Моя любимая хтонь

Глава 1

Я спала слишком крепко, это не казалось нормальным. Как будто проваливаешься в темное болото и тонешь, тонешь, тонешь... Не знаю, сколько мне осталось — даже такие мысли казались сном —, но чувствовала, что скоро что-то случится. Я смогу вспомнить, что со мной произошло и кто меня засунул в эту беспробудную жизнь. А этого я очень хотела.

***

Приближалась осень, и все в селении готовились к сбору урожая. Часть, конечно, уже убрали, но у их семьи пока вообще ничего не было — ранние посевы поклевали грачи. Эрик с женой выживали только на помощи в сборе соседям побогаче. Как только они поженились той осенью, парень обошел всех и узнал, какие в селении порядки. Он сразу всем приглянулся, а как же иначе — красивый, высокий, с широкой улыбкой и добрыми карими глазами. Его жена Мари тоже могла бы влиться в среду местных, но, почему-то, избегала лишний раз поговорить с местными девушками. Кто-то говорил, что она на сносях, но время шло, а живот не показывался.

Эрик был бы рад ребенку, но пока не получалось. Может быть, они зря выбрали это место, оставаться на родине не могли. Здесь же часто было пасмурно, и стеной стоял непроходимый лес из сосен, елей и дубов, перемежающихся с мелкими кустарниками. Хорошо было бы собирать там ягоды или мед, но никто туда не ходил. Каждому становилось плохо, как только он заходил дальше нескольких деревьев. А если кто умудрялся пройти вглубь, то пропадал вовсе, не докричишься, не вернется.

В очередной дождливый день Эрик помогал соседу перекатить тюки с сеном в амбар. Тут всегда было чем заняться, потому парень возвращался домой обычно как только стемнеет. Но в этот раз решил забежать домой на немного, чтобы повидать Мари. В доме было темно и пусто, на столе стояла недоваренная каша, метла брошена посреди комнаты. Парень кинулся на улицу, но никто из соседей не видел, куда ушла его жена. Быстро пробежавшись среди домов, он направился в сторону леса, над которым беспробудно висели тучи.

У самого крайнего дома сидел старик Перк и прял шерсть. Он даже не пошевелился, когда к нему подошел Эрик.

Не ходи в лес, не сыщешь ты её там, — скрипучим голосом предостерег старик, продолжая своё дело. Что мне ещё делать, вдруг в беду попала? Или заблудилась? Заболеет же под дождём.Не найдешь и сам заблудишься, — твердил Перк, не останавливаясь. — Всё, пропала душа твоя, не воротится.Что же ты такое говоришь! — воскликнул Эрик, пугаясь. — Глупец ты, любви не видывал. Вот увидишь, найду и вернусь вместе с ней.Оглядываясь на небо с приближающимся дождём, парень побежал в лес. Старик поднял голову и посмотрел ему вслед

— Обязательно посмотрю, дурак ты этакий, может, и вернешься, — его бельма на глазах ярко сверкнули в грохотании грозы.

***

В самом лесу было светлее, чем казалось снаружи. Приходилось пробираться сквозь ветки и кусты, потому что тропинку никто не вытоптал. Эрик периодически кричал имя любимой, но отзывалась ему только сова, неизменно заставляя вздрагивать. Казалось, лес бесконечен, но ему не нужно было возвращаться назад без неё, без Мари жизнь не имела смысла.

Тьма сгущалась, туман расползался по траве и поднимался выше. Схватившись за голову, Эрик выругался и остановился. Прошло уже много времени, но он не нашел ни единого её следа. Покачнувшись, парень сел на свободный клочок земли и огляделся, где-то между деревьев что-то блеснуло. Он надеялся, что это не волчий взгляд, но всё равно поднялся и пошёл к свету. И там, среди непроходимой чащи, стоял низкий домик, в окошке которого виднелся огонек свечи. Эрик тут же кинулся туда и постучал, но никто ему не ответил. Вытерев потные ладони о штаны, он приоткрыл дверь, тут же выдавшую его скрипом. В глаза тут же бросилась кровать, покрытая черной тканью, на ней лежала девушка. Но, к сожалению, это была не Мари.

