Мракар. Изгои с привилегиями

Глава 1 «Академия Мракар»

Если бы я могла выбирать, то встала бы в самый конец. Ну, не место мне впереди, особенно, когда только-только выдали новую форму и туфли совершенно не разношены. Мысли крутились вокруг того, как я выгляжу. Так, прическа вроде не растрепалась, светлые волосы были закручены в идеальные локоны, а придерживал их атласный, черный ободок. Форма — пиджак и юбка в фирменном фиолетовом цвете — облегала фигуру так идеально, будто ее шили специально для меня. Чего не скажешь о чертовых туфлях с их садистским каблуком. Хорошо, что эта обувь официально-парадная, не придется таскаться в ней на уроки. Так, волосы, форма, туфли, а лента?! Я резко коснулась ворота белоснежной рубашки — нет, лента из нежнейшего шелка была на месте, даже серебряная брошь с гербом Мракара не потерялась. На вид — готова. Внутри — нарастающая тревога, будто под кожей ползали муравьи.

Рядом закашлялся парень. Мы с ним должны были идти за руку, возглавляя группу студентов-первокурсников. Высокий и худой, в пиджаке и брюках, в таком же фиолетовом оттенке. Вот он совсем не волновался: то и дело оглядывался назад, к своему другу, о чем-то шутил с ним. Везет ему, а я тут почти никого не знаю. Марк, единственный с кем бы я могла перемолвиться хотя бы словечком, затерялся где-то в середине колонны.

Обычно меня нелегко сбить с толку. Мама приучила держать себя в руках при людях. Это неотъемлемая часть работы с богатыми клиентами — очень важная, даже важнее того, что происходит в винодельне и лаборатории. Нужно быть в меру очаровательной, чтобы тебя не приняли за кокетку, терпеливой к капризам и вопросам, понимать, что клиент хочет быстрее, чем он сам. Но, очутившись в стенах Мракара, я почти забыла все, чему научилась. Казалось, меня в любой момент раскроют, ткнут пальцем в лицои скажут то, чего я так боюсь.

«Нет-нет, никто не знает. Даже Марк не в курсе, слухам попросту неоткуда взяться», — слегка тряхнув идеальными кудрями, попыталась убедить себя я.

Именно поэтому мне не хотелось идти первой — уж лучше спрятаться за спинами однокурсников.

Вдруг мои мысли заметались в голове, как перепуганные мыши, а все потому, что двустворчатые двери дрогнули и начали открываться сами по себе, словно их толкали невидимые руки. Музыка ворвалась в коридор — скрипки вились в танце с арфой, создавая мелодию, от которой по коже побежали мурашки. Свет тысячи свечей ударил в глаза, заставив меня зажмуриться. Теплая рука моего временного напарника сразу же нашла мою и заигрывающе погладила мой палец. Я покосилась на него, на что он мне подмигнул, сзади послышался довольный смешок его дружка. «Придурок», — мелькнуло в голове.

Зал, куда мы вошли, был похож на гигантскую раковину: ярусы каменных скамей поднимались к потолку, где висели хрустальные люстры в форме сплетенных змей. Сотни глаз сверлили первокурсников, следя за каждым шагом. Зрителями были студенты, принявшиеся с энтузиазмом шушукаться — видимо, обсуждая новеньких. Гордо вскинув голову, я поднялась на сцену, стараясь не смотреть на зрительный зал. Как же глупо получится, если я споткнусь именно в этот момент. Чертовы туфли!

Первокурсников было не меньше ста человек, и все равно мы заняли разве что половину сцены. Выстроившись в ровные ряды, мы нашли взглядом ректора, господина Тереса, импозантного мужчину с ровной, русой бородой и хитрыми, блестящими глазами. В такого красавца, с холеной кожей, достойной эльфийского короля, наверняка перевлюблялась половина женского потока. Но помимо внешности он прославился вредным характером потому, что в качестве наказания любил превращать студентов в садовые статуэтки.

Церемония началась с речей, но до меня доносились лишь обрывки фраз. Я была слишком сосредоточена на том, чтобы выглядеть уверенно и при этом непринужденно, да и туфли давили мне на большие пальцы. Но я тут же вынырнула из своих мыслей, когда от приветственной речи ректор перешел к более важным делам.

— Взгляните на них, — произнес Терес, когда очередные аплодисменты стихли, — Такие юные и перспективные, сколько открытий их ждет в будущем? Мракар даст вам все, чтобы вы раскрыли свой потенциал, даже больше. Но некоторым из вас повезет послужить нашему обществу и академии уже сегодня.

Если до этого студенты, сидящие на зрительных местах, иногда позволяли себе шепотом обсуждать новеньких, то теперь они, будто подались вперед, рассматривая каждого первокурсника на сцене. От их жадных взглядов мне стало не по себе. А в следующую секунду появилось зеркало. Огромное, в человеческий рост, его рама была покрыта железными шипами, а наверху красовалась голова горгульи с оскаленной пастью. Стекло мерцало тусклым серым светом, искажая отражения: первокурсники на сцене казались в нем бледными тенями.

— Преподавательский состав отобрал семерых скованных, — напряженным голосом произнес ректор, заставляя невольно ловить каждое его слово. — А Зеркало подтвердило их кандидатуры. Помните, что скованные — особенные студенты. Их помощь, их жертва неоценима. Зеркало, покажи нам имена.

У меня перехватило дыхание, когда отражение стало меняться, из ниоткуда выплыли золотистые буквы, что складывались в слова.

Воздух гудел от аплодисментов, эхо разлетелось по огромному залу. Выбранные первокурсники, хмурые и напряженные, выходили вперед и становились рядом с ректором. Когда осталось последнее имя, у меня вдруг появилось поганое чувство. Я будто сжалась от невидимого удара, вдоль позвоночника пробежали мурашки, а в следующую секунду на Зеркале появилось новое имя.

— Анет Тригольт! — воскликнул ректор.

Крики и аплодисменты были такими громкими, будто студенты хотели, чтобы я оглохла. Я сделала шаг вперед и, подняв голову, направилась к Тересу. На моем лице вообще ничего не отразилось, будто меня совершенно не волновало происходящее. Ректор даже похлопал меня по плечу, ему понравилась моя невозмутимость. Но моя серьезная мина — ложь. Я знала, что никто не хочет быть скованным. Это и опасно, и противно, а еще это значит, что первый год пройдет непросто. Но мой случай был особенный: мне нельзя быть скованной.

А в следующую секунду появилось зеркало. Огромное, в человеческий рост, его рама была покрыта железными шипами, а наверху красовалась голова горгульи с оскаленной пастью. Стекло мерцало тусклым серым светом, искажая отражения: первокурсники на сцене казались в нем бледными тенями.

Глава 2 «Дух обмана»

Остаток церемонии я провела, как в тумане. Нас усадили в зрительный зал, и я не могла не заметить, что маленькая группа скованных оказалась в отдалении от остальных первокурсников, будто нас обнесли невидимой стеной. Сцена вспыхивала яркими огнями и россыпью искр — каждый номер, даже обычную песню, в Мракаре превращали в цирк для пироманов. Гул восхищенных первокурсников, сидевших рядами выше, доносился до меня приглушенным, будто сквозь толщу воды. Как бы я хотела оказаться среди них…

«Нужно рассказать», — мелькала в голове обжигающая мысль.

Рассказать? Да, сейчас, пока не поздно. А что будет потом? Отчисление? Стоило мне подумать об этом, как в животе скрутило от страха. Нет, мне нельзя отчисляться. Если я не стану магом, то, кто продолжит семейное дело? Отцу и без того тяжело справляться с работой, его здоровье подкосилось в последние годы. Сколько еще он выдержит? Ему срочно нужна замена. Конечно, меня обучали кое-чему дома, но благословение духа я смогу получить только в Мракаре. А без него мне не получить магию, а значит, не удержать на плаву винодельню.

Голова раскалывалась — то ли от мыслей, то ли от грохочущей музыки. Я постоянно боролась с желанием вскочить с места и сбежать в какой-нибудь тихий уголок, чтобы хорошенько обдумать свою ситцацию. И все же, когда выступления закончились и наступила приятная тишина, по моей коже пробежались мурашки. Остальные студенты стали расходиться, первокурсников разбили по группам и повели показывать замок. На скованных никто не обратил внимание, мы так и остались сидеть в зрительном зале. Рядом со мной вздохнула девушка. Жгучая брюнетка с зелеными глазами сидела с видом хозяйки положения, но я заметила по ее едва дрожащим пальцам, что она тоже волнуется. Поймав мой взгляд, она выдавила улыбку и сказала.

— Моя мама была скованной. Забавно, да?

Я кивнула. Это единственное, что среди нас было сказано, пока снова не появился ректор Терес.

— Следуйте за мной.

Нас повели в совершенно другую часть замка, нежели остальных первокурсников. Здесь было тихо и мрачно, даже свечи не спасали. Мне становилось душно от этих черных каменных стен, которые будто нависали надо мной, давя своей мощью и древностью. Иногда попадались окна, привнося хоть немного красок своими цветастыми витражами. Правда, сюжеты на них были мрачные, все какие-то воины в кровавых доспехах и сраженные чудовища. Мы шли в гнетущей тишине, ректор даже не пытался нас подбодрить. Наконец, мы дошли до просторной и более уютной гостиной. Нас встретили алые диваны с подушками, огромный камин, в котором плясало желтое пламя, несколько старых шкафов с фолиантами, где наверняка были записаны секреты магии.

— Рассаживайтесь, — попросил нас ректор, указав на диваны и кресла.

Просить несколько раз не пришлось, я успела занять мягкое кресло, поближе к камину, чтобы немного согреться после холодных коридоров. Пламя лизало поленья, отбрасывая танцующие тени на стены.

— Давайте я расскажу вам, что будет дальше, — голос Тереса звучал по-отечески мягко. — Я буду забирать вас по одному. Мне важно донести до вас историю этого ритуала, чтобы вы поняли и осознали важность происходящего. Это не займет так много времени. После ритуала вы будете свободны и сможете присоединиться к остальным студентам. Сейчас им проводят небольшую экскурсию, а затем их поведут к преподавателям, которые расскажут им о правилах поведения и некоторых особенностях обучения. К моменту преподавательского инструктажа вы уже будете свободны, обещаю. Так, с кого же начнем? Торвальд?

Паренек, что сидел ровно, словно по струнке, с неохотой поднялся и последовал за ректором, к неприметной, черной двери. Началось томительное ожидание.

«Рассказать. Нужно рассказать», — стучало в моей голове в такт сердцебиению. Ладонь непроизвольно сжалась в кулак — я даже не заметила, как впилась ногтями в кожу.

После Торвальда с ректором отправилась та самая брюнетка. Я успела поймать ее взгляд и кивнула, пытаясь мысленно передать свою поддержку. Не знаю, поняла ли она что-то, уже через секунду девушка скрылась за дверью. После брюнетки снова пошел парень. Я уж было подумала, что все будет происходить как на сцене и меня вызовут последней. Подготовившись к такому сценарию, я тут же забыла о нем, когда Терес вызвал следующей меня.

«Рассказать?» — успело полыхнуть в моей голове, пока я не оказалась за дверью.

Это была просторная, черная зала, в которой не оказалась ничего из мебели, только Зеркало. То самое, что называло имена студентов, оно стояло у противоположной стены, еще более жуткое, чем мне показалось в первый раз. Не хотелось стоять около него и видеть в нем свое блеклое отражение. Но именно к нему меня подвел ректор и мне пришлось посмотреть на свое серое лицо. В жизни оно было нормального цвета, но в Зеркале все менялось. Я выглядела в нем уставшей, даже злой. А отражение ректора выражало только равнодушие.

— Анет, дорогая, — улыбнулся мне Терес, глядя на меня через отражение. — Что ты знаешь о скованных?

— Скованные — временно связывают себя с духами, — отчеканила я.

— Все верно, — улыбнулся он. — Хорошо, что ты понимаешь, что это временно. Знаешь, во время войны Мракаровое ущелье было несокрушимой крепостью, где в самые тяжелые моменты могли найти укрытие воины Селарет.

Я нахмурилась при упоминании Селарет, а мое отражение скривилось, будто от зубной боли. Пантеон духов был таким обширным, что люди до сих пор не знали всех имен и образов, в которые воплощались эти потусторонние силы. Духи обладали разной магией, характерами, они умирали и снова возрождались, и только один дух объединял их всех — Селарет. Сияющая и направляющая, будто маяк на берегу темного океана. У нее было больше всего последователей, она особенно любила давать свое благословение самым влиятельным и богатым семьям. Те, в благодарность за столь щедрое внимание, строили ей храмы и алтари, куда стягивались все, кому требовалась помощь. Отсюда авторитет и известность Селарет становились еще больше. Мама всегда говорила, что Селарет слишком жадная до внимания, тем самым она отбирает его у духов гораздо менее известных. А чем меньше последователей — тем слабее у духа магия. Отсюда следовало, что у семей, чьи покровители-духи были более скромными в своей известности, не могли похвастаться большими силами. Моя семья поклонялась одному из таких духов — мы называли его духом бочек. Звучало не слишком благородно, зато он благоволил нашему виноделию.

— Благодаря Селарет, наш замок не подчинился силам зла. Темные духи проиграли и попытались сбежать. Мы не могли допустить, чтобы они остались на свободе, лелея жажду вернуться и продолжить кровопролитие. В этот решающий момент люди сделали то, что должны были — пленили своих врагов. И заключили их здесь.

По стеклу Зеркала прошла рябь, будто по глади озера. Я во все глаза уставилась в него, больше не видя в нем себя или ректора, передо мной вдруг оказалось окно, через которое я могла заглянуть в другой мир. Он был таким серым и безжизненным, словно его земли столетиями выжигали пожары, пока не осталось ничего, кроме обугленных камней. В воздухе носилась серая пыль, похожая на пепел, кружившаяся, будто снег в метель. Небо заволокло черными тучами, никаких звезд или луны. Это было совершенно безрадостное и пустое место. И это тюрьма, в которой духи томятся уже много лет?

— В этом мире они никому ничего не сделают. Но даже духи не могут обходиться без пищи. Именно поэтому и существуют магические контракты между людьми и духами. Мы пользуемся их силой, но только благодаря нашей вере и энергии, они могут жить. Это важный круговорот магии, который существует сотни лет. Даже темные духи не могут без живой, людской энергии. Если дух долгое время будет лишен пищи, то в конечном итоге погибнет. Именно поэтому существуют скованные.

— Духи никогда не умирают, — возразила я. — Они лишаются своей формы, но спустя время снова появляются на свет. Природа не может без них.

— Именно поэтому темные, что заперты здесь, не должны умереть. Если это случится, то они переродятся в совершенно другом месте и в другой форме. Они окажутся на свободе, Анет. Мы не допустим этого. Мракар ввел ритуал, что стал нашей обязательной традицией, первокурсники заключают временный контракт с темным духом, чтобы тот питался энергией живого человека. Это особенная привилегия.

— Больше похоже на наказание, — не удержалась я от едкого замечания.

Мои слова вызвали у ректора усмешку.

— Можно так подумать, решив, что дух навредит человеку, с которым связан. Но это не так. Контракт четко диктует законы, которым дух обязан подчиняться.

— У меня есть несколько вопросов.

— Задавай.

— Почему первокурсники? Мне всегда казалось это странным. Темные — опасные существа, они ненавидят людей. А первокурсник едва понимает, что делать с магией, он ничего не противопоставит духу, никак себя не защитит. Старшекурсники лучше понимают законы магии, разве не было бы логично делать скованными студентов постарше?

— Скованные питают друг друга, Анет. И чем они слабее, тем лучше.

— Хорошо, но почему год? — не унималась я. — Для чего это постоянная смена скованных?

— Мой ответ будет почти таким же — скованные питают друг друга. И чем дольше они связаны, тем сильнее дух может влиять на человека. Это опасно. Даже, если маг уверен в себе и своих благих взглядах на мир, он может и сам не заметить, как окажется марионеткой в руках темного. Год — слишком короткий срок, чтобы произошло что-то подобное. И все же опасность всегда есть. Мы тщательно выбираем кандидатов. Мы обращаем внимание на все: характер, родословная, магия. Ты из прекрасной семьи, Анет. Можешь гордиться тем, что Тригольты верно служат королевству на протяжении многих веков. Вы верные и спокойные люди. В твоей истории нет темных пятен, грязного белья, которое дух может использовать против тебя.

На этих словах меня бросило в жар. Я знала, что прошлое скованного, история его семьи — это очень важно. Именно поэтому мне нельзя здесь находиться, перед этим Зеркалом. Не я должна выслушивать эти речи. И все равно я не могла признаться. Ради отца и семейного дела. Они оба были на грани и только в моих силах было спасти их. Что с нами будет, если я не закончу академию? Получить благословение духа можно только, если тебе позволит учебное заведение. Я должна справиться. Темный дух скован контрактом, верно? Он не сможет мне навредить. Я просто наберусь мужества, не стану идти на его поводу и все выдержу. Это всего лишь на один год.

— Должен сказать, что во многом на наше решение повлиял твой брат, — будто невзначай бросил ректор и я замерла, будто мышь перед удавом. — Мракар выпускал много блистательных магов, и могу с уверенностью сказать, что Ассиль — наша особенная гордость. Такие таланты редко рождаются на свет. Мы рады, что ты выбрала именно Мракар для обучения, правда, меня смущает факультет, на который ты поступила.

— Заклинатели? — я пожала плечами. — Отличный факультет, вы сами его окончили.

Терес улыбнулся, явно довольный тем, что я изучила его биографию, будто фанатка.

— Конечно, отличный, в этом нет сомнений, в Мракаре все самое лучшее. Итак, ты готова, Анет? — сощурив глаза, спросил ректор.

Я кивнула.

— Взгляни в Зеркало. Сейчас мы с тобой узнаем, какой темный положил на тебя глаз.

Я сделала так, как он сказал. Перед глазами снова встал безрадостный пейзаж, подумать только, провести в этой каменной пустыне всю жизнь… Но вдруг среди пепла и черного неба что-то мелькнуло. Я напрягала зрение, пытаясь рассмотреть в этой темени что-то определенное, как вдруг прямо передо мной выросла фигура. Она была соткана из тумана и пепла, вечно в движении, словно маленький вихрь. Ничего человеческого, даже близко. Но вдруг я заметила глаза. Они больше напоминали холодный огонь звезд. Такой притягательный и манящий свет, но при этом способный пронзить собой, что угодно, будь то человек или стена. Я почувствовала себя такой маленькой и беззащитной перед этим недобрым взглядом. Все мои мысли о том, что год — это такой пустяк, тут же вылетели из головы. Нет, это существо не простит моих ошибок. Оно уже сейчас присматривается ко мне, хищно ударяясь о зеркальную гладь, бессильно пытаясь добраться до меня.

— Ого, обычно он выходит последним, — присвистнул ректор. — Знакомься, Анет, это — Кайрос, дух обмана и иллюзий.

Глава 3 «Темный дух»

Я стала невидимой. Странное чувство, когда от тебя специально отводят взгляд, с тобой никто не садится и не работает в паре. Особенное отношение ощущалось даже от преподавателей. Они не задавали вопросов скованным, не придирались к ним из-за невыполненных заданий, но при этом оценки ставили сносные. Мне и еще шестерым, кому не повезло связаться с темными, даже выделили отдельные комнаты. У нас не было соседей, что большая роскошь для местных студентов. Я видела, как Торвальд специально опрокинул кофе на какого-то третьекурника. Озлобленный парень пошел жаловаться, но Торвальду за это ничего не сделали. Но я более чем уверена, что если кто-то попробует задирать Торвальда, пусть и за дело, прилетит именно обычным студентам, а не скованному. Нас нельзя выводить из себя, пугать и подвергать стрессу. Отрицательные чувства могут быть использованы темными, поэтому Мракар оберегал скованных от любых проблем. Отлично, правда? Мы можем творить, что захотим, и нам за это ничего не будет. Но только год. Затем мы снова станем обычными студентами и нам все вернется стократно. Зря Торвальд проверяет границы дозволенного, студенты запомнят его поведение и сделают так, чтобы он пожалел об этом в последующие года. Я слышала истории, что бывшие скованные уходили из академии на второй или третий год обучения. А все потому, что становилось невыносимо из-за непрекращающейся травли и подстав. Мы — невидимки, и пусть так остается весь год. Меньше проблем будет в будущем.

В первые дни все было не так уж плохо. Я быстро привыкла к своему новому статусу, к тому же подружилась с той самой брюнеткой — Оливией Гастман. Лив даже наслаждалась тем, что с ней случилось. Первоначальный страх очень быстро прошел и теперь она брала от жизни все: отличные оценки, своя комната, прогулы, которые никак на нее не влияли. Ее статус скованной помогал даже в личной жизни. Если парень пугался магического контракта с темным духом, то она тут же забывала о нем. Отличный способ отсеивать нытиков и трусов. Если уж парень увивался за ней, зная, что она скованная, то на него точно стоит обратить внимание.

Марк тоже прошел эту проверку. Тот единственный, кого я знала, когда приехала сюда. Марк Хэтчер… Мне всегда нравились его волосы, темные, словно горький шоколад, они так контрастировали с его светлой кожей, а эти глаза, блестящие, будто речные камни, карамельно-карие. Лет до двенадцати я была выше его и ужасно этим гордилась. Но потом, когда мы встретились одним летом, то оказалось, что он вытянулся и теперь стал выше меня на целый сантиметр. Это он так говорил: «Это не просто сантиметр, Анет! Это целый сантиметр! А дальше — больше. Вот увидишь!» Он оказался прав. Уже следующим летом он был выше меня на полголовы. Он стал не просто выше, но и сильнее. Девчонки при виде него шушукались и глупо хихикали. И тогда я поняла, что все изменилось. Мы больше не могли играть, как прежде. Что-то поменялось между нами. Или это поменялось мое отношение к нему? Марк всегда относился ко мне хорошо, будто я была его младшая сестра. Он был единственным ребенком в семье, но очень хотел кого-то, о ком можно заботиться. Повезло, что этим «кто-то» стала я.

В общем, Марка ничуть не испугала моя новая роль. Уже в тот же день, когда скованных вернули как раз к преподавательскому инструктажу, он нашел меня в толпе.

— Анет, — сказал он и коснулся моей руки. — С тобой все в порядке?

Его взгляд бегал по моему лицу, будто пытаясь найти какой-нибудь намек на ритуал, который со мной только что произошел.

— Да, — улыбнулась я. — Постояла в пустой комнате, посмотрела в страшное Зеркало, ничего особенного.

Марк выдавил из себя короткий смешок, но его глаза остались серьезными. Он продолжал меня держать и, немного помедлив, добавил.

— Я так испугался, когда назвали твое имя. А вот ты — молодец, даже бровью не повела. Они же… Они же сказали, что это безопасно? Академия не оставит тебя без присмотра, да?

— Ну, скованных выбирают каждый год, если бы с этим было что-то не так… — протянула я, но Марк, увидев, что мне непросто подобрать слова, тут же вмешался.

— Давай наоборот. Я буду тебя успокаивать. Мне кажется, так будет правильнее, это же тебя связали с древним духом. Все будет хорошо, Анет.

Только теперь в его бегающих от страха глазах возникли прежние искорки веселья.

— Я знаю, что ты со всем справишься, просто я не ожидал, что выберут тебя, вот и испугался. Если так подумать, то я не знаю никого храбрее тебя.

Я фыркнула и покачала головой, не собираясь делать вид, что поверила в такую наглую лесть.

— Ты что, не веришь мне? — нахмурился Марк. — Я хоть раз врал тебе?

— Нет, — с неохотой признала я.

— Ты самая храбрая, — уверенно повторил он. — Дух поймет, что с тобой шутки плохи, забьется в самый дальний уголок твоего сознания и будет там жалобно поскуливать, будто чердачное привидение. Вот так, — Марк задрал голову и издал противный, высокий писк.

Декан Гретель, старая, скрюченная бабка с огромной, волосатой бородавкой на носу, скривилась, будто от зубной боли.

— Тишина! — гаркнула она и снова продолжила зачитывать правила поведения.

Мы с Марком принялись хихикать. Все напряжение, что сковывало меня с момента церемонии, улетучилось само собой, и я с благодарностью посмотрела на друга детства.

— Твой отец будет гордиться тобой. Связь с темными — дело опасное, зато академия останется у тебя в долгу, — добавил он.

— Нет, — поспешно сказала я. — Ничего отцу говорить не надо, понял?

Марк нахмурился и попытался возразить, но я перебила его.

— У него слабое сердце и я не хочу, чтобы он тревожился за меня. Поверь, так будет лучше.

— Хорошо, я понял. Но, если темный начнет бушевать, то обязательно поговори со мной, ясно? Я всегда буду поблизости.

Сказав это, он приблизился и обнял меня. В этот момент я оказалась в коконе из его тепла и запаха. Он всегда пах так приятно, чем-то домашним и солнечным. Сердце забилось так сильно, что я испугалась, что он почувствует это. Но уже через мгновение раздался строгий преподавательский голос.

— Все внимательно слушаем, не отвлекаемся.

Рядом кто-то прыснул от смеха и зашушукался. Стало понятно, что старая преподавательница обращалась к нам и мы с Марком отпрянули друг от друга. Профессорша грозно зыркнула на нас и, прежде чем продолжить инструктаж, проворчала.

— Мелкие засранцы…

Но дух молчал — будто его и не было. Зато магия… Она пришла неожиданно. Мне всегда было интересно, каково это. Папа говорил, что ощущения похожи на тепло и озноб одновременно, будто ты только вернулся с холодной улицы и залпом выпил стакан добротного виски. На самом деле, в этом есть своя доля правды. Можно почувствовать, как магия разливается по телу, разогревая кожу. Стоит только подумать о ней и вот она уже здесь, в районе сердце, а затем стремится заполнить все тело. Мне почему-то казалось, что, если магию даровал темный дух, то ощущения не должны быть такими приятными. Магия от темного, будто обязана отдавать холодом и дыханием смерти. Или все дело в человеке, который использует ее?

Больше недели я привыкала к новым ощущениям, знакомилась с преподавателями и обживалась в комнате. Духа будто и вовсе не было, я даже начала надеяться, что он и не появится. Но однажды ночью мне приснился странный сон.

Я оказалась дома, но меня это совсем не обрадовало. Я была около маминой комнаты. В те времена родители спали отдельно потому, что маме было тяжело уснуть из-за болезни и она читала допоздна.

Мои руки сами собой потянулись к ручке, повернули ее, а в следующее мгновение я оказалась внутри. В комнате было так темно, что я едва могла рассмотреть очертания мебели, мой взгляд нашел кровать, на которой только угадывался мамин силуэт. Она так похудела, будто под одеялом лежал хрупкий подросток. От мысли, что она не дышит у меня потяжелело в груди так, будто меня придавило могильной плитой. И в этот момент рядом зазвучал его голос.

— Помнишь эту ночь?

У меня мурашки пробежали по телу. Захотелось двинуться с места, но я могла только смотреть на мамину кровать, даже моргнуть не получалось.

«Это сон», — напомнила я себе.

— Кайрос, да? — губы меня слушались. — А я все гадала, куда ты пропал. Теперь понятно, искал обо мне информацию.

— Ты помнишь?

По ощущениям он стоял прямо за мной, казалось еще немного и коснется моего уха. Голос был таким тягучим, будто я угодила в гигантскую банку с медом. Но в этой приятной бархатистости мелькала угроза, острая и непредсказуемая.

— Помню ли я, как умерла моя мама? — раздраженно ответила я. — Да, помню. Она была хорошим человеком и я скучаю по ней, но это случилось давно и я смирилась с произошедшим. Все умирают, ясно тебе? Ты что, серьезно надеялся давить на меня этим? Будь я размазней, что при упоминании мертвого родственника, утопает в рыданиях, меня бы ни за что не взяли в скованные.

Вдруг мама зашевелилась. Затаив дыхание, я наблюдала за тем, как она ворочается. Ее движения становились все беспокойнее, будто ей снился кошмар. И в следующее мгновение она задергалась, как бешеная, что одеяло слетело с нее и упало на пол. Мама лежала в своей любимой белой сорочке с кружевами, которую она с отчаянием рвала с шеи, будто ей нечем было дышать. Моя спина взмокла от холодного и липкого пота. Хоть в комнате было темно, но сейчас я отчетливо видела гримасу боли, перекосившее мамино лицо, розовая слюна стекала с губ, голова то и дело запрокидывалась назад, будто в неостановимом припадке. Мысли в моей голове спутались, все казалось слишком реальным.

— Хватит! — не выдержала я.

Тело продолжало дергаться, будто невидимый кукловод взбесился и задергал все нити разом.

— Ладно, прости за грубость! Ты это хочешь услышать? Хватит мучать ее!

В следующую секунду мама уже мирно спала под своим одеялом, будто ничего не было. Я тяжело выдохнула, страх быстро сменился клокочущей яростью и я едва сдерживалась, чтобы снова не сказать какую-нибудь грубость.

— Я привел тебя сюда не потому, что хочу твоих слез, — прошелестел он, казалось, что голос звучал не над ухом, а где-то внутри меня. — Этот вечер особенный, знаешь ли. Именно здесь берет начало твой страшный секрет.

— Какой еще секрет? — фыркнув, соврала я.

В следующее мгновение дверь в комнату распахнулась. Кайрос позволил мне перевести взгляд, чтобы я увидела, кто стоит на пороге. Темный силуэт. Я узнала его сразу, хоть в этой фигуре мало что можно было рассмотреть. Но кое-какие детали мне были слишком хорошо знакомы, взять хотя бы эти растрепанные волосы.

— Раз молчишь, значит, ты узнала его, — с раздражающим удовольствием заметил Кайрос.

— Кто тебе рассказал? — плюнув на все, прямо спросила я. — Никто об этом не знает, только я и отец.

— А как же он сам?

Темный силуэт дернулся, будто оскорбленный моими словами. Мне показалось, что он вот-вот войдет в комнату, как всегда, разозленный до предела, готовый на что угодно. Во рту проступил металлический привкус. Я сглотнула, но он не исчез. Захотелось проснуться. Это же всего лишь сон. В реальности его нет, я в безопасности, я в безопа…

— Это особая связь духа и человека, — прервал мои панические мысли Кайрос. — Если быть достаточно умелым, то можно залезть в голову и увидеть много чего интересного.

— Ты мысли мои читаешь?

— Я тебя насквозь вижу, Анет.

— Ладно, — глядя на черный силуэт, что продолжал стоять на пороге, процедила я. — И что дальше?

— Ты знаешь, что с тобой будет, когда я расскажу об этомТересу?

— Меня выкинут из Мракара?

— Конечно, но только после того, как истечет время нашего контракта. Сбежать все равно не получится, Анет. В этом весь смысл скованных. Ровно год мы с тобой повязаны так крепко, что наши путы никому не разорвать. Я думаю, тебя погрузят в глубокую кому. Это крайняя мера для тех, кто не справляется с возложенной обязанностью. Разумеется, потом тебя лишат магии и не позволят больше никогда поступить в какое-либо магическое учреждение. Для твоей семьи — это конец. Винодельня закроется, нечем будет платить за лечение отца, а без лечения он долго не протянет. И ты останешься одна. Хотя, что я такое говорю? С тобой всегда будет он.

Силуэт на пороге качнулся, будто в бессильной попытке войти в комнату. Войти и добраться до меня.

— Но? — пытаясь держать свои эмоции в узде, спокойно спросила я. — Это случится, если ты все-таки расскажешь, да?

— Да. Но я могу сохранить твою тайну.

— Что ты хочешь?

Я услышала, как Кайрос глубоко вдохнул. Его дыхание было неровным, будто он сам испытывал нервозность, но не потому, что он боялся, что я откажу. Это было нетерпение. Темный дух вот-вот получит нечто, что ему так давно хотелось.

Глава 4 «Сделка, которую нельзя заключать»

— Это плохая идея, — не удержалась я. — Очень плохая.

— У тебя нет выбора.

— Давай подумаем хотя бы о том, как я это сделаю? Этот корпус наверняка закрыт.

— Я помогу тебе попасть внутрь.

— И что дальше? Мне придется тащить огромную капсулу с телом?

— Ты что-нибудь придумаешь.

— Мне нужно время на подготовку.

— Сегодня, Анет. А теперь — проснись.

Я открыла глаза. Ужасный сон закончился и теперь я могла двигаться. Сев на кровать, мой взгляд невольно нашел дверь, но та была надежно закрыта, никакого жуткого силуэта. Выдохнув, я потерла глаза, а затем стала переодеваться.

Кайрос заключил со мной сделку. Когда я стояла перед Зеркалом с ректором Тересом, он долго рассказывал мне о том, что нельзя делать. Так вот: нельзя заключать сделки с духом. Особенно такие. Духи — бестелесные существа, похожие на ветер, дыхание, свет или тьму. У них нет тела, хотя иногда они могут принимать физическую форму. Темные лишены подобного роскошества уже много веков. Они сидят в своем пустом мире, где нет ничего и никого, чью форму можно было бы позаимствовать. Когда их выпускают в наш мир, связав с каким-нибудь первокурсником-неудачником, как я, то они все равно лишены возможности стать полноценной частью физического мира. Темные сидят в наших головах, будто случайные мысли, прячутся в наших тенях или дыхании. Им нельзя иметь тело, иначе их возможность влиять на события возрастет, их сила станет более управляемой, а потому опасной. Но это именно то, о чем меня попросил Кайрос. Он хотел тело. И не просто какое-нибудь, он хотел именно человеческое. Самое ужасное, что я могла ему такое найти.

В Мракаре было полно факультетов, для них выделяли отдельные этажи и среди студентов их называли корпусами. Помимо прочих факультетов был еще лекарский. Лекарей обучали делать все — лекарства и яды, сшивать раны, лечить болезни. А еще их учили проводить операции, но как практиковаться, если студентов не допускали до настоящих больных? В закромах лекарского корпуса находился морг, если можно его так назвать. Там хранились люди, которые умерли давным-давно. Но их тела еще могли послужить делу. Их держали в специальном растворе, который не позволял им разлагаться, а если прислушаться к груди, то можно было услышать, как в ней медленно билось сердце. Но не стоит себя обманывать и думать, что лекари спятили и держали взаперти живых людей. Тела мертвы — лишь магия заставляла их казаться живыми. Преподаватели часто выращивали в них смертельные опухоли, создавали гнойники или органические аномалии, чтобы лекари применяли все свои знания и спасали тех, кто в этом спасении по факту не нуждался.

Именно туда и отправил меня Кайрос. Я отмела мысли о том, как попаду в лекарский корпус. Он сказал, что поможет, поэтому лучше подумать о том, что делать с телом. Я примерно представляла себе, как хранятся трупы для учебы. Стеклянная капсула по размеру, как гроб, а внутри плавает человек. Сколько такое добро весит? Килограммов сто? Это, если еще повезет, и Кайрос выберет себе в качестве нового тела какую-нибудь миниатюрную, пятидесятикилограммовую девчушку. А если он захочет здоровенного качка? Тогда вес стеклянного гроба с жидкостью и трупом может быть и все двести килограммов. И мне все это надо дотащить до своей комнаты, ведь только там я смогу спокойно провести ритуал привязки к телу.

Я надела спортивную форму — эластичные штаны и чёрную водолазку, а затем снова заглянула в свой шкаф, где хранилась моя дорожная сумка. Было кое-что особенное, что я привезла из дома. Отцовское вино. Студентам, вообще-то, запрещалось хранить алкоголь в Мракаре, но мне повезло, что виноделие — семейное дело, а семейные артефакты позволялось привозить с собой. Конечно, Тригольты не просто делали вино, все-таки мы — представители магического общества, а потому и вино было зачарованное. Разные сорта вина даровали разные способности. Мастерство виноделия в нашей семье взращивалось поколениями и я должна была стать продолжательницей традиций.

В моей сумке нашлось десяток маленьких, темно-зеленых пузырьков. В каждом бутылочке не больше двухсот миллилитров вина, одно из них могло прибавить мне физической силы и выносливости, но этого явно было недостаточно для предстоящего дела.

— Ладно, с этим можно что-нибудь придумать, — решила я.

В моей сумке нашелся набор трав и кое-каких ингредиентов, впереди меня ждала нешуточная алхимическая работа. Для этого не требовалось никаких магических способностей, только качественные материалы, знания и опыт. Но алхимия — основа зачарованного виноделия. Меня натаскивали в этом деле с раннего детства, я могла дать фору любому старшекурснику с алхимического факультета.

Рядом с ингредиентами и вином, я разложила свой собственный походный набор алхимика: спиртовая горелка, стеклянные колбы, мерный стаканчик, пинцет и ножницы. Перелив вино в разогретую колбу, я отрезала несколько лепестков заговоренной ромашки, затем обмакнула ее в сок ядовитой крапивы и бросила в колбу. Мне всегда нравилась алхимия тем, что, сидя за пробирками, тебе не требовалось магическое искусство. Но вот сами ингредиенты ни за что не приготовить, если в тебе нет хоть капли магии. Покупать их у алхимиков втридорога — невыгодно и глупо, конечная стоимость такого вина была бы необоснованно высокой. Поэтому мы с отцом занимались этим вместе. Он зачаровывал растения, подготавливал их, пропитывая своим волшебством, и только потом передавал мне, чтобы я смешала все ровно в тех пропорциях, что было нужно. Смешивая ингредиенты, я поймала себя на мысли, что в первый раз занимаюсь этим вне своей привычной домашней лаборатории. Под ухом нет мелодичного, папиного мычания, которым он бы выводил какой-нибудь старомодный романс. Вокруг нет пестрящего запаха: спирт, жженая карамель, барбарис и виноград. Папа обязательно заглянул бы мне через плечо, похвалил за твердость руки и особенное чутье, когда я без часов сама определяю точное время варки.

— Ты такая талантливая, — часто говорил он мне, когда я заканчивала работу. — Не зря твоя мама всегда говорила, что наши дети — особенные. «Особенные» — от этого слова у меня прошел мороз по коже.

Я так задумалась, что чуть не пропустила момент кипения вина. Сняв колбу с огня, я выловила оттуда остатки растений, чтобы они не дали чрезмерную горечь. Напиток готов, осталось подождать, когда остынет. Я с некоторой опаской посмотрела на его цвет. Крепость вина, конечно же, выросла, к тому же не стоит забывать, сколько зачарованных трав я туда добавила. Вкус наверняка вышел отвратительный, ну и пусть, лишь бы сработало.

Едва дождавшись, когда вино перестанет быть обжигающе горячим, я вылила в себя всю колбу и крепко сжала губы, чтобы травяная жижа не полезла из меня обратно. Борясь с собой, я заставила себя все проглотить и закашлялась, не видя ничего из-за выступивших слез.

— Какой ужас! — пролепетала я, все еще ощущая на языке целую вакханалию из горечи и спирта.

Внутри потеплело, сердце забилось так быстро и сильно, что я стала чувствовать каждый удар. Жар разлился по венам, будто в них впрыснули ртуть. Пальцы онемели, зато спина выпрямилась сама собой, словно в неё вставили стальной стержень Поднявшись, я с трудом сохранила равновесие. Приятное головокружение постепенно становилось все более ощутимым, а к горлу подкатила тошнота.

«Пора!» — подумала я и выбралась из своей комнаты.

Глава 5 «В лекарский корпус!»

Ночь была в самом разгаре, до пробуждения студентов оставалось еще четыре часа. Я надеялась, что мне хватит времени, чтобы вытащить тело и провести ритуал привязки. Я двинулась к лекарскому корпусу — он занимал первый этаж правого крыла, а еще подвалы, где и находился морг. Но стоило мне спуститься с жилого этажа, как я чуть не попалась охраннику, что стоял с магическим фонарем у подножия лестницы.

«Ну и что ты встала?» — прозвучал в голове отчетливый голос, от которого у меня пробежали мурашки по коже.

Я вздрогнула и принялась оглядываться, но вокруг никого не было.

«Спускайся, он не увидит тебя».

Значит, Кайрос все еще в моей голове. От осознания у меня снова пробежались мурашки, но уже совсем другие, будто мне на лицо швырнули таракана. Собравшись с духом, я ступила на каменную лестницу. Она была такой широкой, что тут могли пройти человек десять, взявшись за руки. Молодой охранник со светящимся шаром стоял, прислонившись к парапету, и лениво озирался. А я спускалась прямо к нему! Это было так глупо!«Он же заметит меня!» — мысленно воззвала я к темному духу, но тот мне не ответил.

Ладно, если бы я была обычным студентом и меня поймали бы пьяной ночью, то все получилось бы очень скверно, Терес наверняка влепил бы мне какое-нибудь наказание, а еще известил родителей. Но я же скованная, даже, если меня поймают, то ничего страшного не произойдет.

Я спускалась вниз, распаленная вином так сильно, что щеки мои запунцовели. Сердце продолжало колотиться, будто намереваясь проломить грудную клетку. Вот он, охранник, теперь я могла рассмотреть каждую деталь его синей формы, эти блестящие пуговицы и нашивки Мракара на рукавах, золотистая буква «М», которую обвил красный дракон. Ступая очень тихо, я проскользнула мимо мужчины, на секунду мне показалось, что он поймал мой взгляд, но с облегчением я поняла, что мне показалось. Охранник равнодушно пялился сквозь меня, будто на лестнице никого не было.

«Значит, Кайрос и правда мастер иллюзий», — вспомнила я слова Тереса о темном духе.

Теперь я шла в сторону лекарского корпуса гораздо увереннее. Я прошла длинный, общий коридор, оказавшись перед каменной аркой, над которой были вырезаны буквы, указывающие название дальнейшего корпуса. Почти на месте. За свое короткое обучение я успела выучить коридоры к своим аудиториям и лабораториям, но в лекарском корпусе бывать еще не доводилось. Сколько мне придется блуждать там, пока я не найду нужное место?

Стоило пройти несколько холлов, как темный дух в моей голове недовольно заворочался.

«Ну что еще?» — чувствуя его раздражение, почти, как собственное, спросила я.

«Нам нужен ключ, Анет. Сворачивай».

Кайрос повел меня мимо незнакомых комнат и лестниц, уводя все дальше от главного коридора и учебных аудиторий. В какой-то момент строгие, каменные стены стали выглядеть гораздо уютнее из-за светлых, деревянных панелей которыми их обшили, а проходы сузились. Появилось ощущение, что я снова в жилой части замка. Следуя подсказкам духа, я вышла к открытой двери, внутри горел свет, там кто-то расхаживал и что-то нервно бормотал себе под нос.

Помня, что Кайрос укрывает меня от чужих взглядом, я осторожно заглянула в комнату. Судя по всему, это был кабинет профессора. Блестящая мантия, в которых расхаживал весь преподавательский состав, висела на рогах какого-то животного совсем рядом от входа. В кабинете горели свечи, а еще несколько магических огоньков блуждали под самым потолком. Незнакомый профессор сбросил пиджак и расхаживал в белой рубашке, расстегнув верхние пуговицы. Поначалу я решила, что он бормочет себе под нос, но потом поняла — это телепатический разговор.

— Что, совсем никаких следов?.. Нет-нет, ректор просил держать это в тайне, вы же понимаете, что, если кто-то узнает о проникновении на территорию, то поднимется шумиха. Я думаю может все не так плохо и этот человек уже покинул академию… Нужно найти брешь в защите, поэтому приезжайте, как можно скорее!

Иногда он замолкал на несколько секунд, слушая ответ, а затем снова бросался расхаживать по кабинету, нервно поглаживая руки.

«Очень секретный разговор, поэтому ты даже дверь не закрыл», — мысленно фыркнула я.

«Эстен всегда был болваном», — ответил мне Кайрос, видимо, решив, что я обращалась к нему. «Посмотри на стол, там лежит то, что нам нужно».

На столешнице и правда поблескивала связка ключей. Нужно было как-то тихонько проскользнуть мимо нервного профессора, а тот, как на зло, все метался из стороны в сторону.

Заметив, что Эстен снова остановился, выслушивая ответ, я крадущимся шагом вошла внутрь и поспешила к столу. Уставившись на ключи, я сглотнула, пытаясь придумать, как взять их так, чтобы они не шумели. К счастью, профессор снова принялся метаться и что-то торопливо бормотать. Под звук его голоса, я взяла связку и зажала в кулаке — ключи ледяными зубьями впились в ладонь. Обернувшись, я едва не вскрикнула, чуть не столкнувшись с преподавателем.

— А вдруг он все еще здесь? — таращась перед собой, будто глядя мне прямо в глаза, испуганно прошептал он.

Тут профессор принюхался и поморщился. Опомнившись, я зажала рот рукой и задержала дыхание, от меня наверняка здорово несло вином и травами.

— Откуда мне знать? — раздраженно ответил Эстен неизвестному собеседнику. — В Мракаре полно таких укромных мест. Вы видели, какого размера этот замок?!

Преподаватель обошел свой стол, внимательно принюхиваясь, видимо, пытаясь понять, где источник запаха. В это же мгновение я поспешила к открытой двери, не веря в свою удачу. Ключи были у меня! Теперь осталось всего лишь проникнуть в морг и стащить какого-то мертвеца!

Глава 6 «Мертвецкая кладовая»

Охранник прошел мимо меня, насвистывая себе что-то под нос. Стоило ему оказаться за поворотом, как я принялась перебирать ключи, пока один из них не подошел к замку. Готово. За дверью интерьер резко поменялся, стены выделялись белым цветом, а пол был выложен серой плиткой. Все выглядело таким стерильным, будто я оказалась в операционной. Впрочем, совсем скоро я увидела комнату с подобной табличкой. Кайрос иногда давал о себе знать, помогая найти лестницу в подвал.

Спустившись вниз, мне пришлось снова отпирать дверь, но на связке нашелся нужный ключ и я, наконец, попала в помещение, где хранились мертвецы. Я ожидала сразу увидеть стеллажи со стеклянными гробами, но меня встретила пустая и гулкая комната, посередине разве что стоял стол.

— И где тела? — забыв о том, что мне достаточно подумать и Кайрос услышит меня, спросила я вслух.

«В стену встроен шкаф с выдвижными полками. Там они и хранятся. Зажги свет и увидишь».

При мне не было никакого фонаря, но практически на первом занятии нас научили вызывать блуждающие огни, голубых светлячков, что послушно летали за своим заклинателем, освещая дорогу. Я взмахнула рукой, почувствовав, как магия согрела мое сердце, а в следующую секунду надо мной загорелись три маленьких, голубых шарика. В такое время в подвале никого не было, поэтому я могла не бояться, что светлячков кто-нибудь заметит.

Только при свете я рассмотрела, что на стене и правда видны ручки. Потянув одну из них, я услышала неприятный лязг, железная створка открылась и на меня выехала каталка. На ней лежала женщина, бледная, да и к тому же голая. При свете моих светлячков ее лицо казалось восковой маской с глубокими морщинами. На груди я успела заметить свежие швы, на которых немного запеклась кровь. Мне стало дурно, вино снова попыталось вырваться из моего желудка и я поспешно закатила каталку обратно в ящик и захлопнула дверцу.

«Только посмей облеваться здесь», — прошипел в моей голове Кайрос. «Держи себя в руках».

— Тебе легко говорить, не ты же напился жуткой, травяной отравы, — процедила я, схватившись за живот. — Тело выглядит не очень хорошо. Ты точно его хочешь?

«Ты что, спятила? В процедурной находятся трупы, над которым ведется активная работа. Если заберем одно, это сразу же заметят. Нам нужно спуститься еще ниже, в мертвецкую кладовую. Найдем тело, над которым уже проводилась работа, но профессора не успели вывести в нем новые заболевания. Иди дальше».

— Раскомандовался, — проворчала я себе под нос и пошла к единственной двери, из которой я попала в целый блок с многочисленными комнатами.

Здесь тоже было полно операционных, набитые всяким непонятным для меня оборудованием. Иногда мне попадались стеклянные стенды, с лежащими там наборами скальпелей и жутких щипцов. В таком месте обязательно должны водиться маньяки, не иначе. Кайрос продолжал меня вести, оставалось только удивляться тому, как здорово он ориентировался в закромах лекарского корпуса. Впрочем, в этом мало удивительного, он много лет жил в головах разных первокурсников и наверняка знал замок лучше самого ректора.

