Моя новая мама - попаданка

Глава 1

— С днем рождения, мамулечка! — преувеличенно торжественно выдал телефон голосом моего сына. — Пятьдесят бывает только один раз в жизни!

— Как и сорок девять, и пятьдесят один, — проворчала я.

— Что с настроением? Почему не праздничное? — строго потребовал ответа Тёмка.

Интернет у него плохой, по видеосвязи общаться невозможно, но я и без неё как наяву представила его сдвинутые к переносице брови. Тяжело вздохнула и посмотрела в окно — лето закончилось, желтые листья вскоре опадут, и все опять станет голым и унылым. Прямо как моя жизнь.

— А чему радоваться-то? — угрюмо ответила вопросом на вопрос. — Папаша твой квартиру делить хочет. Подумал, наверное, что раз я без скандалов с ним развелась и даже старым кобелиной не обозвала, так меня и обобрать можно.

— Мамуль, ну зачем тебе одной трешка в сто двадцать квадратов? А у папы ребенок скоро родится, — ласково проворковал тот, в кого я всю душу вложила!

Предатель! Как такое могло случиться? Где я свернула не туда? Нет, я понимаю, что для Тёмы мой бывший муж — родной отец, но разве сын не должен по умолчанию встать на мою сторону?

— А неважно! Заведу стаю кошек и пару собак! Найду, как свободное место в своей квартире использовать! — выпалила я, глотая обиду.

— Ну, мам, не обижайся, — виновато протянул сын. — Я же как лучше для тебя хочу. Как представлю, что ты там ходишь одна-одинешенька по пустым комнатам, так сердце кровью обливается. И вообще, ты у меня еще совсем молодая, вполне можешь новую жизнь начать. А это лучше делать с полной перезагрузкой. Новое жильё, новая прическа и гардероб, новые знакомства. Может, вообще ко мне в Тибет переедешь?

— Боже упаси! — выпалила я.

Сын у меня, прямо скажем, немного не от мира сего. Занимается в горах духовными практиками и с монахами беседы о вечном беседует. Я же принадлежу материальному миру: люблю комфорт и о бессмертии души стараюсь пока не думать.

— Жаль. Тут даже дышится иначе. И я, кстати, просто так не сдамся, мам. В качестве подарка на юбилей я купил тебе тур к тому самому месту силы, где сам обрёл жажду просветления.

Я закатила глаза. Не было печали!

— Артём, я не хочу тащиться в лес и лазить по оврагам, — попробовала от подарка отвертеться.

— Родная моя, любимая! Очень тебя прошу, сходи! Поход однодневный, а тебе обязательно нужно развеяться. У меня душа болит от того, что тебе там плохо и одиноко. Вот увидишь — тебе станет легче, когда прикоснешься к древнему валуну. Жизнь заиграет новыми красками!

Вот и что с ним таким красноречивым делать? Тридцать лет он из меня веревки вьёт!

— Ладно, сынок. Только ради тебя, — пообещала смиренно.

— Спасибо, мамуль! Целую тебя и жду звонка с отчетом о походе! — радостно прокричал в трубку Артём и сбросил вызов.

Но не успела я убрать телефон в карман, как он опять ожил.

— Арина Алексеевна, здравствуйте. Я Иван от Артема по поводу тура. Готовы поехать сегодня через пару часов?

Я оценила важность текущих дел и, решив, что раньше сядешь — раньше выйдешь, обречённо ответила:

— Здравствуйте, Иван. Готова. Куда подъехать?

— Не волнуйтесь, я вас у подъезда заберу. Ваш адрес у меня есть. Наденьте удобную закрытую обувь, закрытую одежду и покройте голову. Можете взять с собой бутерброды и воду. В тур входит привал с перекусом дарами леса, но вдруг вы не захотите жареные на костре грибы?

Совершенно точно не захочу! Жизнь моя хоть и выглядела сейчас несколько унылой, но все же оставалась желанной.

Я поблагодарила Ивана за инструкции и пошла собираться. В процессе даже сумела себя убедить, что всё к лучшему: чем сидеть в одиночестве, горюя по неумолимо наступившему полтиннику, подышу свежим воздухом и разомну ноги. Десять тысяч шагов за один день я делаю дай бог если раз в полгода. Но ведь никогда не поздно начать подвижный образ жизни, правда? А может, и знакомства новые заведу. Старые, к сожалению, как-то сошли на нет.

Так получилось, что замуж я вышла рано, институт не окончила, а пока мои подруги весело проживали молодость, возилась с сыном и порхала вокруг мужа. Выйти на работу мне тоже не довелось — никогда не было такой нужды: муж хорошо зарабатывал, а родители оставили приличный счет в банке. И с соседями отношения не сложились — в нашем элитном жилом комплексе не принято просить друг у друга соль или просто болтать, сидя на лавочке у подъезда.

А так-то потенциал у меня был: в школе училась отлично, много читала и читаю, люблю мечтать о том, как бы развернула свой бизнес, дай мне шанс прожить молодость заново... Эх!

Собрала рюкзак: термос с чаем, воду, бутерброды и печенье. Кинула влажные салфетки, запасные носки, репеллент и маленький ножик — вдруг пригодится? Надела спортивный костюм, высокие кроссовки и кепку. Сунула в карман телефон, и тут как раз позвонил Иван.

Внизу меня ждал минивэн с улыбчивым молодым человеком за рулем и пятью восторженными туристами в салоне. Внезапно мне передалось их настроение, и я почувствовала прилив уверенности — в походе обязательно произойдёт что-то очень значимое!

Но происшествие, перевернувшее всю мою жизнь, случилось не сразу.

Сначала мы минут сорок ехали до леса, потом около часа по нему шли, переступая через упавшие деревья и огибая буераки. Часть группы под командованием Ивана собирала грибы, дикие ягоды и орехи, другая (правда, меньшая) часть во главе со мной пользовалась любой возможностью, чтобы посидеть на бревне, попить или пожевать.

В конце концов мы дошли до того самого «места силы» — просто-напросто здоровенного камня, лежащего посреди леса, и по очереди к нему припали. Лично я ощутила… ровным счетом ничего, несмотря на подсказки Ивана, что надо «попытаться слиться с природой и почувствовать своё начало».

Перед тем, как вернуться к машине, разбили привал с костром. Выпитый чай и вода дали о себе знать, и я, пока мои спутники увлечённо нанизывали грибы на ветки, пошла искать укромное место, такое, чтобы лагерь пропал из виду. А когда сделала свои дела, поняла, что ушла слишком далеко и заблудилась.

Трясущимися руками достала из кармана телефон — нет сети! Вообще! Даже номер 112 не работал! Побежала в одну сторону — там глубокий овраг. В другую — там лес становился ещё гуще! На голове зашевелились волосы, и липкая паника бросила в дрожь. Неужели вот так и закончится моя жизнь?! Зажмурилась и приказала себе успокоиться! Вдох-выдох, вдох-выдох…

— Ау! Иван! Ау! — заорала во все горло и прислушалась.

Никакого эхо, но мне показалось, что вдали послышались мужские голоса, и я на них рванула, продолжая кричать. Правда, бежать по лесу получалось плохо, а голос быстро сел, да и дыхание от крика сбивалось. Приходилось то пригибаться, то через что-то молча перелезать. Но тем не менее голоса приближались и сливались в какой-то неразборчивый бубнеж.

Мужчины явно меня не слышали. Складывалось впечатление, что они так увлеклись спором, что вообще не обращали внимания ни на что вокруг. Странно… Если они из нашей группы и ищут меня, то почему не зовут, а заняты лишь своей беседой? Или это кто-то посторонний?

Внезапно передо мной возникло препятствие — неглубокий овраг, по дну которого бежал ручей. Я поспешила его преодолеть, несмотря на то, что уже сильно сомневалась в правильности решения догнать незнакомцев. Спустилась, перепрыгнула по камушкам тонкую полоску воды и начала карабкаться на другую сторону, когда мужские голоса вдруг начали приближаться. Через какое-то время я даже смогла разобрать слова:

— А я говорю, две оставим тут! — рявкнул один скрипуче.

Я вжалась в склон и перестала дышать.

— Людишки, которые трутся возле дурацкого камня, найдут! Помяни мое слово, Харя, как пить дать найдут! Они потеряли кого-то, суетятся, землю носом роют!

Мужчины спорили, стоя прямо на краю оврага. От них меня скрывали только пара кустов.

— Не найдут! Прекращай ныть, Хмырь, я запуту кинул, два дня будут по лесу плутать, но к месту не выйдут. А мы тем временем сумки второй ходкой заберем.

Страшно было представить, что будет, если мужики меня обнаружат, поэтому вместо раздумий над этим я зацепилась за их странный диалог. Мало того, что клички они друг другу придумали малоприятные, так еще и про запуты какие-то говорят, а моих товарищей по походу обзывают людишками и грозятся на два дня потерять в лесу. Мороз по коже промчался от ощущения, что прямо сейчас происходит что-то мистическое.

— Чё ты упёрся? Почему не хочешь на нашей стороне их спрятать, Харя?

— Рискованно! Заметут с кучей сумок!

— Не люблю я в этот мир лишний раз переходить. Тело это омерзительное бесит — дохлое какое-то. Тем более лучше проход пореже тревожить. Пусть лучше с контрабандой заметут, но не дай рогатый ищейки пронюхают про неучтенный портал — и накроется наш с тобой бизнес, — стоял на своем нытик-Хмырь.

Но он, судя по всему, дело говорил, потому что резкий Харя вдруг сдался:

— Ладно, идем со всей добычей, а спрячем на нашей стороне. В город все сумки разом не потащим всё равно — подозрительно будет.

Голоса начали отдаляться, а я рискнула выбраться из оврага и посмотреть из-за кустов, куда мужики пошли. Ведь они же дорогу к городу знают, раз в него идут.

Юркой змейкой я буквально просочилась между кустами и осторожно высунула голову из оврага. И как раз вовремя для того, чтобы успеть застать исчезновение двух мужских фигур прямо на ровном месте! Вот они идут, делают синхронный шаг и… хоба! только пятки сверкнули и растворились в воздухе!

Я потрясла головой, поморгала, но это не помогло. Мужики исчезли, а я осталась одна с лесными шорохами.

Не могла сказать, что я беспечная и безрассудная сумасбродка, которая ночью лезет в подвал незнакомого дома, чтобы проверить, кто же там так душераздирающе воет, но тут я выбралась из оврага и пошла к тому месту, где пропали Харя и Хмырь.

Скорее всего, мой разум требовал найти логическое объяснение их исчезновению — может, там опять овраг какой-то, а у меня элементарный обман зрения. Лесной мираж. Бывают же лесные миражи? Или нет? А может, я надеялась, что там найдется дорога к людям?

Не знаю, чего я ждала, но, подойдя ближе, увидела нечто совершенно необъяснимое — еле заметный мерцающий прямоугольник в воздухе, похожий на дверной проем, сотканный из крохотных капелек росы.

Очень осторожно поднесла к этой диковинной завесе палец, дотронулась и вскрикнула, вернее, тихо хрипнула (горло-то сорвала), когда кончик пальца исчез! Отдернула руку и, обойдя дверь из росы, убедилась, что по другую сторону обычный лес — тот же самый, который я видела через прямоугольник. Опять дотронулась пальцем до аномального явления, но уже смелее. Позволила всей фаланге исчезнуть. Закусила костяшки пальцев другой руки и… решилась!

Сделала шаг в то, что мужики называли проходом-порталом… и вышла вообще не в том лесу, в котором находилась! Вообще не в лесу, а в аккуратно подстриженных кустах, растущих на холме, разделённом широкой ровной дорогой, ведущей к незнакомому городу. Прямо совсем незнакомому. Даже, можно сказать, не из наших времен! Вдалеке я рассмотрела две мощные шкафообразные фигуры, шагавшие к домам, похожим на старинные особняки со шпилями и флюгерами. И то ли я от потрясения немного тронулась умом, то ли из-за освещения — солнце садилось, -– но мне показалось, что это не люди. Слишком огромные, и кожа у них… зелёная!

Это что же такое происходит? Я в растерянности приложила руку ко лбу и огляделась. Как ни странно, вспомнилось, что Хмырь и Харя собирались где-то тут оставить сумки. Интересно, что в них?

С другой стороны, почему мне это интересно?! Я должна быть в ужасе от происходящего, а я почему-то даже не сильно удивлена. Грибы я не ела, алкоголь не пила, на солнце не перегревалась — неужели это любовь к романам про попаданок мне так аукнулась?

Нет, это всё же шок.

