Моя Академия 6

Глава 1. В которой испытываю дежавю

— Проходите, проходите, — машет рукой знакомый парень.

Думаю, что в «Сарае» собираются ребята со всех академий. Вокруг очень много незнакомых лиц — точно ни разу не пересекались.

Да и в мантиях учебных заведений здесь далеко не все. На студентах похожие, но разные по цвету накидки. Большинство встречных обходят нас стороной, не обращая внимания. Встречаю всего пару знакомых лиц.

Вполне возможно, что есть и другая Академия. Ещё одна Академия Седьмого Шага, просто официально называется как-нибудь по-другому. Слишком уж похожи мантии присутствующих студентов на наши.

Наши девчонки сидят за столом в компании незнакомцев.

— О как! — говорю Максу, не сдерживая эмоций.

Марк от неожиданности и злости стискивает зубы — видно как ходят желваки. Всё-таки нас не было всего-то пять-шесть минут — ровно сколько разговаривали с охранником на входе.

— Проходите, не стесняйтесь, — говорит нам условно знакомый работник «Сарая».

Быстрым шагом и вполне целенаправленно подходим к столикам. Видно, что девчонки немного ошарашены напором присевших за их столик старшекурсников и, кажется, не очень понимают, как себя вести в этой ситуации. Аглая постоянно поправляет глубокое декольте ярко красного платья. Марина и Олеся просто смущенно смотрят в стол. Внимание незнакомых парней им, очевидно, льстит. Вот только подсевшие ребята не очень трезвы. Да и настроены агрессивно.

— Извините, девчата, мы немного задержались на входе, — подхожу к столикам. — Господа, спасибо, что принесли дополнительные стулья, но больше мы вас не задерживаем, — с натянутой улыбкой киваю незнакомым парням.

На лицах девчонок проступает сложная смесь облегчения и досады. На лице Олеси и Марины — явное облегчение, а вот Аглая испытывает только досаду. Она как обычно закатывает глаза, но сказать ничего не успевает. Вижу, как Марк пытается встретиться с девушкой взглядом — бесполезно.

— А ты кто такой, щегол? — удивляется один из парней. Судя по виду, самый трезвый. Глаза блестят, на пальцах бессчетное количество колец. Непонятно — защитные или просто побрякушки.

Все трое ребят в меру накачаны алкоголем, но, кто из них менее пьян, определить не составляет труда.

— Мы вместе, — спокойно говорю.

— Кто вас сюда пустил? — удивляется парень в кольцах.

— Мы вместе, — повторяю непонятливому незнакомцу. — А кто нас пустил, не так важно. Если пустили, значит, мы имеем полное право здесь находиться, понятно?

Нас тут же догоняет провожающий нас работник, чтобы успеть погасить конфликт в зародыше.

— Кловер! Ну ты чего завелся? — обращается к говорливому. — Мои гости. Давай-давай, сваливай отсюда. Ищите более доступное приключение.

Названный Кловером бросает взгляд на подошедшего. Парни, его друзья — безразлично пожимают плечами. Потом один из них, пораскинув мозгами, собирается возмутиться, но оба товарища сжимают его предплечья.

— Что? Да, конечно, — снисходительно отвечает Кловер. — Мы уже уходим. Было очень приятно с вами пообщаться, девушки. — Задерживает взгляд на декольте Аглаи. Парень встаёт из-за стола, поднимая своих друзей.

— Очень рад знакомству, — подаёт мне руку Кловер, проговаривая слова практически по слогам.

Пожимаю без лишних движений. Кловер пытается пережать мне пальцы своими кольцами, но у меня не дергается ни один мускул.

Я уже давно заметил, что далеко не каждый маг умеет когда нужно подключать усиление. Да и вообще, мало кто умеет. Попытки пережать мою руку ни к чему не приводят. Парень отводит взгляд в некоторой досаде и уводит своих друзей.

Садимся за столик.

— Так, детишки, — говорит наш знакомый, только что спасший заведение от конфликта. — Я вас оставлю, надеюсь, что приключений больше искать не будете. Следите за подружками. Через пару минут вам подадут ужин.

Благодарю парня с некоторым удивлением, но его мотивы мне понятны. Если государство продолжает платить кругленькую сумму за особое отношение ко мне — значит, затраты сегодня полностью оправданы.

Пару секунд сидим молча. Олеся не поднимает на меня взгляд.

— Ну а что? Мы просто сели за свободный столик, а они сразу подошли, — первой не выдерживает Марина.

— Ой, не надо оправдываться, — останавливает её Аглая и кидает короткий взгляд на Марка.

Макс тоже хочет что-то сказать, но умудряется вовремя остановиться. А вот Марк смотрит в ответ на Аглаю и всё прекрасно понимает. Ситуацию воспринимает спокойно и ни разу не дергается. Кажется, такое поведение ещё сильнее подкупает Аглаю.

— Но в следующий раз мы подрубим их настойчивость на корню, — обещает девушка, все же ощущая свою вину. Хотя ситуация для кабака вполне стандартная. Три красивых девушки, три подвыпивших парня — и вуаля!

Тем более, три новых лица — завсегдатаи. Девчонки пришли без сопровождения. Всё очень логично.

— Ага, Ларион, мы просто не успели, — подтверждает Олеся и еще больше краснеет. На фоне своего черного платья девушка выглядит как помидорка.

— Так и есть, — вздыхает Аглая. — Зря мы разделились.

Успеваю заметить лёгкую усмешку на лице Марка. Так же чувствую спадающее возмущение и напряжение Макса. Ситуация, в общем-то, ясна, педалировать её бессмысленно. Да и у девчонок опыта подобных мероприятий очевидно нет. Особенно углубляться в нравоучения или расспросы не собираюсь, да и не успеваю: перед нами ставят первые блюда.

— Ой, а мы же ещё ничего не заказали! — опомнившись, говорит Аглая.

— Ну и хорошо, — усмехается официант, который приносит наши тарелки. — Чего бы вы хотели? У нас есть ужин один, ужин два и ужин три.

Все удивлённо смотрят на меня.

— Так это не шутка? — спрашивает Макс.

— У них здесь реально ужин один, ужин два и ужин три, — отвечаю, а официант кивает в подтверждение моих слов.

— А что вы порекомендуете? — спрашивает Аглая, снова принимая уверенный вид.

— Мои рекомендации уже на вашем столе, — парень ставит последнюю тарелку на стол и, не дожидаясь наших дополнительных заказов, уходит.

— Ну да, — говорю ребятам, — здесь всё так, почти по-домашнему. — Пожимаю плечами. — Никто за нами присматривать не собирается.

— Это здорово, — улыбается Олеся. — Правда здорово. Мы примерно этого и хотели. Да и просто интересно посмотреть, что за место, и почему о нем так много говорят.

Внутри ресторан остается практически таким же, каким был при моём первом посещении. Даже столики те же: с резным ритуальным кругом по внутренней поверхности. Буквально чувствую его пальцами. Думаю, всё же на столах установлен защитный амулет. Как я и думал.

Такое ощущение, что незначительно меняется только стиль бара. Сейчас он оформлен под кабину дирижабля, а в прошлый раз никаких отсылок не заметил. Сейчас на стойке установлен грубый штурвал, внизу, по всему периметру стойки, бронзовые краны для пенного. В общем, выглядит все вместе неплохо.

Зал абсолютно такого же размера, как и до пожара. Даже деревянная лестница на второй этаж не меняет своего расположения. Разве что выглядит не такой широкой, как предыдущая.

Оглядываюсь.

— Кого-то ищешь? — спрашивает Макс. — Ты же уже был здесь.

— Да, был, — соглашаюсь. — Только в другом ресторане. Тот, где я был, сгорел. Удивительно, что этот выглядит точь-в-точь так же.

Лёгкое напряжение, которое возникло в первые минуты, быстро сходит на нет. Мы с Максом в повседневной одежде смотримся более органично в этом заведении, чем наши элегантные и очень красивые девчонки. Только ленивый студент, проходящий мимо, не кидает на них взгляд. Да и сидим мы близко к центру. Все трое девчонок быстро устают от такого пристального внимания, которое поначалу их очень даже радовало.

Почему девчатам предложили именно этот столик — прекрасно понимаю. Пока что посетителей не так много, и они служат настоящим украшением вечера.

Нам приносят вторую перемену блюд.

— Нет, я не понял, что за неуважение?! — внезапно взрывается один из столиков.

Узнаю тех самых ребят, которые подсели к девчонкам до нашего прихода. Кажется, проблемы находят нас сами.

Замечаю, как из-за стола встает их заводила — кажется, официант назвал его Кловером. Кажется, за то недолгое время, пока мы управляемся с первыми блюдами, он добирается до кондиций своих напарников, и сейчас чувствует себя незаслуженно обиженным. Примерно такие же состояния уже наблюдал и неоднократно: когда море по колено, а все остальные враги.

