португалец ведь являлся обстоятельно обученным инженером, в войну превратившимся в сапёра, и с его навыками( делиться коими не скупился) получалось дольше прожить. "Дембельским аккордом" гер офицера на благо партизан явился его собственноручно исполненный ПОКАЗАТЕЛЬНЫЙ подрыв деревянного железнодорожного моста за Куправой, через лесную речку с "оригинальным" названием Пердея. Неожиданный ремонт которого отнял у врага три недели.

После чего дон Педро был "демобилизован" из Красной Армии и по окончании отпуска по ранению, со своей молодой женой вернулся служить Вермахту под Новгородом, хоть и не долго. Согласно ротации, Голубая дивизия с фронта была отозвана, воевать остались только уже дважды добровольцы-фашисты и фалангисты, в число которых, молодая чета не входила. В почти мирную Португалию возвращалась изрядно побитая жизнью пара. И если говорят что за одного битого двух небитых дают, то пара битых стоила не меньше товарища Сухова в песках Туркестана. Хотя в официальных секретных документах на Лубянке именовалась разведгруппой глубокого проникновения. Проникла глубже некуда - аж на Азоры, передавать там дислоцированным бойцам свой боевой опыт в деле строительства мостов и фортеций, а так же их подрывов. С повышением в чине до капитана инженерных войск и награждением орденом Авизо 5 степени (Рыцарь), да ещё парой медалей "Ранен в бою" и "За Участие в Кампании". Не упоминая советской медали "За Отвагу" и ордена Красной Звезды супруги. Но главной наградой одарила его Дорота - наследником!

Занялась наконец Дорота своим природным предназначением с великой охотой, а ею сколоченный партизанский отряд возглавил Рихард и под его руководством военным делом занялся НАСТОЯЩИМ ОБРАЗОМ, впрочем и от функций "труд.армии" не избавилось унаследованное подразделение. После диверсии на мосту требовалось затаиться и тогда был шанс сойти за залётных. Накануне в соседней Псковской области проводилась масштабная антипартизанская операция. Даже дети из района её проведения вывезены были и затем распределены по латышским хуторам. Вот и сошёл подрыв за месть псковичей, затем вернувшихся на свои старые базы.

Зимой снег позволил нашим быстро скрыться на лыжах, но если бы не метель, лыжня бы вывела преследователей по льду замёрзших болот к базе нашей. Потому старались больше не рисковать и вновь занялись лесоповалом. Первый отрез от осинового комля теперь не только на клёпку бочкотары стали пускать, но и расщеплять на дранку - много крыш в округе прохудилось за войну, а древесине ещё и успеть высохнуть требуется. Порубочные остатки вначале с удовольствием(хоть и с риском для жизни) зверь лесной коры лишал, чем позволял древесине быстро высыхать и топливом служить. Но вершинки годились и на строительные балки, из коих остров среди болот постройками различными оброс. Начиная от сарая для дров и сена и хлевом заканчивая, где скотина от немцев таилась. Ведь от скуки мы на все руки.

По весне посадками капусты, картошки и прочих овощей заняться следовало, затем скоренько сенокос провели и как только ниша в страде деревенской образовалась, вспомнилось что и повоевать пора. Вот рвущийся в бой отряд и покинул базу, действительно на Псковщину направляясь и уже не по детски "всё сметая на пути", громя расслабившегося врага. Неожиданный для противника рейд партизан оказался весьма результативным и даже позволил отряду до осени через фронт к своим прорваться практически без потерь. Влившись в ряды регулярной армии, с полным котловым и вещевым довольствием, да и наградами Родиной не забытыми. Рихарду даже орден Ленина достался, хотя им красоваться не долго пришлось, пару диверсантов отправили в тыл, опять вражеский, делать то что они хорошо научились.

А на хуторе Мурава к осени новых работников искать потребовалось - рабочих рук недоставало всё успеть. Но помогли немцы, объявили среди латышей мобилизацию в Легион ваффен СС, при этом продолжая его называть "добровольческим". Кто мог себе позволить - откупался, свинью не пожалев, но остальные, от призыва принялись прятаться, как и свиней прятать - сало да мяско лучше самим под картошечку с капусточкой съесть. Вот так среди болот вновь отряд сформировался. Причём пришедшие не только с собственным харчём приходили (который роднёй пополнялся постоянно), но и с оружием. Ещё в 1941-м всеми запасённым, правда так же с минимумом боеприпасов, но канал их поставок был уже налажен и не бедовали. А ружьё должно стрелять - классика.

Впрочем, больше пользы уже наступающей Красной Армии не оружием смог отряд принести, а лесорубством. Теперь с востока реки и трясины превратились в препятствие для регулярных войск, а у единственного брода через Болупе немцы устроили засаду, причем с артиллерией. Не учтя того что лето 1944, оказалось таким же засушливым как и в 1944, и тогда это очень помогло немецким танкистам преодолеть белорусские да новгородско-псковские топи.

Латгальские заболоченные леса немцами рассматривались как естественная преграда, позволяющая сэкономить несколько дивизий. Забыв про то что русскому хорошо, то немцу смерть. Как только фронт приблизился и стала слышна артиллерия, Нил через болото отправился на Восток к находящейся у его края армии, уже носившей те же погоны, которые некогда и он носил. Причём вышел в расположение руководимого капитаном Макаровым подвижного отряда от 43 Гвардейской "Латышской" дивизии(её основные силы находились южнее - у пограничной речки Зилупе). Предложив знавшему сына ещё по боям под Москвой капитану провести бойцов через болото, по образовавшемуся из-за засушливого лета самому короткому броду, от "мясного штурма в лоб" людей оберегая.

Рекогносцировка маршрута Макарову показала то что если местному обитателю в болотоступах кажется проходимым, размесит первое же отделение до непроходимого состояния. Выходом являлась только прокладка гати, но очень осторожно и тихо, попутно беспокоя миномётным огнём сидящих в нескольких километрах в засаде немцев. Рубить чахлые берёзки на мощение было рискованно. Боялись что враг услышит, но вот пилить их по тихому, рискнуть было можно, ведь кто не рискует, ... . Шампанского никто не дал, хотя сохранённые жизни дар более дорогой, благо что в "белые ночи" одна заря сменить другую спешит ... . Даже перекуры во время этой работы запрещались, да и так все понимали то что пот и грязь болотную меняют на кровь свою и уложились менее чем в неделю не засветившись. Партизаны гатили путь навстречу и когда соединились с регулярной частью, пополнившись боезапасом, совершили совместный обход противника и неожиданно ночью ударив по нему с тыла, взяли ДОТ без потерь. После чего влились в состав наступающих войск и под руководством уже кадровых командиров гнали немцев аж до Риги, где и встретили Победу со всем своим 2-м Прибалтийским. Нилу опять шоферить на службе довелось, но на полученный Студебекер он не жаловался, и никто не жаловался на него. Оба служили честно и конец войны приближали как могли.

Глава 10

В Риге, готовящегося к демобилизации приёмного отца встретили возвращавшиеся из Берлина старшие его сын с дочкой. Выжившие, всем смертям назло, при этом и карьеру сделать сумевшие. Кроме чинов и боевых наград, со складов поверженного врага наделили их множеством ценных трофеев - в четыре руки еле эти тяжести с вокзала допёрли. Которые оставили они родителям, ибо направлены были на учёбу, но куда не сообщили - военная тайна. Кстати, и среднего брата, к лету 44-го года гимназический аттестат получившего, и успевшего как попартизанить, так и в Советской Армии повоевать, так же на учёбу в сельхозакадемию пристроили. Даже для цыганёнка Яшки интернат при Консерватории нашли(с перспективой на военного дирижёра выучить) и определили туда музыкально одарённого пацана. Не даром же, специально для него тащили переливающийся перламутром аккордеон. Талантам надо помогать!

Вернувшись домой, Нил от предлагаемых начальственных должностей отказался и вновь шоферить в МТС принялся. Ему, как человеку проверенному, разрешили по фронтовым дорожкам изрядно помотавшуюся полуторку у дома держать, дабы подшаманивать мог не только в рабочее время. Так что пошедшую в первый класс Варю (мою будущую маму) смог в Балвскую школу отвозить-привозить. Жизнь, хоть и была не лёгкой, однако потихоньку налаживалась. Правда вновь в лесу (впрочем не ближнем) "партизаны" объявились, называвшие себя "лесными братьями", но шли туда в основном послужившие Гитлеру и удрать не успевшие. Не за идею не сложили они оружия, а из страха что за грехи отвечать придётся, да и ждали многие новой войны.

Только у этого сброда кормовой базы не имелось, вот и принялись грабить. Обиженное местное население молчать не стало и организовало Истребительный отряд, даже у Советской власти официально оружие получили, как и прочую помощь, при нужде. Случалось и артиллерию привлекать, потому ликвидировать "братьев" получилось за год. Хотя в Курземе мелкой бандочке аж 10 лет удавалось в постоянном страхе в бункере просидеть, но те не наглели, кормились охотой да тем что родня поднесёт. Кстати, ликвидировал их воен.охот. коллектив, состоявший их бывших фронтовиков. Случайно, к которому во время загона собачка толковая прибилась, она и вывела к другим "коллегам".

Хоть вернувшийся со службы Нил недостатка в оружии не испытывал, да ещё и старшенький ему из Германии трофейный Зауэр привёз, кроме как на одичавших людей охотиться в лесах стало не на кого - дикий зверь разбежался да затаился. Домашней живности на подворье после того как фронт прокатился, а следом оставшуюся коняшку обобществил колхоз так-же не осталось, даже пёс пропал. Начинать хозяйство вновь с нуля пришлось, но в МТС работали "по городскому", а не "за палочки" трудодней и его рабочей карточки на прокорм своего небольшого семейства хватило.

К тому-же, разъездной характер работы и сбережённый "золотой запас" позволил прикупать или выменивать на хуторах то телёнка, то поросёнка, то курёнка, то гусёнка, которые нарождаться не прекращали. Даже щеночка где-то подарили, правда папой у того лисовин оказался, и наделил он потомка пушистым хвостом да характером осторожным, который от змеиных укусов оберегал. К тому же рыба в речке не перевелась, а бредень и перемёты не потерялись, ну и огород сажать не разучились, даже не "под лопату".

Тракторист то, так-же в МТС трудился и за бутыль сливовицы, возвращаясь с колхозного поля, ещё пару-тройку десятков "частных" соток у берега вспахал, (на семью сохранялось от 40 до 70 "необобществлённых"), которые уродили много лучше колхозных, ибо на них навоз из старых запасов, да листьев перегной нашёлся. Да и посажен был, ещё в войну у немцев добытый сорт картошки, прозванный "Берлинкой". Пресловутая послевоенная засуха Прибалтики почти не коснулась. И если где-то латыши питались "тошнотиками" из мороженной картошки, то не власть виновата в этом, и даже не природа. Но в целом по Союзу в 1946 году собрать зерна удалось в половину даже от предидущего, всего 37-40 млн. тонн. Хотя, только братьям-полякам "интернационалисты" отправили 608 тыс.тонн, а ещё французам, финам, болгарам, чехам, норвегам и т.д. . В Албании даже поговорка ходить начала "Если каждый русский хоть денёк поголодает, то каждый албанец будет год сыт". Так что наших "оккупантов" не "порабощённые" народы кормили.

Впрочем выводы сделаны были и согласно Сталинского плана преобразования природы, даже в и так излишне заболоченной Латгалии уже 1947 году Болупе в паре мест запрудили, правда тем самым угрю ход на нерест перекрыли. Хотя не о деликатесах народ думал в ту пору. Нил, хоть и ходил в пролетариях и приобретал "карточные" товары по "пайковым ценам", с 1947 года, ежегодно на месячную зарплату был обязан добровольно-принудительно гос.облигации приобретать, нехилый подоходный и профсоюзный при этом само собой погашая. Хотя и "пайковые" цены уже осенью 1946 подняли в 3 раза, а на хлеб в 3.8 ! Но с "коммерческими" они разнились в 8 раз. А в декабре 1947 власть провела денежную реформу 1 к 10 и согласно указаний Партии и Правительства "жить стало лучше, жить стало веселей".

«Я верю каждому зверю, А ты... ежик, Я иду," может быть жизненным принципом, выработанным старообрядцами на протяжении веков, если слово «Hedgehog» заменить словом «power. Заставляя голову думать, не верить постоянно меняющимся лозунгам и погремушкам и судить не по словам, Но «по плодам."Во все времена, Спасение утопающих было делом рук самих утопающих, И надо уже радоваться, если они не слишком сильно «утонули, Понятно, что утопленники были ленивы — руки водителей. Или они наконец поняли, кто кого кормит. И даже в соответствии с классикой, Государство — это инструмент угнетения. А если углубиться в Макиавелли, Республиканская система давит на порядки жестче, чем монархия, но как червь-отец ответил неразумному потомству на вопрос: «Почему мы живем в навозе, И не в яблоке?"Никто не выбирает свою родину."

И не везде твердый навоз, были шансы выбраться из него. В конце концов, например, Ричард вырос майором во время войны, И, кроме одежды,,, За пролитую кровь, Свой и враг свой, Он и его жена сэкономили и оставили своим родителям сто тысяч рублей, потому что они даже не тратились на курение. Побитый Нил также назвал своего ученика «сыном, И даже ученик интерната Яша, и заставил всех детей открыть счета в сберегательном банке, Установка 2. По пять тысяч на каждого, В «Дождливый день». У него и его жены уже были отдельные счета на такие суммы. И он обещал построить новый большой дом на очень солидный остаток, Хижина Раганы полностью протекала. Чтобы всей семье было где собраться и вернуться к старости. После войны, Даже государство выделило беспроцентные кредиты ветеранам для самостоятельного жилищного строительства, Например: «Мы построим для вас дом в колхозе."Но Нил знал, что если ты возьмешь чужую, Тогда вам придется отказаться от своего, Но он не отказался от более дешевых методов строительства. И он не должен отказываться от законного выделения на лесном предприятии, Там ему приходилось платить «смешную» арендную плату за лес.

Довольствоваться вновь только осиновой древесиной для возведения собственного дома глава семейства не стал, отобрав лишь хвойные - ель да сосну. И лесорубочный билет оплатил сразу налом, и более того - добавив сливовицы четверть лично для лесника, что отправился с ним стволы метить. Он же и бригаду лесорубов организовал, которые не только срубили, но и вывезли брёвна к пилораме, где кругляк превратили в брус и доску.

Столь не свойственный для советской эпохи, почти навязчивый сервис объяснялся тем, что предприятие, за выполнение плана, оплату получало в основном по безналу - переход на новую систему расчётов ещё "притирался" и второй месяц копилась задолженность по зарплате рабочим. Что бы выманить из Нила побольше нала, в местной столярке изготовили и окна с дверьми из хорошо просохшего лесо-материала. Прям, за ваши деньги любую прихоть, причём по гос. расценкам. Аттракцион неслыханной щедрости! А вывез всю эту пахнущую свежей смолой древесину Нил уже на своём грузовике, честно оплатив в бухгалтерии МТС бензин, во внерабочее время, сложив потом брус и доски для просушки в штабеля.

В трудах и хлопотах пребывая постоянно, даже на сон зачастую не более 5-6 часов оставалось, про выходные и не говоря. Даже деньги всё решить не могли, да и привлекать дополнительную раб.силу, в стране задекларировавшей отмену эксплуатации человека человеком, чревато было уголовной статьёй. Но лазейки имелись во всяком строе - удалось убедить соседний колхоз (формально ставший лендлдрдом Муравы), заключить договор с неподалёку расположенной воинской частью на поставку квашенной капусты, за помощь рабочими руками, железом и солью.

Советских солдатиков в ту пору привлекать было чревато - учили их военному делу настоящим образом, а вот в немецких военнопленных недостатка не было. Больше 2-х миллионов их в Союзе восстанавливало ими же и разрушенное, и парочка зашуганных арийцев выделена была на хутор батраками "страдат"("работать"- лат., да и в русском сохранилось слова "страда") официально - для сельхоз.работ, причём с кормёжкой, военные даже мерина в придачу предоставили. Теперь уже немцы заселили недавно опустевшие партизанские бункера под теплицами и растили в последних рассаду, а потом пересаживали её "на большом колхозном поле".

Своих "прав человека" расконвоированные не качали, сказывалась в подкорку вбитая прусская муштра, да и режим существования являлся тоталитарным и прохлаждаться не получалось. Трудились от зари - до зари, как и хуторяне, но и питались с эксплуатирующими их за общим столом - картошка с капусто без ограничений. Впрочем им и паёк(сухой +) всё же выдавать стали по месту учёта, ведь хлеб и многое другое в Мураве не произрастало, да и то же мыло не варили, хотя даже пленных научили париться в бане, обходясь веником и щёлоком из золы. Что русскому хорошо, немцу смертью не обернулось, более того, смогли они познать нирванну!

Ибо в Союзе бывало и цены снижали! И в денежную реформу 1947 года пиво в стране Социализма подешевело на 10%. И иностранные Ударники соц. соревнования премировались по 0.5 заводского "Рижского", причём в Риге и сваренного, да в придачу на закусь отведали вяленной гадючатины. Вобла рядом не стоит-лежит-плавает, если кто не пробовал. Они сей деликатес не пробовали, но то что отведали натуральный NATTER, осчастливленные только на следующее утро узнали, по этому рвотных позывов не последовало. Напротив, прониклись гордостью от своей крутизны, ведь обещано было им, если стараться будут, так даже попробуют в своей жизни CAVIAR. Заморский, баклажановый ! На практике постигая то что умом Россию не понять, а Латгалию, c её микст-таутай(смешанным населением) - тем более.

"Нет вечных врагов, нет вечных друзей" - этой истине уже тысячелетия, и сразу не разберёшь "плох он или хорош", только всех в горы не потянешь, да и меняются люди с годами частенько, становясь бывшими друзьями/ Но порой и наоборот. Последний вариант произошёл с пленными немцами - бывшие враги, осознав свои прегрешения и искренне повинившись, превратились не только в друзей. Более того, после того как осушили рюмочку на брудершафт("брудер" - брат по нем.) и раками закусив, дошла до обманутых библейская истина ВСЕ ЛЮДИ БРАТЬЯ. Но только русские, как старшие, от себя последний кусок отрывая, шкодливых младшеньких кормят.

Можно было быть уверенным в том, что впредь, какой бы непреодолимости не сложились обстоятельства, но эти двое скорее забеременеют, но в "дранх на брудер" не отправятся. Рифмоплётствуя "никогда мы не будем братьями" за то что хотелку про кружевные трусики не исполнил. Впрочем и само слово "нация" весьма условно. Балви, бывшее до войны классическим еврейским местечком, с преобладанием иудейского населения, а ныне от него "очищенного", тому доказательство. Хотя и богом избранные появились в Инфлянте только вместе с поляками, несколько веков назад. Но если судить по распространенному окончанию "-ава"("вода" - фино-угр) - у слов "канава", "Даугава", "Мурава", "Плескава", "Маскава" , кто тут "коренной москвич" следует разбираться.

Вот этим интернациональным микроколхозом, в свободное от основной работы время, дом построили Нилу новый. Вернее собрали сруб из "слегка подвяленных" брусьев - дожидаться от 6 до 10 лет пока "дерево умрёт" было нема часу - усиленно ходили слухи о том что скоро пленных станут отправлять домой. А в одиночку, по уверениям Маяковского, не поднять даже простое шестиметровое бревно. И довольствоваться пришлось распространнённым русским строительным принципом "пусть плохо и с недоделками, но объект сдать в срок". Будто строил Нил не для себя, но выбора не имелось.

Что бы и так успеть, Нилу Бога, а скорее начальство над пленными, следовало благодарить, за то что выделен был помощь ещё один подсобник, за год перед тем как халява кончилась и немцев у него забрали. Вот сам-четвёртый и управился самостроевец в черновой сборке терема, причём уложившись в смету. Ибо метизы ещё до реформы закуплены были по старым ценам, а стекло на окна так и вовсе у немцев на теплицу полученные сгодились.

Он неё, кстати, избавляться пришлось, как и от всего кваш.капустного бизнеса - слишком товар капризный да трудозатратный и без дармовой раб.силы (в буквальном смысле) производство не рентабельно. Не случайно же при совке на овощебазы доцентов с кандидатами гоняли "пролетариату помогать". Так что "партизанский" бункер-схрон под новостройкой оказался и превратился в подпол(неафишируемый). Под которым ещё один тайный подпол имелся, про который и вовсе кроме деда с бабулей никто не знал. Хранились там молочные канистры с драгметаллом - 5-латовиками, 10-злотниками и немного царского. А так же оружие разномастное, почти без патронов, но не выбрасывать же добро, потому ухоженное и в смазке долговременной.

Впрочем, знал ещё и первенец бабушкин - Рихард, ибо от туда он довооружал и перевооружал в июле 41-го пробивающийся к Красной Армии взвод Рижских курсантов, имевших на руках то что досталось от буржуазной республики. "Санитарного пояса от большевизма", Западом потому и вооружаемого, но тем что не жалко.

Примером служила сверхточная, но и сверх-чуствительная к грязи канадская винтовка РОСС(разумеется под "английский" патрон, уже в 1915 снятая метрополией с вооружения почти без настрела стволов. По окончании Великой войны это "добро", по старой британской привычке, было подарено лимитрофу, дабы тот воевал с русскими "до последнего латыша", но оный удовлетворился ЯунЛатгалией(Новой Латгалией) - Пыталовским районом Псковщины, и до Урала "Великую Латвию" создавать не стал. Так из подаренных ружей и не постреляв толком. А в наступившие мирные времена покупать у Британии патроны жаба душила, потому "красно-бело-красных" латышских стрелков, учили не стрелять, а разбирать-собирать имеющееся оружие. Лишь дюжине снайперов позволяли радовать народ на праздниках Лиго стрельбой по пивным бутылкам(пустым), убеждая оный в несокрушимости и легендарности могучих ВС(местного значения).

Были сохранены на вооружении так же американские Винчестеры под "русский" патрон, закупленные в 1915 году царём за океаном, поначалу розданные латышским стрелкам, но по причине капризности (не стрелков) заменённые на Арисаки, разумеется под "японский" патрон. Вот со всем этим разно-ствольем и встретил немцев в 1941 году вошедший в состав РККА Латвийский территориальный корпус, быстренько расстреляв носимый боезапас.

Вот и проведённый тогда по немецким тылам в Мураву Рихардом отряд был как бы вооружён, но самым действенным в том оружии был длиннющий штык японской винтовки. (Не)стрелялки и были заменены запасливым Нилом на два десятилетия хранимые им Маузеровские карабины. Первой же добытой у случайных мотоциклистов пулемётной коробки с патронами хватило курсантам пробиться к своим. Потому и в крайний раз, уже став майором разведки, Рихард отцу "оружейный хлам" попросил хранить вечно(кто знает, может японцы оккупируют когда?) и даже на то документ секретный выдал.

Произошло это неожиданно, ибо "третьим военнопленным" в заквасочную бригаду он и оказался, выделенный в штопанное-перештопанную форму гренадёра. Опытные родители вида "что знакомы" не подали и внедрение прошло успешно, а после года совместных трудов на благо малой Родины, его со всей закорешившейся бригадой "вернули" в Фатерлянд. Где его уже ждала ранее заброшенная боевая подруга.

Глава 11

Правильней сказать "фройлян" не забрасывали, а привезли с комфортом в мягком вагоне, ибо по заданию ей следовало поступать в Венский университет, а Австрия находилась пока под оккупацией Советской Армии. Последний факт позволил обойтись без тягот и лишений и оформить разведчицу как рвущуюся к знаниям заезжую буржуйку, "наследницу всех своих родных". Таковые и в ту лихую пору встречались, потому внимания не привлекали. Тем более, находилась она под неафишируемой "крышей" Особого отдела Советской оккупационной комендатуры, давно научившейся как распутывать, так и запутывать следы.

Молодой женщине под видом приобретения, выделен был выморочный, небольшой, но уютный коттедж и вполне приличный легковой автомобиль, так же якобы купленный богатенькой буржуйкой за наличные. Имидж мажорки в тот бардаке создать было не затратно, особенно за чужой счёт. С поступлением в Рудольфину на Псих.фак., где до Аншлюса профессорствовал сам Фрейд, так же трудностей не возникло. Тем более что девушка действительно имела солидную наработанную базу, как теоретическую, так и практическую (даже у Вольфа Мессинга стажировалась негласно). Да и с оплатой за учёбу не жалась - все ценные знания не дёшевы, иначе их не ценят. Вот к обжившейся на новом месте супруге и направлялся Рихард, нести свою тайную службу, которая и опасна и трудна. И на последок, дабы её облегчить, шепнула благородному разведчику мама номер счёта в швейцарском банке, на котором пережили очередные Смутные времена средства Общества Черноголовых, резидентом коего, попутно с прочими обязанностями, отныне он становился.

Дом достраивать пришлось без него и его немецкой бригады, благо младший брат, да Яшка-цыган на каникулы приехали и дранкой успели до дождей сруб накрыть, дабы просыхал, а не гнил. Хотя, только прибыв в отчий дом, потребовалось разновозрастным студентам в оном доме пару дней одним на хозяйстве остаться. Обоим родителям по срочному делу в Ригу отбыть потребовалось, да и сестричку их младшенькую - Вареньку, с собой прихватили, дабы на большой город посмотрела.

Многими годами позже, под большим секретом, выяснилось, что так изощрённо засылалась не рядовая разведгруппа и не с рядовым заданием. Засылали их на очень долгий срок и даже Берия или Абакумов, в чьих ведомствах трудилась пара в годы войны, не догадывались ни о чём. "Растворившаяся" руппа являлась личной креатурой не очень умного, но хитрого и лично преданного Суслова, которому товарищ Сталин доверял как себе.

Основным заданием засланцев являлся поиск золота Рейха, с переориентацией его в золото Партии(на "всякий пожарный"). Вождь Народов и сам по молодости занимался за границей похожим. Даже звонарём в Италии приходилось становиться для прикрытия, про свой маленький гешефт не забывая - кушать ведь и ему хотелось. Потому снисходителен оказался и к "бизнесу Черноголовых" - не народное же добро крысятничали.

Суслов же устраивал Вождя за ещё большую изворотливость и показное приспособленчество. Способный выжить при любом изменении "Курса партии", неизбежного после смерти Генсека. Политбюро являлось серпентарием ещё тем. Если даже "верный ленинец" Ворошилов, в подпевалы к троцкисту Хрущёву записался, когда тот Крым к Украине присоединял, о чём говорить? "Серому кардиналу" Суслову, дабы сохранить "общак Партии", живя с волками следовало выть по волчьи. Благодаря за то что хоть в три горла жрать самому, и детей спаивать, не заставляли.

Узрела она то, что редко кому из латвийских жителей доводилось видеть - Красный зал бывшего здания Дворянского Собрания, очередной сменившейся властью присвоенное. Где сам Глава этой Советской власти - профессор Кирхинштейн вручил мамочке и папочке красные коробочки и руки пожал улыбаясь. В тех коробочках оказались не духи, а большие красивые значки, но родители сказали что это ордена, называются "Знак Почёта" и очень ими загордились. А как вернулись домой, то загордились вместе с ними и там остававшиеся пуйки("мальчики" - лат.).

К счастью, подковёрные бои в Кремле, небольшой хутор в Латгалии не затрагивали, хоть и там жизнь была не проста. Но принцип "заплати налоги и спи спокойно" позволял всё таки выживать, да и сколько оставшимся там трём ртам требовалось? Ещё и пуйкам-студентам выходило отправить рыбки или мяска копчённого или сало-масло да лучёк-чесночок, выросли не балованными, но и голода не знавшими, ибо не ленились. Как раньше - в рутинных сельских трудах, так и после - в учёбе.

Которой, как и всему на свете, конец всё-же пришёл, первым закончил сельхоз.академию Афонасий , и став инженером-мелиоратором обратно в родную Латгалию и вернулся - её болота осушать. Труд это тяжелый, маркий, но благодарный. Ведь даже в заболоченном лесу прокопанная дренажная сеть увеличивает выход древесины в разы, а что же тогда про превращающиеся в плодородную пашню луга говорить? Про закон убывающего плодородия почв тома написаны, так гумуса за века в болотах без счёта скопилось, да и площадей не используемых ещё не одному поколению осваивать. Причём труд мелиоратора оценён должным образом, в колхозе и в половину не заработать, значит и от невест отбоя не было. И выбрать удалось лучшую - и умную, и красивую, и работящую, чудеса случаются. Свадьбу в уже основательно просохшем новом доме сыграли, благо, что советскими солдатами в войну проложенная гать к нему для всех желающих проход через болото открыла. Прям как в Риге, где ГАТЬве с иела("улица"-лат.) чередуются.

А там и детки пошли - всё как у людей. Так время и шло - для маленьких медленно, для стареньких - быстро.

Яша уже окончил музыкальный интернат и на свадьбе названного брата на своём аккордеоне свой талант демонстрировал во всю, так же от невнимания женского пола не страдая. Но оставаясь при этом равно благосклонным ко всем, не выделяя никого, ибо рано ещё жениться, дальше учиться решил. Хотя, кто не без греха, случалось что и с очередной певуньей в стогу ночевал, но без обязательств.

