Моя мачеха - землянка 2

Пролог

Я проснулась от странного чувства и, встрепенувшись, потревожила свернувшегося у меня в ногах кота.

— Кошмар приснился? — зевнув, недовольно проворчал Барсилий.

— Мальчики в лаборатории? — прислушиваясь к ночной тишине, спросила я.

— Ночь на Луниане, — буркнул кот. — Если в лаборатории кто-то и есть, то только мыши…

— Я что-то услышала. — Откинув одеяло, я прошлёпала к двери и открыла её.

— У котов слух тоньше, чем у людей, — бросил мне вслед Котовский. — Но я спокойно спал до момента, пока ты не подскочила. Роза, топай обратно. Тебе приснился неприятной сон, и я знаю почему.

— Почему? — обернулась я.

— Такет ещё вчера должен был вернуться, — хмыкнул он и хитро прищурился. — Но так и не прилетел с Сусайи. Постель тебе грею только я, вот ты и…

— Глупости, — оборвала я и позвала служанку: — Теренита! Проверь мальчиков.

Пришлось повторить просьбу ещё два раза, пока сонная девушка не вышла из комнаты для прислуги и, на ходу завязывая чепчик, не потопала в сторону детских покоев. Но не успела Теренита сделать и нескольких шагов, как раздался взрыв и пол под ногами дрогнул.

Барсилий подскочил на метр и, вывернувшись в воздухе, кинулся под кровать, откуда донеслось гневное шипение:

— Накаркала…

— Это материнское чутьё, — бросила на ходу.

Из комнаты для прислуги вылетела насмерть перепуганная новенькая девушка.

— Спасайте Её Величество!..

За ней степенно вышла Кристофа. Будто и не спала — в платье и с идеальной причёской. Дама осадила паникёршу, накинула на меня плащ и коротко сообщила:

— Я за целителем.

Кивнув, я побежала за Теренитой, которая уже успела исчезнуть в детских комнатах. Барсилий всё же выбрался из-под кровати и трусил за мной, приговаривая по дороге:

— Нет, ну как ты предвидела, что они взорвут лабораторию? — Он подскочил на месте и махнул хвостом. — Может, у тебя открылся дар провидения? Вот что означали золотые разводы на твоей коже… Ты теперь маг? А ну, предскажи мне что-нибудь!

— Кошку и семерых котят? — хмыкнула, не снижая скорости. — Прости, Котовский, не в этой звёздной системе. Надо было раньше думать о продолжении рода.

— Ваше Величество. — Мици выскочил из ниоткуда и низко поклонился. — Позвольте вас проводить.

— Спасибо, — облегчённо согласилась я.

Всё-таки магом быть удобно, можно воспользоваться порталом, а не стаптывать туфли.

Когда оказалась в лаборатории, сразу кинулась к детям.

— Вы в порядке? — Быстро осмотрела одного, потом второго. — Не пострадали?

Шалунишки дружно помотали перепачканными в саже головами. Послышался страдальческий стон:

— Ваше Величество…

— Магистр Саад? — насторожилась я и заозиралась. — Где вы?

Быстро осмотрев разгром, увидела большую дрожащую крысу. Совсем как на Земле. С глазками-бусинками и лысым хвостом. Она попыталась стыдливо прикрыться огромной мантией и пропищала:

— Простите, что я в таком виде… — И тут магистр заметил, как к нему подкрадывается Барсилий, и заверещал: — По-мо-ги-те…

Я схватила кота, в котором разом проснулись все хищнические инстинкты, и развернулась к детям. Безапелляционно потребовала:

— Рассказывайте, что произошло!

— Я показывал Доминику, как менять ипостась, — виновато начал Айк.

— А я пытался повторить, — продолжил Ник.

— У него не получалось, — подхватил сын Такета.

Перебивая друг друга, мальчишки затараторили:

— Перед сном нам принесли отвар…

— …И у меня возникла идея…

— …Пробудить магию крови зельями…

— …Я сварил кое-что…

— …Но вдруг вошёл магистр…

— …И…

— Вот!

Рядом бесшумно возник Мици.