— Ну, что, девчонки, хотели посмотреть, как здесь в «Сарае»? — усмехаюсь. — Сейчас посмотрите.

Кловер встает из-за стола не с первого раза, к тому же его пытается остановить один из напарников. Кажется, предводитель компашки не только доходит до кондиции, но и на пару шагов переступает её. Никто из сидящих рядом не может усадить парня на место.

— Я сам могу решать, что мне делать! — Вся эта сцена сопровождается характерными комментариями.

Так, примерно прогнозирую, что будет дальше.

— Марк, — обращаюсь к товарищу. — Поставишь на меня? Вот, держи, пять империалов. Это всё, что у меня есть с собой наличкой.

Высыпаю содержимое кармана на стол. Ну а что? Тут, если правильно помню, в ходу только монеты. Избежать боя все равно уже не получится — лучше сделать все в удобное время, чем весь вечер ждать удара в спину. Принять бой на своих условиях… почему бы и нет? Я тут единственный, кто подготовлен к нему.

— Ларик, ты сейчас о чем? — с беспокойством в голосе спрашивает Олеся.

— Сейчас узнаете, — улыбаюсь ребятам.

Марк молча забирает со стола деньги. Он единственный понимает, к чему все идет.

Да и, похоже, что других вариантов в принципе не осталось.

Кловер в очередной раз стряхивает с себя своих друзей и нетвёрдой походкой, задевая стулья, идёт к нашему столику.

— Ты! — обвиняюще показывает на меня пальцем.

— Внимательно слушаю, — как ни в чем не бывало отрезаю кусок мяса. Было бы очень жалко бросать его тут.

— Ты! Со мной! На дуэль! — едва связно кричит парень. — Я вызываю тебя!

К нам подбегает давешний официант.

— Ты чё, Кловер, вообще берега попутал? — пытается образумить студента. — Ты где себя ощущаешь?

— Никшни! — несвязно отвечает Кловер и машет рукой, отбрасывая официанта от нашего столика. — Ты меня оскорбил! — снова обращается ко мне.

— Да? — удивляюсь. — Позволь узнать, как я мог оскорбить настолько пьяного и неадекватного человека? — отрезаю следующий кусочек, поскольку жаркое, в общем-то, очень и очень неплохое.

— Ты меня оскорбил! — Бьёт по столу совершенно нетрезвый парень. — Я вызываю тебя на дуэль! На дуэль!

— Ну, на дуэль, так на дуэль. Принимаю, — говорю парню и доедаю ужин.

— А вы…! — Кловер обводит глазами нашу компанию.

— А сейчас стоп! — фокусирую взгляд парня на себе. — У тебя претензии только ко мне? Вот со мной и будем разбираться.

Смотрю прямо в глаза не очень трезвому студенту. На меня пялится замутненный взгляд. Парень вряд ли сейчас сможет соображать более адекватно, учитывая до какой степени ярости он себя накрутил. Больше одной точки внимания ему контролировать откровенно сложно.

Ребята из моей группы вряд ли готовы к сопротивлению или противостоянию, а вот я под накидкой всё так же держу одежду из кожи дракона. В костюм изначально переодеваться не собирался — знал, куда идем. А вот у ребят шансов поменьше. Все разряжены: даже накидка Макса не боевая, а вполне себе парадная. Собственно, кому, как не мне принимать вызов?

— Условия?! — задаю вопрос, хотя заранее знаю, что мои.

— Да я тебя, щенок, одной левой уделаю! — на всё заведение кричит пьяный студент.

Официант на этот раз подбегает с охраной. Те вешаются на Кловера, и он уже не может дёрнуться, только брызжет слюной.

— Ты меня оскорбил! Меня! Оскорбил! — орёт как заведенный.

— Куда вы его? — интересуюсь у охраны.

— Выкинем из заведения, пока не оплатит штраф — здесь больше не появится, — отвечает один из них.

Друзья Кловера сидят за столиком и закрывают руками глаза. Раз не успели остановить, часть вины ложится на них.

— Но прежде чем выбрасывать, — уточняю. — Мы должны кое с чем разобраться. Он вызвал меня на дуэль.

— Правда, что ли? Было? — официант обводит глазами зал.

За нами не следит только очень пьяный или ленивый.

— Успел! — раздается со всех сторон.

— Парень принял! — слышу недалеко от нашего столика.

— Зачем принял-то? — спрашивает меня официант. — Ты же первогодка.

— Ничего страшного, — говорю. — У меня всё под контролем. На каких условиях?

— Тебе, первогодке? — спрашивает опешивший официант. — Оружие сними, а всё остальное оставляй. Если есть амулеты, тоже оставляй. Хотя что там у тебя может быть… — последние слова говорит себе под нос.

Парень достаёт из кармана небольшую пластинку амулета и сканирует нетрезвого студента.

— У этого ничего выше первого класса нет, — кивает на Кловера. — Какие у тебя условия? — спрашивает меня.

Быстро перебираю в голове годные варианты.

— Пусть до падения или первой крови… — предлагаю. — Подойдет?

— Ага, — кивает официант. Охрана отпускает Кловера, но на всякий случай придерживает за предплечья. — Раз ты принял вызов, придётся выходить. У нас так заведено.

— Да, я понимаю, — говорю. — Всё в норме.

— Парень, не парься, мы можем прекратить дуэль практически сразу, — поясняет официант. Видимо, думает, что я храбрюсь перед дамами. — Тебе просто нужно выйти в круг для формальности.

Девчонки смотрят на меня широко распахнутыми глазами. Такого исхода вечера они точно не ожидали.

— Да ничего, посмотрим, — отвечаю и слежу за поведением Кловера. Слишком надолго он замолчал.

В его глазах мелькают расчёт и злоба. Парень, конечно, изрядно пьян, но разум, все же, не потерял.

Что ж, очень кстати. Как раз хотел проверить, чего стоит мой щит против адекватного мага. Похоже, у меня появился тот самый шанс. Всё-таки парень, судя по внешнему виду, старше меня на год, а то и на два. Да, злобный, но тем лучше.

В разных концах зала проносятся шепот и обсуждения.

— Первокурсник, ты прикинь.

— Посмотрим, посмотрим, чему их нынче учат.

— У них всей учёбы только полгода от силы, а то и меньше.

— У этих месяца два, не больше.

— Что-то странное намутил наш Олежа. Почему не остановил Кловера? Неправильно это — принимать вызов от первокурсника.

Отодвигаю пустые тарелки в сторону.

— Ну, что, пойдём, раз принял, — пожимает плечами официант Олежа.

Иду на улицу за остальными студентами. В прошлый раз было проще. Но тогда мне нельзя было ничего показывать. Сейчас у меня хотя бы есть очень неплохой щит. Да и амулеты на месте. А если вдруг что — свалю на кольцо директора. Пусть потом ему вопросы задают.

Все выходят во двор, и мы направляемся в сторону дуэльного пространства.

— Ларион, ты чего? Какая дуэль? — пытается остановить меня Олеся, цепляясь за руку. — У нас особо и занятий-то не было, в отличие от всех остальных. Мы толком боевые глифы не знаем. Да и защитные — не сказать, что до идеала вызубрили.

Ребята не вмешиваются в наш разговор, но видно, что они не готовы к столь быстро развивающейся ситуации.

— У нашей группы есть какой-никакой опыт. Выходы, полигон, — перечисляю. — А тут? Нам бы все равно пришлось через это пройти. Понимаешь, просто так уйти домой уже не получится. Без вариантов. Лучше сейчас всё выясним и перестанем морочить себе голову. Тем более, всё контролируется. Не переживай.

— Как не переживать? — повышает голос Олеся. — Ты сейчас собираешься биться с настоящим магом! На наших глазах! А я тебе даже помочь не смогу.

— И не надо, — улыбаюсь девушке. — Тем более, не совсем настоящим и не совсем магом, но… да, собираюсь. В общем-то, не вижу в этом ничего страшного. Мы были в переделках куда ужаснее.

— Но мы были вместе и страховали друг друга! — Олеся старается держать себя в руках, но у нее не получается.

— Конечно, на нас прыгала куча монстров, вспомни, — разговариваю вполголоса, но остальные из моей группы меня тоже слышат. — А здесь всего один маг. Сама подумай, вряд ли он опаснее того же паутинника или засадника. Тут хотя бы можно предугадать траекторию удара. Монстры, все же, опаснее.

Марк коротким кивком головы демонстрирует, что, в принципе, со мной согласен. Единственное, как мне кажется, он жалеет, что сам не может выйти в дуэльный круг.

Аглая молчит в тряпочку, опустив голову. Всего пару раз испуганно поднимает взгляд на меня и тут же отводит. Видимо, чувствует приступ вины. Либо мне просто хочется так думать.

