Мой мышонок лорд преисподней

Пролог

– Как нелепо… архигерцог восьмого круга ныне обратился в такое. Просто неслыханное унижение…

Жуткий нечеловеческий голос, прозвучавший в голове Виктора, заставил юношу подскочить на постели. Спросонья он принялся растирать глаза, пытаясь понять, что за монстр пробрался к нему в комнату. И почти сразу в лучах уличных фонарей, пробивающихся сквозь неплотно прикрытые шторы, он обнаружил ЭТО… Ужасающее перекрученное создание, не похожее ни на что виденное им ранее! Такое отвратительное, что… ой, тьфу ты! Да это же школьный рюкзак, повешенный на спинку кресла! Фух… померещилось!

– Блин, ну и приснится же такое… – облегченно выдохнул подросток, откидываясь обратно на подушку.

Но уснуть ему не удалось. Ощущение чьего-то недоброго взгляда беспокоило мальчишку. И оттого взбудораженное ночным кошмаром воображение никак не желало униматься. Повозившись под одеялом, подросток не выдержал, встал и включил в комнате свет, чтобы убедить себя, что здесь больше никого нет. Ну точно! Заваленный тетрадями и книгами письменный стол. Стеллаж со старыми наградами и коллекционными фигурками. С особым старанием разбросанные шмотки, один правый тапок, где-то потерявший своего брата. Компьютер да мышиная клетка. Всё как всегда, и никаких тебе подкроватных монстров, привидений или даже бабаек!

– Ну, угомонился?! Теперь-то ляжешь спать? – сердитым шепотом спросил Виктор у самого себя.

Уже потянувшись к выключателю, парень неожиданно замер. Сперва он и не понял, что привлекло его внимание. Но присмотревшись к клетке вдруг обнаружил своего питомца, который не сводил с хозяина пристального взгляда. Причем, черный мышонок не просто удивительно сосредоточено смотрел на юношу. Но еще и держался передними лапками за прутья, подобно заключенному.

– Э-э-э… Бусик, ты чего? Кушать, может, хочешь? – обратился к зверьку школьник, словно тот мог его понять.

Но животное, естественно, не ответило. Оно продолжало неотрывно следить за своим соседом по комнате, буравя его крохотными черными глазками.

– Ой, да ладно, подсыплю я тебе корма! И не надо на меня так пялиться! – неуютно передернул плечами Виктор. – Ты ж всё равно не съедаешь всего, а только в домик к себе натаскиваешь, будто я тебя голодом тут морю…

Добавив смесь из круп и кусочков сушеных овощей в бутылочную пробку, заменяющую мышонку миску, парень вернулся в постель. Немного поворочавшись, он всё же провалился в объятия дрёмы и засопел, накрывшись подушкой. Однако сны его поджидали отнюдь не безмятежные. Напротив, школьника захватили какие-то тягостные видения. Томительные, словно простудный бред. И давящие, как мокрое ватное одеяло.

Юноше чудилось, что его донимает какое-то странное создание, которое иначе как «демоническим» язык не поворачивался называть! Образ периодически плыл и изменялся, поэтому невозможно было с точностью сказать, как оно выглядело. Кажется, существо носило старинный латный нагрудник, искусно украшенный алым драгоценным камнем. И определенно имело гуманоидные черты, отдаленно походя на человека. Две ноги и две руки у этого демона точно наличествовали. Вот только у головы, сидящей на широченных плечах, совсем не было лица. В широкой прорези шлема зияла сплошная непроглядная тьма. И лишь пара ярких глаз, ледяными звёздами подвешенная во мраке мёртвого космоса, резко выделялась на фоне этой пустоты. А довершали жутковатый облик гигантские серповидные рога, которым позавидовал бы любой буйвол.

Монстр, захвативший кошмар Виктора, непрестанно сжимал когтистые пальцы и грозил своими огромными кулаками окружающему пространству. Он что-то гневно рычал и вроде бы даже обращался к парню. Но, как это часто и бывает во сне, распознать чужую речь не получалось. Она звучала бессвязной тарабарщиной, в которой напрочь отсутствовали знакомые слова. Но всё-таки в какой-то момент юноша кристально ясно понял, что это странное создание не собирается причинять ему вред. Да, оно явно чем-то сильно раздосадовано или скорее взбешено. Но вместе с тем ему самому очень нужна помощь…

Школьнику стало немного жаль этого безликого. И тогда мальчишка, подчиняясь какому-то неведомому импульсу, первым протянул демону свою раскрытую ладонь. Просто чтобы показать, что он ему не враг.

Жутковатое порождение ночного кошмара вперило в подростка взгляд сияющих глаз, в глубине которых полыхал настоящий, а вовсе не иллюзорный огонь. Виктор обмер, любуясь этими яростными вспышками, и далеко не сразу заметил, что его руку обхватила здоровенная когтистая пятерня. И тут вдруг школьник поразительно чётко разобрал рычание, исходящее из глубин тьмы, клубящейся в прорези шлема:

– Да будет так, смертный. Отныне нерушимая клятва связала наши судьбы…

Глава 1

Стоило только первому солнечному лучу по-хозяйски прорваться сквозь шторы, как школьник распахнул глаза. Он чувствовал себя невероятно бодрым и полным сил. Так что в ванную комнату юноша отправился, радостно насвистывая под нос весёленькую мелодию.

– Витя, ты встал? – крикнула с кухни мама, которая уже вовсю хлопотала у плиты.

– Угу! – буркнул подросток, усиленно работая во рту зубной щеткой.

– Что на завтрак будешь? Омлет или оладушки?

– Ума-гы-буаба-кана! – громко, но неразборчиво ответил мальчишка, капнув пеной себе на футболку.

– Чего ты там сказал? – ожидаемо не разобрала родительница.

– А авадю: «Ума-гы-буаба-кана!»

– Ох, балбес ты мой, – насмешливо фыркнула мама, – если ахинею произнести дважды, она не станет понятней!

Закончив умываться, Виктор вернулся к себе, на ходу орудуя ватной палочкой в ухе. О недавнем странном сне он начисто позабыл, а потому прозвучавший в голове голос заставил его оторопело замереть.

– Долго ты еще будешь делать вид, что не замечаешь меня, смертный?!

– А? Что?! Кто здесь?!

Юноша закрутил головой, а потом воззрился на зажатую между пальцев ватную палочку. Неужели в ней китайские шпионы спрятали крохотный динамик?!

– Болван, это же я! – рыкнул невидимый собеседник. – Никчемное создание, как ты мог забыть, что мы заключили соглашение? Твой дух теперь неразрывно связан с моим…

– Да кто это говорит?! – отчаянно выкрикнул Виктор, ошалело озираясь.

И тут вдруг в комнату вошла мама:

– Это твоя совесть, Витя, которую ты, видимо, где-то потерял, – произнесла она, сложив руки на груди. – Ты чего орешь на всю квартиру? Саша еще спит! Ты так и не ответил, что на завтрак будешь? Омлет?

– Э-э-э-э… ну можно… наверное, – потерянно отозвался сын, беспомощно блуждая взглядом по комнате.

– Ты чего шальной такой с утра? – озадачилась родительница. – Не выспался? Или заболел?

Она приблизилась к парню и привстала на цыпочки, чтобы потрогать его лоб.

– Ну хоть бы наклонился для приличия! Вымахал под самый потолок, а матери теперь как? Подпрыгивать?

