Мой вредный босс

Пролог

Меня закрыли в кабинете с боссом! И всё по моей вине!

Утром моя наставница Иринья попросила меня занести папку с отчётами боссу.

Я испугалась и попыталась отнекиваться. Марк Андреевич, молодой тиран нашего отдела, был не самой приятной личностью. Ему палец в рот не клади – откусит. Строгий, вечно недовольный, требовательный.

Я не попадалась ему на глаза все три недели своей стажировки и планировала не попадаться примерно никогда.

– Когда-то же надо начинать общаться с начальством. Брось, он тебя не съест, Владислава. У тебя неделя до конца оплачиваемой стажировки, тебя всё равно будут переводить на испытательный срок, – покачала головой Иринья.

– Мне бы твою уверенность, что меня возьмут, – проворчала я.

– Не ты ли про себя повторяешь, что у рыжих нет души? – хмыкнула наставница, покачав головой. – Так что больше уверенности в себе! Тебе итак повезло с редким цветом волос, думаешь с работой не повезёт?

Ну, родилась я рыжей, это ещё не значит, что я везучая!

Я, хоть и не хотя, пообещала исполнить её приказ. Папку-то я взяла и, конечно же, благополучно о ней забыла на целый день. Очнулась в шесть часов вечера, когда мои коллеги с этажа уже ушли со своих рабочих мест. Я осталась одна в пустующем офисе.

Мне очень нравилась работа, и я периодически задерживалась. Сегодняшний день не стал исключением – засиделась.

И теперь я с тоской смотрела на папку, думая, не оставить ли мне её до завтра, но совесть напомнила мне, что сдать её я должна была ещё утром.

Бросила сумку и вещи в своё кресло, взяла папку и отправилась в кабинет на растерзание. Молилась, чтобы начальника не оказалось на месте. Надеялась, что этот день не станет моим последним, а встреча не закончится моей казнью.

К счастью, кабинет был открыт и пуст. Я смело прошла внутрь. Уже собиралась положить папочку на стол, как услышала шаги.

Запаниковала, почувствовав себя воровкой. Не нашла ничего более разумного, как шмыгнуть за шкаф, спрятавшись.

В кабинет вошёл Марк Андреевич. Невольно залюбовалась его красотой. При своей излишней строгости мужчина выглядел привлекательно. Недавно праздновали его юбилей, тридцатилетие, и, если бы я не знала, сколько ему, не дала бы больше двадцати пяти.

Марк выглядел, как мечта большинства девушек: хорош собой, высокий, накачанный. Каштановые волосы были коротко стрижены, лицо гладко выбрито, а серо-голубые глаза прожигали насквозь своим строгим взглядом.

Он с кем-то разговаривал по телефону, грубо ругался и даже матерился. Я лишний раз убедилась, что не зря его побаивалась. Вжалась в стенку, не желая попасть под его горячую руку.

Если он меня сейчас заметит… Зажмурилась, даже дышать перестала. Слиться со стеной в своём розовом наряде и рыжими волосами я и не надеялась, но свет в кабинете был уже приглушён, и на меня не падал. Может, и повезёт.

Не увидев меня, Марк прошёл на балкон – услышала, как хлопнула дверца. Осторожно открыла глаза, оценивая обстановку. Так и не рискнула вылезти из своего укрытия, хотя сейчас было самое время. Бросить папку на стол и слинять, как последняя трусиха.

Только я собралась это сделать, как в кабинет зашла ворчливая уборщица.

– Здесь я убралась… опять забыла закрыть, старая карга, – проворчала она сама на себя, а затем вышла в коридор, и я услышала характерный щелчок закрывшегося замка.

Холодные мурашки пробежались по моему телу – нас только что заперли.

Как раз в этот момент в кабинет вернулся босс с характерной для него руганью, к которой я не стала прислушиваться. Тут-то он и заметил меня.

– А ты ещё кто?

Вот именно так меня закрыли в кабинете с боссом.

Часть 1: Запертые в кабинете 1

Владислава

Стою, замерев и прижав папочку к груди. Трясусь от страха, потеряв дар речи. Начальник смотрит на меня сверху вниз, прищурившись.

– Ты, что, немая, что ли? – хмурится он. – Зачем забралась в мой кабинет? Хотела что-то вынюхать? Вытащить у меня важный документ?

Округляю глаза и громко кашляю. Если я помолчу ещё хотя бы минуту, то моей карьере конец.

– Я папку с отчётами принесла, – пищу я, наконец.

Протягиваю её мужчине, и Марк Андреевич выхватывает у меня её из рук. Открывает, пролистывает, внимательно изучая.

– Хорошо, – кивает он, и я шумно выдыхаю. – Ждал её утром. Кто задержал?

– П-п-простите, – запинаюсь я. – Должна была отнести утром, но… – вздыхаю и понимаю, что лучше сказать правду, – я новенькая и вас немного боюсь. Хотела занести так, чтобы с вами не столкнуться.

Неожиданно Марк Андреевич смеётся, и я нахожу его смех чертовски привлекательным. Улыбка мгновенно меняет его лицо, и из строгого босса он превращается в симпатичного мужчину.

– Настолько страшный и ужасный? – качает он головой. – Не думал, что произвожу такое впечатление.

– Производите, – пытаюсь заставить себя говорить связно. – Вы очень строгий и требовательный. Я здесь работаю три недели, и очень боялась с вами столкнуться.

– Интересно, – Марк окидывает меня пристальным взглядом с головы до ног и у меня пересыхает в горле: так на меня не смотрел ещё ни один мужчина. – Стажёрка?

– Так точно, – выпаливаю я и кашляю. – В смысле, да. Мне очень нравится здесь работать, и я очень боюсь накосячить. И вот сделала то, что боялась. Надо было вам действительно занести папку утром, как меня попросила Иринья.

– Я уже многое передумать успел, – вновь качает головой. – И что ты из соседней фирмы подосланная, чтобы план у нас выведать, – округляю глаза, понимая, что у меня были бы серьёзные проблемы, будь это так. – Или друзья шутканули и заказали стриптизёршу мне в конце рабочего дня.

Одно предположение другого страшнее, и я поперхнулась воздухом.

– Для стриптизёрши я недостаточно красивая, – ворчу себе под нос.

– Напротив, – говорит Марк, и его слова меня поражают. – Ты красавица, и эти рыжие волосы тебя выделяют среди прочих. Розовый нарядец на тебе и вовсе делает из тебя какую-нибудь куклу Барби.

Подождите… Начальник со мной флиртует? Ему, что, ничего человеческое не чуждо? А выглядел таким холодным, закрытым и даже мерзким типом.

Ан, нет, стоит передо мной, улыбается и шутит.

– Какая Барби, – сопротивляюсь я, скрестив руки на груди. – Они же поголовно блондинки.

– Как стереотипно, – фыркает мой начальник. – Очнись, в каком мире мы живём – там такое разнообразие кукол: от стройных и полноватых, белых и тёмных, и даже есть инвалиды на колясках. Правда считаешь, что среди прочих не найдётся рыжей куклы? – он вновь хохочет, а я недоумеваю. – И большинство ходят в таких розовых нарядах, что на тебе сейчас.

– То есть, девушки разные, а вкус в одежде неизменен? – фыркаю я и тут же подкалываю босса: – Вы вроде взрослый мужчина, а детскими куклами увлекаетесь.

– Племянница, – разводит он руки в стороны. – На Новый год попросила привезти побольше Кенов, а то её Барби без пар стоят. И вот тут-то и начались проблемы с выбором.

Теперь не удерживаюсь я и тоже смеюсь. Нервное напряжение отступает.

– Ладно, Барби, спасибо, что всё-таки занесла отчёты. Иначе бы завтра я был бы очень зол, – вздрагиваю, не понимая, шутит он или нет. – Думаю, нам пора домой, – подпрыгиваю от неожиданности, вспоминая, что нас, вообще-то, заперли.

Надеюсь, у него есть запасной ключ?