Наконец мы добрались до нашей цели. Мертвецкая кладовая тоже была заперта, но с профессорской связкой я могла пройти, куда угодно. Открыв дверь, я оказалась в просторной комнате, чей потолок терялся где-то наверху. Пространство было забито деревянными шкафами, такими огромными, с толстыми стенками и полками, чтобы они смогли выдержать любой вес. На каждом полке лежал прозрачный сосуд, в котором плавал силуэт. Рядом с телом находились многочисленные папки. Как объяснил Кайрос в этих папках можно было увидеть, так называемую, историю болезней. Все, что профессора делали с трупами, как их лечили студенты и в каком состоянии тела находится теперь, там хранились все важные записи.

— Что ж, — пробормотала я и поежилась от жуткого эха, что с готовностью разошлось во все стороны. — Выбирай.

От сильного запаха формальдегида и спирта, у меня начали слезиться глаза. Я уткнулась носом в изгиб локтя и стала медленно продвигаться среди полок, иногда выхватывая взглядом бледные конечности или совершенно равнодушные лица мертвецов. Порой Кайрос останавливал меня, мы просматривали последние записи в документах, но духа вечно что-то не устраивало и приходилось двигаться дальше. Эти шкафы сооружали собой некий лабиринт и через несколько минут я совершенно потерялась. Как вернуться к выходу? Окажись в этом лабиринте из мертвых тел впечатлительный человек, то у него бы уже началась паника.

— Как тебе это? — нагнувшись к нижней полке, спросила я.

В прозрачном растворе медленно плавало тело молодой девушки. Я на секунду представила, насколько несправедлив мир, раз в столь юном возрасте она оказалась здесь. У нее были светлые волосы, как у меня, хрупкая и худая фигура, я даже видела ее выступающие ребра. Присмотревшись, я заметила, как медленно двигается ее грудная клетка. Что это за раствор такой, в котором труп может дышать? Значит, их легкие полны воды. Да уж, первое пробуждение Кайроса будет не из приятных.

«Нет».

Я раздраженно вздохнула.

— Это тебе что, бакалейная лавка? Выбирай скорее, я не хочу провести здесь всю ночь.

Я медленно двинулась среди полок, ожидая, на какого мертвеца положит взгляд вредный дух. Вдруг он остановил меня и попросил подойти к средней полке. В стеклянном гробу плавал юноша лет двадцати. Да уж, у Кайроса был вкус, он выбрал себе красавчика. Бронзовая кожа, черные, волнистые волосы, прямой нос и выделяющиеся скулы.

— Фигурка ничего, — нервно пробормотала я, лишь мельком бросив взгляд на остальную часть тела.

«Бумаги, Анет».

— Да-да.

Труп недавно прошел серьезное «лечение» и теперь восстанавливался. Судя по всему, ему полагалось, как минимум полгода лежать здесь, пока ткани окончательно придут в норму и будут готовы снова терпеть неумелые руки студентов. На этом теле много раз проводили операции. От самого низа живота до груди шел шрам, разделяющийся в середине на две линии, заканчиваясь у самых ключиц. Предплечья «украшали» замысловатые узоры, оставшиеся после росчерков скальпелей. Ноги тоже пострадали, присмотревшись, я поняла, что одну из них, судя по всему ампутировали, а затем пришили обратно. Об этом говорил кольцевой шрам чуть выше колена. Повезло, что хоть кисти рук и лицо остались нетронутыми.

— Берем?

«Берем».

Глава 7 «Новое тело»

«Давай, Анет, время впечатлить меня своими мускулами».

Я сделала вид, что ничего не услышала и коснулась стеклянного гроба. Теплый. Жидкость внутри поддерживалась определенной температуры и тело плескалось в ней, словно в уютной ванной. Глядя на эту громадину, которую мне требовалось протащить через половину академии, я не верила в успех. Но вино продолжало горячить мою кровь, тем самым показывая, что алхимический эффект все еще действовал.

Я обхватила гроб, уткнувшись щекой в стеклянную поверхность, и потащила его с полки. Вода в сосуде принялась раскачиваться, тело крутилось, слышалось беспрестанное бульканье. Закинув гроб на плечо, я на секунду остановилась, проверяя ощущения. Казалось, что я взвалила на себя мешок с картошкой весом килограммов десять, не больше.

Я пошла обратно в свою комнату, булькая гробом с телом, неловко стукаясь обо все косяки на своем пути. Иногда мне приходилось прятаться за углами и ждать, когда охрана, курсирующая по коридорам, уйдет подальше.

— А что с ключами? — вспомнила я, когда снова оказалась в жилой части замка своего факультета.

«Подкинем завтра где-нибудь в лекарском корпусе. Времени мало, Анет. Скоро рассвет, пошевеливайся».

— «Пожалуйста», — процедила я, зашагав дальше по коридору. — Если ты добавишь одно это слово, то мне будет гораздо приятнее с тобой общаться.

Чем ближе была комната, тем слабее действовало вино — гроб с каждым шагом становился тяжелее. Стоило мне замедлиться, чтобы отдышаться, как Кайрос в моей голове начинал ругаться и гнать меня дальше. Он мне так надоел, что хотелось швырнуть тело на пол и будь, что будет. Ссориться с духом уже не было сил, мое дыхание сбилось так сильно, что я начинала хватать ртом воздух, словно рыба на суше. Сердце снова быстро забилось, но уже не из-за магии зачарованного вина, а из-за непомерной нагрузки. Плечо горело, поясница отдавало болью — казалось, позвоночник вот-вот сложится пополам. С каждой минутой гроб тяжелел на килограмм и, когда я ввалилась в комнату, то с трудом дотащила его до своей кровати.

Упав на стеклянную крышку сверху, я в блаженстве закрыла глаза и несколько минут просто дышала, чувствуя, как горят натруженные ноги и руки, а плечо, на котором я тащила гроб, так ныло, что я не могла его коснуться.

«Время, Анет. Вставай!»

Голос духа ввинчивался в мой мозг, не позволяя заснуть. Открыв глаза, я вздрогнула. Прямо подо мной плавало спокойное лицо мертвого незнакомца.

— Ты много лет провел без тела, потерпи хотя бы пять минут, — простонала я.

Пришлось снова достать из шкафа дорожную сумку. Оттуда я вытащила специальный мел для магических рисунков, свечи и спички. Ритуал привязки к телу оказался для меня слишком сложным. С алхимией не было никаких проблем, благодаря годам учебы и оттачиванию своих умений, но магический рисунок — дисциплина для юной студентки, как я, совершенно новая. Кайрос без конца зудел в голове, заставляя перерисовывать одну линию десятки раз, доводя ее до идеала. Я ползала по полу на коленях, сдувая надоедливые локоны с лица, шептала под нос ругательства, но усердно работала. Это все ради отца, ради дела моей семьи, что развивалось много поколений.

Я два часа потратила на то, чтобы принести сюда новое тело Кайроса и столько же ушло на подготовку к ритуалу. Когда я доделала магический рисунок, то услышала в коридоре мелодичный звон.

— Черт! — воскликнула я, отбрасывая мелок. — Уже время подъема!

«Тогда начинай читать заклинание».

Я начертила на гробу нужный знак, чтобы соединить его со своей пентаграммой и встала в центр круга. У меня не было текста заклинания, только Кайрос, который знал его наизусть. Он нашептывал мне слова и подпитывал магией. Я стала марионеткой в его руках, повторяющей магические фразы, значения которых не понимала. В этом мне пришлось довериться духу. Голос темного становился все напряженнее и тише. Я чувствовала, что его постепенно вытягивает из моей головы и привязывает к новому телу. Под кожей все горело от волшебства, иногда меня накрывало холодом, это значило, что энергия передавалась в магический круг, а от него к трупу, который вот-вот оживет. Последние слова я уже шептала, полностью обессиленная. Закончив, я рухнула на магический круг. Сколько трудов было на потрачено на его создание, а теперь он выцветал, пока полностью не исчез. Я была готова провалиться в сон, как вдруг услышала стук. Это Кайрос бил кулаком по стеклу. Древний дух барахтался в гробу, как котёнок в луже, пугая меня обезображенным яростью лицом. Я попыталась встать, но руки дрожали так, что не могли оттолкнуться от пола. Я должна была подняться и хотя бы открыть крышку, но у меня не было сил. Я лежала и смотрела, как голый парень бьется в воде, пока гроб все-таки поддалась и не открылся с громким щелчком. Откинув крышку на пол, что та громко бумкнула, он сел и, вытаращив глаза, попытался сделать первый вдох. Вместо этого из открытого рта полилась вода, Кайрос закашлялся, звуки были такие, словно он сейчас захлебнется. И только, когда вся вода из него вышла, он смог наполнить легкие воздухом. Несмотря на смуглую кожу, я видела, какой он мертвенно-бледный, впрочем, он и правда был мертвецом всего минуту назад. Волосы налипли на лицо, он бестолково крутил головой, будто не понимая, где находится.

За дверью слышалась утренняя рутина, студентки проснулись и теперь брели умываться, переговариваясь друг с другом о предстоящих уроках.

— Кайрос, — позвала я и заставила себя сесть.

Он резко вскинул голову, сквозь волосы на меня уставился мутный взгляд.

— Давай думать, что делать дальше. Тебе нужна одежда. У меня нет ничего, что подошло бы тебе. Нужно что-то найти. Форма! Так ты сольешься с другими студентами и тебя не разоблачат. Слушай, ты должен побыть в комнате, пока я не найду тебе одежду, ты понял меня? Что ты смотришь? Вылезай отсюда!

Я протянула ему руку и он тупо на нее уставился, будто видел в первый раз.

— Как давно у тебя не было тела? — осторожно спросила я. — Наверное, очень давно? Давай, я помогу тебе.

Я взяла его за плечи, стараясь не смотреть ему на то, что принято прятать под нижним бельем. Кайрос совершенно не пытался мне помогать, только бултыхал ногами, выплескивая воду на пол. Вино еще не до конца выветрилось и у меня получилось приподнять духа. Кайрос издал непонятный звук и вырвался, плюхнувшись обратно в свой гроб. Он даже попытался нырнуть под воду, но вдохнув ее носом, зафырчал и закашлялся.

— Что ты делаешь?! — воскликнула я, как вдруг сообразила, что жидкость в капсуле гораздо теплее, чем воздух в комнате. — Ты все равно не будешь тут сидеть вечно. Ты вылезешь отсюда с моей помощью или делай это один. Выбирай.

Он уставился на меня снизу вверх, пытаясь всем своим видом выразить протест, чуть зубы не скалил. Мою протянутую руку дух упрямо игнорировал.

— Кайрос, — я попыталась смягчить тон. — Мне нужно найти тебе одежду. Полежишь в кровати, она ничем не хуже, поверь.

Уговаривая духа, будто вредного подростка, я смогла вытащить его из гроба. Кайроса совершенно не держали ноги, либо он не помнил, как ими пользоваться, колени постоянно подгибались, а сам он норовил упасть вперед или назад. Цепляясь за меня мокрыми пальцами, он бы наверняка свалил меня с ног своей здоровенной тушей и только благодаря остаткам магии я смогла дотащить его до своей кровати. Накрыв голое тело одеялом, я с досадой оглянулась на залитый пол. Но я не успела даже пожаловаться вслух, как Кайрос взмахнул рукой и вся вода в одно мгновение снова оказалась в капсуле.

— О, спасибо, — улыбнулась я, но дух гипнотизировал ошарашенным взглядом свою руку.

— Ладно, оставлю тебя с новым телом. Сиди тихо, ясно?

Я схватила студенческую форму, сумку с учебниками и выскочила за дверь.

Глава 8 «Небольшие шалости и большие проблемы»

Я сидела в душевой и ждала. Большинство девушек уже ушли на уроки — осталась лишь пара задержавшихся, но и они совсем скоро убегут в аудитории. А я побуду здесь еще какое-то время. А все из-за формы, которую я пообещала Кайросу. Теперь, когда ритуал прошел успешно и дух обзавелся телом, я впервые подумала о том, что будет дальше. Что он будет делать? Вдруг это выльется в плохую историю? Я должна как-то держать его в поле зрения, чтобы он ничего не натворил.

«Лучше с ним поговорить», — решила я.

Я не думаю, что мы подружимся. С чего бы ему водиться с человеком, одним из тех, кто сослал его в пустой мир и держит там уже много веков? Но я должна найти способ узнать его получше. Если я узнаю, какой у него характер и привычки, то мне будет легче просчитать его следующие шаги. Взять хотя бы это тело. Что оно ему даст? Ну, на самом деле очень многое, теперь он не привязан к одному человеку и может сам сделать то, что хочет. Как он распорядиться такой свободой? Чтобы я сделала на его месте?

«Попыталась сбежать», — тут же пришла к выводу я.

Если тебя держат в тюрьме и у твоего срока заключения нет конца, то ты всегда будешь мечтать о побеге. Но Кайрос не мог сбежать даже, получив новое тело. Ректор Терес немного рассказал о магическом контракте, который удерживал темных в Мракаре. Дело даже не в том, что дух привязан к первокурснику, дух еще привязан к Зеркалу. Двойные путы, которые можно развязать только в одностороннем порядке, это должны сделать и скованный-студент, и Зеркало. Видимо, Зеркало какой-то очень особенный артефакт, у которого есть свое сознание, иначе я никак не могла объяснить подобную формулировку.

«Значит, он как-то попытается заставить меня отказаться от договора», — размышляла я.

Что ж, он может решить, что у него есть на это кое-какие шансы. Раз я уступила ему с телом, то он пойдет дальше. Но я не отпущу его, если я это сделаю, то меня ждут проблемы гораздо страшнее, чем, если в Мракаре узнают мой секрет.

Пока я размышляла над сложившейся ситуацией, в душевой совсем стало тихо, опаздывающие студентки уже убежали. Я была одна. Перед тем, как выйти в коридор, я глянула в зеркало и поправила воротник белой рубашки и ленту с гербом Мракара. Пора было браться за дело с формой для Кайроса. В академии было только одно место, где я могла достать ее без особых проблем — мужское общежитие.

Занятия уже начались, все добросовестные студенты сидели в аудиториях и слушали профессоров. В комнатах никого не должно быть, поэтому я могла заглянуть в какую-нибудь и стащить запасную форму. Мужские комнаты были совсем рядом, буквально пройди коридор и ты упрешься в двустворчатые двери, за которыми начинаются покои исключительно для парней. В академии были строгие правила по поводу посещений мужских и женских частей общежитий. Нельзя было так просто заявиться кому-то в гости. Если заметит староста или, что еще хуже, преподаватель, то все кончится выговором и наказанием. Но я-то скованная, верно?

Я уверенно вышла из женского общежития, но уже перед мужским замедлилась, пока вовсе не остановилась. Прислонив ухо к дверям, я прислушалась. Тишина. Может все парни и правда уже на занятиях? Глубоко вздохнув, я проскользнула внутрь. Эта часть замка мало чем отличалась от женской общаги. Такой же просторный коридор и комнаты по обе его стороны. Я принялась дергать двери. Первые две были заперты, а вот третья поддалась. Но стоило мне приоткрыть ее, как я успела рассмотреть жителя комнаты, развалившегося на кровати.

«Черт!» — внутренне прокричала я и быстро закрыла комнату.

Следующую дверь я дергала гораздо осторожнее, готовая к любым неожиданным поворотам. Когда одна из них поддалась, то я открыла ее лишь на сантиметр и заглянула внутрь. Вроде пусто. И только тогда я вошла.

Ненавязчиво пахло мужским одеколоном, а судя по мебели, здесь жили трое парней. Кровати были прилежно заправлены, видимо, местный староста строго следил за порядком. Я заглянула в один из шкафов, но не успела там покопаться, как вдруг — в коридоре прозвучали четкие шаги. Я замерла, а мое сердце наоборот забилось быстрее. Шаги тем временем становились все громче, приближаясь к комнате, где я находилась. Поняв, что сейчас меня застанут, я бросилась к ближайшей кровати и юркнула под нее. Я успела спрятаться буквально за секунду до того, как открылась дверь.

«Просто прекрасно! И почему я вечно влипаю в неприятности?».

Я попыталась представить, что скажу, когда меня найдут здесь, среди пыли и забытого, грязного носка. Брат всегда вдалбливал мне в голову, что я обязана выглядеть достойно в любой ситуации, но это сложно сделать, когда ты оказываешься в столь глупом положении.

Тем временем шаги звучали у противоположных кроватей, из-за чего я не могла рассмотреть хозяина комнаты. Раздавались шорохи и звуки открывания дверец, пока неизвестный студент вдруг не решил подойти к тумбочке, что стояла у той самой кровати, где пряталась я. Перед моим лицом остановились красивые ноги в фиолетовых туфлях на коротком каблуке.

«Да это же не парень, а девушка! И что это за гадкая нарушительница тут делает?» — съехидничала я про себя.

Может пора вылезать? Она тоже нарушает правила, поэтому мы не станем выдавать друг друга.

Тем временем студентка открыла тумбочку и принялась там что-то искать. Я слышала, как шелестят страницы пергамента и учебников.

«Может она крадет его домашнюю работу?» — подперев щеку рукой, предположила я.

Но это была не кража, она наоборот хотела туда что-то положить. Я услышала, как она вытаскивает из кармана пиджака шуршащий сверток, который принялась разворачивать. В нем было что-то мелкое, одно неловкое движением и оно тут же посыпалось на пол. Я разглядела серые вытянутые зерна, похожие на рис. Девушка опустилась на колени, чтобы собрать рисинки. Она наклонилась так низко, что наши взгляды встретились. Мы замерли на секунду

— Лив!

— Анет!

— Что ты здесь делаешь?

— Не твое дело! А ты, что здесь забыла? Ты знаешь Дерека?

— Никого я не знаю, но, что я тут делаю, тебя тоже не касается.

Мы уставились друг на друга, но страх быстро сменился облегчением. Лив тихо засмеялась, прикрыв рот ладонью.

— Ты вылезешь?

— Эм, да, тут немного пыльно.

Я выкатилась из-под кровати и, поднявшись на ноги, тщательно отряхнулась. Пока я приводила себя в порядок, Лив собирала свои рисинки и складывала их обратно в свой шуршащий мешочек.

— Ты расскажешь об этом кому-нибудь? — осторожно спросила я.

Лив хитро глянула на меня.

— Я буду молчать, если ты тоже будешь.

— Отлично. Меня устраивает. Ты что, встречаешься с этим Дереком? — кивнув на его кровать, спросила я.

— С этим придурком? — мгновенно разозлилась скованная. — О, я бы с удовольствием проломила ему голову чем-нибудь тяжелым.

— Ясно, значит, он твой бывший.

Лив хмыкнула, оценив мою проницательность. Я посмотрела на тумбочку и кровать, что были усыпаны этим странным, серым рисом.

— А что это за?.. — я не успела договорить, как рис принялся трещать и трескаться.

Из трещин вылезали гибкие побеги, они быстро разрастались, спутываясь друг с другом, будто образуя крепкие сети. Зелёные стебли шипели, как раскалённое железо в воде, а запах свежей зелени вдруг заполнил комнату — сладкий и удушающий одновременно. И минуты не прошло, как мебель Дерека была опутана ветвями, они жадно обхватили все, до чего смогли дотянуться и сжались так сильно, что тумбочка и ножки кровати треснули.

— Теперь я знаю, что никогда не стану переходить дорогу ботаникам, — промямлила я, впечатленная ее магией. — За что ты так с ним?

— Ты что, любительница животрепещущих интриг? — фыркнула она.

— Нет, но, если они происходят прямо перед моим носом, то невольно играет любопытство.

— Ладно, мне не жалко рассказать. На самом деле, чем больше людей об этом в курсе, тем даже лучше. Мы с Дереком давно знаем друг друга, — дернула плечом Лив. — Наши родители работают вместе, какое-то время они даже думали, что мы поженимся. Но у Дерека испортился характер из-за его дружков. Я не стала его терпеть и бросила. Ему это не понравилось. И вот мы теперь в Мракаре и я скованная. Он стащил ключи у профессора и украл у него ответы на контрольные. Угадай, в чьей сумке нашлись эти самые ответы?

— Серьезно? — нахмурилась я.

— А ведь подлец в курсе, что в следующем году мне крепко влетит за такие фокусы. Вот ему небольшое предупреждение. Если не дойдет, то в следующий раз мои зеленые силки сломают ему не кровать, а ногу. Или шею.

— Да уж, никогда не видела, чтобы что-то росло так быстро. Семена — твой семейный артефакт?

— Ты уж слишком догадливая, — Лив вдруг щелкнула меня по носу и засмеялась, увидев, какую растерянное выражение отобразилось на моем лице. — Ну давай, рассказывай, хулиганка, что ты здесь делаешь?

Я молча подошла к шкафу и открыла его. Увидев фиолетовую ткань, я вытащила на свет полный комплект костюма в защитной, прозрачной упаковке.

— Воруешь одежду? — вскинула брови Лив.

Я кивнула и сняла защитную упаковку, чтобы расправить пиджак с брюками и проверить размер. Кайрос был довольно рослый, не хотелось бы притащить ему что-то маленькое.

— Для чего тебе это?

— Не могу сказать.

— Почему? — Лив наигранно надулась. — Ты что, не доверяешь мне? Даже после моей слезливой истории о противном бывшем?

— Дело в том, что это не только моя тайна.

— Значит, ты умеешь хранить секреты. Это хорошо, тогда будем подругами.

Я смущенно улыбнулась, снова растерявшись под ее напористостью.

— Мы вроде и без этого неплохо общались.

— Пришлось, скованные часто держатся вместе, у нас сложновато с друзьями в академии, особенно в первое время. Но мы с тобой будем лучшими подругами. Знаешь, из тех, кто сногсшибательно выглядят и всегда держатся вместе.

— Что ж, тогда, как лучшая подруга, я сделаю это, — раскрыв шкаф, я снова полезла в него и вытащила оттуда несколько вещей. — Какая из них Дерека?

— Вот этот синий жилет, а что?

Я молча осмотрела его, пока не заметила короткий, темный волос, который сняла с одежды, я осторожно завернула его в свой носовой платок.

— Ты что, знаешь алхимиков-старшекурсников? — удивилась Лив, искренне заинтересовавшись.

— Нет, почему ты так решила?

— Ну, зелья с человеческими волосами или слюной — довольно сложные. Ты приберегла волос для каких-нибудь друзей с алхимического факультета?

— Нет, он для меня.

— Тогда какого черта ты забыла на заклинательном? Тебе надо сидеть в лаборатории с пробирками.

Я легкомысленно пожала плечами, решив, что этого будет достаточно для ответа.

Мы выбрались из комнаты, радостные от того, что наши проделки сошли нам с рук. Лив щебетала что-то о предстоящих уроках, на которые мы еще успеем попасть. Я уже было хотела взяться за ручку двери, чтобы, наконец, покинуть мужскую общагу, как вдруг она сама повернулась. Мы с Лив в одну секунду сообразили, что сейчас начнутся проблемы и успели переглянуться. В общагу вошел высокий парень в очках. Его черные, короткие волосы были идеально уложены на бок, на спокойном и серьезном лице застыло выражение легкого презрения, будто его окружали идиоты. Впрочем, когда ты староста мужского общежития, где вечно происходит какой-то хаос, это нормально. Его тёмные глаза пригвоздили нас к месту, будто двух жучков на булавку.

— Доброе утро, — светским тоном произнес он.

Я не успела спрятаться форму даже за спину, но это все равно не помогло бы, у старосты был слишком внимательный и пытливый взгляд, который точно находил объект нарушения.

— Доброе, — хором произнесли мы с Лив.

В нашем тоне сквозило неприкрытое уныние. Мы попали в лапы самому строгому и требовательному старосте из всех — Феликсу.

Глава 9 «Феликс»

Ситуация складывалась самым неприятным образом. То, что мы находились в мужском общежитии еще могло сойти нам с рук, Феликс, скорее всего, просто выгнал бы нас отсюда. Но я держала доказательство более серьезного нарушения и на него ответственный староста закрыть глаза никак не мог. Если он узнает, у какого студента я забрала форму, то он отправится в его комнату, чтобы ее вернуть, а там найдет следы еще одного правонарушения, виновницей коего являлась уже Лив.

— Девушкам запрещено находиться на территории мужского общежития, — отчеканил Феликс.

Я видела, как он еле сдерживался, чтобы не процитировать номер пункта из свода правил. Репутация страшного зануды, которая преследовала его, была в полной мере оправдана.

— Да? Мы совершенно забыли об этом, приносим свои глубочайшие извинения. Анет, ты раскаиваешься?

Я остервенело закивала.

— Может простишь на первый раз наивных первокурсниц? — одарив Феликса своей самой очаровательной улыбкой, попросила Лив. — Мы сейчас же уходим.

— Задержитесьна минуту, — не изменившись в лице, потребовал Феликс.

Мы с Лив переглянулись, сообразив, что придется использовать свой последний козырь.

— Не подумай, что мы злоупотребляем своим положением, — сказала я. — Но таким, как мы, лучше избегать лишнего стресса и проблем.

— Я прекрасно знаю, что вы скованные, Анет Тригольт и Оливия Гастман. Но это вовсе не значит, что вам позволено нарушать правила. Академический свод студенческого поведения распространяется на всех, даже на самых особенных студентов. Чья это форма?

«Надо придумать что-то правдоподобное» — мелькнуло в моей голове. Но Феликс сверлил меня таким строгим взглядом, который ввинчивался мне в мозг и будто обезоруживал. Видимо, он отлично натренировал его на хулиганах и выскочках, что постоянно действовали ему на нервы.

— Мы просто… — уверенно начала Лив.

Взгляд Феликса уперся теперь в нее и она совершенно забыла, что хотела только что сказать.

«Может это магия какая-то?» — тоскливо подумала я, наблюдая за тем, как моя новая подруга теряется и забывает даже самые простые отмазки.

Нас спасло только то, что первые занятия закончились и начался небольшой перерыв. Двери общежития открылись, в коридор повалили парни в фиолетовых пиджаках. Заметив Феликса, они шарахались от него, но при этом успевали с любопытством рассмотреть нас с Лив.

— Ай-ай-ай, девочки, что, поймали за руку? — весело прокричал какой-то студент, пробегая мимо.

— Я жду, — напомнил о вопросе Феликс, но в этот момент в коридоре показался Марк.

У меня внутри загорелась надежда, только он мог спасти нас из этого тупика, если он правильно поймет мой умоляющий взгляд. К счастью, Марк всегда отличался сообразительностью, заметив нас, он сразу же понял, что к чему.

— Почему вы здесь? — удивленно произнес он, встав рядом с Феликсом. — Я сказал, встречаемся в коридоре, имея ввиду тот коридор, что перед общежитием, а не внутри. Как там моя форма?

— Твоя? — прицел внимательных глаз нашел добродушное лицо Марка, а я взмолилась, чтобы он не забыл то, что хотел сейчас сказать.

— Да, я упал в саду и немного ее порвал. Анет с подругой вызвались мне ее привести в порядок.

— Ты испортил форму? — Феликс многозначительно нахмурился.

Я уже была готова вступиться за Марка, не хватало ему еще пострадать из-за меня, но тот нашел, что ответить.

— Сейчас-то она в идеальном состоянии.

Он взял пиджак из моих рук, расправил его и продемонстрировал дотошному старосте.

— Факта нарушения нет.

— Хорошо, ты получил свою форму, а теперь иди.

Марк забрал у меня из рук остальное и успел шепнуть.

— Встретимся после уроков.

— Разобрались? — спросила Лив. — Теперь мы свободны?

— Почти.

Староста вытащил из кармана какие-то красные кружочки, сначала я даже не поняла, что это такое, но когда он прилепил парочку мне на воротник пиджака, я сразу их узнала.

— А штрафные метки за что? — возмутилась я, глядя на две красные блямбы размером с монетку с черными, паучьими лапками, которыми они намертво вцепились в ткань.

Это были отличительные знаки, их оставляли только старосты и преподаватели, они указывали на какие-либо нарушения дисциплины, три такие метки превращались в одно страшное наказание от самого ректора.

— Вы находитесь в мужском общежитии, что строго запрещено, — поправив очки, ответил Феликс.

— А вторая за что? — нахмурилась Лив.

— За недобросовестное посещение занятий.

— Ты в курсе, что скованным не раздают метки? — Лив сделала шаг к старосте, в ее зеленых глазах мелькнул хищный огонек.

— Где это указано в своде?

— Есть негласные правила.

— Если правила нет в своде поведения, значит, оно недействительно.

Лив уставилась на старосту выжигающим взглядом, но не могла найти никаких аргументов.

— Ладно, спасибо за метки, было приятно познакомиться, — мечтая расстаться с этим занудой в очках, выдавила из себя я и, схватив подругу за локоть, потащила ее к выходу.

— Мы еще проверим твою преданность своду, вот увидишь! — успела крикнуть Феликсу Лив, прежде чем мы скрылись за дверьми.

— Ну и придурок, — проворчала моя новая лучшая подруга, стоило нам выбраться в общий коридор. — Две метки за раз! Это еще постараться надо!

— Все не так уж плохо. Честно говоря, мы могли получить все три. Повезло, что Марк оказался поблизости.

— Да… А вот Феликс еще пожалеет, что связался со мной.

— И что ты ему сделаешь? Наябедничаешь ректору?

— Нет, конечно, но я найду способ.

— Сомневаюсь.

Лив продолжала злиться по поводу старосты, что не вовремя подвернулся нам, а пока мы отправились на уроки. Придется Кайросу подождать меня, если он хочет получить студенческую форму.

Во время занятий мне иногда попадался Феликс, он проверял посещаемость студентов и будто невзначай оказывался поблизости от нас с Лив. Его появление всякий раз раздражало мою подругу, и она показывала ему в спину неприличные жесты.

Глава 10 «Хороший дух»

Отсидев уроки, как прилежный студент, я вышла из аудитории, думая над тем, где мне найти Марка. Мы учились на разных факультетах, поэтому я пошла к его корпусу артефакторика, к счастью, уже на полпути я наткнулась на друга детства. Он рассмотрел меня в однообразной, фиолетовой толпе и помахал рукой. Мы выбрались из общих коридоров, оказавшись в тихих закоулках, около учебных лабораторий, где в такое время уже никого было.

— Я поражена твоей способностью врать Феликсу, — похвалила его я, стоило нам убедиться, что мы одни. — У меня же будто ступор случился.

— У меня есть секрет.

— Поделишься?

— Даже не знаю, — протянул Марк и сделал серьезный вид. — Могу ли я доверять тебе?

Я ахнула от возмущения и тут же ущипнула его за плечо.

— Ай! Ну что за тяга к насилию? Просто хотел набить себе цену.

— Говори уже.

— Нужно представить его в глупом положении, голым например. Хотя нет, — Марк запнулся и быстро покачал головой. — Нет-нет, забудь, что я только что сказал.

— Отличный совет! — засмеялась я. — Так и поступлю.

— Не вздумай!

— Ладно, а где форма?

Вся игривость мгновенно соскочила с Марка, он нахмурился и похлопал по своей пухлой, учебной сумке.

— Зачем она тебе понадобилась? Что у тебя случилось?

— Ничего, — легкомысленно отмахнулись от него я. — Мы с Лив решили подшутить над ее бывшим, вот и все.

— Ты уверена? Может ты хочешь что-то рассказать мне?

Марк поймал мой взгляд, даже взял за руку, чтобы я точно никуда от него не делась. Я отвела глаза и незаметно сжала край юбки. Честно говоря, мне было бы гораздо проще попросить эту самую запасную форму у самого Марка. Это избавило бы меня от сегодняшних проблем. Но от мысли о том, что я втяну его в дела с темным, мне становилось дурно. Чем дальше он от него держится, тем лучше. Жаль, что Марка все равно втянуло в эту историю с формой и теперь мне приходилось таять под его карими глазами, из последних сил отнекиваясь.

— Лив точит зуб на Феликса, — засмеялась я. — Это все тайны, что у меня есть. Как думаешь, у нее есть шансы что-нибудь сделать с этим старостой?

Марк вздохнул и молча протянул мне сумку. Внутри у меня все неприятно сжалось, он явно мне не поверил, но не стал давить и выпытывать правду.

— Надеюсь, что все будет в порядке, — протянул он и слабо, улыбнувшись мне, попрощался.

Стоило мне вбежать в свою комнату, как я первым делом закрыла дверь. Осмотревшись, я с облегчением выдохнула. Мой второй самый страшный секрет никуда не делся. Темный дух по-прежнему лежал на моей кровати, укутавшись в одеяло. Заметив меня, он приподнял уже высохшую голову. В своем настоящем обличии, что я видела в Зеркале, он казался опасным и разрушительным, истинная потусторонняя сила, готовая обрушиться на мою голову. Сейчас Кайрос выглядел безобидно. Его движения были скованными и рваными, он больше напоминал недавно родившегося котенка, который еще не окреп и не научился правильно переставлять свои конечности. Глядя на его беспомощность, я почти забывала, кто передо мной. Почти.

— Тебя долго не было, — хрипло произнес Кайрос.

Голос совсем не походил на тот приятный мед, что обволакивал меня во сне.

— Возникли кое-какие проблемы, — ответила я, подходя к кровати.

На меня уставился темный взгляд и от него бегали мурашки по коже. Нет, кое-что все-таки выдавало духа. Глаза походили на бездонные колодцы, черные и беспросветные, в этой тьме могло прятаться только что-то страшное, ненависть к человечеству и жестокое равнодушие ко всему живому. Я нервно сглотнула и отвела взгляд.

— Форма, — кинув ему сумку Марка, выдавила из себя я и отвернулась.

За спиной я слышала, как он выбрался из одеяла, далеко не с первой попытки была расстегнута сумка, затем стало тихо.

— И что мне с этим делать? — наконец, фыркнул Кайрос.

— В смысле? — возмутилась я и развернулась к нему.

Дух сидел на кровати абсолютно обнаженный и хоть я уже видела все его мужские прелести, я все равно покраснела и уставилась в потолок. Тогда тело было просто мертвым грузом, смотреть на него было неловко, но я знала, что внутри никого нет, поэтому меня никто не осудит. Теперь же там был Кайрос.

— Когда я забирался в чью-то шкуру, то мне либо вообще не нужна была одежда, либо она уже была на мне.

— Если хочешь притворяться человеком, то придется многому научиться, — буркнула я.

— Учи меня, — приказал Кайрос, причем таким недовольным тоном, будто я сама могла догадаться.

— Ты что, никогда не видел, как это делается? Включи мозг и разберешься.

— Нет, не видел. Одевай меня.

Его тон был таким беспрекословным, будто я была его собственной рабыней, причем очень недалекой. Я резко втянула воздух сквозь зубы и уставилась ему в лицо.

— Не хочу я тебя одевать, особенно, когда ты со мной так разговариваешь.

Кайрос ничего мне не ответил, только таращился своими страшными глазищами.

— Ладно, — процедила я. — Тогда скажи «пожалуйста».

— Это в твоих интересах, Анет. Постарайся, чтобы я выглядел, как обычный человек, и никто меня ни в чем не заподозрит.

— Я влипла из-за тебя в кучу неприятностей, поэтому хочу, чтобы ты перестала вести себя, как самовлюбленней говнюк. Не хочешь сказать просто «пожалуйста»? Хорошо, тогда ты скажешь так: «Дорогая Анет, пожалуйста, помоги мне!»

Кайрос нахмурился.

— Ты мне условия еще будешь ставить?

— Хорошо. Тогда ты повторишь то, что я сказала и еще сделаешь так, — я наклонила голову, чуть надула губы и пару раз хлопнула ресницами. — И может быть я не устою перед твоим очарованием.

Ноздри Кайроса раздулись, а на лбу набухла вена, казалось еще немного и он встанет, чтобы придушить меня.

— Как ты смеешь…

— Тогда сиди на этой кровати до скончания времен, — перебила его я и демонстративно направилась к двери.

Стоило мне коснуться ручки, как дух передумал.

— Стой.

Мне стоило больших усилий подавить самодовольную ухмылку, расплывшуюся на моем лице. Развернувшись, я снова подошла к кровати.

— Я сделаю так, как ты просишь, — с жутковатым выражением лица сказал Кайрос. — Но ты еще пожалеешь об этом.

Немного помолчав, он тихо выдавил из себя.

— Дорогая Анет, пожалуйста, помоги мне.

— А ресницами похлопать?

Кайрос два раза моргнул с такой силой, что этим движением можно было колоть орехи.

— Хороший дух, — улыбнулась я.

Глава 11 «Мы — команда»

Кайрос зашипел на меня, его глаза на мгновение почернели и потеряли человеческий облик. Набравшись смелости, я прикрикнула на него.

— Сиди смирно!

Дух процедил что-то на древнем языке, но послушно выпрямился и закрыл глаза. Я вздохнула и снова притронулась щеткой к его спутанным волосам. Цирк с переодеванием был уже позади, остались мелкие штрихи. Волосы у духа были жесткими и непослушными, может это результат многолетнего пребывания в зачарованной воде? Они с трудом расчесывались и Кайрос злился, будто я специально мучила его.

— Нам нужны правила, — решила я, распутав одну прядь.

Дух приоткрыл карий глаз и насмешливо зыркнул на меня через зеркало.

— Это важно, — серьезным тоном добавила я. — Если тебя рассекретят, то мы оба пострадаем. Слышишь меня? Оба! Поэтому мы должны действовать, как команда, хотя бы попытаться.

Я не верила в то, что говорила. Какая еще команда с темным созданием, которое никогда не водило дружбу с человеком? Кайрос — дух иллюзий и обмана. Это многое говорит о его натуре. Но мы должны сблизиться, иначе мне конец. Если бы я только больше знала о магических контрактах, то тогда может быть у меня был шанс понять, что задумал этот дух?

— Первое правило: не выделяйся. Следи за формой, она должна выглядеть безупречно, неряшливый вид привлекает внимание. Не используй темную магию, если это заметят, то уже не отвертимся. Говори, как обычный парень, чтобы ни у кого не возникла мысль, что ты родился в прошлом тысячелетии.

— Я много лет сидел в головах зеленых первокурсников, — буркнул Кайрос. — Я знаю, как вы говорите.

— Хорошо. Второе правило: не попадайся на глаза профессорам и студентам лекарского факультета. Они могут помнить это тело и, заметив тебя, все поймут.

— Я знаю многих студентов в лицо, — поморщился дух. — Кроме нынешних первокурсников. Впрочем, они для меня опасности не представляют, первый курс вряд ли прошерстил всю мертвецкую кладовую за пару недель обучения.

— Третье правило, — я перестала его расчесывать и положила руки ему на плечи.

Я почувствовала сквозь ткань пиджака, как он напрягся. Открыв глаз, Кайрос недовольно посмотрел на меня.

— Не ищи неприятностей, — чуть ли не умоляюще попросила я. — У тебя есть тело. Я добыла его для тебя, рискуя всем, что у меня осталось. Для тебя это ничего не значит, конечно. Но, если ты все испортишь, то я тебя не прощу.

— Я был в твоей голове и видел, на что способна твоя семейка, — подколол меня дух и снова закрыл глаза. — Не переживай, Анет. Я хочу чуть больше свободы, вот и все. Ты бы поняла меня, если бы твоя жизнь перестала принадлежать тебе. Я либо заперт в пустыне, либо болтаюсь в чьих-то мыслях. Разве за столько лет заточения я не заслужил хотя бы немного снисхождения? Я все равно заперт в Мракаре и никуда отсюда не денусь. Но замок большой, тут может найтись развлечение даже для меня.

Мне не понравилось упоминание развлечений, но не стала ничего не говорить, все-таки дух со мной немного разоткровенничался, надо это ценить.

Когда волосы наконец были распутаны, Кайрос поднялся с мягкого стула и тут я ахнула.

— Обувь! — воскликнула я. — Совсем про нее забыла!

Кайрос глянул на свои голые ступни и пожал плечами.

— Никто не ходит босиком! Придется найти тебе что-нибудь…

Я не успела договорить, как ноги Кайроса подернулись дымкой, а в следующую секунду на его ступнях образовалась лакированная пара коричневых туфель, которые обычно носили мракарские студенты.

— Ого! — поразилась я и тут же наклонилась, чтобы ткнуть пальцем в появившуюся обувь.

На ощупь она оказалась по-странному тонкой и теплой.

— Это иллюзия, Анет, — строго сказал мне Кайрос. — Прекрати уже меня трогать.

Ойкнув, я отшатнулась и, чтобы спрятать свою неловкость, стала с усердием осматривать его со всех сторон, будто оценивая собственную работу.

— Образцовый студент Мракара! — наконец, пришла к выводу я. — Подскажите, юный господин, на каком факультете вы учитесь?

— Артефакторика, — выдал тот с легкой улыбкой.

Меня как окатило ушатом холодной воды.

— Нет! — выпалила я. — Выбери что-нибудь другое.

Кайрос посмотрел на меня с прищуром.

— А чем плох этот факультет? Ах да, на нем учится один мальчишка с щенячьими глазками. Расслабься, Анет, я же не стану действительно учиться с ним. Наверное.

Я сжала кулаки, но вовремя остановила себя.

«Мы — команда. Мы — команда» — будто мантру повторила про себя несколько раз.

— Ключи еще у тебя? — с любопытством рассматривая свое отражение в зеркале, спросил Кайрос

Опомнившись, я полезла в карман формы и выудила оттуда профессорскую связку.

— Что мне с ней делать? Ты сказал, что ее нужно оставить где-нибудь в лекарском корпусе.

— Да, Эстен постоянно теряет вещи. Я удивлен, что при всех его недостатках, он все еще декан лекарского. Без связей тут не обошлось, вы, люди, слишком любите деньги, поэтому готовы продвигать всяких бездарей на важные должности.

Я закатила глаза, услышав это старческое бухтение о коррупции, но тут Кайрос протянул мне руку.

— Давай ключи. Я знаю несколько мест, где Эстен постоянно ошивается. Я подкину их туда, он и не поймет, что что-то не так.

Я с подозрением устраивалась на темного.

— Это не самая лучшая идея. Лучше я сама их подброшу.

— Не доверяешь?

— Ключи — важная штука.

— Я тебя тоже одну не отпущу. В лекарском хранятся опасные яды и ингредиенты. Мало ли, что ты с ними натворишь, я уже видел, какой ты ловкий алхимик.

Мы уставились друг на друга, ожидая, что кто-нибудь уступит. Кайрос фыркнул и засунул руки в карманы брюк.

— Да уж, мы действительно команда.

— Доверие строится не сразу, — попыталась оправдаться я. — Пойдем вместе!

— Ладно, другого выхода у нас пока нет. К тому же я все еще не очень уверенно держусь на ногах.

Он пошел к двери, со стороны казалось, будто он пьян, походка была слишком развязной и пошатывающейся.

— Держи меня за локоть, — я догнала духа и предложила ему свою руку.

— Благодарю. Будет забавно встретить в таком виде твоих друзей. Что ты им скажешь обо мне?

Кайрос улыбнулся, его явно забавляла эта ситуация и он старался меня поддеть.

Я сохранила свое коронное хладнокровное выражение лица. Нельзя вестись на провокации. Но вопрос Кайрос задал правильный. Нас наверняка будут часто видеть вместе, Лив такое точно заметит. Что мне сказать?

— Ты — мой друг, — сдавшись, протянула я. — Так мы и скажем. Просто друзья, тебя устроит?

Дух только хмыкнул. Открыв дверь, мы выбрались наружу. К счастью, поблизости не было старост и профессоров, иначе бы они заинтересовались, почему парень выходит из комнаты скованной. А так на нас таращились только обычные студентки, они были явно удивлены моей наглостью — притащить парня в свою комнату посреди дня? Да уж, они наверняка решили, что мозговитостью я не отличаюсь.

Мы вышли из общежития и направились к лекарскому факультету. Кайрос крепко держал меня за руку, может быть специально он делал это слишком сильно. Я терпела и ничего ему не говорила, но была уверена, что у меня останется синяк от его хватки. Он все время вертел головой, будто видел замок в первый раз.

— Он тебе еще не надоел? — не удержалась от вопроса я потому, что не хотела идти в напряженной тишине.

— До смерти, я ненавижу это место, — легко, будто речь шла о погоде, поделился со мной дух. — Но я никогда не смотрел на него своими глазами. Так странно…

Мы добрались до нужного корпуса, я ожидала, что даже сейчас, когда время занятий уже прошло, тут повсюду будут сновать студенты-лекари. Но было слишком пусто. Кайрос даже разочарованно цыкнул языком, он уже успел накинуть на лицо филигранно созданную иллюзию, чтобы его никто не узнал. Теперь она была бесполезна и он ее развеял.

— Направо, а тут по лестнице, — направлял меня Кайрос.

Мы оказались в большой аудитории, забитой различным оборудованием, большинство из которых я сама прекрасно знала. Алхимическая лаборатория, чтобы лекари сами могли создавать свои лекарства и яды. Кайрос попросил меня закинуть ключи в неприметную тумбочку и мы пошли обратно, но уже на полпути на нас выскочил Феликс. Староста выглядел слишком серьезным, и он был недоволен, заметив нас.

— Вы, двое, что вы здесь делаете? — нахмурился он и поправил очки. — Всех студентов попросили оставить этот корпус, не слышали об этом?

— Нет, а что случилось? — невинно поинтересовался Кайрос.

— Ничего особенного, но вам лучше уйти. Немедленно.

— Конечно, прямо сейчас так и поступим, — помня, что этому парню лучше не перечить, послушно произнесла я.

Но Феликс был слишком ответственным, чтобы обойтись словами, он лично проводил нас до выхода из корпуса и только потом оставил.

— Что-то случилось, — прищурившись, заявил Кайрос, глядя в удаляющуюся спину старосты.

— Ты думаешь? — удивленная его интуицией, спросила я.

— Да, видела, какой Феликс нервный? Значит, там произошло что-то действительно серьезное, раз его попросили помочь здесь.

Кайрос перевел на меня темный взгляд, в котором проскакивали хитрые искорки.

— Посмотрим? — предложил он.

Глава 12 «Убийца в академии!»

Рука Кайроса была большой и горячей, моя ладонь тонула в его грубоватых пальцах. В голове вертелись навязчивые мысли, что, если ему захотелось, он бы сломал мне кисть без особых усилий. Нам пришлось держаться друг за друга, чтобы сработала его иллюзия невидимости. Только так мы могли подобраться достаточно близко и подсмотреть, что происходит в глубинах лекарского корпуса. Меня такая близость с темным духом не прельщала, но любопытство было сильнее.

Феликс привел нас к кладовой, только не к мертвецкой, а с алхимическими ингредиентами. Я поняла это, даже не взглянув на табличку, почувствовав резкое смешение запахов трав. Тут собралась небольшая толпа из профессоров и старост. Все они озабоченно смотрели куда-то на пол и переговаривались напряженными голосами. Мы с Кайросом подошли достаточно близко, сделай пару шагов вперед и упрешься в спину одного из старост. Только с такого расстояния я рассмотрела сквозь толпу, что у двери в кладовую лежит девушка. Ее конечности были разбросаны, лицо закрывали растрепавшиеся волосы, она была такой неподвижной, что я мгновенно поняла в чем дело. В груди сердце испуганно замерло, я почувствовала, как кровь отлила от лица, а мои ладони стали холодным и липкими от пота. В глазах помутнело, и я бессознательно сжала пальцы Кайроса так сильно, что он хмыкнул.

— Жалко-жалко, молодка совсем, — без конца бормотала сгорбленная профессорша, ведьма по натуре и магическому искусству, декан факультета заклинателей — Гретель Морис.

— Ну что? — нетерпеливо спросил ректор Терес, держа руки в карманах.

С корточек поднял декан Эстен, он утер платком вспотевший лоб и развел руками.

— Никаких повреждений. Бедняжка умерла быстро и по непонятной для меня причине. Требуется вскрытие. Какой ужас, Терес… А вдруг это кто-то из скованных поддался духу?

