Моя попытка прожить жизнь Бессмертного Даоса IV

Глава 1

Некоторое время назад.

Возвращение к Огненному Ворону не заняло много времени. С новой техникой передвижения я мог покрывать огромные расстояния, сдерживали меня только запасы Ци. В этом плане лисам было легче. Они просто сами по себе были быстрые, и Ци расходовали очень экономно. Духовные звери как-никак.

Вырваться из долины летающих камней оказалось не так просто. Камни словно обезумели, после того как их задели лисы.

Но в этот раз я чувствовал себя в разы увереннее, благодаря технике.

Там, где я бы раньше получил с десяток ушибов или синяков, я умудрялся ограничиться одним-двумя. Ну и самое главное, очень быстро выскочил из долины.

В этот раз досталось лисам. Если уж в долине потерял равновесие или замешкался, то камни быстро начинали врезаться в тебя. Поэтому максимум, что можно было поймать — это дюжину небольших камней. А уж если подставиться под булыжник…приятного будет мало.

Однако мне хотелось другого.

— Так, Хрули, Джинг, — сказал я лисам после прохождения долины, — Сидеть. Я хочу еще раз пройти долину.

Лисы посмотрели на меня как на идиота.

— Это хорошая тренировка для техники передвижения. Заставляет концентрироваться. Так что не мешайте мне. Просто сидите и ждите.

В этот раз лисы слушались, и мой проход через долину летающих камней прошел в разы проще. Я понял определенные закономерности. Если идешь и не задеваешь ни одного камня на земле шагов двадцать, то по воздуху начинают носиться камни. Если ты уворачиваешься и от них, то они продолжают двигаться по определенным траекториям. Но если ты задеваешь хоть один из них, всё — ты для них цель номер один. Они словно безумеют.

На пятый раз я сумел пройти невредимым и решил что с меня достаточно. Свое любопытство я утолил, да и Ци расходовалась быстро. После прохождения я потратил время на восстановления запаса энергии под привычное, уже не раздражающее кваканье.

Ну а после…после мы не спеша двинулись обратно, к ворону. Пора было отдать орехи и получить второй лотос и узнать расположение третьего.

Что ж, лотосы лотосами, но собирая их я каждый раз учусь чему-то новому. Может, Небо не зря оставило во мне эту жабу? Ведь иначе бы я просто прошел бы Великие Карповые Озера напрямик, особо не задерживаясь ничего узнав, никого не повстречав...

☯☯☯☯

— Кар-р-р… — каркнул Ворон, и звук разнесся по этой небольшой туманной долине.

Правда, с его криком туман разошелся в сторону и явил нашим глазам лениво лежащего ворона. Он закинул крыло себе под голову и смотрел вверх. В небо. Будто не обращая на нас внимания.

Мы дошли. Причем без всяких происшествий. На нас не напала ни одна тварь, и лисы не притащили на своих хвостах никаких неприятностей. В общем, быстрый обратный путь.

— Принесли? — спросил он и повернул голову.

— Принесли! — пискнула Хрули.

— Ага, принесли! — повторила за ней Джинг.

— Да потише ты, лиса…как будто вы сами добыли орехи и поднялись по Лестнице покоя, — лениво зевнул ворон и из его зевка в воздух хлынули десятки искорок. — Небось сидели внизу ждали, пока Ван все сделает.

— Не так все было, — буркнула Джинг.

— Давайте сюда орехи, посмотрю, что там дала эта старая белка-скряга, небось, треснутые или гнилые, я ее знаю…

— К острову подойти? — спросил я с некоторым сомнением, даже тут. На берегу я ощущал как от Огненного Цветка исходят мощные волны жара.

— Конечно к острову, не я же буду лететь к вам. Сегодня у меня день Лени… Моя душа отдыхает…а тело расслабляется…

Я мысленно улыбнулся. «День Лени»? Скорее всего, каждый его день такой.

Ворон снова зевнул.

— Ну давайте, подходите. Я ж давал Клятву, что не наврежу вам, так что чего вам бояться. Ну, чуть-чуть жарковато будет, но не смертельно…наверное…

Я осторожно встал на воду, тут же активируя шаги Святого и заскользил по поверхности озера. Странно, но после всего случившегося, даже шаги Святого давались как-то…легко.

— Давай-давай, Праведник…посмотрим, что ты принес.

Я осторожно скользил по воде, а за мной суетливо бежали по воде лисы. Горшок летел рядом, а карп приговаривал:

— Неприятное место, неприятное… Горячее… Слишком горячее… Слишком много стихии Огня… я изжарюсь…духота…страшная духота…и как тут только живут?..жуть…кха…

Ворон хохотнул.

— А как ты хотел, рыбина, это — средоточие стихии Огня этих Долин. Где бы еще вырос огненный цветок, как не в подобном месте?

— Тяжело дышать… — запыхтел Лянг, — задыхаюсь….

— Так нырни в воду, — посоветовал Ли Бо.

Карп не ответил, только громко засопел. Похоже в этом месте ему становилось действительно дурно. Он аж завалился на бочок.

Так, надо поскорее забрать лотос и валить отсюда, все-таки Огонь — противоположная Воде Стихия, и может такая реакция именно из-за этого?

— Вот, — я остановился перед островком показал в руке орехи.

От Огненного Цветка и Ворона вблизи исходил жар как из духовки.

— Оооо…давай-давай…— поманил меня когтем ворон.

— Сначала лотос, — надавил я.

—- Да дам я тебе лотос, еще сам выберешь. Вон их сколько.

По его воле островок закрутился и мы увидели десяток мелких красных лотосов, вокруг которых словно воздух плавился.

— Нам бы побыстрее, — начал было я, — Лянгу очень плох…

Но Ворон не дал мне договорить.

— Побыстрее? Ты знаешь, что я думаю о таких словах? Весь мир — это бесконечная суета. Беготня, борьба, страдания. А я? Я выбрал путь мудрости. Я лежу здесь, на своем острове, и наблюдаю, как все проходит мимо. Лава течет, цветок горит, а я… я просто есть. И этого достаточно. Я никуда не спешу. Куда спешить, когда ты и есть весь мир? Все происходит вокруг меня…ты пришел…ты ушел…, а я есть…понимаешь?..Сейчас ты заберешь своего карпа, и когда о исчезнет из моего поля зрения, его словно бы никогда и не было…

— Кхм… — возразил я, — Для тебя время течет может и так, но например Лянг просто задохнется, а этого бы не хотелось.

— Спасибо, Ван… — простонал Лянг, — Хоть кто-то думает о старом больном карпе…хоть кто-то хочет, чтобы он жил…чтобы он стал драконом…чтобы он.

— Не переживай, не помрет, — резко перебил Ворон, — Эта тысячелетняя рыбина сильнее, чем ты думаешь…и чем думает он сам…

Ворон грозно каркнул.

— Орехи.

Я положил их перед ним.

В глазах ворона заплескалось пламя алчности, он словно увидел не Золотые Орехи, а целый сундук с сокровищами, который сейчас откроет.

— Ккккрррааасивые. — каркнул он.

— Лотос! — напомнил я, — Не забывай.

— Не спеши…не порть момент… — отмахнулся крылом Ворон, — Давно я не видел Золотых Орехов…да…хороши…золотистые….прееееелесть…

— Ван….тяжело дышать… — запыхтел Лянг.

— Эта рыбина опять за своё, — словно закатил глаза Ли Бо. — Ни минуты без нытья. Нормально ему дышать! Что он придумывает!

— Ладно-ладно, — каркнул Ворон, — Бери свой лотос. Выбирай любой. Срезать думаю умеешь их. Ух…как блестят то…изумительно…а на вкус наверное вообще восторг….

Я заскользил к лотосам и выбрал один. Тот, который по размеру подходил к синему лотосу. Ведь если предположить, что мне придется все лотосы соединять, лучше чтобы количество Стихии в них было примерно равным, а это скорее всего напрямую зависит от их размера. Срезал я его как и прошлые лотосы — с помощью своей Ци, после чего взял его в руки.

Хоть он был и горячий, но не обжигал. Я словно приложил ладони к костру на безопасном расстоянии. Удивительно, ведь я видел, что концентрация Стихии в нем чрезвычайно высока.

— Ну как? Хороший лотос? — спросил выглядывая из кувшина Лянг.

— Отличный лотос, — вставил Ворон, который взял один из орехов и смотрел на него на свету, — плохих не держим. Высший сор-р-рт…первая свежесть…только с грядки…

— Это я еще проверю, у меня нюх на такие лотосы, я сразу определяю хороший лотос или плохо…

Лянг неожиданно бодро заговорил и высунулся наружу принюхиваясь к лотосу.

— Ты же только был при смерти! — возмутился поведением карпа Ли Бо, — А сейчас как ни в чем не бывало!

— Чуток попустило, — вздохнул Лянг.

— А может тебя и не прихватывало? — заметил Ли Бо. — Может, ты всё врал?

— Карпы не врут, — обиженно заметил Лянг. — Только чуть-чуть преувеличивают.

Лисы засмеялись.

Ворон каркнул и продолжил простукивать когтем каждый орешек, чутко прислушиваясь к звуку.

— Смешной карп… — сказал Ворон, и сгреб в лапу орехи, — Что ж…свою часть сделки вы выполнили…молодцы. Это хорошие орехи. С хорошей начинкой….Я доволен….Лотос вы получили….

Я повертел в руке лотос и…спрятал в пространственное кольцо.

— Да, — взмахнул крылом ворон, — Можете уже идти…делать вам больше тут нечего… Кышь-кышь…а то сгорите ненароком….Мои маленькие проказники не любят незваных гостей.

Сотни струек огня заплясали вокруг островка. Но это не было угрозой, потому что Небо бы не простило нарушение клятвы. Этот Ворон просто …шутил.

— Уважаемый ворон, — вдруг решил спросить я.

Наверное, тому виной были беседы с белкой.

— А? Что-то еще хотел спросить, Праведник?

— Вопрос касается Дао.

— Кхм… Карррр… Дао….

Ворон закрыл, потом открыл глаз. Лениво зевнул.

Он что, сегодня не выспался?

— Так просто не уйдешь, надо поболтать? Да? Вы все такие, Праведники — болтливые. Ну да ладно…если уж ты спросил, я расскажу тебе…. мне нечего стыдиться. Я горжусь своим Дао. Что именно ты хочешь знать о Дао, Ван?

— Ваше Дао, Дао лени. Вы тогда так сказали, я не совсем понимаю, что это значит… — честно признался я.

— Вы тогда сказали, что ваше Дао — это Дао Лени. Но как это работает? Лежать и ждать, пока орехи сами упадут в клюв?

Меня интересовали разновидности Дао, я уже увидел несколько совершенно разных…вернее, увидел существ, которые идут к Дао или очень близки к постижению этого непостижимого понятия. Возможно, выслушав размышления этих существ о Дао, я пойму для себя что-то свое. Может это подтолкнет меня к своему Дао? Кто знает?

— Что это значит? — Ворон взглянул в Небо, — Мое Дао — Дао лени…но что такое мое Дао лени? — Я тебе скажу. Мое Дао — оно в каждом вздохе, в каждом взмахе крыла, в каждом движении….которое я НЕ совершил. Понимаешь? Я — отрицание движения. Понимаешь?

Я не понимал. То есть я понимал только то, что Ворон жутко ленив. Но называть это Дао? Ну не знаю…

— Не совсем понимаю, Дао — это ведь путь?

— Формально… — отмахнул Ворон.

— Путь ведь означает, что нужно куда-то идти?

— Верно. Но разве я куда-то иду? Мое Дао — это Дао Не-Усилия. Зачем бежать, если можно лежать? Зачем говорить, если можно молчать? Зачем искать, если всё уже здесь? Видишь этот цветок? Он горит, но не старается гореть. Он просто есть. И я… я просто есть…мы не стараемся кем-то быть, кем-то казаться, мы остаемся такими, какими были созданы.

— Значит, предлагаешь просто лежать? — улыбнулся я. — И наслаждаться огненным цветком, пока тебе несут Золотые Орехи?

— Дао — это не действие и не бездействие. Дао — это принятие того, что есть. Твои вопросы уже спугивают Дао. Не нужно задавать вопросов, они не помогут в поиске Дао, не помогут в поиске себя. Я просто стал собой. А ты…

Коготь ворона указал на меня.

— Ты! Ты стал собой? Или ты все еще кто-то другой? А? Подумай, Праведник. Сколько в тебе тебя, а сколько чужого. Люди любят играть словами. Там, где можно сделать одно действие, или наоборот, ничего не сделать, они выпускают в воздух тысячи слов, запутывая и себя, и собеседника… А на распутывание этих кружев слов потом уходят столетия. Так зачем говорить, если можно не говорить…не говорить…не гово…рить…не…

Голос Ворона становился тише, стал почти медитативным…и он…

Он засыпает? — удивленно понял я.

— Уважаемый…кхм… Ворон, вы обещали еще кое-что?

— А? — Ворон резко встрепенулся, и завращал головой. — Нехорошо-нехорошо… Ты мне помешал… Я уже видел красные огоньки…кхм…что там я обещал?

— Обещали рассказать о местонахождении Желтого Духовного Лотоса.

Уж об этом я не забывал ни на миг.

