Мой первый исекай

Глава 1

Я... Барабаны в студию... УМЕР! Какая неожиданность.

Нет, ну в целом, серьёзно — умер. Лежал на асфальте, лёгкие горели, в ушах звенело, перед глазами... Не пронеслось ничего. Чего не было, того не было.

Зато было ощущение, будто я всю жизнь ждал этого момента, готовился к нему, штурмуя горы литературных пособий — книг про попаданцев, и ныряя в пучину безумия — самиздаты. Впрочем, как любой уважающий себя человек, который время от времени почитывает фэнтези с сомнительным содержанием смысловой нагрузки и полным отсутствием твёрдой руки редактора и верстальщика. Или это одно и то же? Неважно!

Ладно, возвращаемся к теме. Я не умер. Формально — да, стопроцентно. Но не умер-умер. Вы понимаете разницу. Если не понимаете — сейчас поймёте, мне вот понимание пришло, когда тело моё, уже бездыханное, было в позе лёжа щекой на разметке пешеходного перехода около центра Осаки. (Это город в Японии, если что.)

Началось всё максимально буднично. Я турист. Обычный турист из обычной страны на букву Р, приехавший за тем же, за чем сюда едут все обычные туристы: пожрать лапши, сфотографировать храм, купить носки с котятами и почувствовать себя героем аниме, хотя бы на десять дней визы. Я шёл по улице, щурился на неон, думал о том, что рамен на вокзале был подозрительно вкусным для еды из автомата, и вообще пребывал в состоянии полного туристического благодушия, недалеко от просветления.

А потом услышал звук.

Знаете, вот говорят «услышал визг тормозов», «приближающийся рёв двигателя», или ещё что-нибудь такое? Но меня это, похоже, не касалось. Звук был какой-то до обидного будничный. Простое, очень быстро приближающееся «Р-р-р-р». Я обернулся — и увидел его.

Грузовик-сан.

Настоящий, живой, во плоти — то есть в металле — грузовик-сан, японский бог дорожно-транспортных происшествий, покровитель попаданцев, единственное существо в этом мире, чья загруженность работой сравнима разве что с курьерами на маркетплейсах в предновогодний сезон. Он летел на меня с решимостью человека, простите, грузового средства, которое точно знает, чего хочет сегодня.

А ещё какого-то чёрта лобовуха у него была тонированной, водителя не видно, тормоза у него, наверное, украли ещё на производстве, ибо он ну вот нифига не тормозил!

«Символично».

До иди-ты-на-перерождение-сана было ещё прилично так, когда поспешил отойти в сторону и только тут понял, что вокруг на расстоянии пятнадцати метров нет людей. Мёртвая, блин, зона. Я бросился бежать по обочине, но не тут-то было! Грузовик с маниакальным упорством следовал за мной.

Думаю, рекорд по бегу на стометровку среди людей был в очередной раз побит, но вот среди грузовиков... И куда делись все эти узкоглазики?!

«Быдыщ!»

Дальше было больно и недолго, а потом долго и темно. В конечном итоге я узрел свет в конце туннеля. С каждым мгновеньем он становился ярче, маня к себе душу крайне очень сильно случайно умершего человека, а она, то есть я, то есть душа, всеми силами сопротивлялась и усердно молилась мирозданию, чтоб все отстали и дали уйти на перерождение, поскольку, как всем известно, чаще лучше сдохнуть, чем стать очередным попаданцем. Но не получилось.

Свет затмил всё, ослепляя, по идее, безглазую душу. И вот передо мной предстала она.

Ангельское пение, ласкающее уши, зала безумной красоты, с колоннами из кварца, позолотой и всем таким прочим. А в центре нереальной красоты — трон и богиня! Это всё, что здесь отсутствовало. Кроме богини. Она — была.

Лежала на раскладушке посреди белого ничто и играла в ноутбук.

— Ну что за обман ожиданий? Ой, в смысле, приветствую вас, величайшая и прекраснейшая! Вы извините, если что, а то я не в себе после смерти. Нервное напряжение, так-то я более-менее адекватный.

Она даже не подняла головы.

— Ага, привет-привет, солнышко, да я всё понимаю. Без «величайшей» можно, я сегодня не при параде. Подожди секунду, доиграю. Быстренько заберу ластового и к тебе вернёмся.

Я услышал, как она нажала пару клавиш, и из динамика ноутбука раздался звук выстрелов.

— Туда! Спасибо всем за катку, — сказала девушка, наконец соизволив взглянуть на меня. — Теперь ты. Умер, попал, влип. Я права?

— Ну... — я замялся. — Если совсем кратко, то да.

— А как помер-то?