— Его Величество вернулся. Ищет вас. Думаю, он будет здесь с минуты на минуту.

— Отец?! — побледнел Айк.

Доминик взял его за руку и заявил:

— Скажем, что это я придумал, и тебя не накажут.

— Спасибо, что предупредили, — поблагодарила слугу и посмотрела на крысу. — Что делать?

— Пусти, — вырывался Барсилий. — Нет крысы — нет проблемы!

— Так нельзя, — возразила я. — Это не крыса, а учитель принцев. Он важен нашей семье.

— Сп-пасибо, Ваше Величество, — растрогался тот и забавно шмыгнул чёрным носиком. — Благородство у вас в крови!

— Кровь, — ахнула я и строго глянула на Ника. — Признавайся, ты добавлял её в зелье?

Виноватая мордашка сына была для меня яснее всех слов.

— У меня идея. — Я подвела мальчишек к Мици. — Проводите их в спальню. И кота заберите!

Всучила слуге жадно поглядывающего на крысу Барсилия.

— Ма… — обернулись оба, и Айк серьёзно договорил: — Это наша вина, мы и ответим.

— Я отвечу, — упрямо поправил Ник.

— Быстро! — отмахнулась я и, когда Мици открыл портал, подхватила с пола осколок стекла.

Кольнув палец, занесла руку над крысой, и животное понятливо запрокинуло голову и распахнуло пасть…

Через миг мне пришлось быстро отворачиваться, давая почтенному магистру возможность вернуть мантию на место. Саад смущённо бормотал извинения, когда из серебристо-синего портала к нам вышел Такет.

— Хали моя! — сразу бросился ко мне муж и, крепко обняв, зарылся лицом в моих волосах. — Как же я соскучился!

Казалось, он не замечал ни разгрома вокруг, ни магистра. Последний кашлянул и осторожно поприветствовал иха:

— С возвращением.

— Каждый день без тебя как год, — жарко шептал Такет, и я сделала знак, чтобы магистр тихонько удалился.

Саад понятливо кивнул и на цыпочках побрёл к выходу. Он постоянно запинался за обломки и наступал на склянки, но иха, казалось, не видел никого, кроме меня. Жадно припав к моим губам, он прикрыл глаза. Запустив пальцы в его серебристые волосы, я отдалась власти поцелуя…

— Миссис Блэр! — Холодный голос выдернул меня из объятий сладкого сна. — Откройте глаза.

С трудом разлепила ресницы и болезненно прищурилась от яркого света. Женщина-доктор удовлетворённо кивнула и прижала к моей шее капсулу, кожу кольнуло, и по венам разлился жар.

— Скоро сможете подняться. Не спешите.

Она выпрямилась и поспешила к выходу из крошечной каюты. У двери замерла и махнула рукой:

— Ах да. С возвращением на Землю.

В груди будто всё оборвалось. Я закрыла глаза, и по щеке скользнула слеза. Сейчас, оказавшись невероятно далеко от Луниана, я поняла нечто важное.

Сон, где я была счастлива, такой яркий и такой нереальный, был ответом.

Глава 1

Мы сидели в небольшом кафе и молчали. Эдан уже минут десять изучал меню, а я не знала, с чего начать. Со дня, который перевернул мою жизнь с ног на голову, прошёл год, но я всё никак не могла смириться с произошедшим.

— Как твоя девушка? — нарушила я звенящую тишину. — Начала ходить?

— С трудом…

Отложив карточку, Эдан посмотрел мне в глаза, и я поразилась — настолько холоден был его взгляд. Словно мы друг другу чужие. Нет, нас разделяет намного больше, чем двух незнакомцев. Не только ложь и предательство человека, который сидел напротив меня. Но и далёкая звёздная система, на одной из планет которой я оставила частичку души.

— Надеюсь, с каждым днём ей будет легче, — задумчиво проговорила я. — И скоро она вернётся к нормальной жизни.

— К нормальной? — саркастично фыркнул Эдан и глянул исподлобья. — Ирэн узкий специалист, который не нужен, если нет предмета изучения. А по твоей милости землян прогнали с орбиты Луниана.