Эрик окликнул её, но та не ответила, будто вовсе не живая. Среди деревьев уже поселилась кромешная тьма, так что выбора у него особого не было. Вдохнув и собравшись с силами, парень вошел и закрыл за собой дверь. Может, эта девушка видела Мари. А может, это ведьма и гореть ему синим пламенем.

Под сапогом что-то зашелестело, и наклонившись, он разглядел в полутьме нити пряжи, покрывающей пол полностью. В углу стояло веретено без стульчика, на кривом столе свеча без блюдца. Всё здесь было какое-то неправильное, даже спящая девушка. По спине у Эрика пробежали мурашки, за окном завыл одинокий волк, совсем близко. Потерев глаза, он всё же остался в домике и сел в углу, чтобы видеть и дверь, и кровать одновременно, боясь заснуть. Но усталость взяла своё, и он проснулся уже утром, обнаружив, что свалился на пол и спал, обнимая себя руками. Свеча всё ещё горела, не оставляя воска на столе, а девушка была так же неподвижна.

Парень поднялся и подошёл к ней. По подушке разметались рыжие волнистые волосы, а невинное лицо покрывали немногочисленные веснушки, укрыта девушка была лишь одной простыней, так что под ней угадывались её полные формы. Эрик отвёл взгляд и вгляделся в её лицо пристальнее. Свежий румянец выглядел странно, а кожа блестела так, как ни у одной ему знакомой девушки, кроме Мари, которую он обожал всей душой. Сердце свело судорогой и он схватился за грудь, поражаясь, как сильно горе уже проникло в его сердце, а ведь Мари должна быть жива, никак иначе.

Правая рука девы покоилась на её животе. Кем бы она ни была, нужно было спросить, не видела ли она Мари. Вдохнув, Эрик дотронулся до её руки, но та не шевельнулась. Он ощутил, какой холодной была её кожа, несмотря на то, что сама дева выглядела пышущей здоровьем. Только он собирался толкнуть её руку чуть сильнее, как девушка раскрыла глаза и уставилась на него пугающим взглядом светло-голубых глаз.

***

Я почувствовала невероятное тепло и тут же открыла глаза, увидев перед собой человека. Он протянул ко мне руку, но так и застыл с потрясенным видом. Его темные глаза шокировано смотрели на меня, простая одежда и растрепанные каштановые кудри выдавали в нём обычного крестьянина. Как ни странно, его лицо казалось мне знакомым. Сама того не понимая, я потянулась за его рукой, чтобы снова ощутить то тепло, но он отшатнулся и отошел на шаг. Под его ногами зашелестели нити пряжи, и меня передернуло. Видимо, он что-то заметил в моем взгляде и двинулся к двери.

— Погоди, — мой голос прозвучал хрипло. — Где я?

— В лесу около поселения Даренс, — ответил он и нахмурился. — Вы видели здесь женщину, мою жену? У неё темные длинные волосы и смуглая кожа.

— Я... — тут же запнулась и замолчала. Он не мог не понять, что со мной что-то не так, раз я даже не знаю, где нахожусь, но всё равно надежда заставляет его цепляться за любую соломинку. — Не видела, но если с ней случилась беда, то знаю, кто мог ей навредить.

В глазах мужчины блеснула ярость, крылья носа дернулись и он сжал челюсть.

— Один колдун нападает на девиц и утаскивает их в своё логово. Меня почему-то оставил здесь, но я знаю, где находится его замок, — торопливо заговорила я, поднимаясь с твердой кровати. — Я покажу тебе.

— Мы успеем обойти оставшийся лес? Вдруг, она ещё где-то тут?

— Я смогу найти выход из леса в нужном направлении, но обойти весь — не думаю.

На его лице читалось сомнение, но выбора было не много.

— Можем идти медленнее, если хочешь, будем окликивать её, — предложила я, пытаясь не настаивать.