Инструментом юный музыкант на жизнь зарабатывать не пожелал, на свадьбах играл только для друзей и даром, боялся по цыганскому поверью "талант продать". Не в аккомпаниаторы же к какой-нибудь престарелой и ревнивой певчихе-валеночнице наниматься. Вспомнил, что любил всегда примусы починять и поступил в открывшееся в Даугавпилсской крепости военное училище авиатехников, которое и закончил успешно, а получив лейтенантские погоны, с удовольствием провожал в небо самолёты на аэродромах Приб. ВО, в свободное время наяривая гармошку.

На всех местах его службы так же грехопадения случались, с завидной, даже для лётного состава регулярностью. Ведь летунам официантки "давали" только при наличии серьёзных намерений, иначе зачем было на копеечную работу наниматься? А "неперспективному" технарю, отдавались "по любви", ибо играл и пел он много лучше радиоточки. Так что сердечко таяло, а потом и всё остальное, хотя такого эффекта смуглый красавец добивался уже другим инструментом. Но в Политотдел заявлений на белозубого и улыбчивого "артиста" никт не носил, напротив, был случай когда с повышением на другой аэродром перевели именно по его ходатайству. Ибо у жены комиссара Лиды, на старости лет неожиданно обнаружилось либидо. Вот от греха ... !

Яша всё ждал когда его суженая подрастёт наконец, ведь кроме Вари он другой жены себе не мыслил, а она была его несколько моложе. Что до свадьбы случавшихся "грешков", так какая лошадь от овса откажется? Руки он мозолил на работе. Да ещё невеста после школы на Биофак ЛГУ поступила. Благо что от Тукумса до Риги электричка через всю Юрмалу бегала. Пусть разделяло любящие сердца шесть десятков км, но по выходным встречи были позволительны.

Тут уж "доступ к раганскому телу" был наконец получен, но с предупреждением, о том, что если ещё хоть раз гульнёт, так уд его не встанет больше до самой смерти. Да и не хотелось больше мужику на сторону. Прям :" Гаврила был примерным мужем, Гаврила жёнам верен был ... ". Сочетались они по обычаю в Балвском ЗАГСе, куда явился старлей в парадке , а на свадебку, которая пела и плясала под его гармонь переоделся уже как ром - в рубаху алую и шляпу с пером уже по обычаю. А гульнули в доме, к строительству которого и сам жених пацаном руку приложил. Командование части автобус выделило и холостых офицеров хватило на всех окрестных доярок, да и последующая драка с местными механизаторами потрясла своей эпохальностью. Долго по району молва гуляла про cию знаменательную битву.

Оттянулись все с душой и непосредственный командир молодого мужа, схлопотавший огромный бланш и вдохновлённый пережитым, подал ходатайство на предоставление старлея к очередному званию чуть ли не в стихах. Чем потряс руководство и упала заветная капитанская звезда технарю на погон, а после предложено было "на заработках" в ГСВГ послужить. Там на марки жить, да импортом прибарахляться, а в Союзе, рублёвое жалование будет на книжку капать. Что ещё надо что бы встретить старость? О которой никогда не рано думать! А что с нашей семьёй дальше произошло, написал я в самом начале моего повествования. Потому продолжу описывать житие своей родни и близких.

Глава 12

Явно не типичные, у всей нашей родни семьи складывались - жили без скандалов и о разводах не помышляли. Как пары лебедей - верные друг-другу до конца жизни, не хитрившие между собой да от общего дела не уклонявшиеся, и от семейных радостей счастливые. Про "не пью, не курю" и не поминаю, даже Яша, у которого по тех.регламенту к спирту свободный доступ имелся, как другие технари по аэродрому с кружкой в сумке с инструментами не ходил, отшучиваясь от подколок коллег тем что и так своей дури полно без допинга. Не растолковывать же каждому, что для мужа раганы бонусом полагается анонимное кодирование от алкоголизма и табакокурения, про торчков в те поры краем уха слышали как об извращении заморском. Да и с местными вредными привычками борьба велась без фанатизма , на парочку-троечку хмельных чарочек, для поддержания беседы в приятной компании, добро изредка(раскодировку) от супруги получал.

Став непьющим, злая шутка с умелым технарём приключилась, не отпустил его комполка на заработки - такая корова нужна самому. Поводы оправдательные конечно нашлись и даже квартирку в новом доме выделили. Со всеми удобствами разумеется, а заграница никуда не убежит - как только, так сразу. В добавок, неподалёку - у Кемери, выбравшись по осени за клюквой, обнаружила Варвара среди множества прочих и "своё" болото, которое так и называлось "Рагану"(Ведьмино). Причём явно не спроста народ так его обозвал, как и бьющие неподалёку "Святые источники". Отличалось оно от латгальского только тем что пресмыкались перед ней на нём не гадюки, а ящерки. Пусть мелкие и не ядовитые, но так же кусачие, если кто их обижал, к тому же и хвост свой сбросить способные при опасности. Как, не понятно, но привели они новую хозяйку по неведомой(прочим) дорожке к здешнему месту силы, почти такой же как и в Мураве "пауэр-банке" - камню с рунами, только совсем мхом заросшем и не обнаруженным даже с воздуха. Воистину - удивительное рядом, но не всем его дано ощутить.

Варя, еще во времена прохождения Университетской практики в Институте микробиологии им. Кирхинштейна (того самого что вручал после войны ордена её родителям) проявила девушка неосторожность и сжалилась над директором института, страдавшего болью в суставах. "Зарядив" на Муравском ведьмином камне (магический "пауэр-банк") с литр местной торфяной жижи, а потом по тысячелетнему рецепту перемешала его с пропущенными через мясорубку плодами конского каштана и добавила отдушек, что нашлись. Общеизвестно что каштан действительно иногда помогает, и Доктор медицины уже этот рецепт пытался применить, но боли не прекратились. На этот же раз снадобье практикантки действительно оказалось волшебным - запрыгал учёный старичок как козлик молоденький. Варю же, после получения Диплома (разумеется красного), сходу приняли в НИИ младшенькой научной сотрудницей, с условием что бы зелье своё шэфу бодяжила. Трудозатратно в этом оказывалось только каштаны по осени собирать, а канночку "заряженной" торфяной жижи она после каждого посещения родителей привозила.

Но после того как вышла МНС замуж, пришлось её в декретный отпуск уйти и канал поставок накрылся. Только доцентов с кандидатами было в Институте и так полно, вот и ринулись они по не скрываемой Варей технологии (за исключением малюсенькой антинаучной подробности) пытаться плагиатствовать. Ведь как завещал великий Сталин "незаменимых у нас нет", и такой шанс остепениться-обогатиться упускать нельзя. В итоге, понесли к директорским суставам "на тестирование" точные копии (почти китайские), но не исцеляющие. В институте поняли наконец что "дело в ручках" и к ним отправлена была целая делегация уполномоченных на любые условия, лишь бы производство зелья возобновилось. С разрешением уже СНС появляться в головном НИИ только в день зарплаты и всяческом содействии в написании диссертации. Уговорили в итоге наивную девушку прожжённые научные совратители.

Государство теряло не много - жалованье неостепенённых было мизерным, уступало дворницкому, а до написания работы ещё кандидатский минимум надлежало сдать. Всем на удивление, сдала Варя иностранный в тот же год с блеском - ведь чуть не с рождения в немецкоговорящей среде обитала. А так исторически сложилось, что научных журналов по микробиологии на немецком поболе выходит чем на английском - значит публиковаться есть где, научное имя зарабатывая. И не из пальца(как обычно бывает) высосана была инфа, ведь тестировался препарат и в Союзе, и за рубежом, только объёмы его производства были строго ограничены (размерами кухни где бодяжили), да и смысла не имелось попу рвать за гроши, а 10-литровая канистра и так ежемесячно в НИИ доставлялась. А куда после расфасовки по мелкой таре далее направлялся "бальзам" никого не касалось. Только проводилось это аж из фельдегерской почты вооружёнными майорами.

В военных городках участковых милиционеров не имеется и "на предмет поиска самогонного аппарата" стандартным путём было не зайти. Но а армии ещё больше средств принуждения, и прессования, только всё равно технологию раскрыть не получилось даже с использованием самых серьёзных рычагов. Ибо капитану с женой бояться было нечего, проще шлангом прикинуться - "дальше фронта не пошлют, меньше взвода не дадут". Пусть теперь уже начальство проявляет солдатскую смекалку и ЗАИНТЕРЕСОВЫВАЕТ! Только атрофируется сие под генеральской фуражкой, и вспомнили тут мудрые военоначальники, что чете, некогда молодой, давно обещалась загранка и если ждут обещанного по традиции обычно три года, то и эти сроки вышли очень давно. Уже второй ребёнок (то есть Я) в ячейке общества появился. Вот и летите голуби, летите, пусть теперь у командования ГСВГ голова болит, да и за рубежами легче военной тайной прикрыться - телефонное право там Контора контролирует тщательней. Да и трёшку пусть теперь другие им выдают.

Спасибо и на том, сборы были не долги. Только от нужды к болоту гонять, мотоцикл "Урал"(с коляской), купленный за полторы тысячи, всего год в очереди простояв, подарили Нилу, окончательно на пенсию собравшемуся, а значит лишавшегося казённой полуторки. К трёхколёсному транспорту я бесплатно прилагался, ибо быт семьи в перспективах в густом тумане пребывал. А в Мураве, вновь пребывали мы в тесноте, но не в обиде, да и пригляд за мной плотный получался, плюс солнце, воздух и вода да сбалансированное белковое питание.

Прям классика :" ... огороды мы пололи, загорали у реки и в большом, колхозном поле собирали колоски". Бабуля только констатировала, что на мне природа отдохнула. Ни слух музыкальный от бати не перенял, ни ведовство от мамы, только и знал, что день-деньской на смирном, пасущемся бычке катался. Но по вечерам всё таки получал объёмистый курс дошкольной подготовки, не даром же смолянкам при выпуске вручали диплом домашнего учителя.

Так что в рижскую школу отправила она меня не валенком деревенским, а весьма для своего возраста разносторонне развитым. Достойным сыном Кандидата Биологических Наук и Зав.лаба , успевшей остепениться к тому же в Междисциплинарном центре биологии и инфекционной медицины Берлинского университета имени Гумбольта. Где фрау Барбара была широко известна в узких кругах, случайно реализовав очередную затею Политуправления ГСВГ, по части "дружба-фронштафт". Но осиротевшим - папу в Афгане подбили.

Напрасно батя решил так далеко долг интернациональный исполнить, если бы мама ближе оказалась, почувствовала бы неладное и нашла бы способ беду отвести. Ведь во всякой любящей бабе рагана просыпается с умением сердцем чувствовать. Но другой долг - родительский, горе её уменьшил, детей учить стало очень затратно, а их любила не меньше. К счастью, разрешили в СССР кооперативное движение и при Институте Микробиологии организовала она шарагу по производству БАДов и т.п. , экспериментируя помимо каштанов ещё "по классике" с жабами, мухоморами и прочим натурпродуктом.

А настойка "тибетского мумия собранного, в тайных пещерах монахами Шаолиня" продавалась по ценам превышающим пики того же Тибета. Но "пипл хавал" , как и Чумаковых с прочими теле-шарлатанами. Но её "настойки" действительно помогали, ибо осколки загадочного метеорита, некогда по поверхности рассыпавшиеся, способны были только через "особенных", людей, вытянутой из планеты "особой"-же энергией заряжать хоть жижу торфяную, хоть "воду святую", хоть сливовицу или спирт.

О том, что моим "коллективным папой" , а после и "коллективным реабилитационным центром" стала родня и близкие, уже писал, но не добавил того, что их оказалось так много, и проявились многие весьма неожиданно. Меня спасли буквально ВCЕМ МИРОМ, и обязан я стал поставленную задачу исполнив, свою признательность выразить КЛАНУ или СООБЩЕСТВУ спаянных одной цепью. Не кровной или религиозной, а оказавшимся заразным стремлением ЖИТЬ ПО СОВЕСТИ, без официальной демонстрации того. Потому следует продолжить жизнеописание окружающих дабы понять как всё навернулось. С дяди Афанасия начав, который мелиоратор.

В Сельхозакадемию, как фронтовик, принят он был без экзаменов, и закончить бы её, хоть на трояки, заставили бы по любому, но положением своим он не злоупотреблял и учился усердно. Ведь искусство копания мелиоративных канав мало отличалось об умения рыть траншеи и окопы, километры которых у него за спиной лежали. Если бы в мирных целях сей труд был осуществлён, то вся заболоченная отцова земля в Мураве, превратилась в плодородную пашню. И долбя под обстрелами своей малой пехотной лопаткой землю, поклялся себе не раз , что научится делать это машинами и если не город-сад, то хоть просто в поля изобилия превращать станет Отчий край.

По распределению, в родные края и вернулся он дипломированным специалистом, беда только в том, что курс Партшколы был на пару лет короче, да и принимали туда не столько фронтовиков, сколько проверенных членов с большим стажем. Место нач. мелиорат. колонны уже занято было таким партвыдвиженцем, не имевшем понятия что такое теодолит. Но вызубривщий "Капитал" от корки до корки. А всё потому что старшиной в Политотделе за пишущей машинкой "Ундервуд" всю войну просидел и получил там направление. У сапера Афони были чистые погоны с чистой совестью и билет только комсомольский, поставленные и снятые мины, а так же взорванные и наведённые под обстрелом мосточки в счёт не шли. Но нельзя сказать что начальник был беcталантен, в профессии "руководитель" он преуспевал, и сказать молодому специалисту "пойди туда, не знаю куда. принеси то, не знаю что" он любил. При этом оплачивая труд "гнилого интеллигента", к примеру за восстановление трофейного экскаватора, вдвое ниже "гегемона", по пьяне его движок запоровшего. Абсолютно законно!

Начальник же его, и в технике, и в мелиорации , ни уха, ни рыла не волок, но прекрасно разбирался в постоянно меняющемся курсе партии и "что, где, почём", потому по части "достать-договориться" преуспевал всегда. И для себя-любимого, и для своей конторы пользу получая, а это своё умение считал главным в жизни. Приспособленцы выживали при любом строе, и вверх по карьерной лестнице продвигались быстрее прочих, ибо способны были или инструкцию предъявить, промахи оправдывающую, либо эти промахи на других переложить.

Тут у "соседей" - в Псковской области, беда случилась, во время осушения заболоченного леса, глубоко в торф ушедшая неразорвавшаяся авиабомба сработала. В куски разорвав в Курновском лесничестве лежавшей на глубине полутора метров ФАБ-50 траншеекопатель, разумеется с механизатором. Опасные места приехавшие сапёры обследовали, но вот в местной ПМК 4, смельчаков-экскаваторщиков больше не нашлось работу завершать, ни за какие деньги. Обратились к коллегам, золотые горы суля смельчаку, вот Афанасий и вызвался помочь и весь летний сезон провёл за рычагами Челябинского Т-330, от темна до темна, а то и "белые ночи" прихватывая. Свезло - жив остался, изрядно обогатившись, да ещё и женой обзавелся - дочь лесника, у которого квартировал, "выкрав". А вернувшись в отчий дом, ещё и повышение по службе получил, партвыдвиженца сменив и Колонну возглавил.

Про жену его - Акулину(сокращенно - Лина, а не то что вы подумали) так же написать следует, хотя бы по причине того что латышским языком владела эта псковитянка перфектно. К тому же обладала множеством прочих достоинств, как природой данных, так и за казалось-бы недолгую жизнь благоприобретённых. Весь сезон наблюдала она за работящим постояльцем и первоначальная симпатия переросла в притяжение, причём вовсе не потому что мужиков война повыбила и любые "штаны" в мужья годились. Девушка выросла красивой да статной и мужским вниманием, не смотря на жизнь на кордоне, обделённой не являлась - поводы наведаться, совсем не бросовые женихи изыскивали. Выбрала же девушка не по расчёту, а сердцем, вечно грязного залётного работягу, ибо то что у него высшее образование узнала после свадьбы. А то что назначили Афоню Начальником колонны, стало сюрпризом для них обоих, как и её отца - лесника, увы не успевшего нарадоваться от общения с дочерью.

Ведь уходя на войну, оставил он её с матерью ребёнком, а вернулся на пустое пепелище. Каратели с партизанами боролись методом вызженной земли - мать умерла, а девочку, среди сотен, а может и тысяч сирот немцы увезли в Латвию и дозволили хуторянам разбирать себе малолетних помощников. Лине повезло, достался ей не злой хозяин - потомственный меж(лесной)саргс(охранник), жене которого с немалым хозяйством было трудно справляться. За столом девочка-батрачка наравне со всеми ела, причём сытнее чем раньше, но и трудиться сметливому подростку требовалось наравне, что во вред не пошло, научилась многому чего не умела. Потому вырасти получилось здоровой да хозяйственной, а то что её хозяин как бы немцам прислуживал, леса охраняя. Как до того он те же леса считавшиеся "народными" стерёг, а ещё раньше - хозяйские, а его предки - царские угодья берегли. Лошади без разницы кто её захомутал, либо псу всё равно кто поселился в охраняемый им дом, лишь бы кости не забывали бросать новые хозяева. Различие имелось лишь в степени обглодонности мослов.

Пол-года потратил отец на её поиски, и не ясно, упорство или везение помогло ему отыскать единственного родного человека на земле. До лесного кордона он добрался и даже в пояс поклонился людям, его дочь от голодной смерти спасшим. А когда вернулись они на Псковщину, то внял совету своей наследницы, не менять ставшего привычным для неё образ жизни. С помощью ставших начальниками однополчан, смог так же устроиться лесником на кордон. Где уже Акулина превратилась в расторопную хозяйку и на пару с отцом они хозяйство наладили. Кобылка отцу служебная полагалась, а под сенокосы в лесу полян хватало ещё и на тёлочку. И ничего что без руки солдат с фронта вернулся, изловчился почти со всеми делами справляться, а дочь - даже высокие травы сама косила и как официальный "лесной рабочий" наравне с отцом получала хлебную карточку.

Когда же уехала молодая жена за мужем, то её место на кордоне заняла вдова с парой дочек, заживших явно сытнее чем на колхозных трудоднях. Пусть и маленькое жалование находившегося на гос. службе лесника, в купе с так же невеликой пенсией по инвалидности, уже давали шанс на неголодное существование, а ведь ещё и своё подсобное хозяйство подкармливало, не говоря об охоте и рыбалке. Курочка по зёрнышку клюет.

Лина и в мужниной усадьбе развернулась, ведь "пришёл Маленков и поели мы блинков" - зверские налоги на каждый куст сократились, хоть и не на долго, "Хрущь прищел .. (дальше матерно)". А кустиков и черенков разных сортов она ещё из Латвии в отцовское подворье навезла. Теперь черенки из отцовского сада вновь в Латвию вернулись, только восточную. К слову сказать, лесник из Видземе, что её в войну приютил, прям доморощенный Мичурин был. И тащил к себе всякую редкостную растительность, что добывал всячески. Искусству прививку и девочку научил - у неё "лёгкая рука" оказалась. Его потом лесопитомником заведовать перевели, а после в Ригу, в республиканский Минлесхоз. МИНИСТРОМ! Но и на этой неспокойной должности он и книжки умные успевал писать, и прививать не переставал, пытаясь на осине вырастить апельсины.

Глава 13

Когда в Мураву родители "сдали" малолеткой меня, там только младший сын дяди Афанасия ещё оставался. Да и он по окончании школы в Калининград вскоре уехал, поступив в военно-инженерное училище, династию продолжая, ибо со всеми траншеекопателями и экскаваторами с детства хорошо был знаком, на каникулах у отца трудясь. А два его старших брата уже учились в том же городе, только на моряков, один на военного, а второй на рыбака. Мне они все приходились двоюродными братьями, но реально познакомились мы лишь в зрелом возрасте, когда вновь власть сменилась и сами своими детьми обзавелись. И таких мало-, а то и незнакомых "родных и близких", как я позже выяснил, набиралось очень много, причём в разных городах и весях.

По латгальски выражаясь, все они были для меня БРАЛИ, не ударяясь в степень родства или "названности" и в этом смог убедиться, когда меня спасать собрались. Впрочем и мама, когда её братец привез в Мураву Ольгу, не начала заморачиваться с поисками в "табели о рангах" её статуса, и обращаться к почти ровеснице стала просто МАСИНЯ (сестричка). Да и нет в латышском языке всяких свекровей и зятьёв, всё проще - ВИРА (мужа) МАТЕ(мать) и МЕЙТАС(дочери)ВИРС(муж). И т.д. и т.п. ибо все РАДИНЕКИ (родня), прямо как в Писании БРАТЬЯ И СЁСТРЫ!

И внутри этого "сообщества" не ровные отношения всех со всеми складывались, повторюсь, с большинством "родни" я до травмирования даже знаком не был. Тем приятнее было убедиться в верности поговорки "Не имей сто рублей, а имей сто друзей" , тем более что на лечение и реабилитацию ушли суммы на порядки большие. Без разницы как называть такой уклад РОД, КЛАН, СЕМЬЯ, в Сибири староверов так и зовут "семейские", даже куплет "скованные одной цепью" требует дополнения - ДОБРОВОЛЬНО. Авторитарной сектой тут даже не пахло, ибо не существовала церковная десятина.

Хотя помощь ближнему, и прежде всего родственникам или единоверцам (хотя даже иудеев в войну от лютой смерти спасал дед) была будто в мозг запрограммирована. Для убедительного примера потребуется очень сильно вперёд забежать , ибо когда в очередной раз Киев замайданил, и по Ляшской Краине, после переворота, людей принялись на междоусобицу выгребать, появились в Риге беженцы от призыва. Среди них и липоване из придунайского Вилково оказались. Не могли 50 тысяч старообрядцев Латвии единоверцам в помощи отказать, а всякая столица нерезиновой быть обязана. Вот и позвонил тогда "курировавший" меня начётник с просьбой приютить и трудоустроить хоть парочку работящих парубков. Свободного жилья, в изрядно опустевшей Куправе и на пару тысяч нашлось бы, хоть вновь завод запускай. Если бы разрушен он не был как в песне, то есть "до основания", только вот "затем" не произошло - никто Мир новый строить не пожелал.

Про липован осталось добавить то, что не как Остап Бендер нелегально они румынскую границу пересекли, Дунай по льду перейдя, а вполне официально, как граждане этой сопредельной страны, ибо крупная тамошняя старообрядческая диаспора предпочла "ложь во благо" заповедям. Всего то новый бардовый паспорт в полторы тысячи евро каждому. Только положение на "новой родине" отличалось от прежней тем что в войско не загребали и по ЕС путешествовать (пока без права трудоустройства) дозволялось. Дозволялось так же с голода подыхать, вот и допутешествовались пилигримы до Латгалии, где их единоверцы на кошт поставили, но труселей кружевных не подарили, а вручили строй. инструменты и обозвав ТРУДНИКАМИ предложили храм воздвичь.

Благо что не с нуля и в голом поле. До развала завода, Куправа стремительно и КОМПЛЕКСНО успела разрастись с хуторка при железке до благоустроенного посёлка городского типа, немалая в том заслуга была его директора - одарённого руководителя-хозяйственника, безвременно ушедшего из жизни, спасая утопавшего. Его заслугами не только огромный комбинат построен был со всей инфраструктурой - котельной, так же весь посёлок обогревавшей отходами тепла, столовой и т.д. , но и с дюжину пятиэтажек, проекты которых совершенствовались и даже по инд. заказу успели из красного кирпича красивое и вместительное кафе подвести под крышу, а так же емкость из нержавейки на 400 литров(под пиво) вмуровать.

Дабы оную в цвет.мет. оставшийся без доходов люд не сволок, успел в Пагасте (сельсовете) весь недострой за 1 лат весь недострой выкупить, при условии его либо достроить, либо "сделать как было" (разрушить). Вот гастам из Незалежной и предстояло этим заниматься. Думал будут ломать, ибо легче так, но они сами предложили храм достроить. Что всех потрясло, ведь в старообрядчестве множество течений, между собой мирно уживающихся. Наше относилось к "беспоповцам", проповедовавшим "не стройте храмов Богу на земле, а стройте их в душе своей". То есть как по Жванецкому - "делай что хочешь, но по совести". И после совета с рижскими начётчиками, давшими добро, и "доработки" проекта тем же архитектором, работа возобновилась. Емкость первым делом извлекли от греха и в Мураву отвезли, кое что снесли, а потом из местного розового кирпича стали стены возвышать.

Ещё и в Вилково позвонив, подмогу себе, на святое дело позвали, добавив то, что кормят здесь сытно и трусиков кружевных полно(образцы почтой выслали), но живут по заповеди "кто не работает, тот не ест" и из трудников в трутни превратиться не получится. Но раз назвались груздями, так пусть в корзину и лезут, у нас "мы пахали" не выйдет, и без того дел достаточно. К примеру, мой крест пожизненный к вершине Олимпа стремиться, ещё обязан был детишек обучать культуре физической, да ближним помогать в меру сил, но только если они сами себе помочь настроены и не неволя. Когда же слышал, что аки черкес из седла только в постель слезаю, вместо того что бы так же трудником становиться и раствор с ними начинать месить, так это у каждого судьба своя - один жопу мозолит, а другой руки, и не известно чей Крест легче. Ведь Обет давал каждый по силам и способностям своим, и каждый должен делать то, что он делать мастер.

Что меня касаемо, так я уже к окончанию средней школы уже Кандидатом в Мастера(по пятиборью) являлся, потом правда помимо лечения, потребовалось в конном спорте с нуля начинать, тренируя как себя, так и своих четвероногих партнёров. Может потому то и получилось не только Мастером и по этому виду стать, но и Тренером, причём Заслуженным. Поскольку смог сам Мастеров вырастить с Божьей помощью, Богом же посланного мне в своё время Тренера, и ещё много-много кого, а так же везения. Выразившегося хотя бы в том, что не требовалось думать о хлебе насущном для себя и овсе насущном для коня. Спорт ведь занятие затратное, а некоторые его виды особо. Но и дисциплинирует спорт круче прочего, тем более если строить приходится не только себя, но и животное, доводя партнёрство до невероятного взаимопонимания.

Но слишком уж повествование вперёд забежало, немаловажные куски пропустив. Ведь дядя мой, мелиоративную колонну возглавил аккурат в то время когда в Куправе запустили выпуск дренажной трубки, а весьма дорогостоящую мелиорацию государство проводило за свой счёт, ведь все леса, поля и болота так же ему принадлежали и процесс перекладывания из одного казённого кармана в другой зависел только от правильно составленных и поднесённых бумаг. Почти без мзды - распитое в банях спиртное не в счёт, это ведь знак уважения. Дядя знал кого поить и добро на осушение заболоченной пятикилометрой перемычки между родительским(старым) и своим(новым) домом получил, и за год, превратив сотню бесхозных гектар, в плодородное поле, прирастил ими колхозные угодья, а уж инструктор райкома тут же увеличил тому план по молоку и мясу.

Волюнтарист Хрущёв давно отошёл от руководства и давая ценные указания плановые органы чего то там сложив, потом отняв, потом умножив, выделили фонды на закупку телят, постройку коровника и т.п. и т.д. . Суетитесь колхознички, ничего для вас не жалко, вернёте кредиты увеличением привесов и надоев, за старания возможно и награды удостоитесь. В те времена застойные, кажись почти былинные, Генсек и "верхи" очень всякие цацки любили нацеплять, но и "низы" периодически так же баловал.

Только редко кто эти награды носил, народ, в отличие от властей, стыд ещё не растерял. Несунов сие не касалось, впрочем, у них оправдания практически безнаказанному мелкому воровству находились всегда. Кто же не желал колхозный комбикорм для своего скота, либо гвозди на дачу со стройки воровать, мог уйти в моря или ездить на вахты. Непосильным трудом и житьём в вагончике без семьи, на очке рукоблудя при законной жене, ей( а порой и её хахалю) зарабатывать на более достойную жизнь. Альтернатива - "вы делаете вид что нам платите, мы делаем вид что работаем". На чернушку с картошкой, пойло и "Приму" хватило, значит Спасибо нашей Партии и Слава ! А долгожданное Светлое Будущее всё не наступало, обманули рабоче-крестьян как всегда, только ход истории обмануть не вышло.

Трюк этот не вышел с веками преследуемым течением Православия, из сменявшихся властей выбиравших всегда меньшее зло и жившее по заветам Ленина :"Конспигация, конспигация и ещё раз конспигация!", а так же Сталина, в тюрьмах да ссылках сформулированным "Не верь, не бойся, не проси". Не голодали и не бедствовали, но и богачества не выпячивали. Вынужденные отчасти перенять, став гонимыми, от некогда их предками гонимых волхвов-язычников повадки и ухваты мимикрии(ведь законы бытия не изменить), быт свой улучшая исподволь, не жадностью снедаемые, а благоразумием. Отказавшись от принципа "Старый мир разрушим до основанья, а затем...", черпая из "старого" лучшее и сливаясь с ним, ибо из тактиков переросли в стратегов, играя в долгую.

