Обложка Моя школьная жизнь не удалась

Моя школьная жизнь не удалась

Владимир М.

0% прочитано
Стандартный
Владимир М.

Моя школьная жизнь не удалась

Глава 19

Глава 19

— Иппон! — услышал я выкрик судьи.

Я замер в неверии и с шоком переводил взгляд с судьи на Синдзи, потом на синай в руках и снова на судью. Кончик моего синая едва касался тела Синдзи. Я не понимал, что только что сейчас случилось. Я был уверен на все сто, что сейчас проиграю и моя защита окажется бесполезной. А уже в следующий миг руки ощутили отдачу от столкновения синаев, и я даже ещё не до конца успел осознать, что же произошло, как моё тело, словно живя своей жизнью, атаковало Синдзи в ответ.

— Очко присуждается участнику номер три, Такуми Фудзиваре, — тем временем проговорил судья.

— Что? — всё ещё неверяще переспросил я. — Вы уверены?

— Да. Займи своё место, — приказал судья и через мгновение тихо добавил: — И поблагодари своего друга.

Услышав его слова, я посмотрел на Синдзи. Он уже успел снять шлем и потягивался, улыбаясь во всю улыбкой блаженного идиота, что никак не ассоциировалась у меня с человеком, что только что проиграл бой. Тем более бой, что по всем признакам он должен был выиграть.

— И что ты скалишься? — спросил я у него, равняясь с ним и направляясь на наши места.

— Просто увидел твою рожу. Ты бы видел себя в зеркало — словно рыба, выброшенная на берег, — со смехом сказал он и добавил: — И вообще у меня отличное настроение!

— Тебя не расстраивает проигрыш?

— Проигрыш? Неааа, — протянул он и с усмешкой добавил: — Я не проиграл.

«Иногда я не понимаю его», — подумал я, качая головой, и замолчал, обдумывая: как же я всё же смог победить? Прокручивая весь бой с самого начала, я не видел вариантов своей победы. А значит, остался только один вариант.

— Спасибо, — тихо сказал я, поняв, что это была не моя победа, а помощь друга.

— Забей, это ерунда, — с усмешкой сказал он, хлопнув меня по плечу.

— Нет. Эта победа важна для меня. Я не могу просто забить, — покачал я головой, не согласный с ним. — Я твой должник…

— Должник? Мда… Ладно, Такуми, если хочешь отдать долг, то… — он замолчал, нагнетая атмосферу. Ну, пытался, но его улыбка портила весь эффект. — То погнали на рыбалку.

— Рыбалку? И всё? Ты уверен?

— Ага. Прошлая рыбалка как раз обломалась. Так что если хочешь отплатить, то с тебя поход на рыбалку. Но не как в прошлый раз, теперь я хочу чего-нибудь поймать! И ты говорил, что умеешь готовить?

— Да, было такое.

— Вооот, — он поднял палец. — Тогда ещё с тебя рыбка на костре! Чтоб было как в манге!

Я только покачал головой на его слова. Он не меняется — вечно придурковато позитивный парень.

— Ладно, будет тебе рыбка на костре, — уже и я сам улыбнулся. Слишком он заразительно давил лыбу.

На этом наши пути разошлись: он пошёл дальше на места зрителей, я же пошёл на своё место участника.

Прошло не больше пяти минут, и судья снова вышел в центр и стал зачитывать имена полуфиналистов.

— Номер 1, Юкико Ито. Второй — Харуто Симидзу. Третий — Масару Эндо. И последний участник под номером четыре — Такуми Фудзивара.

По мере перечисления участников судьёй те выходили, их встречали аплодисменты с трибун.

Услышав своё имя и фамилию, я всё ещё неверяще посмотрел на центр, где уже стояли другие участники и сейчас ждали только меня.

— Давай, чемпион! — услышал я крик с зрительских трибун. Кинув взгляд туда, я увидел, как отец, Хана, Ирой и даже Ито сейчас были вместе и кричали, поддерживая меня.

На секунду замер, улыбнулся — я сделал первый шаг.

Спускаясь к арене, я всё ещё слышал шум трибун, слышал, как кто-то уже незнакомый выкрикивает моё имя, подбадривая меня и желая удачи. Я непроизвольно выпрямился и улыбнулся. С каждым пройденным шагом я всё отчётливей начинал осознавать: я уже победил. Не важно, что будет дальше — проиграю или выиграю, — но договор с директором я выполнил, меня не исключат, и я смогу и дальше общаться с друзьями и ходить в наш клуб кендо.

Я ощутил, как с плеч словно спал груз. Я и не понимал, как вся эта ситуация давила на меня всё время. Сейчас же, освободившись от него, я ощутил облегчение. Я хотел рассмеяться в голос, хотелось прыгать, бегать, но я всё же кое-как смог удержаться. Спустившись и встав на татами, я помахал зрителям рукой, чувствуя, как улыбка не хочет слезать с моего лица.

Постепенно трибуны затихали, и вместе с ними и я начинал приходить в себя. Я смотрел по сторонам, оценивая своих противников. Безмолвная и не проигравшая ни одного боя Юкико, не считающийся ни с чьими авторитетами и хитрый Харуто, сосредоточенный Масару. Каждый из этих людей заслужил своё место в полуфинале своим мастерством. От этого я чувствовал себя тут лишним.

Судья дал время занять наши места и объявил небольшой перерыв в пять минут, которые моментально истекли, и на арену вновь вышел судья.

— Правила полуфинала, — объявил он для зрителей. — Участники сражаются один раунд. Для победы нужно условно убить своего соперника, что означает: бой длится до тех пор, пока человек может сражаться. Победитель получает очко, проигравший получает минус очко. Для выхода в финал претендент должен заработать четыре очка. Если участник набирает минус два очка, он вылетает. Противник выбирается, как и в прошлых раундах, при помощи жребия. — Он замолчал и глянул на экран, где высветились два числа: 3 и 4.

Кивнув, судья снова заговорил:

— На арену вызываются участник номер три, Масару Эндо, против Такуми Фудзивары.

Я встал со стула, и одновременно со мной поднялся и мой соперник. Мы встретились взглядом и кивнули друг другу.

«Я уже сражался с ним и победил. Значит, смогу победить и сейчас», — размышлял я, спускаясь и вставая на своё место, и прикрывая на секунду глаза, вспоминая все его бои, увиденные за сегодняшний день. Этот соперник казался мне самым слабым из тройки полуфиналистов.

Короткая команда «хаджимэ» от судьи.

И отчётливо вижу, как Масару отталкивается от татами, придавая себе ускорение, почти моментально преодолевая расстояние между нами.

«Странно, я думал, он будет атаковать», — промелькнула мысль у меня в голове, видя, как он, сблизившись со мной, не стал атаковать.

Я и сам не решился на атаку и отпрыгнул на два шага назад, разрывая дистанцию.

Мы замерли друг напротив друга.

«Не понимаю, чего он хочет», — думал я, смотря, как он снова отталкивается и через секунду уже был рядом со мной. И теперь он уже нанёс удар. Впрочем, я смог отлично заметить его и успел поставить блок, делая ещё шаг назад и разрывая дистанцию. Что странно — Масару не мешал мне в этом, а снова замер.

У нас получался странный бой. Один удар — и мы замирали на пару секунд, и снова один удар. Я не мог разобраться, чего же добивается парень от этого, нервничал и решал, что лучше не рисковать, и отступал назад.

Я смотрел на него и всё сильнее удивлялся. Сейчас он перехватил синай левой рукой, а правую, пустую, выставил вперёд и, как и в прошлые разы, оттолкнулся от татами, сокращая дистанцию.

Я ещё не понял, что он делает, но не стал упускать такого удачного шанса и впервые за весь бой атаковал. Мой синай без проблем ударил по выставленной вперёд руке.

«Что-то всё слишком легко получилось, но я и не против», — проскочила у меня мысль.

Я уже начал опускать синай и повернул голову в сторону судьи, думая, что победа уже за мной. И не сразу понял, что не слышу крика судьи об окончании боя.

На периферии зрения что-то мелькнуло, и я резко повернул голову, замер, смотря на кончик синая, замерший перед моими глазами.

— Стоп! — выкрикнул судья. — Очко присуждается Масару Эндо.

«Идиот», — я ошеломлённо покачал головой. Слишком уж глупый проигрыш получился. Я так расслабился, что совсем забыл о правилах полуфинала. Если в прошлых матчах достаточно было ударить по противнику, то тут нужно было именно убить его. А мой удар по пустой руке не был условно смертельным, так как Масару мог продолжать бой левой.

— Я же сказал, что наш следующий бой будет за мной… — расслабленно сказал Масару, опуская синай.

— Ага, — тупо ответил я, всё ещё чувствуя себя идиотом. Слишком уж я расслабился после осознания, что мне больше не грозит исключение из школы.

— Это было скучно. Не расслабляйся, новичок. Надеюсь, ты всё же покажешь всё, что можешь, в следующих боях, — добавил он и прошёл мимо, оставляя меня одного на арене.

Я уже хотел тоже идти на своё место, но судья остановил меня и указал на табло.

«Обидно», — подумал я, смотря на экран, где высветилась новая информация об участниках: номер 1 против номера 4.