— Я тут при чём? — Откинувшись на спинку стула, я скрестила руки на груди.

— Плохо обслуживала иха, раз он отказался от тебя сразу, как стал королём. — Каждое слово будто втыкалось в моё тело тяжёлым отравленным болтом. — Все об этом говорят!

— Сплетникам, — я сделала акцент на этом слове и многозначительно прищурилась, — стоит заглянуть в мой отчёт. Между мной и Такетом не было близких отношений, лишь договорённость о взаимопомощи. А конкретно тебе стоит вспомнить, что твоя девушка серьёзно пострадала из-за твоей жадности. Не прикажи ты в спешке поднимать корабль, то и начальник станции выжил бы, и Ирэн не сломала бы ноги из-за неудачного приземления! Зачем она вообще отправилась на Луниан?..

— Тебя увидеть, — буркнул он и насупился. — Думала, что ты прилетела на станцию ради меня.

— Смешно, — невесело хмыкнула я и постучала пальцами по столу. — Говори уже. Зачем позвал?

— Я не могу согласиться на развод, — отвернувшись, признался Эдан. — Больничные счета забирают почти всё, что мы с Ирэн получаем. Я не потяну ещё и алименты.

— Мне от тебя ничего не нужно, — зло выпалила я.

— А закон думает иначе, — скривился он и искоса глянул на меня. — Но если бы ты призналась в измене и убрала из свидетельства о рождении моё имя…

Мне кровь бросилась в лицо, и я возмущённо вскочила.

— Забудь. Мне плевать на штамп в паспорте. Он для меня ничего не значит. Не хочешь разводиться — отлично. Но учти — если передумаешь, можешь не приходить. Иначе я стрясу с тебя такую компенсацию, что придётся продать органы. И обяжу заниматься с Домиником несколько раз в неделю. Для верности сделаю тест ДНК! Штрафы, если будешь «забывать» о ребёнке, тоже будут немаленькими!

— Ты всегда была такой злобной? — глядя на меня снизу вверх, уточнил Эдан.

— Нет. — Я выдавила улыбку. — У меня был отличный учитель.

Подхватив сумочку, бросила на стол купюру, пусть ничего не успела заказать. Но стоило отвернуться, как Эдан поспешно спросил:

— Роза, у тебя точно не осталось образца шестьсот тринадцать?

Я застыла и медленно повернулась.

— Что ты сказал?!

Я была готова придавить его одним взглядом… а если не получится, то добить стулом, но Эдан не стушевался перед явной угрозой.

— Доминик окончательно выздоровел, — приподнял он брови. — Это чудо! Но тряпки, которые ты передала мне, сгорели на Луниане. Значит, ты добыла ещё образца и привезла на Землю, когда нас всех перемещали с брошенной станции.

Он многозначительно замолчал, пряча в уголках губ победную улыбку. Захотелось сжать в ладони подаренный Такетом кулон, но я не шелохнулась.

Сейчас, когда драконы наотрез отказались иметь с нами дело, каждая биопроба возросла в цене так, что становилось страшно. Даже украшение, в котором была капля крови иха, теперь стоило как космический корабль. Кажется, Эдан смекнул, как можно быстро разбогатеть. Вот только я не собиралась давать ему такой возможности.

Ещё на станции я вписала украшение как привезённое с Земли. Фамильная драгоценность. Теперь, когда из-за неожиданной гибели Марка Ховарда многие записи были утрачены, — чему никто не удивился, потому что начальник станции делал всё, чтобы сохранить свои исследования в тайне, — можно было указать что угодно.

— А твой говорящий кот? — Эдан вцепился в последнюю возможность. — Где он?

Видимо, ему очень нужны деньги. Но почему сейчас, когда прошло столько времени? Счета за лечение Ирэн, конечно, немаленькие — мне ли не знать, как дорого лечение? Но всем пострадавшим сотрудникам фонд имени Ховарда выплатил приличную компенсацию.

Что-то тут нечисто…

Я насторожилась, но внешне постаралась не показать волнения. Лениво заметила:

— Если ты решил продать Барсилия для исследований, то тебя ждёт жестокое разочарование. Это обычный кот. И справка из лаборатории есть!