— Карр…кхм….да…что-то такое помню…. Тебя так долго не было, что я и забыл. Да….припоминаю такое…обещал сказать тебе…да…

Рядом огненным цветком вспыхнул один из проказников, духов Огня. Только стоя на воде озера я увидел, что они играются там, внутри, в озере, гоняются друг за другом, как будто вода вообще им не помеха. Наверное так оно и было. Они ведь воплощение Стихии.

— Желтый лотос…. — протянул Ворон и, перевернувшись на другой бок, взглянул на меня. Лапа его игралась с орехами, — Есть одно место…

— Какое место? — переспросили Хрули и Джинг одновременно.

— Заброшенный храм…

— И этот Лотос тоже кто-то охраняет? — спросил я сразу.

— Конечно, где ты видел духовные растения без присмотра? Желтый Лотос тоже охраняется одним очень жадным существом.

— Это кем-то? — хмыкнул Ли Бо, — Жабой что-ли?

— Именно, горшок, жабой. Алчная жаба по прозвищу Скряжник.

— А ты откуда это знаешь, если не двигаешься с места? — с подозрением спросил я. — Твое Дао — лень, а значит, ты не двигаешься. Но знаешь про Жабу.

Вдруг на крыло ворону спикировал вороненок. А потом еще один… и еще.

— Это мои маленькие глаза, — ответил Ворон. — Они и доносят мне всю информацию. Мои маленькие осведомители…мои маленькие верные сородичи…

— Хорошо быть ленивым, когда за тебя все делают, — заметил карп.

— Да. Видишь, я могу себе это позволить, а остальные — нет. В этом и есть Дао. Когда ты следуешь своему Дао — вся Вселенная помогает тебе… Вот мне давно хотелось Золотых Орехов, а тут вы пришли и принесли…разве это не доказывает, что мой путь верный? А?

Нет, конечно, если на всё смотреть так, то да, можно повернуть все как угодно. Вот только я видел все несколько иначе.

— Вот путь к храму, где засел Скряжник… Противная тварь. Так что вы там поосторожнее… Она и сожрать может…

— Она духовный зверь? — спросил я.

— Да уж не обычный.

— Я имел в виду не это — она не демон? А то мне уже попадались жабы-демоны. — уточнил я.

— Ах это?.. Не знаю, честно говоря. Лично не встречался…иначе бы ее бы уже не было в живых. Не люблю жаб…раньше я их сотнями жрал.

Ворон зевнул. Взмахнул крылом и перед нами возникла огненная карта. Где были горы, тропы и долины. Она соткалась из огненных искр, и была по сути объемной картой местности. Я тут же начал ее запоминать, всматриваясь в каждую деталь.

— Ладно, вот карта, запоминайте и уходите. Я хочу покоя, а вы шумные… И еще этот карп задыхается…раздражает…

Я тут же застыл и вперился в нее взглядом, старательно запоминая каждую тропку.

— Всё! — взмахнул Ворон через минуту. — И так моя щедрость не знает границ. Уходите.

— Да, многоуважаемый Ворон, мы уходим… — поклонился я ему. — Спасибо за Лотос. Надеюсь, он поможет мне прогнать эту жабу из себя.

— Поможет-не поможет… На все воля Неба. Иди уже. Возможно твое Дао — это приносить беспокойство таким просветленным духовным зверям как я.

Вот только едва я заскользил по воде к берегу, как на крыло ворона спикировал маленький сородич.

— Каррр.

— Что говоришь? — переспросил ворон. — Они неподалеку?

— Каррр…

— Преследуют одного Праведника?..

Разговор мне уже не нравился.

— Эх… Ван, стой! — сказал ворон мне в спину.

—А?

— Ну чего? — недовольно спросил Лянг.

Хрули и Джинг повернулись.

— За тобой хвост.

— А? — не понял я.

— Говорю, что тебя преследуют две странные женщины.

— Женщины?! — воскликнул Ли Бо, — Покажите мне этих женщин!

— Это не просто женщины, Ван, — серьезно сказал Ворон. — Одна из них змея-оборотень, а вторая…с примесью демонической крови.

Я застыл. Змея-оборотень? Да я с таким существом ни разу не пересекался, а вот женщина с демонической кровью….неужели?

— И далеко они? — спросил я главное.

— Так вот там, на горе сидят, — Ворон крылом указал на склон справа от Туманной Долины.

— Так может это…сожжешь их? — предложил Ли Бо.

— Да! — воскликнула Хрули, — Сожги этих нехороших женщин! Чего это они преследуют Вана?

— Лиса…— Ворон сурово посмотрел на нее. — Неужели ты думаешь, что я шевельну хоть одним перышком, чтобы избавить вас от опасностей? Это ваш путь, ваше Дао. Небо испытывает вас, и если вы сильные — вы справитесь, если нет…что ж, такова судьба.

Так, значит помощи с этой стороны ждать не стоит. Хорошо, что прояснил. Спасибо лисам, а то мне такое и спрашивать было бы неловко.

— Но я могу дать совет: иди сразу налево, и беги…а направо не ходи.

— Отличный совет! — хмыкнул Ли Бо.

— Я мог вообще никакого совета не давать…так что скажите спасибо и уходите….Ваше общество становится для меня утомительным.

Мы двинулись налево, куда и показал ворон.

— Ван, что будем делать? — спросила Хрули.

— Да, Ван, что делать будем? — пробасил карп, — Ты справишься с змеей-оборотнем?

— Конечно не справится, — уверенно заявил Ли Бо.

— Есть у меня одна идейка… — задумался я.

Раз уж нам нельзя быть в Туманной Долине Ворона, то мы должны пойти в другие места. Вот только придется быстро бежать.

Едва я очутился за пределами долины, как сразу почувствовал два направленных на меня взгляда. Злых взгляда. Не ощутить это неистовое желание меня убить я просто мог.

Я повернулся к тому склону, где по словам ворона засела засада, и помахал рукой. Через секунду среди камней резко вскочила белая фигура и рванула к нам.

— А теперь что? — с легким страхом спросила Хрули.

— А теперь. Бежать! — крикнул я, и тут же использовал технику передвижения.

Сегодня придется побегать. И не только мне.

Дорогие читатели, если вам все еще нравится эта история , оставляйте комментарии и не забывайте тыкать лайки и подписывайтесь на цикл.

Спасибо всем вам кто читает. Это очень мотивирует.

Глава 2

Мельком оглянулся — те две дамочки рванули за мной довольно бодро, явно используют какие-то техники. Но в этот раз я не испытывал какого-то сильного волнения или беспокойства: не в первый раз от кого-то убегаю, но в первый раз у меня есть техника передвижения. Я не стал выжимать из себя максимум, наоборот, двигался на средней скорости. И судя по тому темпу, который мне показали преследовательницы, чтобы догнать меня, им придется сильно постараться.

Вот почему Ворон сказал, что это наш путь. И он прав: постоянно рассчитывать на чужую помощь в Поднебесной нельзя. До поры до времени мне и так сопутствовала удача и помощь оттуда, откуда я и рассчитывать не мог, теперь же мы в местах, где жили Святые, и тут есть…

— Хрули, Джинг, — окликнул я лис, — бежим к ближайшей Долине Летающих Камней.

Те выпучили на меня глаза, продолжая бежать, но не стали ничего спрашивать. Они-то могли еще сильнее ускориться. Особенно Хрули, у которой мало-помалу подрастал отросток на хвосте.

— Я ее узнала, Ван! — крикнула мне Хрули. — Это та дрянь, что хотела нас с тобой в жертву принести.

Я кивнул.

Когда Ворон сказал о «демонической крови», я первым делом о Госпоже Кровавый Лотос и подумал. Кому я еще мог быть нужен?

Что ж, оказалось могу, — второй женщине-оборотню.

Нейросеть пока молчала, видимо, предупреждать повторно об опасности, о которой я и так знал, ей было лень.

Пока бежал я заметил, что если скользить плавно и не спеша, то Ци расходуется медленнее и экономнее. Любопытно. Значит, нужно «спешить не спеша».

Сначала мы бежали по знакомым дорогам, и я сверялся с двумя картами, которые нам дал Ворон. Место с долинами Летающих Камней, я отметил еще в первый раз. Но я не хотел бежать в направлении белки и ее Ореховой рощи. По пути мы видели и другие, аналогичные Долины. Мне нужно только добраться до ближайшей.

Периодически я оглядывался, и понимал, что от нас не отстают. Впрочем, я и без этого ощущал словно бы уколы в спину: тело само предупреждало меня о том, что преследующие меня женщины хотят скорее моей смерти, чем получить благословение от Праведника.

— Ван, может, к белке сбежишь? — раздался голос Ли Бо. — По лестнице эти идиотки не смогут взобраться.

— Наши тоже, — ответил я.

Бессмертный не сразу понял, что я про Хрули и Джинг, а ведь они тоже останутся внизу.

— Забыл, — честно признался он.

Бежать к третьему лотосу было сейчас глупостью. Да, был шанс, что жаба гадюку кхм…съест, но я не знал ни мощи твари, ни вообще ее характера: может, это добрейшее и милейшее духовное существо, и единственная его плохая черта — скряжничество. Так что надо было сначала как следует вымотать Госпожу Кровавый Лотос и ее напарницу. Не думаю, что они так легко пройдут Долину Летающих Камней, особенно когда она будет «активирована» и заработает вовсю.

Скорее всего, у нас был одинаковый план: женщины думали, что я со своим уровнем Очищения Меридиан долго не продержусь и скоро истощу свой запас Ци, я же собирался сделать то же самое по отношению к ним, только иным путем.

Я понял одну вещь: похоже, техника на Лестнице Покоя была настолько хороша, что даже две «особи» более высокого уровня не могли меня догнать.

— Сюда! — визгнули Джинг и Хрули одновременно.

Она успела убежать вперед, проверить дорогу и вернуться к нам. Надеюсь, эти две преследовательницы не догадаются разделиться. Тогда будет неприятно. Пока их видно, я не беспокоюсь.

— Они ускоряются, Ван! — предупредил Ли Бо.

Да, резко заколовшее между лопатками чувство опасности, будто кто тыкал иголкой, подсказало, что надо ускориться.

— Понял, — коротко бросил я.

До первой долины Летающих Камней минут пятнадцать пути.

Пока что путь шел по равнинам и долинам, и бежать было легко, но скоро пойдут более каменистые и неровные места, надеюсь, это сыграет на руку мне, а не врагам. А еще…по пути разлилось огромное озеро, которое я могу пробежать напрямик, а вот могут ли они?

Вот и узнаю, есть ли в их арсенале техники хождения по воде.

— Ван, я думаю Бессмертный предложил хороший вариант, — вдруг подал голос карп, — Ух….укачивает то как…кх….давай вернемся к белке, а? А засранки где-то спрячутся? А?

— Конечно, спрятаться у белки и что дальше? Пару сотен лет там сидеть и ждать, пока враги сами не помрут или не заскучают?

— Ну, я так предложил…может, белка с ними справится сама?

— Нет, Лянг, мы сами справимся, — ответил я, ускоряясь.

— Это мой ученик, — гордо сказал Ли Бо, — Он больше не бежит от опасностей, он глупо их встречает лицом к лицу.

— Вообще-то мы еще как раз бежим от опасностей, — возразил я.

Я не боялся, что Ци закончится: у меня был запас белых волосков в бровях с Ци, которую я получил после того, как очистил озеро Серебристого Карпа от духов, и я был уверен — такого запаса Ци у моих преследовательниц нет.

☯☯☯☯

Леди Бай и Госпожа Кровавый Лотос преследовали молодого Праведника, и они бы бежали бы быстрее, вот только теперь, в этот момент, никто из них не хотел подставлять спину друг другу. Цель найдена, а значит, теперь они бесполезны друг другу. Госпожа считала, что верить змее — сразу прыгнуть ей в пасть, ну а Леди Бай считала, что нужно устранить ту, кто увидит, что она пришла не за Праведником, а за кувшином. Нет, смерть одной из них была неизбежна. А уж в том, что они догонят Праведника обе были убеждены.

С таким сильным запахом Праведника и двумя лисами, сбежать было невозможно.

— Куда он бежит? — вдруг напряглась Леди Бай.

— Да какая разница, давай ускоримся. Я не думаю, что у него большие запасы Ци — скорее всего, он сейчас выжимает из себя всё и скоро свалится.

Змея кивнула.

Ее беспокоило одно: абсолютное спокойствие этого молодого Практика. Она совсем не ощущала от него страха. А уж запах страха она чуяла легко.

Через минут десять, Леди Бай поняла, что Практик по прежнему держит между ними такую же дистанцию. Когда они ускорялись, то ускорялся и он, будто у него был бесконечный запас Ци.

— Слушай, это не похоже на низкоуровневую технику передвижения, — неожиданно сказала Госпожа. — Мы же ускорились, и уже должны были его догнать.

— Наконец-то ты заметила очевидное, — прошипела Леди Бай.

Тем не менее, они продолжали преследование — энергии у них еще хватало. А вот у Праведника должна была бы скоро закончиться.

Леди Бай не покидало ощущение, что их ведут куда-то целенаправленно, а ведь эти места, скорее всего, наполнены ловушками Праведников. Так может этот Праведник знает о них больше, чем они?

Еще полчаса пути — и Праведник начал замедляться.

— Наконец-то, сученок, — зло вскричала Госпожа, — Ты за все поплатишься, ублюдок.

Леди Бай сначала заподозрила подвох, но потом успокоилась, когда увидела как убедительно уставал Праведник: сначала стал тяжело дышать, потом Ци на его ногах начала то угасать, то появляться.