Я буду сражаться с ней уже второй раз, думал я, стоя напротив девушки. Она была всё так же безмолвна, и мне казалось, она даже не смотрит на меня, словно я пустое место и не стою её внимания. Впрочем, такой же взгляд у неё был и с другими участниками соревнований.

Я не собирался повторять свой глупый проигрыш, как в первом раунде полуфинала, и сейчас я полностью сосредоточился на противнике. Казалось, свет ламп словно потух, шум трибун замолчал, сейчас был только небольшой круг арены, в котором сражались я и она.

— Хаджимэ!

Бой начался с того, что я сделал шаг назад и встал в стойку для защиты, которой меня обучила Саэко, думая, что она первой начнёт атаковать. Она так и собиралась сделать. Я это ощущал на уровне интуиции: просто всё её тело было словно сжатая пружина. Но прошла доля секунды, и она изменилась. В её взгляде впервые что-то промелькнуло. Сжатая пружина расслабилась, и её стойка изменилась. Она начала сближение. Не стремительное, как я думал будет. Её шаги были плавные, словно она плыла по волнам. Кончик её синая смотрел вниз, словно она и не хотела меня атаковать.

Стоя в защите, я мог наблюдать, как она сближается со мной. Я видел, что она полностью открыта, словно приглашая меня ударить её. Ведь вот она — победа в одном шаге. Нужно просто нанести удар.

«Ну ладно, посмотрим, что из этого получится», — думал я, нанося удар. Я понимал, что это какая-то ловушка, поэтому был внимателен как никогда и готов был быстро отступить, если мне покажется хоть что-то странным. Но странным оказалось то, что ничего не произошло. Девушка всё так же двигалась на меня, а мой клинок, что должен был попасть по ней, не достал до неё, разрезая воздух.

Я отпрыгнул назад, разрывая дистанцию и смотря за девушкой. Она не спешила атаковать меня, всё так же не спеша приближаясь.

Этот бой был странным… Моей реакции и скорости тела вполне хватало, я это отчётливо понимал, но каждый мой удар просто проходил мимо. Девушка словно стала призраком. Сколько бы я ни пытался атаковать, всегда мой синай проходил мимо неё.

Она с лёгкостью могла пройти мою оборону и получить очко, тем самым оканчивая мой путь на этом соревновании, но почему-то не делала это.

«Как она это делает?!» — билось у меня в голове. И снова отступил, но, по-видимому, ей это надоело, и в её взгляде промелькнуло разочарование. Она снова сделала шаг вперёд, избежав моего синая.

Я видел, как опущенный синай девушки пришёл в движение, поднимаясь вверх, и стал отходить, чтобы уклониться от её атаки. На секунду мне показалось, что я смог избежать удара, но реальность оказалась другой, и её синай прочертил вертикальную линию по моему телу. Будь у неё реальный меч, она бы оставила кровавую полосу от паха до лба на моём теле.

— Очко присуждается участнику номер один, Юкико Ито. Участник номер четыре выбывает.

На этих словах турнир для меня закончился. И мне осталось лишь присесть на место и ждать, пока закончатся остальные бои полуфинала.

Пока было время и ещё не вызвали новых участников, я пытался понять: что же это такое было, что я просто махал синаем как простой бамбуковой палкой, не способный попасть по девушке?

«Вот я бью. Она просто делает даже не шаг, а смещается на пару пальцев назад, и мой синай проносится мимо. Я видел, как от моего удара дрогнула её одежда, как от порыва ветра. Но на этом всё».

Я по крупицам пытался просеять это воспоминание, пока оно свежо. Я точно был уверен, что этот удар достанет, и ей придётся либо поставить блок, либо уклониться. Но получилось так, что мой удар даже не достал её. Вот только почему я был уверен? Я же знал, что в последних боях она больше избегает принимать удары, экономя свои силы. А сейчас был уверен?

«Хмммм», — я в очередной раз погрузился в воспоминания, но сейчас пытался отстраниться, вспоминая фигуру девушки целиком, а не отдельные моменты.

Вот она встаёт в стойку. Обычная, уже привычная для меня по тренировкам в клубе позиция, с которой обычно начинают атаку. Уверенный хват синая. Вот она делает первый шаг…

Чем больше я пытался вспомнить, тем отчётливей ощущал, что что-то не так, но всё не мог понять, что же я упускаю. А то, что я чего-то не понимаю, я был уверен на все сто.

Я так погрузился в мысли, что пропустил, как на арену вышли новые участники и сразились.

— Иппон! — прокричал судья, и лишь это вырвало меня из своих размышлений.

«Чёрт, я всё пропустил», — скривился я в расстройстве из-за того, что не удалось посмотреть, как сражались парни. И сейчас лишь наблюдал финал их битвы, в которой победителем вышел Харуто Симидзу, парень из той же школы, что и Синдзи. Он не спешил уходить с арены и смотрел на экран. Я тоже поднял взгляд в ожидании: кто же сейчас будет сражаться?

Казалось, вся арена затаила дыхание, ожидая, пока сменятся цифры на дисплее. И вот они поменялись, сменившись на 1 и 3.

Харуто посмотрел на своего противника и усмехнулся, вальяжно пошёл на трибуны, оставляя Масару одного.

Оставшийся парень лишь тяжело вздохнул, поправил чуть съехавший шлем и крепче сжал синай. По-видимому, он тоже осознавал, что на этом для него наступает конец в соревнованиях.

Девушка медленно спустилась и встала на позицию.

«Не отвлекайся, Такуми», — сказал я сам себе, полностью сосредотачиваясь на девушке, всё ещё горя желанием понять, что же такое было в нашем с ней бою.

Наблюдая со стороны за девушкой, я заметил, что она идеально держит дистанцию. Не знаю, так ли это, но мне кажется, она точно знает, на какое расстояние способен ударить человек, что сражается против неё. Я покачал головой в ошеломлении: если это так, то у неё нечеловеческий глазомер либо гигантский опыт.

— Она определяет дистанцию во время сражения? Или наблюдая за прошлыми поединками? Не знаю, но всё равно это впечатляюще, — тихо прошептал я, смотря на неё.

Второй момент, что я не сразу понял, — это то, что она была в привычной для атаки стойке. Вот только привычной она была именно для меня. После того как я начал заниматься кендо, я спарринговался только с Бусудзимой и Ито. И начальная позиция для атаки Юкико была точно такая же, как и у Саэко. Раньше я не придавал этому значения, думая, что это просто стандартная стойка. Но, перебирая в памяти все увиденные мной сегодня бои, я понимал, что это было глупое заблуждение. И именно в этом бою я отчётливо видел, что стойка девушки и парня отличается.

И последний компонент моего проигрыша — это то, как она переступала. Она делала не просто шаг вперёд, она скорее скользила по татами. В бою с ней я этого не понимал, лишь отметил краем сознания, что её движения плавны, но не придал этому большого значения. А стоило бы. Именно эти движения сбивали меня, не позволяя точно отмерить дистанцию. Она была словно приливная волна, качалась туда-обратно. Она полностью владела этим боем и вела меня от начала и до конца.

— Жесть, — покачал я головой от осознания, — как же я ещё далёк от настоящего мастерства владения клинком.

Бой тем временем продолжался, и я отслеживал каждое её движение, и чем больше смотрел, тем больше была видна разница в мастерстве сражающихся, которая привела по итогу к проигрышу парня, что означает, что полуфинал на этом заканчивается.

Подождав, пока трибуны утихнут, судья начал говорить.

— Прошу всех участников полуфинала выйти на арену, — сказал он и, дождавшись, когда мы спустимся, объявил: — Полуфинал окончен. Первый финалист — Юкико Ито от школы Сэйкоку, второй — Харуто Симидзу от школы Рюсэй Гакуэн. У вас есть десять минут отдыха, и начнётся финал, — сказал он парню и девушке и получил кивки от них, повернулся к нам: — Вы займите место на зрительских трибунах.

Стоило подняться на трибуны к зрителям, как меня окружили ребята из школы, поздравляя и поддерживая.

Всё же сумев протиснуться сквозь них, я добрался до мест, где сидели мои друзья и отец с Ханой.

Меня отец с беспокойством оглядывал, словно ища повреждения, и, не обнаружив, всё же не удержавшись, обнял меня, сжимая в объятиях.

— Ух, пап, больно, — простонал я, чувствуя, как он нечаянно задел ушиб, что ещё не до конца прошёл с прошлых раундов.

— Прости, сын. Как ты?

— Нормально. День-два отлежаться, и буду как огурчик.

— Что? Какой огурчик?

— Не какой, просто такая поговорка.

Отец покачал головой и тихо пробурчал себе под нос:

— Не понимаю современную молодёжь. Причём тут огурцы?

Это бухтение вызвало у меня лишь улыбку.

Присев рядом с друзьями, я пытался украдкой посмотреть на Ито. Сейчас, сидя рядом с Ирой, он уже выглядел не таким подавленным, как после поражения.

«Может, он передумает?» — размышлял я. Может, те слова были просто сказаны сгоряча, а сейчас остынет и одумается?

По-видимому, он ощутил, как на него смотрят, и посмотрел на меня в ответ.