— Что вы хотите взамен? — спросил он, расправив плечи.

— Я всего лишь хочу выйти из леса живой и здоровой, — тихо ответила я и отвела взгляд.

Хлопнула дверь, и человек вышел из дома. Я выдохнула и осмотрелась, одежды нигде не было, даже захудалого платья. Пришлось собирать одеяние из простыни и покрывала, ноги же оставались босыми, но я никогда и не носила обувь. Там, где я жила раньше, обувь не носил никто, и все кутались в подобие простыни, так что я знала, как правильно всё завязать, чтобы держалось даже на моих широких бедрах и большой груди.

Бросив последний взгляд на комнату, я открыла дверь и вышла вслед за моим спасителем, чтобы отправиться в путь.

Глава 2

Чем дольше мы шли, тем сложнее было скрывать, что дорогу я на самом деле и не знаю. Когда-то, может, и знала, но за такое время лес расширился и зарос до немыслимых размеров, заставляя моего спутника хмуриться всё больше.

— Стойте, — он прислушался. Вдали надрывалась кукушка, перекрикивая остальных. — Подождите тут, я схожу к той птице.

Я остановилась, пытаясь скрыть на своём лице раздражение. Скоро начнёт темнеть, а спать под деревом мне совершенно не улыбалось. Солнце в этой части леса светило освещало путь лучше всего, заставляя надеяться, что выход уже близко.

Мужчина вернулся, молчалив и хмур. Впрочем, каким и был. Говорить с ним мне не было толку, кроме как отвлечь, чтоб не понял о моём не знании.

— Как давно пропала твоя жена? — участливо спросила я тихим голосом.

— Вчера днём. А что?

— Значит, надо поторопиться, он уже наверно всё приготовил. К обряду, — невзначай добавила я.

Мужчина обернулся и недоверчиво посмотрел мне в глаза, я же сделала вид, что споткнулась и ловко схватилась за его запястье.

— Осторожно. — Он придержал меня и почти сразу отпустил. — В таком случае, пойдём быстрее.

Я кивнула и побрела за ним, незаметно посмотрев налево, куда он не ходил. Там среди ветвей усохшей лиственницы неподвижно висела тонкая фигура женщины, оплетенная нитями пряжи. Своими глазами я увидела её впервые, но в груди ничего не стрельнуло.

Перескакивая муравейники и опавшие деревья, мы со спутником довольно быстро очутились на краю леса и встали у края поля. С другой стороны поля рядком выстроились березы, за ними в небо поднимался еле видный дым. Теперь уже я обогнала спутника и почти побежала вперёд, желая увидеть, что же там.

К моему удивлению, за деревьями не оказалось ни одного дома, только горел маленький костёр.

Сзади меня догнал мужчина и тоже остановился.

— Куда теперь? — спросил он с ноткой отчаяния.

— Нужно... Нужно идти вперёд, — я указала на виднеющуюся тропинку, которую сама только что заметила. — Как странно, что она ещё здесь...

— Кто? Тропа? Куда она денется за пару дней? — мужчина приподнял брови и посмотрел на меня с подозрением то ли в колдовстве, то ли в слабоумии.

— С другой перепутала, — открестилась я и пошла по тропинке. Надо скорее что-то придумать и улизнуть от него, потому что теперь в его помощи я не нуждалась. Но, как назло, не удавалось наткнуться ни на одно поселение. Я думала, что за столько лет люди заселят мир погуще.

— Признайтесь, вы ведьма? — услышала я голос позади. Обернулась и увидела, что мужчина остановился.

— Что? Почему? Не-ет, я простая девушка, — залебезила я, стараясь выглядеть как можно беззащитнее. Какой безумец, так спрашивать в открытую.

— Мы явно ходим кругами, ваши манеры весьма дурные, и за весь день вы ни разу не выказали намёка на слабость и голод. Даже имя своё не сказали, — он прищурился, и я увидела, как напряглись жилы на его крепкой шее.