Ясно, 000 поняла она, — Ци заканчивается. Даже удивительно, как он долго продержался. Ладно, сейчас надо быть бдительной. Потому что эта сучка сразу ударит в спину.

Они с Госпожой переглянулись.

Напряжение между ними нарастало с каждой секундой.

☯☯☯☯

Я старательно пыхтел и имитировал, что Ци подошла к концу. Нет, я конечно потратил почти половину запаса узла, но бежать еще мог. Тем более, если бы я ускорился, то и расход соответственно уменьшился бы. Но это я приберегу это на потом. Пусть показанное считают моим пределом.

Я направлялся в Долину Летающих Камней. Рядом носились лисы. Для них эта погоня была бы забавной, если моя жизнь не была бы под угрозой. Вот за меня они волновались и не могли бросить.

— Глупый план, — констатировал Ли Бо. — Я бы тебя раскусил в два счета.

— Это ты, а это они, — ответил я, еще сильнее замедляясь.

Похоже, преследовательницы купили, и расстояние между нами стремительно сокращалось. Шагах в пятидесяти начиналась Долина Летающих Камней, и мне стоило больших усилий сдержать на лице улыбку.

Я помнил, что в долине недалеко от Золотой Рощи, безопасное расстояние было в двадцать шагов. Если, конечно, ничего не задевать. Надеюсь, тут оно такое же. Потому что бы за мной ломанулись, а я должен зайти первым. Мало ли, может эти твари подозрительные и даже на беззащитную добычу не будут спешить бросаться. Глаза мои запоминали расположение камней передо мной.

Так…ну, вроде запомнил.

— Не уйдешь, красавчик, — прозвучал соблазнительный голос Госпожи Кровавый Лотос.

Я его сразу узнал — как-то хорошо запоминается голос женщины, которая хотела тебя пустить под нож во время ритуала.

— Мы же видим, у тебя закончилась Ци, зачем ты трепыхаешься?.. Ты попался, давай, иди ко мне. Может я тебя перед смертью и приласкаю как следует, — голос ее сочился похотью и…жаждой мести.

— Нет, спасибо, обойдусь, — нарочито тяжело прохрипел я.

Шаг…еще шаг…

Два шага — и я остановился перед долиной и обернулся.

Женщины шли ко мне. Одна в белоснежном халате, и тело ее как-то по противному изгибалось. По змеиному. Да, та самая змея-оборотень, о которой говорил Ворон.

Наши глаза пересеклись. Зеленые, с вертикальными зрачками, ее взгляд упал на кувшин и прикипел к нему.

И я всё понял. Эта за кувшином.

— Ли Бо, это за тобой, — хмыкнул я.

— Да я уж понял, — сказал он вслух.

— Кувшин говорит? — недоуменно переспросила Госпожа, посмотрев на Леди Бай.

— Да, говорит, — процедила та.

Так-так-так, а дамочки-то не ладят.

Хрули и Джинг были рядом и тихо рычали. Шерсть их торчала от наполняющей их Ци.

— Тихо-тихо, — успокоил я их.

Между нами было уже шагов десять, и я сделал первый шаг назад.

Еще шаг.

Не глядя.

Я запомнил расположение камней, вот только идти задом было всё равно неудобно.

Обе женщины не спешили бросаться в атаку на меня, будто что-то подозревая. А вот это уже нехорошо. Надо бы их спровоцировать.

Я сделал еще три шага назад. Под моими ногами окончательно погасла Ци и я скривился.

И тогда вокруг меня взлетели четки. Всего две штуки, чтобы усыпить бдительность.

— Ооооо. — зло протянула Госпожа, — Я помню эти игрушки… В этот раз я засуну тебе их в одно место, урод!

Вот женщины — только что называла красавчиком, а теперь я уже урод. Наверное вспомнила, как я дубасил ее четками и дал возможность тигрице проломить ее оборону.

В руках Госпожи из крови соткались два алых клинка.

Так, похоже все настроены серьезно.

— Кхм…ты же пришла за кувшином? — обратился я к Леди Бай.

Она прищурилась.

— А ты знала? — посмотрел я на Госпожу Кровавый Лотос, и похлопал по кувшину. — Тут внутри целый Бессмертный. Думаешь за мной так просто гонится эта…змеюка…моя жизнь ничего не стоит, а вот этот кувшин…

— Ты меня за дуру держишь? — потерял на мгновение бархатистое очарование голос Госпожи, — Как может быть Бессмертный в каком-то горшке…

— В КУВШИНЕ! — рявкнул Ли Бо.

И тут Леди Бай бросилась на меня, видно, не хотела дать нам поговорить, ну а я сделал еще несколько шагов назад, лисы осторожно шли рядом.

Наверное, эта змеюка не задела бы ни одного камешка, так изящны и плавны были ее движения…

Вот только едва она рванула ко мне, в спину ей полетел кровавый клинок, от которого она, правда, играючи увернулась, и что-то прошипела в ответ, вот только я в тот же миг заставил взмыть в воздух больше десятка четок и…бросил в змею.

От парочки она увернулась, но уже другие с шипением вонзились в ее кожу.

— АААА! — вскрикнула она и в тот же миг ее изящная маленькая ножка задела камешек.

А на моем лице промелькнула довольная улыбка, потому что в тот же миг вообще все камни в долине взмыли вверх.

— Бежим! — кинул я лисам, и, используя скольжение, рванул на всю возможную скорость, одновременно уклоняясь от камней.

Надолго долина их не задержит, но немножко побьет, а это уже приятно.

Мне не нужно было оглядываться, чтобы знать, что камни попадают по женщинам — я слышал эти звуки, так как в первый раз по мне попадали так же.

Вот только… В этот раз творилось что-то странное.

Я увидел «Стража» — многоугольный, правильной формы камень, испещренный иероглифами, и все камни в Долине полетели прямо на женщин!

Видимо, это для меня был обучающий режим, а вот для злых тварей включался режим уничтожения.

— Неплохо-неплохо… — цокнул Ли Бо. — Ты что, сразу догадался, что приоритетной целью станут эти твари?

Я ничего не ответил. Потому что мне тоже нужно было уворачиваться от летающих отовсюду камней.

☯☯☯☯

— Ненавижу…— прошипела Леди Бай, когда они с Госпожой Кровавый Лотос выбрались на другую сторону Долины.

То, что это оказалась очередная западня Святош стало очевидно сразу, как камни взмыли вверх. Теперь понятно, куда их завел Праведник — в ловушку. На него она почему-то не сработала, а вот как только Леди Бай рванула вперед, камни будто взбесились. Таких ловушек им с Госпожой до сих не встречалось.

— Урод…урод…. — хрипела Госпожа, дотрагиваясь до побитого и опухшего лица. — Вырву язык, сожру печень, сдеру кожу с лица.

Леди Бай же была более хладнокровна. Да, камни их избили, но они вырвались. Смертельных ран не было, но и живого места на теле не осталось. Залечить это — дело пары часов и запаса Ци. Ничего критичного не случилось. Зато теперь они знают о таких ловушках.

— Хватит ныть, — прошипела Леди Бай.

— Это ты рванула как идиотка вперед! Я же говорила, что это ловушка.

— Ты вообще-то напала на меня со спины! — возмутилась Леди Бай. — Если бы не ты, я бы его поймала!

— Тебе показалось, — не моргнув глазом соврала Госпожа. — Я хотела клинком добраться до парня. И если б ты не стояла на пути, то я бы достала его.

— Ага, так я тебе и поверила, — фыркнула Леди Бай.

— Значит, его запас Ци гораздо больше, чем я думала, — сказала вслух Госпожа Кровавый Лотос.

— Но он не может быть бесконечным, — поднялась Леди Бай и отряхнулась.

От прежде белоснежной одежды остались ошметки, едва прикрывающие белое тело.

— Тоже верно, — согласилась Госпожа.

Раны на ее лице и теле уже начали затягиваться. Все-таки демоническая кровь была сильной штукой.

Именно поэтому Леди Бай и не решилась продолжить схватку — она хотела, чтобы Госпожа показала больше своих умений, потому что сейчас она была для нее загадкой.

Перекинувшись еще парочкой колких фраз, обе женщины сели в позу лотоса и начали восстанавливаться.

Это заняло не более получаса, во время которого они внимательно следили друг за другом.

— Пошли, — встала Леди Бай.

— Ты чего раскомандовалась! — сощурила глаза Госпожа, — Когда захочу, тогда и пойду.

— Ну и хорошо. Тогда я пошла.

Леди Бай пошла задом, чтобы не подставлять спину.

— Что, боишься? — ухмыльнулась Госпожа Кровавый Лотос.

— Не хочу еще раз получить удар в спину от одной идиотки.

— А что там говорил этот парень про Бессмертного в кувшине? — неожиданно спросила Госпожа. —Ты ничего об этом не говорила.

— Не понимаю о чем ты, — отрезала Леди Бай с невозмутимым лицом.

— Ну-ну…я же все равно узнаю…

☯☯☯☯

Мои преследовательницы подотстали, а я прошел еще через несколько похожих Долин Летающих Камней, оставляя свой след и запах, по которому они, наверняка, меня и находят. Что ж, им придется идти по этим долинам, если они, конечно, не захотят тратить кучу времени на обход. В следующие разы, скорее всего, таких трудностей как с первой долиной Летающих камней они испытывать уже не будут. Но всё равно это их задержит.

Честно говоря, я даже не верил, что такая примитивная ловушка сработает, но она сработала и на душе было приятно.

— Неплохо ты придумал, Ван. — пробурчал Лянг.

— Ага, только и нам досталось, — потерла бок Хрули.

Да, как бы быстры ни были лисы, но и по ним попало.

— Мы отделались парочкой шишек, — отмахнулся я. —- Жаловаться не на что.

Чувство опасности уже почти не ощущалось, а это значит, что преследовательницы сильно отстали, у меня была хорошая фора. И это еще я не использовал своего «резерва» в виде волос с Ци. И пока не собирался.

Я шел по незнакомым местам.

Вернее, на карте Ворона они были, но мы с лисами до сих пор тут ни разу не были.

Это место обозначалось странным знаком ступни. Что это значило — Ворон не объяснил, но это было одно из немногих мест на его карте, где был хоть какой-то знак. В том числе и поэтому я решил идти сюда, не зря же Ворон обозначил это место, ну а еще любопытство.

Несмотря на это, я был максимально осторожен, а лисы постоянно рыскали на разведку и назад. Кроме преследовательниц тут могли быть и другие твари, не менее опасные.

Однако, несмотря на свой лисий нюх и вообще обостренное чувство Ци, Хрули и Джинг не заметили того, что заметил я.

— Ты не ощущаешь ничего, Ли Бо? — спросил я Бессмертного.

— Нет, а должен? — удивился он.

— А ты, Лянг?

— Я ощущаю только голос…тошноту…и боль по моим детишкам… — вздохнул он. — А еще меня укачивает и я хочу в озеро…но ты же не об этом?

— Верно, не об этом, — вздохнул я.

Я наклонился к каменистой почве и положил на нее ладонь и закрыл глаза. Сердце кольнуло неожиданной болью какой-то утраты.

Вдох-выдох.

— Да…думаю, мы пришли куда надо… — прошептал я.

— Ты о чем, Ван? — спросил Ли Бо. — Что ты ощутил?

— Ци, — коротко ответил я.

— Какую еще Ци? Святую? Праведников?

— Праведников.

Я ощущал кусочки Чистой Ци словно бы оставленные чьей-то ногой. Во всяком случае сгусток Ци впитавшийся в камень, ощущался именно таким. Значит, знак ступни стоит на карте не случайно.

Я прислушивался к ощущениям Ци и шел туда, где чувствовал остатки Праведной Ци. Но я шел не потому, что ощущал Ци, а потому что…когда я ступал по этим следам, то на сердце появлялась какая-то неожиданная и внезапная скорбь.

Я даже забыл о погоне. Потому что на какое-то время она стала вообще не важной. Так, пустяк.

Лисы скоро вернулись, и первое время молча следовали за мной.

Те следы, которыми я сейчас шел, больше не совпадали с местом, отмеченным на карте. Ци вела меня куда-то в сторону, через крошечные долинки, зажатые между холмами, а потом и вовсе пришлось взбираться по скале на каменную равнину, стоящую над широко разлитым озером.

— Ван, куда мы идем? — спросила Хрули. — Почему ты молчишь? А?

— Да, Ван! Ты что-то нашел? — вторила ей Джинг.

Говорить не хотелось совсем, но, очевидно, лисы не чувствовали то, что чувствовал я.

— Идем в место, в которое должны идти, — ответил я и больше лисы вопросы не задавали.

После обучения у белки, я понял, что иногда надо больше прислушиваться к своим чувствам и ощущениям, чем к разуму, и сейчас я именно это и делал.

Когда тропа вывела меня к плато, возвышающемуся над окрестными холмами и озерами, то я застыл.

Сердцем я догадывался, что я увижу.

Передо мной было ровное плато, только если у белки летающий островок весь был покрыт зеленью, то тут…

Тут был сплошной камень. Вдалеке виднелся небольшой каменный храм и вокруг него тысячи каменных плит с иероглифами и оттисками ступней.

— Это же… — прошептал Ли Бо.

— Да, — ответил я, не дав ему договорить. Не хотелось, чтобы эти слова прозвучали вслух.

