Мой рай цвета "Индиго"

Глава 1

Муха. Жирная чёрная муха села на край тетради и стала потирать лапки. Алекс задумалась: где это чёртово насекомое находилось пять минут назад? Мусорный бак? Собачьи экскременты? Разлагающаяся плоть? Резким движением девушка смахнула насекомое и тряхнула головой, отгоняя навязчивые образы.

— … в седьмом веке до нашей эры психология была частью философии и являлась учением о душе…

Голос педагога звучал словно из-под воды: глухой, низкий, монотонный. История психологии — единственный предмет, который Алекс не могла понять. Слова будто пролетали мимо, не оставляя никакого осадка на подкорках сознания.

— … и только к семнадцатому веку под влиянием биологии…

Александра попыталась вникнуть в суть лекции, но сконцентрироваться не получилось. Внимание то и дело возвращалось к мерзкому жужжанию.

— … психология стала самостоятельной наукой...

Муха взлетала все выше, выписывая виражи и дразня. Алекс казалось, что эта стерва улыбается. Через мгновение жужжание стихло, и вокруг разлился вакуум: ни звуков, ни движения воздуха. Ничего. Александра подняла голову — прямо над ней замигала лампа, около которой виднелась подвижная чёрная точка. Двукрылая летала вдоль светильника, то приближаясь к девушке, то снова возвращаясь обратно. Словно пыталась о чём-то сказать.

“А что, если…”

Алекс сглотнула. К горлу начала подкатывать тошнота. Вкус жареной картошки, съеденной на обед, ощущался во рту. Воздух стал настолько тяжёлым, что лёгкие перестали справляться

— … таким образом психология, как наука, проделала долгий путь становления…

Вдруг вакуум заполнился звуками. Резкими, яркими. Кто-то жевал жвачку, сочно причмокивая. Кто-то стучал ручкой по столу. А проклятая муха продолжала биться в толстое стекло лампы университетского освещения.

— Итак, кто сможет ответить, в каких годах произошло разделение психологии на отдельные школы? — Пётр Алексеевич обвёл взглядом аудиторию и сделал паузу в ожидании ответа. — Максимова?

Услышав свою фамилию, Алекс вздрогнула. Она смотрела на лектора стеклянными глазами, пытаясь справиться с тошнотой.

— Саша, с тобой всё в порядке? — голос преподавателя смягчился.

Алекс выдавила глухое “да” и промямлила что-то про тридцатые годы двадцатого века. Ответ лектора устроил и тот продолжил свой монолог.

“Пронесло”.

Жужжание становилось всё настойчивее: муха истерично билась о лампу. Алекс подняла взгляд и уставилась на насекомое. Лампа моргнула снова. Щелчок. Ещё щелчок. Вспышка света. Алекс казалось, что она слышит движение тока, но на звук больше никто не реагировал. Ни одногруппники, ни Пётр Алексеевич. Ни один человек. Алекс закрыла глаза дрожащими руками и сделала глубокий вдох, пытаясь предотвратить очередную паническую атаку.

“Только не сейчас! Не у всех на глазах”.

Секунда, и девушке начало казаться, что стены стали двигаться. Ещё чуть-чуть и они похоронят заживо двадцать ничего не подозревающих студентов. Александра зажмурилась и начала нервно стучать пальцами по столу.

“Это нереально”.

Стало жарко. Стены приняли обычный облик, но на смену пришёл новый страх. Пожар. Короткое замыкание. Девушка знала, что эвакуационные выходы закрыты на замок, на окнах универа решётки. Эта тема не раз поднималась среди студентов, но результата не последовало. Охранник упорно продолжал носить ключ от пожарного выхода с собой, чтобы у учеников не было возможности прошмыгнуть мимо главного входа. Алекс посмотрела на пожарную сигнализацию, не подававшую признаков жизни, и с шумом выдохнула. Она начала раскачиваться на стуле взад-вперёд, не в силах контролировать своё тело.

“Это только в моей голове”.

Реальность начала искажаться. Кабинет становился слишком длинным, чтобы успеть покинуть его до наступления опасности. Неожиданно за окном послышался сильный грохот, и Алекс поняла — нужно срочно спасаться!

“Они и так считают меня психом”.

Алекс запустила руки в угольно-чёрные волосы и с силой сжала голову, пытаясь вернуть контроль над собой. Она пыталась поднять руку, но конечности плохо слушались. Сделав несколько глубоких вдохов, девушка попросила разрешение покинуть кабинет. К счастью, лектор одобрительно кивнул и неспешно продолжил рассказ про историю психологии.

Путь от последней парты до выхода оказался целой полосой препятствий. Голова кружилась, и девушку качало из стороны в сторону. Алекс пыталась удержаться за парты, но руки то и дело соскальзывали. Почти дойдя до цели, она запнулась о чей-то рюкзак и с грохотом повалилась на пол. После чего поднялась и выскочила в коридор под косые взгляды и смешки одногруппников.

Александра забежала в ближайший туалет. Она открыла окно нараспашку и прислонилась лбом к холодному стеклу. Прохладный осенний воздух касался её щек, пробирался за ворот рубашки, помогая избавиться от тревоги. В голову всё ещё лезли мысли о возможных катастрофах, что могли случиться в этот момент. Но девушка знала точно — всё это не имеет никакого смысла, ведь это всего лишь игра её воображения. Жестокая, насмешливая игра. Посмотрев вниз, Алекс поняла причину грохота — экскаватор. За школой всего навсего меняли трубы.

“Тебе ничего не угрожает”.

Алекс пыталась успокоиться. За несколько лет она научилась возвращаться в реальность достаточно быстро. Могла справиться с атакой самостоятельно, без участия “Скорой Помощи”, приезд которой только раззадоривал одногруппников.

Александра подошла к зеркалу и бросила взгляд на своё отражение. В ярко-зелёных глазах читалась усталость, пухлые губы побледнели, и лишь крупные веснушки старательно пытались скрыть потускневшую кожу лица. Рыжие волосы девушка старательно прятала под слоем чёрной краски, но от каштановых веснушек не спасала даже тонна тоналки. Алекс давно перестала пытаться замазать “поцелуи солнца”, как называла веснушки её мать.

Склонившись над раковиной, Александра умылась ледяной водой. Вдох, выдох. Головокружение начало отпускать. Контроль над телом возвращался. Сердцебиение выравнивалось. Алекс прислонилась спиной к обшарпанной стене и простояла так ещё несколько минут. Как только почувствовала, что паника отступает, не спеша вышла из уборной и направилась в сторону аудитории.

— Эй, Матильда! Опять с белым другом обниматься ходила? — колкая фраза донеслась с последней парты, едва Алекс вошла в кабинет, и ребята в аудитории засмеялись.

“Словно гиены”.

— Заткнись, придурок! — прошипела Алекс, обращаясь к самому популярному парню в классе. Она давно привыкла к подобному сравнению. Александра на самом деле была очень похожа на главную героиню фильма “Леон”. Та же стрижка: каре с чёлкой, тот же цвет волос, невысокий рост и худощавое телосложение. Та же ненависть к матери. Как и Матильда, Алекс питала теплые чувства к маленькому мальчику. Но в отличии от героини фильма, он не был её братом. Алекс подрабатывала няней, помогая матери Дена пытаться растить сына в одиночку.

Едва Александра успела вернуться на своё место у окна, прозвенел звонок, и ребята стали собирать вещи. Кто-то шептался, глядя из-за спины. Кто-то даже не пытался скрыть презрительной улыбки. А кто-то и вовсе издал звук, похожий на опорожнение желудка, отчего вся группа залилась хохотом.

“Стадо идиотов”.

Алекс раздражённо кинула учебник в сумку и поспешила выйти из кабинета.

— Саша, останься, пожалуйста, — серьезным тоном попросил преподаватель, сооружая из своих бумаг аккуратную стопку и не глядя девушке в глаза.

Александра села напротив Петра Алексеевича и стала с интересом рассматривать трещинки на лакированной поверхности парты. К этому моменту все студенты уже покинули аудиторию. Лектор посмотрел на девушку исподлобья, глубоко вздохнул и размеренным тоном произнёс:

— Я бы хотел поговорить с твоей матерью. Хочу предупредить тебя, что сегодня отправлю ей официальное приглашение по мейлу.

Алекс заёрзала на стуле. Ей совершенно не хотелось приводить сюда мать, которая за три года обучения дочери в институте, ни разу не посетила ни одного родительского собрания. Для этого не было ни единого повода. Вся кафедра знала, что Алекс — дочь лучшего психотерапевта Питера, поэтому по каждому предмету студентку тащили, насколько могли. Сказать Элеоноре Максимовой, что из её дочери не получится клинического психолога, не решался даже декан. Тем более, Элеонора каждый семестр платила круглую сумму денег за то, чтобы дочь получила психологическое образование.

— У меня проблемы? — после долгой паузы неуверенно промямлила Алекс и во рту тут же пересохло. Она знала, что ей нехило достанется от матери, если та узнает реальное положение дел.

— Я обеспокоен твоим состоянием, Саш. Думаю, тебе стоит показаться врачу, — лектор скрестил пальцы в замок и положил руки перед собой, расставив локти в стороны. — Уверен, Элеонора Эдуардовна сможет обеспечить тебе встречу с лучшим специалистом.

— Со мной всё в порядке,— тут же выпалила Александра и сглотнула ком в горле.

Девушка начала нервно покусывать ногти и стучать пальцами по столу. Правая нога задёргалась под партой, а дыхание сбилось. Взгляд бегал, цепляясь за предметы на преподавательском столе: футляр от очков с сальными пятнами от пальцев, замятый уголок листа с чьей-то контрольной, размытое кофейное пятно на журнале, которое явно пытались стереть, но безуспешно. Всё это было таким неправильным. Алекс показалось, что она вторглась в личную жизнь, поэтому резко перевела взгляд на доску, уставившись на термины, которые никогда не понимала.

Заметив проницательный взгляд лектора, Александра рухнула на спинку стула. Она не хотела, чтобы кто-то узнал её состояние за последние годы. Слишком много усилий было приложено, чтобы скрывать атаки на протяжении долгого времени. Даже от матери. Тем более от матери.

— И, всё же, я вынужден настаивать, — Пётр Алексеевич открыл ноутбук, набрал текст, который наверняка продумал заранее, и отправил письмо Элеоноре Максимовой по мейлу, указанному в контактах.

Алекс глубоко вздохнула и, после разрешения преподавателя, покинула аудиторию. Она шла в сторону дома и размышляла о возможных последствиях вечернего разговора. Не прошло и пары минут, как на мобильный пришло сообщение от матери:

“Что ты натворила? Будь добра, объясни мне, почему меня вызывают в университет?!”.

Александра набрала ответ:

“У меня снова панические атаки. Но тебе плевать! Ты даже не можешь допустить мысли, что сама являешься причиной их возникновения! Ах да, я забыла, тебе совершенно некогда об этом думать, ты же грёбаный-супер-мега-лучший-психотерапевт, который помогает всем, кроме своей дочери!”

Девушка несколько раз прочитала текст на экране, стёрла его и написала:

“Я неважно себя почувствовала на лекции. Пётр Алексеевич хотел с тобой это обсудить. Ничего страшного, мам. Простая формальность. Ты же знаешь, правила и всё такое.”

Алекс нажала кнопку “отправить” и с шумом выдохнула, понимая, что у неё никогда не будет доверительных отношений с матерью.

“Надеюсь, ты не беременна. Потому что, если это так, я откручу голову ублюдку, который сделал это, голыми руками!”

Отключив звук уведомлений, Алекс бросила телефон на дно сумки после чего со злостью пнула лежащий на дороге камень. Она не торопясь шла по городу, аккуратно ступая на опавшие листья. Через час начиналась её смена в кафе, где она подрабатывала официанткой, и хоть времени было предостаточно, заходить перед работой домой девушка не собиралась.

***

— И что будешь делать? Ну, если мать узнает про твоё состояние? — Яна стояла за прилавком и расставляла чистую посуду по местам.

Смена в кафе подходила к концу. Остальные сотрудники уже отправились по домам, а Алекс с подругой остались наводить порядок в зале.

— Думаю, её не обрадует новость о том, что её дочь... Как бы помягче сказать... Э-м-м, псих? — Алекс закатила глаза, поправляя книги на полках для буккроссинга. — Это же подкинет ей дополнительных проблем. Дочь психотерапевта с психическими расстройствами. Можешь себе представить? Придётся же что-то делать и решать. Объяснять коллегам, в конце концов. А у неё…

— ...совершенно нет на это времени, — закончила за Алекс бариста.

— Именно. Ставлю на то, что она просто сдаст меня в психушку. — Александра подняла руки вверх, изображая поражение.

— Там то тебя и будет ждать твой верный друг, — Яна прыснула и бросила взгляд на паренька за дальним столиком, которого совершенно не смущала надпись “закрыто” на дверях заведения. Он допивал чашку давно остывшего кофе и с упоением читал весьма потрёпанного Кинга.

Парнишка приходил сюда каждый день с тех пор, как Алекс устроилась работать официанткой. Яна рассказывала, что он и раньше появлялся на пороге кафе, но делал это не с таким постоянством. Сейчас же он не пропускал ни одной вечерней смены девушек.

Паренёк никогда ни с кем не разговаривал, не торчал в телефоне, как типичные посетители, не носил с собой ноутбук. Каждый божий день он брал большую кружку кофе и просто потягивал его на протяжении всего вечера, жадно глотая книги, одну за одной, вплоть до закрытия заведения. В конце дня парниша аккуратно ставил книгу на полку, улыбался Александре и молча выходил на улицу. Он ещё долго стоял возле закрытой двери кафе, после чего уходил вглубь кварталов. И так повторялось день ото дня. Никто не знал его имени, кто он и откуда. Он словно был тенью, которую никто не хотел замечать.

— Эй, нам пора уходить, — крикнула Яна через весь зал, обращаясь к незнакомцу.

Парнишка вздрогнул и огляделся по сторонам. Закрыл “Мизери”, встал из-за стола и потянулся. Пустую кружку поставил на барную стойку, а книгу заботливо вернул на то же самое место, откуда взял её несколько часов назад. Задумался. Окинул полку взглядом. Поправил корешки стоявших рядом произведений Короля Ужасов, выставляя их в идеально ровную линию.

“Всем бы такое отношение к книгам”.

Кивнув бариста, парень поправил взлохмаченные каштановые кудри и направился к выходу, по пути бросая взгляд ярко-синих глаз на Алекс. Девушка смущённо улыбнулась и, как только незнакомец вышел из помещения, закрыла за ним дверь на ключ. Щелчок. Улыбка. Глаза цвета индиго. Какое-то время парнишка смотрел сквозь стекло на Александру, после чего скрылся за поворотом.

— Не был бы он таким милым, я бы подумала, что он маньяк, — смеясь, произнесла Яна.

— Я думаю, маньяки как раз-таки и скрываются под милым обличием. Иначе как им заманивать своих жертв? — ответила Алекс, нервно хихикнув. Сегодня она точно свернёт в другую сторону, чтобы случайно не встретиться со странным посетителем на ночных улицах Санкт-Петербурга.

***

— Мам, пап, я дома, — устало произнесла Алекс и бросила сумку на стул.

— Твоего отца ещё нет,— раздражённо ответила Элеонора, вытирая руки о полотенце. — Впрочем, как и последние два года, что он трахается с этой стервой.

Ни для кого не было секретом, что Илья Максимов давно променял свою жену на секретаршу, которая, к слову, обладала пышными формами. Александру всегда удивляло, как мог её папаша променять мать с её модельной фигурой на пухлую простушку. Хотя она знала ответ. Его секретарша была намного приятнее этой стервы, что приходилась ей родной матерью. Так что нет, Алекс не удивляло, что отец каждый вечер проводил в объятиях Насти. Но что было неподвластно понять подростковому уму — зачем он раз за разом возвращался в супружеский дом?

Алекс в глубине души надеялась, что мать проигнорировала приглашение Петра Алексеевича и пропустила встречу. Но брошюра психологической клиники, брошенная на обеденный стол, доказывала обратное.

— Не хочешь мне что-нибудь рассказать? — Элеонора приподняла брови, и её лоб прорезала пара глубоких морщин.

Уходить от ответа было бессмысленно, поэтому Алекс выдала матери всю правду, рассказывая о панических атаках, которые преследуют её уже несколько лет. Элеонора внимательно выслушала дочь, после чего протянула брошюру, на обороте которой карандашом было написано завтрашнее число и время приёма — 12:45. Ни сказав больше ни слова, мать скрылась за дверью своей комнаты, оставив Алекс наедине со своими мыслями. Как делала девятнадцать лет до этого.

Глава 2

— Что ж, на самом деле, в этом нет ничего страшного. Панические атаки успешно лечатся, если вовремя обратиться к специалисту, — тучный мужчина с фамилией Лобанов на двери кабинета сидел напротив Элеоноры и внимательно изучал анкету, которую Алекс заполнила за полчаса до приёма. — У нас есть целая программа для таких как вы, Саша. — Он поднял взгляд на девушку и расплылся в улыбке.

“Для таких, как вы”, — мысленно повторила Алекс, будто пробуя слова на вкус. Они отдавали ноткой пренебрежения и отвращения.

— Для начала я предлагаю пройти полное обследование, раз уж вы упомянули головные боли и обмороки. Нам нужно разобраться с причиной их возникновения, заглянуть в недра вашего головного мозга, так сказать, — врач рассмеялся, будто выдал лучшую шутку за всю свою жизнь. Пронзающий взгляд Элеоноры и её каменное лицо заставили доктора взять себя в руки. Он прочистил горло и продолжил серьёзным тоном, — Прямо сейчас жду вас в кабинете томографии.

Лобанов не без труда поднялся со стула и неспешно направился к выходу, жестом указывая Алекс следовать за ним. Элеонора осталась ждать в коридоре. Вытащила из кармана мобильный и открыла рабочие переписки. Она всегда так делала, когда не хотела участвовать в жизни дочери. Проще всего сбежать от решения проблем под предлогом важных рабочих диалогов.

— Не переживай, обследование абсолютно безопасно. — Произнесла молодая ассистентка, заметив, как Алекс, переминаясь с ноги на ногу, смотрит на аппарат МРТ. — Если у тебя нет кардиостимулятора или металлических имплантатов, тебе не о чем беспокоиться.

Ассистентка протянула Александре одноразовую сорочку и попросила надеть её поверх одежды, а также снять все металлические предметы и проверить, нет ли на одежде металлических кнопок и молний. Алекс с раздражением посмотрела на любимые рокерские джинсы с цепочкой наперевес, и через секунду они уже лежали на стуле, рядом с шипованным кожаным браслетом и парой массивных колец. Единственное, о чём мечтала Алекс в этот момент, что доктор-пухлые-щёки не явится сюда до того, как джинсы вернутся на своё законное место.

Ева (именно так гласила надпись на бейджике лаборанта) протянула Алекс наушники и указала жестом на кушетку.

— Это от шума, — уточнила она. — Ложись.

Алекс неуверенно забралась на кушетку и, приняв горизонтальное положение, зажмурилась от яркого света ламп. Ева помогла ей зафиксировать голову в специальном удерживающем устройстве и попросила сохранять неподвижное положение головы, чтобы ненароком не исказить данные.

“Разве в этом шлеме вообще возможно шевелиться?”

— Если тебе станет некомфортно, дай мне знать. Я буду вон за тем стеклом наблюдать за процессом. — Ассистентка указала на стену за её спиной. — Можно будет отключить аппарат, если возникнет необходимость.

Алекс еле заметно кивнула и прикрыла глаза. Ева подвинула кушетку, и голова Александры оказалась внутри огромного барабана.

“Как будто в стиральную машинку засунули”.

Пульс начал учащаться. Алекс сделала два глубоких вдоха и выдоха, стараясь расслабиться. После утвердительного ответа на вопрос лаборантки, готова ли Алекс к обследованию, Ева скрылась за дверью, оставляя девушку в одиночестве.

На пару секунд в комнате воцарилась тишина, но сразу за ней последовал гул — включился томограф. Алекс мысленно поблагодарила ученых, что те придумали наушники. Без них можно было свихнуться. Девушка лежала с закрытыми глазами и слушала, как собственное дыхание отдаётся в ушах гулким эхом.

Минуты тянулись бесконечно. Мысли Алекс бросало то к отцу, которого она не видела уже несколько дней, но который был ей так необходим последнее время, то к контрольной, которая должна была состояться на следующей неделе, то к странному парню с его глазами цвета индиго.

Казалось, прошла уже целая вечность, как в помещении начал моргать свет. Несколько раз комната то погружалась во тьму, то снова освещалась яркими лампами. Сквозь мелодичный гул аппарата Алекс начала слышать чьи-то голоса, они шептались: одни звучали громче, другие тише.

— Она готова?

— Пришло время…

— Думаете, она справится?

— Ей не уйти от этого…

Алекс попыталась повернуть голову, но ничего не получилось. Она не могла понять, кому принадлежали эти голоса. Да и были ли они на самом деле, или это вновь проделки подсознания. Гул голосов усилился, сложно было понять, где голоса, где шум прибора. Алекс напряглась, ей стало некомфортно. Внезапно раздалось несколько щелчков на панели управления томографом, но аппарат продолжил работать. По затылку девушки пробежал холодок.

— Эй! Там всё нормально? — Крикнула Алекс в сторону окна в стене, но ответа не последовало.

“Молчание… silence… silence…” — разнеслось по комнате.

В ту же секунду в комнате стало темно. Гул прекратился. Раздался резкий щелчок, лампы заморгали, и из блока управления аппарата посыпались искры. Томограф снова заработал, а издаваемый им звук стал напоминать свист турбины самолета. Голову словно сдавило тисками, боль сковала Алекс настолько, что она взвизгнула. Студентка попыталась выбраться из аппарата самостоятельно — тщетно! Поэтому она стала кричать во всю глотку, призывая кого-нибудь на помощь. Томограф в то же время продолжал набирать обороты, увеличивая мощность. Внезапно в глазах Алекс потемнело. Руки и ноги стали ватными: она больше не могла ими шевелить. После потери контроля над телом, разорвалась и связующая с разумом нить.

“Тук. Тук. Тук.”, — кровь пульсировала, сковывая виски острой болью. Алекс снова слышала голоса. Они доносились откуда-то далеко, словно девушка находилась глубоко под водой.

— Ты слышишь меня? — голос был похож на Элеонору. — Алекс, дочка?!

Нет, это не может быть Элеонора. Мать никогда не называла так Алекс. Голос звучал всё настойчивее и ближе.

— Саша, если ты нас слышишь, сожми пальцы в кулак. — похоже на толстяка, как его? Кабанов… Абрамов… Лобанов?

Алекс попыталась пошевелить пальцами. Едва ли можно было назвать результат кулаком, но все, кто находился вокруг, облегчённо выдохнули. Слух начал постепенно возвращаться, и Александра узнала в голосах свою мать, отца и доктора, который привёл её в эту комнату пыток. Открыть глаза получилось лишь через несколько минут. К тому же моменту вернулась и память.

От нахлынувших воспоминаний Алекс вздрогнула и поспешила принять вертикальное положение. Она с трудом села на кровати, свесив бесчувственные ноги. К ней тут же подошёл отец и крепко сжал в своих объятиях.

“Корица. Он только что от Насти”, — единственное, что выдали мысли Алекс, когда она вдохнула запах отцовской ветровки. Но ей было на это наплевать. Она обняла отца за шею и обессилено повисла на ней.

— Тебе нужно отдохнуть. — обеспокоено произнес доктор-пухлый-Лобанов.

— Что случилось? Свет моргал и… Я звала на помощь, но… Никто не отвечал… — Алекс пыталась привести мысли в порядок, но выходил лишь набор слов. — Что случилось с той девушкой из комнаты за стеклом? — выпалила Алекс, собравшись с мыслями.

Взрослые многозначительно переглянулись. Из-за жуткой головной боли, Алекс не могла сфокусироваться. Она наблюдала за бесформенными силуэтами, стараясь уловить обрывки информации.

— Дочка, милая. — Алекс распознала голос матери. С каких пор она так к ней обращается? — Произошло кое-что… непредвиденное.