Собиралась ударить себя по щеке и уже занесла руку, как вдруг сбоку в кустах раздался шорох, и я очнулась без рукоприкладства. Все странные мысли как ветром сдуло, оставив одну здравую: надо бежать! Подняла уже ногу, чтобы прыгнуть обратно в ту росяную завесу-портал, но внезапно наткнулась на взгляд двух встревоженных детских глазенок, уставившихся на меня из густой листвы кустов. Опустила ногу на землю.

— Это моя сумка, госпожа! — заявил ребенок дрожащим от тщательно скрываемого страха голосом.

Слишком низким и очень решительным для девчачьего. Вслед за отчаянными словами мальчишка выбрался из кустов и подтвердил мою догадку о его половой принадлежности костлявыми широкими плечами и чертами лица.

— Обманывать нехорошо, — сказала я назидательно и вздрогнула от звука своего голоса.

Он вернулся, и горло больше не болело! Однако тембр был не мой. Как будто выше и... моложе. Я нахмурилась, но мальчишка подумал, что я разозлилась на него, и, сжавшись в комок, затараторил:

— Мне бы только поесть. Забери всё, а мне дай хоть одну монетку, добрая госпожа. Доброта всегда возвращается.

— Так. Стоп! — прервала я жалобный монолог и, скинув рюкзак, присела перед мальчиком. — Тебя как зовут? Сколько тебе лет и где твои родители? — засыпала его вопросами, доставая оставшуюся еду и термос с чаем.

— Василевс меня звать, — сказал пацаненок и, разом откусив половину бутера, продолжил с набитым ртом: — мне фесть, наверное, а вовифилей нефу.

Однако! Вот это я встряла!

— Будешь Васяткой. Прожуй, потом ответишь, — велела я, протягивая мальчику крышку от термоса, которую наполнила горячим травяным напитком. — На вот чай.

Мальчик мне вдруг напомнил Артёма в детстве. Сын тоже прибегал из школы голодный и с набитым ртом спешил рассказать, как прошел его день. Ностальгия по тем временам, а ещё жалость к Васятке, затопили сердце до краёв. Он сказал, что родителей у него нет. Это значит, что мальчик сирота, а раз голодает, то живет без взрослых.

Я оглядела его с ног до головы: лохматый, в застиранной серой рубахе и ветхом черном пиджачке, на коленях линялых брюк заплатки, а на ногах кеды с дыркой на боку. Но лицо и руки чистые. Ничем неприятным от ребенка не пахло.

Я поджала губы. Разумеется, о том, чтобы уйти спокойно в свой мир и оставить его одного, даже речи не шло.

— Спасибо, госпожа. Вкусно, — спустя несколько минут Васятка прикончил остатки моих припасов и вернул крышку. — Но сумки-то и не ваши тоже. Как делить добычу будем? Или вы контрабандист из шайки тех орков, которые их сюда принесли?

Он кивнул в сторону города, и я поняла, что речь идет о Харе и Хмыре. Боже! Неужели по нашему миру разгуливали орки?! Впору в обморок грохнуться.

Однако сейчас это был не самый насущный вопрос.

— Нет, я не знаю никаких орков и плохими делами не занимаюсь. Меня зовут Арина Алексеевна, и я хочу все же понять, как ты тут оказался один и голодный?

Мальчик потупился и поковырял носком рваного кеда траву. Вздохнул.

— Из приюта я сбежал. Там очень плохо, наставники нас бьют и заставляют стоять на горохе за любую шалость. Даже со щенками поиграть нельзя. Хотите, покажу следы на коленях?

Васятка схватился за брюки, но я его остановила и покачала головой.

— Не надо, я тебе верю, — прошептала, глотая слёзный комок.

Не переношу насилие, особенно над детьми и животными. Увижу ссадины — могу потерять контроль над собой и устроить в этом мире Армагеддон.

— Возьмите меня к себе, добрая госпожа Аринаалексеевна. Я буду вам помогать и никому не скажу, что вы ходите в дикий портал.

Я потерла бровь. Что делать-то теперь?! Ясно, что мальчика не могу бросить. Отвести в город и сдать властям? Опасно, да и я ни есть, ни спать не смогу, пока не буду уверена, что он в порядке. Забрать с собой? Ох, с этим тоже все не так просто. Придется объяснять органам опеки, откуда взялся мальчик, доказывать, что я его не украла, возможно, его у меня даже отберут и пристроят в наш детдом. А там тоже несладко, хоть на горох и не ставят...

Но у меня есть деньги! А с деньгами можно и нужные связи завести. Если что — договорюсь с бывшим мужем, отдам ему квартиру за то, что он поможет мне оформить Васятку. У моего бывшего козлища как раз связи в разных государственных органах есть.

Решено!

Я убрала термос в рюкзак, закинула его на плечи, встала и протянула мальчику руку.

— Пойдем со мной, Вась. Всё будет хорошо. Доберемся до дома, поужинаем, поспим, а утром решим, что делать.

Парнишка ладошку в мою руку вложил, но когда я потянула его к порталу, уперся пятками в землю.

— А ты куда, госпожа Аринаалексеевна? — спросил он недоуменно и оглянулся на город.

Типа «вон же дорога и дома, куда тебя несет?» Пришлось пояснить.

— Я оттуда, — махнула рукой на портал. — Там мой мир и мой дом.

Мальчишка удивленно округлил глазёнки и затряс головой.

— А в приюте говорили, что там только монстры живут. Но ты красивая и добрая. Или ты на другой стороне портала превратишься в безднову тварь?

Вообще-то совершенно правильно делают, что учат детей не ходить непонятно куда с незнакомыми людьми. Однако в нашей с Васяткой ситуации его опасения только мешали скорейшему спасению. Нужно же будет еще из леса выбраться и до дома как-то доехать, так что время лучше не терять. Поэтому я разговаривала с шестилетним ребенком как со взрослым мужчиной: откровенно и по существу.

— Василевс, я живу в другом мире в большом городе, у меня есть квартира и много денег. Сегодня я поехала в лес на экскурсию и потерялась, а пока искала свою группу, наткнулась на двоих мужчин, которых ты называешь орками. Я за ними проследила и оказалась здесь. А тут ты. Я не могу бросить тебя в беде, но в твоем мире я ничего не знаю. Помочь могу только в своем. Поэтому и предлагаю тебе отправиться со мной. Там мы что-нибудь обязательно придумаем.

Васятка медленно вытащил тёплую ладошку из моей руки, опустил голову и всхлипнул:

— Я не могу пройти через портал. Я еще маленький, и мои магические каналы не работают. А может, и вообще никогда не заработают. Я же не каждый день могу раздобыть еду, а их питать надо. Ты иди одна, госпожа Аринаалексеевна.

В носу защипало. Малыша стало жалко до слёз! Однако разум зацепился за несостыковку.

— Погоди-ка, Вась. У меня нет никаких магических каналов, но я же прошла через портал.

— Как же нет каналов? — возразил мальчик. — Вон же у тебя магические знаки на висках.

Я схватилась за виски, но, само собой, никаких знаков не нащупала. Вспомнила про зеркальце в кошельке и снова скинула рюкзак на землю. А когда уставилась на отражение, не смогла сдержаться...

— Твою дивизию! — выдохнула, разглядев в нем юную красавицу-шатенку, отдаленно напоминавшую меня в юности.

Сдёрнула с головы кепку, сняла с хвоста резинку, и густые длинные волосы рассыпались по плечам и спине, закрывая те самые маленькие татуировки на висках... Хотя я успела увидеть, что на правом красовался крохотный зеленый листочек, а на левом красная капелька.

Однако и это были не все потрясения. Ладно волосы — я в молодости испортила их химией и пергидролем, но если бы над ними не измывалась, то они бы выглядели сейчас так, как в зеркале. Но у меня точно не было в юности такой бархатной чистой кожи, таких длинных ресниц, идеальных бровей и ярких пухлых губ. Создавалось впечатление, будто неведомые силы взяли меня в юности, обработали в фотошопе и поместили в зеркало!

— Что ты там увидела, госпожа Аринаалексеевна? — устав ждать, когда я собой налюбуюсь, спросил Васятка.

— Сама не знаю, Вась, — выдохнула я и закрыла кошелек. — Ладно, с этим тоже потом разберемся. Сейчас надо решить, что делать, раз со мной ты пойти не можешь. Я тебя не брошу.

— Правда? — восторженным шёпотом прошептал мальчишка и заглянул мне в глаза.

— Истинная, — серьезно кивнула я. — Но чтобы тебе помочь, я должна хоть что-то понимать про ваш мир. Рассказывай все-все, что знаешь. Нам с тобой нужен план действий.

Васятка воспрянул духом и первым делом кинулся к кустам. Откинул несколько больших веток, которые оказались маскировкой, и двумя руками с усилием потянул ко мне большую клетчатую сумку. Я поспешила ему помочь.

— Самое главное в жизни — деньги, — поучительно изрек мальчик шести лет, — посмотрим, что тут у контрабандистов, и решим, где это добро можно продать.

По законам педагогики, взрослая женщина должна была по поводу денег с ребёнком поспорить. Сказать, что материальные блага — тлен. Но, к сожалению, я была вынуждена с Васяткой согласиться — без денег никакого счастья в жизни нет.

Глава 2

— Выходит, люди из другого мира у вас — обычное дело? И никто на мою одежду не обратит внимания, когда мы с тобой пойдем продавать вещи из сумок? — уточнила я прежде, чем помочь вытащить из кустов второй клетчатый баул.

Василевс для своего возраста явно был мальчиком развитым и смышленым, но все же не сразу понял, о чем я спрашиваю.

— Одежду? — посмотрел на меня задумчиво и почесал макушку. — Вообще-то у наших приютских работниц были длинные платья. И в книжках на картинках девочки в красивых платьях. Но на улицах и не таких бродяжек встретишь. Хотя нет. У тебя красивый костюм, госпожа Аринаалексеевна.

— Называй меня просто Арина и без «госпожа», Васятка, — задумчиво попросила я, догадавшись, что отчеств у них нет и мальчишка не понял, как меня зовут. — И сосредоточься. Не привлеку ли я внимание к себе, если войду в город в таком виде?

Я провела рукой по своему телу для наглядности.

Васятка пару раз моргнул, разок кивнул и замотал головой.

— Если кто-то поймет, что ты пришла из другого мира через грязный портал, то тебя посадят в тюрьму! К нам могут попадать только те, кому разрешил Великий Владыка.

— Значит, мне лучше не рисковать и для начала найти во что переодеться?

— Выходит так, — развел руками Васятка. — Но если пойти в нижний район, то там никто не обратит внимания.

Я запуталась.

— Ладно, давай для начала глянем, что в сумках, — не стала я дальше пытать ребенка на тему, в которой он не разбирался, и расстегнула один, а потом и второй баул.

— Ух ты! Самописки и цветриски! — восторженно выдохнул Васятка, увидев содержимое.

Выбор товаров, которые орки притащили из другого мира, натолкнул меня на определенные выводы, и я крепко задумалась: у них тут, что ли, не хватает своей бытовой мелочевки?

Одна сумка была полностью забита разнообразными ручками, фломастерами, цветными карандашами, ластиками и прочей канцелярской ерундой. Вторая — новенькими пакетами из «Пятерочки», обложками для книг, губками для мытья посуды, тряпками, резиновыми перчатками и туалетной бумагой.

— Это у вас что-то ценное, да? — спросила я удивлённо.

Странно пытаться узнать о чужом мироустройстве у маленького мальчишки, но других источников информации я не имела.

— Да, — деловито кивнул Васятка, — в нашем мире нет… как их там... демоновых техноголий!

— Технологий?

— Да, их. Потому что это вредно для магии, — подняв указательный палец, повторил он чьи-то слова.

— Но всё же ты имеешь представление о них, значит эти вещи у вас есть. Но откуда? — не оставляла я попытки докопаться.

— Так из других миров! Великий Владыка и его воины охраняют порталы и сами ходят к чужакам, чтобы приносить от них иномирные диковины. Потом их продают в дорогих магазинах, а контрабанду в лавках нижних кварталов.

Какой молодец этот их Великий Владыка! Производство не налаживает, чтобы не вредить окружающей среде, организовал монополию на импорт и сидит себе у порталов и богатеет. Однако информация давала надежду на то, что мой внешний вид всё же не шокирует местных жителей, так как нелегальные поставки из моего мира всё же текут. Наверняка и одежда просачивается. Всё же на Васятке вещи хоть и старенькие, но фасон, ткани, швы и фурнитура вполне земные.

— Возьмём всего понемногу, чтобы было незаметно, поставим сумки на место и пойдем в город продавать, — решила я и принялась перекладывать в рюкзак часть орочьей добычи.

Васятка недовольно засопел.

— Они же заберут свои сумки, если мы их тут оставим.