— Что? — спросил он меня.

— Нет, ничего, — покачал я головой и тише добавил, чтобы услышал только он: — Как ты?

— Лучше.

— О чём вы там шепчетесь? — с любопытством спросила Ирой и плотнее прижалась к Ито.

— Ни о чём, просто говорим, что слишком быстро закончился полуфинал, — сказал Ито, изображая на лице улыбку и поворачиваясь к Ирой.

— Да, а ещё не справедливо, — возмущённо сказала она. — Это получается, что этот парень, — она указала пальцем в сторону мест для участников, где сейчас сидело только двое человек, — участвовал всего в одном бою, в то время как остальные сражались по два раунда.

— Ну, удача была на его стороне, — пожал я плечами, не видя причин для возмущения.

— И вообще, почему Саэко не разрешили участвовать? — продолжала негодовать наша староста, сжимая кулачки. Но успокоилась, почувствовав, как Ито погладил её по голове.

— Всё хорошо, мы и так выступили лучше, чем все ожидали, — сказал ей Ито.

— Но это не справедливо! Будь Саэко тут, наша школа бы точно попала в финал.

— Скорее всего. Но, Ирой, тебе не кажется, что это было бы уже не справедливо по отношению к другим участникам?

— Не… — она не договорила, задумалась. — Ну, может быть… но… Ладно! — воскликнула она, поднимая руки, признавая поражение. — Ты прав, Такуми, но всё равно обидно, — уже тише добавила она.

Мы замолчали. До начала финала оставалось всего пару минут, когда финалистов вызвали в центр арены. Стоило им спуститься, как к ним присоединилась и недавно вспоминаемая нами Саэко. Сейчас она выглядела не так, как я уже привык. Не школьницей или суровым тренером.

Я невольно затаил дыхание.

Саэко была облачена в синие хакама и двигалась в сторону центра арены. Она не шла, а словно перетекала без лишних шагов, без суеты. Мне казалось, что каждый сантиметр её пути был рассчитан на десятки шагов вперёд. В этом не чувствовалось высокомерия — скорее, привычка не тратить впустую ни секунды, ни капли лишней силы.

В руке она держала привычный мне боккэн, но сейчас он был для меня не просто деревянной имитацией меча, а продолжением её самой.

Наблюдая сейчас за ней, каждому в зале становилось понятно, что боккэн для неё — это не реквизит и не игрушка, а инструмент, который она знает до последней царапинки.

Саэко дошла до центра арены и встала рядом с судьёй.

— Бусудзима-сан, — сказала Юкико, низко кланяясь.

Это был первый раз, когда я услышал её голос за всё время турнира. Сейчас в нём чувствовалось волнение и нетерпение.

— Здравствуй, Юкико, — спокойно кивнула ей Бусудзима, словно старой знакомой.

«Хотя, может, они и знают друг друга», — подумал я, смотря за их переглядываниями.

Сейчас Юкико полностью отличалась от себя прежней. Не было той девушки, что словно отсутствовала и интересовалась, что происходит на арене, а каждый бой был для неё словно скучная рутина. Сейчас я мог видеть, как из спокойной она становилась возбуждённой, словно девочка-подросток, что увидела своего любимого кумира.

— Наконец-то мы сразимся! — воскликнула Юкико, делая шаг вперёд, приближаясь к Саэко.

— Ты ещё не выиграла финал, чтобы сразиться со мной, — сказала Саэко, приподнимая бровку.

— Ч-что? — девушка словно очнулась и осмотрелась. — А? Вы про этого? — она кинула пренебрежительный взгляд на своего противника.

— Эй, не переоценивай себя, — сказал Харуто, скрипнув зубами.

— Заткнись, неудачникам слова не давали. Видишь же, что мы говорим, — ответила ему Юкико, даже не поворачивая головы, а смотря только на Бусудзиму.

— Юкико, ты не меняешься. Как всегда недооцениваешь своих соперников.

— П-простите, Бусудзима-сан! — выкрикнула взволнованно девушка и поклонилась ей. Казалось, ещё чуть-чуть, и она упадёт в специальную позу для извинения — догэдза.

Саэко покачала головой и посмотрела на судью. Тот кивнул ей и указал на место для зрителей.

Финал соревнований начался и почти тут же закончился. Победителем стала девушка.

Я, конечно, ожидал, что победителем будет Юкико, но не думал, что финал займёт так мало времени.

Стоило судье подать сигнал, как оба участника сорвались с места и за считанные секунды преодолели разделяющее их пространство.

Харуто хоть и был сильнее физически, но уступал в скорости и мастерстве.

Я видел, что стоило им сблизиться, как он начал делать движение, чтобы начать атаковать, но Юкико просто сместилась в сторону, уходя в его слепую зону, и уже сама атаковала, поразив парня своим синаем. Это было очень быстро. И если бы даже Харуто придумал какую-нибудь уловку, то просто бы не успел её реализовать.

Трибуны взорвались аплодисментами, я и сам не отказал себе в удовольствии похлопать ей, поздравляя девушку с победой.

Это было десять минут назад. Сейчас начиналось самое интересное.

— Как думаете, кто победит? — спросила Ирой с волнением, смотря на арену.

— Бусудзима, — уверенно ответил ей Ито.

— Вопрос в том, насколько быстро она победит, — добавил я.

«Сам же думая: победит ли? Нет, я верю в Саэко и тоже думаю, что она победит. Но и Юкико мне казалась очень сильной, и думаю, Саэко будет сложно с ней».

— Мы поздравляем всех участников турнира, — тем временем заканчивал свою речь судья. — У нас остался лишь последний бой.

Трибуны зашумели в недоумении, ведь уже выяснили чемпиона.

— Их не предупредили? — спросил я у Ито.

Парень тоже выглядел удивлённым.

— Пап, вам не говорили, что будет шоу-матч после турнира?

— Нет, ничего такого.

Судья переждал шум и снова заговорил:

— Сегодня мы покажем участникам турнира, к чему стоит стремиться в познании пути меча. Прошу выйти на арену Саэко Бусудзиму, действующую чемпионку Японии по кендо среди юниоров, — договорив это, он указал на Саэко, и та кивнула, вышла на арену к Юкико. — Она продемонстрирует своё мастерство в поединке с чемпионкой турнира Юкико Ито. Прошу занять свои места, — сказал он девушкам.

Девушки замерли на месте, поклонились судье и друг другу.

Саэко была с боккэном в руках и в простой хакама, словно вышла на обычную тренировку. Юкико же, напротив, была облачена в полный комплект защиты и сжимала синай.

— Хаджимэ! — прогремел голос судьи на всю арену.

Но девушки не сдвинулись с места, они замерли неподвижно. По рядам зрителей послышались шепотки недоумения. Я и сам не понял, почему они застыли. Но вот Юкико отмерла и сделала что-то странное: она присела, приняла позицию, словно для низкого старта в беге. Её синай лежал горизонтально перед ней.

Мы все недоумённо смотрели на это, не понимая, что происходит.

Бусудзима сделала шаг вперёд и приняла знакомую мне стойку защиты, что она вбивала в меня на тренировках.

Мне даже показалось, что она кинула взгляд на трибуны. Но, присмотревшись, я мог увидеть лишь спокойный холод её голубых глаз, что смотрели на своего противника.

Постепенно арена полностью погрузилась в тишину. Мне казалось, что я слышу, как вдали стукнула секундная стрелка часов.

И тут Юкико взорвалась движением. Она оттолкнулась от татами ногами, придала ускорение руками. Её тело словно выстрелило из пушки — так быстро она сблизилась с Саэко.

Сейчас её скорость кардинально отличалась от той, что я видел до этого.

Синай девушки пришёл в движение и ударил.

Впрочем, этот удар, казалось, был слабым, Саэко даже не покачнулась. Но я точно знал, что это только иллюзия, и, примеряя на себя, я был уверен, что от импульса я бы просто завалился назад, не способный устоять на ногах.

Юкико даже не стала проверять результат атаки, а сразу же отпрыгнула назад, ещё в прыжке принимая ту же позицию, с которой стартовала. И стоило её ногам коснуться татами, как она снова оттолкнулась и атаковала.

Я ощутил, как меня охватывает волнение. Я много раз видел, как сражаются на соревнованиях по кендо, но всё это было через экран телевизора. И то, что я видел через него, не позволяло мне прочувствовать то, что сейчас я видел.

Юкико двигалась на безумной скорости, казалось, что после каждой атаки она лишь увеличивала скорость, словно набирая инерцию.

Саэко же, напротив, стояла неподвижно.

«Такуми, настоящий мастер защиты не просто отбивает удары. Он управляет инерцией», — вспомнились мне слова Саэко. И сейчас она демонстрировала это.

На каждый удар Юкико Саэко ставила свой блок и гасила энергию удара, не позволяя своему телу делать лишние движения.

Очередная атака Юкико снова была заблокирована, и девушка отпрыгнула назад. Я видел, как в шоке раскрылись её глаза.

Саэко в этот раз не стала стоять на месте, а тоже оттолкнулась от татами и прыгнула за Юкико.