А на сердце стало очень тяжело.

Это место было пропитано Святой Ци.

Сомневаюсь, что кто-то кроме меня сможет ступить на эту равнину.

Я сделал шаг и взгляд мой упал на выдавленные прямо на входе в это место две ступни, а рядом с ним два иероглифа.

Долина Памяти.

Глава 3

Первый шаг дался нелегко. Словно я уткнулся в какую-то невидимую преграду, но, сделав буквально небольшой нажим всем телом, я очутился внутри.

— Ван! Мы не можем войти! — почти в унисон запищали лисы, тыкаясь мордочками в незримый барьер.

Хрули даже подпрыгнула, пытаясь проскочить, но лишь шлепнулась обратно. Джинг фыркнула, и потерла лбом невидимую преграду, словно надеялась просочиться через нее. Ожидаемо, у них ничего не вышло.

— А меньше грешить надо! — булькнул карп, вынырнув из кувшина и брызгая водой. — И пакостей делать тоже меньше!

-Тихо. — почти прошептал я и все сразу умолкли.

Я вернулся, подхватил лис под мышки и шагнул вперед. На этот раз барьер дрогнул — и пропустил их.

— Фуф… — выдохнула Хрули, — Теперь и мы внутри.

— Это место похоже только для Праведников, — обронил Ли Бо.

— И их питомцев, — добавил Лянг.

— Никуда не отбегайте. Держитесь рядом.

Лисы молча кивнули, прижимаясь ко мне.

Справа и слева шли плиты, словно обрамляя путь, ведущий к небольшому храму-пагоде в центре этой равнины.

Тут не было ни единого растения, только безжизненная каменистая поверхность и какой-то сухой, затхлый воздух.

Я сделал шаг — и он дался очень тяжело, будто мне на плечи обрушилась вся скорбь мира. Ноги подогнулись, а сам я чудом устоял.

— Ван, ты в порядке? — уцепилась за мою ногу Хрули.

— Да… А вы ничего не почувствовали? — спросил я лис.

Они переглянулись и отрицательно мотнули головами.

— А ты, Лянг?

— Ничего.

Ясно, значит, только я.

Замерев на десяток секунд и прислушиваясь к тишине этого места я сделал еще один шаг. А потом еще один.

Я оглянулся. За мной оставались белые следы. Камень тут был укрыт настолько толстым слоем пыли, что казался серым, но на деле он был…белоснежным.

А Рядом с моими следами — шли маленькие, лисьи следы. Первые за тысячи лет.

Но даже сквозь пыль, на дороге до храма просматривались выбитые огромные иероглифы, которые я не заметил, пока не ступил сюда. Словно невидимая пелена закрывала их для тех кто не вошел. Смысл слов дошел до меня не сразу.

Губы прошептали знакомые, отличающиеся от обычных, даосские иероглифы.

Ушедшие в Небо.

Сотни плит справа и слева шли ровными рядами. Я остановился у первой плиты, стер пыль с углубления в форме ступни и иероглифа и… замер.

След светился. Тускло, едва заметно, но светился.

Это была не могила — костей здесь не лежало.

Это было что-то другое.

Я видел слепок Ци того, чье имя было вычерчено в камне.

Святой Чжу.

Я действительно ощутил уже мне знакомую Святую Ци от этой светящейся ступни, вот только она отличалась от той, что я взял из четок и той, что была в моем волосе. Они были словно обезличены. А эта…

Эта отдавала золотыми блестками.

Я не смог удержаться и прикоснулся к следу, и в тот же миг мой мозг озарила резкая вспышка.

Я увидел последний миг. Молодой Чжу с озорной улыбкой отталкивается от камня, оглядывая перепуганных, стоящих внизу детей в оранжевых, монашеских робах:

— Я вас защищу.

И рядом с ним в воздух взмыли сотни таких же Святых, устремившихся в Небо.

К Разлому. Черной трещине, расколовшей мир и испускающей из себя жуткую Пустоту.

Каждый Святой оставил за собой след в камне, горящий такой ослепительной Ци, что мне пришлось прищуриться, чтобы не ослепнуть.

А потом время пошло вспять.

Я увидел не всю жизнь Святого, а лишь то, что составляло его Путь. Короткую сцену, которая была понятна и без слов.

Мальчишка, заслонивший собой кота от старших ребят. Избитый, но не сломленный. Мертвый кот в его руках.

Вспышка.

Вот он уже постарше, ворует еду и несет ее больной сестре.

Вспышка.

Та же девочка на циновке. Бледная, бездыханная. Он давит слезы, пытаясь исцелить ее своей Ци — той, что постиг без учителей, без техник, просто потому, что должен был спасти.

Вспышка и снова воспоминание.

И Чжу уже постарше. Он владеет уже Праведной Ци и защищает крошечного духовного лисенка от группы Практиков.

Вспышка. Новое воспоминание — и он прижимает мертвого лисенка к груди, а глаза его странно светятся.

Вспышка А потом я вижу уже его совсем молодым и уже Святым. Он идет по деревне, из каждого дома которой доносятся стоны. Чжу заходит в каждый дом и лечит…лечит детей, старух, мужчин от странной черной хвори, в которой чувствуется демонический запах.

В душе Чжу только одна мысль «Защитить».

Защитить от болезней. От врагов. От несправедливости. От злых духов. От злых людей. От злых зверей. От демонов.

Это его путь.

Это его Дао.

Защищать.

Вспышка — и вот он в Долине Памяти.

Он первым становится на каменную плиту и первым ставит оттиск своего Дао в камень. Первый, потому что самый молодой.

Самый молодой Святой в истории. И он пришел защитить этот мир своей жизнью.

А потом Чжу из воспоминания обернулся, прикоснулся к моей груди своей ладонью, и оставил сияющий след в душе.

—Помни нас. — сказал он, и, как в самом начале воспоминания, взмыл в Небо.

Миг — и меня вырвало обратно в реальность.

Тело трясло мелкой дрожью.

— Ван? — бросились ко мне лисы.

— У тебя на груди отпечаток ладони, — вдруг сказал Ли Бо.

Я взглянул на грудь, там действительно был отпечаток ладони. Из Ци. И он таял.

Значит, это больше чем воспоминание. Мне не показалось. Дао этого святого было теперь во мне. Не буквально. Но я понял его. Понял, почему его Дао сделало его таким. Потому что другим он и не мог быть — вся его жизнь подталкивала именно к такому Дао.

Я вздохнул и поднялся и сказал:

— Я помню.

И дотронулся к плите.

— Я не забуду.

— Что ты ощутил? — серьезно спросил Ли Бо, — Для нас ты просто погрузился в себя, а потом резко дернулся.

— Ты знаешь, что это? — спросил я Бессмертного и подошел к следующей плите.

— Слепок Ци? — предположил Ли Бо.

— Нет, это больше, чем Слепок Ци. Это Слепок Дао.

Я все же хотел проверить…неужели каждый святой оставил тут свое Дао?..

Я снова вытер пыль с плиты и увидел оттиск ступни…только эта ступня отличалась. Она была какой-то небольшой. Женской. И сияла каким-то особым мягким, приглушенным светом.

Стало даже немножко страшно касаться я ее.

Но я коснулся.

И увидел женщину. Старую женщину. Она даже не казалось Святой. Просто уставшая от жизни женщина.

Взгляд ее был полон невыносимой грусти от осознания грядущего. Ее душа словно хотела обнять сразу всех, и она ощущала каждого Святого как отдельный нерв, к которому подключилась и забирала всю боль.

Она сострадала.

Боль других была ее болью. Она брала ее и облегчала страдания.

Вспышка.

И я увидел, как она год за годом сидит у постели умирающих стариков, не в силах им помочь, не в силах их спасти, но держит их за руку, и на лице тех появляется легкая улыбка, словно наконец-то они вздохнули свободно. Словно у них исчез страх смерти, страх перед грядущим небытием.

Теперь этот страх был в ней.

В Святой Ляо. Она забирала всё в себя.

Она стала Святой очень поздно. Казалось, она всегда была старой. Она ходила среди обычных людей и помогала им. Она отличалась от других Святых. Но в нужный момент она пришла разделить их боль и помочь. Стать заплаткой в Небе.

Она стояла передо мной на расстоянии вытянутой руки, и дотронулась до моего сердца своим старым сморщенным пальцем, который светился от переизбытка Святой Ци.

— Кто мы без сердца?

Через секунду она растаяла, а я ощущал ее прикосновение на своем сердце. Словно пролетавший мимо осенний лист случайно задел меня и унесся дальше.

Вспышка — и меня вернуло в реальность.

Рядом сидели лисы, а кувшин летал надо мной.

Да, эти Святые оставили слепки Дао для следующих поколений. Каждый оставил свой Путь. Чтобы мы могли увидеть и помнить.

Я поднялся. Сейчас я не собирался касаться каждой плиты. Потому что я ощущал, что не выдержу этого.

Теперь на меня еще больше давила тоска этого места — тоска, исходящая откуда-то от храма.

— Ты такое когда-нибудь видел, Ли Бо? — спросил я Бессмертного и сделал шаг вперед.

— Никогда. — честно ответил он, — Я даже представить себе не мог, что подобное место существует. Ведь Святые всегда были сами по себе. Они одиночки.

— Ты ошибался. — коротко ответил я.

Я решил не выбирать. Сделал с десяток шагов, которые дались мне тяжело. Закрыл глаза, и дотронулся до плиты.

К тому, что меня перенесло я уже был готов. А вот к тому, что увижу — нет.

Вспышка — и я оказываюсь в хлипком домике, где молодая девушка рыдает над колыбелью, где лежит мертвое дитя. Она — обычный человек. Даже не Практик.

Вспышка — и я в новом месте.

Передо мной небольшой храм, где молодая девушка, уже вступившая на путь Праведности убаюкивает на руках ребенка. На ее коленях засыпал другой ребенок, а вокруг раскинулись другие ученики, которым она что-то напевала. Все они засыпали.

В сердце ее была забота и больше ничего. Она спасла каждого из этих детей и дала им новую, безопасную и счастливую жизнь.

Она не имела своих детей. Но все дети были ее детьми.

На сердце почему-то защемило.

Это был тот раз, когда я не захотел видеть, что было дальше. Потому что я боялся, что эта идиллия прервется чем-то кровавым.

Но ничего не случилось.

Кроме того, что эта девушка сияющими от Ци губами поцеловала меня в лоб, и меня выбросило из воспоминаний.

Она показала всё, что хотела. Возможно, не всем показывается одно и то же.

Я тяжело вздохнул. Трех увиденных Дао мне хватило. Сердце будто отяжелело еще тремя жизнями.

— У тебя на лбу след от губ. — сказала Хрули.

— Да. — ответил я. — Пошли в храм. Я чувствую, что нам нужно туда. — сказал я, чувствуя, как на сердце осели три чужие судьбы.

С каждым шагом становилось тяжелее. Не физически — душа ныла, будто переполненный сосуд.

Я шагал вдоль плит бросая взгляд налево и направо. Сколько же тут было Святых. Они собрались тут со всей Поднебесной в момент, когда их помощь была нужна, чтобы спасти этот мир? И почему помочь могли только они? Неужели от обычных практиков, или Бессмертных пользы не было совсем? Почему весь удар взяли на себя Праведники?

Меня от храма отделяло две-три сотни шагов, но каждый последующий шаг давался всё тяжелее и тяжелее. Потому что я боялся увидеть кое-что другое. Не то, что в самом начале Долины Памяти.

Лисы, Бессмертный и Лянг молчали. Мне тоже не хотелось нарушать тишину этого места или обсуждать то, что я увидел в воспоминаниях Святых.

Храм приближался и я смог рассмотреть его получше. Каменный. Без дверей и без окон, они и не предполагались, — одноэтажная каменная пагода.

С виду ничего особенного. Особенным ее делало место, где она стояла.

Мой взгляд зацепился за плиты. Другие плиты. Не те, которые обрамляли дорогу, а те которые находились за храмом. Что-то было странное в них.

Шаг…

Еще шаг…

Еще…

Ряды плит лежали как древние стражи, хранящие последние воспоминания о тех, кто оставил здесь свой след.

Проходя мимо каждой плиты я чувствовал как она отзывается во мне странным эхом. Словно эти плиты просили, чтобы я к ним прикоснулся. Чтобы я вспомнил и вобрал их образы. Но было еще рано. Я столько просто не выдержу.

Оставляя белоснежные следы на пыльной дороге я остановился перед храмом. Над входом были иероглифы.

Обитель последнего следа.

Я завис глядя на эти три слова.

— Ван, что там написано? — спросила нарушив тишину Хрули.

— Обитель последнего следа…

Прежде чем заходить внутрь обители, я обошел ее кругом и остановился перед рядами плит. Они не были на виду.

Я надеялся, что издалека мне показалось…но нет.

Для верности я смахнул пыль со оттиска ступни в камне и наклонился над ним. Всё вокруг заволокла густая как смола тишина, словно эта плита поглощала звуки.

Мои пальцы слегка дрожали. Ступня была полностью черной. Я прикоснулся к ней и ощутил пустоту. Тот, кто оставил след, хотел что-то сказать, но теперь это был крик, который никто не услышал. И не услышит.

Почему те следы сияющие, а этот черный?

Ведь они все отправились на Небо. Так в чем же разница? Ведь они всё равно все мертвы.