— Очень странные обвинения, еды в округе всё равно нет. А я простая деревенская девушка, манерам не обучена. И зовут меня Пенелопой, — я оглянулась вокруг, поняла, что мы действительно ходим, если не кругами, то по одним и тем же местам. — Надо сойти с тропинки, кажется, колдун нас за нос водит.

По лицу мужчины было понятно, что он мне не верит, но возразить он не мог.

— Эрик, — представился он и сошёл с тропы.

Я последовала за ним, размышляя, что сам Эрик не так-то прост. Да, одежда на нём самая обычная, но кто знает, как сейчас люди одеваются. Явно он не богач, покрасивее бы было. И слишком вежливый для простого работника, даже чересчур.

Мне в общем-то было плевать на манеры, никто меня не обучал и не воспитывал, стыд за это я испытывать не собиралась. Плевать, если подумают, что я ведьма или нечистая сила, никакого значения это не имело. Не уверена, что вообще выживу, когда доберусь до своей цели.

Мы успели пройти совсем немного, когда вдали показалась высокая фигура человека. Солнце уже было у горизонта, потому издалека было не разглядеть каких-то деталей. Опасаясь незнакомца, мы замедлились и подождали, пока он подойдёт к нам сам. Чем ближе он подходил, тем сильнее напрягался Эрик. Одежда человека больше напоминала лохмотья, сам он был очень худой, но широкоплечий, с крепкой грудиной. Кожа его в закатном свете казалась желтоватой, но стоило присмотреться, оказалось, что она скорее серая. Сначала я услышала, как выдохнул мой спутник, и только потом заметила, что у человека перед нами не было левого глаза, только огромный черный шрам на его месте. Черные длинные волосы скрывались под красной накидкой. Когда он заговорил, я поняла, что, возможно, это всё-таки не человек.

— Приветствую вас, — пророкотал незнакомец и улыбнулся краем тонких губ. — Я проведу вас туда, куда вам нужно.

При этом он посмотрел прям в мои глаза, чуть склоняя голову.

— Кто вы? — Эрик, как всегда, не был многословен. — Вы колдун?

— Можно и так сказать, — равнодушно ответил человек, практически не посмотрев на моего спутника.

Я ощутила шевеление воздуха слева, а затем увидела, как Эрик набросился на незнакомца, сшибая его на землю.

— Где моя жена?! — рычал он, в то время как колдун не сопротивлялся, валяясь мешком.

— Я проведу вас туда, куда вам нужно.

— Мну нужно к моей жене, отведи меня к Мари! — Эрик вскочил и уставился на соперника бешеными глазами.

Тот же смотрел на меня и как будто ждал ответ, но я не двигалась. В лес возвращаться мне было нельзя, слишком долго задерживаться тут — тоже. Однако с Эриком всё было не так-то и легко.

— Пойдёмте за мной, — колдун развернулся направо и двинулся к маленькому пролеску.

Совсем скоро стемнело окончательно, и мы шли практически наощупь, луна так и не вышла из-за облаков. Где-то вдали громыхнула гроза, перед этим озарив небо белым светом, что позволило нам увидеть черный каменный домик, в окошке которого горела свеча. Эрик ускорился и вскочил на крыльцо, чтобы открыть дверь, но та резко открылась сама. Прокатившись по ступенькам, мужчина упал наземь и больше не шевелился.

На мгновение всё затихло, затем из дома показалась рука и поманила нас внутрь. Я не двинулась с места и посмотрела на мужчину, который привёл меня сюда.

— Что это? — спокойно спросила я, наклонив голову к плечу.

— Она укажет нам путь и даст передышку перед дальней дорогой.

— Кто же тогда ты?

— Я тот, кто ждал вас всё это время. Тот, кто создан служить вам и помогать.

Чему я совершенно не собиралась верить, но выбора не было. Хмыкнув, я вошла в дом, оставив дверь открытой. Сзади послышались шорохи, но я не обернулась, рассматривая дом, заставленный свечами, и оттого сияющий до боли в глазах. В углу сидела старушка, и уж её-то я знала.