– Кхм, мам, да всё нормально! Извини за шум, я, наверное, не до конца еще проснулся…

– Ну смотри мне, – погрозила женщина пальцем, – если ты опять пытаешься от школы отмазаться, то предупреждаю сразу: фокус твой не пройдет!

– И ничего я не пытаюсь! – обиженно надул губы мальчишка. – Просто… просто… ай, ладно, забей! Сейчас выйду кушать.

Мама напоследок одарила отпрыска слегка недоуменным взглядом и поспешно убежала на кухню. Ведь оттуда уже во всю доносилось потрескивание разогретого на сковороде масла. А Виктор, как только родительница ушла, напряженно потер лицо руками:

– У-у-уф, вот это проглючило! Интересно, что за ерунда со мной такая? Неужели, в комп переиграл? А вдруг у меня началось…

– Смрадная чума и Великий Хаос! За что судьба так наказывает меня?! Кажется, я связался с самым глупым смертным во всех девяти тысячах миров…

Подросток медленно поднял голову и полными ужаса глазами уставился на клетку с питомцем. Что за чертовщина тут происходит?!!

– Б-б-бусик? – заикаясь проблеял школьник. – Эт-т-то ты чт-т-то ли-и?

– ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ ЧЕРВЬ?! КАКОЙ Я ТЕБЕ БУСИК?! Я – АДАСТАР, АРХИГЕРЦОГ ВОСЬМОГО КРУГА, ПРЕДВОДИТЕЛЬ ВОСЬМИДЕСЯТИ ВОСЬМИ ДЕМОНИЧЕСКИХ ЛЕГИОНОВ! СУТЬ СМЕРТОУБИЙСТВА И ВОПЛОЩЕНИЕ РАЗРУШЕНИЙ! КОШМАР НЕБЕСНОГО НАРОДА, ВЛАДЫКА МУК И ОТЕЦ СТРАДАНИЙ…

Жуткий голос грохотал набатом, заставляя волосы вставать дыбом. От его громовых раскатов в теле Виктора дрожала буквально каждая косточка, каждая клеточка и внутренний орган! Однако по отсутствию эха мальчишка догадался, что слышит его только он. В своём собственном мозгу…

– Ну всё, капец! Это точно шиза. Причем, конкретная… – сокрушенно опустил руки юноша. – И кто ж меня теперь с таким стрёмным диагнозом в универ возьмет?

– Тьма и прах, смертный, до чего же ты утомляешь! Рассудок не покинул тебя! Как ты смел забыть то, о чем я поведал?! Подлые серафимы напали на мой доминион! Хитростью и обманом они проникли в мою твердыню и нанесли бесчестный удар в спину. Теперь моё тело уничтожено, а духу пришлось спасаться, сбежав в нематериальные планы. И уже оттуда меня волею судьбы забросило в тельце этого лохматого ничтожества! Я же всё это объяснил в твоем сновидении! Я предложил тебе сделку! А ты подтвердил ее соприкосновением открытых рук – древним ритуальным жестом, символизирующим во всех известных мне мирах доверие и согласие…

Мышонок говорил, горделиво встав на задние лапки, а передние потешно уперев в пухлые бока. Но Виктору отчего-то было совсем не смешно. Происходящее настолько сильно напоминало ему дурной сон, что он не удержался и попробовал себя ущипнуть.

– Зачем ты делаешь себе больно, смертный? – заинтересовалась сущность, завладевшая телом Бусика. – Закаляешь свою волю?

– Я… эм-м… да так, неважно. Получается, что ты… вы демон, и тот странный кошмар не был сном?

– Истинно так, – с важным видом кивнул грызун. – Только я не просто какой-то там демон! Я – архигерцог восьмого круга, высший сын кровавой бездны, смертоносный лорд первозданного хаоса…

– Э-э-э, да-да, простите, что перебиваю… а можно мне еще спросить? – робко прервал зверька Виктор.

– Дозволяю… – величественно махнул лапкой мышонок.

– Спасибо! А вот тот договор, который мы с тобой… то есть с вами заключили… он что подразумевает?

– По нашему соглашению ты становишься носителем темной метки, которая поможет моему ослабшему духу не распасться под небом чуждого мне мира. А я в ответ взвалил на себя бремя по защите твоей телесной оболочки от любых опасностей. Под моим покровительством, смертный, тебя ждет долгая и наполненная благополучием жизнь! Возрадуйся же!

– Ага, ясно… – нервно кивнул Виктор, вовсе не выглядя счастливым. – А что насчет моей души?

– Твоей души? – переспросил демон. – Причем тут она?

– Ну-у, не знаю… разве вы не хотите забрать её в качестве платы за свои… э-э-э… услуги?

– АХ-ХА-ХА-ХА!!!

От громогласного раската поистине инфернального хохота у парня едва виски не треснули. Школьник болезненно поморщился и схватился за голову, словно пытаясь удержать стенки черепной коробки на месте.

– Ох, великая бездна! – вымолвил иномирный пришелец, отсмеявшись. – Никогда не слышал ничего смешнее! Под сенью мириад звёзд не отыщется такого безумца, который согласится обменять своё бессмертное естество на какие-то эфемерные блага для быстроживущей физической оболочки. Ибо нет участи более мучительной и жуткой, нежели… подожди-ка!

Мышонок подобрался и резко приблизился к прутьям своей клетки. Он с каким-то странным прищуром уставился на юнца, а затем вкрадчиво осведомился:

– А ты что, хочешь заложить мне свою душу? Я бы мог пересмотреть наше с тобой соглашение, если такова твоя воля…

– Что вы, что вы! – замахал руками Виктор. – Нет-нет-нет, меня всё устраивает! Вы совершенно правы! Никто на такое никогда не согласится! Это я так… чисто по приколу сказанул…

– Тьма и хаос, и угораздило же меня связаться с шутом… – печально покачал усами грызун.

– Кхм… простите, а как мне к вам обращаться? – неуверенно поинтересовался подросток.

– Пока ты можешь звать меня просто Адастар, – поведал маленький зверёк. – Это, конечно же, лишь часть моего истинного имени. Однако целиком его произносить я не стану. Ибо в нем сокрыто столько силы, что одно только его звучание тотчас же разорвёт нашу зыбкую связь. Да и до слуха проклятых серафимов наверняка донесется эхо…

– Угу… Адастар, объясните, а что я должен для вас сделать? Не придется же мне…

Виктор замолк, сглотнув комок в горле, когда его чрезмерно живое юношеское воображение стало рисовать картины зловещих пентаграмм, кровавых жертвоприношений и осквернённых храмов.

– Ничего сложного, смертный! Просто отнеси меня к ближайшему месту силы, где концентрируется магическая энергия твоего мира, только и всего. Мне её потребуется очень много, чтобы снова обрести истинное физическое воплощение и вернуться в родной доминион!

– Э-э-э, но тут такое дело… – промямлил Витёк. – Я бы не хотел вас огорчать, но у нас здесь нет магии… вроде как…

– ЧТО-О-О?!! – оглушил школьника разъяренный вопль. – КАК?! КАК ТАКОЕ ВОЗМОЖНО?! ЕСЛИ ТЫ ВНОВЬ НАСМЕХАЕШЬСЯ НАДО МНОЙ, Я УНИЧТОЖУ ВСЁ, ЧЕМ ТЫ ДОРОЖИШЬ, ЖАЛКИЙ СМЕРТНЫЙ! ТВОЙ ДОМ ОБРАТИТСЯ В РУИНЫ, А ИМЯ ТВОЁ БУДЕТ ПОДВЕРГНУТО ЗАБВЕНИЮ…

– Да нет же! Я честно говорю! – в испуге вскинул руки парень. – Никаких шуток, клянусь!