«Что она делает?!» — в шоке воскликнул я, ведь первой приземлится Юкико, и у той будет пару мгновений для атаки Саэко, а та будет в воздухе полностью уязвима.

Юкико приземлилась, и, как я и думал, её клинок моментально пришёл в движение, желая ударить Саэко, пока та не может уклониться.

Казалось, время остановилось. Я видел, как кончик боккэна Саэко едва дёрнулся, ударяя кончик синая Юкико, отводя её чуть в сторону всего на пару сантиметров. Но этого хватило, и Бусудзима приземлилась вплотную к Юкико, сделала шаг вперёд, оказываясь за её спиной.

Юкико ещё только осознала, что произошло, и поворачивала голову, как Бусудзима, уже будучи за её спиной, прочертила линию своим мечом по её спине, ставя точку в сражении.

Глава 20

Глава 20

Выйдя из ворот арены, я оказался на улице и вздохнул свежего воздуха, что приятно обдувал кожу.

Казалось, что соревнования длились всего ничего — каких-то три часа. Но я устал так, словно пару дней без остановки тренировался с Саэко.

Впереди меня шёл Ито, за ним — Саэко и Ирой, я же замыкал нашу процессию. Отец и Хана уже были на улице и вели тихий разговор с учителями, пока не обращая на нас внимания.

Остановившись на секунду, я оглянулся на арену и подумал, что соревнования наконец закончены и теперь я могу перелистнуть очередную страницу своей жизни.

— Народ, как смотрите на то, чтобы отметить окончание соревнований ударной дозой сладкого? — предложил я, догоняя друзей.

— Сладкое? Я только за! — бодро воскликнула Ирой, соглашаясь с моим планом.

Ито открыл рот, желая что-то сказать, но так и не произнёс ни слова, лишь кивнул. По нему видно, что он не особо хочет куда-то сейчас идти, но из-за Ирой согласился.

Мы все посмотрели на Саэко, что до сих пор молчала.

— Ты с нами? — настойчивей спросил я, смотря на неё и замечая, что она смотрела куда-то в сторону.

Проследив за её взглядом, я увидел нашу чемпионку соревнований — Юкико Ито.

Девушка стояла за углом, неумело прячась от нас. Только голова выглядывала из-за того самого угла.

«Вот же странная особа», — подумал я, смотря на неё и качая головой, и записывая её в свой мысленный список городских сумасшедших. Где она с гордостью заняла первое место среди бомжа-бога и художника-извращенца, теперь гордо появилась сталкер-неумеха.

Девушка и правда была странной. Стоило ей посмотреть на нас, как её лицо становилось сморщенным, словно она зажевала целый лимон. Но как только её взгляд сосредотачивался на Саэко, как в её глазах начинали сиять звёздочки, а губы, сжатые в тонкую нить, искажались в широкой улыбке.

«Жуть, она даже не моргает», — передёрнул я плечами.

— Ты её знаешь? — спросил я у Саэко.

Девушка впервые на моей памяти так тяжело вздохнула. Её плечи опустились, и она едва заметно передёрнулась.

— Да, знаю. И да, я согласна на кафе, — она отвернулась от девушки и поспешно зашагала. — Идёмте быстрее, — добавила Саэко.

— Саэко, не хочешь её позвать с нами? — спросил я у неё, отчего та едва замедлилась и, покачав головой, ускорила шаг. Я же глянул на Юкико. Та, словно побитый щенок, смотрела на Саэко и даже протягивала свою руку. Но стоило ей увидеть, как я смотрю на неё, как она тут же изменилась, став собой обычной, и просто пренебрежительно хмыкнула в мою сторону, гордо убрала голову за угол, полностью исчезая из моего поля зрения.

— Ребят, вы идите, я вас сейчас догоню, — сказал я Ито и Ирой. — Нужно попрощаться с родителями.

— Хорошо.

Они тоже ускорились и, поравнявшись с Саэко, пошли на выход с территории спортивного комплекса.

— Такуми, — спросил отец, замечая меня и прерывая разговор с учителем.

— Пап, я с друзьями в кафешку, так что не теряйте меня.

— Хорошо. Поздравляю, сын, я горжусь тобой, — добавил он и приобнял меня.

— Спасибо, — тихо сказал я ему, тоже обнимая в ответ. — И спасибо, что сегодня пришёл. Мне это было нужно, — ещё тише признался я ему.

— И вам, Хана-сан, спасибо за поддержку, — улыбнулся я женщине.

— Не стоит, Такуми. Мы же семья.

«Семья?» — задумался я и кивнул. Да, мы семья. И, не сдерживаясь, я подошёл к ней и тоже обнял.

Женщина замерла, но лишь на секунду, и тоже обняла меня в ответ.

Отец, стоявший за спиной Ханы, ободряюще мне улыбнулся, подмигнул и, словно маленькому, взлохматил волосы.

— Эй! Только не волосы! — возмутился я, смотря на отца и отстраняясь от Ханы.

Наше поведение вызвало улыбки на лицах других людей. Тадзима сдержанно улыбнулся и кивнул нам с отцом. Марикава прижала кулачки к своей объёмной груди и, не скрываясь, с умилением смотрела на нас. Даже Кёко Хаяси-сенсей, вечно строгая учительница, что не доверяла мне и считала меня плохим парнем, сейчас улыбалась.

— Ладно, я побежал, — сказал я им напоследок и поспешил догнать друзей, пока они не ушли слишком далеко.

Догнав их, мы выбрали ближайшее заведение — благо выбор был большой — и не торопясь пошли.

— Мне одному кажется, что она совсем уж странная? — спросил я спустя пару минут ходьбы.

— Плюс один, — сказал Ито и так же, как и я, посмотрел назад, где за столбом пряталась Юкико.

— Она даже там не помещается, — сказал Ито, и мы уже всей компанией посмотрели туда.

Видимо, поняв, что её заметили, девушка сделала незаинтересованное лицо и юркнула за другой столб.

— Нет, она не просто странная. Она капец какая странная, — сказал я, всё же увидев её действия. — Саэко, кто она такая? — с интересом спросил я у неё.

Сама же Саэко делала вид, что ничего не происходит и всё как обычно.

— Сделайте вид, что её нет, и она отстанет. А так она училась со мной в додзё отца.

— И много там у вас таких? — спросил я с сомнением, оборачиваясь. Может, она слишком много тренировалась без защиты головы?

— Таких? Нет. Юкико такая одна, — сказав это, она замолчала.

Мы прошли ещё пару метров в тишине и поглядывали назад, следя за девушкой.

— А она всегда такая была? — спросила Ирой.

— Да, сколько её знаю.

— И часто она так за тобой следит? — уже я с интересом спросил у неё.

— Нет, — девушка вздохнула и, по-видимому, поняла, что мы просто так от неё не отстанем, сказала: — Обычно она следит за моим отцом. У неё пунктик на силу. Она будет обожествлять сильных, какими бы они ни были людьми, и ни во что не ставить слабых. Отец пока уехал за границу, поэтому она переключилась на меня. Если честно, я не ожидала её увидеть на соревнованиях.

Мы снова пошли молча. Я же задумался. Юкико хоть и странная, но сильная — этого я не могу отрицать. Вот только интересно, насколько она сильна? Этот вопрос я и задал Саэко.

— Сложно сказать. Отец говорит, что у неё есть потенциал стать мастером меча, но точно не в ближайшие тридцать лет. Слишком она непостоянна и любит пробовать разные стили сражения.

«Хммм, да. За время соревнований она продемонстрировала как минимум три. Тот, против которого я дрался, когда она была словно призрак, недосягаема для моих ударов. Скоростной, полностью сосредоточенный на атаке, против Саэко. И тот экономный, сосредоточенный на уворотах, что она показывала до полуфинала».

— Погоди, Саэко, — сказал я, кое-что поняв. — Ты говоришь, что стать мастером меча ей мешает её разнообразие? Но ведь для звания мастера меча нужно именно владеть разными мечами и стилями? Или я что-то путаю?

— Нет, ты всё правильно говоришь. Но поколениями доказано, что для того чтобы стать мастером, сначала нужно овладеть чем-то одним — стилем или мечом, без разницы. И уже на базе этого строить своё дальнейшее обучение. Без качественного фундамента не построишь крепкий дом.

— Ясненько, — задумчиво пробормотал я.

Уже сидя в кафе, я всё продолжал думать над её словами.

Я не отказался от своей цели стать мастером меча. Вот только чем больше я узнаю, тем больше она мне кажется трудной. Я и до этого разговора понимал, что это будет не просто. Но даже если Юкико — человек, что с детства занимается и так легко всех победила на соревнованиях, — имеет лишь шанс им стать, и то не через десять-двадцать лет, а по словам отца Саэко, как минимум тридцать, и думаю, его словам вполне можно верить. То когда им стану я? И стану ли вообще?

Сейчас я сосредоточен только на изучении стиля, что предназначен для защиты. Но я бы хотел попробовать и другие стили. Да даже не только катаны — это сейчас у меня просто нет выбора. А когда повзрослею, я бы не отказался и от другого орудия. Пусть не научиться, но хотя бы попробовать — может, что-то мне понравится больше? Вот только это опять же откладывает мою цель на расстояние…

«Стоит ли?» — задал я сам себе мысленный вопрос. И скорее да, чем нет. Пусть моя цель станет дальше, но зато я получу удовольствие от следования к ней.