— И пусть забирают, Вась. Ненужно, чтобы они поняли, что их портал раскрыли и сумки украли. Орки могут устроить засаду, а я планирую сама через этот проход из своего мира ценные вещи носить и продавать, чтобы нам с тобой на жизнь хватало.

— Правда, госпожа Аринаалексеевна? Ой... Арина?

Я застыла. Сама не поняла в какой момент решила мальчишку «усыновить», но получилось это совершенно естественно.

Я посмотрела в Васяткины темные глаза и убрала с его глаз длинную челку.

— Вась, знаешь что? А называй-ка меня мама, когда мы в город войдем. Так мы с тобой меньше подозрений вызовем.

Мальчишка побледнел, засопел, глаза его подозрительно заблестели. Я поспешила прижать хрупкое тельце к своей груди. Испугалась не того, что мальчик расплачется, а того, что расстроила его, попытавшись занять место его матери. Я ведь даже не знала, когда он стал сиротой и как это произошло. Вдруг рана еще свежа?

Провела ладонью по детской голове, подыскивая слова утешения, но...

— Меня подбросили к дверям приюта совсем маленьким, в пелёнках. Но я просил Доброго Творца, чтобы он послал мне маму. И вот ты здесь, — сдавленно просипел мне в грудь Васятка.

Я ослабила хватку и чмокнула его в макушку.

— Вот и хорошо, — преувеличенно бодро сказала, поспешно поднимаясь, потому что опять защипало в носу. — Я тоже теперь в чудеса верю, так что вообще не удивлюсь, если попала сюда по твоей просьбе.

Взяла мальчишку за руку и потянула к дороге, но он опять затормозил:

— Нам не туда. В нижние кварталы лучше пойти другой дорогой.

И повел меня по пригорку вдоль кустов.

Вечерело, и в городе зажигались огни — где-то яркие и разноцветные, а где-то тусклые и зловещие. Из-за этого у меня возник логичный вопрос:

— А в этих нижних кварталах не опасно?

— Опасно, конечно, — не стал беречь мои нервы новоиспеченный сынок. — Но ты же маг, поэтому к тебе с плохим цепляться не станут.

— Да какой же я маг, Вась? — возразила. — Я же понятия не имею, как эту самую магию применять.

— Они-то этого не знают, — резонно заметил мальчик. — Увидят твои знаки и не станут проверять, что ты умеешь делать. Но если что, ты беги за мной. Я там все лазейки знаю. Уже целых два дня по подвалам прячусь.

Я поджала губы, покачала головой и полезла в рюкзак за репеллентом. Пусть лучше в кармане полежит — если что, то использую его как газовый баллончик. А вот нож решила не доставать. Всё равно не смогу его воткнуть в живого человека.

Вообще, чувствовала я себя как никогда бодро и уверенно. Будто вместе с внешней молодостью ко мне вернулись юношеское безрассудство, самоуверенность и энергия. Хотелось горы свернуть и совершить героический подвиг. Однако обретенное с годами здравомыслие пока еще покидать меня не желало. Поэтому по дороге я вернулась к расспросам о том, что все-таки меня в этом городе ждет.

— Вась, а как называется ваш мир, страна и этот город? — я махнула рукой на дома.

Спрашивать о сложном: например, почему мы друг друга понимаем и из-за чего я вдруг помолодела, смысла не было — малыш вряд ли это знал. А элементарные вещи в приюте вполне могли преподавать.

— Мир называется Татум, а живём мы в Великом Владычестве по милости Великого Владыки, который и построил эту славную столицу — Веливлад.

Что-то мне этот их Великий Владыка нравился всё меньше и меньше. Какой-то он совершенно конкретный. Переходы в другие миры под себя, не стесняясь, подмял, названиями страны и города тоже не заморочился. Как будто даже не старается показаться подданным душкой.

— А этот ваш Великий Владыка — он кто? Как его зовут? Он плохой или хороший?

— Он разный. Великий Владыка многолик и носит много имен. Никто не может сказать, что его видел и знает. Он повсюду. Для кого-то добрый, для кого-то злой.

Занятно! Может быть, у них страной управляет какое-то собрание, которое и назвали Великий Владыка? Но вряд ли Васятка мог мне объяснить тонкости государственного устройства, поэтому с этим разберусь позже.

— А деньги? Расскажи всё, что знаешь о деньгах, — вернулась я к более простым вопросам.

— Деньги — это хорошо, — уверенно сообщил Васятка. — Чем их больше, тем лучше. Раньше я думал, что бумажная красная денежка — это очень много, а оказалось, что нет. Хватило только на два пирожка и запуту, чтобы меня приютские не сразу нашли.

М-да уж. Опять эта запута. Про неё тоже позже узнаю.

— А еще какие бывают денежки?

Мы спускались с пологого пригорка, оставив лес и кусты за спиной. Город приближался, и его звуки уже доносились отчётливо: скрип колес, нестройные мелодии, пьяное пение, ржание лошадей и похожие на автомобильные гудки резкие сигналы. Я вообще слабо представляла, что мне этот Веливлад преподнесёт.

— Бывают еще монетки, но они — мелочь. За десять можно купить леденец и стакан шипучки. Целую горсть можно поменять на одну желтую бумажку — за нее дадут пирожок с мясом. А пять жёлтых бумажек можно поменять на одну синюю и за нее попроситься на ночлег в трактир, — поражал меня своими знаниями математики Васятка.

Мой Артём в свои три года летом, когда мы выезжали на дачу, ходил в деревенский магазин за хлебом, а на сдачу себе жвачку покупал. Но это когда было! Нынешние дети, мне кажется, до выпускного класса с родителями за руку ходят, и считать деньги у них нет нужды, а Вася — умничка. Во всяком случае мне стали понятны денежные эквиваленты.

— А как думаешь, Вась, мы много получим за то, что стянули у орков? На что нам этих денег хватит?

Мальчик задумался, но к однозначному ответу не пришел.

— На много чего, — пробурчал неопределённо и сжал мою руку.

Мы входили в город, освещенный тусклым светом фонарей, и впереди уже виднелась кучка маргиналов. Я нащупала в кармане репеллент и, сняв с него крышку, положила палец на распылитель.

Мы подошли ближе, и стало совершенно ясно — впереди ничего хорошего не происходит.

— Свернем? — неуверенно спросил Васятка, забирая влево в ещё более темный переулок.

— Погоди. Так еще хуже будет, — ответила я сквозь зубы, продолжая тянуть мальчика вперед.

Я разобрала женский возглас: «Не отдам!» Трое хулиганов, или кто они там, обступили одну невысокую коренастую девушку и пытались что-то отобрать. Двое держали ее за руки, а третий тянул мешок. Однако нас с Васяткой они заметили и зыркали злобно, как бы предупреждая, чтобы не подходили.

Я бы ни за что не прошла мимо такого произвола ни в одном из миров. Вытащила из кармана репеллент, набрала в лёгкие воздуха и приготовилась громко орать, если вдруг мерзавцам моих знаков на висках будет мало или они их не разглядят.

За пару метров от компании задвинула Васятку себе за спину и подняла руку с баллончиком. К этому времени картина совсем прояснилась: группа оборванных молодых людей пыталась отобрать увесистый мешок у очень колоритной девушки. Если вспомнить, что в этом мире живут орки, и допустить наличие других сказочных рас, то это — рыжая гномка с аккуратной бородкой, пышными усами и собранными над ушами в две дули волосами.

— Бегите, глупцы! — пробасила жертва ограбления, но не нам, а нападавшим. — Не видите, что ли? Это магичка с боевым снарядом!

— Прокляну! — добила я страшным голосом и дернула рукой.

Неприятных типов как ветром сдуло, и только удалявшийся топот было слышно еще несколько секунд.

— Спасибо вам, добрая госпожа магичка! — с чувством пробасила гномка, глядя обидчикам вслед. — Если бы не вы, точно пришлось бы секиру доставать, а это до тюрьмы недолго.

— А почему ты сразу ее не достала? Шла бы с оружием в руке, и никто бы не полез, — выглянув из-за меня, поинтересовался Васятка.

— Так это… обманул меня возница! Показался добрым, обещал отвезти к нанимателю, оставил здесь и велел ждать. А тут они. Врасплох застали, — виновато протянула гномка, словно оправдываться перед ребенком — обычное дело.

Судя по всему, девушка была простой и наивной. Её такую точно одну на темной улице оставлять нельзя.

— Меня зовут Арина, а это мой сын Василевс. А как зовут тебя и к кому ты ехала наниматься? — спросила, прикидывая, как быстро мы доставим девушку до безопасного места и отправимся по своим делам.

— Я Румяна Длинноногова из славного рода Могучих Секирщиков. Шла из своей деревни в столицу наниматься в охранницы к какому-нибудь доброму хозяину. А тут возница этот. Предложил подвезти, мы с ним разговорились — и вот, — гномка развела могучими коротенькими руками и шмыгнула курносым носом.

— То есть идти тебе некуда? — невесело спросила я, уже предвидя, что обзавелась еще одной подопечной.

Но эта хоть взрослая. Есть надежда пристроить ее в ближайшее время.

— Некуда, — кивнула Румяна. — А вам охранница не нужна?

Я не смогла сдержать смешок. На данном этапе это я ее гарант безопасности, а не она мой. Но все же я вдруг подумала о том, что мне придется ходить домой в свой мир, а за Васяткой кто-то должен в это время приглядывать. Может, если гноме выдать четкие инструкции, она сможет стать надёжной нянькой?

— Давай доведём ее до будки стражников, и пусть они дальше решают, куда ее девать, — угрюмо предложил Василевс.

Он как будто не хотел делить мое внимание с кем-то ещё.

— Сынок, ты же помнишь про добрые дела и что они всегда вознаграждаются? Возьмем Румяну с собой и поможем всем, чем можем, — решительно сказала я и сунула баллончик в карман.

— Ох, госпожа драгоценная красивая Арина! Как же мне с вами повезло! А денег мне много платить не надо! Всего три желтня в неделю, крышу над головой и еду попрошу. Я на высший курс секирщиков поступить хочу, а для этого мне всего-то и надо проработать на кого-то год и получить рекомендации, — разом вывалила все свои планы Румяна и одним легким движением закинула за плечи свой огромный мешок.

Он звякнул так, будто был забит металлом.

— Понимаешь, Румяна, мы сами не местные и только что в столицу пришли... — начала было я.

Но Васятка решил сразу прояснить ситуацию:

— Денег и жилья у нас с мамой нет, так что никаких желтней мы дать не можем. Но если хочешь спокойно оглядеться в столице, то иди с нами за просто так.

А я в очередной раз поразилась его деловой хватке. Понятно, что сироте приходится взрослеть раньше, чем домашним детям, однако Васятка явно имел в анамнезе прекрасную генетику. Как же он оказался у двери приюта во младенчестве?

— Ну нет, так нет, — совершенно спокойно восприняла облом с работой Румяна. Я думала, она сейчас бодро потопает своими коротенькими ножками в противоположную от нас сторону, но гномка продолжила: — Деньги у меня свои есть — папенька дал, маменька сунула и дед подкинул. А оглядываться в столице в компании будет веселей. Куда идем? Предлагаю найти место, где можно поужинать.

Девушка мне определенно нравилась своим оптимизмом, и я легонько сжала ладошку Васятки — «веди нас». Однако требовалось поддерживать образ матери-магички, поэтому ответила Румяне сама:

— Для начала нам тоже надо разжиться наличкой, поэтому первым делом мы идём в скупку, а уж потом искать жилье и ужин.

— А я и не голодная! Пока ехала в повозке, перекусила. Вознице еще этому проклятому мамкину ватрушку дала. У-у-у, гад, — Румяна потрясла кулаком в сторону, грозя невидимому мерзавцу. — Идемте в вашу скупку поскорее.

А я вдруг задумалась: где у нее хранится секира, которой она грозилась грабителей порешить? Если мне память не изменяет, это ведь такой боевой топор. Но ни на спине девушки, ни на боках ничего подобного не было.

Васятка потянул вверх по слабо освещённой улице, и я принялась оглядывать окрестности, а не девушку.

Тем временем она болтала без умолку, и это было очень кстати: я с ее слов по крупицами собирала картину мира.

— …Мне домой никак нельзя — засмеют и точно замуж выдадут, — делилась Румяна бесхитростно. Мы шли мимо каких-то нежилых помещений без окон, и ее бодрый басок разбавлял мрачные ощущения от тёмных подворотен. — Я же младшая и последняя у родителей. Папаня так надеялся, что хоть я получусь пацаном, но не вышло. А как Кареоку Длинноногову без славного наследника авторитет сохранить? Никак! Вот и решила я взять на себя миссию нерожденного сына. Прямо очень хорошо, что я вас встретила. Чувство у меня, что теперь-то уж точно не опозорю свой род.

— Это тебе что же, даже родовую секиру доверили? — недоверчиво уточнил Васятка.