– Мир без магии… может ли мое положение стать еще более безнадёжным? – посетовал грызун.

– Витюша-а-а! Иди кушать, а то опоздаешь! Время уже половина девятого! – позвала мама.

– Ой, точно… мне же в школу надо! – спохватился мальчишка.

– Школу? Что это значит? – не понял Адастар.

– Ну… блин, как же объяснить? Это такое место, куда дети ходят учиться, – максимально упрощено попробовал растолковать Виктор.

– Ох, великая бездна! Только не говори, что ты вдобавок ко всему еще и дитя! – схватился лапками за ушки мышонок.

– Не, ну чё сразу дитя… – смутился подросток. – Мне скоро восемнадцать исполнится, а это уже официальное совершеннолетие!

Однако зверька, почему-то, эта информация нисколько не успокоила. Он воздел к потолку свои маленькие сжатые кулачки и возопил:

– О-о-о, жестокий рок, отчего же ты со мной так суров?!!

Глава 2

– … таким образом, последовательность длин сторон всех кубов составляет бесконечно убывающую геометрическую прогрессию, в которой «B-один» равно «А» и «В-два» равно «А» деленное на два. А что нам еще понадобится, чтобы определить высоту полученной фигуры?

Голос учителя по алгебре обволакивал класс монотонным бархатным гудением. От него веки тяжелели похлеще, чем от самого сильного снотворного. Даже сердце замедляло свой ритм, словно готовило организм к засыпанию. И вовсе неудивительно, что в помещении господствовала умиротворенно-ленивая энергетика. И только один Виктор выбивался из этой атмосферы сонного царства. Парень сидел и нервно раскачивался на стуле, непрестанно снимал и надевал колпачок ручки, да косился в сторону окна.

Нет, ну подумать только! Демон! Настоящий демон вселился в его Бусика! Это же… это ж какая-то фантастика! Чудеса! Интересно, а что этот Адастар вообще умеет? Может, он научит школьника колдовать? Или в их безмагическом мире могущественный архигерцог восьмого круга стал абсолютно бессильным и беспомощным? Блин, а ведь скорее всего так и есть. Вот же засада! А как круто было бы уметь пускать фаерболы. С каким бы удовольствием Виктор подпалил парочку задниц местных мажорчиков. Может хоть тогда они от него отвяжутся? Эх-х… мечты-мечты. Но, пожалуй, максимум, на что способен иномирный пришелец в теле мышонка, это рассказывать истории о величайших битвах между ангелами и созданиями бездны. Ну а что? Тоже неплохо! Никто не мешает написать книгу по этим событиям и стать знаменитым писателем!

О, а как насчет алгебры? В преисподней, ну или откуда там демон сбежал, известна математика? Может, Адастар ее выучит и сдаст за Виктора экзамен? Ну или хотя бы подсказывать будет что-нибудь через их ментальную связь?

Надо признаться, что первоначальный шок от столкновения с неизведанным отступил довольно быстро. Как только школьник осознал, что захватчик тела Бусика просто не в состоянии ему навредить, то страх и робость перед порождением бездны испарились. И сразу же гибкий подростковый разум полным ходом принялся выискивать для себя всевозможные выгоды. Какая уж тут учеба? О-о-о! А если всякие фокусы показывать на публику? Ведь разумный демон в теле мышонка будет отличным ассистентом…

– Господин Василевский, может вы хотите ответить на мой вопрос? – оторвал юношу от его увлекательных размышлений учитель.

– А? Что? Я? – растерянно вскинулся Виктор, заслышав свою фамилию.

– Ну нет, я! – снисходительно улыбнулся преподаватель. – Разумеется вы, Василевский.

– А-а-а… ну-у… да, конечно… – ученик неспешно поднялся, надеясь протянуть время, и прочистил горло. – Кха-кха! Ответ на ваш вопрос довольно сложен и требует знания многих э-э-э… особенностей данной темы. Однако если попытаться разложить его на составляющие, то при наличии некоторых эм-м-м… сведений, можно получить более полную информацию…

Подросток лихорадочно рыскал взглядом по доске, силясь понять, что от него вообще хочет математик. Ну или ждал, что кто-нибудь из класса ему подскажет. Но куда там! Это в старой школе товарищи бы не бросили тонущего однокашника на растерзание преподу. А тут… сидят, детки богатеньких родителей, и ничего кроме злорадства за душой не имеют. Они-то и между собой если дружат, то только против кого-нибудь. Что уж говорить про него – незадачливого новичка, который в учебе никогда звезд с неба не хватал.

А мужчина у доски следил за напрасными потугами подопечного с нескрываемым удовольствием. Он прямо-таки наслаждался его беспомощностью и, кажется, собрался устроить показательную порку. Ну да, не сынка же местного замминистра ему распекать? Витёк, с какой стороны ни глянь, цель абсолютно безопасная. И удобная.

– Ну что же вы, господин Василевский? Давайте ближе к сути, – издевательски изрек математик. – У нас сейчас не занятия по болтологии, а урок алгебры. Вы так активно крутили головой, что у меня сложилось впечатление, будто точные науки для вас слишком скучны. Наверное, вы уже всё знаете?

– Да нет же… я... эм-м-м… так, задумался немного, – потупился подросток.

Ну не признается же он во всеуслышание, что ни бельмеса из новой темы не понял? При самом благоприятном исходе, это спровоцирует очередную волну насмешек от высокомерных одноклассников. Что могло произойти в худшем случае, Виктор не брался и предполагать.

– Задумались? – притворно округлил глаза учитель. – А вам есть чем?

Над стройными рядами одиночных парт пронеслась волна глумливых смешков. И парень почувствовал, как жгучий румянец заливает его щеки.

– Что же вы притихли, господин Василевский? – никак не желал успокаиваться препод. – Отвечать будете?

– Да что-то расхотелось, – пробормотал Виктор.

– Ах, его высочество не в духе? И даже не попытаетесь порадовать нас своим красноречием?

– Я что, на клоуна похож? – окончательно разозлился парень. Роль мальчика для битья для каждого встречного в этой пафосной гимназии ему уже давно опостылела.

– Ну что ж, тогда считайте, что свою очередную двойку вы полностью заслужили, – с улыбкой заключил математик. – Садитесь.

– Да как скажете, Соломон Абрамович, – напоследок брякнул юноша.

И тут благостное настроение с учителя как ветром сдуло. Его кустистые брови встретились на переносице, а глаза гневно сощурились. Еще секунду назад он готов был шутить и насмехаться, а теперь выглядел так, словно собирался кинуться в драку с воспитанником.

– Василевский, заруби себе на носу, мое имя Салман Ибрагимович! – прошипел математик.

– А, да? Простите, я еще не успел запомнить всех преподавателей, – ядовито ухмыльнулся Виктор, чем вверг педагога в настоящее бешенство.

Учитель сперва запыхтел, подобно раскочегаренному самовару. Но потом, заприметив ехидные ухмылочки на лицах остальных подростков, сделал над собой усилие и практически мгновенно успокоился. Всё-таки, дети их элитную школу посещали не простые. Об этом никогда не следовало забывать. Здесь из ранга охотника спуститься до звания дичи можно за одно неосторожное слово. И правило сие действовало даже для преподавателей.