Из последующего потока информации Алекс поняла, что произошел скачок напряжения и случилось короткое замыкание. Ева потеряла сознание от сгустка статического электричества. Поэтому не пришла Александре на помощь. В аппарате МРТ также произошел сбой. Когда персонал понял, что что-то случилось, они тут же сбежались к томографу, в котором Алекс лежала уже без сознания. Аппарат отключили, а Алекс и Еву срочно доставили в реанимацию.

— С Евой всё хорошо, её состояние оценивается, как стабильное. — подытожил доктор. — Её, как и тебя, недавно перевели в обычную палату.

— А что со мной? — впиваясь руками в виски, чтобы сдержать нарастающую боль, спросила Алекс.

— А тебе нужно отдохнуть! — Элеонора с упрёком взглянула на мужа и продолжила, не дав врачу сказать и слова. — Папа отвезёт нас домой.

— Элеонора Эдуардовна, я бы советовал…

Лобанов не успел договорить, как Элеонора выпалила:

— Дома и стены лечат. Одевайся, Саша. — бросила мать и поспешила выйти из помещения.

От больничных стен Алекс потряхивало, поэтому она не стала сопротивляться, когда отец помогал ей одеваться. Боль накатывала волнами, то сковывая виски, то давая отдышаться. Всю дорогу до дома Александра провела в полулежачем положении на заднем сиденьи отцовской десятки. А как только голова коснулась любимой подушки, девушка провалилась в глубокий сон.

Глава 3

— Может, пора её разбудить? — женский голос звучал очень близко. — Прошло уже семнадцать часов.

— Ради всего святого, оставь её в покое! — донёсся бас откуда-то издалека. — Ей нужно время восстановиться.

Алекс не без труда открыла глаза. Свет ослеплял. Окно её комнаты выходило на восток, а значит, сейчас утро. Как только взгляд сфокусировался, Алекс заметила обеспокоенный взгляд матери, сидящей на краю кровати, и улыбку отца, который стоял, облокотившись на дверной косяк.

— Доброе утро, принцесса! — с теплом произнес Илья.

— Ты знаешь, что я терпеть не могу, когда ты меня так называешь! — нахмурила брови Алекс, но тут же расплылась в улыбке. Ей нравилась отцовская забота, но она всеми силами пыталась доказать обратное.

Так было не всегда. Когда Александре было пять, она любила проводить время с отцом. Ей нравилось быть принцессой. Милой. Нежной. Стены комнаты украшали обои с мишками в розовых бантах, которые они выбирали вместе с папой. Илья исполнял любые капризы дочери, чего бы ему это ни стоило. Перед сном отец укрывал Алекс розовым одеялом, нежно целовал в нос и шептал, как сильно любит. Смеялся, когда держал её за руки и крутил в только им известном танце. После чего сжимал дочь в своих объятиях, а Алекс утыкалась в двухдневную щетину, щурилась и хохотала, затем тихо шептала: "Я люблю тебя, папочка!".

Стены этой комнаты помнили больше, чем сама Александра. С тех пор здесь многое изменилось. Вместо мишек на стенах теперь серые обои с плакатами любимых рок-групп, а на лице отца прибавилось морщин. Но он всё так же стоит, облокотившись на косяк, как и четырнадцать лет назад.

— Разве я похожа на принцессу? — Алекс задрала рукав пижамы и продемонстрировала плотно забитую татуировками руку, отчего Элеонора цокнула, а Илья рассмеялся.

Александре было стыдно признаться, что она любит отца больше матери. Но это было правдой. Илья был для Алекс идеалом, несмотря на то, что он никогда не был порядочным семьянином. Татуировки и пирсинг были сделаны наперекор матери, а отец всегда поддерживал дочь. Что бы она ни сделала. Ни рваные джинсы, ни цепи и украшения в виде черепов не могли вывести Илью из себя. Чего нельзя было сказать об Элеоноре. Мать была против краски для волос, что уж говорить обо всём остальном.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила Элеонора. Она сканировала дочь взглядом, будто пыталась найти видимые повреждения или сбой в программе.

— Кажется, эм… неплохо. — Алекс прислушалась к своим ощущениям и с радостью обнаружила, что головная боль отступила.

— Вот и замечательно! — мать хлопнула в ладоши и вскочила с кровати. — Тогда жду тебя в столовой! Я приготовила блинчики.

Проходя мимо мужа, Элеонора бросила на него брезгливый взгляд и добавила:

— Вас обоих. Жду вас обоих.

Илья кивнул, пропуская жену, после чего подошёл к Алекс, сел на пол рядом с кроватью и поцеловал дочь в лоб.

— Расскажешь, как ты оказалась в отделении психиатрии? — аккуратно начал отец.

Алекс с шумом выдохнула и упала обратно на подушку. Спрятавшись под одеялом с головой, она грустно застонала.

"Это моя вина. Из-за меня она оказалась там", — зазвучал голос отца слишком близко, словно их не разделяло байковое одеяло. — "Если бы я уделял дочери побольше внимания, ей бы не понадобилось лечение", — продолжал отец.

— Почему ты так думаешь? — Алекс вынырнула из своего убежища и посмотрела отцу в глаза.

— Ты о чём? — Илья глядел на дочь и хлопал длинными рыжими ресницами.

— Почему ты считаешь, что виноват в том, что со мной произошло?

— Я этого не говорил… Погоди… Что? — заикаясь начал отец. — Слушай, пойдем позавтракаем. Мы оба ничего не ели со вчерашнего дня.

Илья потряс головой, словно пытаясь избавиться от назойливой мухи, резко вскочил и направился в сторону выхода. Алекс смотрела ему вслед, раскрыв рот и пытаясь понять, что же сейчас произошло.

“Сейчас опять приведут этого мальчишку. Мой дом что, похож на детский сад?!” — голос матери был раздражённым. Когда Александра вслед за отцом вошла на кухню, Элеонора стояла к ним спиной, нервно намывая посуду.

— Вообще-то мне за это платят. — С возмущением выпалила Алекс. — И к тому же, мне нравится Ден. Он смешной и… — Алекс замялась. — Любит меня. Вроде бы. — Девушка села за стол, подвинув к себе сгущёнку.

— Алекс, ты опять болтаешь по телефону? Я же просила тебя убирать гаджеты подальше, когда мы садимся обедать! — вспыхнула Элеонора. Она швырнула тарелку в раковину, выключила воду и повернулась к дочери. В кухне воцарилась звенящая тишина.

— Я не… — начала Алекс, но тут же осеклась. В её ушах громко зазвучал голос отца.

“И она ещё спрашивает, почему я не могу с ней жить. Мигера!”

Алекс уставилась на мать, ожидая ответной реакции, но та уже расставляла на стол тарелки с блинами, игнорируя замечание мужа.

“Когда этот ублюдок наберётся смелости и свалит из этого дома к своей жирухе?! Пусть она кормит эту свинью!” — мать была на взводе, хотя внешне этого не было видно.

— Мам! — со злостью выкрикнула Алекс, от чего Элеонора резко подскочила. — Выбирай выражения!

Мать и отец с недоумением уставились на Александру. Элеонора то окрывала рот, то снова закрывала, поджимая губы. Она с вызовом посмотрела на Илью и выпалила:

— Нам нужно поговорить. — глаза матери сверкнули. — Наедине.

Илья бросил на дочь неоднозначный взгляд и вышел из кухни вслед за женой. Через несколько минут дверь квартиры захлопнулась. Мать вернулась и, сияя неестественной улыбкой, произнесла:

— Отец пошёл в аптеку, чтобы купить лекарства, рецепт я выписала. — Она взяла полотенце и начала его нервно сжимать в руках. — Последнее время ты немного… хм… агрессивная.

— Это я агрессивная?! — крикнула Алекс. — Да вы с отцом терпеть друг друга не можете, так будьте добры, выясняйте свои отношения где-нибудь подальше от меня! С меня хватит!

Алекс вскочила из-за стола, опрокинув стул, и тот с грохотом упал на кафельный пол. Схватила куртку и вылетела из дома, едва не сбив соседку, державшую за руку Дена на пороге их квартиры. Белокурый мальчишка с удивлением смотрел вслед своей няне.

— Простите! У меня сегодня выходной! — бросила, не останавливаясь, Алекс и прыгнула в лифт, поспешно нажимая кнопку первого этажа.

***

Алекс шагала по улицам Питера, яростно передвигая ногами. Будто эти резкие движения способны были унять её боль. Никто не знал, что она чувствовала. Никто не мог ей помочь. Алекс была сама по себе. Так же, как и всегда. Когда мать назначили заведующей психиатрии, она все свои силы стала отдавать работе. Элеоноре некогда было заботиться о дочери, вникать в её проблемы и беспокоиться о её состоянии. Спустя полгода отец стал задерживаться в офисе, наслаждаясь обществом Насти.

Их никогда не было дома. Родителей. Ни в день, когда пришли первые месячные, и Алекс проплакала на полу ванной, думая, что умирает. Ни когда самый популярный мальчик в классе, в которого Алекс была тайно влюблена, обвинил её в излишней помешанности на учёбе. В тот вечер фраза “Что здесь делает эта заучка? Вали в свою библиотеку, не мешай нормальным ребятам отдыхать!” стала решающей. После неё Алекс поклялась никогда в жизни не ходить на вечеринки и не доверять людям. Она сдержала своё обещание. Алекс стала изгоем, жившим в своём мирке. Ей так было удобно. Когда ты одинок, у тебя нет шансов быть отвергнутым.

Изменить внешность Алекс решила после очередной шутки одноклассников. Ей не хотелось быть “рыжей-конопатой”. Да и с лопатой она имела дело только на школьных отработках. Длинные кудри превратились в каре. Лицо спряталось под чёлку, а огненный цвет волос проиграл перед иссиня-чёрным. Тело покрыли татуировки, а наушники с тяжёлым роком стали лучшими друзьями.

С изменением внешности Алекс решилась на изменения в своей комнате. Выкинула стопку любимых научных книг. На эмоциях. О чём потом пару раз пожалела. Переклеила обои. Накупила журналов с постерами любимой группы и расклеила их не только на стенах, но и по потолку. Одиночество окутывало не только изнутри, но и снаружи. Александра нуждалась в избавлении от всего девчачьего, нежного. От всего, что могло показать её слабость. Она сильная. Она справится. Ей больше никто не нужен.

Девушка поглубже нырнула в капюшон толстовки с надписью “Alex Max”, прячась от внешнего мира. В ушах “Linkin Park”, в душе боль от потери кумира. Людей вокруг становилось больше, и голову разрывало от их разговоров. Даже самый громкий скриминг Честера не способен был заглушить шум улицы. Голоса, казалось, проникали в самую сущность девушки, и спрятаться от них было невозможно.

— Да что сегодня с вами такое?! — крикнула Алекс, резко остановившись.

На неё уставилась пара десятков глаз. Шайка школьников достала смартфоны в надежде снять очередной Тик Ток. Наверняка они уже придумали название. “Неформалка ловит шизу”, — отличный заголовок для вирусного видео. Алекс бросила на них угрюмый взгляд, и школьники с криком “дура” разбежались в разные стороны. Пожилая женщина цокнула и закачала головой, молодая мать крепко прижала к себе кареглазого малыша и поспешила перейти на другую сторону улицы.

Алекс стояла посреди проспекта и смотрела на людей вокруг. Каждый спешил по своим делам, но ни один из них не открывал рот. Честера в наушниках сменил Майк Шинода, но даже ему не удалось заглушить окружающую какофонию.

“Что это за голоса?!”

Александра закрыла голову руками и присела на корточки. Ужас, отчаянье, слезы в глазах. Пульс начал учащаться, голова закружилась и девушку окутал липкий страх неизбежной смерти.

Прошла вечность. Когда паническая атака начала отступать, дышать стало легче, и сердцебиение пришло в норму. Руки всё еще тряслись, но Алекс уже могла контролировать своё тело.

“Я схожу с ума”.

Закрыв музыку в ВК, Алекс бросила наушники в рюкзак и направилась в сторону кафе, где она могла найти единственного человека, с которым можно было поговорить.

***

— Выглядишь отвратительно. — резюмировала Яна, надувая смачный пузырь из жвачки.

Бариста налила Александре большую кружку кофе и поставила на барную стойку. Алекс обняла стакан ладонями и с наслаждением сделала два глубоких глотка капучино.

— Как здесь сегодня шумно! — с раздражением выпалила Алекс и осмотрела помещение: в кафе находилось не более десяти человек.

— Саш, тут тишина. — Яна сдвинула брови, а Алекс снова прильнула к горячему напитку.

"Походу девчонка переработала. Надо попробовать выбить ей отпуск". — голос бариста отдавал заботой и сожалением. Сожаление. Меньше всего Алекс хотела, чтобы её жалели. Она выглянула из-под капюшона и уставилась на подругу.

— Не надо меня жалеть. — Александра перекинула ногу на ногу. — И с шефом обсуждать это тоже не стоит.

— Почему не стоит? Саш, тебе реально нужен отдых, — Яна резко замолчала, затем напряглась и сдвинула брови. — Но… я об этом не говорила.

— Ну да, и про то, что надо сдать меня шефу, тоже, — фыркнула Алекс.

“Бред какой-то”

— Согласна! Потому что со мной всё в порядке! — Алекс почти перешла на крик.

“Классная задница, жаль что девка — неформал” — мужской голос прозвучал где-то рядом.

Алекс развернулась и с размаха влепила пощёчину мужчине в деловом костюме. Кофе из его стакана едва не попал на белоснежную рубашку.

— Да что вы себе позволяете?! — сквозь зубы процедил он, вытирая телефон салфеткой. Гаджету повезло меньше костюма.

“Психованная сучка”.

— Оставь в покое и меня, и мою задницу, придурок! — Алекс задыхалась от гнева. — И, между прочим, ты тоже не в моём неформальном вкусе!

Мужчина бросил презрительный взгляд, оплатил счёт и торопливо вышел на улицу. Все взгляды были обращены к Алекс. Кто-то пытался сделать вид, что ничего не произошло, кто-то сильнее вжался в спинку стула, кто-то поспешил расплатиться и уйти. Неизменным осталось лишь одно — в дальнем углу за привычным столиком сидел парень с ярко-синими глазами.

Он смотрел на Алекс, не отрываясь, и девушка тоже не могла отвести взгляд. Синева, такая глубокая и загадочная, манила и не отпускала. Алекс казалось, что она погружается в этот космос, утекает водоворотом кристально чистой воды. Ноги стали ватными. Ей показалось, что она знает парня всю жизнь. Вокруг больше ничего не существовало, остались два синих пятна среди белоснежной дымки.

“Ты ещё не поняла, да?” — голос парня был мягким и обволакивающим. От него по телу растекалось тепло, и Алекс сама не понимала, почему этот странный мальчишка так на неё влияет.

— Что, прости? — Александра стала возвращаться в реальность и поняла, что стоит возле столика синеглазого.

“Ты не поняла, что можешь читать мысли?” — произнёс парень, но губы его оставались неподвижными.

Алекс стояла с раскрытым ртом, не в силах ответить. Парень продолжал:

“Я знаю, что случилось на обследовании. Томограф дал сбой и это повлияло на твой мозг”.

— Откуда ты знаешь про МРТ? — в горле Алекс пересохло.

“Я видел это. В своих видениях”. — парень улыбнулся. — “Кстати, я — Фёдор”.

— Это шутка, да? — Алекс расплылась в неестественной улыбке. — Это всё идиотская шутка! Ты! — она указала на Яну. — Ты заодно с ним?! Мне стоило догадаться! Никогда не доверять людям — первое правило Алекс Макс!

Александра с ненавистью уставилась на бариста и сжала кулаки. Костяшки пальцев побелели. Дыхание сбилось.

— Саш, послушай. — начала Яна. — Мне кажется, тебе нужен…

Бариста не успела договорить, как Алекс рассмеялась:

— Отдых, да?! СПАСИБО! Я сыта по горло вашей заботой!

Девушка развернулась на пятках и уверенным шагом направилась к выходу. Резко перед глазами всё почернело, ноги свело судорогой, а голову сковало острой болью. Алекс упала на пол, свернулась калачиком и схватилась за лицо, издав пронзительный вопль. То же самое случилось и с Фёдором…

***

— Ну что, все готовы? — Илья уложил в багажник последнюю сумку с вещами и посмотрел на часы. — Пора торопиться! Иначе пропустим всё самое интересное!

Алекс редко видела отца счастливым рядом с семьёй. Точнее, последний раз такое случалось до появлении в его жизни любовницы.

— Дети, садимся в машину! Время повеселиться! — Элеонора сияла и искренне улыбалась.

— Слышишь, ты тоже ребёнок. — рассмеялся Ден. Он смотрел на Алекс большими карими глазами, в которых светились огоньки. — Так что послушай маму, Саш!

— Заткнись, придурок! — Алекс потрепала мальчишку за светлые кудряшки и плюхнулась рядом с ним на заднее сиденье отцовской десятки.

— Разве тебе можно меня так называть? — надменно ответил Денис. — Ты — моя няня. А няни должны избегать подобных выражений.

— Действительно, Александра! Веди себя прилично! — возразила Элеонора и подмигнула мальчишке через зеркало заднего вида.

Илья занял водительское кресло, настроил навигатор, осмотрел салон и повернул ключ зажигания.

— Я рад, что мы наконец-то выберемся и хорошенько отдохнём! — отец улыбался слишком широко, от чего Алекс напряглась, но не показала виду.

Легковушка уверенно катила по улицам города, пока её пассажиры обсуждали детали поездки. Ден мечтал о жареных сосисках, Элеонора о барбекю, Илья о ящике холодного пива, а Алекс… Алекс просто хотела побыть со всеми этими ребятами вместе. Как будто они снова семья. Алекс давно считала Дениса своим младшим братом, поэтому никогда не отказывала его матери посидеть с мальчишкой. Юля очень много работала, когда её муж погиб в аварии, поэтому Дену требовалась няня. Алекс сама вызвалась на эту работу, несмотря на загруженность в универе и вечерние смены в кафе. Она готова была пожертвовать всем ради этого негодника. Денис стал настоящим членом семьи, поэтому его приглашали на любые совместные мероприятия. И в этот раз мальчишка взвизгнул от восторга, когда Элеонора позвала его провести выходные за городом.

Ближе к выезду из города движение стало менее плотным, и Илья нажал на педаль газа. Алекс обожала скорость! Она с восторгом смотрела на пролетающие мимо дома и вдыхала тёплый осенний воздух из приоткрытого окна. Машина начала замедлять ход — светофор. Илья затормозил перед стоп-линией и посмотрел на жену. Элеонора угрюмым взглядом смотрела перед собой.

— Эй, ты чего? — Илья улыбнулся жене и положил руку ей на бедро.

Элеонора резко отстранилась и уставилась на мужа.

— Если бы ты не связался с этой сучкой, всё это могло быть правдой! — со слезами на глазах выпалила мать. — Не смей делать вид, что мы счастливая семья. Все мы знаем, что это не так.

— Мам, давай не бу… — Алекс оборвали на полуслове.

— Счастливая?! — повысил голос Илья. — Да ты уже несколько лет ходишь с каменным выражением лица! То голова у тебя болит, то устала, то настроения нет. Я устал от этого, Эль! Я хочу, чтобы рядом была нормальная женщина!

— Ну конечно! — завелась мать. — Я же ненормальная. И всё делаю не так. Ты постоянно всем недоволен, ты замечаешь?! Суп недосолен, котлеты подгорели, полы я, видите ли, не мою каждый день! Как мне это всё надоело!

Пока родители продолжали швырять друг другу претензии, Алекс обняла Дена и прошептала:

— Прости меня. Прости за них.

Она закрыла глаза и вдохнула сладкий запах мальчика. Денис обнял Алекс в ответ и ответил:

— Когда я вырасту, заберу тебя из этого дурдома.

Александра засмеялась сквозь слёзы, отпустила Дена и уставилась в окно. В этот момент позади раздался гудок. Когда Илья понял, что они всё ещё стоят на перекрёстке и мешают движению, то резко надавил на педаль газа и десятка сорвалась с места. В ту же секунду раздался удар и скрежет металла. Опель, совершающий манёвр на разрешающий сигнал светофора, на всей скорости въехал в левую часть десятки.

Наступила тишина. Её нарушал лишь невыносимый гул в ушах. Алекс повернулась в сторону, куда пришёлся удар и замерла. Вся левая часть машины была искорёжена. Среди металла можно было различить окровавленное тело Дена, свисающего из детского кресла. Было ясно, что мальчик погиб. Элеонора стонала на переднем сиденьи, а Илья оставался недвижим. Было ещё кое-что. На капоте лежало изуродованное тело парня с широко раскрытыми синими глазами.

***

— Это что сейчас было? — прошептала Алекс, придя в себя. Она всё ещё лежала на холодном кафельном полу кафе и держалась за голову.

“Ты увидела мою смерть.” — прозвучал металлический голос Феда.

Глава 4

Громкость на полную. Басы в наушниках притупляли мысли. Глушили. Алекс бежала по вечернему городу, задыхаясь, кашляя. Картина мира размылась слезами. Люди стали сплошной серой массой. Питер — однородным пятном. Ноги несли на автомате. Алекс не понимала, куда она бежит, но точно знала, что бежать надо как можно дальше. Голоса людей пробирались под кожу, залезали в самые дальние уголки души. От них невозможно было спрятаться. Чужие мысли, как липкий язык неведомого существа, заползали в уши, игнорируя вопли любимого солиста.

Когда на горизонте забрезжила водная гладь, Алекс бросилась к ступенькам, села на самую нижнюю и обхватила колени руками. Нева была неспокойна. Сотни капель попадали на одежду, остужали лицо , отчего Александра начала приходить в себя. Алекс достала телефон из заднего кармана джинс и попыталась сфокусироваться. Вайбер разрывало от сообщений. Уведомления показывали десятки пропущенных.

“Саш, ладно, можешь не брать трубку, ответь хотя бы здесь”.

“Какого чёрта с тобой произошло?”

“Ты так быстро убежала”.

“Этот твой припадок… Что это было? Эпилепсия?”

“Ты завтра выйдешь на работу?”

“Ладно, ок”.

“Скажу шефу, чтобы нашёл замену”.

“Я семь смен подряд не вывезу”.

“Короче, напиши”.

“Саш”.

“Ты чего вообще с ненормальным-то заговорила?”

“Блин, такой бред”.

“Ты где вообще?”

Желания общаться с Яной не было. Объяснять что-то — тоже. Да и как можно объяснить то, что сама не можешь понять? Смартфон снова завибрировал — звонок от матери.

— Ну тебе то чего надо? — взвыла Алекс и после долгих раздумий нажала на кнопку ответа.

— Саш, — молчание. — Саш, ты где?

— Гуляю, — глотая ком в горле отрезала Алекс.

— Саш, давай домой. Соседка приходила, хотела с тобой поговорить насчёт завтра. Вы о чём-то договаривались? — Элеонора говорила медленно, аккуратно подбирая слова, словно боялась спугнуть собственную дочь.

“Чёрт. Ден”.

— Я зайду к ней на обратном пути, — отчеканила Алекс в надежде, что этого будет достаточно, и разговор можно будет завершить.

— Дочь, возвращайся домой. Там темно ведь уже. — Элеонора замялась. — Ну, и я волнуюсь.

“Волнуюсь”.

Незнакомое слово.

— Не хочу снова слушать ваши разборки.

— Отец уехал, — пауза. — Я одна.

Помолчав в трубку, Алекс сбросила вызов. Ещё через минуту набрала сообщение:

“Приду через час”.

Получив ответ от матери “ок”, Алекс достала из рюкзака бутылку с водой, умылась, пригладила растрепавшиеся волосы и медленно поковыляла в сторону дома.

***

У парадной Алекс наткнулась на Дена — мальчишка катался на велосипеде. Он весело помахал ей рукой и ринулся навстречу. Бросив свой транспорт посреди двора, Денис кинулся Александре на шею.

“Сааааааааашка!”

— Я же просила тебя так меня не называть. — Алекс сдвинула брови. — Ещё бы Шуриком обозвал.

— В смысле? — Ден выбрался из объятий няни и начал хлопать длинными светлыми ресницами.

— Не люблю, когда ты меня называешь Сашкой, понял?

— Понял. — Ден кивнул. — Но я тебя так не называл. Я же не самоубийца говорить это вслух.

“Вслух”...

— Денчик, слушай, — замялась Алекс. — Я тут одну теорию проверяю, ну, по психологии. Можешь загадать число? А я его угадаю.