Марк Андреевич смело идёт к двери и дёргает её, а затем я слышу характерную ругань из его уст.

– Нас, что, заперли?!

2

Марк

Вечер рабочего дня пошёл плавно по одному месту. Во-первых, рабочие просрочили свой срок и слёзно выпрашивали у меня продление и изменение плана. Ругался с ними, но ускориться они уже не могли.

Во-вторых, это дурацкое давление со стороны мамы: мол, в карьере ты уже состоялся, пора бы и семейную жизнь устраивать. Скачал даже приложение, назначил свидание первой понравившейся девушке. Я уже опаздывал на встречу, а предупредить об этом никак не мог – у меня разрядился телефон из-за этих идиотов.

Как же всё некстати!

Когда я вернулся в кабинет, ко всему прочему на меня свалилось рыже-розовое трясущееся чудо. Красивая девушка, которая боялась меня, как огня. Я даже не постеснялся её рассмотреть получше. Рыжие волосы кудрями падали на её плечи. Зелёные глаза смотрели на меня с нескрываемым страхом. И завершал этот невероятный образ её странный розовый костюм. Бесспорно, он был ей очень к лицу, вот только превращал в высокую Барби. Эти странные блестящие серёжки и розовые заколки в волосах делали её ещё большей куколкой.

Я даже не поверил сначала, что она работает на меня. Предположил, что друзья прикололись и вызвали мне в офис девушку для развлечения в моём вкусе. Даже жаль стало от осознания, что это всего лишь моя сотрудница.

Еле сдерживая улыбку, я поспешил к двери, чтобы выйти из кабинета и поехать на свидание…

Там меня ждал очередной очень неприятный сюрприз. Дверь была закрыта на ключ.

– Это не ты сделала? – спросил у своей подопечной, и она только открыла рот.

В голову пришла совершенно странная и пошлая картинка, которую я поспешил прогнать.

У меня свидание, а я на своих сотрудниц засматриваюсь. Наверное, родительница права – стоит уже кого-то найти. Одной успешной карьеры стало мало.

– Нас заперла уборщица. Я не успела ей сказать, что мы всё ещё здесь, – промямлила Барби, и я, не стесняясь, выругался.

Девушка поморщилась, а мне было плевать на её реакцию. Какая-то отвратительно-патовая ситуация.

– Но у вас, наверное, есть ключ? – с надеждой в голосе спросила она.

– Вот как тебе сказать, чтобы не матом, – проворчал я, видя её реакцию на свою брань. – В куртке он. Куртка в гардеробе.

– М-да, – выдохнула она. – Ладно, значит нам нужно позвонить охране.

– Внутренний телефон у секретарши, я попросил меня не отвлекать звонками. Когда что-то срочное, она мне сообщает, – ещё мрачнее заговорил я, осознавая неизбежность ближайшей ночи. – Мой сотовый сел. Зарядное устройство я оставил в машине, – все обстоятельства «идеально» складывались так, словно кто-то запланировал, чтобы мы провели эту ночь вместе. – Твой мобильник у тебя с собой?

– В сумке, – как завороженная, ответила она. Кажется, ей пришли те же мысли, но она не воодушевилась ими. – Сумка в моём кабинете на кресле.

– Тебя хоть кто-то будет искать? Родители? Живёшь с ними или созваниваешься по вечерам?

– Нет, – покачала она головой, нахмурив свой миловидный лоб. – Я переехала из другого города, созваниваюсь с ними не так часто. Да и даже если мама искала бы, не нашла, только зря разнервничалась, – она окинула мой кабинет коротким взглядом, остановившись на компьютере. – Есть возможность хоть кому-то написать с компа? Например, начальнику охраны?

– Это мысль, – кивнул я и подошёл к столу.

Как раз в этот момент свет на этаже вырубился, и Барби дико закричала. Я покачал головой, нервно хихикнув.

– Поздравляю, кажется, мы застряли здесь с тобой на всю ночь.

3

Владислава

Когда свет выключился, я рефлекторно закричала. Благо, голос босса привёл меня в чувство, несмотря на то, что мне совершенно не понравились его слова.

Весь разговор я всячески игнорировала тот факт, что он называл меня на «ты». Всё-таки он начальник, ему можно. И теперь перспектива застрять с ним на целую ночь всё больше казалась мне ужасающей.

Пока я плавно погружаюсь в плохо контролируемую панику, Марк Андреевич откуда-то достаёт свечи, зажигает их и протягивает мне воду.

Покорно пью её, тяжело дыша.

– У тебя, что, паническая атака началась? – интересуется он, заглядывая мне в глаза.

Его слова звучат отрезвляюще.

– Откуда ты знаешь? – делаю ещё несколько глотков воды.

– У меня есть младшая сестра, – пожимает он плечами. – Её дочь, как раз, фанатка Барби.

Не прошло и часа, как мы оказались наедине, запертые в кабинете, а мужчина мне всё больше кажется живым человеком. Живым, адекватным, интересным. Оказывается, у него есть семья, он не робот. Есть сестра, есть племянница.

Не удивлюсь, если у такого красавца ещё и жена окажется, которая будет ждать его преданно дома, а он проведёт ночь с подопечной. В смысле… запертым в кабинете на ночь. Даже мои мысли уже путаются!

Потом я вспоминаю, что его друзья могут заказать ему стриптизёршу в кабинет, и окончательно теряюсь, не понимая, где правда, где ложь, где мои фантазии.

– Ты темноты боишься? – наконец, спрашивает он, и я осознаю, что всё это время молча пялилась ему на нос.

А я ведь просто задумалась!

– Нет. И даже клаустрофобии нет. Просто это было очень резко, и я испугалась, – делаю паузу, сглатываю и добавляю: – Резко стало темно. Да и клаустрофобии у меня тоже нет. Просто сам факт, что мы застряли здесь, вдвоём, меня не радует.

– Что я, страшный такой, а, Барби? – подначивает меня босс, и я, наконец, набравшись мужества резко его обрываю:

– Нет. Просто вы всячески со мной заигрываете, обращаетесь ко мне на «ты», называете «Барби», а на деле даже имени моего не знаете! – ставлю руки в бока, надеясь, что выгляжу строго.

По крайней мере моя мама, когда она вставала в такую позу, всегда выглядела строго.

– Резонно, – вздыхает мужчина. – Прости. Ты права, – я вновь теряюсь и мои руки опускаются. – Как тебя зовут, чудо, свалившееся на мою голову? – он смеётся, а я закатываю глаза.

– Владислава, – бросаю я, понимая, что отказаться теперь никак нельзя.

Сама ведь напросилась!

– Владислава? – переспрашивает он, произнеся моё имя чуть ли не по слогам. – Какое сильное мужское имя. Родители хотели мальчика называть Владислав, а родилась ты?

– Ха-ха, очень смешно, – скрещиваю руки на груди – мне словно некуда их деть, а Марк Андреевич прямо невероятно бесит.

Лучше бы оставался строгим, а не преображался в клоуна!

– Спасибо, что не ставишь руки в бока. Тебе злиться совершенно не идёт, Владислава, – теперь он ещё моё имя произносит таким тоном, что лучше бы и дальше называл Барби!

Невыносимый!

– А тебя мама Марком назвала, потому что хотела ребёнка от иностранца, а родила от Андрея? – наконец, не выдерживаю я и дерзко говорю ему.

Он резко перестаёт смеяться. Внимательно и строго смотрит на меня, и меня мгновенно пробивает дрожь. В свете свечки его лицо преображается, и он кажется ещё более злым, чем казался мне при дневном свете.

– А ты за словом в карман не лезешь, а, Барби? – морщу нос от его фразочки, и он вновь смеётся, и на лице не остаётся ни тени злости. – Хорошо ответила. Прости, если обидел. Никогда не встречал девушек с таким красивым именем.

– Все имена красивые, не только моё, – не принимаю его комплимент. – Лучше скажи, что делать будем: мы ведь реально на всю ночь здесь застряли? Есть возможность покричать с балкона?