Румяна как-то замялась и пробурчала.

— Сама взяла. Но она меня признала и слушается. Великим Кузнецом клянусь! Хочешь покажу?

— Не надо! — отрезала я.

Улица впереди становилась шире, светлее и оживленнее. Ни к чему нам оружием привлекать к себе лишнее внимание. Нам и без него есть чего опасаться. Обитатели улиц хоть и были, как обещал Васятка, разодеты кто во что горазд, а все же мой брендовый спортивный костюм, рюкзак и кроссовки из общей массы очень выделялись. Хорошо, что кепку я еще за городом сняла и спрятала. Длинные густые волосы немного скрашивали мой иномирный прикид.

— А давайте вон у них спросим, где тут скупка, — предложила Румяна, махнув рукой. — Их племя всегда знает, где и кому можно что-то продать.

Я проследила за жестом гномки и споткнулась, а Васятка сжал мою руку и вообще остановился. Румяна говорила о шедших нам навстречу и о чём-то споривших двух огромных зеленых мужиках с заметно похудевшими клетчатыми баулами. Сама я Хмыря с Харей в лицо не видела, но судя по реакции мальчишки и знакомым сумкам, это были они. Видимо, сбывали товар не в одном месте, а в разных частях города, и только сейчас добрались до окраины.

— Что-то они мне не нравятся. Давайте на другую сторону перейдем, — возразила я и приобняла Румяну за богатырское плечико, чтобы указать направление.

— Потому что орки? Они же безобидные торгаши, — тихо удивилась гномка.

Ну не такие уж и безобидные, раз нарушают закон.

— Магическое чутьё, — пробурчала я, увеличивая расстояние между нами и теми, кого мы с Васяткой слегка обокрали.

— Ух ты! А какой ты маг, госпожа Арина? Высшей категории или первой?

И зачем я только про магию эту ляпнула? У меня от нее только непонятные значки на висках и есть. А категория явно нулевая.

— Не спрашивай, глупая! Мама обет дала. Для повышения уровня, — опять пришел мне на выручку смышленый Васятка.

Ну что за ребенок такой удивительный?! Прямо уникум и вундеркинд.

— Ой, точно! Прости, госпожа Арина, молчу. Только последнее спрошу: может, возьмем извозчика и прикажем ему довезти нас до скупки? Я оплачу. А то есть все же хочется — ватрушки уже проскочили.

А вот от этого щедрого предложения я отказываться не стала, и через пару минут мы уже сидели в потрепанном наёмным экипаже и катили ближе к центру. Когда я говорила извозчику, что нам нужна надёжная скупка, как бы невзначай поправила волосы с одной стороны, с другой — так, чтобы он точно оба знака рассмотрел, — и мужичок сразу определил, что нам нужно на улицу Второго Пришествия.

Глава 3

Тарий Таргул

— Тарий, я не понимаю тебя, — изящные женские пальцы, унизанные перстнями, пробежались по моей груди, прощупывая мое настроение. — Ну к чему это упрямство?

Она явилась в мой особняк под предлогом обсуждения важных переговоров с послами соседнего государства, но даже не попыталась об этом заговорить. Буквально с порога ко мне прильнула и завела свою шарманку.

— Изволь, Дарта, объясню… в какой там? Сотый? Пятисотый раз?

Я деликатно снял руки подруги (если так можно назвать вынужденную соратницу) со своей груди и сделал шаг назад.

— Если ты опять про истинность, то я даже слушать этот бред не хочу! — выкрикнула Дарта. — Тарий Таргул, немедленно прекращай жить иллюзиями! Смирись, что нам никогда не вернуться на Драганион и не взлететь в его небо драконами, а значит и истинную пару не найти! Почему бы нам не стать с тобой хоть и не истинной, но парой здесь, в этом забытом Творцом мире? Неужели ты думаешь, я хуже, чем все эти твои человечки, эльфийки и оборотницы? Я не понимаю! Ведь их ты не отталкиваешь. Я знаю, что ты не хранишь обет воздержания!

Я ухмыльнулся и покачал головой. Конечно же, драконица прекрасна. У Дарты идеальные лицо и фигура: миндалевидные зелёные глаза, белокурые локоны, пухлые губы, точёный нос, аппетитные формы, пылкий взгляд и безупречный вкус. Наверняка она страстная любовница. Дело совершенно в другом.

— Потому что, в отличие от тебя, дорогая Дарта Дангул, я оптимист и верю в наше возвращение. Мы обязательно найдем Великого Владыку и откроем портал домой. Поэтому я не хочу пачкать твое имя постельной интрижкой. Я слишком тебя и твое семью уважаю. Как мы будем в глаза друг другу смотреть дома?

Дарта вспыхнула и топнула ногой от бессилия.

— Шесть лет прошло! Мы его уже точно не найдем! Смирись, — воскликнула она, всплеснув красивыми кистями.

Я хотел возразить, что шесть лет – пустяк в сравнении с нашими долгими жизнями, но тут одновременно открылись два почтовых портала, и перед нами зависли сообщения: «Срочный сбор во дворце».

— У Кьерна что-то важное, — озвучил я очевидное и указал Дарте рукой на дверь.

Мы прошли в портальный зал, и я активировал переход во дворец Великого Владыки — того самого, которого и в помине у Владычества нет уже добрых шесть лет. За него мы — пятеро застрявших на Татуме наследников правящих родов драконов из Драганиона, прибывших поздравить Великого Владыку с рождением наследника, а вместо этого попавших в ловушку.

В портальном зале дворца встретились и обменялись приветствиями с Алатой и Грайвом. Им повезло, они — истинная пара, и им все равно, в каком мире жить.

— Что там могло случиться, что Кьерн дернул нас в неурочный час? — недовольно проворчала Алата.

— Надеюсь, что-то очень важное, — ответила ей Дарта.

А я не мог перестать радоваться внезапному вызову. Даже если Кьерн позвал нас по какому-то пустяку, спасибо ему за то, что невольно помог мне свернуть разговор с Дартой. Мне не хотелось грубить драконице. В конце концов в этом мире всего две представительницы нашей расы. Но мое терпение тоже не бесконечно. И без Дарты становится сложно не впадать в уныние и продолжать поиски Великого Владыки, а после её упаднических прогнозов руки совсем опускаются.

Кьерн, наследник Медных драконов, ждал нас в зале совещаний. Он расхаживал туда-сюда и о чем-то сосредоточенно размышлял, пока мы не заскрипели ножками кресел, усаживаясь за круглый стол.

— Продажи товаров из других миров упали на сотую процента! — многозначительно изрек наш собрат, занимающийся благосостоянием Владычества во время отсутствия Владыки.

Кому-то могло показаться это сущей ерундой, но не нам. Мы знали, что это обозначает — где-то открылся неучтенный портал. А из этого следует, что Великий Владыка жив и был где-то рядом с переходом! Не тот, которого мы ехали поздравлять — он, к глубокому сожалению, простился с жизнью на Татуме, — а его сын, который пропал шесть лет назад еще младенцем. Следующий Великий Владыка. Лишь на его дар сможет откликнуться проход в мир драконов.

Испокон веков мы вели торговлю с Татумом через Великое Владычество, потому что на капризном Драганионе обычные порталы не открывались. Ходила легенда, что наш предок в благодарность за спасение его истинной заключил нерушимый обет с предком всех Великих Владык и поклялся, что драконы вечно будут защищать его потомков. В качестве гарантии наградил ключом от двери в наш мир. Ключ передается от отца к сыну уже много веков. А мы с тех пор трясемся, чтобы его не потерять.

Но шесть лет назад что-то пошло не так.

— Творец! Какое счастье!

— Давненько не было контрабанды, друзья мои! Я уже и не ждала!

— Я уже думал — всё, сгинул малец! — загалдели драконы наперебой.

Только Дарта помалкивала, будто была не рада. А я уже вовсю обдумывал, как найти портал, ведь я как бы правая рука Великого Владыки, глава его службы безопасности. Мне этот портал и искать.

Глава 4

Пока колеса экипажа стучали по мостовой нижнего квартала, окна оставались темными. Но как только ход стал более плавным и тихим, перестал оглушать ударами покрышек о камни, в мрачный салон ворвался свет столичных огней. Румяна мгновенно прилипла к окну.

— Ох, мать честная! Глазам не верю! Это ж настоящая иномирная извозка! — завопила она, тыча в стекло пальцем.

Мы с Васяткой сидели напротив и синхронно подались к окну глянуть, что там так возбудило гномку. Признаться, я не думала, что меня способно что-то удивить, но Веливлад умел преподносить сюрпризы.

Во-первых, я не ожидала, что дороги у них такие гладкие и широкие! Проследив взглядом за удалявшимся флагманом корейского автопрома и стайкой крутивших педали рикшей, я метнулась к другому окну и поняла, что мы едем по второй полосе восьмирядной дороги с двухсторонним движением! В крайней правой мчался по рельсам пестрый трамвай.

Во-вторых, здания, витрины и ландшафтный дизайн — просто разрыв шаблона! Будто местные взяли растения с какого-нибудь тропического острова и высадили в средневековом городе, у которого витрины и рекламные баннеры как в Токио, а центральный проспект как МКАД. В общем, Веливлад однозначно забирает звание настоящего города контрастов. Куда там до него Стамбулу или Нью-Йорку!

Я хотела задать логичный вопрос: на чем же машины у них ездят, если технологии запрещены, однако вовремя прикусила язык — наверняка топливо заменяет магия. И правильно сделала, что промолчала — Вася с Румяной без меня вели интересный разговор.

— Не иномирная извозка, а иномарка, — с умным видом поправил гномку малец. — К тому же самая что ни наесть обычная. То ли дело у главного безопасника Владычества — генерала Тария Таргула! Вот у него не иномарка, а настоящий черный монстр на колесах! Ты в своей деревне ни разу иномарок, что ли, не видела?

— Откуда? — не обиделась на легкое высокомерие столичного жителя Румяна. — До нас даже железной дороги не протянули, а из иномирного — только когда сплавы папане курьером привозят, то иногда прихватывают мелочевку всякую типа мягонькой бумаги в рулонах. Но мы её бережём и только важным людям на ней записки пишем.

— А у главного казначея Кьерна Корке и его банкиров есть счетные иномирные артефакты, — продолжил хвастаться своими познаниями Васятка.

Ну и нарвался. Румяна хоть и была девушкой бесхитростной, но все же логически мыслить умела.

— А вы же не местные тоже. Где же все эти диковины видели? — подозрительно прищурившись, спросила гномка.

Проблема в том, что я совсем не могла выдать удобоваримый ответ на ее вопрос, потому что понятия не имела, что тут у них со средствами массовой информации.

— А на курорте! — не растерялся Васятка — Мы были в Синей Бухте, а там многие важные господа отдыхают.

Казалось, что у этого мальчишки ответ готов на все.

Вскоре повозка перестроилась на крайнюю правую полосу. Извозчик доставил нас до скупки с яркой анимированной вывеской «Хламунет» и витринами в стиле «бабушкин чердак». То есть в них стояли рогатые вешалки с шубами и шапками, огромный сундук с откинутой крышкой и горой сокровищ, наверняка фальшивых. Стопки толстых потрепанных книг завлекали внутрь своими тайнами. В уголке притаилась метла, в другом — котелок и куча другого хлама. И между этими предметами маячило нечто полупрозрачное — подозреваю, призрак той самой бабушки оно и изображало. А сам перфоманс как бы давал понять: «Получили наследство и не знаете что с ним делать? Несите нам! Мы купим всё!»

И вот, преисполнившись надеждой, что в этом чудесном месте удастся продать имущество орков, мы шагнули в торговый зал… и влипли в неловкую ситуацию.

Нет, сначала-то все шло хорошо. Хозяин — господин Мизерс — нам очень обрадовался. И товарам нашим тоже!

— Потрясающе! — сказал он, когда я выложила на прилавок фломастеры, ручки, карандаши, упаковку тряпок и перчаток. К ним добавила свой нож и влажные салфетки. — Я с удовольствием заплачу вам за все эти сокровища сто пятьдесят фиолетней.

Судя по тому, как одобрительно дернулась ладошка Васятки в моей руке, я поняла, что сумма приличная. Однако зная, что ростовщики имеют привычку цены занижать, а сам мальчик до этого и «красную бумажную денежку» считал богатством, я возразила:

— Двести пятьдесят.

— Дам двести двадцать, если предоставите на товар сертификаты соответствия. Есть у вас такие? — язвительно уточнил хозяин скупки.

Вот же проныра этот их Владыка! Нигде своей выгоды не упустит. Наверняка эти сертификаты его компетентные органы выдают!

— Я наемница, и этим товаром со мной расплатились за работу, — процедила я, демонстративно заправив волосы за уши.