Ден рассмеялся. Для своих восьми лет он был слишком смышлёным:

— Это не психология, а детские фокусы какие-то.

— Не жадничай. Давай, придумай число!

Денис закрыл глаза, изобразил напряжение и выпалил:

— Загадал!

“Девять”.

— Девять? — Алекс растерянно посмотрела на мальчика.

— Ага! — С гордостью ответил Ден. — Как ты узнала?

— Говорю же — практика по психологии у нас такая. Знаешь, там, строение мозга изучаем, его работу и всякое такое. — Алекс пожала плечами. — Рано тебе об этом еще думать. Живи пока своей беззаботной пацанячьей жизнью.

— Забить, то есть? — Ден вскинул одну бровь.

— Забить, — рассмеялась Алекс. — Тебе домой не пора? Темно ведь уже.

— Мамы нет, она на работу убежала. — пожал плечами Ден. — А моя няня взяла выходной, так что…

— Ах ты, маленький жук! — Алекс потрепала мальчика за волосы. — А ну быстро за мной!

Ден рассмеялся, схватил велосипед и побежал вслед за Алекс, напевая песенку про акулёнка. Преодолев первый пролёт, Ден подбежал к лифту и нажал кнопку вызова — она отозвалась красным свечением, после чего двери распахнулись. Алекс помогла затащить велосипед, нажала на кнопку с цифрой семь и взглянула в зеркало: её вид оставлял желать лучшего. Парой точных движений, Александра стёрла размазавшуюся тушь и подправила стрелки. Стало лучше.

Старый замок не поддавался, пришлось немного покопаться. Раньше отец открывал дверь, едва слышал сигнал домофона. Сейчас же при тусклом свете подъездной лампы приходилось справляться самостоятельно.Алекс почти забыла, какого это, когда тебя встречают.

— Мам, я тут с Денисом, — бросила Алекс в темноту коридора, когда замок, наконец, поддался.

Не успела она захлопнуть за собой деревянную дверь, как в квартире раздался звонок домофона.

— Денчик у вас? — голос соседки звучал испуганно. — Его нигде нет!

— Всё хорошо, Юлия Павловна. — Алекс с теплом посмотрела на мальчика. — Мы только зашли.

— Ой, Саш! Спасибо тебе! Сейчас поднимусь!

Едва двери лифта раскрылись на площадке седьмого этажа, оттуда сразу же выскочила Юля, крепко сжимая в руках телефон.

— Ты почему трубку не берёшь?! — мать Дена тяжело дышала. — Я тебе уже полчаса звоню!

Денис опустил голову. Его ручки дрожали, и он всё сильнее вжимался в Алекс.

“Ох, я тебе сейчас!”

— Юлия Павловна, это я Денчика отвлекла, — вмешалась Алекс. — Мы с ним разговорились, он наверно и не услышал.

— Это правда? — Юля смотрела на сына со злостью, смешанной с испугом. — Я вся извелась!

— Прости, мам. — Ден подняла на неё тёмно-карие глаза. — Я не специально.

Юлия бросилась к сыну и сжала его в объятиях. Алекс с умилением смотрела на эту сцену. Она знала, что соседка никогда не поднимет руку на сына. Ден был для матери смыслом жизни. Единственным близким человеком. После смерти мужа.

— Саш, я хотела тебя спросить, — аккуратно начала соседка. — Ты завтра свободна? Хотя бы на пару часов. — Юлия с мольбой посмотрела на Алекс. — Плачу двойную.

— Я свободна весь день, — улыбнулась Александра и протянула кулак Дену. — Не надо доплаты. Я люблю этого мелкого хулигана.

Денис ударил сжатыми пальцами по кулаку Алекс и улыбнулся.

“Я тоже тебя люблю, Сашка!”

— Ден? — с укором посмотрела Алекс.

— Что? — ответил мальчишка, изображая взгляд кота из “Шрека”.

— Ничего.

Александра потрепала Дена за кудряшки и скрылась за дверью своей квартиры. Она даже думать не хотела о том, что её видение может когда-нибудь оказаться правдой. В квартире было темно. Лишь под дверью ванной комнаты виднелась тонкая полоска света. Элеонора принимала душ и, должно быть, не знала о возвращении дочери. Алекс переоделась, налила горячего чаю и плюхнулась в кресло, бездумно щёлкая каналы на телевизоре.

— Страшная авария произошла на трассе М5. Столкнулись пять автомобилей. По предварительным данным…

Щёлк.

— Министерство образования вводит новые условия для поступления в ВУЗы…

Щёлк.

— Президент подписал указ о запрете…

Щёлк. Экран погас.

“Ничего хорошего, как обычно”.

Звук воды стих. Должно быть, мать закончила принимать водные процедуры. Алекс знала, что ещё минут десять Элеонора будет наносить крем на всю поверхность кожи. Затем накинет шёлковый халат и неспешно выйдет из ванной, чтобы нажать на кофемашине кнопку “Эспрессо”. Любовь матери к чистому кофе Алекс не разделяла. Да и как можно из всего разнообразия вкусов выбрать самый скучный? В коридоре послышались шаги. Проходя мимо гостиной, мать вздрогнула.

— Ты чего в темноте сидишь? Напугала меня... — Элеонора включила свет, зашла в зал и села рядом, на диван. — Давно пришла?

— Да нет, недавно. — Алекс всё ещё пялилась в выключенный телевизор.

Повисла неловкая пауза. Александре не хотелось говорить с матерью. Единственным желанием было — забраться под одеяло и зависнуть в Тик Токе. Только так можно отключить мысли: бездумно свайпать короткие видео, не несущие никакой информационной нагрузки.

“Выглядит отвратительно” — голос матери прозвучал слишком близко.

Алекс посмотрела на мать. Впервые за последние несколько лет она видела её так близко. Глубокие тени под глазами больше не скрывала косметика, и Алекс заметила, насколько Элеонора постарела. Потухший взгляд, глубокие морщины. Мать выглядела несчастной.

— Ты тоже, мам.

— Что? — Элеонора внимательно изучала дочь.

— Тоже выглядишь так себе. — Алекс пожала плечами. — Я очень устала, пойду спать.

“Я люблю тебя, дочка”.

— Я тебя тоже. Но неужели так сложно сказать это вслух?

Алекс по привычке сдержала слёзы и покинула гостиную, оставляя мать в одиночестве. Элеонора пошевелила губами, но звук так и не сорвался с уст. Она выглядела, как голодная рыбка в аквариуме: то открывала рот, то снова закрывала, наблюдая за уходящей дочерью с широко раскрытыми глазами.

Уснуть не получалось, как бы Алекс ни старалась. В мыслях на повторе крутилась сцена аварии. Моросящий за окном дождь усугублял ситуацию, добавляя драматичности атмосфере. Перед глазами всплывал окровавленный Ден, месиво из железа, пластика и битого стекла. А также мёртвое тело Фёдора на капоте десятки.

“Что со мной происходит?”

Алекс нащупала наушники на дне рюкзака, включила музыку на полную и залезла под одеяло с головой. Недостаток кислорода, кромешная темнота и ритмичность битов сделали своё дело: Александра уснула, заливая подушку слезами.

***

“Ну сколько можно спать? Всю жизнь проспит”.

Глаза опухли так, что не хотели открываться. Ушные раковины ныли от инородных предметов. Алекс вынула earpods и бросила на пол. Всё равно разрядились. Глубокий вдох. Медленный выдох. Головная боль.

“Вау! Это же айпад!”

— Не смей! — рявкнула Алекс и бросила взгляд на Дена, сидящего на полу, рядом с её рюкзаком.

— Да как ты всё видишь! — надул губы Денис и запрыгнул на кровать.

— Я — экстрасенс. — Шумно выдохнула Алекс и снова упала на подушку. — Наверное. Теперь.

— Какие планы? — Ден светился от счастья.

“От него можно батарейки заряжать”.

— Да никаких. — Алекс повернулась на другой бок. — Давай сыграем в крутую игру? Я буду спать, а ты пойдёшь смотреть телек. М-м? Как тебе?

— Это я мог и дома сделать.

— А ты чего вообще так рано? — Алекс зевнула.

— Сань, время одиннадцать.

“Да ладно?”

Александра посмотрела на стену: обе стрелки часов указывали на две единички.

“Вот это я поспала”.

— Окей, твоя взяла. — Алекс села на кровати и натянула джинсы. — Чем хочешь заняться сегодня?

— Давай закажем пиццу? — Ден взвизгнул. — Ну пожааалуйста!

— У меня есть идея покруче. — Александра улыбнулась. — Давай приготовим пиццу.

“Сами что ли?”

— Сами. — кивнула Алекс.

Содержимое кухонных шкафчиков и холодильника было беспощадно перевёрнуто в поисках необходимых ингредиентов. Мука, яйца, томаты, сервелат.

“Что ещё?”

Кетчуп, оливки и…

— Корнишоны! — Ден держал в руках заветную банку, аккуратно выудив её с дальней полки.

— А ты шаришь. — Алекс подмигнула мальчишке.

— Это будет самая вкусная пицца из всех, что я ел! — глаза Дениса горели.

— Конечно, ты ж сам её приготовишь. — кивнула Александра.

Алекс любила пиццу. Особенно домашнюю. В детстве это был их ритуал. С мамой. В то время денег часто не хватало, и приходилось выкручиваться. Пицца “из того, что было” стала самым любимым блюдом Александры. И осталось до сих пор. Только вот традиции семьи давно канули в лету, а на смену домашней кулинарии пришла доставка еды.

“Вот бы Алесю таким угостить!”

Алекс посмотрела на Дена, старательно выкладывающего помидоры на тесто, и улыбнулась. Читать мысли не так уж и плохо.

— Денчик, — аккуратно начала она, — а у тебя есть подружка?

Ден испуганно посмотрел на Алекс. Последний кружок томата выскользнул из пальцев и шмякнулся на стол.

— Что ты имеешь ввиду?

— Ну девчонка, которая тебе нравится. — Алекс пожала плечами. — Красивая, наверно?

“Очень”.

— Нееет, ну какие девчонки… — Ден внимательно смотрел на няню. — Знаешь, Саш. Ты стала какая-то странная после этого твоего обследования! Тебе что там, мозг промыли?

— Типа того, — Александру передёрнуло. — Расскажи лучше про Алесю.

— Да как ты всё знаешь?! — Ден присвистнул. — Ладно, слушай.

Александра внимательно слушала Дениса, улавливая каждое слово. Пицца отправилась в духовку, а ребята обсуждали “сложные отношения” двух детей. Алеся была из бедной семьи, и Дену поначалу было жалко девчонку. Он таскал еду из-под носа у мамы, чтобы накормить голодную соседку. Друзья над ним смеялись. Сравнивали Дена с суперменом, бэтменом и другими супергероями, спасающими других людей. Со временем Денис перестал обращать внимание на едкие шуточки, а Леся дарила ему в ответ самое ценное — своё время. Так ребята стали гулять вместе, кататься на велосипеде и рассуждать о жизни, лёжа на траве, едва небо затягивало пеленой сумерек.

— Давай, знаешь, что сделаем? — Алекс поставила на стол противень. — Ты сейчас позовёшь Алесю на пикник. Я вам всё соберу.

Ден вопросительно посмотрел на няню.

— Погода там хорошая, парк рядом. — продолжала Александра, заботливо складывая ровные кусочки пиццы в контейнер. — Только в семь будь дома, понял?

Ден кивнул.

“Спасибо, Сашка”.

— На, звони своей принцессе из трущоб, — Алекс с улыбкой протянула Денису свой телефон.

Через пятнадцать минут Денис стоял возле парадной в ожидании Леси. Едва девочка вышла на улицу, он взял её за руку и повёл в сторону ближайшей лужайки, крепко сжимая во второй руке пакет с угощением.

“У тебя ещё вся жизнь впереди, Денчик”.

Алекс смотрела на ребят с балкона и не могла сдержать слёз. Она стала слишком сентиментальной в последние дни.

Глава 5

— Ты лекарства сегодня пила? — Элеонора разглядывала упаковку таблеток, назначенных доктором Лобановым. — В этой пачке должно быть как минимум на три капсулы меньше.

“Вот чёрт, совсем забыла”.

— Да, мам, пью, как написано. — Алекс держала в секрете, что препарат за неё принимает унитаз.

“Обманывает же”.

Элеонора посмотрела на дочь поверх очков и нахмурилась.

“Пусть думает, что я ей верю”.

Мать положила таблетки обратно.

“Не хочет по-хорошему, значит возьму дело в свои руки. Немного порошка в еде не навредит”.

— Ужин через полчаса. — Элеонора натянуто улыбнулась. — Пойди пока за хлебом сходи.

— Я не голодна, — Алекс пожала плечами. — Ты хлеб не ешь, себе я завтра свежий куплю.

“Не хватало ещё, чтобы меня травила собственная мать”.

— Я пойду в свою комнату. — Алекс встала с дивана. — Устала сегодня.

— Саш, я хотела тебе предложить. — Мать замялась. — Может съездим куда-нибудь на выходные?

Алекс вскинула бровь: такие предложения для матери были совсем не свойственны.

— Твой отец предлагал прокатиться до финского залива, посидеть на берегу, пожарить шашлык. Может палатки с собой возьмём, м? Что скажешь? Уикенд, как модно сейчас говорить. — Элеонора выпалила это на одном дыхании, словно, остановившись, она бы не смогла закончить свой монолог.

— Ну не знаю, я обещала с Деном посидеть. — Алекс теребила рукав толстовки. В доме ещё не включили отопление, поэтому раздеваться не было никакого смысла.

— Так давай его с собой возьмем? Автокресло у Пашки Бойко попросим, у него сын такого же возраста, — глаза Элеоноры вспыхнули. — Настоящие семейные выходные!

— С динозаврами которое? — Александра нахмурилась. — Думаешь, Ден в него поместится?

— Конечно поместится, — мать махнула рукой. — Ну что, договариваемся с отцом?

— Давааай. — протянула Алекс и ушла в свою комнату.

“Кресло с динозаврами”.

Окровавленный Ден, свисающий с детского кресла.

Обивка порвалась и висит ошмётками.

Рядом с пустыми глазами мальчишки ехидно улыбается рисованный динозаврик.

Алекс потрясла головой, прогоняя видение.

“Всё это бред какой-то”.

Открыла соцсеть.

“Надо найти парнишку из кафе”.

В окне поиска ввела “Фёдор”.

“Возможно, он — единственный, кто сможет мне всё объяснить”.

На экране появились тысячи пользователей с этим именем. Алекс застыла, вглядываясь в лица на аватарках.

“Ну и как тебя найти?”

Пролистав первую сотню пользователей, Александра с шумом выдохнула и рухнула на кровать. Её взгляд скользил по потолку, а мысли возвращались в кафе. Алекс пыталась вспомнить хоть что-то, уловить какую-то мелочь, которая помогла бы в поиске синеглазого посетителя.

Клетчатая рубашка, классические джинсы.

“Должно же быть хоть что-то”.

Блокнот с карандашом.

“Он всё время закрывал свой ежедневник, как только я к нему подходила”.

Гравировка на обложке блокнота. Алекс пыталась разобраться в своих воспоминаниях.

“Sale”...

“Salem”...

“Silence!”

“Можно попробовать”...

В сочетании со словом “fed” поиск выдал всего двадцать человек. Первым из которых был пользователь @silence_fed99, а с фото профиля на Александру смотрели ярко-синие глаза молодого шатена.

“Привет. Это Саша. Официантка из кафе, помнишь меня?”

Нажав кнопку “отправить”, Алекс закусила губу. Она никогда не знакомилась с людьми. Ни вживую, ни по переписке. Блокировала всех подозрительных личностей, которые стучались к ней на страницы.

“С каких пор, Алекс Макс, ты пишешь парню первая?”

“...”

“Тем более такому красавчику”...

Ответ не заставил себя долго ждать.

“Да”.

Алекс сглотнула.

“Как многословно”.

Вытерла пот со лба и стянула с себя худи.

“Ок, давай сразу к делу. Ты можешь мне объяснить, что произошло тогда в кафе?”

Дрожащими руками Алекс отправила сообщение. Ей хотелось услышать, что ничего не было. Что всё произошло только в её больном воображении, и что доктор Лобанов был прав, когда назначал Александре мощные антидепрессанты. Алекс даже подумала пойти на кухню и выпить залпом несколько таблеток, лишь бы сердце перестало так бешено стучать.

“Долго писать”.

… печатает

“Но я могу всё рассказать при встрече. Сможешь подойти на Аничков мост? К коню, которого за уздцы держат?”.

Александра посмотрела на часы: те показывали без четверти десять.

“Поздновато для встреч”.

“Завтра?”

“Ок. В 12:30”.

Алекс закрыла чат. Открыла ленту. Три фото, ни одной сторис. Фёдор был явно не из тех, кто активно ведёт соцсети. Но судя по быстрому ответу являлся их активным пользователем.

“Посмотрим, “Тихий Фёдор”, что ты мне скажешь”.

Бросив телефон на кровать, Алекс открыла окно и вдохнула влажный воздух. Аромат мокрого асфальта, земли и пожелтевшей листвы ворвался в комнату. Закрыть глаза. Глубокий вдох. Протяжный выдох. Огни города мерцали. Тонированная Priora под окном изрыгала звуки восточных мотивов, смешанных с усиленными басами сабвуфера.

“Нет, это я слушать точно не готова”.

Закрыв поплотнее окно, Алекс достала наушники, включила любимый плейлист, залезла под одеяло и провалилась в сон.

***

В половине десятого утра Александра сидела за столом и пыталась позавтракать. За полчаса до этого таблетка демонстративно отправилась в рот прямо перед глазами матери, но, выждав пару мгновений за щекой, скрылась в недрах канализации. Мать кружила по кухне, напевая под нос “Белые розы”. Утренний клиент отменил консультацию, поэтому Элеонора неспешно колдовала над новой порцией блинчиков. Мысли матери долетали до Алекс, но та не обращала на них никакого внимания. Ожидание предстоящей встречи вытеснило все остальные чувства и эмоции. Внимание Алекс было полностью сосредоточено на проигрывании возможных вариантов развития событий.

— Саш. — голос Элеоноры резко прервал размышления. — Ты меня слышишь?

— А, да. — от неожиданности Алекс подскочила и вернулась в реальность. — Чего, мам?

— Я говорю, на обратном пути зайди в магазин. — Элеонора положила на стол несколько сторублёвых купюр.

— Хорошо. — Алекс потёрла глаза. — Что купить?

— Я в вайбер скину. — Мать аккуратно повесила фартук на спинку стула, поправила платье и вышла из кухни.

Алекс уставилась на часы: до встречи ещё три часа. Значит можно поваляться в кровати в обнимку с книгой. Больничный оказался очень кстати: можно было не думать о парах, домашнем задании и сменах в кафе. Всё равно на это не оставалось ни сил, ни времени. Чтобы отвлечься, Алекс взяла с полки “Красный, белый и королевский синий” и с головой погрузилась в похотливые отношения сына американского президента и принца Великобритании.

Не то, чтобы ей нравились геи. Александра не питала особой любви к сексуальным меньшинствам, но относилась к ним вполне дружелюбно. Каждый человек имеет право на счастье, вне зависимости от того, с кем он спит. История Алекса и Генри зацепила ярким погружением в мир эмоций двух представителей ЛГБТ-сообщества, поэтому Александра глотала главы одну за одной, пока не заметила, что обе стрелки часов приблизились к вертикальному положению.

“Вот чёрт!”

Алекс впрыгнула в джинсы, натянула толстовку и кеды. Собрала волосы в пучок, посмотрела в зеркало: “пойдёт!”. Открыла дверь, задумалась, вернулась. Снова глянула на своё отражение, сморщилась. Сняла резинку, накинула капюшон и пулей выскочила на улицу.

“Наркоманка, наверное!”

“Нарисовала на себе чёрте-что! Наверняка знаки лукового”.

“Уже замуж пора, да кто ж её возьмёт”.

“Все штаны драные, куда родители смотрят?!”

— И вам здравствуйте, Антонина Владимировна! — Алекс искренне улыбнулась пенсионерке на лавочке у парадной.

— Здравствуй, доченька! Гулять собралась? — Пенсионерка натянула беззубую улыбку.

— Дааа, — протянула Алекс. — Пока погода хорошая.

— Ну, хорошего дня, внучка!

“И вам не хворать”.

До места назначения несколько кварталов. Пешком за пятнадцать минут Алекс не успела бы при всём желании, поэтому она прыгнула в первый же транспорт, идущий в нужную сторону. Едва не сбив расфуфыренную мадам модельной внешности, Алекс проскользнула на заднюю площадку троллейбуса и прильнула к окну.

Александра всегда любила путешествовать. Смотреть на пролетающий мимо пейзаж, словно на кадры киноленты. Монотонное шуршание шин по асфальту успокаивало. Звук мотора синхронизировался с вибрациями тела, со стуком сердца. В дороге Алекс чувствовала себя счастливой. Дорога — всегда признак перемен. Куда бы ты не отправился. Будь то другая страна, континент, соседний город или квартал. Конечная точка не так важна, как сам путь. В пути ты меняешься. Невозможно вернуться в начальную точку прежним человеком. Каждый метр путешествия делает тебя лучше. Дарит осознания. Подкидывает новые идеи. Провести всю жизнь в четырёх стенах — вот самое страшное наказание для человека. Нет ничего страшнее ежедневной рутины, однообразия будней и изоляции от мира. Такого большого и такого неизведанного.

“Свет далёких планет нас не манит по ночам, он может нам только сниться…”

Алекс прислушалась.

“Зачем мы встретим рассвет опять в неоновых лучах, а завтра всё повториться…”

Энергичная мелодия еле слышно играла где-то рядом.

“Взгляни, ты видишь как в небо уходят корабли, взлетают над облаками…”

Мужчина лет тридцати покачивал головой в такт песне, играющей в его наушниках на полную громкость. Алекс подошла ближе.

“Зачем, скажи, люди мысли, песни и мечты скрывают за семью замками…”

Александре нравилось вслушиваться в тексты песен. Её манил смысл, заложенный автором в своё произведение. Алекс любила разбирать строчки на составляющие, улавливать тонкие метафоры, впитывать настроение. У музыки без слов не было шансов. Ведь только через тексты Алекс могла общаться с автором. Видеть его душу.

Погрузившись в размышления, Алекс чуть не проехала нужную остановку. Двери троллейбуса уже закрывались, когда девушка спохватилась и в последний момент выскочила на улицу. Через пару минут Александра уже стояла возле нужного коня и переминалась с ноги на ногу.

— Благотворительная акция! Собираем деньги на лечение маленького мальчика, не проходите мимо! — В паре метров от Алекс стояла молоденькая девушка и повторяла заученный текст. — Вите всего четыре года, диагноз — ДЦП. Каждый рубль может помочь спасти ему жизнь.

Алекс поглубже нырнула в капюшон. В такие моменты ей хотелось убежать как можно дальше от подобных мероприятий. Спрятаться. Стать невидимой. Сделать вид, что не заметила, не услышала... Она сама не понимала, почему каждый раз проходила мимо. Ведь и деньги были, и сочувствие. Но что-то упорно останавливало от того, чтобы бросить купюру в благотворительную копилку.

“Мне бы не хотелось оказаться на месте просящего”.

От неожиданности Алекс вздрогнула. Рядом с ней стоял Фёдор, его брови образовали складку на лбу. Губы не шевелились, но Александра отлично его понимала — бархатный баритон проникал в сознание, как пьяный школьник в низкосортный ночной клуб. Алекс вскинула бровь.

“Я не смог бы смотреть на безразличные лица прохожих”.

Фёдор пожал плечами, словно уловив немой вопрос.

“Или того хуже — в глаза, полные ненависти и пренебрежения. Знаешь, как пели одни ребята: там внизу на Земле мы это видеть не могли, мы сами себя не замечали”.

Алекс сглотнула. Это были строчки из той самой песни, которую слушал мужчина в троллейбусе. Мог ли Фед знать об этом? “Дискотека Авария” давно перестали быть популярной группой среди молодежи. С чего двадцатилетнему парню цитировать слова из их не самой известной песни? Александра достала из кармана одну из купюр, которые дала мать, и бросила в ящик с фотографией рыжеволосого малыша.

“У меня не было цели тебя пристыдить. Но ты молодец”.