«Миранда подсобила».

— Думаю, на Луниане он мог разговаривать из-за магии… А может, в воздухе были какие-то особые частички. К сожалению, этого мы уже не узнаем, ведь путь в систему Звёздных драконов землянам закрыт на веки вечные.

— Я бы так категорично не стал говорить. — Эдан раздражённо передёрнул плечами и тоже поднялся.

Покосился на брошенную мной купюру и, заметив мой настороженный взгляд, широко улыбнулся.

— Признайся честно, Роза. Ты бы хотела вернуться на Луниан?

Сердце забилось как сумасшедшее.

«Да!»

— Зачем мне это? — с деланным равнодушием отозвалась я. — Если намекаешь на моё так называемое замужество, то мы с Такетом сделали друг для друга всё, что обещали. Теперь он король, и необходимости в фиктивной жене нет. Кто посмеет навязывать волю повелителю всех кланов? А…

— А Доминик выздоровел и не нуждается в образце шестьсот тринадцать, — закончил за меня Эдан. Смяв купюру, будто случайно сунул её в карман. — Передавай ему привет.

И, не прощаясь, направился к выходу. Я сузила глаза, мечтая пронзить его спину из лунианского арбалета.

— Лучше бы навестил сына. Всё же отец… Какой-никакой.

Когда дверь захлопнулась за моим всё ещё мужем, я упала обратно на стул и задумалась.

Эдан как будто меня прощупывал. Прикрываясь разговором о разводе, задавал странные вопросы. Я бы поняла подобное поведение сразу по прилёте на Землю. Но сейчас…

Всё это очень подозрительно.

Вернуться на Луниан?

Сердце пропустило удар. Прижав ладонь к груди, я медленно вздохнула и прикрыла веки. Нет. Зачем возвращаться туда, где не ждут? Мы с Такетом под конец неплохо поладили, но ему больше землянка не нужна. А я…

Переживу как-нибудь. Предательство Эдана перенесла? И тут справлюсь.

Завибрировал браслет, на блестящей поверхности замелькали светящиеся строчки.

«Спаси мои бубенчики!»

Так, надо возвращаться. Кажется, Барсилий снова во что-то вляпался.

Глава 2

Навигатор показал, что Котовского занесло в лабораторию, и я похолодела. Неужели руководство пронюхало о необычном коте? Это был второй страшный кошмар в моей жизни. Первый и главный — я отчаянно боялась, что кто-то узнает о нашей с Домиником особенности. Потому и насторожилась вопросам Эдана.

Не пожалела денег, чтобы добраться до лаборатории как можно быстрее. Пусть сегодня вечером придётся ограничиться заварной едой, но я должна спасти кота. По дороге придумывала, как объяснить странности в его поведении. Проболтаться сам Барсилий не мог, это обсудили с Котовским ещё на станции. Не хочешь сутками сидеть в клетке и ссать в пробирки — молчи!

Разумеется, полностью заткнуть кота не получилось, поэтому мы сговорились на переписке. А это приводит ко второму вопросу. Кое-кто интересовался, зачем животному вживлённый в лапку передатчик.

Да потому что он потерял всё, что на него было надето! Проверено… Ох, сколько денег я потратила на этого гулёну! А ведь выделенная мне из фонда мистера Ховарда рента была мизерной. Отработай я на станции хотя бы год, сумма была бы на порядок выше. Как у Эдана или его любовницы.

Я отбросила лишние мысли и кинулась вверх по лестнице. Чтобы пользоваться лифтом, нужен пропуск лаборанта, а у меня допуск только в подсобные помещения. Хоть что-то! Миранда умудрилась пристроить меня уборщицей. Так мы могли общаться, а подруга кое-что тайно проверяла.

Об этом я боялась даже думать!

Но оставить всё как есть не могла. Что-то кровь дракона изменила в моём теле, и это не проходило со временем. А иногда мне начинало казаться, что и возросло. Я начала остро ощущать запахи, улавливала звуки, которых никто не слышал. А ещё…

Я привалилась к стенке рядом с лабораторией и, с трудом переведя дыхание, прикрыла глаза. Дверь распахнулась, и на пороге появилась Миранда.