– Я обязательно сообщу вашему отчиму о том, как вы любите поговорить, Василевский, – мстительно пообещал Салман Ибрагимович. – Он наверняка будет рад узнать, что тратит на ваши упражнения в острословии столько денег…

– А у вас такая непреодолимая тяга к математике, что даже чужие деньги не можете не считать? – глянул исподлобья юноша.

Кто-то на задних партах неприкрыто хохотнул, и преподаватель побагровел. Да, Виктор среди богатеньких детишек был белой вороной. Он не мог на равных тягаться с другими одноклассниками. Ни по уровню знаний, ни мотивацией, ни уж тем более достатком. Но за словом в карман он никогда не лез. Равно как и не умел вовремя прикусить язык. Собственно, из-за этого своего качества Василевский частенько влипал в неприятные ситуации. Вот как сейчас, например…

И одному богу известно, чем бы закончилась эта перепалка с педагогом, если б сидящая впереди ученица вдруг не обратилась к парню:

– Не заводись, Василевский. Иначе ляпнешь что-нибудь такое, о чем потом будешь долго жалеть, – сказала она так, чтобы Салман Ибрагимович не мог ее услышать.

После этого жгучая брюнетка, чье по-ангельски милое личико резко контрастировало с её строгим брючным костюмом, отвернулась. Только водопад густых иссиня-черных волос взметнулся, сопровождая её движение. Темных, как полярная ночь. И блестящих, будто холёная нерпа. Виктор смотрел на них словно завороженный, начисто позабыв о существовании остальных людей вокруг. Как и о том, что его отчитывал вредный математик.

Вау… Это что сейчас было? Неужели с ним заговорила сама Дана Крылова?! Первая красавица во всей гимназии, по которой сохнут все без исключения пацаны старше тринадцати? Во дела! А ведь казалось, что эта снежная королева принимает Василевского за пустое место. А она, оказывается, даже фамилию его знает! Ну как тут не удивиться? И конфликтовать с преподом как-то сразу перехотелось, чтоб себя упрямым ребёнком не выставлять…

Педагог еще с пару минут побухтел, морально покусывая Виктора. Но, не встретив сопротивления, в конечном итоге успокоился и продолжил урок. Впрочем, жирного «лебедя» напротив фамилии болтливого ученика он нарисовать в журнале не забыл. Да ну и черт с ним! Мама, конечно, огорчится. Да и отчим наверняка выволочку устроит. Но мысли парня вновь целиком занял один лишь демон-пришелец. А всё остальное отступило на задний план. Он даже позабыл, что на него обратила внимание Дана. Хотя в любое другое время это стало бы для подростка настоящим событием.

Остаток учебного дня прошел, в принципе, довольно спокойно. На следующей перемене, правда, кто-то из одноклассников незаметно подкинул Василевскому записку: «Нормально ты математика осадил! А с русичкой повторишь?» Но юноша на нее не посчитал нужным реагировать. Не хватало ему еще становиться клоуном на потеху высокомерным гимназистам. Кидаться в перепалки с учителями по чьему-то приказанию? Вот уж хренушки им! Сами себя пусть развлекают. Не настолько мальчишка нуждался в чужом одобрении, чтобы так унижаться.

Кое-как отсидев положенные шесть уроков, Виктор спешно побросал тетради в рюкзак и заторопился домой. Но уже в самых дверях его вдруг остановил местный отморозок по имени Стас Кубовский. Сам он являлся отпрыском генерального директора сети торговых центров. Об отце этого школьника недобрая молва давно уже ходила по всему городу. Не было еще года, чтобы где-нибудь в новостях не промелькнула информация об очередном скандале с участием этой фамилии. Одних пьяных ДТП за ним числилось штуки четыре, не меньше! И это только то, что Виктор точно помнил. А ведь в том послужном списке еще и публичные оскорбления, ругань, взятки и как минимум одна стрельба в ресторане. Но всякий раз родителю Станислава каким-то образом всё сходило с рук. Соответственно и сынишка был ему под стать. Грубый, наглый, одуревший от вседозволенности, да еще и до обидного здоровый! Вдобавок ко всему он и боксом занимался чуть ли не с пелёнок…

– Далеко собрался, Рыжуля? – осклабился Стас, схватив юношу своей богатырской пятерней под локоть.

Заслышав язвительную кличку, которая прилипла к Василевскому из-за цвета его шевелюры, прихлебатели Кубовского обидно заржали. Ну а Виктору не оставалось ничего иного, кроме как парировать словесно. Потому что в физическом плане тягаться с этим двухметровым бабуином и его дружками он попросту не мог.

– А ты чего? Проводить меня хочешь? – выдавил из себя добродушную улыбку рыжеволосый парень.

– Пасть захлопни, нищеброд! – зарычал Станислав, перестав ухмыляться, и грубо потянул школьника за собой.

«Эх, ну вот… опять началось…» – с тоской подумал Василевский. Напоследок он успел поймать несколько взглядов от одноклассников. Кто-то откровенно злорадствовал. Кто-то, наоборот, сдержанно сочувствовал. Но встать на защиту подростка, выступив против бугая-боксера, никто так и не решился.

Кубовский буквально буксиром протащил Виктора на первый этаж, через вестибюль гимназии и выволок из здания. Проходя мимо дежурного учителя, хулиган накинул локоть юноше на шею, изображая, будто по-приятельски обнимает его. Но на деле это был полноценный захват. И довольно болезненный.

– Улыбайся, собака! – грозно приказал Станислав, старательно изображая фальшивое веселье.

– Собаки не умеют улыбаться, только скалиться, – негромко поделился мальчишка.

– Ты мне поумничай еще, Рыжуля! Давай, шевели копытами!

– И копыт у собак нет… ай!

Кубовский надавил сильнее, и Витьку пришлось замолчать, дабы не провоцировать его дальше. А то у этого дуболома хватит дури башку напрочь открутить!

В таком порядке четверка школьников прошествовала до крытой галереи, которая одной стороной примыкала к стене спортзала, а с другой была скрыта от посторонних взоров рядами подстриженных кустов. Товарищи задиры тактично отошли на некоторое расстояние. Ну или, скорее всего, просто встали на шухер. Кажется, события для Василевского начали стремительно приобретать скверный оборот… Что, блин, эти остолопы замыслили?!

– Ну что, Рыжуля, ты, я смотрю, совсем берега попутал? – начал издалека Стас.

– Ты о чем вообще? – не понял юноша.

– Бараном не прикидывайся! Любишь глазки строить? Так может тебе их подбить, а?

– Да чего я тебе сдела…

Виктор не успел договорить, как ему в живот прилетел пудовый кулак Кубовского. Удар оказался такой силы, что сложилось впечатление, будто он достал до самого позвоночника. Рыжеволосый парень исторг сдавленное «Х-х-хы-ы-ы-ы…» и кулем осел на землю.

– Ты мало того что дворняга, так еще и тупой? – наклонился к скорчившемуся однокласснику хулиган.

– От… вали… кха… от… меня… – задыхаясь просипел Виктор, свернувшись калачиком.

Ох-хо-хо-хо! Ну ни хрена себе! Да этот же отморозок ему только что кишки чуть не отбил! Что на Кубовского нашло? Он, конечно, и раньше доставал парня по любому поводу. Мог и по шее дать, и по рюкзаку пнуть. Но больше предпочитал словесные глумления. А тут вон как разошелся!

– Я ща отвалю! Так отвалю, что ссаться кровью будешь!