Или же…те, кто стал частью Неба…их следы сияют, а те кто не стал…они вот такие? В них больше нет воспоминаний? Их Дао больше нет? Что же могло сделать такое со Святыми?

Может, тот Разлом, который я мельком видел, и который даже через воспоминание источал могильный холод, это… Пустота? Та, которая растворяет в себе всё.

— Ли Бо?

— Полагаю, — ответил Бессмертный, — они вычеркнуты из этого мира. Те, которых мы прошли, они закрыли собой Разлом, а эти…пали вне…

Предположение Ли Бо звучало как будто бы логично, но я чувствовал, что за черным следом кроется нечто большее, и более важное.

Я посмотрел на соседнюю плиту и увидел как след пересекает кривая черная трещина словно бы засасывающая в себя остатки Ци, оставленные Святым.

Вдруг я увидел надпись перед этими рядами. Надпись, на которую не обратил внимания.

Ушедшие.

Просто ушедшие. Те плиты располагались возле надписи «Ушедшие в Небо», а тут…просто «Ушедшие» …

Может, Ли Бо действительно прав?

Ушедших было много… Очень много… Какие-то следы были полностью черные, какие-то лишь частично, а какие-то прорезали трещины.

В чем разница я не понимал.

Судя по всему, кто-то в свое время переставил местами плиты. Те, что оставили свое Дао и оно было уцелевшим, вдоль дороги, а эти…словно скрыли с глаз долой. Спрятали за храмом.

Но глядя на эти трещины… На эти почерневшие следы, в голове у меня мелькнула мысль о том, как можно попробовать это исправить.

Я окинул взглядом плиты за храмом. Возможно, среди них были и целые…. Как будто бы не везде была эта страшная «чернота».

Каждая плита словно протянула холодные щупальцы к моей душе, как бы говоря, что с ней поступили несправедливо.

Я вздохнул и прикрыл глаза.

Именно эти плиты и создавали это ощущение бесконечной скорби, которое так сильно давило мне на плечи.

Открыв глаза я шагнул обратно к храму.

Застыв перед входом, я взглянул внутрь.

В центре храма, в полу, сияли золотым две ступни. Единственные парные ступни, которые я тут видел.

Что ж, похоже, мне придется увидеть сегодня еще одно воспоминание. Еще одно Дао. И, судя по сиянию, этот Практик был выше ступени Святого.

Глава 4

Я вошел в храм и застыл.

Я увидел то, чего не увидел, будучи снаружи. По внутренней части храма, на высоте около метра, в несколько рядов в камне были отпечатки детских ладоней, а на полу — их ступней, и всё это вокруг двух сияющих золотой энергией следов.

Я наклонился и осторожно провел по детским следам — это не были оттиски, как у Святых, скорее, кто-то просто разрешил оставить детям тут следы в момент, когда храм строился. Как будто тогда этот камень был жидкий и дети ткнули в него ладошками кто куда. Вот только почему у меня было ощущение, что сделали это дети на прощание, прежде, чем Святые ушли? Не знаю.

В этих следах не было ни капли Ци. Просто детские ладошки.

Возможно, это были Младшие, которые пришли попрощаться — и ничего более. Надеюсь.

На стенах было много мелких неразборчивых надписей, но сейчас мне не хотелось их читать. Успею еще.

Сейчас главное — сияющие следы. Свет от ступней даже немного слепил. В отличие от тех, что снаружи, их насыщенность Ци была до сих пор как будто в тот день, когда их оставил их Святой.

Я присел на корточки и осторожно, едва касаясь, прикоснулся к поверхности сияющих Ци ступеней.

В тот же мир вокруг взорвался светом.

— Если ты дошел сюда, значит, есть надежда, — прозвучал мягкий, полный какой-то скрытой силы голос.

Я понял, что нахожусь в этом же храме, вот только он весь сиял золотым светом, а передо мной сидел средних лет мужчина с добрыми чертами лица.

— Вы…

— Я — наставник Юэ, — коротко сказал человек.

Глаза его светились, будто сгустки Святой Ци.

— Я — Ван, — сказал в ответ я.

Это не было воспоминание, а человек передо мной не был духом. Место, где я оказался, было словно бы вне времени и пространства. Оно застыло.

— Я знаю кто ты, — усмехнулся наставник Юэ, — Небо видит всё.

Его голос словно заставлял воздух дрожать.

Руки Юэ были сложены, словно в молитве.

— Я вижу в тебе чужую Волю, — продолжил наставник. — И вижу клятвы и обеты, которыми ты скован. Это необычно. Но если Небо допустило это — значит, так надо. Понимаешь?

Я кивнул. Это значило, что проникнуть в этот мир незаметно было невозможно. Но я и так уже догадывался об этом.

— Не понимаешь, — покачал головой Юэ. — Тебя беспокоит то, что тебе предстоит сделать, но некоторые вещи просто обязаны случиться.

Это он про алтарь божеству, который я должен установить?

— Да, я о нем. Небу будет, конечно, больно, но у тебя ведь нет другого пути? Клятвы, которые ты называешь «контрактом», записаны в твоей душе. А над душой ни у кого нет власти. Ты должен исполнить их.

Я застыл.

— Я не могу объяснить, почему Небо позволяет свершиться одному, и не позволяет другому, но кто я такой, чтобы сомневаться в Воле Неба? — риторически спросил Наставник Юэ, поднимаясь.

— Вы Святой? — спросил я. — Вы отличаетесь от тех Праведников, к отпечаткам которых я прикоснулся.

Мужчина передо мной чем-то неуловимым отличался от Святого так, как обычный Праведник отличается от Святого.

Он был на каком-то другом уровне.

— Нас называют Бессмертными Даосами, — улыбнулся он. — Хотя это, конечно же, неверно. Для некоторых ступеней просто нет названия. Нет слов, которые способны выразить суть того, чем становится Практик Праведного Пути.

Значит, так выглядит и ощущается Бессмертный Даос? — мелькнула мысль.

— Такие как я по-другому ощущают время и реальность…мы слишком близки к Небу, чтобы оставаться людьми, но слишком люди, чтоб становиться Небом. Я думаю, ты пришел в это место не случайно. Ты в поисках. В поисках своего пути, своего предназначения, своего Дао. Я и сам знаю, как мечется душа до того, как вступила на путь, по которому должна дойти до конца, и где нет конца.

— Да, я пока не знаю, что есть «мое» Дао, — ответил я. — Я думал эти следы, эти слепки Дао смогут подсказать мне.

— Подсказать это может только твое сердце, — подошел ко мне Наставник Юэ. — Все ответы и все вопросы там. Оно спрашивает и оно отвечает. Больше никто. Нет другого голоса во Вселенной, кроме твоего.

Я застыл, обдумывая его слова. В первые мгновения у меня было много вопросов, которые я хотел задать, но они вдруг испарились. Они теперь казались неважными, мелкими.

— Дай мне руку, Ван, — протянул Юэ мне светящуюся ладонь.

Я взял его за руку и в душе наступило такое спокойствие, как в детстве, когда держишься за руку матери и не отпускаешь.

В тот же миг мы взмыли ввысь. Исчез храм. Был только полет вверх, к Небу, которое прорезал кривой черный Разлом.

— Это в прошлом и в будущем, — сказал наставник Юэ. — В твоем времени Разлома нет. Его закрыл Я и они…

Мы очутились прямо перед Разломом, в котором проглядывался космос, и который словно затягивал всё внутрь себя.

Но на самом деле сейчас он был статичен. И хоть ветра не было, длинные и свободные одежды наставника развевались на несуществующем ветру.

Он меня отпустил и я понял, что не падаю. Я так и стою под Небом. Перед Разломом.

Юэ сложил пальцы в странную замысловатую фигуру и в тот же миг за его спиной словно из ниоткуда возникли люди…много людей. Сотни светящихся как и он Практиков.

Все они сложили руки в такой фигуре.

— Это печать Вечного Дозора, — тихо сказал он. — А вокруг такие же, как и я. Мои братья. Бессмертные Даосы, как вы нас называете. Мы же называли себя Вечным Дозором. Те, кто стоит на страже Мира. Те, кто отвечает за сохранность Неба. Отвечали…

На моих глазах Разлом ожил и стал рвать Небо, стал рвать реальность этого мира. Юэ оставался неподвижен.

— Ты их не видишь, ты просто видишь результат их работы. А это — демоны Пустоты. Прожорливые создания, способные пожрать что угодно. Видишь, реальность буквально исчезает? Мир разрывается на куски. Пустота ненасытна. Хотя, кому я это говорю? Тому, кто и сам краешком через нее прошел.

Это он про смерть, после которой я очутился в Пустоте, стирающей мои воспоминания? Видимо, да.

Я наблюдал за тем, как Разлом с каждой секундой расширялся, а через его черноту на нас смотрела космическая бездна.

Вдруг сотни фигур кинулись прямо в Разлом, а в их руках появились кривые зеркала.

— Пустотники боятся зеркал. Для них это своеобразные ловушки, — пояснил Наставник Юэ.

В местах, где Бессмертные Даосы встретили расширяющийся Разлом он замедлился. Сильно замедлился.

— Но надолго их не хватит.

Одно за другим, зеркала в руках Даосов начали лопаться, как елочные игрушки. Со звоном и треском, словно разрушалась сама реальность.

А потом человек такой же, как Наставник Юэ, шагнул вперед. За Небо. За пределы Разлома. В Пустоту Космоса. А за ним — его последователи. А за ними, словно из ниоткуда, взлетели сотни и сотни Святых. Я узнал лица тех троих, чьи воспоминания увидел. Они улыбались и без страха ступали прямиком в Разлом. Каждый из них сотворил знак Вечного Дозора.

Святые, один за другим, вспыхивали белым Светом, а Даосы — золотым. И этот свет сливался, превращаясь в перламутровую пленку, которая начала закрывать Разлом. Которая, словно шов, сшивала Небо.

— Это наш Последний Дозор, — сказал Наставник Юэ, грустным взглядом наблюдая за тем, как тела Святых и Даосов всё больше и больше излучали свет, словно готовые вот-вот взорваться звёзды, и губы шептали какие-то слова, которые я разобрал не сразу.

— За Вечное Небо… — прошептал рядом со мной Юэ.

А потом всё накрыла вспышка, и я снова очутился в храме, а передо мной сидел наставник Юэ, словно и не было секунду назад Разлома, который закрыли Святые и Даосы, с ним во главе.

— То, что ты видел — лишь фрагменты того, что произошло. Я показал лишь начало и конец, — сказал Даос.

— Значит, это временно? — спросил я. — Разлом закрыт временно?

— Конечно. Всё имеет свой срок. И наша жертва, наш долг, тоже.

— А почему там не было других, Бессмертных… Богов… Духовных существ? — спросил я. — Почему там были только вы?

Этот вопрос беспокоил меня. Как так получилось, что спасать мир пошли только Праведники, тогда как другие остались в стороне, словно их это вообще не касалось.

— Они бы не выдержали напор Пустоты. Их сердца полны эмоций, алчности и злобы — всего того, что можно обратить против них. Мы же…мы — нет. В нас нет страха. Мы не боимся Пустоты. Тем более, мы знали, что справимся.

Я молчал.

— Но я понимаю твой вопрос, и отвечу так: у каждого свой путь. Возможно, они еще сыграют свою роль.

— Когда откроется новый разлом? — прямо спросил я.

— Не знаю. Я лишь воспоминание о былом, и у меня нет ответов на подобные вопросы. Возможно откроется, возможно нет. Но одно могу сказать точно — здесь ты не случайно.

Я думал и вспоминал увиденное только что. Про Разлом я знал и до этого, как и то, что Святые ушли его закрывать. Однако знать — это одно, а видеть — совершенно другое. Сотни людей, которые без малейших колебаний отдали свои жизни за то, чтобы этот мир продолжил существовать.

Но что же тогда такое Небо? Получается, оно само не может себя защитить? Ему нужны защитники? Которых больше нет. Я уже знаю, что Небо больше, чем просто слова, больше, чем просто клятва в Пустоту. Небо откликается, словно живое. И, в то же время, Ли Бо говорит, что Небо непостижимо.

Я посмотрел на Юэ, который, я это точно знал, сейчас читает мои мысли, как открытую книгу.

— Что такое Небо?

— Небо — это всё, — ответил он.

— Что такое Дао?

— Дао — это ничего.

— Если я задам эти вопросы повторно, ответы будут другие, — констатировал я.

— Верно.

— Так имеет ли смысл задавать вам вопросы?

Наставник Юэ молчал и только улыбался.

— Понятно. Все вопросы и ответы только в моем сердце, — повторил я его слова, сказанные мне еще до того, как он показал мне Разлом.

Наставник кивнул.

— Смысл в том, чтобы постигать всё самому, без подсказок.

Он снова кивнул.

— Не лучший метод обучения, — резюмировал я, вспоминая белку, которая своими рассуждениями и чаем помогла мне найти ответы на некоторые вопросы. Получается, белка лучший учитель, чем Даос?

— Возможно, вопросы заданы не те, — снова прозвучал голос Юэ.