Парнишка улыбнулся.

— Не хочешь составить мне компанию в сотворении добрых дел? — язвительно протянула Алекс.

“Я сделал это пять минут назад”.

Алекс хмыкнула и передёрнула плечами. Ей до сих пор было здесь неуютно.

“Мне кажется, нам удобнее будет поговорить за чашечкой кофе, что скажешь?”

— Согласна. — кивнула Алекс. — Есть предложения?

“«Подписные». У них шикарный карамельный латте. Лично я бы не отказался от двойной порции”.

До места назначения шли почти молча. Лишь изредка Фед рассказывал интересные факты о Питере, которые Алекс и так знала — всю жизнь в этом городе прожила. Но это не мешало ей наслаждаться любимыми улочками. Она с восхищением смотрела по сторонам и наблюдала за жизнью любимого города.

В заведении было шумно. Свободными были лишь пара столиков. Люди сновали туда-сюда, но ребятам это было на руку. Разговаривать сама с собой рядом с симпатичным парнем в пустом кафе было бы, как минимум, странно. Чем больше вокруг народа, тем легче остаться незамеченным. Парадоксально.

Алекс смотрела по сторонам. Ей, как коренной петербурженке, было странно осознавать, что она ни разу не была в самом популярном книжном кафе города. При её-то любви к литературе.

— Так ты любишь… — начала Алекс, но не успела договорить.

“Кинга, да”.

Фед улыбался.

— Ты тоже мысли что-ли читаешь? — Александра приподняла брови.

“Нет, я просто знал, что ты спросишь. Когда. С какой интонацией. Стивен Кинг — мой любимый писатель. Поэтому обычно я беру именно его книги, когда прихожу в ваше кафе. У вас отличная коллекция”.

— Спасибо. — Алекс покраснела.

Она тоже любила короля ужасов, поэтому старательно собирала разные издания одних и тех же историй. Часть хранила дома, часть относила на работу. Именно она предложила идею литературного уголка, и посетители её активно поддержали. Рад был и директор — средний чек поднялся в несколько раз. Под хорошую книгу отлично заходили десерты, да и сарафанное радио работало на ура. Постоянные клиенты советовали кафе своим друзьям, отмечали в сторис. Да и сами стали приходить заметно чаще и оставаться намного дольше.

“Какая у тебя любимая книга?”

— Мне сложно выделить что-то одно. — Алекс пожала плечами. — Я отдаю предпочтение антиутопиям, мистическим романам, триллерам, детективам. В общем, разброс слишком сильный, — о книгах Александра могла говорить бесконечно. Это единственная тема, которая не ставила её в тупик.

“А к российским авторам как относишься? Я считаю, русская литература встаёт с колен. Как считаешь?”

Взгляд парня скользнул по обложке бестселлера от крупнейшего российского издательства.

— Наверное, ты прав. — Александра задумалась. — Появление соцсетей благоприятно повлияло на книжный рынок, я считаю. Авторов можно найти в соцсетях, узнать историю создания произведений, пообщаться в личке. И ведь многие из них пишут вполне достойно. При этом зачастую они не старше нас с тобой.

“Не такое уж мы потерянное поколение".

— Я только не могу понять одного. — продолжила Алекс

Фед вопросительно вскинул бровь.

— Почему многие из них пишут под иностранными псевдонимами?

"Думаю, так больше доверия. Читатель скорее возьмёт фэнтези с именем "Уна Харт", чем Анастасия Максимова".

Алекс пожала плечами и задумалась.

"А знаешь, мне нравятся твои взгляды. Ты — интересный собеседник”.

Фед подмигнул Александре и улыбнулся. Алекс опустила глаза, но улыбку скрыть не смогла. Было странно общаться с человеком, который просто смотрит на тебя, не раскрывая рта. На одно мгновение Алекс даже подумала, что у неё действительно поехала крыша и не стоило избавляться от утренней таблетки. Где доказательство, что синеглазый действительно существует? К тому же, от новой способности у Алекс дико болела голова. После длительного “разговора” Александра готова была лезть на стену, поэтому время от времени просила Феда о перерыве. Сжимала виски пальцами с такой силой, что на коже оставались красные пятна. От боли внешней проходила боль внутренняя, и только после этого девушка могла продолжить общение.

— Вы готовы сделать заказ? — приятный официант материализовался из ниоткуда и внимательно посмотрел на Алекс, перебирая пальцами шариковую ручку.

— Я ещё не определилась. Можете сначала обслужить моего спутника?

— Конечно. Вам? — Дмитрий, судя по надписи на бейджике, переключился на Фёдора, отчего Алекс заметно расслабилась. Значит парень, сидящий напротив, был реальным.

Фед указал на желаемые позиции в меню и откинулся на спинку стула, с улыбкой наблюдая за тем, как Алекс листает страницу за страницей. Дмитрий с выбором не торопил, но время от времени поглядывал на часы. И кто придумал такое разнообразное меню? Как здесь можно определиться? Захлопнув кожаную папку, Алекс протянула её официанту и резюмировала:

— Мне тоже самое.

На лице Дмитрия заиграли желваки, но он всеми силами натянул улыбку, кивая и удаляясь в сторону барной стойки. В его мыслях крутилось желание “свалить из этого ада и устроиться в офис”. Фед улыбался, обнажая белоснежные ровные зубы. По мнению Алекс, он был слишком приторным. Но всё же было в парнишке что-то притягательное.

— Чего смеешься? — Александра сложила руки на груди.

“Забавно наблюдать за этим снова. В реальной жизни”.

— И что это значит?

“Я вижу будущее. Точнее, разрозненные его части. Обычно это напоминает паззл, который необходимо собрать”.

Алекс вскинула бровь.

“Паззл с тобой был самым сложным. Мне до сих пор тяжело даётся его разгадка”.

— И что же там, в твоих видениях?

“Ты сама видела. День аварии — самое сильное. Самое значимое. Остальное по мелочи”.

Фед пожал плечами.

“Это видение преследует меня уже полгода. Детали не меняются. Каждый раз я отключаюсь, вылетая через лобовое стекло автомобиля своей тётушки”.

Алекс сглотнула.

“Я видел тебя в томографе. Знал, к чему приведет скачок электричества. Даже этот разговор я проживал с десяток раз. Я не могу понять, причём здесь ты, и почему тебе тоже нужно было видеть это. Знать об аварии”.

— А может нам суждено её предотвратить? — протянула Алекс. Она смотрела в окно, провожая взглядом облака. — Да и с чего ты взял, что авария вообще случится?

“Видения не врут. Это моё проклятье. Что бы я не делал, всё сбывается в точности. Каждая чёртова деталь. Каждая мелочь”.

— Не в этот раз. — Александра взглянула Феду в глаза. — Я не могу позволить умереть Дену.

“Кому?”

— Не только для тебя эта авария станет последней. — Алекс снова вернулась к облакам, вспоминая безжизненное тело соседского мальчишки.

“Есть одна проблема. Я не знаю, когда это случится”.

— В выходные. Авария произойдёт уже в эту субботу.

Возле столика появился Дмитрий и расставил десерты с кофе. Натянуто улыбнувшись, официант бросил “приятного аппетита” и испарился также быстро, как пришёл.

“Но откуда ты… Полгода я решаю эту головоломку, а ты за считанные минуты раскрыла дату моей смерти”.

— Наша семья не часто собирается полным составом. — Александра вздохнула. — И следующий раз это случиться совсем скоро. Мать уже договорилась с отцом. Всё решено. Но это поправимо. Нет поездки — нет аварии. Нет аварии — нет смерти.

“Ни в коем случае не отменяй поездку! Ваш автомобиль должен быть там. В тот самый день. В ту самую минуту”.

— Да иди ты к чёрту! — стакан Алекс с силой ударился о стол. — Если ты решил отправиться на тот свет — валяй! Денчика забрать с собой я не дам!

“Мы не можем ничего изменить. Можно лишь подготовиться. Дать ему попрощаться. Невозможно обыграть смерть. Это изначально проигранная партия”.

— Чёрта с два! — Алекс вскочила из-за стола и повысила голос. — Я придумаю, как спасти малого. С тобой или без тебя, я это сделаю!

Александра бросила на стол лежавшие в кармане купюры и выбежала из зала кафе. Фед не сдвинулся с места. Лишь продолжал смотреть вслед убегающей девушке, медленно качая головой.

Глава 6

“Нельзя обыграть смерть. Ха! Да эта старуха с косой даже не догадывается, с кем связалась!”

Алекс шла по поребрику, считая шаги. Ей необходимо было сфокусироваться на чём-то, направить мысли в единый поток, собраться в кучу. Всё происходящее казалось полнейшим бредом: чтение мыслей, видения будущего — полная бессмыслица! Но как можно было по-другому объяснить совпадение деталей? Рисунок на автокресле, уикенд с семьей? Алекс казалось, что она проваливается в другую реальность. А что, если она просто в коме? И единственным человеком рядом с ней является доктор Лобанов? Александру передёрнуло. Такой реальности она точно не хотела. Легче поверить в суперспособности, чем думать о компании не самого приятного мужчины.

“Ладно, допустим всё это правда и через несколько дней случится авария, в которой погибнет Денчик”.

“Допустим даже, что последовательность событий изменить нельзя. Что я могу сделать?”

“Помирить родителей. Нет, точно не получится. Тем более за такой короткий срок”.

“Обезопасить Дена. Но он и так будет в автокресле”.

“Посадить его с другой стороны! Но… Так я погибну сама”.

“Вот же чёрт!”

Алекс пнула камень и тот с плеском упал в воду.

“Что мы имеем: две машины, перекресток, ссора родителей, гудок сзади, резкий старт, столкновение”.

“Нужно проехать перекресток максимально осторожно. Предупредить отца. Отвлечь мать”.

“Две машины…”

“А что, если действовать с двух сторон? Надо выяснить, куда и зачем будет ехать Фед. Если оба водителя будут предельно осторожны, аварии не случится! При этом обе машины будут находиться в нужное время в нужном месте. Как и в видении. Бинго! Шах и мат, стерва!”

Александра достала телефон из кармана и набрала сообщение:

“У меня есть кое-какие мысли. Нужно встретиться и всё обсудить”.

На аватарке аккаунта Феда возник зеленый кружок и сообщение отметилось как “прочитано”.

“А ты неугомонная. Ладно, я тоже не хочу, чтобы видение сбылось. Хотя это невозможно. Но если тебе станет легче, давай поговорим”.

“Отлично. Где? Когда?”

“Давай завтра у меня в шесть”.

Алекс напряглась.

… печатает

“Моя тётя будет дома. Может получится что-то узнать подробнее. Пока что она даже не заикалась о какой-либо поездке. Но я точно уверен, что именно с ней я поеду в свой последний путь”.

“Пиши адрес”.

Руки тряслись. То ли от морозного ветра, то ли от нервов. На улице стало заметно холоднее, да и солнце садилось с каждым днём всё раньше. Волосы беспощадно лезли в лицо, раздражая и путаясь. Выпустив в воздух облачко пара, Алекс спрятала руки в карман и направилась в сторону дома. Она сотню раз пожалела, что не надела куртку. Осень медленно, но уверенно вступала в свои права, оставляя позади бабье лето.

***

— Эй, малышка! Как дела? — на пороге квартиры стоял коллега Элеоноры и держал подмышкой злополучное детское кресло. — Сто лет не виделись! Ты так выросла!

— Мне девятнадцать, дядь Паш. — Алекс искренне улыбалась.

Ей нравился Павел Бойко. Наверное, это был единственный представитель профессии, который не пытался при каждой встрече провести для Алекс психологический сеанс. Он всегда говорил, что “нужно оставить девчонку в покое” и “не лезть в хрупкую подростковую душу”. Алекс была ему благодарна и всегда первой бежала встречать почётного гостя на пороге своего дома.

— Ну и где твои предки? — Павел снял ботинки сорок пятого размера, начищенные до блеска, и прошёл в гостиную.

— Не слышала, как ты пришёл! — Элеонора выглянула из кухни с полотенцем в руках. — Заходи, садись, сейчас будет всё готово!

— Сесть я ещё успею. — Павел подмигнул Александре и та прыснула. — А вот от угощений не откажусь. Что за повод?

— А разве нужен повод, чтобы накормить крестного отца моей дочери? — донесся голос Элеоноры, достающей пирог из духовки.

— И не поспоришь. Можешь называть меня просто “кум”, — Бойко поставил автокресло в угол комнаты и растянулся на диване. — А где Илюха?

— Должен придти, — голос матери стал холоднее. — Скоро.

В ту же секунду дверь квартиры распахнулась и отец, улыбаясь, протянул Алекс пакеты с продуктами:

— Сань, остальное пиво в морозилку брось, — отец повесил куртку и поправил свитер. — Ну и погодка!

Илья поставил пару бутылок на стол, пожал руку другу и похлопал того по плечу. Элеонора, Илья и Павел дружили со времён университета. Сначала компанией, потом семьями. Родители Алекс поженились на последнем курсе института: на защите диплома Элеонора уже была на приличном сроке. Павел же последующие десять лет жил холостяком. Пока однажды его очередная пассия не принесла неожиданную новость о пополнении. Как настоящий мужчина, Бойко женился. Но семейная жизнь длилась недолго. На трёхлетие Алёши его жена узнала о раке, а через полгода покинула этот мир, оставляя мужа одного воспитывать сына.

— А чего Лёшку с собой не взял? — отец лёгким движением откупорил бутылку и протянул Павлу. — С кем мальца оставил?

— Его не так просто куда-то вытащить. — Павел сделал глоток пенного и блаженно выдохнул. — Восьмилетки, знаешь ли, уже самостоятельные. Телек им подавай, приставку. Сидит дома, рубится в GTA.

— Не рано ему в такие игры играть? — Алекс села напротив. — Даже мне иногда неловко проходить некоторые задания.

— Он только тачки угоняет да катается на них. — Бойко отмахнулся. — Недавно, например, его сожрала пума посреди леса, прикинь?! — Павел рассмеялся.

Алекс слушала крёстного и улыбалась. Давно ей не было так спокойно. Уютный вечер, запах маминого пирога с кухни, вся семья в сборе. Как в детстве. Словно мать не очерствела, а у отца никогда не было любовницы. Алекс бросила взгляд на отца и замерла. Прямо за его спиной, в углу, стояло то самое кресло. С динозаврами.

Отец без сознания. Тело Дена. Запах крови.

Алекс вздрогнула. Её зрачки расширились, почти полностью заполняя радужку глаза.

— Что такое, малышка? — Илья внимательно смотрел на дочь. — С тобой всё в порядке?

— Да, пап. — Алекс потёрла висок указательным пальцем. — Просто дежавю.

— Де-жа-вю. — повторил Павел, делая паузы. — А знаешь, есть теория, что в моменты дежавю ты вспоминаешь то, что твоей душе показывали перед рождением.

— Это как? — Алекс с интересом посмотрела на крёстного.

— Говорят, что перед тем, как душа отправится на Землю проживать своё новое воплощение, ей показывают весь её предстоящий путь, от рождения до самой смерти. — продолжил Бойко.

— Как в кино, что ли? — нахмурила брови Александра.

— Именно! — Павел щёлкнул пальцами. — И когда ты ощущаешь дежавю, значит ты идёшь своей дорогой, как положено. Как тебе было предначертано свыше.

“Предначертано”.

— То есть, этого не избежать? Ну, что для нас приготовили там, на небесах?

— Кто-то убеждён, что нет. Другие же уверены, что жизнь полностью в наших руках. — Павел подмигнул Александре. — Всё зависит от того, во что ты веришь.

— Хватит травить свои фантастические байки! — вмешался отец. — Есть научно доказанные исследования, что загробной жизни не существует. Лично я склонен опираться на науку, а не на россказни гадалок.

— Ты всегда был скептическим сухарём, Илюх! — отмахнулся Павел и Алекс рассмеялась. — Человек намного шире, чем обычная биология.

Александра задумалась. Она всегда верила в то, что после смерти люди попадают в другой мир. Тот, что недоступен при жизни. Верила, что близкие наблюдают и помогают. Что они остаются рядом. Что с ними можно общаться. По крайней мере, ей хотелось в это верить. Принять факт полного исчезновения человека было слишком больно. Тело, гниющее в земле — не самый лучший конец. Гораздо приятнее размышлять о небесах и мягких облачках для каждого, кто покинул этот мир. Поэтому Алекс негласно приняла позицию крёстного, хоть та наполовину говорила о неизбежности смерти Дена. Но если на небесах было решено познакомить Алекс с Федом и дать возможность читать мысли, видеть будущее, то, может, сам боженька решил вмешаться? Может быть им суждено нарушить законы вселенной?

“Реально лишь то, во что ты веришь. А я верю, что Денчик должен жить”.

— А вот и пирог! — Элеонора впорхнула в комнату, держа в руках свежую выпечку. — Все к столу!

Алекс расслабилась. Если есть хоть единственная надежда, что Дена можно спасти, она ей воспользуется. Чего бы ей это ни стоило. Но для начала нужно подкрепиться. Александра откусила свежеиспечённое угощение и полностью погрузилась в семейную идиллию.

***

“Нет, это снова не то!”

Алекс крутилась перед зеркалом в платье, ощущая себя полной идиоткой. Вот уже час она пыталась выбрать наряд для встречи с Федом. Десятая попытка снова не увенчалась успехом. Как бы Александра ни пыталась убедить себя, что ей важно просто достойно выглядеть в глазах хозяйки дома, правда всплывала в мыслях, как поплавок любимой отцовской удочки: Фёдор нравился Алекс, пусть она старательно это скрывала даже сама от себя. Отбор не прошла строгая рубашка, шифоновая блуза, удобная футболка с Честером Беннингтоном на груди. Даже любимые джинсы полетели в угол комнаты, оставаясь грустно наблюдать за последующими жалкими попытками девушки выглядеть более женственно.

Алекс даже подумала отменить встречу, но на глаза попался хлопковый комбинезон, про покупку которого Александра благополучно забыла ещё прошлым летом. Наряд сел идеально и, на удивление, выгодно подчеркивал округлые формы тела. Лишь в тех местах, где это было нужно. Не пошло и не скромно. Идеально.

В образ отлично вписалось полупальто, подаренное отцом пару лет назад, но так и не удостоенное должного внимания. Свежевыкрашенные волосы Алекс заботливо выпрямила утюжком, на глазах нарисовала ровные стрелки, а губы подвела нюдовой помадой. В последний момент девушка отказалась от тонального средства, подметив, что веснушки будут даже кстати. Давно Александра не чувствовала себя такой привлекательной. Да что уж. Она не выглядела настолько женственной никогда.

Покрутившись перед зеркалом и удостоверившись в своей неотразимости, Алекс бросила самое необходимое в сумочку и накинула ту через плечо. Подмигнув своему отражению, девушка вышла из комнаты и направилась к выходу. Родители ушли на работу, что было Александре на руку: отсутствовала необходимость объяснять столь заметные перемены во внешности. Массивные ботильоны белоснежного цвета отлично дополнили образ, а несколько пшиков Trussardi Delicate Rose поставили последний штрих.

Уведомление на телефоне сообщило о приезде такси. Алекс сделала глубокий вдох. Выдох. Снова бросила взгляд в зеркало и поспешила выйти на улицу. Белый Nissan уже стоял возле парадной под проливным дождём, о котором Алекс совершенно не подумала. Едва запрыгнув на переднее сиденье автомобиля, Александра взглянула в зеркало заднего вида: ровное каре превратилось в мокрые кудри, тушь размазалась под глазами, а белоснежная обувь покрылась слоем грязи.

“Вот же отстой!” — подумала Алекс и рухнула на спинку сиденья.

Таксист протянул девушке салфетку, понимающе улыбнувшись, и нажал педаль газа, увозя Александру всё дальше от дома.

***

Александра стояла под козырьком парадной и не решалась набрать номер квартиры. За спиной злорадствовал ливень, от которого спасал лишь крохотный, местами осыпанный кусок бетонной плиты над головой. В сотый раз одёрнув пальто, Алекс набрала нужные цифры, которые узнала у Феда по дороге, и нажала кнопку вызова. Домофон одобрительно запищал и через несколько секунд ослабил свою хватку, впуская промокшую путницу в недра тёмной парадной.

Старая пятиэтажка не отличалась гостеприимством. На облупившейся краске красовались следы чернил, образовывающих весьма нелицеприятные фразочки, на подоконнике первого этажа грустно лежали квитанции от домоуправления, а лестницы были усыпаны окурками сигарет. На стенах виднелись потёки то ли спиртного, то ли биологического содержания, а смрад говорил об отсутствии генеральной уборки на протяжении долгих лет.

Некогда белоснежные ботильоны даже под слоем грязи смотрелись здесь совсем неуместно. Алекс аккуратно ступала по ступеням, стараясь во что-нибудь не вляпаться. Но это было также невозможно, как пройти мимо Burger King и не забежать за молочным коктейлем. Преодолевая третий этаж, Алекс чертыхнулась, задев подолом пальто лестничные перила. Убедившись, что на ткани не осталось пятен, девушка продолжила путь, где её ожидала раскрытая дверь, в которой стоял Фед. Он сложил руки на груди и иронично улыбался.

“Странно видеть тебя без твоих металлических побрякушек”.

— Заткнись придурок! — Алекс улыбнулась в ответ и смущенно опустила взгляд. Её сердце колотилось. Была ли причина в подъеме на верхний этаж или в безупречном виде хозяина квартиры так и осталось для Алекс загадкой.

“Формально, я и так молчу, мисс Язва”.

Александра сощурилась и показала оппоненту язык. Продолжая улыбаться, Фёдор жестом пригласил Алекс в квартиру, поправляя идеально выглаженную клетчатую рубашку и закрывая за гостьей дверь.

В коридоре пахло огурцами. И чем-то цветочным. Аромат был настолько свежим, что контраст с парадной ощущался достаточно ярко. Да и в целом квартира была полной противоположностью тому, что находилось за её пределами: свежий ремонт, мягкий свет ламп, новая мебель из шведского магазина. Любимого магазина Алекс.

— Надеюсь, ты любишь греческий салат? — из кухни выглянула милая блондинка, возраст которой определить было очень сложно. Она была невысокого роста и худощавого телосложения. Такие женщины всегда выглядели моложе своих лет.

“А это моя тётя — Наташа”.

— Да, очень. — смущенно ответила Алекс и перекатилась с пятки на носок, сомкнув руки за спиной.

— Я — Наталья. — улыбнулась женщина. — Называй меня по имени, не надо формальностей. — словно заметив вопросительный взгляд гостьи парировала хозяйка квартиры.

— Меня Саша зовут. — Александра протянула руку. — Но все зовут меня Алекс.

Наталья сомкнула кисть Алекс в своих ладонях. Они были такими тёплыми и мягкими, какими руки Элеоноры никогда не были. Женщина смотрела в глаза гостье и мягко улыбалась. После чего повернулась к племяннику и попросила:

— Федь, позови Риту. Она, наверное, опять в наушниках и ничего не слышит.

Отказавшись от помощи, предложенной Александрой, хозяйка квартиры упорхала обратно на кухню, накрывая на стол, а Алекс вопросительно вглянула на Феда.

“Рита — моя сестра. Двоюродная”.

Заметив напряжение в глазах Александры, Фёдор добавил:

“Прости, что не предупредил. Вообще-то она должна была сегодня утром отчалить со своим парнем в путешествие, но вчера вечером они поссорились. В очередной раз. Поэтому сегодня Ри дома. Вы с ней подружитесь. Ритка клёвая”.

Знакомство не заставило себя долго ждать: из дальней комнаты вышла девушка нереальной красоты, отчего Алекс почувствовала себя ущербно. Высокая, статная, с длинными густыми волосами пшеничного цвета — уверенной походкой Рита приближалась к ребятам. С каждым её шагом Алекс растворялась в неуверенности в себе.

“А она ничего. Неплохой выбор, братец”.

Голос Риты даже в мыслях был притягательным. Мелодичный, обволакивающий.

— Приве-е-ет. — протянула Ри, остановившись в метре от Алекс.

— Привет. — Алекс кивнула. — Саша.

— Рита. — Ри обняла брата за шею и потрепала по волосам. — Старшая сестра этого милейшего создания.

— Очень приятно. — Алекс не знала, как себя вести, поэтому переминалась с ноги на ногу, теребя карманы комбинезона.