Когда в округе Муравы, вбухав сотни тысяч казённых рубликов, болота осушили и засеяли приращённые колхозные угодья урожайным "шведским"(красным) клевером, сам собой и "сухой" путь образовался к построенному, по сути в качестве скита, на острове среди топи новому дому. В ту пору по ТВ сериал про рабыню Изауру показывали, и мода на слово "фазенда" появилась, не избежал такого переименования и уже бывший скит, хотя превратился он в отдалённый хутор с вполне приличным подъездом в тупичке, идущим от старого дома раганы.

Так же для дальнейшего проживания и его капитально отремонтировали. Приподняв сруб на домкратах заменили пару сгнивших нижних венцов, а так же полностью сменили дранку на крыше. Грунтовку же между к хуторами, зависевшую от осадков, устлали поверх торфа, ещё и "дырявыми" стальными полосами разборного полевого аэродрома, что в войну по ленд-лизу поставили союзникам американцы. Но ныне "сборники" для реактивной авиации не годились и армия с удовольствием официально избавилась от захламлявшего склады "чемодана без ручки". Подсобив народному хозяйству на взаимообразной основе - в обмен на весьма и в Советской Армии ценимую квашенную капусту "домашнюю с клюквой".

Интересно то, что имея поблизости огромный кирпичный завод, коровник студенческий стройотряд за лето возвел из привезенного из-под Риги белого силиката. Особо ценная местная глина расходовалась исключительно на керамзит и трубку. Хотя скот на расцветке стен не циклился, а клеверными кормами удовлетворялся и тучнел. Не лишне бы было за один присест двойную мелиорацию провести и в те же канавы проложить ещё и поливальные трубы, ибо и засухи порой случались, но удорожать проект ещё на четверть, на взгляд вышестоящего руководства являлась уже наглостью и процитировала очередную "мудрость" Генсека -"Экономика должна быть экономной".

Лучше бы народную мудрость вспомнили про то что жадный платит дважды, но то не наше дело, "частный сектор" свой прибыток упускать не стал. Клеверные луга вокруг, неожиданно принесли обитателям обоих хуторов Муравы ещё один неожиданный бонус, к тому же легальный и значительный - мёд. Причём клеверный, который даже липовому не уступает и весьма ценен. А как с пчёлками обращаться, ещё пацанкой подглядела Ольга на кордоне у лесника, да и ещё дореволюционная книжка, ещё с "Ъ", соответствующая, во всё пополняющейся домашней библиотеке нашлась. По ней и ульи сладили, да первые купленные рои правильно в них поселили, а потом они сами делиться принялись - тоже ведь животноводство. Впрочем, так же немалых вложений на первом этапе требующее, а так же заинтересованных лично и талантливых пчеловодов, способных за ту же медогонку за ценой не постоять. Те кто на пол-литры всё измеряет для этого не годны.

Глава 14

Выражаясь экономическими терминами, КАПИТАЛИЗАЦИЯ НЕДВИЖИМОСТИ принадлежащей нашей фамилии до 1940 года, за годы Советской власти возросла на порядки, за что ей огромное спасибо! Но делалось это нас не спросив, так что после смены режима закон о редукции, на качество возвращаемых территорий и возведённых на них строений, внимания не обращал, даже без криков обошлось. Голосить оказалось некому, самые голосистые приватизировать спешили колхозные леса, трактора, коров. Что бы их тут же спилить, сдать на металлолом и пустить под нож. А потом пропить халявные деньги и ругать коммунистов, за то что так мало оставили.

Даже в Мураву заявлялись такие "борцы за справедливость" в надежде шифер с коровника содрать да пропить, но чуток опоздали. Как только колхоз распался, и народ азартно принялся резать на мясо бурёнок, опустевшие строения на своей земле её хозяевами были у Пагаста (Сельсовета) выкуплены по остаточной стоимости, то есть за гроши. А с казённой бумагой отбиваться от наглости соседей проще чем без неё, жаль что дед с бабушкой до веселья не дожили - авторитетные были "партизаны". Для особо ретивых топь изыскали бы даже среди осушенных земель, действуя по сталински "нет человека, нет проблемы". Но родни с яйцами у меня нашлось немало и на горло никого взять не получилось, к счастью для обиженных, вовремя смекнувших кто есть ху.

Верна поговорка "С сильным не дерись, с богатым не судись", наш же род и в том, и в другом, за десятилетия своего развития преуспел, да обзавёлся ещё рядом достоинств, не разбазаривая их. К тому же злопамятства не набравшись - отомстили и забыли, ведь ошибаться может каждый. Даже женой моей, хоть и не сразу, но в итоге соседка стала, к огромному взаимному удовольствию. Случайно всё произошло, дошколятами мы с ней неразлей-вода были, но вот разбросала судьба на десятилетие, а уже в выпускной класс переведясь, на каникулах вновь навестил дедов хутор.

Увидев набравшую сок подругу детства, дар речи потерял от восторга, к тому же с утра съел морковь, вот внезапно и вспыхнула любовь. Далее по шаблону - пил берёзовый сок, уже настоявшийся как шампанское, с ненаглядной певуньей в стогу ночевал, и так далее, со всем вытекающим. Твёрдо намереваясь жениться как только совершеннолетия достигну. Только года не прошло как вышибло меня из седла, как в прямом, так и в переносном смысле. Стал я калекой, уже о женитьбе на прекрасной девушке и не мечтая, ибо жизнь ей ломать морального права не имел. Однако за прошлые заслуги принятый в РИФиС. Попутно с учёбой на учителя физкультуры ещё и подопытным кроликом служа на кафедре спортивной медицины.

Где отрабатывался комплекс реабилитационных упражнений. Нескольким доцентам с кандидатами остепениться на моей боли и воле, сломившей долю скорбную, удалось, мне же избежать участи горбуна Квазимодо, да и духом окреп я изрядно, в борьбе с самим собой. В том мне и староверы-начётчики подсобили, не хуже йогов умевшие в молитве до нирваны довести, чем православная ИСИХИЯ и является. Неожиданно на Базе прикладных видов спорта в Клейстах, начиная как иппотерапийный комплекс телесно-ориентированных и когнитивных приёмов реабилитации, а после всё фанатичней ломая себя и животное, за студенческие годы уже чисто как конник дорос до КМС, с заветом на достигнутом не останавливаться.

Одновременно в Мураве (как и на всём Постсоветском пространстве), происходили крупнейшие перемены. Однако меня не затрагивающие и не очень то волнующие - собственных забот хватало без вляпывания в политику. Разве что на конюшне слышал порой разговоры тренеров, волнующие больше чем падение Берлинской стены. К примеру, о том что при Советах, деньги на нашу новую Базу в Клейстах, сам Глава федерации конного спорта СССР Михаил Семёнович Будённый(потомок того-самого маршала!) выбивал. Нынче же он в России остался, и хоть времена наступили не жирные и там, но как член бюро Международной федерации, за самостийных и самодостаточных больше на высоком уровне не похлопочет.

Значит надейся только на крепость ... ног, а овёс то подорожал и от общесоюзной кормушки, халявы больше не отсыпят, от ЕСовской же подкармливать станут исключительно правильно- ржущих(хрюкающих). Места у того корыта считаны, ибо ресурсы ограничены и предназначены во все времена сплошь хитрозадым. Стать таковым я не удосужился, но меня к счастью прикрыли родные и друзья - ведь и учиться, и лечиться, и тренироваться требовалось одновременно. Даже на похороны бабушки, и чуть позже деда, времени выкроить не получилось. Всё его без остатка отнимало то испытание, что выпало на мою долю.

Без моего посвящения, среди тренеров, мамуля как бы отобрала путного тренера. Достигшего пенсионных 60 лет, и новой властью "оптимизированного", то есть выкинутого и лишённого, в своей комнате в коммуналке, смысла жизни, с участью опустившегося алкоголика в ближайшей перспективе. Только дядя Виргилиус Брониславович(сокращённо Виго), как умный человек и сам смог просчитать своё будущее и решил его изменить. Дальнейшей целью своей жизни сделав тренинг меня, как до того он тренировал лошадок. Более деликатно выражаясь, сам у мамули попросился, в частном порядке стать моим индивидуальным спортивным наставником.

Поскольку пенсия ему уже тикала, к лошадкам со своим ветеринарным образованием в городе пристроиться котиков кастрируя мог, или при большой удаче в зоопарке, да и жизнь приучила к аскетизму. То батрачить, причём как руками, так и головой, на нас соглашался даже "за еду и одежду". Хотя, по сути, становился компаньоном в проекте "Олимпийский чемпион", приобщившись к испытанию, которое мне Господь послал. Тем паче что при переезде, за свою добитую комнатушку приличные деньги тороватый литвин выручил, своего не упустив. Ибо та в Старой Риге находилась, и ему даже весьма крутой пропуск на автомобиль для проезда туда полагался, а понтомёты ведь не только в Москву слетаются.

Рига ведь столицей Латвии являлась чисто формально, и "коренной" национальности проживало в ней от силы четверть. Не даром же ходила поговорка про то что каждый камень положен в ней либо руками немцев, либо шведов, либо русских, последних больше всего. Хотя и прочего интернационала так же было в достатке, а уже дети "понаехавших" переплетались культурами окончательно. Впрочем, Советская власть, как ни странно, "коренным" потворствовала, и только их принимала в Академию художеств, Консерваторию, наш Физкультурный. Однако в последний поступил не только я, но и так-же конник Исаак - этнический азербайджанец, и окончив его на латышском, сделал карьеру спортивного функционера республиканского масштаба не смотря ни на что.

В очередной переходный период смены строя, опыт и связи "бывших и нетитульных", как и членов КПСС, нац. властью не отвергались, даже напротив, она помогала как могла заслуженным кавалерам ордена Дружбы народов, Ленина и Гер.труда, других ведь не имелось и десант с Марса не предвиделся. Одной из таких членш являлась бывшая директор комбината питания "Вэфовец", по названию ясно что располагающегося на территории многотысячного ВЭФа. Про который шутили "мелкие электромеханические мастерские при Комбинате Питания", где даже шашлык по карски для РАБОЧИХ готовился вкусней чем в Тбилиси. Руководительница находилась на своём месте, хорошо ориентировалась в распределительной экономике и умела договариваться с нужными людьми.

Но ВЭФ банкротнули, а следом и "Вэфовец", однако его директриса опять жизнь начинать с пирожковой или беляшной не пожелала, ибо как в Общепите обходиться без "фондов и блата" не представляла. Только связи то оставались, и не мелочась взяв кредит у НАЗНАЧЕННЫХ новой властью друзей-банкиров, решила заняться племенным коневодством, графу Орлову уподобившись. Ничего в этом не понимая, ибо в душе оставалась ПОВАРИХОЙ, слегка обласканной судьбой, но в истории нашей и ТКАЧИХИ до министров дорастали. Дедушка Ленин ведь завещал кухаркам государством управлять, коии являлись разумеется членшами Партии "Наш рулевой". Нынче наци сказали "дай порулить", суть монополии на власть сохранив, и миллионы бывших членов сдулись и опали, мгновенно забыв идеалы революции.

Повариха успела отгрохать на кредитные деньги супер-конюшню, закупить племенных кобылок и жеребца, а так же первый помёт получить, забыв только о том что животных кормить надо, и кто то этим должен заниматься, как и ухаживать за животными. Не учла того что пастбищами да сенокосами заранее озаботиться надлежит. А ведь умела же ежедневно тысячи вэфовцев разносолами вкусно кормить, а вот всего лишь овса да сена лошадкам обеспечить не сумела. И на старуху бывает проруха.

Трагедия эта в прессе широко освещалась, особенно злобсвовала "Лауку авизе"(Сельская газета) и властям пришлось вмешаться. У банкрота животных срочно изъяли и пока не начался падёж от бескормицы предложили селянам даром разобрать. Временно, несчастных коняшек перевезли на Базу в Клейсты и подкормили немного, а после устроили бесплатный аттракцион неслыханной щедрости, только на условиях самовывоза. Потому-то редко кто больше одной головы взять смог - в прицепчики леговушек больше не помещалось. А с осени падёж начался уже у новых владельцев - не накосили они литовками сена дополнительным "едокам", а у кормилицы-коровки корма отнимать, всё равно что детишек молочка лишать. Про "повариху" все забыли давно, ибо "Лауку авизе" клеймила уже другие "руки Кремля". Даже выжавшие клячи были не чищены, гривы с хвостами не чёсаны, копыта не смазаны.

К счастью, Виго, так же принявший участие в этом "аукционе", и наняв в "Трансагенстве" по старым связям скотовозку, от печальной участи десяток мамок смог уберечь, привезя их в Мураву. Где наилучшего клеверного сена, с их же помощью, на довоенной пароконной сенокосилке заготовили столько, что и на овёс обменять осталось. Да ещё пару тёлочек завели, дабы излишки от непроданных излишков в дело пошли. А литвин этот год не только доставшихся на халяву коняшек в формах восстанавливал, но и прикупал ещё там где с кормами плохо было.

Глава 15

Пользуясь тем что граница с Россией поначалу была зыбкой, Виго и от соседей информацию перерабатывал творчески, держа нос по ветру и будучи широко известен в узких кругах. Прознав про то что конезавод "Борки", что под Новгородом, остался без финансирования, а значит и без кормов, съездил и туда на крепеньком ещё ЛуАЗ-ике, купленном на вырученные от продажи рижского жилья деньги, ведь нынче ему предоставлен был и кров и стол. И полный карт-бланш, которым он пользоваться не торопился, казалось бы мой тренер должен был благоухать ароматом больших денег, а на самом же деле пах он смесью навоза и терпкого конского пота. Eдинственно признаваемым ароматом среди касты конников. "По запаху" принимали за своего даже те кто о нём даже не слышал, к тому же непременно сразу же находились общие знакомые, которым воровать не в кайф - были кони сыты, а друг моего друга - мой друг.

Так случилось и когда литвин в "Борки" приехал - тамошняя начальница как раз в большой нужде пребывала. Покупателю, привезшему живые деньги, рада была несказанно, цен не задирая позволила выбрать ему что душа желает. Вот и выбрал пару стригунков-отъёмышей по сотне баксов за каждого. Как он жеребят в свой "еврейский танк" запихивал и какими сказками в пути им развлекал осталось тайной, но довёз до границы целыми и здоровыми.

Советские, став российскими пограничники, достоинство пока не растеряли и довольствовались официальными документами, то есть препятствий не чинили, а вот новонабранные латышские робеж-сарги (сторожа рубежей) затребовали ещё в наглую "документы" с американскими президентами. Причем сумма мзды требуемой, превышала стоимость приобретения, грозясь арестовать "груз". Сознавая прекрасно то, что при стоящих в то время морозах, жеребята и ночи не переживут без движения. Но Виго не пальцем делан был, да с головой дружил. Вернувшись в Россию, отъехал 5 км в сторону и провел их за узду через замёрзшее болото. На приграничном хуторе машину на хранение за бутылку оставив.

Робежсарг пока додумался только на транспортных артериях взятки вымогать. До обхода рубежей дозором не опускаясь, надеясь на непроходимость болот. Мозги не включал вымогатель, забыв про то что зимой вода превращается в лёд. Идиот! Даже в Библии писано как по морю аки посуху ходили. Зело полезная книга, если читать творчески. Только вскоре к нему присоединили ещё более голодного да хитрого мытаря, и таможня(муйта) добро давать принялась с учётом вплоть до вспышек на Солнце. Хотя, в то же время, из Кабардино-Балкарии, их "хобби-класс" пер через Латвию транзитом чуть ли не эшелонами. Всё на продажу!(но не для всех).

В итоге, правдами и неправдами(хоть нету правды на Земле), во время пока я в Риге проходил многолетний учебно-реабелитационный курс, открыв в себе удовольствие учиться и учить, наша Мурава, согласно последним веяньям загнивающего социализма и наступившего следом в республике пока мягкого базарного капитализма с нац. уклоном, превратилась в классическое ОЧЕНЬ МНОГОПРОФИЛЬНОЕ ООО(SIA по лат.). По СССР таковых открывалось и закрывалось тогда ОГРОМНОЕ множество. Некоторым везло при ловле рыбы в мутной воде и тогда не редко случалось что даже "крышу срывало" - гуляй в малиновых пиджАках "новый русский", "новый латышский", "новый еврейский" и пр. от рубля и выше. Торгуй под национальным флагом нашей общей Родиной оптом и в розницу. И за эти дела ничего не будет, а ведь недавно расстреливали.

Но наше отличалось тем, что вскоре стало Совместным советско-швейцарским предприятием под брендом "Братство Черноголовых". Чуть не уплывшим сторонним аферистам, но мы успели чуть раньше, а вот в Эстонии за этот бренд грызня была кровавой. Разница в том, что древняя(и очень красивая) рижская резиденция Братства была разрушена немцами в 1941 году той же батареей, что и шпиль Собора Пера сожгла, а вот в Ванна Таллинне здание не пострадало и голодных да злых "наследников" недвижимости нашлась толпа, причём, преимущественно иудейского вероисповедания в недавнем прошлом себя не щадивших на партийно-комсомольской работе.

Справедливости ради стоит отметить то что в 60-е и в Германии подобный "клуб" открылся, но там собрались безобидные зажравшиеся бюргеры "с наклонностями", типа русских "дворянских собраний". Наше Братство удачно получилось под таких реконструкторов с протазанами замаскировать. Правда с небольшим перебором, ибо в Уставе и "Охранная деятельность" перечислялась, а бравый ЧОПовец с аркебузой - нонсенс.

Cтарушки-сторожихи с Берданками и Наганами и в системе МВД всегда имелись. Бабушка Божийодуванчик из "Операции Ы" доказательство тому, но на Базах давно научились списывать недостачи не на кражи, а на пожары. Впрочем, пожарными сигнализациями так же конторы при МВД кормились "оказывая услуги". Одни делали вид что работают, а другие, что этот труд оплачивают. Когда шутки кончились и на дорогах Литвы, Белорусии и Польши расплодились Робин Гуды, не брезгующие грабить даже челночниц, стало ясно то что природа не терпит пустоты. А зияющую прореху в охранных услугах, штопать власти, как лигитимному аппарату насилия слабо, и её устранять следует по принципу "спасение утопающих дело рук самих утопающих".

Вот мы и спасали, сколотив микро-ЧОП, который обслуживал поначалу лишь собственные нужды, ибо доверять грузы вечно сонным подрабатывающим пенсионерам с Нанагами стремались. Как раз в продажу поступил недорогой "фермерский" 3-зарядный дробовик 12 калибра "Смерть председателя" со складным прикладом, весьма на обрез смахивающий, принимающий и "полицейские" патроны с резиновыми пулями(разрешённые, как и охотничьи билеты охранников дозволяли владение гладкоствольным оружием).

Горбачёв мечтал о том как в Союз хлынут долгосрочные инвестиции капиталистов, но дурачка развели и получилось с точностью наоборот, да ещё в коррупционно-криминальном варианте, поскольку даже у цеховиков валюты не имелось - на ими непосильном трудом "неконвертируемые" накопления конвертов не хватило. Вошедшие-же в моду первые Макинтоши за "деревянные" не продавались и на Западе в среднем шли по 900 у.е.(баксов). Перевоз из-за моря телушки за полушку полноценный рубль приносил, да ещё пару давал внутри страны, если сменять бартером на других телушек за полушки(то есть по внутренним "рублёвым" ценам). Следовало лишь учитывать то что на дорогах нечистая сила шалить принялась.

Слишком долго вбивался людям в голову коммунистический догмат "Грабь награбленное". Но если собственную транспортную компанию охраняло собственное ЧОП, то утечка информации стремилась к минимуму и нападения серьёзных банд исключались, а от случайной мелочи отбивались, избегая непредвиденных расходов. Копеечка к копеечке, да при активной стратегии компании в государстве тотального дефицита, получалось как в анекдоте "за рубль покупаю, за три продаю. вот на эти два процента и живу".

У Союза скопились огромные запасы "чего-нибудь ненужного", хотя при каждом исполкоме в штат включались воен.пенсы изыскивающие чер.мет, да ещё пионеров периодически гоняли металлолом собирать, а отправленные с собранным машины на районных базах в очередях на сдачу простаивали сутками. Расплодившиеся ныне частные приёмщики решили проблему моментально, разумеется и наша фирма в стороне не осталась, на уровне Балвского района.

Ибо немецко-японский автохлам, купленный крестьянами сразу-же, за деньги вырученные от продажи полученных при редукции лесочков, сыпаться принялся через год-другой после эксплуатации по хуторским дорогам, а чинить ЭТО выходило дороже чем по новой ещё двигающееся авто купить. Новые, с завода, трактора-же, ещё при Горбатом, стояли на всех районных торговых базах в открытой продаже за смешные деньги (за самый распространённый колёсник Т-40, по народному "сорокач", власти по гос.цене просили около 4 тыс. РУБЛЕЙ!). А за "водянку"- сляпанную наскоро "Таврию", самовывозом с ЗАЗа аж 14 тысяч карбованцев требовали, даже не самостийные пока. Разумеется, на всех этих "вилках" сам Бог велел деньги зарабатывать ЛЕГАЛЬНО, ведь правители заявили что можно всё то что не запрещено законом. Те же "Таврии"(а для кого-то "Москвичи", про "Лады" Абрамовича вообще молчу), за "деревянную бумагу" купленные, даже с завода перегонять не требовалось самим, это делали счастливые работники в основном цветных, химических и лесо- предприятий, чья продукция пошла далее на экспорт за конвертируемую валюту.

Хозяйственники "старой школы" оказались в новых условиях импотентами, не понимая кого в баньках поить, Хотя и раньше, умение ладить с начальством не являлось панацеей от всех бед и невзгод встававших на пути выполнения ПЛАНА. Механизма в принципе эффективного, при производстве обезличенного ширпотреба, типа кирпичей или комбикорма, да и то при тщательном соблюдении тех.процесса. А ведь даже советским людям(особенно женщинам) не хотелось ощущать себя шир.нар.массами.

Даже не наличием пер.да.(чи) выделяясь, а просто возможностью не давиться в очередях за "выброшенными" костями, дабы борщом семью накормить. Потому-то простой кусок буженины или палка сервелата, в виде подношения какой-либо серой мышке из планово-распределительных структур, могла в чью то пользу искривить самый безупречный план, увы не застрахованный от "ржавчины" человеческого фактора. Правда и он строго контролировался, а расхлябанность с мздоимством карались, к примеру при военной приёмке или гос.заказе. Там "проказы" по особым статьям УК проходили, вплоть до вредительства или измены Родины.

Мелиорация являлась одной из приоритетных программ и так же финансировалась из союзного бюджета, по этой причине на производство дренажной трубки Москва средств не жалела. Как и самые толковые кадры, увы по способностям, а не по национальному признаку подобранные. Но на халяву полученное не ценится и керамическая трубка национальному государству оказалась невостребованной. Переводить производство на кирпич смысла не имелось - после вывода армии избыток жилья исчислялся городами. Правда требовавшими реновации - теплоизоляция брежневок и хрущёвок оказалась некудышная, да и шифер, как выяснилось, вызывал рак. А куправская глина годилась как для производство керамзита, так и черепицы, то есть востребованной рынком продукции.

Повторюсь, воздвигший комбинат руководитель с головой дружил и варианты сии просчитав, в будущее смотрел с оптимизмом, оным заряжая и окружающих. Роль личности в истории никто не отменял, только эта личность оказаться должна "на своём месте". Когда перед пенсией Кагановича послала Партия на Урал заводом руководить, то он развалил всё что можно и нельзя. Куправский директор вытянул бы своё детище не глядя на сменившуюся формацию и ни в наркомы, ни в министры не рвался, он был НА СВОЁМ МЕСТЕ!

К несчастью недолго. В выходной на озере отдыхая, кинулся спасать утопающего и утонул сам. Сменивший его главный инженер, специалистом-керамиком являлся отличным, но руководства громадой комбината не потянул, и вскоре cпился. Потом "деятели" Народного фронта посчитали что способны руками водить, сдав весь метал в утиль, в расчёте на то что "Европа нам поможет" и самое новейшее оборудование подарит. Увы, мечты остались мечтами. Следом накрылся и посёлок, ибо обогревался заводской котельной.

Глава 16

К моменту моего распределения в сей спрятавшийся среди лесов, озёр и болот, совсем недавно процветавший приграничный посёлок городского типа, жизнь в нем ещё пытались наладить. Пагаст нашёл среди заводских запасов ещё не сданные запасы нержавейки и не успевшие разбежаться сварные, под руководством не успевших разбежаться инженеров, смастерили в центре посёлка мини-котеленку, работающую на дровах. Ольшаника в округе произрастало с избытком, а зарегистрировавшихся на получение пособия безработных хватило бы на вырубку всей растительности Латгалии. Только все желали греться на халяву, и пусть и смешные деньги получать, а не зарабатывать. Попутно на продажу грибы-ягоды собирая. В квартирах же своих, не зависимо от этажности, буржуйки понаставив и трубы выведя в окна. Даже единственный на весь район новенький плавательный бассейн при детсаде, прихватизировал сходу один из членов правления, и так же переведя на дровяное отопление настроился обогащаться, по первости балансируя не в убыток.

На жилплощадь в посёлке претендовать я не стал, ведь на дедовом хуторе ждали как выяснилось внезапно появившиеся жена с сыном, и основная моя работа - лошадки. Аж целая конюшня и сопутствующие предприятия сельхоз. направлений, под меня с любовью созданные родными и близкими людьми. Будто для Чебурашки всем миром Домик Дружбы построили, затратив немеряное количество сил и средств, готовясь к прибытию не просто свеже-выпущенного школьного учителя физкультуры, а будущего Олимпийского чемпиона. Никто ведь в моих способностях не усомнился, раз так старцы-начётники заявили. А как бы поступили если бы те сказали "В морг"?

Мой значок КМС и профильный Диплом, обязывали руководство поселковой школы предоставить прибывшему по распределению молодому специалисту должность учителя физической культуры. Ранее эти часы делили между собой жадные до денег и хватавшиеся за любой приработок математичка-директор и язычница-завуч, обе предпенсионного возраста. Способные только на "два прихлопа, три притопа", и то с хрустом в суставах и болью в пояснице. С меня-же ВТЭК даже 3-ю группу инвалидности снял, поставив диагноз "Практически здоров". Даже смешной пенсии лишив, в которой не очень то и нуждался, ведь мог теперь рассчитывать на половину учительской ставки. По Латгальским меркам уже удовлетворительной, где чуть не половина населения существовала на "детские деньги" (пособие на несовершеннолетних) - 14 лат в месяц за голову.

Когда нет нужды думать о хлебе насущном, появляется возможность и над суетой воспарить. Впрочем, хлебу я по прежнему предпочитал собственноручно пожаренную на сале картошечку, и к ананасам влечения не испытывал, а если рябчиков порой жевал, так самим убиенных. Однако не чурался предаваться греху чревоугодия, но для так-же любимых пельмешек или вареников, муку с солью требовалось за деньги покупать.

Одежда с обувью так же не самодельными были. Впрочем среди прочего хлама, разобранный ткацкий стан и прялка хранились на чердаке, а пасталы ещё дед научил как из куска шкуры вырезать. Только в стремя удобней входит нога обутая в сапог. Хоть в кирзовый- беспонтовый, а под фабричную обувь галифе от бати унаследовал и донашивал без заморочек. Расходов получалось всё едино не много, а доходов - достаточно что бы не голодать. Богат ведь не тот у кого денег много, а тот кому хватает, ибо сказано "блаженны нищие духом".

Я ещё и сам доплачивать готов был за возможность уча других самому учиться. Ведь не даром Царь Соломон изрёк "Между человеком и животным нет разницы". Значит в обоих случаях педагоги потребны (существуют-же зоопсихологи, кстати весьма высокооплачиваемые). И для того что бы лошадей характеры постигать,потребно вначале в человеческих душах разбираться научиться, то есть "школу жизни" пройти. Увы, основной массе "училок", способных только дрессировать да натаскивать, вдувая раньше в детские уши на сколько дорог Леонид Ильич, а ныне - про проклятых оккупантов или комуняк, даже одра старого доверить нельзя. Уж тот к очередным методичкам явно равнодушным останется.

В эпоху перемен, даже взрослым, брошенным на произвол судьбы, духовная опора требуется, так что-же о детях говорить? Веками народ традиционная церковь окормляла, но десятилетия гонений на неё так называемого "научного" атеизма, по сути провозгласившего очередную гражданскую религию - марксизм, повергли старого Бога. Веков, что-бы в нового пророка поверить, у коммунистического режима не оказалось. И остались люди в безверии. Тут бы школе следовало встрять, хоть детишкам помочь поверить в себя.

Но учителей кормить стала националистическая власть, поделившая народ края на родившихся в нём до 1940 года и оккупантов. Учителя принялись вторить ей, свой паёк отрабатывая и втискивая в неокрепшие детские головки идеологию нац.превосходства, потреблятства и индивидуализма, лежащих в основе нацистской идеи. Оказывается промывать мозги для таких много легче и приятней чем сеять доброе-вечное. Потом дети станут взрослыми и их погонят на войну, раздувать мировой пожар революции или кружевные трусики панночкам добывать. Умирать будут мужчины, не понимая того что рука качающая колыбель правит миром.