– С балкона есть возможность увидеть красивый закат. Двенадцатый этаж, если мимо нас не пролетит какой-нибудь вертолёт, шансы очень маленькие, – его слова звучат как приговор.

– И что ты предлагаешь? – с тяжелым вздохом спрашиваю я, понимая, что с этим врединой мне придётся провести всю ночь.

Мужчина молча подходит к жалюзи и открывает их. Предзакатный свет врывается в комнату. Затем он открывает небольшой шкафчик и достаёт оттуда дорогое вино.

Недоумённо смотрю на него: свечи, вино, замкнутое пространство. У нас, что, непредвиденное свидание?

– Предлагаю выпить за знакомство, а дальше как пойдёт.

4

Марк

У Барби оказалось очень красивое и редкое имя. И, конечно же, вместо того чтобы сделать ей комплимент, я очень плохо пошутил. Осознал это, когда Барби ответила мне очень едкой шуткой. Едкой шуткой, которая не просто поставила меня на место, но и обрадовала.

Почему к тридцати годам у меня до сих пор не было спутницы жизни? Не каждая выдерживала мои шутки, большинство плакали, а я никак не мог научиться держать язык за зубами.

Вон, сестричка, на три года младше меня, а уже семь лет замужем и такую прелестную малышку растит. Нет, детей я, конечно, ещё не хотел – помнил, что такое орущий младенец ещё когда помогал сестре, но иногда мысль остепениться и найти ту самую согревала меня.

И вот в день, когда я назначил свидание, найдя плюс-минус свободный вечер, встреча чудеснейшим образом отвалилась, и я не мог даже предупредить. Я просто оказался заперт в своём кабинете с чудной незнакомкой. Сложились все возможные совпадения: от разряженного телефона до выключенного света. Что это, если не знак судьбы?

Девушка с сайта знакомств вряд ли меня простит.

– Мы с вами не на свидании, – дерзко возвращает меня к реальности Владислава.

Хохотнул, не сдержавшись. Кажется, мои слова она поняла совершенно не так. Впрочем, так даже веселее.

– Ага. Но из-за западни с тобой я не попаду на реальное свидание, так что тебе придётся отработать, – продолжил я издеваться, говоря двусмысленными фразочками.

Интересно, как скоро она взвоет и сбежит?

Некоторое время девушка молчала, осматриваясь и оценивая обстановку.

– Слушайте, я на вас работаю, – наконец, заговорила она. – Я бы не хотела, чтобы мы за ночь перешли какую-либо непозволительную черту, – кивнул. Её принципиальность мне нравилась. – Мне осталось отработать ещё неделю стажировки, и мне бы не хотелось слухов о том, как меня взяли на работу. Да и я хочу получить её честно, – вновь кивнул, хотелось послушать, что ещё она скажет. – Однако, хотела бы уточнить: вы женаты?

Удивлённо вскинул брови. Кажется, мне нужно не вино, а коньяк. Я перестал понимать, что происходит. Когда Барби перестала трястись, как осиновый клин на ветру, она оказалась очень стойкой, сильной девушкой, что не лезла за словом в карман.

– Это ещё зачем? – не смог сдержать своего удивления.

– Мне хочется понимать, с кем я имею дело. С женатым ловеласом, который заигрывает направо и налево, хотя у самого есть девушка или жена, – она сделала паузу, прошла и плюхнулась на диван, – или с дотошным мужчиной, у которого никого нет из-за его вредного характера и неуместных шуточек.

– Ещё есть варианты ответов? – ещё предположения меня удивили, и я решил сыграть в эту игру.

– Только эти два.

Не стал торопиться, с удовольствием оттягивая время, чтобы помучить свою собеседницу. За это время открыл бутылку с вином, разлил его в два бокала, сделал глоток, распробовав на вкус.

Всё это время Владислава молчала, молча наблюдая за каждым моим действием.

– Второй вариант, – подошёл к ней и протянул бокал. Она покорно взяла, но не сделала ни одного глотка. – Ни девушки, ни жены у меня нет, – сам удивился, что разговор с подопечной зашёл в эту степь. – Как раз планировал свидание с девушкой с сайта знакомств. Похоже, благодаря инциденту ни девушки, ни второго шанса и свидания у меня не будет. Ни одна не поверит в эту нелепейшую ситуацию, а я даже не могу её предупредить, что не приеду.

– Даже если поверит, и вы скажете ей, что застряли с другой девушкой на ночь, обязательно похоронит потенциальные отношения, – мрачно сказала Барби. – Я бы заблокировала ваш контакт.

– Тем более, если спутница такая красивая, как ты, – сказал комплимент не с целью подкатить, просто констатировал факт, а Барби уже как-то неуютно съёжилась. – Если что, я не подкатываю, просто говорю, как есть. Ты правда красивая, я удивлён, что не заметил тебя за эти три недели.

– Я просто искусно прячусь, – хмыкнула она. – Ладно, должна признать, что вы не такой страшный и строгий, как я думала.

– Сочту за комплимент, – кивнул я и сел рядом. Барби инстинктивно отодвинулась, хотя места на диване было полным-полно. – И я правда очень внимательно отношусь к работе, но это не значит, что после работы я не переключаюсь.

– Я удивлена, что вы меня всё ещё не отругали за то, что я принесла вам папку не вовремя, – вздохнула Владислава, а затем неуверенно понюхала вино.

– Если бы ты занесла её утром, скорее всего, вечером я застрял бы тут один. Не находишь, застрять вдвоём веселее? – сделал ещё глоток, наслаждаясь тому, как вино обожгло мне горло. – Ты пей, не стесняйся.

– Я не очень люблю алкоголь. Он не очень приятно на меня действует, – призналась она.

– И как же? Мне даже стало интересно!

– Ну, я пьянею почти сразу. Становлюсь неуправляемой, слишком весёлой. Вряд ли вы хотите увидеть пьяную обезьянку, – рассмеялся от её сравнения.

– Может, это из-за того, что алкоголь некачественный? Ты попробуй, вдруг всё будет не так? Или… – до меня только что дошло, и от этого внутри похолодело, – тебе нет восемнадцати?

– Пошутите тоже, – махнула она рукой, – мне двадцать три, за спиной оконченное высшее. Иначе меня бы сюда просто не взяли. А алкоголь я не переношу любой. Вообще за здоровое питание, – и тут её желудок громко напомнил о себе. – Блин. Простите.

– И ведь доставку не вызовешь, – вздохнул я, а затем спохватился. – У меня есть сэндвичи. Купил с утра, думал в обед не смогу поесть нормально из-за встречи, а она отменилась, и я сходил в кафе.

– Сегодня прямо что ни минута, а день совпадений, – рассмеялась она. – Вот от еды не откажусь.

– Ага, я после такого и в судьбу поверить могу, – согласился с ней я, а затем увидел побледневшее лицо.

Это будет удивительнейшая ночь, полная сюрпризов и соблазнов.

5

Владислава

Никогда не любила алкоголь, он всегда оставлял у меня не самые приятные последствия. К тому же, пить с незнакомым мужчиной для меня было вдвойне страшно, несмотря на то, что он мой непосредственный начальник. Кто мешает ему сделать со мной всё, что он хочет, а затем просто уволить меня?

Голод в итоге побеждает, и я плетусь за Марком. Удивляюсь его запасливости – он действительно купил много «бутербродов».

– Как насчёт того, чтобы поужинать на балконе? Там сейчас очень классный вид и довольно тепло, – проследив за моим взглядом, он рассмеялся: –Ну, что? Я всего семь штук взял. Голодный был. Тем более, они в специальной упаковке, могут храниться долго.

– Я удивляюсь тому, что даже богатые люди периодически едят всякую дрянь, – улыбаюсь ему в ответ. – Ещё скажите, что лапшу иногда завариваете.

– Привычки из детства никуда не уходят, – он достаёт откуда-то плед и открывает балконную дверь.

Удивляюсь, что его лоджия довольно утеплена и следую за мужчиной. Помогаю расстелить плед и усаживаюсь напротив панорамного окна. Вид действительно потрясающий.

Передо мной открывается вид на весь город, и над ним я вижу закатное весеннее солнце.

Не могу сдержать восторженного вздоха – уж больно красиво.

Пока я залипаю на вид, Марк уже выносит все упаковки, воду и вино.

– Я бы предложил тебе чай, но свет уже отключили, так что чайник не работает. Но зато у меня есть личный бойлер с водой. Она вся в твоём распоряжении.

Удивлённо смотрю на мужчину, которого считала, да и всё ещё считаю, настоящим тираном. Насколько злым и строгим он был со своими подчинёнными, настолько приятным он оказался при личном общении. И теперь эти два образа никак не вяжутся в моей голове.

– У вас случайно не раздвоение личности? – наконец, отваживаюсь спросить я.

– С чего ты взяла? – он смеётся, и на мгновение я залипаю на его улыбку.

Она действительно красивая и ему уж очень идёт.

– Я просто не могу связать в голове строгого мужчину и милого джентльмена, – беру сэндвич с ветчиной и открываю упаковку.

– Вот как. Считаешь меня милым? – вот всё же хорошо было, зачем опять начал заигрывать?

– Когда не флиртуете и не шутите, – откусываю и мычу от удовольствия.

Из-за стресса я и забыла, что настолько голодная. Теперь не отказываю себе в удовольствии и жую.

– Юмор – часть меня. Конечно, в офисе я стараюсь не шутить и быть серьёзнее, иначе меня начнут воспринимать, как клоуна, а мне это не нужно, – усмехаюсь, услышав эти слова. – Но сейчас я не на работе и играть роль строгого босса перед своей подчинённой, учитывая, что мы застряли на всю ночь, для меня стало бы ещё большим стрессом. Ты ведь никому не расскажешь, что я милый шутник?

Поперхнулась едой и начинаю смеяться – невозможно удержаться. Мне нравится его юмор, глупо это отрицать.

– Может, стоит зарабатывать стендапом? – откашлявшись, говорю я. – Ну, со сцены шутки шутить. Говорят, это куда более оплачиваемая работа, чем строить из себя строгого и требовательного босса.

– Да я и не претворяюсь. Я действительно требовательный, я строг к себе и к своей работе, поэтому также отношусь к коллегам и подчинённым, – его честность подкупает.

Замираю с сэндвичем в руках и удивлённо смотрю на него.

– Что? – смеётся он, когда я смотрю на него неприлично долго. – Ты, главное, не влюбись ещё.

5.1

А я всё ждала в какой момент он всё испортит. Вот он! Закатываю глаза и качаю головой.

Он всё тот же невыносимый тиран, только ещё и шутить умеющий.

Отворачиваюсь к окну, потому что вид всё ещё красивый. Жалею, что не взяла с собой телефон. Так сфотографировала на память. Но я ведь считала, что туда и обратно сбегаю быстренько, а никак не застряну на целую ночь!

И что мне делать весь вечер? Скоро захочется спать.

– Ладно, извини. Шутка неудачная, – Марк воспринимает моё молчание иначе. За это время он дожевал свой бутерброд и открывает второй. – Я не хотел тебя обидеть. Просто мне было неожиданно услышать такие слова.

– Вам мало говорят комплиментов? – снисходительно говорю я и добавляю: – спасибо, что извинились.

– Ну, конечно! Я всю молодость посвятил работе, мне было не до серьёзных отношений. А на работе, как ты выразилась, меня все злым строгим боссом считают. Откуда я могу услышать приятные слова? – теперь с удивлением смотрю на него.

За последний час он уже несколько раз покатал меня на эмоциональных горках, и я уже запуталась и не знаю, как к нему относиться.

– Вы ещё молоды. Вам всего тридцать. Как говорится, мужчина хоть куда и в полном расцвете сил, – пытаюсь его подбодрить, но даже со стороны слышу, как это жалко звучит.

– Ага, вот только ты весь вечер мне выкаешь. Я себя таким стариком ощущаю, что молодая красивая девушка мне выкает, – слышу эти слова и мои щёки мгновенно начинают гореть.

Что это? Мне приятно слышать от него комплименты?

– Я выкаю, потому что вы мой начальник. Ночь закончится, мы выйдем за пределы этого кабинета, и вновь станем не случайно запертыми, а просто коллегами. Я не могу забыть об этом, – пожимаю плечами.

– Убедила. Разные статусы. Но так и хочется забыть об этом хотя бы на ночь, – вздыхает он. – Когда со мной разговаривает современная Барби и говорит мне «вы», я чувствую себя устаревшим, – почему-то не могу сдержать улыбки от его слов.

Некоторое время мы ещё сидим и едим удивительно вкусные сэндвичи и смотрим на красивый закат.

– Эх, я ещё ни разу в жизни так приятно не сидела, – вздыхаю я.

Марк неожиданно берёт свой бокал с вином и делает глоток.

– Если бы мы играли в «я никогда не», то я бы сказал, что сижу так не в первый раз и сделал глоток, – вскидываю брови от удивления. Я знаю эту игру. – Хочешь, сыграем? Мы идеальные кандидаты на эту игру – незнакомцы, да и хоть как-то скоротать сегодняшнюю ночь нужно.

И я неожиданно соглашаюсь, хотя ещё до заката солнца была уверена, что не сделаю ни глотка алкоголя.

– Я никогда не проходил стажировку, – с дьявольской улыбкой произносит он, и я ахаю – он попал с первого раза.

Делаю глоток вина и мстительно отвечаю:

– Я никогда не возглавляла целый отдел.

Ночь действительно будет увлекательной.

6

Марк

То ли вино на меня так подействовало, то ли Барби мне действительно понравилась, то ли я изначально был настроен на романтическое свидание, которое сорвалось, но в какой-то момент меня потянуло на безумства. «Правда или действие», что было так популярно в моём студенчестве, поиграть в маленьком кабинете у нас бы не получилось, но «Я никогда не» вполне себе.

И я лишь порадовался, когда Владислава согласилась.

И тут же осадила меня тем, что никогда не руководила. Пришлось пить.

– Я никогда не носил платья и юбки, – парировал я, предположив, что раз она девушка, то хотя бы раз надевала юбку.

На ней сейчас были эти розовые уродские штаны, и мне вдруг захотелось посмотреть на её стройные ножки. В их красоте я не сомневался – она всё ещё напоминала мне красивую куколку из коллекции племянницы.

Владислава со злостью посмотрела на меня и сделала глоток.

– Я никогда не прыгала с парашютом, – спокойно ответила она.

– Откуда ты… – осёкся, вспомнив, что на мой день рождения отдел подарил мне этот экстрим. Сделал глоток, задумавшись. – Я никогда не целовался с парнями.

– Банально, – хмыкнула она и сделала глоток.

– Ты можешь ответить мне тем же самым, – игриво заявил я.

Вкусное вино медленно, но верно, раскрепощало. И, судя по реакции собеседницы, не только меня:

– Не могу, – лёгкий румянец коснулся её щёк.

– Подожди, это что же… наша пай-девочка…

– Я никогда не была пай-девочкой, – резко оборвала меня она. – Это ты себе какой-то образ придумал. Да и ничего противозаконного нет, все девочки хотя бы раз целовались с подругами в щёку. Но, если тебе так хочется выпить, то я никогда не спала с девушками.

– Стерва, – хмыкнул я и тоже сделал глоток. Она явно знала правила этой игры. – Никогда не делал селфи.

Владислава пожала плечами и не сделала и глотка.

– Подожди, ты тоже?

– Да, тут осечка, дорогой, – рассмеялась она, наконец-то, перейдя на «ты». Я обрадованно заметил это, но не стал акцентировать внимание. – Я не делала фотки на переднюю камеру.

– Ни разу? – округлил глаза. – Ты выходишь из образа Барби.

Она недовольно тряхнула своей роскошной рыжей шевелюрой и авторитетно заявила:

– Зачем делать селфи, если есть подруги, а также вокруг всегда есть девушки, которых можно попросить сфоткать? Они всяко лучше это сделают, потому что задняя камера снимает лучше, – она повела плечом и потянулась за стаканом воды.

– Аргумент. Ты права. Попался на женских штучках, – сделал паузу, а затем до меня дошло: – А как же фотки с парнем? Неужели вы ни разу не делали «себяшек»?

– Не делали, – вот тут она помрачнела, и я не сразу смог понять причины такой её реакции. – Сам напросился. У меня никогда не было отношений.

6.1

Вздрогнул. Двадцать три и без отношений? Вот это сюрприз. Пришлось делать глоток. У меня были. Одни. В студенчестве. Правда, недолго. Через полгода она сбежала со словами, что я слишком плохо шучу.

Больше в серьёзное я не пытался.

– Подожди. Все мужчины говно или…

– Или, – резко перебила меня Владислава. – Давай не будем об этом?

Я чуть ли не протрезвел, внимательно всматриваясь в её грустное лицо. Кажется, я наткнулся на какую-то больную мозоль. И мне жутко любопытно узнать правду, но я просто не имел права начать её пытать.

– Прости, я не знал, – наконец, выдохнул я. Я задумался, не зная, как пошутить и сменить тему. Размышлял, что бы такого сказать. Наконец, вспомнил наш разговор часовой давности. – Я никогда не переезжал в другой город.

– Эй! Так нечестно! – проворчала она и сделала глоток.

– Ну, ты не разрешила меня расспросить, а мне очень хотелось. Я просто не представляю… ты в свои двадцать с лишним ещё девственница? – ляпнул я, поняв, что перегнул палку.

Владислава строго посмотрела на меня и покачала головой.

– Нет, если это тебя успокоит, и я всё ещё не хочу об этом говорить, – она повернулась к окну, где постепенно включались огни большого города. Красивое и завораживающее зрелище. – Я никогда не ездила в командировку.

Молча сделал ещё глоток вина. Кажется, она знала обо мне чуточку больше, чем рассказывала.

Её противоречивые слова заставляли мой мозг думать усиленнее. Я уже чувствовал, что начинал заговариваться и был готов рассказать что угодно.

– Ты знаешь, меня в студенчестве девушка бросила, которую я любил.

Барби повернула голову в мою сторону, приподняв левую бровь, словно не знала, как реагировать на мои слова.

– Это была моя первая любовь, я не мог надышаться девушкой, – это была правда. – Но также и не смог переделать себя. Шутки – часть моей натуры, я постарался перестать неприятно шутить в её сторону, но потом ей перестали нравиться вообще любые мои шутки, она просила, чтобы я стал серьёзнее. А потом я понял, что ей просто не нравился я, и мы расстались.

– Грустно, – Владислава неожиданно дотронулась до моей руки и погладила её. Прикосновения девушки оказались мне приятны. – Мы не должны переделывать себя под других людей. Ты поэтому на работе такой вредина?

– Отчасти, – неожиданно согласился с ней я. – Я никогда не чувствовал себя любимым.

Девушка вздохнула и тоже не сделала ни одного глотка.

– Похоже, ты меня сегодня победишь и споишь, – одновременно грустно и со смехом сказал я.

Всё-таки не стоило так быстро пить вино.

– Я не виновата, что ты не попадаешь, – рассмеялась она. – Я никогда не пропускала свидания, – с этой улыбкой на губах она выглядела настоящей рыжей ведьмой.

Того и гляди меня проклянёт.

– Стерва, – проворчал я. – Я никогда не читал книги о любви, – пошёл ва-банк, надеясь угадать хоть что-то.

Она рассмеялась и сделала глоток.

– Ладно, угадал. Эти истории очень отвлекают от серости будней, а также я благодаря им понимаю, отношений с каким мужчиной я не хочу, – рассмеялась она, честно признавшись о своей тайне. – Это в книге «ты теперь моя и точка» это вау и как классно, а в жизни я такого мужчину бы послала.

– Как много нового и интересного я о тебе узнаю, – улыбнулся я. – Твоя очередь.

– Я никогда не читала книги по успешному успеху, – она попробовала наугад и промазала.

– А что, я создаю впечатление такого человека? – покачал я головой. – Тоже не читал.

– Вот, блин, – фыркнула она, запив алкоголь водой.

Я вновь всмотрелся в её внешность, хотя с каждой минутой это становилось всё труднее – слишком быстро стемнело. В голову пришла страшная догадка, и я выпалил:

– Я никогда не делал расклад на картах Таро, – уж больно популярна сейчас стала эта тема, и все знакомые девушки хотя бы раз, да заказывали погадать.

Владислава натянула губы и с прищуром посмотрела на меня.

– Что, у рыжих нет души? – спросила у меня она. – Вызываю впечатление рыжей ведьмы?

– Чуть-чуть. Ну, так что?

Владислава сделала глоток вина, и я ликовал. Медленно, но верно я начинал угадывать.

Некоторое время она мстительно всматривалась в меня, а затем выдала то, отчего я выпал в осадок:

– Я никогда не испытывала оргазма от секса.

7

Владислава

Наши посиделки с боссом медленно, но верно походили на настоящее свидание. И из-за алкоголя я не могла понять, нравится мне это, или утром будет стыдно. В какой-то момент Марк начал угадывать то, что я делала, а он не делал, а мне, напротив, перестало везти.

Я психанула и ляпнула то, о чём сразу же пожалела. Почти проболталась о своей тайне. Мне не стоило говорить об этом, и я вмиг вжалась в стенку.

– Ого, – Марк даже мгновенно осушил бокал вина. – За такое можно и бутылку выпить. Ты в порядке?

Я же закрыла глаза. Воспоминание медленно, но верно появилось перед глазами, погружая в ту самую ночь, и я не сразу поняла, что рассказываю о нём вслух:

– Мой первый и единственный раз был не самым приятным. Я была влюблена в того парня, а он лишь воспользовался моей невинностью и неопытностью. В какой-то момент мне стало страшно, и я просила его остановиться, но было уже поздно. Ему было всё равно на мои чувства, и я поняла об этом слишком поздно, – я вновь пью воду. Алкоголь сделал меня очень чувствительной и открытой. – Утром он сказал спасибо за приятную ночь, а я почувствовала себя использованной вещью. Больше мы не пересекались.

Тёплые руки ложатся на мои плечи, и я не сразу понимаю, что происходит. Открываю глаза: Марк прижимает меня к себе и гладит по спине. Неужели я расплакалась при боссе?

М-да. Как я после случившегося буду ему в глаза смотреть?

– Это ужасно, что ты столкнулась с таким мужчиной в своей жизни. Я не хотел погружать тебя в эти неприятные воспоминания.

– Спасибо за сочувствие, – киваю я. – Мы можем вернуться в кабинет? Как-то прохладно…

Или меня просто знобит?

Марк не спорит, и мы заходим в кабинет. Марк разжигает потушенные свечи, и кабинет вновь становится очень романтичным местом, не хватает разве что лепестков роз.

Но никакого настроения уже нет, и я просто сажусь на диван.

Как пережить эту ночь? Очевидно, Марк не такой, как тот мудак, и вряд ли даже будет приставать. Да и я явно не в его вкусе, несмотря на все нелепые шутеечки. Любой мужчина начал бы заигрывать с почти любой девушкой, с которой его заперли по воли судьбы.

Марк молча расстилает диван, откуда-то достаёт подушки, и я ложусь. Спать я не собираюсь, время ещё достаточно ранее, несмотря на отсутствие света. Часов восемь? Девять? Сколько мы провели на балконе?

– Ты в порядке? – Марк садится рядом, но не нарушает мои личные границы.

Внезапно ловлю себя на мысли, что мне очень хочется его объятий и тепла. О чём-то большем и думать стыдно.

Но, как и всегда, если мне понравился мужчина, вряд ли это будет взаимно. Да и где Марк, и где я.

Да и нужно ли мне это всё? Я привыкла быть одной, и мне это даже нравится.

– В полном, – вру я и отворачиваюсь к стене.

8

Марк

Вижу, что она не в порядке, но не настаиваю. Нелепая и весёлая игра обернулась настоящими страданиями, а я даже не знаю, что и сказать.

Безусловно, Владислава выиграла, и мне даже не хочется больше называть её куклой.

Какая же она сильная и смелая девушка! Искренне восторгаюсь ей. По сути, она пережила изнасилование, даже если в начале была согласна. Она не сломалась, напротив, пошла вперёд. Выжила, уцелела, устояла. Справилась.

Жаль, что тогда мы не были знакомы, тот мудак ушёл бы с расквашенным носом и синяком под глазом.

Не знал, как её утешить, теперь боялся к ней даже прикоснуться – после пережитого вряд ли хочется хоть каких-то мужских прикосновений.

Из всего разговора я понял одну не самую приятную вещь – Владислава мне понравилась. Мне хотелось узнать её получше, и тот факт, что мы работаем вместе, всё усложнял. К тому же, я был старше её на семь лет, и, скорее всего, выглядел в её глазах «старым дедом».

Нет, стоит забыть об этом наваждении и поискать кого-то постарше, а не портить психику молодой девушки.

Владислава

Я всё испортила. Испортила игру своей неуместной фразой. Зачем я вообще поделилась настолько личным? Мы ведь весело проводили время, пока я не ляпнула невесть что.

Я мгновенно протрезвела, моя весёлость сошла на нет, и я замкнулась, почувствовав себя максимально неуютно и некомфортно.

Наше общение постепенно сошло на нет, и я долгое время пролежала с открытыми глазами лицом к стене.

Так хотелось заплакать, но глаза словно высохли – не могла выдавить и слезинки. Да и причины для слёз не было – всё это было давно в прошлом, не стоило вспоминать столь неприятный эпизод.

Так и уснула, незаметно для себя провалившись в сон.

Проснулась от яркого света – включили электричество, и не выключенная накануне лампа щёлкнула и зажглась. Не сразу поняла, что происходит и где я.

Обнаружила себя в объятиях босса – его тёплые руки обхватили мою талию и наглым образом прижали к себе.

Ну, вот, фразу «я никогда не спала с мужчиной на одной кровати» я уже не посмею сказать в игре. Это мысль немного развеселила, и я неожиданно поняла, что хотела бы остаться в этих руках подольше.

Тихо вздохнула. Только в сказках девушки получают прекрасных принцев. Осторожно вылезаю из его объятий и слезаю с дивана. Вспоминаю, что и в сказках принцы оказываются теми уродами, и усмехаюсь про себя.

Сбежать не получится – мы всё ещё заперты. И как раз ровно в этот момент, словно ответ на незаданный вопрос слышу, как в замке поворачивается ключ и я с ужасом понимаю: нас сейчас застукают вместе.

9

Марк

Я проснулся от яркого света и обнаружил, что спал, прижав к себе подопечную. Но мне это так понравилось, что я притворился спящим, пока она не проснулась и не вылезла из моих объятий.

Наблюдал за её смущением и смятением сквозь опущенные веки, притворяясь спящим.

Расслабиться подольше не дали – услышал копошение в замке, а затем, как упали ключи и ругань старой бабки.

Резко сел на диване и оценил обстановку. Вряд ли Владиславе хотелось каких-либо лишних сплетен о том, что она ночевала в офисе со мной.

Сунул ей свой пиджак и прошептал:

– Живо на балкон.

Она поняла без лишних слов, а я ринулся к двери – отвлекать уборщицу.

Нам одновременно повезло и не повезло, что женщина дважды за день решила устроить в моём кабинете генуборку. Наконец, дверь распахнулась, и старушка, что-то причитая себе под нос, ринулась в комнату. Я встал на её проходе в мятых брюках и мятой рубашке.

– Что ж вы, Тамара Санна, не смотрите, кого и как в кабинете закрываете? – рявкнул я, и она аж подпрыгнула от неожиданности.

– Батюшки! Марк Андреевич, а вы тут как? Так рано… Шесть утра! – чуть не перекрестилась она, и я усмехнулся, продолжая играть с ней в игру:

– Тамара Санна, вы меня заперли на ночь. Если б не вы… – осёкся, поняв, что потянуло сболтнуть лишнего. – Из-за вас я провёл ночь в своём кабинете взаперти! На неудобном диване!

– Я не хотела… – замялась она. – Я вас не видела…

– Потому что я был на балконе! А ключей у меня с собой не было. Правда, досадно? – женщина бледнела на глазах. – Ладно, идите. Ещё одна уборка мне не нужна. Спасибо, что, наконец-то, открыли дверь. В следующий раз, пожалуйста, проверьте, что никого не закрыли.

Недовольно проговаривая себе что-то под нос, ворча и кряхтя, Тамара Санна потащила свою тележку. Давно б уволил, да догадывался, что не от хорошей жизни она на пенсии работала. Да и мыла очень чисто. С кем не бывает таких косяков.

Тем более, я с Владиславой познакомился.

Убедившись, что женщина ушла, я вышел на балкон, где Барби сидела на корточках, укутавшись в мой пиджак и вжавшись в стенку. Она словно молилась про себя, чтобы её не заметили.

– Ты в порядке? – девушка кивнула, и я подал ей руку. – Она ушла, горизонт чист.

За окном вот-вот забрезжит рассвет, и даже жаль, что Барби вряд ли согласится встретить его вместе со мной.

– В целом, да, – кивнула Владислава. – Только вещи немного помялись.

И не мудрено – мы спали в одежде. В объятиях друг друга, но в одежде. И не подкопаешься – между нами точно ничего не было.

И я пока не понял, жалел ли я об этом факте или нет.

– Смело можешь выписать себе отгул, – начал я. – И нормально выспаться. Я сейчас поеду домой.

– Простите, конечно, – её переход на «вы» резанул меня по ушам, – но я бы не хотела объяснять причину отгула. Не хочу лишних слухов о нас. Спасибо, что спасли перед уборщицей.

– И снова ты на «вы», – тяжело вздохнул я. – Чувствую себя стариком, тебя не достойным.

– Я вам тыкала? – она громко ахнула, закрыв свой красивый ротик миниатюрной ручкой. – Простите, пожалуйста! Я не хотела нарушать субординацию! Говорила же, что алкоголь на меня плохо действует! Как же стыдно!

– И это разве плохо действует? Я ожидал чего угодно: от скачек по кабинету, странных ведьминских ритуалов и даже танцев и стриптиза! – высказался я, и она смутилась. – А ты всего лишь перешла на «ты»!

– Не всего лишь, – она вошла в кабинет и вернула мне пиджак. – Ещё я сболтнула вам лишнего – о своём неудачном единственном разе… – девушка громко сглотнула и покачала головой. – Мои проблемы с мужчинами, мой страх перед ними вас совершенно не касается. Я не должна была вас грузить. Простите.

Закатил глаза и тяжело вздохнул.

– Ничего, что я тоже поделился своими неудавшимися отношениями? Мы оба откровенничали, и мне приятно, что ты доверилась мне, – я хотел остаться нейтральным и промолчать, но поведение Владиславы меня выбесило, и я зло бросил: – Когда мы спали в объятиях, ни о каком страхе мужчин с твоей стороны и речи не было.

Красавица издала странный звук, тряхнула своими запутавшимися волосами и зло посмотрела на меня:

– Вы всё помните.

– Конечно. У меня чуткий сон, но я давно так не высыпался, – она отвела взгляд, услышав эти слова. – Очень глупо выкать человеку, с которым ты спала на одном диване в обнимку.

– У нас не было выбора. Я предпочитаю забыть эту… – она сделала паузу, и её глаза забегали по кабинету, – вынужденную меру.

– Жаль, потому что я уже хотел пригласить тебя на свидание, – её глаза округлились от услышанного мной.

Некоторое время мы молча стояли, пялясь друг на друга, пока Владислава не сменила тему:

– В любом случае, я сейчас пойду в свой кабинет.

– И что ты там будешь делать три часа до рабочего времени? – возмутился я. – Может, хотя бы домой съездишь? – решил плавно сменить тему.

Неприятно, когда понравившаяся тебе девушка так явно отказывается от свидания.

– Исключено. Далеко живу. Час туда, обратно ещё больше, учитывая пробки. Лучше отсижусь здесь, – уверенно заявила она.

Если вчера вечером я считал, что застрять с этой девушкой в кабинете – происки судьбы, то сейчас начал подозревать, что это всё дьявол какой-нибудь. Ну, вот что сделать с этой сильной и независимой?

– Ладно, забирай свою сумочку, отвезу тебя в круглосуточное кафе, что находится в трёх кварталах, – заметив, что вот-вот, и она начнёт возражать, я поспешно добавил: – И не беспокойся, больше я тебя не потревожу.___Прошу прощения, пропустила эту главу при публикации

10

Владислава

Несмотря на сомнительные подкаты и подколы, Марк сдержал своё слово. Он действительно только подвёз меня до кафе и уехал домой, словно ничего и не было. Я позавтракала и в туалете привела себя в порядок. Благо, в сумке была косметичка с расчёской, и я быстро поправила потёкший макияж.

На работу я вернулась заранее, и, на удивление, чувствовала себя выспавшейся. Не хотела признаваться себе, но сон с Марком был в разы качественнее, чем без него. Никогда я так не высыпалась. И страха я перед ним не испытывала никакого.

Иринья чуть опоздала, но подпорхнула ко мне с тихой сплетней.

– Прикинь, Марка Андреевича вчера с кем-то в кабинете закрыли. На ночь, – от её слов у меня медленно начали округляться глаза, и я поспешно ляпнула:

– Да ладно?! С кем?

– С девушкой какой-то. Красивой, судя по всему, – у меня аж в горле пересохло. – Тамара Санна сначала видела его одного, а потом заметила, как в машину он садился не один. Правда, распознать кто это – не смогла. Вот караулю, кто сегодня на работу не придёт.

Еле удержалась, чтобы шумно не выдохнуть. Это ж надо. Слава богу, что я вернулась на работу. И это видели другие.

– А ты чего в том же наряде?

– Да я не дома ночевала, – открестилась я, даже не соврав.

– А папочку ты занесла? – Иринья устроила настоящий допрос, и я чуть не ляпнула, что, если бы я её не занесла, то дома ночевала.

– Обижаешь. Ещё днём.

– И что Марка Андреевич сказал?

– Да он занят был. Рабочих ругал, рявкнул, чтобы я на стол положила. Я положила и слиняла, – начала тараторить, потому что это была наглая ложь, основанная на реальных событиях.

– Да, было дело. Знаю. Ругался вчера, – вздохнула Иринья, поверив мне. – Понятно. Ты всё ещё его боишься.

Кивнула, уткнувшись в экран.

Я больше его не боялась, и это меня медленно, но верно раздражало. Соберись, Владислава! Сначала карьера, любимая работа, а потом уже отношения.