— Вы так и будете держать гостью в коридоре? — донеслось из кухни. — Или может всё таки пригласите девочку к столу?

Освободившись из крепкой хватки сестры, Фед пропустил Алекс вперёд, предлагая расположиться на диване. Сам сел напротив, смеря Александру взглядом и давая ей достаточно свободного пространства, чтобы она чувствовала себя комфортно. Благодарность осела в глубине души Алекс, оставляя там новую причину улыбаться от одной лишь мысли о взгляде цвета океана и улыбке пухлых губ.

***

— Вообще-то он не всегда был таким молчаливым! — продолжила Наталья, подкладывая Александре очередную порцию салата. Горячее закончилось, а за окном давно зажглись фонари. — В пять лет его было не остановить: болтал всё подряд! — Женщина рассмеялась. — Однажды он сдал Риту с потрохами, когда та втихаря слопала килограмм конфет, которые Дед Мороз должен был положить ребятам под ёлку.

Алекс удивлённо посмотрела на Феда — тот пожал плечами, уплетая куриную ножку.

— А я думала, что это, ну… — Александра замялась, — с рождения.

— Если бы! — подхватила Рита. — Болтал без умолку, пока…

Фед толкнул сестру в плечо, и Алекс стало неловко, словно она без спроса решила вторгнуться на чужую территорию.

— До несчастного случая. — коротко закончила Рита и положила в рот огромный кусок тыквенного пирога, словно пытаясь заставить себя замолчать.

Наталья кивнула и молча продолжила трапезу. В комнате воцарилась тишина. Александра почти уткнулась носом в тарелку, старательно насаживая на вилку кусочки феты с оливками. Надо было себя чем-то занять в этот неловкий момент.

“Я расскажу тебе. Возможно”.

Алекс подняла глаза на Феда — тот подмигнул.

“В обмен на свидание в моей комнате”.

Сердце пропустило удар. Кусок огурца застрял в горле и Алекс постучала себе по груди. Затем удивлённо посмотрела на Фёдора.

“Да не бойся”, — парень широко улыбался, откинувшись на спинку стула. — “Я не кусаюсь. Наверно. Не так часто, как хотелось бы”.

Смешок помог огурцу продолжить свой последний путь по пищеводу. Алекс вытерла губы салфеткой и сказала:

— Спасибо за ужин! Всё было очень вкусно.

— На здоровье, дорогая! — по хозяйке дома было видно, что та рада смене темы. — Может добавки?

— Нет-нет, спасибо! — отрицательно покачала головой Александра. — Я сытая, благодарю. Если вы не против, я бы хотела побыть с Федей наедине.

— Ох, конечно! — Наталья подмигнула племяннику, отчего Рита закатила глаза. — Идите, идите! Мы с Ритой всё уберём.

В очередной раз отказавшись от помощи, Наталья выпроводила ребят из гостиной и стала убирать со стола.

“Прости, что официальная часть так затянулась”, — Фёдор открыл дверь в свою комнату, пропуская Алекс вперёд. — “Сама знаешь, все эти семейные застолья так просто не даются”.

Алекс пыталась расслабиться, оказавшись наедине с Федом, но безуспешно. От взгляда ярко-синих глаз по коже бежали мурашки. Увидев плакаты любимой группы, Александра окончательно растерялась: знал ли Фед о её увлечении или же сам являлся поклонником Linkin Park оставалось только гадать.

“Их мама слушала в молодости”, — словно прочитав мысли Алекс подумал Фед. — “Всё моё детство прошло под эту музыку”.

— И моё… — Алекс хлопала ресницами. — Только у меня папа. Он, правда, не любит последние альбомы, а мне нравится.

“Без Честера уже не то”.

Фед выдохнул, падая на кровать. Похлопал рукой по пледу, приглашая Александру садиться рядом.

— Это был тот редкий случай, когда я плакала из-за смерти звезды. — Алекс аккуратно села на край кровати.

“Да, я тоже”.

Фёдор посмотрел Алекс в глаза. Он сидел так близко, что в синеве его взгляда легко можно было утонуть. Алекс казалось, что она снова погружается в эйфорию, как в тот день в кафе. Манящее притяжение. Словно кроме них двоих в этом мире ничего никогда не существовало. Словно они — Адам и Ева, с которых должна начаться история человечества. Мир сузился до малюсенькой точки цвета индиго, которая звала к себе, пробуждая животную страсть, незнакомую Александре ранее. Губы Феда в этот момент казались ей запретным плодом, который Алекс готова была вкусить через три, два, один…

Стук в дверь.

— Федь, пока не забыла! — Наталья аккуратно заглянула через приоткрытую дверь и тут же покраснела. — Павел Валентинович назначил сеанс на эту субботу. Я тебя подвезу перед работой. — дождавшись от Фёдора кивка, женщина извинилась и поспешно закрыла за собой дверь.

Ребята переглянулись. Алекс мгновенно вспомнила цель своего визита и отпрянула от Феда.

“Извини, я не…” — Фед запустил ладонь во вьющиеся волосы и закусил губу.

— Да… — Алекс поправила воротник комбинезона и залилась краской похлеще хозяйки этой квартиры. — Ты тоже.

Пазл стал складываться. Хотела Александра того или нет, но всё указывало на то, что аварии не избежать. Все пути вели к единственно возможному исходу событий.

— Обсудим? — неуверенно начала Алекс.

“Конечно”. — парировал Фед.

— Так, что мы имеем? — Алекс потёрла висок, вспоминая подробности аварии. — Мои родители поругаются, отец пропустит зеленый сигнал светофора и резко выскочит на перекрёсток на красный. А как это произойдёт у тебя?

“Я точно не знаю”.

— Что это значит?

“Полную картину мне показывают только с твоей стороны. Всего пару раз у меня были разрозненные видения, где в конце я отключаюсь, вылетая из автомобиля. Ничего конкретного”.

— Кто показывает?

Алекс уставилась на Феда. Ей казалось, что она вообще перестала понимать, что происходит. Чтение мыслей, видение будущего — всё это и так сводило с ума. И чем больше Алекс узнавала, тем меньше она понимала происходящее. Да и разве это возможно? Видеть свою смерть взглядом незнакомого тебе человека. Проживать это снова и снова, смотреть в свои же широко раскрытые глаза, такие глубокие и такие … мёртвые. Губы Алекс то открывались, то снова закрывались, но девушка не издала ни звука. Словно маленькая рыбка, выброшенная на берег, безуспешно борющаяся за жизнь.

“Духи”.

Фед пожал плечами и остановил взгляд на ловце снов, висящем в изголовье кровати. И как Алекс сразу его не заметила? Небольшой не слишком аккуратно скрученный из ивовых ветвей амулет выделялся не совсем ровной плетёной джутовой паутинкой с большим отверстием в центре и ярко-красными и жёлтыми перьями необычного окраса. Александра отметила, что ни разу в жизни не видела подобную птицу вживую. Она поднесла руку к ловцу и почти не дотрагиваясь провела пальцем по перу в белый горошек, одновременно размышляя об абсурдности ситуации.

“Цесарка”, — Фед внимательно наблюдал за гостьей. — “Родом из Африки, но отлично приживаются и в России. Нечто вроде наших куриц”.

— Красиво… — Алекс настолько увлеклась узором на перьях, что на мгновение выпала из реальности. Собравшись, она отдернула руку и вернулась к сути разговора.

— Что значит, тебе показывают? — Алекс вскинула бровь, уселась поудобнее и уставилась на Фёдора. Она точно не была уверена, хочет ли знать ответ на свой вопрос или бежать отсюда без оглядки.

“Эти видения”, — начал Фед. — “Они не пришли из ниоткуда. Это началось после посвящения”.

— Посвящения? — мозг Алекс крутанул сальто.

“Посвящения”, — кивнул Фёдор. — “В шаманы”.

— В шаманы. — Медленно повторила Алекс. — Так и запишем.

Она смотрела в пустоту перед собой, пытаясь понять хоть слово из того, что она услышала. Какие шаманы? Какие духи?

“Я родом из Сибири, у нас это распространено”.

— Из Сибири. — Снова повторила Алекс и приподняла брови. — О как… Ну так попроси своих духов показать тебе всё по-нормальному.

“Это не так-то просто. Я не могу им позвонить и спросить, что будет в следующей серии, знаешь ли. Они сами выбирают, что и как я должен видеть”.

— Глянь-ка на них, — цокнула Алекс, вставая с кровати. Она начала ходить по комнате, время от времени поглядывая на яркие перья. — Окей, что ж… Хорошо. Значит, э-м-м… — После нескольких попыток собрать мысли в кучу, Алекс прочистила горло и продолжила. — Давай тогда рассуждать логически. В субботу ты едешь…

“К психотерапевту”.

— К психотерапевту, — повторила Алекс и кивнула. — Что?! — от удивления её голос повысился на пару тональностей. Она и не думала, что они с Федом так похожи. Не то, чтобы Александра тоже фанатела от танцев с бубнами, нацеленных на призывание дождя. Точки их соприкосновения были более приземлёнными.

“Психотерапевт — это как психолог, только…” — начал Фед, но Алекс его прервала.

— Да знаю я, кто это! — раздражённо вскрикнула Александра. — Ты думаешь, я — тупая?!

Фед молча смотрел на собеседницу, удивлённо хлопая длинными ресницами.

— Встречала я парочку… — продолжила Алекс, закусив губу, — психотерапевтов.

Рассказывать о том, что именно семья психопатов, то есть психотерапевтов, устроит смертельную аварию, Александра не стала. Как и уточнять про десятки посещённых ею сеансов. Алекс нервно ходила по комнате, время от времени останавливаясь, чтобы закрыть глаза ладонями. Фед же всё это время молча наблюдал за происходящим.

— Что ж… значит… — Алекс остановилась посреди комнаты и начала загибать пальцы, перечисляя, — значит я постараюсь не допустить ссоры родителей, отвлеку мать, чтобы она не начала истерику, напомню отцу про светофор, а ты…

Фед вопрошающе вскинул бровь в ожидании продолжения.

— Ты пристегнись хотя бы, что ли. — Раздражённо выпалила Александра.

Фёдор широко улыбнулся.

“Договорились”.

Алекс заметно расслабилась. План, пусть и не идеальный, грел душу. Он должен был сработать. Александра выдохнула и плюхнулась на кровать, вытянув ноги и облокотившись о стену. Закрыла глаза и мысленно повторила последовательность своих действий для предотвращения злополучного столкновения. Паника начала отступать.

Почувствовав лёгкое движение у себя на шее, Алекс резко отпрянула, бросив на Феда удивлённый взгляд. Она была уверена, что ощущает его прикосновения. Но Фед был достаточно далеко, а странные движения на шее не прекращались. Запустив руку себе под волосы, Алекс почувствовала мохнатый комок, который определённо был живым существом. Вскрикнув, Алекс смахнула его со своей шеи. Комок приземлился на покрывало и, шевеля всеми восемью лапками, бросился прочь. Не отдавая себе отчёт, Александра стала вопить, повторяя “убей его!”, забралась на стул, что стоял в дальнем углу комнаты и замерла в ожидании спасения. Фед же спокойно поймал паука в ладони и выпустил в окно, впуская в комнату порцию свежего влажного воздуха.

“Нельзя убивать пауков”, — спокойно произнёс Фед, закрывая створки.

— Это ещё почему?! — истерично спросила Алекс, отчего её несколько раз передёрнуло.

“Есть легенда. Каждый шаман её знает”.

— Я вся внимание! — съязвила Алекс, оглядываясь по сторонам в ожидании нового нападения. Пауков она боялась с детства, а те были рады время от времени пощекотать ей нервишки.

“Есть легенда”, — повторил Фёдор, — “о бабушке-паучихе, которая раньше следила за нами, людьми”.

— И почему я не удивлена? — Александра закатила глаза. — По-моему, её потомки до сих пор продолжают это делать. Мерзкие создания!

Фёдор не отреагировал на замечания. Он подошёл к ловцу снов и не спеша продолжил рассказ.

“Считалось, что Асабикаши, та самая паучиха, была прародительницей человечества”.

Алекс фыркнула.

“Она покровительствовала людям и охраняла их детей от злых духов и дурных снов. Когда людей стало так много, что они расселились по Земле, Асабикаши стало сложно совершать путешествие к каждой колыбели, поэтому она научила женщин плести магические паутинки для каждого младенца, используя ивовые веточки и волокна растений. Эта паутина должна была задерживать плохие сны, а те в свою очередь таяли под первыми лучами солнца. Так появились ловцы снов. Отсюда и поверье, что пауков убивать нельзя. Мы можем лишиться защиты, если предадим бабушку-паучиху”.

Александра с недоверием взглянула на яркие перья, свисающие с ивового венка.

“Этот ловец сплела моя мать”, — Фед кивнул в сторону амулета. — “Когда я был ещё младенцем. Через десять лет бабушка провела для меня посвящение. Так я стал самым юным шаманом в нашей семье”. — Фёдор смотрел в окно, но мысленно точно был не здесь. — “И начал видеть то, что другим недоступно. Они открыли для меня портал”.

— Они?

“Духи верхнего мира”.

Алекс слезла со стула и вернулась на кровать. С одной стороны, всё это казалось безумием, с другой же — эта история хоть немного могла объяснить всё, что происходило с Алекс.

— Ладно. Допустим, с тобой всё ясно… — начала Алекс. — Но я не проходила никаких посвящений, не плела ловцов и терпеть не могу пауков. И всё же с недавних пор я могу читать мысли. Со мной-то что не так?

“Это их рук дело”. — Фёдор сел рядом. — “Тебя, скажем так, подтолкнули. Наделили способностями, чтобы…”

Фед замялся.

— Чтобы что? — Алекс вопрошающе взглянула на собеседника.

“Чтобы ты смогла занять моё место”. — с шумом выдохнул Фёдор. — “Ну, знаешь, когда меня не станет”.

— Чёрта с два! — отмахнулась Александра. — Сам разбирайся со своими пауками. Или с духами. Кто там у вас за главного? — резким движением Алекс вскочила с кровати, отчего с полки упал увесистый фотоальбом. Он рухнул прямо девушке под ноги.

“Неужели они хотят, чтобы…” — Фёдор перевёл взгляд с альбома на ловец снов.

— Что хотят? — спросила Алекс, сложив руки на груди.

Происходящее ей порядком надоело, но взгляд зацепился на фотографии, выпавшей из альбома. На ней Феда обнимала улыбчивая брюнетка, полная противоположность Рите, с ярко-синими глазами. Ребятам на фото было не больше тринадцати, и в глазах читалась искренняя любовь. Алекс стало не по себе. В груди начала расти то ли ревность, то ли ненависть. Хотя оба этих чувства доказывали, что Фед перестал быть для Алекс незнакомцем. Теперь их связывало нечто большее. Нечто, способное породить большие проблемы. Как минимум, для Александры.

Фёдор аккуратно взял снимок и сдул с него невидимые пылинки. Несколько секунд смотрел на свою более молодую версию, затем на девочку, стоявшую рядом. После чего раскрыл фотоальбом и вложил фото на законное место. Алекс не двигалась. Она молча ждала, что будет дальше.

“Я любил её”, — начал Фед, не отрывая взгляда от снимка. — “Пожалуй больше, чем это вообще возможно”.

В животе у Алекс нарастало напряжение. Будто кто-то положил туда раскалённый булыжник, размером с Эверест. Она понимала, что это за чувство, но не хотела позволять ему завладеть разумом. Не сейчас, не здесь. Но как бы Александра ни старалась, жжение в желудке только усиливалось. Она сложила руки на груди, чтобы притупить боль, но это не помогло. Ревность отстаивала свои позиции и крепко держала оборону.

“Столько лет прошло, а я до сих пор вспоминаю её каждый день”.

Алекс чувствовала себя лишней. Будто вошла в комнату, в которой целуется страстная парочка. Ей было неуютно, обидно и стыдно. Ведь один из участников увиденного прочно сидел в её сердце, как бы ни старалась Алекс доказать себе обратное. Взгляд Александры метался по комнате в поисках укрытия или возможности для побега, но ни того ни другого не было. Оставалось взглянуть в глаза своим чувствам и принять поражение. Ведь сердце синеглазого красавчика принадлежало другой.

“Она снится мне каждую ночь”, — Фед посмотрел в глаза Алекс. — “Не знаю, смог ли я до конца оправиться после её смерти”.

Он провёл пальцем по волосам девушки на фото.

“Ты очень на неё похожа”.

Фёдор снова поднял взгляд на Алекс. Она стояла в полном оцепенении. Не понимала, что делать и что говорить, как реагировать и вести себя в этой ситуации. Девушка, которую любил Фед, умерла. Быть похожей на мёртвую любовь своего потенциального парня не входило в планы Алекс. Она сглотнула, глубоко вдохнула и с шумом выдохнула. Сказать в ответ ей было нечего.

“В то время я любил рыбалку. Мы с отцом постоянно ездили вдвоём на озёра. У нас даже было любимое место. Перед рассветом рыба клевала особенно активно, поэтому мы часто уезжали с ночёвкой. Спали в палатках, готовили на костре. Разговаривали по душам. Это было лучшее время в моей жизни”.

Взгляд Феда был направлен куда-то вдаль. Мысленно он отсутствовал в реальности, это было видно невооружённым взглядом. Алекс не понимала, причем тут рыба, палатки и костёр, но прерывать рассказ Фёдора не собиралась. Она медленно села на край кровати и постаралась стать незаметной.

“В тот вечер мы должны были вернуться домой. Но отец выпил, а мне садиться за руль было ещё рано. Дорога была дальняя, не по силам тринадцатилетнему мальчишке. Мы решили остаться ещё на ночь. Не знаю, спасло ли это нас или убило их… Я часто думаю, как могли бы развернуться события, будь мы дома. Возможно, все остались бы живы. А может, не стало бы и нас”.

Фед сглотнул. Алекс притаилась в ожидании продолжения. Фёдор говорил так искренне, что она боялась порвать ту нить, за которую собеседник так аккуратно вытаскивал воспоминания.

“Они спали, когда замкнуло проводку. Соседи сверху уехали отдыхать, перекрыть кран прорвавшей трубы было некому. Заметить возгорание тоже. В три часа ночи каждый находящийся в подъезде человек крепко спал в своей постели. Около сотни человек видели сны, когда мои мать и сестра дышали угарным газом. Сотня человек мирно спали, когда самых близких мне людей не стало”.

Ком в горле Алекс отзывался острой болью. Глаза горели, в груди ныло. Она хотела обнять того улыбчивого мальчишку с фотографии, но не могла пошевелиться. Сестра. Вот, кто была та девушка. Вот, кого так искренне любил Фёдор.

“Отец в итоге спился и повесился. Меня забрала тётя, и с тех пор я живу здесь, в Питере. В той самой квартире, в которой мы сейчас находимся”.

Алекс больше не могла сдерживаться. По её щекам катились слёзы.

“После трагедии мне дали запрет. Запрет разговаривать с людьми. Сказали, что я исцелюсь, когда встречу человека, способного понимать меня без слов. И вот я встретил тебя”.

Не отдавая себе отчёт, Алекс бросилась к Феду и обняла его. Она чувствовала его тепло, как расширяется его грудная клетка при дыхании, как стучит сердце. Руки Феда медленно и неуверенно опустились на спину Алекс, отчего она вздрогнула, но ещё крепче сжала парня в своих объятиях.

— Жаль, что это ненадолго, — голос Фёдора звучал прямо возле уха, не так, как Алекс слышала его обычно. Она отпрянула и посмотрела в лицо парня. Тот улыбался. — Наверное, это моё искупление. Помочь тебе спасти мальчишку. Своих родных я не спас. Но я могу помочь тебе спасти своих.

Фед говорил. Немного хрипло, немного тихо. Но говорил! Алекс изумлённо смотрела на парня и видела в нём того мальчишку с фотографии. Из-за слёз силуэт лица Феда расплывался, но это не мешало окунаться в глубину глаз цвета индиго.

Вдох. Нечем дышать. Синева глаз.

Выдох. Трепет. Желание.

Фед не двигался, Алекс не моргала.

Мягкие тёплые губы медленно коснулись переносицы. Алекс издала еле слышный стон, совсем шепотом. Она закрыла глаза и позволила моменту руководить. Будь, что будет. Возможно, это их последняя встреча.

Глава 7

Ей снился поцелуй. Всю ночь сознание Алекс проигрывало события прошедшего вечера. Тёплые губы Феда, такие мягкие, такие нежные. Его руки, что гладили спину под футболкой. Его шепот, что проникал в самую душу. Ещё немного и они бы согрешили. Хотя разве можно назвать грехом притяжение двух почти взрослых людей?

Алекс не знала. Но она точно ни о чём не жалела.

Экран телефона моргнул, и во всплывающем уведомлении Александра прочитала:

“Саш, ты долго ещё на больничном будешь? Я зашиваюсь тут совсем. Набери, как время будет, ладно?”

Яна.

Кафе.

С этими приключениями всё вылетело из головы. Алекс несколько раз набирала ответное сообщение, затем стирала. Сделала глубокий вдох, потянулась, открыла окно, вдохнула холодный воздух. Ей не хотелось возвращаться на работу. Не только сегодня. Вообще. Разносить кофе — такая глупость! Когда на кону несколько жизней, пошло оно к чёрту чьё-то доброе утро.

“Забегу сегодня, лично объясню”.

Алекс закрыла чат и открыла соцсеть. Увидев значок нового сообщения, она сразу нажала на аватарку Феда.

“Доброе утро :) Какие планы?”

Алекс замешкалась. Ей нужно было появиться в кафе, но встретиться с Федом хотелось больше.

“Надо на работе появиться. Как насчёт кофе?”

“Неплохой подкат :) Я согласен. Во сколько?”

“Через час возле Кинга”.

“Идёт”.

Губы изогнулись в улыбке. Предвкушая приятную встречу, Алекс приняла душ, накрасилась и даже позавтракала. Матери не было, что было только на руку — никаких лишних вопросов и упрёков этим солнечным утром.

— Какие люди! — воскликнула Яна, едва Алекс переступила порог кафе. Бариста подбежала к подруге и обняла её. — Синеглазый как знал, что ты сегодня появишься, минут пятнадцать назад пришёл.

Алекс покраснела. Она так и не рассказала подруге о Феде. И уж тем более подробности этой истории.

— Вообще-то, он знал, — промямлила Алекс неуверенно. — Мы сюда, как бы… вместе пришли. Кофе выпить, посидеть.

— О как… — Яна сложила руки на груди. — А работать ты когда придёшь?

— Для этого я тут, — Алекс набрала побольше воздуха в грудь. — Я увольняюсь.

Брови Яны взлетели даже выше, чем у Феда, который всё это время следил за разговором. Алекс положила на стойку бейджик и ключ от двери. Назад пути не было. Надо довести дело до конца.

— С шефом я сама поговорю, — бросила Алекс. — Прости, Ян. У меня сейчас очень сложный период.

Бариста фыркнула и ушла обслуживать посетителей. Алекс понимала, что Яне было не легче. Но врят ли у неё тоже стояла задача по спасению нескольких жизней в ближайшие двадцать четыре часа. День икс был уже завтра. И отвлекаться на всякие мелочи в виде работы было глупо. И всё же, ближайшие пол дня Алекс планировала провести в обществе Феда, распивая кофе и закусывая пирожными. Это было частью её плана. Плана по спасению Дена.

— Уверена, что не нужно выбрать другое заведение? — спросил Фед, когда Алекс поставила перед ним карамельный латте. — Мне кажется, твоя коллега не слишком довольна.

— Формально, она мне больше не коллега, — Алекс пожала плечами и положила в рот кусочек красного бисквита. — Да и обслуживать нас не надо, я сама справляюсь. Шеф мне должен, так что обед за счёт заведения.

— Какие планы на завтра? — Фёдор широко улыбнулся.

— Да вот думаю предотвратить одну страшную катастрофу, — обыденным тоном ответила Алекс. — А у тебя?

— Я всё же планирую попасть к психотерапевту, — Фед задумался. — Он слишком дорого мне обходится, чтобы пропускать посещения. Да и для Павла Валентиновича смерть не является уважительной причиной отсутствия на терапии.