Мне же старцы-наставники задачу поставили, на учительский труд благославляя, не сюсюкая и на низменных чувствах не играя за души бороться, делать из детей ЛЮДЕЙ, а из мальчиков - МУЖЧИН. Ибо некому больше, да и кроме вовремя да по уму сказанного Слова Божия, нечего очередным спускаемым методичкам противопоставить, нынче за "религиозную пропаганду" не преследуют. Впрочем, какая это пропаганда, если "С Богом" скажу после "Упал-отжался"(армейско-физкультурный аналог "битья поклонов")? Но Штирлиц был прав - запоминается ПОСЛЕДНЯЯ фраза.

Души подростков, самые ранимые в сложные времена, тем более когда и души их родителей травмированы после того как казалось-бы ими достигнутое минимальное благополучие в миг обнулилось. Первый случай суицида в посёлке уже произошёл, причём по трезвяне - от безисходности мужик бросился на асфальт с крыши пятиэтажки. А из тех кто погорячей сформировывалась банда, настроившаяся дальнобойщиков грабить, и уже базу (стволы, тачку) для этого искала.

Психологические триггеры у поселян срочно нуждались в переориентации и их загнивание кому-то надлежало остановить. Во истину "Бывали хуже времена, но не было подлей". Катастрофа СССР не должна была перерасти в развал душ отроков и душещипительные беседы противопоставить надвигающейся беде я не мог - не тому учили. Но и здоровьем их тела наполнить не менее важно, тогда и дух станет здоровым. Трудные времена порождают сильных людей, но помощь при родах желательна, иначе слишком высок процент смертности. Плохо лишь то, что "повивальные бабки" - наша вшивая интеллигенция, постоянно собственную выгоду изыскивая, своими псевдо стараниями и предательством губит ещё больше, выводя неокрепшие души на майданы и призывая скакать, а в окопы те уже сами пойдут. А в той мутной водичке, бывшая учителка, либо клоун, имеют шанс большую "рыбку" вытянуть, ибо в массе своей их сущность всегда оставалась долей своей недовольной, большего достойной.

Я же не забывал того что смирение - есть высшая добродетель и на судьбу не роптал, даже после того как получил от неё удар, от которого еле оправиться смог. Да и ныне над собой постоянно работать требовалось, дабы нарастающие мышцы облегчали нагрузку на костяк. Даже неплохо сросшийся перелом ноги, как прежде бегать мне уже позволить не мог, значит на руки и плечи нагрузку усилить надлежало. И на ноги, но не свои, а лошадиные, раз заменой моим они сделались. Виго уже как мог приготовил для этого мне молодого жеребчика, ежедневно по несколько часов гоняя на корде, далее мне в седле надлежало его труд продолжить.

Сочетание полезного с необходимым (т.к. избиение задницы при различных походках, С проходящими препятствиями, нельзя назвать приятным), была возможность ежедневной тренировки 2 X 10 километров с нашим ценным голштинским фоном (сокращение от длинного и претенциозного названия «put») по пути на работу и обратно. Сначала это было для меня разминкой, Двигаемся дальше, Вместе со студентами, которых я обучал, в усиленный курс общей физической подготовки на горизонтальной планке, Неровные барашки, руль, и т.д.. Принцип «Делай, как я», и каждый урок отнимает больше сил у учителя в этой версии, чем у ученика, и у меня такие уроки в среднем в день четыре. Ну что ж.., Несмотря на то, что «окна, Тогда я не могу просто расслабиться, Восстановление силы, Но медитировать, Читать молитву. Потом путь домой верхом на лошади.

Глава 17

Вернувшись, уже я в школяра превращаюсь и Виго на порядок более требователен ко мне, чем я к деткам, гоняя нас с Фоном пока не стемнеет, и уже при свете лампочки дозволяет мне обиходить "партнёра". Но "у солдата есть и время личное", и остающиеся до отбоя пару-тройку часов имелась возможность посвятить семье и саморазвитию уже духовному. Разумеется имелись выходные и большой учительский отпуск. Но обычно тогда личного времени не оставалось вовсе, ибо накопившиеся "мелочи" так же требовали разрешения - всего не предусмотришь, да и в авралы, типа сенокоса, каждый человек был на счету. И вся эта нагрузка получалась с учётом того, что вся "семья" по максимуму старалась оградить от мирской суеты, давая возможность выкладываться в спорт. подготовке.

В школе моё положение так же получалось привилегированным, ибо для всех остальных учителей кроме "кают-компании" , то есть Учительской, иного личного пространства не полагалось. А для физкультурника, при спорт.зале пристроена ещё персональная тренерская, да туалет, душ, переодевалка для детишек. А через стенку медкабинет для сестрички. И весь этот комфорт усугублялся тем что имелся отдельный выход на спортгородок, стадион с постройкой для инвентаря и соответственно улицу(если не "государство в государстве", то уж не меньше поместья).

Занятия в спортзале от посторонних глаз были скрыты и давали повод для всяческих инсинуаций на тему "х...ёй мается", но на наши упражнения на свежем воздухе смотрела из окон не только вся школа, но и весь посёлок(и каждая семья "болела" за своего отпрыска - ведь в здешней большой глуши так мало развлечений). И если при подтягивании кто-либо пытался петь Тучкину песню (я маленькая тучка, я вовсе не медведь), то очевидность момента оспорить никто не мог. Так-же нельзя было не заметить моих собственных самоистязаний, ведь каждый урок начинался мною с личной демонстрации упражнения. К примеру, требуя от класса освоить "выход силой", мне десяток раз самому это показывать приходилось. И если выпадало четыре урока, то набегало четыре десятка "выходов". Не хотелось уподобляться зайцу-тренеру из мультика, учившего щуку плавать, а если делать по чесноку - так получается НЕ ЩАДЯ ЖИВОТА СВОЕГО ( то есть пресса, и прочих мышечных групп) и выкладываясь без остатка.

Если-же быть честным до конца, то проводились уроки "на свежем воздухе" не от хорошей жизни - тепло в посёлке следовало экономить и отапливать "малоэффективные площади" сочли нерациональным - заявив "мир хижинам, война дворцам" последних от услуг котельной отключили, слив воду из батарей. В спортзале температура равнялась уличной. Закрытое помещение давало защиту только от ветров и осадков, то есть особого смысла тренироваться в промёрзшем зале не имелось. Проводить занятия как учили по методичкам стало невозможным То ли дело "большое солнце зимнее висит воздушным шаром, нам весело, нам радостно, и на морозе жарко", открылась возможность детвору заразить соревновательным куражом. Тренировку превращая в игру, в которой у организма желание просыпается выложиться до предела. Вот и гонял школяров что-бы не замёрзли, подойдя к вопросу творчески. Но на заседании скупердяйского Пагаста удалось отстоять не только сохранения тепла в туалете(иначе трубы канализации полопаются) и в прочих малогабаритных помещениях, а в душевой тёплую воду не отключать - пот после урока надлежало смывать и в сухое переодеваться.

Попутно детки крепли и закалялись, за зиму никто даже не простудился, о зримом обрастании мышцой не говоря. То что их потомки мужали, не замеченным не осталось, родители сумели провести причинно-следственную связь. Сообразив то, что в изменчивом мире их чадам крепкое здоровье может оказаться нужнее знания извлечения интегралов или Правила буравчика. Так же все осознали что в здоровом теле здоровый дух, а выжить и остаться человеком в наступившие трудные времена могут лишь сильные.

Следует добавить то что для девочек не нашлось учительницы физкультуры, согласившейся трудиться в условиях не соответствующих КЗОТу. В то время когда мальчики, будки на морозе качали, фемины в тепле учились вышивать крестиком. Хотя несколько доброволиц-суфражисток всё-же нашлось, и скидок на гендер они на экстрим-тренировках не получали. А среди пацанов оказались не пожелавшие сменить уют на холод и запредельный труд, так их никто и не неволил. Ибо изначально пообещал таких не преследовать, если они у медсестрички справку об освобождении попросят. Пусть девочкам помогают крестиком вышивать. Вольному - воля!

Так, в трудах и борьбе (с холодом, болью, но прежде всего с самим собой) пробежал мой первый спортивно-педагогический год, весьма укрепивший мой дух и тело, обогативший меня опытом и нас с Фоном взаимопониманием. Весной узнал, что за мной пристально наблюдали из Риги и уже плелись интриги на самом высоком уровне - молодая страна нуждалась(разумеется по расчёту) в СВОИХ героях и кумирах, а оных требовалось творить. В "свои" на безрыбье, помимо "коренного"-латышского этноса причислены были и сопутствующие субэтносы - ливы да остзейцы, в латышах растворившиеся уже окончательно. И ещё староверы, заселившие Ливонию ещё в Допетровские времена и обладавшие значительным духовным, а так же материальным весом. К примеру, советский скульптор Мухина происходила из купеческого старообрядческого рода, переселившегося в Ригу многие века назад и чей добротно срубленный дом стоит на своём месте у вокзала до сих пор.

На существовал для привлечения внимания власть придержащих и более интересный фактор - почему-то соучредителем нашего крестьянского ООО "Мурава" значился и швейцарский банк с прибалтийской историей. Нет числа нац.патриотам воскликнувшим "на его месте должен быть я!" и ринувшимся выяснять причину свершившейся несправедливости. Но то есть тайна великая! Кесмет! А с богатым не судись, с сильным не дерись, лучше попробуй втереться в доверие и возможность фендера(типа халявы, на лат.) глядишь да перепадёт. На материальную помощь от новых властей рассчитывать не следует, они сами за то что не гнобят благодарности ждут, но хотеть не вредно, вредно не хотеть.

Впрочем заслужить косточку могут - нам "крыша" нужна и информационная поддержка, а Спорткомитет на старом месте должен быть и дорогу туда Виго помнит. Так же знает кому не то что "долю малую за наводку и ксивы" посулить, а лишь джинсов привести пообещать с загранки. На совковые расценки ещё велись, хотя тряпьём заморским уже все бутики были завалены, но вбитые десятилетиями прайсы сходу не вытравляются, к счастью, а потом как карта ляжет. На Всемирные конные игры 1994 года в Гааге заявку как на индивидуала таки подали, раз еду за собственный кошт, а дело это весьма затратно(хоть демонстрация флага). И Бог молитвы мои услышав, чудо свершил - взял я бронзу, сам в это не веря, ибо видел что немцы много сильней и им светил весь пьедестал. Впрочем и мой смелый и прыгучий Фон так же происходил из германских земель, так что взяли немцы 2.5 ступени, а я там случайно оказался.

На обратном пути, по совету Виго(когда мол ещё выберемся, да и закупиться кое-чем из первых рук не лишне), успел так-же в Чехию заехать, небольшой крюк дав, она недавно со Словакией без скандала да обид развелась, достоинство сохранив. Традиционные соревнования проводить продолжала, пусть и почти ничего не значащие, но получить ещё одну "бронзу по мелочи" было всё равно приятно. После чего свернул на север и проехал через Польшу, Калининградскую область и Литву. В российском анклаве интересовал Черняховск(Инстербург- нем.), а вернее пос. Маёвка, где располагался ипподром, там на следующий год планировался Кубок ВОЛЬВО, и недельку расслабляясь, "пообживать место" было не лишне. Причём по льготным тарифам, благо что темнело поздно, а Фон за зиму привык сумерек не бояться и прыгал как обычно.

Вернувшись, успел даже поучаствовать в сенокосе и уборке картофеля. С зерновыми мы не заморачивались, проще получалось купить овёс в выжившем неподалёку специализированном совхозе, ныне назвавшемся сельхозкооперативом. Затем преступил ко второму году своих физкультурных трудов, попутно с производством из простых поселковых парней и девушек, Рэмбов и Рэмбинь (выражаясь их языком), ненароком изменяя их внутренний мир(это, не содержание кишечника). Они считают, что выкладываюсь весь потому что чокнутый как Макаренко и молятся за то что-бы не излечился от недуга потребности в педагогизме и любви к детям "вообще".

Но я нисколько не фанат-воспитатель, тогда бы своей кровиночке больше внимания уделял, а то почти безотцовщиной растёт. В действительности, я школярами лечусь от трусости, жалости к своей тушке и ещё целого букета врождённых человеческих пороков, а так-же опыта набираюсь. Но признаюсь в том только себе, ибо сие не грех эксплуатации человека человеком, а симбиоз, то есть вынужденная выгода обоих сторон.

Каждый сам обязан до этого додуматься и помогает этому молитва, то есть самая тяжёлая страда (труд - лат.). Это не "Харя Кришны" под нос бубнить - крайний путь для мыслить не желающих, путающих ВЕРУ и ТЕФАЛЬ, которая думает за вас. Именно принуждение к размышлениям, как к спасательному кругу, с помощью начетчиков вывело меня в своё время из депресняка. Ведь спасение утопающих есть дело рук самих утопающих. Не навязывание готовых шаблонов и штампов являлось отличием моих убеждений от догм различных верований и сект, хоть Христом мозги промывающих, хоть Кришной, хоть Марксом.

C началом учебного года и сынуля в первый раз в первый класс отправился, но не пошёл, а поехал. Причём с понтами - на тройке с бубенцами, запряжённой в лаковую бричку, а не на ржавом автобусе как вся округа. Импортный шедевр обозного искусства преподнёс -юродному родственнику вернувшийся на историческую Родину налаживать бизнес, из Швейцарии внук ставшего после "плена" банкиром Рихарда Фельда- Рихард2-й или просто Цвай (но кроме членов Семьи никого в эту тайну не посвящали). Так же фамильное банкирское ремесло освоивший, но не ставший классическим пролетарием мани-труда типа дядюшки Скруджа либо мистера Твистера, в душе оставшийся романтиком и слегка невинным сумасбродом, не считающим, как ни странно, мерилом благополучия деньги, они для него инструмент. Впрочем, способным это себе позволить с получаемых сверхдоходов. Потому идея обыкновенного конезавода, взращивающего "транспорт для будущего чемпиона" показалась рождённому в краю Вильгельма Телля не завершённой до конца. В затею так же просился историко-романтический антураж, получавшийся не слишком-то затратным после уже сделанных вложений. Опять-же, реклама лишней не бывает!

Реконструкторы, на волне пост-советского романтизма - в тренде, так почему бы не проспонсировать, даром он столько средств разбазарил? А плодящиеся с невероятной скоростью в последние годы экопоселения? Не говоря уже о производстве экологически чистых продуктов архаичным способом и только на навозе! Извращенцы-мормоны являются самой богатой сельхоз.общиной в Штатах. Здесь-же героико-романтические мифы, типа "как сытно и весело жилось при Ульманисе"(и ранее, например во "Времена землемеров") на промытые мозги пока действуют и те не включаются. А самый тяжёлый физический труд обходится не больше пяти лат в сутки. "Свобода" благоденствия ВСЕМ не принесла.

Хотя следует к бричке вернуться, её Цвай приобрёл по случаю в московской Битце. Куда на кубок ВОЛЬВО того года завернул за компанию с республиканской командой, пока я в Европах в одиночку латвийский конкур представлял. Наши там себя не проявили, хоть и весь призовой фонд всего-то 15 тыс. баксов представлял. Но "не догоню, так хоть согреюсь", и спортсмены не виноваты в том что денег на прыгучих лошадок нет в казне, а стареет четвероногий реквизит быстро и обновление ценами кусается. Причём не только живность, у прыгунов и к сёдлам требования особые.

Пока в Союзе пребывали, то с Московского опытного завода конноспортивного инвентаря получали последний приличного качества, хотя и умельцы-частники имелись различной квалификации. Но после того как шкуры КРС ещё мокросолом погнали на экспорт, наши шорники тоже или прайс задрали, или забанкротировались. В том числе и мой поставщик - отличный надомник из Огре свой бизнес свернул. А цена на импортное простое седло с 500-800 баксов начиналась, под заказ со штуки- двух. Слух пошёл что в России рукасто-головастый кавказец Бадри наладил на фирме "Аллюр" качественное и недорогое производство. Вот Цвай и сгонял с ним пообщаться, ведь "черкесские сёдла" издавна славились. Даже сразу пару заказных, на пол-лимона деревянных приобрёл на пробу, а то моё - потёртое, уж слишком в последнее время скрипело. Насилу удалось отбить поставщика от японских нахальных купцов, не соответствующих распространённому о нации реноме.

За компанию и коляску прикупить получилось. Их ещё с 40-х годов на Обозном дворе г. Почеп на Брянщине производили. Древесины в округе имелось в достатке, а умельцы-каретники да колёсники не переводились, любой каприз за ваши деньги сладить способные. Вот и тут, из дубового просушенного материала смастерили да лаком финским, яхтенным покрыли, а тент подъёмный от кожаного не отличить - глаз от коляски не оторвать.

Ещё зимой, по снегу подобрал Виго с местным, работающим у нас дарованием - Володькой, из кобылок коренную да пару пристяжных, и в санях постепенно провели с ними "боевое сплачивание". По снегу делать это удобнее всего, поскольку оглобли в этом варианте "продолжают" зажатые в колее полозья и вся масса саней затрудняет кореннику по сторонам шарахаться. Вырабатывая привычку к предсказуемости, чему в колёсном варианте сочленённый передок вредит.

Во всех эти ньюансах прекрасно разбирался Володька, наделённый не только обозно-гужевым талантом, но и внешностью Алена Делона, но увы, пьющего одеколон, и не только. Хоть и не больше чуфырика на день, и очевидно по этой причине не сделавший карьеры в кинематографе. Однако, постоянно пребывая ,как болгарин, слегка под шофе, ужравшимся вдрызг видеть его не доводилось - мозги не пропивал, а перманентно потдатыми нынче в Латгалии все мужики (и часть баб) находились, такие вот кадры у нас, отбросов не имеем.

Конкретно Володькину "вредную привычку" я рассматривал по спортивному, как лёгкий допинг норвежцев, для ВАДА незаметный. Не дававший ему сидеть без дела и заставлявший его постоянно что либо подправлять или мастерить. Причём мастером высокой квалификации ни в чём он не являлся, но таковой и не требовался для того что бы загнуть в бане полозья для саней или дугу для коренника, либо из жердей собрать соху, на сошник пустив кусок рессоры. Над печкой постоянно сохли им грубо обтёсанные топорища, которые до конца будут обработаны неизвестно когда, ибо потребность возникает не часто. Но если нужда случится, то заготовка окажется хорошо просохшей. И таким он был во всём.

Штатно батрачила, как Володька, то есть "весомо-грубо-зримо", в Мураве на постоянной основе круглогодично дюжина душ, и далеко не все являлись алгонавтами, имелись даже трезвенники с высшим образованием. В страду, на толоку число страдниеков удваивалось и оплата в горячую пору шла по "рижским" расценкам. Пять лат в день, но световые дни, да и сам труд по напряжённости, в сенокос иные. По местным меркам многопрофильный SIA "MURAVA" - крупный и не жадный работодатель, осознающий то что "как кормят, так и пашут". А то порой и за латик в день, в округе, нанимаются молодки к старпёрам-вдовцам "в хозяйки". Но для сравнения, на конюшне в Черняховске трудится за тот же латик(в пересчёте) 800 человек, и это узкопрофильное предприятие.

Нас-же капитализм приучил к простой истине - нельзя все яйца в одной корзине хранить. А так-же то что под изменчивый мир очень даже следует прогибаться, самому становясь то лошадью, то быком, и КЗОТ писан не для селян-собственников. Как при "совке", превращаться с песней "крокодил не ловится, не растёт кокос ", в планово-убыточное предприятие, ныне непозволительная роскошь.

Хотя мы то как-раз за счёт партнёра-финансиста имеем "золотой парашют", но им сами не злоупотребляем. А если порой "барин чудит", так то его варенье - хочет ест, хочет на асфальт мажет. Иные банкиры себе самолёты или яхты заводят, а он на собственном клубе зациклился. Добровольно себе задницу в час потехи мозолит и бабла на это не зажимает. Хотя за новые сёдла, да коляску-красавицу, низкий ему поклон. Но всё равно с кормами зиму встретить (себе и животным) забота наша - тут иллюзий не питаем, а "всё что больше тысячи - для нас миллион" и понты метать не приучены.

Помимо коляски, формально подаренной Цваем моему первенцу для посещения школы, он и для самой школы спонсором вызвался быть, но на все директрисины хотелки показал игнор, фэйсом обозначив про чьё варенье и асфальт. Её лекцию о важности высшей математики, а так-же новейшего, свежесочинёного варианта латвийской истории, воспитанный человек деликатно выслушал, но реально помог поначалу лишь Кружку вышивания крестиком.

Купив для него пяльцы, льняную ткань, нитки и иголки, а так-же подписав на английский специализированный журнал по вышиванию, с приложением картинок и образцов наборов шёлка. Обещал так же помочь материально и обучению мальчиков труду, но сельскому. Пока просил подумать над тем что потребно для того и кто способен сей предмет преподавать. Пусть даже факультативно, НО доходчиво, а главное - НЕ ФОРМАЛЬНО.

Так же моего начинания касаемого выдал вердикт. Всем занимающимся физкультурой на свежем воздухе ввел субсидию на дополнительное питание, возмещающее потраченные калории, за счёт фирмы разумеется. Руководствуясь правилом "Поощрять умеренно, но систематически, не забывая того что халява развращает" тренируя и закаляя, сдирать с отроков нарост изнеженности, только в будущем жить мешающий. Главное-же, не рассчитывать на благодарность, ибо добра не помнить человеческой натуре свойственно, а оказанная услуга уже в прошлом. Измены можно не ждать только в случае симбиоза, то есть когда цель общая, а попутчики к ней идут каждый своим путём, не рядясь в чужую шкуру.

Во время следующего визита Цвай поинтересовался у директрисы, удалось ли ей найти кандидата на должность трудовика? Предложить они могла только своего завуча, которая разумеется не была утверждена. Зато уже в Мураве это же предложение сделано было Володьке, но с условием что пить завяжет. И он СОГЛАСИЛСЯ!?! Действительно более спиртного более ни грамма в рот не взяв и став любимцем пацанов. Рот и на уроках старался новый учитель лишний раз не открывать, предпочитая словам демонстрацию в изготовлении поделок. То есть показывая и исправляя, если у кого либо не получалось сходу, к примеру, грабли деревянные смастерить. Да и не знал он никакой теории, а практику перенял у отца. У поселковых же мальчишек, естественная связь времён прервалась тогда когда их отцы подались на завод работать, отвергнув опыт предков. К счастью случившийся разрыв нашлось кому устранить. А Володька, возясь с детворой, развивая в из руках очумелость, свою востребованность ощутил и действительно пить бросил.

Чудеса случаются! Правда редко, моя "бронза" на Чемпионате, то чудо не о котором мечтал. Пусть за год, не только мои ученики, но и я в плечах раздался изрядно, и боль в спине наросший мышечный каркас остановил, но хромота не прошла. Хоть в седле пребывая, сие не видно да и не мешает совсем. Может от недоумства, а скорее из подлости бабской, видя что на самку течную не повёлся и остался жене верен, историчка мне кликуху Тамерлан приклеила и та прижилась. Тем ещё больше замотивировав ВЕЛИКОМУ ХРОМОМУ соответствовать.

Глава 18

Начав учебный год с понтам, и заявившись на школьную линейку "на тройке с бубенцами", снизить планку уже не вышло. Хоть в дальнейшем я вновь пересел в седло и по пути на работу вместе с Фоном преодолевал бесчисленные канавы да живые еловые изгороди. Но Володька, к месту своей "подработки", попутно, как барчука(или маленького мурзу - Мурзика), подвозил сынулю моего, с грузом в пару армейских 36-литровых термосов, наполненных горячими пирожками(с капусто-картошко-грибами, да со шпеко-мясо-рыбным чем-нибудь) для морозоустойчивости юных физкультурников (клюквенный морс я уже на месте им с кипятком разбалтывал). Тройке кобылок так же желательна была регулярная тренировка. К счастью, Володьке и кучерское занятие так-же нравилось.

Второй год моей педагогической деятельности от первого отличался только тем, что сам начал замечать как становлюсь всё большим интуитом, эмпатом. И в конечном итоге манипулятором-нагибатором, но "не ранящим нагибаемых". Коллектив их, превратившись практически в секцию, устаканился и вместо отсева, обратно на тренинг запросились многие из тех кто ранее брал справку об освобождении. Ну и ещё, будки, как школяров, так и моя, продолжали раздуваться. Все мы подсели на кач подобно наркоманам на дурь и о лёгкой жизни без пота и постоянной боли в мышцах, не мыслили. А тут еще Володька научил как у доски ольховой носок загибать. И лыжи, причём непременно сделанные своими руками, превратились на всю зиму в очередное местное модное поветрие.

Стало ещё на посёлке традицией по выходным, по одиночке, а то и компаниями, становиться на лыжню, что вела в Мураву и после часа спокойного хода, вновь требовать общения и какого либо занятия. В чём отказа не получали, на хозяйстве дел недоделанных всегда масса. В итоге, ощутив собственную полезность и обретя ещё один навык, трудник приглашался на общую вечерю, а затем отпускался с Богом домой. Засыпалось после такого уже с чувством усталости, но без ощущения ещё одного бесцельно прожитого дня.

Но самое главное событие года прошедшего - я вновь стал папой. На сей раз жёнушка подарила мне доченьку Тонечку, хотя вновь уверять стала что для себя рожала помощницу. Не смотря на то что таковая имелась и официально именовалась помощницей по хозяйству, хотя в основном занималась кухней. Ибо даже кулинарное образование имела и до остановки в Куправе кирпичного завода трудилась в столовой заводской. Это она и пирожки для "физкультурников" печь добровольно вызывалась "из того что было", но получалось вкусно, как и вся прочая её готовка.

На селе не ценят своё время и свой труд, потраченные на себя или своих близких. А поскольку рядом с моим сынулей на диванчике коляски восседала, путешествуя так же в первый раз в первый класс и её доченька Танечка. Коей в том числе из слепленных мамой, пара пирожков предназначалась, то и остальное печиво воспринималось как к ним прилагающееся - тесто разводить да печь топить всё едино, хоть на два, хоть на двести два.

На муку, из самими же перемолотого "в кофемолке"(подшаманенной крупорушке) пшеничного и зерна, что стали мы оптом вместе с овсом покупать в соседнем с.х. кооперативе, цена не кусалась. Да и начинку сами производили - в основном обрезь перемолотую и субпродукты, с нашей мини-боенки. Закупочную цену на бычков и хрюшек селянам предлагавшей чуть выше чем конкуренты. Но при продаже в Риге на рынке колбас и бочека, отбивавшейся с лихвой за счёт дыма - набивать фаршем кишки и коптить мясо ведь в Мураве не разучились.

Кстати, к переходу Володьки на трезвый образ жизни так же наша кухарка влияние оказала. Он ведь на разведёнку с прицепом глаз давно положил. Но хоть внешность сам имел делоновскую, боялась жизнью битая женщина с пьющим связываться. Завязав же, и став уважаемым членом общества, не только смог ячейку общества создать, с согретой постелью, но и горячий пирожок получал по первому требованию, а так же переселился в уютную квартирку при пищеблоке. Танечку же полюбил по отечески и признал за свою, причём искренне.

Про первых в моей жизни выпускников могу заметить, что не ожидал того что всего лишь за год удастся заразить ЗОЖ столь многих. Дав больше шансов выжить в жёстких условия джунглей, где каждый сам за себя. Похоже, что вступающие во взрослую жизнь отроки это осознали и прощались со мной благодарностью преисполненные, прося совета как дальше жить и что делать.

Вскоре этнократический режим призовёт их на военную службу, но уклоняться от призыва не советовал - война не предвиделась, кормить в новых ВС стали превосходно, даже со сладким десертом и без воровства прапоров, да и дедовщину искоренили. Потому напротив, рекомендовал ещё год в добротном камуфляже и на полном довольствии употребить на физическо-духовное саморазвитие, что командованием всех армий всегда поощрялось. А то что очередные политруки в мозги впаривать примутся, так ведь каждый сам хозяин своих ушей, в крайнем случае и дурака включить не вредно согласно кивая головой.

Если же у кого нет гражданства, то языковой экзамен на аплиецибу(аусвайс - лат.) сдать, здесь выросшим не трудно - это не самый сложный квест. Имитировать верность и покорность судьбе с фигой в кармане - давняя традиция жителей этих мест, ведь плетью обуха не перешибешь. Троим самым перспективным порекомендовал испытать себя при поступлении в Национальную Академию обороны. Что разместилась в ещё советском военном училище с превосходной спортивной базой. На которой наш земляк Афанасий Кузьмин, из латгальских староверов, побывавший даже в 1988 году Олимпийским чемпионом и пр.,пр.,пр. стрелять учил. Ну а потом, пусть за советом в любое время приходят, тогда и подумаем сообща, а пока неизвестно куда жизнь вильнёт.

Нашими с Фоном тренировками так же не ограничивался, приходилось ещё и книжки про лошадок читать, многовековой опыт общения человечества с этими уникальными животными впитывая. Написано за века оказалось немало, может даже больше чем о людях. Я про последних знал только то что существуют сангвиники и холерики, а вот прочтя про 26 типов личности лошадей по Хемплингу, удивился, а почему не 126? Сделал вывод, фильтрация предлагаемой инфы подобна труду старателя, когда тонну породы промыть требуется, для того что-бы грамм золота получить. Да и плевать мне на то что характер моего жеребчика окрестил кто-то "Рок Звезда", когда я и так прекрасно знал что он шальной да прыгучий, и балдит при преодолении преград. По сути, не я его воспитывал, а он потихоньку из меня адрин-наркома делал, вариант "с кем поведёшься". И кто из нас манипулятор?