Я вздрогнула, поняв, что речь идет и обо мне в том числе.

Терес развернулся к стайке старост, что мрачно рассматривала тело девушки.

— Отчитывайтесь, — приказал он. — Где были скованные последние два часа?

— Торвальд и Акси были на уроках, — с готовностью произнесла высокая и широкоплечая девушка.

— Катрин и Рич дежурили, — следом доложил другой староста.

— Анет и Оливия присутствовали на занятиях, — в свою очередь добавил Феликс. — А Клейтон занимался стенгазетой.

Я невольно выдохнула. Повезло, что Феликс добросовестно выполнял свои обязанности и теперь у нас Лив имелось алиби.

— Что ж это творится-то, — покачала седой головой декан Гретель, она зыркнула на ректора из-под ведьмовского колпака. — Ученикам стоит рассказать.

Ректор молча сложил руки на груди, поэтому старуха не унималась.

— Ты нашел того, кто проник в академию? Это наверняка дело рук чужака. Он где-то ныкается по закоулочкам Мракара, как крыса. Молодежь должна быть в курсе, что тут кто-то прячется, пусть держат ухо востро и одни не гуляют. А ты, — она развернулась к Эстену. — Где королевские ищейки?

— Их задержало дело с вервольфами, — торопливо ответил декан лекарского факультета. — Они скоро будут здесь. Так что же нам делать? Рассказать?..

— Нет, — резко перебил его Терес. — Мы не станем сообщать об этом инциденте студентам. Поднимется паника, разве это кому-то нужно? Удвойте охрану, не упускайте скованных из виду. Скоро прибудут королевские ищейки и осмотрят Мракар от катакомб до башен. Убийца будет найден и он еще пожалеет, что сунулся сюда.

— Будешь молчать? — презрительно сморщилась, будто старое яблоко, Гретель. — Чего ты боишься? Что богатенькие родители слетятся сюда, как вороны на падаль, и вышвырнут тебя с должности?

— Госпожа Морис, — железным тоном ответил ей ректор. — Я забочусь исключительно о студентах. Скованным не пойдет на пользу, если они будут знать, что в академии где-то прячется убийца. Как вы думаете, воспользуются ли этой ситуацией темные? Еще как. Я не хочу разрываться и одной рукой ловить чужака, а второй распоясавшихся духов. Держите рот на замке. Вам все ясно?

Старая ведьма фыркнула и, бормоча проклятья, поплелась прочь.

— Унесите тело в мою лабораторию, — приказал старостам Эстен. — Мне нужно хорошенько его изучить, чтобы установить причину смерти.

— Постарайся сделать это в кратчайшие сроки. Родители девочки завалят меня вопросами и я хочу дать им ответы, — приказал ректор.

Преподаватели разошлись, кое-кто из старост поднял тело и пошел за деканом Эстеном. Коридор быстро опустел и уже ничего не указывало на то, что совсем недавно здесь развернулась трагедия.

Мы с Кайросом молча выбрались из лекарского корпуса и только тогда дух снял с нас путы иллюзии, сделав снова видимыми. Я была шокирована и пыталась уместить в голове то, что увидела. Тело несчастной отпечаталось в моей памяти, она выглядела такой беззащитной! За что с ней это сделали?! Что вообще здесь происходит?

— Хватит таращиться, — выдернул меня из раздумий голос духа.

Я протерла сухие глаза, поняв, что и правда какое-то время просто гипнотизировала пространство перед собой немигающим взглядом. Голос Кайроса был холодным, будто его совершенно не удивило произошедшее. Это моментально вызвало у меня подозрения и я покосилась на него боковым взглядом.

— Что? — напрягся он.

— Это ты сделал? — прямо спросила я.

— О, конечно, я убил её. Потому что я обожаю душить девчонок в тёмных углах, — он оскалился. — Зачем мне это делать?

— Я не знаю. Ты злобный дух, значит, у тебя надо спрашивать. Ты говорил о том, что даже в Мракаре для тебя найдутся развлечения.

— По-твоему, это весело — убивать тех, кто не может дать отпор? Я много раз сражался и проливал кровь, но это было совсем по-другому. К тому же я весь день провел в твоей комнате, обживался в новом теле. Даже сейчас я иду ровно только потому, что держу тебя за руку. Я очень давно никого не убивал, Анет. Ты же слышала их, в академию кто-то проник. Мы с тобой узнали об этом еще раньше, когда воровали тело.

— Может чужак в академии — всего лишь совпадение, а настоящий убийца — ты?

Это было громкое обвинение, но я знала, что Кайрос не станет причинять мне вреда, контракт ему попросту не позволит. Только я могла поговорить с ним об этом, не боясь мгновенных последствий.

Кайрос закатил глаза, отпустил мою руку, и сделал несколько резких шагов в сторону.

— Куда это ты? — напряглась я.

— Искать убийцу, — ответил он, развернувшись ко мне. — Я найду ублюдка и приволоку его к тебе. Тогда ты прекратишь клеветать на меня и я смогу спокойно прожить этот год. Отличная сделка, правда?

Он снова пошел своей покачивающейся походкой куда-то прочь.

— Кайрос! — окликнула я его, но в этот раз дух не обернулся.

Глава 13 «Кай — студент с астрологического»

Резкий крик выдернул меня из задумчивого чтения учебника. Я чуть не подскочила на месте от неожиданности и быстро нашла взглядом Лив. Это она кричала и сейчас медленно вытаскивала дохлую крысу из своей сумки, брезгливо держа ее за хвост.

— Госпожа Гастман, пожалейте мои старые уши, — ворчливо проскрипела декан Гретель, сидя за своим преподавательским столом. — Она вас не укусит. Уже.

— Фу-фу-фу! — скривившись от омерзения, воскликнула Лив и швырнула трупик подальше от себя.

Старая ведьма зыркнула на летящую крысу и та вспыхнула синим пламенем, мгновенно сгорев до невесомого пепла.

— Не швыряться крысиными трупами! — оскалив редкие зубы, потребовала колдунья. — Еще разнесете здесь чуму. Лучше надо за своими питомцами приглядывать, чтобы они не дохли у вас среди тетрадок!

— Это не моя крыса! — возмутилась Лив. — Мне ее кто-то подбросил.

Студенты, которые готовились к первому занятию, уже вовсю обсуждали случившееся, но стоило бабке-Гретель подняться, как все затихли и втянули головы в плечи.

— Тут кто-то занимается травлей скованных? — просипела ведьма. — Кому-то надоело протирать ученические скамьи Мракара своей надменной задницей? Узнаю, кто считает себя таким особенным, вышвырну его отсюда прямо в родительские ручки! Всем ясно?! — истеричный визг острой болью отозвался в недрах мозга, все поморщились и схватились за виски, а ведьма уселась в свое кресло и меланхолично бросила. — Готовьтесь к уроку.

Через несколько секунд аудитория снова привычно зашумела, появилась новая тема для разговоров и теперь студенты гадали, кто решил подгадить Лив, не побоявшись ее статуса.

— Ты в порядке? — глядя на то, как подруга устало бухнулась на скамью, с участием спросила я.

— В полном, — раздраженно ответила она.

В последнее время она выглядела не очень хорошо, плохо спала и настроение у нее часто портилось.

— С тех пор, как я сломала мебель Дереку, у меня постоянно такое происходит, — имея в виду крысу, шепнула мне Лив. — Видимо, он непонятливый и решил, что может доставать меня дальше. Совсем ничего не боится, представляешь? Если бы я могла доказать, что это он делает со мной, то его бы исключили из Мракара.

Лив замолчала и широко зевнула.

— Тебе надо отдохнуть, — заметила я.

— Отдохнешь, как же, — потерев лоб, пробормотала подруга. — Мой темный вечно насылает мне кошмары, да еще вредничает по мелочам. Любит, когда я на взводе. А твой что? Я смотрю, у тебя настроение никогда не портится.

Я сжала губы. Мой дух не мешал мне спать. После нашего последнего разговора прошло уже пару дней и с тех пор я Кайроса не видела. Где он пропадает и чем занимается?

— Мой ведет себя тихо, — пожала я плечами. — Повезло.

— Давай поменяемся темными, — попросила Лив и, сложив руки на столе, упала на них головой.

Я волновалась из-за того, что Кайрос пропал из виду. Два дня без вестей. А если его поймали? Или он наткнулся на убийцу? Руки сами сжимались в кулаки, когда я думала об этом. Темный пообещал, что будет заниматься расследованием, но это же дух обмана, он мог сказать, что угодно! У меня не было способа найти его, оставалось ждать, что он сам придет ко мне. С другой стороны, ему было невыгодно как-то давать о себе знать, особенно теперь, когда в Мракаре завелся убийца. Преподаватели стали очень внимательны, повсюду расхаживала охрана, даже днем. Если у Кайроса и были какие-то планы на темные делишки, в нынешних условиях их провернуть было гораздо сложнее. Я старалась успокаивать себя подобными мыслями, но это мало помогало.

Кстати, об убийце. Это была слишком важная информация, чтобы держать ее при себе, поэтому я поспешила все рассказать Лив и Марку. Конечно, они были в шоке, узнав, что творится в академии. Марк поначалу утверждал, что ректор не станет держать такое в тайне, но прошло два дня, а никаких заявлений не поступало, поэтому моему другу детства пришлось признать, что Терес и правда решил замять эту историю. Рассказав о трупе девушки, пришлось немного приврать о том, как я об этом узнала. Я сказала, что подслушала разговор старост и самого тела в глаза не видела. Зато теперь, когда мы знали, что в Мракаре поселился кто-то опасный и непредсказуемый, мы повсюду ходили с Лив вместе, при этом частенько встречаясь с Марком в свободное время. Я хотела своими глазами видеть его, чтобы точно удостовериться, что с ним все в порядке.

После тяжелого учебного дня мы втроем отправились в старый сад, что расположился во внутреннем дворе Мракара. Когда-то он пестрел самыми редкими и красочными цветами, из кислотно-зеленых кустов армия садовников выстригала разнообразные фигуры, повсюду были выложены дорожки из белой плитки. Но теперь сад чах, как бы за ним тщательно не ухаживали. Ходили слухи, что это из-за проклятья какой-то ведьмы, что бросили в этом саду. С тех пор из цветов здесь могли прижиться только черные розы и белые лилии, кусты обрастали после стрижки за считанные часы, а дорожки почернели от сырости. Среди одремучевших деревьев выглядывали посеревшие статуи, что оплел ядовитый плющ и полуразрушенные, каменные беседки. Лив это место не очень нравилось, она утверждала, что в старом саду попахивает ладаном и влажным камнем, а еще вечно кажется, что за тобой кто-то наблюдает из кустов. Мне этот сад напоминал о готических романах, в таком месте обязательно должны тайком встречаться возлюбленные, которым не суждено быть вместе. Марк же был доволен прогулкой на свежем воздухе и никаких странностей не замечал, правда всегда уходил из сада перепачканный землей, даже, если просто сидел на чистой скамейке.

Мы расположились у подножья плачущего ангела из мрамора. Усевшись на краешек каменной плите, на которой высилась девушка с крыльями, мы принялись болтать, нежась под лучами солнца. Ветер игриво шелестел в кронах деревьев, над нами распростерлось голубое небо, в саду было тихо и немноголюдно. Редкий час спокойствия в вечно гудящей академии, где постоянно что-то происходит.

— Где они взяли крысу? — услышав жалобы Лив, задумался Марк.

— Какая разница? — отмахнулись подруга.

— Нет, правда, в замке нет вредителей, даже в подвалах. Может они водятся где-то совсем внизу, в заброшенных катакомбах?

— И что они там едят? — тут же вклинилась в его рассуждения я. — Если катакомбы заброшены, то еды там нет, чем тогда они питаются?

— Друг другом, — Марк изобразил плотоядное выражение.

— Крысы есть на некромантском, — послышался голос сзади.

У меня от него мурашки пробежали по коже. Кто-то с разбегу плюхнулся на мраморную плиту рядом со мной. Повернувшись, я увидела довольного собой Кайроса.

— Привет, Анет, — улыбнулся он мне.

Лив с Марком быстро переглянулись, давая друг друга понять, что не знают того, кто только что подсел.

— Привет, — выдавила я с улыбкой, чувствуя, как горячее пятно стыда расползается по щекам.

Нужно помнить, что на людях мы договорились играть в дружбу.

— Точно, некроманты, — кивнула Лив. — Говорят, в их башне полно всякой живности для опытов. Я — Оливия, кстати, а ты у нас?..

— Кай, — не задумываясь, представился дух.

— Марк, — напомнил о себе мой друг детства и крепко пожал Кайросу руху. — А вы с Анет уже знакомы? На одном факультете учитесь?

— Нет, я с астрологического, — снова соврал Кайрос, да так удачно, что у меня от сердца отлегло.

Честно говоря, он выбрал самый безопасный факультет. Некроманты и астрологи держались от основной школы особняком, они были гораздо чувствительнее, чем другие маги, и редко покидали свои башни. А это значит, что Кайрос не рискует наткнуться на какого-нибудь другого студента с астрологического, который может выдать его.

— Правда? — Лив подалась вперед от любопытства. — Значит, ты предсказываешь будущее и все такое? Я думала, что вы не любите показываться на людях.

— Так и есть, но я тут из-за Анет.

От его слов мне стало неловко и захотелось уйти. Зачем он выбирает такую странную формулировку? Нас могут неправильно понять, вон, Марк уже напрягся и от его обычной улыбки осталась разве что тень.

— Она мой единственный друг с другого факультета, выбираюсь из башни только ради нее, — продолжал врать Кайрос, глядя на меня.

— Странно, она о тебе даже не упоминала, — протянул Марк.

В его голосе слышался лёгкий укол.

— Да-да, — вставила свое слово Лив. — И мне тоже ничего не говорила! Что за секреты, Анет?

Я попыталась изобразить улыбку, а Кайрос продолжал ломать комедию.

— Мы познакомились при очень странных обстоятельствах.

— Да! — перебила его я.

Кайрос врал отменно, но я не хотела, чтобы эта история получилась на его условиях.

— Помните я рассказывала о том, как узнала про ту несчастную девушку? — я быстро огляделась, убедившись, что никто лишний не подслушивает. — Так вот, в тот момент я оказалась не одна. Кай был поблизости и мы оба услышали о том, что произошло. Кстати, он пообещал кое-что разузнать о случившемся. Итак, тебе удалось что-то узнать?

Мы втроем уставились на него в немом ожидании. Кайрос несколько секунд разглядывал меня со странным выражением, будто я отобрала у него конфету в тот момент, когда он почти положил ее себе в рот.

— Да, — признался он. — Кое-что узнал. Расскажу, если пообещаете молчать об этом.

Мы покивали и дух продолжил.

— Отлично, я рассказываю только вам. Если слухи расползутся дальше по академии, то спрос будет с тебя, Анет. Это же твои друзья.

— Я умею хранить тайны, — заявила Лив. — И не стану подставлять Анет.

— Я тоже, — с непривычно серьезным выражением лица, добавил Марк.

— Хорошо. Я узнал несколько вещей. Во-первых, жертва. Второкурсница Элиза Мирз, семья среднего достатка. Я не удивлен, что ректор решил не разглашать о случившемся. Ее дом слишком слабый, чтобы поднять большую шумиху, их никто слушать не станет. Во-вторых, орудие убийства. Пыльца черного мака. Что скажешь, Анет?

— Очень опасное вещество, — покачала я головой. — Обладает парализующим эффектом.

— Вот именно. Жертва вдохнула пыльцу, а выдохнуть уже не смогла. Смерть от удушья. Но это еще не все. Тело обнаружили около кладовой с ингредиентами в лекарском корпусе. Кладовую проверили и там много чего пропало. Скорее всего, чужак проник в кладовую для кражи и в этот момент его случайно застукала Элиза Мирз, а он избавился от свидетеля. Вы видите в этом что-то подозрительное?

— Кроме трупа девушки? — саркастично спросил Марк.

— Он украл ингредиенты? — протянула я. — Но почему решил наведаться именно в лекарскую кладовую? Почему не пошел на алхимический факультет? Было бы логичнее…

— Алхимики в одной из четырех башен, — решила блеснуть знаниями Лив. — А каждая лестница в башню охраняется горгульями. Они те еще доносчики. Окажись поблизости кто-то неместный, они бы тут же доложили преподавателям.

— Да, но чужаку-то об этих горгульях откуда знать? — подводя к определенной мысли, спросил Кайрос.

— Чужак — это бывший ученик или работник Мракара, — пришла к выводу я.

— Вот именно.

Мы помолчали, пораженные услышанным.

— Откуда ты столько узнал? — рассматривая Кайроса, спросил Марк.

Я чувствовала между ними нарастающее напряжение, которое они пытались скрыть. У Кайроса получалось отлично, а вот Марк слишком старался и выдавал себя этим.

— Связи, — с наглой ухмылкой заявил Кайрос.

— «Связи»? — друг детства усмехнулся. — Удобно, когда никто не может проверить твои слова.

— Ну, кое-что подслушал, кое-куда проник, кое-что подсказали звезды. Не все ли равно? Ладно, мне пора. Анет, вставай, мы уходим.

— Куда это? — пораженный его фамильярностью, возмутился Марк.

— У меня к ней дело, — пожал плечами Кайрос. — Она потом сама все расскажет, если доверяет тебе, конечно. Анет.

В его голосе мелькнула стальная нотка, я поняла, что что-то случилось, поэтому послушно встала вслед за духом и подала ему локоть, на который он с удовольствием оперся.

— Всем пока! — весело помахал он ребятам и повел меня прочь.

— Что происходит? — занервничала я, чувствуя дрожь в его пальцах.

— Мне нужна твоя помощь. Кажется, это тело умирает.

Глава 14 «Мракарская столовая»

Кайрос держал меня за руку, хотя в этом уже не было необходимости, за эти пару дней он научился твердо стоять на ногах самостоятельно. Его била мелкая дрожь, под глазами пролегли нездоровые тени, а губы потрескались. Без маски самодовольства он будто выдохся и ослабел.

Мы вошли в замок и остановились под лестницей, скрывшись от любопытных студентов. Кайрос устало привалился к стене и прикрыл глаза.

— Рассказывай, — потребовала я. — Что с тобой происходит?

— Не знаю. Я же все проверил, выбирая тело, изучил историю болезней. Такого быть не должно, — он поморщился.

— Какие симптомы?

— С чего бы начать?.. Вот здесь, будто черная дыра, — он коснулся живота. — Сосущее чувство пустоты, из-за него я стал слабеть. Поначалу было незаметно, но потом появилась дрожь и перед глазами все поплыло. И все хуже и хуже. Во рту так сухо, что язык прилипает к небу.

— Так, — сощурившись, протянула я. — Что-то еще?

— Я чувствую постоянную усталость. Сколько бы я не отдыхал, она не уходит. Иногда глаза закрываются сами собой и мне кажется, что сознание вот-вот погаснет. Это чувство становится все сильнее и может настигнуть меня в минуты покоя. Стоит мне присесть, как тело само собой расслабляется и мысли растворяются.

Я сложила руки на груди. Симптомы звучали пугающе, но меня во всем этом что-то смущало.

— Расскажи, где ты был, что ел? Сколько спал?

Кайрос посмотрел на меня с возмущением.

— Я не ем и не сплю, я же дух.

От такого ответа мне захотелось ударить себя по лицу, настолько глупо и самонадеянно звучало это древнее создание.

— Но теперь ты не совсем дух, Кай, — подчеркнув его новое имя саркастичным тоном, фыркнула я. — У тебя человеческое тело и за ним требуется соответствующий уход.

— Оно умирает.

— Не умирает оно. Точнее, да, может и умереть, если так наплевательски относится к нему и дальше. Но этого можно легко избежать. Тебе просто нужно поесть и поспать.

Кайрос был так возмущен, что вытянулся в струнку. Он несколько секунд переваривал услышанное, пока не ответил.

— А это что, обязательно?

— Да! — воскликнула я и, схватив его за руку, потащила в столовую.

Столовая Мракара — это огромный зал с высокими сводчатыми потолками, напоминающий монастырскую трапезную. Стены выложены тёмным дубом и серым камнем, украшены гобеленами с изображениями великих магов прошлого. Повсюду расставлены длинные, деревянные столы, за которыми студенты сидели на мягких стульях.

Прямо за дверьми посетителей встречала деревянная доска с плакатом, где было красочно расписано сегодняшнее меню. Студенты приходили в любое свободное время, а для астрологов двери столовой всегда были открыты, даже ночью. Правда, поговаривали, что ночью здесь появляются кровожадные призраки, но если студенты с астрологического постоянно едят по ночам, то наверняка все вранье.

Время обеда уже прошло, до ужина оставалось пару часов, поэтому в столовой было пустовато. Переступив порог, Кайрос с подозрением принюхался, чихнул от обилия ароматов и нахмурился. Я не разделяла его подозрений, по мне в столовой пахло восхитительно: свежей выпечкой, наваристым бульоном и чем-то сладким.

Мы заняли один из столов и прямо перед нами возникли керамические тарелки с рисунками виде герба академии. По столешнице застучали медные приборы, которые прыгнули прямо нам в пальцы. В столовой прислуживали кухонные духи, невидимые, шаловливые проказники. В отличие от остальных духов, они могли питаться даже в своем первозданном, нематериальном виде. Их любимая еда была красного цвета, так что, если на обед подавали помидоры или рубиновый сок, то обязательно нужно было оставить духам, чтобы показать им свою благодарность за заботу. Если же съесть все красное, кухонные работяги могли обозлиться и в следующий раз вместо супа положить в тарелку старый башмак.

К счастью, сейчас стол накрыли настоящей едой. На тарелках благоухали тушеные грибы с черной, отварной картошкой, пару кусочков пирога с мясом, а в чашке материализовался чай из полыни.

Кайрос сразу выпил весь чай и потребовал еще. Осушив следующую чашку, он с наслаждением выдохнул и уже с меньшим подозрением взялся за остальную еду.

— Ты в курсе, что вся еда потом выходит через другое место? Пожалуйста, избавь меня от нужды объяснять тебе, как пользоваться туалетом.

— Я видел, как люди это делают. Мерзость. Но разберусь как-нибудь.

— Жуй лучше, — внимательно наблюдая за его трапезой, командовала я, будто мамочка. — Не надо запихивать в себя такие огромные куски. Будет забавно, если ты умрешь, банально подавившись.

На все мои замечания дух только что-то бормотал с набитым ртом, то и дело закатывая глаза от обилия вкусов.

— Никогда бы не подумал, что это так приятно, — расправившись с очередным куском пирога, поделился он. — Я думал, что люди едят ровно также, как духи питаются энергией. Оказалось, что ощущения совсем разные.

Теперь он осматривал каждый кусочек еды с интересом, а потом даже оглянулся по сторонам, видимо, приманенный сладковатым запахом, что разносила небольшая лавочка, где работала буфетчица.

— А там что? — ткнув в сторону миловидной девушки в фартуке, что раскладывала пышки с кремом, спросил он.

— Десерты, — пожала я плечами.

— Хочу десерт. Принеси.

— Они денег стоят, — осадила его я.

Кайрос замер с чашкой в руках.

— Еда платная?! — выпучил он глаза. — Погоди, но еда нужна, чтобы люди могли существовать, верно?

— Да, так что скажи «спасибо», что по большей части столовая в Мракаре бесплатная.

Кай с возмущением ткнул в сторону продавщицы.

— А это тогда что?

— Академия предоставляет питание, которое требуется, но, если студенты хотят себя побаловать чем-то особенным, то нужно выложить за это монеты. Не понимаю, что тебя удивляет, за стенами Мракара люди платят вообще за любую еду.

— Это ведь нелогично, — покачал головой Кайрос. — Люди не могут жить без пропитания, получается, что человеческое общества ограничивает само себя. Чего люди хотят в итоге добиться? Самоуничтожения?

— Не драматизируй. Ты закончил?

— Да, но в следующий раз я обязательно попробую что-нибудь оттуда.

Кайрос закинул в рот последний кусочек хлеба, основательно его прожевал и зевнул так широко, что у него аж челюсть хрустнула.

— Вот опять, — поморщился он. — У меня какой-то синдром.

Я прикрыла рот рукой, пряча улыбку.

— Давай теперь подумаем о том, где разместить тебя на ночлег.

Глава 15 «Новый сосед по комнате»

— Ну, думаю, что найти для тебя спальное место — самое простое. В мужском общежитии наверняка есть свободные кровати.

— Не вариант, — отрезал Кайрос.

— Почему?

— Старосты быстро вычислят, что я здесь не учусь и тогда наша авантюра вскроется.

На мой вопросительный взгляд, Кайрос закатил глаза, недовольный тем, что ему приходиться распинаться в объяснениях, и продолжил.

— Старосты отвечают за общежития и поведения учеников. Они проверяют чистоту в комнатах, следят за успеваемостью, они знают своих подопечных по именам и в лицо. Если я поселюсь в какую-нибудь комнату, то уже на следующее утро первый же староста поймет, что я чужак.

— Как три человека могут уследить за всем? — поразилась я.

— Почему три? А, ты видела троих, когда нашли девушку, точно. Нет, Анет, эта троица старшие старосты, а обычных еще человек двадцать. Старшие занимаются самыми важными делами, следят за скованными, например. Мне им на глаза лучше вообще не попадаться. Как бы то ни было, а жить в мужском общежитии я не смогу.

— Тогда надо подумать, — нахмурилась я.

— Что тут думать? Мы будем жить с тобой вместе.

От его предложения у меня прошелся жар по коже, казалось, что волосы встали дыбом, я на мгновение забыла, как дышать и чуть не поперхнулась воздухом.

— Чего?! — не будь мы в столовой, то я бы проорала это в полный голос, но сейчас обошлась только ядовитым шипением. — Ни за что. И не мечтай. Ноги твоей не будет в моей комнате, ясно?

— Кровать большая.

— Это моя кровать и в ней не будет одержимого трупа. Ты же где-то шлялся эти два дня, вот и возвращайся, где был.

— Я просто гулял.

Кайрос говорил коротко и серьезно, но по его веселым глазам я видела, что он еле сдерживает смех.

— Ладно-ладно, — он все-таки не удержался и захохотал. — Мы не будем спать в одной кровати, успокойся.

— Не будем. И не потому, что ты так благородно решил меня от этого избавить. Мы не будем спать в одной кровати, иначе бы я выпрыгнула из окна.

— Я буду спать в гробу, — особо не вслушиваясь в мои угрозы, будто поставил точку дух своим решением.

Я осеклась и на секунду представила стеклянный сосуд, полный воды.

— Как это?

— Ну, гроб невысокий и он прекрасно помещается под кроватью, там мы и будем его прятать днем на случай незваных гостей, а ночью я буду в нем спать. Выльем воду, закинем туда мягкого тряпья и вот импровизированное ложе для одного готово. План? План.

— Ты не можешь ночевать в моей комнате. Девчонки уже видели, как ты выходишь со мной, они не станут терпеть такое каждое утро. Рано или поздно на нас донесут декану или старосте.

— Я сделаю так, чтобы меня никто не заметил. Для меня это раз плюнуть, ты же знаешь, — Кайрос ослепительно улыбнулся, но уже в следующее мгновение на его лице появилось вымотанные выражение. — Хватит разговоров, мне нужно отдохнуть. Идем.

Он встал, а я не сдвинулась с места. Каждую ночь в одной комнате с темным духом? Нет уж, увольте. Он может сделать, что угодно! Да, ему нельзя мне вредить, но дух коварства горазд придумать щепетильные способы действовать мне на нервы, особенно в моменты, когда я абсолютно беззащитна.

— Ты мне все еще не доверяешь? — нахмурился Кайрос.

— Все еще? — возмущенно повторила я за ним. — Да я тебя знаю пару дней, с чего бы мне вообще к тебе проникнуться? Особенно сейчас, когда та несчастная девушка…

— Я этого не делал.

— Ты сказал, что найдешь убийцу, пропал на два дня и все равно ничего не нашел.

— Я многое узнал, этого мало?

Я молча отвернулась от него.

— Если мы не дойдем до твоей комнаты, то я усну где-нибудь в коридоре и это заметят. Вставай, Анет. Покажешь свой вредный характер в следующий раз.

Я раздраженно цыкнула языком, но все-таки поднялась.

Мы вместе добрались до женского общежития, в какой-то момент Кайрос стал невидимым, но я чувствовала его руку на своем плече, и так он смог незаметно попасть в мою комнату.

Сев на кровать, я молча наблюдала за тем, как он готовит свой гроб для сна. Кай коснулся воды и та зашипела, испарившись за несколько секунд, затем он обернулся к моему шкафу и принялся выкидывать оттуда вещи.

— Нет, это платье не трогай, оно слишком дорогое, чтобы ты просто валялся на него своей тушей, — командовала я.

Кайрос сложил в гробу кучу моих вещей, а затем стащил с моей кровати одну из подушек.

— Будешь спать в форме? — проворчала я.

— Я украду себе еще вещей как-нибудь.

Кайрос скинул пиджак и, улегшись в стеклянном сосуде, сложил руки на груди.

— Так и что дальше?

— Закрой глаза и спи.

Кайрос приподнялся на локте и недовольно уставился на меня.

— Я понял, много раз видел со стороны, но как вы засыпаете?

Я пожала плечами.

— Это происходит само собой. Расслабь тело, выровни дыхание и все случится.

Кайрос кивнул и снова улегся на свою лежанку. Из любопытства я наблюдала за ним пару минут, как вдруг дух дернулся и, быстро сев, потер лицо.

— Что такое? — наконец, встав с кровати, спросила я, и села к нему на пол.

— Не знаю, — выдохнув, признался он. — В какой-то момент я перестаю себя контролировать, мысли расползаются и я, словно проваливаюсь куда-то. Так не должно быть.

— Это происходит с каждым, — заверила я его. — Тебе нужно попробовать и в следующий раз будет гораздо проще. Поверь мне, я много раз так делала и со мной все в порядке.

— А когда я усну, то куда попаду?

— Никуда, ты будешь лежать в этом гробу, пока не проснешься.

Кайрос снова улегся, повел головой, утопая в подушке, но лицо духа оставалось напряженным. Я вздохнула и взяла его за руку.

— В детстве со мной тоже такое бывало. Знаешь, когда часто снятся кошмары, то засыпать совсем не хочется.

Кайрос с любопытством посмотрел на мои пальцы.

«Я это делаю, чтобы узнать его получше», — тут же напомнила я себе. «Мы сблизимся и я пойму его план».

— Но моя мама придумала для меня способ. Она рассказывала мне историю, у которой не было конца.

Мой тихий голос убаюкивал, его веки тяжелели и постепенно закрывались.

— Почему без конца? — лениво спросил он.

— Потому, что я засыпала на середине, а на следующую ночь мама придумывала продолжение. Приключения в этой истории никогда не заканчивались. Между собой мы называли эту историю «Бесконечная сказка Анет». Зачин у этой сказки всегда был одинаковый: маленькая и храбрая девочка по имени Анет никак не могла уснуть. Могу переделать специально для тебя. Древний и вредный дух по имени Кайрос никак не хотел засыпать…

Кайрос хмыкнул, оценив начало, а его глаза уже закрылись сами собой.

Не прошло и пару минут, как темный спокойно посапывал в своей новой кровати, а я продолжала держать его за руку.

«Надо же, когда он спит, то можно решить, что он обычный человек», — невольно подумала я.

Глава 16 «Декан алхимического»

В ту ночь я спала поверхностно и постоянно просыпалась, чтобы проверить духа. Мне все время казалось, что он воспользуется случаем и сделает что-то ужасное. Но Кайрос спал, даже не ворочался, его грудь поднималась медленно и спокойно.

Когда наступило утро, я с неохотой вылезла из теплой кровати и привела себя в порядок перед учебой, иногда кидая на темного внимательные взгляды. Не хватало, чтобы он еще за мной подглядывал. Когда я была готова окунуться в пучину нового дня, то подошла к гробу и пнула духа в бок.

— Вставай! Мне пора выходить из комнаты, значит, тебе тоже. Кайрос!

Он услышал меня не сразу, затем поморщился и заворочался в стеклянной капсуле, перевернувшись на другой бок.

Но я не отставала и продолжала его тормошить и щипать, пока тот не открыл осоловевшие глаза.

— Что? — кое-как сфокусировавшись на мне сонным взглядом, хрипло промямлил он. — Уже пора?

— Ты вчера уснул рано вечером, и в этой кровати лежишь уже часов двенадцать. Так долго спать вредно. Поднимайся.

Кайрос схватился за края гроба и приподнялся, затем завис, долго глядя перед собой.

— Почему?.. — пробормотал он и потер свое помятое лицо. — Почему я себя так плохо чувствую?

— Ты просто сонный. Нужно умыться, позавтракать и все пройдет.

Я с нарастающим раздражением наблюдала за тем, как дух нарочито медленно вылезает из капсулы.

— Мы выходим. Быстрее, я уже на уроки опаздываю. Не хочу привлекать внимание Феликса. Пошевеливайся!

На пороге Кайрос стал невидимым и мы покинули комнату. В какой-то момент я потеряла его присутствие и, выйдя из общежития, поняла, что духа рядом нет. Видимо, он отправился изучать новые стороны человеческого естества.

Я спешила в аудиторию, полностью погрузившись в свои мысли, поэтому, когда передо мной вырос высокий силуэт, я попыталась его обойти, даже не взглянув на него.

— Доброе утро, госпожа Тригольт! — мягко взяв меня за локоть, сказал мужчина приятным, низким голосом.

Я ойкнула и подняла глаза. Высокий, с темными, длинными волосами, да еще к тому же с запоминающейся формой раскосых глаз, а в придачу мужественный подбородок с ямочкой и легкая щетина. Такой красавчик, будто сошел со страниц эротического романа, а преподавательская мантия придавала ему еще большего шарма. Передо мной стоял не последний человек академии, бывший ректор Мракара, а ныне декан алхимического факультета.

— Профессор Сайрус! — воскликнула я, поспешно сделав вежливое лицо. — Простите, я вас не заметила.

— Да, вы слишком были увлечены дорогой. Я могу потратить пару минут вашего времени?

— Конечно, — не придумав повод, чтобы сбежать от него, вздохнула я.

Декан отвел меня к стене, чтобы не мешать пробегающим мимо студентам и я приготовилась к непростому разговору. Несложно было догадаться, о чем будет наша беседа.

— Как поживает ваша семья? Я слышал, что в последнее время у вашего отца проблемы со здоровьем.

«Ну зачем ты заходишь издалека? К черту эту выматывающую вежливость, говори ты прямо», — мысленно взвыла я, но ответила совсем по-другому.

— Да, его сердце медленно покрывается кристаллической корочкой. Частая болезнь для алхимиков старой школы. Знаете, в молодости он работал с опасной пыльцой, а последствия стали проявляться только последние пару лет. Быть алхимиков бывает опасно, да вы и сами прекрасно знаете.

— Какое несчастье, передавайте вашему отцу мои пожелание о скорейшем выздоровлении.

— Спасибо, профессор Сайрус.

— Можешь звать меня просто Сайрус. Мы можем позволить себе быть немного фамильярными, учитывая, как тесно я работал с твоим братом. Кстати, как поживает Ассиль? Я давно не получал от него никаких новостей.

«Вот оно. Настоящая причина разговора», — молнией сверкнуло в моей голове.

— Ассиль? Я сама в последнее время не общалась с ним. Вы знаете моего брата, он с головой уходит в работу и забывает обо всем.

— А над чем он работает? — сузив глаза, спросил Сайрус.

Я пожала плечами со скучающим видом, будто меня не интересовали алхимические исследования.

— Понятия не имею.

— Странно. Знаешь, Ассиль много о тебе рассказывал.

— Правда? — я невольно прикусила внутреннюю сторону щеки.

— Конечно, ты его единственная и, как он утверждает, крайне талантливая ученица. Когда он занимался исследованиями здесь, в Мракаре, то я становился его партнером. Но, когда он уезжал, то, кто становился его незаменимым помощником?

— Я.

— Конечно, Анет, — Сайрус улыбнулся. — Уж кто-кто, а ты должна быть в курсе всех исследований своего брата, несмотря на их сложность.

— Да, обычно он всегда посвящает меня в свои дела. Но в этом году все было по-другому. Я поступила в Мракар, — мой взгляд невольно прошелся по древним стенам академии. — Мне нужно было готовиться к вступительным экзаменам, поэтому Ассиль не стал меня беспокоить.

— Что ж, теперь все понятно. Впрочем, нет, кое-что мне не дает покоя.

Сайрус сложил руки на груди.

— Анет, почему факультет заклинателей? Ты можешь посчитать, что я лезу не в свое дело, но это же глупо. У тебя невероятные навыки для твоего возраста, брат много лет натаскивал тебя в области алхимии. А ты приезжаешь в академию и… Нет, декан Гретель великий маг, не спорю, она научит тебя многому, но не кажется ли тебе, что ты выбрала не свою специальность?

— Заклинания — это основа магии, — сказала я. — Они открывают двери во многие области.

Сайрус молча смотрел на меня несколько секунд, будто пытаясь разгадать настоящий ответ, а затем отвел взгляд и вздохнул.

— Слушай, Анет, не стану скрывать, твой брат просил присмотреть за тобой. Он говорил, что готовит для меня достойную смену, поэтому я чувствую небольшое разочарование, что ты… — профессор замолчал, но, потерев переносицу, продолжил. — В любом случае, ты поступаешь так, как считаешь нужно. Просто я хотел сказать, что тебе всегда найдется место в Маковой башне, если ты захочешь.

Я была удивлена такому итогу разговора. Мне почему-то казалось, что раз Сайрус так тесно работал с братом, то декан алхимического такой же… фанатичный? Но он хоть и не понимал мотивов моих решений, все равно принял их, как должное.

— Спасибо, Сайрус, — вырвалось из меня более искренно, чем я рассчитывала.

Декан хмыкнул и, пожелав удачи, удалился.

Глава 17 «Девушка с секретами»

Я уселась на скамью и в это же мгновение по Мракару разнесся мелодичный звон, извещающий о начале занятий. С облегчением выдохнув, я принялась раскладывать учебники, и только в этот момент заметила Лив.

Она молча смотрела перед собой, погрузившись в глубокие раздумья, на лице ее застыла маска, от которой мне стало не по себе.

— С тобой все в порядке? — спросила я.

Лив вздрогнула, наконец, выбравшись из своих мыслей. На ее лице сразу же образовалась привычная уверенность, а губы изогнулись в легкой улыбке.

— О, Анет! Почти опоздала! Проспала?

— Можно и так сказать, — внимательно следя за ней, ответила я.

— Интересно, что же мешало твоему сну? Дай угадаю, — в ее глазах заплясали привычные хитрые искринки. — Тебя донимали неприличные мысли о Марке?

— Прекрати, — закатила глаза я.

— Ты можешь притворяться, но я вижу, как ты на него смотришь, — тут она схватилась за грудь и чувственно продекламировала. — «О, мой милый Марк, если бы ты был в состоянии видеть чуть дальше своего прекрасного носа, ты бы заметил, как я пылаю, просто оказываясь с тобой в одной комнате!» — она весело засмеялась, на что я лишь выдавила улыбку.

«Что за представление?» — пронеслись в голове беспокойные мысли.

Лив всегда излучала обольщающее дурачество, но сейчас она явно делала это наигранно. Ее что-то беспокоило, правда, подруга пыталась это скрыть.

— Меня не обманешь. Помнишь, я очень догадлива? Если что-то случилось…

Я не успела договорить, в аудиторию вошла декан Гретель, и это заставило всех студентов закрыть рты.

«Ладно, может сейчас она просто не готова делиться со мной. Мы решили быть лучшими подругами, но на самом деле еще не настолько близки. Я просто буду рядом и, если она захочет, то все расскажет», — мысленно вздохнув, решила я.

После уроков мы как обычно пошли в сторону корпуса артефакторики, чтобы встретиться с Марком. Кайроса снова не было видно и меня это стало тревожить все сильнее. Мне срочно нужен был способ как-то отслеживать его или отправлять ему послания, чтобы я всегда могла с ним связаться. От мысли, что темный где-то расхаживает без какого-либо контроля, меня прошибало холодным потом. Видимо, я обречена этот год без конца думать о нем. Звучит до глупости романтично, а по факту я съедаю саму себя тревожными мыслями.

Лив и Марк знали друг друга совсем мало, но все равно быстро подружились. Это позволяло им разговаривать так, будто они были знакомы уже десять лет. Они не жалели слов и чувств потому, что слишком легко относились, как к первому, так и ко второму. Может быть это стало фундаментом их неожиданной дружбы. Стоило им сейчас увидеть друг друга, как Лив, даже не поздоровавшись, критично осмотрела его и замахала руками.

— Нет, ну что это за кошмар? Правильно мне мама всегда говорила: держись подальше от артефакторов!

— Чего? — протянул Марк. — С какой радости?

Лив вздернула нос, взялась кончиками пальцев за свой идеально-выглаженный воротник рубашки и отчеканила.

— Внешний вид. Вы, артефакторы, не способны выглядеть утонченно из-за специфики своей работы. Ты всегда в чем-то вымазанный, под ногтями грязь, пальцы в масле, а еще пахнешь странно. Вот сейчас…

Она сделала шажок к улыбающемуся Марку и осторожно понюхала его, но только для того, чтобы сморщиться.

— Сейчас это порох и… Что это? Железо? В общем, ужас, даже самый высококлассный парфюм будет чувствоваться, как пропавший стог сена, если окажется на таком теле.

— Я после практических занятий, — фыркнул Марк. — Это не считается.

— Все считается, — категорично заявила Лив. — Вот посмотри на Анет.

— О нет, — простонала я, а ведь была надежда, что меня обойдет стороной буря назревающей дискуссии.

— Не перебивай, — погрозила мне пальчиком подруга. — Вот, Анет, посмотри на нее, она всегда выглядит хорошо. Форма сидит идеально, волосы уложены, руки чистые и пахнут кремом.

— Ты мои руки нюхала? — оторопела я, но Лив проигнорировала мой вопрос.

— Но одежда — это не все. Нужно еще подать себя и Анет делает это по-своему. Она всегда собранная, непробиваемо-спокойная, чувствуется уверенность и немного властности. Смотришь на нее и видишь достойную дочь Селарет, хотя на самом деле она последовательница провинциального духа. А вот я.

Лив элегантным движением положила руки себе на талию и сделала разворот, продемонстрировав свою спину с идеальной осанкой, а затем снова развернулась. Быстро и изящно, волосы качнулись от ветра, коснувшись лица.

— Я красивая? О да. А еще умею носить красивые вещи. Мы сочетаемся друг с другом. Мои родители много вкладывали в меня: знания, манеры, поведение. Я выгляжу, как столичная аристократка, а ведь тоже из провинции, где моя семья много столетий поклоняется никому неизвестному и никому ненужному духу. Но большой мир диктует свои правила. И первое из них: внешний вид. Хочешь чего-то добиться, значит, ты должен выглядеть так, чтобы всем захотелось тебе этого дать.

— Это слишком однобокий взгляд, — с готовностью принялся спорить Марк. — Я не гонюсь за идеальной внешностью, она ничего тебе не даст. Мне достаточно быть хорошим парнем.

Лив закатила глаза, но Марк продолжил.

— Ты должна признать, что внешний вид — всего лишь фантик, а на одном фантике далеко не уедешь. А со мной достаточно поговорить. Ты не найдешь в окружении никого, с кем можно настолько легко завести разговор о чем угодно, как не со мной. Люди хотят мне доверять, а все потому, что я владею простым и понятным обаянием. Анет, подтверди.

— Марк Хэтчер — душа компании, — послушно сказала я, за что получила от Лив колкий взгляд.

— За эпатажем весело наблюдать только со стороны, но не принимать в нем участие. Вот на твою харизму интересно посмотреть, но ее слишком много.

— Я — эпатажная? — вскинула брови Лив.

— Я бы сказал точнее. У тебя типаж — эгоистичная красотка с острым языком.

— Я просто знаю себе цену. Ты что, хочешь, чтобы я была, как она?

Лив неожиданно ткнула пальцем куда-то в сторону, наши головы одновременно повернулись и мы увидели девушку с неаккуратным пучком и грудой учебников в руках. Внимание застало ее врасплох, она застыла и, только хлопала глазами, рассматривая каждого из нас по отдельности.

— Ну что за серость, упакованная в фиолетовую обертку? Видите! Я ей в лицо сказала, что она серость, а она продолжает просто глазищами хлопать. Иди уже!

Ученица испуганно вытаращилась на Лив и юркнула за ближайший поворот.

— Терпеть таких не могу, — затрясла кулаками моя подруга. — Это неуверенность, возведенная в абсолют, сплошная скука. Я вам так скажу: королевство огромное. Каждый год из магических домов выпархивают юные дарования, что разбегаются по академиям. И все они мнят себя особенными и чудесными потому, что родители вдалбливали им это с самого рождения. А суровая реальность еще не раз даст им затрещину. Совсем скоро они поймут, что любовь, дружба и даже магия не даются просто так, за это надо бороться. А у некоторых карты получше, чем у остальных. Вот у нас с вами раздача так себе. Мы из средних семей, со средним достатком и способности у нас средние. Я с этим мириться не стану. У меня нет времени на скромность и попытки доказать всем, что на меня стоит обратить внимание за мой богатый внутренний мир. Пока ты будешь глазами хлопать, все лавры уплывут другому и до твоего внутреннего мира никто так и не доберется. Поэтому надо заявлять о себе с порога. Внешний вид, Марк! Это важно!

— В этом что-то есть, — признала я.

— Ты — единственный ребенок в семье, да? — не сдавался артефактор. — Привыкла, что все внимание мира приковано к тебе одной.

— Марк, — скрывая улыбку, решила напомнить я. — Ты тоже единственный ребенок.

— Нет, со мной все по-другому, — с жаром принялся доказывать он. — Мои родители понимали, во что я могу превратиться, — его взгляд многозначительно остановился на Лив. — Поэтому меня с самого детства обеспечивали компанией. Детские лагеря, постоянные поездки к друзьям родителей. Анет, вспомни, мы большую часть времени проводили вместе. Это было обязательно, чтобы я научился общаться с разными людьми, разных возрастов и с каждым находил общий язык. Я справился?

— Да, ты справился, — понимая, что мне не оставили другого варианта, подтвердила я.

— Я не считаю это за аргумент, тут чувствуется психологическое давление, — фыркнула Лив.

— И это тоже навык, — не растерялся Марк. — Моя цель на эту жизнь — остаться тем, кто я есть.

— Хорошим парнем, — хором произнесли мы с Лив.

— И при этом добиться успехов в своем деле. Артефакторика — открывает множество дверей, если знать, как их открывать. У меня талант создавать вещи руками, через несколько лет вы сами увидите, что я превращусь в непревзойденного мастера. Люди будут говорить про меня так: Марк Хэтчер — у него не только золотые руки, но и золотое сердце.

— Вот и слоган для твоей мастерской, — хихикнула Лив. — Итак, подведем итог, кто у нас здесь собрался? Девушка, который знает себе цену. Хороший парень. И…

Они вдвоем уставились на меня с пытливыми взглядами, будто пытаясь пролезть мне в голову.

— Что? — невинно спросила я.

— А твоя особенность? — сощурилась Лив. — В чем твоя суть?

— Какая еще особенность? — отмахнулась я. — Как ты и сказала, я просто девчонка из провинции со средними способностями.

Марк с Оливией переглянулись.

— Ты видел это? — вкрадчиво спросила подруга.

— Да-да, я заметил.

— Вы о чем? — не удержалась я.

— Твой взгляд. В нем что-то мелькнуло, будто ты что-то скрываешь. Знаешь, у меня всегда чувство, будто ты что-то не договариваешь.

— Какие у тебя секреты, Анет? — подхватил Марк. — Что ты скрываешь?

Я лишь пожала плечами.

— Девушка с секретами — вот твоя суть, — торжественно объявила Лив.

Марк изобразил трубную трель, а затем выдал бурные аплодисменты, будто меня официально награждали. Мы посмеялись, довольные произошедшим спором, который так удачно закончился.