Но мои метки на господина Мизерса должного впечатления не произвели. Он пожал плечами и протянул:

— Ну раз нет сертификата, то сто семьдесят и ни монетой больше.

— Совести у тебя нет, жадюга хлипкоусый! Двести пятьдесят давай! — возмутилась Румяна и пригладила свои ухоженные усищи.

У хозяина скупки таких не было. Возможно, он из-за этого обиделся, оперся на прилавок, нагнулся, словно готовящийся к прыжку кот, и вкрадчиво прошипел:

— А покажите-ка мне свои документики, мутные вы девицы.

Вот тут ручонка Васятки затряслась — он явно ничего не знал ни о каких документах и сейчас растерялся.

Но заминка оказалась практически незаметной, потому что Румяна отреагировала молниеносно:

— Что ты себе позволяешь, наглый хомяк?! Какое право имеешь требовать документы?! Не видишь — госпожа из тайной ложи животворящих магов! — грозно прорычала гномка, подлетев к прилавку, словно выпущенное из пушки ядро — маленькое, кругленькое и очень суровое.

— Да! — пропищал Васятка. — Мама из тайной ложи!

Почему господин Мизерс — хомяк, что за тайная ложа, о которой все сразу должны догадываться, и как выглядят местные документы, я подумать не успела, потому что над входной дверью зазвенел колокольчик. Одним стремительным движением руки хозяин сгреб все наши товары под прилавок и вытянулся, расплываясь в счастливой улыбке.

— Господин Тарий Таргул! Какая честь! Что привело главу службы безопасности в мою скромную законопослушную лавчонку? — пропел Мизерс.

Васятка сжался в комок, и я прижала его к себе обеими руками. Обернулась и встретилась взглядом с очень интересным во всех смыслах мужчиной. Русые волосы, светлые глаза. Высокий, статный, с лукавой полуулыбкой. Он вообще никак не ассоциировался с образом главы службы правопорядка. Его стильный костюм глубокого фиолетового цвета из блестящей ткани не был похож на униформу. Я бы сочла мужчину светским повесой, плейбоем, кинозвездой, но только не полицейским чиновником. Хотя, может быть, он так вырядился для маскировки? И знаков у него на висках никаких нет...

— Добрый вечер, господин Мизерс. Обслуживайте посетителей, и я задам вам пару вопросов, — дружелюбно поздоровался Тарий Таргул, но его цепкий взгляд прошелся по нашей разношёрстной компании.

Мне стало ясно, как подозрительно мы с Васяткой выглядим. Молодая женщина в добротной иномирной одежде с признаками магической одаренности на лице взяла в заложники бедно одетого мальчугана.

Ну всё, мне конец! И часа в новом мире не продержалась!

От паники мои мысли заметались в поиске способа спастись между «внезапно напасть на должностное лицо при помощи репеллента и сбежать» и «захватить в заложники господина Мизерса и потребовать нас выпустить и потом бежать». К сожалению, ни одной здравой мысли так и не мелькнуло.

Однако высшие силы, видимо, решили, что я в этом мире для чего-то еще нужна, и снова помогли.

— А они уже уходят! Вот, приобрел у них чудесные серьги, — Мизерс радостно потряс вытащенными из кармана висюльками и кинул на прилавок стопку сиреневых банкнот. — Вам случайно не надо, господин Таргул? Я проверил документы — изделия чистые! А только полюбуйтесь, какие в них рубины!

Мне было вообще без разницы, по какой причине лавочник соврал. Я взяла деньги и сунула их в карман, не считая. Сколько дал — столько дал, лишь бы ноги унести. От волнения во рту пересохло, а в ушах зазвенело.

— Нет, господин Мизерс, я не за покупками к вам пришел, — с вежливой улыбкой ответил Таргул, продолжая изучать меня внимательным взглядом.

— Всего хорошего, господин Мизерс. И вам, господин, — пробормотала я.

Взяла Васятку за руку, Румяну за плечо и потянула на выход. Мне показалось, что этот Таргул слышал, как колотилось мое сердце, когда проходила мимо него, потому что он удивленно вскинул брови. Однако препятствовать не стал, и вскоре мы оказались на улице. Я вдохнула вечерний воздух полной грудью.

Но радоваться спасению было рано.

— Госпожа Арина, а чего ты не посчитала фиолетни? А если там меньше двухсот пятидесяти? Давай вернемся! При высоком лорде хомяк не решится нас обмануть. Серьги еще какие-то выдумал, — заворчала уже потише, — а у тебя и дырок-то в ушах нет. Не я же такие дурацкие побрякушки носила.

Румяна и попыталась вернуться в скупку.

Я сжала ее плечо крепче.

— Румяна, солнце, идём отсюда скорее, я тебе позже все объясню! — взмолилась. — Мы не преступники и не сделали ничего плохого, но лучше с представителями власти пока не общаться.

— Вы хорошая и добрая, госпожа Арина, но очень странная, — ответила Румяна и упираться не стала.

Но далеко нам уйти не удалось.

— Милые дамы и юноша, не уделите ли мне минуточку вашего времени? — раздался за спиной голос начальника службы безопасности.

И передо мной встал вопрос: есть ли смысл бежать?

— М-а-а-м… — протянул Васятка испуганно.

— Ничего не бойся, — прошептала я, — говорить сама буду.

Подбадривающе сжала ладонь мальчика и, развернувшись к Тарию Таргулу, посмотрела на него прямо, без улыбки и страха, только с легким вопросом во взгляде. Надеялась, во всяком случае, что именно так я и выглядела… Старалась изо всех сил.

За несколько секунд, пока Таргул к нам подходил, у меня родился план: я решила сказать, что нас обокрал возница (тот самый, который обманул Румяну), так мы и лишились документов и нормальной одежды для моего малолетнего сына. А почему его нормальная одежда не на нем? Так все просто: ребенок маленький, и хорошие вещи в дорогу на него лучше не надевать. Остальное придумаю по ходу «пьесы». Очень надеялась, что сумею Таргула заговорить, и он забудет поинтересоваться нашей родословной и местом жительства. Приготовилась и...

— Меня зовут Тарий Таргул. Вы слышали, но я решил представиться лично. Простите, мне показалось, что вы попали в затруднительное положение, раз продаете фамильные драгоценности. Могу я вам помочь?

От удивления я подавилась воздухом и кашлянула.

— А меня зовут Арина. Это мой сын Василевс и помощница Румяна. Она приехала поступать в столицу на курсы секирщиков, а мы ее решили сопроводить и заодно посмотреть достопримечательности. Благодарим вас от души, но все наши проблемы уже позади, господин Таргул, — ответила я слегка севшим голосом.

Васятка, кажется, в это время не дышал, зато Румяна стояла, гордо расправив плечи.

— Только сегодня прибыли?

— Буквально час назад, — кивнула я.

— В таком случае позвольте порекомендовать вам гостиницу «В лапах дракона». Там прекрасное соотношение цены и качества обслуживания и полная безопасность.

Название-то какое! У них и драконы тут водятся?

— Благодарю вас. Мы обязательно воспользуемся вашей рекомендацией, — с улыбкой ответила я, намереваясь обходить любимую гостиницу безопасника десятой дорогой.

Но это оказалось не так просто.

— Я вас провожу, — внезапно проявил он заботу, — это недалеко. Заодно распоряжусь, чтобы вам сделали приличную скидку, — сказал Тарий Таргул многозначительно, и у меня не осталось сомнений, что мы под колпаком.

Отказываться было бы глупо и подозрительно, поэтому я изобразила восторг.

— Даже со скидкой?! Замечательно! Уж и не знаю, как вас благодарить.

Таргул на секунду растянул губы в улыбке. Махнул рукой, показывая направление, и завел непринужденную беседу, в каждом слове которой мог таиться подвох:

— Получается, все вы в столице впервые? — спросил Тарий.

— Получается так, — подтвердила я.

— А что хотели бы посмотреть помимо гномьей арены?

— У нас большая культурная программа, — с трудом сдерживая раздражение, сообщила я.

— В зоопарк сходим, — решил поддержать меня Васятка.

— И на выставку достижений народного хозяйства, — последовала его примеру Румяна.

— В общем, мы еще не решили. Устали с дороги, — попыталась я свернуть допрос.

У меня складывалось впечатление, что нас взяли под странный арест. Не под домашний и не тюремный, а словно просто решили контролировать каждый шаг. Конечно же, я совсем не знала законов Владычества. Возможно, не имея на руках четких доказательств вины, даже глава службы безопасности не имеет права что-то кому-то предъявлять. Однако он ведь сейчас давал понять, что посчитал нас подозрительными. Или мне это только показалось, а Таргул просто решил помочь растерянным туристам?

— Тогда рекомендую вам заказать после ужина травяной сбор «Безмятежный сон». Он поварам «Лап» особенно хорошо удаётся.

Прозвучало как угроза! И вообще, этот франт рекламировал гостиницу так, будто она принадлежала ему, а от нашего заселения зависело его благосостояние! И хорошо бы, если так, но надеяться на это не приходилось. Мне оставалось только скрипеть зубами, улыбаться и благодарить.

Тарий Таргул не соврал — заведение «В лапах дракона» оказалось в пяти минутах ходьбы от скупки. Красивое пятиэтажное здание с увитыми зеленью балкончиками и острой крышей. Вывеска горела неоновыми (скорее магическими) огнями, каменная лестница поражала блеском, а у дверей стояли швейцары в ливреях. Гостиница была похожа на дворец в миниатюре.

На миг мне стало страшно, что нам даже со скидкой не хватит денег, чтобы здесь поселиться, и тогда безопасник арестует нас за то, что посмели явиться в столицу с пустыми карманами.

Но ничего подобного не произошло. Швейцары почтительно поклонились и распахнули двери. Мы вошли в мраморный холл, и Тарий Таргул передал нас в руки услужливому администратору.

— Трифон, засели в мой фонд по льготному тарифу, — распорядился глава службы безопасности и, любезно с нами попрощавшись, удалился, не оглядываясь.

Я поверить не могла, что на этом всё, и смотрела Таргулу вслед, пока он не скрылся с глаз. Ладно, вроде пронесло…

Но предстояло еще объясниться с Румяной.

Глава 5

Тарий Таргул

Сбежав с крыльца принадлежащей драконам гостиницы, я незаметно уронил пару следилок. Не мог сказать, чем именно привлекла меня подозрительная троица, но интуиция трубила, что за ними лучше присмотреть. Возрастом мальчика? Навскидку ему столько же, сколько пропавшему Владыке. Но это и все сходство. У бедно одетого пацана нет на висках золотых ключей, которые у потомственного межмирового портальщика должны были появиться сразу после ухода из бренной жизни прошлого хранителя. И это даже не знаки, указывающие на направление магии — эти могли появиться позже из-за замедленного развития каналов. Ключи же — это наследие. А его у мальчика нет. Хотя, может, он скрывает знаки каким-то неизвестным драконам способом? Иллюзиями-то нас не обмануть.

Его мать? Очень красивая молодая женщина с редким набором даров: зеленый лист на ее виске символизирует пробуждение, подпитку сил, даже в каком-то смысле оживление — все это касается природы и природных явлений. А красная капля — воздействие на кровь живых существ. Больше боевая, чем целительская магия, которой очень непросто управлять — для этого нужно пройти полный курс обучения. Но судя по тому, что у Арины капля бледная и без темной окантовки, никаких академий она не оканчивала, то есть ее сила неактивна. Это не должно было меня насторожить. Что тогда? Её одежда? Провинциалы и не так порой в дорогу могут вырядиться. Это все не то.

Гномка? Точно нет. Она типичная представительница мелкого захолустного клана — даже бороду не заплетает в косы по последней моде.

Предположения закончились. Но всё же пока не нашлось объяснения моей подозрительности, пусть поживут в подконтрольной драконам гостинице.

«Лапы» построили еще наши предки, чтобы торговые и дипломатические миссии могли жить в привычном комфорте. Но никаких миссий с Драганиона нет уже шесть лет, поэтому мы заселяем в гостиницу иностранные делегации и нужных нам людей, чтобы были под присмотром.

А не мог ли я так поступить только потому, что Арина просто-напросто заинтересовала меня как женщина? Густые длинные волосы откровенно распущены, смелый дорожный костюм, позволяющий разглядеть длинные стройные ноги и аппетитные формы, полнейшее отсутствие кокетства и желания понравиться — все это, безусловно, могло пробудить во мне охотничий инстинкт. К тому же у неё есть ребенок, но раз она путешествует с охранницей, значит, нет мужа. Денег тоже нет. Подходящая кандидатура на роль моей любовницы.

Ладно, пусть так. Но следилки все равно лишними не будут. Дадут возможность узнать о перемещениях этой троицы и устроить следующую «случайную» встречу.