Завершив второй год государственной службы, отправился в экс-Пруссию на кубок "Вольво". Места в машине хватало и потому помощником взял Володьку, а он дочурку, мне же сынка взять пришлось. Пусть мир поглядят, себя покажут.

Существовала так-же одна причина, по которой требовалось вновь посетить этот знаменитый конезавод. Ещё в прошлом году заприметил там Виго пару интересных, только ожеребившихся кобылок, разводимой здесь тракененской породы. И нынче он, оставшись в Мураве "на хозяйстве", мне наказал их подросших стригунков выкупить не смотря ни на что. А чуйке старого конника я доверял и его указания исполнял в точности - ему виднее. Тем паче, что как оказалось, он их ещё тогда и приобрёл на собственные баксы, но без юридического оформления - "на слово". Аж по сотне отвалив за каждую голову, с договорённостью забрать после отъёма от кобыл.

Хозяйство, в анклаве расположенное, как и вся страна, в ту пору трудные времена переживали и всяким деньгам радовались тут, потому и цены не задирали и соглашались на любые условия. К тому же, оба отобранных жеребёнка были серой масти, а здешние коневоды, руководствуясь английской поговоркой: "Бледный цвет - слабое телосложение", рады были избавиться от "вырожденцев". Разумеется, грамотные спецы-фанаты, окончившие Факультет коневодства с Красными дипломами, прекрасно знали то что масть тут не при чём. Важны тип высшей нервной деятельности, состояние нервной системы, конституция и ещё масса факторов определяют рабочие качества лошади и её способность подчиняться седоку. Впрочем и от последнего, а так-же от дрессуры, многое зависит. Но вот покупатели жеребят зачастую предрассудками буквально забиты, считая что "звёздочка" на лбу добавляет коню прыгучести, да и прочей ереси преисполнены. А клиент всегда прав!

Закрались к Виго смутные сомнения в том что сочтут конезаводчики сделку, от нужды проведённую нелегитимной, в добавок документально не заверенной, и в лучшем случае вернут уплаченные уже баксы. Ведь прошёл слушок о том что обрёл конезавод солидных спонсоров. А жеребята моему наставнику в душу запали - почувствовал он в них потенциал, и потому мне наказал всё равно выкупать, за любые деньги. Но к счастью, в основной массе конники - люди порядочные и слову верные, а не барышники да прохиндеи и доплачивать не потребовалось. Но от избытка чувства благодарности, я своё запасное "черкесское седло" коллегам в дар оставил.

И не оскудела рука дающего - в индивидуальном зачёте мы с Фоном Кубок Вольво неожиданно для всех выиграли. Принял участие и в командных соревнованиях за родную республику(в составе которой, кстати, не наличествовало ни одного автохтонного представителя), но землякам лошадок слабоватых "выдали", овёс нынче дорог.

Победа на Кубке Вольво давала скорее моральное удовлетворение, упоминал уже то что весь призовой фонд всего-то 15 тыс. баксов. На парусную регату концерн тратится больше на порядок, но даренному коню в зубы не смотрят. Так что на мне доставшуюся долю смог бы хорошее седло приобрести только выделки "Аллюра"(что и сделал в последствии), заводить изделие западных фирм - жаба задушила. Конный спорт весьма затратен и позволив себе лишнего в одном, в другом ощутишь недостаток. Тефаль за меня не подумает, а от соблазнов устоять не просто.

К счастью, и наставников, и подельников толковых, мне Господь немало послал. Виго выбрал жеребят, а Володька, на той коневозке, что Фона привезли, пока мы с ним в соревнованиях участвовали, успел стригунков в Мураву отвезти и вернуться. И даже меня на пьедестале узрел. С детками сидя на трибуне, к огромному всеобщему удовольствию, особенно последних. И им сия экскурсия понравилась вся без исключения. От посещения древнего тевтонского замка, до ежедневного потребления под картошечку жаренной камбалы, копчённой салаки и атлантической селёдочки. К которым всякий прибалт привыкает чуть не с рождения и готов питаться этими деликатесами дома ставшими (квоты на вылов Латвии, увы, весьма обрезанные ЕС) круглосуточно, особенно "если с лучком её подать".

Приятным финалом оказалось общение с одним из членов правления отделения Концерна, что меня награждал. Он в конях и конниках разбирался, а наша с Фоном лихость во взятии препятствий ему весьма понравилась. В марине под Калининградом, олигарха ждала собственная(а может "фирменная"? кто их разберет) довольно крупная моторная яхта, у которой на корме нашлось место нашу коневозку пристроить. Вот и предложил богатенький швед продолжение банкета.

Прокатиться с ним на расположенный неподалёку шведский остров Готланд, в столице которого Висбю, вот-вот ежегодный исторический фестиваль начнётся и участие в котором весьма престижно. Машина наша, увы, на борт не помещалась и Володька погнал её домой, вновь на меня повесив законное право детишек на набор впечатлений от затянувшейся экскурсии. А приглашающая сторона пообещала посодействовать с буксировкой трейлера аж до Муравы, по окончании мероприятия. Но мы должны стать "лицом фирмы" и немножко "поделать рекламу". Кто-ж от такой халявы откажется?

"Деточка,

все мы немножко лошади,

каждый из нас по-своему лошадь" (и естественно наоборот)

Заключил некогда даже Маяковский, хотя вряд-ли он в лошадях разбирался, да и в людях просветлялся в основном "под дозой", как и прочая той поры богема. Мой Фон являлся крайне честолюбивым и победу свою осознавал, и следовательно заслуживал поощрения. Причём с ним лишняя морковка - не катила, он как берсерк воспринимал высшее наслаждение в запредельном риске - то есть являлся адреналиновым наркоманом. Да и меня делал таковым, ведь почувствуй он мой страх, не усидел бы в седле и тем более не я бы правил им, а он мной. Сводилось правление моё прежде всего к сдерживанию имеющихся возможностей. Как же трудно заставлять прыгать именно на полтора метра, когда и за два скакнуть коню не сложно. А на фесте давалась возможность коньку оторваться по полной, превратив шоу для почтенной публики и рекламу для работодателя в праздник души для коня. На нашем с ним "телепатическом" языке смог я донести до четвероногого партнёра мысль :"Делай всё что ты захочешь. Заслужил!"

Глава 19

Мысль воспринята оказалась даже с перебором, сам "от нас" такого не ожидал! Да что только от нас? Даже деткам получилось кураж словить и приняли они участие в номерах, буквально "на коленке" задуманных и до того не опробованных, а то и получившихся экспромтом, причём и для них весьма стрёмных. В общем, даже конный цирк, а вернее "Цирк с Конями", нервно курил в сторонке.

Звиедру валоду (шведский язык - лат.) я разумеется не учил, но порой, наткнувшись на вывеску в древнем городке "Алу крог", казалось что родных земель не покидал, ибо и по латышски так же называется "Пивная"(век шведской "оккупации" не только брусчатку краю подарил). Но когда мы в вольтижировке извращались, то помимо доносившегося с трибун интернационального "идиот", слышалось и то-же по смыслу "думбом", только с восторженным придыханием, а так-же "дъявла" да "сатан" всегда прилагая к "рюски". И никто даже не догадывался, что на своих двоих я передвигаюсь сильно прихрамывая. Но я этого и не делал почти, а в седле сидел будто король - как влитой, оно приучает "спинку прямо держать".

Хотя, как пятиборец в прошлом, при том, что бег мне уже оказался заказан, да и в плаванье успехов не предвиделось, но стрелять продолжал прилично и фехтование не забылось. Более того, даже лозу рубить на скаку наловчился, попутно с преодолением препятствий, на работу и с работы следуя. Булатных клинков для того не требовалось, просто от 18мм прута, из которого подковы ковал, кусок с метр отпилил да расплющив, заточил получившееся лезвие, а потом из березового капа рукоять смастерил. Вышло "весомо, грубо, зримо" и весьма брутально, с отпечатками молота. Вот и нынче, мой "холодняк", провезённый нелегально под сеном через несколько границ, весьма мне подсобил на шоу.

Более того, богатенький активист из внезапно образовавшейся моей фан-группы, пожелал за ценой не постоять ради обладания именно моим мечом-кладенцом. Пришлось уступить Буратине, даже не торгуясь (я себе ещё откую), по местным розничным ценам. Ещё до начала феста съехались на остров всяческие мелкие сотрудники общепита (тамошний подвид "шашлычников"), сферы услуг в экстремальных условиях и фолк. мастеровые-торговцы, в том числе и ковали-калеи. Разумеется, последние уверяли, что продукция ими чуть не из самолично добытой руды и по древним технологиям переработана до мечей и кольчуг. Потому и цена, в кронах - зашквар, да и в переводе на баксы - в районе штуки. И не поспоришь - хенд уорк!

Дар Божий в последний день потратил на подвернувшийся "свечной заводик" - формочки силиконовые ангелочков да гномиков для отливки декоративных свечек. Что распродавал ремесленник в годах, как признался, в связи с закрытием бизнеса. Много на что слюни на ярмарке пускал, но если тут даже чашка кофе (правда вкусного) в пересчёте с крон стоила 5(!) баксов, то уж лучше сам Курземским напитком (жёлуди с ячменём) удовлетворюсь , а деткам зато тазик мороженного куплю, оно здесь вкусное то-же.

Щепки-же трёх сломанных во время рыцарских турниров как-бы копий, фанатам на сувениры даром достались. Я бы и изрядно помятый щит им отдал, но Вольво амуницию мне арендовало, а тот в список расходников не включался, вернул изжёванным, но не пробитым. От чего, как узнал позднее, тот возрос в цене и занял почётное место в музее Концерна, символизируя шведскую надёжность. И ещё, следует уточнить то что не смотря на наличие в числе фанатичных фрокен и фру, особ весьма привлекательных, их чарам я не поддался, верным оставшись любимой супружнице, и последующего лечения в знаменитом Трипер-баре (кожно-венерической слимниеце-больнице) не потребовалось. Проще говоря - не зазвездинел, со всеми ВЫТЕКАЮЩИМИ последствиями. Мирская слава приходит и уходит, а последствия остаются.

O моей популярности в свейском королевстве судить мог по местным таблоидам, вернее по нашим с Фоном фотографиям в них, весьма качественно моменты куража объективом запечатлевшим. Воспетое поэтом "опьянение в бою" не только в бою возможно ощутить, и пара шалых от адреналина фейсов смотрелась весьма эффектно. Концерн нанял не только высоко профессионального фотографа, но и группу киношников, для создания рекламного ролика, с нами в главной роли, потому получилось прилично и тут заработать, просто получая удовольствие.

Только ни в кронах, ни в баксах, особо не нуждался ни я, ни Фон - умея довольствоваться малым, разве что для детишек, если и впредь их на всяческие мероприятия прихватывать, бытовые условия требовали улучшения - наша палатка на острове насквозь продувалась балтийскими ветрами и простуды малышей я постоянно опасался. Потому у нанимателя попросил я вместо денежного гонорара автодом, Концерном и производимый. На фесте заметил, что многие приехавшие обитали не в палатках а в оборудованных под жильё бусиках Вольво С202 Лапландер Кампер 4х4, на подобии советских "буханок" или "Латвий", причём в четырёх-местную спальню трансформировался уютный салон буквально за минуту.

На авто-новьё, моего заработка и призовых не хватало, в Скандинавии всё дорого, уже упоминал, хотя случалось и наоборот - из восстановленного на заводе возврата, кампер нашёлся и тут же был подогнан. Так что покидали мы "город развалин и роз" на пароме, подцепив коневозку на форкоп уже моей персональной Лапы(так детки переименовали транспорт, развалясь на его удобных диванах). Но это оказалась не единственная халява. Ещё на питании почти не тратиться нашли способ - это если затовариваться не в супермаркетах.

За городом, у дорог можно было обзавестись продукцией окрестных полей, в "магазинах без продавца" - просто кинув в коробочку последнего заменяющую, столь смешные деньги что не заплатить было-бы стыдно. В конце лета "борщевой набор" наличествовал там почти полностью, а ящиком тушняка мы ещё в Калининграде запаслись. Вот и затевалось ежевечерне в лагере в полу-ведёрном котле над костром первое блюдо, прихватизированное хохлами как национальное достояние. На аромат, с мисками и снедью из своих закромов, собиралась округа с соседних палаток, автодомов и караванов - получалось ужористо и весело.

Забыл добавить, вся Скандинавия, помимо своих национальных мов, говорит по ангельски, так что языкового барьера не оказалось, в крайнем случае руки помогали суть донести. После совместной вечери, с разговорами и песнопениями, изрядное количество даже нетронутого провианта так и оставалось хозяину дастархана. В основном были это мясные изделия, ещё днём закупленные у шашлычников. Особо славилась на острове баранина местных овец, зажаривали коих очень вкусно на вертеле целиком.

Не могу так же не описать местный лоопмаркет или лоопторг - "блошиный рынок" (в буквальном переводе) , на котором оказался случайно проезжая мимо. Это не барахолка в нашем понимании, а реализация "чего-нибудь не нужного с крыльца", по причине переезда или иного катаклизма. Я наткнулся на распродажу наследства умершего деда-часовщика, только для него и бывшего ценным. А для живущего в Стокгольме потомка оказавшегося ничего не стоящим хламом.

Старик собирал всю жизнь, уже давно вышедшие из моды и заменённые на наручные, карманные часы. Внук отдавал оптом набитый хронометрами фибровый чемоданчик за 20 баксов, даже не зная сколько там тикающих экземпляров, но мне то сие добро зачем? Когда я собрался уходить, наследник уполовинил запрос, вот я и не устоял, сам не понимая почему. Пусть будет, есть не просит, хотя и беглого взгляда мне хватило что-бы заметить среди прочего массивный швейцарский "булыжник" Патек Филиппе, на досуге попробую разобраться.

В довесок получив так-же нож Моро, доброй стали и в приличном состоянии. С рукояткой и ножнами "фирменного" серо-морковного цвета - не затеряется у Володьки как предидущий, ему и отдам. Тяжело в деревне не без Нагана, а без ножа, даже у меня постоянно в кармане складник, хотя бы ради того что-бы шпагат на кипе с сеном прессованным перерезать или хлеба краюху да сала шмат в час перекуса. Впрочем, и для ему супругой ставшей "фирменной кухмистерши" так-же ножи, уже новые, купил так-же Моро, но кухонные и целый набор. Его выбирала дщерь стряпухина - Танюша, в вопросе компетентная весьма, ведь борщ я варил при её деятельном участии и по рекомендациям.

Более того, к следующей вечере настроилась девочка сварить шурпу, что в угоду Виго частенько готовили (он ведь по отцу литовец, а мама у него татарка). Поскольку в этот супчик баранину уже обжаренной закладывают, а этого добра на прошлую трапезу гости же и нанесли с избытком. Нынче число гостей добавилось - молва сработала, и содержимого нашего котла на всех могло не хватить. Тогда торговавший на ярмарке медник приволок ведерный котёл собственной клёпки в качестве взноса. И помимо качественной закуси в неограниченных количествах, в таких же размерах угощён был всем коллективом не менее качественным шведским "Абсолютом"(мне не предлагали когда заявил то что собственной дури с избытком - поверили все). Проснувшись-же утром у ещё тлеющего костра, вновь отведал ещё тёплой шурпы, и "понял он что это хорошо". Котёл же оставил нам, за пережитые впервые ощущения, взяв так же адрес и непременно посулил навестить.

Переехав с парома на паром, а потом ещё всего с одной ночёвкой проехав Латвию с запада на восток, как раз успели к уборке картофеля - сакральному в Балтии, России и Белоруссии мероприятию, не взирая на погоду и настроение. С его завершением и отпуск кончился, пора и поработать - дети (и учителя) в школу собирайтесь - мойтесь, брейтесь, похмеляйтесь. Начался новый учебный год, от предыдущего не отличимый. Посмотрите штатовский фильм "День сурка", так эти дни у большинства людей складывается в "Год сурка", а потом и в "Жизнь сурка", тянущуюся вначале и стремительно пролетающую в конце.

В этом однообразии ничего постыдного нет, если за эту жизнь, исподволь добился Цели, как всем известной - сына, дерево, дом, змею, так и сверх того чего-либо ещё. До такой простой мысли додумался почему-то, унаследовав коллекцию готландского часовщика - видно она являлась его жизненной сверх-задачей, делающей из человека ещё и философа. В которого он превратился, просто честно делая свою работу. Моей же работой являлось приучать детей к физкультуре и спорту, закаливать их тело и дух. Причём таким образом, что-бы этот процесс им "жизнью сурка" не показался. Значит самому следует верить в то чему учу, и личным примером свою правоту доказывать. То есть "качаться, качаться и ещё раз качаться, как завещал ... ", а так-же мозолить задницу, дух крепить и т.д.. И нельзя сказать про "День сурка" то что это был ещё один бездарно прожитый день, ибо пусть по крохам, но постоянно нарабатывалась мышечная масса, выносливость, опыт и как позже понял - харизма.

Очень своевременно стали по ТВ Вольвовский рекламный ролик крутить с демонстрацией нашей с Фоном личной удали, ибо как покупать недешёвый шведский автомобиль в посёлке депрессивном никого не интересовало. Впрочем у меня уже "Лапа" вольвовская имелась, хоть своим грубоватым внешним видом даже "буханке" уступала, но фишка 4х4 в реальной надёжности и проходимости. Все при этом знали что заработал её не махинируя и идти по моему пути никому не запрещается. Справки об освобождении от физкультуры в этом учебном году взяли уж совсем додики.

У меня же попросили мальчики показать самые примитивные фехтовальные приемы, хоть на палках. Но согласился обучать тому что знаю только тех, кто защитой обзаведётся. Хоть какой, проще всего самурайской, для доспехов ронина достаточно лома любого гаража, фантазии, желания и старания. Шлем "Кобуто" получался из строительной каски и "того что было", а доспех "До-мару" из 1,5 мм оцинковки и стального тросика. Тренировки с полу-пудовым утяжелением и под грохот жести пошли только на пользу.

Пяток самых толковых пацанов продолжил приучать к седлу. Исподволь внушая то что не мне нужны сии заморочки, хотя я за любой кипишь, кроме голодовки(иначе не на лошадь, а на меня сядут - деткам только дай слабину). В общем, чем бы дитя не тешилось ... . Вместо монотонно отупляющего с гантелями извращения, будущим мужчинам интересней черенком лопаты и кровельной жестью из себя бруниниека(рыцаря - лат.) творить(к примеру, при таком "обвесе" пройтись гусиным шагом), придав процессу игровой подход. И всё свободное время на саморазвитие пускать. Как в армии, скучающий бездельник - потенциальный преступник.

Куправа при советской власти бурно разрасталась и если поначалу наскоро собирались серые панельные пятиэтажки, то крайним уже строился 60-ти квартирный дом из красного кирпича, "c претензиями под готику", и венок над будущей крышей, до остановки завода вывесить успели уже. Но градообразующее предприятие банкротнули и нужда в жилье отпала, уже готовые панельки пустели и еле отапливались. Воспринимаемый, как всегда благоприятный каприз природы, спонсирующий нас банк, счёл разумным строительство дома завершить, выкупив его у пагаста за 1 лат. Осталось ведь вложить всего с сотню тысяч, тем более, если вводить в эксплуатацию поподъездно, то по 25 штук за 15 квартир - ерунда для банкиров. Что-бы не тратиться потом на реновацию жилья, сразу в проект внести изменения с учетом вновь появившихся материалов и экономичных технологий. Мы не так богаты, что-бы строить плохо.

О том, что на постсоветском пространстве всё начинается не с фундамента, а с крыши(во всех смыслах этого слова) знают даже дети. В переносном смысле владельцы дома сами являлись крышей, а в прямом, они же на месте её и обнаружили - черепичную, при мизерной себестоимости. То есть запустили из местной глины и торфа, пропитанного мазутом, что годами подтекал из прохудившейся заводской цистерны, на последней нераскуроченной печи её производство. Мастера, что разбежаться не успели, работе обрадовались, да и строители на месте нашлись. Пришлые капиталисты контакт с действительностью не утратили и своё светлое будущее лепили из того что было, что не всегда говно, впрочем и оное является ценным органическим удобрением. По крайней мере воняющее нефтью болотце вблизи посёлка превратили в озерцо с чистой водой.

Строители как всегда заработками не удовлетворялись, пересказывая байки про заоблачные зарплаты на шабашках в Риге. Но никого ведь силком не держали и каждый имел возможность эти сказки проверить. Поезд, и автобус в столицу суверенного государства ходили регулярно, а водилы лесовозов и за пачку сигарет подвозили. За такую-же пачку приезжали искатели счастья домой, голодные и злые, вновь просясь в бригаду. Где не обещают, а реально оплачивают их труд и заработка хватает если не шиковать, к тому-же огород подкармливает.

Право на ошибку есть у всех, но только одну, предупредив при повторном приёме на работу, о том что шансов больше не будет. Летуну никто не разжёвывает того, что "эксплуататор" мог бы и в более доходных областях свой гешефт найти. Но для "своего" строителя создать рабочее место - по божески будет, и "свой", своим-же умом до этого доходит и выводы делает о том что незаменимых у нас нет(как сказал Великий Сталин).

Строительство - не главное направление нашего SIA(ООО) и никто не заплачет если многоотраслевое предприятие его лишится. Жизнь как троллейбус - один ушёл, другой придёт. Нельзя только жадничать да зарываться и все яйца в одной корзине держать. Как в анекдоте - ограбил 10 бабушат вот и на пиво хватает, а старушки ведь не кончатся. То есть как при социализме - наличествует вера в спокойное будущее. Мы - государство в государстве, только не обанкротимся - земля всегда прокормит и "своих" не бросаем, дорожите этим званием!

Кстати, и те селиконовые формочки для декоративных свечей, что в Швеции купил(хоть и сделал их Китай), ещё два рабочих места добавили. Главное-же, на воск со своей пасеки расходы на налоги убрали, всю продукцию(ангелочков) пропустив в декларации как церковную. И кто знает, может как отец Фёдор, и до свечного заводика в желаньях дорасту - мечтать следует о великом. Но довольствоваться тем что имеешь, а дано так-же весьма немало, причем под лично мою ответственность, хоть и моральную(самую гнетущую). Ибо весь образовавшийся в округе кластер, куда Семья вложилась, давно вышел за пределы некогда гадюшной Муравы. И это не только территория или строения, но в первую очередь люди, поверившие нам, а мы в ответе за тех кого приручили.

Формально, чин мой не велик - в Пагаст(Сельсовет) избран депутатом и еженедельно по часу там с коллегами заседаю и права "своих" отстаиваю, не давая к кормушке паразитам присосаться, но и от на общество потрудиться не отказываясь. К примеру, согласившись создать Добровольную пожарную дружину, не дал выделенные Ригой на это средства Балвским начальничкам попилить, а ведь уже планировали б.у. рукава на поливе огородиков использовать. Посчитав что Куправе-же пусть банкиры новьё покупают(а те в большой цене), хоть так и поступили, но и секонд хэнд для тренировок по пожарно-прикладному спорту использовали. Через год на республиканских соревнованиях третье место взяв, сам я при этом не слишком завяз - нашёлся энтузиаст-организатор. Ему и лавры, не мне же, с тростью ковыляя, по лестнице-штурмовке карабкаться. Кстати, записавшихся в Земсарги ради дармового огнестрела хитрованов проредить через Дружину удалось - пузанов да крикунов убедив выписаться. Родину защищать ведь и от огня рукавным стволом требуется, а значит и учиться этому делу следует настоящим образом.

В поте лица своего! С молоду надлежит спортом заниматься, в том числе и пожарно-прикладным, который, как любое физо, моим ученикам не повредит. В трудные времена, при любом политическом строе, выживают только сильные люди, телом и душой, остальные в лучшем случае лишаются звания "человека". Задача моя - учить деток выживать и делать из них людей, желательно не скучно, так лучше доходит.

Глава 20

На латышский слово УЧИТЬ переводится как "мацит", но МАЦИТАЙС , означает, не учитель, а проповедник- наставник-священник. Школьного работника буквально и окрестив - СКОЛОТАЙС, коий от школьника- СКОЛНИЕКС отличается только окончанием. Но меня уже через год работы "шкрабом" называть перестали и стал я "мацитайс". Хоть никакой религиозной пропаганды не вел и опиум среди народа не распространял, профессиональным мозголомом не являясь, а только на практике учась на "зоопсихолога". Даже молиться-медитировать старался когда не видит никто. Только ведь на селе от людей не спрятаться, не уйти от внимательных глаз.

Первыми запросились молитвам учиться тройка самых упёртых в тренировках пареньков, пожелавших и крепости духа набраться. Не отказал, но сначала велел им отцов привести и взял с тех согласие на обработку их чадушек, не особо убеждая что такое хорошо, а что такое плохо. Те имели свои глаза и понимали, что стать СВОИМ иначе нельзя, а в общине легче выжить, да и бескорыстный, дельный совет, а то и помощь, от грамотных и опытных людей лишним не бывает. Наставник увидит искру Божью в ребёнке и попытается её развить, дабы тот потом жить мог ПО СПОСОБНОСТЯМ, а не вкалывать на лесопилке "на дядю"(хотя и такой опыт не вреден). Сам и окрестил новых адептов - ведь беспоповцы мы, включив в число СВОИХ.

Уже многие века сначала цари, а следом и коммунисты, обзывая старообрядцев сектантами, жестоко гнобили двуперстно крестившихся. Слыша в ответ от смиренных общинников то что всякая власть от Бога и получая безвредное служение. До момента, пока в следствии накопившегося гноя(противоречий), очередной власть придержащий, делом не доказывал того что служит Антихристу, как например Гитлер, освободивший своих убийц от химеры совести. Лопалась тогда терпелка лучших конспираторов на Свете и попиралась ими истина ПЛЕТЬЮ ОБУХА НЕ ПЕРЕШИБЁШЬ. Установившаяся со времён разгрома Пугачёва. Если партизанить, загнанные как крысы в угол евреи принимались свою ЖИЗНЬ спасая, то староверы спасали ДУШУ уничтожая нацистов и националистов. Чтя завет НИ ЭЛЛИНА, НИ ИУДЕЯ и на сторону ещё более слабого становясь.

По старорусское терминологии, староверов смело относить следовало к разряду СТЯЖАТЕЛЕЙ, и это являлось правдой. Цифры разнятся, но имеются и утверждающие будто к 1917 году в их руках находилось до 70% экономики Российской империи. Ибо для того что-бы "раскольники" могли чувствовать себя спокойно и уверенно, требовались не деньги, а большие деньги. Ибо не так страшен царь, как страшен псарь, т.е. низовой чиновник, от которого и зависит жизнь, но властью малооплачиваемый и от "барашка в бумажке" редко отказывающийся. Пусть Пётр Великий наложил на двуперстных двойную подушную подать, но души то по разному считать можно, Чичиков и мёртвые скупал, а кто-то и живых не замечал, на взятку засмотревшись. Видно власть не знала, что "своих собак надо кормить"(и псарей тоже). Да и то не всегда служат они верно, взяточника ведь сложно насытить, жрёт как не в себя.

А общинники, мало того что скромны были в потребностях и до работы жадны, само собой в "общак заносить" не забывали верным и умным людям. Позволяя деньгам делать деньги, а не кубышку на огороде закапывали. Хранителей-распорядителей общака выбрать было не просто, ибо слаб человек и крышу могло снести почти у каждого от открывающихся возможностей. Даже в юности до фанатизма крепкие в Вере, умные и образованные технократы-начётчики, могли к старости от бесконтрольности о предназначении своём забыть и барствовать да сибаритствовать начать. А про три поколения (максимум 120 лет), за которые вырождается всякое государство основанное на идеологии, и упоминать не стоит. Свежайший пример - КПСС , руливший-разваливший СССР, даже упоминать лень. После Сталина свои сапоги никто из "вождей" в починку не отдавал(кроме Суслова!) и самообразованием "до поноса" не занимался, застряв на уровне ЦПШ - ВПШ. Но и образование с талантом управления не главное, не за горами времена, когда ИИ превзойдёт и заменит человека практически во всех сферах, кроме нравственной. Материалистические теории отомрут. Ведь работа для хомо сапиемса превратится в хобби, как в песне "вкалывают роботы, а не человек". Но не предпочтёт ли он хобби "полегче" в свинью-нарика(и т.п.) превратившись? И не загниёт ли власть, сидящая на распределении благ, как рыба - с головы?

"Влачение креста" старообрядческой православной этики не каждому по силам. Душу, как и тело, так-же с младых ногтей развивать надлежит. Мои усилия по исполнению наказа старцев-начетчиков в тренинге себя с конём, а так же школьников, незамеченными не остались, отметилась и инициатива по зачинанию чендлерного (свечного) бизнеса и с/х, само-собой. Потому и "рукоположен" был в местные главнюки когда бородка смоляная только закурчавилась. Тогда и в некоторые таинства посвятили, в том числе и финансовые, и слегка воспрял я, прознав про то что совсем уж жмотиться не обязательно - бюджет позволял. Открывались мне солидные доходы, что имелись "на стороне".