Станислав ухватил своего соперника за воротник и одним движением вздернул на ноги. Боже ж ты мой, да сколько силищи в этом бычаре?!

– Колись, Рыжуля, запал на Крылову? – потребовал ответа богатенький хулиган.

– А, так это всё из-за неё…

Новая увесистая оплеуха прервала Василевского. Только на этот раз мальчишка успел напрячь мышцы пресса. А потому очередной удар не вышиб из него весь воздух.

– Я задал тебе вопрос, заморыш! – зло процедил Кубовский. – Отвечай!

– Уф… ох… не, она не в моем вкусе, извини, – соврал Виктор, уже практически оправившись от последствий полученных тумаков.

Но Станислав, очевидно, однокашнику не поверил. Он пристально всматривался в лицо рыжеволосого подростка. И чем дольше хулиган молчал, тем сильнее разгорался в его глазах какой-то пугающий шальной огонёк…

– Ну да, ты ведь дворняга, Рыжуля, – произнес он. – А у них вкусы своеобразные. Говно вот, к примеру, своё едят. У меня, конечно, сейчас для тебя такой вкусняшки не найдется, но…

Кубовский провел довольно техничную подсечку и опрокинул Виктора на землю. Переглянувшись со своими подельниками и получив от них условный сигнал, что в окру́ге всё чисто, он выставил вперед левую ногу.

– Лижи ботинок, псина! – приказал задира.

– Ты чё, больной? – ошарашено вздернул брови Виктор.

– Пасть захлопни и высовывай язык, шавка! – Станислав схватил одноклассника за загривок как шкодливого котенка и с силой надавил, опуская его голову к земле. – Я тебе покажу твоё место, Рыжуля. Настоящая дворняжка должна быть послушной. Ну!

– Ай-ай, ладно-ладно! Отпусти только! – вскрикнул школьник, когда мощная лапища хулигана тисками сдавила шею.

– Давай, пёсик, – поощрительно пошевелил носком Кубовский. – Моя обувь нуждается в хорошей чистке. Только быстрее!

Виктор стоял на коленях и тяжело дышал. В ушах шумело. Перед глазами всё плыло. Неужели это происходит с ним в реальности? Почему?! Как до этого вообще дошло?! Неужто этот здоровяк настолько чокнутый? Как всего одна ничего не значащая фраза от одноклассницы привела к подобному?!

– И чего ты тупишь, Рыжуля?! Лижи! – начал злиться Станислав. – Или тебя надо еще простимулировать?

– Не надо… – пробормотал парень.

Виктор жалостливо посмотрел снизу вверх на лицо своего мучителя, а потом перевёл взгляд на ботинок, который ему предлагалось лизнуть. Никогда юноша не думал, что станет жертвой таких унижений. И ничего тут уже не попишешь. Его припёрли к стенке. Придется действовать.

Вдох. Фу-у-ух… Выдох. «Ну же! Решайся, Витёк…» – подбодрил школьник сам себя. – «Сейчас или никогда…»

Василевский качнулся назад, поднимаясь с колен на корточки. А потом со всей дури засветил засранцу Кубовскому по шарам! «Хрясь!» И вот уже Стас, дико вращая буркалами, падает рядом. Рыжеволосый мальчишка, не дожидаясь, пока дружбаны хулигана доберутся до него, резко вскакивает и в один прыжок перемахивает парапет галереи. Ветки подстриженных кустов цепляют одежду, словно стараясь помочь преследователям. Но Виктор с неистовством дикого жеребца мчится вперед, весьма успешно отрываясь от них. И догнать школьника смог только наполненный смертельной обидой и гневом вопль Кубовского:

– ТЕБЕ ТРЫНДЕЦ, РЫЖУЛЯ!!! ТОЛЬКО ПОПРОБУЙ ЕЩЁ ХОТЬ РАЗ ПОЯВИТЬСЯ НА УРОКАХ!!! Я ТЕБЯ УБЬЮ-У-У!!!

А Василевский уже несся во весь опор через пустующее футбольное поле. Вот такая у него выдалась «замечательная» выпускная пора. И не похоже, что он когда-нибудь будет по ней скучать.

Глава 3

Дома Виктору, как и ожидалось, мама и отчим устроили тотальный разнос. Стоило ему только переступить порог, как предки накинулись на него коршунами, перебивая друг друга:

– … я-то думала, что ты взрослый, Витя! Ну ты же обещал, что больше никаких конфликтов с учителями!

– … трачу такие бабки! И ради чего?! Чтобы ты мог устроить свое будущее! А тебе оно и на фиг не сдалось, получается?!

– … неприемлемо, Витя. Это неуважение ко мне и к Саше. Мы делаем всё, ради того…

– … или ты хочешь вместо института после одиннадцатого класса сразу в армию пойти? Так для чего в школе остался? Шел бы в ПТУ! Зачем я тогда…

Юноша стоял, потупив взгляд, но закипал всё больше с каждым новым брошенным в его адрес словом. Так, надо это остановить! Он давно не ребёнок, чтобы выслушивать такие нотации! Виктор-то всё осознает. Ему не нужно как умственно отсталому разжевывать прописные истины о важности учебы. Но почему родители не хотят понять и его?!

– Да прекратите вы уже меня задалбывать своими упрёками!!! – в исступлении закричал подросток, аж зажмурившись от напряжения.

Увлеченные наставлениями взрослые аж поперхнулись. Мама так и вовсе вздрогнула, испуганно прижав к груди руки. Такого эмоционального взрыва от сына она не ожидала. Чего уж говорить об отчиме?

– Не так учусь, не так отвечаю, не так дышу! Да зачем я вообще вам нужен такой дефектный?! – выплюнул мальчишка, окончательно срываясь. – Вы, дядь Саша, постоянно меня своими деньгами попрекаете! При любом удобном случае упоминаете, сколько стоит обучение в этой гимназии. А вы спросили, хочу ли я там вообще учиться?! Мне бы хватило и обычной школы, куда я всю жизнь ходил! С нормальными детьми, а не высокомерными уродами, которые постоянно меряются своими понтами и толщиной кошельков!

– Витя, ну что ты! – пришла на помощь опешившему от такой отповеди отчиму мама. – Ну мы же хотим как лучше!

– А мне не лучше, мам! Мне хуже, с каждым днем! Я иду туда, как на каторгу! У меня там нет друзей и никогда не появится! Я забросил плавание – единственное занятие, которое приносило мне удовольствие! И это только ради того, чтобы подтянуть себя до уровня остальных одноклассников… Но я всё равно не могу с ними ни в чем сравниться! Ну не быть мне айтишником, как вы, дядь Саш! Не такой у меня склад ума! Так ради чего я терплю все эти насмешки и от учеников, и от учителей?!

– Ну… просто не обращай внимания, – решил поделиться великолепным советом отчим. – Если ты не будешь реагировать, то…

– То всё станет еще дерьмовей! – закончил вместо него Виктор. – Я устал молчать! Потому что от моего бездействия они только больше распаляются!

– Да ну не может же быть до такой степени плохо… – успокаивающе забормотала мама.

– А-а-а! Вы даже не пытаетесь слушать! Хватит! Я устал от этого! Просто оставьте меня в покое!!!

– Эй, выбирай выражения! Ты не с друзьями разговариваешь! – строго одернул юношу мужчина.

– Вот именно! Друзья мои слова хотя бы воспринимают! – выпалил Василевский и стремглав рванулся в свою комнату.