Придя к этим выводам, я расслабился и уже более внимательно стал изучать меню, думая, чего заказать. Друзья так же пока выбирали. Юкико сидела за столом позади нас и наблюдала за нами поверх меню.

В общем, идиллия.

«Думаю, остановлюсь на этом», — сделал я наконец свой выбор и отложил меню.

— И как вам первые соревнования? — спросила Ирой, стоило официантке принять наш заказ и отойти.

Ито не подал вида лицом, но я заметил, как он сжал кулаки.

— Нормально, — сказал он, разжимая их. — Я отойду, — добавил он, выходя из-за стола и идя в уборную.

— Я тоже, пожалуй, отойду, — сказал я, поднимаясь и идя за Ито.

Зайдя в уборную, я стал рядом и, делая дело, заговорил:

— Ты правда собираешься бросить кендо?

— А ты не нашёл места получше, чтобы об этом поговорить?

— Ну, не самое плохое место, как по мне.

— Вот ты придурок.

— От придурка слышу.

Мы помолчали.

— Да, я уйду, — его глаза опустились, и он поспешил уйти от меня, не желая больше поднимать эту тему. Я же задумчиво проводил его поникшую спину, пока он не вышел из туалета, оставляя меня одного.

— И вот как его убедить остаться? Да и стоит ли? — задался я вопросом. Но вспомнил слова Марикавы, что если сейчас отступлю — значит, сдамся. Но я совершенно не знал, как к этому подступиться.

— Хммм, если чего-то не знаешь, стоит спросить у того, кто знает, — задумчиво проговорил я и, помыв руки, вернулся к столу, где как раз принимали наш десерт.

Следующие десять минут выпали из моей памяти. Мне было не важно, что происходит на улице. Пусть там хоть апокалипсис начнётся — мне было плевать. Я наслаждался сладким десертом.

Меня потрясли за плечо, и я с нежеланием отвлёкся от поедания своего школьного трайфла с бананом и киви.

— Что? — спросил я, смотря на ребят, что с осуждением смотрели на меня.

— Я неделю не ел сладкое! У меня катастрофически не хватает сахара в организме! — возмутился я на их взгляды.

— Так и запишем: под действием недостатка сладкого образец «Такуми» впадает в буйство, — со смешком сказала Ирой, делая вид, что записывает в невидимую тетрадь и поправляет такие же невидимые очки.

— Так что вы хотели? — уточнил я у них. Не просто же так они оторвали меня от моей прелести.

— Всё тот же вопрос: как тебе соревнования? — спросила Саэко.

Я задумался и заодно закинул ещё кусочек в рот.

— Хммм, даже не знаю, как их оценить. Наверное, всё же мне они больше понравились, чем нет. Было интересно посмотреть на других людей и подраться с ними. Кое-что смог понять для себя. Но сама структура соревнований не очень понравилась — как-то всё на рандоме, что ли? — попытался я озвучить свои чувства, но не знаю, получилось ли. Просто я и сам не знал, как к ним относиться. — Но хорошо, что мы быстро. Я думал, мы там весь день пробудем, — добавил я.

— Кстати, Саэко, я тут вспомнил: мне сказали, что в следующих соревнованиях ты уже будешь участвовать?

— Да, — кивнула она и аккуратно вытерла салфеткой рот.

— А почему на этих тебя не было как участника? — с интересом уточнила Ирой у неё.

— Этот турнир скорее как полуофициальный и должен был быть для новичков.

— Но, по-видимому, что-то у организаторов пошло не так, — с усмешкой добавил я, глядя на Юкико, что наконец переключила внимание с нас на что-то другое, а именно на вазочку мороженого.

— Да, — кивнула она. — Ни Юкико, ни другие участники не должны были принимать участие в этом соревновании.

— Но приняли. Как думаете, почему? — с интересом смотря на нас с Саэко, спросила Ирой.

— Есть у меня мысль, почему такое произошло, — ответил я ей, смотря на Саэко.

—? — вопросительно подняла она бровь.

— Думаю, всё дело в Саэко. Кто бы отказался сразиться с ней?

— Такуми, это только ты такой мазохист, — покачал головой Ито. — Да и у них будет и позже возможность сразиться с ней уже на других соревнованиях.

— Ну тогда не знаю, — беспечно пожал я плечами. — Какая бы там ни была причина, мне она пошла в итоге только на пользу, и я смог набрать опыта, сражаясь с сильными противниками.

Мы замолчали, каждый обдумывая что-то своё. Я же задумался над тем, как оценивает моё участие в турнире сама Саэко. Я бы с удовольствием это узнал сейчас, но решил отложить этот вопрос на завтра, когда мы останемся с ней одни.

«Хватит на сегодня разговоров о турнире», — подумал я, кидая быстрый взгляд на Ито.

Вечером того же дня, уже сидя у себя дома в своей комнате, я вертел в руках маленький квадратик бумаги с номером телефона и думал — звонить или не звонить. Но всё же, решившись, набрал цифры на телефоне и стал ждать, пока мне ответят.

— Да-да? Кто это?

— Сакамото-сан, здравствуйте, это Такуми.

— Такуми? Как же я рад тебя слышать! Не поверишь, я не так давно вспоминал о тебе! — воскликнул он радостно в трубку, оглушая меня своим смехом.

— Что? — опешил я от реакции на мой звонок. Я думал, он даже не вспомнит меня — мы последний раз разговаривали три месяца назад.

— Ты же мой лучший друг! Моя яркая звезда, что проведёт меня к платине! — сказал он в трубку.

Я закатил глаза, поняв, про что он.

— Сакамото-сан, вы опять подсели на League of Legends? — со вздохом спросил я.

«Вроде взрослый мужик, а ведёт себя как подросток», — подумал я, качая головой и вспоминая наши сеансы. Обычно мы играли в шахматы, но был период, когда Сакамото плотно подсел на мобу и затянул меня с собой составлять ему компанию в пати.

— Нууу, да? — послышался неуверенный голос Сакамото. — Но, Такуми, без тебя никак! Эти нубы задолбали! Давай пару каток, как в старые добрые? Только я да ты?! — добавил он скороговоркой.

— Ладно, Сакамото-сан, — со страдальческим вздохом согласился я, но добавил: — Только придётся подождать, я уже давно не обновлял игру. Подождите минуту, посмотрю, сколько там будет обновляться.

— Давай.

Сев за комп, я открыл лаунчер и запустил обновление игры.

— Пишет, обновление займёт полчаса, — сказал я в трубку.

— Хорошо, тогда пока идёт загрузка, обсудим. Что ты хотел? Ты же не просто так мне позвонил?

— Да, Сакамото-сан, не просто так.

— У тебя что-то случилось? Сны вернулись? Депрессия? Апатия?

— Нет, — я улыбнулся. Хоть Сакамото и ведёт себя как подросток, но когда дело касается его профессии, на него можно положиться. — Со мной всё в порядке. Я хотел посоветоваться.

— Давай, рассказывай. Помогу чем смогу.

— Сегодня были соревнования по кендо, и в них участвовал мой друг, но проиграл и вылетел. Он сказал мне, что бросает кендо. Я думаю, он потерял веру в себя, и я не знаю, как ему помочь. Посоветуйте, что мне стоит сделать или сказать?

В трубке ненадолго воцарилась тишина.

— Хммм... потеря веры в себя? Это довольно распространённая проблема в моей практике.

— И? Вы знаете, как помочь? — с надеждой спросил я.

Он снова замолчал. На время.

— Понимаешь, Такуми... — начал он, и я услышал, как он отхлебнул что-то. — Хоть это и распространённая проблема, но довольно сложная. По ряду причин. Одна из которых — определить причину возникновения этой проблемы. А причин может быть множество. От окружения твоего друга — отсутствие поддержки, частые сравнения с другими, длинная череда неудач — и множество других. И зачастую эти причины связаны между собой и тянутся одна из другой, создавая запутанную цепочку. Это мешает специалистам докопаться до корня проблемы, чтобы решить её.

— Ясно... — я почувствовал, как что-то сжалось в груди. — Получается, вы не можете мне помочь?

— Я не говорил такого. Подожди минуту, сделаю себе кофе.

Сказал он, и я услышал, как он пошёл куда-то, и вскоре возобновил разговор.

— Для начала давай разделим причины на пять категорий: окружающая среда, мышление, физиология, идентичность и опыт. Если это физиология — я рекомендую обратиться к профессионалу. Вообще, я бы рекомендовал обратиться к профессионалу, а не заниматься самолечением. Но, как я понимаю, это не наш случай?

— Да, — кивнул я.

— Для каждой причины нужен свой подход, но есть общие рекомендации. Человек в таком состоянии обычно искажает реальность. Его мозг работает как фильтр, который пропускает только негатив и доказательства его неудач, игнорируя все его успехи.

— Как у Ито? Когда он видит только проигрыш в одном бою? не обращая внимание, что были и победы.

— Ито?

— Так зовут моего друга.

— Да, ты прав.

— И что мне делать?