— Люгна, — я растянула губы в улыбке, оставаясь равнодушной. Увидеть свою воспитательницу — оказалось неожиданностью. Когда моя мать создала меня заново, Люгне пришлось учить меня всему, она научила меня заново дышать, ходить, говорить. Я была многому ей обязана, но затем возненавидела, как и остальных.

— Как добралась, милая? — казалось, она искренне была рада меня видеть. Но я знала, что ей-то верить нельзя никогда и ни за что.

— Может, спросишь ещё, выспалась ли? — съязвила я и села на ближайшую лавку, закинув ногу на ногу. — Это она тебя послала?

Половина свечей тут же погасла, погружая дом в полутьму, в которой опасным блеском выделялись глаза Люгны. Она всегда злилась при её упоминании, и шрамы на шее тётушки начинали покалывать и краснеть.

— Я не видела её с тех пор, как тебя изгнали. И не знала, что тебя закрыли тут, как собачонку в будке, — зло ответила она, потирая шею и избегая смотреть в мои глаза.

Люгна крутилась во лжи, как рыба в воде, и я знала, что ей нельзя верить. Но всегда хотела, даже не смотря на свою ненависть. Даже когда она врала, я не хотела думать, что она желает мне зла. Все врут всем, и я врала людям, что после их ждёт рай и вечное счастье, хотя ни один из нас его не познал. Может, там дальше что-то есть, но в этом я сильно сомневаюсь. Нам дали второй шанс, третий это уже как-то слишком.

— Мне всё равно, — я отвела взгляд, чтобы не смотреть на неё. — Скажи, что тебе нужно, и я уйду.

У двери послышался шум, кажется, Эрик пришел в себя и теперь вставал. Я повернулась, чтобы посмотреть на него.

— Может, хотя бы вы знаете, где моя жена? — севшим голосом спросил он у Люгны и осмотрелся снова.

В мерцании огня его глаза казались потусторонними, но это, конечно же, было не так. Эрик живее всех живых, а вот его жена — нет. Я ощутила покалывание в груди, словно что-то поскреблось у сердца. Точнее того, что его заменяло.

— Она где-то в двух днях пути отсюда, но ты не догонишь её, даже если побежишь во весь опор. Даже если поскачешь на лошади, которой у тебя нет, — усмехнулась она, и часть свечей снова загорелась.

Люгна не врала, но и буквально её слова воспринимать не стоило, ведь тело женщины болталось в лесу, из которого мы вышли несколько часов назад.

— И что это значит? Как мне найти её? — В его голосе слышалось отчаяние вперемешку с раздражением.

— Она не хотела, чтобы ты её нашел. Разве ещё не понял? Она ушла сама.

В этот момент мне послышалось забивание последнего гвоздя в крышку гроба...

По лицу мужчины было видно, что он думал об этом, что слова обманщицы могли оказаться правдой. Я знала, что это правда. Всё горе Мари копилось во мне, подпитывая мои силы и мою злость.

Когда-то мы все были живы, родились чуть ли не в пещерах, в старых домишках из соломы и глины. Кто-то был побогаче, кто-то еле-еле сводил концы с концами и умер от голода. После смерти всех ждало одно, и это не был забытьем, не было раем. Совершенно другой мир, разнообразный, яркий и тёмный одновременно. Когда я оказалась в нём, то первым делом увидела свою мать, умершую при родах. Точнее, она сказала, что была моей матерью, но так ли это было на самом деле, никто не смог подтвердить или опровергнуть. Но сходство было на лицо, те же глаза и веснушки, волосы цвета огня и амбиции, приведшие её к власти, а меня к рабству.

Все в новом мире обретали нечеловеческие способности. Моя мать могла внушать свои мысли тому, к кому прикоснётся. Конечно, об этом знала только я и Люгна. Мы думали, что она доверяет нам, и очень сильно ошиблись. Люгна была ей сестрой, но в истинном облике мы видели её редко, так что никто не догадывался об этом. А я могла исцелять от любой болезни, даже от душевной. Всех, кроме себя, конечно же.