Там он с грохотом захлопнул дверь и на автомате повернул вертушку замка. Парня душила такая злость и обида, что он едва мог дышать. Даже удивительно, что он сумел расслышать тихий шепот мамы из коридора:

– Не надо, Саша! Ты же видишь, с ним сейчас бесполезно говорить! Дай ему остыть и прийти в себя…

«Это с вами бесполезно говорить!» – сердито подумал юноша.

– Что произошло, дитя? – ожил в голове подростка жутковатый голос демона. – Эти смертные представляют для тебя опасность?

– А? Чего? – вздрогнул от неожиданности школьник. – Уф… это ты, Адастар. Нет, всё нормально. Просто немного поругался с родителями.

– Ты хочешь сказать, что эти существа произвели тебя на свет?! – отчего-то поразился пришелец в теле мышонка.

– Ну, скажем так, лишь половина из них. А что тебя в этом удивляет?

– Почему они живут со своим потомством в одной обители? Разве они не должны были выбросить тебя во враждебную среду, чтобы ты в бесконечных схватках за существование закалял себя и совершенствовал навыки убийства?

– А-а-а-э-э-э… ну, у нас вообще-то так не принято, – осторожно поведал мальчик. – У людей родители должны заботиться о своих детях. У демонов, как я понимаю, всё по-другому?

– По-другому?! Это мягко сказано! – расхохотался Адастар. – Мой папаша, к примеру, держал мать в заточении и раз за разом отгрызал ей ноги, чтоб она не могла сбежать! А когда мы с братьями вылупились из кладки, то принялся нас пожирать одного за другим! Кажется, я единственный, кто тогда уцелел. Мне пришлось оттолкнуться от его зубов и нырнуть сразу в глотку, чтобы не быть пережеванным! Потом я целую вечность барахтался в обжигающей кислоте вместе с фаршем, оставшемся от моих братьев. Пядь за пядью прогрызая себе путь к свободе. Кстати, питаясь папашиными внутренностями я неплохо подрос и окреп! И когда я наконец выбрался, то прикончил его, перегрызя горло! Ах-ха-ха-ха, видел бы ты его предсмертную гримасу! Эх, до чего же дивное времечко! Обожаю воспоминания о беззаботном детстве! Само мироздание в ту далёкую эру было таким молодым и юным…

– Охренеть… – только и смог сипло выдохнуть Виктор, до глубины души потрясенный этим жутким рассказом.

– Да-да, но довольно предаваться сладким воспоминаниям, дитя! Мы должны обсудить наш уговор. Как ты назвал тот шумный ритуал? «Ругаться?» Тебе надо повторить его.

– Чего? Адастар, подожди, ты не так всё понял! Никакой это не ритуал! Мы просто повздорили, и я не стану провоцировать ссору снова!

– Хм… тебе что-то мешает? – озадачился мышонок.

– Нет… то есть да… то есть… блин, да зачем тебе вообще это нужно?! – запутался школьник.

– В вашем мире действительно нет магии, – пояснил демон. – За то время, что я сидел в этой клетке, я не уловил ни единой даже самой ничтожной эманации! И я уж было решил, что мне судьбой предначертано сгинуть в этой бесполезной лохматой оболочке. Но тут вернулся ты…

Бусик подобрался поближе к прутьям и с силой вдавил мордочку между ними. При этом он не спускал с парня своего пугающего взгляда, и Витёк вновь ощутил себя крайне неуютно.

– Когда вы кричали, то я почуял исход энергии. Слабой, жалкой, разреженной, но всё же. Я поглотил ее и обнаружил, что она пригодна для сотворения заклинаний! Пусть самых немощных, не выше первого или второго круга. Однако, если я как следует напитаюсь этой энергией, то сумею вернуть частицу своего былого могущества! По моим расчетам, вы должны ругаться примерно семь миллионов местных циклов, чтобы я смог принять истинный облик!

– А что ты называешь «местным циклом?» – на всякий случай уточнил юноша.

– Периоды сменяющейся тьмы и света.

– М-м-м, понял. Для сведения, мы зовём это «сутки». Но, в любом случае, твоя просьба невыполнима. Люди столько попросту не живут.

– Ах, Великий Хаос, точно! – порывисто стукнул зверёк лапкой по клетке. – Забыл, что вы никчемные смертные создания, чьи жизни для меня всё равно что миг…

– Адастар? – тихо позвал демона школьник.

– Чего тебе, дитя? – оторвался тот от тягостных размышлений.

– Я хотел тебя спросить, а как так вышло, что ты спокойно говоришь на нашем языке, но при этом не знаешь даже таких понятий как день или ночь?

– Я не знаю вашего языка, – нервно дернул хвостиком Бусик.

– Но… а как же мы тогда общаемся? – вскинул брови подросток.

– Ты носишь мою метку, смертный, между нами установилась связь! – пояснил иномирный пришелец с таким видом, будто это должно всё объяснить.

– И-и-и-и? – озадаченно протянул хозяин мышонка, не дождавшись продолжения.

– Это значит, – со вздохом изрек Адастар, – что я улавливаю образы, которые порождает твой разум. И ими же отвечаю тебе. Поэтому мы можем понимать друг друга.

– А-а-а, так вот почему я не мог разобрать ни слова из того, что ты говорил, впервые появившись в моем сне…

– Верно, дитя. Но твои помыслы далеки от нашей цели. Тебе до́лжно сосредоточится на том, как вернуть мою силу!

– Тут, как раз-таки, несложно, – беззаботно махнул ладонью мальчишка. – Судя по всему, ты умеешь подпитываться чужими эмоциями. Как минимум, негативными. Мы просто пойдем в многолюдное место, вот и всё!

– Что ж, у меня нет поводов не доверять твоим суждениям, – заключил зверёк. – Стало быть, пришло время выпустить твоего лысохвостого узника. Кстати, почему ты его заточил здесь?

– Ты снова всё не так понял, Адастар, – в очередной раз подивился парень извращенности демонической логики. – Он мой питомец, а не узник. Я за ним ухаживаю. И надеюсь, что с настоящим Бусиком всё в порядке…

– До чего же вы странные существа! – при этих словах, грызун пнул маленькую миску с мышином кормом. – У нас, в бездне, если кого и садят в клеть, то только врагов. И потчуют сушеными отбросами лишь для того, чтоб он не подох раньше времени. Чтобы успел перед смертью вкусить всю глубину твоего презрения! А у вас, человеков, это считается уходом?

– Э-э-э… ну-у… чёрт, из твоих уст это действительно ужасно звучит! – напряженно потер лицо Виктор. – Но всё не так, как тебе видится!

– Да-да, как скажешь, дитя, – пренебрежительно отмахнулся Адастар. – Но у тебя нет нужды оправдываться передо мной. Я демон, а не лицемерный притворщик, вроде презренных серафимов! Я не стану тебя осуждать. А теперь выпусти уже меня!

Властность и недовольство, прозвучавшие в голосе инфернального архигерцога, подстегнули юношу. Он и сам не заметил, как спешно подскочил и отпер клетку. Осторожно просунув руку внутрь, парень немного заволновался. А вдруг к демону нельзя прикасаться? Что если…

Додумать Василевский не успел, поскольку тёмный мышонок сам пронырливо запрыгнул на подставленную ладонь и выжидающе замер на ней. Хм… вроде от обычного Бусика не отличается наощупь…

– Ты что, так ничего и не поел? – заметил Виктор нетронутый корм, насыпанный в миску еще с ночи.