— Роза! — бросилась она ко мне. — Ты белая, как смерть! Снова тошнит?

Я молча кивнула, и подруга помогла мне войти. Усадила на стул и подала стакан воды. Отпив, я прохрипела:

— Где эта хвостатая зараза?!

Подруга неожиданно расхохоталась и указала на стеллаж. Я заметила под самым потолком подрагивающие рыжие уши и изумлённо покачала головой:

— Как он умудряется проникать сюда?

— Вот и я задаюсь этим вопросом. — Миранда уселась рядом и с сочувствием похлопала меня по плечу. — Каким чудом эта ненормальная животина проникает на секретный объект? Честное слово, это не так просто. Мусорные и вентиляционные трубы сплошь утыканы датчиками и автоловушками.

— Знаю, — фыркнула я и поинтересовалась: — А что случилось? Барсилий умолял спасти самое дорогое…

— Бубенчики? — скривилась Миранда. — Я пригрозила, что отрежу их, если он ещё раз разинет пасть на Люси.

— Наша лабораторная мышка? — ужаснулась я.

— Её больше нет с нами, — горько вздохнула подруга и зло покосилась наверх. — А вот с ним она будет, пока не переварит!

— Понятно, — помрачнела я.

Сжав кулаки, поднялась. Люси была маленькой, белоснежной и очень послушной. Конечно, это всего лишь лабораторная мышь, но мы с Мирандой привязались к ней, и Барсилию было настрого запрещено даже смотреть в сторону животного. Но эта ненормально умная животина умудрилась проникнуть в лабораторию, открыть клетку и…

— Роза, — тихо позвала подруга. — Ты снова искришься.

Я быстро опустила удлинённые рукава глухого платья, которые в обычной жизни закатывала, а в таких вот случаях скрывала свою…

Ненормальность.

Когда я была взволнована, злилась или пугалась, по моим рукам пробегали золотистые искорки. Они приятно покалывали кожу и не приносили проблем. Но я не хотела, чтобы кто-то, кроме Миранды, узнал об этом.

Становиться Люси мне не улыбалось.

Медленно опустившись на стул, я неожиданно для самой себя разрыдалась.

Подруга ахнула и, обняв меня, погладила по плечам.

— Тише, тише. Жалко мышку, но не стоит так убиваться. И вообще, смотри на жизнь веселее! У тебя хорошая рента, приработок в лаборатории, живой и здоровый сыночек и зараза кот, который вам никогда не даст скучать. Чего ещё желать?!

— Ты права, — улыбнулась я сквозь слёзы и вытерла мокрые щёки. — Сама не понимаю, что происходит. Настроение пляшет, будто я свихнулась. Только что в кафе чуть Эдана стулом не огрела! Хорошо, что сдержалась.

— Ну и зря! — заявила Миранда. — Я бы этого изменника и предателя не то что стулом! Я бы… Я…

— Ни ума, ни фантазии, — заявил сверху кот. Показалась наглая морда. — Если я отомщу этому человеку, забудешь про мышь?

— Только если ты накажешь его особенно жестоко, — хищно прищурилась подруга.

— Нет, — осадила я. — Не смей приближаться к Эдану.

Лицо её вытянулось.

— Неужели жалко стало?

— У меня нехорошее предчувствие. — Я поморщилась и прижала ладонь к ноющему животу.

— Это называется изжога, — отмахнулась Миранда и тут же сменила тему. — Кстати, хорошо, что ты заглянула. Нужно подписать бумаги…

Она вскочила и обошла центрифугу. Я поднялась следом, когда рядом что-то бухнулось, — это кот, убедившись, что бубенчики спасены, спрыгнул со стеллажа. Подруга строго покосилась на него, и животное юркнуло под стол, на который Миранда положила распечатанные листы.

— Технику безопасности. А ещё соглашение о неразглашении… И согласие на плановое медицинское обследование.