Хотя ответственным остался пока лишь за то в чём сумел проявиться, на прочем уже иные спецы барыш варили и каждый делал то что он делать мастер. Но и я, по совместительству, приступил к занятиям ещё по ряду направлений и дисциплин. Кому много дано с того и много спросится, следовательно надлежит обучая других и самому "учиться, учиться и еще раз учиться", а мне в том подсобят. При этом не забывая что при расширении прав и обязанностей, основное моё предназначение - мозолить седалище о потёртое седло. До тех пор, пока верный мой конь не вознесёт меня на Олимп. Для достижения мне поставленной цели всё условия созданы :"сяду я верхом на коня, ты неси по полю меня, по бескрайнему полю МОЕМУ...", с предначертанного пути не свернуть, а сверну шею, так сам виноват.

Поскольку унаследовал я ещё дедом в этих краях основанный род, то и по праздным-праздничным дням, "для настроения" надлежало мне в от него сохранившееся выходное одеяние облачаться, весьма притом колоритное. А по сути - русский народный костюм, что в сундуке, переложенный полынью(от моли) хранился. Ещё бабулей в молодости расшитая косоворотка голубого атласа, с ею же сотканным жёлто-черным кушаком, и у лучшего в Балви еврейского портного построенного чёрного лапсердака из английского драпа ( пошил что сумел, но очень старался). Бриджи от парадки и хромачи мне мамуля батины сохранила, он на службу их почти и не одевал - летуны в основном носили брюки на выпуск. А картузы-восьмиклинки с лаковыми козырьками в Риге с довоенных времён на фабрике шили. Хоть цена кусалась, но носила их в Латвии чуть не половина селян, считавших себя потомками стрелков, так что и мне головной убор менять не потребовалось.

Cидящие на коксе правители не с Зели начались. Железный Феликс и в купе с ним ещё целая плеяда, так-же на английский манер(видно там от самого Маркса начавшаяся), весьма Лауданиум уважала. Староверам же даже табак запрещался, не всякий импорт одинаково хорош.

Cо стороны всё это цепляние "за дедовское" могло показаться смешным или показушным. Как у хохлов, с ими враз всеми напяленными одноразовыми понтовыми вышиванками дерьмовой китайской выделки. Но как то довелось побывать мне в Стране восходящего солнца и приятно удивился, увидев с какой гордостью богатые японки праздничное кимоно носили. Про других не скажу, но сам я своих предков тоже не стыдился, как и их одеяния, к тому-же удобного и практичного. Потому связь времён прерывать не пожелал, да ещё и новый черный кафтан заказал себе вскоре в лучшем столичном ателье "Ригас модес", так-же как и у деда, из английского драпа.

А вот косоворотку новую, мне на привезённой ещё родителями из ГСВГ ножной машинке, мне жёнушка не только сшила - выкройка-то примитивная, но и ворот-стоечку с древним узором-оберегом, на ней-же вышила, и такую функцию заложил сумрачный германский гений в швейный агрегат. Жаль что всю эту красоту мне на соревнованиях людям показать нельзя. По правилам там только "чёрный верх, белый низ" и отклонения лишь для военных допустимы - тем разрешено соревноваться в униформе. Очень ляхам нравится верхом в конфедератках и мундирах цвета хаки красоваться, понимаю их - всяко лучше чем в "белых колготках".

Самому вскоре это увидеть довелось, у ляхов на фесте побывав. Правда представляя народ, чья кровь мне от отца передалась - ромалов, так-же по законному праву :"ведь цыган без лошади, что без крыльев птица". Фестивальные игрища, разной степени значимости поляки первыми в Восточной Европе принялись затевать ещё при социализме и весьма преуспели в этом, особенно по части на них выпить и закусить "чего-нибудь исторического", а их есть у меня, вернее у нашей стряпухи, чья дщерь своим варевом шведов уже покорила. Пусть теперь панам кулеш с дымком даст отведать - а то ведь тем сплошь жаренное, да что подороже, предлагать начнут. Не понимая того, что крепкие напитки, и прежде всего польское творение - водочку, горячим да жиденьким закусывать следует. Так и вкусней, и пользительней, ещё профессор Преображенский установил(про Похлёбкина и не поминаю). Да и если цыганским национальным блюдом - в костре печёными ёжиками, всех желающих кормить, в Красную книгу запишут безобидных колючих.

Очень удачно в приграничном с Калининградской областью Ольштыне проводился фестиваль пива (на который свою продукцию свезли свою продукцию 22 пивоварни) и улично-походной еды, где "цыганам" выделен был кусок газона в удобном месте, а неподалёку литовцы жарили своё национальное блюдо "шашлыкас". Нам в национальный костюм нарядиться сложности не составило - напялила "кормилица" юбок побольше да поярче, а я в дедовом "староверческом" одеянии сменил картуз на шляпу, да погарцевал перед камерами в эффектных позах c кольцом в ухе (реклама в нашем деле - главное!).

После, посадил сынулю за спину, кольцо из дутого золота Танюшке подарил, и покинул "табор". Сравнительно недалеко(в Польше, как в Москве - всё рядом) через несколько дней проводились региональные соревнования по конкуру, не слишком важные, но нам главное - участие. Не спеша верхами добрались, ночевав по пути у фермеров, что позволяли за денежку малую коню в ночном пастись. На место прибыли одновременно с пригнанным Володькой автодомом, но уже без "цыганок-кормилиц", их посадил он на рейсовый автобус следующий на Ригу. Пусть доход и невелик, но хоть не в убыток оригинальное приключение вышло, ведь жизнь надлежит разнообразить периодически, особенно женщинам. Жаль что жёнушку пока младенец связывает, но детки растут быстро, и на её век дорог останется.

На исходе лета всё же и ненаглядную свою выгулять получилось. Правда до того я у ляхов отпрыгался удачно, а после, ещё и на исторической родине моего жеребчика - в Ганновере в местных соревнованиях мы поучаствовали, кстати там-же на Блошином рынку парой приличных и недорогих хронометров пополнить коллекцию получилось. И успел таки опять на ВОЛЬВО кубок, на сей раз в столицу Корпорации, сам Гётеборг. Где в этом сезоне на пароме из датского Фредериксхавна свой закончили Drang nach Westen.

Не слишком утомительный, ибо старался чередовать гипер-нагрузки на соревнованиях, дающие закалку и опыт, с неспешными верховыми "прогулками на природе", вымывающими из организма (моего и коня) впрыснутые гипер-дозы молочной кислоты и адреналина (другие снимали стресс с помощью "уотка"), но это если выражаться как атеист. Начётчик, меня курировавший, обзывал охватывавший в тот момент кураж от преодоления собственного страха, победой святого духа над сидящим на другом плече у каждого человека бесом, прельщающего к слабости и трусости. С обязательным отходняком, неизбежным после каждого сражения.

И сам ощущал после, и близкие замечали, как продолжал я крепнуть не только телом, но и духом. Русским духом, который не смотря на мимикрию под окружающую среду разбросанных по всему миру староверов, вытравить из них не выходило, напротив, он всё крепчал от осознания того что кровь не водица. И получая в очередной раз от щепотью крестящихся соплеменников по харе, смиренно подставляли другую щёку. Но зла не забывали! Осознавая, что не народ сам себя продавал, а его правители, под "плоть от плоти" себя маскировавшие, во время крайней, беловежской "распродажи", хоть цифры и разнились, но не менее 40 млн. русских враз за пределами Родины проснулись. А после, их национальные правители переделывать принялись в латвийцев да украинцев, и получалось сие порой, особенно если бабам трусики кружевные посулить. Да и у мужиков бабские оказались душонки, иудины, готовые за серебрянники не только скакать, но и веру отцову-дедову сменить по велению турецкого патриарха и братьев пойти убивать.

Cходу с корабля на бал попасть не удалось. Вентспилс, древний, а главное - стараниями бургомистра (миллионера, но прорусского!), очень ухоженный приморский городок, сохранивший свою индивидуальность, проводить фесты пока не спешил. Но имелся шанс успеть на фест в Изборске, потому последний перегон до родного дома (а после ещё чуть-чуть), в три сотни верст промчались без остановок, питаясь на ходу и в сухомятку, но к ночевке дома уложились.

Фон тут же принялся пастись на своём любимом клеверном поле, а мы с женушкой до самого утра голод другого характера удовлетворяли, но насытиться после долгой разлуки так и не смогли и в один голос друг у друга потребовали продолжения "банкета". Православие, как и почти все остальные ответвления Христианства (кроме мормонов), проповедует исключительно моногамию. Но лишь приверженцы старого толка блюдут её, получается не у всех, но нам с женой повезло насыщать друг-друга сполна и "на лево" не тянуло. Хоть при моей начинавшейся "звёздности" и кочевом образе жизни предложения поступали всякие, в том числе и на адюльтер, но тренинги по "рассудку страсти подчинять" включали и преодоление похоти. Да и зачем? Ведь глупо записываться в ловеласы и сердцееды, когда ненасытная моя супруга полнейший релакс мне дарила, ибо после родов поправилась слегка, а в некоторых местах и не слегка, превратившись в зрелую красавицу. И по прошествии лет являла собой в моих глазах само совершенство. Во всех смыслах этого слова.

Только по утру, моя законная, повязав хусточку и фартук поверх сарафана, вновь демонстрировала домостроевскую скромность и покорность, будто ничего и не было ночью. Коровку подоила да на пастбище отогнала и завтрак на стол собрав да семью накормив, давала последние наставления кухмистерше, принимавшей у неё бразды домоправительства(И.О.). Поскольку та в начале лета отпуск в Шведском королевстве провела, то и её подруга, а моя супруга так же законное право на аналогичный "отдых за рубежом" заимела.

Да только "рубеж" совсем под боком находился и желание сие легко было исполнимо. По другую его сторону, в Изборске, граде основанном ещё Трувором - соратником Рюрика, ныне музее-заповеднике, проводился ежегодный фестиваль. На который, чуть ранее, уже своим ходом(то есть верхом), отправились Виго и трое инициативных пацанов с ним. На автотранспорте у нас появлялся шанс их нагнать и так-же принять участие в празднике. Что и проделали, с огромным удовольствием для своих и окружающих, посмотрев что у других, и что у себя показав, "людно, конно и оружно".

Глава 21

Специально пункт питания для изборцев разворачивать не стали, но поскольку полученный на Висбю котел ручной работы был ведёрной вместимости, то заправили его сполна. Любимым латышским национальным блюдом - серым горохом со шкварками и жаренным луком, да под кефирчик или простоквашку с натёртой чесноком горбушкой чернушки. Едой весьма нажористой и вкусной, но с некоторыми своеобразными последствиями. Впрочем, специфический запах и звуки не отпугивали, а даже приманивали, набежавших с ложками желающих на халяву отведать не малые остатки нашей незамысловатой вечери. Но вонь от пота, как конского, так и махавших весь день железом "ратников", а у некоторых и перегара, так же не отличалась благолепием, потому-то всё было пронизано терпимостью друг к другу и "ФИ" никто не произнёс. На "честном" фестивале, как на войне или в походе, брезгливых нет. Портянки к ночи тоже не розами благоухают, но "стерильная жизнь" вечно в тапочках, пресна и скучна.

О чём очень скоро смогли поведать своим одноклассникам побывавшие на фесте сынок с Танюшкой и "три мушкетёра". Последних так прозвали потому что Виго ввёл в программу их подготовки ещё и стрелковку. Но большинство рассказов сыпалось от моего пацана, ведь сидя на крупе коня увидеть ему довелось в путешествиях по Европе больше всех. Причём живо-описывал он весьма красочно, почти не приукрашивая при этом. Заставив меня задуматься над развитием именно этого проснувшегося у него таланта. Развитие технических средств позволяло не ограничиваться лишь эпистолярным стилем. Сидя у меня за спиной у мальчика руки оставались свободными, к примеру для кинокамеры, которые становились всё меньше без ущерба качеству съёмки. Да и мне не вредно было при разборе полётов(при взятии преград) видеть где косячил, дабы больше так не делать. А начинать свои репортажи может мальчик уже нынче, ведь и в школу добирался он довольно экзотическим способом, тем более в роли возчика быть Володьке стало не обязательно , отроки сами с вожжами научились управляться, тем более что верхом я их сопровождал (конный эскорт!).

"... Просто я всегда с собой беру видеокамеру" Кортнева, постоянно пелась на ССР(Cам Cебе Режиссёр) - одной из популярных российских телепередач, и сынуля воплотил в жизнь смысл песни. Причём и на эту-же передачу отослал чуть ли не первый свой отснятый материал. Ему повезло увидеть и запечатлеть умилительный сюжет как бобры нашу речку Болупе дружно прудят. С коментом про победу коммунистического труда и награждение отличившихся очень вкусной Доской почёта(почти постановочной), приплывшей по течению.

За что самому оказался наградой японский цветной телевизор. Вдохновлённый и замотивированный, принялся он своему хобби отдавать всё свободное время, чему я не противился - позволив делать то к чему душа лежит и творить просится. А "делать кино"( тем более хорошее), что по словам Вождя пролетариата - важнейшим из искусств является, по силам не каждому. Ленин ещё и цирк присовокуплял, но тут уж я отличился, даже с конями. Но кто в мир кино попал, на веки счастлив стал! Ведь просто всё - берёт талант жизни кусок и "ножницами" выбрасывает из неё всё не интересное. Может кровинушке суждено стать счастливым? Не имею я права ему судьбу ломать, а сделать духом сильным, здоровым, умным обязан, да и возможности таковые с опытом уже имею.

Началось же "заболевание" у сынули после встречи на фесте с профессиональным репортером, там готовившим репортаж и не поленившимся повозиться с деревенским пацаном восхищенным камерой. Даже на прощание подарил случайно завалявшуюся в его кофре брошюрку как делать кино "для чайников". После-же, очевидно взяв моральное шефство, прислал и всю "макулатуру", что пылилась у него на антресолях, за что алаверды тут же отправлена была москвичу посылка с балтийским деликатесами. Наука знает много гитик, а образование, тем более заочно-заушное, тем более.

В советское время Рижская киностудия имела своеобразную специализацию. Ведь на её покрытых шведской брусчаткой узких улочках, не тратясь на реквизит, было возможно хоть приключения Штирлица, хоть Холмса снимать. Правда тем киностудиям, что могли финансирование в Госкино выбить, а рижанам оставалось помогать за денюжку малую. Хотя имелись собственные знаменитые артисты, обучавшиеся ремеслу в московских ВУЗах, но не удавалось как-то таланты в команду сплотить и свою школу создать. Учиться в "свободной" Латвии "кино делать" стало не у кого и сын рад был той форме знаний что ему достались по случаю.

Меня-же радовало то, что он смог сам определиться с выбором своего любимого дела. Ибо "Нужен Вызов", стремление выполнить почти невыполнимое. Сверхзадача, сжирающая всё время(оставляя его малость лишь для еды и сна). Таковое найти можно где угодно, и чаще всего в творчестве, кино в том числе.

Шанс РКС создать аналог Трёх мушкетеров в 1970 году представился, причём на очень насыщенном местечковом историческом материале 17 века. По мотивам романов хорошего, но скверно переведённого латышского автора, "Слуги дьявола", а пару лет спустя продолжения "Слуги дьявола на Чёртовой мельнице". Увы, не удостоившегося достойной адаптации для многомиллионной и благосклонной к прибалтам советской аудитории. Бойкую музыку для фильма сочинял сам Р. Паулс, но в русском варианте фильма текст песен оставили без перевода и т.д. и т.п. . В итоге, прокат фильмов в СССР провалился, из-за мелочи - пренебрежения основным зрителем, а Заграница сама пренебрегла. С приходом-же "независимости", из ВСЕХ национальных киностудий, ни Голливуда, ни Болливуда не получилось - ВСЕ они обанкротились.

Нашему подсуетившемуся банку удалось там скупить на вес исторический реквизит 17 века, от ярких камзолов и колетов дворян до бурой рясы католического монаха. Дабы на фестах не срамиться. Впредь являясь в четверть века назад качественно сшитых одеяниях, в добавок правильно хранившихся. Да и как не взять, если почти даром отдают? Обычно, реконструкция есть удовольствие весьма затратное, потому, спонсор содержащий такой клуб, собственный рейтинг повышает. Если-же клуб ещё и конный, то престиж уже поднимается до европейского уровня (ВОЛЬВО тому пример). И за счёт привлечения средств состоятельных и в основном иностранных романтиков может на самоокупаемость реконструкторов вывести. Свои затраты окупив при этом, и для местных дав возможность создать рабочие места (в качестве конюхов и прочей прислуги - любая прихоть за ваши деньги, а стыдно только воровать).

Мои ученики с удовольствием и серьёзными фэйсами на каникулах подрабатывали служками у надутых Херов, Пэров и Серов, понимая что те всего лишь херовые пердуны и серуны, получая кроме денюжек ещё и закалку с опытом.

Переступать через гордыню, через лень, через боль и усталость, ребята на моём примере учились. Определяя цену себе и повторяя следом главную христианскую заповедь ТЕРПЕНИЕ - ЕСТЬ ВЫСШАЯ ДОБРОДЕТЕЛЬ. Хоть сам я стойкость духа нарабатывал через то что зубы от страха cтискивал, аж чуть не крошились, и задницу об седло в кровь мозолил(но это кому что выпадет, а свою работу делать следует честно). Проклиная тот день, когда начётчики в Риге во мне зачатки "дара" узрели и на его развитие благословили. Я же клялся в том, что "если снова начать", то в Большой Спорт НИ НОГОЙ! Пусть сразу убивают. Но если выпало жить, МОЛИСЬ и КАЙСЯ перед прыжками ИСТОВО, это поможет голову выключить и о чём не думать, перейдя с конём "на автопилот" и давить на него экстрасенсорно, без помощи стека и шпор.

Во время соревнований наказывать поздно, ляп не исправишь, тем более поздно наказывать потом - не поймёт партнёр - у него память "короткая", только хуже станет. Но зато на тренировках лупить нещадно за любой косяк, но моментально, после его свершения, как и горбушкой круто посоленной(да хоть морковкой или бананом) побаловав как слез. Вбивая в подкорку прямую связь ПРЕСТУПЛЕНИЕ - НАКАЗАНИЕ, и вот тут знаменитая "лошадинная память" в помощь. Помнить будет "что такое хорошо, а что такое плохо", до самой смерти. Более четырёх тысяч лет назад человечество коней разводит и делает это допетрив до "кнута и пряника", ничего нового не придумав.

Корчащий знатока Невзоров даже фильм снял о том какие конники жестокие, видно и в гинекологии спецом себя мнит, но пусть в велосипедное седло пересядет, себе под стать - велик тоже безмозглый. Не понимает того что отношусь к коню как к своему сыну и мне легче себя ударить чем того или другого. Но порой надо, лишь что-бы не наказала нас потом жизнь. И понимают ведь, что суров я, но справедлив, зла не держа. Слышал, что верблюдов иначе дрессируют, но меня ещё на пса хватить может, а верблюдоводам Аллах в помощь и моё глубокое почтение.

Потому-то являлся в Клубе больше не организатором, а "знаменем", и стаф-команда "Черноголовых"(формально - "подсобников-полубратьев", но оплачиваемых богатенькими "братьями", бывающих редкими наездами), сформирована оказалась почти без моего участия, ибо слишком часто оказывался в разъездах. Особенно в этот, предолимпийский год - зарабатывая лицензии, изрядно помотаться потребовалось. Благо, что мои прогулы, как в школе, так и в Клубе Виго заполнял. Oт предложения, пусть временных, замен на физ-ре меня-пацана, на маститого, Заслуженного тренера Лит.ССР, директриса не могла устоять - поднимая собственную самооценку и теша самолюбие.

Сельхоз. раздел под "Домоправительницей" оставался по совместительству, и по рентабельности прочим не уступал. Обладавшая унаследованной от предков крестьянской сметкой и способностью общаться с людьми, Вия не только полностью задействовала имевшиеся с/х угодья, но и выгодно сбывала остававшиеся избытки продукции - того же сена, но после Рождества. Не обязательно за деньги, с коими у хуторян при любой власти недостаток имелся. Возможен был бартер, к примеру на телёнка, что-бы его маму от бескормицы уберечь и через год позволить помимо молока принести нового телёнка. Приобретённый нами, за этот период вырастал в бычка или корову с уже совсем другим весом. И таким образом по округе у соседей изрядное стадо для откорма собиралось.

Коневодство же для души остаётся, а главное - где хранят яйца умные капиталисты не знаю, но умные капиталистки оные не в одной корзинке сберегают. Да и прочим мужикам мало в чём уступают, после дойки, моя ненаглядная коромысло с парой вёдер молока как пава несёт, ни капельки не пролив. А ведь совсем скоро особи женского пола всё что тяжелей смартфона поднимать откажутся, да и мужского, ничего что тяжелей стакана. Но вот по слухам, ещё ранее, фемины в селениях и коней непременно на скаку останавливали, и в горящие избы заходили "на огонёк".

После триумфа с серым горохом в Изборске, где среди почитателей под видом реконструктора у неё столовался и владелец крупной сети общепита, решивший этим не дорогим, вкусным и сытным блюдом расширить меню своих заведений. Договорившись с Вией стать его поставщиком, клин "музыкального" растения резко расширился.

Клеверное сено разумеется скоту вкуснее и почти не уступает овсу. Тот, и другой продукт равен кормовой единице (к.е. в кг.). Но на кило гороха можно купить пять кило овса, остающаяся гороховая солома с удовольствием поедается даже свинками, и так же является бобовым растением, на чьих корешках образуются клубеньки азота, то есть повышается плодородие почвы. Опять же сенокосов всё равно оставалось у фамилии с избытком.

Бывая дома налётами, чувствовал себя я всем должным, аки земля колхозу. Норовил за всё хвататься, как Ленин на субботнике - то за бревно, то за лопату, принося результат около-нулевой в материальном измерении, но вот в моральном! Дабы поднять дух народа, порой требуется совсем мало, в Москве проехал Ельцын в пролетарском троллейбусе и Бориску на Царство посадили.

В Латгалии люди так-же умели малому радоваться и явления учителя народу выливались чуть ли не в Праздник Труда. Вот в одно из моих посещений родных пенатов, надумали в Брюсселе, что если сами капусту любят(во всех смыслах), то кандидатам в ЕС так же что-то фирменное требуется возделывать. Полякам повелели яблони садить, а в Латвии - груши(после чего их околачивать) и индюков разводить. Финансирование и материалы выделили, но в Риге всё осело "где-то". Малая доля дотаций, что проводилась через банк Черноголовых по назначению всё-ж дошла, ибо воровать нехорошо. А раз дают - бери, хоть индюшат, хоть саженцы. Я поднял да вдохновил людей на трудовые подвиги и в Мураве во время "субботника" на 8 га разбили грушевый сад. У нас есть и кого, и кому сажать, и кому есть - школьникам витаминов много требуется.

Если-же "налёт" выпадал на воскресенье, то устраивался Праздник Спорта, с марш-броском "на десяточку" и прочие "забавы молодецкие" для всех желающих. Только кулачных боёв, как в старину, участковый не разрешал, а жаль, душа у народа и экстримного выхода просила!

Мне дозволялась организация и руководство процессом как конной статуе - в седле пребывая, но не позируя или кого-то изображая, увечье мешало много ходить(а народ ведь с понятием). Оставаясь собой, живя по Заповедям и своим делом занимаясь, причём ЧЕСТНО! Короля делают свита, а так-же те кто сам обманываться рад, но только тогда, когда делаемый не врёт сам и ПАШЕТ! КАК РАБ НА ГАЛЕРАХ! Имитация бурной деятельности без получения результата долго не прокатит. Мои-же ученики, хоть в половину моего тренировавшиеся, "разбухали" у всех на глазах(девичьих особенно), но оставались кротки как овечки, о криминале даже не помышляя и в ОПГ не сбиваясь, мужая как телом, так и духом не нищая.

Понимая, что по окончании школы, вряд ли потребуются знание правила Буравчика и закона Бойля-Мориота. Чангалу(латгальцу, презрительно), если руки сильные и большая грудь, то не академиком, грузчиком ты будь, последние всегда востребованы и без хлеба не сидят. Это в Европах бывают и такие, что сколько их наукам не учили, для тех всё равно повернуть назад будет значить развернуться на 360 градусов. Но не даром преподаватели время с такими тратили(а родители деньги) - если ты немка, да по имени Анналена, то и до министра дорастёшь. А по факту - век учись, а умрёшь дурой, хоть и наглой.

Мировая депопуляция началась с Латгалии. Она безлюдела, старики умирали, молодые боялись рожать детей и полулегально перебираясь в ту-же Германию(но не министрами работать) и прочий ЕС. Впрочем и в Россию уезжали, те кто экзамен по латышской мове одолеть не смог, которые "ну тупые"(но не амеры). Куправская школа так-же пустела, закрываясь с начальных классов. Малышей, уезжавшие родители с собой забирали, дабы те в заграничных школах местную мову учили. Скорее стараясь стать этническим компостом и навсегда забыть языки предков, ЛАТЫШСКИЙ ПЕРВЫМ.

Выпускники, после срочки не возвращались так-же. В буржуазной армии мирного времени профессиональные поварихи были не из солдат, кормили они вкусно да сытно, боясь воровать, и дач бойцы генералам не строили. Военному делу учиться, телом и духом крепнуть, всё равно в чьём войске, главное по своим не стрелять. Потому дембельнувшись, переходили не контракт или устраивались в полицию да в пожарку. А кое-кому удавалось дальше учиться поступить. В основном брали крепких парней в Резекненское пограничное и Рижское стрелковое(у Кищ-озера). Моих наставлений придерживаясь - вид делая что слушаешь, но своим умом живя, и Заповедям следуя. Вслед за учениками и учителя "на волю" потянулись, счастье своё искать, ведь с неполными классами и ставки получались не полные, а картошки с огородов для прокорма не хватало.

Но мы в ответе за тех кого приручили, и ради того что бы продлить агонию школы Братство Черноголовых объявило призыв по ЕС волонтёров способных не завоёвывать, а без напряга учить "последних из Латгалии". Хоть по году исполняя квест, как бывало во времена Крестовых походов. Дабы хоть ещё одна дюжина отроков с Дипломом получила лишний шанс на рынке труда. Суля "временным братьям" помимо стола, крова и карманных денег ещё и экзотические местные развлечения. Души прекрасные порывы не только русским присущи, на Западе уже давно распространено волонтёрское движение. Только раньше буржуинские "комсомольцы-добровольцы" в Африку летали негров учить и лечить, а теперь на Восток, и НЕ ГР ныне означает не гражданин.

Унизительно конечно, но повторюсь - смирение есть высшая добродетель. Пусть нашим депутатам будет стыдно - на своё жалование деньги изыскали, за то что зады в креслах мягких, а не в поскрипывающих сёдлах просиживают. На подвиг "слуг народа" душевным порывом не заманишь, их и так хорошо кормят. Что странно, в "крестоносцы" со всей Европы аж целых три девы юных вызвались, и все с нормальной ориентацией. Две страшненькие, но озабоченные западные немки и одна норвежка - красавица, с запоминающимся именем Теа(подарок Богов). Тут же переиначенная в Тея (чай - лат.) и деток, и животных любящая, потому и прихватившая щенка лаечки. Романтичная, но бойкая чудачка с университетским образованием (география, астрономия).

Суматошный год пролетел незаметно и пора пришла через океан перебираться на XXVI Олимпиаду в Атланте (штат Джорджия). Где в личном первенстве по Конкуру, на перепрыжке, всё-же смог обойти француза и добыть Бронзу. Правильнее сказать, конная часть соревнований проводилась не в самой столице Кока-Колы, а в 30 милях (прим. 50 км.) восточней, в специально созданном превосходном Международном конном центре Маунтинбайк г. Коньерс. Звучит как "пришёл, увидел, победил", но победить немцев было пока не реально - совсем другой уровень, а вот опыта у них набрался и к чему стремиться разобрался.

Причём не я один, к примеру, незнамо как разбогатевший конник с Украины, и вовсе на Неметчине свою базу основал, с высокооплачиваемым персоналом из местных. Только это уже перебор - фрицы за него на соревнованиях не прыгали, а сам он оказался посредственностью(коня не обмануть - чует кто в седле). Мы же с Фоном просто сделали всё то чему успели научиться. Возможно долгий и не совсем комфортный путь, а так же здешняя жара, как то сказались на результат. И без этих помех удалось бы выступить лучше, но и конкуренты ведь прошли через это-же самое.

Пика физических возможностей лошадь достигает к 10 годам, а после на несколько лет "закрепляется на плато", а это значит, что с Фоном я ещё на одну-две Олимпиады ездить способен с надеждами на успех и нечего истерить. Но о замене "пред-пенсионеру" думать пора уже нынче, то есть к своей заднице молодого жеребца (к счастью, имеется таковой на примете) приучать и натирать её с двойным усердием. Никакой ганс или фриц это за меня не сделает - требуется "индивидуально-персональная подгонка" и пусть и далее поскрипывает старое седло. Хотя не старое, купил для пробы там американской выделки, а так же трость себе массивную, смахивающую на булаву, из спец-пластика, в фирменном магазине "Стилс", тройку старых часов карманных на блошином рынке, да ещё подарков там-же своим набрал, а малышке куклу новомодную Барби. И "губ бай Америка". Меня ждёт Бэлла Италия(через 4 года).