– Не оскорбляй меня дитя! – гневно фыркнул Адастар. – Я не притронусь к этим высохшим объедкам!

– Да это такой специальный корм для мышей! Между прочим, полторы тысячи за килограмм стоит!

– Лучше я убью и пожру тела твоих родичей! – упрямо насупился зверёк.

– Хорошо, ну а чем ты питаешься? – сдался Виктор.

– Кха… видишь ли, смертный, я никогда не испытывал нужды в пище. Иногда я мог разгрызть череп поверженного врага и пожрать его мозги ну или печень, но не оттого, что жаждал пищи. Просто отдавал дань доброй древней традиции…

– Офигеть, и это, по-твоему, «добрая традиция?!» – выкатил глаза юноша. – Да что ж там за ужасный мир, из которого ты прибыл?

– Не говори ерунды, дитя, он прекрасен! – заспорил Адастар. – Уж получше этого вашего, где даже родители преспокойно живут со своими отпрысками под одной крышей! Подумать только! Можно ли измыслить что-нибудь столь же бредовое?!

– Ай, ладно, как скажешь, – сдался Виктор, понимая, что переубедить потустороннюю сущность он никак не сумеет. – Пошли на кухню, глянем, чем тебя можно покормить. Я бы тоже не отказался перекусить.

Посадив мышь на плечо, мальчишка осторожно высунулся из комнаты. Так, вроде всё тихо. Отчим стучит по клавиатуре в своем рабочем кабинете, а мама, судя по звукам из гостиной, смотрит сериал. Значит, все при деле и пылесосить мозг Василевскому точно не станут. Можно двигать дальше.

Тихо, словно вьетнамский партизан, подросток выбрался из комнаты и прокрался к холодильнику. Демона если такое поведение и смутило, то виду он не подал.

– Так-с, ну что я могу тебе предложить, Адастар? – принялся инспектировать содержимое кастрюль и сковородок Виктор. – Вот капуста тушеная есть. Вчерашняя картошка жаренная. Сыр, йогурты, мюсли. Это я вообще не знаю, что такое. Мама для себя только варит. О! Еще половина кастрюли борща осталась! Будешь?

– Борщ? – заинтересовался грызун, разглядывая насыщенно красный суп. – Какое сильное название. Я чувствую, в нем сокрыта великая сила! Скажи дитя, эта похлёбка символизирует пролитую кровь врагов?

– Вряд ли. Но там точно есть мясо.

– Ха, вываренная мертвая плоть? Вот это лакомство по мне!

Мышонок собрался нырнуть в кастрюлю прямо с плеча, и школьник в самое последнее мгновение успел прикрыть крышку.

– Сдурел что ли?! – громким шепотом принялся ругать непонятливого демона юноша. – Ты ж утонешь там! Посиди пока на столе, я тебе сейчас налью.

– Если бы нас не связывала клятва, дитя, то я бы уже отведал твоих потрохов! – сердито фыркнул зверёк, но просьбу всё-таки исполнил.

Виктор принялся хлопотать, нарезая бутерброды и разогревая суп. Когда он поставил перед Адастаром маленькую чашечку для кофе, наполненную борщом, демон осведомился:

– Ты нагрел пищу для того, чтобы она сильнее напоминала еще теплые внутренности мертвеца?

– Что?! Фу-у! Нет! Прекрати говорить такие гадости, ты портишь мне аппетит!

– А для чего тогда? – не унимался грызун.

– Так полезней, – односложно буркнул мальчик. – И еще у нас, у людей, есть такое правило: «Когда я ем, я глух и нем!»

– Я не вижу в этом смысла, – задумчиво изрек мышонок, – но раз уж я сам теперь обитаю в смертном теле, мне, пожалуй, тоже стоит придерживаться этого обычая.

Витя заработал ложкой, украдкой посматривал, как Бусик жадно раздирает мясо и вареные овощи, перемазавшись жирным бульоном. Движения животного и в самом деле выглядели иначе. Какие-то слишком резкие даже по звериным меркам. И юноша так увлекся наблюдением, что не заметил, как на кухню вышла мама.

– Ну здрасьте! Вот тебе, бабушка, и Юрьев день! – всплеснула она руками. – Ты что, Вить, совсем обалдел? Ты чего своего хвостатого прямо на стол усадил?

– Ой, мам, прости! Я всё могу объяснить! – затараторил парень, чуть не вылив на себя от неожиданности остатки супа. – Я тут это… немного того…

– Ага, я и вижу, что ты «немного того!» – покачала головой родительница, а потом по-доброму взъерошила сыну волосы. – Чтоб это было в первый и последний раз, понял меня?

– Да, конечно… извини… – уставился в тарелку подросток.

– Ох, Витя-Витя… – тяжко выдохнула женщина и присела на свободный стул. – Неужели в гимназии всё так плохо?

– Угу…

– Так без друзей скучаешь, что мыша́ своего на кухню притащил?

– Э-э-э… ну, не совсем…

– Давай так договоримся, – деловито предложила мама. – Доучись уж эту четверть, получи итоговые оценки. Если легче не станет, вернем тебя в старую школу. Идёт?

– Правда?!! – счастливо просиял мальчишка.

– Только если специально не примешься себе отметки портить! – тотчас же выставила условие родительница. – Саша, конечно, будет брюзжать, но то уже моя проблема. Его я беру на себя. Как-нибудь задобрю.

– Мама, спасибо!

От переизбытка чувств школьник заключил женщину в крепкие объятия, отчего та аж охнула.

– Ой-ой, полегче, Витя, раздавишь ведь! Сила-то уже в тебе мужицкая!

– Прости…

Василевский чуть ослабил хватку и ощутил, как нежная мамина рука погладила его по спине.

– Мы же по-настоящему любим тебя, – негромко произнесла она. – Даже если и заставляем делать то, что ты не хочешь, то это потому, что желаем тебе только хорошего…

– Я знаю, мам. Извини меня за… ну, за эту сцену. Я не хотел вас обижать, – попросил прощения Виктор.

– И ты на нас тоже не сердись, – улыбнулась женщина. – Нам стоило бы почаще интересоваться твоими успехами и неудачами, а не только требовать.

Мальчишка прильнул к родительнице и по-щенячьи опустил ей подбородок на плечо. Всё-таки мировые у него предки! Да, иногда задают жару, не без этого. Но главное, что они его понимают.

– Великая бездна! Мать, не пытающаяся сожрать своё дитя… Какое же отвратительное и жалкое зрелище! – брезгливо пробормотал Адастар, и школьник дернулся, испугавшись, что его услышит мама.

Но нет. Этот жутковатый голос, как и прежде, звучал только в его голове…

Глава 4

Половину ночи Витя провел широко распахнув глаза и сверкая восторженной улыбкой. Потому что архигерцог преисподней рассказывал ему свои фантастические истории о других мирах. Он описывал невероятно мощные заклинания, способные тушить звезды и топить материки. Горделиво вещал о величайших сражениях, в которых несметные крылатые армады ангелов атаковали легионы демонов.

И конечно же центральным персонажем этих сюжетов был сам Адастар. По его словам, он собственноручно истреблял тысячи и тысячи врагов, определяя исходы целых войн. За это обитатели Эдема демона истово ненавидели и всячески старались сжить со свету. А тот, естественно, активно сопротивлялся.