Я задумался. А какие я могу задать вопросы? Как снять обеты? Как избавиться от контракта? Так на это он уже ответил — никак. Как стать сильнее? Так вокруг меня место, которое и так дает мне возможности стать сильнее. Просто нужно взять эти возможности. Как найти свое Дао? На это он тоже ответил — никак. Да я и сам, уже по тому, что увидел в воспоминаниях Святых, понял — Дао само найдет меня. Возможно, просто нужно перестать пытаться его найти. Как стать Святым? — Я думаю, этот вопрос того же плана, что и про Дао. Нужно просто следовать своему сердцу. И таким будет ответ на любой вопрос.

Тогда зачем мне было показывать сцену закрытия Разлома — чтобы я проникся совершенным подвигом? Но чтобы что? Или вся сцена нужна была, чтобы показать мне…

Пальцы, словно всегда только это и делали, повторили печать Вечного Дозора. Может, всё ради этой печати?

Наставник Юэ никак не реагировал. Он застыл.

— Теперь ты — Последний Страж, Ван. Последний в Поднебесной, кто помнит эту печать, — тихо сказал Наставник Юэ и исчез.

А я как сидел, так и застыл.

Сияющий золотым храм исчез.

Я снова оказался в холодном, каменном храме. Где сияли золотым следы и были десятки, сотни следов.

— Ван? — окликнул меня знакомый и родной голос Хрули.

Я не спеша обернулся.

— Ван! У тебя в глазах отражаются звезды, — с легким страхом произнесла Джинг.

Что ты видел? — спросил Ли Бо.

Я не ответил.

Что я видел? Я видел прошлое. Но стоит ли говорить об увиденном? Не думаю.

На сердце было беспокойно. Я вышел из храма.

— Ты куда, Ван? — спросила Хрули.

— К треснутым следам, — ответил я и пошел к рядам плит за храмом. — Некоторое время не беспокойте меня.

Я сел возле случайной плиты.

Передо мной был всё еще испускающий свет след, но который прорезала глубокая черная трещина.

Не отражение ли это случившегося? Вот разлом, только маленький, а вот след…это душа.

Ведь что такое Небо, как не душа этого мира?

Я прикоснулся к следу без опаски. От трещины шел космический холод, а след…согревал, словно теплые слова, сказанные в трудную минуту.

Да, где-то в этом следе застыла судьба Праведника. И совсем не важна его ступень. Моя ладонь полностью опустилась на след, словно пытаясь найти хоть немного воспоминаний. Хоть крошечную частичку Воли того, кто оставил этот след.

Я сказал Бессмертному, что это следы, слепки Дао. Но что если сказать проще? Это воспоминания — моменты выбора, которые и стали Дао. Потому что именно выбор как поступить в той или иной жизненной ситуации и формирует наше Дао, наш путь, по которому мы будем идти до конца.

Тот молодой Святой выбрал — защищать, та старая женщина — сострадать, а молодая девушка — заботиться. Но это был выбор без выбора. Дао не выбирают. Это оно выбирает тебя. Оно находит тебя, будет искать всю жизнь, пока не найдет. Вот только некоторые только то и делают, что скрываются от своего Дао. Бегут.

Но если это слепки душ, а не Дао. Что если это «якоря» для всех тех, кто ушел туда. Может, именно это место и дает силы тем, кто стал частью Неба. Тем, кто закрыл собой Разлом. И когда почернеют все следы… Разлом словно черной трещиной разорвет Небо.

Старик из Школы Небесных Наставников предположил, что мне нужно попробовать лечить, чтобы найти свое Дао. Но лечить можно не только тела. Лечить можно и души.

Я активировал пространственное кольцо и вытащил из него одну Небесную Рисинку и сжал ее между пальцами, наполняя своей Ци. Я напитывал её не просто Своей Ци. Я отдавал туда Свою Волю и желание. Желание исцелить. Желание разогнать этот холод, исходящий от черноты, покрывающей слепок чужой души.

Через несколько мгновений из рисинки пробился слабый росток.

— Что ты делаешь? — прозвучал голос Хрули из-за моей спины.

— Не знаю, — честно ответил я, и погрузил пальцы, которые держали рисинку прямо в трещину в ступне.

Пальцам стало холодно, а рисинка словно сжалась в испуге. Я выпустил еще больше Ци — и мои пальцы засияли, разгоняя эту черноту.

Рисинка, ощутив мое тепло, начала усиленно расти. Выпускать из себя корни, которые цеплялись за камень в трещине. Я посылал потоки Ци в пальцы и в рисинку, отгоняя тьму.

Надеюсь, в этот момент чьей-то душе там, наверху, стало легче. Стало теплее.

— Хрули, Джинг? — окликнул я лис.

— Да! — воскликнули одновременно обе.

— Вы же еще не съели золотые орехи?

— Эммм… Ван, что… Что ты хочешь сделать с нашими орехами? — с испугом в голосе спросила Джинг.

Глава 5

Что я хотел сделать с орехами? Посадить. Я не знал заранее, что это поможет или сработает. Но Небесный Рис — это не просто духовный рис, это растение другого уровня, как и Золотые Орехи. Полагаю, даже нейросеть не знает всего, для чего их можно применять. Я тоже… Но я понял, что их нужно почувствовать.

Взять в пальцы, закрыть глаза и…

Вдох-выдох…

Я направил в рисинку еще больше Ци. Я видел, что пока растение еще недостаточно пустило корни. С помощью второй руки я начал выпускать свою Ци, латая трещину. Конечно, я на самом деле ничего не латал, но небесный рис сразу пустил корни в стороны и начал тянуться к моей Ци. И впитывал он ее очень быстро.

Я добавил еще Ци.

И еще…и еще…

Крохотная, прежде голубоватая рисинка проросла, и ее белый стебель быстро поднимался вверх. Корни его всё крепче и крепче цеплялись за черную трещину, постепенно заполняя её.

На лбу у меня выступил пот, а зубы пришлось стиснуть. Потому что чернота хотела поглотить корни растения, но я положил руку и начал тянуть в себя эту черноту. Руку обожгло, но я ее не убрал. Пусть жжет. Зато я давал рису шанс разрастись. Я перетягивал на себя тьму.

Через несколько минут борьбы, во время которой жаба начала предательски не вовремя квакать, черноты стало меньше. Это меня порадовало — значит, я делаю всё правильно. Руки продолжили светиться, разгоняя тьму, а растущая буквально по минутам рисинка добралась своими корнями до светящейся ступни. Ее корни стали своеобразным мостиком между двумя половинками. И по ним, по тоненьким ниточкам, начала перетекать энергия, оставленная неизвестным Святым.

Я выдохнул.

Дальше энергия начала сама разгонять тьму, словно для этого ей не хватало именно цельности: в прошлом она расщепилась, а теперь могла стать собой через мостик в виде небесного риса.

Я убрал руку. Росток набирал силу и утолщался на глазах.

— Ух ты… — выдохнула Хрули, опершись на мою ногу, — Как быстро растет.

— Еще бы, — сказал Ли Бо, — Столько дармовой энергии.

Я смотрел как Небесный Рис набирает силу и буквально начинает ее тянуть из воздуха. Смотрел, как вокруг него словно возникают слабенькие вспышки Ци, которые им же втягиваются. Похоже, у этого растения была поразительная чувствительность к Ци. Когда оно начало поглощать энергию, я тоже ощутил ее.

Корни, секунда за секундой, оплетали ступню и скоро стебель достиг высоты в полметра.

Именно тогда на нем и начали раскрываться новые и новые листья, которые сияли голубоватым светом и тянули к себе Ци из окружающего пространства.

Да уж, прожорливое растение, ничего не скажешь.

— Смотри…смотри Ван, полезли рисинки! — воскликнула Джинг. — А можно сорвать?

— Нет, — отрезал я.

Этот рис нам был еще нужен. Зернышки появлялись, покрытые плотными чешуйками, но даже через них они сияли, как крошечные сгустки неба. Вот откуда название Небесный Рис — когда он растет, то действительно напоминает кусочки неба. Сорванное же зерно выглядело совершенно иначе — тусклее, бледнее. Обыденнее, что-ли.

Скоро рост риса замедлился, а белое сияние его корней и следа Святого окончательно рассеяло черноту. Вот только трещина осталась. Правда, ее очень быстро заполнял корнями растущий рис.

Я вздохнул. Немного боялся, что это может не сработать. Что такой вроде бы простой метод ничего не изменит.

— Ван, ты думаешь это повлияло? — серьезно спросил Ли Бо.

— Не знаю, — пожал я плечами, — Я просто сделал то, что почувствовал правильным. Объяснить я это не могу. Знаешь, растения — они ведь как «передатчики» Неба. Возможно, у них на самом деле есть с ним «связь», кто знает?

— Глупости, — фыркнул из кувшина карп.

— Может, — согласился я.

Я поднял ладонь и…положил прямо на ступню.

Мир снова взорвался. Но воспоминания были какими-то другими.

Я очутился в горах. Холодные порывы ветра трепали мою одежду, а напротив меня стоял обритый наголо молодой монах. Он громко пел и его чистый звонкий голос разносился по горам, ущельям и от этого голоса природа словно расцветала. Его пение было наполнено Ци. Его Ци, которая разносилась вокруг. Я даже не думал, что подобное возможно — что можно так управлять своей Ци.

Святой взмахнул рукой, и от этого взмаха разлетелся какой-то «другой» ветер. Этот монах делал что-то странное, он будто бы отдавал свою Ци миру. Он был открыт. Он ничего не держал в себе. Его душа пыталась слиться с миром.

Это было странно и необычно. У других Святых я такого не видел.

Миг — и я очутился прямо в гуще сражения с Пустотой, которое вышло за пределы Неба, за пределы Мира.

Святой, которого звали Джанг, раскрыл руки и, широко улыбнувшись, засветился как сверхновая.Сияние от его тела рассеивало пустоты и отвоевывало новое пространство для его братьев, которые так же сияли.

А потом его словно надвое разрезала пустота.

Вот только это было прошлое. Давнее прошлое.

В следующее мгновение я увидел как его сияющее тело словно сшивается белыми нитями обратно.

Совершенно неожиданно он обернулся ко мне и произнес, улыбаясь, будто и не держал на себе надвигающуюся Пустоту:

— Спасибо, Ван.

Вспышка.

И я снова очутился в долине Памяти. Перед каменной плитой, где пророс небесный рис.

Я вздохнул.

Значит, всё-таки сработало. Да, это не были полные воспоминания. Но это были самые важные воспоминания этого Святого. Вся его суть. Я, правда, не совсем понял его Дао — неужели просто открытость миру? Или что-то другое? Возможно, мне нужно взглянуть на увиденное под другим углом.

«Что ты увидел, Ван?» — спросил Бессмертный.

Кусочек чужой жизни, — коротко ответил я.

Я встал и отряхнул колени от пыли. Теперь каменная плита словно бы ожила. Да что там, этот Небесный Рис словно оживил Долину Памяти. Воздух вокруг него словно засиял голубоватыми отблесками.

— Значит, сработало? — вслух спросил Ли Бо.

— Сработало. Растения помогают их душам. Это немного, но всё, что мы можем сделать сейчас. Я знаю и умею слишком мало. Как и ты, Ли Бо.

Я разложил перед собой оставшиеся семь зерен Небесного Риса.

— А когда созреет этот рис? — спросил карп, плавником указывая на растущий из камня Небесный Рис.

— Когда упадут зерна, тогда и созреет, — ответил Ли Бо.

— Я не думаю, что эти зерна упадут, — вдруг сказал я, — Это растение уже не обычный Небесный Рис — оно мостик между разорванной душой, и только эти тонкие корни удерживают ее от гибели.

Все замолчали.

— Поэтому, — продолжил я, — Надеюсь, ни одна лиса не вздумает срывать эти рисинки, ни до того как они созреют, ни после. Хрули, Джинг?

— Мы обещаем, — с серьезными мордочками сказали они.

Надо же. Не соврали.

— Хорошо, — кивнул я им.

Медленно я шагнул вперед…потом еще…и еще…

Я шел вдоль рядов плит, которые покрывали долину Памяти. Не все из них были треснутые. Наверное, половина из них была все-таки целая. Я ошибся — это не был задний двор, на который свалили почерневшие плиты. Просто основная часть плит была именно тут.

Я посмотрел на эту небольшую долину, длинной не больше километра, и понял, что нам тут придется задержаться. Я чувствовал, что просто обязан восстановить то, что возможно восстановить, и…просмотреть воспоминания других Святых. Не знаю как, но каждое из них оставляло во мне маленький след. Возможно, суть этой долины именно в том, чтобы помнили не безмолвные камни, а помнили живые. Чтобы живые приходили и смотрели на путь Святых и никогда не забывали. Может, это придает сил тем, кто стал заслоном на пути Пустоты?

В любом случае, один рис придется посадить не в плиту со следом, а отдельно. Потому что брать с плиты зерна риса я уже не мог, а риса нам понадобится много. Надеюсь, с помощью моей Ци, он вырастет тоже быстро.

Я обернулся и взглянул на лис, которые откровенно скучали. Тут не было для них добычи, как не было занятий. Бегать среди плит даже они побаивались, словно понимали, что нарушат покой этого места.

☯☯☯☯

Я стоял перед выросшим Небесным рисом.

На то, чтобы его вырастить ушла почти неделя. Да, видимо тот стремительный рост первой посаженной рисинки был обусловлен именно остатками энергии Святого в плите. Без этого мне пришлось вбухивать в этот прожорливый рис весь резерв моего узла меридиан. Ну а потом восстанавливаться. Долго. И под аккомпанемент ставшего привычным кваканья демонической жабы.