— Ладно, — вздохнул Марк. — Теперь скажи Анет, с какой новости мне начать: с хорошей или плохой?

Мои брови сами собой поползли вверх, но никаких предположений у меня не возникло.

— Давай с плохой.

— А я бы начала с хорошей, — цокнула Лив.

— Как скажешь, — лицо Марка посерьезнело. — Передай своему Каю, чтобы он забыл дорогу в артефакторику.

— Что ты имеешь ввиду?

Я почувствовала, что внутри у меня что-то натянулось, будто струна. Кайрос был на артефакторике? Что он там делал?

— Мы заметили его недалеко от мастерской. Твой дружочек не чист на руку.

— Кай что-то украл? — ахнула Лив.

— У нас много инструментов, поэтому мы сначала даже не заметили. Если Кай еще раз покажется, то мы его заставим понести ответственность.

Голос Марка стал чуть ниже, в нем проскользнули угрожающие нотки, от которых у меня побежали мурашки по спине. Я практически не видела, чтобы он злился, но сейчас он был явно раздражен, рассказывая об этом.

— Я передам, когда встречу его и заставлю все вернуть, — пообещала я.

— Достаточно просто передать мое сообщение. С плохими новостями разобрались.

Марк вытащил из кармана сверток, который он торопливо раскрыл и протянул мне на вытянутой ладони что-то маленькое и блестящее. Я еще не успела ничего рассмотреть, а вездесущая Лив уже ахнула от восхищения.

— Ты сам это сделал? — оправившись от первоначального удивления, спросила я.

Он передал мне небольшой кулон стального цвета в виде сердца. Простая форма и незамысловатое исполнение, но я видела, что Марк сделал его с большой тщательностью. Плоский и совсем небольшой, но при этом почему-то увесистый.

— Потри поверхность и подумай о чем-то хорошем, — попросил меня Марк, при этом он не переставал улыбаться, наблюдая за моей реакцией.

Я сделала, как он сказал, и плоская поверхность сердечка покрылась золотистыми линиями, что сложились в светящийся узор.

— Ты сделал артефакт! — воскликнула я, вскинув на друга глаза.

— Я подумал, что можно выполнить практическое занятие с пользой. Ерунда, — заскромничал он. — Правда, цепочки у меня нет, так что не потеряй.

— Шутишь? Я буду хранить его, как самое дорогое, что у меня есть! Спасибо!

Разговор сам собой потек дальше, а я еще какое-то время не могла прийти в себя. Марк сделал мне подарок! Такого с ним раньше не случалось, конечно, были подарки на праздники, но мне никогда не доставались такие знаки внимания просто так. Я крепко сжимала кулон в руке, скрывая от друзей свое радостное волнение. Может ли это что-то значить? К тому же кулон в форме сердца, вдруг это намек?

«Успокойся, Анет, не надумай ничего себе раньше времени. Конечно, Марк любит меня, он никогда не скрывал, что привязан ко мне», — я постаралась осадить себя здравомыслящими мыслями, но внутри у меня все ликовало от счастья. Вдруг я вздрогнула, будто о чем-то забыла.

«Ну, конечно… Кайрос… Артефакторика… Этот темный что-то замыслил».

— Почему ты такая серьезная? — потормошила меня Лив. — О чем задумалась?

— Мне нужно кое в чем разобраться. Где в школе можно найти информацию по магическим контрактам?

Друзья с беспокойством посмотрели на меня.

— Темный что-то сделал? — напрягся Марк. — Если что-то случилось, ты только скажи.

— Нет-нет, еще ничего не произошло. Но вы же знаете, мне попался дух обмана, он постоянно несет какую-то чушь. Я должна сама выяснить, что правда, а что нет, чтобы он не смел манипулировать моим незнанием.

— Правильно, Анет, — закивала Лив. — Я слышала, что все книги, связанные с контрактами и темными духами, лежат в защищенном месте. Студентам до них не добраться.

— Спроси Феликса, — предложил Марк. — Он учится на факультете пакта и магического слова. Магические контракты — это его стихия. К тому же он староста, у него есть доступ в запрещенные места.

— Феликс! — глаза Лив зажглись нехорошим огнем. — Да, прямо к нему мы и пойдем.

Подруга взяла меня за руку и, попрощавшись с Марком, повела в сторону корпуса пакта.

Глава 18 «Стеклянная башня»

Пока мы искали Феликса, Лив буквально порхала рядом со мной, взбудораженная произошедшим.

— Покажи мне еще раз! — иногда требовала она и подставляла ладонь.

Получив желанный кулон, она на секунду закрывала глаза, сосредоточившись на чем-то хорошем, а затем проводила по гладкой поверхности сердечка подушечкой пальца. Каждый раз артефакт отзывался на прикосновение и расцветал золотистыми линиями.

— Попроси Марка сделать тебе что-то похожее, — предложила я.

— Нет-нет, — запротестовала подруга. — Такой подарок должен быть особенным, единственным. Я не хочу портить его. Кстати, я оценила твой маневр. Простовато, но зато эффективно, а Марк даже ничего не понял.

— Ты о чем?

— Не надо изображать из себя невинность. Твоего дружочка можно обмануть, а меня нет. Я про Кая. Ты думаешь, я поверю, что он появился просто так? Весь из себя такой загадочный, обжигающе черноволосый, саркастичный и притягательный. Ты не очень-то общительная, Анет. Ни за что не поверю, что у тебя неожиданно появился друг, да еще и с астрологического. Ты его притащила к нам только для того, чтобы Марк приревновал. Это нормально. Вы слишком долго рядом, поэтому он привык к такому положению вещей и не торопится, даже не думает о том, что надо куда-то торопиться. Но, когда появляется кто-то, кто может забрать то, что тебе дорого, тогда мозги встают на место. И у него встали, — будто в доказательство, Лив покрутила у меня перед носом кулоном и передала его мне.

— Не понимаю о чем ты, — я сделала равнодушное лицо, но предположение о том, что Кайрос как-то сподвигнул Марка, радостно отозвались в глубине моего сердца.

Неужели, от этого темного есть какой-то толк?

Феликса оказалось сложно найти. Все его видели и подсказывали нам нужную аудиторию или коридор, где его видели в последний раз, но, когда мы приходили на место, оказывалось, что староста уже куда-то ушел. Феликс был самым ответственным и талантливым студентом своего поток, поэтому ему доверяли много важных дел, тех же скованных, например. Было странно, что, когда ему было нужно, он всегда умудрялся находить нас, окидывая внимательным взглядом сквозь свои прямоугольные очки, но, когда мы хотели найти Феликса, он становился зыбким, словно дым.

Безрезультатно проблуждав среди студентов факультета пакта, мы выбрались в общие залы и, наконец, заметили высокого парня с идеальной осанкой, что отчитывал толпу студентов.

— Фейерверки входят в список запрещенных вещей. Хочу отметить, что они в красном списке, а это значит, что за их хранение полагается штрафная метка, — чеканил Феликс, смеряя немигающим взглядом поникших ребят.

— Они совсем крошечные, — попыталась объясниться рыжеватая студентка. — От них не будет никакого вреда.

— Список гласит — любые фейерверки, — сурово подчеркнул Феликс и вытащил из кармана целую горсть меток, которыми наградил попавшихся учеников. — Перечитайте академический свод студенческого поведения для избежания подобных ситуаций в дальнейшем. Свободны.

— Брр, у меня от него мороз по коже, — успела шепнуть мне Лив, перед тем, как мы приблизились к старосте.

— Привет, Феликс, можно тебя на минуту? — я знала, что нет смысла выдавливать из себя доброжелательность, он на нее не поведется, к тому же почтительное поведение не входит в требования академического свода.

Феликс обернулся к нам, механическим взглядом нашел красные метки на лацканах наших пиджаков, будто проверяя их наличие, и, вежливо поздоровавшись, кивнул. Когда я сказала о магических контрактах и темных духах, то я была уверена, что староста засыпает меня вопросами. Разве это не слишком подозрительно? Но Феликс даже бровью не повел.

— Скованные имеют право знать о деталях магического контракта, что они заключают с темными, — обрадовал он меня. — Правда, все записи хранятся в отдельной библиотеке. Идите за мной.

Пока мы шли, Феликс не проронил ни слова. Он вел нас по коридорам, и в какой-то момент мы оказались перед широкой, каменной лестницей, по бокам которой застыли черные горгульи. Стоило нам приблизиться, как горгульи дернули головами с глухим хрустом, уставившись на нас черными провалами глаз.

— Мы у входа в башню, — увидев живые статуи, догадалась Лив.

В Мракаре было четыре башни, три из них предназначались для особенных факультетов. Мертвая башня — для факультета некромантии. Говорили, что там полно трупов и жутких, биологических экспериментов. Некроманты представляли из себя странных учеников с подавляющей аурой, поэтому их не подпускали к другим студентам. Звездная башня — для астрологического факультета. Астрологи тоже были особенными. Днем они спали, а ночью проводили на крышах, внимательно наблюдая за движениями небесных тел. Маковая башня — для алхимиков. Их кладовые хранили столько редких ингредиентов, что преподаватели позаботились о том, чтобы в алхимический корпус не попал никто посторонний. А Стеклянная башня — предназначалась для преподавателей и старост. Там они жили и работали над своими проектами, хранили запретную литературу и артефакты. В общем, там находилось много чего интересного и я даже не думала, что простому студенту, как я, когда-нибудь выпадет случай попасть в святая святых Мракара.

— Горгульи пропускают только тех, у кого есть дозволение, — сказал Феликс и показал пальцем на золотой значок с гербом Мракара, что поблескивала у него на груди. — Я могу вам выдать временное дозволение, чтобы вы могли самостоятельно добираться до библиотеки.

— Мы сможем сами приходить сюда? — ахнула Лив.

— Да, это предусмотрено правилами. Они со мной, — последнее предназначалось статуям и те сразу же развернули головы в первоначальное положение, потеряв к нам интерес.

Мы поднимались по лестнице, а я все гадала, почему эту башню называют Стеклянной. Названия остальных башен не вызывали вопросов, даже башня алхимиков была названа в честь одного из самого популярного ингредиента для базовых зелий — мак. Но почему четвертая башня Стеклянная? Мне стало все понятно, когда мы оказались на первом ярусе. Все дело в потолке. Он был сложен из кусочков стекла разного размера, что складывались в огромный цветок, похожий на пион. Свет солнца отражался в нем таким причудливым образом, что пол был усыпан солнечными зайчиками, повторяя узор.

Мы с Лив застыли на пороге, задрав головы, выражая тем самым свое немое восхищение. Феликс подождал несколько секунд, дав нам полюбоваться, но затем кашлянул и зашагал по залу. Пришлось оторваться от стеклянного произведения искусства и последовать за ним.

Мы отправились не к библиотеке, как думали. Вместо этого мы поднялись еще на этаж выше, где снова могли увидеть стеклянный потолок с цветочным узором. Феликс привел нас в круглую комнату с толстой колонной посередине. По стенам расположились небольшие арки, закрытые полупрозрачными стеклами. За стеклами я могла рассмотреть несколько полок, забитые разнообразными вещами и книгами.

«Это же шкафчики для хранения!» — догадалась я.

Феликс подошел к центральной колонне, только теперь я заметила, что в ней тоже были встроены арки, правда их было всего лишь три, вмещалось в них гораздо больше, а сами стекла отдавали фиолетовым оттенком. Стекла явно были заколдованы потому, что неестественно подсвечивались. У этих фиолетовых дверец не было ни ручек ни замка, а вместо них здесь крылся хитрый механизм. Феликс снял с пиджака свой золотой значок и прислонил его к стеклу. Теперь я заметила, что с внутренней стороны дверцы были три полупрозрачные полоски, которые теперь разъединились и стекло растворилось. Феликс открыл неприметную шкатулку и вытащил оттуда два значка, очень похожие на тот, что он носил сам, только они были серебряного цвета.

— Ваши временные дозволения, — провозгласил староста, повернувшись к нам.

— Когда их нужно вернуть? — на всякий случай спросила я.

— Они даются на неделю, — ответил Феликс.

Пока он отвечал мне, Лив сделала маленький шажок в сторону, оказавшись сбоку от старосты. Я не успела ничего заметить, как подруга уже прикалывала значок к груди, разместив его рядом со штрафными метками. Три полупрозрачные полосы снова выросли из крев арки и соединились, вслед за этим возникло защитное, фиолетовое стекло.

— Теперь в библиотеку, — приказал Феликс и снова повел нас за собой.

Библиотека в Стеклянной башне не отличалась ничем особенным к нашему разочарованию. Те же высоченные стеллажи с книгами, уютные уголки с мягкими диванами для приятного чтения и столы со стульями для усердной работы. По воздуху порхали серые бабочки, они подлетали к полкам и принимались усиленно махать крылышками, сдувая тем самым накопившуюся пыль.

— Вам нужен этот раздел, — Феликс подвел нас к определенной полке. — Читать вы можете только здесь, выносить литературу строго запрещено. Вход в библиотеку на втором этаже вам запрещен, а здесь вы можете читать все, что захотите. Приятного чтения, — и, с чувством выполненного долго, староста оставил нас наедине с бессмертными фолиантами Мракара.

Стоило Феликсу скрыться, как Лив прыснула. В библиотеке принято было вести себя тихо, поэтому она изо всех сил старалась удержать себя от смеха. Подруга развеселилась так сильно, что покраснела, неприлично хрюкая, затем согнулась пополам и злорадно захихикала. На нас косились редкие посетители библиотеки, я даже заметила нашу деканшу, старуха расположилась на диване с чашечкой кофе и каким-то свитком. Она мрачно глянула в нашу сторону, недовольная тем, что мы портили благословенную тишину.

— Да тише ты, угомонись!

— Сейчас-сейчас, — кое-как выдавила из себя Лив, затем выпрямилась, утерла с глаз слезы и глубоко вдохнула. — Просто я удивлена, что он ничего не заметил.

— Ты о чем?

— Я кое-что сделала.

— Что ты сделала, Лив? — от ее счастливого выражения лица мне почему-то стало не по себе, будто ее розыгрыш мог стать катастрофой вселенского масштаба.

— Его ящик, — шепнула мне подруга. — Я закинула туда зернышко зеленого силка. Ты видела механизм, который открывает дверцу? Его можно открыть, если у тебя есть ключ или изнутри. Больше никак.

— Ты хочешь сказать?.. — пробормотала я.

— Да, я могу открыть дверь. Я же сказала тебе, что Феликс еще поплатится.

Глава 19 «Свет Селарет»

Я захлопнула очередную книгу с непонятными схемами и протяжно вздохнула. Лив подавила зевок и скучающим взглядом в сотый раз окинула библиотеку.

— Тебе необязательно сидеть со мной, — сказала я. — У меня тут еще полно книг, и я не знаю, когда закончу.

— Что ты хочешь найти? Мы бы справились гораздо быстрее, если бы ты сказала мне.

— Я и сама не знаю, что именно мне нужно, поэтому поиски могут затянуться. Иди, Лив. Тебе наверняка есть чем заняться, уроками, например.

Подруга закатила глаза.

— Не напоминай о них. Но да, у меня есть парочка дел. Моя работа над Феликсом еще не закончена.

— Что ты хочешь с ним сделать?

— Ты сама все увидишь, нужно подождать неделю. Когда настанет момент вернуть эти серебряные значки, мы сможем своими глазами полюбоваться тем, как трескается его лицемерная маска правильного мальчика. Ладно, девушка с тайнами, оставляю тебя в мире желтых страниц и серых бабочек.

Лив встала, послала мне воздушный поцелуй и ушла из библиотеки. Я снова вздохнула и взялась за следующую книгу.

Литература, связанная с магическими контрактами и темными духами, была слишком запутанная для меня. По большей части страницы покрывали магические рисунки, сложные пентаграммы и короткие объяснения касательно движения энергии. Текста было так мало, что я постепенно отчаивалась найти что-нибудь вразумительное. Но в какой-то момент мне посчастливилось наткнуться на труд одного исследователя — и, судя по загнутым страницам, эту книгу частенько читали другие скованные.

«Вот оно!» — шепнула мне интуиция.

И она оказалась права. Судя по рукописному тексту, смазавшимся каплям чернил и датам, что встречались в уголках страничек, это был дневник некоего Карлуса Крофтора. Что-то подобное мне уже доводилось слышать. Я мысленно повторила имя несколько раз, как вдруг поняла, что Крофторы — одна из самых влиятельных семей королевства, она входит в число десяти великих семей, которых принято называть дети Селарет.

«Большая шишка этот Карлус, может, раньше он был ректором Мракара», — подумала я и углубилась в чтение.

В дневнике подробно расписывалась природа темных духов и то, как их способности ограничивает договор. Оказалось, что Кайрос не владеет и третью своих прежних сил, настолько крепко они были запечатаны магическим словом. Я читала дальше, пытаясь добраться до объяснений, как именно дух может освободиться от своих оков, и Карлус меня не разочаровал.

«Договор — это заключение сделки между двумя магическими существами, но темные ни за что бы не дали свое согласие на собственное пленение. К счастью, наши славные предки нашли выход из сложившейся ситуации, и согласие духов стало не нужно. Договор заключается между человеком-носителем и достопочтенным духом Мороком. Оба служат временной тюрьмой для этих несносных бунтовщиков. Человек-носитель держит темного в своей голове, а Морок — в своих пустых владениях».

— Зеркало — это дух! — чуть не выкрикнула я, сжимая в руках потрепанную книжку.

Опомнившись, я снова опустила взгляд в книгу, жадно погружаясь в рассказ Карлуса.

«Темный становится лишь субъектом договора, грубо говоря, вещью, которую передают из одних рук в другие. Темный не может разорвать такой договор самостоятельно».

Я читала дальше и вскоре узнала, что подобный магический договор можно разорвать исключительно добровольно. Человек-носитель и Морок-Зеркало должны отказаться от своих прав на темного, и только тогда он становится свободен. Человека не слишком сложно заставить отказаться от контракта, особенно если знать, куда давить. Но как поступить с Зеркалом? Впрочем, Карлус дал ответ и на этот вопрос.

— Свет Селарет, — прошептала я.

Селарет не просто так называют маяком в мире духов — она действительно излучает свет, и он очень опасен, потому что может уничтожить кого угодно, даже духа. Да, духи часть природы и могут перерождаться, но в том-то и дело, что свет Селарет настолько всемогущ, что, приняв от него смерть, дух больше никогда не вернется. Если уничтожить Зеркало светом Селарет, то Морок погибнет, и все его контракты будут расторгнуты, а значит, темные духи окажутся на свободе.

Взбудораженная своими открытиями, я чуть не отложила дневник, чтобы поразмышлять, как вдруг заметила дополнительные разъяснения по поводу света Селарет.

«Прекрасный ровно настолько же, насколько он и разрушительный. Почему же им не воспользоваться для уничтожения самих темных, чтобы навсегда лишить себя проблем? Несмотря на свою мощь, свет великого духа крайне хрупкий: если использовать все его силы, направив на убийство духа, свет будет также уничтожен. Таким образом, использовать свет Селарет с целью убийства духа возможно лишь единожды и только. Свет нужно спрятать подальше от темных, чтобы у них не было соблазна добраться до него, но при этом свет должен быть под рукой защитников Мракара — на тот случай, если кто-то из темных взбунтуется и другого способа справиться с ним не будет. Свет испокон веков хранится в глубинах Мракара, и так будет всегда».

Теперь я окончательно закрыла книгу, откинулась на спинку стула и, закусив губу, глубоко задумалась. Получается, что свет здесь, в академии. И, скорее всего, Кайрос об этом в курсе. Так вот, чем он занят — он ищет этот артефакт, чтобы уничтожить Зеркало.

«Он украл инструменты из мастерской, возможно, для того, чтобы что-то разобрать или куда-то проникнуть. А как же та несчастная убитая около кладовой? Неужели, там тоже замешан Кайрос, ведь из кладовой пропали ингредиенты, ровно так же, как пропали инструменты!»

Я почувствовала легкую дрожь в пальцах, осознав, что прервавшаяся жизнь юной девушки на моей совести, ведь это я позволила духу обрести тело. Я должна была найти способ остановить его и держать подальше от света Селарет. Я не допущу его побега! Ни за что на свете!

Я вскочила с места и подошла к полке, чтобы поставить на место дневник Карлуса Крофтора. Лишь чудом я заметила корешок соседней книги, который привлек мое внимание.

— Ритуалы и магические рисунки, — пробормотала я и тут же вытащила увесистый фолиант.

Я пробежалась глазами по оглавлению и, затаив дыхание, прочитала название главы: «Ритуал привязки к телу».

Я вернулась к столу, села за него и стала внимательно читать. Среди объяснений нашелся и сам магический рисунок, который я тут же узнала. Да, это тот самый ритуал, который Кайрос заставил провести меня, чтобы он оказался в теле мертвеца! Пролистав еще немного, мне попалось и само заклинание, а прямо под ним небольшое объяснение.

— Ритуал можно развеять только в одностороннем порядке: тот, кто создал узы между телом и духом, может эти самые узы разорвать, — прошептала я, читая спасительные для меня строки.

Получается, я в любой момент способна отрезать Кайроса от тела! Я перевернула страницу и заулыбалась, увидев короткое заклинание, что разрушало узы ритуала.

«Это он! Мой тайный козырь! Его нужно использовать с умом, я не должна дать узнать Кайросу, что мне известно больше, чем он думает. Так у меня будет преимущество, и я смогу понять, когда он меня обманывает, а когда говорит правду. Но я не могу отрезать его от тела. Если я это сделаю, то он сразу же отправится к ректору и выдаст мою тайну. Но если он останется на свободе, то пострадает кто-нибудь еще. Я не переживу, если из-за меня он убьет еще одного студента».

В моей голове сформировался план, к тому же рискованный. Кайрос будет в бешенстве, если я посмею выкинуть подобное, но стоило мне закрыть глаза, как перед мысленным взором снова появлялась та девушка — ее хрупкое тельце, лежащее на каменном полу. Я замотала головой и захлопнула книгу. В этот раз я собиралась рискнуть и поступить правильно — нужно только найти Кайроса.

Глава 20 «Наперегонки»

Я обошла несколько факультетов и все без толку, пока не догадалась заглянуть в столовую. Ужин прошел и большая часть студентов гуляли в старом саду, либо засели в общежитии, поэтому здесь было довольно тихо. Кайрос развалился за длинным и пустым столом, перед ним высилась приличная куча аппетитных, сладких булочек, которые он неспешно ел. Дух сидел на стуле, закинув ноги на столешницу, и задумчиво пялился в потолок, видимо, в полной мере наслаждаясь человеческой жизнью.

— Кай! — воскликнула я, подскочив к нему. — Где ты был?

Дух с неохотой спустил ноги со стола и глянул на меня.

— Гулял, — ответил он, схватил новую булочку и затем откусил от нее добрую половину.

Я мгновенно узнала эту выпечку, она продавалась в платной лавочке. Булочки действительно были очень вкусными, из мягкого ароматного теста, а внутри пряталась тягучая начинка из молочного шоколада.

— Как ты их купил? — почуяв что-то недоброе, спросила я.

Кайрос вытащил из кармана несколько мелких камешков, подкинул их и в следующее мгновение на ладонь приземлились уже звонкие монеты.

— Они даже особо не вглядываются в них, — похвастался дух.

— Ты что, спятил? — прошипела я и ударила его по ладони.

Монеты покатились по полу и практически сразу снова превратились в камешки. Кайрос нахмурился, проводив взглядом свои фальшивые монеты, а затем снова уставился на меня.

— Нельзя так делать! Это же деньги, люди очень придирчивы к ним. Скоро заметят, что кто-то платит фальшивками и сразу же начнут искать такого умника. Ты хочешь попасться? Не смей больше так фокусничать! Если ты хочешь сладости, то просто попроси меня.

— Зачем мне просить, если я могу взять сам то, что мне нужно? — дернул плечом Кайрос и отправил в рот остаток булочки.

— Затем, что ты подставляешь нас, — отрезала я. — Ты такой древний и при этом такой глупый!

— У кого-то сегодня плохое настроение? — протянул Кайрос с набитым ртом.

— Да, должна признать у меня есть причины злиться на тебя, — я сложила руки на груди, продолжая сверлить его взглядом сверху вниз.

— Так расскажи, за что я попал в немилость? — потянувшись за новой булочкой, спросил дух.

В голове у меня была каша из информации, но немного подумав, я решила начать с самого очевидного.

— Что ты делал на артефакторике?

Стоило отдать духу обмана должное, он не дрогнул, глаза не забегали, он продолжал спокойно есть, будто действительно был ни при чем.

— Я же сказал, что гулял.

— Тогда зачем ты украл инструменты?

Кайрос медленно прожевал, специально действуя мне на нервы.

— Кто меня заложил? Твой хороший парень?

От того, как он назвал Марка, будто отсылаясь к недавнему шуточному спору, что у нас случился сегодня, у меня прошел мороз по коже. Неужели, он следит за мной?

— Для чего тебе инструменты?

— Расслабься, Анет, а то я чувствую себя на допросе. Садись, смотри, сколько у меня еще тут вкусного. Я даже готов поделиться с тобой.

— Отвечай.

— Я развлекался, — пожал он плечами. — Это всего лишь детские шалости, Анет.

— Детские шалости? Значит, вот, чем ты занимаешься, хотя обещал найти убийцу.

Я наклонилась к нему, упершись руками о столешницу. Кайросу явно не нравилось русло, в которое шел разговор, он даже перестал есть.

— Я ищу, — хмуро бросил он, речь стала рубленная, с паузами, его настроение точно испортилось. — Кстати, вот тебе новости: сегодня прибыли королевские ищейки. Теперь по замку шныряю не только я в поисках чужака.

— Королевские ищейки? Поэтому ты засел в столовой и уплетаешь сладости? Надеешься, что люди сделают за тебя грязную работу?

— Ощущение, что ты меня в чем-то обвиняешь, хотя мне казалось, что я убедил тебя в том, что смерть девушки не моя вина. Я ищу, Анет. Но оказалось, что это сложнее, чем на первый взгляд. Я знаю в Мракаре каждый уголок, но, судя по всему, чужак тоже здесь отлично ориентируется. Он часто пользуется тайными ходами замка и его ночлежки постоянно меняются. Замок большой, Анет, а я заперт в человеческом теле, которое требует обслуживание.

— Спасибо за откровенность, мне стало немного спокойнее. Но ты так и не ответил, для чего тебе инструменты?

— В некоторые тайные проходы не попасть так просто, нужно слегка повозиться с механизмами, — процедил он сквозь зубы.

— Значит, развлечения уже ни причем?

— Я устал от этого разговора.

— А я от твоего вранья.

— Я сказал все, что тебе следует знать, — отрезал дух, глянув на меня потемневшим взглядом.

Он ясно давал понять, что я подбираюсь к черте, за которой начнется что-то неприятное. Но я уже ухватилась за его объяснения. Тайные ходы, для вскрытия которых требуются инструменты. Свет Селарет, спрятанный где-то в глубинах замка. Все эти факты могут быть связаны между собой. Может быть именно для поиска света Кайрос и украл инструменты и теперь он медленно прочесывает замок, чтобы отыскать спрятанный артефакт? Я чувствовала, как сильно забилось мое сердце, что его стук отзывался в висках. По моему телу прошла лихорадочная дрожь от которой все зудело и чесалось, будто мое нутро требовало немедленного действия.

— Я хочу, чтобы ты взял меня на свое расследование, — потребовала я, мой голос дрожал, но не от страха или волнения, а возбуждения, ведь сейчас я планировала сделать кое-что безумное.

— Искать убийцу в темных уголках замка? Не самое лучшее занятие для приличной девушки, — фыркнул Кайрос.

— Ты не оставил мне выбора, — вздохнула я и ринулась к нему.

Движение было молниеносным, дух даже ничего не понял, а я уже вцепилась ему в голову, выдрав оттуда несколько темных волос.

— Что ты делаешь? — закричал Кайрос.

Он вскочил на ноги и стул за ним свалился на пол.

— Что ты задумала, Анет?! Не вздумай этого делать!

— А ты догони меня и заставь! — выпалила я и бросилась бежать.

«Какая дурацкая затея! Интересно, что он со мной сделает, если все-таки поймает?» — мысли сменялись в моей голове так быстро, что я едва их осознавала.

Бегать с духом наперегонки — занятие на грани разумного. Правда, если вы намерены победить, то обязательно убедитесь в том, что ваш бессмертный соперник совсем недавно очутился в человеческом теле и еще не приноровился быстро шевелить ногами.

За спиной раздавался поток ругательств на языке, о существовании которого я не знала. Кайрос путался в ногах и, кажется, уже проклял всё: от человеческой анатомии до моего рождения.

Иногда я оглядывалась, но стоило мне заметить его разъяренный, нечеловеческий взгляд, похожий на черные колодцы, как мне невольно хотелось бежать еще быстрее.

— Ты пожалеешь об этом!

Крик обжигал перепонки и давил на виски, в нем чувствовалась скрытая сила, будто я решила обвести вокруг пальца могущественное божество. Впрочем, это было недалеко от правды.

— Я уже жалею, что не сделала этого раньше! — воскликнула я и запрыгала по ступеням.

Редкие студенты поспешно расступались передо мной и взбешенным Кайросом, бросая на нас любопытные взгляды. Я их практически не замечала, сосредоточившись на том, чтобы как можно быстрее добраться до своей комнаты. Преодолев лестницу, я услышала, как Кайрос позади споткнулся и выругался на незнакомом языке. Не удержавшись, я злорадно засмеялась. Видимо, общение с Лив на мне как-то сказывалось.

Я пролетела общий коридор и уже через несколько секунд оказалась в женском общежитии. Девушки ойкали и поспешно жались к стенам, чтобы не мешать мне. Разгоряченной рукой я открыла дверь и сразу же закрыла ее за собой. Пот выступил на лбу, к щекам прилила кровь, еще какое-то время я смотрела на дверь, будто ожидая, что она в любое мгновение слетит с петель, пропуская темного духа. Но в коридоре было подозрительно тихо, разве что слышались женские голоса и редкий смех занимающихся своими делами студенток.

Опомнившись, я бросилась к шкафу, откуда вытащила уже опробованный в стенах Мракара свой походный набор алхимика. Я надеялась, что Кайрос не сошел с ума от гнева и не полезет в женское общежитие. Если девушки увидят его в таком неадекватном состоянии, то сразу же побегут за помощью старост и приключения духа в человеческом теле окончатся.

«Буду надеяться, что в нем остались капли здравого смысла», — подумала я, отмеряя нужное количество зеленой пыльцы.

Зелье, которое сейчас готовилось на спиртовой горелке, я придумала вместе с братом. На секунду я застыла, вспомнив о том, как мы работали над рецептом. Сейчас это было неважно, хотя я разрешила себе порадоваться, что детские забавы с реактивами и ингредиентами вылились в нечто полезное, что теперь я могла использовать. Самое важное заключалось в том, что рецепт этого зелья нельзя было найти ни в каком учебнике, а значит, Кайрос не сможет приготовить противоядие, только я сама. Теперь ему от меня не сбежать, но это сильно подпортит наши отношения.

«Ничего, я же само обаяние, придумаю что-нибудь», — рассеянно размышляла я о будущем, больше сконцентрировавшись на кипящей жидкости в колбе.

Последний ингредиент — волосы. Сначала я добавила те, что сорвала с головы Кайроса, а затем выдернула несколько штук у себя. Стоило волосам оказаться в почти готовом зелье, как оно сразу же поменяло цвет и из мутновато-серого приобрело яркий, стальной оттенок. Увидев это, я кивнула, убедившись, что реакция прошла, как надо и зелье готово к использованию. Погасив огонь, я принялась ждать, когда жидкость остынет, а затем перелила ее в тонкую пробирку. Глубоко вдохнув, будто перед прыжком в воду, я вылила все себе в рот, чуть поморщившись от острого вкуса. Оставив жидкость во рту, я закупорила пустую пробирку. Самое легкое было готово, теперь нужно переходить к более безумной части моего плана.

Глава 21 «Снова скованные»

Я двинулась к двери. Подавив в себе страх того, что увижу Кайроса прямо за порогом и он набросится тут же набросится на меня, я открыла дверь и вышла в коридор. Ничего подозрительного. Помня, что Кайрос мастер иллюзий и может в любой момент ко мне незаметно подобраться, я крепко сжала пустую пробирку, чтобы он не смог выбить ее из моей руки. Я двинулась прочь из общежития и вышла в общий коридор.

Кайрос ждал меня здесь. Он стоял у лестницы, будто отрезав мне путь к побегу, и смотрел на меня исподлобья. Его губы были крепко сжаты, а по лицу иногда гуляли желваки, весь его вид сулил мне серьезные разборки. Увидев меня, он выпрямился и сделал шаг вперед.

— Что ты натворила? — разделяя слова, спросил он.

Мне не пришлось отвечать потому, что дверь мужской общаги открылась, пропуская небольшую компанию парней. Они были одеты в повседневную одежду, наконец, освободившись от фиолетовых пиджаков и тугих галстуков. Кайрос поджал губы и, сдерживая раздражение, дождался, когда они пройдут мимо. Я продолжала со смущенным видом стоять у женской общаги, будто невзначай убрав руки за спину. Конечно, Кайрос это заметил и напрягся.

— Медленно покажи свои руки, — потребовал дух.

Я поколебалась, будто надеясь, что кто-нибудь снова выйдет в коридор и отсрочит дальнейшие события. Кайрос в нетерпении приблизился ко мне и схватил за локоть, силой заставляя меня показать ему руку. Я замотала головой, пытаясь высвободится, но он практически сразу заметил пробирку, торчащую в моем кулаке. В эту же секунду я разжала пальцы и пробирка полетела вниз, Кайрос инстинктивно попытался ее схватить, а я, воспользовавшись его замешательством, рванула прочь, к спасительной лестнице.

— Нет! Только не снова! — разнеслось громогласно за моей спиной.

Стоило отдать Кайросу должное, он быстро учился. Если в первый раз я без проблем оторвалась от него, то теперь он справлялся с бегом гораздо лучше. Я слышала его дыхание, настолько дух держался близко, пару раз ему почти удалось схватить меня за волосы. Но лестница быстро кончилась и я запетляла по просторному залу, будто заяц. Я бежала то в одну сторону, то в другую, то ныряла за колонну, затем обегала ее и неслась к следующей. Холл оказался довольно оживленный в это время. Студенты подбадривали нас выкриками, а кто-то уже делал ставки, решая, кто победит в этих догонялках.

Скрывшись за одной из каменных колонн, я вдруг поняла, что Кайрос меня больше не преследует. Выглянув из-за нее, я увидела лишь веселую толпу студентов.

— С другой стороны! С другой! — со смехом кричали мне какие-то парни.

Кайрос действительно обошел колонну и набросился на меня сзади. Я чуть не вскрикнула, почувствовав руки на своих предплечьях. Он резко развернул меня к себе лицом, стиснув так сильно, что теперь мне некуда было деться. Надо мной навис разъяренный дух, его ноздри раздувались от тяжелого дыхания, а в глазах плясали молнии. Безвыходная ситуация, к которой я стремилась. Я встала на носочки и прижалась к его губам. Это нельзя было назвать поцелуем, уж больно он был стремительный и неожиданный. Но я и не хотела чувственных лобзаний, мне было достаточно выплеснуть ему в рот немного зелья. Кайрос, который все еще сжимал мои руки, резко оттолкнул меня. Зелье брызнуло нам на подбородки, оставляя жгучие следы.

— Уху! Счастливый конец! — вопили студенты, рукоплеская нашему романтичному воссоединению.

Кайрос растерялся лишь на мгновение, а затем стал отплевываться, но практически сразу понял, что это бессмысленно, ведь часть эликсира он уже проглотил. Резким движением вытерев рот, Кай мрачно уставился на меня.

— Отличная работа, Анет, ты перехитрила духа обмана, — фыркнул он. — Есть повод для гордости. А теперь скажи, какого черта ты со мной сделала?

— Сковала нас, — вытирая губы, ответила я.

Из Кайроса вырвался нервный смешок, он принялся лохматить волосы на затылке, покрутился на месте, будто пытаясь что-то сообразить.

— Нет, я не верю, — наконец, выдал он. — Не припомню такого зелья.

— Я — талантливый алхимик, — пожала я плечами. — А если хочешь проверить, то отойди от меня подальше.

Дух снова фыркнул и быстро зашагал по холлу, я видела, что, чем дальше он уходил, тем спокойнее и ровнее становилась его походка. Видимо, он подумал, что ничего не сработало, но ровно на двадцатый шаг я почувствовала ощутимое натяжение на своей кисти, а до уха донесся звон металла. Опустив глаза, я увидела, что мою руку сжимает полупрозрачный браслет, будто из железа. От него тянулась тонкая цепь, такая же призрачная и невесомая, что и браслет, уже через метр она и вовсе пропадала. Найдя взглядом Кайроса, я поняла, что он тоже сейчас видит цепь. Он дернул скованной рукой, и я тут же почувствовала, как непроизвольно дернулась моя кисть в ответ. Кайрос уставился в потолок, прикрыв глаза, а затем пошел обратно ко мне, шепча какие-то проклятья.

— Ты спятила? — нависнув надо мной, процедил он. — Что это за магия? Снимай.

— Не сниму.

— Ты проверяешь мои нервы на прочность? Если бы я только мог, то свернул бы твою тонкую шею прямо сейчас. Лишь договор спасает тебя от смерти. Я просто не могу поверить в это, человек посмел пленить меня! Снова!

— Тихо! — шикнула я на него, покосившись на студентов, что еще поглядывали на нас, надеясь на развитие драмы и новые представления.

Кайрос клацнул челюстями, заставив себя закрыть рот, я даже услышала пугающий скрип зубов.

— Ты сам виноват в том, что я это сделала.

— Не смей, — прошипел дух.

— Ты обманывал меня и постоянно где-то пропадал, в то время, как убита студентка, — продолжала шепотом вдалбливать я ему свою точку зрения. — По-твоему, я должна была просто спокойно наблюдать и дальше? Я не хочу быть виноватой в новых смертях.

— В который раз я повторяю тебе, что это не я!

— Найдем убийцу и я сниму цепи.

Кайрос резко вдохнул, борясь со своими эмоциями.

— Будем расследовать вместе и на этот раз тебе от меня не отмахнуться. Хочешь ты или нет, но мы будем вдвоем.

Кайрос вдруг взял меня за руку и повел к лестнице, видимо, направившись в сторону общежития.

— Что ты делаешь? — растерялась я, чувствуя, как его пальцы переплетаются с моими.

— Привыкай, — прошипел он, притягивая меня ближе. — Теперь ты не сделаешь ни шага без меня. И я — без тебя. Разве не романтично?

— Нет-нет-нет, — я попыталась выбраться из его пальцев, но Кайрос держал меня слишком крепко. — Мы — друзья, забыл?

— А что такое? — издеваясь, Кайрос выпятил нижнюю губу. — Боишься, что о нас подумают? Что мы вместе? Неужели, ты не переживешь? Ах да, это не понравится твоему мальчишке с щенячьими глазками, он будет не в восторге от того, что около тебя постоянно крутится такой тип, как я. Жаль, а ведь он только набрался храбрости.

— Не смей! — вздрогнув, воскликнула я. — Марк тут вообще ни при чем!

— А это уже я буду решать! — Кайрос метнул в меня разозленный взгляд. — Я не могу тебя и пальцем тронуть, как и других студентов, впрочем. Буду отыгрываться на чем-то другом. Твой мальчишка вполне сгодится. Давай разобьем ему сердце, Анет? Зато найдем убийцу. Видишь ли, — он с интересом стал перебирать мои пальцы, каждый по отдельности. — За все нужно платить.

Глава 22 «Никогда не стать взрослым»

Я старалась лежать и не двигаться, чтобы не издавать лишнего шума. Мне казалось, что, если я сольюсь с интерьером, то Кайрос перестанет сверлить меня глазами, от которых по спине бегали мурашки. Спасало лишь то, что скоро нужно было ложиться спать — можно будет укрыться с головой, отгородившись одеялом от раздраженного духа

Кайрос тем временем обустраивал свое «гнездышко» Он где-то нашел мягкие подушки и теперь они были разложены, вместо моих вещей на дне стеклянного гроба. Затем он, наконец, переоделся. Я тактично отвернулась к окну и, услышав, как в угол комнаты приземлился ворох одежды, глянула на темного. Кайрос у кого-то украл черную, обтягивающую майку, что неплохо смотрелась на его точеной фигуре, а еще свободные, спортивные брюки такого же цвета. Этот домашний образ шел ему даже гораздо больше, чем чопорная, фиолетовая форма. Особый шарм придавали вечно растрепанные волосы, падающие ему на глаза и разнообразные шрамы.

В общежитии стало тихо, многие уже спали, а Кайрос принялся ходить по моей комнате, открывая ящики, нагло копаясь там, будто дикий енот, дорвавшийся до мусорки.

— Кай, — осторожно позвала его я потому, что мне не хотелось провоцировать новую ссору. — Что ты ищешь?

Дух лишь фыркнул и швырнул учебник на кровать.

— Можешь быть аккуратнее с моими вещами? — я сжала зубы, пытаясь сохранить вежливость.

Всплеск раздражения не заставил себя долго ждать.

— Твоими? — буркнул он, даже не повернувшись ко мне. — Твоя магия — это на самом деле моя магия. Твоя комната — также и моя комната, а значит и твои вещи — тоже мои вещи.

Наконец, он открыл ящик с ворохом пергамента и вытащил несколько десятков шуршащих листов, к ним прибавились перо и хрустальная чернильница. С таким набором типичного мракарского студента, Кайрос занял мой стол и принялся что-то быстро писать.

— Что ты делаешь? — удивленная его поведением, не удержалась от вопроса я.

Спина Кайроса напряглась, будто я ткнула его чем-то острым.

— Ложись спать, — посоветовал он мне и снова зашуршал пером по пергаменту.

— Какие мы секретные, — пробурчала я и попыталась забыть о его существовании.

Это было не так уж сложно, занявшись делом, дух перестал источать смертельную обиду, которую можно было почувствовать кожей. Я, наконец, расслабилась и задумалась о своем. Мысли о странных событиях, происходящих в академии, быстро уступили тем, что беспокоили мое сердце. Кинув подозрительный взгляд на духа и убедившись, что он не обращает на меня внимания, я вытащила кулон Марка, который он мне сегодня подарил. Проведя пальцем по гладкой поверхности сердца, я едва не расстроилась, увидев, что он не расцвел золотыми линиями, как обычно.

«Нужно же думать о чем-то приятно! Марк…»

Стоило этой мысли промелькнуть в моей голове и кулон откликнулся, показав свои сияющие узоры. Подарок действительно получился особенным, к тому же он становился еще красивее, когда я думала о том, кто мне его сделал. Может Лив права и это намек на большее?

— Ну и глупая у тебя физиономия.

От насмешливого голоса Кайроса мои пальцы вздрогнули и кулон свалился на одеяло. Я метнула в него сердитый взгляд и надулась.

— Но такое происходит со всеми влюбленными, — сидя, развернувшись ко мне лицом, продолжал дух комментировать с видом эксперта. — Наслаждайся, пока можешь. Дай угадаю, о чем ты думаешь. Сегодня он подарил мне сердце, а завтра позовет на Оборотный бал. Впрочем, последнее меня бы не удивило.

— Ты правда думаешь, что он позовет меня на бал? — жадно спросила я.

— Ну конечно, это романтично и ожидаемо одновременно.

— Но ты не позволишь нам пойти на бал, да? Или ты хочешь по-другому испортить наши отношения? — я подняла кулон, стараясь говорить ровно.

— Я люблю импровизировать. Уверен, вдохновение посетит меня, как только вы двое устроите очередную сцену с томными взглядами. И хоть сейчас ты не способна этого понять, но когда-нибудь ты скажешь мне за это «спасибо».

Закончив загадочную тираду, он снова повернулся к столу, оставив меня с раскрытым ртом.

— Спасибо? — я даже приподнялась на кровати.

— Ну конечно. За годы, проведенные в головах первокурсников, я наблюдал множество людей и их мыслей. Теперь я прекрасно разбираюсь в смертных и могу с уверенностью сказать, что вы двое друг другу не подходите. Просто пока ты не можешь этого осознать ввиду своей юности и неопытности.

— Я знаю Марка много лет! — мне не хотелось вступать в этот не имеющий смысла спор, но предмет обсуждения был для меня слишком трепетен, поэтому я невольно втянулась в дискуссию. — Мы поддерживали друг друга в самые тяжелые моменты и у меня нет друга ближе, чем он.

— Любить человека гораздо сложнее, чем дружить с ним, — философски заметил Кай. — Хочешь знать мое мнение?

— Изволь, раз начал.

— Марк — самый обычный парень, а тебя в голове непорядок, — продолжая что-то писать, разглагольствовал темный. — Ты ему только нервы испортишь, а если перестараешься, то и жизнь. Отстань от него, пока ничего страшного не случилось.

Я резко сбросила одеяло — в комнате внезапно стало душно.

— Это просто бред какой-то, ты так говоришь только, чтобы сделать мне больно. Я вообще не вижу смысла разговаривать с тобой после того, как сковала нас. Ты же кипишь от злости, у тебя в мыслях одно — ударить меня в самое слабое место.

Перо в пальцах духа остановилось.

— Я зол, но не на тебя, — вдруг признался он.

В этом голосе прозвучал намек на мягкость, чего от Кайроса слышать не приходилось, поэтому я невольно затихла.

— Я могу понять твои мотивы. Ты сковала меня не из ненависти ко мне, а потому, что считаешь, что я могу причинить кому-то зло, хоть это и неправда. Благородная жертвенность не частный гость среди людей.

— Ты сказал, что мог бы свернуть мне шею, — напомнила я.

— Юношеская импульсивность, — он дернул плечом и снова заскрипел пером.

От его объяснения из меня вырвался смешок, который я не успела даже прикрыть рукой.

— Юношеская? — улыбаясь во весь рот, повторила я. — Кайрос, сколько тебе лет? Пятьсот? Может восемьсот? Для духа это что, детский сад?

— Нет, даже для духа у меня приличный возраст.

— Тогда к чему здесь приплетать юность?

— Духи связаны с людьми гораздо глубже, чем ты думаешь. Мы питаем друг друга во всех смыслах. На воле… В своем обычном состоянии духи заключают сделки с разными людьми, а те в свою очередь могут дожить до самых преклонных лет. Мы впитываем их жизненную энергию, даже некоторые мысли и опыт. Когда я очутился в Мракаре, то был очень молод, а затем столетиями питался силой семнадцатилетних первокурсников, и будто бы застыл в одном состоянии.

— Ты хочешь сказать, что в некотором смысле остался того же возраста?

— В каком-то — да. Я узнал многое, но так и не перерос свои глупости. Мне никогда не повзрослеть.

От последней фразы у меня пробежали мурашки по коже. В ней было столько печали и одиночества, столько незнакомого мне Кайроса, что внутри все сжалось от странного чувства. Каково это жить так, как он? За столько лет он смог подружится хоть с кем-то? Впрочем, какая разница, ведь спустя год обучения, его передавали совершенно другому человеку, наверное, в один момент он понял, что лучше не привязываться даже, если очень хочется. А как же другие темные духи? Все они обитают в мире Морока, бездонном зеркале, где нет ничего хорошего, только тьма и пепел. Да, окружение неприятное, но может зато это отличное время пообщаться со своими собратьями-духами?

Во мне что-то зачесалось, похожее на любопытство, мне хотелось точно знать, что в жизни Кайроса не все так беспросветно и в его бесконечно долгой жизни найдется лучик светлого, похожего на надежду.

— А у тебя есть друзья? — выпалила я. — Хоть кто-то? Может, среди духов?

Перо перестало шуршать, а спина Кайроса окаменела.

— Спи, Анет, — только сказал мне дух.

Глава 23 «Королевские ищейки»

Мне снилось одно из самых приятных мест на земле: наша домашняя лаборатория. Я видела привычный, каменный стол, горелки, ряд блестящих, только что отмытых пробирок, за спиной виднелись винные бочки с небольшими краниками. Папа расхаживал подле них, отпивая буквально глоток из каждой, проверяя вкус и магические эффекты.