Свою новенькую иномарку я оставил в паре кварталов от скупки «Хламунет», потому что на улице Второго Пришествия несколько подобных лавок, и я заглядывал во все те, что ближе к дворцу — другие проверяли мои люди. Разумеется, не рассчитывал, что хозяева сразу же сдадут мне своих поставщиков контрабанды, просто надеялся наткнуться на что-то подозрительное. Но, кроме этой троицы, ничего интересного не обнаружил.

Уже открыл дверь своей красавицы, собираясь запрыгнуть на водительское сиденье, как передо мной вспыхнул почтовый портал. «Генерал, контрабанду из безмагического мира приносят орки. Мы вышли на их след и ведем до логова. Брать?» — спрашивал командир четвертого отряда стражей, прочесывавших одну из нижних улиц. Я отправил ответ: «Нет, просто следите. Проверьте, нет ли у них ребенка шести лет. Мальчика. Человека».

Брать орков не имело смысла. У представителей этой расы чутье на стихийные порталы. Если бы не орки, мы бы не смогли взять под контроль последние три.

Первый портал открылся через месяц после пропажи маленького наследника в труднопроходимых топях в западных лесах Владычества. Мы обшарили всё вокруг, но нашли только пустую избушку неведомой отшельницы.

Следующий появился неподалеку от столицы четыре года назад, когда приезжал передвижной зоопарк. Детей через него прошло столько, что мы наследника даже искать не стали.

Третий открылся в Синей бухте два года назад. Мы проверили всех четырехлетних мальчишек в округе, включая приютских, которых привезли на море в честь юбилея директрисы — снова не нашли следов наследника Владыки.

С тех пор порталов не было. И вот очередной призрачный шанс! Я был настроен очень решительно на этот раз найти наследника ключа, но для начала нужно узнать, где портал.

Глава 6

— А что это ты делаешь, госпожа Арина? — спросила Румяна осторожно, смотря, как я методично обшариваю гостиную в апартаментах.

Нас привели в настоящий королевский пентхаус. Гостиная, три спальни, столовая на террасе и два санузла. Я все больше утверждалась в мысли, что где-то кроется подвох. Разум подсказывал, что местные «жучки» я найти все равно не смогу, но я пыталась.

— Проверяю, нет ли тут подслушивающего или подсматривающего устройства, — закрыв шторы, призналась гномке.

Она выпучила на меня глаза и охнула.

— Что вы такое говорите, госпожа Арина?! Разве же такое можно приставлять к честным гражданам?! Да от этой гостинице камня на камне не оставят, если кто-то узнает о подобном произволе! Да и зачем же самой под кроватью ползать? Или у вас с собой антишпионов нет?

Я прикрыла глаза, собираясь с мыслями. Как бы так аккуратно рассказать Румяне нашу историю, чтобы не напугать? И не побежит ли она меня сдавать властям, когда узнает, что я попаданка? Мне хотелось доверять гномке и иметь в ее лице союзницу.

— Нет у нас антишпионов, — пробурчал Васятка, — а у тебя, что ли, есть?

— Конечно! — важно заявила гномка и грохнула свой мешок на пол. Он снова страшно лязгнул металлолом. — Муж моей старшей сестры — из славного клана Обережников, а средней — из славного клана Подсобников, а дед по матушке вообще главный мастер-артефактор в клане Пользовиков. У меня этих артефактов целая куча! На все случаи жизни! Кто бы меня без них в столицу пустил?

Румяна деловито развязала тесемки, покопалась в своем мешке и вскоре подкинула вверх целую горсть маленьких механических птичек. Они зажужжали и устремились в разные концы апартаментов.

— Ух ты! — восхитился Васятка и впервые проявил к Румяне дружелюбие: — А есть такие штуки, которые невидимым делают?

— Нет, зачем оно мне? Но есть запуты, распуты, охранки. И бытовых всяких разных много.

Просто удивительно, как ее возница сам не обокрал — наверняка она ему похвасталась содержимым своего мешка. Хотя скорее именно поэтому он гномку и подставил — боялся не справиться в одиночку.

И всё равно. При том, что Румяна очень доверчивая и не видит в людях злого умысла, мне страшно открывать ей наш секрет. Она запросто по доброте душевной его кому-нибудь разболтает.

Однако глядя, как она достает из сумки очередной артефакт и даёт Васятке рассмотреть, у меня возникла идея.

— Румяна, скажи: если я возьму тебя на работу официально, ты принесешь мне клятву верности?

— Ну а как же без неё, госпожа Арина? И верности, и хранения тайн, и что оставить вас до срока самовольно не смогу. Это ведь обязательные обеты при приеме на работу охранника.

— Хорошо. Тогда я принимаю тебя на работу. Даю кров, еду и три желтня в неделю, — торжественно сказала я. — Теперь клянись!

Румяна блумкнула длинными ресницами.

— Госпожа Арина, ты чего, никого раньше на работу не брала?

Я вздохнула и развела руками:

— Так вышло.

Гномка подошла ко мне и взяла за руку.

— Как твоё полное имя?

— Арина Алексеевна Астахова.

Гномка деловито кивнула и расправила плечи.

— Я, Румяна Длинноногова из славного рода Секирщиков, клянусь своей секирой в верности госпоже Арине Алексеевне Астаховой и ее семье. Обязуюсь хранить все их секреты, находиться рядом и приходить на помощь по первому требованию. За это Арина Алексеевна Астахова будет заботится о моем комфорте, питании и следить, чтобы мой кошелёк не пустел. Наши обеты добровольные. Взываем к великой силе Дарующего! Заверь и прими!

Что-то вспыхнуло в воздухе, и мне обожгло руку между большим и указательным пальцами. Я выдернула ее из ладони Румяны и обнаружила маленькую татуировку в виде золотистой подковы. Без слов стало понятно, что только что мы заключили магический договор. Что ж, не знаю, чем мне он аукнется, но сейчас это то, что нужно.

Я не стала больше тянуть.

— Давай сядем и поговорим, — кивнула гномке на диван. — Я задолжала тебе объяснение.

— Про то, что вы с сыном от кого-то сбежали и прячетесь?

Эх, это был бы идеальный вариант! Так и тянуло именно его Румяне предложить в качестве объяснений. Но негоже начинать сотрудничество со лжи, если хочешь честности от своего работника.

Я подозвала Васятку, похлопала рядом с собой, а когда он сел, обняла его и без долгих предисловий призналась:

— Нет, Румяна. Дело в том, что Василевс стал моим сыном только сегодня. Я нашла его несколько часов назад, когда прошла через портал на Татум из другого мира.

Гномка вскочила и забегала по гостиной по кругу, вцепившись пальцами в рыжие бублики над ушами. Но после трёх кругов начала замедляться и вскоре застыла перед нами, явно что-то решив.

— А мои не верили старой Бровяне, когда она предрекла мне самую лучшую работу в столице! А я поверила — и вот, — Румяна обличительно ткнула в нас с Васяткой пальцем.

Я не могла понять, рада она или в ужасе.

— А еще что предрекла? — спросил Васятка.

— Славу и деньги, — торжественно выдала гномка. — Так что очень хорошо, что вы меня встретили, потому что странница и малый ребенок без моей помощи в столице пропадут!

Сложно было уловить логические цепочки в рассуждениях Румяны, но с ее последним утверждением я была склонна согласиться: более взрослые, чем Васяткины, познания мира и мешок с артефактами действительно нам как нельзя кстати.

— То есть тебя наш договор не пугает? — уточнила я.

— Радует! Наконец-то настоящие приключения и опасная работа! Ведь получается, что нет никакой тайной ложи! И магией ты не владеешь, госпожа Арина! И документов у тебя нет! Зато есть повышенное внимание главного безопасника! А портал? Выходит, ты можешь ходить через него? И меня с собой можешь брать?! Ух ты!

Вот теперь я поняла, что Румяна в восторге. Однако решила слегка умерить ее пыл.

— Погоди, дорогая моя. Василевс сказал, что нелегальные попаданцы вне закона, а те, кто ходит через неучтенные порталы — контрабандисты. Ты не боишься нарушить закон?

Румяна мотнула головой.

— А чего мне-то бояться? Подневольных не наказывают, а я и есть подневольная охранница под нерушимой клятвой. Куда мне деваться? Куда хозяйка — туда и я!

Удобно.

— Рада, что ты в безопасности, — пробурчала я, — осталось нас с Васяткой как-то легализовать и обезопасить.

— Давайте посчитаем ваши деньги и посмотрим, на что их хватит, — предложила гномка.

Я вытащила из кармана купюры с надписью «Десять фиолетней» и принялась считать — оказалось двадцать две штуки.

— Двести двадцать, — объявила я.

— Недодал три бумажки, вот крот! — воскликнула гневно Румяна.

— Почему крот?

— Так ведь оборотень он, — ответил вперёд гномки Васятка.

О как, тут и оборотни живут. Какой многогранный мир, однако!

— И на что нам хватит этих денег? — вернулась я к насущным делам.

Румяна потерла лоб.

— В моей деревне за тысячу фиолетней можно купить хороший дом, за пятьсот построить кузню, а за двести взять надел земли и корову с курями. Но тут, в столице, судя по тому, сколько с меня извозчик за поездку до скупки содрал, этих денег ни на что серьёзное не хватит.

— Нам надо сделать документы и купить хотя бы одежду, а потом я схожу в свой мир и принесу на продажу что-нибудь. Изучим пока местный рынок, — задумчиво нахмурилась я, вставая с дивана.

Вот бы машину сюда пригнать. Наверняка на вырученные с ее продажи деньги можно было бы купить квартиру. Но как автомобиль через лес до портала тащить? А через него? Нет, нужно что-то компактное и дорогое.

В гостиной нарастало жужжание — возвращались искатели жучков. Они уселись на ладонь Румяны, и та каждого внимательно осмотрела.

— Чисто, — выдала заключение. — Но это не значит, что за нами не следят. Теперь, когда я узнала, что ты, госпожа Арина, пришлая, уже не удивлюсь, если дракон решил к тебе присмотреться. У них знаешь какое чутьё?!

— Какой дракон? — не поняла я.

— Генерал Тарий Таргул, — подсказал Васятка.

— В смысле дракон? — опешила я.

Неужели человек и правда может превращаться в летающего ящера?

— У нашего Великого Владыки служат пятеро драконов, — пояснила Румяна. — Безопасник, казначей, главный по внешним связям, главная по образованию и главная по лекарням. Они все тоже из другого мира, пришли к нам шесть лет назад и остались. А сам Владыка с тех пор, как у него родился наследник, делами почти не занимается. Народ даже шептался, что убили его драконы и сами правят. Но нет, Владыка каждую неделю летает на воздушном шаре над столицей и раскидывает деньги.

— Я тогда и подобрал красную денежку, — покивал Васятка.

— То есть всеми делами во владычестве занимаются огромные рептилии? — ужаснулась я.

Заговор рептилоидов во всей красе!

Румяна и Васятка задорно рассмеялись.

— Нет, они не могут принять в нашем мире боевую форму, — просветил меня малец.

— Для этого тут им магический фон не подходит. Они у нас и не маги даже, — добавила Румяна.

Так вот почему у этого Тария никаких знаков на висках нет!

— Еще какие маги! — возразил Васятка. — Они видят через иллюзии, чтоб ты знала!

— Это не магия, а антимагия! — не спешила менять свое мнение гномка.

И пока они спорили, я отодвинула штору и вышла на балкон. Он был увит зелеными лианами с мелкими белыми цветочками. Я вдохнула их нежный аромат и подумала о том, что этот мир прекрасен и я хотела бы остаться в нем жить. Только надо предупредить Артема, чтобы не волновался, и как-то деньги из моего мира в этот перевести. Как бы можно было тут развернуться! Надо только найти способ усыпить подозрения генерала Таргула.

Задумчиво провела рукой по бархатистой зеленой завесе и вскрикнула от нежданной боли — уколола палец до крови! Сунула его в рот, мысленно ругая персонал. Ну кто додумался украшать балконы колючками?! Не должно их быть у таких прекрасных растений!

И тут случилось необъяснимое: словно подчиняясь моему приказу, на пол, подобно мелкому тихому дождю, посыпались колючки.

— А-а-а-а! — сдавленным шёпотом прокричала я, забегая в гостиную.

Румяна с Васяткой оборвали спор на полуслове и вскочили с дивана.

— Что случилось? — встревоженно воскликнула гномка, и в ее руке прямо из воздуха появился приличных таких размеров топор, который наверняка и есть та самая родовая Секира.

— Не знаю! Я уколола палец до крови! Подумала, что растениям с колючками нельзя расти на балконах, и они тут же все осыпались! — загробным голосом сообщила я.