— Если опять коротко, то меня сбили. И, между прочим, я почти убежал, но ваш грузовик-сан какой-то особо мотивированный попался и не чурающийся нечестной игры.

Она закатила глаза, устало вздохнув, будто ей уже всё понятно и она не очень мне рада.

— Не мой. Он вообще в другом отделе работает. Опять, зараза, план закрывают, — она поморщилась. — Но жалобу на него оформить могу. Им тогда опять сферы влияния в параллельных мирах урежут.

— Спасибо, обязательно подайте, а то уже ни в какие ворота! — поблагодарил я, хотя меньше всего сейчас хотел жаловаться. Вру, хотел. Не ему же одному людям жизнь и посмертие портить. Как грится, сделал гадость, на душе радость, потому, что сердца у меня сейчас нет.

Богиня задумчиво оглядела моё великолепие. Потом — посмотрела куда-то в сторону, как будто призадумавшись и что-то вспоминая.

— Так, — сказала она с интонацией кадровика. В плане сразу хочется начать изображать активную деятельность и доказывать свою профнепригодность. — Погоди-погоди. Ты же не японец.

— Не японец, — согласился я. Спорить с божеством по поводу собственной национальности казалось затеей так себе.

Она вздохнула. Тяжело, протяжно, всем своим божественным существом.

— Ну вот вечно так. Грузовик-сан опять всех подряд косит. Даже иностранцы пошли. Вот всему их отделу влетит. Хотя, ладно, ладно, — она махнула рукой, и от этого жеста по «полу» пробежала лёгкая рябь, как круги по воде. — Не бери в голову, солнышко. Не в первый раз. Слушай, у меня тут вот какая штука. Ты формально не мой клиент, понимаешь? Мне тебя, по-хорошему, надо передать коллеге, которая вашими занимается. Сейчас организуем.

Она щёлкнула пальцами — и передо мной открылся портал.

Я не знаю, как ещё это описать. Портал. Дыра в реальности, с рваными краями, за которой виднелось что-то, от чего у меня немедленно испортилось настроение. Там была темнота — не обычная ночь, а такая, знаете, липкая тьма, будто ведро гудрона покрасили чёрной краской, и всё это в безлунную ночь. Костры ещё какие-то, что горели неровным зелёным пламенем. Фигуры — то ли тени, то ли просто очень худые и очень недовольные сибирчане-заводчане — двигались вокруг круга из камней, выложенного явно не в целях ландшафтного дизайна. Хотя, возможно, действительно просто мужики после смены. Пахло оттуда — да, я как-то умудрился унюхать запах из портала — гарью, землёй и жжёной резиной.

— Вот, — сказала богиня с гордостью экскурсовода. — Это твоё, родное, так сказать, пристанище. Язычество: капища, бессмысленное прозябание и страдания. Я особо не заморачиваюсь с внешним видом своего места обитания, а она старается, видишь, какой у неё там фэн-шуй.

Я посмотрел на капище. Оно посмотрело в ответ. Два зелёных глаза, распахнувшиеся во тьме, меня немного нервировали.

— А можно меня туда не надо? — спросил я как можно вежливее.

Богиня приподняла бровь.

— А что так?

— Ну... Я темноты боюсь?

Богиня фыркнула.

— Темноты он боится. Солнышко, мне кажется, или это меньшая из твоих нынешних проблем?

— Да это просто отмазка была. Как бы так сказать, стиль мне тамошний не понравился. Слишком мрачно и — а почему вообще язычество-то? Я ж православный вроде как? Меня и батя крест... Так вот почему мать говорит, что нельзя ему ничего доверять.

— Ага, так и есть. Вам, мужикам, вообще доверять небезопасно! — назидательно сказала она. — Ладно, туда не хочешь, а куда тогда?

— Захолустье фэнтези миров, где мне не будут иметь мозги! Раз уж суждено попасть, то хоть так.

— Ну, захолустий у нас навалом. Но чтоб совсем мозги не имели — это вряд ли. Где есть люди, там и, назовём это, приключения. Где нелюди — тоже. Но могу подобрать что-нибудь с пониженным уровнем превозмогаторства и прочей лабуды.

— Буду крайне признателен, — согласился я. — Лишь бы не центр событий. И кстати, я как бы вообще уйти на перерождение хотел, но меня в итоге всё равно сюда затянуло, не подскажешь, почему? А то подохну в новом мире и опять сюда.