— Ну, твоя задача — не спорить с ним, доказывая, что его реальность — иллюзия. Это только оттолкнёт его. Ты должен мягко расшатывать его стену, чтобы он сам понял, что в его жизни есть не только неудачи.

— Сакамото-сан, но как это можно донести до человека? Что мне ему сказать, чтобы он понял это?

— Подожди, мы дойдём до этого. А пока слушай, что не стоит делать. Во-первых, не обесценивай его боль. Все люди разные. Для тебя один проигрыш может быть пустяком, а для другого человека это серьёзный удар. Поэтому слова «всё будет хорошо», «ты себя просто накручиваешь» не стоит говорить человеку в его состоянии. Он просто не поверит в них и будет воспринимать их как издевательство. Также не стоит его сравнивать с другими. К примеру: «Я вот справился! И ты тоже справишься!» Это опять же сделает только хуже и будет вызывать зависть и ощущение, что он хуже тебя. Это понятно?

— Да, это я понял.

— Хорошо. Тогда дальше. В лёгких случаях может помочь стратегия мягкого принятия. Во-первых, сними напряжение, позволяя ему чувствовать себя плохо. К примеру, ты можешь сказать: «Я понимаю, почему ты так думаешь. Со стороны это выглядит именно так».

— Но, Сакамото-сан, это не сделает только хуже? Это получается, я только подтверждаю его же сомнения?

— Нет. Когда ты соглашаешься с его болью и чувствами, он будет меньше тратить сил на защиту своей реальности и больше доверять тебе. Ведь ты его понимаешь. Вторым шагом является разделение личности и результата. Зачастую люди, если у них что-то не получается, проецируют это на себя. К примеру, есть условный Масуда. Он отличный парень, семьянин, у него две дочки, что хорошо учатся. В общем, хороший семьянин и просто человек. Но вот у него на работе провалился крупный проект. Неважно, виноват ли он или просто что-то пошло не так. И наш Масуда думает не «я сегодня облажался на работе», а просто «я облажался». Включая в эти слова и свою обычную жизнь, и свою же личность. Не разделяя работу и себя.

— Да, кажется, я понял, что вы имеете в виду, Сакамото-сан, — кивнул я и добавил: — Мне стоит указать ему, что кроме кендо он ещё и один из умнейших парней, что я знаю?

— В общем, да. Далее, третий шаг — вернуть ему субъектность. Обычно мы делаем это через вопросы. Это называется сократовский диалог. Твоя задача — не давать ответы, а задавать вопросы, на которые он сам будет отвечать. К примеру, в твоём случае спроси у него, что бы он посоветовал, если бы ты сам оказался в такой же ситуации. И скорее всего он даст дельный совет. Люди удивительно строги сами к себе, а к другим добры.

— Понял. А если он всё равно скажет, что это другое?

— Тогда не спорь. Скажи: «Может быть. Но мне всё равно интересно, что бы ты сказал». Не давай ему закрыться.

— Хорошо.

— Четвёртый шаг — принцип маленьких шагов. Не стоит говорить: «Давай тренироваться, чтобы выиграть следующие соревнования». Начни с малого.

— А что именно? Он же не хочет даже слышать о кендо.

— Тогда и не говори о кендо. Скажи: «Пойдём просто поедим вместе». Или: «Помоги мне с одним делом». Дай ему почувствовать, что он нужен. Что он может что-то сделать. Не для результата — просто сделать. Это возвращает ощущение контроля.

— А если он откажется?

— Тогда ты просто приходишь и сидишь рядом. Молча. Иногда это лучше любых слов.

Я замолчал. В трубке слышалось только тихое сопение Сакамото.

— Сакамото-сан... а вы уверены, что это сработает?

— Нет, — честно ответил он. — Я не знаю твоего друга. Я не могу гарантировать. Но я знаю, что если ты будешь давить, требовать, спасать — он закроется. А если ты просто будешь рядом — есть шанс.

— Понял.

— И ещё, Такуми. Ты не должен его лечить. Ты не психолог. Ты друг. Твоя задача — не вытащить его. Твоя задача — быть рядом, пока он сам не начнёт вытаскивать себя. Это разные вещи.

— Да... — тихо сказал я.

— Ладно. Игра обновилась?

Я посмотрел на экран.

— Да, почти.

— Тогда го. Я за Джинкс.

— Сакамото-сан, вы всегда за Джинкс.

— Потому что я — яркая звезда! — захохотал он.

Я улыбнулся. Впервые за вечер.

Мы сыграли пару каток. Я проиграл обе. Сакамото смеялся и говорил, что я давно не играл. Я не спорил. Он был прав.

После игры я отключил компьютер и лёг на кровать. В голове всё ещё звучал голос Сакамото: «Ты не должен его лечить. Ты друг. Твоя задача — быть рядом».

Я посмотрел в потолок. И подумал: завтра нужно поговорить с Ито.

Глава 21

Глава 21

Определившись с планами на завтра, я прикрыл глаза и попытался заснуть. Но Морфей никак не хотел забирать меня в своё царство снов, и я ворочался в кровати, не способный заснуть.

— Хааа, — выдохнул я с раздражением и раскинулся на кровати, словно морская звезда, смотря в потолок. — Нет, так я не засну.

Прошептал я и встал с кровати. Накинул одежду и пошёл вниз.

Спустившись на первый этаж и идя на кухню, заметил, что в гостиной всё ещё работает телевизор.

— Привет. А ты чего не спишь? — спросил я, заходя в гостиную и видя, что там не только работает телевизор, но ещё и отец сидит на диване и медленно потягивает пиво из бутылки, бездумно смотря в телевизор.

— Пап, — позвал я его погромче, когда не добился никакой реакции.

Мужчина вздрогнул и непонимающе огляделся. Увидев меня, он грустно улыбнулся и спросил:

— Такуми, почему не спишь?

— Этот же вопрос я тебе задал пару минут назад, — сказал я ему и присел рядом.

Отец не ответил, снова задумался. Сейчас он словно был не тут, а где-то в другом месте.

Я не торопил его, глянул, что идёт по телеку, но там очередные новости. По которым говорилось о наводнении в Пакистане: одну пятую целой страны затопило, жертвы исчисляются тысячами человек, точный урон как в материальном эквиваленте, так и в человеческих жертвах на данный момент уточняется.

Я покачал головой.

«Мир словно желает нас уничтожить». Этот год уже назвали самым смертоносным за последние десятилетия. Землетрясения на Гаити, в Чили, пожары в России, наводнения, шторма.

Отец сделал очередной глоток из железной банки. И наконец отмер.

— Твоя мама бы гордилась тобой, Такуми, — сказал он, смотря на телевизор.

Я же замер от его слов и медленно повернул голову, смотря на отца. До сих пор мы с ним по молчаливому согласию не поднимали эту тему.

От упоминания мамы я почувствовал, как сердце заныло, а тонкий шрам на лице обжёг болью, и я машинально дотронулся до него.

— Ты в порядке? — спросил отец, заметив движение.

— Да… Мне не хватает её, — тихо сказал я.

Отец отвернулся и кивнул. Мы снова замолчали, смотря в телевизор.

— Пап, а почему вы расстались? — спросил я после минуты тишины.

Отец не спешил отвечать, сделал ещё пару глотков.

— Это уже не важно, Такуми. Это всё в прошлом, — ответил он мне, качая головой.

Я кивнул. Я понимал, что не всегда стоит копаться в прошлом. Сейчас в моих воспоминаниях мама была доброй, заботливой, иногда чересчур строгой, но быстро успокаивающейся. Пусть это остаётся таким и дальше.

— Пап, не задерживайся тут один, — сказал я, поднимаясь с дивана, и добавил: — У тебя есть Хана, которая сейчас тебя ждёт.

Отец замер с бутылкой у рта, не сделал глоток, поставил её на стол и посмотрел на меня.

— Спасибо, сын. Мне это было нужно. Нужно было, чтобы ты её принял, — сказав это, он отвернулся от меня, но я заметил, как по его щеке прокатилась одинокая слеза.

— Мы же семья, — сказал я с грустью, улыбаясь.

«Мы и правда семья». Как-то незаметно из посторонних людей мы с отцом снова стали семьёй. Сначала из двух человек, но я сам не заметил, как к нам присоединилась Хана.

Работа в саду, тихие посиделки всей семьёй за ужином, совместный просмотр фильмов и походы в магазины — всё это тихо, но неизменно сближало нас всех, делая настоящей семьёй.

— Пап, я пойду спать, — тихо добавил я.

— Хорошо. Спокойной ночи, сын.

Я снова пошёл в комнату. Но на секунду замер на лестнице и посмотрел на отца, что всё так же неподвижно сидел на месте и смотрел. Но через секунду свет от телевизора погас, а он встал и тоже пошёл в свою комнату.

Снова ложась в кровать, я скомкал одеяло и обнял его, мирно погружаясь в сон.

---

День: −1028

Место: старшая школа Фудзими. Клуб кендо.

— Эх, — я тяжело вздохнул, опуская синай и убирая его в специальную подставку.

— Что вздыхаешь? — спросила меня Саэко, что сейчас сидела на лавочке и читала бумаги.