Алекс улыбнулась. Ей нравилось наблюдать за Федом, как двигаются его губы, как меняется взгляд. Казалось, она могла считать его настроение по мельчайшим деталям. Словно ничего не могло от неё ускользнуть. В эту минуту Фед был счастлив. Надолго ли? Смогут ли они предотвратить его смерть? Алекс снова погрузилась в мысли об аварии. Почему-то перед глазами стоял образ Фединых родных: сестры и мамы. Что, если они ждут его? Что, если ему нужно уйти? Что, если предотвращать аварию неправильно? Почему вообще Алекс решила, что может играть в бога? Внутренности скрутило, к горлу подступил ком.

— Федь, — начала она, но тут же замолчала.

— М? — Фёдор приподнял бровь, делая глоток кофе.

— А может, — Алекс замялась. — Может, это всё неправильно? Может, нам не стоит…

Федор вопросительно смотрел на Александру. Она хотела сказать, что передумала, что не нужно вмешиваться в ход вещей, но перед глазами снова возник отраз мёртвого Дена. Алекс вздрогнула. Как она могла позволить себе сдаться? Даже на секунду! Это невозможно…

— Забей, — выпалила Алекс и залпом осушила оставший напиток. — Расскажи лучше, давно ты ходишь к этому своему Павлу Константиновичу?

— Валентиновичу, — поправил Фед. — Несколько лет. На самом деле, это была идея Риты, не моя. Она как-то рассказала, что у неё появился, — Фед прочистил горло, — знакомый. Опытный специалист. У них, правда, связь была немного другого рода, но это не важно. Она то мне и посоветовала попробовать поговорить с профессионалом. Думала, это поможет мне перестать молчать.

— А как же вы? — Алекс сдвинула брови.

— Разговаривали? — Фед улыбнулся. — Я писал на бумаге. Так было даже проще. Довериться блокноту проще, чем сказать о своей боли вслух.

— Наверное, он удивится, когда ты с ним заговоришь, — Алекс бросила взгляд в окно, о которое билась толстая муха. Стало не по себе.

— Не думаю, — ответил Фед и тоже направил взгляд на объект, так заинтересовавший спутницу. — Павел Бойко — лучший психотерапевт в городе, для него получать такие результаты вполне обоснованно. Я же не буду ему говорить о настоящей причине таких изменений. — Фед подмигнул Александре и расплылся в улыбке.

— Как ты сказал? — муха перестала интересовать Алекс, и девушка уставилась на Феда.

— Не буду говорить о настоящей причине…

— Нет, — Алекс подняла ладонь, призывая парня остановиться. — Как зовут твоего психотерапевта?

— Павел Валентинович Бойко.

— Это мой крёстный, — прошептала Алекс. — Друг моих родителей.

— И ты всё ещё считаешь, что мы встретились случайно? — похоже, Феда совершенно не удивил данный факт.

Алекс не нашла, что ответить. Она долго смотрела в окно, наблюдая, как насекомое пытается попасть в тёплое помещение сквозь толстое стекло. В голове фоном звучали мысли посетителей, но Алекс научилась от них абстрагироваться. Достаточно быстро, как ей показалось. Вдруг что-то стало выделятся из общего гула. Голос Феда, он звучал громче всех остальных. Алекс перевела взгляд на парня и ахнула: его глаза закатились, а ладони еле заметно подрагивали. Едва Александра схватила парня за руку, как тут же погрузилась в синюю дымку нового видения.

***

— Ты взял деньги на такси? — Наталья сидела на переднем сиденье, крепко держась за руль.

Фед достал из кармана пятисотрублёвую купюру и покрутил перед тётей. Та одобрительно кивнула.

— Мне кажется, ваши встречи с Павлом Валентиновичем дают отличные результаты, — Наталья улыбалась. — Ты больше не стонешь по ночам и выглядишь свежее.

Фёдор пожал плечами и улыбнулся. По телу растеклось тепло. Но причиной тому были отнюдь не встречи с психотерапевтом. Фед, определённо, влюбился. Молодой человек откинулся на спинку пассажирского сиденья и закрыл глаза. Воспоминания рисовали образ девушки — официантки из кафе. Волосы цвета угля, короткая стрижка, веснушки. Веснушки… Они сводили парня с ума.

Колёса не спеша шуршали по асфальту — Наталья водила невероятно аккуратно, пропускала пешеходов, даже когда они только подходили к проезжей части. Из-за этого получала шквал ругательств и гудков со стороны мужской половины водителей. Она очень нервничала, когда возникали неожиданные ситуации, когда что-то шло не по плану. Наталье было важно контролировать ситуацию на дороге на 150%.

Но этот день с утра не задался. Сначала кофемашина отказалась делать капучино, затем пропали ключи от автомобиля, потом и вовсе машина отказывалась заводиться, выдавая ошибку двигателя. Заверив иномарку, что отвезет малышку на техобслуживание, Наталья облегчённо выдохнула, когда услышала звук работающего мотора.

Машина проехала уже несколько кварталов, как внезапно на дорогу выскочил мальчик на самокате. Наталья резко нажала на тормоз и вывернула руль влево. По счастливой случайности на соседней полосе никого не было. Мотор затих. Радио бормотало. Мальчик на самокате весело укатил в сторону парка.

— Ты в порядке? — выпалила Наталья, осматривая Фёдора.

Тот кивнул в ответ. Заметив, что от резкого манёвра личные вещи разлетелись по всему салону, Фед отстегнул ремень безопасности и стал собирать вещи с пола. Кошелёк, ключи, документы, жевательная резинка. Закончив, Фед сложил все на свои места и погладил тётушку по плечу.

— Помощь нужна? — раздался мужской голос возле водительского окна. — Все живы?

— Да-да, — Наталья опустила стекло. — Всё нормально, спасибо!

Мужчина одобрительно кивнул, сел в свой автомобиль и уехал. Наталья сделала глубокий вдох и потёрла глаза руками. Повернула ключ, и аккуратно тронулась с места. Фед видел, как трясутся руки родственницы, как крепко она держит руль и как внимательно смотри по сторонам. Трогаться на зелёный, пропускать встречку, даже если она слишком далеко — многолетняя привычка.

Очередной светофор впереди загорелся зелёным. До пункта назначения оставалось пару кварталов. До встречи с психотерапевтом — двадцать минут.

“Послушай, остановись, пока не поздно…” — по радио неожиданно началась песня в стиле рок, и Наталья поспешила переключить радиостанцию. Фед расстроился, “Слот” были его любимой группой, но его родственники не разделяли увлечение тяжелой музыкой. Поэтому он привык наслаждаться любимыми песнями в одиночестве.

Вдруг перед машиной резко выскочила “десятка”. Наталья не успела среагировать, не успела нажать на тормоз, успела лишь отпустить педаль газа. Иномарка на скорости по инерции влетела в левый бок отечественной легковушки.

Феда пронзила боль. Словно тысячи ножей разом вошли в тело. Он чувствовал, как летит вперёд, как пробивает головой лобовое стекло, а после — темнота. Ни звуков, ни ощущений. Полная тишина. Абсолютное спокойствие.

***

— Видишь?! — выпалила Алекс, едва отойдя от видения. — Сколько препятствий! Ты не должен был быть там, на том перекрёстке! Всё можно изменить. Всё нужно изменить!

— И всё же, я там оказался, — Фед развёл руками.

— Пока ещё нет, — Алекс тяжело и часто дышала.

— Значит, окажусь, — парень пожал плечами.

— Только из-за твоей упертости! — Алекс вспыхнула. — Теперь всё ясно, — она продолжила. — Если бы не мальчишка на самокате, ты был бы пристёгнут. А значит, выжил бы. Точнее, выживешь, если пристегнёшься обратно.

Алекс выдохнула и откинулась на спинку диванчика. Вторая часть уравнения открылась. Всё встало на свои места. Осталось лишь изменить переменные и результат станет иным.

— И часто у тебя видения? — спросила Алекс, отдышавшись и осушив стакан с кофе.

— Каждый день, — ответил Фед, — но такое подробное впервые. Наконец, я увидел всю картину происходящего в нашей машине. Если честно… — проложил он и внимательно посмотрел на спутницу. — Я знал, что мы будем вместе, — он улыбнулся своей лучезарной улыбкой.

Алекс уже ничего не удивляло. Она была не против суперспособностей и отношений с таким красивым и таким странным парнем. Сейчас, когда она точно знала, что нужно делать, по телу растекалось облегчение. Осталось лишь дождаться завтрашнего дня. А дальше всё будет иначе.

— У меня есть предложение, — Фед понизил голос и наклонился к Александре. — Как насчёт шаманского обряда? Познакомишься со своей силой и узнаешь, для чего она была тебе дана.

— Пауков не будет? — Алекс скептически вскинула бровь.

Фед отрицательно покачал головой:

— Обещаю. Вечером квартира абсолютно свободна. Ритка в ночную, тётя у подруги до утра.

— Замётано, — кивнула Алекс.

Она не знала, что за обряд её ждёт, и как она узнает секрет своей силы. Но одно она знала точно — остаться с этим красавчиком наедине было сильнейшим желанием последние несколько дней.

Глава 8

В помещении пахло полынью. Фед сидел посреди своей комнаты и расставлял свечи и благовония. Алекс же не знала, куда себя деть: то садилась на край кровати, то предлагала помощь в подготовке обряда. Фёдор лишь многозначительно улыбался, показывая, что вполне справится самостоятельно. Когда свечи образовали ровный круг на полу комнаты, а пространство заполнилось ароматами костра и трав, Фед включил расслабляющую музыку и протянул Алекс руку, призывая последовать за ним. Разрываясь между любопытством и страхом, девушка всё же приняла приглашение и неуверенно встала в центр ритуального круга, боясь пошевелиться и задеть многочисленные огоньки. В комнате Феда было довольно просторно, что позволяло удобно расположиться на полу. И все же лишних движений Алекс делать опасалась.

— Мне нужно, чтобы ты расслабилась, — прошептал Фёдор, наклоняясь к гостье, и Александра ощутила его теплое дыхание на своей шее.

— Я боюсь поджариться на ритуальном огне, — нервно хихикнула Алекс, кивая в сторону огненной баррикады.

— Я уберу их подальше, когда закончится первая часть путешествия, — Фед притянул к себе Алекс и провёл рукой по спине девушки, от этого движения побежали мурашки. — А пока садись в центр круга и закрывай глаза. Мне нужно, чтобы ты расслабилась, — повторил Фед.

Алекс повиновалась. Сняла объёмную толстовку и бросила её на кровать, оставаясь в одной футболке и чертыхаясь от того, что не удосужилась надеть лифчик. От резкой перемены температуры сквозь тонкую ткань белой футболки стали видны не только упругие холмики, но и бугорки посередине. Алекс заметила, как Фед на секунду бросил взгляд на грудь, но тут же поднял глаза и посмотрел Алекс в лицо. Его щеки залились румянцем.

— Готова? — спросил парень, и Алекс неуверенно кивнула. — Сядь в позу лотоса.

Алекс заёрзала на полу, пытаясь скрестить ноги, но узкие джинсы с широким кожаным ремнём не давали спокойно это сделать. Девушка буквально кожей ощущала взгляд Феда. Он несколько секунд наблюдал страдания девушки, после чего открыл створку шкафа и достал с полки свою футболку. Подождав ещё пару мгновений и убедившись, что его спутница игнорировала все его рекомендации по подбору одежды, протянул футболку Александре.

— Думаю, в этом тебе будет комфортнее, — улыбнулся Фед.

Пришло время краснеть Алекс. Из её головы напрочь выпали советы парня про свободную одежду. Зато с задачей не есть несколько часов до ритуала Александра справилась на отлично. Из-за переживаний кусок в горло не лез. Хоть в чём-то она не подвела. Фед предусмотрительно вышел из комнаты, и Алекс, стараясь не зацепить многочисленные огоньки, скинула джинсы, быстро натянула мужскую футболку и с удивлением обнаружила, что она доходит ей почти до колен.

"Такие платья мне по вкусу", — подумала Алекс и провела рукой по мягкой ткани. Мысль о том, что эта вещь соприкасалась с кожей Фёдора, бросила девушку в жар. Она знала, что заходит слишком далеко, но отступать было уже поздно.

— Готово, — бросила Алекс, и дверь неспешно приоткрылась. Проверив обстановку, Фед аккуратно вошёл в комнату и закрыл за собой дверь, поворачивая замок.

— Нас ничего не должно отвлекать, — произнёс парень, заметив замешательство Алекс. — Нельзя останавливать ритуал посреди процесса из-за непредвиденных обстоятельств.

Алекс кивнула. Ей было спокойнее, зная, что в комнату даже теоретически никто не сможет зайти. Хоть кроме них никого не было и не должно было быть до самого утра, мысль о защищённости грела душу и позволяла расслабиться. Насколько это было возможно, учитывая нарастающую панику перед незнакомым ранее действием. Вернувшись в центр круга и сев в позу лотоса, Алекс отрапортовала, что готова. Хотя сама была в этом не уверена. Но назад пути не было, и тянуть время было глупо. Пора было со всем разобраться.

Фёдор сменил музыку для медитаций на звуки шаманского бубна, и Алекс ощутила совершенно другие вибрации всем своим телом. Монотонные удары словно проникали под кожу, затмевали разум, заставляя отпустить все мысли и расслабиться. Казалось, сердце стало стучать в ритм бубна, и дыхание тоже подстроилось под окружающую музыку. Эти ощущения одновременно пугали и влекли Алекс. Это было нечто новое, неизвестное ей ранее. То ли от ритмичных звуков, то ли от благовоний, но страх стал отступать, а на его место вышло любопытство.

— Закрой глаза, — Фёдор говорил тихо и мягко. Алекс не сразу узнала его голос, отчего вздрогнула и уставилась на парня. Но, убедившись, что всё в порядке, повиновалась и прикрыла веки, стараясь успокоить сердцебиение. — Подними глаза вверх, будто ты пытаешься посмотреть в точку между бровями.

— Это как? — Алекс снова взглянула на Феда, но увидев его нахмуренные брови, вновь закрыла глаза, сводя их к центру и поднимая выше. Сделать это оказалось не так просто: глазные мышцы отозвались болью.

— Попробуй посмотреть в область третьего глаза изнутри, — мягко продолжил Фёдор. — Хотя бы несколько секунд, этого будет достаточно.

— Странные какие-то… — начала Алекс, но Фед её перебил.

— И постарайся делать это молча.

Алекс язвительно показала Фёдору язык, но взгляда от третьего глаза не отвела, хоть мышцы уже почти сводило судорогой. Когда напряжение и головная боль стали такими сильными, что захотелось послать всё к чертям, Алекс услышала голос Феда:

— Достаточно.

Выдохнув, Алекс машинально подняла руку к глазам, чтобы их потереть, но тут же ощутила ладонь Феда на своей ладони.

— Пожалуйста, просто доверься мне, — вздохнул парень. — Расслабься и делай, что я говорю.

Алекс кивнула и вернулась в первоначальное положение. Руки опустила на колени, сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Ещё раз попробовала взглянуть на третий глаз, но тут же отказалась от этой затеи — слишком неприятные ощущения.

— Посмотри внутрь себя и ощути, что там есть портал, ведущий вглубь Земли, — Фед говорил так монотонно, что Алекс всё сильнее погружалась в транс, мысли появлялись всё реже, а сосредоточиться на работе становилось всё легче. — Этот портал может выглядеть как тоннель или нора, а может, ты увидишь дупло в дереве. Не важно, что ты увидишь. Любой образ — это нормально.

Под звуки бубна девушка расслаблялась все сильнее и вскоре заметила, что её тело двигается в такт инструменту. Сознание затуманилось, а образы, о которых говорил Фёдор, становились всё ярче. Она стояла перед земляной насыпью, внутрь которой уходил длинный тёмный тоннель. Края его были обвиты корнями деревьев, а в воздухе парил запах мокрого чернозёма. Внутри не было ничего видно, но что-то там, в темноте, манило Алекс. Она хотела скорее узнать, что скрывается внутри манящей тьмы. Словно поняв желание девушки, Фёдор продолжил.

— Ступай внутрь этого портала, — голос Феда звучал словно из-под воды. — Не стоит бояться, там безопасно.

Алекс сделала пару шагов вперёд и на мгновение погрузилась в вакуум. Вокруг не было ни ощущений, ни запахов, ни образов. Лишь звук барабанов где-то за пределами сознания. Но уже спустя несколько секунд пространство вокруг начало оживать. Босыми ступнями девушка ощущала рыхлую землю и тонкие корешки растений, в нос бил запах глины, а кожа чувствовала влажную прохладу. Всё было таким реальным, словно не было игрой её воображения. Алекс отдавала себе отчёт, что находится в комнате Феда, а путешествует лишь сознанием, но она чётко ощущала, что границы миров начинают потихоньку стираться.

Девушка аккуратно ступала по влажной земле и продвигалась всё дальше. Тоннель был бесконечным, ему не было ни конца, ни края. Она смотрела по сторонам, но ничего не менялось. Алекс оглянулась, но в обе стороны от неё была одна и та же картина. Не было ни света, ни намёка на выход. Девушка запаниковала, дыхание стало сбиваться. Ей начало казаться, что стены тоннеля начинают сдвигаться и вот-вот поглотят её полностью. Она уже хотела открыть глаза и убежать как можно дальше из круга, из комнаты, от Феда. Но в этот момент услышала мягкий голос проводника.

— Подумай о месте, в котором ты хочешь оказаться. — Фёдор говорил спокойно и уверенно, от чего Алекс немного успокоилась. — Задай себе цель встретиться со своим проводником в мире духов.

В этот же миг темнота начала рассеиваться, что помогло начать дышать спокойнее. Алекс оказалась на берегу океана у подножия огромного маяка. Лёгкий бриз приятно холодил кожу лица. Алекс втянула солёный воздух и ощутила, что расслабляется.

— Отлично, — прозвучал голос Феда. — Осмотрись по сторонам. Ты можешь заметить, что к тебе кто-то выходит. Присмотрись внимательно, кто это.

— Но тут ни… — Алекс начала нервно оглядываться, но помимо неё здесь никого не было.

— Тссс, — протянул Федор, — не спеши, наблюдай.

Дыхание сбилось. Алекс уже не была уверена, что хочет продолжать это странное путешествие, но в то же время что-то останавливало её от решения вернуться. Ощущая себя невероятно глупо и растерянно, Алекс краем глаза заметила какое-то движение. Присмотревшись, она увидела, как от маяка к ней направляется большой пёс. В первую секунду девушка испугалась и сделала несколько шагов назад, но тут же осеклась, услышав издалека мягкое "не бойся" голосом Феда.

Собака приближалась всё ближе, а сердце Алекс начинало выплясывать чечётку. Когда пёс подошёл слишком близко и внимательно посмотрел Александре в глаза, девушка сглотнула неприятный ком в горле и неуверенно сказала:

— Привет.

Когда собака поклонилась в ответ, Алекс нервно хихикнула.

— Я тут в общем-то ищу своего проводника, — начала девушка, не слишком уверенная в своей адекватности. — Не знаешь, как мне его найти?

Собака еле заметно кивнула, развернулась и, виляя хвостом, направилась в сторону маяка. Через несколько метров обернулась и внимательно посмотрела на так и не сделавшую ни единого шага девушку.

— Мне за тобой что-ли идти? — Алекс развела руками.

Собака, казалось, кивнула, а Алекс то ли снова издала смешок, то ли нервно икнула.

— Ладно, — Алекс кивнула и направилась вслед за псом, который довольный шёл по извилистой протоптанной дорожке.

Александра старалась не отставать, хоть и сделать это было не так то просто: пёс почти бежал вприпрыжку, чем ближе они становились к маяку. Когда ветер с побережья стал настолько сильным, что волосы Алекс стали беспорядочно лезть в лицо, пёс резко остановился, а Алекс, чуть не наступив ему на лапу, чертыхнулась.

— Здравствуй, Саша, — послышался пожилой мужской голос откуда-то спереди. — Я рад, что мы наконец-то встретились.

— З-з-здрасти, — заикаясь ответила Алекс, оглядываясь по сторонам и пытаясь из-за растрёпанных волос найти источник голоса. Заметив у подножия маяка старика, неотрывно смотревшего на воду, Алекс сглотнула и сделала шаг навстречу. — Я тут ищу провод…

— Проводника в мире духов, я знаю, — мужчина повернулся к Алекс и мягко улыбнулся. — Он перед тобой. Альберт, — он поднялся на ноги и протянул руку девушке.

— А-а-алекс, — заикаясь ответила Александра.

— Что тебе хотелось бы знать, Саша?

Алекс передёрнуло от имени, которого она терпеть не могла, но спорить с духовным проводником не стала. Саша, так Саша.

— Что за фиг… Что со мной происходит и как мне от этого избавиться? Что это за ерун… способности, которые внезапно открылись? Как перестать слышать голоса в моей голове? Как… — дыхание Алекс сбилось и она замолкла на полуслове.

— Ты задаёшь неправильные вопросы, — старик вновь обратил взор на океан. Алекс приподняла бровь. — Для чего мне эта способность: так будет точнее.

— И для чего же? — Алекс пожала плечами.

— Ты разучилась любить, — сказал старик океану. — Замкнулась, начала огрызаться. Ненавидишь родную мать, язвишь сверстникам. Твоя душа очерствела, Саша. — Алекс хотела возмутиться, но старик внезапно повернулся и положил ладонь на грудь Алекс, отчего девушка ощутила невероятное тепло. — Здесь стало пусто. Но это не ты. Не настоящая ты.

— А другого способа не было? — фыркнула Алекс. Старик мягко засмеялся.

— Ты можешь спасти Феда, — лицо мужчины вновь стало серьёзным. — Только так у тебя получится растопить своё сердце и привести в этот мир нечто важное. — На этих словах старик обвёл девушку взглядом, остановившись на мгновение на области пупка. — Но это будет непросто. Мы не имеем права вмешиваться, чтобы не нарушать равновесие. Ваши шансы пятьдесят на пятьдесят.

— Что мне нужно сделать? — в горле пересохло, Алекс всё ещё не до конца верила, что это не шизофрения.

— Вам дали силу, — старик снова повернулся к океану и втянул ноздрями солёный воздух. — И только вам решать, как ей воспользоваться.

— Это со мной навсегда? Я теперь постоянно буду слышать чужие мысли? Эти голоса… они сводят меня с ума, — Алекс потёрла виски и шумно выдохнула.

— Каждый из нас делает свой выбор сам. Ты можешь отказаться от своего дара. А можешь использовать его во благо. Сила даётся раз и навсегда. А как ты будешь, и будешь ли, её использовать, зависит от твоей силы духа. Готова ли ты взять на себя ответственность? — старик повернулся к Алекс и приподнял густую седую бровь.

— Кажется, у меня теперь нет выхода, — Алекс провела большим пальцем по губам. — Я не могу… не могу потерять Феда.

Старик улыбнулся и ничего не сказал.

Внезапно Алекс ощутила мокрое пятно на своей ладони. Опустив глаз, заметила, что пёс уткнулся носом в её руку. Алекс улыбнулась, потрепала собаку за уши и только хотела задать ещё один вопрос про Дена, как заметила, что старик исчез. Лишь солёный ветер доносил с океана аромат безмятежности.

— Я не могу его потерять… — прошептала девушка, и слова тут же растворились в летней прохладе, уносимые ветром к бескрайнему океану.

К глазам подкатили слёзы. Алекс ощущала, что плачет не только в медитации, но и наяву, но остановится уже не могла. Взвыв от боли, что сковала её грудную клетку, она вдруг ощутила, как теплая ладонь легла на её плечо, а после проскользила по спине. Алекс открыла глаза. На неё смотрел Фед и нежно гладил.

— Что ты видела? — с тревогой спросил Фёдор.

Алекс тяжело дыша упала на грудь парню. Она хотела набрать побольше воздуха, рассказать всё, что видела, но не могла вымолвить ни звука. Водоворот ощущений затянул в самое недро боли и не хотел отпускать. Громко всхлипывая, девушка роняла слёзы на футболку Феда, молясь, чтобы у них всё получилось.

— Тише, тише, — губы Феда нежно касались мочки уха, а руки дарили тепло где-то в области поясницы.

Алекс вздрогнула, когда горячая ладонь оказалась у неё под футболкой, отстранилась от Феда и внимательно посмотрела ему в глаза. Они оказались полными тепла и… желания? Второй рукой парень вытер слезы с щёк девушки и ещё сильнее притянул её к себе. Внизу живота запульсировало, когда крепкая ладонь поднялась выше, приподнимая футболку и оголяя живот. Теперь приходилось переводить дыхание не от внезапно подкатившей истерики, а от пламенного желания заполучить Феда прямо здесь и сейчас.