— Анет, моя маленькая звездочка, ты только посмотри на цвет! Шарлаховая ветвь в этом году особенно хороша! А я тебе говорил, что ей только на пользу обильные дожди! А ты все твердила: «Слишком водянистая! Слишком водянистая!». Слушай своего папу, звездочка, я хоть и старик, но в моей голове что-то да есть, — и он громко рассмеялся, утирая седые усы.

Мне так хотелось ответить папе, что шарлаховая ветвь дала такой хороший урожай только благодаря западному склону виноградника, где солнце светит дольше, а река находится дальше всего, когда вдруг…

Ледяной холод пронзил меня до костей, резко выдернув из сладкого сна. В первое мгновение я никак не могла понять, где нахожусь. Ноги задубели от неласкового сквозняка, да и лежала я не на мягкой подушке, а скрючилась на чьих-то руках. Вокруг было темно и холодно, а еще слышался звон падающих капель.

— Что это? Где я? — я попыталась пошевелиться, но руки сжали меня еще сильнее.

— Тише, Анет, ты же не хочешь свалиться прямо на пол? — шикнул на меня Кайрос.

Я замерла, наконец, осознав, что происходит. Он забрал меня спящую из кровати и теперь завел в отдаленные уголки замка. Места были совсем незнакомые и уж больно глухие: вокруг не было ни единого факела, лишь сырость и мрак старинных коридоров.

— Ты что, украл меня?

— Нет, просто мне нужно было срочно уйти, но как это сделать, когда ты висишь на мне мертвым грузом?

Кайрос был одет в свою пижаму, впрочем, я тоже все еще щеголяла в своей белой сорочке до колен. Она была из легкого и нежного материала, который совсем не годился для прогулок по каменным коридорам Мракара.

— Почему не разбудил? — стараясь неловко отдалиться от духа, возмутилась я.

— Будь добра, сиди спокойно, пол холодный, я-то уже привык, а тебе он не понравится. Слушай, я ищу чужака, как и обещал, поэтому расставил в укромных местах, где он может появиться, метки. Они передают мне сообщения, если кто-то потревожит их. Одна из меток сработала, поэтому я поспешил проверить. Идти нужно было немедленно, и я не стал тебя будить потому, что пришлось бы тратить время на объяснения, уговоры, а потом ты бы еще переодевалась. А время дорого.

Рассказывая все это, Кайрос продолжал вышагивать по темному коридору.

— Отпусти меня, — потребовала я.

— Как хочешь, — не стал сопротивляться дух.

Оказалось, в его руках было довольно тепло, ведь стоило мне ступить на пол, как меня всю пробрало до мурашек от холода. Я не знаю в какие дебри он меня завел, но полы были ледяными, а сорочка никак не спасала от сквозняка. Я обхватила себя руками и заскакала на носочках, на что Кайрос бесцеремонно схватил меня за руку и потащил в темноту.

— Отстань — я попыталась затормозить на пятках, но лишь скользила по гладкому камню.

— Ты что, хочешь здесь потеряться? — его голос стал резким. — Не вредничай, а еще лучше замолчи. Мы не одни.

Его тон не оставлял пространства для возражений. Я стиснула зубы, сосредоточившись на звуках. Сначала — лишь эхо наших шагов. Потом… неясные звуки в глубине коридора, и вскоре они превратились в отчетливое лязганья нечто железного о камень.

Кайрос приложил палец к губам, и стал красться, продолжая держать мою ладонь. Пришлось последовать его примеру. Совсем скоро к странным звукам прибавились мужские голоса, но слов пока было не разобрать. В конце коридора замаячил свет, вскоре мы вышли к нему и прямо за поворотом обнаружили группу людей. Я чуть не ахнула, подумав, что нас сейчас заметят, но мужчины даже не глядели в нашу сторону, видимо, Кайрос замаскировал нас магией.

Осознав, что бояться нечего, я с любопытством стала рассматривать компанию, что собралась здесь. Тут было несколько мужчин в незнакомой, черной форме: длинные сюртуки, высокие, начищенные сапоги и военные фуражки выдавали в них королевских служащих. Они стояли с мрачными и серьезными лицами, коротко переговариваясь друг с другом.

— Это королевские ищейки, — Кайрос говорил так тихо, что коснулся губами моего уха.

Дыхание духа обожгло меня, заставив невольно вздрогнуть.

«Потерпи, Анет, если нас услышат, то будет плохо», — мысленно взмолилась я.

Вдруг среди черных силуэтов выглянул знакомый костюм-тройка, а также безукоризненная прическа.

«Ректор Терес!» — мысленно ахнула я.

Он о чем-то переговаривался с одним из ищеек, тревожно поглядывая на странное место в стене.

Именно возле него и собралась эта загадочная компания. В стене виднелось небольшое углубление, в нем вполне могла уместиться небольшая дверь. Около углубления сами собой летали различные инструменты, тут были и кирка, долото с молотком, но еще приспособления гораздо более тонкие в использовании. Кирка уже валялась на полу, видимо, выполнив свою задачу, а долото с молотком выдалбливали небольшой участок.

— Стоп! — властно произнес один из мужчин в черном и инструменты тут же свалились на пол.

Мужчина подошел ближе, выковырял из стены несколько камней, а затем кивнул другим инструментам, что замерли в воздухе. Те, как понятливые помощники, приступили к работе. С виду они представляли из себя тонкие, однообразные палочки, и лишь только приглядевшись, я заметила, что на концах у них разные узоры.

«Это что, отмычки?» — подумала я.

— Вы уверены, что он был здесь? — тем временем спросил Терес. — Посмотрите на врата, они выглядят нормально.

— Он умеет заметать следы, — ответил один из «черных», так я мысленно назвала ищеек. — Дверь закрыта, но ловушка сработала. Ошибки быть не может.

Я с любопытством рассматривала всех, кто столпился у так называемых врат. Терес сложил руки на груди и раскачивался на месте, выдавая тем самым свою тревогу. Не удивительно, если он не решит проблему с чужаком, то может и вылететь со своего теплого места. Я даже посмотрела на Кайроса и невольно задержала на нем взгляд. Он тоже выглядел сосредоточенно, будто эти самые врата каким-то образом касались и его.

«Интересно, куда они ведут?» — задумалась я.

Тут в стене громогласно щелкнуло, я подскочила на месте, а мужчины даже бровью не повели. Камень в углублении стены пошел трещинами, а затем дрогнул и осыпался, открыв обычную, деревянную дверь, правда, такую древнюю, что ее петли позеленели.

Дверь открыли и двое мужчин из трех в черной форме пробрались внутрь. Они провели там всего несколько минут, а вернулись с такими же непроницаемыми лицами, разобрать по их выражениям ничего было нельзя.

— Как мы и предполагали, ваш незваный гость добрался только до первой ловушки. Тела не обнаружено, но остальные силки в порядке, значит, дальше он не прошел.

— Погодите, это что значит? — Терес потер переносицу и продолжил. — Этот бродяга смог взломать врата, попал в первую же ловушку и сбежал? В чем смысл? Может он был ранен и потому не продолжил путь?

— Следов крови нет, — механически доложил второй ищейка.

— Чую, дело тут не только во вратах, — авторитетно заявил третий ищейка, что в загадочный проход не ходил, но вид у него был такой уверенный и проницательный, будто он знал гораздо больше тех, кто видел, что там за вратами своими глазами.

Как по заказу из темного коридора выскочила декан лекарского факультета, еще более нервный и потный, чем обычно.

— Господин ректор! — воскликнул он, пуча глаза от страха.

— Что случилось, Эстен? — спокойно спросил Терес.

— Ваш кабинет! Проникновение! — кидался декан короткими фразами, пытаясь отдышаться между ними.

Королевские ищейки быстро обменялись взглядами, а самый уверенный из них, спросил.

— Кто-то проник в кабинет ректора Тереса, обойдя защиту?

Эстен, хватая ртом воздух, кивнул.

— Что-нибудь пропало? — продолжил допрос «черный».

Теперь Эстен остервенело закачал головой, затем подумал и добавил.

— На первый взгляд все в порядке. Но я лишь мельком осмотрелся.

— Это был отвлекающий маневр, — хмыкнул все тот же «черный». — Ваш гость играет с вами. Видимо, в кабинете хранилось что-то очень важное.

— Там полно редких артефактов, — задумчиво поглаживая идеально подстриженную бороду, ответил декан. — Чужака могло привлечь, что угодно. Нужно немедленно осмотреть каждый угол, а чтобы этот ублюдок не сбежал, запечатать замок. Никто не покинет его, пока нарушитель не будет найден.

— Как скажете, — ответил ему главный среди среди троицы ищеек. — Но я вижу большую проблему.

— Помимо того, что злоумышленник убил студентку и шныряет там, где не положено? — поджав губы, едко спросил ректор.

— Нет, я про катакомбы, — даже не обратив внимания на сарказм Тереса, продолжил спокойно мужчина в форме. — Вашему гостю известно о подземных ходах.

— Это не новость, даже среди студентов ходят слухи о подземельях Мракара.

— Да, но никто из ваших студентах не знает о вратах, а ваш гость знает. Более того, он смог открыть дверь.

— Дверь — это только пол дела, — чуть подняв подбородок, заявил Терес. — Мои преподаватели постарались над лабиринтом и ловушками. Никому не пройти дальше пяти шагов от порога.

— Ваш гость уже показал, что очень способен. Я бы не стал рисковать. Нужно отсечь эти врата от катакомб.

Стоило ему это произнести и я почувствовала, как дрогнула рука Кайроса.

— Если вы так считаете, то я даю свое согласие, — кивнул Терес. — Теперь будет даже больше ресурсов для охраны оставшихся двух.

Двое «черных», что молчали все это время, твердым шагом направились к открытому проходу и снова скрылись в нем. Через несколько секунд я услышала оглушительный грохот, как при камнепаде, пол затрясся, а из прохода повалила пыль и каменная крошка. Я уж было подумала, что ищеек завалило там, но уже через секунду они выбрались в коридор, их сюртуки остались непроницаемо черными, будто даже пыль не приставала к ним.

— Отлично, — кивнул Терес. — Я надеюсь, что скоро вы поймаете этого ублюдка и больше никаких сюрпризов ждать не придется.

— Да, мы займемся поисками прямо сейчас. И еще, господин ректор, по поводу студентов, не хотелось бы, чтобы они мешали нам.

— Конечно, я введу комендантский час. Никто из студентов вас не побеспокоит.

Видимо, мы услышали все, что нам было нужно потому, что Кайрос вдруг потянул меня в сторону и мне пришлось последовать за ним, оставляя за спиной мрачных королевских ищеек с их расследованием.

«Катакомбы! Их серьезно охраняют, наверное, там хранится что-то действительно важное!» — лихорадочно думала я, позволяя Кайросу тащить меня по незнакомым коридорам.

«Неужели, это свет Селарет? Вдруг они хранят его именно там? Тогда понятно, почему Кайрос так отреагировал на то, что они закрывают одни из врат. Но, что делает чужак? Какой у него замысел? Он проник в академию, отвлек ищеек и ректора, чтобы попасть в кабинет Тереса, но для чего? Что он ищет? А может уже нашел?»

Я зашагала быстрее, чтобы идти рядом с Каем и заглянула ему в лицо. Он был так погружен в свои мысли, что даже не заметил моего любопытного взгляда. На его коже выступила испарина, а на лбу медленно пульсировала вена. Видимо, он думал о чем-то важном.

Глава 24 «Обернись!»

Утром мы вместе с Кайросом пошли на уроки, заранее договорившись, что я буду сидеть как можно ближе к стене, за которой дух меня подождёт.— Сидеть на одном месте, как пёс на цепи, — ворчал над ухом Кай.Но каким бы хмурым он ни был, ему пришлось вытерпеть все занятия и слоняться за мной от аудитории к аудитории. Лив сразу же заметила это, хотя поначалу Кайрос пытался держаться позади.— Мне кажется, или этот Кай преследует тебя? — в очередной раз обернувшись и найдя в фиолетовой толпе рослую фигуру духа, тихо спросила меня подруга.— Правда? — как можно спокойнее откликнулась я. — Может быть, это потому, что у него нет здесь друзей, кроме меня?— Да, но ведь он с другого факультета, так чего он трётся на заклинательном? — не сдавалась Лив. — Как-то это подозрительно. Помнишь, что говорил Марк про инструменты? Вдруг он и здесь собрался что-то украсть.— Нет-нет, всё в порядке, я с ним поговорила, он будет вести себя прилично.Лив уставилась на меня долгим, изучающим взглядом, от которого мне стало не по себе.

После занятий мы отправились в старый сад, чтобы по традиции встретиться с Марком. Стоило нам занять деревянную скамейку около заросшего фонтана, как мимо пробежала целая толпа студентов в ярких, зелёных формах, вместо фиолетовых.— Обернись! Обернись! — прокричали они нам и швырнули горсть зелёного конфетти.Вместе с лёгкими, бумажными клочками на нас посыпалась крупная соль.— Эй! — недовольно воскликнул Марк, почувствовав, как камни попали ему за ворот расстёгнутой рубашки.

Зелёная стайка студентов разразилась смехом и бросилась бежать дальше, чтобы доставать других обитателей замка, извещая о том, что началась пора оборотной недели, а значит, совсем скоро наступит Оборотный бал.— Наконец-то! — захлопала в ладоши Лив, восторженным взглядом провожая студентов в зелёном. — Что-то они запоздали в этом году с кличем.— Это из-за декана Сайруса, — нагнувшись к земле, чтобы вытряхнуть остатки соли, поделился Марк. — Декана алхимического, — тут же объяснил он, заметив вопросительный взгляд Лив. — В этом году старшаки алхимического должны заниматься подготовкой к балу, но Сайрус завалил половину потока на последних контрольных. Бедолаги зашиваются с учёбой и репетициями для бала.— Учиться надо, а не настойки гнать, тогда и проблем с Сайрусом не будет, — послышался насмешливый голос Кайроса.

Мы втроём подняли головы и увидели духа, облокотившегося о спинку скамейки.— О, Кай, привет, — лучезарно улыбнулась Оливия, а я даже удивилась, насколько искренней получилась у неё дружелюбная маска, хотя я прекрасно знала, что она недолюбливала тёмного.— Привет, — медленно протянул Марк.

Да уж, а вот моему другу детства надо было поучиться скрывать свои эмоции, а то его улыбка больше походила на оскал.— Что ты здесь делаешь? — закинув ногу на ногу, с ноткой кокетства спросила Лив. — Куда бы мы с Анет ни пошли, ты тут как тут. Разве астрологи в это время не должны спать?— У меня бессонница, — Кайрос одарил её такой же дружелюбной и фальшивой улыбкой. — В это время на моём факультете будто на кладбище, вот я и решил заглянуть к кому-то в гости.— Всегда рады, только держи руки при себе, — мрачно посоветовал Марк.

Кайроса явно позабавили слова моего друга. Он поднял только что упомянутые руки, будто сдаваясь, а в следующую секунду его ладони приземлились мне на плечи.— Идём, Анет, я хочу есть, — заявил он.Лив чуть не поперхнулась, услышав это, и хотела обменяться возмущёнными взглядами с Марком, но тот не моргая уставился на Кая. А вот и долгожданная месть тёмного духа.— Мы можем чуть позже пойти в столовую все вместе, — предложила я, стараясь всеми силами игнорировать неловкость, что повисла между нами.— Я привык есть в приятной компании, — хмыкнул Кай и, наклонившись ко мне, добавил шёпотом: — Вставай или я тебя унесу силой.

Я сжала подол юбки, стараясь контролировать нахлынувшую злость. Пользуется тем, что я не могу устроить разборки при друзьях! Как мне вывернуться из этого разговора так, чтобы Марк ничего такого не подумал? Время шло так быстро, а мысли в моей голове пришли в беспорядок, ничего толкового не вытащить из этой кучи.Я почувствовала, как пальцы Кая сжались на моих плечах чуть сильнее, будто подталкивая к решению.— Идём! Что, у тебя опять нет денег на сладости? — выпалила я, вскакивая со скамейки.

Что ж, у Кайроса уже есть репутация воришки, может, остальные решат, что он таскается за мной только потому, что я сердобольная душа, которая иногда покупает ему вкусности в столовой?— Ребята, встретимся позже, хорошо? — успела я сказать остолбеневшим друзьям, пока Кай, схватив меня за руку, потащил в сторону замка.

Стоило нам скрыться за дверьми, как я выдохнула и прислушалась к тяжело бьющемуся сердцу. Как же мне не нравилось то, что моя тайная сторона жизни соприкасалась с нормальной! Был бы какой-нибудь способ оградить тёмного от моих друзей, то я непременно таким воспользовалась. Но здравый смысл шепнул мне, что я слишком многого хочу в своей ситуации, поэтому стоит довольствоваться тем, что Кайрос ведёт себя более-менее как типичный студент.— Надо было тебе влезать! — ударив духа свободной рукой в плечо, вспылила я.— Я ещё ничего такого сделать не успел, а ты уже кипишь, — фыркнул он. — А ты знаешь, что парней очень мотивирует соперничество? Глядишь, и уже завтра он будет караулить тебя с цветами в каком-нибудь укромном уголке для влюблённых.— Помолчи! — попросила я и затрясла рукой, чтобы высвободиться из пальцев духа.

— Анет, Анет, свет моих очей! — принялся декламировать Кайрос, стиснув мою кисть так, что я чуть не вскрикнула.Он силой раскрыл мою ладонь и приложил её к своей щеке.— Я навсегда запомнил тот миг, когда впервые встретил тебя. Подожди-подожди, вы же были совсем маленькими, когда познакомились? Нет, тогда это не подходит. Вот, смотри, как будет лучше. О, Анет, ты всегда занимала самое важное место в моём сердце, а мои чресла пылают, когда я думаю о тебе…Я выпустила воздух сквозь сжатые зубы, а Кай принялся жевать губу.— Что? Про чресла уже не говорят? Тогда…

Я со всей силы ухватила его за щёку, будто пытаясь оторвать от неё маленький кусочек.— Что ты делаешь? Это же не романтично! — капризно проскулил Кайрос.Он попытался отбросить мою руку, но я уже крепко вцепилась, не жалея его лица.— Что такое? Где чувственные признания? — со злорадным торжествованием воскликнула я.

Кайрос дёрнулся, и в следующее мгновение я почувствовала, как он вцепился мне в ладонь. Острые зубы, что сжались с ощутимой силой, чуть не прокусили кожу до крови. Я взвизгнула и отпустила духа.Мы несколько секунд стояли, сверля друг друга злыми взглядами. Я потирала руку, на которой остались чёткие следы зубов, а Кайрос красовался с красным пятном на щеке.— Я не стану покупать тебе сладости, — погрозила я и пошла дальше к столовой.— Мне не нужны подачки, — фыркнул Кайрос.— Что, опять заколдовал камни?— Нет, я просто заработал деньги, — в подтверждение своих слов он вытащил из кармана небольшой мешочек, в котором зазвенели монеты.— Откуда? — поразилась я. — Ограбил кого-то?— Нет, в отличие от некоторых у меня есть мозги, — закатил глаза тёмный.— Что-то я сомневаюсь.— Смотри.

Он вытащил из нагрудного кармана сложенный лист пергамента. Развернув его, он продемонстрировал кривоватые схемы и строчки заклинаний, написанные очень мелким, убористым почерком.— Это что? — пытаясь вглядеться, спросила я.— Это ответы на ближайшую контрольную для заклинательного факультета, — самодовольно ухмыльнулся Кайрос. — Продал несколько штук, пока ждал тебя в коридоре. Я жил здесь слишком долго и запомнил все учебные программы каждого факультета.— Но только первый курс? — приподняла я одну бровь.— Да, только первый.— Не думал послушать лекции для второго курса? Глядишь, и получишь полноценное образование.— Мне человеческая магия не нужна, она слишком ущербная.— Прямо как твоё чувство юмора, — пробубнила я, но Кайрос метнул в меня недобрый взгляд, и я поспешно вошла в столовую, чтобы дух не укусил меня или не натворил чего похуже.

В столовой было полно студентов, поэтому мы с трудом обустроились за отдалённым столом, заняв два свободных места рядом. Кайрос накупил себе булочек с шоколадом и, игнорируя кухонных духов, которые принесли жаркое с картошкой, принялся уплетать выпечку.

В самый разгар обеда в столовую ворвалась уже знакомая мне компания студентов в зелёной форме.— Обернись! — закричали они, разбрасывая конфетти.

Глядя на то, как молодые люди в зелёном наводят хаос и суету, закидывая соль обедающим в чай, во мне пробудилось любопытство.— А ты пойдёшь на бал?— Если ты пойдёшь, — проглотив кусочек булки, проворчал Кайрос.— Ах да, точно, — неловко улыбнулась я. — Тогда тебе нужно будет достать костюм.— Не заморачивайся, Анет, мне хватит иллюзии, — он затолкал большим пальцем себе в рот целую булочку, прожевал её, а затем спросил: — Ты ведь пойдёшь? Я видел у тебя в шкафу пышное платье. Интересно, как Терес поступит с комендантским часом, который он ввёл в Мракаре? Обычно бал заканчивается очень поздно.— Может, он сделает исключение ради праздника? — с надеждой протянула я.— Хочешь танцевать до кровавых мозолей на пальцах? Оборотный бал каждый год, хорошенько повеселишься в следующий раз.— Первый бал — самый особенный, — возразила я. — По крайней мере, мне хочется, чтобы он был особенным.— Просто музыка, просто танцы, — пожал плечами Кай.— Так может показаться, если ты смотришь со стороны, но не принимаешь участия, — возразила я. — Может, если ты найдёшь для себя пару, то бал пройдёт гораздо интереснее.— Пару? — развеселился Кайрос. — Зовёшь меня на бал?— Зову, но не в том смысле, — поспешно поправила я себя.— Да-да, ты сидишь и ждёшь, когда Марк наберётся храбрости и сделает первый шаг. Позови его сама.— Позвала бы, но над ним могут начать смеяться.— Ну, если он испугается и ничего не сделает, у тебя всегда есть запасной вариант.— Ты? — хитро глянула я на духа.

Он застыл с булочкой в руке.— Нет, конечно. Я про Лив.— Девушки не ходят на бал парами.Кайрос нагнулся ко мне и ударил по носу откушенной булкой.— Нельзя быть такой глупой и догадливой одновременно, Анет. Выбери что-то одно. Я имел в виду, что у Лив целая гвардия ухажёров, она вполне может с тобой поделиться.— Точно, любвеобильная гвардия Лив, — хмыкнула я.— Она девушка не жадная, отдаст тебе какого-нибудь бракованного.— Самого низкого, — предположила я.— И старого.— Без зубов.— Зато со сварливой женой и детьми.— Детьми, которым я сама гожусь в дочери.

Мы засмеялись, довольные страшной картиной, что у нас получилась. Хорошо, что Лив не слышала — она бы обиделась, узнав, как мы представляем её кавалеров. Стоило нам отсмеяться и выдохнуть, я вдруг поймала себя на мысли, что уже не опасаюсь Кайроса. Он древний дух, которого мне навязали против воли, но раньше его образ рисовался гораздо страшнее, почти чудовищным. Но стоило с ним поговорить, и он кажется очень даже понятным. Жаль, что мы не можем общаться или даже дружить. Я должна всегда помнить о том, что Кайрос ненавидит Мракар и хочет отсюда сбежать.

«Кто угодно бы сбежал», — пришла мне в голову мысль, пока я молча разглядывала аппетитное мясо на своей тарелке. «Разве это можно назвать жизнью? Скорее, эксплуатация, даже больше — рабство».

А если у меня был способ освободить Кайроса? Освободить так, чтобы мой отец не пострадал, чтобы я была уверена, что вне замка дух никому не причинит вреда, я бы помогла ему сбежать?

«Нет-нет», — я даже покачала головой. «Он может использовать мою же стратегию: сблизиться, чтобы запудрить мозги. Даже если это и не так, он всё равно остаётся тёмным духом, древним существом, что в былые дни пытался уничтожить человечество. Уничтожить…».

Я украдкой посмотрела на Кайроса, что беззаботно ел булочки и наблюдал за тем, какой кавардак устраивали студенты в зелёном.

В душе поднялись странные, противоречивые чувства, и я поспешила взяться за еду, будто так я могла отвлечься от них.

Глава 25 «Оборотная неделя»

Перед Оборотным балом в Мракаре все оживилось. Повсюду развесили ярко-зеленые флажки, в воздухе кружились блестки, оседая на волосах студентов и страницах учебников, а в каждой аудитории появился серебряный чан, доверху наполненный крупной солью. Традиция Оборотной недели уходила корнями так далеко, что никто не мог точно сказать, в какой момент она появилась. У каждого факультета была своя легенда возникновения студенческого праздника и на балу разыгрывалось представление по той или иной истории, в зависимости от факультета, который отвечал за постановку. В этом году такая честь досталась алхимикам, а по их заверениям, Оборотный бал появился из-за всякого рода нечисти, что просочилась в замок еще во времена войны, воспользовавшись трещиной в крепостной стене. И какие только существа не скрылись в глубинах Мракара, спасаясь от сражений, что сотрясали земли. Нечисть была слишком слабой, чтобы дать отпор людям и сохранить свои дикие леса, вместо этого они решили спрятаться и приспособиться. Крупицы своей магии нечисть применила для того, чтобы сменить свой звериный облик на человеческий. И хоть они стали выглядеть, как люди, говорить, как люди, внутри они остались темными существами, что заманивали потерявшихся путников в глухие места, чтобы поживиться теплым мясом. В замке стало небезопасно, кто знает, кто притаился под темной лестницей: твой друг или сущность, что лишь примерила его маску? Но был верный способ вычислить зло — соль. Если сердце съедали сомнения, человек перед тобой или тварь из диких лесов, стоило показать ему за спину и воскликнуть: «Обернись!». Отвлекшись, тот оборачивался и ему в спину бросали горсть соли. Соль обжигала лесную тварь, выдавая ее истинный облик. По этой легенде с помощью чанов с солью, что расставили по всему замку, так и получилось изгнать нечисть, а трещину в крепостной стене хорошенько залатали, чтобы больше никто чужой не проник. В память об этих днях стала праздноваться оборотная неделя, что кончалась Оборотным балом, на который нужно было обязательно явиться в особенном костюме.

В следующем году за бал отвечали некроманты. У них был особенный подход, который не всем приходился по душе. Ходили слухи, что на одном таком балу пропал студент и в последний раз его видели в Мертвой башне. Что с ним сделали? Никто не знал. Но до следующего года мне еще нужно было постараться дожить.

Оборотная неделя тянулась мучительно медленно, и виной тому были вовсе не скучные лекции или сложные практические занятия. Причиной стал Кайрос, который теперь преследовал меня по пятам, словно тень, и как бы Лив не пыталась избавить меня от его компании, дух всегда находил отговорки остаться со мной. Подруга была так разозлена его прилипчивостью, что день ото дня цапалась с ним все ожесточеннее, а о важных вещах разговаривала со мной только на занятиях, обмениваясь записками.

«Что угодно, лишь бы Кай не грел свои уши!» — делилась она со мной и без конца недоумевала, почему я не прогоню взашей этого странного парня с астрологического.

— Он симпатичный, ладно, может больше, чем просто симпатичный, но ты разве не замечаешь, сколько он недоговаривает? Вечно разбрасывается странными намеками, — жаловалась она.

Их словесные перепалки превратились в своеобразный ритуал — Лив метала язвительные колкости, а Кайрос парировал их с убийственной точностью. Но если подруга хотя бы пыталась сохранять видимость приличия, то Марк и вовсе не скрывал своей неприязни. Стоило Каю показаться ему на глаза, как у моего друга детства мгновенно портилось настроение. Он становился неразговорчивым и мрачным, следил за каждым движением темного и воспринимал в штыки любую его шутку. Кайроса только забавляла вспыльчивость Марка. Он пользовался его пасмурным настроением, медленно доводя его до опасной точки кипения и останавливался только тогда, когда Марк мог взорваться в любой момент и броситься в драку. Но каждый раз границы дозволенного Кайроса расширялись, лишь чудом не случилось открытой ссоры и только потому, что я без устали сглаживала углы и уводила с собой темного, если словами поправить ситуацию было уже нельзя.

«Сколько это будет продолжаться?!» — думала я.

Я знала, что Кайрос может найти общий язык с моими друзьями, но не делал этого только из вредности, припоминая мне выходку с цепями, что я устроила. Но меня радовало хотя бы то, что он перестал открыто заигрывать со мной при Марке, будто ему разонравилась эта идея. Наверное, он придумал что-то похуже.

После уроков мы засели в одном из самых приятных мест академии — в столовой. Кухонные духи решили нас побаловать, поставив перед нами огромную тарелку с аппетитным пирогом. Он был украшен крупными ягодами клубники и замысловатыми вензелями из теста. Мы с Кайросом съели половину на двоих, когда мою голову кто-то схватил. Я вздрогнула, но пирог был уж очень вкусным, поэтому сначала достойно прожевала кусок, а уж потом подняла голову.

— Я смотрю, тебя невозможно оторвать от трапезы? — хмыкнула Лив и плюхнулась рядом со мной.

— Пирог не трогать, — мгновенно приказал Кайрос.

— Отлично, раз ты так занят десертом, то не сильно расстроишься, если я заберу Анет ненадолго, — предложила моя подруга.

Кайрос, не отрывая от нее взгляда, медленно покачал головой.

— В смысле «нет»? Почему это «нет»? Анет, ты мне нужна! Уходим! — мгновенно взорвалась она и, вскочив, схватила меня за руку.

— Мы не доели, — авторитетно заявил дух.

— Почему ты решаешь за двоих? Анет, что он себе позволяет? Я чего-то не знаю? Он на самом деле твой жених?

— Лив, успокойся, куда ты хочешь пойти?

Она снова села рядом, прижалась ко мне и шепнула на ухо: «Феликс». Я непонимающе уставилась на нее, что начало действовать на ее нервы.

— Ты что, не помнишь? Нам нужно сдать наши временные дозволения, неделя-то прошла.

— Точно. Кай, нам нужно в Стеклянную башню.

Дух, сузив глаза, быстро осмотрел каждую из нас.

— Я тоже иду.

— У тебя нет пропуска в башню, так что сиди и лопай пирог, — отрезала Лив.

— А если я найду способ пройти, тогда мне можно с вами?

— Ты мне начинаешь напоминать младшего брата, очень противного и прилипчивого, от которого невозможно отвязаться.

Кайрос выковырял из пирога сочнейшую клубнику и закинул себе в рот.

— Да, похоже на меня.

— Ты не идешь потому, что у нас с Анет там есть еще дела.

— Какие?

— Да, какие? — повторила я за духом.

Лив посмотрела на меня со всем красноречием, на которое была только способна, а брови ее запрыгали, намекая на что-то важное.

«Точно, месть!» — вспомнила я и расплылась в улыбке.

— Наконец-то, — закатила та глаза. — Я уж думала, что не вспомнишь. Сейчас мы вернем дозволения, а потом нам нужно будет затаиться около его шкафчика. Хочу своими глазами видеть, как все случится.

— Простите, что встреваю, но где ты собралась затаиться? — уперевшись локтями на стол, спросил Кайрос. — В Стеклянной башне? Без дозволения? Ты что, не знаешь, как работают охранные заклинания?

Мы с Лив быстро переглянулись. Несложно было догадаться, что от одного вопроса Кайроса у моей лучшей подружки мгновенно испортилось настроение. Судя по всему, она не знала никаких особенностей, а провернуть свою месть ей очень хотелось.

— Я не буду его спрашивать, — прохныкала она мне тихо на ухо. — Посмотри на его самодовольную рожу, я ни за что не доставлю ему такого удовольствия.

— Ладно, тогда я спрошу. Кай, есть ли способ остаться в башне без дозволения?

— Есть ли способ скрыться от вездесущего взгляда охранных горгулий? — медленно повторил за мной Кайрос и с нагловатой ухмылкой закинул в рот еще одну клубнику. — Ну, есть такой. Более того, я могу им воспользоваться.

— Не верю! — стукнула ладонью по столешнице Лив, что чашки с блюдцами подпрыгнули. — Не можешь ты такое уметь.

— А вот и могу.

— Как? Ты же на астрологическом учишься, а не в военной академии.

— Семейный артефакт, — загадочно протянул Кайрос. — Он может укрыть нас от посторонних взглядов. Поверь, работает безотказно, даже с очень внимательными каменными статуями.

Лив подперла одной рукой щеку, а второй принялась барабанить по столешнице, обдумывая ситуацию.

— Если ты нас сдашь…

— Все будет в порядке, — перебил ее Кайрос. — Учти, что я делаю это не ради тебя, мне просто не хочется, чтобы Анет поймали и заперли в общежитии. С кем я тогда буду обедать?

— Хорошо, идем вместе, — приняла решение подруга и встала из-за стола.

Глава 26 «Непреложная верность»

По пути к Стеклянной башне Лив с Кайросом умудрились не поссориться, лишь перекидывались безобидными шутками, лениво упражняясь в злословии. Добравшись до места, мы уже хотели направиться к лестнице, как вдруг горгульи по обе стороны с хрустом повернули свои головы.

— У нас есть дозволения! — торопливо заявила Лив, показав на серебристый значок.

Каменные статуи продолжали таращиться на нас, а когти слегка поскрипывали, царапая пьедестал. Это было предупреждение — если бы сделаем хотя бы шаг вперед, то они пойдут в атаку, грубо предотвратив попытку проникновения.

— Староста Феликс сказал нам вернуть значки через неделю, — на этот раз объясняла я. — Теперь нам нужно их вернуть. Можно пройти?

Горгульи одновременно раззявили свои пасти, показывая острейшие зубы. Мы несколько секунд ждали, что будет дальше, пока Кайросу не надоело.

— Положите дозволения им в рот, что непонятного? — нарушил он молчание.

Мы с Лив сделали осторожный шажок вперед и остановились, ожидая реакцию. Скульптуры не двинулись и тогда мы забросили значки внутрь, никому из нас не захотелось подносить пальцы к этим подозрительным стражам. И это было правильное решение, ведь как только дозволения коснулись их каменных ртов, горгульи захлопнули пасти с оглушительным звуком, будто сомкнув капкан. Но, получив значки, горгульи не успокоились и продолжали таращиться на нас пустыми глазницами. Пришлось сделать несколько шагов назад, чтобы стражи успокоились.

— Отлично, даже к лестнице не подпустили, — сложив руки на груди, проворчала Лив.

— Да, я думала, что значки нужно отдать Феликсу.

— Что, теперь не жалеете, что взяли меня с собой? — встрял в разговор Кайрос.

— Пока я только и делаю, что жалею об этом, — не удержалась Лив.

— Нужно отойти подальше от людных мест, — пропустив ее колкость мимо ушей, сказал дух.

Мы скрылись в небольшой, пыльной комнатушке, где в кучу свалили метлы и тряпки. В замке не было слуг, что занимались бы уборкой, для этого заговаривали инвентарь и отправляли мести, протирать ночи напролет, а днем они лежали здесь, не попадаясь никому на глаза.

— Руки, — потребовал Кайрос.

Я, уже зная, что он снова будет использовать маскировочные иллюзии, не стала даже вопросов задавать и сделала так, как он просил, а вот Лив поморщилась.

— Для чего? — с подозрением спросила она.

— Давай, все получится, — сказала я. — Мы так уже делали, не переживай.

Лив мне доверяла достаточно, чтобы с неохотой протянуть свою руку Кайросу. Тот сжал ее в своих пальцах, а затем пнул дверь из кладовой и вышел с нами наружу. — И что дальше? — одновременно с этим спросила Лив.

Проходящий мимо ученик вздрогнул и обернулся. Он несколько секунд обшаривал глазами открытую дверь кладовки, но, никого не заметив, пошел дальше.

— Он нас не видит, — выпучив глаза, зашептала Лив и расплылась в коварной улыбке.

— Нас не видят, но очень хорошо слышат, а еще чувствуют. Избегайте прикосновений, — тихо провел краткий инструктаж Кайрос и повел нас обратно к лестнице.

Сторожевые горгульи были особенными существами с многолетней историей. Поговаривали, что когда-то они были людьми, но утратили свой облик из-за проклятья. Теперь они превратились в уродливых, каменных статуй, чья судьба — вечность стоять у лестниц в башни академии, зорко следя за каждым, кто проходит мимо. Их взгляд был настолько пронзителен, что преграда в виде камней, тканей или магической защиты, становились незначительными. Я не знала, существует ли в мире какой-нибудь артефакт, способный скрыть от пустых глазниц этих статуй. Наверное, против них работало действительно что-то уникальное, магия темного духа, например.

Кай прекрасно ориентировался даже в Стеклянной башне и, не задумываясь, провел нас до самого хранилища, где находились шкафчики с вещами старост. Иногда нам встречались люди, тогда приходилось жаться к стене и ждать, когда они уйдут. Когда хранилище опустело, Кайрос, наконец, отпустил нас.

— У тебя руки потные, — демонстративно поморщилась Лив.

— Это не пот, а слезы из-за того, что мне приходится прикасаться к тебе, — не задумываясь, парировал Кайрос.

— Прекратите, — шикнула я на них. — Кай, постой у двери, предупреди, если кто-то придет.

Мы с Лив приблизились к шкафчикам с прозрачными дверцами. Благодаря тому, что сквозь них можно было посмотреть на содержимое полок, мы молча оценили то, в каком порядке находились вещи старших старост. Я, конечно, помнила, какой из шкафчиков принадлежал Феликсу, но даже, если бы не знала, я бы и так догадалась. У всех старост вещи были аккуратно сложены и расставлены и только на полке Феликса творилось что-то невообразимое, будто тут побывал маньяк-перфекционист. Книги были расставлены не по алфавиту и не по темам, нет, это было бы слишком просто. Они выстроились в строгий цветовой градиент: от угольно-черных переплетов к бледно-бежевым. Каждый корешок был выровнен по невидимой линии, будто их специально измеряли линейкой. Даже карандаши, и те были заточены до идеальной остроты и разложены по длине: от самого короткого к самому длинному. Я невольно передернула плечами. Казалось, если я дотронусь до чего-нибудь, Феликс тут же появится из ниоткуда с криком: «Кто смел нарушить систему?!».

— У него не все дома, точно тебе говорю, — шепнула мне Лив.

— Мне кажется, наоборот, все дома и сидят по своим местам, пронумерованные, — пробормотала я. — И что дальше? Как ты будешь открывать эту дверцу?

— Спокойно, у меня все распланировано.

Я посмотрела на три линии, что с внутренней стороны пересекали магическое стекло, встречаясь в центре. Если память не обманывала меня, то Феликс разъединял их с помощью своего золотого значка и стекло исчезало.

Лив прикрыла глаза и коснулась кончиками пальцев деревянной арки, в которой был врезан шкафчик. Несколько секунд ничего не происходило, как вдруг я заметила, что в самом низу шелохнулась стопка пергамента и в следующее мгновение показался зеленый росток.

— Я подкинула семечко, когда он выдавал нам дозволения, — хмыкнула Лив, наблюдая за тем, как растет силок.

Ему понадобилось всего несколько секунд, чтобы вырасти до запирающего механизма, затем гибкие веточки стали обматываться вокруг линий, пока один из листков не пролез между ними, размыкая соединение. В следующую секунду стекло исчезло, а Лив хищно улыбнулась.

— А дальше и вовсе пустяк, — деловито бросила мне подруга и вытащила из кармана ворох палочек разного цвета.

— Фейерверк? — изогнув одну бровь, с недоверием спросила я.

— Ну да.

— И что? Все? Весь твой коварный план заключался в детских хлопушках?

— Дело не в хлопушках, Анет, а в принципах.

— Внимание! — шепнул нам Кайрос.

Лив бросила на полку ворох фейерверков, а затем протянула руку к своему зеленому силку и тот мгновенно увял. Схватив стебель, она засунула его в карман, линиям больше ничего не мешало соединиться и магическое стекло снова материализовалось. Затем мы обступили Кайроса с двух сторон и взялись за руки. Мы прижались спинами к ближайшему шкафчику, что был встроен в стену и, наблюдали за комнатой, затаив дыхание. Уже через пару секунд в коридоре зазвучали шаги и спокойные голоса. Вскоре в хранилище вошли незнакомые для меня старосты. Они переговаривались о делах, обсуждая, как именно пройдет Оборотный бал и где нужно быть особенно внимательными, чтобы студенты не создавали лишних проблем. Взяв из шкафчиков нужные вещи, старосты удалились, но вместо них появились другие. Мы затихли, напряженно наблюдая за тем, как одни ответственные студенты сменяют других. Стоило нам остаться одним, как Лив принималась бормотать: «Где же Феликс? Я не уйду, пока не увижу его!»

Примерно через полчаса появился тот самый староста в очках. Стоило мне заметить его идеальную осанку и серьезные глаза, поблескивающие из-за линз, как по моей спине пробежали мурашки. Я не считала себя трусихой, но Феликс больше напоминал механизм, чем человека. Слишком аккуратный, выверенный, будто его создали искусственным путем, хотя, наверное, мне так казалось только потому, что я никогда не видела его вне официальной должности. Какой он в обычной жизни? Шутит ли шутки? Какие любит читать книги, помимо тех, что ему задают на факультете пакта?

Я так задумалась об обычной жизни Феликса, что чуть не пропустила момент, когда он открыл свой шкафчик. Приложив к магическому стеклу свой золотой значок, он хотел было положить на полку книгу, которую принес с собой, как вдруг замер. Я видела его только со спины, поэтому не могла сказать, какие эмоции отразились на лице старшего старосты. Со своего места я могла рассмотреть только то, как он берет ворох фейерверков и внимательно рассматривает их. В следующую секунду он обернулся и кинул свой острый взгляд на хранилище. С виду казалось, что он здесь один и Феликс даже не мог представить, что тут собралась целая компания зрителей, что, затаив дыхание, наблюдала за каждым его движением. В это мгновение я была готова предположить, что угодно: он положит фейерверки обратно на полку или себе в карман, или вдруг грозно гаркнет на нас, каким-то неведомым образом вычислив наше присутствие. Но тут Феликс сделал невероятное. Он вытащил из кармана штрафную метку, налепил ее себе на лацкан пиджака, а затем сжал фейерверки и те испарились, будто капли воды, попавшие на раскаленный камень. Затем он принялся рутинно заниматься своими делами: положил на полку свою книгу, причем нашел для нее определенное место, чтобы она совпадала в цветовом градиенте, затем взял немного пергамента и закрыл шкафчик магическим стеклом. И ушел.

Мы были в таком шоке, что еще несколько секунд пялились на шкафчик Феликса, переваривая увиденное.

— Не может быть! — шокировано пробормотала Лив.

— Почему он это сделал? — я в недоумении смотрела то на подругу, то на Кайроса, надеясь, что кто-то из них даст мне ответ.

— О нет, ну почему?! Он не должен был так делать! — простонала Лив и схватилась за голову, не обращая внимания на то, что мнет свои идеально уложенные кудри.

— Лив! — требовательно воскликнула я.

Подруга с трудом пересилила охватившее ее разочарование и повернулась ко мне.

— Я покопалась в своде правил и выяснила кое-какие важные вещи. Если студент совершил серьезное нарушение, то проводится расследование, чтобы собрать улики и свидетелей. А в случае мелкого хулиганства, например, хранение или использование фейерверка малой мощности, то расследование проводится на месте. Виновником становится тот, кого поймали с поличным, либо тот, в чьих личных вещах обнаружили запрещенный предмет. Оспорить можно только, если у тебя улики, доказывающие твою невиновность, а в обратном случае ты обязан получить штрафную метку. То есть в теории, если Феликс найдет фейерверки в своем шкафу, то будет обязан следовать своду до конца, и наказать себя. Но я думала, что он на такое не пойдет! Это же так глупо! Он мог просто выкинуть фейерверки, тут же все равно никого не было! Точнее, он так думал… Я была уверена, что все его принципы пустой звук!

— Пора уходить, — единственный, кого не особенно впечатлило феликсовское представление, подал голос Кайрос.

Мы вместе выскользнули из Стеклянной башни тем же путем, выбрались в безлюдный коридор и только тогда разжали руки. Я глянула на Лив и ее посерьезневшее, задумчивое лицо.

— Как тебе Феликс и его непреложная верность законам академии? — не удержалась я от ехидного вопроса, от которого Лив смутилась и прикусила губу.

Глава 27 «Письмо»

— Не сходится, — в который раз вздохнула я и упала лицом в раскрытую книгу.

— Сходится, — сосредоточенно расписывая очередные ответы на контрольные, ответил мне Кайрос.

— А вот и нет! Тут какая-то ошибка, ну нельзя построить настолько короткое заклинание, используя киравское наречие!

— Я тебе могу сходу вариантов двадцать накидать, — чувствуя свое превосходство, насмешливо бросил Кайрос. — Просто у кого-то мозгов не хватает.

— Грубиян.

— А ты дура. И знаешь, что самое забавное? Оба утверждения — чистая правда.

Я подняла голову и, метнула в спину духа не только испепеляющий взгляд, но и свою подушку. Попала довольно метко, но Кайрос даже не обернулся. Через полчаса отчаянных попыток сплести заклинание, которое бы полностью соответствовало требованиям декана Гретель, я свалилась на кровать без сил.

— А домашние работы ты делаешь? — решилась я на отчаянный шаг.

— Разумеется, любой каприз за звонкую монету.

— Сколько?

— Десять.

— Сколько?! — я даже подскочила на месте. — Обдираловка!

— Если не нравятся мои цены, то учись лучше.

— Ты живешь в моей комнате, мне мог бы и бесплатно помочь.

— Знал бы я раньше, что ты окажешься настолько бездарным заклинателем, то выбрал бы себе другого скованного.

— Это кого? Лив?

— Нет, Торвальда.

— А чем это он лучше? — сузив глаза, недовольно спросила я.

— Он бы не доставал меня с такой ерундой.

Я открыла рот, чтобы сказать ему что-нибудь обидное, как вдруг под дверью зашуршали. Мы с Кайросом оглянулись в сторону выхода из комнаты и одновременно заметили, как кто-то засунул в щель под дверью сложенный пергамент. Через секунду в коридоре послышались поспешные шаги, будто тайный почтальон не хотел, чтобы его обнаружили.

— Нам письмо, — глядя на листок, что остался лежать на полу, задумчиво протянул Кайрос.

— Чего это нам? Моя комната, значит, и письмо мое.

— Нет, письмо того, кто его быстрее возьмет, — возразил Кайрос и тут же сорвался с места.

От стола к двери было гораздо ближе, духу в этом повезло, а вот мне сначала пришлось скатиться с кровати, подняться на ноги и только затем бежать со всех ног. Конечно, когда я оказалась у двери, Кайрос уже раскрыл пергамент и жадно вчитывался в строчки.

— Отдай! — я потянулась за посланием, но Кайрос увернулся и помчался обратно.

Мы жили в небольшой комнате, поэтому были ограничены пространством в своих маневрах. Я преследовала Кайроса по пятам, пока не зажала у стены, и тогда дух вскочил прямо на кровать. В этот момент я схватила его за ногу, а дух, споткнувшись, повалил лицом вперед. Обрадованная тем, что он теперь никуда не денется, я залезла на кровать вслед за ним, потянувшись за вожделенным куском пергамента. Кайрос ловко перехватил мою руку и после недолгой борьбы, оседлал меня, крепко прижав бедрами мои руки к бокам.

— Отпусти меня! — прорычала я и принялась дергаться из стороны в сторону, будто рыба, выброшенная на берег.

— Какой у тебя милый румянец! — усмехнулся дух, поудобнее усевшись на моем животе. — Запыхалась или тебя смущает то, что здесь может быть написано?

— Ты тяжеленный, — пожаловалась я и правда, почувствовав, как запунцовели мои щеки, да я и не планировала сегодня так близко общаться с духом.

А он явно был доволен, издевательски помахав письмом прямо перед моим носом.