Если подумать, то мы могли уйти от дуэли без вопросов. Теоретически. Но практически — мы хотим быть принятыми в этом студенческом мирке. После дуэли со старшекурсником нашу группу точно заметят. Более того, мы сможем без лишних вопросов приезжать в «Сарай. Насколько нам будет это интересно — второй вопрос. Но почему бы и нет? Кормят здесь отлично.

— Да вы с ума сошли! — возмущается оператор дуэльной арены. Слышу, как они ругаются с официантом Олежей. — Он первокурсник! Я не собираюсь за это отвечать!

Глава 2. В которой снова огонь

Понимаю, что оператор крайне недоволен.

— Слушай, все будет нормально, — объясняет Олежа. — Не кипятись. Зуб даю, я знаю этого парня, — кивает в сторону Кловера.

Убеждения официанта работают и распорядитель нехотя соглашается.

— В общем, смотри, — разъясняет распорядитель. — Любое повреждение, и я останавливаю арену. Мне здесь проблемы не нужны. На нас и так сквозь пальцы смотрят, только потому что всё более-менее безопасно. Для веселья. А у вас тут какая-то ерунда.

Оператор арены недовольно включает дуэльный круг. Загораются линии защиты.

— Давайте в круг, господа спорщики, — командует он.

Тут же с разных сторон раздаются голоса тех, кто принимает ставки. Как бы то ни было, на меня ставят один к трём. В общем-то, неудивительно, что на студента первого курса ставок всё-таки поменьше. Но ничего. Если проиграю пять империалов, то стандартный целительский амулет, в любом случае, на мне. Щиты работают. Сердце дерева, опять же. Да и одежда дракона дает мне не очень честное, но все-таки преимущество. Тут, если разобраться в ситуации вообще все не так гладко.

Отдаю револьвер Олесе и захожу в круг.

— Дуэлянты, готовы? — распорядитель скуп на слова и недоволен.

— Да! — с полной готовностью кричит Кловер. Он не трезвеет. В его глазах разгорается звериная ярость.

— Вступаем в бой на счёт три, это понятно? — спрашивает распорядитель и кидает гневный взгляд на Олежу. Официант смотрит на все с улыбкой и выглядит полностью довольным собой.

Концентрирую внимание на противнике.

— Да! — в пьяном угаре орёт Кловер, а я просто киваю и молча жду начала.

Распорядитель морщится.

— Тогда готовимся: один, два, три! — раздаётся команда.

Вокруг зрителей поднимаются щиты стационарной защиты. Я полностью готов к противостоянию. Возле меня сразу же возникают стандартные щиты. Двух будет маловато. Объёмную фигуру из них не сделаешь, а у парня в арсенале, очевидно, есть что-то серьезное.

С рук Кловера срываются длинные огненные змеи-кометы. Они закручиваются по спирали и стремительно летят в мою сторону. Вот сейчас и посмотрим, чего стоят мои щиты против нормальных магических техник.

Удар. Щиты выдерживают. Выдыхаю, но ненадолго — болельщики снаружи восторженно кричат.

— Смотрите-ка, выстоял! — раздается комментарий.

— Ещё бы он не выстоял, — громко отвечают рядом. — Это же самые простейшие техники. А его щитов надолго не хватит!

Никто из студентов не верит в мою защиту. Видимо, подобные щиты плохо используются, потому что ни у кого из окружающих просто не хватит объёма внутренней магии на постоянное поддержание неоптимизированной техники. А вот у меня, похоже, хватает. Запас магии практически не меняется.

— Сейчас будет огнище! — прилетает еще один комментарий с воображаемых трибун.

Стараюсь не смотреть в сторону болельщиков — понятно, что львиная часть студентов поставила на Кловера. Следовательно, болеет за свои деньги.

Кловер формирует волны молний из пальцев рук в стиле «абсолютной власти». С одной стороны, забавно это видеть, а с другой — немного страшно понимать, насколько каждый студент Академии является настоящей боевой машиной.

Понятное дело, что все идут служить в обязательном порядке. Такое без контроля оставлять точно нельзя.

Без проблем принимаю молнии на щит. Кажется, слышу испуганный возглас Олеси, но отвлекаться нет времени. Защита выдерживает вторую атаку, а запас магии снова почти не проседает. Да и тут же восстанавливается.

За то время, пока парень стреляет в меня стихийными или околостихийными техниками, успеваю создать третий щит. Он постоянно срывается, но создать его прямо сейчас жизненно необходимо. Тем более, совсем недавно у меня получалось удержать три техники подряд. Направляю усиление внутрь себя.

А вот теперь чувствую лёгкий отток магии. Но и концентрация становится заметной. Словно в замедленном действии вижу, как парень готовится выпустить очередной атакующий глиф. Судя по тому, как долго он готовится, сейчас в меня полетит что-то хитро вывернутое. Пальцы Кловера чертят в воздухе абсолютно незнакомые мне глифы. Да уж, за пару лишних лет можно выучить прилично.

Чётко представляю ещё один щит. На этот раз он не срывается.

— Он, поставил третий щит! — слышу возгласы из-за круга. — Ниче так у нас первокурсники пошли — держит три глифа одновременно, ты прикинь!

Расширяю все три щита и видоизменяю их, закрываясь со всех сторон. Получается неплохая защитная палатка.

— Ты смотри, он ещё и еще и форму меняет. Потрясающе! — озвучивает мои действия другой голос.

Помимо обсуждений дуэли, слышится постоянный звук стучащего друг об друга стекла. Студенты зря времени не теряют.

Переношу внимание на щиты. Своей небольшой защитной пирамидой встречаю хитро вывернутую технику Кловера. Я как чувствовал.

Плотно смыкаю щиты ровно в тот момент, когда вокруг меня загорается воздух. Буквально за секунды выгорает примерно половина огороженного пространства, и с жёстким хлопком раза в два изменяется давление внутри круга. Благо, успеваю сомкнуть над собой края щита на уровне концепции, а не на глазок. Давление меня настигает только по земле, а там, в принципе, уже не так страшно страшно — слишком утоптанная и ровная поверхность у дуэльной арены.

В воздухе раздаются хлопки. Получается, что у техники парня тройная стихийная схема: выгорает воздух — это огонь, после этого изменение давления — воздух. И напоследок удар в пустое место. Все глифы достаточно слабые, но срабатывают почти одновременно. Если атаковать беззащитного противника — ему достанется как надо, и повреждения могут быть серьезные. Подозреваю, что я бы отделался минимум порванными барабанными перепонками. В лучшем случае.

Парень удивлён. Он недоуменно переминается с ноги на ногу, окидывая взглядом мою защитную хижину. На подобную реакцию он не рассчитывает, и явно вкладывает в свою мудреную технику несколько больше сил, чем ожидает. Сказывается пьяный азарт и желание показать, как легко старшекурсник прихлопнет надоедливую муху.

— Во даёт! — слышу удивленные возгласы.

Зрители непроизвольно отшатываются от горящей арены, хотя их надежно защищает специально включенный купол. Распорядитель и Олег при первых признаках огня тоже дергаются, но уже ко мне. Не ожидали, что техника мне не навредит.

— Продолжают! — кричит Олежа. — Все на ногах! — Он занимает безопасное место у края арены.

Сама арена продолжает функционировать. Мы с Кловером всё так же стоим друг напротив друга.

Парень стоит в пол-оборота, зло кривит лицо и разворачивает корпус. В меня летят чёрно-зелёные, мерзкие на вид, светящиеся лианы.

— Давай, покажи ему! — прилетает очередной комментарий от студентов.

Не совсем понятно, кому он адресован, но мне без разницы.

Неприятные толстые разряды влетают в базовый щит, но он отбивает их без особого труда. А всё почему? Потому что базовый щит — это концептуальная защита: не уточненный глиф, а концепт на уровне законов природы. Соответственно, он защищает от всего, что может нанести мне потенциальный вред. Другое дело, что практически ни у кого, как я уже давно заметил, включая преподавателей, не хватает сил настолько долго держать над собой базовую защиту. Очень прожорливая — раз, и ее защитные свойства, очевидно, напрямую зависят от оператора. Похоже совсем неважно, что прилетает в щит. Важно другое — хватит ли у оператора магии всё это аннигилировать… А вот магии у меня — ну очень прилично. Плюс восстановление. Так что пока разовая техника не больше моего объема, я могу спокойно стоять под щитом.

Народ вокруг затихает, а в мою голову приходит еще одна интересная мысль.

Если этот щит является базовым глифом, то, соответственно, глиф росчерка является базовым для атаки. Просто нужно побыстрее понять, как увеличить его мощность. Тогда, он, в отличие от сложных глифов Кловера, по идее, превратится в серьёзное оружие. Да и сама атака должна выйти неожиданной.

— Вы там заснули оба? — кричит один из студентов за кругом.