— Там был пёс и… — хрипло произнесла Алекс, Фед поднял брови в удивлении.

— Продолжай, — прошептал Фёдор прямо возле уха, обдавая Алекс горячим томным дыханием.

— И вообще, я хотела спросить, — лёгкие отказывались выполнять свою работу, поэтому Алекс буквально начала задыхаться.

— М-м-м? — вопросительно промычал Фед где-то в области ярёмной впадины. По коже Алекс пробежали мурашки.

— Раз ты шаман, — Алекс пыталась удержать разговор, чтобы окончательно не сойти с ума, — почему не сам стучишь в бубен? — девушка обернулась в поисках инструмента. И откуда в этот момент в её голове появились такие мысли?

— Мой бубен сгорел в том пожаре, — парень отстранился и поник, Алекс тут же пожалела о сказанном и захотела отмотать время вспять, чтобы не рушить волшебство момента, — и я никак не могу решиться приручить новый, — Фед как-то слишком грустно уставился на ноутбук, всё ещё издающий звуки чужой игры. — Но сейчас я бы хотел поговорить не об этом, — парень заискивающе улыбнулся.

Только сейчас Алекс заметила, что все до единой свечи потушены, а благовония почти догорели до конца. Сколько она была в путешествии? Час, два?

— А о чём? — Алекс наконец смогла справиться с эмоциями и выровнять дыхание.

— Мне запрещено использовать силу для изменения будущего, — Фед нахмурился. — Таковы правила, которые мне передали в моём шаманском путешествии.

— А мне сказали, мы можем все исправить, но на помощь высших надеяться нельзя, они не имеют права…

— Вмешиваться, да.

— Что будем делать?

— Предлагаю сначала закончить начатое.

Фёдор поднялся с пола и протянул руку Алекс, а после сел на кровать, усаживая девушку к себе на колени и зарываясь в смолистых волосах. Оказавшись так близко к Феду в одном белье и футболке, Алекс задрожала от охватившего её вновь желания. Не раздумывая, она стянула с себя футболку и потянулась к Феду, касаясь пухлыми губами его сильной шеи. Парень застонал, а возле ног Алекс образовался внушительных размеров бугорок.

Здравый смысл улетел куда-то слишком далеко, когда Алекс начала расстегивать Феду ширинку на джинсах.

Последние здравые мысли улетучились, когда её рука оказалась под боксерами и легла на упругую плоть.

Алекс, той самой Алекс, что она когда-то знала, больше не было в этой комнате. Она исчезла, когда толкнула Феда на кровать и осталась перед ним совсем нагая.

Прежней Александры больше не было. Осталась только её душа, желающая соединиться с душой другого человека на всех уровнях бытия.

Движения, медленные и плавные заставляли погружаться куда-то в глубину смыслов, ища ответы на незаданные вопросы. Алекс растворилась в ощущениях тела, душой улетая всё дальше в нулевое измерение. Она парила меж звёздами и планетами, пролетала сквозь розовую дымку, поднималась всё выше к яркому серебристому свету. Чем ближе она была к другим измерениям, тем быстрее двигалось её тело. Когда напряжение в ногах достигло максимума, она услышала где-то на задворках сознания голос Феда.

“Аккуратнее… Пожалуйста, остановись… Алекс, я же сейчас…”

Но Алекс не могла остановиться. Она качалась на волнах наслаждения, пока яркая вспышка света не вырвалась из её груди и улетела куда-то вверх, туда, откуда все приходят и куда возвращаются. Неожиданно для самой себя Алекс вскрикнула и, охваченная мелкой дрожью, упала на кровать рядом с тяжело дышащим Фёдором.

— Кажется, у нас проблемы, — задыхаясь прошептал Фед.

— Какие? — на самом деле Адекс не было никакого дела ни до чего. Она всё ещё рассекала пространство и время.

— Ты словно не слышала, и… — Фед пытался что-то сказать. Сквозь шум в ушах разобрать что-либо было проблематично, — … и всё в тебя.

Парень выдохнул и повернулся на бок, убирая у Алекс волосы с лица.

— Плевать, — бросила Алекс, пытаясь сфокусироваться на чёрной точке на потолке. — На всё плевать! Возможно это наша последняя встреча.

— Ты слышала, о чём я говорю?

Алекс не могла здраво оценить происходящее. Её накрыло цунами эмоций и все приземленное казалось неважным.

— Алекс!

— Ты! — девушка ткнула указательным пальцем Феду во влажную грудь. — Вот, что важно. На остальное плевать.

Глава 9

Всю ночь Алекс ходила по бесконечным чёрным коридорам, больше напоминающим лабиринт. Каждый поворот приносил ощущение липкого страха и опасности. Что-то следовало за ней по пятам, и как бы девушка ни старалась, не могла оторваться от преследователей. Казалось, это длится бесконечно. Алекс пыталась проснуться, но все попытки оказывались тщетными. Вероятность выбраться из склизкого сна была так же мала, как и возможность предотвратить аварию, которая должна была случиться уже сегодня. Как только солнечные лучи взойдут из-за горизонта, начётся обратный отсчёт. Поэтому девушка продолжала ходить по кругу, лишь бы не встречать рассвет и не смотреть новому дню в глаза. Лишь бы никогда не просыпаться.

— Милая, пора вставать, — голос отца постепенно начал вытягивать Алекс из небытия.

“Ещё минутку, пап”.

— Саш, мы же на природу собрались, сейчас уже Денчика приведут.

“Пожалуйста, давайте отменим этот день, я не готова”.

— Сань, — папина ладонь мягко легла на плечо.

— Встаю, пап, — прохрипела Алекс и потянулась. Бёдра тут же заныли, напоминая о вчерашнем.

— День и так уже короткий становится, — отец сжал плечо дочери. — Пораньше бы выехать.

— Дай мне полчаса, — Алекс зевнула и приподнялась на локтях. — Приведу себя в порядок.

— А я пока вещи в машину потаскаю, — отец хлопнул в ладоши и направился к выходу из комнаты.

Как только дверь за ним закрылась, Алекс схватила телефон и нервно набрала сообщение:

"Я не готова. Давай ты просто останешься дома?"

"Ты знаешь, что я не могу. Мне нужно быть в том месте в то время".

Чертыхнувшись, Алекс кинула телефон на кровать, схватилась за голову и взвыла. Шанс изменить предначертанное был слишком призрачным. Да и был ли? Но терять было уже нечего. Всё или ничего. Сейчас или никогда.

Девушка накинула махровый халат, завязала на талии пояс и направилась в ванную, стараясь не думать о том, что случится уже через пару часов.

***

— Ты какая-то бледная, — мать бросила на Алекс быстрый взгляд, пока девушка пила кофе. — Лекарства пила?

— Угу, — Алекс кивнула, пытаясь вспомнить, где у нее вообще лежали эти таблетки, о которых она благополучно забыла. — Просто немного волнуюсь, ну… знаешь… мы всей семьёй куда-то едем. Это… волнительно.

Мать коротко кивнула и повела плечом, но ничего не ответила. Ей тоже было нелегко, Алекс прекрасно это понимала. То, что происходило сейчас в душе женщины, совсем скоро станет причиной двух смертей.

Раздался звонок в дверь, и Илья поспешил открыть её. На пороге стояла соседка, а рядом Ден. Выглядел мальчик очень воодушевленно. Перекинувшись парой фраз с Алекс и Элеонорой, Юлия отдала Денису его вещи и, пожелав удачной поездки, поспешила на работу. У Алекс в горле образовался ком размером с Плутон, когда она подумала о том, что это, возможно, последний миг, когда мать видит сына живым.

Алекс хотелось побежать за Юлией, закричать ей вслед, умолять, чтобы они попрощались. Рассказать обо всем. Чтобы потом не было мучительно больно. Но её слова едва ли могли воспринимать всерьёз, учитывая походы к психиатру. Поэтому девушка смахнула слезу и пообещала прежде всего самой себе, что во что бы то ни стало постарается предотвратить аварию.

— Ну что, все готовы? — спросил Илья, когда все вышли из-за стола.

Алекс еле заметно покачала головой, но вслух утвердительно замычала. Она не была готова. Совершенно не была готова потерять двух очень близких людей.

***

"Мы уже едем. Осталось минут десять".

"Я тоже в машине. Ты как?"

"Нервничаю, а ты?"

"В принятии. Я слишком много раз видел то, что должно случиться. Кстати, что с голосами в голове?"

"Кажется, я научилась их контролировать. Очень редко пробиваются без моего желания. А у тебя были видения?"

"Нет. Ничего нового".

"Да поможет нам Бог".

"На Бога надейся, но сам не плошай".

"И то верно…

печатает

Люблю тебя!"

"И я тебя! Всё получится:*".

Алекс сжала смартфон в руках и посмотрела в окно. Они были совсем близко к тому самому перекрёстку. Сердце стучало, как бешеное.

Колеса шуршали по асфальту, из динамиков радиоведущий вещал прогноз погоды, Ден воодушевленно смотрел на пролетающие мимо дома, а Алекс с напряжением смотрела на родителей, пытаясь уловить начало ссоры. Воздух из приоткрытого окна был теплый и свежий. На мгновение Алекс закрыла глаза и сделала глубокий вдох, как вдруг услышала голос отца.

— Эй, ты чего?

Сердце Алекс стало похоже на птицу в клетке, изо всех сил пытающуюся вырваться на волю. Автомобиль стоял на перекрестке, а рука отца лежала на колене жены.

Элеонора уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но Алекс выкрикнула первое, что пришло в голову.

— Я из кафе уволилась!

Все взгляды стали обращены на нее.

— Почему? — холодным тоном спросила мать, без нотки удивления или интереса в голосе.

— Зарплату не платят, — Алекс импровизировала, время от времени поглядывая на красный кружок светофора.

— Не так уж это и плохо, принцесса, — Илья откинулся на сиденьи и потянулся, отпустив при этом руль.

— Па, следи за дорогой! — почти истерически крикнула Алекс.

— Так красный же, — рассмеялся Илья, но тут же завидев желтый цвет, сжал руль левой рукой, правой включил скорость и тронулся, как только зажегся зеленый.

Алекс таращилась по сторонам, но для беспокойства не было причины — десятка проехала перекресток без осложнений. Во рту пересохло. Алекс оглянулась назад, пытаясь увидеть знакомый опель тетушки Феда, но запуталась в круговороте проезжающих машин.

— Па, остановись пожалуйста у магазина, — снова нервно выпалила Алекс. — Срочно!

Илья машинально нажал на педаль тормоза, и машина с визгом остановилась возле небольшого маркета. Алекс выскочила на улицу, стараясь отдышаться. Вдруг резкий визг тормозов раздался прямо на том перекрестке, где только что Александра смогла предотвратить собственную аварию.

Две машины — российская и иномарка на полной скорости въехали друг в друга. Пространство окутало тишиной, а после раздался душераздирающий вопль искренней боли.

Глава 10

«Сегодня утром на перекрестке улиц … столкнулись два автомобиля: “Опель Корса” и “ВАЗ 2110”. Трое человек погибли, еще трое пострадали. Все погибшие из отечественной легковушки. Женщина 1988 года рождения, мужчина 1985 года рождения и ребенок — мальчик 2018 года рождения. Подробности произошедшего уточняются».

Трясущимися руками Алекс закрыла крышку ноутбука, стараясь отдышаться. Утренняя выходка стоила жизни целой семьи. Трое вместо двоих. Цена жизни близкий ей людей оказалась слишком высокой. Стоило ли оно того?

С одной стороны Александра была рада, что видение Феда не сбылось. С другой ее грызла вина за жизни невинных людей. Можно ли считать ее убийцей? Девушка постучала пальцами по столу, после схватила телефон и набрала сообщение:

“Набери, как освободишься”.

“Лучше лично встретиться. Через час буду дома один. Можешь подъехать?”

“ок”.

“Целую:*”

печатает…

Не вини себя. Во всем есть доля фатализма”.

Алекс встала с кровати, открыла окно и вгляделась в вечернюю тьму. Фонари мягко освещали двор, по которому как муравьи, мельтешили люди. День становился всё короче, неумолимо уступая ночи, поэтому многие возвращались с работы уже по темноте. Питер не знал выходных. Его жители работали в любой день недели, и народу на улицах было одинаково, что во вторник, что в субботу. Алекс прикрыла глаза, ощущая начавшую подкатывать тошноту — предвестник панической атаки. Девушка прислонилась к холодному стеклу, жадно вдыхая воздух.

Поездка отменилась из-за неё. Алекс не смогла справиться с нервами, поэтому когда отец остановил машину возле магазина, девушка забежала за бутылкой воды и после вылила ее себе на голову. Родители многозначительно переглянулись, а Ден не отрываясь смотрел на искореженные автомобили. Настроение всей четверки было испорчено.

Хоть мать и не высказала отцу всё то, что должна была, напряжение в воздухе явно ощущалось. Максимовы не долго советовались. Решение вернуться домой было единогласным. Денчика сразу забрала его мать, а Алекс закрылась в комнате и залезла под одеяло, пытаясь справиться с ознобом.

Фед написал почти сразу после аварии. Алекс даже себе боялась признаться в том, что поверила в смерть парня. Но хоть в аварию попала такая же машина того же цвета, все же это была другая иномарка. Авария повторилась в точности до деталей: те же марки автомобилей, то же количество человек в машинах. Но старуха с косой забрала на одного больше. Оказалось, она не любит, когда её обводят вокруг носа.

Когда тошнота начала отступать, Алекс медленно открыла глаза и вновь посмотрела вниз на двор. Ей показалось, что возле подъезда напротив стоит фигура в черном плаще с капюшоном, закрывающим лицо, и пристально смотрит в её окно. Алекс сморгнула, но фигура никуда не исчезла. Вдруг в голове отчётливо послышался голос.

”Вы думаете, что смогли обхитрить судьбу? Мы ещё встретимся!”

А дальше черепную коробку сковало от громкого смеха. Александра схватилась за голову и упала на пол, громко крича. Через пару секунд в комнату вбежала мать.

— Саш, ты чего? — Элеонора присела рядом с дочерью и крепко сжала её плечо.

Голос в голове моментально стих, а Алекс скинула руку матери, вскочила и выглянула в окно. Фигура в черном ещё секунду стояла в том же положении, затем опустила голову и исчезла.

Стараясь справиться с паникой и выровнять дыхание, Алекс повернулась к ошарашенной матери и выдавила:

— Мне нужна компания. Можешь отвезти меня к… подруге? — Алекс запнулась, подбирая нужное слово.

— Думаю, тебе лучше побыть дома, — холодным тоном произнесла Элеонора. — Ты вся бледная. Да и на улице уже темно.

— Я всё равно пойду. С тобой или без тебя, — Алекс одарила мать пронзительным взглядом.

Элеонора на минуту замешкалась, затем шумно выдохнула и устало сказала: "Одевайся", после чего вышла из комнаты и ушла в свою комнату.

Через десять минут обе были готовы. Алекс набрала Феду сообщение, в ответ получила короткое "жду". Положила телефон в карман и не без волнения вышла из квартиры вслед за осунувшейся матерью.

— Я тебя понимаю, — неуверенно сказала Алекс неожиданно даже для самой себя, сидя на переднем сиденьи старенького "Матиза", который Элеонора брала только в крайних случаях, предпочитая передвигаться на общественном транспорте или такси. — Понимаю, что ты чувствуешь из-за папиного поведения.

— Поведения… — Элеонора перекатила во рту это слово, будто пробуя на вкус. — Да, спасибо, дочь. Но на самом деле я не желаю тебе меня понять. Никогда в жизни.

Алекс кивнула и неуверенно положила матери руку на плечо. По-детски потрепала в знак поддержки и также неуверенно убрала руку обратно и стала теребить шнурок от спортивных брюк.

Она не знала, как общаться с матерью, но и быть безучастной не хотелось. Алекс видела серое лицо матери, тени под глазами, опущенные плечи. Элеонора Максимова вызывала жалость, и Алекс хотелось ей хоть как-то помочь. Хотя в помощи нуждалась и она сама, но близкие люди были слишком заняты своими проблемами.

— Здесь налево, — Алекс махнула рукой, показывая на подъезд Федора.

— Не знала, что у тебя здесь подруги, — мать припарковалась и повернулась к Алекс. — Давай недолго. Вызовешь такси?

— Да, мам, конечно. Не переживай. — Алекс чмокнула мать в щеку и, пообещав написать, вышла на улицу.

Когда "Матиз" скрылся из виду, девушка подошла к подъезду и набрала уже знакомые цифры на домофоне.

***

— Как прошла встреча с дядь Паш… с психотерапевтом?

Алекс сидела на краю кровати и нервно теребила край футболки, время от времени поглядывая на ловец снов и возвращаясь мыслями к общению с духами и близости с хозяином комнаты. От мыслей о сексе низ живота начало приятно тянуть, но Алекс быстро отбросила эти мысли в сторону, пытаясь сосредоточиться на более важном.

— В целом нормально, — Фёдор пожал плечами. Он стоял напротив, сложив руки на груди. — Павел Валентинович удивился, что я начал разговаривать. Сделал для себя вывод, что наша с ним работа начала давать результаты. Я не стал открывать ему правду.

Фед по-доброму улыбнулся и подошёл к Алекс. Аккуратно сел рядом с ней на кровати и мягко положил руку ей на бедро. Ощутив тепло любимого человека, Александра немного успокоилась. Но мысли всё равно не давали покоя.

— Ты думаешь, мы правильно поступили? — Алекс повернулась к Феду и ощутила, как глаза наливаются слезами.

— У нас не было иного выхода, — прошептал Федор, наклоняясь к Алекс и проводя лицом по её волосам. — Нам дали шанс, и мы им воспользовались.

— Но погибли невинные, — девушка не могла больше сдерживаться и заплакала. — Если бы не я…

— Я был бы мёртв, — холодным тоном закончил Фед.

Алекс ощутила его теплые губы на своих и, не задумываясь, ответила на поцелуй. Она плакала и одновременно целовала человека, ставшего причиной её проблем, но в то же время подарившего ей бесконечное счастье.

Вдруг в глазах неестественно потемнело, уши заложило, а голову сдавило тянущей болью. Алекс успела только вскрикнуть прежде, чем погрузиться в новое видение Федора…

***

Фед шел по улице, шурясь от яркого солнца. Настроение было отличным, погода — совсем не осенней. Где-то вдалеке слышались гитарные аккорды и вокал уличных музыкантов. Из планов на день была лишь лекция по шаманизму в одной примечательной онлайн школе и желание встретиться с Алекс. День обещал быть спокойным, а Фед — расслабленным.

Вставив наушники в уши, парень шагал по питерским улицам, вглядываясь в лица людей, пытаясь угадать их судьбы. Он всегда мечтал научиться считывать информацию с поля, но почему-то именно эта способность давалась ему сложнее всего. Его бабушка могла, едва взглянув на человека, рассказать всю его жизнь. Федора же этим даром, видимо, обделили, но парень все равно не терял надежды однажды этому научиться.

Он вспомнил слова бабушки. Она рассказала, как можно развить способности к ясновидению. Фед расфокусировал взгляд, очистил мысли и переключил проигрыватель на медитативную музыку. Он вновь стал всматриваться в лица, находясь в некоем подобии транса. Спустя десять минут тренировок перед глазами действительно стали всплывать хаотичные образы из жизни прохожих. Либо Фед просто начал их придумывать.

Впереди него шла девочка. Лет двенадцать, распущенные волосы до колен, яркая дутая курточка, белоснежные кросовки. Когда Фед настроился на её энергетику, по коже прошел мороз. Неприятное предчувствие накрыло парня с головой. Невесть откуда взялась уверенность, что с девочкой вот-вот случится несчастье.

Фед огляделся по сторонам, мир вокруг выглядел как обычно. По дороге рядом проезжали машины, люди спешили по своим делам, а девочка беззаботно шагала по тротуару, что-то напевая себе под нос.

Вдруг сквозь звуки природы в наушниках послышался гудок автомобиля. Не раздумывая, Фед бросился к девочке, схватил её за куртку и едва успев дёрнуть в сторону, как все вокруг стихло и стало темно.

Фед словно висел в воздухе и наблюдал за происходящим со стороны. Два тела — его и девочки, лежали в луже крови, а на соседнем столбе буквально была намотана серая машина, марку которой было и не разобрать: авто превратилось в груду металлолома. В салоне были двое. Оба не подавали признаков жизни. Так смерть забрала четверых.

***

Алекс тяжело дышала, вернувшись в свое тело. Метнула взгляд на Фёдора — тот был бледнее тумана. Грудная клетка парня прерывисто опускалась и поднималась.

— Ты поняла, что это значит? — будто не своим голосом спросил Фед.

Алекс кивнула и громко взвыла. Неужели она думала, что и правда сможет обыграть смерть?

Глава 11

Каждое последующее утро Алекс лихорадочно проверяла прогноз погоды. Солнечные дни в Питере были редкостью, тем более в середине осени, поэтому понять, в какой день Феду грозит опасность, было не так сложно. На протяжении недели сайты показывали дожди и облачность, а Александра с облегчением выдыхала и позволяла себе ещё немного понежиться в кровати перед институтом.

Всю следующую неделю Алекс и Фед проводили вместе. Девушка вернулась к учебе, а после пар ехала на свидание. Парки, кафе, книжные магазины — всё это стало их местом встреч в бесконечном водовороте событий.

Они старались не обсуждать увиденное, но каждый знал, что однажды этот проклятый солнечный день наступит, а значит придётся что-либо предпринять.

— А что если ты не пойдешь за этой девочкой, а свернешь в другую сторону? — осторожно начала Алекс, сидя очередной раз в уютном кафе возле института.

— Я должен спасти её, — Фед повел плечом и непонятным взглядом уставился в окно. — Если я увидел несчастье, значит я могу его предотвратить.

— Один раз уже предотвратили, — фыркнула Алекс. — Только хуже сделали.

— Мы же не видим общей картины. — Фед пожал плечами. — Возможно та семья всё равно бы погибла. Рано или поздно.

— А может они жили бы долго и счастливо.

— В отличии от меня.

Алекс опустила глаза и уставилась на недоеденный десерт. Что, если это было случайностью? Да черт возьми, водителям надо было лучше смотреть по сторонам за рулём! Алекс кивнула самой себе и на мгновение поверила, что не она виновата в той аварии. Что если в этот раз все получится, как надо? Что если действительно можно всё изменить? Иначе зачем Феду показывают его будущее?

— Ты знаешь правила, — Федор сделал глоток капучино. — Мне нужно быть…

— … в то время в том месте, ага. — Алекс кивнула. — А если опять с духами пообщаться? Может подкинут идейку.

— Лишний раз их лучше не трогать. — Категорично ответил Фед. — Было бы что-то важное, они бы сами явились. Ты же никого не видела?

Алекс вспомнила фигуру в темном плаще возле своего дома и сглотнула подступивший к горлу ком. Явление той сущности было недобрым. А смех до сих пор преследовал Александру во снах. Но в то же время Алекс отрицательно помотала головой.

— Ну вот, — Фед пожал плечами. — Сами разберёмся. Слушай, — он понизил голос и продолжил заговорщическим тоном, — ты можешь почитать мысли во-о-он того паренька? Он глаз с тебя не сводит. Мне кажется, он на тебя запал.

Алекс обернулась и посмотрела туда, куда указал Федор. За дальним столиком сидел парнишка на курс младше с кафедры психоанализа. Увидев, что Алекс обратила на него внимание, мальчишка покраснел и опустил голову так сильно, что носом чуть не клюнул в молочный коктейль.

— Да ну тебя, — Алекс смущённо улыбнулась. — Не буду я читать его мысли. Вдруг там что-то пошлое.

— А ты круто научилась контролировать свою силу. — Фед подался вперёд и почти прошептал: — Я бы не смог устоять от соблазна узнать, о чем думают люди.

— Мне и без их бесконечных мыслей шума хватает, — Алекс потерла виски, понимая, что становится сложно держать оборону от внутренних переживаний десятков посетителей кафе.