Рука моя дрогнула, и подруга поспешила успокоить:

— Не бойся, я всё организую. Сейчас лично возьму анализы и отправлю доктору Флемингу. Ты же знаешь, что если он увидит… э-э… аномалии, то док сделает вид, что это ошибка забора материала. Ай, не трясись! Уборщиц почти никто не проверяет. Всё это лишь бюрократия. Подписывай, и пойдём по домам. Тебя наверняка Доминик заждался, а меня… — Она вздохнула и вяло улыбнулась: — Мне цветы надо полить.

Я послушно сделала всё, что велела Миранда. Она права. Поработав тут лаборантом, я и сама изучила все требования безопасности и научилась их обходить.

Забрав кота, мы направились ко мне: подруга смотрела так жалобно, что я не смогла не пригласить её на ужин… честно предупредив, что он будет из заварных полуфабрикатов. Доминик очень обрадовался гостье и с гордостью показывал ей свои оценки.

Я молча наслаждалась его успехом. Повезло, что удалось выбить для сына индивидуальное обучение по бюджетной программе. Ник схватывал всё на лету и за год не только нагнал сверстников, но и опередил их, слушая лекции старшего класса.

Такой талантливый мальчик! Усидчивый, добрый и обожает Барсилия… Совсем как Айк.

Улыбка сползла с лица, в груди кольнуло, глаза наполнились слезами. Я отвернулась, чтобы играющие с котом Миранда и Ник не заметили моих слёз. Проворчала недовольно:

— Да что со мной такое? Совсем нервы ни к чёрту… Надо выпить успокоительное.

Только потянулась к аптечке, как ожил браслет.

Сообщение от доктора Флеминга.

«Роза, нужно поговорить. Срочно приезжайте в клинику. Одна!»

Сердце пропустило удар. Не зря меня весь день преследовало ощущение надвигающейся беды. Что же нашёл док?

Глава 3

Уговорить Миранду остаться на ночь труда не составило. Ей было намного комфортнее в нашем двухместном отсеке, чем в крохотной капсуле, которая была когда-то и у меня. Но после событий на Луниане всем пострадавшим членам экспедиции выделили приличное жильё, так что у нас было две комнаты и даже небольшая кухонька, которую оккупировал Барсилий. А ещё красивый вид из окна, что вообще большая редкость и удача.

— Никакого инета не нужно, — любуясь вечерним городом, счастливо поделилась подруга.

Я уже собралась и, поблагодарив её, напомнила почитать Нику перед сном, погрозила коту и выскользнула из квартирки. Дорога до клиники доктора Флеминга не заняла много времени, мне посчастливилось получить жильё в этом же районе.

Поднимаясь на второй этаж, где располагался кабинет школьного приятеля моего отца, размышляла о том, как нам с Домиником повезло. Если бы не этот человек, то мой сын не дождался бы моего возвращения и волшебного образца шестьсот тринадцать.

Честно признаться, улетая на Луниан, я рассчитывала, что бездетный доктор и моя верная подруга будут приглядывать за ребёнком. Тогда самым важным было его спасти. Сейчас же главное — сохранить тайну исцеления. Поэтому я так переживала из-за излишней осведомлённости Эдана.

Но через пять минут всё это тревожило меня меньше всего.

Терри пододвинул мне распечатку и огорошил:

— Ты беременна.

— От святого духа? — рассмеялась я и покачала головой. — Быть не может! Док, мой анализ перепутали с чьим-нибудь другим.

Он посмотрел на меня поверх очков.

— Поверь, узнать твою кровь несложно. Хочешь узнать почему?

Я поёжилась:

— Не очень. Кажется, мне это не понравится.

— Это точно, — серьёзно кивнул мужчина и грузно поднялся.

Поманил меня в соседний кабинет, где находилась его личная лаборатория. Включил аппарат и вывел на экран увеличенное изображение крови. Знакомая картинка множества эритроцитов и лейкоцитов привлекла странным свечением. Оно перетекало от клетки к клетке, а сталкиваясь с другим таким же, вызывало короткую вспышку.

Я затаила дыхание. Сразу вспомнились искорки, которые порой пробегались по моей коже.

— Этого никто не должен видеть, — прошептала я.