Еды и воды тут было негде взять. Но эти проблемы мы решили довольно быстро.

Я помнил о том, что у Лянга внутри запас жемчужин воды, и не сомневался, что из них можно извлечь тонны воды.

— Ну что, Лянг… — обратился я к нему на следующий день,. — Как насчет того, чтобы поделиться капелькой воды с одним Праведным Даосом.

Он размышлял несколько минут, и явно принимал тяжелое для себя решение.

— Хтьфу… — сплюнул на землю Лянг жемчужину воды. Маленькую. Наверное единственную, которую было не жалко.

Хотя, скорее всего, даже эту ему было жалко.

— От сердца оторвал… — вздохнул он, — Только бы не видеть как ты умираешь от жажды, Ван…ради тебя…ни для кого другого больше я бы такого не сделал…только для тебя…

Он злобно зыркнул на лис и прошипел:

— К моей воде и жемчужине не притрагиваться.

Лисы только фыркнули и отвернулись. Мол, больно надо.

— И что мне с ней сделать? Я-то стихией Воды управлять не умею.

— Эх…ладно….возьми меня в руку…придется тебе помочь…

Я взял карпа и поднял к жемчужине. Словно по его невидимой команде она начала исторгать из себя потоки воды, которые потекли по долине, словно тут открылся источник.

— Хватит? — спросил карп.

— А много там ее? — уточнил я.

— Да с небольшое озерце будет, — вздохнул Лянг.

— Тогда пусть течет, — сказал я.

Жемчужина продолжила исторгать из себя воду. Рис я посадил в небольшую трещинку и залил этой водой. И он прям хорошо отреагировал на стихию воды: стал ее поглощать и поглощать, это не считая того, что я в него тоже впихивал прорву своей Ци.

Что на самом деле и не удивительно — рис он любит влагу. Просто в камне со следом Святого он вырос и так. Тут же требовались нормальные условия.

И теперь, благодаря щедрости Лянга, я их получил.

Что ж, вопрос с едой я решил просто. У меня был запас грибов линчжи, и одной-двух штук в день мне полностью хватало на то, чтобы быть сытым и кроме того ускорить восстановление своего запаса Ци.

Эх, не зря мы тогда насобирали столько грибов, не зря. Когда выберусь из этой долины, обязательно сделаю еще запасов различных духовных растений. Мало ли куда меня судьба загонит, в какие нечеловеческие условия.

Лисы выходили на разведку, но пока что никого вокруг не нашли. Они хотели ускакать поохотиться. Но я им запретил, мало ли, может эти две кровожадные дамочки, преследующие меня, сидят где-то в засаде, в которую могут угодить лисы. Да, в обычном беге лисы дадут им фору, но кто знает, какими они умениями обладают. Это тогда нам на них указал ворон, а смогли бы мы их заметить, прячься они метрах в двадцати от нас? Разве что, если бы нейросеть или Ли Бо предупредили. Но на них надежды нет. У них уже были косяки. А мои навыки обнаружения пока были не настолько хороши.

Кроме того, я догадывался, что могу оставлять следы Праведной Ци, по которой меня могут выслеживать эти странные создания, женщина оборотень-змея и Госпожа Кровавый Лотос, а значит, мне лучше всего до поры до времени долину Памяти не покидать. Уверен, сейчас мои следы уже развеялись.

Нейросеть кстати в Долине Памяти я ни разу не использовал ни на одном предмете, и вообще не разговаривал с ней. Я ощущал, что это будет кощунством по отношению к этому месту и к Святым. Я понимал теперь, чего хотело от меня божество, отправившее в этот мир. Врядли оно хотело пустить в мир Пустоту. Но оно хотело, чтобы я сделал своеобразный «прокол» в Небе. Но кто знает, сколько таких «проколов» Небо выдержит? Может, из-за подобного вообще и случился Небесный разлом. Я ведь не первый, кого божество отправило сюда, и, возможно, какой-то эффект их присутствие на Поднебесную и оказало. Просто я не знаю какой.

— Ван? — окликнул меня Лянг. — Ты тут?

— А? — встрепенулся я. — Да, задумался просто.

Да уж, это место как-то по особенному наводило на размышления.

С рисом понятно. Нужно ждать, пока он окончательно созреет и упадет, и уже новыми Небесными Рисинками «закрывать» трещины в следах Святых. Вот только я был ограничен своим запасом Ци, который восполнял хоть вновь достаточно быстро, но недостаточно быстро, чтобы сделать задуманное даже за несколько недель.

Впрочем, разве я куда-то спешил? Белка ведь учила меня, что некоторые вещи придут сами, как орех, который падал в протянутую лапу. Но пока рис рос и поглощал Ци из окружающего пространства, я искал подходящее место для…ореха. Золотого ореха. Я был уверен, что с водой из жемчужины и моей Ци возможно вырастить тут целое древо.

Уже сейчас всего лишь несколько стеблей небесного риса уже оживили это место. Что будет, когда их станет больше? Надеюсь, это место не будет напоминать рисовые поля, в которых я родился.

Я нашел небольшое углубление где-то посредине долины, и вокруг как раз не было плит с отпечатками ступней и попросил наполнить Лянга его водой.

— Опять «Лянг, дай воды», — буркнул он. — Без меня даже растения не посадите. Эх.чтобы вы без этого отца карпов делали?

— А что бы ты без Вана делал? — вскочила Джинг. — Сидел бы в своем озере еще пару недель и сгнил бы от раны.

— Так я это… — смутился карп, — Ничего не говорю… уже даже и побурчать не дают…дожился…однохвостая лиса мне тыкает…кошмар…

Он вздохнул и по его приказу жемчужина исторгла из себя мощные струи воды.

Ямка увлажнилась., но большинство воды ушло в трещины под ней. Но и этого было достаточно. Я закинул туда несколько горстей земли и Лянг снова «дал воду».

А потом я обернулся к лисам.

— Ну что, — обвел я их взглядом. — Начнем?

— Что «начнем»? — переглянулись лисы.

— Да, Ван, что ты имеешь в виду? — спросила Хрули.

Джинг тихо развернулась.

— А ну СТОЯТЬ! — рявкнул Ли Бо, и лиса застыла. — Ну-ка обратно, хитрюга.

Я протянул руку к лисам. Мне даже было интересно, кто из них первой отдаст мне орех.

— Ван, ты точно уверен, что нужно… ну… наши орехи? Брать… — осторожно спросила Джинг, прижимая к себе небольшой золотистый орешек, сияющий, как миниатюрное солнце.

— Они ведь такие красивые! — добавила Хрули. — И редкие! И вообще… может, обойдемся рисом? А Ван? Вон сколько его вырастет скоро. Надо только подождать.

— Да! Подождать! — вслед за ней повторила Джинг.

Я улыбнулся и сказал:

— Я знаю, что вам дороги эти Орехи… Но, может даже хорошо, что вы их не раскололи…может, они нужны были не для вас, а для этого места? Может, так было надо?

Джинг и Хрули переглянулись.

— Глупости.

— Джинг… Хрули…чтобы Сад Памяти взошел по-настоящему, нужно больше, чем рисовые зерна. Мы должны тут посадить много чего. И скоро я вас отпущу в небольшие вылазки, чтобы вы притащили мне больше семян. Я хочу, чтобы это место цвело, чтобы оно росло. Я не могу забрать у вас Орехи, понимаете? Вы должны отдать их сами. Намерение посадить Орех должно исходить от вас, ведь Орехи ваши — они частицы вашего сердца.

Наступила тишина. Лисы вяло посмотрели друг на друга, и, тяжело вздохнув, раскрыли свои лапки, в которых золотом засверкали Орехи.

— Ладно… — вздохнула Джин. — Только ты должен пообещать!

— А?

— Что когда орех вырастет, мы получим Орехи. Новые.

— Да, по пять штук! — пискнула Хрули.

— Как компенсацию, — выглянул Лянг.

— Вот, как компенсацию, — дружно повторили за старым карпом лисы.

— Договорились, — улыбнулся я.

Хрули с сожалением и легкой грустью в глазах протянула свой орешек и прошептала:

— Прощай, мой золотой малыш…

А потом вперед выскочила Джинг.

— Я первая. На! Вот мой орех. Мне не жалко Вану ничего.

— Куда суешься! — отпихнула ее Хрули, — Я первая.

Я забрал оба ореха.

— И чей ты будешь сажать? — прищурившись спросила Джинг.

— Да, мой? Ведь мой? — умоляющими глазами посмотрела на меня Хрули.

Я улыбнулся.

Закинув руки за спину и закрыв глаза я начал вращать Орехи. Нельзя отдавать предпочтение одной из лис. Выбор должен быть случаен.

Через десяток секунд я достал орех.

— Это мой? — спросила Джинг.

— Да нет, это точно мой, — уверенно заявила Хрули.

— Я не знаю, чей он, — улыбнулся я.

А лисы знали, что врать я не могу.

— Вывернулся, — хохотнул Ли Бо.

Через секунду началась посадка Золотого Ореха.

Глава 6

Да. Одно дело сажать духовный рис, а совсем другое — Золотой Орех.

Сказать, что мы с ним намучились — вообще ничего не сказать. Небесный рис был еще «цветочком» по количеству поглощенной Ци, а вот Орех — настоящей «ягодкой». Я думал, что когда полью его водичкой из жемчужины и напитаю своей Ци, то сразу пойдет рост, но не тут-то было. Орех оказался настоящей бездонной бочкой для Ци. Даже Лянг уже тихо начал ворчать о том, что такими темпами от его жемчужины ничего не останется.

Собственно, он оказался прав. Одну жемчужину мы израсходовали, и карпу пришлось делиться второй.

— Ван, да сколько можно?! Я уже вторую жемчужину отдаю, а этот проклятый орех даже не шелохнулся! Сокровище за сокровищем… — буркнул он. — Одно за другим…у меня так жемчужин не останется вообще…

Но мы-то знали, что жемчужин у него там с десяток, если не больше. И они нам тут еще пригодятся. Были у меня мысли как их применить к делу.

— Терпение, Лянг, — успокоил я. — Разве ты не хочешь увидеть, как из этого ореха вырастет дерево, которое будет плодоносить золотом?

Карп замер, его рыбьи глаза сверкнули жадным блеском.

Удивительно, но в этом месте, в этой Долине я ощутил себя в такой безопасности и в таком покое, как никогда в этом мире. Вокруг меня были следы Дао Святых, и я прикоснулся лишь к некоторым из них. Все-таки мало увидеть воспоминания, гораздо важнее прочувствовать их и понять. Это оказалось не так просто, как я думал поначалу.

Я догадывался, что причиной такого долгого созревания Ореха, — прошло больше недели, — элементарно может быть крепость скорлупы, потому что росток должен вобрать в себя прорву энергии и набраться достаточно сил, чтобы прорвать скорлупу, которую не смогли разломать духовные лисы своими острыми коготками.

Я «кормил» своей Ци Небесный Рис, лисы отдыхали на краю Долины, а Ли Бо с Лянгом летали вокруг и пререкались друг с другом. Я старался не обращать на них внимания.

Треск, который раздался в Долине Памяти, когда треснул Золотой Орех слышали все.

— Лопнул! — завопила Джинг, подпрыгивая.

Сейчас я держал Лянга, который поливал стихией воды росток, и, одновременно с этим, направлял в Орех свою Ци.

И вот теперь он рос быстро — вся эта рвущаяся наружу энергия получила пространство для роста.

— Он выглядит он странно, — сказала Хрули.

— Да, как-то необычно, — добавила Джинг.

— Пахнет водной стихией, — вставил Лянг.

— И немного святостью… — закончил я.

У меня было ощущение, что росток, который мы так странно прорастили, будет сильно отличаться от того дерева, которое росло в роще белки Сонгшу.

Я смотрел, как он растет, и в этом было что-то завораживающее — видеть, как пробивается новая жизнь, как реализуется заложенный в маленьком семени потенциал. Как из него «нечто» становится совершенно другим. Становится огромным древом.

Пока это был просто стебель, плавно превращающийся в толстую ветку.

— Полей еще, — вдруг сказал Лянг и выплюнул жемчужину. Еще одну.

— С чего такая щедрость? — удивился Ли Бо.

— Потому что этот росток как карп. Сначала маленький. А потом…

Тут из побега полезли тоненькие ветки.

— А потом станет могучим драконом.

Странно, такая аналогия мне в голову не пришла. Но карп видит всё в разрезе своего Дао. И это нормально. Все мы разные. Даже Святые — каждый идет своим путем, которым ведет его Небо. И то же самое происходит с просто духовными существами.

Ведь для Неба нет разницы, духовное ли ты животное, или разумный человек.

Лянг продолжал направлять потоки воды из жемчужины, а росток жадно их впитывал и начинал светиться.

— Да сколько можно… — буркнул Лянг. — Сколько ему воды надо, так я без жемчужин совсем останусь.

— Это важнее, — сказал Хрули. — Зато потом ты сможешь получить кучу золотых орехов.

— Прям «кучу»? — прищурился карп.

— Конечно, — ответил я. — Твой вклад самый большой.

Лисы засмеялись.

— Он жлоб! — фыркнула Джинг. — Какой там его вклад?

— Молчать, малявка! — рявкнул карп. — Как Ван сказал, так и будет.

— Бу-бу-бу! —- начала дразниться Хрули. — Мы заберем все орехи себе и одной жадной рыбе ничего не останется.