Кловер кидает на него быстрый гневный взгляд. Видно, что ему не по себе, и расчет был немного другой. Парень планировал закончить битву своей хитрой тройной техникой. Он до сих пор ещё не понял, что я защищаюсь самым простейшим защитным глифом, который преподают в Академиях. Причём, скорее всего, во всех.

В мою пирамиду друг за другом под разными углами влетают техники холода, воды и воздуха. Студенты за кругом ревут и аплодируют. Вижу, что вот-вот из-под земли вылетят земляные шипы. Этот глиф я часто видел в исполнении Макса, поэтому сразу узнаю его формирование. Успеваю отпрыгнуть. Вместе со мной отпрыгивает и защитная пирамида. Подловить меня никак не получается. Кловер кидает взгляд на землю рядом со мной и приподнимает одну бровь — в этот момент он понимает, что именно снизу я почти не защищён. Срочно перестраивает свою стратегию боя.

— Сейчас что-то будет! — слышу шепот за спиной.

А вот теперь мне не нужно знать, выдержат ли мои щиты очередной выпад старшекурсника. Я уже понял идею — этого хватит. Тут же бегу навстречу к удивленному Кловеру. Парень не ожидает от меня такой прыти и неосознанно отступает на пару шагов. Замечаю, как вокруг молодого мага загорается сфера. Она слегка искрит при контакте с основным щитом арены. То, что нужно, фантазия Кловера меня не подводит — именно на это я и рассчитываю. Мне, в общем-то, глубоко всё равно, есть у него щит или нет.

Усиление в мышцы, и за секунду до контакта ставлю щит под углом, как отвал у снегоуборщика. Разбегаюсь и врезаюсь в парня. Сношу его вместе со сферическим щитом. Вместе врезаемся в защиту дуэльной площадки. Защита мага недолго искрит и тухнет. Пользуюсь его замешательством, снова разбегаюсь и ещё раз ударяю парня своим отбойником. Со всей силы вбиваю Кловера в энергетическую стену. Его буквально сминает. Всё же я прикладываю не только физическую силу, но и магически ускоряю щит. Кловер ударяется о защиту арены, защита гаснет, а парня выбрасывает за границы круга.

Зрители расступаются. Вокруг стоит могильная тишина.

— Гхм, гхм, — прочищает горло распорядитель. — Засчитываем победу первокурснику — Лариону Орлову. Поздравляю, смельчак! А вот Василий Кловер теперь нежелательный элемент в нашем «Сарае». По крайней мере до стандартных выплат штрафов. И не помешает проставиться перед всеми присутствующим на момент выплат! Так что, Василий, советую подзаработать.

Вокруг раздаются смешки. Да уж, понятно, почему парня называют исключительно по фамилии. Более звучно и пафосно, чем просто «Вася».

Народ возле дуэльной арены после слов распорядителя про бесплатную выпивку мгновенно оживает. Раздаются одобрительные выкрики.

Часть студентов скандирует моё имя. Слышу знакомые голоса одногруппников. Всё время, пока длился бой, слышал только вздохи девчонок. Теперь же все ребята в голос поддерживают. К ним присоединяется все больше людей.

Странно, студенты вроде бы потеряли деньги на ставках против меня, но в то же время радуются моей победе. Неожиданно, но приятно.

Тут же на арену выскакивают два старшекурсника. Они решают последовать моему примеру и проверить старые классические техники защиты и нападения.

— Кто-нибудь, позовите целителя! — морщится распорядитель. — Проигравшему не помешает помощь, — он намеренно делает акцент на слове «проигравший».

Пытаюсь выцепить официанта Олежу — его уже и дух простыл. Странно. Мне изначально казалось, что тут все не так просто. Хотя, может быть, ребята после просмотра дуэли резко захотели подкрепиться и сделали много заказов?

Оглядываюсь и натыкаюсь взглядом на Кловера. Дёргаюсь ему на помощь, но вижу, как с другой стороны к нему спешит дядька, ответственный за здоровье дуэлянтов во время боев. Говорили, что он работает вместе с целителем, но нет — я ни разу не видел его в Академии. Вполне возможно, что он работает в центральном городском госпитале. В любом случае, Василий теперь в безопасности. Правда его товарищи сразу после окончания боя сматывают удочки. Ни один не подходит к Кловеру и не предлагает помочь. Да уж, не умеет парень выбирать компанию.

Выхожу из круга. Над ареной снова зажигается защита. Под куполом остаются те два старшекурсника. В ход идут всевозможные простые техники — их узнаю сразу. Часть зрителей остаются наблюдать, остальные возвращаются в заведение. Те, кто ставил на меня с довольными лицами забирают свой выигрыш.

— Поздравляю, вашу ставка сыграла, — улыбается парень и отдает выигранные империалы. Он тоже сегодня подзаработал — видно по довольному лицу.

Вижу Марка в очереди за империалами. По идее, он должен сейчас забрать утроенную сумму. Пятнадцать минус комиссия. Решаю подождать недалеко от арены и пока не захожу в «Сарай».

Ко мне подбегает Олеся.

— Ну вот, — говорю ей. — Примерно здесь функционирует «Сарай». Вы же хотели посмотреть? На втором этаже еще есть игорный дом, но нас туда точно не пустят. Там более жесткая охрана.

— Мы тебя потеряли, — не обращает внимание на мои рассказы девчонка. — Думали, ты куда-то ушел.

— Просто вышел с другой стороны арены, — улыбаюсь.

— Нам пришлось сделать целый круг! — жалуется Аглая. — А мы, если ты не заметил, в платьях.

— Не переживай, тут только слепой не заметил, что вы в платьях, — подкалывает девчонку Макс и протягивает мне руку. — Поздравляю, это было круто!

Марина стоит рядом и улыбается. Все вместе дожидаемся Марка.

— Ларион, я забрал деньги! — Марк подходит почти сразу и протягивает мне монеты. — Пойдём. Ты цел?

— Всё нормально, — киваю и отдаю Марку несколько монет.

— Мы сейчас на них и отпразднуем, — заявляет парень и открывает дверь.

Войти не успеваем.

— Не может быть! — раздаётся дикий крик сзади. — Он не мог меня победить! — орёт Кловер. Его, похоже, только-только приводят в сознание.

— Обернись! — Фраза предназначается определенно мне. — Ты победил нечестно! — галдит молодой маг.

Народ ахает, а я на автомате разворачиваю щит.

Оборачиваюсь и вижу, как прямо в меня летит огромный огненный шар. Наверное, парень только что засадил на него весь оставшийся немаленький запас магии. Огненный шар летит и злобно гудит.

Хорошо, что адреналин и усиление помогают мне вовремя среагировать. А если бы нет?

Выставляю щит под углом и принимаю шар. Не уверен, что подобную технику я бы смог принять на прямой щит. Огненный шар скользит по щиту, огибая всю нашу компанию и влетает в здание «Сарая».

Кловер синеет и падает на колени.

— Горим! — разводит руками официант Олежа. Он тут как тут. — Горим! — делает победный жест, будто так и знал, что этим кончится. На его лице расплывается довольная улыбка. Он оборачивается к Кловеру.

— А ты, Вася, теперь должен нам, как земля фермерам! Придурок! — констатирует официант и с нескрываемым удовольствием снова поворачивается к огню.

Понятно, что теперь Кловера не то чтобы затаскают по магическим судам, но приличную сумму отдать придётся. Парень не слышит, что ему говорят. Он валится от бессилия набок, а вокруг него хлопочет целитель.

— Да, — говорю, — тут всегда так.

— Пойдём тушить? — предлагает Олеся.

— Зачем? — удивляюсь.

— Там же еда, столики и всякие вещи, разве нет? — удивляется девчонка.

— Слушай, вы же всё своё забрали? — уточняю. — Сумка на месте?

— Да, — отвечает Олеся, ребята тоже кивают.

— Ну вот, все остальные тоже забрали свои вещи. Других сейчас выведут, — объясняю. — Они далеко не первый раз горят. Давайте лучше отойдём подальше и посмотрим.

Отходим от здания буквально метров на тридцать.

«Сарай» занимается так быстро, словно с других концов его тоже поджигают. А, может, так и есть — кто их знает? Загорается, в общем-то, весело.

Тут же видим, как, словно на учениях, народ выволакивает кеги с пивом. Краны немедленно открываются и наполняют уцелевшие бокалы студентов. Один из охранников успевает спасти штурвал с пивной стойки.

— Ну что? — спрашивает незаметно подошедший Олежа. — Пиво тебе не предложу, да и поесть теперь уже нечего. Может быть, только копчёное мясо. А нет, смотрите-ка, вон, товарищ, вроде бы сок спас. Будете?

Глава 3. В которой мы сидим над рекой

Нет, ну, как отказаться? Мы, конечно, и сок попили, и заодно посмотрели на весело разгорающееся пламя. Даже поучаствовали в спонтанном празднике студентов вокруг кегов с пенным.