— Да думаю, что всё то же самое, что и вчера… — ответил я ей, разминая затёкшие плечи от часового махания бамбуковой палкой. — Ну, почти всё то же самое, — добавил я, подумав, что сегодня, наверное, впервые за месяц мы не спаррингуемся с ней. Как сказала сама Саэко, сегодня мне стоит отдохнуть.

— А ты ждал чего-то другого? — она оторвалась от бумаг и маленько приподняла бровь.

Помявшись, я присел прямо на татами и посмотрел на неё.

— Если честно, то да. Я… хм… я даже не знаю, чего я ожидал, — усмехнулся я. — Просто у тебя такого не бывало?

— Какого такого?

— Ну, ты совершаешь что-то для себя важное и думаешь, что завтра мир изменится. Засыпаешь, просыпаешься, а всё то же самое. Учёба, работа, клуб — всё то же, что было и позавчера… Кажется, словно миру плевать на нас? — я чуть помолчал, обдумывая свои же слова, и лишь махнул рукой. — Забей, это я так… просто мысли вслух.

Саэко лишь покачала головой и снова взяла в руки бумаги. Не поднимая взгляда от них, сказала:

— Ну, кое-что изменилось… Может, и не в мире, но в клубе.

— Ммм? — уже я с интересом посмотрел на неё.

Но девушка просто протянула мне бумаги, что всё это время держала в руках. Приблизившись к ней и взяв листы, я вчитался в них. Это оказались обычные бланки на вступление в клуб. Единственное отличие было в том, что они уже были заполнены.

— Это то, что я думаю? — спросил я Саэко с улыбкой на лице. И, увидев её кивок, ещё больше улыбнулся. — Значит, мы всё же смогли чего-то добиться этими соревнованиями.

— Да, эти три, — она кивнула в сторону бумаг, — человека пожелали вступить в клуб. Я сказала им сегодня подойти попозже. — Она кинула взгляд на часы и добавила: — Они будут тут через полчаса. Нужно будет им показать всё и объяснить.

— Через полчаса? — я тоже кинул взгляд на время. — Значит, у нас есть свободных полчаса? Слушай, Саэко, раз уж мы сегодня не спаррингуем, может, разберём моё участие в соревнованиях? Ты же смотрела?

— Да, смотрела. Но я хотела разобрать их с тобой и Ито вместе. Кстати, где он? Он ничего тебе не говорил?

— Он… он сказал, что сегодня занят и подойдёт попозже.

«И зачем я ей соврал?»

Я задумался над этим. Наверное, просто не хотел, чтобы она подумала, что Ито слаб, и их дружба осложнялась. За всё время общения с Саэко я заметил, что она чем-то похожа на Юкико и тоже уважает сильных. Конечно, не так, как сталкерша, а в другом ключе. Как мне кажется, для неё человек не обязательно должен быть сильным физически — скорее сильным духом, не сдаваться, принимать решения и следовать каким-то своим убеждениям. И я пока надеюсь, что смогу убедить Ито вернуться в клуб и что у нас всё будет как прежде.

— Так что там по поводу моих выступлений? — спросил я, выныривая из раздумий. — Только честно.

— Честно? Если честно, то плохо.

Я уже хотел спросить, что плохого, но не успел — она сама стала перечислять.

— Невнимательность. Слишком много думал, когда нужно действовать. Шёл на поводу у противников, атакуя, когда ты этого не умеешь. Пренебрегал защитой. И многое другое.

Слушая её перечисления, я вынужден был кивать, вспоминая свои бои и признавая её правоту.

Девушка замолчала и, подумав, добавила:

— Для новичка ты выступил неплохо. Но для того, кто хочет стать мастером меча, это было плохо.

Я с удивлением посмотрел на неё.

— Ты помнишь, что я сказал в начале нашего знакомства?

— Конечно. Я тогда подумала, что ты дурак.

— А сейчас? Что ты думаешь сейчас?

— То же самое… Ты дурак, — она улыбнулась, показывая, что шутит, и добавила: — Но дурак упёртый.

— Эх… Ну спасибо… Наверное?

«И как к этому относиться? Она меня похвалила или нет?»

— Эти соревнования показали места, где ты отстаёшь сильнее всего, и мы будем их исправлять.

— И сколько это времени займёт?

— Год? Может, два, — она задумалась, смотря на часы. — Думаю… Если будешь придерживаться такого же темпа, как эти месяцы, двух лет хватит, чтобы закрыть самые проблемные стороны.

— Что? Двух лет?! А побыстрее никак?

Саэко глянула на меня, словно на дурака. И этот взгляд уже точно был не похвалой…

— Кхм… Я понял. Не смотри на меня так.

— Если понял, то хватит прохлаждаться. Бери синай и отрабатывай стойку — ты всё ещё не понимаешь её, — покачала она головой.

— Да, да, госпожа. Как прикажете, госпожа, — закивал я, уже собираясь снова идти заниматься, но замер и покачал головой. — Слушай, пока не пришли новички, я отойду на десять минут? Нужно кое-что сделать.

— Хорошо. Но не опаздывай, мне нужна будет твоя помощь тут.

— Хорошо.

Быстро переодевшись и выскочив из клубной комнаты, я задумался: где мне искать Ито?

Достав телефон и попытавшись ему позвонить, я услышал лишь гудки. Видимо, он не хотел со мной говорить.

— Неее, так просто ты не отделаешься от меня, — усмехнулся я, смотря на свою раскладушку.

---

Поднявшись по лестнице на самый верх, я увидел Ито. Он стоял, оперевшись на перила, и смотрел вдаль. Я молча подошёл к нему и встал рядом, тоже опираясь на перила и так же, как и он, смотря с крыши. Мне открылся вид на город. Отсюда, с самой крыши, где находился класс для астрономии, открывался отличный вид на город, что располагался ниже по холму. Ещё дальше виднелась голубая полоска моря.

— И как ты меня нашёл? — спросил Ито, не поворачивая головы.

Оторвавшись от города, я осмотрел его. Он выглядел задумчивым, в руках вертел бутылку минералки.

— Ирой подсказала, — усмехнувшись, сказал я ему, показывая свой телефон.

Услышав имя девушки, его губы дрогнули в улыбке, что моментально исчезла.

— Ясно.

Я снова перевёл взгляд на город и помолчал. Все вчерашние мысли вылетели из головы. Заготовленная речь сейчас, смотря на парня, казалась мне ненастоящей, искусственной.

Ито оторвался от перил и пошёл в тенёк, прячась от палящего солнца. Присев, он отпил и посмотрел на голубое небо.

— Что ты хотел, Такуми?

— Поговорить.

— Ты же не успокоишься? Да? — спросил он меня со вздохом и опустил голову от неба, смотря на меня.

Я покачал головой и тоже присел рядом.

— Знаешь, Ито, я тебя понимаю, — сказал я, даже не смотря на него. Я решил, что скажу то, что чувствую на самом деле. — Нет, я правда понимаю, — добавил я. — Иногда кажется, что все наши усилия — это просто пшик, что сколько бы мы ни старались, всё это бесполезно…

— Ага. И ты хочешь сказать, что это нам только так кажется?

Я покачал головой.

— Нет, не кажется… На днях видел Усагэ. Она всё так же улыбается, и ей улыбаются в ответ. Мудак Шидо всё так же преподаёт. И всё наше расследование по сути было бессмысленным, по итогу которого под угрозой оказался только я сам.

Я помолчал секунду и снова сказал:

— Так что я тебя понимаю. Если ты сказал «нахрен кендо», то пусть будет так.

— НАХРЕН КЕНДО! — выкрикнул я, поднимая руки к небу.

От моего выкрика парень дёрнулся и посмотрел на меня расширенными в удивлении глазами. Он огляделся, словно только очнулся и не понимает, где он.

— Что? — спросил он.

— Говорю: нахрен кендо.

— Нет, я понял. Просто… — он помолчал. — Просто ты последний, от кого я это ожидал услышать. Ты же одержим кендо.

— Одержим?

Он кивнул.

«Я одержим?»

— Нет, Ито, ты не прав, — я покачал головой и, плюнув на всё, просто лёг на крышу и уставился в облака, что мерно летели мимо нас. — Я не одержим кендо. Да, оно мне нравится, но… — я покачал рукой. — Это не то. Как я уже сказал, плевать на кендо. Для меня сейчас важен клуб.

— Я уже тебе сказал, что я больше не желаю заниматься кендо, — сказал Ито и тоже лёг рядом, смотря в небо.

— Да, сказал… Но клуб — это не только кендо. Это не тупое махание бамбуковой палкой. Для меня клуб — это когда ты и Ирой сидите на лавочке и специально дразните нас с Саэко. Это когда ты пробегаешь очередной круг, говоришь мне, что ненавидишь меня, и бежишь дальше. Это когда на лице Саэко вылезает улыбка садиста от моего очередного стона боли, и когда она это замечает, пытается выглядеть серьёзной. Вот что для меня клуб… И те слова, что ты мне сказал в коридоре. Я был зол на тебя за них и обижен. Ито, ты один из самых умных людей, что я знаю… Что бы ты почувствовал и подумал, скажи я тогда тебе это?