— Да говорила же, план, зараза, закрывают. Вот и тянет всех подходящих сбитых в местный отстойник. Отстойник — это я. Приятно познакомиться. Если тебя сбил грузовик-сан, значит, ты при жизни был «кадром». То есть твоя душа не принадлежала ни одному из богов, демонов, пантеонов и так далее. А после смерти ты попадаешь ко мне и направляешься в то подразделение, где есть нехватка необходимых душ или идешь приключаться в нужные миры, выполняя великие миссии или ещё чего. Вот только есть ещё и региональное разделение. То есть азиаты отдельно, славяне отдельно и остальные точно так же. Но похоже всем внезапно стало плевать на правила и вот ты здесь, хотя не должен был. Я, конечно, могу тебя направить в азиатское чистилище и формально буду права, но тогда возникнут вопросы у Верховного. Передавать твою душу по инстанциям будет долго и сложно, а заставить пойти в языческое чистилище не могу. Нет, как, могу, но у тебя нет жёсткой привязки. Ты никому ничего не должен и конечно будешь не доволен такими делами. Начнешь беспорядки устраивать и всё такое прочее, чего нам не надо. Так что так и быть, а претензии от «твоих» я переживу.

— Ага. Ничего не понял, но выбор я сделал?

— О, самый раз. Да, сделал. И это я больше себе говорила.

Богиня, лежащая на раскладушке всё это время и интенсивно стучавшая по клавишам, повернула экран ноутбука в мою сторону, и я тут же оказался около него:

— Вот, самое адекватное из доступного для исекая. Вот основное, но если хочешь, могу и всё показать.

Разглядывая характеристики, которые, кстати, были написаны на русском языке, призадумался. Для себя отметил основные строчки:

Магия: херова гора и ещё немного (стандартно)

Злое зло: изводить — замучаешься (ниже среднего)

Доброе добро: доминирует и насаждается (стандартно)

Мутная муть: в избытке (чуть выше среднего)

Открыть полный список

— Какие-то странные значения... Не надо мне пожалуй полностью на это безобразие смотреть.

— Так твои соотечественники систему писали, чему тут удивляться. Для других регионов вроде нормально сделали, а вот в СНГшном секторе такая.

— Ладно, пойдёт, запускай! — Я приготовился отправиться в новый мир, где, надеюсь, смогу сильно не надрывать пуп, стараясь всех спасти, а быть просто крутым, мощным и неотразимым собой, как сейчас. Даже зажмурился в предвкушении, но божественный кашель всё обломал.

— Слышишь, герой, а ты ничего не забыл? Или мне тебе никаких способностей и других "плюшек" не выдавать, или случайных накидать?

— Я, может, и согласился бы, но чую, где-то тут сокрыт подвох. А нет каких готовых паков? Только если можно без всяких излишеств, систем и прочего.

— Есть варианты для ОЯШей¹, но они тебе не подойдут, а для ОРСов² у меня особо и нет ничего, они должны страдать. Знаешь, могу тебе дать базовое знание языков, культуры и пару бытовых мелочей. О! Точно! Есть набор русского попаданца-колонизатора. Их уже почти не используют и иногда дают как бонус.

— Отлично. А можно ещё вопрос напоследок? А мы при помощи этого навыка знания языков общаемся?

— Да, солнышко, именно так. Ну всё, в добрый путь. — Богиня нашла Enter, и мир опять погас.

* * *

А тем временем — и об этом я, разумеется, узнал куда позже, потому что меня там не было и быть не могло, — в тот же зал, из которого меня только что вежливо, по всем правилам сервиса, отправили в новый мир, ввалилась делегация. Ввалилась — не то слово. Скорее, ворвалась, громыхая, с явным намерением немедленно устроить скандал.

— Ой, ну щас начнётся...

Пространство буквально порвалось, выпуская из своего чрева их! Древний ужас земной: какой-то дед, обросший мохом и по виду бомж-алкоголик с пожизненным стажем, ещё мужика под два с половиной метра ростом, с курчавыми светлыми волосами и голубыми глазами, облачённого в богатырский доспех, лицо которого выражало крайнюю степень усталости и решимости уйти в запой со своим дедом-компаньоном или хотя бы похмелиться после предыдущего. Последней была девушка. Обычная такая. Красивая. Короче, представьте Бабу-ягу, но молодую. Вот — она.

— Руки вверх! Стрелять буду!

— Эй, Полина, ты чего? Спокойно, стоим!

— Стреляю! Да ладно, чё напряглись, расслабьтесь. И сколько раз вам говорить, я не Полина, сами придумали, сами называете! Я — Отстойник! И не надо мне других имён! — Богиня, при появлении незваных гостей наставившая на них пальцы, согнутые «пистолетиком», откинулась в свою раскладушку.

— Дорогая, скажи, а ты тут СЛУЧАЙНО душу одного паренька не видела? Молодого такого, весёлого? — Быстрее всех пришла в себя Яга, которая, видимо, и была голосом как разума, так и в целом данной колоритной компании.