Налить, конечно, никому из нас не наливали, разве что пытались подсунуть пару раз стаканчик-другой Аглае, но, напоровшись на взгляд Марка, тут же пасовали. Один из парней с двумя полными до краев кружками вообще сделал вид, что он шёл в другую сторону.

В принципе, нам и без пенного зрелища хватило.

— И часто тут такое? — спрашивает Макс.

— Слушай, не знаю, я здесь всего второй раз, — пожимаю плечами.

— И оба раза он сгорал дотла? — интересуется Марина.

— Типа того… — подтверждаю.

— Не знаешь, почему это случается так вовремя? — удивляется Макс.

— Вообще ни одной идеи, — честно говорю. — Но если вдруг «Сарай» загорится в третий раз, когда я сюда приду, тогда, думаю, идеи появятся.

Марк согласно кивает головой. Ему нравится все, что происходит.

— Главное, что поесть успели, — улыбается Олеся. — Теперь можно спокойно ехать в гостиницу. Я так рада, что все обошлось.

— Я бы не сказала, что успели, — вмешивается Аглая. — Называется, поклевали салатик, подорвались и побежали. — Она недовольно поправляет декольте и выжидающе смотрит на меня — что предложу?

— Предлагаю тогда двигать отсюда, — говорю ребятам. — Вечер поздний — не так много ресторанов, где получится нормально поесть. Сегодня же последний рабочий день. А шансы на то, что в хорошем заведении мы найдём свободные места, и вовсе мизерные.

— Так сходите на набережную, — тут же подключается Олежа. — Там много ресторанов. Места тоже всегда есть. А на такую большую компанию найдут даже если не будет — выручка-же! Или столик вынесут на веранду, да стулья поставят — погода хорошая. Поесть в городке везде можно.

— А что — вроде неплохой вариант? — соглашается с официантом Максим.

Мы переглядываемся и без лишних обсуждений решаем именно так и сделать.

— Приходите к нам ещё! — ехидно добавляет официант «Сарая». — Мы будем ждать с нетерпением.

— Нет, всё-таки сгоревшее заведение — это не совпадение, — вторит моим мыслям Макс.

— Тоже так думаю, — соглашаюсь с ним, и мы аккуратно, бочком, отделяемся от празднующих студентов, и проходим весь пустырь.

Видимо, местные извозчики реагируют на отсветы пламени — на улице через пустырь, напротив «Сарая», прямо сейчас стоит аж пять экипажей. Думаю, основная идея в том, что все гости постепенно будут расходиться. Особенно, когда закончатся кеги. Извозчики зацепят студентов на раз. Ещё и цену в такой поздний час можно выкрутить прилично. Что, собственно, они и делают. Нам выбирать не приходится.

Берём два экипажа.

— До набережной, — говорю водителю. — Нам бы перекусить.

— А! Это вы по адресу… — бодро отвечает извозчик. — На набережной всегда хорошо потчуют. В «Ерша» можете зайти, годное местечко.

— Как вы сказали? В «Ерша»? — удивляюсь.

— Ну да, там и рыба хорошая, и кормят до отвала, — поясняет водила. — Если вам именно поесть, то определенно туда.

— Спасибо за рекомендацию, — благодарю за совет. — Вполне возможно, что дойдём.

До набережной добираемся очень быстро. Не проходит и пяти минут. Дороги пустые. Встречаются только редкие прогулочные экипажи, в основном с парочками.

Олеся берет меня за руку в темноте кабины и мы вместе смотрим на ночной город.

Ночью река становится сильно загадочной. Тёмная и лениво плещется о берег. Вроде бы не сильно широкая — вряд ли больше сотни метров, но при этом довольно глубокая. Делаю такой вывод, потому что у причала стоят и прогулочные корабли, и даже виднеется пара яхт. Правда, именно прогулочных яхт здесь не вижу. В основном крепкие рабочие суда. Пассажирский корабль тоже, вроде как, довольно глубокой осадки. Речка не только красивая, но и вполне себе промысловая. Однако именно для удовольствия, похоже, ходить по ней никто особо не собирается.

— Приехали! — объявляет извозчик. — Дальше тут не проехать. Если решите все-таки в «Ерша», то вам вдоль набережной до вывески с огромной рыбой — точно не пропустите. Её мой дядька еще делал, — с гордостью добавляет мужик. — Заодно прогуляетесь. Ну, всё, бывайте.

Помогаем девушкам выйти из экипажа. Набережная неплохо освещена. Света работающих ресторанов и отдельно стоящих фонарей хватает, чтобы видеть каждый шаг.

Проходим тот самый пассажирский корабль, который я приметил еще издалека. Переживаю, что мест в ресторанчиках на берегу будет немного.

— Кажется у них там весело, — с завистью замечает Аглая, кивая на корабль.

Действительно, от корабля доносятся негромкие звук музыки и запах готовой еды. Возможно, пассажирам даже не нужно спускаться на землю, чтобы поужинать. И с развлечениями у них все продумано.

— Я бы не хотела там оказаться, — ёжится Марина. — Так мало пространства и много людей. Толком не пообщаться.

— Согласен, — поддерживает Макс, на что Аглая недовольно фыркает.

Всматриваюсь в остальные ресторанчики на берегу. Они заполнены примерно на две трети, не больше. Народ с удовольствием гуляет по набережной с мороженым или снеками. Погода и впрямь хорошая — почему бы не пройтись? Сумерки уже опустились на город, и с каждой минутой на улицах все таинственнее и красивее.

Зарево горящего вдалеке «Сарая» видно с любой точки набережной.

До хваленого «Ерша» мы так и не доходим.

— Смотрите, какое милое местечко! — показывает Марина на уютный ресторанчик с верандой. Название тоже привлекательное — «Над рекой».

— И народу немного, — соглашается Макс.

На входе нас встречает улыбчивый администратор.

— Сейчас всё организуем, — обещает он, оценивая взглядом нашу большую компанию.

На веранду тут же выносят дополнительный переносной диванчик и стулья со столиками. Сдвигают — и получается удобное уединенное местечко с прекрасным видом.

— Не зря девчонки вырядились, — под нос бормочет Макс. И тут он прав — обслуживают нас как званных гостей.

Все заказы выполняют очень быстро. Все названия рыбы в меню незнакомые, но официант узнает предпочтения каждого и помогает выбрать.

Мне достается рыбный стейк. Плотное белое мясо необычно вкусное и воспринимается почти как магическое. Что-то в нем точно есть.

Интересно, а бывают ли очаги прорывов в озёрах или реках? Ведь такие реки как под нами — идеальная дорога для измененных. Как наружу, так и обратно… Да ну, бред. Что-то меня не туда понесло.

— Ларик, ты чего? — отвлекает меня от мыслей Олеся. — Как у тебя?

Все заказываем разные блюда. Недовольных в заведении нет. Пару раз кидаю взгляд на соседние столики. Гости неспешно наслаждаются едой, напитками и беседой. В основном все ужинают тут парами.

— Очень даже, — улыбаюсь девушке и отрезаю кусочек, чтобы она попробовала.

День, несмотря на то, что начался немного странно, заканчивается вполне себе приятным вечером. Успеваем и поужинать, и прогуляться до нашей гостиницы.

— Ноги отваливаются! — жалуется Аглая. Только сейчас замечаю, какие высокие у неё каблуки. Весь вечер в ресторане и всю дорогу домой мы болтали в основном с Олесей. — Вы как хотите, а я спать!

Замечаю, как Олеся дергается пару раз в мою сторону с желанием что-то сказать, но останавливается. Вокруг нас слишком много народу. Шепнуть незаметно точно не получится. В итоге просто машет мне рукой, и расходимся по комнатам.

Физиология, конечно, ощутимо давит на мозг. После душа долго смотрю в панорамные окна на звезды и думаю, как бы пригласить к нам девчонок. С другой стороны — уединиться, чтобы вдвоем насладиться видом, тут точно не получится. Да и Макс вырубается сразу, как только его голова касается подушки.

К тому же, для магов близкие взаимоотношения — это вопрос различных усилений. По крайней мере, мельком подобную информацию видел в учебниках по целительству и у Пилюлькина в кабинете. Подозреваю, что эта часть жизни будет очень структурированной или жёстко регламентируемой, по крайней мере, сначала.

Не замечаю, как под размышления тоже проваливаюсь в сон.

Утром мы всё-таки идём в синематеку, как и договаривались с Кормаком и маркизом. Вместе с ними приходит Майя.

— Остальные решили отоспаться после вчерашнего, — поясняет Синегорский.

Понятно, почему их так мало. Видимо, пенное все-таки наливали, просто не там, где мы ходили. Но это к лучшему — сегодня просыпаемся без головной боли и полные сил. Время тоже лучше беречь — дел до вечера целая гора.