В ушах начало звенеть. Алекс закрыла глаза и стала дышать. Вдох, выдох. Ещё раз вдох, выдох. Людские мысли пролетали мимо, но было что-то, что выделялось из общей массы.

“Я здесь”.

Алекс обернулась на голос. В дальнем углу кафе стояла фигура в черном. Объемный капюшон скрывал лицо, руки были спрятаны в широкие карманы. Невозможно было понять пол этого человека. Да и человека ли?

“Это случится завтра. Но не переживай, я буду рядом”.

“Кто ты?” — мысленно задала вопрос Александра.

“Ты ещё не поняла? Я та, что пришла за ним”

Фигура в плаще медленно подняла руку и указала на Феда. Алекс показалось, что она не может дышать.

“Я тебе его не отдам” — пронеслось в голове собственное эхо.

Ответа не последовало. Лишь пронизывающий смех окутал с ног до головы, заставляя Алекс обессиленно схватиться за голову.

— Эй, ты чего? — Алекс ощутила тепло знакомой ладони на своем плече.

— Устала просто, — не без труда девушка вернула лицу привычное выражение лица и натянула улыбку, стараясь не обращать внимания на нестерпимую боль.

— Саш, — Фед уставился на Алекс. — Что ты от меня скрываешь?

Александра не выдержала и расплакалась. А после ей пришлось рассказать о новостях из мира мёртвых.

***

Солнечные лучи пробивались сквозь белый тюль и лениво ложились на серые стены. Едва Алекс открыла глаза, живот скрутило судорогой, а к горлу подкатила тошнота. Парой резких шагов девушка добежала до ванной, и её вырвало, едва она подняла крышку унитаза. Желудок опорожнился ещё несколько раз, пока не стал совершенно пустым. Во рту остался привкус желчи, и Алекс поблагодарила всевышнего за то, что родителей уже не было дома. Меньше вопросов, меньше проблем.

Пытаясь смириться с тянущим ощущением внизу живота, Алекс забралась в ванную, села в нее и включила душ. Прошло не меньше получаса, когда девушка поняла, что ей не спрятаться в уборной от происходящего. Жизнь подбрасывала проблем, и Алекс необходимо было брать себя в руки и решать все то, что предлагала ей вселенная.

От Феда было несколько сообщений из серии “доброе утро” и “скучаю”. А ещё куча смайликов в форме сердечек всевозможных цветов. Алекс забавляло, как резко может измениться парень, когда влюбляется. Они становятся словно маленькими детьми и начинают вести себя как когда-то в детстве с мамой.

Алекс улыбнулась и отправила ответные сообщения. Прошла на кухню, заварила кофе и села возле окна, вглядываясь в очертания города и вдыхая аромат любимого напитка.

Она не могла обмануть свое тело. Каждой клеточкой организма она чувствовала изменения. Грядёт нечто, что перевернёт ее жизнь раз и навсегда. Да и сейчас все уже безвозвратно изменилось. Как бы ни сложились события сегодня, как раньше уже не будет.

Вчера, перед тем, как расстаться, они придумали план. Алекс будет идти следом, Фед не возьмёт с собой наушники. Алекс будет следить за машинами, Фед — за девочкой. В идеальном стечении обстоятельств жертв быть не должно.

Прокрутив план снова и снова, Алекс взяла в руки телефон и набрала:

“Как думаешь, во сколько?”

“Хочу прогуляться прямо сейчас. Не могу объяснить. Просто чувствую”.

Алекс шумно выдохнула, телефон в руках задрожал.

“Ну что ж. Значит, план перехват начинается”.

Собравшись за какие-то двадцать минут, Александра вышла на улицу и направилась в уже известном ей направлении.

***

Ярко светило солнце. Если бы Алекс не знала, что предстоит ей сейчас пережить, она бы подставила лицо теплым лучам и наслаждалась редкой хорошей погодой. Но сердце стучало так сильно, что едва было слышно шум улицы, а к горлу то и дело подкатывала тошнота.

Спрятавшись поглубже в капюшон, Алекс шагала по улице и всё сильнее начинала нервничать. До встречи с Федом оставались считанные минуты. До гипотетической смерти четырех человек можно было начинать отсчёт.

Алекс не представляла, как может спасти тех, кто должен разбиться в машине. Да и стоило ли заботиться ещё и об этом? Каждый сам за себя. Каждый должен заботиться о своей личной безопасности. И если людям на это плевать, это их зона ответственности. Александре же нужно было спасти любимого. Только его и никого кроме.

Из-за поворота показалась знакомая фигура — высокий рост, растрепанные волосы, джинсы и теплая фланелевая рубашка. И наушники… Длинный черный провод болтался поверх одежды, а сам Фед улыбался несмотря на все происходящее. Алекс же накрыло злостью да так, что начало сводить челюсти. Этот парень был упрям настолько, что хотелось колотить его кулаками и кричать прямо в лицо о его легкомысленности.

Только Алекс хотела подбежать к Федору и надавать ему оплеух, как из ближайшего двора вышла девочка. Та самая, в дутой куртке и белых кроссовках. Ее распущенные светлые волосы красиво развевались от легкого ветерка, а лицо казалось счастливым и невинным.

Алекс замерла, как вкопанная, когда увидела еще одну знакомую фигуру. Смерть. Она шла рядом с девочкой, но никто ее, казалось, не замечал. Когда расстояние между ними сократилось, Алекс услышала голос в своей голове:

“Душа сама выбирает свой путь. Человек сам выбирает свой последний день. Момент перехода был выбран этой душой еще до воплощения. Так как ты смеешь думать, что можешь вмешиваться в этот выбор? Хватит играть в Бога. Ты — не ОН”.

— Мне нужен только Фед. Он не выбирал такую жизнь. И не заслужил раннюю смерть, — прошептала Алекс в ответ.

“Его жизнь в обмен на троих. Плюсом к тем, что и так должны умереть”.

Фигура остановилась и встала напротив. Алекс, казалось, перестала дышать. Она переводила взгляд с Федора на девочку, затем на дорогу. А мозг лихорадочно искал наилучшее решение.

— Бери, кого хочешь, — произнесла Алекс сквозь слезы. — Только не трогай его.

Смерть кивнула и испарилась. В тот же момент засвистели тормоза, и легковушка на полной скорости въехала в другую машину. Обе иномарки понеслись на тротуар. Сквозь туман Алекс видела, как Федор бросается за девочкой, и в ту же секунду Александра схватила его за руку и в последний момент отдернула в сторону домов. Спустя мгновение в этом месте упала искореженная перевернутая на крышу машина. Из-под помятого железа были видны светлые локоны, пропитанные кровью, а рядом лежал белоснежный детский кроссовок.

— Твою мать! — раздался рядом крик Феда.

Он ринулся к месту аварии и начал метаться от пассажира к пассажиру. Но все пятеро в салонах авто были мертвы. Как и девочка, которая выбрала этот момент своей смерти еще до рождения.

Глава 12

“Какого черта ты сделала?!” — В ушах Алекс словно на повторе звучали последние услышанные слова от Феда. После аварии они больше не общались. Точнее, Федор игнорировал сообщения Алекс и не отвечал на звонки.

Три дня прошли, как в тумане. Алекс сидела в своей комнате, выходя только в туалет и за очередной кружкой кофе. Отец уже неделю не появлялся дома, а мать приходила уже после того, как Алекс ложилась спать. Одиночество стало верной подругой, способной выслушать, и в то же время заклятым врагом, дарящим ощущение безысходности.

По утрам все сильнее мутило, по ночам всё чаще снились кошмары. Алекс просыпалась разбитой и уставшей, словно все происходящее во сне было в реальности.

В последний день октября Алекс проснулась с ощущением необходимости что-то поменять. Существовать как раньше стало невозможным.

Алекс сходила в душ, накрасилась и надела любимый джинсовый комбинезон поверх объемного белого шерстяного свитера. С удовлетворением посмотрела на свое отражение и отправилась с институт.

— О-о-о, кто тут у нас? Да это ж сама Матильда пожаловала! — раздался голос главного задиры группы с дальних парт, едва Алекс вошла в аудиторию.

— Заткнись, придурок! — Алекс показала одногруппнику средний палец и, не обращая внимания на улюлюканье его товарищей, гордо прошла до своего места возле окна.

В этот раз она не отпустила взгляда. Она смотрела в глаза своему обидчику и готова была ответить на любую его выходку.

— А больничка-то пошла тебе на пользу, — не унимался парнишка. — Там из тебя всю дурь выбили?

— Не переживай, я и за тебя замолвила словечко, — Алекс достала из рюкзака тетрадь и положила её на стол. — Тебя там ждут, как самого главного пациента, — она обернулась к одногруппнику и ехидно улыбнулась, гордая за себя.

В это время в аудиторию зашёл профессор, а в коридоре раздался звонок. В помещении тут же воцарилась тишина.

— А ты дерзкая штучка, — прошептал задира так, что его могла слышать только Алекс. — Наверное и в постели любишь доминировать?

— Пошёл ты, урод! — прошипела Алекс.

“Не была бы психичкой, я б ее трахнул прям здесь или в туалете”.

Мысль парнишки отразилась эхом в голове Алекс. Она часто задышала, затем резко встала, подошла к одногруппнику вплотную и, склонившись над ним, отчётливо сказала:

— Да я б такому уроду, как ты, даже под дулом пистолета не дала.

После этого плюнула ему в лицо, схватила рюкзак и выбежала из аудитории под свист толпы. Профессор пытался остановить ее, но Алекс вовремя увернулась и вылетела в коридор.

На следующую пару Алекс вернулась, но последствия утренней выходки не заставили себя долго ждать. После обеда Элеонору вызвали к декану, и Алекс должна была явиться вместе с матерью.

— Если такое поведение продолжится, боюсь, мы вынуждены будем отчислить Александру, — декан сцепил пальцы в замок и положил руки на стол перед Элеонорой. — Как бы нам ни хотелось войти в ваше положение, но действия Александры выходят за все рамки приличия. Я принимаю во внимание её психическое состояние, но… — мужчина запнулся и на несколько секунд замолчал, — эти отклонения не дают права вести себя подобным образом в университете.

“Отклонения” — мысленно повторила слово Алекс. Так вот, кем её все считали. Ненормальной. Психичкой. Больной.

Не отдавая себе отчёта, Алекс встала со стула, на котором все это время сидела в углу комнаты, и, подойдя к декану вплотную, прошипела:

— Я не больная.

Затем с яростью скинула всё, что было на столе, на пол и, не обращая внимания на шоковое состояние матери, уверенной походкой вышла из кабинета, решая никогда сюда больше не возвращаться.

Алекс шагала по серым улицам, прячась от прохожих в капюшоне. Мать звонила, не переставая, но Алекс скидывала звонки. Написав матери короткое “мне нужно время”, девушка выключила телефон и направилась по единственному знакомому ей адресу, где её могли принять.

— Что ты тут делаешь? — спросил Фед, глядя на Алекс, переминающуюся с ноги на ногу в его подъезде.

— Мне больше некуда идти. Поговорим?

Федор кивнул и пропустил гостью, закрыл за ней дверь и, облокотившись о стену, стал наблюдать, как она разувается.

— Ты один? — спросила Алекс, не слыша лишних звуков. Только из комнаты друга слышалась знакомая музыка.

— Мои в отпуск улетели. Я с ними не поехал. — Фед потёр лицо ладонью. Он выглядел уставшим и измотанным. — Чаю?

— Не откажусь, — кивнула Алекс, проходя на кухню.

Фед начал хозяйничать на кухне. Включил чайник, достал стаканы, бросил в них пакетики чая и по два кубика сахара. В ожидании кипятка, подвернулся к Алекс и вопросительно поднял бровь.

Александра отметила, что парень выглядит так, словно не спал несколько дней. Кожа лица посерела, под глазами залегли тени, а на белках глаз виднелись красные прожилки.

— Как ты? — спросила Алекс, садясь на стул возле парня.

— Я много думал, — ответил Фед, шумно выдыхая. — Зря мы всё это затеяли. Лучше б я умер тогда в той аварии. Уже сил нет так жить в ожидании смерти.

— Мы что-нибудь придумаем, — Алекс протянула руку к Феду, но тот увернулся.

— Глупо строить воздушные замки. — Фед взял в руки чайник, как только он издал громкий щелчок. — Я думаю, ты сама понимаешь, что то, что мы делаем, нарушает законы вселенной.

— Плевать.

— Ты не знаешь, о чем говоришь, Саш.

— Я знаю, что никогда тебя не отпущу.

В помещении воцарилась тишина. Несколько мгновений Фед молча смотрел на стаканы, не двигаясь. Затем взял приготовленный чай и поставил на стол, садясь рядом с Алекс.

— Мы зашли слишком далеко, — Федор посмотрел девушке в глаза.

— И я ни капли об этом не жалею, — в глазах Алекс стояли слезы.

Она снова протянула руку к Феду, он не отстранился. Алекс положила ладонь на руку парня и крепко её сжала. Фед начала тяжело дышать.

— Они же сами сказали, что у нас есть шанс, — Алекс пыталась справиться с подступающим к горлу комом. — Мы справимся, Федь. Разберёмся. Всё наладится! Только не пропадай… — последние слова она произнесла шёпотом, не в силах больше держаться.

Слезы полились по щекам, капая на комбинезон. Алекс бросилась парню на шею, крепко его обнимая и заливая слезами футболку. Фед аккуратно обнял её в ответ и прижался щекой к макушке. Ещё сильнее сжал в объятиях и начал что-то шептать ей на ухо. Чем сильнее Алекс ревела, тем чаще парень шептал что-то успокаивающее.

— Тише, тише, — услышала Алекс сквозь свои всхлипы. — Малышка… мне так жаль, что я втянул тебя в это.

— Мы изначально были частью этого сценария, — сказала Алекс сквозь слезы. Она отстранилась и посмотрела Феду в глаза. — Всё это было предрешено. Вот только надо понять, что мы должны сделать... — Алекс сглотнула ком в горле. — А должны ли?

Алекс внезапно накрыло осознанием. Что, если эти видения были не для того, чтобы что-то изменить, а для какой-то другой цели, которую она так и не смогла понять? Алекс ощутила приближение липкого страха. Тело сковало, мышцы напряглись, по позвоночнику пробежал холодок, а желудок скрутило спазмами. Паническая атака была уже близко. Алекс резко отстранилась и схватила стакан. Сделала несколько глотков горячего чая, морщась от обжигающего чувства. Но план сработал. Кипяток привёл мысли в порядок и паника отошла на второй план. Алекс испуганно уставилась на Феда, крепко сжимая в руках чашку чая. Парень внимательно смотрел на гостью, затем провёл большим пальцем по ее щеке.

— Пока становится только хуже, — еле слышно произнес Фед.

Алекс прикрыла глаза, наслаждаясь прикосновением. Ладонь Феда на ее щеке была такой теплой и мягкой, что девушка готова была навсегда остаться в этом моменте. Забыть обо всем, что с ними произошло. О видениях, чужих мыслях, бесконечной гонки от смерти в попытках спасти Феда. Алекс открыла глаза и посмотрела на Федора.

— Я готова спасать тебя снова и снова, если это поможет быть с тобой рядом всегда.

Фед шумно выдохнул и притянул Алекс к себе. Зарылся пальцами в ее волосах и начал вдыхать запах ее волос. Алекс боялась пошевелиться, чтобы не спугнуть этот момент. Она обняла парня в ответ и начала медленно гладить его спину, такую сильную, такую теплую. Живую.

— Саш, — голос Феда вибрировал. — Я давно хочу тебе сказать, что… — парень замолчал, словно собираясь с мыслями.

— Мм? — вопросительно замычала Алекс. Она боялась услышать, что они не могут быть вместе. Боялась, что Фед отвернется от нее, как и все остальные. Все, что хотела Алекс — замедлить время, навсегда оставаясь в этих теплых объятиях.

— Я люблю тебя, Саш.

Признание обрушилось как летний дождь. Внезапный, освежающий и в то же время теплый и всепроникающий. Могла ли она ответить взаимностью? Могла. Но слова застряли в горле, и все, что она могла, это еще крепче прижаться к теплой груди, ставшей уже такой родной.

— Саш?

— М?

Федор отстранился и посмотрел Алекс в глаза, по ее щекам текли слезы.

— Ты ничего не ответишь? — он нахмурился.

— Прости, я… просто…

Алекс не могла подобрать слов, чтобы описать свои чувства. Она была одновременно счастлива и напугана. Если она ответит взаимностью, терять Феда будет еще больнее, если не ответит…

— Понятно, — Федор резко поднялся и начал ходить по кухне. — Я и не надеялся.

— Федь, это не то…

— Не надо, — бросил парень. — Я все прекрасно понимаю. Правда.

Алекс вскочила следом и бросилась Феду на шею. Она обвила его руками, крепко сжимая напряженное тело в объятиях. Парень не отвечал, он стоял как солдат на плацу, вытянув руки вдоль туловища и, казалось, не дыша.

— Я боюсь, что если скажу это вслух, все исчезнет, — шептала Алекс сквозь слезы в грудь Феда. — Если отвечу, все сразу рассыпется, будто и не было. Ты, мы… все это!

Мышцы парня дрогнули. Он аккуратно положил руки Алекс на талию и нежно провел ладонями снизу вверх. Уткнулся носом в макушку и втянул воздух.

— Но все это реально, Саш, — Фед положил одну руку на шею, второй закопался пальцами в волосах Алекс. Девушка вздрогнула, ощутив искры от этого прикосновения, и еще крепче обняла парня.

Яркая вспышка света мелькнула перед глазами. Алекс резко отсранилась и посмотрела на Феда. Тот смотрел в одну точку. Его веки подергивались, губы были слегка приоткрыты.

— Федь, — Алекс попыталась встряхнуть друга. — Федь, ты чего?

Алекс взяла Феда руки крепко их сжала в своих. Когда их ладони соприкоснулись, Алекс поняла причину странного поведения. Видение. Оно окутало теперь обоих.

***

— Пингвины! — восхищенно воскликнул Дэн, заходя в очередной зал океанариума.

Алекс с улыбкой смотрела на мальчишку, который тут же помчался к вольеру и буквально прилип к стеклу, высматривая черно-белых плавающих птиц.

— Ты так на него смотришь, — Фел обнял девушку сзади и поцеловал в макушку.

— Как? — Алекс положила ладони на его руки.

— Как смотрят на любимых, — Федор еще сильнее сжал Алекс в объятиях, пока Дэнчик пытался достучаться до пингвинов.

— Он мне очень дорог, — где-то в груди кольнуло. Алекс не могла точно описать это чувство. То ли ностальгия, то ли какое-то предчувствие. — Я уже несколько лет с ним сижу. Стал уже как родной.

— А ты хотела бы своих?

Алекс повернулась к парню и внимательно посмотрела в его глаза. Во взгляде Феда не было и намека на розыгрыш или шутку. Он говорил серьезно.

— Возможно, когда-то…

Алекс не знала, как ответить на этот вопрос. Внутри нее с каждым днем все сильнее росло ощущение перемен. Оно было неясным, почти неуловимым. Почти как то легкое чувство дискомфорта в желудке, что возникало каждое утро на протяжении последних недель. Как то странное еле уловимое тянущее чувство внизу живота. Все менялось. Каждую секунду.

— Мам, а чем пахнет? — послышался детских голос.

Алекс повернулась на звук и заметила волнение на лицах посетителей. Воздух действительно резко напитался странным сладковато-пластиковым запахом, а в дальнем углу все стало размытым, словно в дымке. Алекс протерла глаза, но дымка не ушла. Наоборот, усилилась.

— Дэн! — крикнула Алекс, поворачиваясь к вольеру с пингвинами, но мальчика там не было. — Дэнчик!

— Я найду его! — услышала Алекс голос Феда, который уже побежал в соседний зал. — Иди к выходу! Встретимся в сувенирном. — Крикнул парень уже из коридора.

Алекс обернулась в поисках выхода. Вокруг царила паника, взрослые, подхватив детей на руки, пытались выбраться из зала, который уже вовсю окутало дымом. Они толкались, пробивая себе путь в поисках коридора, ведущего в новый зал. Назад пути не было. Вход в океанариум заволокло едкой гарью.

— Дэн! — кричала Алекс, перебегая от одного вольера к другому. Она боялась, что мальчишка где-то здесь, а Фед ушел совсем в другую сторону. — Дэнчик!

Дышать становилось все тяжелее. Легкие жгло огнем, а в горле першило. Убедившись, что Дэна тут нет, Алекс решила идти вслед за Федом, но вдруг поняла, что не понимает, в какой стороне выход. Она крутила головой по сторонам, но не могла понять, где находится. Вдруг сквозь дым уловила слабый свет таблички с надписью “выход” и побежала туда.

Натягивая футболку на лицо, Алекс пробиралась по залам океанариума, испуганно смотря по сторонам и все еще подсознательно ища Дэна. Но вокруг никого не было. Когда Алекс добралась до таблички, то поняла, что все это время продвигалась к очагу пожара, а не к спасительному коридору. В груди нарастала паника. Алекс прижалась спиной к разгоряченному стеклу и заметила внутри вольера панические резкие движения. Пингвины. Они пытались спастись от огня, от дыма. Ныряли под воду, но им все равно приходилось возвращаться на берег, чтобы сделать глоток едкого воздуха. Несколько птиц уже лежали неподвижно, остальные пищали, пронизывая пространство своим страхом.

В глазах темнело. Алекс сделала несколько шагов в противоположную сторону, но тут же споткнулась обо что-то. Упав, она поняла, что препятствием ей послужила мужская нога. Парень не двигался и смотрел в потолок широко раскрытыми глазами, полными паники. Резким движением Алекс отползла от трупа и на четвереньках начала двигаться уже хотя бы куда-нибудь. Она слышала вой пожарной сигнализации, чьи-то далекие крики. Она проползала мимо обездвиженных людей, замерших навсегда. А когда ее рука наткнулась на маленькие пальчики, сжимающие крепкую мужскую руку, в слезах поднялась и из последних сил ринулась бежать. Но стукнувшись лбом о стену, вновь резко упала и провалилась во тьму.

— Ты тоже тут? — спросил Дэн, когда Алекс очнулась в белоснежной дымке. Его силуэт медленно проявлялся сквозь холодный туман. — Федя с тобой?

— Где мы? — спросила Александра, поднимаясь на ноги.

— Наверное на небесах. — Мальчик пожал плечами.

— Нет, не-е-ет… — Алекс начала мотать головой. — Нет, Дэнчик, это не небеса. Мы наверное в больнице.

— Что происходит? — справа от Алекс появился парень, о руку которого она недавно споткнулась. — Где Мия?

— Папочка? — из тумана к мужчине выбежала девочка лет пяти и бросилась в его объятия.

— Молодые люди, что здесь творится?! — с другой стороны показалась бабуля со шваброй. Она сжимала ее так яростно, что костяшки ее пальцев побелели.

Алекс смотрела по сторонам и ужасалась от вида потерянных людей, которые снова и снова выходили из тумана вокруг нее. Она смогла сосчитать не меньше двенадцати человек. Взрослые и дети. Даже старик с маленькой собачкой проковылял мимо.

Последним из дымки вышел Фед. В его глазах стояли слезы. Когда он увидел Алекс, то побежал к ней, срывающимся голосом крича:

— Я не нашел, его, Саш, я не смог, не нашел…

***

Алекс резко выбросило из видения. Она все еще ощущала горький привкус во рту и боль в легких. Девушка тяжело дышала, жадно хватая губами воздух и пытаясь вернуться в реальность. Крепкие руки Феда все еще держали ее за талию, а сам парень стоял неподвижно и смотрел в одну точку.

— Тебе лучше уйти, — сказал он ледяным тоном, опуская руки и отходя от Алекс на несколько шагов. Его движения были машинальными, словно механическими. Будто перед Алекс стоял не живой человек, а робот. — Уходи, Саш. Вали отсюда! Слышишь? Убирайся из моего дома!

Парень перешел на крик, и Алекс машинально закрыла уши руками. Фед кричал неистово, громко и эмоционально. В его глазах сверкали молнии, и Алекс не могла понять такую перемену в его настроении. Они могли бы все изменить, переиграть, они могли бы…

— Убирайся, — повторил Федор, хватая Алекс за руку и таща ее к выходу. — Уходи. И никогда больше не возвращайся.

Когда за Алекс закрылась дверь, она сползла по стенке в подъезде и начала отчаянно рыдать.