Ещё до моего рождения в первом мире там, наверху, прогремела война. Точнее бойня, в которой половина посмертных была уничтожена. Не осталось почти никого, кто обосновался в этом мире с самого начала. И моя мать Геда стала причиной этого.

Она не хотела, чтобы в этот новый мир приходили новые люди со способностями, ведь это угрожало её власти. И потому смогла сделать так, чтобы способности у посмертных перестали появляться. Из-за неё я стала тем, кто я есть. Из-за неё я впитала горе Мари как губка, вместе с ним забрав её жизнь, хоть и неосознанно. Но всё это Эрику знать не обязательно.

Воспоминания вернулись почти сразу, так что моё подобие сердца полыхало местью к собственной матери с каждым часом всё сильнее.

Все молчали, глядя на Эрика, как тот не может найти себе место. Он жил Мари, я знала это по её мыслям и её горю.

Наконец он поднял взгляд и сделал вдох, покачиваясь. Послышался скрип двери — мой новый знакомый, упираясь головой в потолок, открыл дверь, намекая Эрику уйти.

Что-то снова кольнуло в груди, и я просипела:

— Жди меня за дверью.

Эрик не отреагировал, но я увидела, как он вышел и рухнул на землю словно подкошенный. Точно никуда не пойдёт.

Дверь закрылась, и я повернулась к Люгне, взглядом намекая ответить всё-таки на мой вопрос.

***

Пока мы говорили, свечи то гасли, то воспламенялись так, что дом было видно на многие мили вокруг.

Я старалась вычленять из её слов крупицы правды, но всё, что она говорила, казалось правдой. Люгна хотела убрать мою мать и лгала о том, почему. Главное — сделать это должна была я. По её словам Геда внушила почти всем, что Люгне нельзя верить. И это — правда, но посмертные не знали об этом раньше. Люгну спасало то, что она могла менять свой возраст, из старухи резко стать ребенком, а потом девушкой в расцвете сил. Предпочитала она быть старухой.

— Я сделаю это, но не потому, что ты просишь. Если можешь помочь — помоги, но не вздумай мешать, иначе я найду способ разобраться и с тобой.

— Но не найдешь способ, как оказаться в посмертии, — возразила она, улыбаясь. — И мешать не буду, как уже сказала несколько раз. Так что к утру выйдем в дорогу.

Я посмотрела на мужчину, оставшегося в доме. Люгна рассказала, что его зовут Кейд, и он посмертный, только уже без способностей. Его внешний вид был странным, слишком мёртвым что ли, хотя так не должно было быть.

Наверно, мне тоже стоило поспать, чтобы не тратить силы, но в этом доме даже кровати не было. Поднявшись, я вышла на улицу, слегка ощутив прохладный ветер, под которым сейчас тряслись огромные сосны и спящий на земле Эрик.

— Кейд, мы будем спать здесь?

Вместо ответа он подхватил Эрика двумя руками и закинул на плечо, чтобы потащить к еле видневшейся землянке.

— Твой дом? — пошутила я, но потом вошла и поняла, что это действительно его дом, так по-свойски он зашел и закинул Эрика в угол на кучу тряпок.

— Знаю, что вы не этого ожидали, но ничего другого пока нет. Райни, я ждал вас здесь много лет.

Моё настоящее имя бухнуло отзвуком в ребрах и оставило тяжесть.

— Всё в порядке. Давай спать.

Я легла на подобие кровати у правой стены, под потолком в маленьком окне виднелось тёмно-синее небо с крупицами звёзд. Даже мы не знали, что они такое, но, кажется, люди уже догадались.

Кейд лёг на вторую «кровать», перед этим погасив лампадку под потолком и свечу на столе в дальнем от меня углу. В последней вспышке огонька я заметила на стене лист бумаги с изображением девушки, слишком похожей на....

Он что, действительно меня ждал?