— Тогда с этого дня никаких анализов вне этой лаборатории, — сухо отозвался доктор и прищурился. — Ты тоже принимала образец шестьсот тринадцать?

Я промолчала — смысл отвечать? И так ясно, ведь у Ника похожая картина. Только он не искрит, как наэлектризованная эбонитовая палочка.

Доктор Флеминг приблизился ко мне и взял за руку.

— Роза, я беспокоюсь за вас. Ты не понаслышке знаешь, что произойдёт, если о тебе или Нике станет известно. Историю болезни Доминика я подправил, кое-кто мне был должен, поэтому удалось и в системе убрать диагноз, заявив, что произошла ошибка. Но твоя беременность и это странное свечение… Я понятия не имею, к чему это может привести! И советую немедленно избавиться от зародыша.

У меня будто булыжник провалился в желудок. Стало так тяжело и холодно, что было трудно дышать. К глазам опять подступали слёзы, но я упрямо помотала головой.

— Я не беременна! Доктор, этого не может быть. Я бы точно запомнила, если бы что-то произошло. Но я не была с мужчиной… Очень долго! Да, я слышала неприятные истории о том, что некоторые мрази пользуются женщинами, пока те выходят из криосна. Но с момента приземления прошёл год! Случись что, я бы уже родила.

— Но, — он осторожно сжал мои пальцы, — что, если это случилось не на Земле?

От намёка мне краска бросилась в лицо, но я твёрдо ответила:

— Нет. С иха у нас ничего не было. Фиктивный брак и пара поцелуев для отвода глаз. Я совершенно уверена, что никакой беременности нет.

— Давай я возьму кровь сам и снова всё проверю, — сдался доктор.

Я согласилась, а через час уже освободилась и ехала домой. В висках пульсировала боль, к горлу то и дело подкатывала тошнота, а в ушах звучал встревоженный голос Флеминга. «Диагноз» подтвердился, и это вызывало у меня сильнейшее недоумение.

И сопротивление.

— Непорочное зачатие! — выслушав, потрясённо ахнула Миранда.

— Меня трудно назвать непорочной, — горько усмехнувшись, осадила подругу. — Ты в курсе, я даже замуж пошла не девственницей.

— Тогда это Такет! — подскочила она.

— Тс-с! — Прижав палец к губам, я покосилась на дверь в детскую. — Ника разбудишь. Думай, что говоришь.

— Он же тебя целовал? — не сдавалась Миранда. — И ты рассказывала, что в этот момент в твоё тело что-то вливалось. Вот, это оно!

— Нет. — Я даже рассмеялась её предположению. — Если бы драконы размножались через поцелуй, им бы не были нужны… Бубенчики! А там всё в порядке, уверяю. Физиология иха в человеческом обличье не отличается от «гомо сапиенс».

— Тогда, — помрачнела подруга, — может, тебя похитили и… Ну, это! А потом стёрли память?

— И не осталось никаких следов? — резонно возразила я. — Не может быть.

— А может, в системе Звёздных драконов в тебя вживили эмбрион и сейчас он активизировался?

— Ты начиталась фантастики, — иронично фыркнула я.

— С твоей подачи, — обиделась подруга. — Кто мне все уши прожужжал о прекрасных и жестоких драконах, разбивающих девичьи сердца?

— Я, — призналась и вздохнула. — Доктор Флеминг заново проверил мои кровь и мочу. Увы, факт фактом. Ребёнок есть. И что теперь делать, ума не приложу. Терри настаивает на этом.

Показала прозрачную колбу, внутри которой желтела матовая капсула. Миранда молча поднялась и обняла меня.

— Это твоё решение.

— Будто есть выбор, — горько прошептала я. — Я должна думать о Доминике. Беременность — это огромный риск. А ещё странное свечение в крови! Мой секрет могут узнать, и тогда… Нет. Я должна сделать это сегодня.

Мы просидели до рассвета, а затем Миранда ушла на работу. Я продолжала сидеть за кухонным столом и, не отрывая взгляда от капсулы, убеждать себя, что принятое решение единственно верное.

— Поторопись, — напомнила себе. — Скоро проснётся Ник.