Заходим в большой зал синематеки — тут я еще не был. В прошлый раз кресел в зале было значительно меньше. Не удивлюсь, если это помещение открывают только на выходные, когда поток людей больше.

— Как прошел вчерашний вечер? — К нам подходит Майя и пытается занять место рядом со мной.

— Ой, прости, тут занято, — незамедлительно подскакивает Олеся.

— Тут тоже, — криво улыбается Аглая по другую руку. Да уж, поддержка у девчонок что надо.

— Ладно, потом поболтаем, — ничуть не теряется целительница и одинаково улыбается как мне, так и девчонкам.

— Вы чего на неё накинулись? — удивляюсь.

— Тсс, сейчас начало! — предупреждает Аглая, аккуратно отступая от темы.

Всей группой принимаем участие в историческом фильме об известных магах прошлого. Мне они неизвестны, но мои согруппники пищат от восторга. Мы переживаем весь фильм изнутри: путешествуем вместе с героями и участвуем с ними в битвах. Исторического контекста много, но он вплетен в сюжет, так что и воспринимается как само собой разумеющееся. Время пролетает незаметно.

Девушки как и мы, выходят из зала очень довольные. Ещё бы: с ними произошло всё возможное: и любовь, и смерть, и кровь.

Уже второй раз удивляюсь местным технологиям. Думаю, было бы интересно в этом мире почувствовать звук световых мечей, жар Ородруина и магию Изначальных. Поочередно представляю разные глобальные полотна, в которых можно было бы поучаствовать. Когда спрашиваю об этом Макса — он про такие темы даже представления не имеет.

В общем, сейчас уровень развития синематеки в этом мире — просто рассказ историй. Причём без особо крупных планов, но зато с непосредственным участием всех зрителей. Забавно.

— Ну как вам? — спрашивает Кормак после выхода из зала.

— Очень круто! — отзывается Аглая. — Всегда мечтала зарубить мечом пару-тройку рыцарей. Так и знала, что они неуклюжие.

— А вы не хотите с нами на обед? — дружелюбно предлагает Майя.

— Не получится, — сразу же отвечает Олеся. — Нам еще нужно успеть заехать в магазин.

— А там непонятно, когда мы освободимся, — подхватывает Аглая. — Лучше не ориентируйтесь на нас. Встретимся на дирижабле.

Синегорский активно обсуждает фильм с Марком. Наш молчаливый товарищ после фильма тоже раскачивается на эмоции и находит заинтересованные уши. Жаль, конечно, что принадлежат они не Аглае.

— Всё, ребята, прощаемся, — прерывает все обсуждения девушка. — Нам надо идти. А то совсем ничего не успеем.

Странно, вроде у девчонки все платья уже готовы. Вряд ли Аглая так уж сильно переживает за чужие наряды. Кажется, ей просто не хочется оставаться в компании другой группы.

К обеду мы как раз успеваем забрать заказанные платья и костюмы. На этот раз никаких задержек нет — все быстро финально примеряют наряды и получают свои упакованные свертки. Выходной костюм садится как влитой — всё-таки не зря Олеся заказала с подгонкой — пусть и случайно. А, костюм, уверен, пригодится еще не раз. Всё-таки на любых официальных мероприятиях нужная штука.

— Ой, девчонки, когда вы увидите меня в новом платье — с ума сойдете! — радуется Марина после примерки. — Не зря всё-таки красное заказала — оно идеальное.

— Ага, только по-любому сливается с твоими рыжими волосами, — замечает Аглая. — Но тебе решать, конечно…

Мысленно радуюсь, что платья примерялись наедине в примерочных, и мы избежали бурного обсуждения образов. Здесь мы экономим львиную часть времени. Успеваем всё закончить до середины дня.

— Без лишней спешки обедаем и на корабль? — уточняет Макс.

— Может, еще пробежимся по нескольким магазинам? — предлагает Марина. — Я тут нашла неподалеку. Мы быстро: туда и обратно.

— Нет-нет-нет, я голосую за обед, — мотает головой Макс. — Магазины будут в следующий раз. Не хочу потом впопыхах засовывать в себя непонятно что.

— Может, туда же, на набережную? — предлагаю.

— Мне понравился вчерашний ресторан, — высказывается Олеся. — Как его? «Над рекой». Очень милое место.

— У них все свежее и не очень дорогое, — соглашается Аглая. — Да и побывать днем на набережной — хорошая идея.

Все не против. С помощью извозчиков добраться до реки быстро и, опять же, недорого. Мы, вообще, очень быстро привыкаем к этому виду транспорта. Вчера погода стояла чуть лучше, сегодня прохладный ветер, но все равно — на улице отлично, а там неплохое место, чтобы посидеть. Решаем не рисковать. Тем более, всего пять-десять минут — и мы рядом с нужным местом.

Извозчики свое дело знают — едем мягко, и само собой взгляд задерживается на прохожих. Вокруг народ наслаждается выходным днем. И людей на улице на порядок больше, чем вчера вечером.

А вот мне что-то не даёт покоя. В голове вертится неясная мысль, но сознание не может сформулировать её четко или хотя бы образно. Это слегка беспокоит. Откладываю тревожное ощущение — пусть дозреет.

Вспоминаю, что неприятные ощущения появляются после вчерашней дуэли. Значения не придал, так как эмоция очевидная. Стычек в «Сарае» мне никак не хотелось. Но как связан вчерашний бой и сегодняшний день — вообще не понимаю. Ладно, если по-настоящему важное — обязательно проявит себя чуть позже.

Выходим в самом начале набережной. Ресторанчик «Над рекой» совсем недалеко — буквально пройти несколько рядом стоящих заведений. Веранда снаружи выглядит все так же потрясающе. Администратор встречает нас на входе вообще как родных.

Без лишних просьб и объяснений нам сразу же сдвигают столики и выставляют сидения. За что им отдельное человеческое спасибо.

На удивление река не сильно отличается от вчерашней ночной. Вода такая же тёмная. Да и глубина будто не меняет своего цвета. А вот всё остальное вокруг заметно преображается при дневном свете. Постройки превращаются из тёмных непонятных громадин в очень красивые, но все так же неприступные крепости-замки, нависающие над мелкими кафешками и магазинчиками. Между домами рядами высажены зеленые деревья, рядом проходят извилистые дороги. Весь этот вид создаёт своеобразное ощущение, будто мы находимся на пикнике, на природе.

Ощущение само города и предполагаемой суеты отступает.

Снова ударяем по рыбному меню.

— Очень нежное мясо, если возьмете на всю компанию, не прогадаете — советует официант, пролистывая меню. — Просто готовится чуть дольше. Но если у вас нет времени…

— У нас теперь есть время, — с едва заметной обидой в голосе отвечает Марина.

— А можно еще выбрать суп и десерты? — спрашивает Олеся.

Официант открывает меню на нужной странице.

— Жутко хочу шарлотку! Нам редко дают яблоки в Академии, — девчонка ведет пальцем по странице. — А когда дают — они вечно пересушенные. Ларик, давай одну на двоих? — обращается ко мне.

— Яблочный пирог подается с мороженым, — сообщает официант.

— Тогда точно несите, — улыбаюсь.

В остальном обед в ресторанчике получается крайне рыбный. Но тут сложно ожидать чего-то другого. Нам сначала приносят блюдо, похожее на уху, только более плотное. На второе — хороший нежный стейк белого мяса с мягкими овощами. Отдаленно напоминает картошку. Помню этот странный вкус — нас кормили подобным в госпитале.

— Давайте придумаем, чем займемся в наш следующий выход в город, — предлагает Марина.

— Ооо, началось! — улыбается Макс.

— Если серьезно, я бы еще раз сходила в синематеку вместо магазинов, — высказывается Олеся.

— Во, это наш человек, — приобнимаю её за плечи.

Болтаем о всяких мелочах и наслаждаемся жизнью. Здорово, когда никто не трогает и не вызывает на срочные выходы здесь и сейчас. Не успеваю озвучить свою мысль ребятам, как слышу звонок информера.

Вызов от моего юриста. Сильно удивляюсь, но отхожу в сторону, чтобы ответить.

— Здравствуйте, Марк Анатольевич, — здороваюсь с нанятым юристом. — Я вас очень внимательно слушаю. Мне нужно беспокоиться? — уточняю на берегу.

— Здравствуйте, Ларион, — слышу серьезный сосредоточенный голос. — Вы же сейчас в городе, если не ошибаюсь?

— Не ошибаетесь, — подтверждаю. — Но откуда вы узнали?

Глава 4. В которой пространство выдыхает

— Ко мне поступил запрос от следователей, которые ведут дело с вашим участием, — все тем же строгим голосом сообщает Полевой. — Я не был уверен, что вы в городе, но, поскольку я подал несколько жалоб и очень сильно надавил через их начальство за всю эту историю с вами…

— Да-да, я помню, — отвечаю. — Я давал вам доверенность, все в порядке. И что сейчас?