Я попыталась ухватить послание хотя бы зубами, но Кайрос на секунду уселся на меня всем своим весом. Воздух вырвался из лёгких со стоном.

— Лежи смирно, — приказал он. — Так-так, давай посмотрим.

Это было самое унизительное положение из всех, в которых мне приходилось бывать. К счастью, их было совсем немного, так что этот случай смело занял первое место. Я лежала на собственной кровати, распаленная борьбой с темным духом, абсолютно беспомощная и злая. Все, что мне оставалось это смотреть, как Кайрос медленно читает мое письмо.

— Зря на артефакторике не уделяют должного внимания красноречию, — цыкнул он языком и, прочитав еще строчку, скривил губы. — Ох, Анет, не дождаться тебе трепещущих признаний в любви, как в старых поэмах.

— Это от Марка? — попытавшись приподняться, жадно спросила я.

— От кого же еще?

— Дай посмотреть.

Рядом с моей головой тяжело приземлилась рука Кайроса и мне стало не по себе. Если до этого мне казалось, что мы и так ближе некуда, то теперь он навис надо мной и между нашими лицами осталось сантиметров двадцать, не больше.

— Так-так-так… — протянул Кайрос тихим голосом. — «Дорогая Анет!» Ну и безвкусица, кто так начинает любовное послание? Все пишут в письмах «дорогой» или «дорогая», даже, когда они предназначаются не особенно любимым родственникам.

— Прекрати, — нахмурилась я, стараясь всем своим видом показать крохи спокойствия, что у меня остались. — Не нужно читать его вслух.

— Тебе не нужно это письмо? — округлил глаза Кайрос.

— Нет, оно мне нуж…

Я не успела договорить, как на мои разбросанные волосы посыпался серый пепел. Это все, что осталось от загадочного послания, оно сгорело так быстро, будто его пропитали спиртом.

— Что ты наделал? — не веря своим глазам, пробормотала я.

— Лучшее, на что оно годилось — упершись о кровать и второй рукой, с издевкой ответил Кайрос.

— И что дальше? — холодно взглянув на него, процедила я.

— Ну, раз я единственный, кто знает текст этого письма, — протянул Кайрос и, наконец, слез с меня, упав рядом со мной. — Самое время поторговаться.

— Я не сниму оковы, — сложив руки на груди, отрезала я.

Кайрос лег на бок и подпер голову рукой, внимательно взглянув на меня.

— Я не считаю тебя настолько мелочной. К тому же мы договорились: я нахожу убийцу, а ты снимаешь цепи.

— У меня больше нет ничего, что тебя заинтересовало бы.

— Есть.

«Надо вытащить его из комнаты, пока он спит, и сбросить в фонтан», — мстительно подумала я и даже перебрала в голове оставшиеся ингредиенты, чтобы снова сварить вино для усиления физических возможностей.

— О чем ты думаешь? — заметив в моем выражении лица что-то недоброе, быстро спросил Кайрос.

— Да так… Продолжай, я тебя слушаю, — январская ночь в глухом лесу и та отличалась большей теплотой, чем мой голос.

— Я хочу кровать, — расплывшись в улыбке, заявил Кайрос.

— Что? — повернув к нему голову, спросила я.

— Кро-вать. Я устал спать в капсуле, она неудобная. Давай меняться.

— Да иди ты.

— Хотя бы на одну ночь, а я скажу, где тебя сейчас дожидается милый Марк.

— Он хочет встретиться? — встрепенулась я.

— Давно пора. Не за горами Оборотный бал и более смелые кавалеры уже обзавелись своими леди на вечер, — закатив глаза, сказал Кайрос.

— Ладно, бери кровать, но только на одну ночь.

Я вскочила и уже через секунду оказалась у шкафа. Нужно было найти что-то симпатичное для неожиданного свидания. Пальцы слегка дрожали от нахлынувших чувств и я приложила усилия, чтобы на лице не проступило счастливое выражение.

— В правом крыле, под главной лестницей, — наблюдая за моей суетой, сказал Кайрос. — Эй, в Мракаре комендантский час, не забыла?

— Я буду осторожна.

— Ну конечно, — буркнул дух. — Может мне тоже принарядиться?

— Ты что, спятил? — я бросила на него тяжелый взгляд. — Ты не покажешься Марку, ни за что. О нас и без того ходят разные слухи, поэтому держись подальше, ясно тебе?

— Ну не знаю…

— Только попробуй, Кайрос, и я сварю такое зелье, после которого ты будешь мечтать о том, чтобы снова стать бестелесным духом.

Будто ставя точку в разговоре, я хлопнула дверцей.

Глава 28 «Свидание под лестницей»

Темнота академии была непривычно тихой и спокойной, особенно после суетливого учебного дня, когда Мракар больше напоминал муравейник. Я кралась по коридору, вжимаясь в стены при каждом шорохе, а вот Кайрос топал сзади, как слон на ярмарке — руки в карманах, зевки нарочито громкие. Притворный идиот. Я знала, он играет, дух больше моего не хотел попасться на глаза охране. В какой-то момент Кайрос отстал, его шаги становились все тише, пока и вовсе перестали доносится до моего уха. Нет, он не ушел, моя цепь ему бы не позволила, но он явно скрылся от глаз, а все потому, что я приближалась к заветной лестнице. Под ней меня должен был ждать Марк, а присутствие духа подпортит назревающую романтическую атмосферу.

«Романтическую?» — поймала я себя на мысли и прикусила губу.

Мне сложно было поверить в происходящее, будто я оказалась во сне. Загадочное письмо, свидание в тайном месте, все так хорошо складывалось, что я даже занервничала. Чем ближе я подбиралась к темному провалу под лестницей, тем быстрее билось сердце, а дыхание становилось неровным, будто я снова должна оказаться на сцене перед всем Мракаром, выбранная таинственным Зеркалом.

Глубоко вдохнув, будто собираясь уйти под воду, я сделала несколько быстрых шагов и очутилась в пыльном, но укромном месте, куда Марк попросил меня прийти. Несколько секунд я моргала, пытаясь рассмотреть что-нибудь в сплошной темноте, затем вытянула руку и прошла вперед, но не успела сделать и пару шагов, как коснулась чего-то. Вздрогнув, я отдернула руку, но мои пальцы сразу же перехватили и сжали в крепкой хватке.

— Марк? — осторожно спросила я в темноту.

Он приблизился ко мне и встал так близко, что теперь можно было рассмотреть очертания его лица и одежды.

— Ты все-таки пришла, — сказал он тихо и у меня защемило сердце от его голоса.

Казалось бы, что за столько лет я выучила Марка до самой маленькой детали, но я никогда не слышала такого тона. Он был ниже, чем обычно, пробирающий до приятных мурашек, но при этом ласковый. Я на миг закрыла глаза и пожелала остаться здесь навсегда. Прямо тут, под лестницей, держа его за руку, чувствуя его тепло и слушая этот особенный голос, который он прятал все это время и вдруг показал, будто специально для меня. Это мгновение было слишком особенным, чтобы оно так просто ушло.

— Конечно, ты же звал, — будто вечность спустя, вспомнив, что нужно что-то сказать, произнесла я. — Правда, меня удивили время и место.

— Да, немного опасно, особенно теперь, когда в Мракаре комендантский час. Но не переживай, ты — скованная, даже, если тебя поймают, то с тобой все будет в порядке.

— Со мной — да. Но ты обычный студент.

— «Если поймают», Анет. В этом весь смысл.

— Раньше я не замечала в тебе такую тягу к авантюрам, — хмыкнула я.

— Пришлось, — вдруг с неохотой пробурчал Марк. — Теперь сложно поговорить с тобой наедине.

Ну конечно, Кайрос. Он всегда рядом и не дает никому покоя.

— Я хотел кое-что спросить у тебя, но наедине, понимаешь? Только мы с тобой.

Глаза привыкали к темноте и постепенно образ Марка обрастал знакомыми подробностями. Линии лица, карие глаза цвета жженой карамели, прямой нос и губы. Мне всегда нравилась его форма губ и их природный цвет. Но он никогда не заботился о них должным образом, кожа на них часто была обветрена и он открывал от них отслоившиеся кусочки. Порой, перестаравшись, он прокусывал их до крови и они становились болезненно-припухлыми. Я чуть помотала головой, пытаясь сохранить ясность рассудка.

— О чем ты хотел поговорить?

Марк вдруг взял меня за вторую руку и, сложив их вместе, прижал к своей груди. Опешив, я лишь могла стараться выглядеть спокойной, пока внутри у меня все горело и бушевало от его прикосновений. Он правда это делает? Тот самый Марк, которого я так давно знаю?

— Я хотел спросить у тебя, пойдешь ли ты со мной на Оборотный бал? — тихо произнес он, не отрываясь глядя мне в глаза.

На мгновение из моей головы улетучилось все на свете: кто я такая, как называется академия и как нужно дышать. Мне лишь хотелось бесконечно слушать то, как он говорил со мной и чувствовать его пальцы на своей коже.

— Конечно, — ответила я. — Конечно, пойду.

Лицо Марка озарилось улыбкой, она делала его таким красивым, будто он сразу становился законченным, словно картина, на которую только что нанесли последний, но самый важный мазок кистью.

— Честно говоря, я боялся, что не успею, — со смешком ответил он и убрал мои руки со своей груди, но продолжал держать меня. — Думал, что меня опередят, пока я ищу удобный момент.

— О чем ты говоришь? — неловко хмыкнула я.

Мне казалось, что все прекрасно видели: у меня никаких ухажеров нет.

— Кай, — просто объяснил Марк. — Он преследует тебя не потому, что ты готова покупать ему сладости и составлять компанию в столовой.

— Прекрати, — закатив глаза, попросила я. — Ты видел его? Он больше похож на бунтующего подростка, чем на взрослого парня. Ты зря волнуешься.

— Анет, — покачав головой, протянул Марк. — Может раньше так оно и было, но чем взрослее мы становимся, тем сильнее все меняется. Мы только приехали в академию, а тебя уже забрали в скованные. Это произошло так быстро, что у меня даже не было времени подумать, что я могу сделать. Я все время пытался быть рядом и оберегать тебя, но мне уже кажется, что этого недостаточно.

— Главное, что я всегда могу на тебя положиться.

— Значит, ты доверяешь мне?

— Что за вопрос? — я удивленно вскинула брови. — Как самой себе.

— Тогда давай сбежим. Ненадолго, конечно.

— Сбежим? — слово звучало так странно, будто его вырвали из любовного романа. — Куда и зачем?

— Я хочу показать тебе одно место после Оборотного бала. Я кое-что подслушал из разговоров старост. Бал закончится поздно и всех студентов разведут по общежитиям в сопровождении. До этого момента нужно незаметно улизнуть и тогда мы сможем спокойно пройтись по Мракару.

— Улизнуть от старост? — уточнила я.

— Давай сделаем так: под конец вечера не теряй меня из виду и, когда придет время, я подам тебе знак.

Тут Марк два раза кивнул и склонил голову на бок.

— Когда я так сделаю, это будет значить, что нужно встретиться уходить.

— Куда? — подавшись вперед, спросила я.

— Секрет, — сузив глаза, шепнул мне Марк. — Я хочу показать тебе кое-что особенное. Это важно.

Я расплылась в улыбке и несколько раз кивнула.

— Договорились.

— Отлично.

Вдруг Марк осторожно взял мое лицо в свои руки и прижался губами к моему горячему лбу. Большая редкость, когда он позволял себе целовать меня, только в самые тяжелые или радостные моменты, когда простые объятия уже никак не могли выразить чувства. Прикрыв глаза, я замерла, ощущая его прикосновения, но уже через секунду их не было. Оглядевшись, я поняла, что уже одна, будто под лестницей мне повстречался невесомый призрак. Он ушел так быстро и незаметно, словно его и не было.

«А ведь мы могли вместе пойти к общежитию», — подумала я, но сразу же отмела эти мысли.

Во мне столько всего бушевало, что мне было тяжело сдерживать свои эмоции рядом с Марком. Хорошо, что он ушел и я не успела сказать или сделать что-нибудь глупое. Самое время побыть в одиночестве и прийти в себя. Почти в одиночестве.

— Анет! — в проем под лестницей влезла голова Кайроса. — Твой женишок уже сбежал. Мы можем вернуться в комнату? Я хочу спать на своей новой, удобной кровати.

— Да-да, сейчас, — буднично ответила ему я, быстро коснувшись своей пунцовой щеки.

Хорошо, что здесь было темно и Кайрос не мог видеть моего счастливого лица.Дорогие читатели! Благодарю вас за то, что читаете мою книгу, для меня это много значит. Хочу пригласить вас в свою авторскую группу в телеграме - Здесь была Илоя. Там вы найдете различную информацию по моему творчеству, а еще - визуализацию персонажей Мракара. Например, сегодня вышел пост с Кайросом и Феликсом, который вы наверняка захотите увидеть. Все посты, связанные с этой книгой, можно найти в телеге по хэштегу #мракар

Глава 29 «Подготовка к балу»

Я только села перед зеркалом, как в дверь снова постучали.

— Да что ж такое! — закатил глаза Кайрос и снова стал невидимым.

— Войдите! — крикнула я, внимательно накручивая локоны на специальные, завивочные кольца.

В комнату заглянула светлая, хорошенькая головка.

— Анет, — торопливо начала она. — У тебя есть заколки?

— Последние разобрали минут пять назад, — ответила я.

— Черт, а мне не хватило всего пару штучек, — юная студентка надула губы.

— Спроси у Лив, у нее все на свете найдется, — посоветовала я и дверь тут же закрылась.

— Не общежитие, а сумасшедший дом, — пробурчал Кайрос, развалившись на моей кровати.

Он по-хозяйски взбил одну из подушек, согнул одну ногу, а вторую закинул сверху. В руке он держал свеженький детективчик, что сейчас был популярен в королевстве. Где он только его достал? Наверняка с кем-то обменялся…

— Фух, — я тяжело выдохнула и опустила руки.

Они ужасно затекли, пока я пыталась привести волосы в порядок. Вроде бы такая ерунда — всего лишь прическа, но по ощущениям это было тяжелее, чем наша академический кружок по физической подготовке.

— Ты занят? — прекрасно зная, что Кайрос страдает ерундой, спросила я.

— Да.

— Помоги застегнуть кольцо, оно все время спадает. Не хочу, чтобы сзади волосы выглядели хуже, чем спереди.

Кайрос скатился с кровати и встал позади меня. Его пальцы принялись перебирать мои волосы и не послушное кольцо, которое постоянно выскальзывало. Для Кайроса оно оказалось таким же неподатливым потому, что уже через секунду завивочное кольцо упало на пол, освободив часть моих волос. Я уж было подумала, что Кайрос, как обычно, начнет ворчать, выкрикнет что-то вроде: «Я что, похож на цирюльника?», но вместо этого дух подобрал кольцо и снова принялся накручивать на него мои волосы.

— Дырку во мне прожжешь, — предупредил он, не поднимая головы.

Тут я осознала, что все это время не отрываясь следила за ним через отражение и поспешно отвела взгляд в сторону.

— Как прошло свидание? — завел он беседу светским тоном.

— Прекрасно, да ты и сам в курсе, наверняка крутился поблизости и все слышал.

— Слушать скомканные признания Марка, пока на его лице пот сменяется бледностью? Я не любитель.

— Вообще-то, — надулась я. — В нем достаточно романтических чувств и он был довольно… будоражащим.

Кайрос бросил на меня короткий, хитрый взгляд, но тут кольцо в его руках характерно щелкнуло, а значит, оно закрепилось должным образом.

— Проверь, — он сделал шаг назад и бросил придирчивый взгляд свою работу.

Я подняла маленькое зеркальце и, глядя через него в зеркало на столе, внимательно осмотрела, что там наделал мой темный дух.

— Неплохо, — похвалила я. — Будто не первый раз.

— Я часто наблюдал со стороны, как юные красавицы готовятся к балу. Видимо, чему-то научился.

Кольца быстро нагрелись, превращая мои прямые волосы в элегантную волну. Затем пришла пора заняться макияжем. Учитывая, что тематика бала всегда отличалась непривычной мрачностью, я не жалела черной туши и теней, пытаясь создать готический образ. Кайрос снова занял кровать, то читая книгу, то придирчиво рассматривая меня, будто оценивая каждый мог штрих. Наконец, я была готова примерить свое платье, которое с самого приезда в Мракар ждало свой час. Дух понятливо отвернулся к окну, пока я возилась с тяжелой юбкой и пышными рукавами.

— Помоги, — наконец, попросила его я, когда осталось подтянуть завязки на спине.

— Могла бы собираться вместе с Лив, — сказал Кайрос, осторожно натягивая ленты корсета. — Тебе было бы гораздо проще.

— Да, но тогда один бедный дух был бы заперт в женском общежитии, невидимый и безмолвный.

— Так ты считаешь, что таким образом сделала лучше для меня? Твоя компания предпочтительнее одиночества? Смелое решение.

— В следующий раз оставлю тебя одного, — фыркнула я и сдавленно охнула, потому что корсет сжал меня крепкими, медвежьими объятиями.

— Оставим так? Грудь отлично выделяется.

— Грудь — это хорошо, но мне нужно иногда дышать, — прохрипела я, держась за талию.

— Думаю, ты права, синюшный цвет кожи не подходит столь юной леди, — протянул Кайрос и немного ослабил завязки.

Я с облегчением вдохнула воздуха и придирчиво осмотрела себя в зеркале. Осталось добавить украшения, сердце Марка я повесила на свой браслет, а шею украсила черной лентой с вышитыми на ней мелкими топазами.

— Почти все, — протянула я.

— Я хочу выбрать духи, — вызвался Кайрос, заметив мой взгляд, что задумчиво проходился по флаконам с ароматами.

Он пробежался пальцами над витиеватыми, стеклянными крышечками, и вдруг приказал мне.

— Закрой глаза, пусть это будет сюрприз.

Касайся дело чего-то другого, я бы не решилась довериться духу, но я прекрасно знала аромат каждого флакона, поэтому не стала пререкаться.

Несколько секунд я слышала, как Кайрос открывает и закрывает крышечки, пока до моего уха не донеслось легкое пшиканье и меня окутал знакомый аромат. Он был неоднозначный, но интересный, будто темный шоколад, растворенный в бокале красного вина. Яркая сладость, за которой следует глубокая горечь, окутывающая с ног до головы в дурманящий кокон. Я редко носила этот аромат, он мне казался провокационным и даже немного тяжелым, ему нужно было время, чтобы раскрыться на коже и смягчиться.

Я открыла глаза, довольная выбором Кайроса.

— Теперь ты готова, — глядя мне в глаза, сказал он.

На мне было пышное, длинное платье синего цвета с небольшими темно-фиолетовыми вставками. Воздушные, короткие рукава и тугой корсет с узорчатой вышивкой более темного цвета. Старомодно, хоть и со вкусом, ровно так, как требует того Оборотный бал.

— Как я выгляжу? — решила я спросить на всякий случай, чувствуя нарастающее волнение. — На балу к скованным особенное внимание и мне хочется выглядеть, если не идеально, то близком к этому.

— Так-так, — протянул Кайрос и требовательным жестом покрутил пальцем, заставляя меня повертеться. — Что я могу сказать? Я ненавижу Селарет и ее последователей, но они всегда выглядят на миллион золотых. А сейчас тебя можно с легкостью принять за одну из них.

— Я выгляжу, как одна из детей Селарет? — вскинула я брови.

Кайрос кивнул.

— Что ж, я тоже двояко отношусь к Селарет и к ее последователям, но твои слова приму за комплимент.

Кайрос хмыкнул и принялся колдовать над своим собственном видом. Наряды менялись на нем каждую секунду, удивляя меня своим разнообразием.

— Нет, все не то. Погоди, помню в прошлом году я видел одного паренька в занимательном костюме. Вот так, смотри.

Одежда духа снова переменилась, на нем теперь была атласная рубашка, легкий сюртук, застегивающийся только в талии и брюки, отлично подчеркиваювающие изгиб его сильных ног. Немного подумав, он придал костюму приятный, синий цвет, а рубашка стала темно-фиолетовой.

— Теперь мы сочетаемся, — с довольным видом заявил он.

— Жаль, что это всего лишь иллюзия.

— Да, видела бы ты меня, когда я владел всей своей силой. Мои иллюзии были такие правдоподобные, что они материализовались в реальном мире по-настоящему, — Кайрос вдруг запнулся и, кашлянув, бросил взгляд на часы. — Пора.

— Да, — пробормотала я.

«Он никогда не рассказывал о прошлом», — удивленно подумала я.

Но нам и правда следовало выходить, а за дверью меня ждали совсем другие тревоги.

Коридор постепенно наполнялся наряженными девушками, от обилия цветов платьев и блеска драгоценных камней рябило в глазах. Всего пару часов назад студентки бегали от комнаты к комнате, суетливые и встревоженные, но теперь они чинно двигались к выходу, превратившись в томных, светских дам.

Я влилась в пеструю толпу и быстро нашла в ней Лив. Та выделялась в своем черном платье, украшенном кроваво-красными розами. Роковая брюнетка выглядела так, будто могла одним взглядом разбить чье-нибудь сердце, а затем пройтись по осколкам своими блестящими туфельками. Мы радостно перекинулись несколькими фразами, похвалив наряды друг друга и присоединились к остальным девушкам, что двигались к бальному залу. Мы с Лив переплелись локтями я могла чувствовать, как она слегка подрагивает. От волнения или даже от страха? Я не знала, да и сама готова была дрожать, как брошенный котенок. Бал — особенное мероприятие, особенно для того, кто был связан с темным духом.

«Все будет в порядке», — попыталась успокоиться я, но мое сердце предательски выстукивало тревожный ритм.

Глава 30 «Алхимики и их чувство прекрасного»

Нас повели в концертный зал, где в первый день меня объявили скованной. Там мы должны были посмотреть выступление алхимиков и их толкование появления Оборотного бала.

Коридоры заполнились до отказа, сегодня здесь собрались все студенты и, будто бы мало разнообразных костюмов, что переливались и сверкали, повсюду развесили магические огни в стеклянных сферах. Они светили так ярко, что можно было ослепнуть, если долго смотреть на них. Студенты двигались в сторону концертного зала довольно медленно, все искали своих друзей в толпе, сбиваясь в привычные компании и обсуждали предстоящее мероприятие.

Лив практически сразу нашла своего кавалера, высокого и широкоплечего третьекурсника с нашего факультета. Он был таким красивым и внушительным, что я невольно позавидовала ее обольщающим чарам. Но я практически сразу забыла о впечатляющей паре подруги, когда заметила в толпе Марка. Дома нам редко выпадала возможность нарядиться от всей души. Даже приемы, что устраивали богатые семьи, отличались нарочитой скромностью и местная публика осуждала слишком яркие и вычурные наряды. Получалось, что мне всегда доводилось видеть его в однотипных костюмах серого или темно-синего цвета. Сейчас он выглядел так непривычно, что я сначала его даже не узнала. На нем был черный сюртук, расшитый серебряными узорами, что переливались на свету, белоснежная рубашка с высоким воротником и короткий плащ с подкладкой цвета красного вина.

— А говорил, что внешний вид — всего лишь фантик! — со смехом поддела я его, когда мы приблизились друг к другу.

— Я знал, что ты будешь прекрасно выглядеть и не хотел отставать, — смутился он и подал мне свой локоть.

Я с удовольствием приняла его руку, а Марк, продолжая меня разглядывать, добавил.

— А еще ты вкусно пахнешь.

Рядом послышался едкий смешок. Оглянувшись, мы заметили Кайроса.

— Привет, Кай, — сразу же помрачнел Марк. — А где твоя пара?

— Она пока занята, — хмыкнул Кайрос.

Постепенно разодетые студенты стали заполнять концертный зал. Тот был украшен изумрудными лентами, а красный занавес сменили на ярко-зеленый с гербом Мракара в центре. Огненные сферы погасли, погрузив зрительный зал в чернильную тьму, а затем зажегся свет, направленный на сцену. Стоило огромному занавесу разойтись в стороны, как из ниоткуда загромыхал оркестр, а на сцену стали выбегать студенты-актеры. Несколько минут мы молча наблюдали за красивыми танцами, через которые алхимики пытались передать суть своей истории. Но затем я услышала четкий зевок над своим ухом. Подняв голову, я увидела, что Кайрос сидит рядом выше и, подавшись далеко вперед, чтобы его голова была, как можно ближе к моей.

— Ну и скукота, согласись? — поймав мой взгляд, тут же спросил дух.

— Сразу видно, что у них было мало времени на репетиции, — зашептала Лив, что сидела рядом со мной. — Вон тот парень в заднем ряду уже два раза перепутал движения. Зачем его вообще на сцену выпустили?

— Потише, — шикнул Марк, но уже через пару минут разговор продолжился.

— Нет, у алхимиков вообще не развито чувство прекрасного, — подперев кулаком щеку, заявил Кайрос.

Я метнула на него испепеляющий взгляд и тот улыбнулся.

— Что? Они хороши в эффектных фокусах, но не в поэтичности.

— Говорят, лучшие спектакли у ребят с астрологического, — с интересом глянув на Кая, снова влезла Лив.

— Да, у этих точно развито все, что связано с чувствами, даже слишком, — процедила я, но дух не принял укол на свой счет.

— Все это ерунда, лично я жду следующего года, когда настанет очередь некромантов.

— Что, любители мертвечины поражают своими актерскими способностями? — захихикала Лив.

— Спектакли у них забавные, но я не это имел ввиду. Вы знаете, что каждый год, когда их факультету достается право открывать Оборотный бал, в Мракаре загадочным образом пропадет один студент? А все потому, что некроманты приносят его в жертву своему духу, что благоволит их силе.

Мы с Лив с интересом переглянулись, а Марк что-то раздраженно пробурчал, пытаясь сконцентрироваться на сцене.

— Приносят в жертву? Не слишком ли натянуто? Если бы каждые несколько лет бесследно пропадал кто-то из студентов, это бы заметили, — пытаясь рассуждать логически, заявила моя подруга.

— Да? Недавно убили студентку, и что, много, кто заметил? — хмуро парировал Кайрос.

Аргумент был весомый, я ни разу не слышала, чтобы в академии об этом говорили. Даже о родителях бедной девушки, хотя они наверняка приезжали забрать ее тело. А может и не приезжали? Может преподаватели упаковали несчастную и отправили ее по почте, будто посылку с книгами? Или она вовсе лежит в мертвецкой кладовой?

— Но знаете, что самое забавное? — продолжил Кай будоражащим шепотом.

Мы с Лив напрягли слух, чтобы не пропустить ни слова.

— Они выбирают в свои жертвы бывших скованных.

— Уже перебор, — равнодушно заметила я. — Слишком похоже на страшную сказку.

— Все дело в темных духах, — продолжил Кайрос, будто не услышав меня. — Некроманты забрали бы самого скованного, если бы только это не привело к разрушительным последствиям, поэтому они обходятся теми, кто совсем недавно был связан с темным существом и еще хранит на себе его след. Только такую жертву примет дух, которому поклоняются некроманты.

— Кай, прекрати нагонять жуть, — надулась Лив.

— Да, закрой рот, ты отвлекаешь, — резко добавил Марк.

— Не верьте, — дернул плечом дух. — В следующем году сами все увидите.

Я снова уставилась на сцену, но не могла сосредоточится на том, что происходило на ней. Меня увлекли мысли о таинственных некромантах и их ритуалах, что проводились в Мертвой башне. Сказал ли Кайрос правду? Не стоит верить каждому слову духу обмана, но в его рассказе меня что-то зацепило. Я и сама слышала о пропажах, что происходили во время Оборотного бала. Видимо, почва для слухов действительно была, хотя она могла и отличаться от той картины, что нарисовал дух.

Представление подходило к концу и алхимики постарались над эффектным финалом. Посреди сцены появилась огромная чаша серебристого цвета, похожая на те, что расставили по всему замку. Не хватало разве что соли, которая бы защищала от нечисти. Актеры принялись выливать в чан что-то из цветастых бутылочек и все это под торжественную музыку.

— Что они делают? — спросила Лив и в ту же секунду в чане что-то закипело, зашумело и прямо на глазах зрителей он стал наполняться белыми, кристаллическими камешками.

Видимо, алхимики решили внести в представление немного шарма своего факультета, раз прибегли к магической реакции и создали что-то похожее на соль. Очень быстро чаша наполнилась доверху и уже через несколько секунд белые комья повалили на сцену, быстро разрастаясь в размерах. Поначалу актеры продолжали плясать вокруг чана, делая вид, что все идет, как надо, но, когда куча «соли» заполнила собой всю сцену, они с криками бросились прочь за кулисы. А реакция все продолжалась и вот уже белая лавина вывалилась за пределы занавес, принявшись наступать на первый ряд зрителей. Наша компания вскочила на ноги, чтобы получше рассмотреть, что творится внизу. А там уже вовсю поднялись крики, девушки вскакивали на кресла, спасая свои великолепные платья, а парни перепрыгивали через спинки стульев, забираясь повыше.

— Мамочки! Какая она мокрая и противная! — донеслось до нас среди разноголосых криков.

К счастью, из-за кулис выскочила высокая и статная, мужская фигура в черном плаще. Судя по форме, это был один из преподавателей, что властным движением руки остановил вышедшую из-под контроля реакцию. Лавина была остановлена, а праздничные костюмы спасены. Зал взорвался от аплодисментов и громогласных улюлюканий, а мужчина в черном плаще элегантно поклонился и снова скрылся.

— Это кто? Кто это был? — с загоревшимися глазами, тараторила Лив.

— Сайрус, декан алхимического, — ответил Марк.

— Интересный человечек, а вы знали, что именно он до Тереса был ректором в Мракаре? — тут же поспешил поделиться информацией Кайрос, продолжая громогласно хлопать.

— Правда? — удивилась я. — Такое ощущение, что в ректоры берут исключительно роковых красавчиков. А почему он ушел с поста?

— Из-за любви, — томно произнес дух, приложив руки к груди.

— Расскажи-расскажи, — заинтересовалась еще больше Лив.

— У него был бурный роман с одной из студенток. Когда это вскрылось, то дети Селарет были не в восторге и попросили его оставить ректорское кресло.

— Правда? А что за студентка? Он все еще с ней? — продолжила допрос моя подруга.

— Нет, она бросила его и куда-то сбежала. А он остался здесь, наверное, ждет, что она вернется.

— Нахватался сплетен, как старая бабка, — хмуро бросил ему Марк.

— А что мне еще делать? — фыркнул Кайрос.

В его фразе чувствовалась недоговоренность: «Что мне еще делать, кроме как наблюдать за делами смертных, пока я навеки заключен в стенах академии?»

В этот момент двери концертного зала распахнулись и старосты принялись наводить порядок, объявляя, что студенты приглашаются в бальный зал. Начиналось самое интересное.

Глава 31 «Первый танец»

Пол был сделан в стиле шахматной доски: чёрные плитки сменялись белыми, что переливались слабым, перламутровым блеском. На потолке застыла синяя, морская волна, будто академия оказалась на дне океана и теперь он прорывался внутрь через пробоину. Волна была такой живой, но при этом застывшей во времени: блестящие брызги разбрасывались во все стороны мучительно медленно, а морская пена тихо пузырилась и шипела. Прямо под водой блуждали уже знакомые огненные сферы, что отражались в золотистых стенах. Зал был так огромен, что я с трудом могла рассмотреть противоположные стены. Всё вокруг заполнило сияние, от которого рябило в глазах, до носа доносился запах изысканных, только что срезанных цветов, что были расставлены здесь в гигантских вазах с человеческий рост. Цветы тоже были огромными, их наверняка выращивали не один месяц с помощью сложнейших, ботанических заклинаний, и теперь в одном лепестке розы я могла укутаться, как в шали. Лив, стоило ей заметить цветочный шедевр, застыла в немом восхищении — уж она-то разбиралась в том, насколько кропотливая работа была проделана. Посередине зала стоял фонтан, в котором плавали золотые кувшинки, а чуть подальше от него я уже заметила небольшую возвышенность — маленькую сцену, которая предназначалась для выступления ректора.

Старосты повели нас к подиуму и велели дожидаться начала бала. Студенты на удивление вели себя благопристойно. Мы были одеты, как высшие представители магического общества, находились в изысканном месте, куда попадают высшие представители магического общества, поэтому невольно почувствовали себя настоящими магами, на чьи плечи совсем скоро выпадет доля защиты своего королевства. Мы тихо переговаривались друг с другом, иногда мимо нас проплывали серебряные подносы с игристым вином, и бокалы вскоре перекочевали к нам в руки. Волнение, что нарастало во мне с того момента, как я начала готовиться к балу, немного отступило, но стоило зазвучать скрипкам и арфе, а на подиум под аплодисменты вышел Терес со своими преподавателями, моё сердце снова забилось слишком быстро.

Терес выглядел восхитительно. Под мантией преподавателя я рассмотрела белый сюртук с золотой вышивкой и такие же белые брюки с высокой посадкой. В своём наряде он казался гораздо моложе: из-под лихо закрученных усов выглядывала ослепительная улыбка, а вокруг глаз собрались симпатичные морщинки. Позади него, выстроившись в шеренгу, стояли преподаватели, отброшенные светом его красоты и властности.

Ректор поднял руки, призывая нас к тишине, и уже через секунду хлопки прекратились, правда, я продолжала слышать смущённое хихиканье юных студенток, что бросали на ректора жадные взгляды.

— Дорогие студенты академии Мракар, я рад приветствовать вас в этом прекрасном зале! Прошу, насладитесь его красотой и простором, только не увлекайтесь вином, мои юные волшебники, я не хочу, чтобы кто-то закончил свой праздник в фонтане.

По залу прокатились смешки, и Терес, насладившись реакцией публики, продолжил:

— Оборотный бал — это не просто традиция. Это день, когда на Мракар обрушились тёмные времена. У каждого факультета своя мрачная история того, что именно произошло, но все они похожи в одном — Мракар выстоял. Будь это нечисть, культ, поклоняющийся тёмным силам, оборотни или другие создания, наша академия пережила их всех, и Оборотный бал создан был для того, чтобы мы помнили об этом. В мире нет ничего, через что не смогла бы пройти наша академия. А для этого она призывает в свои ряды самых стойких и сильных.

На пару секунд ректор замолчал, давая нам насладиться теми званиями, которыми он только что наградил нас.

— Пусть вам запомнится эта ночь. Танцуйте, веселитесь, пейте! Молодость одна, так воспользуйтесь каждым мгновением! Но прежде чем ринуться в вихрь вальса, обратимся к ещё одной давней традиции.

Ректор хлопнул в ладоши, и рядом с ним материализовалась уже привычного вида чаша на одной высокой ножке. Правда, внутри была вовсе не соль, а вода. Я напряглась, глядя на неё, а ректор уже начал вызывать скованных.

Ещё один старый ритуал, через который проходили те, кто связал себя с тёмным духом. Скованные редко находили себе друзей и тем более пару на Оборотный бал. Тогда преподавателям пришла идея придумать один трюк, чтобы особенные студенты не чувствовали себя брошенными во время всеобщего веселья. Так появилась эта чаша с водой и яблоками, которые выбирали случайную пару для первого танца. Суть этих волшебных яблок заключалась в том, что они способны были выбрать абсолютно любого, достаточно было находиться в зале. Получается, жребий мог пасть даже на Кайроса.

Я оглянулась на духа, а тот, почувствовав на себе мой взгляд, хитро подмигнул.

На помосте стоял Торвальд, что шарил рукой в огромной чаше, пока не вытащил из неё ярко-красное яблоко, блестящее и сочное. Он осторожно сделал укус и сразу же передал его ректору. Терес глянул на яблоко и, широко улыбнувшись, весело объявил:

— А вот и первая пара! Торвальд, подай руку госпоже Элизе Сеплис!

Студенты принялись хлопать, а к спускающемуся с маленькой сцены Торвальду подошла миниатюрная девушка в синем платье.

— Дурацкая традиция, — недовольно бурчала Лив над моим ухом. — У меня уже есть кавалер, с которым бы я хотела танцевать первый танец. А вдруг мне сейчас попадётся какая-нибудь жаба?

К счастью, ей достался миловидный выпускник с алхимического факультета, что стоял рядом с ней, улыбаясь до ушей — видимо, приятно обрадованный столь шикарной спутницей.

— Анет, прошу, подойди ко мне, — зорко найдя меня взглядом, попросил Терес.

«Хоть бы не Кайрос», — взмолилась я, как почувствовала, что Марк погладил меня большим пальцем по тыльной стороне ладони, прежде чем я окончательно отпустила его.

Поднявшись по двум стеклянным ступенькам, я встала рядом с ректором.

— Ослепительно выглядишь, моя дорогая. А теперь вытащи яблоко, — с нарочито вежливым и благосклонным тоном сказал он мне, не забыв одарить слишком белой улыбкой.

Я взглянула на чашу, в которой плавали ярко-красные фрукты. Как и все особенные магические предметы, они обладали своим характером, и он был совсем не из сладких, несмотря на приятный вкус самих яблок. Может быть, проблема крылась в самой яблоне, что уже сотню лет росла в старом саду? В чём заключалась причина противного характера самого дерева — никто не знал. Но оно любило ронять на головы студентов свои плоды, хлестало по лицам тонкими ветками, а если усесться в его корнях, то из ниоткуда прибегала целая куча муравьёв с очень острыми челюстями. Яблоки точно унаследовали непростой характер своей родительницы, поэтому добра я от них не ждала. По всем законам жанра моим первым партнёром для танца должен стать Кайрос.

Я вытащила одно из яблок и сделала маленький укус. Оно оказалось сладковатым и будто слегка забродившим, несмотря на твёрдую и хрустящую мякоть. На кожуре мгновенно проступило имя, и я передала яблоко ректору, чтобы он громко объявил:

— Ноа Манос!

Яблоко сделало странный выбор, и пока я не понимала, почему. Этого парня я не знала, но фамилия была слишком популярной. Маносы — очень богатая и влиятельная семья в королевстве, более того, они являлись частью свиты самой Селарет, а потому представителей таких семей называли просто — дети Селарет.

Из толпы степенно вышел молодой человек с ярко-рыжими волосами. Они падали бы ему до плеч, если бы не были так сильно закручены в кудри. Но стоило признать, что цвет волос прекрасно сочетался с его белой кожей и светло-карими глазами. Красивые черты лица, тонкий подбородок и прямой нос. Кайрос был прав по поводу детей Селарет — они действительно выглядели по-особенному, а одежда только подчёркивала все его достоинства. Длинный чёрный сюртук, атласный жилет бордового цвета, перчатки из тончайшей кожи. Вроде бы ничего особенного, но все материалы были высочайшего качества и точно подогнаны к его силуэту. Впрочем, он явно не смог удержаться от ярких акцентов в виде бриллиантовых запонок и кольца-печатки, что украшало его большой палец.

Он стоял у стеклянной ступени и предложил мне руку, слегка склонив голову. Мы отошли немного в сторону, чтобы не мешать ректору дальше выбирать партнёров для скованных, а я бросила тоскливый взгляд на Марка, который остался ждать меня где-то в глубине разноцветной толпы. По отношению к нам с Лив традиция была несправедлива, ведь наши кавалеры остались без пары на первый танец. Но для других скованных, что пришли совершенно одни, это стало спасением — теперь все они стояли с партнёрами.

После того как яблоки в чаше закончились, ректор снова поднял руки, привлекая к себе внимание.

— Да начнётся Оборотный бал! — воскликнул он, и громыхнул невидимый оркестр.

Я не успела и глазом моргнуть, как Ноа по-хозяйски положил руку мне на талию и повёл в центр зала, где собирались пары. Встав перед ним, я старалась не слишком разглядывать его, держа своё любопытство в узде. Ему, казалось, вообще всё равно, как я выгляжу. Нет, он не смотрел на меня с равнодушием, но мастерски делал вид, что знает меня и что этот танец — самое обычное для нас дело.

Он оставил одну руку на моей талии, на мой вкус — слишком низко для классических танцев, а его пальцы уже сплелись с моими, и он смело повёл меня по чёрно-белому полу, легко подстроившись под ритм музыки. Я чувствовала себя так неловко, оказавшись в руках парня, которого видела в первый раз в жизни, но призвала всё своё спокойствие, чтобы он этого не понял. Стоило сказать, что Ноа умел отлично танцевать — такого чуткого, но при этом властного партнёра у меня никогда не было. Почему-то в наших краях молодые парни совершенно не уважали занятия танцами, а потому на званых вечерах двигались неуклюже и часто путались в поворотах. Из-за этого я чаще всего танцевала с отцом: он никогда не отказывал мне и кружил по залу столько, сколько мне хотелось.

— Я всегда знал, что у этих вредных яблок странное чувство юмора, но не настолько, — вдруг прервал молчание Ноа.

— Что ты имеешь в виду?

— Они любят выбирать неудобных партнёров.

— Может, в этот раз они в хорошем настроении? Я считаю, что мне очень повезло с парой.

В глазах Ноа блеснуло что-то холодное, отчего по моей коже пробежались неприятные мурашки. Может, показалось?

— Это что? Штрафные метки?

Я чуть не опустила голову, чтобы посмотреть на своё платье. Чёртовы красные кругляши — от них не избавиться! Их цепляют к учебным пиджакам, но стоит сменить одежду, как они неведомым образом снова оказываются на груди. Даже в такой праздничный вечер они не оставили меня в покое и перебрались на моё платье.

— Да, Феликс наградил.

— Ах, старина Феликс. Он так радеет за правила, что не видит границ. Кажется, я слышал о том случае, когда он нацепил сразу пару меток на двоих скованных. Видимо, это была ты и твоя симпатичная подружка.

— Ну, раз у других скованных меток нет…

— Вас поймали в мужском общежитии, верно? Забавно, у меня в тот день как раз пропала запасная форма.

В первую секунду я даже не поняла, на что он намекает. Для меня это случилось так давно, что я и думать забыла о своих проступках. Чёрт возьми, форма, которую я украла специально для Кайроса! Неужели я стащила её у самого богатея Маноса?! И, судя по его словам, он прекрасно знает, что это сделала я. Кража формы казалась мне такой глупостью, особенно в сравнении с остальным, что я успела натворить в академии, что я даже и пары секунд не беспокоилась об этом. Не думала о том, что меня могут раскрыть и призвать к ответу. Подумаешь, форма — такому, как Ноа, достать новую вообще не доставит проблем. Хотя дело может быть и не в форме, а в факте кражи. Дети Селарет могут быть очень обидчивыми.

— Забавное совпадение, — только сказала я, будто речь шла о погоде.

Моя непробиваемая собранность сработала на полную. Ноа, который внимательно вглядывался в меня, разочарованно цокнул языком. Он надеялся хоть на какую-то реакцию, но получил только сдержанную, но вежливую улыбку.

Наконец-то танец закончился. Я с удовольствием выпорхнула из рук богача, не забыв сделать лёгкий поклон, следуя правилам этикета.

— Благодарю за танец, я прекрасно провела время.

— Может, станцуем как-нибудь ещё. Ты отлично двигаешься…

Я уже развернулась, чтобы пойти искать своих друзей, как вдруг мне в спину прилетели его слова, будто плевок.

— Для провинциалки.

Вот они, столичные аристократы — бьют в самый неожиданный момент. Я на секунду замерла, но стоило мне обернуться, как Ноа, как ни в чём не бывало, пошёл дальше по своим делам. А я осталась с тяжёлым предчувствием, что сковало моё сердце.

Ноа Манос… Стоит запомнить его имя и лицо. В этом году на мне висит проклятье скованной, но сейчас я считала его своей привилегией — даже Манос не стал меня трогать, хотя я украла его личные вещи. Но этот сложный и насыщенный первый учебный год пройдёт. И настанет второй, когда меня уже не защитит связь с тёмным духом.

Глава 32 «Танцы, танцы, танцы»

— Может еще один танец?

— Я же сказала, что у меня есть партнер.

— Я могу подождать.

— Отстань.

— А что ты делаешь завтра?

Лив попыталась спрятаться за широкой спиной третьекурсника, с которым изначально пришла на бал, но упертый выпускник, выбранный яблоком, продолжал ее преследовать.

«Яблоки всегда выбирают самых неудобных партнеров», — пронеслось в моей голове, пока я наблюдала со стороны за этой комичной сценой.

В то время, как Лив требовала от своего первоначального кавалера, чтобы он избавился от второго, я нашла Марка.

— Все формальности соблюдены, теперь я абсолютно свободна, — с улыбкой сообщила я, протянув ему руку.

Марк смутился, взяв меня за нее, и несколько секунд пытался подобрать тему для разговора.

— Не понимаю, почему это так сложно, — вдруг вырвалось из него со смехом. — Раньше я всегда находил о чем с тобой поболтать, но после того, как я пригласил тебя на бал, то ты выглядишь для меня совсем по-другому, будто незнакомка.

— Но на самом деле ничего не изменилось, — успокоила его я. — Слышишь? Музыка заиграла, идем скорее танцевать.

Я знала, что Марк, как и остальные молодые люди из наших краев, всегда пренебрегал подобными занятиями, поэтому он чувствовал себя неуверенно и даже немного сопротивлялся, пока я вела его за собой. После безукоризненного и властного Ноа, руки Марка казались совсем неумелыми, поэтому в танце больше вела я.

— Ритмический рисунок повторяется, — сказала ему я, пока он смотрел себе под ноги. — Несколько паттернов, что следуют друг за другом вновь и вновь. А у тебя неплохо получается!

Марк хмыкнул, прекрасно понимая, что я вру.

— Подними взгляд, — попросила его я.

— Тогда я наступлю на твое платье. Оно слишком тебе идет, не хочу его испортить.

— Плевать на платье, просто посмотри.

Стоило мне это сказать, как Марк сразу же поднял голову и я встретилась с его карамельными глазами, от которых мне всегда становилось спокойно на душе.

— Я буду больше практиковаться, чтобы в следующем году такого не было, — пообещал он мне.

— Если тебе не нравится танцевать, то можем сбежать прямо сейчас, — предложила я.

— Сбежать? — Марк улыбнулся. — Куда?

— Не знаю, это ведь твоя идея.

На лице Марка образовалось недоуменное выражение, от которого у меня почему-то внутри все напряглось.

— Нет, что-то не припомню. Но, если ты хочешь уйти, то дай знать, — и он подмигнул мне.

Я выдавила из себя улыбку, а в голове заметалась куча мыслей, из-за которых я уже не могла наслаждаться танцем и прикосновениями того, в кого была влюблена с самого детства. Но пока это были только подозрения, которые еще требовали доказательств.

Степенный вальс закончился, мы с Марком отошли в сторону и снова заиграла музыка, но уже куда энергичнее и веселее. Пары встали в две шеренги, друг перед другом, а затем закружились в танце, быстро обмениваясь партнерами. Настолько сложные комбинации Марку были не по плечу, поэтому мы остались с ним в стороне, хлопая в ладоши в такт музыки.

— Фух, еле отделалась, — возникла рядом Лив.

Она ловко выхватила бокал игристого с проплывающего мимо подноса и осушила вино до самого дна.

— Ты одна? — удивилась я.

— Маркус, ну, то есть третьекурсник, пошел поговорить с тем прилипалой. Не знаю, чем у них там все закончится, но пока я могу передохнуть от излишнего внимания.

Она недовольно посмотрела на свой пустой бокал и требовательно щелкнула пальцем, на что к ней сразу же подлетел очередной поднос. Обменяв бокал с пустого на полный, подруга немного расслабилась, но не успела она сделать и пару глотков, как чуть не подавилась.

— Что с тобой? — быстро спросила я, но, проследив за ее взглядом, и сама все поняла.

Недалеко от нас стоял Феликс, в сдержанном, темно-синем костюме и неизменных очках.

— Он преследует меня, — шепнула мне подруга. — Я уже третий раз на него натыкаюсь. Как это возможно? Зал же такой огромный, тут собралась вся академия, а, куда не пойду, всюду он.

— Просто он следит за тобой, — сказал Кайрос.

Я чуть не вздрогнула, услышав его голос, а вот Лив действительно подскочила, практически разлив свое вино.