Васятка и Румяна синхронно выдохнули, а секира исчезла.

— Растения осыпались? — спросил Васятка.

— Или балконы? — предположила румяна.

— Колючки! — воскликнула я.

— Это магия твоя проснулась, мам.

— Странно только, что она так запросто отозвалась, — задумчиво пробасила Румяна. — Метка у тебя, госпожа, блеклая — видно, что кровяной магии ты не обучена, а сама она редко отзывается. То ли дело живительная твоя — которая вторая. Вот она могла сама собой какой-нибудь цветок оживить...

— Стоп-стоп-стоп! — воскликнула я, выставляя ладонь. — Давайте с магией по порядку. Не забывайте, что я ничего о ней не знаю.

— Давай. Но, может, для начала закажем ужин? А то на голодный желудок разговор не клеится.

— Давай закажем, — согласилась я. — Как это сделать?

Я не была голодна, но Васятку надо было накормить.

— Я сейчас быстренько спущусь и закажу, а заодно выпущу птичек вокруг гостиницы следилки поискать, — проявила инициативу Румяна и унеслась из апартаментов прочь.

А я подошла к Васятке и, прижав его к себе, погладила по голове. Мне показалось, что ему это необходимо.

— Всё будет хорошо, сынок. Я обязательно найду для нас способ жить тут в достатке и комфорте. Ты станешь хорошо питаться, откроешь свою магию, потом пойдешь учиться, вырастешь самым сильным и умным...

— Мам, — тихонько перебил Васятка, — я тебя обманул, когда сказал, что у меня нет магии из-за того, что я недоедаю.

— Ой, ну и ничего! Теперь будешь есть досыта, и магия появится. А если нет, то ничего страшного. В моем мире вообще нет магии, и живут люди прекрасно, — утешала я мальчика.

— Да нет, ты не поняла. Вот смотри, — Васятка приподнял прядь волос на правом виске.

И я увидела маленький круглый шрам правильной формы, похожий на ожог. Потом Васятка продемонстрировал мне такую же отметку на левом виске.

— Что это? Кто это сделал?! — потребовала я ответа севшим от гнева голосом.

— Я не знаю. Наставницы в приюте сказали, что это родимые пятна, какие бывают у тех, кто магом быть недостоин. А старшие дети говорили, что это мне так спрятали знаки магии, потому что я темный маг, а они опасны для окружающих. Еще выдумывали, что мои родители были страшными злодеями и их казнили, а мне выжгли знаки, чтобы не знал чему учиться, и сдали в приют.

Убила бы того, кто такое с ребенком сделал!

— Разберемся! — отрезала я, стиснув зубы. — И вообще это глупости, что ты злодей. Ты родился со светлой душой. Раздобудем денег и сводим тебя к самому лучшему специалисту по магии. Уверена, он объяснит, что это за отметины.

Но эти шрамы опять вернули меня к мысли, что Васятка далеко не простой мальчик. Надо будет обязательно выяснить, как он оказался в приюте: когда именно подкинули, во что был одет…

— Но магия во мне точно какая-то есть, но ещё дремлет. В прошлом году в приюте всем мерили магический потенциал, и у меня стрелочка дернулась к плюсу. А у кого магии совсем нет, у того к минусу дергается, — с надеждой поделился Васятка.

— Вот и хорошо, что есть, а остальное обязательно решим. Не волнуйся! — пообещала я.

А тут и Румяна вернулась. Вся такая деловая и чем-то озабоченная.

— Ну что, госпожа моя, ты оказалась права — оставил дракон-таки две следилки у крыльца. Выходит, куда бы мы ни пошли, он будет об этом знать. Так что надо подумать, как от его любопытных глаз уйти.

— Может, эти твои запуты помогут? Кстати, что это и как их нейтрализовать, а то орки в лесу их кинули, и я заблудилась.

— Какие еще орки? — удивилась Румяна.

Я чуть рукой по лбу себя не хлопнула. Я ведь гномки не полную историю моего попаданства выложила.

Очень кстати в дверь постучали — ужин принесли. И за столом я уже рассказала Румяне всё от начала до конца. Ужин оказался очень вкусным, может, поэтому гномка восприняла мою историю с восхищением и без опаски.

— Запуты нейтрализуют распуты, — объяснила она, вытерев рот салфеткой. — А следилку запутой победить нельзя. Но есть у меня одна идея, госпожа моя дорогая. Следилки мы обманем с помощью твоей магии крови. Давайте ложиться спать, мне надо во сне с Секирой переговорить. Она-то в магии крови хорошо разбирается.

Румяна спрыгнула со стула и потопала в одну из спален, а мы с Васяткой недоуменно переглянулись и проводили гномку непонимающим взглядом.

Глава 7

Разбудили меня топот, пыхтение и хлопанье дверей. Прислушалась — все это создавал один человек. Точнее — гном женского пола, потому что Васяткины пятки и вес явно не способны создавать ощущение легкого землетрясения.

Я откинула пушистое одеяло, встала с невероятно удобной кровати и выглянула из комнаты.

— Ну наконец-то вы проснулись, госпожа Арина! — обрадовалась Румяна, обнаружившаяся прямо за дверью.

Подозреваю, она специально шумела, чтобы меня разбудить. Мой бывший муж практиковал такой же способ.

— Доброе утро. Как спалось? Что сказала Секира? — поинтересовалась я с улыбкой.

Я всё, конечно, понимаю — волшебный мир, оборотни, артефакты, все дела, — но в говорящий во сне боевой топор отчего-то не верилось.

— Отлично спалось, и разговор полезный состоялся. Секира сказала, что ты можешь своей кровью заставить артефакты исполнять твою волю. Все потому, что у тебя необычное сочетание двух магий.

— Что, прям взяла и сказала? — усомнилась я.

Румяна непонимающе моргнула, а потом легонько стукнула себя по лбу.

— А! Ты же не знаешь! Родовое оружие гномов зачаровано магией крови! Это не просто кусок металла, это вместилище памяти и магии предков. На вопросы они отвечают только во сне, к сожалению. Так-то сама Секира не говорящая.

— Вон оно что… — протянула я. — А как зачаровывать и какие именно артефакты?

— Я все придумала! Мы возьмем двух посланников, ты проколешь палец, капнешь на них кровь и прикажешь притвориться тобой, чтобы запутать следы. Мы отправим их в разные концы столицы, следилки кинутся за ними, а мы, никем не замеченные, пойдем по своим делам!

Я скептически хмыкнула и покачала головой.

— А если не получится?

— Не попробуем — не узнаем, — выдала избитую фразу Румяна.

А тут и заспанный Васятка вышел в коридор.

— Так, ладно. Умываемся, завтракаем и пробуем, — скомандовала я.

И день закрутился.

Румяна заказала завтрак, мы наелись пышными блинами со сметаной, попутно обговаривая план действий. Когда посуду забрали, моя незаменимая помощница достала из своей чудесной торбы два крылатых шарика и протянула мне острое шило.

— Коли палец, госпожа Арина, и мысленно прикажи посланникам стать тобой. Говори с теми же интонациями, с какими желала вчера колючкам отвалиться, — велела гномочка, как будто это все сделать так легко и просто.

Шило я взяла, но членовредительством заниматься не спешила. Для начала вспомнила, что именно вчера говорила, когда уколола палец. Самое очевидное — я в тот момент злилась. Второй факт — мысли я не контролировала, и они шли от души. Как это все повторить осознанно — я не представляла.

— Боюсь, что так, как вчера, не выйдет. Момента спонтанности нет, — протянула я скептически.

И не успела печально вздохнуть, как Румяна завопила:

— Дракон близко! Он нас поймает!

И, выхватив из моей руки шило, молниеносно вонзила его мне в палец!

Я вскрикнула и с трудом удержалась от того, чтобы не подумать о Румяне что-нибудь эдакого.

— Станьте мной! Уведите дракона со следа! — выпалила вслух и капнула на шарики по капельке своей крови.

— Вот и ладненько! А теперь идем выселяться, — довольно сказала гномка и шустро написала на посланниках адреса тем же самым острым шилом.

Я зажала уколотый палец в кулаке другой руки. Не дай бог не сработает! Я зря кровь проливала, что ли?

Мы взяли вещи и покинули апартаменты. Никакого сожаления не испытывали, несмотря высококлассный сервис и комфорт.

Спустились вниз, и я, отправив Васятку с Румяной на улицу тихонько отправлять посланников, подошла к регистраторской стойке.

— Доброе утро, Трофим, — дружелюбно поздоровалась с тем же самым работником, который нас вчера встречал. — Нам всё очень понравилось, но мы съезжаем. Хотели бы расплатиться.

— Как съезжаете? Куда? Господин Таргул не распоряжался, — перепугался администратор. Или управляющий — уж не знаю, кто он тут.

— Мы решили остаться в столице навсегда, поэтому снимем дом, — ляпнула я, — вот прямо сейчас пойдем и снимем. Не хотим тратить деньги на гостиницу.

— Какие деньги, госпожа? Господин Таргул поселил вас в свой фонд. То есть вам ни за что платить не надо!

Какая подозрительная щедрость! Надо поскорее ноги уносить!

— Тем более. Мне неловко принимать такие подарки. Поблагодарите от нашего имени господина Таргула, всего вам хорошего и еще раз спасибо! — протараторила я и поспешила на выход.

— Посланники улетели, следилки на них клюнули. Я выпускала птичек для проверки и убедилась. Шпионов дракона больше у крыльца нет, — доложила Румяна.

— Сматываемся быстрее. Безопасник нас точно в чем-то подозревает, — процедила я.

И мы быстрым шагом отправились к стоявшим на небольшой парковке экипажам. На всякий случай придется немного попетлять и несколько раз сменить транспорт, чтобы уж точно уйти от слежки.

На первом извозчике мы проехали пару кварталов и вышли. Сели в трамвай и в нем прокатились пять остановок в сторону железнодорожного вокзала. Потом взяли рикшу и велели отвезти нас в городской парк. И только из него решились отправиться туда, куда запланировали — к председателю столичного гномьего землячества достопочтенному Бояну Пышнобородову из славного рода Порешал.

— Дядька Боян тут в столице у гномов самый главный. Всех, кто с окраин приезжает, берет под свое крыло и помогает с работой. У меня и письмо для него от бабки моей Беляны есть. Она с его маманей в одной деревне жила и вместе мисками на базаре торговала, пока той не посчастливилось замуж за столичного Пышнобородова выскочить, — рассказала Румяна.

Я предположила, что землячества — это что-то типа земных диаспор, а значит там действительно помогают своим в любых, даже незаконных, делах. Однако меня смущали два момента: за это могут запросить что-то не слишком приятное, а второе — мы-то с Васяткой не гномы, а значит не свои.

— Может, мы тебя на улице подождём? — спросила я, когда мы вышли у низкого разноцветного заборчика.

Он огораживал весёлый двухэтажный особнячок с лужайкой, построенный явно для семьи гномов.

— Вместе пойдем. Вы — моя работа, а значит ответственность. Считай семья, — отрезала Румяна и решительно нажала на звонок.

Вскоре из дома вышел гном с едва пробивающейся растительностью на лице — подросток, видимо — и, бодро подойдя к калитке, спросил:

— Кто такие? Чего надобно?

— Я Румяна Длинноногова из Секирщиков Западной Бухановки. Пришла к Бояну Пышнобородову из Порешал с письмом просить содействия.

— А это кто? — кивнул на нас гномик.

Ростом он был с Васятку, однако держался с уверенностью юноши, которому недавно доверили важное дело: гнать всех лишних от дома поганой метлой.

— Подопечные мои. Во, — сдвинув брови, ответила Румяна и предъявила парню кулак с меткой, просунув его через рейки забора, прямо под нос.

— Письмо давай рекомендательное. Батя посмотрит и скажет, пускать мне вас, или вам потом приходить, — не спешил проявлять гостеприимство к провинциальной гномочке парень.

Румяна достала из кармана сложенный в несколько раз… моток туалетной бумаги. Белой, с сиреневыми цветочками, хорошего качества, популярного на Земле бренда. Я прикусила губу. Так вот что она имела в виду, когда говорила об иномирной бумаге, на которой они пишут письма только важным людям! Надо же было до такого додуматься.

Но парня это нисколько не смутило. Он забрал письмо и удалился. Ждать пришлось недолго. Вскоре он вернулся и все же впустил нас в дом.

— Не волнуйся, госпожа Арина. Я знаю, что ему сказать. Положись на меня, — тихонько подбодрила Румяна по дороге к крыльцу.

В дверях мне пришлось пригибаться, но в помещениях, к счастью, задеть головой потолок мне не грозило. А когда нас усадили на диван в гостиной, вообще стало хорошо.