Я не смотрел на него, всё так же продолжая наблюдать за облаками. Ито же молчал, не спеша отвечать.

— Я бы подумал, что ты отказываешься от моей дружбы… — вскоре прозвучали его тихие слова.

— Да. Мне было обидно, что ты перечеркнул всё наше совместное время, наше расследование и нашу дружбу. Так что нахрен кендо. Для меня дружба с тобой важнее… — я тоже замолчал, вслушиваясь в тихий шум города и как снизу шумят оставшиеся ещё в школе люди. — Ито, но ты кое-что забыл, — тихо сказал я.

— Ммм?

— Саэко. Она тоже твой друг. И сейчас она нуждается в тебе. Впрочем, как и я. Не хочешь тренироваться? — я пожал плечами, всё так же лёжа на спине. — И ладно. Но просто приходи, давай поболтаем, обсудим фильм, мангу, придумаем, как выгнать Шидо из школы. А сейчас Саэко ждёт новичков, и ей нужна помощь. И ты единственный, кому я доверяю в школе. И прошу тебя присмотреть за ними… Сейчас… — я замолчал, споткнувшись на этой мысли.

«А ведь и правда. Сейчас, после соревнований, мы подняли репутацию, и многие в школе смотрят на нас. Если ударить по нам сейчас, то это будет больнее. К тому же эти новички? Нет ли среди них засланного казачка?»

— Я боюсь, что Шидо может придумать что-то. И без тебя я боюсь не справиться. Ты нам нужен. Ты и Ирой.

— Я… — он замолчал. Я увидел, как он поднялся и встал, смотря на меня сверху вниз. — Я подумаю… Но… Я пока не готов.

— Хорошо. Не важно, что ты выберешь, я хочу всё так же оставаться с тобой друзьями.

Ито медленно кивнул и развернулся, уходя с крыши и оставляя меня одного.

«Он не сказал нет», — подумал я и добавил вслух, тихо, почти не размыкая губ:

— Шаг за шагом…

Но, вздохнув и достав из кармана телефон, я увидел, что у меня уже почти не осталось времени на рефлексии. Встав и отряхнувшись, я поспешил вниз, к Саэко.

Пока же шёл, я задумался ещё над одним вопросом. Тогда, стоя на арене, чувствуя возбуждение и адреналин, я думал признаться ей…

«Хах, признаться в чём? В любви?» А люблю ли я её? Она мне симпатична, этого я не могу отрицать. Но точно ли это любовь? Что такое вообще любовь? — задал я сам себе вопрос, но не мог на него ответить.

— И если я сам себе не могу ответить на него, стоит ли признаваться в этом Саэко? Не разрушит ли это наши отношения, что есть сейчас?

«Мне страшно», — понял я, застыв на месте перед дверью в клуб. «Страшно сказать ей эти слова».

Я прикрыл глаза и глубоко вздохнул, протягивая руку, чтобы открыть дверь.

— Ты так и будешь стоять тут? — спросил меня незнакомый голос, заставляя вздрогнуть.

— Что? — распахнул я глаза и обернулся. За моей спиной стоял парень и нетерпеливо постукивал ногой.

— Давай быстрее решайся. Или просто отойди, дай я пройду… — сказал он, кивая на дверь.

Я непонимающе посмотрел на него, потом на дверь и рассмеялся.

— Чокнутый, — прошептал он и отошёл от меня бочком, качая головой.

Я же не мог прекратить смеяться. Этот парень сам, не подозревая, только что дал мне ответ на мой вопрос. Саэко — красивая девушка. И если я боюсь признаться ей, то найдётся тот, кто не боится этого. Пусть я не могу сказать ей «я тебя люблю», но, может, стоит с чего-то простого? К примеру, пригласить её на свидание? Только мы вдвоём…

Я успокоился и, уже не переживая, открыл дверь и вошёл внутрь.

— Я вернулся, — с улыбкой сказал я Саэко, что сейчас уже была переодета в свою обычную одежду для занятий кендо.

— Хорошо. Продолжим на чём мы остановились. Бери синай и повторяй, — приказала она, резко разворачиваясь.

— Есть, госпожа, — отдал я ей честь и пошёл переодеваться.

Взяв в руки синай и сделав первый взмах, я повернулся к Саэко. Она так же, как и я, сейчас методично отрабатывала один и тот же удар, доводя его исполнение до идеала. Смотря на её лицо, я замечал, что иногда она чуть морщится, словно ей что-то не нравится. Но, если честно, я не видел разницы в её ударах — они все казались для меня идеальными. Ну, по крайней мере, по сравнению с моими.

— Слушай, ты занята после клуба? — спросил я её, совершая удар.

— Нет.

— Можно тогда будет с тобой поговорить?

Она резко ударила и, кинув на меня взгляд, кивнула, снова поднимая боккэн в стартовую позицию. Но перед ударом спросила:

— О чём?

— Я хотел… — начал я говорить, но не успел. Дверь в клубную комнату медленно открылась, привлекая внимание к ней, и мы вместе с Саэко замерли, повернувшись.

— Простите, я не помешаю? — спросила девушка, стоявшая в дверях.

— Нет, — Саэко покачала головой и медленно опустила деревянный меч и посмотрела на девушку. — Проходи.

— Спасибо, Бусудзима-сан, — кивнула девушка, поклонившись ей, и, сделав шаг, произнесла: — Простите за вторжение.

— Меня ты знаешь. Это Фудзивара Такуми, — представила Саэко, указывая ладошкой на меня.

— Я Ая Камия. Приятно познакомиться, — сказала она мне, неглубоко поклонившись.

— Привет, — махнул я ей рукой и возвращался к прерванному занятию, но замер и стукнул ладонью себя по лбу. — Блиииин, — простонал я.

— Что случилось? — спросила меня Саэко, видя, как я кручу головой.

— Я снова потерял Харуто…

Саэко приподняла бровь и сдержанно улыбнулась, покачав головой.

«Чёртов Харуто», — простонал я. С нашим первым новичком в клубе вечно так: стоит отвлечься, как ты про него забываешь… Неприлично, конечно, так говорить, но мне казалось, что этот парень реально какой-нибудь моб из онлайн-игры или второстепенный персонаж в манге — так непримечателен он был и быстро забывался. Впрочем, это была именно моя проблема. Почему-то ни Саэко, ни Ито этого не замечали и всегда видели его, в отличие от меня.

— С ним всё в порядке? — спросила тем временем Ая у Саэко, с интересом смотря, как я начинаю ходить из угла в угол.

— Да. Не обращай на него внимания. Ты одна?

— Да, Бусудзима-сан.

— Не стоит так официально. Можешь звать меня просто президент.

— Хорошо, Бусудзима-сан, — кивнула Ая.

— Такуми! — позвала меня Саэко.

— Что?

— Его тут нет. Он предупредил меня, что ему сегодня нужно к репетитору.

— Фух, — выдохнул я, делая вид, что вытираю пот, и уже с улыбкой добавил: — Я уж думал, он эволюционировал и теперь может скрываться от меня в комнате, оставаясь невидимым.

— И, Такуми, хватит отвлекаться. Тебе нужно ещё совершить 544 удара…

— Эммм… Ты серьёзно считаешь, сколько раз я ударил?!

— Так, краем глаза отслеживаю.

Ая с интересом наблюдала за нашей беседой, не встревая.

— А это не много? — всё же не утерпела девушка и спросила у Саэко.

— Он выдохнется на трёхстах, — тихо сказала Саэко так, чтобы я не мог услышать, и улыбнулась девушке.

Пока Саэко показывала и рассказывала правила клуба, я продолжал наносить монотонные удары, стараясь контролировать как дыхание, так и правильную силу удара. Чувствуя, как мышцы снова наливаются свинцом, а синай в руках становится всё тяжелее с каждым взмахом. Но я лишь радовался. Каждый взмах был для меня своеобразной медитацией и способом отвлечься от всех проблем. Сейчас для меня был только синай и я.

— Хорошо… — сказал я, вздыхая и поднимая синай по новой, но замер, чувствуя, как руки не хотят больше меня слушаться.

— Я удивлена, — услышал я тихий голос Саэко.

Обернувшись, я увидел, что в клубе сейчас остались лишь мы одни. Я так погрузился в удары, что не заметил, как все разошлись. В свете заходящего солнца я увидел её. Саэко… Она выглядела просто волшебно. От её вида у меня перехватило дыхание, а сердце ускорило свой бег. Мне казалось, что его стук слышен даже ей. Саэко спокойно сидела на скамейке. На её коленях лежал её деревянный меч, и она медленно проводила по нему ладонью, с задумчивым лицом смотря на меня.

Я медленно опустил синай на пол и сам присел.

— Саэко… Идём на свидание, — тихо сказал я, смотря на неё.

В клубе воцарилась тишина. Лишь звук цикад за стеной нарушал эту тишину.

Я не торопился нарушать эту тишину, наслаждаясь её видом.

Её взгляд опустился на её боккэн, что она держала на коленях, и, пройдясь по нему ещё раз ладонью, она тихо сказала:

— Я…

---

КОНЕЦ ПЕРВОГО АКТА: РАЗГОВОРЫ МЕРТВЕЦОВ.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге