Мой враг, моя награда

Пролог

Удар гонга оповестил о начале торгов. Люди на скамьях зашевелились, поднялся шум.

- Тише! – Грубый голос распорядителя быстро навел порядок. – Четвертый лот. Девственница, должница восемнадцати лет от роду, безродная. Начальная цена – пятьсот монет. Голодранцы могут утереть сопли и покинуть наше заведение, а приличным людям два раза повторять не буду: не нравится девственница за пятьсот монет – топайте к матушке Фифи и щупайте дряхлые груди ее девиц. На здоровье.

Вокруг поднялся гвалт и хохот.

- Шестьсот, Хард-медведь дает шестьсот монет, господа. Шестьсот раз… Семьсот, Игли-ушлепок. Молодец, Игли. Шевелитесь, господа, кто хочет сорвать цветочек?

- Эй, Гульдик, а за что она должница? Почему не рассказал, закона не знаешь? – Голос из дальнего угла заставил всех прислушаться, и зал удивленно затих. Сотни жадных глаз уставились на распорядителя – толстого бугая в кожаной жилетке и пышном черном галстуке.

- За дело. Кинулась с ножом на доброго, славного воина из княжеской охраны. На жизнь честного человека покусилась, дрянь такая. Теперь будет год в должницах, отработает – станет свободной.

На секунду повисла тишина и взорвалась грубым хохотом.

- Обязательно станет свободной, шлюха. С ножом на воина, ага.

- А потом на хозяина кинется с ножом, и опять на год в должницы, - кто-то выкрикнул из зала, и его слова были встречены дружным смехом.

- Если живая останется.

- Пусть кидается, вовек не освободится.

- Эй, Пень, закона не знаешь? – Сердито прикрикнул распорядитель. – Закон княжества един для всех. У нас нет рабства, и хозяин несет ответственность за своего должника: за его жизнь, за его кости, за его живот.

- Конечно, Гульдик, не сомневайся. Восемьсот даю.

Вокруг одобрительно загудели.

- Пень не обидит, и кости останутся и живот…

- По отдельности, - и новый взрыв грубого хохота.

- Девятьсот, - не дожидаясь распорядителя, кто-то выкрикнул из другого конца зала. Пень – огромный детина в меховой накидке, злобно обернулся.

- Дитрих, ты уверен? Подумай.

- Пень, - стук молоточка и окрик, точно по волшебству, заставили зал замолчать. – Порядка не знаешь? Дитрих сказал свое слово. Девятьсот. Кто даст больше?

- Ой, глядите, девка-то заваливается. От страха что ли?

Подскочивший клерк успел подхватить девушку в сером арестантском платье, стоявшую посреди сцены.

- Больная?

- Нее, пугливая, в первый раз всегда страшно.

- Зато потом, глядишь, и понравится. Эй, Дитрих, ты того-самого, смотри, чтобы понравилось.

Зал опять накрыл грубый хохот.

- Тысяча монет, - прогремел голос Пня. Его глаза пожирали взглядом хрупкую девушку на стуле, ее белоснежное личико с тонким профилем, длинные темные волосы, рассыпавшиеся по груди, тонкие щиколотки из-под подола платья.

- Тысяча монет от господина Пня, - подтвердил распорядитель. И тут по залу пробежал лес рук.

- Тысяча сто…

- Тысяча сто пятьдесят…

- Тысяча двести….

Пень, взъерошив копну волос, вскочил с места, свирепо окинул зал.

- Тысяча пятьсот, - рыкнул он, точно озлобленный лев… И вдруг застыл, уставившись на входную дверь. А после нерешительно сел на свое место.

Люди удивленно повернули головы, и затихли. Большой зал аукциона должников накрыла странная тишина. Ее нарушили тяжелые шаги человека, идущего к сцене. Или нечеловека.

Распорядитель с трудом сглотнул. Его лицо накрыла бледная испарина. Он открыл рот. Закрыл. Откашлялся, явно пряча страх.

- Что угодно, сьер? – Наконец произнес он сиплым голосом.

- Ее.

Прозвучало негромко, но голос услышали все, даже в дальних уголках зала… Их называли эстеропами, поводырями в ад, псами Преисподней. Эти создания Небесного Провидения были выше двух метров, с мощными торсами, грубыми морщинистыми лицами. Эстеропы обладали неимоверной физической силой, и пришедший сюда был способен разметать этот зал по бревнышкам.

На плечах – черный форменный плащ бойца княжеского батальона, возможно, из личной охраны Его Святейшества.

- Экх, - крякнул распорядитель. – У нас, уважаемый сьер, торг. Мы не можем вам ее отдать.

Эстероп скривился. Лицо, точно срубленное топором, от гримасы стало еще страшнее. Он откинул край плаща и оторвал с армейского ремня тяжелый кошель.

- Здесь три тысячи монет. Больше она и не стоит, - кошель с грохотом ударился о стол. Эстероп с неожиданной легкостью запрыгнул на сцену и неторопливо приблизился к стулу, где сидела девушка.

- Идем, - бросил он ей. Арестантка подняла голову, ее глаза расширились от смертельного ужаса. Она глубоко вздохнула, вскрикнула, и повалилась со стула. Эстероп ловко подхватил ее, не дав удариться об пол, и перекинул через плечо.

- О, уважаемый сьер, а как же документы? Назовите ваше имя.

- Ньрог. Отправишь документы банкиру Флису в княжеский банк, - не глядя на распорядителя, сказал эстероп. Легко спрыгнул со сцены, чуть придерживая ношу на плече, и в полной тишине скрылся из зала.

Несколько секунд люди изумленно переглядывались. Пока не раздался стук молоточка.

- Лот номер пять. Должница, молодая женщина тридцати пяти лет…

*

За углом его ждала крытая повозка, сколоченная из грубых досок. Эстероп не очень вежливо закинул арестантку на ворох тряпок.

- Держи, - он кинул вознице небольшой металлический кругляш. – Спокойно выезжаем из городка, а потом гони, как только можешь. Я скажу, когда открыть портал.

- Магистр…

- Пьер, лучше молчи! – эстероп оперся о борт повозки и явно с трудом забрался внутрь, туда, где в беспамятстве лежала девушка.

- Уже накатило?

- Еще держусь. Выполняй, Пьер, сейчас ты – генерал, а от меня толку мало. Ну же, трогай.

Крытая повозка неторопливо покатила по мостовой. Проехала тихие улочки небольшого провинциального городка, расположившегося в нескольких милях от столицы княжества, и выбралась в пригород. А оттуда направилась по лесной дороге.

- Эй, магистр, как вы там? – спросил возница и обернулся... – Вараха тебе в зубы! Тпррру…

- Гони. Пьер, время – жизнь. Гони.

Пьер, терзаемый сомнениями – помочь ли хозяину, или подчиниться приказу, громко выругался и взмахнул кнутом. Кони рванули вперед. А изнутри крытой повозки вдруг потянулся вой, с рычанием, болью, с нечеловеческими криками, точно кто-то жестко, кровожадно терзает могучего льва, разрывая его на части.

- Держитесь, магистр, - крикнул Пьер, не оборачиваясь, и зашептал молитву. Это все, что он сейчас мог сделать для своего хозяина.

Бугристое тело эстеропа корежило. Его взбунтовавшаяся магия рвала тело на части, выворачивала суставы, ломала кости. Зверь метался от боли, катаясь по деревянному настилу, выл. А потом вдруг захрипел. Тело охватила судорога, до неузнаваемости меняя его внешность. И эстероп исчез…

Вместо него на грязной подстилке поверх прибитого сена лежал молодой мужчина. С бледного лица скатывался пот. Он бессмысленным взглядом оглядел повозку, тряхнул головой и уставился на спину возницы.

- Пьер.

- Да, господин.

- Артефакт перехода у тебя?

- Вы же сами отдали его мне.

- Хорошо, - отозвался мужчина.

- Когда уходим, магистр?

Мужчина с трудом приподнялся на локтях, блуждающим взглядом окинул местность и обессилено упал на спину.

- Гони из леса. Нам нужно поле. И вообще, Пьер, гони. Я чувствую погоню, а боец из меня – сам видишь, никакой. Гони, иначе князь Варионский с нас кожу снимет и на ремни порежет за эстеропа, да и про девицу он ничего не знает. А когда поймет…

Кони, точно поняли разговор людей и заметно прибавили шаг. Или что-то другое заставило пуститься их вскачь, что есть силы. Далеко позади, в лесной чаще раздалось эхо боевого рогаи зычный клич.

- Погоня, - со страхом прошептал Пьер, но вида не показал, только крепче сжал поводья.

- Но-о-о, милые, если жить хотите…

Впереди появился просвет, и через две минуты повозка вырвалась на простор. Лес отступил. Вокруг растянулось ячменное поле.

- Давай, Пьер, пора, - хрипло крикнул мужчина и болезненно скривился. Возница торопливо вытащил из кармана штанов металлический кругляш. Его губы зашептали заклинание. Кругляш в ладони сверкнул, да так, что на секунду ослепил глаза, а впереди, в десятке метрах от повозки, глянцево замерцал портал.

- Помогите нам, Небесное Провидение и Всеблагие Покровители… - взмолил возница и с ожиданием уставился, как приближается воронка, по другую сторону которой ждало спасение.

Глава 1

Ветви яблони хлестко ударяли о стекло, ветер – предвестник бури, о которой еще вчера предупреждала экономка, не щадил старый отцовский сад. Граф Бритт, потомственный владетель земель от Йарнских предгорий до побережья Элезейского моря, усмехнулся. Старая служанка опять утерла нос пастору Вильому из храма Небесных Заступников.

Тот, будучи магом-воздушником, только посмеялся над ней и ее прогнозом о надвигающейся бури. Еще и обозвал старой дурой.

Опрометчиво. Теперь ему не избежать шепотков и злых усмешек за своей спиной. Впрочем, о чем он? Других забот нет? Граф повернул голову. У стены, на широкой кровати лежала девушка. Ее грудь тяжело поднималась, отчетливо раздавались хрипы.

Эдриан Бритт озадаченно скривил красивые губы. Подошел, склонился, прикоснулся ладонью ко лбу. Девчонка слишком важна. Слишком! Он не позволит ей умереть. Она – его находка. Две крупнейшие державы мира способны перетряхнуть мир ради этого милого личика. Если, конечно, он и его соратники не ошиблись. Да уж, загадка из загадок. Спасибо ее матери, умудрившейся за один месяц оказаться в постели двух королей.

Граф Эдриан Бритт опустил взгляд и внимательно, даже придирчиво вгляделся в лицо девушки. Темные волнистые волосы раскидались по подушке, бледное лицо с точеными чертами было точно фарфоровое – нежное, доверчивое. Мягкие губы дрогнули, и раздался тихий стон.

Эдриан нетерпеливо оглянулся на дверь. Необходимый отвар уже должен быть готов. Только он подумал, как вошла старая экономка и тяжело протопала к кровати.

- Готово, господин.

- Позаботься о ней, - бросил он ей и вышел из комнаты.

Его шаги гулким эхом отозвались по мраморному полу огромного коридора. Твердая походка, прямая спина, широкий разворот плеч – даже ребенок признает в нем военного человека. А холодный взгляд, пронизывающий любого, кто осмелится неуважительно посмотреть ему в глаза, без намеков указывает, что он не простой военный, а имеющий высокий чин.

Граф прошел галерею скульптур, спрятанных в небольших овальных нишах. Когда-то они завораживали его, рождая в голове загадочные истории и очаровывая красотой. Но сейчас девы из легенд и древних преданий уже не трогали его.

На лестнице графа дожидались.

- Вам письмо.

- Спасибо, Пьер, - граф быстро спустился по лестнице своего родового дома и свернул в крыло, где располагался кабинет. Осмотрев конверт со всех сторон, Эдриан вскрыл его ножичком для бумаг. Развернул и присел за старинный стол с изразцовыми боковинами из палисандрового дерева. Глаза, пробегающие строчки, вдруг заинтересованно блеснули.

- Ах, леди Вустар, какая же вы молодец, - граф взял со стола колокольчик и позвонил. Пьер точно ждал за дверью.

- Магистр?

- Иди сюда, читай.

Слуга без лишних слов взял в руки письмо и углубился в чтение. Морщинки на его лбу разгладились, а усы насмешливо вздернулись.

- А я вам говорил, магистр, я говорил.

- Ну-у, заладил. Говорил, молодец, собирайся. Отправляешься прямо сейчас, пока наша леди Вустор не засунула свой носик слишком глубоко, туда, куда не надо.

- Слушаюсь, - слуга пор военному щелкнул каблуками.

- Возьми векселя, наличку. Если что – сам знаешь, что делать. Иди.

На какую-то секунду фигура Пьера подтянулась, плечи раздвинулись вширь, в глазах появилась сталь, сила военного человека… И исчезла, возвращая простоватого слугу своего господина.

Когда он ушел, граф задумался. След старой миниатюры, имеющей отношение к королевской семье, утерянной еще двадцать лет назад, обещал оказаться верным. Если так – миниатюра, изображающая нечто важное, должна оказаться у него. И только у него!

- Ваша светлость, красотка открыла глаза, - экономка просунула голову в дверь. Эдриан напряженно нахмурился и тут же встал из-за стола.

- Отлично.

Когда он вошел в спальную, девчонка молчала, уткнувшись взглядом в стену.

- Тебе нечего бояться, - сказал он ей. Его тон был холодным, безразличным. – Госпожа Ванда исполнит твое пожелание насчет обеда. Ванда, что готовит кухарка?

- Обед уже готов. Тефтели из индюшки с фасолью, яичный суп, на десерт ристольский манник.

- Замечательно. – Эдриан подхватил стул, подвинул его ближе к кровати. – Ты еще слишком слаба, чтобы вставать с постели, поэтому обедать будешь здесь.

Экономка неслышно вышла из комнаты. Девушка, не мигая, уставилась на мужчину.

- Кто вы? – Осипшим голосом спросила она и закашлялась. Граф тут же протянул ей чашу с отваром.

- Пей. И не капризничай. У тебя, похоже, воспаление легочного тела, еще и жар. Пей, это отвар на галлезийском мху. Первое средство от жара.

Девушка осторожно попробовала, сделав маленький глоток, замерла, определяя на вкус лекарство. И спокойно допила до донышка.

Ах, ты, хитрюга. Граф мысленно ухмыльнулся. Возможно, зельеварка, или даже целительница. Сейчас, когда он запечатал ее дар – во избежание того, что кто-то определит ее способности на предмет родства с королевской семьей – понять, какой стихией она владеет, довольно сложно. Это он сделает позже.

- Меня зовут Эдриан Бритт. Я магистр Академии прикладной магии в Солтриже.

Девушка на секунду расширила глаза, и тут же притушила взгляд. Удивлена, подумал Эдриан, это хорошо. Сейчас для нее очень кстати любая информация, что она избежала опасности и до границ Вастарского княжества, где ее продали на аукционе, далеко. Пусть успокоится.

Граф расслаблено закинул ногу на ногу, слегка улыбнулся.

- Расскажи о себе.

- Как я сюда попала? Последнее, что я помню – эстероп, выкупивший меня.

Эдриан широко улыбнулся, чуть склонил голову и ласково заглянул в глаза.

- Именно так, леди. Именно так. Это был я… Это я выложил за тебя на аукционе три тысячи вастарских золотых грошей.

Девушка побледнела. Ее пальцы ухватили край одеяла и потянули его на подбородок.

- Отставить панику, - жестко посмотрел на нее мужчина и чуть скривился. Возиться с ее очередным обмороком не было желания. Достаточно того, что пленница вастарских разбойников подхватила сильный легочный жар. А ее смерть никак не входила в его планы.

- Вы эстероп? Но как…?

Граф Бритт приподнял бровь.

- Я рассчитывал, что ты образованна.

Девушка непонимающе нахмурилась.

- Тебе что-то известно о магии глубинных отражений?

- Нет, - покачала она головой. Граф с тяжелым вздохом встал со стула.

- Нет – значит, нет. Проживешь и без этих знаний.

- Что вы намерены со мной делать? У меня нет таких денег, чтобы отдать вам долг.

- Я подумаю. Сейчас не это главное.

- А что главное?

- Ты не ответила на мой вопрос. Кто ты? Откуда? Почему оказалась в Вастарском княжестве?

Девушка смущенно отвела взгляд.

- Меня зовут Лея.

Неправда, подумал Эдриан. Тебя зовут Элейн. И ты сейчас лжешь. Граф усмехнулся, но промолчал.

- Я из Хонка, это городок в Вастарском княжестве.

- Лея, я надеялся на твою искренность. Пойми меня правильно, у меня нет желания спекулировать на твоем тяжелом положении, но придется, если не услышу правды. Задай себе простой вопрос, почему я оказался эстеропом, и почему я выкупил тебя на аукционе.

Девушка затравленно вжалась в подушку. Этот неизвестный ей маг искал ее. И его появление на аукционе – не случайно. И крупная сумма денег при нем, тоже не случайна. А в итоге – она у него в плену. Без документов, без имени, без прошлого. Так наказала матушка, умирая. Никогда, никому, ни единым словом о том, кто она.

- Хорошо. Я расскажу тебе историю, и если прозвучат неточности – ты меня поправишь.

В дверь постучали.

- Обед для леди, - сказала экономка. Граф указал на столик.

- Поставь и иди, Ванда.

Когда за экономкой закрылась дверь, граф Бритт немного задумался, усмехнулся и сказал:

- Твоя матушка, Лея, в молодости была предприимчива. Будучи дочерью простого лекаря-самоучки, не дворянина, влюбила в себя старикашку Ламьера, главного артефактора королевства.

- Неправда, - в голосе больной прорезалась жесткость. – Это лицемерная ложь.

- Откуда тебе знать?

- От матушки. Лорд Ламьер пригрозил разорить лавку моего деда, если тот не отдаст ему свою дочь. Дед согласился. Он работал по просроченной лицензии, и ему грозил крупный штраф.

Граф с сомнением на лице задумался. Странно получается, дедушке этой девицы было проще отдать свою дочь замуж, чем оплатить документ.

- Предположим, - кивнул он. – Знаешь, что было дальше? А дальше, после свадьбы, лорд Ламьер представил свою молоденькую жену королю. Это было в праздничную ночь Летнего Звездопада, когда во дворце устраивают бал. И этот бал оказался злосчастным для вашей матушки – Антуан Кривой обезумел. Увидев леди Ламьер, его охватила любовная лихорадка.

Граф прошелся по комнате, поглядывая на больную и обдумывая, как вести беседу, чтобы разговорить девчонку.

- Король заманил ее в покои, и… Изнасиловал, называя вещи своими именами. Но она не оценила жаркое внимание повелителя. Особенно, после того, как обнаружила своего старичка мужа, спящего на мягкой банкетке у двери… Забавно. Думаю, восьмидесятилетний артефактор слишком ценил свою должность и добровольно подложил супругу под короля.

- Опять неправда! Лучше не продолжайте, это ни к чему.

- Хорошо. Мне даже нравится твоя категоричность. Жду правдивую историю, Лея.

Больная с трудом приподнялась на подушке.

- Он выл. Пока король насиловал мою мать, старик Ламьер выл, кричал, а потомвдруг смолк. Матушка дождалась, когда Антуан Кривой заснул – тот был пьян – и выскользнула из комнаты. Выбегая, она наступила на лужицу крови. Понимаете, господин магистр? На мягкой банкетке, как вы рассказываете, никого не было.

- Что было дальше?

- Ей удалось сбежать из дворца. Она вернулась в особняк лорда Ламьера, переоделась в платье кухарки и сбежала из столицы, а потом из страны.

- Куда? - Граф Бритт остановился у кровати и слегка наклонился. Его глаза сверкнули нетерпением и властностью – Только не вздумайте лгать.

- В вольный город Астарт на границе с Вастарским княжеством.

Граф выпрямился, сцепил руки за спиной. От него повеяло вдруг таким холодом, что девушка вжалась в подушку.

- Ты обещала не лгать, Лея.

- Я не лгу. Честно, - ее глаза смотрели на него с искренним непониманием.

- Лея, твоя мать попала в кольцо отступающих частей Броккондской армии. Вспомни историю Броккондской войны. Ее спас кто-то из приближенных Его Величества короля Рихарда, который и пристроил девушку на работы в полевой кухне. И на вторые сутки, среди котелков и кастрюль ее случайно увидел король. Чтобы поражение в войне не казалось таким горьким, он заливал его вином и забывался в любовных утехах. Тогда, на условиях мира, у него забрали четверть королевства. Не мало, согласись. Так, что, ему было о чем плакать. И делал он это на груди юной красавицы Наолы Ламьер.

- Неправда, - пораженно замотала головой девушка.

Граф бросил на нее холодный взгляд. Он не считал нужным щадить ее чувства.

- Я не знала об этом.

- Возможно. И это усложняет нашу задачу.

Девушка внимательно посмотрела на графа.

- Зачем этот разговор? Почему вы интересуетесь моей матушкой? Что я вам сделала? Отпустите меня.

Эдриан Бритт хмуро усмехнулся.

- Если я сейчас тебя отпущу, то через несколько дней тебя поймают другие, и ты умрешь. Или окажешься в темнице Хорра на Скальном острове, скорее всего, до конца своих дней. Я не пугаю, поверь… Поверь бывшему адъютанту генерал-прокурора Галлезии. Слово офицера. Пока ты рядом со мной – ты жива.

Глава 2

В узкое окно полуподвала с трудом проникал свет, и сумрак старой лаборатории освещала пара канделябров на широком столе.

- Эмили Квистр, Эмили Квистр, выпьем бренди, сыграем в вист…

У стола кто-то насмешливо фыркнул.

- В трактире услышал?

- Эй, не умничай, Рей.

- Я вообще молчу, не мешай.

- Да-а, брат Рей, ты молчишь, потому, что занят делом. А я погружаюсь в мглистую беспросветную бренность…

- Заткнись. У меня полярность чар сбивается от твоей болтовни.

- У-у-у, молчу, - шепотом потянул парень, сидевший на подоконнике, и отхлебнул из горлышка бутылки.

Несколько минут стояла тишина, пока не раздался тихий зудящий звук. Прибор, вмонтированный в деревянную шкатулку, осветился мерцанием, а его медный хронометр завибрировал работающими стрелками.

- Ну вот, стабилизатор готов.

- Молодец, Рей, - отозвался Венс, с грустью наблюдающий сквозь решетку полуподвального окна. – Будешь?

Рей, высокий, крепкий, с небрежной прической отросших волос, вскинул голову, на секунду задумался.

- А, давай, я заслужил.

- Гений ты наш, - буркнул его друг и протянул бутылку.

- Признавайся, с чего решил напиться? – Рей взял из рук бутылку. – Ух ты, половину приговорил. Не много? Еще полдень.

Венс скривился и опять уставился в окно.

- Ничего ты не понимаешь.

- Подвинься, - Рей скинул ноги парня и тоже уселся на подоконник.

- Расстраиваешься из-за отца? Ты вроде, вчера письмо получил. Что молчишь?

Венс скривился еще сильнее.

- Долги, обязательства, налоги, вложения…Пойми, Рей, я далеко не инфантильный субъект, избалованный папочкой и мамочкой. Ты же меня знаешь

Рей снисходительно кивнул. Все понятно, друг пьян.

- Но чтобы не выслать деньги на портал? Такого еще не было. Понимаешь…

- Унизительно.

- В точку, - кивнул Венс. – сестра выходит замуж. Рад. Давно пора. Но я-то тут причем? Экономят. На мне.

Друг говорил рваными фразами, пьяно морщась. Развезло прилично.

- Остынь, всякое бывает. Венс, нам осталось полгода, и все, фью-у-у, свобода. С дипломом Академии в кармане.

- Это тебе свобода… Дай бутылку.

- Не дам, мое.

- Отец подобрал мне невесту, Рей.

На секунду в старой, заброшенной лаборатории повисла тишина. Рей сочувственнонахмурился и протянул бутылку.

- Понятно. Да-а…

- Эмили Квистр, дочка бургомистра нашей задрипанной дыры. Пухленькая обезьянка с маленькими поросячьими глазками. Рей, я скорее утоплюсь… Нет! – Венс с отчаянием мотнул головой.

- Попал ты, брат. А если отказаться? – Рей опять отобрал бутылку и сделал большой глоток.

- Позор на весь род. Ну-у, еще есть вариант откупиться дорогим подарком.

- Насколько дорогим?

- Очень дорогим. В половину приданного, которое за нее дают.

Рей присвистнул, вытянул шею.

- Ты не напутал?

- Это север, малыш Рей, - кисло поморщился Венс. Утверждение о малыше из уст худощавого, невысокого Венса, прозвучало сомнительно, но Рей не обратил внимания.

- И что?

- На севере слово – вдвойне золото. Нарушил – плати. Это здесь, на континенте можно откупиться приятным ожерельем, извиниться. В общем, можно… Ох, Рей, я повешусь.

- Ерунда. Ты совершеннолетний, заканчиваешь Академию. У тебя, по идее, все впереди.

Венс отхлебнул вина и сморщился.

- Гадость. Поколочу дядьку Тита. Вот сейчас пойду и поколочу. За половину серебряного гроша можно купить «Солтрижский бунч» трехлетней выдержки. А этот жмот подсунул…

- Угомонись, - притормозил его друг. – Пока не протрезвеешь – из лаборатории ни ногой. Ясно?

- Ты ничего не понимаешь. Ты просто не видел эту Эмили Квистр. А если бы увидел – упал бы замертво, сраженный ее красотой. Рей, я двадцать один год обходил ее стороной, причем, по самой длинной дуге. Я все закоулки нашего городка знаю благодаря ей. А сейчас – я ее жених. Дружище, дай веревку и кусочек душистого мыла, лучше ландышевого. Хочу умереть во флере цветущего, жизнеутвержда-а-а…, в общем…. – последние слова заплелись в нехитрую вязь пьяной болтовни.

- Пойдем на диван, - терпеливо вздохнул Рей. Ухватил друга под руки и утащил на диван в углу комнаты.

Венс не сопротивлялся, уткнулся в подушку и уснул. Рей хмуро присел рядом Не нравилась ему эта история. Он был знаком с родителями друга.

Обедневший род Вельтов не блистал ветвями родового древа, связями, землями. Более того, Венс признавался, что семья близка к полному разорению. Если не случится чудо… Вот оно и случилось. Сын женится на дочке бургомистра, за нее дадут хорошее приданое. А с учетом того, что невеста своим личиком больше напоминает помесь поросенка с обезьянкой – приданое не просто хорошее, а очень хорошее. Поэтому вариантов у друга нет. Разве, что пойти наперекор отцу, отречься от рода. Нет, навряд ли Венс на такое пойдет.

С лестницы послышались шаги. Кэтлин, подумал Рей, и не ошибся. Дверь осторожно отворилась, и в проеме показалось симпатичное личико со вздернутым носиком и большими любопытными глазами.

- Заходи, - позвал Рей. Парень встал с дивана, подошел к столу.

- Получилось? – Девушка плотно прикрыла за собой дверь.

Она была среднего роста, тоненькой, с копной рыжих волнистых волос, стянутых резинкой.

- Получилось, - Рей оперся ладонями о столешницу. – Стабилизационные поля в норме, фон от альта-лучей до оверна-лучей чуть колеблется, но в пределах допустимого. Забирай. И хочу напомнить. Артефактный стабилизатор – аппарат тонкий, чувствительный, для забивания гвоздей не предназначен, а так же бесполезен при готовке отбивных котлет, и совсем уж непригоден в качестве метательного предмета из рогатки.

- Умный?

- Не жалуюсь, - Рей улыбнулся. – Ладно, не обижайся. Идем.

Девушка крутанулась на каблучках, так, что ее форменная юбка в клетку крутанулась колоколом.

- Спасибо. Ты меня спас. За сломанный стабилизатор с меня бы сняли сто баллов. Рей насмешливо склонил голову.

- Кэт, ты как додумалась сплетать флюиды «класса D» с ударными импульсами «G» парамагического уровня. Экспериментаторша.

Девушка аккуратно засунула небольшую шкатулку, внутри которой был вмонтирован прибор, в черную холщевую сумку.

- В теории импульсы «G» стабильны относительно…

- У-у-у, давай не будем. В теории…

На диване заворочались, послышался скрип пружин и бессвязное бормотание.

- Ой, - шепотом пискнула Кэтлин.

- Не пугайся, это Венс.

Девушка вдруг повела носом и удивленно поморщилась.

- Он пьян?

- Ага, идем, пусть спит.

- А что случилось?

- Ничего, - Рей пожал плечами. – Считаешь, для того, чтобы напиться, нужна причина? Все, идем, вперед.

Старый заброшенный корпус Академии стоял в тени парка. Студенты вышли из здания и двинулись по дорожке.

- Завтра все съедутся, - грустно сказала Кэтлин. – Праздники закончились, опять учеба.

- Ты же отличница, - Рей насмешливо поморщился. – Заучка. Должна радоваться.

- Сам ты заучка!

- Рыжая, курносая, - парень ловко отпрыгнул в сторону и засмеялся, глядя, как сердито нахмурились чудесные бровки, а глаза, от которых тоскливо замирало его сердце, сверкнули.

Да-да, он знал, что задел ее болезненную тонкую струнку. Для Кэтлин Райвис ее вздернутый носик и рыжая шевелюра являлись темой запретной и мрачной. Только дотронься – побьет.

Перед главным корпусом они попрощались. Рей направился в общежитие, а девушка поднялась по ступенькам административного здания. Следом за ней поднялись две студентки в дорогих светских платьях.

- Бедняжка Реймонд, его опекун опять забыл прислать содержание на личные расходы. Жалко, он такой хорошенький.

Услышав, как обсуждают ее друга, Кэтлин посторонилась, пропуская студенток вперед. Она узнала их. Эти девушки – с курса Рея, возможно, одногруппницы. Наверняка, у них достойное содержание, и праздничные дни они провели дома, где отметили торжественное восшествие на престол короля Октара.

Кэтлин вздохнула и двинулась следом за пятикурсницами, слушая краем уха их разговор.

- Говорят, его опекун торгует зерном и репой… Репой!

- Жалко Рея. Он ведь такой талантливый маг.

- Да уж, хорошая родословная ему бы не помешала. А так…

- А так, далеко он не продвинется.

Кэтлин, шагающая позади девиц, фыркнула и с облегчением свернула по коридору. Слушать наивный бред великовозрастных девиц было неприятно. Что они могут знать о Рее? Он такой… классный, милый. Девушка мечтательно улыбнулась и вытащила ключ от учебной лаборатории. Если бы не Рей, завтра у нее могли быть очень большие неприятности с доцентом Виктулем.

Ее экспериментаторский дух, уже в который раз подложил свинью, нашептав, что включение в формулу некоторых элементов класса парамагических импульсов повысит силовой уровень охранных артефактов. Наивная. Если не сказать хуже.

Вернув прибор на место, Кэтлин оглядела помещение. Все отлично, старик Виктуль останется довольным, что за пять дней праздников его студентка не взорвала ценные реагенты и «нечаянно» не разбила дорогостоящие мерные цилиндры, колбы и сосуды из горного хрусталя.

- Молодец, Рыжик, - похвалила себя Кэтлин и с чистой совестью отправилась в столовую. Сегодня, в последний день праздника, для студентов, оставшихся в Академии, полагался королевский мармеладный торт.

В коридоре было пустынно. Девушка прошла его, свернула за угол, и… И! Врезалась головой в чей-то подбородок.

- Вахар!

- Эй…

Кэтлин отступила назад и возмущенно потерла свой лоб.

- Глаза разуй, уважаемый.

- Сама разуй.

- Хам!

- Сама хамка.

Незнакомый парень в светлом, но строгом камзоле, обошел ее, почесывая подбородок. Кэтлин поджала губы. Разговаривать с грубым незнакомцем было не о чем. Пусть топает дальше.

- Ладно, извини, я загляделся на барельеф, - парень кивнул на стену, которую украшал старинный барельеф, изображающий мифологическую сцену битвы льва с Гидаром.

Кэтлин, не стирая с лица презрительное возмущение, фыркнула и собралась идти дальше. Но парень точно не заметил. Плечом загородил дорогу и еще раз показал ладонью на стену.

- Это же работа Раста Вастора?

- Пока ты еще кого-нибудь не убил по дороге, да, это работа Раста Вастора.

- Я тебя убил? Приношу извинения. С меня венок из голубых лилий.

- Дурацкая шутка!

- Согласен. Скажи, где здесь деканат Артефакторики и магической механики?

- Тебе зачем?

Парень секунду помялся.

- Перевожусь из Гленевела. Нужно отдать документы, устроиться в общежитие.

Кэтлин подозрительно прищурилась. Не дай Небеса, на третий курс.

- Какой курс?

- Третий.

О, только не в нашу группу! Не сказать, что прямо красавчик-красавчик, но не дурен, кое-кто точно на него глаз положит.

- Ладно, идем, провожу.

Чувство ответственности побороло явную неприязнь к новенькому.

- Я Дан. Дан Хоуди.

- Кэтлин, - коротко бросила девушка. И тут же нахмурилась. Крепкая память милостиво развернула перед ней яркие странички геральдического списка. Толстый том учебного пособия, в уме, зарябил страницами, фрагментами, пятнами рисунков… Вот оно что! Значит, Хоуди! Третья, увядающая ветвь королевского рода, потерявшая былые заслуги, преференции, власть. Уже не вино, а водичка. Кем же он приходится королю? Хорошо, если троюродным братом, а скорее – четвероюродным. Но, фу-ты, ну-ты, Хоуди! Кэтлин насмешливо покосилась.

Они прошли коридор, поднялись по лестнице и остановились перед тяжелой дверью деканата.

- Удачи, Дан. Имей в виду, попадешь в мою группу – поблажек не будет.

- Ты о чем? – Почему-то вдруг холодно задал вопрос парень.

- Я староста своей группы, и у нас нет привилегий, поблажек для высокородных, знаешь ли.

Парень усмехнулся. Отчего-то смутился и посмотрел грустно, даже с ноткой скрыто печали..

- Не волнуйся, Кэтлин, я не привык к поблажкам.

Она оставила парня. Спустилась вниз в холл и вышла на улицу. Неторопливо двинулась к общежитию. Что-то ее задело в разговоре. Или во взгляде? Или во внешнем виде Дана Хоуди? Или…

От родителей ей досталась острая проницательность. Ее отец и мать – профессоры Академии, ученые, занимающиеся редкими природными кристаллами класса магических проводников силы. Уже несколько месяцев, как они отправились в экспедицию, которую финансировал Королевский Ученый Совет.

Девушка замедлила шаг и остановилась посреди дорожки. Все же интуиция, да в хорошей голове – великая вещь. По лицу пробежала улыбка, а глаза вспыхнули от азарта. Ох, не прост этот Дан Хоуди, совсем не прост.

Легкий отвод глаз, такой ненавязчивый, точно полупрозрачная дымка вуали, сплетенная из дорогих шелковых нитей. Отвод глаз от гвоздика в ухе – невзрачной вещицы из скромного металла, скорее всего серебра.

Ага, сказки дедушки Флича!

Кэтлин насмешливо хихикнула. Ее глаза не обманешь. «Скромный металл», напоминающий серебро, не что иное, как Кастолокское литье, сочетание семи редких металлов, образованных в уникальный сплав. Дорогая штука. Сколько стоит этот маленький гвоздик в ухе – она даже боялась предположить. Возможно, как алмазное колье. Но для чего ему это украшение? Костолокское литье – артефактный сплав. Вопрос – какую задачу несет его артефакт?

- Кэтлин!

Девушка вздрогнула, огляделась. От общежития, по тропинке топала мисстри Жустин, комендант и по совместительству – наседка для всех студентов вверенного ей корпуса общежития.

- Девочка моя, ты где ходишь?

- Мисстри, ну где я могу быть? Конечно же, в лаборатории.

- Конечно! Как я не сообразила, - недовольно покачала головой женщина.

- Что случилось? – Нахмурилась Кэтлин.

- Предупредить хочу. Завтра прибудет новенькая. Твоя соседка. Так, что, знай.

Кэтлин озадаченно скривилась, задумалась, проводила глазами мисстри и побрела к себе в комнату. Не то, чтобы эта новость ее расстроила, но и не развеселила… Ладно, завтра будет видно, кого Небеса ей послали.

Глава 3

Мягкая ладонь целителя медленно провела вдоль спины, на расстоянии, не соприкасаясь с шелком нового платья.

- Легочное тело чистое, хрипы прошли, жар спал. Девушка здорова.

Эдриа Бритт хмуро кивнул.

- Благодарю, док. Экономка вас проводит, у нее же заберете чек.

Целитель поклонился и, прихватив свой саквояж, покинул комнату. Лея замерла на стуле. Выжидающе посмотрела на графа. Смутилась и отвела взгляд.

- Вижу, у нас в уме крутится один и тот же вопрос, - усмехнулся молодой мужчина. Прошелся, и остановился у окна.

- Что со мной будет дальше? – Тихим, дрогнувшим голосом спросила девушка. Граф оторвал взгляд от любования осеннего сада.

- Расскажи мне о магической школе в Астарте. Сколько лет ты обучалась?

- Восемь лет.

Эдриал удовлетворенно кивнул.

- Хорошо. Значит, школа специализированная.

- Да. Первые пять лет – средний уровень, обязательный для всех наделенных способностями. А последние три класса – ремесленный уровень и защита. Так, что я зельеварка с аттестатом и с разрешением на работу.

- Только нам твой аттестат не подойдет, - буркнул граф, поводив ладонью по подбородку. Лея нахмурилась. Неопределенность и ожидание своей судьбы, за те четыре дня, что она провела в этом доме, измотали.

Кто для нее этот человек? Безусловно, спаситель. Но будет ли он и дальше добр с ней, или за спасение придется дорого заплатить?

- А вот твои знания нам пригодятся.

- Вам нужна зельеварка? – С надеждой спросила Лея. Граф тихо засмеялся.

- Хочешь послужить моей зельеваркой? – Граф склонился над стулом, где сидела девушка. Его лицо приблизилось, а холодные глаза вдруг оценивающе пробежались по фигурке. И одобрительно прищурились. Девушка вспыхнула. Нельзя быть такой доверчивой! Нельзя!

- Не смущайся, - мужчина выпрямился. И опять, словно надев маску, стал тем, кем был до этого – загадочным и отстраненным.

- А пойдем в сад. Сегодня теплый день.

Солнце действительно отдавало природе последнее тепло перед скорой зимой. Облетевшая листва хрустела под ногами, легкий ветер гонял ее по тропинкам огромного сада. Плечи Леи были укутаны в пальто из хорошего сукна с капюшоном. В нем было тепло и удобно.

Она не спрашивала – чье оно, как и не заикнулась про платье, которое утром принесла экономка. Она просто боялась задавать вопросы – события последних трех недель перевернули мир, заточив душу в темную клетку страха.

Какое-то время они шли и молчали. Лея, оглядывала сад с оголенными деревьями и пятнами зеленой травы.

Наверное, и я такая же трава, подумала она. Меня втаптывают в землю, рвут с корнем, а я продолжаютянуться к солнцу… Будто оно поможет.

- Ты не устала? Давай присядем.

Впереди по дорожке показалась скамья, литая, с узорчатой спинкой, точно не из чугуна, а из черных шелковых нитей. Они присели.

- Вы так и не сказали, что меня ждет.

- Ты тоже не была со мной откровенна. У меня есть сомнения на твой счет.

- И у меня есть сомнения на ваш счет, - слова вырвались внезапно, словно вахар попутал. Лея напряглась. Граф насмешливо повернул голову. Он откинулся на спинку скамьи, закинул руки за голову.

- Когда я тебя искал, знаешь, о чем думал? О том, что, к сожалению, у меня нет хорошей знакомой настоятельницы монастыря. Далекого монастыря, закрытого, с толстыми стенами. Самый надежный способ спрятать тебя – скрыть за стенами обители. И поверь, прожить монахиней – не самый плохой для тебя вариант.

Лея почувствовала, как к горлу подкатил ком, а в глазах защипало от слез. Или от обиды? Вот так просто? Запереть в монастырь? Она мотнула головой.

- Я обычный человек, сьер, я никому не причинила зла. Год назад я осталась без матери – в Астарте прошла эпидемия красной горячки. Мама ее не пережила. Я каким-то чудом даже не заразилась.

Граф задумался. Девчонка обиделась, это хорошо.

- А хочешь, я тебе скажу, почему тебя не тронула красная горячка?

Эдриан взял ее за руку, раскрыл ладонь, потом дотронулся до запястья.

- Ты когда-нибудь видела свою магическую печать?

- Я даже не знала, что она у меня есть. У моей мамы минимальный магический дар. Примерно такой же – и у меня.

- Не скажи, девочка. Ничего-то ты о себе не знаешь.

Его прикосновения были мягкими, от них пробежали мурашки. Он надавил в центр ладони… И девушка удивленно моргнула. Она воочию увидела сплетение мерцающих глянцевых нитей, соединенных в живой узор, перетекающих в круге, меняющих очертания и складывающихся в изощренный ажур.

- Видишь стальной отблеск?

- Да, - взволнованно ответила Лея.

- Это охранная роспись, которой был запечатан твой дар. Мне придется наложить еще один покров, чтобы скрыть твои способности. Ты знаешь, кто запечатал твой дар? – Последние слова прозвучали как бы невзначай, спокойно, без нажима.

- Нет. Матушка была простой зельеваркой с малым магическим даром. Я уже сказала об том.

Девушка глубоко вздохнула и тревожно вскинула голову. Неожиданно, их лица оказались так близко, что Лея вздрогнула.

- Правильно, Лея. Печать наложил сильный маг. Так, кто это сделал?

Они смотрели друг на друга. И впервые он не увидел в ее глазах страха. Глаза отражали бездонную бесконечность, океан, притягивающий до дрожи кончиков пальцем. Вахар! Она слишком хороша! Он медленно опустил взгляд. Потом надавил на ладонь, и Лея на секунду ощутила жар.

- В чем мой дар, какой он?

- Не знаю.

Девушка нерешительно убрала свою ладонь.

- Но, надеюсь, со временем в твоей жизни все поправится, и мы узнаем.

- Значит, вы не увезете меня в монастырь?

- А ты хочешь?

Лея выпрямила спину, отвернулась. Граф улыбнулся. Что это, покорность, или наоборот, бунт? Смешная.

- В монастыре тебя найдут. Рано или поздно. Благодари свою мать за прозорливость и осторожность. Возможно, она знала истории с бывшими любовницами Антуана Кривого.

- Какие истории?

- Истории о том, как его вторая жена, королева Викелла, «подтирала» за своим мужем.

Лея нахмурилась, удивленно посмотрела на мужчину.

- Королева никогда не выпускала из вида любовниц нашего короля, по крайней мере тех, о ком она знала. У нее была группа доверенных лиц, которые выполняли для нее грязную работу.

- Грязную работу? – Тихо переспросила Лея.

- Да. Работу по избавлению королевского рода от никому не нужных бастардов. Понятно, что уследить за всеми похождениями Антуана не получилось бы у целого взвода констеблей. Поэтому, сейчас, за умершим монархом «подтирает» его сын, наш славный король Октар.

Лея побледнела. В груди опять, точно клешнями сжало сердце.

- Я не пугаю, но ты должна понимать степень опасности.

- Я понимаю, - Лея вскинула голову. – Я понимаю. Но как мне это поможет? Уйти в монастырь? А может, самой продать себя в рабство? Граф Бритт, подскажите. Или сделать проще – спрыгнуть с крыши вашего особняка? Раз – и все! – Лея вскочила со скамьи и со злостью развернулась к мужчине. Но тот на удивление отреагировал спокойно, даже с интересом. Сложил руки на груди и засмеялся.

- Лея, все, что угодно, только не надо прыгать с крыши моего дома. У меня есть другой вариант.

- Так говорите же, - твердо сказала девушка.

- Мы едем в Солтриж, и ты становишься студенткой Академии прикладной магии. У этого варианта много преимуществ. Во-первых, там тебя уже не ищут. Искали, да не нашли. Вернее, искали не тебя, а твою мать. Вначале сам Антуан Кривой, потом его жена, королева Викелла. А потом пришла информация от шпиона из Броккондии, с которой мы находились в состоянии войны. Этот человек и сообщил о твоей матери, хоть она и изменила фамилию. От него стало известно, что Наола Ламьер – любовница короля Рихарда… Щекотливая ситуация. Антуан взбесился. Видно, сильно твоя мать зацепила нашего короля. А тут такая обида – сбежала, и переметнулась к врагу.

Лея замотала головой, но промолчала, слушая графа.

- О твоей матери не забыли. Был приказ следить за ней, и сообщать. Но через пару месяцев она исчезла.

- Получается, обо мне никто и не знает? – Удивленно нахмурила лицо Лея.

- Не знает. Но наивных нет. Девочка, ты не имеешь представления о работе Тайной Службе короля. Есть причины, чтобы выяснить, как прожила эти годы Наола Ламьер. Знать каждый ее день, каждый час. С кем жила… И кого родила. Ночь любви с Антуаном Кривым – веская причина. Если ты его дочь, значит, просто нужно ликвидировать тебя. Если дочь Рихарда Броккондского – держать на привязи, как аргумент в споре на престол Броккондии.

- А если все же… Если я не дочь королей? А вдруг? У меня же печать, которая отразит истинное родство! – Голос Леи дрогнул.

- Ну-у-у, если ты веришь в чудеса…

- Или шпион сообщил не совсем точные сведения. Он что, прислуживал королю Рихарду? Да наверняка был кем-то на побегушках. Навряд ли кто-то чужой смог приблизится к монарху.

Граф терпеливо вздохнул. В принципе, она привела не такой уж и глупый аргумент. Умная девочка. Имя лазутчика неизвестно, кем он служил у Рихарда тоже. Но…

- Ладно. Пока оставим эту тему. Сейчас важно другое. Отныне тебя зовут Лея Дорис. Ты закончила специализированную магическую школу в Ваддоре. Город крупный, портовый, в нем больше трех десятков школ, так, что… У тебя будет рекомендательное письмо от наместника провинции. Письмо подлинное, не бойся. Документы и аттестат – тоже подлинные, поэтому, не подведи. Ради твоего спасения люди идут на риск. В академии появишься самостоятельно, без меня. Должна понимать – мы не знакомы. Ясно?

Лея изумленно молчала, голова шла кругом от того, что она слышала. Кто он? Кто они, люди, рискующие ради нее? Или ради какой-то невероятной цели, а она – игрушка в их руках?

- Лея, проснись, - одернул ее граф. – Твой новый аттестат – с отличием, и наместник, у которого ты работала в Ваддоре, нижайше просит зачислить тебя на второй курс. В метриках изменен год твоего рождения. Теперь тебе не восемнадцать, а девятнадцать. Уж извини, пришлось тебя состарить. Историю твоей жизни еще проработаем сегодня. Ты должна выучить ее так, чтобы слетало с языка, как гимн королевства. А завтра утром выезжаем… Лея, ты меня слушаешь? Проснись, говорю.

***

Шпиль башни стрелой врезался в небо, и увидеть его можно было, только задрав голову. На его острие что-то поблескивало. Даже в такой пасмурный день, как сегодня были заметны странные блики, пробегающие с кончика гигантского копья.

Главный корпус производил не менее ошарашивающее впечатление – соединенное несколькими донжонами, с огромными стрельчатыми окнами по фасаду, с лепниной барельефов, кладкой из больших тесаных камней.

Лея уже несколько минут не могла оторвать взгляд от величественного здания главного корпуса Академии. Что с нее взять – провинциалка.

- Что-то подсказать? – Из-за спины вынырнул симпатичный парень с наглым лицом повесы. Он был в форменной куртке и эмблемой на груди. Лея растерянно вздрогнула.

- Где факультет Зельеварения?

- Оу, леди хочет научиться варить сладкую отраву, или любовную заварку для тайных свиданий?

Девушка разочарованно скривилась Парень – болтун, еще и глупый. То, что он перечислил, она знала в первый год обучения в старшей школе. Для этого не надо поступать в Академию.

- Ты куда-то шел? Иди.

- А зря. Наши беседы могли бы быть плодотворными. У меня есть чему поучиться.

- Эй, Гарел, опаздываем, - с другого плеча вынырнул еще один студент. – Факультет Зельеварения – левое крыло, первый этаж. – Небрежно он бросил девушке, и парни взбежали по лестнице к парадной двери.

Внутри, в огромном холле стоял гул.

- Муравейник, - прошептала Лея, оглядываясь. Свернула, как ей и сказали в левое крыло, и долго плутала по коридору, выискивая табличку «Деканат»

Наконец, долгожданная дверь нашлась. У окна, за столом сидела хмурая дама, что диктуя магическому перу. Такой артефакт Лея видела впервые. Молодая женщина в белоснежной блузке и яркой цветастой юбке, занудно повторяла скучные фразы, рассуждая о пользе детоксичных полей, о вероятностях темного влияния эфирных масел болотного корня, еще о чем-то совершенно непонятном, пока не заметила Лею.

- Декана Швейца нет. И не будет.

Лея растерянно хлопнула глазами.

- Но у меня письмо.

- Декану Швейцу?

- Нет, ректору, лорду Вакарису.

- Хмм… - Дама поднялась со стула, ехидно вскинула бровью… И вдруг сердито сверкнула глазами, ткнув пальцем самопишущей палочке.

- Дубина медноголовая, стоять! Ты зачем записываешь разговор?! Это же протокол научной студенческой конференции! – Женщина со стоном выдохнула. - Опять настройки сбились. Кое-кому оторву голову за такой ремонт… Ладно, покажи письмо.

Лея поспешно вытащила из бокового кармана саквояжа письмо. Протянула секретарю. Та взглянула на сургучовую печать, зачем-то на секунду закрыла глаза, замерла. И задумчиво глянула на Лею.

- Печать первой степени. От кого?

- От наместника Ваддорской провинции герцога Растара.

Секретарша поджала губы, почесала нос.

- А почему ты пришла сюда?

- Так, письмо – рекомендация для зачисления на ваш факультет. Хотя, да, ерунда какая-то.

Лея почувствовала, что краснеет. Вместо того, чтобы идти в ректорат, она почему-то пришла в деканат факультета Зельеварения. Вот, что значит впервые оказаться в столице, в огромном сумасшедшем городе, в Академии, о которой она даже не мечтала.

- Извините, - растерянно сказала она.

- Идем, - решительно махнула рукой дама и двинулась к выходу.

- Как тебя зовут?

- Лея… Лея Дорис.

- Меня Венера. Можно без госпожи и мисстри.

- Хорошо, Венера, - улыбнулась девушка.

Венера оказалась дамой общительной. Стоило ей появиться в коридоре, как вокруг, точно в часовом механизме, началось ритмичное движение шестеренок, втулок, шурупчиков. Она постоянно с кем-то здоровалась, кому-то кивала, ее окликали, о чем-то спрашивали.

Шли долго, ныряли в переходы между корпусами, обходили бесконечные галереи. Одна бы, она точно застряла в этих коридорах, залах, рекреационных зонах. Возможно, бродила бы день, два…

- Ну, вот, добрались.

Тяжелая дубовая дверь беззвучно открылась, и они оказались в большой приемной. За секретарским столом сидел молодой человек со скучным лицом.

- Владален, привет.

- Венера? – Парень вскинул вверх глаза, но даже не пошевелился.

- У-у, какой ты скучный. А я по делу. Девица Лея Дорис имеет на руках письмо от герцога Растара нашему почтенному лорду Вакарису на предмет ее обучения на факультете Зельеварения.

Владален молча протянул руку. Он спит сидя? – Возмущенно подумала Лея и посмотрела на Венеру.

- Письмо, - зашипела та. Лея поспешно протянула конверт.

Молодой человек, с сонным видом, чуть ли не зевая, положил его на стол, провел сверху ладонью. Кивнул. Взял в руки толстую амбарную книгу и открыл.

- Лея Дорис, девятнадцати лет, выпускница Ваддорской частной школы госпожи Ильд. Верно? – Глаза Владалена переместились на Лею.

Девушка удивленно открыла рот, но тут же опустила взгляд. Когда?! Когда граф Бритт успел, если она только вчера обо всем узнала? Хотя, да, она опять ошиблась. Если ко вчерашнему дню уже были готовы ее документы, то и запись в этой книге появилась заранее.

- Да, - ответила она.

- Документы, - тем же сонным голосом сказал секретарь ректора. Лея протянула конверт с метриками и аттестатом. Владален мельком пробежал по ним глазами и бросил во внутренний ящик стола. – Ректор Вакарис удовлетворил просьбу герцога Растара, и вы зачислены на второй курс факультета Зельеварения на основании аттестата с отличием специализированной школы и года работы в частной лицензированной лаборатории, что подтверждается рекомендацией. Венера, забирай и оформляй студентку.

Лея замерла, почувствовав, как внутри что-то ухнуло. Вот так просто? Кто же ты такой, граф Эдриан Бритт. С такой легкостью решил мою судьбу. Для чего?

- Идем, красотка, - подтолкнула ее Венера, и они вышли в коридор.

Глава 4

Через два часа, Лея стояла во дворике симпатичного трехэтажного здания из красного кирпича.

- Комната двадцать семь, - сказала она себе под нос и ступила на крыльцо.

В ее руках, кроме саквояжа, была темная холщевая сумка с формой, обувью, накидкой и пишущими принадлежностями. Спасибо Венере, помогла. Отвела к завхозу, оформила заявку на получение студенческого жетона, вписала ее имя в списки посещения библиотеки, столовой, турнирного тренировочного поля. Еще куда-то… Выдала расписание, посмотрев которое у Леи помутилось в глазах. Ну, да ладно. Ей ли, побывавшей в рабстве, пережившей красную горячку, смерть матери, бояться «Структур кристаллов и их магнетических основ», или «Географию Срединного континента». Справится.

Подойдя к лестнице маленького холла, Лея вдруг услышала тихий плач. Она подняла голову. Да, звук шел с площадки второго этажа, как раз у нее над головой.

- Не реви, - раздался негромкий мужской голос. – Рассказывай.

- Все, Нил. Отец прислал письмо, к весне он выдает меня замуж за господина Хаца. Как и грозился. Этот старый боров обещал простить долг, если отец отдаст ему меня.

- Животное, - тихо выругался молодой человек. - Когда?

- Сразу после зимней сессии. Отец настаивал, чтобы я возвращалась немедленно, но матушка заступилась, - девушка тяжело всхлипнула. – Хоть немножко оттянула этот проклятый день. Нил, если бы у меня был высокий магический уровень…

- У тебя хороший четвертый магический уровень из статистических десяти. Погоди. До сессии два месяца. Можно подать прошение в Королевский Совет магии и, если все в порядке, подписать закладную на пять лет с отсрочкой на обучение в Академии… А я с тобой куда угодно, Вьяна. Куда ты – туда и я.

Наверху стало тихо. Лея замерла.

- Нил, я что-то слышала о закладной перед королем, но плохо понимаю.

- По закладной, ты пять лет служишь королю, державе, казне. Едешь туда, куда пошлют, исполняешь ту работу, какую дадут – в соответствии с дипломом. Отрабатываешь деньги короны, отданные на обучение. Понимаешь? Тебе повезло – четвертый уровень магических способностей дает право на эту сделку. А через пять лет после отработки ты свободна.

Наверху опять повисла пауза.

- Но отец оплатил первый курс и половину второго. Он сможет через суд расторгнуть эту закладную.

- Нет, моя хорошая, - голос парня прозвучал подозрительно волнующе, точно сладко мурлыкнул кот. – Тебе уже ничего не будет грозить. Все вопросы твой отец будет решать с Королевским Советом. А они своё не отдают. Хорошие артефакторы на вес золота, а ты молодец, из тех, кто подает надежды. Малыш, ты должна рискнуть, иначе… Я сам приеду и убью твоего старого борова.

- Он не мой.

- Но станет, если мы не рискнем.

- Если все получится, Нил.

- Я знаю прецеденты, знаю статистику. Вьяна, я же правовед.

Рядом хлопнула дверь.

- Эй, сладкая парочка, еще пара минут, и вы останетесь без сладкого. Сладкие наши, - кто-то засмеялся. – Идем, а то пропустите сюрприз.

Послышались шаги, и все стихло. Лея нерешительно подняла по лестнице. Удивительная история, подумала она. Влюбленные, тайный сговор, противостояние неизвестному жениху… Ух ты!

Двадцать седьмая комната оказалась в левом крыле по коридору. Девушка постучала. Никто не ответил, пришлось открывать ключом, который ей выдала чудесная женщина, мисстри Жустин, они с Венерой встретили ее в хозяйственном блоке.

Комната была не маленькой. Две кровати, два шкафа, посредине овальный стол. У входя еще одна дверь. Лея заглянула – ванная комната.

- Красота! – Восхищенно прошептала она. Ее новая жизнь с каждым часом начинала ей нравиться больше и больше, притом, что проблемы не исчезли. Проблемы явные, и проблемы скрытые, те, что заставили ее бежать из дома, из Астарта.

*

Легкая открытая коляска катила по респектабельному центру Солриджа, мимо дорогих магазинов, богатых домов, где селилась столичная элита, а небольшая квартирка стоила особняка в провинции.

- Смотри, сегодня у мисстри Вильгельмины модный показ. Зайдем?

Кэтлин тоскливо закатила глаза.

- Какой показ, Айлина? У меня через полтора часа пара.

Родная тетушка Кэтлин, леди Оутс поджала губы.

- Пары! Вульгарщина. Девица двадцати лет забивает голову вредными науками и опытами на каких-то приборах. Будь моя воля, за такое воспитание, я бы твоих родителей отправила в темницу. Тебе двадцать лет, Кэтлин! А ты сидишь в какой-то мешковатой накидке, клетчатой юбке! Посмотри вокруг, как должны одеваться милые девушки из знатных семей.

Заладила старую песню, тоскливо поморщилась Кэтлин.

- Тебе нужно замуж, девочка моя. Оглянись, ты же в столице, здесь столько достойных молодых людей. Нет, когда вернутся Марта и твой несносный папенька, я с ними поговорю. Моя племянница – типичное воплощение старой девы.

- Айлина, подъезжаем, - сердито проворчала девушка, сто раз пожалев о приезде тетки.

Коляска замедлила ход и остановилась у огромной витрины магазина «Галантерея и восточные ткани».

- Идем, - сказала Айлин.

- Нет уж, подожду тебя здесь, - решительно мотнула головой Кэтлин. Ее тетушка раздраженно повела плечом, но не стала спорить.

Дождавшись, когда Айлин скроется в дверях магазина, девушка облегченно расслабилась.

- Притащилась, - прошипела она себе под нос.

Последние три года отношения с родственниками по материнской линии упорно не складывались. Случилось это после того, как дед Кэтлин пригрозил родителям, что выдаст свою внучку замуж, если они не подберут ей жениха, и сделает это, не церемонясь. Такая ультимативная форма испугала не только Кэтлин, но и родителей. Можно было, конечно, посмеяться над этим. Но что-то подсказывало девушке, что безопасней будет держаться от деда на расстоянии.

Сегодняшний визит младшей тетки, Кэтлин решила вежливо стерпеть. Та, с утра, каким-то образом пробралась в деканат и отпросила племянницу на полдня, намекнув, что супруги Райвис – преподаватели Академии, совсем не занимаются воспитанием девочки. Бедный декан! Наверное, его пробило на горькую слезу, если он освободил ее от занятий.

Кэтлин сердито нахохлилась и запахнула накидку. Бросила взгляд на витрину, сквозь прозрачные стекла заметила тетушку, что-то обсуждающую с продавщицей. Да уж, это надолго. Потом повернула голову… И удивленно прищурилась.

- Любопытно, - она опустила голову и надвинула на лоб форменную шляпку, чтобы скрыть лицо. Впрочем, то, что она увидела, происходило на другой стороне улицы.

В дверях дорогого ресторана «Летняя фея» стоял студент, которого она знала. Кажется, его зовут Гарел, с факультета Правоведения, третий курс. Был случай на первом курсе, когда этот смазливый типчик попытался нахально прижать ее в кабинете. Хорошая реакция Кэтлин и ее чернильный артефакт, вмонтированный в ручку, оставили на его груди долгую память в виде ожога, впрочем, не критичного для здоровья. С тех пор он игнорирует рыжую кошечку – кажется, так он тогда ее назвал.

Вслед за парнем, из ресторана вышла молодая дама в дорогом, роскошном платье и манто на плечах из серебристого меха. Она опустила вуаль, и разглядеть лица не удалось. Но тут к дверям подъехала карета с гербом. Ах-ах, какая невнимательность к деталям.

Девушка пригляделась. Судя по добротной кожаной обивке, по новеньким рессорам экипажа, эта дама – не из бедного, захудалого рода, и узнать – из какого рода – не составит труда.

Гарел, между тем, подвел даму к карете и посадил внутрь. Они немного поговорили. Потом попрощались. Карета тронулась, а парень неторопливо пошел по тротуару, и через минуту исчез за углом.

Кэтлин задумалась. В этой короткой сцене, что она наблюдала, было что-то не так. Парень не флиртовал, он был сосредоточен и серьезен. Может быть, дама – родственница? Навряд ли, вроде бы он откуда-то из провинции и не богат. Хотя, как знать.

- Дорогая, ты не представляешь, что я купила, - тетушка бесцеремонно затормошила по плечу и затрещала. - Погляди, ты еще не видела такого чуда.

Пришлось подчиниться, теряя нить размышления. Было что-то еще, что показалось странным…

Через полчаса, коляска остановилась перед высокими чугунными воротами Академии. Тетушка вдруг пустила слезу.

- Я так за тебя волнуюсь, Кэтлин. Посмотри на меня. Я – вдова, и уже пять лет одна. Как же это тяжело. Подумай о своей судьбе. На, возьми, я купила тебе подарочек. Это шелковые чулки из Вельнена. Самые лучшие.

Кэтлин сдержала раздражение и приняла подарок.

- Спасибо, Айлин, обязательно примерю.

- Не примеришь, а наденешь на Зимний бал.

- Хорошо.

Они попрощались. Все же отъезд тетки, гнетущим чувством отозвался на душе. Если бы не угрозы деда, она по-прежнему навещала бы их. Ей до сих пор помнился огромный сад, огород с клубникой, чистый пруд…

Почувствовав чей-то взгляд, Кэтлин повернула голову. И столкнулась глазами с Гарелом. Он стоял у входа в главный корпус. Девушка равнодушно отвернулась, ни единым движением не показав, что совсем недавно видела его. И направилась в общежитие, еще есть время до лекции по «Анализу магнетической природы металлов».

*

В холле общежития стоял гул. Ну, кто бы сомневался – Валиана Торн, бессменная староста общежития собирает совет. Тема – предновогодняя суета, кому развесить побрякушки для ночи Новогодней чехарды, какого цвета маски одобрит студенческий совет… Бррр…

- Райвис!

Вахар побери эту Торн!

- Валиана, отбой, я самоустраняюсь, самоликвидируюсь…

- Фигушки тебе, Райвис, - крупная, высокая, точно литая статуя девы-воительницы, Валиана Торн нависла над хрупкой Кэтлин. Угрожающе хмыкнула и торжественно положила ей на плечо свою тяжелую, натренированную в боевых спаррингах руку.

- Ты отвечаешь за третий курс. Снежинки, праздничные подвески, украшение дверей.

- Вали, а сопельки никому подтереть не надо? Какие снежинки?

- Сопельки будут подтирать первокурсники. За ними уборка общедоступных мест в общежитии и приготовление чая для всех.

- А чем же будет озабочен пятый курс?

- Охраной территории, - растянула губы в ехидной улыбке староста общежития. Выпрямилась и слегка повела плечами. Типа, знай наших. Отделение боевых магов на факультете Правоведения – это вам не фухры-мухры, а ого-го!

- От кого охрана, Валиан?

- Найдем, от кого, не беспокойся. Ты главное, правильно организуй выполнение своей задачи. Кэтлин, никто не заставляет тебя вырезать, плести, развешивать. Это дело подчиненных. Твоя задача – организация и контроль. Ясно? Все, вперед.

Кэтлин сжала губы и сердито взбежала по лестнице, даже не попрощавшись. Студенческая иерархия – еще то испытание для нервов и воли, которые нужно просто пережить.

На втором этаже перевела дыхание. Злиться на Торн – себе дороже, с ней тягаться, как на ледяной столб взбираться, все равно упадешь. Девушка подошла к комнате, порылась в карманах, ища ключ, и вдруг заметила, что дверь приоткрыта. О! Приехала новенькая. Отлично. Будет с кем поговорить о студенческом равноправии. Кэтлин резко открыла дверь и вошла. Опаньки. Спит. Ну-ну.

Новенькая дремала на своей кровати. Завалилась в одежде, прикрылась уголком покрывала.

- Привет, королевишна. Нарушаешь правила?

Громкий голос сработал не хуже будильника. Новенькая вскинула голову и поднялась.

- Привет, меня Лея зовут, я твоя соседка.

- Вижу. На всякий случай хочу предупредить, по правилам Академии, лежать на кровати в учебное время запрещено. За это минусуют баллы.

- Ну, ладно, не буду. Мы ночь добирались до столицы… в дилижансе.

- Оу, передо мной не надо объясняться. Так, давай сразу проясним. Мои вещи не брать, мыльные принадлежности у каждого свои. Ну, и чтобы я сильно не расстраивалась насчет тебя – не люблю, когда у меня что-то пропадает. Без обид.

*

Соседка ушла пятнадцать минут назад, а Лея так и сидела на кровати, погрузилась, так сказать, в глубокие житейские размышления. Ей не рады.

Так-так-так.

- Ладно, - решительно встала, поправила покрывало. – Ладно-ладно. – И направилась в ванную. Сполоснула лицо холодной водой, оглядела себя в зеркале над умывальником. Надо привести себя в порядок и… И куда-нибудь пойти.

- А что у нас с расписанием?

На стене висели часы. Лея глянула в листок, бросила взгляд на часы.

- Ну, как говориться, перед смертью и «История срединного континента» не страшна.

Девушка открыла свой шкаф, куда загодя повесила форму.

- Хорошая ткань, - оглядела она юбку и пиджак. Блузка была простого рубашечного фасона. Переодевшись, покрутилась перед зеркалом в ванной комнате, взяла учебную сумку и вышла из комнаты.

Кафедра истории находилась в ректорском крыле главного корпуса. Лея быстро нашла нужную аудиторию. Открыла дверь и, скрывая волнение, зашла. В просторной учебной комнате сидело несколько человек.

- Привет, я новенькая, - смело, с улыбкой сказала она всем и присела за свободный стол.

- Привет, - сказал парень у окна. – я Гвен, староста. Откуда ты к нам?

Лея коротко рассказала о себе, вернее, озвучила ту версию, что она заучила с графом Бриттом. Раздался звонок, и через несколько секунд в аудиторию вошел преподаватель.

- Мэтр Крост, у нас новенькая, - объявил Гвен.

- Кто? – Мужчина пробежал глазами и остановил взгляд на Лее. – Сейчас проверим.

Маленький и плотный, как грибок, мэтр Крост нацепил на нос очки, открыл журнал.

- Все правильно. Лея Дорис в списке студентов вашей группы. А сейчас, мои друзья, у нас случится… Промежуточный зачет. Сюрпри-и-из, - ехидство преподавателя волной разлилось по аудитории.

- Что?

- Мэтр!

- Какого ваххх…

Группа возмущенно загудела, но мэтр Крост со скучающим взором на лице поднял ладонь.

- Не шумите. Зачет не итоговый, его результат не повлияет на экзамен, но, сдавшие сейчас на отлично, получат некоторые преференции.

Лея мрачно огляделась. Вот тебе и первый день.

- А теперь, друзья, приступим…

Домой в общежитие она вернулась только вечером. Уставшая, вымотанная, не столько сложностью задания, сколько внутренним страхом. Опозориться в первый же день – смешнее не придумаешь.

Прокатило. В школе у нее была твердая пятерка, да и матушка трепетно относилась к ее учебе, заставляя зубрить, не хуже заучки. Знаний хватило, тем более, что история срединных земель – не профильный предмет в Академии магии, и если немного напрячь воображение и развести мудрености, то для первого раза сойдет. Так и случилось. Ее ответ не блистал глубиной и обширными познаниями, был прост, но точен.

Соседка по комнате кивнула, увидев Лею. На тумбочке у кровати горел магический светильник. Сама девушка задумчиво пялилась в потолок.

- Ты в столовую ходила?

- Нет. У нас был промежуточный зачет по истории, только что закончился.

- Зачет? – соседка рывком присела на кровати. – Крост? Вот вахар недобитый. И как?

Лея пожала плечами.

- Вроде выкрутилась.

- Есть хочешь? На столе булочки, в графине сок. Не стесняйся.

- Лея нерешительно посмотрела на стол, где под салфеткой пряталась тарелка с вкусняшками. А она с утра ничего не ела.

- Кстати, меня зовут Кэтлин. И знаешь, я тебя сегодня немного прессанула, не обижайся. Меня эта коза Торн взбесила… Еще не знаешь Торн? Не беспокойся, узнаешь. После нее надо курс магтранса принимать для душевного восстановления. Так, что, это… не обижайся.

Булочки оказались мягкими, с ореховой присыпкой, а сок – тыквенный. На третьей плюшке, Лея подумала, что надо притормозить. Хорошего понемногу. Под ненавязчивую болтовню Кэтлин, прилегла на кровать, и уснула, вымотанная за этот тяжелый день.

Глава 5

Миниатюра была в тонкой рамке. Эдриан отставил ее, прислонив к статуэтке на столе. Молодец, Пьер. Успел перехватить покупку. Леди Вустар, хозяйка антикварного салона «Золейна», портившая им кровь, теперь со злости будет грызть свои начищенные коготки. Да, эта дама уже продолжительное время старается перебежать им дорогу. Надо поручить Пьеру и собрать о ней достоверную информацию. Такой ли она антиквар, как хочет казаться, или под вывеской на двери ее заведения прячется что-то другое?

Полотну на столе было чуть больше двух десятков лет. Если потребуются уточнения, можно провести экспресс-анализ. Продавцом миниатюры оказался сын умершего художника.

С его слов, это полотно заказал кто-то из королевской семьи. Якобы, успели заплатить, но не успели забрать. Причины? А кто его знает, иногда такое случается. Граф встал из-за стола и прошелся по комнате.

Можно ли верить продавцу? Если портрет заказан королевской семьей, то значит ли это, что на нем изображен кто-то из венценосных особ? Совсем не обязательно. Девушка в маске вполне может оказаться фавориткой, или просто предметом увлечения, или…

Граф остановился у стола и снова взял в руки миниатюру. На ней девушка благосклонно улыбалась своему кавалеру, губы которого едва касались ее ладони. Милая, ничего не значащая картинка, легкий флирт, без куртуазных намеков и вольностей. Отчего же тогда леди прячет лицо в маске?

Граф приблизил миниатюру к глазам. Потом нетерпеливо отложил, вытащил из шкатулки лупу. И внимательно, дюйм за дюймом осмотрел холст, цепляясь за каждую деталь, блик, легкую дымку, ища в них намеки… Кстати, что за пятнышко под ключицей у девушки, сразу под тонкой нитью из аметистов? Очень похоже, что родинка, которую затонировали пудрой, но не до конца, а художник изобразил то, что видел.

За окнами преподавательской квартиры послышался смех. Эдриан отвлекся, выглянул. И сразу определил Лею в группе студиозусов. Мда, неделя учебы пошла девчонке на пользу. Смеется, легко общается. Говорят, бойко отвечает по предметам. Иногда не впопад, но ладно, лишь бы жила, не замыкаясь в себе… и не проклиная его. Хотя, за что?

Мужчина напряженно прищурился, не отводя от нее взгляда. Она была в тренировочных штанах и легкой куртке, и сейчас смотрелась изящной статуэткой девушки-степнянки из далекого Азайского ханства.

Магистр невольно улыбнулся. Давно его сердце так не тревожилось. Ничего-ничего, отпустит, он себя знает. Его сердце уже давно остыло от сердечных волнений, с тех пор, как три года назад умерла жена. Мужчина встряхнул головой.

Сейчас задача – не упустить что-то важное. Миниатюра скрывает тайну. Если верить сыну художника – эта тайна перед глазами. Думай, Эдриан, думай. Молодой человек с картинки, целующий руку леди в маске – незнакомец. А вдруг кто-то из бастардов деда нынешнего короля, Вильгельма? Узнать его имя будет архисложно.

Граф опять прошелся по комнате. Нет, такая информация, так или иначе, уже просочилась бы в свете. Вильгельм, отец Антуана Кривого был человеком светлым и бравым солдатом. Своих бастардов не прятал, и двум дочерям дал дворянство с титулами и землями. О других бастардах ничего не известно… А вот кровавая практика уничтожения незаконнорожденных началась с правления Антуана.

Хорошо, перейдем к леди. Граф застыл, вглядываясь в миниатюру, но словно какое-то колдовство, в чертах, скрытых под маской ему мерещился совсем другой образ. Образ девчонки Леи. Маленькой обманщицы, нежной, целомудреннойи загадочной.

- Так. Пожалуй, пойду, прогуляюсь, - граф спрятал миниатюру в скрытое отделение секретера, навесил охранное заклятие. И еще раз выглянул в окно, где в отдалении виднелся гимнастический полигон.

*

Кэтлин подкралась со спины и дернула Рея за рукав.

- Привет.

- Привет. Я тебя искал, у нас скоро спарринг на боевых мечах. Хотел, чтобы ты проверила мой артефакт защиты.

Кэтлин расплылась в улыбке, но тут же спрятала ее. Мало ли что может подумать парень, который сейчас, мягко говоря, лукавит. Рей великолепно разбирается в артефакторике, не смотря на то, что учится на Правоведческом. Талант, что с него взять, и уж настроить боевой щит для него – не вопрос.

- Конечно, легко. О, газета, дай почитать.

- Не дам, самому нужна.

- Зачем она тебе, - Кэтлин потянулась за газетой, парень высоко поднял руку, засмеялся.

- Жадина, - рассердилась Кэтлин и подскочила, чтобы дотянуться. Но каблук вдруг заскользил по каменной плитке, и Кэтлин завалилась на Рея, а чтобы не упасть, схватилась за него, вцепившись в куртку.

- Оу! Рей, Кэтлин, что я вижу. Друг, если не в силах отбиться, я помогу. Тебя надо спасать?

Из-за угла коридора показался Венс.

- Вахар! Каблук заскользил.

- Да, Кэтлин, сейчас начнешь отпираться, что каблук заскользил.

Рей и Венс хитро переглянулись.

- Да ну вас, я пошла!

- Я же шучу, - остановил ее Венс. Парень давно заметил, что рядом с этой девушкой, его друг становится совершенно бестолковым.

- Опа, - Кэтлин вдруг крутанулась и вырвала газету. – Моя.

Рей смешливо скривил губы. Ну не отбирать же назад. Хотя, если подумать, она погонится за ним, опять поскользнется, и он… Ага, помечтай.

- Идем в столовую, - махнул им Венс и первым двинулся по коридору. – Займу столик.

Парни подошли к вопросу обеда серьезно. Взяли по двойной порции тефтелей с жареным картофелем и горку булочек. Кэтлин скромно ковырялась в салатике.

- Птичка ты наша, - язвительно отметил Венс и кивнул Рею. – Кстати, магистр Бритт вернулся. Готовься.

Пока ребята разговаривали, Кэтлин развернула газету. Любила она это занятие. Вся в отца, как любила говорить ее мать. Пробежав глазами по первым полосам « Галезского вестника», перевернула страницу.

- Хмм, - нахмурилась она, когда взгляд зацепил знакомую фамилию. Леди Гивирс. Та самая, что несколько дней назад вышла из ресторана вместе с Гарелом. В небольшой заметке говорилось, что вчера вечером, после бала в особняке маркиза Фальгора, скончался заместитель министра промышленности, лорд Вольк.

Незнакомка, которую Кэтлин вычислила по гербу на карете, числилась среди гостей маркиза. Только и всего. Просто упоминание имени. Но отчего-то внутри вдруг кольнула тревога.

Заместитель министра, кстати, умер от грудинных болей, беспокоивших его много лет, и этот факт подтвердил его личный лекарь. Да уж, приехал человек с бала, а через час умер.

- Кэтлин, ау-у.

- Не трогай ее, мудрая Кэтлин решает великие проблемы мира, ее мозг сейчас работает, как преобразователь энергии Вселенной…

- У-у, замолчите, - зашипела девушка. – Смотрите, видите статью?

- Ну и что? – Хмыкнул Рей. Венс заинтересованно нырнул головой в газету.

- О чем там?

- Умер какой-то хмырь из парламента. И что такого?

Кэтлин поджала губы. Она вдруг поняла, что реакция ребят на статью, на эту новость типична. Точно так же подумают все, и никому не придет в голову… А что, собственно, кому-то должно прийти в голову?

- С тобой все в порядке? – Рей внимательно посмотрел на девушку. Кэтлин кивнула.

- Все хорошо. Просто… Ладно, не обращайте внимания, - девушка поднялась, не забыв свернуть газету и сунуть ее в сумку. Нужно подумать наедине, может и правда, все ее предположения – полнейшая глупость?

- Ты ничего не поела, возьми наши булочки.

- Ребята, спасибо, надо идти. Потом встретимся.

Парни переглянулись.

- Странная она сегодня, - сказал Венс.

- Странная, - согласился Рей и посмотрел вслед Кэтлин.

Во дворе корпуса, девушка свернула в сторону парка. Подозрения и неясности этого дела, точно жучки-лесовички копошились в голове, не давая покоя. Она вспомнила детали, которые не сразу бросились ей в глаза, но оставили чувство тревоги и недопонимания. Когда Гарел прощался с леди Гивирс, он вложил ей в ладонь свою перчатку.

Что в этом такого особенного? Может, и ничего. А еще, это способ вложить в нее записку, или какой-то предмет. Но зачем, если они вместе вышли из ресторана? Вот тут возникает вопрос – а точно ли были они там вместе? Или просто встретились, например, в фойе?... Но это не единственная деталь. Дойдя до угла, Гарел бросил свою вторую перчатку в урну… И это тоже нормально. Зачем ему одна перчатка?

Вахар побери, в голове тайны дворцовых заговоров. Ага, Гарел – участник страшного сговора против… Ну, например, герцога Навойского, или еще лучше, ректора Вакариса. Кэтлин тихо хихикнула.

Возможно, она зря ничего не рассказала парням. Ладно, посмеялись бы. Но совершенно точно, дальше их ушей эта информация никогда и никуда не уйдет. Тут, как говорится – клянусь топором палача.

Кэтлин прошлась вдоль парковой тропинки и присела на скамью. Со стороны полигона доносились голоса, крики, команды преподавателя – идут занятия. Девушка невольно обернулась и увидела сквозь облетевшие ветви деревьев две фигуры, застывшие в трех десятках ярдов от нее. Кэтлин прищурилась… И ахнула, а потом быстро пригнула голову. Опаньки!

Лея? А рядом магистр Бритт?! Что это значит, ваххар вас побери?

Пригнувшись, почти распластавшись на скамье, Кэтлин наблюдала. Она заметила, что Лея чуть напряжена, ее голова опущена. Магистр, боевой маг и куратор пятого курса, Эдриан Бритт, наоборот, чувствовал себя прекрасно и с легкой ухмылкой что-то говорил ее соседке.

Лея вдруг резко вскинула голову, ответила магистру, развернулась и решительно пошла от него в сторону корпуса. Тот протянул руку, наверное, хотел остановить, но не стал.

- Ух ты, - подсматривая, Кэтлин на всякий случай огляделась. Вокруг никого не было. Так! Надо поймать Лею. Вот крайне любопытно, что она ей сейчас скажет?

Или ей сделать вид, что ничего не видела, промолчать?

Да-да, попробуйте промолчать, когда такое на языке вертится.

Кэтлин увидела, что магистр направился в сторону полигонов. Отлично. Девушка вскочила со скамьи и быстрым шагом двинулась наперерез Лее. Та уже успела свернуть на дорожку к общежитию.

- Лея, - окликнула ее Кэтлин и бодрым шагом, как ни в чем не бывало, подошла.

Лея, в спортивном костюме и с набитой сумкой с ремнем, перекинутой через плечо, выглядела уставшей.

- Привет, - остановилась она.

- Пошли в столовую. Давай, сейчас закинем сумки, и за булочками.

- Давай, - согласилась Лея.

- Ты что такая бледная?... О, я сейчас видела в парке магистра Бритта. Это ты с ним стояла? О чем говорили?

Кэтлин заметила, как Лея напряглась.

- Да, кажется, его зовут Бритт. Он остановил меня и сказал, что после тренировок нужно обязательно на плечи набросить накидку. Иначе, я простыну.

- Серьезно? – Кэтлин обескуражено уставилась на соседку.

- Представляешь, зануда, - вполне искренне ответила Лея. – У нас было две пары гимнастики, я устала, как вахар. И тут он, весь такой правильный, начал поучать о генерации энергии в теле до и после тренировок.

Кэтлин озадаченно почесала нос. Врет? Если да, то врет красиво… И ведь не проверишь.

Они уже подошли к общежитию, когда из двери, точно пушечное ядро вылетел парень, за ним другой. Девушки одновременно остановились и тяжелым взглядом проводили одного из них.

Гарел.

- Ты его знаешь? – Кэтлин заметила, что Лея неприязненно оглядела парня.

- Не то, чтобы знаю. Столкнулась с ним в первый день, - и Лея рассказала об этой встрече.

- Типично. У меня с ним на первом курсе конфликт был, пришлось оставить о себе память… артефактом, - добавила Кэтлин, поймав удивленный взгляд. – Как-нибудь расскажу в подробностях. И знаешь, просто держись от него подальше.

*

Поздно вечером, уткнувшись в учебники, девчонки поедали пирожные, купленные вместо булочек. Первой сдалась Лея. Тело после тренировки ныло и требовало отдыха. Юркнув под одеяло, она успела опустить голову на подушку и мгновенно погрузилась в дрему. И это хорошо. Нет желания думать о разговоре с Бриттом. О его непонятных словах, что, возможно, скоро все станет на свои места, и ей нечего бояться.

Его тон, всегда холодный, надменный, и здесь, в Академии не стал теплей. Все такой же отстраненный и опасный… Ну и пусть. Кто он ей? Спаситель, или враг? Кукловод, мягко дергающий за веревочки, чтобы потом выбросить ненужную куклу-деревяшку в огонь.

Сон, как облако, унес куда-то далеко, в небо, где она плавала среди звезд. Пока кто-то не выдернул ее, встряхнув и с силой сжав горло. Эстероп. Его рожа с безобразными наростами расплылась жуткой ухмылкой. Лея, чувствуя, что покрывается испариной ледяного ужаса, вскрикнула.

Но кто-то вдруг выдернул ее из-под власти чудовища. На голову опустилась чья-то мягкая ладонь. И стало спокойно. Сон растаял, кошмары исчезли, как и страхи, видения. Осталось только черное, звездное небо, и больше ничего…

Глава 6

Утро началось со стука в дверь.

- Кэтли-и-ин, Лея-а-а-а!

Соседка заворочалась в кровати и, злобно сверкнув глазами, вскинула голову.

- Торн, катись к лешему! Совсем ополоумела.

Стук повторился. Уже с применением кулака. Кэтлин, злая, лохматая, как ведьма, вскочила с кровати, подбежала к двери и резко распахнула дверь.

- Вал, ты с ясеня свалилась? Совсем сбрендила, сегодня суббота, у меня есть лишний час поспать.

Валиана Торн, с кипой серебристой бумаги в руках, бесцеремонно вкатилась в комнату и свалила свою поклажу на узкий диванчик.

- На каникулах поспишь, Райвис. Эй, Дорис, подъем. Вот вам материал для украшений, осталось всего два месяца до бала, так, что, начинайте.

- Вал, еще целых два месяца. Ты ради этого нас разбудила?

- Цыц, Райвис.

- Вал, дверь видишь? Иди отсюда и сделай, чтобы я тебя эти два месяца не видела.

- Не зарывайся, Кэтлин, - голос Торн стал угрожающе добреньким. Лея тревожно откинула одеяло, села на кровать.

- А то ты меня побьешь? Прием покажешь? А не боишься, что в твоей кровати осиное гнездо заведется?

Валиана Торн насмешливо засмеялась. Двинулась на Кэтлин и игриво подмигнула.

- А ты, милая, не испугаешься встретить меня вечером, где-нибудь в тенечке? А? Смелая? Язык развязала?

Кэтлин вспыхнула. Но быстро взяла себя в руки. Презрительно скривилась и фыркнула.

- Вал, ты до пятого курса доучилась, а ума не нажила. Ты кому грозишь, убогая? Ты как собралась сдавать королевский экзамен по установке и эксплуатации боевых артефактов? А как будешь решать тест по магической расшифровке анализа рудных пород? Вроде бы без него не допускают к защите дипломного проекта. Ау, Торн!

Торн медленно отступила, отчего-то побледнела, взгляд растерянно застыл. Смысл того, что ей сказала Кэтлин, наконец, достиг цели, и на лице нарисовался страх.

- Пошла вон, - так же негромко, с улыбкой сказала Кэтлин и начала медленно наступать, выдавливая нахальную воительницу из комнаты. – Иди, Вал, иди.

Лея ошарашено наблюдала, мало понимая, что происходит. И когда дверь за Торн с громким стуком закрылась, ойкнула.

Кэтлин, растрепанная и злая, села на стул. Она молчала, и это напрягало. Не может нормальный человек в такой ситуации просто молчать. Нормальному человеку в такой ситуации нужно высказаться, покричать, выпустить пар.

- Кэтлин?

Та подняла голову и изумленно уставилась на Лею.

- Я что, сейчас угрожала Торн? Причем, угрожала своими родителями? Лея, это как надо была меня вывести, чтобы… Ужас! Честно, мне даже стыдно. Я никогда, ни разу не использовала родителей, как аргумент в споре. Ну, Торн! Гадина!

- А кто твои родители? – Осторожно спросила Лея, подошла ближе, присела на краешек кровати соседки.

- Аа, так ты не знаешь. Да просто преподаватели… Ну, ладно, не просто, оба профессоры, члены ученого совета.

Лея засмеялась.

- Понятно. То-то она побледнела как поганка подлиственная. Кэтл, не грузи голову, она реальна зарвалась. У нас девчонки в группе собрались на нее жалобу писать.

- Ты думаешь, поможет?

- И артефактницы с потока тоже жаловались. Так, что если кучкой собраться, то получится.

- Вахар с ней, - буркнула Кэтлин. До занятий еще было время, и она опять бухнулась на кровать.

- Ой, Кэтл, это кто? – Лея удивленно склонилась над своей подушкой.

- Это мой медведь. Лея, ты уже несколько ночей кричишь. Слушай, это ненормально. Надо что-то делать.

- Я не знала, - Нахмурилась девушка и взяла в руки игрушку.

- Его зовут Нафталинчик, артефакт сна, отец делал.

Лея хихикнула.

- Нафталинчик?

- Ага, раньше он был Ярочек, потом, сама понимаешь, постарел, потрепался. Ты пока с ним спи. За левым ухом переключатель, днем отключай, а на ночь клади рядом. Поняла?

Лея кивнула.

- По-хорошему, надо с тобой заняться магтрансом. Освободить, так сказать, ум от ментальных паразитов, раскрепостить потоки… сменить ориентиры влияния…

Через пол минуты Кэтлин тихо сопела в подушку.

Вот человек! После такого скандала – и уснула, с пол оборота. Наверное, магтранс.

Первая лекция на сегодня – травознание. Лея вприпрыжку сбросила пижаму, поспешно натянула форму, причесалась, сделав хвост, и выбежала из комнаты. До звонка – десять минут. Катастрофически мало, если только не бегом.

Девушка влетела в двери учебного корпуса и понеслась по коридору до аудитории. Успела. Преподавателя еще не было. Группа кучковалась у одного стола и там явно что-то происходило.

Близняшки Вики и Лика загораживали обзор. Лея подошла ближе.

- Привет, что тут у вас?

И увидела незнакомого парня. Перед ним на столе светился артефакт – шевелящийся паук размером с мужской кулак.

- Кошик, скажи «гав-гав», - парень, светловолосый, с приятным, но немного бледным лицом и крепкой фигурой руководил процессом.

Паук – как живой, волосатый с подвижными лапами и глазами-бусинами, открыл пасть и повторил команду.

- Гав-гав.

Девчонки предсказуемо взвизгнули и отпрянули назад. И тут за спинами раздался недовольный скрипучий голос:

- Что за шум? Тишина.

Группа расселась по местам. Лея заняла стол неподалеку, и вдруг поймала взгляд незнакомого парня. Заинтересованный взгляд, оценивающий, и чуть более пристальный, чем подобает.

- Староста, кто отсутствует?

Гвен поднялся и назвал имена, добавив, что с разрешения декана, на занятии присутствует артефактор с третьего курса Даниэль Хоуди.

Магистр Эви Снуш прищурилась сквозь окуляры очков и кивнула.

- Знаю. И что вы решили, студент Хоуди, останетесь вольнослушателем? Или потянете два факультета?

- О, нет, не потяну. Но крайне заинтересован в ваших лекциях, магистр Снуш.

Дама довольно усмехнулась.

- Рада вас видеть на моих занятиях. И так, приступим.

Лея, отчасти, была согласна с этим Хоуди. Уже вторая лекция, как девушка слушала Снуш и словно выпадала из реальности. Вроде бы понятный материал – группы трав, однолетние, двулетние, надземная часть, корневая система. Но магистр умудрялась с такой виртуозностью выдавать информацию, что казалось – она поделилась тайной Вселенной и теперь только они знают о магнетических особенностях стеблей кровяной астры или секрет редкой травы аввы.

Когда прозвенел звонок, группа точно очнулась. Гвен, сидевший рядом, потянулся и шепнул:

- Идем в столовую, у нас окно перед теорией магического слова.

- Нет, Гвен, надо в библиотеку.

Новенький, сидевший за соседним столом, бросил взгляд, сложил вещи. Дождался, когда Лея встанет с места, и двинулся вслед за ней.

В библиотеке было тихо, как в могильнике, и прохладно. Воздух циркулировал, охлаждался до комфортной температуры с помощью симпатичных артефактов на стенах – каменных рож древних гурий, с отросшими клыками и пустыми – на первый взгляд – глазницами. Лучше не смотреть, тем более, после того, что рассказала Кэтлин о ее ночных криках.

Лея подошла к регистрационной стойке.

- Мне, пожалуйста «Луговые земли Аветлона» Киприанулиса.

Библиотекарь, на вид сухая, невзрачная, но с удивительно острым взглядом, критически оглядела девушку и не менее придирчиво исследовала ее студенческий жетон

- Книга из списка редких и ценных экземпляров. Только здесь, и будь добра, на моих глазах.

Лея была добра. Она выбрала стол в видимости регистрационной стойки, чтобы не нервировать строгую даму.

Эта книга действительно была редкой. Некоторые ее моменты считались спорными, сомнительными или устаревшими, но отдельные части признавались уникальными.

Лея вытащила тетрадь, нашла нужные главы. Рядом скрипнул кем-то отодвинутый стул.

- Не против?

Лея удивленно покосилась. Новенький, тот самый вольнослушатель с пауком-артефактом.

- А если против?

- Извини, но я пришел за этой книгой.

Девушка холодно фыркнула. Парень, мягко говоря, наглеет.

- Придется подождать, - тихо, но сердито ответила она.

Блеснули ехидные глаза, а губы расплылись в улыбке. Он уже удобно уселся за ее стол. Развернулся, и, изображая ожидание, нагло уставился.

- Подожду.

Позер! Лея погрузилась в книгу… Но. Это наглость.

- Может, пересядешь? Тебе еще долго ждать.

- Зачем? Мне комфортно.

Девушка глубоко вздохнула, и, сдерживая гнев, резко встала. За столом неподалеку сидел неизвестный парень, уткнувшийся в учебник. Рядом с ним – свободное место. Лея схватила книгу.

- Ну зачем? Я же не мешаю! – Парень понял ее маневр.

Пересаживание заняло десять секунд. И что интересно, ее новый сосед по столу этого даже не заметил. Не иначе, отличник. Потрясающая сосредоточенность на учебном материале.

Лея уткнулась в страничку по его примеру. Об этом трактате она слышала еще со школы. Учительница упоминала его, причем, неоднократно. От нее девушка узнала, что в книге есть обширный раздел применения особых чар и заклинаний для пробуждения силы растений.

Как ни странно, именно этот раздел ставился ученым миром под сомнение. Например, информация о том, что гречиха в период цветения выделяет редкий магический фон, который легко вплести в узел заклинания от оспы… О, какое невежество! Магия, и только магия оградит от этого заболевания.

Или трава-шептунья, покрывающая луга половины континента, при определенном наборе флюидов легко излечит от подагры и мочекаменной болезни… Ну-у, это даже не невежество, а вредительство!

Учительница, рассказывая, удрученно качала головой. Это они – невежи, говорила пожилая знахарка, они – вредители и гонители талантливых зельеваров.

Лея и девчонки из класса, похихикивали, слушая ее, но однажды, та упомянула, что есть набор магических формул, настроенных на излечение от красной горячки. К сожалению, этот урок был за несколько лет до эпидемии, в которой умерла ее мать.

Лея, вспомнив те дни, с усилием потерла лоб, точно пытаясь стереть их из памяти. И опять уткнулась в книгу. Автор книги, ученый зельевар Киприанулис подробно описал действие формул и схемы изготовления лекарства против этой болезни. Но указывал на особенности дара практикующего и на настройку тонкого потока силы.

Да, эта схема была сложна. Слишком изощренна, слишком много условий . Лея поджала губы, почесала нос. В голове крутились варианты и способы. Но тут же она мысленно перечеркивала их – некоторые ингредиенты из списка господина Киприанулиса считались антагонистами. Как в этом случае быть? Или дело в…

Лея не успела додумать, почувствовав взгляд. Холодный, требовательный, заставляющий поднять глаза. Девушка невольно вскинула голову. На галерее второго этажа стоял магистр Бритт. Как всегда, собранный, с отсутствующим выражением лица, он смотрел на нее. Наверное, несколько секунд, не более, и равнодушно отвернулся. Точно задел взглядом фарфоровую куклу в витрине магазина. Да, красивая кукла, возможно, что и произведение искусства, но… кукла.

Лея застыла, не находя сил отвести глаза. Он уже двинулся по галерее и скрылся в дверях, а она все смотрела. В душе что-то вздрогнуло. Всколыхнулись страх и притяжение, смешанные с волнением.

Девушка моргнула, и услышала доносящийся из коридора звонок. Она очнулась. Сейчас перемена, а потом «Основы магических потоков. Общий курс». У зельеваров этот предмет начался только со второго курса. И хвала Небесам, что так. В школе она серьезно «плавала» по этой дисциплине. Как-то не складывалось у нее с настройками, управлением и общей работой в потоке. Маленький дар – что с нее взять.

Группа уже собралась у закрытых дверей кабинета. Лея подбежала и увидела Венеру.

- Группа, мэтр Ставинки будет месяц отсутствовать.

- Ну вот! – Недовольно воскликнули девушки. Берта – чуть полноватая, но прехорошенькая блондинка, особо печально скривила губы. Два парня – единственные в группе, насмешливо переговаривались, стоя в стороне.

- Ох-ох, - нарочито грубоватым тоном передразнила девчонок Венера. – Никуда ваш красавчик не денется, приедет. А пока, вместо него у вас будет другой красавчик – мэтр Бритт.

- О-о, - у дверей кабинета пробежала волна возгласов. Девушки весело переглянулись. А Лея почувствовала, как неприятно взмокли ладони.

Глава 7

«Зарраза!» - Мысленно воскликнула она, вспомнив, как ругается ее соседка Кэтлин Райвис. Вот за что? Бритт – не человек. Он змей, опутавший ее своим холодом и властью, пугающей до печенок. Да, по его милости она жива, а когда эта милость закончится, она сама за свою жизнь не даст медного гроша.

«Ты не справедлива» - Чуть слышно шепнул голосок разума.

«Тоже мне, заступница нашлась» - Мысленно фыркнула на саму себя Лея и двинулась вслед за группой в кабинет.

Бритт появился через минуту. Встал за кафедру, обвел присутствующих взглядом, едва уделив Лее долю секунды. Без интереса, точно за партой – манекен.

Группа смотрела на него с обожанием. Кроме Леи. Он это видел.

«Надула щеки, будто лягушонок» - подумал он.

- Гвен, тема прошлого занятия, - сухо обратился он к старосте.

- Пробуждение силы через точки солнечного сплетения.

- Начнем, - скептически, одними уголками губ усмехнулся магистр. Оглядел группу. И мысленно присвистнул от всплеска девичьих рук. Не хватало только шелковых платков, зажатых пальчиками и откровенных вздохов. Однако, он популярен.

Магистр открыл журнал, для вида поводил пальцем.

- Лея Дорис.

Студентки разочарованно переглянулись. Лея же вышли из-за стола.

- Покажите узел бури и узел водных нитей. Сплетите их вместе заклинанием Жизненного потока, и проведите через точки солнечного сплетения. Задача ясна?

Магистр, с прямой спиной, сосредоточенный, со скрещенными на груди руками, наблюдал, как девушка подошла к кафедре. Заметно бледная. Повернулась к окну, как того требует работа с точками солнечного сплетения. Обозначила узлы, мысленно прочитала заклинание. Молодец, девочка, чистенько, ровненько… На троечку.

- Садитесь.

После Леи вызвал еще несколько студенток. Указал на ошибки, разъяснил, обращаясь к девушкам мягким, но нарочито безразличным тоном, который, как правило, уязвляет больше, чем резкость и безжалостная критика.

Следующий час разбирали новую тему. Лея внимательно слушала, записывала, абстрагируясь от чувств, внутреннего страха и неприязни. В каком-то смысле, сейчас ей было вполне комфортно – его превосходством и холодностью накрыло всех. Одногруппницы уже не стреляли глазками, скорее, наоборот, сидели с опущенными головами, изредка бросая на мэтра осторожные, пугливые взгляды.

- Хочу заметить, если магистр Ставинки не успеет подъехать к зачетной неделе, то допуск к экзаменам буду ставить я.

Под это позитивное напутствие раздался звонок. Бритт попрощался и первым покинул аудиторию.

- А я вам говорила, - с жаром развернулась ко всем Даяна Фрок, бойкая девчонка с конопушками и вздернутым носиком.

- Что ты говорила? – Берта заинтересованно повернула голову. Остальные, точно притянутые магнитом, нависли над столом, где сидела Даяна.

- Нет, а что вы хотели? Вы вообще знаете, кто такой магистр Бритт? – Даяна сверкнула светло-голубыми глазами, точно фонариками.

- Ладно, умеешь привлечь внимание. Говори, - подкатил Гвен. За его спиной, как всегда, тенью стоял Зак Вастой, скромный, нелюдимый парень.

- Вы правда ничего не знаете?

- Ой, говори уже, - скривилась Вики.

- Помните дело лорда Фрестана?

Все переглянулись, нахмурились. Лея прислушалась.

- Ты говоришь о деле генерал-прокурора Фрестана? – Переспросил Гвен.

- Да, я о том самом Фрестане, которого убили три года назад.

- И дело закрыли, - добавил Гвен. – А какое отношение к этому имеет Бритт?

Даяна загадочно обвела всех глазами.

- Мой отец шептался с друзьями на вечеринке, и я подслушала. Сведения точные, магистр служил в аппарате Фрестана, был его доверенным лицом.

- Точно? - По лицам девушек пробежали тени.

- И что дальше? – Спросил Гвен.

- А неизвестно, - развела руками девушка. – Вроде бы король настаивал на том, чтобы отправить магистра главой прокурорского надзора какой-то провинции, не помню какой, но тот подал в отставку. Король подписал, и вот, наш граф Бритт – простой профессор Академии.

Группа на секунду замерла.

- Ну, не такой уж и простой.

- Сравнила, - фыркнула Даяна на реплику Берты. – Будучи адъютантом Фрестана, он имел власть, близкую к запредельной. А сейчас его власть – погнобить студентов.

- Зря так говоришь. Он великолепный маг-боевик, говорят, у него две стихии и уровень магии близкий к десятке, - покачал головой Гвен. – Парни-правоведы рассказывали, его тренинги – это Бездна, запредел.

- Я про это и говорю. Гнобит парней, пар выпускает. А кто ему мешал принять предложение короля? Королям не отказывают. Сам зарубил свою карьеру, - девушка пренебрежительно скривила губы, показывая уровень своей осведомленности.

Лея тихо вздохнула. Поднялась с места, собрала вещи.

- Ты куда? – Спросил Гвен.

- В столовую и домой.

Выйдя из кабинета, девушка задумалась о том, что услышала. Граф – непростой человек, приближенный ко двору. Или был им, а сейчас между ним и королем пробежали темные духи? Вероятно, так и есть. И скорее всего, причина его интереса к ней – в истории смерти этого Фрестана. Ох!

Девушка прошла галерею кабинетов, свернула на лестницу, спустилась, сделала шаг…

- Следи за ней. Пьер, от нее могут быть неприятности.

Голос донесся из-за угла. Лея замерла, не зная, что делать.

- Поставь усиление на артефакт поиска и артефакт охраны. Моя столичная квартира становится проходным двором… Неприятно.

- Простите, граф, это моя вина.

- Прекрати. Выполняй задачи, и без паники. Иди, Пьер.

Лея бесшумно отступила за стену, в узкую нишу. Она узнала голоса графа и Пьера. Беззвучно чертыхнувшись, девушка замерла. Не дай Небеса, магистр сейчас попрощается со спутником и тронется в ее сторону… Пронесло. Послышались удаляющиеся шаги. Лея выдохнула и прикрыла глаза.

- А-а, поймала!

- Кэтлин! – Лея как ужаленная отскочила и врезалась в стену. – Ну, ты нормальная?!

Соседка весело рассмеялась.

- Идем в столовую.

- Напугала.

- А что ты здесь делаешь? Ждешь, или подслушиваешь кого-то?

- Да, подслушиваю. Темные мысли копченых ежиков.

Кэтлин подхватила ее под руку, и они потопали по коридору.

*

В столовой было немноголюдно. Поодаль сидели старшекурсники и чуть в стороне тихо переговаривались преподаватели. Лея скромно жевала листик салата. После пары, которую вел Бритт, аппетит шмыгнул хвостом и где-то спрятался. Придется на вечер запастись булочками.

- Привет, - кто-то отодвинул свободный стул. Девушка повернула голову. Хмыкнула, с любопытством оглядела незнакомца, перевела взгляд на Кэтлин. Та вдруг засияла.

- Рей, привет. Лея, это Рей, лучший полевой игрок в боевом кросслинге и, кстати, самый ленивый травознай среди правоведов.

Парень язвительно разулыбался. У-у, да тут не все так просто. Лея поудобнее уселась на стуле – смотреть на этих двоих оказалось сплошным удовольствием. Ехидство и коварные улыбочки… А энергетика! Фейерверки запускать.

- Лея – девушка протянула ладонь.

- Рей.

За спиной послышались приближающие шаги.

- Привет, прогульщики, - у стола появился еще один парень. В отличие от Рея, угрюмый, взлохмаченный, точно сердитый еж.

- Венс, хочешь булочку? Кстати, познакомься, Лея, моя соседка, зельеварка, второй курс.

Парень присел за свободный стул и посмотрел на девушку. Отчего-то с грустью.

- Здравствуй, милая девушка Лея.

Кэтлин рассмеялась.

- Венс, что с тобой? – Она хлопнула парня по плечу – Похож на лешего с Вертальских болот.

Рей перестал улыбаться, Венс скривился и вздохнул.

- Все в порядка, - сказал он

- Сказки не рассказывай, выкладывай, что случилось.

Парни переглянулись и бросили взгляд на Лею.

- Она – наш человек, - Кэтлин быстро расшифровала переглядки парней

Венс дернул плечом.

- Отец женит. И должен тебе признаться, Кэтлин, я этому не рад.

Кэтлин изумленно вытянула лицо.

- Неожиданно. И что, никак?...

- Никак. Родители ударили по рукам.

- А ты ее видел? – Спросила она, уже примерно догадавшись, в чем дело. Парень кивнул.

- Знаю с детства.

- Да ладно! Можно же что-нибудь придумать. Венс, не вешай нос.

Венс взлохматил копну густых отросших волос.

- Все нормально, Кэтлин, еще бы ты этим голову не забивала. Э-э, кто-то булочку обещал.

Обстановка немного разрядилась. А Лея вдруг невольно вспомнила, как она, стоя под лестницей, в свой первый день, случайно подслушала разговор о закладных обязательствах. Надо вечером поговорить с Кэтлин. Жалко парня.

- А я доработала свой ски-булл. Сама.

- Да ну-у, - Рей недоверчиво склонил голову над столом. – Покажешь?

- Не здесь, - Кэтлин незаметно огляделась.

Ски-булл – крылатый артефакт, и в реестре боевых магических средств числился под грифом N, означающим обязательный контроль департаментов Магии и Правопорядка.

Венс очнулся от грустных мыслей.

- Идем на заброшенный полигон.

Лея, как и Рей, с удивлением покосилась на Кэтлин. Она, конечно, далеко не артефактор, но имела представление, о чем идет речь. Чтобы создать такой «попрыгун», нужно быть семи пядей во лбу и отличным магом.

- Где ты его прячешь, надеюсь, не у себя в комнате?

- Рей! – С интонацией – «Ты меня за дуру держишь?» – Кэтлин скривилась.

- Ладно, - парень тоже незаметно огляделся. – Опробуем?

Кетлин кивнула.

- Вечером.

Четверка за столом хитро перемигнулась.

*

До назначенного времени оставалось несколько часов. Девушки направились в общежитие. Решив сократить дорогу, свернули в парк.

- Нормальные ребята, - заметила Лея.

- Классные. Знаешь, как познакомились? Венс запорол один важный артефакт. Перепутал фазы потоков и сбил полюса. Лабораторный стол – в щепки, а студентов, за долю секунды, переместил мэтр Сворл. У него восьмой уровень портальной магии.

- И его не выгнали после этого?

Кэтлин засмеялась.

- Если всех выгонять за сломанные артефакты – Академия опустеет. Там ограничитель уровня силы стоял. Не все так страшно. Ну и вот. Они с Реем пришли в нашу лабораторию за магическими крепежами, а там я… Вся такая умная, - Кэтлин состроила смешную рожицу. – Одним словом, мы быстро нашли общий язык. Парни – что надо.

- Точно-точно, особенно Рей, - язвительно покосилась Лея.

Глава 8

Впереди, в густых кронах проверещала савойка. Пичуга прыгала между ветвей, тревожно била крыльями, и вдруг резко сорвалась с дерева. За ней взметнулась стайка.

- Стой, - Кэтлин придержала за руку Лею. Девушки остановились, прислушались, огляделись. Кэтлин поднесла палец к губам и шагнула с тропинки на траву. Следом двинулась Лея. Их ботинки ступали бесшумно, точно лапки лисиц.

Кэтлин неспешно дошла до разросшегося бука, чьи нижние ветви, от груза прожитых лет, склонились к земле. Она осторожно прижалась к шершавому стволу, медленно-медленно выглянула, высунув голову… и застыла.

Лея потерпела полминутки, потом сделала шаг, такой легкий, словно ступила на облако. Но хрустнувшая ветка под ногой заставила замереть с сердитой гримасой. И следом, через секунду воздух прорезал пронзительный крик.

Девчонки вздрогнули. Кэтлин на полкорпуса выглянула из-за ствола. И тут же резко отпрянула назад. Лея одним прыжком встала с другой стороны крепкого дерева. Высунула голову.

Зажмурилась.

Вновь распахнула глаза и в ужасе замерла.

Она мгновенно узнала этого парня. Тот самый Дан Хоуди, вольнослушатель на факультете Зельеварения, устроивший ей в библиотеке словесную пикировку и сеанс игры на нервах. Ее нервах.

Он сидел на земле, прижавшись спиной к дереву. Его пальцы неистово скребли по траве, цеплялись за корни. Серое лицо перекосило от боли. А ноги… Если это были ноги! Лею передернуло. Она прижала ладонь ко рту и почувствовала, как к горлу подкатывают те три листочка салата, что она съела в столовой.

Вместо ног у парня шевелилось скопище длинных отростков, гнездовье гигантских червей. Нижняя часть туловища мерцала. Дан Хоуди захрипел, выгнулся, а мерцание медленно потянулось вверх.

- Кэтли, - Лея метнулась к подруге и вцепилась за ее локоть.

- Молчи, - прошипела та. Угрожающе поджала губы и показала кулак.

- Ты знаешь, что происходит?

Кэтлин кивнула.

- Потом.

- Может, позвать на помощь?

- Нет. Если бы ему нужна была помощь, он не прятался бы здесь.

Лея отступила и прижалась лбом к стволу огромного дерева. Смотреть на отвратительную трансформацию превращения человека в шевелящийся клубок магических червей, было выше сил. Она только слышала стоны и крики несчастного Дана… А потом, сквозь боль и хрип пробились слова. Лея не узнала его голос. Низкий, тягучий, точно неживой… И все стихло.

Наверняка, заклинание, подумала она. Кэтлин отступила от дерева. Ее хмурое лицо было сосредоточенным. Вот ведь крепкие нервы. Спокойная, как табуретка. Бесчувственная она, что ли? Или чокнутая!

- Идем, - скомандовала Кэтлин. Лея недоверчиво нахмурилась, потом осторожно выглянула из-за ствола дерева. Хоуди, с человеческими ногами и туловищем, лежал на траве.

- Он случайно, не помер?

- Нет. Идем, быстро.

Девчонки сделали шаг назад и припустили со всех ног, удаляясь дальше и дальше от темного, заброшенного уголка огромного парка. Быстро добрались до общежития. Кэтлин не реагировала на вопросы, бросая единственное слово – «Потом». И только зайдя в комнату, заперла дверь, мрачно огляделась и выпалила:

- Деместрус-фактарас! Кошмар!

Лея медленно присела на кровать, ожидая продолжения.

- И? Что это? Кэтли, не томи.

- Поражение магических телец посредством изменения роста флюидов магосинтеза.

- Спасибо, что так подробно. А можно попроще?

- Да куда уж проще! Шарахнул кто-то парня флюидной заразой. А это вещь дорогая. Только один подготовительный ритуал на двенадцати смертях строится.

Лею передернуло.

- И как ему теперь жить?

- Так и жить. Хотя, долго не протянет.

- А ты откуда знаешь?

Кэтлин устало закатила глаза.

- Слушай, ну как так, жить – и не знать? Хотя бы просто интересоваться. Неужели ты не любопытная?

- Ну-у, знаешь ли, - Лея фыркнула. – Ученая ты наша.

- Ага, - хмыкнула подруга, и отчего-то вдруг нахмурилась, явно что-то вспомнив.

- Что?

- Понимаешь, у него в ухе серьга из Кастолокского литья.

- Ого! Это же состояние.

- Вот именно. Еще и скрытое отводом. Скорее всего, это стабилизатор или балансировщик магосинтеза для поддержания жизненных точек и сердца. Теперь понятно.

- Вот оно что, оказывается.

Кэтлин заинтересованно подняла голову.

- Ты о чем?

- О библиотеке. Понимаешь, в мире существует всего лишь несколько экземпляров одного ценного трактата. Автор – ученый зельевар Эмиль Киприанулис. Так вот, этот Хоуди записался вольнослушателем на курс травознания. Это во-первых. Во- вторых, у нас с ним случился конфликт в библиотеке, потому, что я успела перехватить Киприанулиса раньше его.

Кэтлин задумалась. Все, что рассказала Лея говорило об одном – парень настроен серьезно. Его не спасли ни статус, ни крепкое финансовое положение семьи. Видимо, артефакт в ухе усмиряет ваххарову заразу. Но, то, что они видели пятнадцать минут назад подтверждает, что артефакт не всесилен, и когда-нибудь организм даст сбой, который может закончиться смертью.

- А он смелый. Молодец, - подумав, кивнула Кэтлин. – То-то я смотрю, держится уверенно.

- Ты его знаешь?

- Еще бы не знала. Он в нашей группе учится. Перевелся из Гленевела.

- Наглый, - пробурчала Лея. - В библиотеке уселся рядом со мной и не давал читать.

Кэтлин удивленно хмыкнула.

- Ну-ка, расскажи.

Лея вяло пожала плечами и рассказала, как Хоуди пялился на нее, заглядывал в книгу, мешая ей сосредоточиться и всячески задирал… Ну, или ей так казалось. Кэтлин рассмеялась.

- А он, случайно, не ухаживал за тобой? Слушай, я заметила, и Венс тоже обратил на тебя внимание. Так, что, ты неотвратимо набираешь популярность. Осторожно.

Лея красноречиво фыркнула.

- Полная ерунда.

- Точно-точно, ерунда. Ладно, собираемся, через полчаса нас ждут на полигоне.

*

Из-за узорчатой перегородки потянуло джу-джау – некрепким, расслабляющим наркотиком. Его перебивал флер восточных ароматов – останского лотоса и ханвайской розы, – типичной смеси, которую потребляют высокородные наркоманы, сжигающие здоровье и бешеные деньги в угаре экзотического дыма.

Еще каких-то три года назад, в этой ситуации граф Бритт помахал бы боевым клинком и магическими наручниками. Но сейчас лишь поморщился и вытащил из кармана белоснежный носовой платок.

Нет, он не собирался прятать в нем нос как столичный денди, учуявший непотребный запах. На платке – золотой вензель, знак, магический ориентир, по которому его найдет нужный человек.

На небольшой сцене в глубине зала зажглись ханвайские фонарики. Негромко зазвучала арфа, и под ее томительно-сладкий напев, перед публикой появилась Кларисса, красавица и соблазнительница половины столичных ловеласов.

Ее сценический костюм, нарочито фривольный, тем не менее, прикрывал особо чувствительные для мужского глаза части тела. Впрочем, то, что позволялось ласкать взглядом, заводило не меньше. Босые ступни, оголенный животик, глубокий вырез полупрозрачной блузки…

По залу дорогого ресторана «Лунная нимфа» прокатилась волна восхищенных вздохов. Глаза господ устремились на застывшую в пикантной позе девушку. Кларисса вскинула голову, коротко, но призывно, повела бедрами и двинулась в танце, под звуки арфы и бубна.

- Слишком теплые дни в преддверии зимы. Представляете, в моем саду, сегодня распустилась фиалка.

Бритт, с удовольствием наблюдающий за сценой, даже не повернул головы.

- У вас есть повод порадоваться маленькому чуду, - безразличным тоном ответил он. И только после этого посмотрел на незнакомца, подошедшего к столу.

О таких говорят – никакой. Его внешность оказалась настолько заурядной, что ни один нормальный человек не сумеет запомнить это лицо, сутуловатую фигуру. Отличный выбор для связного. То, что надо.

- Присаживайтесь. Поужинаете?

- Благодарю, но предпочту приятную беседу.

Бритт взял со стола солонку, прикрыл глаза, мысленно прочитал короткое заклинание. Маловероятно, что почтенный господин Раваиль, владелец ресторана, балуется шантажом, особым образом заговаривая соль – есть такой оригинальный способ записать разговор, - но, все же, береженую лису лес бережет.

После, вытащил из кармана сигару. Прикурил. Пряный дым дорогого табака медленно поплыл над столом… заглушая от посторонних ушей всё произнесенное здесь.

- Вот теперь мы можем поговорить.

- Вам просили передать.

Граф едва заметно вскинул бровью. Однако, связной ловок. Под ладонью незнакомца лежал листок бумаги, хотя еще секунду назад его там не было. Бритт мог в этом поклясться. Мужчина сделал движение – потянулся за письмом. Но… наткнулся на насмешливый взгляд.

- Не стоит беспокоиться. Послание у вас во внутреннем кармане.

Да он шельма! Бритт, не показывая внутреннего раздражения, сунул ладонь во внутренний карман и только покачал головой. Письмо действительно лежало в его кармане.

- Есть что-то на словах?

- Есть. Вас просят поторопиться. На следующее новолуние Болезный примет указ, лишающий право любого на суд и на защиту, если это касается притязаний на власть короля. Но, как понимаете, под этот закон Болезный сможет подвести каждого, кто ему неугоден. Без суда и процедур защитников.

- Безумец, - процедил Бритт.

- Это еще не все. Подробности вы найдете в письме.

- Понятно, - хмуро посмотрел на него граф. – Передайте, я близок к решению задачи.

- Смею напомнить, в игре всегда есть беспроигрышная партия…

- Нужно только правильно тасовать колоду, - с усмешкой перебил его граф. – Я знаю, милейший.

- Что ж, на этом все. Прошу простить, что не могу с вами отужинать. Мне пора.

Бритт кивнул и проводил долгим взглядом уходящего связного. Любопытный тип, надо разузнать, кто таков.

В это время прозвучали финальные аккорды мелодии арфы, Кларисса мягко присела в поклоне, и по залу прокатились аплодисменты. Граф с сожалением вздохнул. Жаль, нет времени, нужно уходить. Но, ваххар побери, эта танцовщица достойна тех золотых монет, что ее осыпают.

Мужчина быстро расплатился с официантом и покинул заведение. На улице поймал наемный экипаж. Внутри удобного салона вытащил письмо, подсветил себе магическим светлячком. Информация в письме оказалась закодированной. И это понятно. Бритт мысленно наложил на листок особую магическую сеть. Зашифрованные знаки переливчато сверкнули и сложились в ясные и понятные строки…

Через полчаса показалась высокая чугунная ограда Академии, опоясывающая парк. Экипаж остановился у главных ворот. Граф расплатился, подождал, когда отъедет карета и провел перстнем на пальце по металлическом пруту калитки. Раздался щелчок, открывающий створки.

Парковую тропинку освещали редкие фонари. Уже стемнело. В стороне возвышалась громадина главного корпуса. Бритт свернул на дорожку, которая вела к зданию преподавательских квартир. Он был сосредоточен и хмур. Письмо, прочитанное в экипаже, подтвердило его опасения.

То, что происходит с королем, начинают замечать при дворе. Немотивированные вспышки гнева, избиение слуг… Мелочи, на которые недостойно обращать внимание верноподданным своего сюзерена. Даже случай трехдневной давности, когда Октар исхлестал подавальщика за столом за то, что соус оказался в фарфоровой посуде вместо серебряной. Подумаешь, самодур, будто мало их было в истории.

Но, от того случая, что произошел вчера, у графа неприятно засосало под ложечкой. Отряд караульных из пяти человек, приписанных к западному – самому отдаленному крылу дворца, устроили ночную попойку. Вопиющий случай, при всех раскладах означающий трибунал и перевод на окраины королевства, куда-нибудь в Предгорную провинцию или Восточные рудники.

Но даже такой вариант был бы для несчастных солдат не таким жестоким и трагичным. По уставу дворца, комендант обязан доложить о подобном инциденте королю. Что он и сделал.

И получил звонкую оплеуху. А после, вошедший в раж король, решил сам вершить суд. Спустился в тюремный карцер, где сидели солдаты, выгнал охрану… И вышел из темницы только через час. В заляпанном кровью мундире, с бешенными глазами, бессвязно бормочущий. В дрожащей руке он сжимал гвардейскую саблю, с которой капала кровь…

Охрана, боясь подойти, стояла с опущенными головами. А когда король ушел, в камере обнаружили пять трупов. Военный лекарь, составивший протокол, записал, что вначале несчастных обездвижили артефактом, а уже после с жестокостью изрубили.

Бритт тяжело вздохнул и остановился. Да, он подтвердил связному, что его поиски в скором времени принесут результаты. Так оно и будет. Но случились некоторые печальные события. За год оборвалось несколько нитей, оказавшиеся тупиковыми. Поиск приостановился. Тем не менее, проверялись любые слухи, шепотки, воспоминания дворцовых слуг. Он и его единомышленники докапывались до самых прозрачных намеков, лишь бы выйти на след бастарда.

Лея!

Граф мрачно скривился. Какая из нее королева. Слабая, запуганная, упавшая в обморок от вида эстеропа. Да и сама мысль, что придется впрягать ее в борьбу за трон, втягивать в войну, была ему болезненно неприятна. И где-то глубоко в душе он надеялся, что она – случайный эпизод в его поиске. Пусть спокойно учится, а после тихо и счастливо живет так, как ей хочется.

Над головой вспорхнула птица. Бритт вскинул голову, вгляделся в крону. Птица отчего-то тревожно ухнула и улетела. Сквозь облетевшие ветви пробивалось темное небо, на котором перемигивались звезды.

Граф повел плечами, надо поторопиться. На сегодняшний вечер, а возможно, и ночь, у него много работы. Как вдруг он замер, настороженно прислушался. Повернул голову и уловил магический луч.

Вне занятий, любые магические манипуляции, в Академии, строго запрещены. Легкий, едва заметный шлейф, который он уловил, блеснул со стороны заброшенного полигона. До него – полчаса.

Пришлось обходить открытые места, чтобы не обнаружить себя. Часть пути прошел по парку, а потом, ускорившись, пробежал вдоль стен конюшен и учебных пристроек. Слух уже уловил чьи-то голоса, восторженные крики. В воздухе зримо ощущались всплески особого артефакта. Ваххар, чтоб вас леший побрал! Бритт знал – что это за артефакт.

Наконец, впереди затемнела стена старых трибун. Граф бесшумно скользнул мимо нее и вышел к полигону.

Да чтоб вас… милые детки!

Над поляной, с гиканьем и смехом, точно ведьма, летала студентка. Вот ведь зараза, красиво работает. Отталкивается от земли, прыгает вверх на три ярда и плавной дугой летит, точно птица, вскидывая руками.

Бритт опытным глазом определил траекторию, не меньше десяти ярдов. Отлично. Кто эта девчонка? «Ски-булл» на ее поясе мигал блуждающими огоньками. Ого! Магический накопитель рассчитан на двадцатьQ, что ориентировочно хватит покрыть участок дороги от четверти до полумили. И кто же это у нас такая талантливая?

- Эй, Кэтли, моя очередь!

Глава 9

Бритт отступил в черную тень стены. Нахмурился. Голос показался ему знакомым. Послышались шаги, простучавшие по деревянному помосту… О, Лея Дорис! Вот оно как. А летает, значит, Кэтлин Райвис. И это еще не все. Вместе с Леей на трибунах – два парня. Бритт вгляделся. Ну, конечно, Реймонд Дайнар и Венс Вельт, его студенты с выпускного курса.

Лея выбежала на стадион, замахала руками, заставляя летающую студентку Райвис опуститься на землю.

Стоп! Она сейчас пристегнет на себя «ски-булл»? Бритт почувствовал раздражение и поднимающуюся в груди тревогу. Надо это прекращать. Он решительно вышел из тени стены и громко произнес:

- Что здесь происходит?

И злорадно прищурился. Немая сцена на полигоне, стоила аншлага в столичной опере. Он – ангел Возмездия, Лея – его несчастная жертва, а остальные, с застывшим ужасом в глазах, сыграли роль заблудшего народа из книги пророчества Света.

- Студентка Райвис, спускайтесь к нам. Что же вы там висите в одиночестве? Реймонд, Венс, не стесняйтесь, составьте нам компанию.

Кэтлин медленно, виляя зигзагом, спустилась на землю и, исподлобья глядя на магистра, подошла, встала рядом с Леей. Рей и Венс мрачно приблизились.

- Объяснитесь, студентка Райвис, откуда у вас неучтенный, модернизированный «ски-булл» с неизвестным накопителем.

Кэтлин трагично вздохнула. Вскинула глаза, но встретившись с холодным взглядом магистра, обреченно опустила голову.

- Признавайтесь, - к холоду в глазах добавились уничижительно-язвительные нотки в голосе.

- Это мой личный «попрыгун», магистр Бритт. Он собран с нуля. Конструкция – моя. За основу я взяла схему учебного «ски-булла», но внедрила принципиально новую идею. Свою идею, магистр Бритт. Это позволило мне поднять устойчивость полей, укрепить безопасность артефакта и улучшить его маневренность.

- А накопитель силы? Тоже ваша идея?

- Не совсем. Идея мэтра Макста. Я всего лишь ее подкорректировала.

- Снимите артефакт.

Кэтлин сжала губы, но подчинилась. Расстегнула с пояса ремень. На секунду задержала его в руках. До боли жалко, сколько труда вложено! И протянула его Бритту.

- Кэтлин, вы же должны понимать последствия, которые вас ожидают. Любая модификация «ски-булла» запрещена. Этот артефакт – боевое снаряжение, и о своем изобретении вы должны были сообщить в палату артефакторов.

- Магистр, Кэтлин не виновата, это все я.

Все удивленно посмотрели на Рея, включая саму Кэтлин. Вот уж точно, он здесь ни при чем.

- Объяснитесь, Реймонд Дайнар.

- Кэтлин готовила эту модель для защиты курсовой. Я же безответственно уговорил ее опробовать артефакт. Признаю, я буквально провоцировал и подстрекал студентку Райвис к этому шагу.

- Рей, - изумленно произнесла Кэтлин.

- Молчи. Это я виноват. Магистр, я говорю правду.

Бритт скупо усмехнулся, чуть скривив губы. Узнать в Реймонде влюбленного дурака – проще простого.

- Студентка Дорис, а что здесь делаете вы? – Над Леей засверкали выпущенные магистром светлячки.

- Она со мной, - буркнула Кэтлин, но Бритт продолжал смотреть на девушку, ожидая ответ.

- Это же так интересно, магистр Бритт. Я еще никогда не летала.

Бритт с трудом спрятал ухмылку.

- Вы должны понимать, студентка Дорис, что этот артефакт настраивается индивидуально, а у вас, как я помню, очень скромный магический уровень, - граф обвел всех тяжелым взглядом.

- Магистр… - Рей решительно сделал шаг вперед.

- Двадцать кругов по периметру, - на запястье парня легла светящаяся лента – браслет двоечника, как называли его студенты. Контролирующий артефакт, который запишет все манипуляции Рея, в том числе, и ночную пробежку по заброшенному полигону.

- Венс, тебе то же самое задание. За компанию.

Венс удрученно кивнул, разглядывая вспыхнувший на запястье браслет.

- А вас, студентки, я провожу до общежития. Идемте, - магистр двинулся вперед, держа в руке ремень-артефакт.

Тоже мне, строгий папаша нашелся, подумала Лея.

- Магистр Бритт, - Кэтлин, топая позади, окликнула Бритта. – Вы вернете мне артефакт? Или даже нет надежды?

Бритт насмешливо обернулся.

- Я подумаю. Возможно, облегчу вашу задачу и продемонстрирую работу артефакта мэтру Максту. Вы талантливы, Кэтлин. Но… - Магистр вздохнул.

- Но за все надо платить, - буркнула девушка. – Значит, наказания не избежать.

- Посмотрим, студентка, Райвис, - тихо отозвался Бритт.

*

Тик-так… Тики-таки… Така-туки… Таки-так… Ваххаровы часы!

Лея резко подняла голову с подушки. Кэтлин спала, отвернувшись к стене. Наверное, заснула с помощью магтранса. Она не просто расстроилась из-за артефакта. Очень сильно расстроилась. Когда вернулись в общежитие, Кэтлин молчала. Было заметно, что история ее сильно придавила.

По протоколу артефакторов, она не имела права создавать «ски-булл», не имея диплома и лицензии. Так, что, если у магистра Бритта возникнет желание потопить студентку Райвис, он ее потопит. Просто заявит на нее в палату артефакторов при министерстве Магии.

Лея перевернулась на другой бок. Мрачно нахмурилась, глядя в черное окно. Бритт. Куда ни кинь – везде Бритт. А ведь был такой замечательный вечер. Она впервые в жизни летала. Правда, у нее получилось подняться всего-то на полтора метра и совершить небольшой прыжок. Потом еще один, и еще…

Парни смеялись над ней и обозвали лягушкой-попрыгушкой. Ну, и ладно. Она не обиделась. С ее маленьким даром и такие прыжки за счастье. Пусть со стороны она походила на лягушку-попрыгушку, зато в душе она парила аки галезский ястреб. Лея тихо засмеялась. И тут же с досадой нахмурилась, вспомнив Бритта. Девушка порывисто зарылась в подушку.

Этот человек пугал ее. Его холодный взгляд и циничное безразличие могли довести до оторопи. Одно его слово – и она окажется на улице среди нищенок и попрошаек.

Настоящие документы сгорели вместе с домом. Вместе с прошлой жизнью. В памяти – только надгробный камень со словами: «Покойся, Элейн Ханс, да пребудут с тобой ангелы». Все, что осталось от нее – это бутафория с гробом, в котором захоронены останки неизвестного бродяжки.

Лея тряхнула головой. Воспоминания, картинки из прошлого, вспыхнувшие перед глазами, накрыли липким страхом. Лучше забыть.

Итак, что у нее в остатке? Добротные, качественно исполненные документы на имя Леи Дорис… Которые преподнес на блюде граф Бритт. Вместе с учебой в Академии.

Она – пешка, в любом раскладе и при любых обстоятельствах. Лея с шумом села на кровать, обхватила себя за плечи. На соседней кровати, по-прежнему тихо посапывала Кэтлин. Настенные часы отбили два удара. Два часа ночи, а сна – ни в одном глазу. Одно радует, что завтра воскресенье.

Откуда-то из коридора потянулся неясный шум. Послышался удар, точно кто-то уронил тяжелую табуретку на каменный пол. И все стихло. Девушка прислушалась, встала с кровати, не утерпела, встала с кровати и открыла входную дверь.

Сумрачный коридор, освещенный двумя неяркими бра, был пустынен и тих. Но с первого этажа шел шелест, то ли тихих шагов, то ли поскрёбывания. Лея распахнула от страха глаза. Тихо прикрыла дверь, постояла. И уже собралась прыгнуть в кровать, как слух вновь уловил этот звук.

Сердечко трепетно стукнуло, но рука схватила со спинки стула халат. Ничего-ничего, если осторожно, да потихонечку… А на цыпочках она ходить умеет. Лея быстро накинула халат поверх пижамы, сунула ноги в тапки, и бесшумно открыла дверь.

В коридоре, как и минуту назад, стояла тишина. Лея пробежала до лестницы, оперлась о перила и склонилась, глядя вниз. Шелестящий звук по-прежнему разносился по первому этажу, предположительно – из холла. Девушка медленно спустилась по лестнице, пересекла коридор и… едва не споткнувшись, остановилась.

Темное пространство заливал свет, исходящий от колонны – одной из двух, что стояли по обе стороны от входной двери в здание. Колонна дрожала точно живая. Ее основание разлетелось осколками, которые кружили рядом. Вот, оказывается, что шуршало. Мелкие осколки мрамора походили на слепых котят. Они натыкались друг на друга, скребли по полу, пока что-то не притягивало их назад – к основанию колонны. Еще несколько секунд – и все осколки вернулись на свои места.

Свет, исходящий от колонны медленно потух, и холл погрузился в темноту. Сквозь два огромных окна проникал блеклый свет луны. Девушка прислушалась, обернулась за спину. Тот, кто разбил основание колонны, куда-то ушел… Ну, не испарился же он? Или эта громадная архитектурная штуковина самопроизвольно подорвала свое днище? Ерунда. А если нет? Ого-го, колонна – артефакт?!

Но теорию о самопроизвольном подрыве опроверг шум, донесшийся из-под лестницы. Лея бесшумно пробежала назад и заметила приоткрытую дверь. Скорее всего, это была подсобка. Лея заглянула в щель. Впереди – темнота, как в желудке шаргана, но ухо уловило отголоски разговора.

- Я об этом пожалею, - со вздохом, беззвучно прошептала она и осторожно проникла внутрь. За чернотой коридорчика виднелась полоска света.

- Послушай, я обещал, и я исполню, - мужской голос заставил Лею прижаться к стене. Она замерла.

- Две тысячи золотых, мой мальчик. За каждую разгаданную загадку, - женский голос прозвучал серебристым ручейком. Ласково и проникновенно, точно песня сирены.

Лея подошла к углу. Выглядывать опасно. Впрочем, она стоит в полной темноте. И если очень осторожно… Очень-очень осторожно…

- Когда я получу свои деньги?

Парень стоял спиной. Это был именно парень, по фигуре, по резкости движений. С ним было что-то не так. Лея прищурила глаз, выглядывая из-за угла. Девушка видела его фигуру, кстати, облаченную в форму Академии. Но не могла сфокусировать взгляд на голове. Его голова… Она вибрировала, сдвигалась влево-вправо, размывалась, рябила так, что в глазах пробежали мошки.

Ваххарово отродье! Лея с ужасом спряталась за угол.

- Когда исполнишь обещанное, получишь все деньги, не раньше, таков приказ моего покровителя. А с этой персоной не шутят… Ладно-ладно, ты – умничка, милашка, я тобой довольна.

Парень хмыкнул, поиграл плечами.

- Вы дразните меня? Я бы не отказался от части компенсации в виде нашей встречи. Наедине.

В узком пространстве подсобки разлился серебристый смех. Лея, превозмогая страх, приблизила лицо к углу стены. Она должна увидеть даму. Девушка вытянула шею, осторожно выглянула… О! Портал! Собеседники беседовали через портал. Их разделяла блекло-мерцающая рамка. По другую сторону от нее смеялась молодая женщина в богатом платье и украшениях. Ее окружала дорого и со вкусом оформленная комната. Сама она полулежала на небольшом диване, обтянутом дорогим шелком.

Лея впилась в нее взглядом, чтобы запомнить. Хотя, забыть такую яркую красавицу не получиться.

- Будь умницей, не говори глупостей. Возможно, когда-нибудь… Или никогда. Вернемся к этому разговору позже, когда ты исполнишь поручение. И если ты останешься жив… - Красавица улыбнулась и, щелкнув пальцами, опять рассмеялась.

- Стойте, - угрожающе прорычал парень. Но сизая туманная дымка неумолимо схлопнула портал. – Ведьма! – Он с силой сжал кулак, ударил им об стену… И резко обернулся.

Его лицо – безформенное, размытое неизвестной, явно магической дрянью, двигалось по орбите очерченного овала. Размытые глаза, щеки, нос… Все смешивалось в кучу, накрывалось пеленой, исчезало, превращаясь в дыры, закручивалось воронкой, стирая истинное лицо. Но глаза. Вернее, один глаз! Он вдруг застыл и посмотрел на Лею. Не мигая, расширяясь и зловеще засверкав. Девушка дернулась от ужаса и вскрикнула.

- Ты?!

Парень свирепо рыкнул и двинулся на нее. Она не успела сделать и двух шагов, как в спину что-то ударило. Боль свинцом разлилась по спине и острыми иглами впилась в затылок. На секунду ее накрыла огненная стена… А потом все потухло, вместе с сознанием.

Глава 10

Граф тянул вино маленькими, осторожными глотками. Тайшанское крепленое – еще та коварная гадость, способная свалить быка, если перебрать, конечно. Мужчина поднял руку, в которой держал высокий бокал, приблизил его к свече, разглядывая темные, янтарные капли, тягуче скатывающиеся по хрусталю. Магистр грустил, наверное, уже пьян.

Он бросил взгляд на часы – время приближалось к двум ночи. Однако, расслабился. С другой стороны, день был тяжелым и хлопотным. Особенно вечер.

Воспоминания о вечере вызвали на лице мстительную ухмылку. Ее глаза, полные негодования вперемешку со страхом… Граф, вам пора пройти особый курс магтранса, если вас возбуждают всполохи страха в глазах красивого лягушонка.

Бритт с грустью оглядел бокал и одним глотком допил вино. Лениво потянулся, пора спать. У кого-то завтра выходной, а у него день, полный забот.

Мужчина встал с кресла, подошел к письменному столу, чтобы выключить лампу. Рука потянулась к переключателю… И резко дернулась от боли. Граф скривился. Задери вас леший! Это – сигнальный маяк от Леи. В груди захолонуло от неприятного предчувствия.

Еще у себя в поместье, граф незаметно оставил на ней этот маячок, и его мог видеть только он. Магический знак на ее руке реагировал на угрозу и опасность. Что, видимо, и произошло. На ладони мужчины вспыхнула магическая привязка, граф решительно вытянул руку, и печать выбросила особый импульс, открывающий светящийся портал.

Магистр быстро пересек рамку, оставив без внимания, что на нем обычный шелковый домашний костюм. Не до пустяков. По другую сторону портала было темно. Он узнал место – площадка у лестницы женского общежития. Магистр выбросил сноп светлячков и увидел распахнутую дверь в подсобку. Рывком забежал внутрь, остановился, на долю секунды потянул носом. В голову ударила злость. Кто посмел?!

Лея лежала на полу, выкинув руки вперед, а вдоль ее спины, от шеи до пояса, извивался след «Огненного кнута», который выжег одежду и… Только не это.

Граф склонился над девушкой, провел рукой над спиной и облегченно прикрыл глаза. Ударил новичок, так, что, все поправимо. Мужчина осторожно перевернул ее и поднял на руки.

Портал по-прежнему светился на пятачке под лестницей, и мужчина вернулся в свою преподавательскую квартиру, держа на руках Лею. Уложил в постель, перевернув на живот, чтобы осмотреть спину.

Ожог был не критичен. Он без труда его уберет. Неприятной стороной «Огненного кнута» было другое. Магический удар отключал сознание, и вывести Лею из этого состояния может только…

Граф резко встал с кровати. Особо ценные ингредиенты он хранил в старом армейском саквояже. Пришлось забраться в кладовую, выгрести ворох коробок и свертков. Найдя сумку, мужчина облегченно выдохнул. То, что он здесь хранил, являлось секретным запасом особого боевого отряда. Однажды, он поработал с этими ребятами.

- Сейчас, Лея, подожди секунду, - тихо сказал он, скорее, самому себе. Она-то точно его не слышит.

Черная шкатулка, которую он вытащил со дна, переливалась ночными кораллами. Один такой камешек стоил домика в пригороде столицы, и не за свою красоту, а за редкие магические свойства.

Бритт усмехнулся. Драгоценная шкатулка у него хранилась в старом саквояже, а сам саквояж – в кладовой. Так воспитан. На примере отца, с детства пренебрегал роскошью. Впрочем, к делу.

Он открыл шкатулку и вытащил короткий стилос с заточенным наконечником. Когда-то это было ребро ахистанского дробана – гигантской волшебной птицы с далекого материка на востоке мира. А сейчас частица этого хищника хранится на дне шкатулки.

- Приступим, - негромко сказал он. Подошел к кровати, присел и осторожно раздвинул разорванную на спине ткань. Неровный, рваный след, за несколько минут потемнел и припух.

Мужчина шепотом произнес заклинание, убирая ожог. Это несложно. Рваная дорожка на глазах побледнела и исчезла. Но это всего лишь внешний признак. Сейчас предстоит поработать над ментальным ударом, который погружает жертву в бессознание. И чем опытнее мастер, тем тяжелее последствия.

Стилос в руке прочертил на спине Леи первый штрих руны. Потом еще один штрих, извивающийся сложной вязью. И еще один…

Через несколько минут, Бритт с трудом выпрямился. Его лицо вдруг странным образом посерело, осунулось, словно он только что разгрузил пять возов с пудовыми мешками. Магистр тряхнул головой, повел плечами.

Ахистанская руна Небесного Водопада выматывала так, что не всякий мастер ее выдерживал, и если бы не ребро дробана, разгоняющее потоки магнетических сил, он бы уже свалился, тут же, рядом с Леей, и не смог бы сутки поднять руки.

Граф посмотрел на девушку. Она лежала, уткнувшись носом в подушку. Мужчина осторожно откинул прядь с ее щеки. Ладонь замерла и… нежно дотронулась до губ, до подбородка, до шеи, ощущая кончиками пальцев атлас кожи.

На лице Бритта дрогнула улыбка, а где-то внутри вспыхнуло опасное волнение, заставившее глубоко вздохнуть. Ладонь опустилась ниже по спине…

- Ваххар, - граф с силой отвел руку и встал с кровати. Убрал стилос в шкатулку. Тяжелым шагом заходил по комнате, злясь на себя, злясь на свою слабость, проявленную настолько неожиданно, что стала для него сюрпризом. Эта девчонка…

Бритт остановился и выдохнул. Пора ее разбудить, жизненные потоки восстановились – он это видел, значит, сейчас она просто спит.

Бритт опять, уже в который раз склонился над Леей. Подумал, что неплохо бы перевернуть ее на спину. Да только язвительный ум быстро нарисовал картинку, как он подсовывает руки под ее мягкие ягодицы, переворачивает за талию. И в это время она открывает глаза.

Что за этим последует? Правильно, пощечина, или звонкоголосый визг, от которого проснется весь корпус. А возможно, и то и другое вместе.

- Лея, - он аккуратно дотронулся до плеча девушки. Спящее лицо дрогнуло болезненной гримасой. Неужели он не до конца убрал последствия ожога? Граф нахмурился. – Тебе больно?

Лея медленно открыла глаза, а потом, как он и предполагал, взвизгнула. Ловко перевернулась и отпрянула от мужчины.

- Ну, что за глупости, студентка Дорис! - Ворчливый голос магистра заставил девушку замолчать. Она оглянулась.

- Где я?

- У меня дома. Я нашел тебя без сознания под лестницей общежития.

Лея ошарашено открыла рот, и тут память обрушила на нее картинки того, что произошло с ней.

- Магистр, - пролепетала она и поджала ноги, потом сообразила, что уселась на подушку магистра, ойкнула, попыталась встать, но вдруг увидела, что ее халат и пижамная кофта, странным образом, начали сваливаться с нее.

Граф огляделся и сорвал со стула покрывало.

- Вот, укройся. Ты помнишь, что случилось? Тебе в спину ударили огневым артефактом, - он сам укутал плечи девушки.

- Я помню удар, и меня накрыло огнем, - на ее лице отразилась растерянность.

- Хорошо, что помнишь. А что было до этого? И как ты там оказалась? Что ты делала под лестницей, Лея?

Мужчина сел рядом, дотронулся до плеча, склонился ближе. Ее обескураженный вид, распахнутые глаза притягивали к себе морскими канатами. Магистр моргнул, а Лея нахмурилась, потом вдруг тряхнула головой.

- Колонна у входа в общежитие. С нее все и началось.

- Рассказывай.

Девушка ухватилась за края покрывала, сильнее запахнулась и начала рассказывать, с того момента, как услышала из коридора подозрительное шуршание.

Его рука непроизвольно замерла на ее плече. Граф даже не заметил этого, как и девушка. Рассказ получался сумбурным, она волновалась, перескакивала с одного события на другое. Бритту приходилось переспрашивать, чтобы выстроить стройную цепь эпизодов. Итак, что получалось?

Колонна с вывороченным основанием, и осколки, самостоятельно шуршащие по полу. Похоже на артефакт, причем, мощный. Кто же его подбил? И зачем? И откуда он в общежитии Академии?

Студент в подсобке с размытой, плавающей головой. Ну, тут все ясно. Шапочка Махора. Старый артефакт, в свое время, числившийся на балансе Особой Королевской Службы, но отправленный в утиль за серьезные технические недостатки. Любопытно. Если и осталось несколько экземпляров из этой партии, то искать их нужно во дворце, в тайниках тех, кто прислуживает лично королю, или его семье.

Леди. Кто она? Лея утверждает, что запомнила ее внешность. И хорошо, и плохо.

Студент – он узнал ее, а значит, не оставит в покое. Или устроит ей несчастный смертельный случай, или… Испугается. Он – новичок. Пожалуется даме-покровительнице? Возможно. И тогда Лея в опасности. Но, если он не дурак, то должен понимать о последствиях собственного провала. Уберут не только ее, но и его. Парень должен десять раз подумать, прежде, чем сообщать о девушке.

Существует два варианта – или парень идейный, служит покровителю не за монету, а за совесть. Тогда доложит, и девчонка окажется под угрозой. И вариант, что для него важнее гонорар, звон золотых грошей. Тогда он попытается убрать девушку незаметно, не привлекая внимания тех, кто его подкупил… Ваххар!

Бритт встал с кровати.

- Лея, все сложно. Тебе придется притвориться больной. Скажем, ты упала слестницы, у тебя незначительные нарушения памяти. Справка от лекаря из целительского корпуса будет уже завтра. На занятия не ходить. Но. Появляешься в столовой, совершаешь прогулки по парку. Думаю, пары дней мне хватить, чтобы… А расскажи-ка мне, с кем ты общаешься? Вспомни, отнесись к этому внимательно.

Лея озадаченно выдохнула, задумалась.

- Не так уж и много с кем. Из группы – Гвен Форис и Зак Вастой. Потом, Венс и Рей, о которых вы знаете…

Бритт вдруг вскинул ладонь.

- Нет, парни исключены. Очень кстати забыл отключить браслет наблюдения. Рей и Венс честно выполнили задание, которое я им дал, и вернулись к себе в общежитие. Спят как сурки.

Лея облегченно улыбнулась. Отчего-то не хотелось, чтобы гадом, который едва не убил ее, оказался кто-то из этих парней.

- Кто еще? Вспоминай.

Лея нахмурилась.

- Дан Хоуди. В общем-то, мы почти незнакомы, но пришлось столкнуться в маленьком конфликте, - и Лея, не сказать, чтобы охотно, описала стычку в библиотеке.

- Ясно. Дальше, - Бритт мысленно сделал пометку и внимательно, даже строго, посмотрел Лею.

Дальше, девушка назвала несколько имен студентов, которых она знала. Это были парни из числа ухажеров Даяны, Берты, Вики, и других девчонок из группы.

Магистр слегка скривил губы. Однако, за неполные две недели, она неплохо обросла знакомыми. И каждый из них мог быть этим студентом в шапочке Махора.

- Да, еще есть парень Гарел, артефактор с третьего курса. Мы фактически незнакомы, но… - Лея поморщилась и рассказала о коротком эпизоде у главного корпуса, когда она только появилась в Академии.

- Хорошо, - сдержанно кивнул магистр. – Не волнуйся, всех найдем. А сейчас иди к себе в комнату.

Лея поднялась с кровати. Бритт подошел к ней вплотную, и неожиданно ласково потрепал за плечи.

- Все образуется.

Его лицо оказалось близко. Настолько близко, что Лея удивленно подняла глаза, они на секунду замерли, не отрывая взглядов.

- Магистр, а вы и правда хотите наказать Кэтлин? – Девушка помялась. – Не подумайте, я не имею право что-то просить. Но…

Бритт смешливо фыркнул.

- Заступница. Ладно, успокой свою подругу. Пусть заберет свой артефакт, но только перед защитой курсовой. Не раньше, а то знаю я вас, опять куда-нибудь полетите.

За спиной сверкнул портал, и Лея, смущенно улыбнувшись, нырнула внутрь.

У себя в комнате быстро оглянулась. Портал схлопнулся, и комната погрузилась в темноту. Стояла тишина… А потом раздалось ворчливое:

- Так-так-так!

Кэтлин! Коза! Напугала.

Лея мрачно обернулась. Ее соседка, лохматая и злая, подняла голову с подушкии села на кровать.

- Объяснишься? Я видела, что ты вышла из портала, из комнаты магистра Бритта. Лея!

Лея устало присела на свою кровать.

- Все не так, как ты думаешь.

- Ха-ха!

- Кэтлин, меня чуть не убили. А магистр спас. Я серьезно.

Глава 11

Утро началось со стука в дверь. Лея даже не подняла головы, мысленно пожелав гостю длинной дороги до Кипучего вулкана в Ганхорском ущелье.

Нервы Кэтлин были не так крепки. Она сонно приоткрыла один глаз и крикнула:

- Кто бы ты ни был, добрый человек, иди своей дорогой.

- Это мэтр Вышковиц, студентка Райвис, попрошу открыть дверь.

Кэтлин распахнула глаза, Лея моментально оторвалась от подушки.

- Он кто? – шепотом спросила она.

- Уффф… - фыркнула девушка и быстро встала с кровати. – Лекарь и преподаватель с вашего факультета. Готовься.

Мэтр Вышковиц оказался высоким статным мужчиной с седой бородкой и пышными усами. На его голове красовался новомодный котелок, который даже для столицы считался предметом экстравагантным и смелым. Длинный сюртук, в отличие от привычного камзола, имел элегантную клетчатую накидку из дорогой шаронской шерсти.

Модник! Ни дать, ни взять.

Девчонки переглянулись и одновременно поправили свои лохматые после сна головы и одернули пижамы.

- Где у нас тут Лея Дорис? – Зазвучал его бас.

Лея, как школьница подняла руку.

- Сядьте, леди.

Мужчина снял верхнюю одежду, котелок, и открыл саквояж – тоже не простой, а из дорогой кожи крокодабра с блестящими металлическими уголками.

- Как же вас угораздило споткнуться на лестнице? Так можно и без головы остаться. Ну-ка, голубушка, прилягте и выпрямитесь по стойке смирно.

Лея хлопнула глазами и вытянулась на кровати как солдатик.

Мэтр вытащил из саквояжа деревянную трубку с коническим, расширенным наконечником. Подошел к девушке, склонился и приложил трубку к груди поверх пижамы. Через две минуты пробурчал:

- Сердечко бьется, легкое тело дышит, суставчики разгибаются, - лекарь согнул и разогнул ее ногу. – А теперь опять присядьте.

Его крупная широкая ладонь закружила над головой. Лея почувствовала, как повело. Но добрый лекарь заботливо подхватил и уложил на подушку.

- На несколько дней я освобождаю вас от занятий. Никаких волнений, только покой, хорошее питание – посещайте столовую, я разрешаю, и рекомендую недолгие прогулки по территории Академии. Еще пейте капельки, принимайте порошочки, и скоро будете здоровой.

Его ласковый бас убаюкивал, успокаивал, и уже хотелось мурлыкнуть и потереться шерсткой о его руку… Фу-ты!

Лея кивнула.

- Исполню, мэтр, - пообещала она лекарю, а Кэтлин услужливо поднесла сюртук. Мэтр Вышковиц добродушно хмыкнул в усы и попрощался.

Закрыв за ним дверь, Кэтлин игриво прищурила глаза.

- Ах, какой мужчина.

- Старый, - скривила нос Лея.

- А ты почувствовала парфюм? Из салона госпожи Жюрно. Флакон – три золотых.

- Старый, - повторила Лея, категорически мотая головой.

- Ничего ты не понимаешь. То, что я говорю – оценка его достоинств, признание его привлекательности, только и всего. А ты рассуждаешь, как девица из пригорода.

- Ну, спасибо, - поджала губы Лея.

- И-и-и, не обижайся, - взвизгнула Кэтлин и с разбега прыгнула к Лее на кровать. – Пошли в столовую, пока все спят, нам больше свежих булочек достанется.

Оказалось, утро воскресенья в столовой Академии – самое прекрасное время. По залу плыл аромат только что испеченной сдобы, запах тушеного мяса с приправами и чего-то еще, отчего желудок жалобно пискнул.

Кэтлин ринулась к раздаточному столу, точно ее неделю не кормили.

- Всего, - коротко и с выражением сказала она старику-повару и умильно приподняла губки. Тот засмеялся и заставил ее поднос горкой тарелок.

- Вот оно, счастье, - с благоговением расставила на столе тарелки Кэтлин. Поводила носом, закатила от восторга глаза.

- Не переигрывай, - угрюмо сказала Лея. Бистарчики – маленькие котлетки с тертым сыром и приправами, – источали волшебный аромат.

- Будешь ворчать – все съем сама.

- Лопнешь, - буркнула Лея.

- Ха! Ты меня еще плохо знаешь. Я могу за один присест слопать все, что сейчас стоит на этом столе.

Рядом заскрипел отодвинутый кем-то стул. Девчонки повернули головы.

- А на спор – слабо? Ставлю золотой, что не съешь.

Дан Хоуди! Он был настолько живой и здоровый, что производил впечатление человека только что вернувшегося с курорта. Парень бесцеремонно уселся за стол и, чуть отодвинув чужие тарелки, поставил свой поднос. – Ну-у, вы же не против? Я про то, что сел без приглашения.

Лея натянуто улыбнулась, Кэтлин пару раз моргнула, но промолчала. Потом кивнула. Отчего-то не хотелось хамить, или послать его лесной тропинкой. Как раз вчера вот на такой тропинке они его и видели…

- Сиди, никто не гонит, - буркнула она.

- Странно, вы так на меня смотрите, что хочется поёжиться, - парень засмеялся. – Я страшный?

- Да нет, нормальный, - спокойно ответила Лея.

- Приятного аппетита, Дан, - кивнула Кэтлин. И за столом, на несколько минут повисла тишина, которую нарушало легкое постукивание ложек и вилок. Лея мысленно согласилась – «Хочется поёжиться».

От картинки, что она увидела вчера – целого гнездовья длинных червей, шевелящихся вместо его ног, можно не только поёжиться. Не стыдно сейчас взвизгнуть поросенком и пуститься со всех ног, подальше от этого непонятного типа – Дана Хоуди.

- Ты приготовил тесты по алхимии? – Спросила Кэтлин. Она была спокойна, как каменная крокодабра из Национального музея Солриджа.

Дан скривился.

- Что-то туплю. У нас в Гленевеле на алхимию сквозь пальцы смотрят. Вроде, как непрофильный предмет.

Кэтлин фыркнула.

- Ничего себе – непрофильный. Алхимия рассматривает все вопросы преобразования и синтеза парамагии, плюс – задачи кровотоков и нагрузок на сердце, на…

- Знаю, знаю, отличница.

- Ты беспечен. У нас не Гленевел. Вылетишь как птичка-синичка, - Кэтлин-отличница поджала губы. – Если хочешь, мы можем позаниматься, до сессии – полтора месяца.

Лея удивленно распахнула глаза, тут же прищурилась и уткнулась в тарелку. Кэтлин явно что-то задумала. К ведьме не ходи.

- Было бы неплохо, - парень пожал плечами. – Если тебе не трудно.

- Все равно уже нужно готовиться к экзаменам, так, что будет полезно повторить. Можно начать сегодня вечером.

Дан нахмурился, но тут же улыбнулся.

- Лучше завтра, вечером занят, извини. Но я очень рад, что ты предложила позаниматься. Так как, завтра?

- Отлично, - Кэтлин легко согласилась.

Столовая постепенно заполнялась голодными студентами. Их алчущие носы уже на входе топорщились точно клювы, а глаза озирали раздаточный стол. Лея подумала, что Кэтлин вовремя притащила ее сюда.

Дан после разговора задумчиво молчал, глядя в тарелку, и через несколько минут попрощался.

- Что задумала? – С шипением склонилась она над столом. Кэтлин мрачно поводила глазами из стороны в сторону.

- Хочу кое-что проверить.

- Говори.

Девушка неуверенно пожала плечами.

- Есть один метод, называется анализ Фрикиштальда. Понимаешь…

- Не понимаю, честно, - сердито перебила ее Лея. – Объясни нормально, по-человечески.

Кэтлин тоже склонилась над столом.

- Объясняю. Когда в деревне блудливая корова забредет в заросли полыни и набьет брюхо этой вонючей травой – молоко, говорят, можно выбрасывать, гадость неимоверная, невозможно пить. Так вот, метод Фрикиштальда насыщает кровь больного магической отжимкой, и делает это на уровне униполярных частиц класса А.

Лея недоверчиво нахмурилась – над ней сейчас тихо похихикивают?

- А при чем здесь блудливые коровы?

- При том, что эту магическую отжимку получают из полыни. А про коров… так, к слову, - Кэтлин нервно закусила палец, словно собралась отгрызть собственный ноготь. Нахмурилась. – Я еще не очень понимаю, как я сумею ухватить магический отросток и перенести его…

- И ты серьезно думаешь, что семейка Хоуди не слышала об этом методе? Как его там?

- Фрикиштальда. Слышала семейка, слышала. Но… Ладно, я в библиотеку. А ты домой. И сиди в комнате.

- Эй, а с чего ты решила, что умнее Хоуди? Я серьезно!

- Да с того, Лея, что метод расписан чисто теоретически. Там в самом анализе косяк на косяке.

- То есть, это что-то умозрительное? Э-э-э… Ты нормальная?

Кэтлин фыркнула.

- Домой, Лея. Поняла? Еще не хватало, чтобы ты столкнулась с придурком в шапочке Махора… Кстати, тоже надо почитать в библиотеке. Пока.

Лея язвительно закатила глаза. Да уж, старше на два года, а тон, будто мамочка-наседка. Глядя вслед уходящей подруги, девушка сложила руки на груди и огляделась. Идти в общежитие не хотелось. Девушка встала, сложила на поднос тарелки и отнесла посуду к окошку, где стояла работница-кухарка.

На улице было морозно, девушка неторопливо двинулась к парку. Нет, она, конечно, боялась парня, который едва не убил ее, но пугаться теней она не будет, иначе придется жизнь прожить в стоге сена.

Да-да, граф Бритт строго наказал лишний раз не высовывать носа, и без сопровождения не гулять. И Кэтлин туда же.

Лея прошлась по тропинке, присела на скамью. В этом месте стояла тишина. По облетевшим веткам прыгали воробьи, а с неба падали редкие снежинки. Первые снежинки. Скоро зима.

Девушка закрыла глаза. Она посидит еще минутку, или две, и пойдет домой. Кстати, завтра алхимия, о которой так горячо рассуждала Кэтлин. Впрочем, она о любом предмете рассуждает горячо. Заучка.

Неожиданно для себя, Лея подумала, что немного завидует ей. Кэтлин умная, талантливая, устремленная к цели. А она? Что у нее внутри, кроме страха и уныния? Девушка с горечью усмехнулась. Может тоже чем-то увлечься? Говорят, в академии будут вводить новый предмет – «История некромантии». То, что надо!

Лея грустно вздохнула… И услышала рядом шорох сухих листьев. Она вскочила, обернулась.

- Ну вот, студентка Дорис. Мой приказ – не появляться одной в безлюдных местах вы исполняете так же добросовестно, как это делает заяц.

- П-почему заяц? – Лея растерялась.

- Вы когда-нибудь бегали за зайцем?

За скамьей стоял Бритт, в темном стильном сюртуке и широкополой шляпе. В его руках – трость с крупным, серебряным набалдашником.

- Нет, магистр Бритт.

- Ну так попробуйте за ним угнаться, особенно в лесу, - Бритт усмехнулся, видя, что девушка не улавливает хода его мысли. – Лея, я к тому, что вы не дисциплинированы.

- Как заяц, - поджала губы Лея. – Я поняла.

Граф обогнул скамью и встал рядом с ней.

- Или вы хотели побыть одной?

Лея вскинула голову.

- Всего лишь одну минутку.

- Минутка прошла? - Губы магистра едва заметно изогнулись в насмешливой улыбке. Лея отвела взгляд. Вот уж чего она не будет делать, так пререкаться с ним.

- Прошла, - сказала, и была уже готова услышать, что сейчас он строгим голосом, с ноткой нравоучения, погонит ее в общежитие.

- Тогда прогуляемся, - магистр тростью показал на дорожку. - Как вы себя чувствуете?

- Хорошо. Утром приходил лекарь.

- Да, я попросил мэтра Вышковица зайти к вам.

- Спасибо.

Магистр кивнул. Они неспешно двинулись по дорожке, вокруг по-прежнему стояла тишина. Девушка незаметно бросила на графа взгляд. Он был задумчив. Не холоден, не отстранен, а именно задумчив, точно ее присутствие было для него желанным. И сама она вдруг поняла, что нет прежнего страха к нему.

Впереди тропинка сворачивала вбок и упиралась в чугунную ограду. Бритт повернул голову и сказал то, что она от него совершенно не ожидала.

- А не пойти ли нам в музей?

Девушка от неожиданности замедлила шаг.

- В музей?

- Конечно. Вы же не были в Художественном музее? Ну, или в Национальном музее? Есть еще музей кукол. Наверное, это вас, студентка Дорис, точно заинтересует.

- В Художественный, - отчего-то резко ответила она. И только потом поняла, что с помощью такого простенькой, мальчишеской провокации, граф добился от нее согласия. Вот ведь…

- Отлично. - Граф улыбался. Он перехватил трость. Серебряный набалдашник сверкнул, и перед ними обрисовалась рамка портала. – Вперед.

Лее вдруг стало весело. Она смело перешагнула рамку, вслед за ней – магистр, и они очутились на маленьком пятачке, рядом с массивным серым зданием с колоннами и помпезным парадным входом.

Оглядевшись, Лея увидела, что и соседние здания не менее великолепные.

- Это портальная точка, - магистр указал на золотистую черту, опоясывающую пятачок, куда они попали. – А вокруг, как видишь, административный центр.

Лея, слегка ошарашенная, огляделась. Дома стояли такие высокие – четырех и даже пятиэтажные, – что приходилось задирать голову. Рядом проходила широкая магистраль.

- А там королевский театр.

Девушка с восторгом оглядела нарядное здание с прилегающей площадью, в центре которой, на постаменте возвышалась фигура Адемианы – покровительницы искусств.

- Идем, до музея недалеко, минут двадцать.

Лея кивнула, и они двинулись по пешеходной дорожке. По мостовой проезжали кареты. Одна, вторая, третья… Лея никогда не видела такого скопления экипажей. И столько людей в одном месте не видела, и таких магазинов со сверкающими витринами.

Она крутила головой, но тут же себя одергивала. Что о ней подумает граф? Да посмеется. Она даже боялась на него посмотреть. Неожиданно, он сделал ей такой подарок! Отчего так случилось? Наверное, из жалости.

Подошли к музею. У входа возвышались каменные статуи зверангов – мифических звероподобных существ с человеческими лицами, наделенных волшебными свойствами. Чудовища выстроились галереей по фасаду здания, точно стража. Лея незаметно передернула плечами, этой ночью она точно не заснет.

- Лея, - окликнул граф. Девушка удивленно повернула голову. Оказывается, она застыла напротив фигуры зверанга с телом змеетигра.

- Экая впечатлительная, идем, - в его голосе опять зазвучала насмешка.

Холл был огромен. Магистр заплатил монету и получил два билета. Он уверенно повел ее по лестнице.

- Вначале посмотрим зал Востока.

И это было только начало. Потом был зал древних пагистян – прародителей народов континента, затем – выставочная галерея великого Гиетро Валя, знаменитого живописца, жившего три столетия назад. Случайно забрели в зал восковых пародий, где Лея от души повеселилась над застывшими фигурами героев из сказок.

Через два часа, вдвоем уселись на скамью, напротив монументальной картины Фонзо «Тиан убивает дракона».

На лице графа блуждала довольная улыбка.

- Еще будем ходить? – спросил он. – Внизу висело объявление, что открыли новый зал с картинами из запасников. По мне, так это очень любопытно. Представь, что некоторые из них даже не выставлялись. Возможно, что там есть шедевры.

- Да, - решительно согласилась Лея. Граф протянул руку.

- Будем искать, где эти сокровища.

Она в ответ, протянула свою ладонь, думая, что с его стороны это простой жест вежливости. Что сейчас она встанет со скамьи, и он отпустит руку. Но он крепко держал ее, двигаясь чуть впереди. Девушка смущенно бросала на него взгляды, и вот, что странно – совсем не было мысли отобрать свою ладонь назад. Пусть себе держит.

Они обошли бесконечные залы и галереи, пока не нашли то, что искали. Лея, честно говоря, не заметила особой разницы между этим залом и, например, залом работ периода Процветания короля Дитриха – старшего брата Вильгельма. Но увлеченно слушала магистра, который оказался хорошим знатоком живописи. Вот тебе и боевой маг! Ей даже стало неловко от своего невежества.

Зал был просторен, они ходили уже около часа, когда подошли к неизвестной картине. Лея заметила неожиданную заинтересованность графа. Он вдруг нахмурился и точно застыл, девушке показалось, что он побледнел. Взгляд потяжелел, а потом сверкнул, точно ему открылась какая-то тайна.

Странно, что не так с этой картиной?

Глава 12

Табличка под рамой гласила:

« Солнечный день в королевском саду. Вильгельм с детьми».

Изображенный на холсте король Вильгельм сидел под деревом рядом со своими детьми, в обыденной одежде, без мундира, в рубахе и кюлотах. По левую сторону от него – девочка лет тринадцати, по правую – мальчик лет одиннадцати. Принцесса Аннет и Антуан Кривой – отец нынешнего короля Октара.

Антуан Кривой. Тот самый! Тот, кто загубил ее мать!

Лея почувствовала, как от лица отхлынула кровь. Она выдернула ладонь из руки графа и решительно подошла к полотну. Почти вплотную. Пальцы сжались в кулак, и возникло непреодолимое желание ударить в холст, в изображение этого инфантильного, ленивого ребенка, из которого впоследствии вырастет чудовище.

- Лея, - руки магистра легли на ее плечи. – Посмотри на меня. – Он с усилием развернул ее к себе. – Это всего лишь картина. Идем. – Потом опять взял ее за руку и повел к выходу. Она молчала, хотя внутри бурлила боль и обида.

На улице граф трогательно поправил ее форменную шляпку и улыбнулся.

- Хотел после музея пригласить тебя в кафе попробовать заварные корзинки с ягодами онкихё. Слышала о таких?

- Нет, - сдержанно ответила она и отвела взгляд. Слишком нежными были его глаза.

- Но, к сожалению, появились важные дела. Обещаю, мы сходим в другой раз. А сейчас я посажу тебя в экипаж, и ты вернешься в общежитие. Договорились? Только без сюрпризов, - он склонил голову – непростительно близко, – и посмотрел в глаза.

- Хорошо.

Когда коляска вместе с Леей скрылась из вида, Бритт мрачно нахмурился. Нужно все обдумать. В руках наконец-то появилась ниточка… Да что там ниточка – дорожка, которая раскроет тайну. Наследник есть! И это – главное. А еще, слова сына художника, что в миниатюре, которую выкупил Пьер, заложена отгадка к великой тайне, и эти слова – не блеф.

Художник, написавший небольшую картинку «Леди в маске», на смертном одре,сказал своему сыну пару слов, так сказать, шепнул на ушко. И эта пара слов была о незнакомке в маске и о том интересном положении, в котором она находилась.

Умирающий художник сказал, что имя девушки входит в список династии Варлахов. В список правящего рода. Правда, так и не назвал это имя. И второй факт – эта леди явно ждет ребенка. Хотя на миниатюре ничего не заметно. Но хороший художник, как анатом в прозекторской, знает тело не хуже узоров на своей ладони.

Возможно, у девушки был небольшой срок, или мастер, выводя кистью ее контуры, решил не делать на этом акцента. И граф вполне допускал такую вероятность.

Неприятное в этой истории – леди Вустар, хозяйка антикварного салона, которая первая услышала от болтливого сына художника эту новость, вернее, ее часть. Парень остался без денег и вынужден был искать покупателя.

На счастье Бритта, леди Вустар упустила свой шанс, и, пока искала нужную сумму денег, бегая по городу, Пьер выкупил миниатюру вместе с информацией.

Бритт хмуро почесал подбородок. Аннет. Законная наследница трона, старшая дочь короля Вильгельма, наделенная истинной, родовой магией. В отличие от ее младшего брата Антуана Кривого, которому Небо отказало в такой привилегии.

Граф был подростком, когда в стране несколько месяцев стоял траур. Вначале, по умершему Вильгельму. А потом, за неделю до коронации Аннет, произошла вторая страшная трагедия. На прогулке в королевской роще принцесса погибла, попав в лапы ядовитой мандорры, невесть откуда взявшейся в охраняемом месте.

В эту версию никто не поверил, ни народ, ни новый парламент, созданный за два года до этих событий, ни дворянство. Истинная магия рода Варлахов, которой была наделена Аннет, размазала бы эту тварь в пузыри. Но…

Доказательств покушения не нашли. И на трон взошел Антуан. На тот момент он уже женился на Викелле, дочери герцога Азгера из древнего аристократического рода, и у них успел появиться ребенок – нынешний король Октар.

Граф невольно обернулся на входную дверь музея, его так и тянуло вернуться и еще раз изучить картину. Он узнал девочку. По овалу лица, линии подбородка, даже волосы были зачесаны тем же манером, как и на миниатюре. Сомнений нет. А главное – родинка под ключицей. Родинка в форме полумесяца. Нет, таких совпадений не бывает. Теперь он точно знает – кто на миниатюре.

Аннет любили. Да и как было не любить? Добрая, сильная магиня, со спокойный характером и крепким здоровьем. Народ обожал ее, армия уважала.

Граф вспомнил зверангов и птигонов в королевском дворце, ныне – бесполезно окаменевших существ, пугающих дворцовую знать своей уродливой внешностью. А ведь эти существа – защитники рода, сила, способная уничтожить любого, кто поднимет руку на избранного Небом. Почему же они не помогли, когда Аннет оказалась наедине с ядовитой мандоррой?

Хотя, да, граф вспомнил, что Главный маг из Королевского совета, расследующий убийство принцессы, уловил тень странного заклинания, заморозившего существ буквально на две минуты. И этого хватило, чтобы произошло несчастье.

Магистр махнул рукой проезжающему мимо наемному экипажу. Назвал адрес, ловко нырнул внутрь и, усевшись, задумался. Он должен вытрясти из сына художника все, что тот знает. И что не знает – может быть, догадки, предположения, его собственные выводы.

Ехали с полчаса. Возница завернул на тихую улицу и остановился неподалеку от небольшого двухэтажного домика. Ближе подъехать не удалось – вокруг стояло жандармское оцепление и куча людей, что-то тревожно обсуждающих. Граф расплатился и отпустил экипаж.

- Леди, отчего здесь так много коронеров? – С легкой улыбкой и беспечным тоном спросил он у двух пожилых дам, стоявших неподалеку.

- О, сьер! Тут такое! Мое здоровье не выдержит этого потрясения!

- Лиззи, не верещи, как сорока. Уважаемого сьера не интересует твое здоровье!

- Но Виола!

- Послушайте меня, и не слушайте эту сороку, - одна из дам, полненькая старушка с решительным выражением лица, сердито зыркнула на подружку и развернулась к Бритту. – Произошло убийство. Час назад служанка молодого господина, хозяина этого дома, обнаружила его мертвым.

- Раньше в этом доме жил известный художник. Ох, как же его имя! Виола! Ты же все знаешь!

- Да что же ты так кричишь мне в ухо! А вы, сьер, не обращайте на Лиззи внимания, она такая разговорчивая, что утомит своей болтовней даже статую, - дама опять обратилась к графу. – Так вот, что мы знаем про этого несчастного молодого человека. Его нашли с синим лицом, синим телом, и вокруг, в комнате, все было покрыто синей паршой. Говорят, это какая-то магическая гадость, поедающая все живое, даже кактусы. Наше спасение, что она недолговечна и умирает через час после того, как ее распылят по комнате.

Граф изобразил на лице изумление, пробормотал что-то о наказании Небес, нарочито театрально вздохнул, на что обе дамы закивали как болванчики из циркового балагана. В это время входная дверь дома распахнулась и два санитара в длинных черных халатах вытащили носилки, укрытые простыней. Дамы закатили глаза. А магистр, продолжая охать, незаметно ретировался, обходя любопытных зевак.

Выйдя на проспект, магистр остановился. Первое, что нужно сделать – сообщить Пьеру, чтобы тот исчез. На всякий случай. О том, что он приобрел миниатуру – никто не знал. И на этом фоне как-то странно выглядит смерть несчастного мальчишки, сына художника. Впору задуматься о том – так ли невинна леди Вустар, хозяйка антикварного салона. Возможно, за ней кто-то стоит. Поэтому, они никому и ничего не скажет. Ни-ко-му.

Береженую лису лес бережет. Он придержит всю информацию, от всех, и от своих, и от чужих. Разве что поделиться с ректором? Нет… Пока нет.

Другой вопрос – действительно ли Лея угадала, что колонна в холле общежития на самом деле неизвестный ему артефакт. Вот тут лорд Вакарис просто обязан поделиться с ним этой таинственной загадкой.

*

Следующая неделя накрыла суматохой и беготней. Расписание нагрузили дополнительными семинарами, откуда-то вдруг накопились отработки. Зимняя сессия неотвратимо надвигалась как снежный ком, и спасения этому не было.

Лея, точно хомяк, с головой зарылась в учебу, оставляя воспоминание о воскресном приключении на поздний вечер, когда укладывалась спать. Сейчас ей было стыдно за свой несдержанный поступок. Сжатые кулаки и порыв порвать холст выглядели по-детски глупо. Граф прав, король умер и греется в аду, в кругу из ста костров, как пишется в Священной книге. И пока его душа не обжарится в пламени ста костров, не видать ему Отдохновения.

К концу дня Кэтлин вбежала в аудиторию, где только что закончилась пара по теории чар и заклинаний.

- Пс, - подруга хмуро оглядела второкурсников и махнула ей ладошкой. Лея почувствовала, что что-то случилось. – Быстрей. Собирай вещи и идем.

Пробежали коридор, спустились в холл, и только на улице Кэтлин, ускоряя шаг в сторону лечебницы, заговорила.

- Я подслушала. Оказывается, Хоуди наблюдается у профессора Грили.

- Кто это?

- Считается лучшей целительницей в столице и входит в группу консультантов, курирующих здоровье короля. Представь! Я, когда узнала… Ужас! Оказывается, у нашего короля случаются «ку-ку».

- Что?!

- Тсс… - девчонки пробежали тенистую аллею. Кэтлин опасливо огляделась. – Это Рей рассказал. Ректор Вакарис проболтался… Ну, скажем, не проболтался, а завуалировано высказался, что у короля все чаще и чаще случаются минуты «болезненной экспрессивной раздражительности».

Лея ошарашено уставилась на подругу.

- Что это значит?

- А то и значит. Ты слышала, полгода назад, в провинции казнили несколько сельчан за то, что они не сохранили урожай пшеницы, который побил град? Эти поля были королевской вотчиной. А две недели назад на Воловьем пустыре показательно пороли дворцовых слуг. Какая-то там история была.

- Воловий пустырь?

- Не слышала? Это место публичных казней и пыток. И знаешь, я сама заметила, что-то происходит в нашем королевстве. Король зачем-то развязал ненужную войну с Ализорой, якобы, он имеет законные претензии к этому княжеству. Разорвал отношения с Вигором. В общем… Да, ладно, - Кэтлин хмуро замолчала.

Лея не стала ее переспрашивать и допытывать. Зачем? Тайны, известные ей, не менее страшные. И эти тайны касаются лично ее.

- Так что там насчет Хоуди?

- После пары к нам зашел секретарь и сказал, что Дана требует профессор Грили, что она в лечебнице, а потом назвал номер кабинета. Так вот, я знаю этот кабинет. Это лаборатория лечебной магнефии. Знаешь, что это такое?

Лея вытянула лицо.

- Откуда, дорогая?

- Так вот, магнефия – это особый метод лечения, при котором больного лечат потоком парамагического эфира, по классификации – уровень WJ. В общем, жуть, новая разработка. Понимаешь?

Лея нахмурилась.

- Получается, профессор в курсе его болезни?

- Именно, - торжественно подтвердила Кэтлин. – Я кое-что придумала. Если что – не удивляйся.

- Как скажешь, - хмыкнула Лея, и девчонки взбежали по ступеням высокого трехэтажного здания.

Зайдя внутрь, Лея обомлела. Холл взвился стрельчатым потолком – настолько высоким, что девушка замерла, задрав голову. Из холла разбежались крылья коридоров. А какие запахи! Воздух настоян на векенейской лаванде, кушкумице, серебрянке…

- Идем, - дернула за локоть Кэтлин, и они свернули к внутренней лестнице, поднялись на второй этаж.

Мимо проходили студенты Целительского факультета. Барышни – в глухих белых фартуках и шапочках, парни – в накидках с прорезями для рук. Лею и Кэтлин они провожали безразличными взглядами, в которых читалась покровительственность и превосходство.

Да уж, за две недели Лея прочувствовала иерархию, сложившуюся в Академии. Целители и правоведы – каста высших. Артефакторов принимали в меру снисходительно, и уже на третьей ступени – зельевары, так сказать, те, кто ближе к народу. Почти ремесленники.

- Пришли, - шепнула Кэтлин. Над дверью кабинета горел хрустальный филин. Занятно.

- Что будем делать?

- Увидишь. Главное, чтобы он поверил, что мы столкнулись с ним случайно.

- А дальше?

Магический филин замигал, ухнул, точно живой. Дверь открылась, и из нее вышел Дан.

- Охо-хо-хо-хо-хо… - Кэтлин, сморщив лицо, точно новорожденный щенок, схватилась за живот и согнулась. Лея мысленно ахнула. Вот это врушка!

- Кэтл, - Дан подбежал и озадаченно поддержал девушку.

- Живот. Сейчас пройдет, - Кэтлин медленно, со скорбным лицом, разогнулась. – Не хотела идти, Лея заставила, привела сюда. Не беспокойся, Дан.

- Я тебя отведу к профессору Грили.

- У-у, нет, ни за что. Дан, в моей сумке, в боковом кармашке, достань микстуру.

Дан Хоуди торопливо открыл форменную сумку девушки и пошарил… И неожиданно скривился, выдернув руку. С его пальца капала кровь.

- Ой, Дан, как неосторожно! – Кэтлин выдернула из кармана платок, быстро обмотала ладонь парня. – Лея, дай еще платок.

Лея начала что-то понимать.

- Держи, - протянула она. Кэтлин сняла с руки Хоуди свой платок, сунула его себе в карман – как бы невзначай, и перевязала рану другим платком. Незамысловато, но, вроде, сработало.

- Прости-прости. Ты напоролся на артефакт-кибу – это мой охранник, я забыла про него. Прости, Дан.

- Пустяки, где твоя микстура?

- Да вот, во внешнем кармашке.

Через минуту, внезапно выздоровевшая Кэтлин поблагодарила парня, и, мягко избавившись от него, девчонки покинули лечебницу.

- Есть! – Торжественным шепотом возрадовалась подруга. – Главный ингредиент в кармане, остальное – мелочи.

Лея скривилась. Боевой оптимизм Кэтлин, порой ставил ее в тупик.

- Что дальше?

- А дальше – чистая наука.

Глава 13

- Эй, халява, отзовись, медным брюхом засветись, - Венс с остервенением натирал старый медный таз, в котором, когда-то вываривали остатки ядовитых ингредиентов. От постоянных охранных заклинаний, накрывающих посудину и купирующих отравляющие пары, бока ее зачернились плотной коркой. – Эй, халява, отзовись… Эй, халява, отзовись…

- Венс, заткнись! – Рей, мрачный и злой, вертел бирбел-болл – механический тренажер для разминки рук.

- Эй, халява… - Венс предусмотрительно отбежал на несколько шагов. – Отзовись…

Тугой комок мокрой тряпки шлепнулся ровно на макушку незадачливого певца.

- Эй!

Стук в дверь прервал возню с метанием тряпок.

- Привет, - Кэтлин просунулась в дверь, которую подпирала тумбочка. – Что тут происходит?

- Заходи. Хотя, постой, - парень оттащил тумбочку в сторону.

- Вы прячетесь? Заходи, - Кэтлин махнула рукой Лее.

Парни хмуро скуксились.

- Не прячемся, просто настроения нет, - пожал плечами Рей. – Минус пятьдесят баллов с каждого. Из-за этого… - Рей коротко замахнулся на Венса.

- Эй, халява…

- Да, заткнись ты!

- Что случилось? – Кэтлин тревожно оглядела парней.

- Ну, напился я вчера, подумаешь, - буркнул Венс.

- Да, мелочи. А потом подрался с третьекурсником, который заложил тебя коменданту, написал рапорт и, главное, нажаловался на меня.

- Ну, Рей, это… Как бы сказать-то. Это… Ты же его «отверткой» раскрутил, а потом подвесил заклинанием на магические липучки рядом с картиной Шона Фастайна. А Фастайн у нас считается гением. Оскорбление.

- Кого – оскорбление? Фастайна, или этого недоумка, который решил сделать мне замечание?

- Нет, Фастайна, конечно.

- Эй, вы нормальные? Ребята, за такое исключают, - возмущенно сверкнула глазами Кэтлин.

- Пронесло, - буркнул Рей. – Бритт заступился. Скостил с каждого по пятьдесят баллов. Теперь отрабатывать по пятьдесят часов – или в столовой, или в конюшне Академии. Или дополнительных пятьдесят часов тренировок. На выбор. Отработаем – вернет баллы.

- А парень? Ну, тот, со стены? – Спросила Лея, мысленно похихикивая. Парни хмуро переглянулись.

- Комендант общежития его снял, а потом Бритту пожаловался.

- Фу-у, ну, зачем связались с третьекурсником? Он же маленький, - поджала губы Кэтлин.

Рей покосился на нее, презрительно фыркнул и повел плечами.

- Пусть знает свое место, мелкий ушлепок. А бодаться будет со своей бабушкой. Я ему еще своего последнего слова не сказал. Такое не прощают. Кэтл, давай без морали.

- Давай, - легко согласилась девушка. – Ты сделал то, что я просила?

Парень насмешливо хмыкнул, потер кулаком нос и прошел до дальнего угла старой лаборатории в заброшенном корпусе Академии.

- Не знаю, что ты задумала, но уже боюсь. – Он держал в руках небольшую клетку, внутри которой тревожно скакал вороненок. Маленький, лохматый, взъерошенный, и очень сердитый. Его бусины-глаза остро сверкнули, клюв распахнулся, и птенец сердито сказал «кха».

- Кэтлин, ты что задумала? – Ахнула Лея.

- А она точно что-то задумала, - поддакнул Рей, тяжело поглядывая на рыжую. Он-то знал, на какие эксперименты способна эта девчонка. А с виду такая веселая, нежная, добрая.

- Да хватит вам! Не съем я его, не бойтесь. Он нужен… для дела.

- Значит, не расскажешь? – глядя в упор, спросил Рей.

- потом. Не сейчас. Все, нам пора.

- Ну-ну, - кивнул парень, провожая девчонок взглядом.

На улице, Лея нетерпеливо дернула подругу за локоть.

- Говори.

Кэтлин хмуро огляделась. Старый, полуразвалившийся корпус стоял в стороне от основного комплекса зданий Академии. Вокруг было пустынно. Начало темнеть, и только дорожка, ведущая через парк, белела выпавшим снегом.

- Все просто. Я приготовлю особый настой, главный ингредиент – полынь, пропущу его через стабилизатор, который настрою на альтагонные лучи, и проведу один обряд на крови. Вот и все.

- Точно-точно. Все просто. Но отчего-то тревожно за птичку, я уже волнуюсь.

- Прекрати, - небрежно махнула ладошкой Кэтлин. – Наша птичка станет охранником для Хоуди. Все будет отлично.

Они уже проходили мимо главного корпуса, когда Лея заметила Бритта, стоявшего на площадке. Магистр стоял спиной. Открылась парадная дверь, девушка повернула голову и увидела молодую женщину – красивую, в легком манто из серебристого зверька поверх пальто. Дама подняла в приветствии ладонь, улыбнулась и подошла к мужчине.

Лея опустила голову, но старательно скосила глаза, наблюдая… И чувствуя, что внутри зашевелилась неприязнь. Какая-то странная неприязнь - и к графу и к этой привлекательной даме, которая смело подхватила его под руку. Они о чем-то засмеялись и неторопливо двинулись по площадке в сторону ворот.

- Эй, ты куда смотришь? – Кэтлин проследила взглядом, куда пялится подруга и смешливо распахнула глаза.

- О, сюрприз!

- Ты ее знаешь?

- Ее?

- Ее.

- А что?

- Кэтлин, - голос Леи зашипел.

- Да это же Гарпина, дочь ректора.

Лицо Леи застыло. Все правильно. У такого, как граф Бритт, должна быть женщина. Настоящая аристократка, красивая, состоятельная.

- У них все серьезно? – Лея бросила на подругу настороженный взгляд.

- Откуда я знаю, странная ты какая-то. Идем.

Придя домой, Лея схватилась за учебники. Бросила на кровать сборник по травоведению, за ним прилетел на подушку первый том истории Галлезии, следом бухнулся словарик древних пагистян.

Кэтлин с любопытством хмыкнула, но промолчала, у нее и свои дела есть. И все же, некую странность, отмеченную ею, она заметила. Слишком уж красноречиво было любопытство ее подруги по отношению к Бритту.

Кэтлин помнила о том, как две недели назад случайно увидела, как Бритт и Лея о чем-то разговаривали на пятачке аллейки, в уединенном месте парка. Подруга явно навешала ей лапши на уши, рассказывая, что магистр прочел ей лекцию о теплообмене во время тренировок в осенне-зимний период.

Странно-странно!

И в воскресенье, когда Кэтлин убежала в библиотеку, то, вернувшись домой, не обнаружила соседку в комнате. Та пришла через час, мало, что объяснив. А девушку, между прочим, за несколько часов до этого, чуть не кокнули направленным ударом из боевого артефакта. И спас ее… О, кто бы сомневался! Да-да, магистр Бритт. О-о-очень любопытно!

На тумбочке, в углу, заворочался вороненок. Лея вскинула голову.

- Он же голодный.

- Нельзя. Он должен быть голодным.

Лея осуждающе уставилась на артефактницу.

- Да ты…

- Ой-ой! Ничего с ним не случится, потерпит. Сейчас создам нужный композит, сплету магнетический щит, чтобы не разорвало несчастную птичку, десять минут – и в лабораторию, - Кэтлин с заумным выражением лица поджала губки, явно пародируя почетного академика Коина с кафедры артефакторики. Потом посмотрела на подругу… И расхохоталась. – Ты почему такая наивная! Процедура совершенно безопасная. Если не веришь – идем вместе.

Лея недоверчиво посмотрела на часы – половина восьмого вечера.

- Здание закрывают в десять, так, что, успеем.

- Ладно, - Лея скинула с колен покрывало, встала с кровати.

- Десять минут меня не отрывай.

На улице окончательно стемнело. Дорога до корпуса искрилась фонариками, в лучах которых плавали снежинки. Изредка попадались студенты, глазеющие на клетку с вороненком и на двух симпатичных девчонок.

- Быстро, - Кэтлин поторопила Лею.

- А если встретим кого-нибудь на кафедре?

- Проскочим. Главное, чтобы в лаборатории никого не было.

Коридор, ведущий в лабораторию, был пустынен. Горел один бледный фонарь, мигающий фосфоресцирующим бликом.

- Это специально, чтобы чужие нос не совали, сигнал-охрана, держи, накинь на плечи, - Кэтлин протянула яркий шарфик, с виду обычный. Но, как поняла Лея, только с виду. Возможно, в него вплетены опознавательные чары, определяющие – «свой-чужой». У подруги оказался собственный ключ. Она открыла дверь лаборатории, и они вошли внутрь.

- Держи пока птицу и не мешай.

Лея огляделась. Лаборатория – класс. Сногсшибательно до дрожи в пальцах. В углах – баки, или бочки, высотой в человеческий рост, с глянцевыми, хромированными боками, утыканные барашками кранов и хронометрами, на широких полках – непостижимая уму посуда из чистого хрусталя и божелейского стекла, сверкающая разноцветными гранями.

Кэтлин как раз подхватила одну такую посудину и утащила в дальний угол, где стоял треножный столик.

- Сядь, не мельтеши, - шикнула артефактница. – Дай птицу, и, пожалуй, отвернись. А то… ненадежная ты, еще в обморок грохнешься.

Вот зачем она это сказала. Отдавать птицу резко расхотелось. Лея прижала к груди клетку. Вороненок, точно что-то учуяв, тревожно закряхтел. Умная птичка, догадливая.

- Ле-е-я, - по-змеинному прошипела подруга и с некоторым усилием отодрала пальцы Леи от клетки. – Не паникуй, все идет по плану.

Клетка оказалась на треножнике, а рядом засветилась сфера. Большая такая сфера, размером с аквариум. Кэтлин что-то нажала, и стеклянный шар откинулся на две вертикальные половинки… А дальше, Лея зажмурилась. Может, и правда, лучше этого не видеть. Не трудно догадаться, что эта жестокая рыжая девочка сейчас поместит птицу внутрь шара, и начнет эксперимент.

Из угла, где стояла Кэтлин, раздалось жужжание. Лея еще сильнее зажмурилась и прикрыла глаза ладошками. Послышался шепоток. Заклинание на пагистянском.

Прошла минута, жужжание неизвестного прибора медленно нарастало. Голос Кэтлин, из шепота, перерос в густой, насыщенный распевный говор. По коже Леи пробежали мурашки размером с пауковидных муравьев…

Лучше бы она осталась дома, а за птичку – да просто помолилась бы за нее, чтобы несчастную спасти Небесные Сестры, защитницы тварей и живности. Сколько же еще это продлится? Уже прошло две, три минуты, четыре... Ох, Кэтлин, Кэ…

-О! Фаллари дариви!

Нет, это было не заклинание. Лея знала, что это типичное ругательство на пагистянском. Когда-то, в древности так посылали далеко-далеко злых духов.

- Что? Кэтлин, что?

Кэтлин молчала. Потом сдавленным голосом сказала:

- Метаморфонцо пария… И где я ошиблась?

Лея раздвинула пальцы на ладошке и открыла один глаз.

- Заррраза, - вырвалось. – Это кто?

Девушка медленно встала с табурета, на котором сидела, и с опаской подошла к треножному столу. В стеклянной сфере, поскребывая волосистыми лапками, сидело что-то… Что-то пятнисто-бело-черное, с мягкой шерсткой… А где перья, где птица?! Лея изумленно застыла, разглядывая чудо-зверька с мордой горгульи, но такими нежно-наивными глазами, что рука потянулась...

- Лея! – Кэтлин перехватила ладошку. – Я сама.

- Стой… Тоже мне, создатель. – Лея приблизила лицо в стеклянной сфере. Существо прикрыло глазки, вновь открыло, и «кхекнуло», так ласково, так жалобно.

- Не верю, - сердито фыркнула Кэтлин. – Так, горгуло-кош, укроем-ка мы тебя «сетью подчинения». Вот так.

Артефактница повела кистью, ладони описали круг. И в воздухе сверкнула сеть, опустившаяся на стеклянный шар. Кэтлин нажала кнопку на стабилизаторе, стоявшем рядом, и полусферы мягко откинулись. Сеть подчинения моментально окутала зверька, но тот и не сопротивлялся. Вскинул рожками на лбу, вытянул губы, точно собрался пожаловаться, и открыл рот… сверкнувший двумя рядами остро заточенных зубов.

- Ах ты красавчик, - восхищенно усюсюкнула Кэтлин и смело вытащила его из сферы. Красавчик мило потерся о ее руку. Нежненько так, словно котенок.

- Ага, подлиза, так я тебе и поверила, - ласково скривила нос девушка. – Проверим-ка мы тебя на агрессивность.

Придерживая на локте зверька, Кэтлин открыла дверцу массивного металлического бака, стоявшего в углу, и решительно засунула шерстяное чудо в его полость. Закрыла, потянула реле, отвернула кран.

Лея внутренне содрогнулась. Бедный-бедный горгуло-кош! Кто бы ты ни был. На панели сверкнули огоньки, пробежали по обозначенной шкале. Кэтлин хмуро сощурилась.

- И? – Осторожно спросила Лея. Подруга пожала плечами.

- Пока все нормально, уровень агрессивности не превышает показателей для молодняка, даже для молоди хищников. Он же птенец. Так, что… А вот и нужные цифры. Мда, любопытно, нужно срочно искать Хоуди, - в голосе почувствовалось волнение.

- Почему?

- Завершается настройка заклинания верности. Еще несколько минут – и он начнет страдать по Дану. Возможно, будет орать, как резаный, возможно, впадет в апатию. Не знаю. Все, вперед, ищем Хоуди, где бы он ни был. Впрочем, зверь скоро начнет его чувствовать сам, надеюсь, даст понять – где искать.

- Ох, - выдохнула Лея и кивнула.