Глава 22

Родина встретила олимпийцев овациями. И не меня одного, ибо ещё в былые времена, земляк, вышедший из латгальской старообрядческой семьи Афанасий Иванович Кузьмин, про которого упоминал уже, даже олимпийское золото брал по пулевой стрельбе, став Заслуженным мастером спорта и двух советских орденов удостоился, нынче-же серебром ограничился. Подружиться нам не заладилось - в разных сферах витали, но крепкими товарищами стали и при случае друг-другу помогали как могли, например к любым патронам имел он неограниченный доступ и не жался - делиться, а я ему перспективных стрелков отбирал(ведь и этому меня учили немного) и переход от "моей" выучки к "его" сложным не являлся, он ведь тоже учитель, только Высшей школы, но не зазнавался.

Кстати, всех мной отправленных ему питомцев он, давя авторитетом устраивал в Кара(воен.)сколу в Риге, в которой, получив полковника и орден Виестура(второй по значимости), вёл кафедру. А там, помимо военного и высшее гражданское в подкорку кадетам вбивали. По принципу "не можешь - научим, не хочешь - заставим", содержа на весьма достойном государственном довольствии с уверенностью в будущем. Служаки потребны любому режиму, и кормить собак следует сытно не только перед охотой. Тем более "травли Русского Медведя" не ожидается - ссыкотно, да и косящие под псов волки разбежаться могут, сколько их не натравливай. Особенно, если знают куда бежать - родная Латгалия не выдаст, среди лесов и болот власть не найдёт, а рядом с чангальской "овертой" сицилийская нервно курит.

Вот с определившимися в "служаки", когда те приезжали в Клуб "порезвиться" на каникулы да в отпуска, стал исподволь "политзанятия" проводить, а по сути душеспасительные беседы, к примеру на передышках после марш-бросков. Дабы смывать у них с мозгов тот налёт, что властная идеология сумела замутить и приучать жить своим умом. Из волков затаившихся, в цепных псов не превращаясь и не демонстрировать того, не придуман ещё такой томограф, что мысли умеет читать. Как бы до поры держа фигу в кармане, при этом "военному делу учась настоящим образом" и службу неся бодро, ничем не отвлекаясь. Дай Бог, что-бы наука та не сгодилась и полученное ремесло на практике применить не потребовалось. Но всё равно, на сытном государственном жалованье, своих наследников они не в голоде вырастят и им Божью науку с рождения в головы вкладывая, уберегут от дури с содомией.

Бороды отпускать да косоворотки носить при этом не обязательно - такие грешки отмаливаются легко. Но и Образа в Красном углу, и крестик старообрядческий(без распятого Христа) выпячивать не следует даже среди своих, сие не бижутерия и не следует нас путать с различными сектантами типа баптистов, мормонов, молокан и пр.. Мотивирование и Вера лишь крепнут от такой "конкуренции", пусть и агрессивной. Но не в "союз нерушимый ..." попасть ( на сей раз европейский ), и прочую ересь типа "Запад нам поможет" надеясь . Надеяться надо на крепость рук, на руку друга ... , а на Западе друзей нет - их задача из нас боевых хомячков сотворить, что воевать ринутся за кружевные трусики. Однако пока пусть считают что мы дураки, подиграем раз такие правила, разубеждать рано, но в казармах латвийской армии после ухода офицеров по домам говорить начинают на русском, как и думать, причём не о том как угодить заокеанским хозяевам.

Но это я слишком забежал вперёд, пока же меня ждала проза жизни провинциального и ограниченно годного учителя физкультуры умирающей школы умирающего посёлка. Только пока в нём люди ещё живут и детей своих растят. Кому-то следует тех делать сильными и выносливыми, а всякое порученное дело надлежит честно справлять. По всему видно, что у меня сие получается, и меня уважают за это да еще за упёртое стремление к победе. Окружающие-же леса, озёра и болота не минус, а плюс, ведь солнце, воздух и вода ... , все высшего качества, не загазованные и экологически чистые. А ещё меня окружают любящие родные и близкие, коих и я взаимно очень люблю. Так сильно, что после возвращения с Олимпиады, супруга вскоре призналась что вновь не праздна. И даже имя уже придумала, причём вопреки канонам - Атланта, если девочка, или если мальчик - Атлант. Ко многому обязывающее, но я ведь знаю как помочь стать таковым, а то что не согласно святок - отмолю.

Кстати, и первенец наш так же побывал на Играх, только не как я при коневозке океан переплывал, а за 14 часов перелетел на самолёте(хорошо что попа уже седлом тренирована). Его с собой согласилась Тея прихватить, богатенькой оказалась - её род из Ставангера и в нефтедобыче приподнявшись, кровиночку морально и материально поддерживал в познании самой себя(и прочих). Но не мажорила девушка и честно пыталась Мир увидеть да Смысл жизни постигнуть. Пока же, вместе с моим пацаном видеокамерой увлеклась и на пару весьма преуспели уже они. Интересный ролик засняв не только о моих достижениях, но и о Конном спорте сколько смогли, особенно зрелищно получилось заснять показательные по Вольтижировке. Молодцы джигиты, и их запечатлевшие - тоже молодцы!

Если немки умотали в Фатерлянд, одна ещё зимой, лечить что-то венерическое, а вторая доработав учебный год и согласно поставленной цели взяв с собой совращённого избранника, то норвежке наш край пришёлся по сердцу и осталась она преподавать дальше. Благо, у неё это получалось, уроки вела на хорошем английском, доходчиво(порой и на пальцах). Уже после года занятий её ученики попутно и язык Шекспира стали понимать. Как и она русский, постепенно его совершенствуя, но если это кому-то не нравилось, то с ним переходила на язык евросоюза.

Из ожидаемых крупных соревнований, очередные Всемирные конные игры должны были состояться в 1998 году в Риме. На них всегда лидировали немецкие спортсмены, с большим отрывом опережая американцев и британцев, и ждал меня страшный бой, а не лёгкая битва. Но Фон находился на пике своих возможностей и очень хотелось его плато растянуть, не перенапрягая уже и попутно готовя замену, с которой пока не определился. Подросли сразу два перспективных прыгучих жеребчика и пользовал их по очереди, ветерана стараясь не забывать. Если не утроив, то наверняка удвоив собственную нагрузку, экономя время и силы на всём кроме тренировок. Мне до физиологического пика было ещё как до пенсии и себя щадить права я не имел. Самодисциплина - долг тяжелей горы.

С основной деятельностью - преподаванием, мне как олимпийцу пошли навстречу, свели физкультуру за неделю во всех классах в один общешкольный Спортивный праздник на полный учебный день, с марафоном(а как снег лёг - лыжным) и прочими издевательствами над детишками. Причём, старались что-бы выпадало на воскресенье - раз праздник(светки), а сие не работа и Писанию не противоречит, но школярам к каникулам лишний денёк добавят и все довольны. А что бы успевал всюду, уже сформировалась "группа поддержки", ведущая организаторскую и разъяснительную работу, и фиксировала достижения. Мне-же оставалось с седла руками водить и напевать песенку, что ещё от деда слышал "Как хорошо быть генералом ...". По будням-же, все кто желал, и так не менее часа-другого, под руководством "группы поддержки", посвящали физкультуре и спорту.

Всё ладно получалось на Родной земле, будто Ангел-хранитель у меня сильный имелся, и не у меня одного. Не только конкур был весьма травмо-опасен, в чём убедился в отрочестве, но хоть и нынче порой падал, обходилось без фатальных последствий. По пожарной трёхколенке так-же все карабкались без страховки, но тренировались ребята без травм пока, не даром же свечи и за них так же ставил не жалея. Только и моя жёнушка, в тайне, ещё и какие-то подношения с заговорами УСИНЬШУ делала. Покровителю лошадей (и пчёл?!) в пантеоне балтийских Богов пребывающему с дохристианских времён. Ещё его "братья" Ашвины - "Боги всадники" у индусов весьма почитаемы, да и православные Авсею-Усеню молились неспроста. Видно на небесах сами разобрались кто нас охранит - Боги мудрей людей самонадеянных и жадных.

Как ни старались крестоносцы Ордена души жителей Ливонии поработить, но подчинить Риму коренное население вышло у них чисто формально и выразилось лишь в вынужденном посещении крестьянами костёла и удержании с них десятины. При полу-тайном сохранении верований предков. Лечил простой народ свои болячки у "своих" раган(ведуний), а у медикусов заезжих - немцы-переселенцы. Помощи и защиты просили так-же разделившись, угнетённые - у своих Богов, угнетатели - у своего Бога, в крайнем случае становились ливонцы двоеверцами тайными. Гонимые на православной Родине сторонники старой Веры, перейдя кордон, так же переняли многое, вольно или невольно. К примеру, когда их после на Алтай занесло, то женщины так и не сняли языческие бусы-обереги из балтийского дзинтаря(янтаря). Да и на Лиго-Яня (Иванов день, а вернее ночь) вместе весельем славили древних Богов - пивко квасили и через костры прыгали.

"Неожиданно", вернее благодаря заснятому сынулей ролику, показанному по Евро-ньюс, слух о моих тренерско-педагогических талантах по миру распространился. Пришло приглашение принцессу Монако поучить в седле сидеть, а от таких предложений не отказываются. Княжество это не только автогонками знаменито, конный спорт там так-же в почете, особенно у монаршей фамилии, ежегодно проводящей в Монте-Карло легендарный Интернешнл Джампинг. Популярное развлечение у сверх-богатых, стоящее в одном ряду с посещением гонок Формулы и игры в Казино.

Являлось скорее хорошо поставленным рисковым шоу, ради которого микро-государство ежегодно засыпало песком(разумеется импортным) асфальт, превращая часть трассы в открытый конный манеж, а после Скачек, грунт сгребали и вывозили, но затраты окупались. Победитель становился у почтеннейшей публики на слуху наравне с Шумахером и в эту пиар-компанию самому вкладываться уже не требовалось. С той только разницей, что автогонщик болиды на своей "конюшне" не производит, а мой Фон потомства уже настрогал изрядно. Фрику и Фраеру(по бумагам Фрейр, германо-скандинавский Бог плодородия) требовалась качественная реклама. Пора настала приступать к реализации молодняка от знаменитого и отмороженного папы. Экономика должна быть экономной, как говаривал мелкий политический деятель эпохи Застоя и вокального разгула быдловатой певички.

Призовой Фонд Скачек с виду хоть и казался внушительным, но разбит был так, что-бы не обидеть никого. Потому, как ни старался, но в итоге радовался тому что хоть затраты на солярку окупились. А больше тому что смог Фона во всей красе показать, ибо в неклассических "шоу-дисциплинах" он преуспевал. Если в конкуре стандартная высота препятствия была полтора метра, то дав жеребцу волю, смог он взять высоту более двух! Дас ист фантастиш!

После Скачек принялся принцессу обучать, но уже в соседнем государстве - Франции, где для этого арендовалась усадьба, в княжестве было слишком дорого даже для его владетелей. Ну а мне было даже лучше среди пейзан, а не надутых богачей и аристократов, да и провиант дешевле получался, впрочем овёс с сеном выходил за счёт приглашающей стороны - конюшня-то общая, а так же солнце, воздух и вода, в неограниченном количестве и превосходном качестве. Но вот не то что бы рыбку из пруда поймать, одного труда было мало, даже лягушки и улитки оказались платными. Дешевле выходило приготовить в автодоме из продуктов с рынка, причём отменного качества. Такими же и блюда получались, ведь творились они ручками дрожайщей моей супруги.

Правильнее сказать, на газовой плите автодома Вия только разогревала готовые блюда из местного придорожного ресторанчика, где собственноручно их и готовила (из своих продуктов), попутно с исполнением заказов клиентов. Душащая меня вечно жаба, там даже Луковый суп заказать у горсона мне-бы не позволила, но деток-то кормить следует сытно и вкусно. Из местной кухни подошли-бы Кассуле, Тартифлет, Потофет и пр. и желательно по себестоимости. Посему по прибытию во Францию, не смотря на то что пригляд за тремя малолетками cвоими (+ Танюшка, дщерь кухаркина) требовался, деятельная женщина на "горящий" месяц себе подработку в местном общепите на пол-дня(с обеда) изыскала и трудясь, под руководством опытного шеф-повара изучала "на пальцах" изысканную французскую кухню, опровергая то что лишь "щи да каша пища наша". Я же к обеду тренировки завершал и в детдурке сменял на посту жену, становясь усатым (и даже бородатым) нянем. Впрочем, Танечка так же по зову сердца уходила на ресторанной кухне подсобничать и не дунеядствовала.

Самый же крупный материальный вклад в наш общак внёс неожиданно Фон, не очень-то и перетрудившись и скорее напротив - удовольствие получая. Два весьма состоятельных свидетеля его триумфа на Скачках в Монако, возжелали потомство уникального прыгуна заиметь, с расходами не считаясь. Узнав, что далеко ещё не отъехали и дождавшись когда на их конюшнях кобылки поприличней жеребца пожелают, привезли их на случку, суля мне любые деньги за "допуск к телу партнёра". Дабы отвязались, ляпнул я глянув на звёздное небо астрономическую цифру - расстояние от Земли до Луны, что как-то Тея вскользь обмолвилась, а в моём мозгу осело. А богатенький Буратино тут-же выписал НАМ чек, пришлось жеребцу отрабатывать. Через неделю заявился его дружок, с со своей кобылой и чеком. Благо, что время приспело уезжать - затрахали бы нас желания не спросив. Яйцами(куриными), производителя откармливать и бромом отпаивать потребовалось в итоге. Несколько позднее прознал, что и на конюшне принцессы, не спросив НАШЕГО разрешения, его "изнасиловали", но у меня чуйка на неладное сработала, а конюх, как его прижал, слаб в коленках оказался. Дабы замять надвигающийся скандал, принцесса чуть себя не предложила, но завидев Вию компенсацию НАМ выплатили "двойную астрономическую", да ещё мне вручили Медаль Физического воспитания и спорта. Хотели и вовсе пожаловать высшей наградой Монако - Орденом Святого Карла, но я сказал как Тёркин скромно :"Зачем мне орден, я согласен на медаль".

До дома - до ха.., нет - стойла, доехали без посягательств на НАШУ честь и достоинство, и так план по сексу оказался перевыполнен - за время отлучки целых три случки. Теперь ждал долгий отдых "беспокойной конечности" партнёра, до следующей весны, хоть тот был как пионер "Всегда готов", да и течки к кобыл случались каждые три недели. Но вот после они носили плод ровно год и только родившийся весной жеребёнок успевал у мамки выдудонить полное витаминов "пастбищное" молоко и даже от солнышка, очень важный витамин "D" получить.

После мая, хоть исключительно морковкой кобылу корми, жеребенок хилым получится, лишь более ранние роды безвредны. Вот и начинаются случки у "знаменитых" производителей аж с февраля, и те к лету "на женщин" бешеными глазами смотрят, а от исполнения обязанностей ухилянствуют, как ни стыди. Но способы принуждения имеются и почти насилуют "мальчиков" озабоченные самки. На югах-же к солнцу и сезонам привязаны не сильно, потому и вышла Фону сверх-плановая халтурка. За которую я чуть Орден не получил, интересно с какой бы он был формулировкой? Кавалер во всех смыслах, как граф Орлов? Но и он "труды тяжкие" на других не перекладывал. Награждают всегда непричастных, только "по этой части" мне от жены благодарного взгляда хватало и иных поощрений не желал. Даже бесплатной путёвки от Монакского профсоюза элитных секс-работниц. В Сибирь!

Глава 23

Ув. читатели и по-читатели, прощенья просим за вынужденный перерыв - причина была технической, надеюсь более не повторится. Настроен на продолжение сочинительства, тем более "всё только начинается".

****

Изрядную супружескую выслугу заимев, лишь мать моих детей для меня оставалась бровьми союзна, губами червлёна, красотою лепа, телом изобильна, персями после третьих родов 5-го размера( два бидона молока!) достигнув. И моему чертеняке более ничего не требовалось, и бес в ребро не лез, я её любить продолжал всё сильней год от года. Своевременно допетрив до простой мысли - "Любовь - есть самовнушение", присовокупив к ежедневным молитвам чуть переиначенную фразу из популярного фильма :"Моя жена - самая обаятельная и привлекательная!".

Но не скрывал от возлюбленной, что к её юбке не прилип, а детишек наших люблю больше, да и с чужими возиться нравится. И ценю её, в том числе и за то что и она делает то-же самое. Друг-друга мы за сие не ревнуем, напротив, дополняем как можем, ведь одно общее дело делаем, даже с удовольствием, хоть "труд родительский" нелёгок. Не забывая и Завет - НЕ БАРСТВОВАТЬ, В ПОТУ ДОБЫВАЯ ХЛЕБ СВОЙ. Ведь дел, было делать-не переделать и покой нам только снился, ибо трудиться надлежало не за страх, а за совесть.

"...Я тебя ревную, к воздуху ревную, да всё зря. Под цыганом от тоски горит земля" частенько напевала мне Вия "Цыганский блюз". По этой причине перестала отпускать меня одного в командировки превышающие месяц, а так же приняла меры к нашему "расширению вкусового диапазона", к европейской кухне интерес проявив. Про путь к сердцу мужчины через желудок вспомнив. Ибо цена куска мяса приготовленного "по французски" и сваренного в "крупянике" одинакова, но после приготовления блюда весьма отличаются.

Став "свободной" Латвия отказалась и от былой спортивной классификации, так что мне некогда желанный значок Мастера, и тем более Заслуженного, не светил. Но полученная в Монако медаль вынудила власти реагировать - поощрив титулом тренера-внештатника. Поскольку работы учителя-физкультурника лишился. Ведь тренировать желающих у себя в Мураве я не прекратил, кобылок хватало на всех и те в постоянных физических нагрузках так-же нуждались. Рижская-же конная база в Клейстах пребывала в глубоком кризисе - сено и овёс подорожали, а своих пастбищ не имелось. Что-бы заработать на спорт хоть мизер, "неперспективных" лошадок там принялись распродавать по цене мяса(и я не удержался, купил красавца-производителя), а их денники сдавать в наём всем желающим попонтовать. Месяц аренды обходился в 30 лат(кстати, не зашквар) новоявленным хозяевам жизни - "слугам народа" и лавочникам. Когда зарплата их обслуги и продавалок составляла максимум 25, чего хватало только на транспорт до работы, колготки с прокладками, хлеб с маргарином, чай с сахарином и салаку с яйцами. Уже через неделю от такой "рижской диеты" начиналась неописуемая перхоть.

Мне-же, несмотря на освобождение "хождения в присутствие", приходилось крутиться всё больше и больше, как Алисе в Зазеркалье - бежать всё быстрее для того что-бы оставаться на месте. Смывать пот и грязь раньше 10 вечера не получалось. К счастью, попутно с "кручением" удавалось и воспитанием деток (как собственных, так и "волонтёров") заниматься, в основном спортивно-тренировочным, а так-же трудовым. Даже маленькие ручёнки, под приглядом, не лишни в хозяйстве, но без фанатизма, дабы отвращения к сельскому труду не развить. И всякий "сикайс"( "мелкий" - лат. жаргон) осознавал необходимость и цену своего участия, ибо являлся не батраком "на дядю", а партнёром. Впрочем не бесплатным, к примеру при сборе клубники, слив, груш и т.д., каждый мог либо натурой десятину от им сданного забрать, на всю зиму вареньями да пастилой свои семьи обеспечив, либо деньгами получить расчёт - к концу летних каникул набегало прилично.

В добавок, тех кому родители подсуетятся документы сладить, в первый выходной августа вместе с "семейскими" брал "пар робежу" ("за рубеж"- лат.) - на ежегодный ист.фест. "Железный град" под стенами древней крепости Изборска. Пару телег с провиантом и походным инвентарём, под маркитанские кибитки замаскированные, дюжину "брунинеков"(рыцарей-всадников) да "кнехтов" пеший отряд (сколько наберётся желающих), всегда рады были встретить близкие соседи, как и мы "себя показать, у людей посмотреть".

Основной-же "работой" моей оставалось мотание по Большим призам и прочим соревнованиям уровня 3-х звёзд и выше, дабы там судьи уровня 4-х звёзд соблаговолили баллов побольше начислить. И мою квалификацию подтвердив, к очередной Олимпиаде квоту на меня и Фона выделить пожелали. Большой Спорт весьма несовершенен и забюрократизировано в нём всё что возможно. Но "не нравится - не кушай" (нервы сохранишь и анализы целее будут). И так год за годом, прям не День, а "Жизнь Сурка". К тому-же на Миллениум (2000 год) Олимпиада пройдёт в Сиднее, а до него ещё добраться надо с конём(и семейством), но не даром-же силы на проникновение в "корпорацию МОК" тратил, свои деньги тратить перестал. К тому-же Игры в сентябре - это весна в Южном полушарии.

Дорога вышла не простой и не лёгкой, это непричастное начальство могло себе позволить самолётом лететь, а лошадку в салон не пустили. Пришлось на борту судна(не воздушного) добираться в переоборудованном контейнере на 40 футов, даже с кондеем. Зато всем семейством и на халяву в почти круизе побывать вышло, пусть с минимумом удобств, но на сене спать нам дело привычное, предки ведь тысячелетиями с табором кочевали, но по морям-океанам я был первым и даже понравилось. Как мне, так и Фону, ибо имелась возможность выводить его в найденный среди контейнеров закуток, натянуть там навес из брезента, и при морском ветерочке-сквознячочке из пожарного ствола, при слабом напоре, ежедневно устраивать как ему, так и всему семейству длительные водные процедуры. Классика: "Солнце, воздух и вода наши лучшие друзья!".

Из приятного, так-же добавить следует то что при пересечении Экватора, по приглашению кэпа приняли мы участие в шоу судовой команды, сделав его эксклюзивным. Конёк играл себя, став морским, а моя натуральная борода помогла получить роль Нептуна. Зачем нужна жизнь если она лишена удовольствий? Постулат о том что человек рождён для страданий я принимал только потому что по латышски - "страдат" переводится как "работать". Тут не поспоришь и труда староверы не боялись, но и отдыхать умели, тем более моя семейка, смешав свою кровь с цыганской. Жаль что на гитаре играть не научился, но когда? Дабы выполнить завет, ни на что не отвлекаясь, жизни-бы хватило.

Долгий путь не утомил, а перерыв в тренировках удалось быстро наверстать, вернув на твёрдой земле коню и мне спортивную форму за неделю. Взяли мы с Фоном в Сиднее опять серебро, чему семья моя радовалась бурно, а старшой, весьма профессионально фильм снял. Пусть кто-то говорит что главное - участие, ради такого права так-же сил немеряно приложить следует, но "Серебренная" медаль - есть награда весьма почётная, хоть и из нержавейки и всего лишь посеребренная. Как отчет о том что не зря коню больше чем семье внимания уделяю, хоть и на неё крохи перепадают, но к счастью понимают даже дети то что я разорваться не в состоянии.

Тем более что семье эти хлопоты так же казались интересными и ощущали они себя соучастниками, причем, идейными к тому-же, то есть "скованные одной цепью". Одним из бонусов в данном случае явилось лицезрение рыб летучих, и прочего сумчатого зверья, что способствовало развитию креативности и кругозора у детей, вкупе с тешеньем их честолюбия(хоть это и грех, но не согрешишь - не покаешься, а не покаешься - в Царстве Божьем не окажешься). Поскольку спортивную честь страны не уронил, то и власть к моей славе примазывается пожелала, заявив "Мы пахали тоже". Наградив нас с удачно пострелявшим Афанасием "Орденами Лачплесиса" - Родина слышит, Родина знает. Позже и Ельцину такой-же нацепить хотели, но он предпочел ящик Рижского бальзама, а вот Наина, овдовев, скататься за забытой наградой не поленилась - драгметалл как никак. Для коллекции и на память о "добрых людях".

Сэйм пригласил на награждение нас с Кузьминым к себе, вернее в здание бывшего Дворянского собрания, где в Красном зале и коммунисты награды вручали. Но нынче, как тех же сумчатых, пожелала олимпийцев лицезреть вся сотня "народных избранников", желая услышать в ответ благодарность за заботу. Которой не было, и я-неблагодарный, сказать это не постеснялся с трибуны в открытую, не страшась ордена лишиться. Шкурный интерес имелся - выступая ещё и в составе сильной команды мог число наград удвоить (престиж государства подняв ес-но), тем более что и спортсмены, и тренера опытные имелись, не покупались им только хорошие лошадки, деньги требовались "на более важное". Только один, купленный у немцев для разгона демонстрантов броневик с водомётной пушкой обошелся дороже возрождения конкура в республике, но "это другое". Или депутат бы какой свою личную Сэсну подарил? Размечтался дурачок, читал ответ на разъевшихся харях.

Однако варианты имелись, не всё же частным порядком, да на частные средства в одиночку, спортивную славу государству добывать. Не могли в нём не отыскаться ещё как подвижники, так и возможности. Ещё до водометов введена была в стране конная полиция, согласно европейской моде. Так обозвали пару лошадок , приобретённых для Департамента и размещённых у Зоопарка(поближе у овсу и сену) в лесопарковой зоне на берегу озера. Мысли как-то сами напрашивались про пикничёк для слуг закона где шашлычёк под коньячёк, вкусно очень, а после покатушки на смирных меринах девочек лёгкого поведения.

Но МЫ ПОЙДЁМ ИНЫМ ПУТЁМ и милостей от милиции, ставшей полицией, больше ждать не станем. Ибо страх пред властью кончился, ведь каждый день насмерть убиться могу, а всякие там пьянствующие да жирующие "слуги", до власти дорвавшиеся, ещё и покуражиться надумали. Кончились времена когда "моя милиция меня бережёт", полиция больше стережёт или "доит" при случае, хотя "дай-арами" себя они в Незалежной самоидентифицировались. Не у меня одного глаза имелись и не замечать очевидного многие не могли, только молчали. По установившейся среди властьпридержащих cо времен Песенной революции гласности, а на самом деле смеси пиара с демагогией, заседание Сэйма с моим "словом благодарности" транслировалось в прямом эфире, в расчёте на мои стандартные карамельные сопли.

Не оправдав доверия, Остапа понесло ... , не в АВТОДОР, а в кавалерийское седло. И ряд конкретных министров помянул НЕ добрым словом, МВД в первую очередь, поинтересовавшись его ведомственной кавалерией. Поведав о увиденных заграницей веяньях и тяге кон.полицаев к экстриму. К примеру, на Международных соревнованиях по тентпеггингу на их долю достаётся 90% всех наград. У нас-же, МВД с советских времён только хоккеистов "Динамо" курировало и вся команда числилась до сих пор по бухгалтерским ведомостям пожарными по старинке, но имея и "ещё чуть-чуть".

Глава 24

Трансляция по ТВ не отличавшейся особым красноречием, но искренней, речи честного трудяги от седла, не выдавшего как положено "Прошла зима, настало лето, спасибо Партии(нынче нац., а не ком., но суть не поменялась) за это", пробудила в обществе страсти. Ведь до этого "к граду и миру" с просьбой о помощи обращались и обер-полицай, и директор Зоопарка, а сердобольные бабули из своих пенсий последний латик "бедненьким" жертвовали. Нынче-же, с голубых(и цветных) экранов пришёл "наказ народа" взрастить Героев конного спорта.

Дорвавшиеся до власти национал-демагоги поняли наконец то что могут быть биты их же оружием и почивать на лаврах не выйдет. А кричалка :" Во всём виноваты русские мигранты" не работает, и в одну харю "пирожок схавать" не дадут - придётся делиться. Тем более никто не требовал рассовой чистоты от членов команды конников, и эллина, и иудея нанимайте в неё, лишь-бы спортсмены оказались талантливыми, ну и лошадок им под стать подберите. Хоть за "польские деньги", как сказал хромой полу-цЫган без красивостей, но ОТ ЛИЦА НАРОДА, ВСЕГО, а не отдельной национальности, присвоившей себя титул "коренной". Сменившей прикрытую диктатуру пролетариата (партократии де факто) на диктатуру этнократии.

Нынче власть захватывать задача не стояла, спонтанно всё произошло и без подготовки. Честолюбие есть страшнейший грех и бесов тешить желанья не имелось. Да и если бы сменившие коммунистов, так же не отличающиеся умом и сообразительностью нацики, не вздумали публичное шоу устроить, вручением висюльки меня пытаясь обязать и чувство признательности вызвать, может быть я и не взорвался бы. Но когда дорвавшиеся до кормушки новые баре как со своей элитной собакой обращаются, кость кидая, терпелка лопнула.

Не у меня одного, судя по ответной реакции телезрителей, а фактически - всего, не такого и великого населения нашей псевдонезависимой республики. У народа дурман проходить начал, как и вера самоназначенным "вождям-обещалкиным" очередного Светлого Будущего. В очередной раз наступившего исключительно для тех самых "вождей". Ну да Бог им судья, я же Бога всегда молил не дать мне вляпаться во власть. Как и не дать очередной власти меня захомутать, подманив доступом к кормушке. В поту, но хлеб, пусть "серый", с рожью мешанный, но свой предпочту добывать. Не дожидаясь золотого дождя и дармовых кружевных трусиков от ЕС.