— Моя хата с краю, ничего не знаю! Шли бы вы подобру-поздорову отседа. — Все трое её собеседников удивлённо вскинули брови. А дед-боровик так и вовсе, похоже, так прочувствовался, что тихо матюкнулся.

— Понятненько, значит, был наш гаврик тут, иначе чего б ты лезла в РУ-сегмент инфополя. Скажи, дорогуша, где наша душа?!

— Так у себя и оставила, — богиня, не опуская пальцев-пистолетиков, легонько дунула, будто на дымящийся ствол. — По карманам их распихиваю, если бесхозные попадаются. А как накоплю побольше, буду где-нибудь в маленьком мирке культ имени себя строить буду. А что такое, Ягуся? Прям такая нужная душа?

— Дам тебе, Ягуся, — огрызнулась девушка, но как-то без огонька. — Хватит юлить. Я не дед-боровик, меня на кривой козе не объедешь.

Упомянутый «субъект», до этого молча сопевший позади всей делегации и, кажется, проверявший карманы своего плаща на предмет забытого спиртного или чего-то его содержащего, при звуке своего имени вскинулся:

— А чё сразу боровик? Между прочим, я — коренной лесовик! Вы ещё не вылупились, а я уж леса высаживал, да с животинкой разговаривал. Так бы и сидел, но нееееет! Надо было Верховному эти реформы провести! Ничего ж в этой вашей "бугалтерии" с "бюракратией" не понимаю, а вона как, шляюсь по слоям эфирным!

— Какое вылупились, дед? Пить тебе меньше надо, и проблем, глядишь, не будет. А на Верховного зря ропщешь, он сам зашивается, — беззлобно отмахнулась Яга.

Богатырь за всё это время не проронил ни слова. Стоял, возвышаясь над всей компанией на полметра с лицом человека, у которого сегодня определённо не задался день, а если точнее — вся последняя неделя. Побитый же вид его облачения не вызывал сомнений, что он - настоящий воин. Наконец мужик тяжело вздохнул, отчего доспех отозвался жалобным металлическим скрипом, и произнёс единственное, что, видимо, могло уместиться в его голове в данный конкретный момент:

— Значит так, — сказал он тихо, но от этого тихого голоса у всех присутствующих что-то колыхнулось в душе. — Ты сейчас говоришь, куда отправила парня. По-хорошему. А не по-хорошему — не будешь ты больше ни диспетчер, ни Отстойник. Развели тут херов цирк. Я недавно с границ отдохнуть после боёв вернулся. У нас гребаные Иные захватывают сектора и целые планемирии, а вы — хернёй маетесь! Ты понимаешь, что конкретно сейчас нам не хватает героев, апостолов, аватаров и ещё много кого на конкретных направлениях?! Если пацана можно вернуть, то надо это сделать! Он вполне может даже до божества дорасти!

Богиня опустила глаза. Ей вдруг почему-то стало совестно, что было для неё совсем не характерно.

— В Дессинатор я его отправила, с минимальным набором.

— Куда?! Всё, пиздец котёнку. Базу на русском языке обнови!

Богиня, вздрогнувшая от раскатистого голоса Ванко, испуганно застучала по клавишам ноутбука. Остальные вторженцы так же недоумённо смотрели на своего спутника.

— Ой.

Информация о мире обновилась.

!Внимание!

Информация о мире обновлена.

Самоназвание мира: ДЕССИНАТОР.

Уровень угрозы: МАКСИМАЛЬНЫЙ.

Состояние: НАХОДИТСЯ В БЛОКАДЕ. ПОДТВЕРЖДЕНО НАПАДЕНИЕ ИНЫХ.

Тип: ИСТИННЫЙ. БИФРАКТАЛЬНЫЙ. НЕЕВКЛИДОВЫЙ.

Текущий статус: НЕСТАБИЛЕН.

Дополнительные сведения:

— В настоящий момент находится в планемирии DE44-U (НЕ УСТАНОВЛЕН).

— Местонахождение в ткани реальности не постоянно, динамически перемещается.

— Нарушение причинно-следственных связей в эфирном слое.

— Зафиксировано искажение потока линейности.

— Время: течёт неравномерно. Возможны петли, разрывы, «мёртвые зоны», любые другие аномалии.

— Связь с божественным сектором: отсутствует.

— Куратор: (предварительно) мёртв. Бывший куратор: Тетак-то'йер — божество войны первого ранга.

— Местное население: не идентифицировано. Численность на данный момент неизвестна. Преимущественно гуманоидное.

[1] ОЯШ — обычный японский школьник.

[2] ОРС — обычный русский студент.