Тем более, Марк не выглядел тем, с кем можно построить серьёзные отношения и семью.

~~~

Несмотря на все возможные сомнения, Марк всё-таки полностью сдержал своё слово. Больше ни одного намёка на свидание и прочую пошлость. Он как будто и вовсе забыл про то, что мы где-то с ним были заперты.

Когда мы пересекались, он называл меня на «вы», отвечал сухо и отстранённо. Мне даже как-то обидно стало.

Чем больше он был холоден, тем больше я о нём думала. И, кажется, действительно начала испытывать к нему тёплые чувства.

Всё замкнутое пространство он вёл себя как джентльмен. Не ругался, что я принесла папку так поздно, накормил, угостил дорогущим вином, от которого голова не болела. Мы приятно пообщались, сыграли в игру, даже немного пооткровенничали. Он не осудил мой выбор, как это делали многие до, не обесценил чувства, не сказал что-то типичное: «да брось, не доверять всем мужчинам из-за одного дебила, – глупо». Я слышала это от всех и каждого, поэтому старалась не рассказывать.

Моё согласие на свидание, с другой стороны, могло повлиять на мою карьеру, на работу, которая мне так нравилась. Я не готова отказываться от намеченной цели! И оттого чувствовала себя очень зажатой в свои же рамки и границы.

Мне и хотелось, и не моглось.

Прошло две недели, меня уже приняли на испытательный срок, Иринья похвалила за мои достижения. Она так и не нашла ту самую, что была заперта в кабинете босса, поэтому в итоге списала всё на глюки старой бабки.

Я не возражала. Любые сплетни стихли, всё вернулось на круги своя. Только по вечерам было грустно без тёплых рук Марка.

Я продолжила задерживаться на работе, потому что это отвлекало меня от ненужных мыслей. И сегодняшний вечер исключением не стал.

Очнувшись в половину седьмого, когда никого не осталось, и вредная Тамара Александровна напомнила, что ей работать пора, а мне – замуж, я что-то пробурчала ей в ответ и выключила компьютер.

Собрала свои вещи, взяла в руки пальто и поспешила к лифту, где столкнулась с Марком Андреевичем.

Как раз пришёл лифт.

– О, здравствуй, Барби, – за последние две недели он впервые меня так назвал, и я огрызнулась:

– Не называйте меня Барби, если не хотите становиться Кеном, – и только спустя секунду я поняла, что я только что ляпнула.

– Намёк понял. Поужинаем? – округляю глаза от удивления и задыхаюсь от возмущения.

Как раз открывается лифт, и мужчина заходит первым. Сомнительно гляжу на замкнутое пространство.

– Наверное, я пешком…

– Что, думаешь снова вдвоём застрянем? Да это ж смешно. Заходи уже, не беси, – вздыхаю и ступаю внутрь, чувствуя себя так, словно иду в клетку с тигром.

Всё происходит очень быстро.

Мгновение, дверцы закрываются. Мгновение, мы едем вниз, на первый этаж. Мгновение, лифт издаёт неприятный звук и резко останавливается, гаснет свет. Мгновение, и зажигается аварийный.

Понимаю не сразу, а под отчётливый матерный выкрик Марка, что мы застряли.

– Накаркали, получается? – гневно смотрю на него, а сама думаю: пожалуйста, только не снова!

11

Марк

Эти две недели пролетели как в тумане.

Когда я зарядил и включил телефон, увидел с десяток пропущенных, сотню сообщений, а затем уведомление, что абонент меня заблокировал. Усмехнулся: девушка была в своём праве. Я ведь пропал без предупреждения, и неважно, кто был в этом виноват.

Поэтому искать способы связаться не стал – тем более, что Владислава мне действительно понравилась.

Но она слишком чётко сказала «нет», а я не из тех парней, что не понимают эти три буквы. Нет – это не способ поломаться, нет – это я ей не понравился. Обидно, конечно, но я человек со здоровой самооценкой, и один отказ не ударит по мне.

Следующие дни пролетели в работе из-за рабочих. Мне даже некогда было зайти в приложение и снова назначить свидание. По ночам мне снилась рыжеволосая нимфа, и я отгонял странное наваждение.

Сегодня на работе пришлось задержаться. Кто же знал, что столкнусь с вредной Барби в коридоре. Кто ж знал, что мы вместе застрянем?

– Ага. Я, видимо, ворон, а ты ведьма, – она уставилась на меня сверлящим взглядом. – И, судя по всему, сталкивает нас вместе дьявол.

– Повторяетесь, – вновь воинственная поза и скрещенные руки на груди.

Сегодня она в зелёном костюме: красивые брюки и пиджак, но всё такие же распущенные кудрявые волосы. Она словно стала чуточку взрослее и солиднее. Не знал, что одежда может так кардинально менять людей.

– Тебе идёт, – бросил дежурную фразу и поспешно добавил: – поздравляю с повышением.

– Следите за мной? – пробурчала она.

– Конечно. Ты же моя подчинённая, – сделал шаг в её сторону, и она дёрнулась. Усмехнулся. – Не боись, приставать не буду.

– Не в вашем вкусе? – проворчала она, и я так и застыл над кнопками, глядя на неё.

Защищается или нарывается? Чёрт её разберёшь, учитывая её предысторию.

– Не приглашал бы тогда на свидание, – витиевато ответил я. – Но сначала я хочу дозвониться до лифтёров. Не хотелось бы застрять на всю ночь. В конце концов, это не удобный кабинет, а тесное пространство.

– Сегодня вас тоже ждёт девушка в ресторане? – язвительно уточнила Владислава.

На моих глазах из рыжей хорошенькой куклы девушка превращалась в злобную рыжую ведьму, которая вот-вот, да и проклянёт меня. Надеюсь, хоть в лягушку не превращусь.

– Та меня заблокировала, а новое я искать не стал. Всё надеялся с тобой где-то застрять. Снова. Уж очень увлекательно, – после чего сразу же нажал на кнопку связи.

Несколько долгих минут в кабинке лифта стояла тишина. Даже злобная ведьма решила промолчать, дожидаясь спасателя.

– Оператор слушает.

– Отлично, что слушает, мы застряли в лифте.

По ту сторону раздалось клацанье клавиш, а затем мужской голос продолжил:

– Вижу, встали. Камеры отключены. Подскажите, как обстановка?

Кинул короткий взгляд на свою сотрудницу и проглотил все гадкие и едкие фразочки о том, что ситуация критическая, атмосфера накалённая, того гляди меня в ад отправят.

Почему-то с этой девушкой я быстро понял, что неприемлемо говорить вслух. Она ведь, ой, как ответит, а в дураках останусь я. Потому что я старше, потому что я начальник.

– У вас всё в порядке? – услышал я обеспокоенный голос.

– Да. Мы застряли тут вдвоём. Все пока стабильно, но в любой момент одного из нас может накрыть паническая атака, или случиться нехватка воздуха.

– Вас понял. Бригаду вызвал. Ждите от часа до двух – в зависимости от пробок на дороге, а также сложности поломки, – «утешил» меня оператор.

– Ну, спасибо, что, хотя бы, не на всю ночь, – проворчал я под нос.

– И это тоже возможно. В худшем случае.

12

Владислава

Я, честно, испугалась. Испугалась, но не замкнутого пространства или Марка в нём. Я испугалась саму себя.

Если в кабинете было куда больше места, то лифт навевал на более развратные и пошлые мысли. Пока Марк разговаривает с оператором, наивно трясу телефон, пытаясь поймать хоть какую-то связь.

Неважно, будь это вайфай или мобильная. Тщетно – здесь всегда были проблемы. Впрочем, видимо, придётся успокоиться и просто ждать, когда нас вытащат ремонтники. Вряд ли у меня получится связаться с кем-то из внешнего мира, кто ускорит процесс.

Прагматичная и колючая часть меня включилась как раз в тот момент, когда я чуть не повисла на шее начальника. Я всегда так делала, всегда едко шутила и подкалывала, желая оттолкнуть противоположный пол. Мужчины этого не любят, они боятся смелых острых на язык женщин.

Я это уяснила за последние три года, это записалось на подкорке, и теперь я всегда включала защитную реакцию.

Вот только с Марком это не сработало. Он с улыбкой реагировал на меня, отвечал своими едкими шуточками и вёл себя максимально любезно.

А ещё, о ужас, мне нравились его шуточки и его юмор.

– Ну, и чего ты вжалась в стенку? – хмыкает он, договорив с оператором.

Я всё это время не вмешиваюсь. Он мужчина, пусть решает проблему. И дело даже не в воспитании, или в разных статусах, мне просто не хочется делать всё самой.

– Ждала, когда вы наговоритесь с голосом из дырочек, – отлипаю от стены – она чересчур холодная, а простоять так долго мне совершенно не хочется.

И называть мужчину на «вы» с каждой минутой становится всё труднее.

– Приятно поговорить с умным человеком, который может нас спасти, – улыбается Марк.

Я же игнорирую его выпад и снимаю обувь. Лучше постоять босиком в колготках и постирать их дома, чем натереть ноги сапожками на каблуках.

– Воу. Ты не перестаёшь меня удивлять, – делает мне комплимент Марк, а затем снимает пиджак.

И делает это так соблазнительно, что я снова дёргаюсь.

Душащее желание, которое я не испытывала примерно никогда, охватывает меня с ног до головы.

И это пугает только сильнее.

– Не боись, насиловать не буду. Я всё-таки «за» активное согласие, – после чего он стелет свой пиджак нам под ноги.

Удивлённо смотрю на него, когда он садится на него.

– Присаживайся. Ноги устанут стоять минимум час. А то и несколько. А то и всю ночь, – он смеётся, как будто это действительно смешная шутка.

Недовольно присаживаюсь рядом и задеваю его тело своей рукой. Даже сквозь одежду чувствую его тепло и сглатываю.

– Прости, сегодня без еды. Знал бы, что застрянем, закупил бы побольше сэндвичей, – его дыхание обжигает мою кожу, и во рту мгновенно пересыхает.

Мысли сбиваются, я чётко вижу его губы и слышу отчётливое желание мозга полезть к нему целоваться. Ну, не оттолкнёт же, учитывая, что несколько раз уже звал на свидание?

Хотя, в играющей форме, не настаивая. Совершенно не понимаю, что ему надо.

Достаю из сумки бутылку с водой. Случайно прихватила её с собой, и, слава богу, что это сделала.

Делаю несколько глотков и протягиваю Марку:

– Будете? Не дорогое вино, конечно…

– Пожалуй, в данной ситуации это даже лучше, – он делает несколько глотков, да так соблазнительно, что у меня вновь пересыхает во рту. – Никто не знает, насколько мы здесь застряли. Вода – наше спасение.

– Ещё скажите, что скоро воздух закончится, – бурчу я, ёрзая на пиджаке.

– Не, вентиляция здесь отличная. Сам удостоверился, – не уточняю, что всё это значит.

Некоторое время молчим, и тишина всё больше и больше становится неловкой.

– Ну, так что? – вдруг говорит Марк. – Два раза уже закрыты в маленьком пространстве. Точно судьба, не откажешься от свидания? – он вновь затевает свою шарманку, с соблазнительной улыбкой глядя на меня.

– Если бы вы хотели, вы бы позвали вне этих замкнутых пространств, – предпринимаю последнюю попутку возвести между нами стену, указывая на его прокол.

Но вместо обиды он смеётся.

– Ты чётко дала понять в кабинете, что не хочешь, а я не хотел портить твою репутацию на работе. Что бы о тебе подумали, если босс в открытую начал проявлять знаки внимания, а тебе этот мужчина не нравится? – удивлённо смотрю на него, и мои брови ползут вверх.

Об этом я и не подумала. Неужели остались необидчивые мужчины, которые ценят желания девушки?

– Тогда почему сейчас?

– Своими шуточками ты чётко дала понять, что я тебе небезразличен, – открываю и закрываю рот от удивления.

Поспорить не могу – он действительно каким-то образом считал всё то, что я засовывала в дальний ящик своей души. Запихивала, запихивала, а оно вываливалось.

– Хорошо, – не спорю, почти соглашаюсь. – Предположим, ты прав, – вновь сбиваюсь, но не поправляюсь, глядя, как огоньки зажигаются в его глазах. – Тогда почему я?

Марк хохочет, и я не могу понять причину, но тоже начинаю улыбаться. Его смех заразителен.

– Ты просишь меня объяснить, почему я предположительно влюбился? – моё сердцебиение вмиг учащается, и становится трудно дышать. – Странный вопрос, но хорошо. Ты красивая, умная, амбициозная, а ещё ты не просто не обижаешься на мои шуточки, а отвечаешь своими, не менее колкими и дерзкими. Это подкупает узнать тебя получше.

В какой-то момент у меня срывает крышу окончательно, и я тянусь за поцелуем. Марк сначала удивляется, а затем перехватывает инициативу в свои руки, грубо прижав меня к себе.