— Какого черта ты так подкрадываешься и слушаешь чужие разговоры? — прошипела она ему.

— Смотрите, — удивленно протянула Марк, внимательно разглядывая Феликса. — На нем и правда штрафная метка! А я думал, что это все глупые слухи.

— Ну, подумаешь, метка, у меня их вообще две, — проворчала Лив, глядя в свой бокал.

— Ты — обычная студентка, а Феликс — эталонный староста, который всегда следует правилам, — возразил Марк. — Я слышал, что другие старосты насели на него, требуя, чтобы он снял метку и не позорил их, но, судя по всему, он никого не послушал.

— Правда? — Лив явно занервничала. — У него были проблемы из-за этого?

— Видимо, так и есть, — пожал плечами Марк.

Я укоризненно посмотрела на подругу, что поглаживала край бокала.

— Что? — нахмурилась та.

— Тебе следует извиниться, — прямо заявила я.

— Это с какой стати?

— Он же не сделал ничего плохого и, судя по всему, много работал над своей репутацией, а из-за какого-то глупой шутки он теперь ссорится с другими старостами, — ткнула я ее в очевидное.

Лив фыркнула и демонстративно отвернулась, но уже через секунду снова начала высматривать Феликса в толпе.

— Если она расскажет о том, что сделала, то проблемы будут у всех, — тут же влез Кайрос. — Поверь, Феликс вытащит из нее все детали.

— Вы о чем? — нахмурился Марк. — Вы что-то натворили?

— Знаете, что? — всучив Кайросу свой бокал, сказала Лив. — Я могу извиниться, мне совершенно несложно. Просто мне не обязательно говорить, за что именно я извиняюсь, верно?

— Я думаю, это не сработает, — сказала я.

— Да, чушь какая-то, — закивал дух.

— Я вас больше не слушаю.

Лив уверенно направилась в сторону Феликса, а мы наблюдали за ней, затаив дыхание. Он как раз о чем-то говорил со своей спутницей, когда Лив появилась рядом.

— О чем они говорят? Кто-нибудь может прочесть по губам? — изнемогая от любопытства, спросила я, прищурившись, чтобы получше рассмотреть их лица.

— Она нас сдаст, точно тебе говорю, — зашептал мне на ухо Кайрос, на что Марк сразу же положил ему на плечо руку и заставил отойти подальше.

— Смотрите, куда это они? — воскликнула я.

Феликс с Лив и правда направились в сторону танцующих и уже через несколько мгновений закружились по черно-белому полу, легко слившись среди других пар.

— Давай, пошли за ними, — Кайрос схватил меня за руку и потянул. — Послушаем, о чем они там говорят.

— Нет-нет, оставь их в покое, — я уперлась, но все равно проскользнула немного вперед.

— Убери свои руки, Кай. Ты что, не слышал, что тебе отказали?

Марк с легкостью высвободил меня из хватки духа и встал рядом со мной, приобняв за талию.

— Ты все портишь, дубина, — разочарованно цыкнул Кайрос, но заметив, как я счастливо улыбаюсь, добавил. — И ты тоже сейчас все портишь.

Темный дух не мог найти себе другую партнершу, ведь, если меня не будет среди танцующих, то ему не уйти слишком далеко. Все, что ему оставалось, это наблюдать за Лив, что кружилась вместе с Феликсом.

— Они говорят о чем-то, — недовольно заметил Кай.

— А он хорошо, — наблюдая за отточенными, но при этом грациозными движениями Феликса, не удержалась я от оценки.

— Что? — Кайрос закатил глаза. — В нем же никакой страсти, он сухой, как кусок пергамента.

— О чем ты? Он отлично танцует, — вступился за старосту Марк.

— Ты бы вообще не лез, я видел, что ты там творил. Это просто стыдобища, уж лучше бы Анет дали в пару метлу, она бы с ней смотрелась гораздо лучше, — прошелся по нему Кайрос.

Марк вспыхнул, но все равно смог ответить спокойно.

— Просто я не так часто танцую.

— Наглая ложь. В нормальных семьях обучают танцам с детства, просто ты отлынивал. Что такое? — Кайрос выпятил нижнюю губу и перешел на откровенно издевательский тон. — Движения под музыку ущемляют твое слишком мужское эго? Даю руку на отсечение, что занятия с мечом ты никогда не пропускал. И вот результат: твои бедные партнерши обречены на стоптанные пальцы ног. Повезло, что яблоко выбрало для Анет этого Ноа, она хоть смогла разочек нормально потанцевать.

— Прекрати, у меня уже голова от тебя разболелась, — я схватила Кайроса за выпяченную губу и хорошенько ее потянула.

Дух издал жалобный звук и только тогда я его отпустила.

— Легко тебе стоять и критиковать, а что насчет тебя? Ты точно был в центре зала, но я тебя не видела. Наверняка, ты до этого ни разу в жизни не танцевал и двигаешься, как пьяный медведь на болоте.

— Это незаслуженное оскорбления, Анет, — фыркнул Кайрос. — Остальные свою критику получили за дело, а ты берешься судить мои навыки, даже ничего не увидев. Ай-ай-ай, не слишком-то справедливо, госпожа Тригольт.

— Тогда покажи, — с вызовом бросила я.

— Ты приглашаешь меня на танец? — вскинул брови Кайрос. — Берегись, я могу и согласится.

Я требовательным движением протянула ему руку и Кайрос, не заставив себя долго ждать, ее схватил.Немного визуализаций - Анет и Кайрос на Оборотном балу:

Глава 33 «Побег»

Если бы я знала, каким недовольным станет Марк, то ни за чтобы не повелась на провокацию Кайроса. Это было глупое решение, я даже не подумала о том, как это будет выглядеть со стороны. Но в тот момент, когда Кайрос вел меня к танцующим, было уже поздно сожалеть и отказываться. Дух затравил бы меня своими шуточками и подколами, поэтому оставалось доказать, что он отвратительный танцор и сразу же вернуться к своему настоящему партнеру.

— Если ты думаешь, что это хороший шанс приблизиться к Феликсу с Лив и подслушать их разговоры, то не обольщайся. Я тебе не позволю, — предупредила я.

— Успокойся, у Лив слишком довольное лицо, я думаю, там все в порядке, — отмахнулся Кайрос и сильным движением развернул меня к себе лицом. — Я всегда смотрел со стороны, но никогда сам не пробовал, а так хотелось.

— Значит, танцевать ты все-таки не умеешь.

— Я знаю каждый шаг, разве этого недостаточно?

В этот момент пары разделились и, образовав большой круг, захлопали в ладоши. Мы с Кайросом быстро нашли себе среди них местечко, а в следующее мгновение круг уже распался, чтобы каждая пара, взяв друг друга за талии одной рукой, принялась кружится на месте. Даже сквозь платье я почувствовала горячую и тяжелую руку Кайроса. Может быть он не был так хорош, как Ноа, но я чувствовала в его шагах и движениях уверенность, а еще некий азарт. Ему нравилось танцевать и вести меня между мелькающими фигурами. В один из элементов нам пришлось поменяться партнерами и стоило мне оказаться перед совершенно незнакомым парнем, я сразу же нашла взглядом духа. С неохотой мне пришлось признать, что техника уступала перед чувствами, а потому кружится в паре с Кайросом оказалось гораздо приятнее. Да уж, сегодня мне было с чем сравнить. Я сделала несколько кругов со своим новым партнером и уже успела заскучать, наблюдая за тем, как он механически выполняет движения, будто прилежный ученик. К счастью, это продлилось недолго и вскоре Кайрос выхватил меня из его рук.

— Судя по твоему довольному лицу, не так уж плохо, да? — улыбнулся мне Кайрос.

— Я просто люблю танцевать, — не желая доставлять ему такого удовольствия, ответила я.

— Не обманывай меня, — прищурившись, сказал мне Кайрос.

В этот момент музыка закончилась и пары отступили друг от друга на шаг, чтобы поклониться.

— Смотри, Лив возвращается, — пытаясь привести мысли в порядок, сказала я и поспешила к подруге, которая уже двинулась в сторону Марка.

Она выглядела довольной, чуть покрасневшей от быстрого танца и хорошего вина, и когда мы обступили ее со всех сторон, требуя объяснений, она поначалу только отмахивалась.

— Я практически извинилась, — наконец, произнесла она, а улыбка все никак не желала сходить с ее губ. — Признаюсь, идти туда, не подумав, что говорить, было плохой идеей. Я немного замялась на месте и не знаю, как так получилось, пригласила его потанцевать. Это же можно считать за извинение? Девушки редко зовут парней.

— Это против негласных правил, — решил возразить Марк. — А Феликс ненавидит, когда нарушают правила. Мне кажется, ты сделала только хуже.

— Если правила нет в своде поведения, значит, это правило недействительно, — процитировала моя подруга старосту.

Посмеявшись, мы пошли погулять по залу, чтобы пообщаться с другими студентами. Все это время я старалась держаться рядом с Марком. Его настроение после моего танца с Кайросом, резко упало, и я не могла перестать обвинять себя в этом. Дух явно позволил себе лишнего, но делал вид, что ничего странного не произошло.

Вечер пролетел незаметно, а учитывая, что в Мракаре был установлен комендантский час, в этом году ограничили время бала. После полуночи ректор Терес объявил, что ровно через час студентам нужно собраться у выхода и ждать дальнейших указаний старост. Лив почему-то занервничала, услышав это, а я кинула выжидающий взгляд на Марка. Меня все еще беспокоили слова по поводу побега, и я пыталась придумать, как выяснить больше. Но все сложилось само.

Когда настало время уходить, мы собрались у выхода и только потом нам открыли двустворчатые двери и повели по коридору. Веселая, шумная толпа, которая совсем не устала, несмотря на танцы и поздний час, мы были расстроены тем, что бал так быстро закончился. Когда мы прошли половину пути, вдруг к Марку подбежал парень, расталкивая толпу.

— Вот ты где! Керис попросил тебя подойти.

— Керис? — удивился Марк.

Насколько я знала, Керис — это староста, что отвечал за мужское общежитие, в котором проживал Марк.

— А что случилось?

— Я не знаю, но он сказал, что ты нужен прямо сейчас, иди вперед, он где-то в начале, — раздраженно ответил ему незнакомый парень и снова пропал.

— Анет, я сейчас подойду, — извиняющимся тоном сказал мне Марк и, ускорив шаг, двинулся к передней части студенческой толпы.

В этот момент моя интуиция нервно зашевелилась, но я сделала вид, будто все идет так, как надо. Через пару минут я снова увидела Марка. Он выглянул из ближайшего поворота и сделал мне тот самый знак головой, который мы обговаривали тогда, под лестницей. Теперь интуиция буквально била в колокола, призывая каждую клеточку моего тела, что происходит что-то странное. Разве мог Марк так быстро догнать старосту, обсудить с ним какой-то вопрос и вернуться? Во всем этом было что-то не так. Но любопытство, способное подавить мой голос разума, возникло тут, как тут, чтобы жечь меня своим неутомим огнем.

«Я же знаю, что это ловушка», — попыталась рассудить я. «Значит, не дам себя застать врасплох».

Я внимательно огляделась по сторонам, проверяя, сколько старост поблизости. Вместе с этим я стала незаметно двигаться к краю толпы и, когда внимательные глаза ответственных студентов были направлены в другую сторону, нырнула в темный коридор, в который меня призывал Марк. Так я сбежала и, взяв Марка за руку, быстро побежала прочь, чтобы окончательно скрыться за ближайшим поворотом.

— Вот мы и остались одни, — ухмыльнулся Марк.

— Да, побег прошел успешно и гораздо проще, чем я думала. Куда пойдем? Ты говорил, что хотел показать мне особенное место.

— Прямо туда и отправимся.

— И что там будет?

— Ты все увидишь, — шепнул он мне на ухо.

— Наверное, это очень секретное место, — сделав задумчивое лицо, протянула я, специально замедлившись.

— Очень секретное, — поддакнул Марк. — Анет, я должен кое в чем признаться… Но такое нужно произносить в особенном месте, поэтому мы туда и идем.

Играл он просто прекрасно. Я бы даже поверила и мне очень хотелось верить, ведь все складывалось так, будто Марк собирался признаться мне в любви. Будь я менее внимательной, то пошла бы за ним, не задавая вопросов. Но я не собиралась так просто сдаваться.

Я сделала шаг, взяла Марка за руку и положила ее себе на талию.

— Что ты делаешь? — проведя пальцами по моей спине, тихо спросил он.

— Потанцуй со мной, — еле слышно попросила я, глядя ему в глаза.

— Что? Прямо здесь и сейчас?

— Я жду.

Сделав глубокий вдох, он сделал первый шаг, а за ним другой, поворот. Поначалу я не понимала, что именно мы танцуем, но за одним танцевальным кругом пошел точно такой же второй, и я поняла, что это самый простой вальс. Даже без музыки, в мрачном коридоре, где через окна можно было увидеть только черные скалы и бескрайнее, звездное небо, мы танцевали так, будто оказались на светском приеме. Я даже задержала дыхание от того, как он ловко управлял моим телом, полностью контролируя ритм и скорость наших движений.

— Кайрос, зачем ты притворяешься? — спросила я и в следующее мгновение лицо Марка сползло с него, будто краска.

Изменения произошли и с телом, дух стал выше и крупнее в плечах, на нем снова материализовала фиолетовая форма, а ноги так и остались босыми. Он снял с себя все иллюзии.

— Это была шутка, — сказал он мне своим привычным голосом. — В какой момент ты догадалась?

— Когда Марк не понял, о каком побеге я говорю. Кайрос, — я резко остановилась, все еще оставаясь в его руках. — Это ты был ночью под лестницей?

— Да.

— А что было в письме?

— Ничего интересного, твой мальчик с щенячьими глазками всего лишь пригласил тебя на бал, вот и все.

— И ты решил, что нет ничего лучше, чем повести меня на тайное свидание, притворившись тем, кого я люблю?

Кайрос отпустил меня и сделал несколько шагов в сторону, видимо, почувствовав в моем голосе нешуточное напряжение.

— Нашла из-за кого беспокоиться, — фыркнул он. — Это же Марк, он плоский и скучный, как серый картон. Анет, у тебя будет сотня таких, как этот Марк и еще пару десятков в разы лучше.

— Ты… — злость росла быстро, будто реакция в чаше на недавнем представлении алхимиков. — Ты что, издеваешься надо мной?

— Нет, я же сказал, что пошутил. Знаешь, раньше все были в восторге от моих розыгрышей.

— О, я тоже в небывалом восторге. А я была так счастлива, — я принялась шагать по кругу, стараясь даже не смотреть на Кайроса.

От одного его вида мои кулаки сжимались так сильно, что белели костяшки.

— Не зря мне показалось, что он слишком романтичный и откровенный. Еще подумала, что раскрыла его с новой стороны. Вот же дура! И ради чего это все? Куда ты хотел меня завести?

Кайрос сложил руки на груди, молча наблюдая за моими метаниями.

— Говори.

— В этот раз я просто пошутил, особо не надеясь, что сработает. Сымпровизировал, когда мне попало в руки письмо. Совместил приятное с полезным, вот и все. Если бы я взялся за тебя всерьез, то сделал бы что-нибудь более эффективное. Например, отправил твоему отцу поддельное письмо и выманил его в Мракар, а потом взял бы его в заложники.

— Ты что?!. — чуть не поперхнулась я.

— Но я же так не делал, — пожал он плечами. — И не собираюсь.

— О, какое благородство! И чем же я его заслужила?

— Не хочу становится тем, кем они меня все считают, — серьезно ответил Кайрос.

Я несколько секунд рассматривала его бессовестное лицо, а затем стала внимательно оглядывать коридор. На удивление, он оказался довольно знакомым, если идти дальше, то начиналась галерея с живыми доспехами.

— Ладно, — совершенно спокойно сказала я и поспешно зашагала по коридору.

— Ты куда? — почуяв что-то неладное, Кайрос последовал за мной.

Очень быстро мы вышли в ту самую галерею, о которой я вспомнила. Она была небольшой, с круглыми вырезами в стенах, где стояли черные, древние доспехи. Они были местной стражей, чьими услугами практически никогда не пользовались, но все равно на всякий случай при них имелось разнообразное оружие. Быстро осмотрев каждую арку, я подскочила к той, где у доспеха на поясе висел короткий меч. Стоило мне ухватиться за рукоять, как доспех вздрогнул и его шлем опустился, будто в неудомении разглядывая меня.

— Я верну через пару минут, — сказала я ему и дернула меч из ножен.

Доспех всполошился, выйдя из своей вечной, прямой стойки. Он оглянулся на своих железных собратьев, что продолжали стоять, а затем попытался перехватить клинок из моих рук.

— Я сказала, что верну! — рявкнула я ему прямо в забрало и стукнула по железной перчатке.

Доспех мгновенно встал в свою привычную позу, а я развернулась к Кайросу, держа меч наперевес.

— Анет, — медленно произнес он, глядя на то, как уверенно я держу оружие. — Главное для скованных — это сохранять спокойствие в любой ситуации. Помни об этом.

— Не переживай, я воткну лезвие в твой живот с кристально-ясной головой, — сказала я и двинулась к нему.

Глава 34 «Переиграл и уничтожил»

— Это нечестно! — возмутился Кайрос, продолжая отступать спиной вперед. — Я даже не защититься не могу из-за нашего контракта!

— Ого, а мне здорово везет, — хищно улыбнулась я и сделала ленивый выпад, заставив духа отскочить в сторону.

— Смотрю, что тебя не только танцам обучали.

— Конечно, я же из приличной семьи.

После войны среди магических семей стало популярно обучать своих детей не только магии, но и владению оружием.

— Я-то думал, что это традиция давно исчезла, — переводя взгляд то на меня, то на меч, сказал Кайрос.

— Там, откуда я родом, традиции очень живучие.

Я сделала несколько быстрых шагов, пытаясь обойти духа со стороны, тот продолжал отступать, но так, чтобы я не зажала его к стене.

— Убить духа — страшное преступление, — попытался пригрозить он. — О чем я рассказываю? Ты и сама прекрасно знаешь.

Я на мгновение остановилось, на моем лице действительно отразилось что-то страшное потому, что Кайрос замер вслед за мной.

— Да, знаю, — жестко произнесла я и покрутила меч в руке, выписывая им восьмерку. — Может у моей семьи судьба такая?

— Забудь о судьбе. Подумаешь, одно свидание. Я же только лучше для тебя сделал, у Марка ни за что не получилось произвести на тебя такое впечатление.

Я сорвалась с места и Кайрос сразу же исчез, буквально испарившись в воздухе.

— Далеко не убежишь, — напомнила ему я, внимательно осматриваясь и прислушиваясь.

Но дух был неуловим, как профессиональный шпион, и не выдал своего присутствия ни единым намеком.

— Ладно, потом договорим, — пожала я плечами и пошла возвращать рыцарю его меч.

Разумеется, я не собиралась убивать или даже ранить Кайроса. Просто мне казалось ужасно несправедливо то, как он играл с моими чувствами, обвел меня вокруг пальца и еще смел оправдывать свой поступок. И ни одного нормального извинения! Пусть запомнит урок и не действует мне на нервы.

Я подошла к рыцарю и вложила в пустующие ножны меч.

— Возвращаю, как и было обещано, — с видом светской леди произнесла я и сделала легкий реверанс.

Рыцарь кивнул меня, погремев шлемом, и вновь встал по стойке смирно.

«Все, у меня больше нет сил. Скорее в кровать!» — мысленно решила я и направилась к большому коридору, по которому старосты вели студентов в общежитие.

Но я не успела до него дойти, как вдруг до моего уха донеслись отчетливые голоса. Остановившись, я несколько секунд вслушивалась, пока не различила, что говорят девушка и парень, причем на повышенных, злых тонах. Обойти их, попав в нужный коридор, получилось только, если бы я готова была сделать большой крюк, но мне даже думать о таком стало тяжело. Набравшись смелости, что сейчас мне предстоит стать свидетелем чьей-то эмоциональной ссоры, я вышла из-за поворота, прошла немного вперед и, увидев, ссорящихся, нахмурилась.

У стены, вдавленная в грубый камень спиной, замерла Лив. Над ней нависал широкоплечий парень, его тень полностью поглотила её хрупкую фигуру. Они были так распалены руганью, что даже не услышали мои шаги. Черные брови Лив практически сошлись на переносице, дополняя ее разъяренный вид, пальцы вцепились в платье. А вот ее собеседник уперся рукой о стену в нескольких сантиметрах от лица подруги, будто пытаясь подавить ее не только словесно, но и физически.

— Ты что, смеешь угрожать мне? — скривив губы, будто перед ней был не человек, а гигантская мокрица самого отвратительного вида, бросила Лив. — Что ты собрался делать? И нет, я слушать не хочу о твоих влиятельных друзьях. Что конкретно ты собрался делать? Дай угадаю — ничего! Ты никогда не был в состоянии отвечать за собственные действия.

— Прикуси язык, — прошипел незнакомец, резко приблизив к ней свое лицо. — Только из-за тебя я выгляжу, как посмешище! Только ты виновата!

— Кхе-кхе, — я покашляла в кулачок и парень отскочил от Лив. — Извините, не хотела мешать, просто шла мимо.

— Тогда не задерживайся, иди дальше, — разглядывая меня исподлобья, недобро посоветовал незнакомец.

— Я без подруги не уйду.

«Рано было меч возвращать!» — разочарованно успела подумать я.

— Анет, все в порядке, — изменившимся тоном вмешалась Лив.

Теперь она звучала очень натянуто, будто ее охватило напряжение, я даже заметила, как голова Лив немного качнулась в сторону, будто делая намек о моем уходе.

— Слышала? — довольно хмыкнул парень. — Беги и радуйся, что до тебя пока руки не дошли.

— Из какой канавы тебя вытащили, что ты позволяешь себе разговаривать таким образом? — нахмурилась я и парень посмотрел на меня уже совсем по-другому.

— Дерек, — позвала его Лив и это имя как-то смутно отозвалось в моей памяти. — Проваливай. Нам больше не о чем говорить.

— Вы не должны быть здесь, — неожиданно прозвучал новый голос.

Оглянувшись, мы увидели, что к нам неспеша идет Феликс, старший староста собственной персоной.

— Вот черт, — тихо бросил Дерек, сразу сдувшись, будто воздушный шар после праздников.

Феликс дошел до нас спокойным шагом и внимательно осмотрел каждого через свои очки.

— Что здесь происходит? — все-таки решил он дать нам шанс оправдаться.

— Ничего, — сразу же взял слово Дерек.

Феликс кивнул, затем посмотрел на Лив.

— Мы просто разговаривали, — ответила подруга, глядя куда-то в сторону.

— Я же сказал, что…

— У тебя было слово, — резко перебил Дерека Феликс, пригвоздив его своим ледяным взглядом.

Теперь настал мой черед. Что мне стоило сказать? Что этот Дерек явно доставал Лив? Но почему тогда Лив не расскажет обо всем Феликсу, он уж точно не спустит с рук явное нарушение правил?

— Я услышала чьи-то голоса и оказалось, что это они здесь ругались из-за чего-то.

Лучший способ соврать — сказать правду. Я не стала ничего уточнять, чтобы случайно не втянуть Лив в еще большие проблемы. С другой стороны, мало ли из-за чего могли ссориться студенты? Такое происходит каждый день и старосты никогда не занимаются подобными банальными вещами.

Феликс кивнул. Затем он снова уставился на Дерека, а тот заерзал, явно с трудом чувствуя себя не в своей тарелке.

— Я уже не в первый раз замечаю тебя подле госпожи Гастман, когда у нее проблемы. Нам стоит поговорить о твоем поведении. Завтра ты должен явиться к Стеклянной башне к трем часам дня.

— Зачем? — скривился Дерек.

— Советую не опаздывать, — проигнорировал его вопрос Феликс и качнул головой.

Поняв, что он свободен, грубиян сорвался с места и быстро исчез в глубинах коридора.

— Теперь вы, — в этих словах чувствовалось что-то фатальное, будто надо мной навис топор палача. — Мне пришлось искать вас по замку, а это не то, чем хочется заниматься во время Оборотного бала. Но так уж вышло, что старшие старосты становятся кураторами скованных, а вы мои подопечные, за которыми я всегда должен приглядывать.

«Я заметила», — с тоской пронеслось в моей голове.

— Не стану выяснять причину, почему вы здесь, когда всем студентам положено быть в другом месте.

Тут Феликс чуть нахмурился и вытащил из внутреннего кармана своего дорогого костюма золотые часы на цепочке. Открыв блестящую крышку, он внимательно посмотрел на циферблат, и несколько секунд его разглядывал.

— Итак, — он наконец захлопнул крышку часов и положил их обратно. — Анет, подойди ближе.

Я встала рядом с подругой, незаметно переглядываясь с ней вопросительными взглядами.

— Шесть секунд назад наступил комендантский час, который на сегодняшнюю ночь был отодвинут на пять часов в честь Оборотного бала, — отчеканил Феликс. — А вы находитесь не в общежитии, чем нарушили серьезное правило свода поведения.

— Что?! — воскликнула Лив. — Да ты издеваешься?

Но Феликс уже вытащил красные штрафные метки, а затем поочередно налепил одну за другой нам на платья. Стоило трем меткам оказаться на нас, как они вдруг зашевелили своими паучьими лапками и принялись бегать по груди, пока не соединились вместе в одного большого паука ярко-красного цвета. Он намертво вцепился в ткань платья, растопырив свои длинные и волосатые ножищи.

— Какая мерзость! — скривилась подруга, оттягивая ворот платья, лишь убрать паука подальше от лица.

— Мы в расчете, — вдруг улыбнулся Феликс, глядя на Лив.

— Что? — оторопела она.

— Я знаю, что это ты подкинула мне фейерверки в шкафчик, — спокойно объяснил он.

— Какие еще фейерверки? О чем ты? — очень натурально удивилась подруга.

— Наверняка в твоей голове возник вопрос: «Как он узнал, что это сделала я?». Все просто: у зеленых силков характерный запах, который долго выветривается. И именно его я учуял на своих полках. А я знаю о скованных все: родословные, личные дела и семейные артефакты.

— Ты!.. — Лив надулась и покраснела от переполнявших ее эмоций. — Ты еще ответишь, ясно тебе?

— Очень жду, — и Феликс сделал невероятное: подмигнул ей.

Я была в полнейшем шоке, даже рот открыла от удивления, разглядывая того, кого считала практически механизмом, а теперь он стоял вполне себе живой и игривый, к тому же распространяющий такие флюиды очарования, что я не могла глаз отвести.

— Три нарушения, — вдруг своим обычным, официальным тоном заявил Феликс.

Он мгновенно стал прежним идеальным старостой.

— Завтра вы должны явиться к ректору для наказания. А теперь я верну вас в общежитие, где вы и должны находиться.

Феликс пошел впереди, а мы за ним. Я прокручивала в голове все, что успело произойти, а Лив молча буравила затылок старосты.

— Красиво он тебя уделал, — шепотом бросила я подруге.

Та несколько секунд порывалась что-то сказать, но провал был настолько очевиден, что, наконец, она сдалась и только хмыкнула.Спасибо, что читаете мою книгу! Но я врываюсь в повествование не просто так, а для того, чтобы показать вам визуализацию Феликса:

Глава 35 «Господин секретарь»

Кабинет ректора больше походил на лавку артефактора, где повсюду были расставлены магические предметы, собранные со всего мира. На потолке извивались зеленые лианы, державшими своими цепкими и гибкими ветвями свернутые пергаменты, стен не было видно из-за бесчисленных полок, на которых были расставлены банки с частями тел неведомых чудовищ и книгами, чьи корешки раздувались, будто от дыхания. Особое место в центре занимал гигантских размеров шар из хрусталя, внутри которого постоянно кружились маленькие создания с крылышками. Я невольно пригляделась к ним и вздрогнула, рассмотрев легкие платьица и утонченные костюмы. Да это же были настоящие феи! А мне всегда казалось, что они существовали в сказках, ну или жили очень давно, когда люди еще не заявили права на этот мир. Среди чудес и редких артефактов нашлось даже то самое Зеркало. Морок поставили в дальний угол и развернули так, чтобы он отражал только полки, но никак не хозяина и гостей кабинета.

— Впечатляет? — с улыбкой спросил Терес, что сидел за каменным столом, расположившись в мягком кресле с высокой спинкой. — Все эти диковинки собирались здесь еще до того, как Мракар стал академией, а затем эту традицию продолжили ректоры, что оставляли здесь какой-нибудь особенный предмет.

— У Мракара много традиций, — не удержалась я.

— Так всегда бывает, если у места долгая история, к которой относятся с трепетом и уважением. Кстати, об уважении. Юные дамы, у вас какие-то проблемы со сводом поведения?

Лив не удержалась и фыркнула, сморщив свой хорошенький носик.

— У нас проблемы исключительно с Феликсом. Разве скованные не оказывают услугу, заключив контракт с темным духом? Я думала, что академия идет навстречу таким студентам и оберегает от проблем, чтобы не провоцировать стресс.

— Да-да, обычно так и происходит, — глядя на свои ногти, откликнулся ректор. — Но Феликс — особенный юноша, у него острое чувство справедливости. Поверьте, это делает его незаменимым помощником, поэтому приходится мириться со странными последствиями.

Ректор наконец удосужился посмотреть на нас и даже одарил своей великолепной улыбкой.

— Конечно, я не стану наказывать вас по всей строгости. Мы же не хотим, чтобы вы лишний раз волновались, верно?

— Спасибо, ректор Терес, — поспешила сказать я.

— Я бы с удовольствием отпустил вас вообще без наказания, но штрафные метки — это своеобразный контракт, который нужно обязательно исполнить. Уж вы-то знаете, как важны контракты. Поэтому я дам вам самое легкое наказание из всех, что у меня есть. Так-так, давайте подумаем…

Терес наморщил лоб и несколько секунд размышлял.

— Как вы смотрите на работу в саду? — с посветлевшим лицом, явно довольный своей идеей, спросил Терес.

Не дождавшись ответа, он покивал и быстро заполнил какую-то форму, что лежала перед ним на столе.

— Держите, нужно отдать это секретарю и он выдаст вам все нужные ключи.

— Ключи? — с подозрением спросила я.

— От оранжереи и двери, где хранятся инструменты, — занявшись своими личными бумагами, с неохотой ответил ректор. — Девушки, можете не тратить мое время на благодарность. Вы свободны. Кстати, Феликс будет иногда к вам заглядывать, так что это отличная возможность поправить с ним отношения, правда? Только не выходите из оранжереи без его разрешения! Помните про комендантский час.

Сказав это, он указал нам на дверь властный движением и нам с Лив пришлось уйти.

— Причем здесь комендантский час? — недоумевала моя подруга.

— Похоже, работа в оранжереи происходит ночью, — глянув на лист бумаги, что мне выдал ректор, сказала я и нахмурилась. — Что-то мне подсказывает, что это не просто работа в саду. Лив, ты можешь идти, а я загляну к секретарю.

— Как скажешь, — подруга вздохнула и, пожелав мне удачи, ушла.

— Что за оранжерея? — громко спросила я.

За спиной прозвучал легкий смешок.

— Нельзя портить сюрпризы, — шепнул мне на ухо Кайрос. — Идем скорее к секретарю, заберем ключи.

Секретарь расположился совсем недалеко от кабинета ректора. На его двери висело несколько десятков разных объявлений с просьбами, угрозами и предупреждениями. Немного помявшись, я постучала, но мне никто не ответил. Кайросу надоело ждать и он толкнул дверь, пропуская меня вперед.

— Не бойся, эта канцелярская крыса не кусается, — хмыкнул он прежде, чем я вошла внутрь.

У секретаря царил полнейший хаос. Я никогда не видела такого беспорядка и количества бумаг. Кто-то сложил папки в колонны, что доставали практически до потолка, они страшно покачивались, будто могли в любой момент свалиться на пол, задеть соседние колонны и тогда бы все обрушилось. Но даже, если бы все колонны сложились, как карточный домик, это не прибавило бы бардака, который уже здесь был. Под моими ногами хрустели старые пергаменты, будто опавшие листья, удушающе пахло книжной пылью, повсюду виднелись засохшие пятна чернил. Некоторые обрывки бумаг летали прямо в воздухе, планируя из одного угла комнаты в другой.

— Добрый день! Тут кто-то есть? — громко спросила я.

Кайрос рядом оглушительно чихнул, от этого одна из самых высоких стопок из папок качнулась и… с ужасным грохотом свалилась прямо на кучу чистого пергамента, что стоял у стены, обвязанный бечевкой. Поднялась такая пыль, что вслед за Кайросом расчихалась и я, а рассмотреть что-нибудь вокруг стало сложно, будто мы оказались в песчаной буре.

— Так! Что здесь происходит?! — послышался нервный голос, срывающийся на фальцет. — Неужели, вам так сложно было постучать?!

— Господин Крыфьер, мы стучали, — откликнулся Кайрос.

В следующую секунду среди пыли возник маленький, но подвижный силуэт, и я рассмотрела в нем болотного тролля. Я так удивилась, что какое-то время просто разглядывала его гладкую, зеленоватую кожу и торчащие, острые уши с кисточкой сероватых волос на концах. В остальном же он выглядел вполне прилично, правда, мантия на нем была ужасно пыльная, а очки запотели.

— Крефьер! — с визгом, похожим на скрежет по стеклу, возмутился он. — Крефьер! Крефьер! Крефьер!

С острых зубов закапала слюна, а тролль запрыгала на месте, злобно стуча каблуками по старому пергаменту.

— Вы! — его кривоватый палец с черным ногтем на конце, указал сначала на меня, а затем на Кайроса. — Хватит делать вид, что не можете запомнить.

— У троллей сложные имена, — успел вставить Кайрос.

— Вовсе нет! — завизжал секретарь. — Вы нарочно унижаете меня, а все потому, что я слишком тщательно делаю свою работу!

— По поводу работы, господин ректор сказал отдать вам это, — я протянула троллю форму, что заполнил для меня Терес и маленькое создание мгновенно угомонилось.

— Так-так-так, что тут у нас? — хищно улыбнувшись, проворковал тролль и вырвал листочек из моих рук. — Ох, господин Терес! Я бесконечно уважаю мое начальство, но он никак не может запомнить порядок заполнения таких важных документов! НЕ ПРИМУ! — последнее прозвучало так оглушительно, что колонны папок опасно зашатались.

— А что именно с заполненной формой не так? Давайте я передам ошибки ректору и он заполнит форму правильно.

— Я вам что, преподаватель? — скривившись так, будто ему плеснули в лицо тухлого лимона, проскрежетал маленький тролль. — Я не провожу работу над ошибками, старательно обводя красными чернилами каждую помарку! Здесь вам не учебный класс! Разбирайтесь сами!

Я удивленно посмотрела на Кайрос, а тот, судя по всему, ожидал, что произойдет, поэтому даже бровью не повел.

— Я понимаю вас, господин Крефьер, но, если я вернусь к ректору с бумагой, то она он наверняка спросит…

Договорить мне не дали, тролль заскрежетал своими острыми зубками.

— Сказано же: я принимаю только верно заполненные документы. А теперь — УБИРАЙТЕСЬ!

Я ойнула и зажала уши руками, а все вокруг затряслось от невыносимого визга. Сказав свое слово, тролль развернулся к нам спиной и по-деловому зашлепал прочь.

— Бюрократ несчастный! — выдохнула я, убедившись, что секретарь меня не услышит.

— Анет, я здесь очень давно и этот маленький, зеленый уродец никогда не дает то, что от него просят с первого или даже со второго раза. К нему нужен особенный подход, — Кайрос растянул губы в зловещей улыбке. — Я бы мог с ним справится, если бы ты попросила.

Я кинула на темного быстрый, подозрительный взгляд и сложила руки на груди.

— Нужно принести бумаги в соответствии формам, в этом нет ничего сложного.

— Крыфьер — профессионал, он заставит тебя таскаться с бумажками пару недель, пока не выжмет из тебя все силы досуха. Это его единственная отрада. Если тебе не дорого твое время, то делай, как знаешь.

Кайрос взлохматил свою шевелюру и лениво прошелся по кабинету. Я вздохнула, чувствуя, что дух прав, тролль явно получал удовольствие, отказывая мне.

— Кай, — нехотя произнесла я. — Будь добр, помоги мне.

— Что-что? — поморщился он. — Как-то неискренне.

— Мне что, на колени упасть? — возмутилась я.

Кайрос глянул на меня с энтузиазмом.

— Нет, мне не настолько нужны эти ключи, — сразу же дала понять я.

Кайрос пожал плечами и снова принялся расхаживать туда-сюда. Он явно хотел, чтобы я попросила по-особенному, с легкой ноткой унижения моего достоинства. Быстро перебрав в голове варианты, я все-таки решилась.

— Кай, — понизив голос, чтобы он звучал соблазнительнее, тихо произнесла я и подошла к нему ближе. — Ты знаешь, я всегда ценила твои невероятные способности.

— Начала с лести? Неплохо.

— И твоя помощь дорогого стоит. Но что делать, я всего лишь первокурсница и еще не знаю всех тонкостей Мракара, — протянула я. — Но у меня найдется кое-что ценное. Как тебе моя кровать? Она такая мягкая и удобная, гораздо лучше, чем то стеклянное недоразумение, в котором тебе приходится спать.

— Действительно, — задумчиво протянул Кайрос.

— А еще я принесу тебе твою любимых булочек с шоколадом, — добавила я беспроигрышный вариант. — Пожалуйста, Кай, помоги мне.

— Неплохо, Анет. А теперь склони голову набок и похлопай глазками.

Я чуть не вцепилась в него ногтями, поняв, что он намекает на тот раз, когда я заставила его упрашивать помочь ему одеться. Но вместо того, чтобы наградить его испепеляющим взглядом, я изобразила милую улыбку и похлопала ресницами.

— Сойдет, — хмыкнул дух и я тут же выдохнула.

— Господин Крыфьер, а правда, что тролли не умеют носить одежду? Вас долго приучали к сюртуку? — громко спросил Кайрос, зашагав по кабинету.

Уже в следующее мгновение он врезался в колонну из папок и та громогласно свалилась, подняв новую кучу пыли.

— Я НЕ КРЫФЬЕР! И ХВАТИТ РУШИТЬ МОЙ КАБИНЕТ! — истерично завопил тролль, выскакивая из глубин комнаты.

Уже через несколько минут мы вышли от секретаря с ключами, а тролль, злобно фырча, остался разребать учиненный бардак.

Глава 36 «Оранжерея в старом саду»

— Ты будешь помогать нам? — спросила я Кайроса, пока мы шли в сторону старого сада.

— Нет-нет, это ты напортачила, а не я. С чего бы мне выполнять твою работу?

— Со мной постоянно будет Лив и, что тогда ты собрался делать? Просто носится за мной в невидимом виде? И все это время тебе придется держать рот закрытым.

— Ты что, думаешь, что я не справлюсь? — прижав руку к груди, будто я его ранила, воскликнул Кайрос.

— А вдруг мы пробудем в оранжерее три часа и при этом ни единого звука, ни одной глупой шутки и даже ухмылочки.

Кайрос задумался, взъерошив волосы на затылке.

— Ладно, звучит и правда сложно. Я спрячусь, пока поблизости будет Феликс, а затем появлюсь, так что не теряй меня.

— Потеряешь тебя, как же.

С этими словами я вошла в старый сад. Вот-вот должен был начаться комендантский час и все студенты уже сидели в своих общежитиях, а я, видимо, как злостный нарушитель, должна была тратить личное время на благоустройство академии. Может быть нам вообще придется трудится всю ночь напролет, а завтра занятия. И кто мне компенсирует потерянный сон? Разве это справедливо?

На ближайшей скамеечке сидела Лив, что, закинув ногу на ногу, говорила о чем-то с Феликсом, смеясь и кокетничая, будто в последний раз в жизни.

— А вот и Анет, — сказал Феликс, заметив меня. — Нам осталось всего пару минут и можем начинать.

— Что, все должно двигаться строго по расписанию? — закатила глаза Лив.

— В этом случае — да, — заглянув в свои часы на цепочке, ответил староста.

— Я думала, что мы сразу пойдем к оранжерее, — протянула я.

— Давайте еще немного посидим, — с жалостью глядя на свой свеженький маникюр, попросила Лив. — Никуда она не денется.

— Вообще-то денется, и еще как, — загадочно ответил Феликс.

Спустя пару минут, когд комендатский час вступил в свою силу, я услышала леденящий душу скрип, на который поспешила обернуться. Ворота, открывающие проход в сад, закрывались сами по себе, пока гигантские створки не сомкнулись с противным лязгом.

— Что это? — напряглась Лив.

Но ей никто не ответил.

Уже через несколько секунд я почувствовала в воздухе странную вибрацию, из ближайших кустов с красными розами вылетел рой неоновых светлячков, что бросились расчерчивать над садом странные зигзаги и круги. Мы с Лив зачарованно наблюдали за их танцем, как вдруг заметили, что очертания так хорошо знакомого нам сада меняются. Старые и засохшие деревья встряхнулись и снова превратились в юные, пышущие здоровьем, деревца, потрескавшиеся и заросшие дорожки выглянули из-под травы и даже заблестели, как новенькие, при свете луны. Кусты, будто по команде, поменяли свой вид, казалось секунду назад над ними поколдовали руки талантливого садовника, придав им форму шахматных фигур, сердец и коней, что встали на дыбы. Светлячки стали менять свой цвет и зависали над тропинками и скамейками, медленно покачиваясь из стороны в сторону, а цветы раскрылись, обнажив жемчужные сердцевины. Это место преобразилось так, будто мы очутились в прошлом, когда сад еще не прокляли.

— А вот и оранжерея, — показал нам пальцем Феликс.

Среди деревьев можно было заметить стеклянную крышу, из которой пробивался мягкий свет. Приблизившись к стеклянному дому, мы увидели, каких внушительных он размеров, будто он занял собой половину пространства сада.

Подойдя к двери, я вытащила нужный ключ и открыла ее. Стоило мне это сделать, как на меня налетел разнообразный цветочный запах, который смешивался друг с другом во что-то невероятно пестрое и яркое. Вычленить одно от другого было невозможно и у меня даже закружилась голова.

Внутри горел яркий свет, повсюду раскинулись клумбы не только с декоративными цветами, но и редчайшими растениями. Хоть я была и опытным алхимиком, что отлично разбирался в ботанике, многие из этих растений я видела только в книгах. Мне пришлось сильно постараться, чтобы не разинуть рот от удивления, а вот Лив не сдерживала себя в эмоциях.

— Это что, гигантский златоцвет?! — ахнула она, показав на золотой цветок размером с человеческую голову. — Я думала, что они давно исчезли! А это?! Анет, Анет, посмотри! Это же красноногий колокольчик!

Подруга металась от клумбы к клумбе, не переставая восхищаться, она даже не слушала Феликса, который объяснял правила работы.

— Все инструкции по уходу расположены в кладовой. Там вы найдете форму для работы и нужные инструменты. Будьте осторожны, некоторые растения крайне кровожадны. Берегите пальцы даже, если вам кажется, что перед вами всего лишь красивый бутон. Я буду иногда заглядывать, чтобы проверить, как у вас проходит работа. Итак, Лив и… — Феликс запнулся, заметив, что моя подруга убежала далеко вперед, продолжая без конца перечислять названия зеленых жителей оранжереи. — Анет, если какие-то растения начнут вести себя плохо, то прячьтесь в кладовой. Туда никто не проникнет. Я очень тебя прошу, если какой-то цветок вас напугает, не причиняйте ему вреда, просто уходите. Договорились?

— Не переживай, все будет в порядке, — я показала ему большой палец. — У меня есть опыт в работе с магическими растениями. А у Лив он еще больше.

— Я знаю, но по правилам должен вас предупредить, — улыбнулся мне староста. — Ладно, оставляю вас. Удачи.

Мой план был довольно прост: быстрее начнешь — быстрее закончишь. Но практически сразу меня стала тормозить Лив, что не хотела приниматься за работу, не обойдя все тропинки оранжереи с ее редкими сокровищами.

— Ну, пожалуйста-пожалуйста, — сложив руки в молитве, канючила она. — Я быстренько осмотрюсь и сразу за дело. А ты пока можешь найти кладовую и достать оттуда костюмы для работы и инструкцию. Дай мне хотя бы пятнадцать минут! Нас же ни за что в жизни сюда не пустят!

— Хорошо, только не надо ничего рвать.

— Может пару семян утащу, но вреда не сделаю! — хитро пообещала подруга и уже через мгновение скрылась за ближайшими кустами.

Я вздохнула и отправилась дальше по тропинкам, искать кладовую. В следующее мгновение чья-то рука опустилась мне на плечо.

— Анет! — взволнованным голосом произнес Кайрос и развернул меня к себя. — Убийца здесь!

Глава 37 «Темный дух?»

Сердце пропустило удар, а кожа покрылась мурашками, но я не успела и слова вставить, как темный дух уже потащил меня вон из оранжереи.

— Куда мы? — попыталась задать я вопрос, но вместо ответа Кайрос только шикнул на меня и сделал страшные глаза, будто убийца прятался в ближайшем кусте с цветами.

Выбравшись из стеклянного домика, я вдохнула полной грудью свежего воздуха, наконец, перестав ощущать щекочущее чувство в носу из-за разнообразных ароматов цветов. Но Кайрос снова повел меня за собой и завел за стеклянные стены, к неприметному кусочку сада, и только сейчас я заметила, что там нет земли, а только черный провал, ведущий куда-то далеко вниз.

— Что это? — осторожно подойдя к краю пропасти, тихо спросила я.

— Он снова открыл врата, — хмуро выдал Кайрос и толкнул меня в спину.

В следующую секунду я потеряла равновесие и, выставив вперед руки, полетела прямо вниз. Я была так испугана, что не могла даже закричать, казалось, что мои голосовые связки парализовало от ужаса и ощущения приближающейся смерти. Кайрос сбросил меня! Прямо в эту черную пустоту!

Когда я смотрела на эту пропасть сверху, то ничего не могла рассмотреть из-за сплошной темноты, но стоило мне оказаться внутри, как зрение сразу же перестроилось и передо мной раскинулась огромная пещера. Я даже успела рассмотреть сталактиты, но пол каменного грота очень быстро приближался, предвещая мне жесткое и, наверное, последние падение. Я успела закрыть глаза и практически почувствовала, как мое тело разбивается о камни, но вдруг все прекратилось. Открыв глаза, я поняла, что зависла прямо над камнями на расстоянии вытянутой руки и неведомая мне магия бережно держала меня, приближая к земле. Уже через несколько секунд я приземлилась абсолютно целая и невредимая, хотя сердце продолжало бешено биться, будто я еще находилась в смертельной опасности.

— Отойди, а то зашибу! — предупредил голос сверху.

Быстро вскочив на ноги, я бросилась в сторону и на мое место приземлился Кайрос. У него это получилось гораздо ловчее, он не распластался по земле, как я, будто зная, что его здесь подстрахует некая сила.

— Какого черта ты делаешь?! — закричала я, давая волю своим эмоциям.

— Ты думаешь, он лезет в эти подземные ходы просто так? Здесь кое-что хранится, кое-что очень важное.

— Свет Селарет? — открыто спросила я.

Кайрос нахмурился и кивнул.

— Да, именно он. Это важный артефакт и я ни за что не позволю какому-то смертному прибрать его себе!

— Потому, что он тебе самому нужен! — всплеснув руками, воскликнула я. — Мне прекрасно известно, для чего можно использовать этот свет, Кайрос! Ты все надеешься сбежать!

— А кто бы не надеялся, оказавшись на моем месте?! — он тоже невольно перешел на повышенный тон. — Я много лет пробыл в заточении, хотя никто не имел права лишать меня свободы!

— Тебя схватили потому, что ты темный дух! — выкрикнула я. — Ты и твои собратья вели войну против людей!

— Не надо рассказывать вещи, о которых ты ничего не знаешь! Я был там и сражался за свою свободу, а не потому, что люди мне чем-то мешали! Ты понятия не имеешь, что тогда происходило. Нет никаких темных духов, Анет! Очнись, это всего лишь удобная история, которая оправдывает Селарет и ее последователей!