Людям нужна МЕЧТА! Желательно сбывающаяся, рано или поздно, либо хотя-бы сопричастность к её "сбыче", но без вранья. Десятилетиями повторяющиеся лозунги, типа "Мы строим коммунизм" под конец уступали даже Чебурашкиным "Мы строим домик дружбы". Тот хоть "Строили, строили и наконец построили", правда сам Чебурашка там и поселился, превратившись в лендлорда (а косил под дурачка убогого). Мой же пример доказывал, что путь на Олимп открыт даже инвалиду, причём честный, в борьбе на равных с сильнейшими и даже с риском для жизни, а не паралимпийский или какой либо сменопольный. Шанс на Победу спорт даёт ВСЕМ, следует только отыскать в себе талант и развивать его, а бесталанных детей не бывает, бывают только нераскрытые. Тут то помощь и требуется, желательно властей, ибо они главные выгодоприобретатели - престиж страны успехи в спорте поднимают равный успехам в покорении космоса.

Полицию уболтать, чтоб хотя бы только конкуристов закрышевала, не получилось. Без дополнительного головняка жить желая отстояли синекуру, сослались на собственную бедность, скряги лицемерные. Но неожиданно откликнулись робеж.сарги(погранцы), предложив нашему хозяйству стать спорт. базой своего Резекненского училища. Создав на частный и свой кошт(из фонда конфиската) нечто среднее между спорт. интернатом(ДЮСШ), коими в советское время Латгалия славилась, организацией скаутов и кадетским(суворовским) училищем. Где хоть маменькины сынки, хоть беспризорники, либо сбегут сразу, либо убьются-покалечатся, либо станут настоящими мужчинами, окрепнув телом и духом. Такими как я, кстати, назначенный начальником базы и автоматом произведённый в пулквежлейтнантсы(подполковник) Пограничной стражи. Щедро! Но Афанасию ведь сразу пулкведиса (полковник) дали. Зато мне от покидаемого в связи с переходом в смежную силовую структуру Земесардзе, на прощание прилетела ещё ведомственная медалька "За усердие".

"Нам не дано предугадать, как наше слово отзовётся ...". Ляпнул в сердцах с высокой трибуны что думал, дабы отвязались, о том не догадываясь, что случайно встрял я со своим конюшенным правдорубством в местные ментовские войны. Став для одних смертельным врагом, другим пришёлся по душе. Более умные затащили меня "в свой окоп", укрепив ряды "народным героем без страха и упрёка" и улучшив позиции у кормушки. Мою душу погоны с парой "кубов" ("звёздочки" в Латвии оставили летёхам - что-бы не путаться), особо не грели, но вот неожиданно услышал от жены, что это ей пристало-бы быть "под полковником", так что требовалось постараться в чинах подрасти, "если женщина просит". Продолжая делать то что и делал ибо повышать обязательства было уже некуда, а там как Бог даст.

Впрочем, на Бога надейся, а сам не плошай. И не только сам, но толковых помощников мне действительно Бог послал, дав сформировать команду сподвижников, а с давних времен известно то что коллектив - это сила. Виго, хоть и постаревший, но не убиравший руки с пульса спортивной жизни республики, вновь подсуетился и привёл мне перспективную молодую супружескую пару закончившую недавно и мою Альма Матер. В которой в последние годы делался упор на неформальную педагогику, принятую например в скаутинге(долевом "сокормильце"). О котором слышал, но считал продолжением пионерского движения, со своими детскими воспоминаниями о "Клятве пионера", кличе "Эси Модрис"(Будь Готов - лат.) и т.д. , только с противоположной идеологической накачкой. Будучи аполитичным, того-же желал и от своих воспитанников, на всякого рода линейки и Ленинские чтения силы и время тратить было глупо. Но для аргументации позиции требовалось знать позицию оппонентов, пусть "свежая кровь" и меня просветит, а потом посмотрим.

CПОРТ, КАК ЕДИНОЕ ТЕЛО ЗАВЕРШАЛ СУЩЕСТВОВАНИЕ. Разложение, деградация и оскотинивание политизированного общества коснулось и его, более того, всё больше превращаясь в оружие борьбы, даже не классов, а накатывающей землю и захватывающей власть тьмы(либо вируса мозгов), со своими незалежностями, ЛГБТ и прочей мерзостью. Остановить процесс способов не видел, но экспериментируя и комбинируя с попутчиками, оставалась надежда это замедлить. Пусть скатившись до уровня физкультуры, но и она добавляла здоровья доверившейся мне детворе, и ради этого от напрашивающихся в союзники отказываться права не имел и мимикрировал, даже если требовалось целовать дьявола в задницу.

"Как трудно быть собой...", а может наоборот - просто? Вроде уже пора душе зачерстветь и коростой покрыться, как это случается с большинством учителей, о педагогической этике и прочей лабуде забывающих при пересечении порога школы. Может потому что в основном они и так слабого пола, да в добавок спортом дух не закаляли? Доли их прискорбной мне избежать удалось, подвижничества не растеряв. Не имея понни, набирать мне дозволили ребят с 10 лет, зато целый взвод, то есть 30 человек, ради того, что-бы в итоге отобрать из них в команду троих, а остальных подготовить физически и духовно к жизни. А желающим - непростой службе на границе, вернее продолжении учёбы в Резекне, куда мои птенчики приняты окажутся автоматически. Там, на полученной у меня базе образование завершат. Накаченные физически, а не националистической идеологией, Бог им в помощь.

Здание не так давно построенной и совсем недавно опустевшей школы в Куправе раздербанить не успели, даже "охотники за металлом" с лесниц ограждения не срезали. Достаточно было косметического ремонта для того, что-бы разместились в нем не только кадетский класс, но и наезжающие на "спортивные сессии" курсанты - шефы. А первый этаж целиком передан был учебной части под классы, ничего не меняя, места хватило на всё и даже немалый запас остался. На этот раз мне совмещать "часы" с ролью массовика-затейника не требовалось, у молодой пары хватало времени даже ещё и вожатыми себя испытать. Пусть в спорте особых достижений у них не предвиделось, но не напрасно ведь говорят "Если сам ничего не умеешь - учи других, может и сам чему либо научишься". А выпускники ФиС Лига и Янис, что-то уметь были обязаны, чемпионами-же становиться не всем дано. К тому же харизмой и мозгами, в разной степени оба наделены оказались.

Мода на СКАУТИНГ ещё перед Первой мировой по планете прокатилась, но в каждой стране проявилась по своему. В царской России она вылилась в тупую шагистику, а после революции в ПИОНЕРИЮ, увы, так же "не острую". Про англо-саксов плохого не скажу - там срабатывала "игра на кураже" и для того что бы записаться в скауты дожидались своей очереди годами. В Германии в ГИТЛЕРЮГЕНД так же пацаны рвались учиться воевать, что-бы мстить за унижение Версаля. В довоенной Латвии-же создав аналог - ЯУНПУЛКИ (полки молодых - лат.) ограничились формалистикой. В буквальном смысле - кто мог пошить себе форму(ПОНТЫ со шнурами "под дембелей"), того и принимали, то есть не бедных. Повторюсь - одежда была дорога. На селе, "крутящие свиньям хвосты", носили в основном посконно-домотканное да пасталы и было им не до походов и костров.

Нынче тряпьё не ценилось, ибо свершилась давняя мечта народных масс желающих влиться в общество потребления с перепроизводством кружевных трусиков м прочего одеяния. Разного "вышедшего из моды" камуфляжа, НАТО, подчищая склады, слало в Балтию вагонами-пароходами почти "дадом" (как бесплатный сыр). Для кадетов отобраны были самые малые размеры формы армии ГДР, после того как ту поглотил Бундесвер. Но одёжку ребятишкам (а скорее их мамам или соседкам со швейной машинкой) всё равно пришлось ушивать. Хоть им до Присяги ещё годы и годы, но к единообразию приучать уже не лишне. Пока большую часть дня, вдали от мам, пребывать придётся в форме спортивной. Это будет не дань наступившей полу-бандитской моде, а "производственная необходимость" спортшколы.

Мне-же, после принятия Присяги, на службе появляться надлежало в тёмно-зелённой форме погранохраны. Так же прошли аттестацию и удостоились формы и прочих видов довольствия Лига и Янис. Им, как окончившим ВУЗ, после года службы светили сержантские(капральские) лычки, "а после из ...ов до министра дорастёшь (теоретически, если не перегоришь в процессе роста)". Ещё Виго привез из Клейст четверых сохранившихся парней, натасканных тренерами "старой школы", коих ждал призыв. Они пожелали "отдать долг" по привычному профилю - при конюшне, в погранвойсках. Вместе со мной, военнослужащих выходило "семеро смелых"(даже при положенном оружии, хранящемся в сейфе). В штат входили и гражданские служащие - та же кухарка, истопник, учителя и т.д. , но тут уже набор вёлся индивидуально, по возможности и по потребности.

Синекурой моё место не являлось(в Зазеркалье бежать приходилось всё быстрее), был я скорее, прежде всего ИГРАЮЩИМ ТРЕНЕРОМ, и частично филантропом да ещё спонсором по мере сил и возможностей, то есть отдавал(собственной энергией и т.д.) государству больше чем брал. Хотя Сэйм с азартом не великие ресурсы лимитрофа разбазаривал, учреждая все новые Комитеты и Комиссии (например "По расцветкам государственного флага") для СВОИХ патриотов. "Перемен требуют наши сердца" накладывали они поверх "Кто был ни кем, тот станет всем", только под другим соусом. Но и особо хитрые да алчные "коммунисты" успели стать "националистами" и вновь благ урвать. Для пер.пенса, с пер.ма шиной и пер.да чей Яниса Лусиса, в давние советские времена так-же взявшего Олимпийское золото, придумали КК (Комитет копьеметчиков), с хорошим окладом. И плодили такие комитеты как кроликов. Это только товарищ Сталин бесплатно пребывал Лучшим другом физкультурников и сапоги себе латал, казну государства сберегая и с корытом её не путая.

Миллениум не только Олимпиадой отличился. В Латвии наконец-то провели перепись населения и установили то что оное за годы независимости сократилось на 11% "неправильных мигрантов и оккупантов". А ведь все они, аки пчёлки, свой взяток в общие соты несли, но взявшие власть трутни изгнали тех кто жужжал не как те. Слетелись трутни со всего мира как мухи на говно, вот уже год как президентом Сэйм избрал гражданку Канады только после "избрания" ставшую латышкой.

Ребёнком увезли её родители, вместе с немцами от Красной Армии убегая и по миру её покидало сильно. За что пожалел поначалу народ своего нового Верховного представителя, тем паче, что заявила они что не будет "ни эллина, ни иудея" и сама вскоре русский язык выучив, к пяти уже ей известным присоединит, войдя в семью народов региона. Но трактовка очень скоро сменилась на "Обещать не значит жениться". Не потянула она освоить "великий и могучий", "даром преподаватели время с Варюхой тратили". Она вскоре заявила то что все обязаны латышами стать и общаться на "коренном", в крайнем случае на английском. На соответствующий сертификат свои знания продемонстрировав и согласно полученной категории трудоустраиваясь. 4-я категория дворником, 1-я директором. Появилась даже новая профессия - латыш.

Восток лимитрофа обладал рядом существенных особенностей. Основной было отличие от "коренного" языка, превосходящее разницу между русским и польским. Даже названия городов отличались, "по нашему" Резекне звалась Реесне, а Рига - Рейга. Но только на селе нынче сохранился местный говор, а век назад на нём говорило пол-миллиона, да и там слышался он всё реже, телевизор и школа приучили "говорить по рижски". Но близкая граница всегда учила ещё и русскому. Так что все местные жители являлись как минимум билингвалами, а таким легче и другие языки даются(да и не только языки) - тренируемый с детства мозг лучше развит.

Коньком президентши являлись дайны - местный вариант частушек (но без мата - латыши ругаются на русском). Считая себя как Сталин "большим учёным", в Латгалию она в творческую командировку, за свеженькими куплетами вскоре наведалась. Молодящаяся "баба Варя" сильно переоценивала свои нынешние способности. Может в голодную юность и заставляла её нужда голову включать, но годы и сытная хавка взяли своё. Сама же своей деградации не видела, а лизоблюды не говорили. Латвийский университет перед ней уже прогнулся - Почётного профессора успел присвоить. Это начало, аж 10 раз такое звание по универам прочих лимитрофов собрать успела, на посту Главы государства 8 лет пребывая, и 1 раз стать Членом.

Брежнев со своей коллекцией цацек рядом не стоял. Но как говаривал один американец "У каждого свои недостатки", а в Писании сказано "Всякая власть от Бога". Это он посылает народам испытания, определив то что говно не тонет. Надо смиренно терпеть и ждать когда и на нашей улице наступит праздник. Вот у соседей сказал же наконец Борька-алкаш "Я устал, я ухожу", нелёгкая это работа Государственную Думу из танков расстреливать да водку жрать в два горла. Но не суди да не судим будешь.

Может и Вайра-Вике Фрейберга скурвилась потому что у неё велосипеда не было. Но заводить его уже поздно, значит принимать следует такой как есть, как погоду. Встретиться выпало довольно скоро, в турне по Латгалии проинспектировала они и погранохрану, в том числе и ко мне завернула, злая как собака(не служебная). Граница-де была не на замке(в её понимании) и была она права - кадров старых не имелось, в СССР это была структура "кровавой гэбни", исполнившей пожелание ЧЕМОДАН-ВОКЗАЛ-РОССИЯ, и ремеслу учить оказалось некому. Даже баба со стороны узреть смогла то что через рубеж хоть дивизиям проход открыт, ибо всегда граница являлась условной и никогда не оборудовалась. Я же попал под раздачу ЗА ВСЁ, в том числе и за развалины часовни.

Не часовни, правда, а школы, и вовсе не развалины. Но вот ремонт в ней наша стройбригада с помощью "подсобников"-скаутов не завершила. Материалы ведь приобретались "на свои". Ибо власти финансирование ещё не открыли, поскольку оказалось что "всё украдено до нас". Сочли видно, мне ведь пистолет-то уже выдали, значит и крутиться обязан. Вайра решила как Бендер "Запад нам поможет".

Глава 25

Попросить правильно недавняя канадка умела, и там "где подают" знала. За долю малую согла сна оказалась инфой поделиться и даже в добывании денег лично поучаствовать, то есть "мордой поторговать". Проникновенно говорить "Поможите чем можите бедным деткам" - работёнка самозабвенно "токующего тетерева" ведь не пыльная, но хлебная и знакомая. Присовокупив попрошайничество "на деток" к ранее хорошо продаваемому товару - национализму. Профессиональная грантогрызка, согласилась допустить в свой огород, а вернее сказать расширить его за счёт скаутят. Очень жаждущих научиться правильно бегать, прыгать, отжиматься и силёнок набираться.

Человек есть функция производная от обстоятельств. Повторюсь, не о себе заботясь, в очередной раз приходилось на компромисс соглашаться. Ибо не заслуживали мои воспитанники спартанских условий из-за того что "национал-патриоты" гребли всё под себя и жрали в три горла. Староверам мимикрировать приходилось веками, потому и выживали, но в главном-же для себя, на уступки не шли. Старшенький мой, уже изрядно наблатыкался "кино делать" и вполне профессионально слепил скоренько обзор посещения Госпожой Президентшей открывающегося вскоре учебного заведения. Что делать она очень любила - пиара много не бывает, но случалось это редко - чаще в получившем независимость государстве всё закрывалось.

Исключения подтверждают правила, наш Скаут-центр тому пример, да и не только наш, погранучилище в Резекне так-же. А ещё в том же городе, в здании бывшего Обкома партии открыли "Вышку"(ВУЗ), даже с магистратурой! Куда мне Вайра-Вике настоятельно рекомендовала поступить "дабы соответствовать должности". Готовясь к вступлению в ЕС, опустили меня(как и всех кто учился при "совке") до уровня "баклана", что являлось невместным. Но в ответ сослался я на жуткую занятость, что являлось чистейшей правдой и усомнился в уровне набираемого в ВУЗ преп. состава. К тому же единственным меня интересующим предметом являлась только ПСИХОЛОГИЯ, правда ЗОО- , но ещё Царь Соломон сказал "между человеком и животным нет никакого различия".

Так совпало, что с психологии наша президентша начинала свою трудовую деятельность и продолжала к ней неровно дышать. Стало её обидно за то что преподов латгальских не заценил и пообещала на выходные, десанты лучших универовских "психов" из Риги слать для чтения лекций заочно-заушникам. От такого подгона отказаться было невозможно. Успел таки подать туда документы и написать вступительный реферат, узнав попутно то что удовольствие платное. По штуке лат в год, значит Диплом магистра(Европейского образца) обойдётся в две. Терпимо, тем более что на халтурки повелась выдавленная с кафедр зубастым нац.молодняком пенсионерская профессура. Не столь жадная до денег, сколь по знакомому ремеслу соскучившаяся и принявшаяся студиусов учить всерьёз и надолго, настоящим образом!

Бежать в Зазаркалье пришлось ещё быстрее. Не смотря на то что накопился у меня уже кое-какой учительский стаж, но для того что-бы дальше учить детей, потребовалось учиться самому. К счастью, вышло это не формально "для галочки". Как потерянное время и силы, я годы "перегруза" не счёл - действительно познал много нового, что без систематизации знаний, с помощью опытных профессионалов было бы не возможно. КАДРЫ РЕШАЮТ ВСЁ! Особенно в образовании, и это президенша знала, поскольку сама в предыдущие годы немало поработала на различных кафедрах. В последнее время читала она Психологию для маркетологов, причём качественно. Спасибо ей за подгон, препы, ею отобранные, своё дело знали, и не только своё. К примеру, на факультативе меня гипнозу(с упором при ведении экспресс-допросов) шутя обучили, способность очевидно к "цыганскому" во мне обнаружив.

От столоверчения я вежливо отказался, иначе мог и графа Калиостро превзойти, провозгласив "В шарлатаны я пойду, пусть меня научат". Особо полюбился я бойкой старушке, мозголомному ремеслу обучавшейся у самой Натальи Петровны Бехтеревой, как и знаменитый дед ставшей профессором. А как прознала бабуля что я ещё и в Бога верую, то передарила мне книгу своей учительницы с её автографом "Магия мозга и лабиринты жизни", а так-же рекомендовала усиленно Достоевского в свободное время(это у меня когда?) почитывать и размышлять. Отдарился хорошим коньячком и шашлычком, выкатив поляну старичкам - за добро надо благодарить, если имеешь возможность и время. Тем паче, что ещё дед приучил меня жизнь проживших почитать, опыта и ума у них набираться, от собственных шишек уберегаясь.

Так получилось, что до обеда на лекциях общение наше происходило на "памат.валода"(коренной язык - лат.), а потом на "языке оккупантов", коим профессура старой формации свободно владела и не циклилась. Школа их была хоть не безгрешной, но качественной, c огромными знаниями и опытом, который и мне постарались передать как смогли. Почувствовав мой интерес и увидев старание, то есть воспитали духовного наследника и продолжателя дела. Беда была лишь в том, что мной задача ставилась научиться ковыряться в голове лошадиной, а учили это проделывать с человеческой. Так-же не самой простой. Ведь в каждой избушке свои погремушки, а в каждой черепушке свои таракашки и строем в ногу насекомые не ходят. А вот людей к шагистике (в широком смысле) приучить возможно, создавая коллективы единомышленников. В один из таковых я оказался включён, а коллектив - это сила, как и знания, то есть усилили меня получается в квадрате.

Научили меня скаутов насквозь чувствовать, а вот с лошадками у меня то-же только с Фоном получалось, да и то интуитивно, а он ведь не молодел. И где ему на замену такого-же уникума искать не имел понятия, в истории описано аналогичное, например Буцефал Александра Македонского, но крайне редко. Мне просто очень повезло с "партнёром", ибо оценивая себя объективно, понимал, что совсем не Македонский я, а старательный и упёртый, но среднестатистический. Мой успех был сотворён усилиями семьи и особого религиозного воспитания. На Олимп копытами коня был я занесён, правда в ступени до вершины остановлен, немного завидуя тем, другим, у которых вершина ещё впереди. Я же являлся пусть очень хорошим кавалеристом, но не особо талантливым и сверх-способностями в общении с животными не наделённым.

Если же совсем честным быть (а какой смысл себе врать?), то после того как переломался в отрочестве, завелась внутри фобия, стал ссыковатым. Сказать деликатней - благоразумным, как и подавляющее большинство народонаселения планеты, то есть состоянием нормальным и нестоянием на подвиги. Настоящих буйных мало, и Слава Богу! Перманентные революции и майданы не оправдываются, и даром трусиков кружевных не бывает, как и сыра в мышеловках.

В моём перспективном случае всё наоборот - требовалось преобразиться в адреналинового наркомана-нагибатора, на подвиг коня своего понукающего, обычно весьма благоразумного. Ещё Гулливер заметил эту особенность, посетив Страну лошадей. Я же нагибал "больного на голову" Фона и сдерживал того от избыточного рвения. А так как имелось у нас полное ментальное взаимопонимание, то действуя "наоборот" продвигались мы от победы к победе. Но на смену найти подобного психа всё не получалось, это только у людей незаменимых нет, и дурки с майданами всех не вмещают. Мне же, как левше в советской школе, предстояло переучиваться "под всех", становясь как-бы амбидекстром("обоеруким").

Cтарички-интеллектуалы постановили "Будет день и будет пища", велев мне продолжать замену "партнёра" готовить, а я почувствовал, что и меня они так же для замены кого-то решили творить. Причём, раз допустили в свой круг, собственных сил и средств на это не щадить, как я понял, не малых. И раз первый шаг к тому сделан - магистром стал, то без остановки процесс "остепенения-обучения" надлежит продолжить. Но так-же БЕЗ ОТРЫВА ОТ ОСНОВНОЙ (СПОРТИВНО-ПРЕПОДАВАТЕЛЬСКОЙ) ДЕЯТЕЛЬНОСТИ! То есть постоянно находясь на виду, в науке себя так-же проявить, что не дурак захолустный показав. Развивая на кандидатскую тему, что на защите только что использовал.

Если псевдонаучную заумь убрать, смысл сводился к тому что на основании многолетних исследований Фона, его склонность к риску напрямую от химии зависела - в крови жеребца серотонин зашкаливать начинал, его он прямо как фабрика генерировал. Открытие на стыке наук, даже на Нобеля возможно раскрутить. Ведь стране и миру не только бесстрашные кони потребны. Накачай бомжа такой химией и он уже идеальный солдат, только через шприц, внутривенно, инъекцию не сделать. Надо придумать, как собственные железы воина такое сотворят.

Если не суждено мне стать Олимпийским чемпионом, то уж "мировой звездой" в качестве Нобелевского лауреата сотворят из меня единомышленники. Новый поворот, что он нам несёт? На начальном этапе сие профессуре даже без напряга (сами ведь в комиссиях заседают). Решили за ближайший год сделать меня Ph. D. (кандидатом психологических наук), и мне для того потребуется только на защиту прийти. Тефаль подумает за нас! Но вот на "встречи по выходным" к ним в Резекне поездить потребуется, где меня продолжат накачивать знаниями, книжки умные давать почитать (как минимум ДСП) и т.п.. Чему совсем не противился - вкус образования раскусил, тем более что почти до "тайных наук" допущен оказался, не ленись - впитывай.

А началось все с того что в раннем детстве моём, когда я дедов хутор уже покинул и всё больше при маме в Клейстах терся, где при Институте микробиологии она фермой подопытных животных заведовала, ветеринаром был человек хороший, но пьющий. Среди прочего, научил по трезвяне он меня многому, в том числе и кровь у скота брать для анализов(а после разбираться в них). У меня рука очень лёгкой оказалась и не шарахались животные при процедуре. Вот и "замещал учителя", который частенько уходил в нирвану, было мне не трудно и даже интересно. Чуть позже мамина лаборантка обучила пользоваться микроскопом и реактивами, а затем закрутилась по маминому научению многетняя процедура сбора стат. материалов. Рутина (опыт - сын ошибок трудных), по её мнению являлась выработкой характера ученного.

"Бойкая бабуля" - доктор ветеринарных наук, профессор, Латышкевича Олеся Яновна, к компании "психов" отношения не имела, вернее касалась их опосредовано, работая на стыке наук. Потому и сумела разобраться в моих выводах и более того, практически вместо меня отстоять на учёном совете открывшееся направление. Став не только моим научным руководителем, но и выбив разрешение на перенос её лаборатории из Елгавской сельхозакадемии в Куправу, как бы открыв там филиальчик ВУЗа ("дочку"), с переселением, в том числе и личным, а так-же парой толковых лаборанток. Площадей имелось с избытком, даже жилищных.

Учёные под свои нужды переоборудовали в cкаутской школе пока учительскую и пару классов (химии в т.ч.), и завезли туда оборудование. Бихевиоризм , так называлось направление в зоопсихологии, открыто было около века назад и оно первое время котировалось наравне со столоверчением(общением с духами). Но с появлением в последние годы электронной мозголомной аппаратуры, типа "шапочки" или полиграфа для людей, возникла идея и на братьях наших меньших что-либо аналогичное испробовать. Пора уже от "собачек Павлова" к следующему этапу научных исследований переходить, тем более что в испытуемые идиот с партнёром нашлись. Аналогичное только перед войной в Германии над спортсменами творили, когда там смогли тестостерон синтезировать. Здесь же возможен результат без всякой химии, исключительно на силе духа. И не моё дело откель совсем не хилый грант на такое исследование упал. Ведь если меньше знаешь, крепче спишь. И если звёзды ЗАЖИГАЮТ, значит это кому-нибудь нужно. Тефаль думает за нас!

В итоге, получился такой гибридный вариант смеси спортшколы-интерната и мини НИИ. Коим одновременно я как бы руководил, обучал и обучался. И беспрестанно тренировал и тренировался, то есть всё продолжал крепчать телом(прежде всего седалищем) и духом, верхом красуясь как маршал Будённый, но превращаясь в хромоножку соскакивая с седла. Впрочем и Сотрясатель мира Тамерлан хромым был, но это ему не мешало. Я в "сотрясатели" не рвался , хватало того как сотрясали школу и округу хорошо кормленные здоровые пацанята, как ни старался увеличивать им нагрузку. Хотя для "спорта больших достижений" их не готовил и перетренировок старался избегать, давая возможность самим со своими силами и возможностями разбираться. Своим долгом считал во первых самому "зад с мозгами мозолить", а во вторых сделать из скаутов элиту народа, сильных и образованных коллективистов, а Янис и Лига для этого советовали напирать на спортивные игры.

Возможности имелись, вплоть до разбивки в окрестностях полей для гольфа, ибо обрабатывать их пейзане перестали. Футбольное поле типовой советской школе прикладывалось по проекту и использовалось, но хотелось масштаба и креатива. Подумалось о регби, для такой жёсткой, командной игры крепкие и азартные скауты годились, да и их отряд как раз делился на две команды по 15 игроков. А пустующий гектар для игры найти в округе было не сложно. Разумеется прочие спорт. мероприятия не отменялись, да и ущерба общеобразовательным дисциплинам не чинилось. Более того, поскольку в "НИИ" трудились м.н.с.(ами) девицы с само-собой высшим образованием, то по профилю им и в школе предложили подрабатывать. И не только, закончившая Елгавскую с.х. академию, помимо часов биологии в школе и ветеринарным обслуживанием округу охватила (не в ущерб основной работе).

Да и окончившей Химфак ЛГУ напарнице подработки хватило - ведь там изначально прежде всего на учителок готовили и педагогствовать химичке понравилось. Помимо уроков подписалась она (разумеется платно) и факультатив вести, скромно названный Алхимическое общество имени монаха Бертольда Шварца, куда чуть не поголовно скаутни записались, подумав что оный слуга Божий родственник Шварцнегера. Но Даром Судьбы явилось то, что родители девушку в детстве определили в Пардаугавскую музыкально-художественную школу по классу кокле (аналог гуслей), что позволило ей ещё и музыку преподавать. А так же мне взвалить на хрупкие плечи всю "культурку", ведь нам песня с музыкой строить (особенно молодёжь) и жить помогает.

Глава 26

В очередной раз повезло мне на хороших людей, из которых команду единомышленников сплотить вышло. Даже не одну, ведь, хоть они и переплетались, но преследовали различные цели, школьный тренерско-преподавательский коллектив - одну , научный - другую, спортивный - третью. И это только новообразованные, не отменяя "старых", да и начало службы в Робеж сардзе не являлось формальностью, учиться военному делу самому следовало надлежащим образом, как и готовиться к защите Диссертации. Тема которой с Фоном и мной была связана, и не проходило месяца, что-бы в наш "НИИ" не приезжал какой-либо "консультант" с мировым именем и давал указивки. Случалось и в попад. К примеру, мне всё чаще получалось включать "автопилот" ибо конь чувствовал команды без понуканий. Хотя это могло быть следствием долгих лет совместных тренировок. Еще, среди прочего, научили меньше спать, полностью восстанавливаясь за 4-5 часов, как Пётр1, но на этот побочный эффект поработали спецы из Рижского института сна.