— В первую очередь они просят вашего разрешения на разговор, — сообщает юрист.

— Интересно — они знают, где я? — удивляюсь.

— О, тут не сомневайтесь, они точно знают, где вы, — хмыкает Полевой. — Более того, если вы дадите разрешение на встречу, вместе с ними подойду и я. Это необходимо на всякий случай, — говорит юрист. — Просто так разрешение им давать не надо. Вы всё-таки достаточно неопытны в этих делах. Считаю, что лучше разговаривать со следователями исключительно в моём присутствии.

Беру паузу, чтобы подумать.

— В принципе, я не против, — сообщаю.

Прикидываю, что, на самом деле, один на один со следователем никогда не оставался и не разговаривал — всегда присутствовал сопровождающий либо из Академии, либо из госпиталя. Наедине меня и впрямь старались с менталистами не оставлять. Видимо, так принято.

— Хорошо, — соглашаюсь. — Я сейчас на набережной. Ресторан «Над рекой».

— Да-да, следователи знают. Я тоже, — отзывается Полевой. — Ждите, минут через пять буду. Потом и они покажутся.

В лёгком недоумении сбрасываю звонок и возвращаюсь за стол.

— Что-то случилось? — тут же спрашивает Олеся.

— Пока не знаю, просто странно, — рассказываю, и все ребята сразу замолкают и слушают меня. — Ко мне опять приехали следователи, просят, — усмехаюсь, — аудиенции.

— А ты? — подключается Макс.

— Я не против. Мне нечего скрывать, — говорю как есть. — А вот если я чем-то смогу помочь, то это пойдёт на пользу. Если уж совсем честно, то особых проблем они мне пока не устраивали. Подставы — да, но проблем, с которыми я не мог справиться…

— И ты всё равно хочешь с ними встретиться? — ужасается Олеся. — Вдруг это опасно? А если они тебя сейчас заберут, и ты снова не полетишь в Академию?

— Я не жажду нашей встречи — они настаивают, — пожимаю плечами. — Точнее, просят, причём в официальном порядке и через моего юриста.

— У тебя есть юрист? — удивляется Аглая.

— Да, он оплачен моим отцом, — рассказываю. — Так что работает, судя по всему, в моих интересах.

— И когда они хотят встретиться? — спрашивает Макс.

— Думаю, минут через пять-десять. Они знают где я. Но юрист хочет попасть сюда раньше следаков, — задумчиво говорю. — Он, похоже, будет здесь уже совсем скоро. Ребят, я некоторое время побуду тут, рядом, хорошо? Если никаких срочных проблем, то успею с вами вернуться на корабль.

— Конечно, Ларик. Если что — мы тут, — отвечает Олеся, а остальные кивают.

— Ага, — улыбаюсь и отсаживаюсь за отдельный стол.

Маленьких незанятых столиков в ресторане много. Выбираю тот, что выглядит более уединенным.

Первым в ресторанчик закатывается круглый улыбчивый дядька, похожий на пингвина. Он подслеповато оглядывается — а я замечаю его через стеклянные двери веранды. Увидев меня, дядька-пингвин срывается в мою сторону.

Официант преграждает дорогу, но пара слов, сказанных забавным дядькой, превращает официанта из препятствия, скорее, в союзника.

Мужичка-пингвина провожают к моему столику.

— Марк Анатольевич Полевой, — представляется мужик и ставит небольшой чемоданчик на стул рядом. Протягивает руку.

— Да, я так и понял. — Пожимаю. — Через сколько ожидать следователей?

— Они уже где-то здесь. Просто я не давал им разрешения вести никакие разговоры, пока сам не приеду, — смеётся юрист. — Сейчас мы достанем необходимые амулетики. Всё должно быть по грамоте.

— Амулетики? — удивляюсь.

— Конечно, — кивает юрист. — Они же поголовно менталисты. По крайней мере все, кто из столицы. Это местные у нас могут быть следователями, сотрудничать с ними и быть обычными людьми. А там — нет. Там, если ты следователь, да ещё и по особо важным делам — в любом случае менталист. Это им в работе очень хорошо помогает, — рассказывает добродушно Полевой, доставая одну за другой небольшие пластины. — Так… — задумывается. — Давненько я его не включал. Это сюда, — размещает на столе. Ага, а вот это сюда.

Юрист состыковывает разные части пластин. Незамысловатая пирамидка загорается зеленоватым цветом и снова становится абсолютно нейтральной.

— Ну, вот. Теперь мы более-менее готовы, — подытоживает Полевой.

—- В госпитале вроде другой амулет был, — вспоминаю. — Чуть побольше.

С интересом смотрю на пирамидку. Вижу такую впервые.

— Понятное дело — в госпитале им нужна точная информация, — объясняет юрист. — А здесь нам важно знать, есть ли воздействие. И возможно всего два варианта, разве что с небольшой градацией.

— Точно, там до определенного уровня вмешательство считалось безопасным, — вспоминаю.

— А здесь вообще про уровни речи нет. — Полевой поворачивает амулет на столе. — Просто нужно понимать, что они делают. И будь я на вашем месте, не разрешал бы касаться сознания никаким боком, — советует он.

— В любом случае к вам прислушаюсь, — говорю. — Раз так настаиваете.

— Отлично. Тогда даём разрешение на разговор нашим знакомцам? — уточняет юрист.

— А вы их тоже знаете? — удивляюсь.

— Лично? Конечно же, нет, но я с ними уже пообщался по информеру. Считаю, почти знакомы. Может быть, даже опознаю их при встрече, — усмехается. — Не переживайте.

Полевой открывает более навороченный информер, чем у каждого из нас.

— Подъезжайте, господа, — говорит он. — Я договорился с господином Орловым. Только имейте ввиду — я буду лично присутствовать на встрече. Надеюсь, вас это не смущает?

— Нет, не смущает, — еле слышно доносится до меня голос из информера. — Скоро будем.

Следователи абсолютно не уточняют, где я, что я. Значит, им моё местонахождение точно известно, как и говорил Полевой.

— Закажите что-нибудь, пока ждем, — Полевой машет рукой официанту. — Я, по крайней мере, точно буду горячий шоколад. Шоколад для интеллектуальной деятельности очень полезен, знаете ли. Любезный, — обращается к подошедшему официанту, — будьте добры, горячий шоколад, и сахара побольше, — вздыхает толстячок.

— А мне, наверное, чашечку черного кофе, будьте добры, — добавляю в заказ. — И ещё пару чашек принесите.

Официант кивает и уходит на кухню. Почти тут же через стеклянные двери веранды вижу вошедших знакомых следователей из столицы. Те оглядываются, пока не замечают меня. Обращают внимание на компанию студентов, сидящую рядом, перебрасываются парой слов и идут в нашу сторону.

Дорогу следакам никто не перегораживает, несмотря на то, что они сегодня в штатском. Правда, провожать их тоже никто не планирует. Даже в штатском они выглядят будто близнецы — подчёркнуто строго и официально. Не считая причесок, конечно. Сразу видно служивых людей.

— Здравствуйте, Ларион! — протягивает руку бритый следак. — Меня зовут Клишенко Игорь Васильевич, — официально представляется юристу. — А это мой напарник, — показывает на патлатого. — Луцкой Олег Валентинович.

— Здравствуйте, господин Орлов! — приветствует Луцкой.

— И вам того же, — последовательно пожимаю руки одному и второму следаку.

В общем, пока неплохо. По крайней мере, никаких обвинений с порога. И прессинг, вроде как, не подразумевается.

— Сразу к делу? — Следаки переглядываются друг с другом.

— А чего тянуть? — пожимает плечами юрист. — Начинайте, а я посмотрю, чтобы всё проходило в рамках закона.

— Зря вы так, Марк Анатольевич, — недовольно дёрнув губой, говорит бритый. — Мы бы ни в коем случае не стали нарушать закон.

— Ну да, ну да, теперь бы точно не стали, — намекает на недавние обстоятельства юрист.

Бритый следак на это ничего не отвечает, только качает головой.

— Господин Орлов. У нас к вам просьба, — обращается ко мне Клишенко. — Безусловно, вы можете отказаться от её выполнения, но всё же попробуйте войти в наше положение. Дело в том, что вы являетесь свидетелем по двум похожим делам.

— В обоих случаях — еще и общим пострадавшим, — добавляет Луцкой.

— Всё так, — продолжает бритый следак. — Мы, безусловно, не можем вывести в полноценное расследование дело о магических минах в вашей Академии, потому что здесь не наша зона ответственности. При этом, поскольку ваш студент, Игорь, кажется? — вопросительно смотрит на меня. — В общем, парень обследуется в военном госпитале, и хочется или нет, но кое-что нам делать всё равно приходится. Кроме того, ситуация, где пострадали студенты — всё-таки государственное дело… Император крайне заинтересован в магах.