Я замерла, приоткрыв рот, и несколько секунд по пещере гулял разъяренное эхо Кайроса, пока оно полностью не затихло.

— Не понимаю, о чем ты? — мысленно решив, что он просто пытается сбить меня с толку, протянула я.

— Духи — создания природы, Анет, — принялся объяснять мне Кайрос, будто маленькому ребенку. — А природа не бывает злой или доброй. Разве она злая, когда ее смерчи сносят собой дома людей? Разве она злая, когда морская буря топит корабли? Такова уж суть ее проявлений, природа не стремиться разрушить все на свете, просто иногда складываются обстоятельства и с неба идут дожди, либо случаются землетрясения. Так и духи, Анет. А ты никогда не думала, что это очень странно, что среди бесчисленного количества духов, лишь семь из них признаны темными?

— Значит, то, что ты дух обмана — лишь отражение твоей сути, на которую ты не можешь повлиять? — попыталась объяснить я.

— Никакой я не дух обмана, — скривив лицо, выплюнул Кайрос. — В былые дни, когда Селарет еще не стала главой пантеона, я был очень молод и использовал свои иллюзии исключительно для шуток и розыгрышей. Просто глупый ребенок, поэтому меня называли духом озорства. Но потом Селарет решила объединиться с людьми и это привело к войне. Не все духи хотели вступать в ее пантеон и начались столкновения. Но война закончилась и мы проиграли. А историю пишут победители, поэтому теперь я всем известен, как дух обмана.

— По твоим словам выходит, что это Селарет плохая?

Кайрос бросил на меня исподлобья разозленный взгляд, от которого мне стало не по себе.

— Я ее ненавижу, но только потому, что у меня есть на то причины, а не потому, что она — зло. Когда ты хочешь выжить, то идешь на страшные меры, Анет. Это долго объяснять. Теперь мы поняли друг друга? Идем, пока он не забрал артефакт.

— Никуда мы не пойдем, — отрезала я и, вдохнув воздуха, чтобы успокоиться, продолжила гораздо спокойнее. — Мне очень жаль, что так вышло, Кайрос. Я с тобой долго общалась и многое поняла… Но я не могу отпустить тебя. Если это случится, то академия начнет расследование и моя семья пострадает. Ты прекрасно знаешь, о чем я сейчас говорю. Мой отец кое-как держит винодельню и выживает только за счет того, что распродает земли. Совсем скоро от нашего семейного достояния вообще ничего не останется. Если я подведу его, то академия вышвырнет меня и кто тогда будет зарабатывать нам на жизнь? У него серьезная болезнь, Кайрос, и она требует дорогого лечения. Будь оно так, что от моих глупых решений пострадала бы только я, может бы я решилась на такое безрассудство и помогла тебе, но я не могу подвести отца.

— Ты бы помогла мне сбежать, если бы отвечала только за себя?

Кайрос выглядел удивленным, его глаза, обычно хитрые и насмешливые, расширились и взглянули на меня совершенно по-новому. Он замер, даже перестал дышать, будто его посетило какое-то озарение, заставшее его врасплох.

— Анет… — тихо произнес он, но тут по пещере прошла дрожь.

Я вздрогнула и даже глянула на потолок, решив, что сейчас начнется обвал, но все прекратилось буквально за пару секунд.

Кайрос посмотрел в один из тоннелей, что вел из грота, в котором мы оказались. Дух снова переменился, лицо стало резким, а около губ пролегла жесткая складка, будто он изо всех сил сжал челюсти.

— Идем, — твердо сказал он мне и схватил за руку.

Глава 38 «Чужак и убийца»

Я замерла и перестала дышать, пытаясь сдержать омерзение, от которого тело предательски дрожало.

— Тише. Я сказал, что нельзя шевелиться, — строго напомнил мне Кайрос, осторожно обойдя меня.

Чертово подземелье! Чертов лабиринт! И чертов дух, что притащил меня сюда! Здесь было полно ловушек и хоть Кайрос знал, как следует идти, чтобы в них не попасть, я все равно умудрилась наступить на то, что не следовало. Стоило мне сделать неверный шаг, как ближайшие камни превратились в разноцветных змей, что с громким шипением бросились на меня и обвили до самых плеч. Змеи, холодные и тяжелые, медленно покачивали своими головами, высовывая розовые, раздвоенные языки, будто пробуя воздух вокруг меня на вкус. Я обомлела, как приказал Кайрос, и те тоже замерли, будто решая, что делать со мной дальше.

— Тебе повезло, они не похожи на ядовитых. Я думаю, если ты попытаешься двинуться, то они просто задушат тебя или переломают кости, сжавшись с невероятной силой, — задумчиво бормотал Кайрос, едва дотрагиваясь до этих цветастых тварей.

«Ты думаешь?!» — мысленно прокричала я, но внешне осталась совершенно спокойной.

— Молодец, — похвалил меня дух и выглянул из-за моей спины, чтобы одарить меня поддерживающей улыбкой. — Все нормально, я тебя распутаю.

Через пару секунд в плечах стало гораздо свободнее, а рядом приземлилась змея, что через мгновение превратилась в обычную горсть камней. Дух по очереди избавлялся от шипящих созданий, ловко и быстро снимая их с моего тела, пока не осталось ни одной.

— Фух! — я с наслаждением задышала полной грудью и только теперь позволила себе содрогнуться от омерзения. — Какие же они отвратительные!

Кайрос глянул на то, что нас ждало дальше по пещерному коридору и повернулся ко мне с новым приказом.

— А теперь закрой глаза.

— Зачем это? — напряглась я.

— В лабиринте очень важно наступать только туда, куда нужно. А ты будешь пялиться во все стороны, бояться, и снова угодишь в какую-нибудь ловушку. Я понесу тебя, а ты закрой глаза. Ясно тебе?

— Что там такого ужасного, что ты не хочешь мне этого показать?

Кайрос не ответил и мне пришлось сомкнуть веки, а для надежности даже прикрыла лицо руками. Дух подхватил меня на руки уверенным движением, будто я совсем ничего не весила и, фальшиво насвистывая мне что-то на ухо, двинулся дальше. Вскоре я услышала мерзкий стрекот, будто его издавали сотни и сотни сверчков. Либо это походило на трещание энергетического поля. И то, и другое не предвещало ничего хорошего, поэтому я сжалась на руках духа, пока тот продолжал насвистывать, шагая по лабиринту.

Пока мы шли я пыталась сообразить, как уберечь свет Селарет от Кайроса. Сейчас я делала все, что он просил и шла за ним, ничем не мешая. Но мне нужно было срочно придумать, как выбраться отсюда. О прямой схватке никакой речи идти не могло. Я не знала боевых заклинаний, на первом курсе им попросту не обучали, оружия при мне не было, а вот Кайрос был гораздо сильнее, поэтому мог легко тащить меня туда, куда нужно. Был один выход. То самое заклинание, что я на удачу нашла в библиотеке Стеклянной башни. Это был мой единственный шанс предотвратить побег духа и вернуться в академию. Но мысль об этом отзывалась ноющей болью в груди. Как сложно было это принять! Будто я делала что-то неправильное, даже преступное! Но, когда на чашу весов вставали свобода Кайроса и жизнь моего отца, то я была готова пойти и на преступление.

Неожиданно Кайрос остановился, стрекот к тому моменту уже умолк.

— Ублюдок уже взломал хранилище, — хрипло произнес он напряженным голосом.

Я убрала руки с лица и огляделась. Мы оказались в просторном гроте, чей потолок терялся где-то далеко наверху. В воздухе плавали бродячие огни, их явно оставил чужак. Перед нами высились огромные, двустворчатые двери из темного дерева. Они были такими же старыми, как те самые, что открывали королевские ищейки, только распахнутые настежь, а одна из дверей даже слетела с петли и криво привалилась к стене. В открывшемся проеме было так темно, что ничего нельзя было рассмотреть.

Кайрос поставил меня на ноги, а я, стоила мне оказаться на своих двоих, сразу же поняла, как именно чужак проник внутрь. Недалеко от двери было расставлено походное, алхимическое оборудование, очень похожее на то, что я сама привезла с собой в Мракар. Правда, оно было гораздо продвинутее, недалеко от пробирок и горелок я заметила целую сумку с различными ингредиентами.

Мои глаза загорелись и, наконец, в моей голове созрел план.

— Держись позади меня, ясно тебе? — явно готовясь к чему-то, снова сказал Кайрос приказным тоном.

— Нет, — наконец, произнесла я.

Дух обернулся ко мне, встретившись со мной решительным взглядом.

— Не надо, — попросил он. — Ты не пострадаешь, Анет, обещаю тебе. Идем со мной.

— Как я могу тебе поверить? — чувствуя, что все внутри сжалось от моих жестоких слов, спросила я. — Ты можешь просто сбежать, а что случится дальше? Прости, Кайрос, я не могу этого допустить. Миленио Сорен!

— Что ты делаешь?! — закричал дух и в следующее мгновение его тело безвольно свалилось прямо на камни.

«Нет! Нет! Нет!» — взревел его голос, но уже в моей голове.

Я бросилась к алхимическому оборудованию, иногда бросая опасливые взгляды на черный проем. Нужно спешить, чужак мог услышать, что сейчас здесь произошло, поэтому надо убираться отсюда, как можно скорее.

«Что ты делаешь, Анет!» — надрывающимся от боли и злости голосом прокричал Кайрос так громко, что у меня сдавило виски.

— Я все еще скована с твоим телом.

Опустившись на колени, я быстро схватила первую попавшуюся колбу и принялась вытаскивать из сумки нужные ингредиенты. Мне нужно было сорвать волшебные цепи, которые я сама и навесила, иначе мне не уйти дальше, чем на двадцать шагов.

На горелке вспыхнуло синее пламя, я прогрела на ней получившийся раствор, а затем бросила в него свой волос. Оставался только волос Кайроса, точнее волос того парня, в чьем теле дух жил последний месяц.

Вскочив, я бросилась к телу и, опустившись к нему на колени, вырвала из его головы черный волос. Я действовала быстро и лихорадочно, чувствуя, как Кайрос бьется среди моих мыслей, заходясь в злых криках, что чередовались с мольбами.

— Прости, прости, прости, — бормотала я, неожиданно почувствовав, что на глазах выступили слезы.

Как странно, в последний раз я плакала на маминых похоронах…

В следующее мгновение я опрокинула в рот готовое зелье, язык мгновенно обожгло и я даже зажмурилась от боли, но мне некогда было ждать, когда жидкость остынет. С трудом проглотив часть зелья, я наклонилась к мертвецу и влила ему в рот остатки своего варева.

— Что ты делаешь, Анет?

Этот голос прозвучал слишком близко, а ведь я даже не слышала шагов! На мгновение я забыла обо всем, даже о том, что только что обожгла рот, пальцы предательски дрогнули и пустая пробирка выпала из них прямо на камни.

Я подняла голову, надеясь, что мне показалось, что это просто мое воображение, подстегнутое страхом. Передо мной стоял высокий, молодой человек с зачесанными, блондинистыми волосами, по цвету так похожими на мои собственные. Мы вообще во многом походили. Один и тот же разрез глаз и их цвет, тот же самый изгиб носа. Держу пари, что, если бы я родилась мальчиком, нас бы путали со спины. Передо мной стоял тот самый загадочный чужак и убийца — мой старший брат Ассиль.

Глава 39 «Цена бессмертия»

— Так-так, — Ассиль с улыбкой опустился на корточки и провел большим пальцем по губам мертвеца, стирая остатки зелья.

Он поднес палец к носу и понюхал, прикрыв глаза.

— Знакомый запах, — широко улыбнулся он мне.

От его вида у меня прошелся мороз по коже. Эта широкая улыбка и пустой взгляд чуть на выкате, будто передо мной была лишь тщательно спроектированная кукла, с лицом моего брата, а не человек. Его глаза всегда были такими — мертвые и абсолютно бессмысленные.

— Знаешь, что это мне напоминает? То зелье, которое мы придумали с тобой, чтобы ты никогда от меня далеко не уходила.

«Анет, беги!» — прозвучал в моей голове голос Кайроса.

Он был прав. Я медленно поднялась, не спуская внимательного взгляда с брата, и он поднялся вслед за мной, продолжая пялиться на меня с широкой улыбкой. Казалось, его вообще не беспокоит, почему труп какого-то парня сейчас лежит перед его ногами. Его внимание было так сосредоточено на мне, что такие пустяки не волновали.

— Я так рад, что ты нашла меня, — он перешагнул мертвеца и двинулся ко мне, а я попятилась прочь.

— Зачем ты здесь? — сдавленно спросила я.

Ассиль остановился.

— Люблю Мракар и его секреты. Знаешь, здесь можно провести всю жизнь и все равно останется что-то неизученное. А исследовать — моя страсть. Я и академия дополняем друг друга. У Мракара бесчисленное количество тайн, а у меня жажда раскрыть их все.

— Ты убил девушку! — выкрикнула я, сжав кулаки.

Ассиль приподнял брови, будто не понимая, о чем идет речь. Затем он охнул и слегка хлопнул себя по лбу.

— Ах да! Не стоит переживать, сестренка. Ради интереса я даже нашел ее личное дело. Поверь, мир нисколько не потерял с ее уходом. Самая заурядная ученица без интересных способностей.

Мое тело задрожало, будто по мне снова ползали отвратительные, цветастые змеи, правда, теперь причина была в том, что сказал мой брат. Я не была нисколько не удивлена его словами, это было типично для его взгляда на мир, но стоило ему сбежать из дома, как я постаралась стереть его из памяти, будто страшный сон. Как же это отвратительно, снова оказаться рядом с ним, будто меня окунули в отхожее место.

— А вот с тобой все по-другому. Тебя выбрали в скованные. Очень почетно и опасно, а потому невероятно интересно! Тебе всегда везло оказаться в центре событий. У некоторых людей судьба такая, ничего не поделаешь. Но это знак того, что подобные люди могут сделать действительно что-то значимое. Не зря же они вечно попадают в подобные передряги. Я наблюдал за тобой, когда Морок назвал твое имя. Ты выглядела великолепно, Анет! Все эти сопляки чуть ли не плакали, тащились к Тересу, будто на плаху, а ты смогла преподнести себя достойно!

— Ты был здесь с самого начала? — вытаращившись на него, тихо спросила я.

— Конечно! — всплеснул руками брат и сделал ко мне несколько быстрых шагов. — Как я мог пропустить такой важный день?! Для этого я даже задушил одного паренька, чтобы взять его обличье. Очень скучное это дело, ведь мне приходилось полностью вжиться в его роль: ходить на уроки, общаться с его тупоголовыми друзьями, отвечать его родителям на письма. Зато никто не мог меня найти! Я был очень близко к тебе, ты даже не представляешь насколько! Дам подсказку: мы вместе открывали церемонию посвящения!

Ассиль сложил руки в замочек и уставился на меня, ожидая мою реакцию. Я несколько секунд не могла понять, что он имеет ввиду, но тут меня озарило. Тот нелепый парнишка, с которым я стояла в паре! Еще тогда, в свой самый первый день! Непримечательный студент, что все время вертелся и общался со своим дружком!

— Не может быть… — пробормотала я.

— Да! — воскликнул Ассиль.

Судя по его возбужденному настроению, я чуть ли не осчастливила его тем, что так быстро догадалась.

«Анет! Разворачивайся и убегай!» — тем временем продолжал без конца упрашивать Кайрос. — «Посмотри на него! Он же сумасшедший!»

О, я прекрасно знала, какой у меня брат и не питала иллюзий по его поводу. Его настроение всегда менялось стремительно и непредсказуемо, поэтому я в любой момент ждала взрыв.

— Я был так рад, когда узнал, что скованной стала именно ты! В этот момент я осознал, что случайностей не бывает! Судьба действительно существует, иначе, как объяснить то, что ты нашла меня в подземельях. И не одна. Он же с тобой?

Вот и оно. Я видела, как Ассиль стал меняться. Его улыбка кривилась, будто ему было сложно ее удерживать, он так сильно стиснул свои пальцы в замке, что они начали мелко дрожать.

— Ты должна мне помочь, Анет, — ровным, но оттого пугающим голосом, сказал мне брат. — Отдай мне своего духа.

— Кайрос принадлежит академии, — попыталась возразить я, хоть и знала, что это бесполезно.

— Мои исследования изменят мир. Но для того, чтобы произошли глобальные перемены иногда приходится идти на серьезные поступки, даже, если подобное запрещено официальной властью. Анет. Отдай мне Кайроса и ты не пострадаешь.

Против Ассиля у меня было даже еще меньше шансов, чем против Кайроса. Дух хотя бы был ограничен нашим контрактом и не мог причинить мне вреда, а вот Ассиля ничего не сдерживало. Он был одним из лучших выпускников Мракара и, хоть отучился на алхимическом, прекрасно владел и боевой магией. Кайрос умолял, чтобы я бежала, но только из отчаяния. Если я побегу, брат сразу же применит свою силу и то, что случится дальше, возможно, мне вообще не увидеть потому, что я буду валяться без сознания. Брат не любил криков и возни, поэтому ему было легче меня вырубить. Если не убить.

— Я не могу, Ассиль, — совершенно спокойно, пытаясь держать себя по-деловому, произнесла я. — Мы связаны с ним двойным контрактом. Даже, если я его отпущу, Кайрос все равно будет привязан к Мороку.

— Да-да, я знаю, — ответил мне брат и жестко схватил меня за руку. — Идем со мной.

Он повел меня к раскрытым дверям и, предвкушая, что главная загвоздка его исследования решится, невольно стал разглагольствовать.

— Разве тебя не злила такая несправедливость этого мира, как смерть? — спросил он.

— Очень злила, — честно ответила я.

— Почему человеческий век такой короткий? И все равно люди за свои отведенные года успевают сделать очень много. А представь, как все изменилось, если великие умы жили гораздо дольше? Их незаконченные исследования не пропадали бы где-то в архивах, а доводились до конца! И сколько бы таких исследований было бы проведено, будь у по-настоящему достойных людей чуть больше времени?! Но у природы есть на все свой ответ. Она уже все придумала за нас, Анет, и только ждет, когда мы сами возьмем ее труды и используем в правильном русле. Я знаю, ты очень милосердна, Анет, и можешь пожалеть Кайроса. Если я возьмусь за него, то он больше никогда не возродится заново. Это действительно печально, я понимаю. С другой стороны, он же всего лишь темный дух, верно? Если выбирать из всех духов мира, то темный дух подойдет лучше всего. Поэтому я и решил, что найду объект для эксперимента здесь.

— А еще ты пришел именно сюда потому, что темные духи уже пленены и их проще украсть, ведь ты не в состоянии победить духа в честной битве, — бросила я ему в лицо правду.

В следующее мгновение мою щеку обожгло, а голова мотнулась в сторону из-за тяжелого удара. Кайрос внутри стал бесноваться, будто маленький, сумасшедший ураган. Его ярость вскипела такой безудержной, всепоглощающей волной, что она смела все мои собственные чувства и мне пришлось постараться, чтобы держать себя в руках.

— Прости-прости!Ассиль взял меня за подбородок и осторожно повернул мое лицо к себе, посмотрев на меня с жалостливым и виноватым выражением.

— Прости, Анет, на самом деле, так и есть. Ты права, сестренка, как всегда, права. Просто это прозвучала так грубо, будто я не в состоянии найти себе духа для эксперимента другим способом. Но духи действительно очень могущественные существа, поэтому я и стремлюсь получить хотя бы часть их сил. Это вопрос времени, Анет. Обещаю тебе, когда я обрету возможность перерождения, а значит, попросту стану бессмертным, то постепенно обрету достаточно мощи, чтобы сравниться с самой Селарет. Может быть…

Ассиль улыбнулся мне.

— Может быть я и с тобой поделюсь крошкой бессмертия, чтобы ты всегда мне помогала, да?

Он хмыкнул и легонько щелкнул меня по носу.

Тем временем мы вошли в хранилище, оно оказалось просторным залом, поглощенный тьмой. Ассиль взмахнул рукой и вокруг появились десятки блуждающих огней, что разлетелись во все стороны и осветили место, похожее на гробницу. Тут оказалось очень пусто, только вдалеке я заметила высокий пьедестал с черной коробкой. Именно к нему меня подвел Ассиль. Оказалось, что это не просто коробка, а каменная шкатулка. На ней я могла рассмотреть выгравированные надписи на неизвестном мне языке. Ассиль благоговейно коснулся крышки шкатулки и резким движением откинул ее прочь. В это мгновение яркий свет затопил залу и, даже зажмурившись, я продолжала видеть невыносимое свечение. Несколько секунд оно продолжало освещать все вокруг, но затем заметно померкло. Какое-то время я ничего не видела, ослепленная сиянием артефакта, только перед глазами расплывались цветные круги.

Стоило мне прийти в себя, как я увидела светящийся шар в руках довольного брата. Свет Селарет оказался небольшим по размеру, в центре — ослепительная белизна, будто сердцевина звезды, а по краям — голубоватые всполохи, напоминающие северное сияние. Воздух наполнился приятным и чистым запахом, как первый вдох после грозы.

— Теперь у тебя есть свет, — завороженно глядя на артефакт великого духа, сглотнув, сказала я. — А как же Зеркало?

— Не волнуйся, — с улыбкой ответил брат. — Считай, что Морок уже здесь.

Глава 40 «Сложности в семейных отношениях»

«Я могу создать пару отвлекающих иллюзий. Ты воспользуешься моментом и сбежишь. Договорились?»

Мысленно вздохнув, я ничего не ответила на предложение Кайроса. Как ни посмотри, а это была очень глупая идея, хотя меня грела мысль, что он пытается спасти мне жизнь, несмотря на то, как я жестоко предала его и лишила тела. Но то, как сейчас разворачивалась ситуация с Ассилем, приводила меня в апатичное уныние, хоть я и пыталась придумать, как избежать самого печального конца.

Брат окончательно сошел с ума со своими исследованиями. Мама с детства возносила его талант до небес и все было в порядке, но, когда мама умерла, у брата будто произошел сдвиг в мозгу. Академия и другие маги, занимающиеся наукой, всегда были заинтересованы тем, что делал Ассиль. Они ждали от него больших открытий и жадно читали каждую его работу. Они предлагали ему финансирование и работу под началом любого из уважаемых профессоров. Каждый хотел участвовать в его опытах, чтобы иметь возможность использовать его исследования. Не удивительно, что эго моего брата разрослось до пугающих размеров и в какой-то момент он пришел к совершенно безумной идее: заполучить бессмертие. Но если он и хотел заняться вопросом бессмертия, то только для себя. В крайнем случае, он сам хотел решать, кто достоин разделить такую честь. Поэтому он скрывал от всех, чем занимается. К тому же он знал, что исследование сути духа неизбежно приведет к ее осквернению, и тогда вмешалась бы уже сама Селарет. Она рьяно охраняла божественное начало своих сверхъестественных подданных. Другими словами, Селарет готова была делиться силой духов с людьми, но только на своих условиях. Исследования же брата прямо противоречили основным контрактам Селарет с людьми, что она заключила много столетий назад. Мы с отцом знали, что рано или поздно его работа вскроется и это приведет к неминуемой опале. Наши земли бы отобрали, а нас лишили любых средств к существованию, лишь бы оградить Ассиля от возможности заниматься подобными исследованиями. Мы много раз пытались вразумить его оставить опасные идеи, но к этому моменту было уже поздно. Ассиль превратился из эксцентричного и забавного гения в пугающее создание, что не видело преград к своей цели. И, когда мы стали такой преградой, Ассиль ушел. Мы хранили его секрет, надеясь, что он потерпит неудачу в исследованиях и успокоится. Но теперь мы здесь, в подземельях Мракара, где мой брат вот-вот получит недостающее звено для своих исследований.

— Анет, будь добра, помоги мне перенести алхимическое оборудование, — ласково произнес Ассиль и ущипнул меня за щеку. — Будем снова работать вместе, как раньше.

Он улыбался, как кот на солнце, даже глаза сощурил, я ему на это ничего не ответила, а молча пошла переносить ингредиенты и пробирки с горелками в пустое хранилище.

Я даже не смотрела в сторону выхода, Ассиль, разумеется, это заметил и довольно кивал, обрадованный моей сообразительностью. На самом деле, я давно его так часто не радовала, поэтому чувствовала, что яростная вспышка все ближе и ближе.

Так почему все-таки не сбежать? Почему хотя бы не попытаться? Причина в том, что я сейчас осталась с братом заключалась в нем самом. Даже, если у меня получилось бы выбраться из подземелий, его это все равно не остановит. Если он не заберет Кайроса, то доберется до другого скованного и вытащит из него темного духа. Как это предотвратить? Разве что рассказать о нем королевским ищейкам, и поставить крест на своей жизни, забыть о Мракаре и магии, ведь после такого мне никто здесь учится не позволит. Я сбегу и спасу свою жизнь, но при этом она будет разрушена.

«Это неважно, Анет. Главное, что ты будешь жива», — услышав мои мысли, сказал мне Кайрос.

Но для меня это не было аргументом. Я дала Кайросу тело, приковала его к себе только потому, что надеялась скрыть исследования брата, надеялась, что тем самым выиграю отцу десяток лет жизни. Я совершала одну глупость за другой вовсе не потому, что надеялась спасти собственную репутацию. Единственное решение, которое я видела, это найти способ остановить Ассиля. Я должна ему помешать и может быть тогда честь семьи будет спасена и мой отец сможет спокойно прожить свою старость после всех бед, что с нами случились.

«Ты что, спятила?!» — рявкнул Кайрос. «Как ты собралась его остановить? Он уже состоявшийся маг, а ты зеленая первокурсница! Не смей делать такую глупость! Все закончится только тем, что он причинит тебе много боли, а затем вырвет меня из твоего тела! Не хочу оказаться в руках этого психа. Анет, у меня есть идея, как все исправить. Никто не узнает, что твой брат хотел ставить опыты над духами, и твою семью не тронут. Только позволь мне выбраться на свободу! Я обещаю тебе, что все закончится хорошо и ты останешься в академии. Анет, прошу тебя, поверь мне!»

Я слушала Кайроса с нарастающей надеждой. Я была готова поверить каждому его слову, ведь сама не могла придумать ничего, что могло бы поправить ситуацию. Единственное, что пришло мне в голову — напасть на брата. Это была отчаянная мера, которая не сулила мне даже шанса на победу. Мне так хотелось верить Кайросу, что все и правда сложится так, как он обещал.

— Анет, пошевеливайся. У нас не так уж много времени, — раздраженно сказал брат, заметив, что я замедлилась.

Да пошел он к черту! Сколько можно искать полумеры, чтобы всем было хорошо! Если придется чем-то жертвовать, чтобы остановить этого засранца, что превратил несколько лет моей жизни в ад, то я готова.

Стоило решению сформировать в моей голове, как Кайрос затих, но только для того, чтобы внимательно сосредоточится на том, что происходило в материальном мире и вовремя дать мне какое-нибудь указание.

А брат тем временем взялся рисовать огромный магический рисунок прямо на стене хранилища.

— Что ты делаешь? — расставив алхимические приборы неподалеку, спросила я.

— О, это гениальная вещь, ты оценишь! — не отвлекаясь от работы, радостно сообщил брат. — Ты знаешь из-за чего в Мракаре ввели комендантский час?

— Да, ты попытался проникнуть в подземелья академии.

— Это был отвлекающий маневр. На самом деле я хотел проникнуть в кабинет Тереса.

«Как и предполагали ищейки», — подумала я.

— Ты была у него в кабинете? Там столько всего, я еле сдержался, чтобы не утащить оттуда фей и пару фоллиантов по темному искусству. Но я туда заглянул не для этого. Мне нужно было Зеркало. Но как его украсть из сердца академии, когда повсюду снуют студенты, охрана и даже королевские ищейки? Я нашел способ! Видишь этот магический рисунок? Точно такой же я оставил на стене в кабинете Тереса, прямо за Зеркалом и полками. Он ничего не заметил потому, что чернила быстро становятся невидимыми. Но главное, что рисунок есть и его можно активировать.

К этому моменту магический рисунок, вытянутый, с человеческий рост, был уже готов. Ассиль распростер перед ним руки и обычная белая краска вдруг засияла бирюзовым светом. Брат с восторгом оглянулся на меня и дотронулся до рисунка. Вместо того, чтобы просто коснуться стены, его рука потонула среди камней, будто они были всего лишь иллюзией.

— Работает! — объявил Ассиль, вытащив руку обратно. — Иди сюда, Анет, посмотри на это поближе.

Мне пришлось встать рядом с братом и он вцепился в мои плечи, будто боясь, что я рвану от него прочь. Но мне и правда было интересно, каким образом сработает его задумка. Да, он был тем еще мерзавцем, но его не зря считали умнейшим человеком.

Вдруг в каменной стене что-то проступило, поначалу я не могла разобрать, что это за деревянная стена, которая двигалась сама по себе, будто ее что-то неудержимо тянуло в пещеру. Уже через пару секунд до меня дошло, что это задняя стенка шкафа, что стояла в кабинете Тереса. Вскоре она оказалась прямо перед нами и грохнулась, раскидав в разные стороны редчайшие книги и другие артефакты, что с таким трепетом собирали ректоры Мракара. Но Ассиль даже не обратил внимание на бардак. Он смотрел на то, как вслед за куском шкафа в пещеру само по себе въезжает Зеркало. Когда оно оказалось в пещере, брат сорвался с места и одной резкой чертой нарушил идеальный рисунок на стене. Он мгновенно прекратил работать и портал исчез.

— Он здесь, Анет! — с благоговением, произнес Ассиль. — Морок!

Развернув Зеркало, я увидела, что Ассиль отражается в нем с поистине безумным видом, глаза были не только на выкате, но еще на них проступили жуткие капилляры.

— Морок, свет Селарет и даже темный дух. Наконец, у меня есть все, что нужно! — любовно погладив шипастую раму, проворковал мой брат.

Глава 41 «Гнев, застилающий глаза»

Свет Селарет переливался и горел в руках Ассиля, будто настоящая звезда. Даже в отражении Морока он выглядел ярко, выплевывая мелкие искры и всполохи. Я нервно наблюдала за тем, как брат приближается к древнему духу, что был в облике зеркала. Неужели, он и правда его уничтожит? Но вдруг гладь Морока дрогнула, из ниоткуда появились золотистые нити, что сплетаясь друг с другом, начали складываться в буквы.

«Стой!» — появилось на Зеркале, на что Ассиль хмыкнул с довольным видом.

— Что такое, Морок? — издевательским тоном спросил брат. — Боишься рассыпаться на миллион осколков? Неужели, даже такие, как ты, что прожили сотни и сотни лет, так боятся смерти?

Гладь Зеркала снова дрогнула, а нити распались, но только для того, чтобы сплести из себя новые слова.

«Чего ты хочешь?»

— Все просто. Освободи Кайроса от своего договора и я тебя не трону. Сам подумай, ты связан еще с шестью темными духами. Разве ты хочешь, чтобы они все оказались на свободе? А они могут сбежать, как только я уничтожу тебя. Духи почувствуют, что контракт, который намертво связывал их нерушимыми узами, дрогнул. Они всерьез займутся мелюзгой, чьей энергией кормились, и быстро от них избавятся. Дня не пройдет, как все духи, что ты пленил столетия назад, вырвутся из Мракара. Либо ты отдашь мне только Кайроса. Один или все семь. Решать тебе.

Нити снова исчезли в сером отражении Морока и несколько секунд на его гладкой поверхности ничего не происходило. Но затем, видимо тщательно обдумав слова моего брата, вдруг снова появились золотые буквы.

«Договорились».

«Трусливая пепельница!» — громыхнул Кайрос в моей голове. «Приготовься, Анет! Чтобы освободить меня, тебе достаточно произнести, что ты разрываешь наш контракт!»

Я мысленно кивнула ему и напряженно наблюдала за тем, на Мороке снова появились нити, но теперь из них сложились не буквы, а магические рисунки. Семь маленьких пентаграмм, как вдруг одна из них раскололась, до моего даже отчетливо донесся звук разбивающегося стекла.

«Давай!» — скомандовал Кайрос.

— Кайрос, я разрыв…

Я осеклась, осознав, что губы меня не слушаются, будто кто-то сильно сжал мой рот ладонью, и теперь из него могло вырваться лишь жалкое мычание.

— Анет… — разочарованно протянул брат, медленно повернувшись ко мне. — Я знал, что ты непослушная девочка и попытаешься мне все испортить, поэтому решил немного перестраховаться. Легкое заклинания немоты. Знаешь, им часто пользуются преподаватели в Мракаре, когда их достают болтливые студенты.

Вытаращив глаза, я изо всех сил пыталась заставить свои губы сложиться в нужную форму, чтобы выдать хотя бы что-то похожее на то, что собиралась произнести. Бесполезно!

— Ты могла бы легко развеять такое заклинание, но я не скажу тебе, как, — хмыкнул Ассиль.

«Я скажу!» — воскликнул Кайрос в моей голове. «Нужно убраться от него подальше и заклинание потеряет силу! Анет, тебе и правда придется бежать!»

— Знаешь, когда я был на церемонии посвящения, то меня переполняла гордость, — Ассиль сделал задумчиво лицо и стал медленно приближаться ко мне.

Я чувствовала, что дела повернулись самым отвратным образом, поэтому попыталась сделать шаг назад, но брат властным движением вытянул ко мне руку.

— Только попробуй двинуться и я метну в тебя огненный шар! Он мгновенно сожжет твое милое личико до самых костей! — рявкнул он, а его брови выгнулись в немыслимые дуги, будто пытаясь вырваться за пределы его лица.

С неохотой я подчинилась и застыла на месте, не бросая попыток вымолвить хоть слово.

— Я был горд, Анет, — таким же повышенным тоном продолжил брат, подходя ко мне все ближе. — Мне казалось, что ты станешь достойной ученицей академии, ведь я вложил в тебя столько знаний и умений! И что я увидел? Что ты поступила на факультет заклинателей!

Его возмущение со стороны могло показаться глупым, но я-то знала, насколько сейчас уязвлено его непомерно раздутое эго. А тем временем Ассиль уже подошел ко мне вплотную и его пальцы нервно поглаживали мою шею.

— Мама с самого рождения говорила нам, что мы особенные дети, Анет, — тихо, пытаясь сдержать свою злость, цедил брат. — Она передала нам все свои знания и мы должны были с гордостью носить звание алхимика. Особенно после ее смерти. Я всегда считал тебя очень способной. Впрочем, это не удивительно, мы же брат и сестра, определенно у нас есть много чего общего. Я помню, ты была еще малышкой, а уже допоздна засиживалась в лаборатории. И мне казалось, что, если я продолжу обучать тебя, то ты оправдаешь мамины надежды. И мои тоже.

Я даже двинуться не успела, как рука Ассиля сдавила мое горло. В панике, мне удалось сделать глубокий вдох, но на это все, выдохнуть мне уже не дали. Я задергалась и попыталась вырваться, но брат уже схватился за мое горло двумя руками, прожигая меня своим ледяными глазами. Я принялась пинать его ногам, влепила ему звонкую пощечину, но Ассиль лишь хладнокровно вытянул руки, чтобы я не могла дотянуться до его лица.

— Я столько времени потратил на твое обучени! Мое время! Оно стоит очень дорого, Анет! Мне казалось, что ты осознаешь всю важность моей подготовки, но стоило тебе вырваться из-под моего надзора, как ты сразу же решила плюнуть мне в лицо! Заклинатели?! Вместо того, чтобы учиться в Маковой башне, к которой я готовил тебя столько лет, ты решила вытереть ноги о мое доверие!

Я задыхалась. Давление в груди увеличивалось, голова закружилась, мысли в ней заметались, такие быстрые и бесполезные, а среди них терялись отчаянные крики Кайроса, которому приходилось беспомощно наблюдать за моей агонией со стороны. Я чувствовала, как он бьется в моей голове, призывая меня бороться, ударить его сильнее, нацелиться в больное место. Мне не нужно было об этом напоминать и я билась в стальной хватке брата, пытаясь вырваться и выжить. В эту секунду, когда брат орал на меня, окончательно лишившись рассудка, красный от злобы и натуги, с которыми он душил меня, я практически потеряла сознание, как вдруг увидела краем глаза собственную руку. Но это было невозможно, я чувствовала, как царапала пальцы брата, моя рука никак не могла оказаться у меня над головой, да еще и с ножом в руке!

Кайрос! В отчаянной попытке спасти мне жизнь, он создал иллюзию моей собственной руки с ножом, которая должна была вот-вот вонзиться в горло Ассиля. Все произошло так быстро, что в момент, когда сознание мое помутилось, я и сама была готова поверить, что в моей руке нож. Ассиль, не ожидавший такого, вскрикнул, на мгновение отпустив меня.

«БЕГИ!» — властно прогремело в моей голове и, стоило мне оказаться на свободе от рук брата, я бросилась прочь, практически ничего не видя из-за серой пелены, что встала перед глазами.

Я неслась по камням, рискуя каждую секунду споткнуться и распластаться на земле, в голове шумело, меня то и дело вело в разные стороны, будто пьяную, но я слишком хотела жить, да и адреналин делал свое дело.

— Анет! — взревел позади брат и рядом с моими ногами пролетел огненный шар, что зашипел, встретившись с безжизненным камнем, и оставил на нем черную отметину.

«Шевели ногами и не оглядывайся!» — четко и спокойно произнес в моей голове Кайрос.

Как же мне повезло, что хотя бы он не паниковал в этой ситуации. Его здравый смысл и ощущение присутствия дали мне сил, чтобы бежать дальше.

Впереди меня ждал лабиринт, с одной стороны, отличная возможность спрятаться от брата и, наконец, избавится от заклинания немоты, а с другой, там же полно ловушек!

«Сейчас я кое-что сделаю с твоим зрением», — быстро произнес Кайрос. «Немного поиграю иллюзиями, чтобы ты не пугалась. Ты сразу поймешь, куда следует идти».

Я кивнула и, пробежав еще несколько метров, чудов избегая огненных шаров Ассиля, чуть не остановилась, как вкопанная, увидев, что за дорога мне предстояла. Весь пол пещеры был усыпан тысячью жуков размером с перезревшую сливу. В свете блуждающих огней я видела только бесчисленные, поблескивающие панцири и слышала их неутихающее скрежетание. Меня пробрало до мурашек от их вида, их было так много, что они могли с легкостью сожрать меня живьем, не оставив даже костей! Но в следующее мгновение с жуками что-то случилось и вместо них я увидела лишь цветочную поляну. Только зеленая, коротко постриженная трава и мелкие цветочки, белого и красного цвета. Красных цветов было гораздо больше и среди них встречались маленькие островки из белых цветков.

«Беги по белым!» — подсказал мне Кайрос.

Я прекрасно знала, что на самом деле это никакие не цветы, но все-так была благодарна Кайросу за его иллюзию. Он постарался для меня, даже наполнил пещеру тонким, цветочным ароматом, будто я оказалась где-то в старом саду.

Отбросив мысли о жуках, что ползали друг по другу и заполнили собой все на многие метры вперед, я помчалась по цветочным островкам. К счастью, я не слышала то, с каким звуком жуки обрывают свои жизни под подошвой моей обуви, зато прекрасно это чувствовала.

«Он отстает», — подсказал мне Кайрос.

Неужели, брат не разбирался в безопасной дороге так мастерски, как это делал мой дух?

«Теперь налево. Тут осторожнее, ногу выше. Умница! Теперь направо и беги прямо», — Кайрос отдавал мне четкие приказы и даже успевал хвалить, когда я преодолевала очередное препятствие.

Он не оставлял меня ни на секунду, продолжая успокаивать и подбадривать, а когда надо сообщал, где именно Ассиль.

Я и сама чувствовала, что мы отрываемся от него. Заклинания немоты слабело на моих губах и постепенно ко мне возвращался над ними контроль.

— К… Кай-рос! — сквозь сбившееся дыхание от сумасшедшей беготни, с трудом вымолвила я. — Я рас… расторгаю наш с то-бой контракт. Расторгаю!

Стоило мне это сказать, как цветущая поляна под ногами пропала, а вместе с ней и приятный аромат, что ненавязчиво следовал за мной. Я оказалась в кромешной темноте пещеры, где не было никого и ничего. Но самое страшное — со мной больше не было Кайроса.

— Кайрос? — я остановилась и, уперев руки в колени, пыталась восстановить дыхание. — Кайрос?!

Он не отвечал. Дух освободился и навсегда покинул мое тело. Я осталась совершенно одна и в этот же миг перестала понимать, что мне делать дальше. Тьма обступила меня со всех сторон, в ней чудились неясные шорохи, будто кто-то притаился и наблюдал за мной.

Глава 42 "Развязка"

Я взмахнула рукой, призывая парочку блуждающих огонечков, чтобы осветить себе путь, но легче от этого не стало. Я оказалась на перекрестке, дорога разделялась на несколько совершенно одинаковых тоннелей. Куда идти? А вдруг Ассиль найдет меня по магическому свету, что я сейчас вызвала? Испугавшись этой мысли, мне пришлось сразу же погасить своих светлячков. Снова темнота, одиночество и страх.

Не зная, куда себя деть, я двинулась по первой попавшейся дороге, осторожно держась за каменную, неровную стену. Насколько огромные подземелья Мракара? Наверняка, они очень большие и я могу блуждать здесь много недель, пока окончательно не обессилю и не умру от жажды и голода. Действительно ли меня ждет такой конец?

«Нет-нет, он вернется за мной», — отметала я упаднические мысли и медленно шла вперед.

Вдруг за моей спиной прозвучали шаги. Сначала я приняла их за собственное эхо, но вскоре они стали гораздо отчетливее. Остановившись, я вглядывалась назад, пытаясь понять, кто идет за мной.

— Кайрос? — с бешено стучащим сердцем, позвала я.

В следующую секунду в темноте загорелся огненный шар, что со свистом вспорол воздух, нацелившись в меня. Вскрикнув, я бросилась в сторону, жестко приземлившись на камни, но зато шар не попал в цель и потух.

— Анет! — нараспев позвал меня брат и рассмеялся.

Меня передернуло от его голоса, казалось, мое физическое отвращение настолько велико, что в любой момент меня могло вывернуть наизнанку. Вскочив на ноги, я бросилась дальше по тоннелю, не собираясь сдаваться.

— Хватит, сестренка! Ты все равно от меня никуда не денешься! — рассмеялся он и в его руке снова появился огонь.

Тоннель сужался, камни цеплялись за форму, будто пытались удержать меня. В ушах перемешались звон и бешеный стук сердца.

— Анет-Анет-Анет! — голос брата издевательски растягивал мое имя, как сладкую помадку.

За спиной воздух вздрогнул — новый шар огня пролетел в сантиметре от плеча, осветив на миг стены. Я споткнулась, упала на колени. Ладонь скользнула по мокрому камню — не воде, а чему-то липкому и теплому. Кровь? Моя?..

Брат неумолимо приближался, а в его руке снова вспыхнуло пламя. Я осознала, что он не оставит меня в покое, пока не запечет насмерть. И именно в это мгновение сзади на Ассиля кто-то набросился. Это был кто-то достаточно сильный потому, что одного удара хватило, чтобы Ассиль отлетел к стене и, ударившись о нее, сполз, будто ветошь.

— Анет! — прозвучал знакомый, сильный голос.

Все вокруг озарилось от света и передо мной выскочил Кайрос. Тот самый Кайрос, чье тело осталось лежать перед хранилищем. Я бессвязно вскрикнула и бросилась к нему на шею, пока он прижимал меня к себе, осторожно поглаживая по растрепанным волосам.

— Тише, Анет, все в порядке. Ты молодец, получила разве что пару царапин, но это ерунда, — успокаивающе бормотал он мне на ухо.

Не выдержав бурю чувств, то, что всепоглощающий страх вдруг сменился невероятным облегчением, я заплакала, уже второй раз эту ночь. Кайрос чуть отстранился от меня и, увидев мои слезы, провел ладонью по моей щеке.

«Неужели, все кончилось и я смогу выбраться отсюда!» — не веря своему счастью, подумала я.

Но наше воссоединение нарушил Ассиль, что с болезненным стоном поднялся на ноги. Кайрос быстро глянул в его сторону, затем задержался взглядом на мне и, переборов себя, выпустил меня из объятий.

— Нужно выполнять обещанное, — сказал он мне и направился к моему брату.

— Нет, Кайрос, постой, — пробормотала я, не желая снова оставаться одной, но он даже не обернулся.

Ассиль, заметив, что к нему приближается Кайрос, усмехнулся и оглядел его с ног до головы.

— Что, это и есть темный дух? Зачем тебе человеческое тело? Ты же дитя природы, сверхъественное существа, на кой черт тебе сдался кусок мяса?!

— Мне нравится это тело, оно для меня многое значит, — спокойно ответил ему Кайрос.

— О, какой ты сентиментальный, — отбросив волосы, что лезли в глаза, фыркнул брат. — И что дальше? Великий, темный дух покарает меня?

— Нет, конечно. Я же дух озорства, — несмотря на то, что голос Кайроса был ровным, в нем все равно чувствовались опасные нотки. — Я придумал шутку.

В следующее мгновение все вокруг вспыхнуло от нестерпимого света, будто в этом тоннеле оказались десятки артефактов Селарет. Я закрыла лицо рукой, но стоило мне услышать испуганные крики брата, как попыталась открыть глаза и рассмотреть, что происходит. Происходило что-то невероятное. Весь тоннель преобразился, вокруг расцвели цветы, в воздухе запахло весной, из ниоткуда взялись светлячки, что дружным роем летали под самым потолком. И среди всей этой умиротворяющей красоты мой брат корчился, будто в пресмертных муках. Он упал на колени и вцепился пальцами в свое лицо. Издав напоследок душераздирающий крик, он свалил на землю без чувств и больше не двигался. Но даже с того места, что я стояла, мне прекрасно было видно, что это не мой брат. Его волосы стали длинными и темными, лицо стало округлым и покрылось веснушками, а нос стал картошкой. Сколько не вглядывайся, но ты уже не найдешь родственного сходства между мной и этим человеком.

— Что ты сделал с Ассилем? — испуганно спросила я.

— Теперь, когда я обрел свою полную силу, то мои иллюзии стали неотличимы от реальности, — сказал Кайрос, разглядывая того, в кого превратился Ассиль. — Я решил, что ему больше не стоит быть твоим братом. Он этого не достоин. Теперь он совершенно другой человек. Более того я поместил свои иллюзии даже ему в голову и теперь он сам будет считать себя другим человеком.

Кайрос обернулся ко мне.

— Никакой королевский ищейка не сможет доказать, что забрать духа пытался твой брат. Морока и тебя похитил этот недалекий человек. И ему придется понести за это наказание.

Теперь он казался совсем другим. Наверное, в духах и правда есть божественное начало, иначе я никак не могла объяснить ту незримую власть, что ореолом витала вокруг него.

— И что будем дальше? — спросила я.

Кайрос вдруг посмотрел на меня со своей фирменной, противной хитрецой, будто задумал против меня какую-то гадость. Но на этот раз я лишь улыбнулась. Дух озорства был свободен.

— Мне нужно идти, — вдруг сказал Кайрос, посмотрев в сторону.

Я знала, что это может произойти и все-таки меня, будто ударило током. Сердце подскочило к горлу и застряло там, не давая дышать полной грудью.

— Кайрос! — сдавленно воскликнула я. — Прошу тебя, не уходи! Я готова уступить тебе мою кровать, а сама буду спать в гробу!

Дух в последний раз одарил меня улыбкой и начал таять в воздухе, будто видение.

— Нет! — испуганно закричала я и бросилась к нему, надеясь удержать. — Не исчезай! Кайрос!

Но было уже поздно, тоннель опустел.Дорогие читатели! Благодарю вас за то, что дочитали книгу до конца! Вместе с этим хочу вас пригласить в новое увлекательное путешествие по Мракару! На моей странице вы сможете найти вторую часть книги - Мракар. Новая протеже ректора.Буду признательна, если вы поставите лайк и напишите комментарий 𦳄:$p6