— Хтьфу! — мощная струя воды вылетела изо рта карпа и снесла лису.

Та встала, отряхиваясь и отфыркиваясь, и с мокрой шерстью.

— Так-то мелочь, знай свое место! — довольно сказал Лянг.

Вначале все мы, и я в том числе вели себя тихо, как в какой-нибудь библиотеке, но потом… в эту Долину пришла жизнь. Не могли лисы вести себя долго не так, как они привыкли, и карп не мог не ворчать, а Бессмертный — не покрикивать. А я…а я медитировать.

Мы привыкали к этому месту.

Когда что-то меняешь в месте, где даже временно живешь, особенно если что-то сажаешь, то это место становится почти что домом. Ты помнишь каждое растение, сколько оно росло и как, сколько Ци ты в него влил, сколько ворчал Лянг, отдавая воду из жемчужин. И помнишь, как засияло оно и начало тянуть из воздуха Ци.

Да, когда растения начинали самостоятельно тянуть Ци из пространства, я по сути был уже не нужен. Я мог начать заниматься посадкой других.

Но Золотой Орех.за ним мы наблюдали. Сначала это был просто стебель, потом — толстый ствол, покрытый узорами, словно древние письмена. Затем лопнули почки, и из них развернулись листья — золотые, с голубыми жилками, испускающие легкое сияние.

Красота, одним словом. И воздух вокруг Ореха стал словно бы немного влажным. Он испускал стихию воды.

Дышать возле него стало легче и приятнее, потому что раньше в долине Памяти был пыльный и сухой воздух. Теперь же, похоже, он станет лучше. Возможно, и остальным растениям станет легче тут дышать.

Я сел возле молодого деревца и занялся медитацией.

КВА!

Я попытался ощутить насыщенный водной стихией воздух.

И он действительно быстрее восполнял мою Ци.

Только сейчас я понял: то дерево, вернее, деревце делает то же самое, что тот монах Святой, на плите которого я посадил Небесный Рис, и который в воспоминаниях пел в горах, — деревце отдавало поглощенную для роста Ци и стихию обратно в мир, насыщая его.

Интересно… Такого я раньше не наблюдал.

Впрочем, в Золотой Ореховой Роще было столько деревьев и такая насыщенность Ци, что такие процессы я мог просто не заметить. А в рисовых полях Школы Небесных Наставников моя чувствительность к Ци как будто была меньше.

А тут же деревце было одно и все хорошо ощущалось.

КВА!

Что ж, я умел слушать кваканье.

Я закрыл глаза и стал ждать его. И оно прозвучало.

Время внутри потянулось, а по моим меридианам потекла Ци. Я начал ее перерабатывать в Очищенную, нужно было накопить ее, чтобы «посадить» новые Небесные Рисинки.

***

Мои пальцы посадили очередную Небесную Рисинку в треснувший след. Процесс везде был одинаков: моя Ци, вместе с воздействием духовного растения, убирало черноту из ступни и дальше корни Риса уже заполняли трещину, соединяя две половинки ступни.

Ну после этого я дотрагивался до плиты, и ненадолго погружался в воспоминания, оставленные Святыми. Они были разными и всегда показывали ключевые моменты. Некоторые я просматривал по нескольку раз. Это всегда было больно. Но это та боль, которую нужно было помнить. Поэтому я начал использовать Хранилище Памяти, где прежде хранились только техника Шагов Святого, копия плиты на древнедаосском языке и Символы, которым меня обучил отшельник с озера. А теперь в каждой ячейке, в каждой кристаллинке хранилось воспоминание о Святом. В каждой отдельное. Они заслуживали того, чтобы их помнили. Ведь мне казалось, что в дальнейшем, я смогу эти воспоминания передать другим. Хранилище Сознания — это больше, чем просто место в моей голове. Это то, чем я смогу поделиться с другими Праведниками, если… или…когда встречу.

Я внимательно запоминал всё увиденное, стараясь не упустить ни одной детали. Возможно, мне и самому понадобится пересмотреть, пережить эти «чужие» воспоминания, чтобы что-то понять.

Вдох-выдох…

Вдох-выдох…

Жаба квакала, а я медитировал. Я ощущал, что теперь мой контроль Ци стал лучше, спасибо белке за уроки. А возможно не контроль, а какое-то интуитивное понимание.

В этом месте на полное восстановление у меня уходило дня два. Но обычно резерв приходилось расходовать раньше, потому что Небесный Рис нужно было сажать и сажать.

Несколько десятков сияющих цветом неба Рисинок уже возвышались над плитами со следами Святых. И я иногда завороженно смотрел, как покачиваются на ветру сияющие стебли со зреющими Рисинками. Пару раз приходилось одергивать лис, которые с большим трудом удерживались от того, чтобы сорвать их. Но сорвать их, значило теперь навредить душам защитников — тех, кто ушел в Последний Дозор. Тех, кто закрыли своими телами и душами Небо.

Да, видимо лисья природа неисправима, ну или им нужно хорошее воспитание, пока они еще «подростки» однохвостые.

Сегодня предстояло кое-что новое. Лисы притащили цветы и землю, которые мы собирались посадить, кроме того, я хотел высадить тут огненный шиповник. Потому что один рис выглядел как-то немного уныло. Хотелось разнообразия. Тут все-таки не рисовые поля, а нечто большее.

Я был уверен, что в этом месте все разностихийные растения уживутся.

Когда я закончил медитацию, то поднялся и посмотрел вокруг. Орех и рисинки даже за пару часов пока я медитировал успели подрасти.

— Лянг? — окликнул я карпа, который храпел в летающем кувшине.

— А! — перепуганно воскликнул он. — Что?! Я не сплю…вздремнул немного, что такое, Ван, на нас напали?

Лисы захохотали.

— Нет, никто не напал, мы в безопасности, — уверенно заявил я, и сразу вспомнил о тех преследовательницах: надеюсь, они потеряли наш след. Встречаться повторно с ними не хотелось. — Нужны твои…

— Жемчужины! Опять… — Лянг заревел. — Ван, такими темпами у меня ничего не останется…. Вообще ничего… Я стану нищим карпом…

— Не беспокойся, мы найдем тебе много других сокровищ, — ответил я.

Лянг обреченно вздохнул и выплюнул очередную жемчужину.

Что ж, с другой стороны, если б не его жадность, то сейчас нам бы не было с помощью чего выращивать ускоренными темпами большое количество духовных растений.

Я нашел ямку, положил туда немного земли, и посадил шиповник. Прежде, чем использовать его на следах Святых, нужно было убедиться, что он вообще прорастет. Может, у него будет негативная реакция на воду и мою Ци. Все-таки, противоположные стихии.

Но я решил рискнуть. Раз Орех впитал в себя стихию, может и тут…

— Лей! — скомандовал я и из жемчужины полилась струя прямо в ямку.

А еще скатилась скупая слеза по щеке карпа.

Что ж, я оказался прав: через час из шиповника начали пробиваться первые ростки. Похоже, духовным растениям на начальных этапах было всё равно какую стихию поглощать — видимо, они могли ее адаптировать. Думаю, когда они вырастут, всё будет намного сложнее.

Вдруг я понял, что есть еще одно растение, которое я даже не попытался вырастить.

Линжи!

Точно, я его просто ел всё это время, но не попытался посадить. Хоть гриб засох, но это духовное растение, его живучесть не знает границ. Ну ладно, «знает», конечно, но все-таки…

Я достал гриб и воткнул в землю возле шиповника.

Сначала не происходило ничего, а потом…гриб задымился, надулся и…спрятался.

Ясно, ну хорошо, ожил так ожил. Уже хорошо.

Шиповник рос быстро, и начал выплевывать из себя крошечные сгустки огня.

Любопытной Хрули, которая лежала на земле и наблюдала за ростком, даже прилетело огоньком в нос.

— Ааа… — отскочила она. — Плохой шиповник, плохой! — зарычала она.

Лянг захохотал так, что чуть не выпал из кувшина.

Ну а потом мы сажали незнакомые мне белые цветы, которые откопали лисы во время своей вылазки и притащили вместе с корнями в пасти.

Когда с высадкой было покончено, я сел на камень возле храма.

Вокруг меня медленно вращались четки.

Двадцать штук. А в руках я мысленно формировал сжатую Ци, как учила меня белка. Да, её чая и ее общества немного не хватало. Была в ней какая-то природная, ненаигранная мудрость.

Я взял в руку четки прислушиваясь к ним. Раньше я так делать даже не пытался. А так ведь можно ощутить ауру, ощутить того, кто ими пользовался. Святого Тай Лу.

Я прикрыл глаза, не ослабляя контроль над летающими бусинами. Теперь я каждый день уделял определенное время их тренировке. Я видел, что даже ту змею-оборотня четки болезненно ударили. Четки сейчас мое единственное оружие, и чем лучше я ими владею, тем больше мои шансы на выживание.

Я ощущал Ци. Святую Ци, запертую в этих четках, и которую уже однажды так опрометчиво зачерпнул для спасения Джинг, и понимал, что пока что не могу ощутить в этой Ци отблеск личности предыдущего владельца. Возможно пока не могу. Но я думаю рано или поздно смогу. В этом мире каждый предмет, каждая вещь и место хранили воспоминание о тех, кто долго был рядом. О тех кто жил в определенных местах и пользовался определенными вещами. Нужна лишь большая чувствительность чтобы ощутить это.

После еще с десятка бесплодных попыток ощутить Ци в четках я поднялся.

Двадцать четок вращались вокруг меня медленно, то замирая, то продолжая свой ход. Это было гораздо сложнее, чем просто вращать их на максимальной скорости. Тут наоборот, требовался точечный контроль. Я хотел научиться управлять всей сотней четок, которые были у меня в руках, но до этого было еще далеко.

Я взглянул на храм передо мной. Следы Бессмертного Даоса по-прежнему сияли золотым.

Я вошел внутрь и дотронулся до стен храма. До тех мест, где были отпечатки ладошек детей. Тогда я не сразу заметил, но возле каждого имени кто-то тоненькой иголочкой по камню написал имя каждого ребенка.

— Чжу… Сянь… Таль… Лун… Вей… Лю…

Тут были и женские и мужские имена, и я уже по другим надписям знал, что они все были будущими праведниками, которых приютили Святые в этих землях.

Они не ушли со Святыми. Но интересно, где-то эти Праведники есть? Где-то они ищут путь к Святости, путь к Небу? И каков шанс, что я их встречу?

Я запоминал каждый оттиск и каждое имя, и ощущение от соприкосновения с ними. Я не мог ответить точно зачем, но я мог ответить вопросом:

А вдруг? А вдруг я встречу их и узнаю?

☯☯☯☯

Леди Бай и Госпожа Кровавый Лотос шли по запаху. Поначалу сильный, он становился всё слабее и слабее. Спасали лисы. Вот их запах Леди Бай чуяла хорошо. Только поэтому молодого Праведника они не упустили. Им постоянно встречались ловушки, оставленные Праведниками, но хуже всего было, когда они шли по следу молодого практика и на их пути вырастала незримая стена, сквозь которую существам со «злой» природой, как у них, пройти было невозможно. И таких мест в Великих Карповых Озерах хватало. Скорее всего, когда-то это было одной монолитной стеной, защищающей Праведников от врагов, но теперь это были рваные куски, тянущиеся на сотни и тысячи шагов. Приходилось всё это обходить и на время терять след Праведника.

Однако это остановить женщин не могло.

Другие Долины Летающих Камней проблемой не стали: Леди Бай вовремя использовала свою технику уклонения, когда она становилась в прямом смысле гибкой как змея, даже в человеческом обличье. Ее тело виляло из стороны в сторону, будто совсем без костей, а противник путался в этих движениях, оставляющих послеслед. Тут путаться было некому, противниками были просто камни, но какие-то…самонаводящиеся камни.

Но теперь женщины были готовы. И больше таких обидных ранений, как тогда, в первый раз, не получали.

После того, как Госпожа Кровавый Лотос узнала о том, что в кувшине сидит Бессмертный, напряжение между ними еще больше усилилось. Поэтому если раньше они перебрасывались колючими словами, то сейчас почти всё свелось к взглядам, в которых сквозило убийственное намерение. Но подходящего момента просто не было.

Обе они были полны сил, а напасть в такой ситуации — глупость. Вот если бы одна из них попала в ловушку Праведных Даосов…

— Ой! — вскрикнула Госпожа Кровавый Лотос.

Леди Бай тут же приготовилась если что ударить спутницу, но…рана была пустячная.

— Тут…следы, — прошипела зло Госпожа.

Земля перед ними была камениста и никаких ловушек с виду не было.

Вот только…

— Ай!.. — вскрикнула уже Леди Бай.

В некоторых местах земля жглась, будто напитанная Святой Ци.

Хотя почему будто?..

А еще… Тут витал в воздухе запах…

— Он тут был! — одновременно воскликнули женщины.

Позы обеих женщин сразу изменились, стали напряженнее, а тело будто готовилось к атаке.

До этого след был слабый, тут же…

— Лисы! — Госпожа Кровавый Лотос втянула воздух, — Они тут были совсем недавно, а где лисы…

— Там и Праведник, — закончили они.

Леди Бай и Госпожа Кровавый Лотос вышли на охоту на лис. Ведь если схватить лис…то можно заставить Праведника принимать необдуманные решения.

Правда, лис надо сначала поймать.