— Насколько мне известно, процент окончивших обучение значительно меньше поступивших… Вы все подобные дела рассматриваете с такой тщательностью? — удивляюсь.

— В чем-то вы правы, — прокашливается Клишенко. — Но тут есть тонкий момент. Если студент погибает в процессе обучения или не проходит обучение по другой причине, то это не наша зона ответственности.

— А вот если студент погибает вне рабочего или учебного процесса, то у империи появляются вопросы к Академии, — добавляет Луцкой.

— Именно, — продолжает бритый. — Это тоже не совсем зона работы следователей по особо важным делам. Но все же забота следственных органов. Просто других. В вашем же случае, в Академии применили мины с пространственным перемещением, — следак достает из сумки одну из мин. — Такие вопросы уже в нашей компетенции. Магические мины использовали пока что только в вашей Академии. А наш отдел как раз занимается участившимися случаями прорывов и краткосрочных аномалий там, где их никогда никогда не ожидал. В вашем случае — на железной дороге.

— Какие ещё места? — интересуюсь. — Может быть, между ними есть что-нибудь общее?

— Понимаете, раньше считалось, что прорывы — это природное явление, — объясняет Клишенко. — В основном они встречаются в ненаселенной местности. Да и сейчас так считают. Прорывы случались в посёлках или деревнях, это всё было, но чтобы поезда или заводы… Сейчас такие случаи участились.

— За последний год произошло несколько подобных ситуаций, подобных вашей, — продолжает Луцкой. — Я бы сказал, хуже, чем ваша. Не осталось ни одного свидетеля, но при этом ущерб огромный. Вас успели вытащить, прежде чем прорыв закрылся. Но сам факт: прорыв на железной дороге. Нонсенс!

— После этого случаи участились, — снова берет слово бритый следак. — Не так давно обнаружили прорыв на химическом комбинате. Подобная ситуация произошла и в сборочном цеху. Там тоже никто не выжил, а большая часть завода попросту исчезла. В общем, раньше такое считалось невозможным.

— Но почему? — уточняю. — Разве прорыв выбирает, где ему открыться?

— Раньше вероятность прорывов в местах, связанных с технической деятельностью, считалась мизерной и не рассматривалась исследователями, — поясняет Клишенко. — В этом году всё происходит по-другому. При этом, слова господина Кольцова, которые вы нам передали, об искусственном происхождении вашего прорыва, неожиданным образом сближают его с вашими пространственными ловушками. Как и с пространственными минами вашей же Академии.

— Но прямых связей между ними нет, — сразу же предупреждает Луцкой. — Поэтому мы хотели вас попросить как свидетеля и как прошедшего аномалию, рассказать нам — возможно, вы чувствовали какие-нибудь моменты, которые могли бы связать эти два дела. Или, может быть, вы заметили что-нибудь необычное…

— Хорошо, — пожимаю плечами.

Прикрываю глаза и погружаюсь в воспоминания. В первый раз было вообще не так. Там чувствовался холод. Отсутствие движения. Пустота. А вот в пространственной ловушке и в магической мине, при внешней схожести, все ощущения сильно отличались.

— Мы не замечали магическую ловушку до момента появления тумана, — рассказываю следователям. — С миной — полное ощущение обычного мира, просто другое осязание. Он даже пахнет иначе. Перехода в первом случае я вообще не помню. Во втором случае он был абсолютно незаметен, в третьем — очень грубый. Словно меня эта штуковина выдирала туда, куда ей нужно.

— Опишите ощущения, — просит Луцкой и открывает толстый блокнот.

— Будто я проваливался в дыру. Не меньше, — говорю, вспоминая. — Насчёт сходства, боюсь, вам не помогу, — задумчиво прикидываю. — На мой взгляд, все эти ситуации абсолютно разные.

— Олег Валентинович, — раздаётся голос Полевого. — Попрошу. Давайте без воздействия на юношу.

Открываю глаза — пирамидка, которую юрист поставил на стол, излучает зеленоватый свет.

— Что вы! Никакого прямого воздействия, — тут же открещивается следователь. — Я просто хотел помочь Лариону подтянуть нужные воспоминания. Я не собирался дальше.

Клишенко бросает на него яростный взгляд.

— Олег! Сказано же! Не лезь, — нервно останавливает его бритый. — Не нужно делать то, что не согласовано. У нас единственный свидетель. Если он откажется после этого с нами работать, будешь сам выяснять, что за перемещения, и где у них общее.

— Ладно, ладно, — тушуется патлатый.

— А зачем вы принесли сюда мину? — удивляюсь. — Это же небезопасно.

— Мины абсолютно инертны и ни на что не реагируют, — объясняет Клишенко. — А вот вам, возможно, помогут вспомнить…

— Как это — инертны? — удивляюсь.

— Да вот так. Наши исследователи пытались их активировать, но ничего не получилось, — пожимает плечами следак. — Я захватил их с собой, чтобы вы взглянули — возможно, некоторые из этих амулетов являются просто болванками, которые нужно сначала довести до ума.

— Ммм, да уж… — ещё больше удивляюсь.

Прекрасно помню, как воспользовался в замке некромантов одной из таких болванок. Обезьянка вряд ли там сильно копалась. Но при этом, уверен, она чувствовала количество магии внутри амулета. Иначе к чему эти попытки вычленить оттуда магию? Значит, бесенок выбрал самую заряженную болванку — других объяснений пока не нахожу.

Беру в руки плашку. Пластина вроде бы остаётся инертной, но потом словно пробуждается. Тут же возвращаю её на стол.

— Простите… — секунду размышляю. — Позвольте узнать, а ваши сотрудники состоявшиеся маги?

— Конечно, кто бы допустил просто одарённых? — хмыкает Клишенко. — У нас все опытные.

— Вот вам и ответ, — говорю.

— В каком смысле? — не понимает бритый.

— В руках опытного мага это просто болванка, — констатирую. — Защита от дурака, чтобы вы её не могли активировать. Плашка активируется только в руках ученика. Видимо, у нас есть фоновые отличия, именно на них мина и ориентируется.

— В таком ключе мы не смотрели, — задумывается следователь.

— Послушайте, это единственное значимое отличие меня, Игоря или той же самой Олеси, которая использовала магию в момент перемещения, — киваю за соседний столик, — от ваших сотрудников. Ни я, ни Игорь, никто другой, державший в руках пластины, не являлся магом. Мы даже не знаем, чем прошедший обучение маг отличается от ученика. А вот те, кто создавали эти амулеты, похоже, знают.

Знание падает на меня практически сразу. Лёгкий мандраж переходит в колокольный внутренний звон.

«…Да, я специально выбрал это место. Здесь же студенты. Вокруг них много неструктурированной магии… — тут же вспоминаю слова лже-Кольцова. — Так что здесь спрятаться проще, как и открыть проход…»

Да твою ж!..

Внезапно в моей голове складывается вся схема.

— Так…, а все остальные мины тоже сюда принесли? — Чуть ли не подскакиваю со стула.

— Нет, не все. Я выбрал пять разных, на всякий случай. Они сейчас со мной, — с лёгким удивлением говорит следователь. — А что такое?

Тут я слышу уже знакомый щелчок. Мгновенно хватаю плашку и выбрасываю её в воду прямо с веранды.

— Что вы делаете?! — Подскакивает Клишенко.

Вырываю у него сумку и бросаю туда же — в воду. Уже в полёте слышу остальные щелчки — одна за другой мины приходят в движение внутри сумки. Кажется, немного опоздал. Наличие целой группы студентов оказывается достаточным, чтобы взвестись плашкам.

— Здесь же полно студентов! Чем вы думали?! — не выдерживаю собственного открытия. — Все ваши мины нацелены на студентов! Вчера в городе очень кстати сгорел студенческий «Сарай» с праздником, магическими фейерверками и огромным выходом полуструктурированной магии! А вы со своими минами приехали именно туда, где они смогут активироваться!

— Что? — переспрашивает следователь. — Орлов, что за бред вы несете…

— Надеюсь, что бред! — С сомнением смотрю в сторону реки. — Хотя… Похоже, этот бред превращается в реальность. — Киваю на воду.

На глубине разгорается серебристое свечение. Вода вскипает в том самом месте, куда я бросил первую плашку. Хорошо, что получилось отбросить довольно далеко.

Оба следователя и юрист подрываются со своих мест.

— Бред, говорите? — повторяю.

Разговоры на веранде стихают. Река вскипает чуть ли не по всей своей ширине. Пространство вокруг будто делает тяжёлый и очень холодный выдох.

— П…ц, — доносится от следователя по особо важным делам.

— Безусловно, — вторит ему юрист.