Жил председатель столичного землячества безбедно. Лепнина, ковры, множество картин на стенах, стойка с оружием, металлические вазы... Казалось, мы попали в музей, где собрано все, что можно найти в гостиных тысячи домов.

К нам вышел хозяин — дородный длинноволосый гном средних лет, — и я изобразила на лице радость от встречи и восхищение обстановкой.

— Денечка доброго, Румяна. С чем пожаловала и чужаков зачем с собой привела? — пророкотал он вполне дружелюбно. — Рассказывай быстро, дел много у меня.

Румяна встала и чинно поклонилась, подметя бородой пол, а когда выпрямилась, понесла такое, что я еле челюсть удержала на месте.

— Недобрый у нас денек, дядька Боян. А вот я добрая. И вы добрый, как наши рассказывают. Значит, поймете меня и не осудите за то, что взвалила я на себя заботу об этих двух сирых и убогих, — гномочка махнула на нас с Васяткой рукой. — Вдова с ребенком малым встретились мне на пути, ворами обокраденные, и потому сами невольными ворами ставшие. Помоги нам, дядька Боян, с новыми документами, а мы тебе орочий схрон покажем, который те иномирными вещами забили.

Я сжала руку Васятки, чтобы подбодрить на случай, если он так же обалдел от легенды Румяны, как и я.

— А зачем документы новые? Почему старые не восстановить? — прищурившись, задал логичный вопрос опытный гном.

Ой раскусит он сейчас мою наивную Румяну! Ой раскусит! Я затаила дыхание.

— Так я им и предложила новую жизнь начать. Муж у моей Арины был никудышный. Сделай ей красивые документы, дядька Боян, а дальше уж мы развернемся и заживем. Сами разбогатеем и тебя не забудем. Мне старая Бровяна судьбу предрекла! — вообще не смутилась и не растерялась гномка.

Боян задумчиво потеребил усы и заплетенную в косы бороду.

— Сама Бровяна предрекла? — наконец, придя к какому-то выводу, уточнил гном.

— Собственной персоной! Она на ярмарку к нам в Западную Бухановку приезжала, — кивнула Румяна.

— Знаете, где орки хранят иномирные вещи?

— Знаем! И можем показать, — не колеблясь, подтвердила гномочка.

— Где-то ты, девка, врёшь, но на интересующие меня вопросы ответила честно, а значит другое скрываешь из-за договора.

Это точно был тест! Я украдкой посмотрела по сторонам — похоже, у Бояна есть артефакт определения правды. Я, конечно же, его не обнаружила.

— Я бы о важном не посмела тебе врать, дядька Боян.

— Поступим так. Я сделаю твоим подопечным исправные документы. Будет твоя хозяйка дворянкой. Придёте за ними завтра. Но только принесете мне за это одну иномирную вещицу.

— Но как же мы...— попробовала было возразить гномочка.

— Мы принесем. Какую? — перебила я её.

Глава землячества далеко не дурак и уже догадался о том, кто я на самом деле. Лучше с ним сотрудничать. Почему-то мне показалось, что он не станет задавать лишних вопросов и даже больше: поможет пристроить и другие иномирные вещи, которые я принесу.

— Кудрян! — позвал Боян зычно, и в гостиную мигом влетел встречавший нас парень. — Принеси картинодел.

Его сын исчез и буквально через минуту вернулся с... Полароидом!

У нас был такой в начале девяностых.

— О! Я видела эту диковину на ярмарке! Но мне дед не разрешил свою картину сделать! Сказал, что через нее злые тролли порчу наведут! — восторженно завопила Румяна.

— Нужны холсты, чтобы внутрь вставлять, — глядя на меня тяжелым взглядом, сказал гном. — Сможешь достать?

Если честно, я понятия не имела, есть картриджи у нас сейчас в продаже или нет. Кому нужны эти моментальные фото, когда у каждого в телефоне есть камера? Однако в памяти всплыло, как совсем недавно в торговом центре какой-то парнишка фотографировал случайных девушек, а потом просил их фото у него купить. Значит, есть где-то эти устаревшие аппараты.

— Смогу, — уверенно пообещала я, — дайте посмотреть модель.

Гном передал Полароид сыну, тот мне, и я три раза прочитала маркировку, чтобы запомнить. Хотелось достать свой телефон и просто сфотографировать, но это было бы слишком откровенно и провокационно.

— Тогда жду. Какие пожелания к документам? Имя, возраст, место рождения? — деловито поинтересовался Боян, и в его руках появились блокнот и ручка.

— Сына зовут Василевс, напишите, что ему пять лет. Мне возраст сделайте до тридцати, имя Арина, а остальное на ваше усмотрение.

Не знаю, что меня подтолкнуло скинуть Васятке годок. На всякий случай для конспирации не помешает.

— До завтра, — сказал Боян, встал с кресла и покинул комнату.

Кудрян проводил нас до ворот, и вскоре мы оказались опять одни.

— Ну что? К порталу? — азартно потерев руки, спросила моя деятельная помощница.

— Погоди! Надо вам место жительства найти для начала. Я не уверена, что сегодня вернусь. Могу задержаться и появиться только завтра.

— Зачем искать жильё? Мы лагерь разобьем и будем тебя ждать рядом с порталом, — пожала плечами гномочка.

— Ты что, а орки?! Какой лагерь?! Ночевать в лесу будете?

Румяна закатила глаза и тряхнула мешком.

— Госпожа Арина, как думаешь, где я две ночи ночевала, пока до столицы шла? У меня есть походный дом. Втроем нам там не разместиться, конечно, а вот с мелким вдвоем — самое то. В этом доме безопасно. Его ни зверь, ни орк не найдет. Но в одном ты права: раз уходишь надолго, значит еды купить надо.

— И посмотреть, что из иномирого в цене. А еще одежду мне местную, чтобы внимание не привлекать, — напомнила я.

— Эх, мы так все фиолетни твои за один день прокатаем, — проворчала Румяна, но к стоянке экипажей пошла впереди нас с Васяткой.

— Не устал, сынок? — спросила я по дороге.

Сегодня мальчик был слишком молчаливым и каким-то грустным.

— Нет, не устал, — сказал он и вздохнул.

Ну точно чем-то опечален.

— А что тогда не так?

— Я боюсь, что ты уйдешь и не сможешь вернуться, — сознался бедный ребенок.

Я остановилась и присела перед ним.

— Вась, я вернусь. А если я задержусь — все равно не волнуйся и жди. Я вернусь к тебе обязательно.

— А вдруг генерал Таргул портал найдет и возьмёт под контроль? Они все дикие порталы находят и потом ставят возле них стражу.

— Значит буду искать другой проход. Нашла один раз — найду снова, — заверила я Васятку, хотя сама такой уверенности не испытывала.

Его тревога передалась мне, и по дороге к рынку я рисовала себе страшные картины, как мое возвращение на Татум становится невозможным.

Однако на рынке от изобилия павильонов с разнообразными товарами глаза мои разбежались, и тревожные мысли вытеснило любопытство.

— Как интересно тут все устроено! — восхитилась я.

— Обычно устроено, госпожа Арина. Для экономии времени, иначе неделю можно блуждать и ничего не купить.

Вместо стандартных ворот и рядов нас встретил необычный макет. На длинном заборе располагалась целая вереница дверей, а на каждой из них красовались маленькие объёмные магазины с обозначениями того, что в них можно купить.

И это была не привычная мне схема, какую можно найти в любом земном торговом центре. Здесь нужно было выбрать павильон, легонько на него нажать — большая дверь открывалась, и покупатель попадал прямо на порог нужной лавки! То есть люди бродили только вдоль забора, а внутри рынка никакой толкучки не было. И это, оберегая от надоедливых зазывал и спонтанных покупок, здорово экономило время и деньги. Конечно, для продавцов это невыгодно, но мы-то покупатели, поэтому радовались. К тому же — можно было предположить — из-за жесткой конкуренции товары здесь все высокого качества.

— Так, давай сначала купим одежду, — решила я.

— За мной! — скомандовала Румяна и уверенно потопала вдоль забора с дверями.

Как будто знала, куда нужно идти а ведь она в столице впервые. Но вскоре я поняла принцип расположения павильонов и почему гномочка действует так уверенно. На двери, к которой она нас привела, все магазины были на букву Д: «Детская одежда», «Дамская одежда», «Дорогая одежда», «Домашняя одежда», «Дикие животные» и так далее. Получается, лавки собрали по алфавиту.

По дороге я внимательно рассматривала горожан, чтобы хоть примерно понять, какая одежда считается приличной, и пришла к выводу, что из-за разнообразия рас и различия культур четкого ответа на этот вопрос не найду. Главное — не выделяться из толпы, а я выделялась. Видела всего двух женщин в брюках, но на них были кожаные, как и жилетки, и говорили о роде деятельности их владелец. А мой спортивный костюм ни туда ни сюда.

Мне купили строгое серое платье длиной чуть ниже колен — его я сложила в рюкзак, чтобы на обратном пути надеть и явиться к Бояну в приличном виде. Васятке купили одежды побольше: три рубашки, нарядный серый костюм в мелкую полоску, непромокаемую курточку, кепку, ботинки, резиновые сапоги, белье, пижаму... Я бы весь магазин скупила, но Румяна меня вовремя остановила:

— Хватит пока, госпожа Арина. Вот определимся с жильем, потом все остальное. Зачем лишний груз таскать?

Я была вынуждена с ней согласиться. Васятка переоделся в новый костюм, а остальное мы сложили, и он сам нес свои вещи в купленном тут же рюкзаке.

Продукты мы купили за дверью под буквой «П» в магазине «Продукты в дорогу». А потом посетили павильоны под буквой «И» — иномирные товары.

— Это имперские лавки, госпожа. Тут продают то, что поступает через порталы официально, — подсказала Румяна. — Но что-то мне подсказывает, что тут мы самого ценного не найдем.

Да и понятно, что продавать контрабанду придется дешевле, а дорого можно сбыть только то, что совсем запрещено. Однако нарушать местные законы вот прям кардинально я все же была не готова.

— Ну глянем и хоть примерно сориентируемся, — пробормотала я, входя в первый магазин.

В нем продавали канцтовары. Второй оказался хозтоварами. В нем, помимо туалетной бумаги и губок для мытья посуды, нашлось много пластиковых изделий вроде мыльниц и ведер. Третьим был автосалон. Примечательно, что рядом с машинами стояли велосипеды, мотоциклы и электросамокаты. В нем мы тоже надолго не задержались. И только в пятом магазине я нашла то, что искала — стройматериалы и сантехнику. И стоили они ого-го!

Тут-то меня и осенило. Конечно же, ванную с унитазом или тропический душ я не потащу, но вот баллончиков с акриловой краской в рюкзак поместится много.

— Всё, уходим, — скомандовала я, и мы вернулись к забору из дверей.

Перед тем, как отправиться к порталу, нашли маленькое уютное кафе, чтобы пообедать и обсудить всё, что ещё не успели.

— На извозчике можно и через центральные ворота до леса доехать, будто мы на пикник, — пришла к выводу Румяна, выслушав от Васятки, где именно находится переход в мой мир.

— Румяна, мне на всякий случай нужны твои распуты, — подумав, сказала я.

— Конечно, госпожа. Дам и пользоваться научу.

Она выдала мне две тоненькие свечки, коробочку спичек и провела нехитрый инструктаж.

— А я оставлю вам все оставшиеся деньги — на всякий случай. Если что — ждите два дня и уходите. Только записку мне оставьте. На месте найдем, где ее положить.

— Мам, может, не надо? — всхлипнул Васятка.

Я обняла его и поцеловала в висок.

— Надо, мой хороший. Без риска не бывает победы. Румяна, поклянись, что не оставишь Василевса одного, если я вдруг задержусь.

— Клянусь, госпожа Арина, — торжественно пообещала гномка и протянула мне руку, как тогда, когда я принимала её на работу.

Я пожала гномью ладонь и получила рядом с первой меткой еще одну.

Покончив с обедом, мы наняли экипаж и покатили за город.

Я волновалась и, прижимая Васятку к своему боку, всю дорогу пыталась его заболтать.

— А в школу у вас с какого возраста ходят? А ты читать умеешь? А рисовать любишь? А игрушечные машинки у вас тут есть?..

Даже Румяна слово вставить не могла. Ровно до тех пор, пока экипаж не выехал за город и не начал подниматься к лесу, на окраине которого и находился портал.

— А это еще что там такое? — воскликнула Румяна, выглянувшая в это время в окно.

Мы с Васяткой высунулись в другое, и у меня все оборвалось и похолодело. Было хорошо видно, что у портала творится ненормальное оживление. Множество людей суетятся у кустов и на краю склона, а кто-то в фиолетовом костюме стоит в стороне и за всем наблюдает...

Ну все… Накрыли наш портал.