Кстати, об ангелах! Как поведал иномирный пришелец, хоть как-то противостоять ему могли только высшие создания – серафимы. В истинном обличии воплощения святой магии выглядели шестикрылыми существами, состоящими из множества глаз. Но по своему желанию они могли принять любую форму, какую только захотят. Им даже под силу на некоторый срок обратиться в демона!

Далее в небесной иерархии шли нефилимы, а за ними офалимы. Они были слугами серафимов и беспрекословно им подчинялись. Однако Адастар именовал их не иначе как «низшими», и толком ничего про них не знал. По его утверждениям, они все одинаково ничтожны в сравнении с ним. Поэтому изучение сортов «никудышных букашек» демон считал ниже своего достоинства.

В историях иномирного пришельца крылатые воины неизменно выходили гнусным и вероломным народом. Грызун аж подпрыгивал от негодования, делясь подробностями об их интригах, обманах, хитростях и каверзах, которые те строили против жителей бездны.

– Нет тварей подлее и коварней, нежели серафимы, дитя! – назидательно говорил мышонок, расхаживая по незапертой клетке. – Не существует такой мерзости, которую бы они не совершили, во имя своих целей…

Виктор согласно кивал, делая вид, что безоговорочно верит Адастару. Но в действительности сомнения в юноше выплескивались буквально через край. Нет, ну как можно так поносить светлых и чистых созданий? Разумеется, демон иначе и не скажет о своих извечных врагах! Однако парню так сильно хотелось послушать еще о невероятных битвах и осадах, что он не мог и помыслить о том, чтобы развязать спор с пришельцем, захватившим тело Бусика. А то с этого вредного и вспыльчивого демона станется! Замолкнет и вообще больше ничего не расскажет…

Подросток допускал, что львиная доля этих историй может оказаться сильно приукрашена, а то и вовсе вымышлена. Но даже та крупица истины, которая в них содержалась, делала их по-настоящему волшебными! Подумать только, Витя – единственный человек на планете, который из первых рук узнал о штурме Арканума – небесной твердыни серафимов! Просто невероятно…

И неизвестно, сколько бы еще часов школьник провел, наслаждаясь рассказами демона. Но в один миг повествование вдруг прервалось. Голос в разуме юноши замолчал. И Виктор, желая понять, что произошло, приподнялся на локтях, заглядывая в клетку. Там он увидел своего мышонка, забавно уткнувшегося мордочкой в соломенную подстилку. Только темненький бок мерно поднимался и опускался в такт дыханию.

Похоже, потребности слабой плоти одолели демоническую волю, и Адастар уснул. И неудивительно. Бусик раньше мог целый день продрыхнуть в своем домике. А выбраться лишь под вечер, чтобы потом до посинения бегать в колесе. Чужак из бездны же, судя по всему, за сегодняшний день не сомкнул и глаз. Вот его и вырубило.

Эх, ну раз так, то надо бы и самому спать укладываться! А то завтра к четвертому или пятому уроку опять глаза слипаться будут.

Но стоило только Виктору поудобней устроиться на подушке, как в воспоминаниях вдруг всплыл преисполненный ярости крик одноклассника: «Тебе трындец, Рыжуля! Я тебя убью!!!» И учащенно забившееся сердце мальчишки прогнало любые намеки на сонливость.

А ведь правда… Стас его ни за что не простит. Этот злобный гамадрил с дружками наверняка возьмется за травлю с удвоенной силой. И что же теперь делать? Впутывать родителей не хотелось. Уж больно дурная слава у семейки Кубовских. А кроме того, Витя свято был уверен, что докатись слухи о происшествии до отца Станислава, тот сделает всё, чтобы виноватым остался Василевский, а не его борзый сынишка. И у него наверняка для этого хватит ресурсов и влияния. Ох-ох-ох, час от часу не легче! Хоть и в самом деле в школу больше не ходи. Но ведь он же обещал маме доучиться до конца четверти? Бли-и-и-ин, какое же попадалово…

Проворочавшись с боку на бок еще в течение следующего часа, подросток едва заставил себя сомкнуть веки. Но беспокойный сон не принес Виктору облегчения. До самого утра ему снилась какая-то дичайшая мешанина, основанная на впечатлениях минувшего дня. То Кубовский с демоническими рогами в окружении своих дружков. То красавица Дана с ангельскими крыльями за спиной. То ехидный математик, верхом на гигантской мыши…

Боже, и во что только превращается жизнь обычного школьника?

***

Под утро, еще до того, как прозвенел будильник, подростка разбудил донельзя взволнованный голос демона:

– Дитя! Дитя, очнись! Мне срочно нужно новое вместилище!

– Ч… что стряслось, Адастар? – сонно пробормотал Витя, с сожалением отмечая, что невозможно отгородиться подушкой от голоса, звучащего прямо в мозгу.

– Я же говорю, беда постигла меня, дитя! С телом твоего лысохвостого узника что-то не так! Оно разлагается изнутри! Погляди сам, из меня выпало нечто дурнопахнущее! Кажется, вы, смертные, называете это «внутренний орган!» А первым предвестником конфликта плоти и духа была тьма, которая накрыла мой разум! Я помню, как мы беседовали, а потом утонул в чернейшем ничто! Такого никогда ранее не случалось! Скорее же, отправляемся на поиски нового тела!

Невыспавшийся подросток сперва подскочил, поддавшись звенящей в тоне демона тревоге. Но уже через секунду, разобравшись что так обеспокоило иномирного архигерцога, прыснул со смеху.

– ЧТО ТЕБЯ ТАК РАЗВЕСЕЛИЛО, СМЕРТНЫЙ?! – заревел Адастар. – МОЁ УГАСАНИЕ ТЕБЯ ЗАБАВЛЯЕТ?!

– Хе-хе-кхе-кхе… прости. Я и не думал, что ты настолько плохо разбираешься в физиологии животных…

– Животные, люди, нефилимы, какая разница?! Для меня вы все одинаково ничтожны! Прекрати насмехаться и объясни, что происходит с этим телом!

– Хорошо, как скажешь, Адастар, – постепенно успокоился школьник. – В общем, тебе надо расслабиться. Не произошло ничего страшного. Ты просто… э-э-э… как бы объяснить… короче, сначала ты уснул. А потом обкакался. Вот.

– Об… какался? – озадачено переспросил демон, вызвав у Виктора новый приступ веселья. – Это что еще такое?

Изо всех сил сдерживаясь, чтобы не расхохотаться в голос, мальчишка провел чужаку в шкурке зверька элементарный ликбез. Рассказал о процессах пищеварения и желудочно-кишечный тракт. Про пищу, и про то, во что она превращаться, когда её съедают. И юноша готов был поклясться, что на мордашке мышонка отразилось удивленно-брезгливое выражение. Почти человеческое. Хотя у грызунов, насколько знал Василевский, отсутствовали нужные мимические мышцы, чтобы скорчить такую гримасу.

– О, ужас! – фыркнул демон, дослушав небольшую лекцию до конца. – Я и допустить не мог, что смертные создания настолько отвратительны!

– Но ты же сам мне рассказывал, как питался внутренностями своего отца! – припомнил подросток. – Или наврал?

– Да как ты дерзнул такое обо мне сказать, смертный?! – взъярился Адастар. – Я – архигерцог восьмого круга, предводитель восьмидесяти восьми демонических легионов, суть смертоубийства и воплощение хаоса, кошмар всего небесного народа, владыка мук и отец страданий! Я никогда не опорочу свои уста ложью! Ложь – удел слабых! Всегда и везде говорить правду – привилегия сильного, запомни это!

– Да-да, конечно, как скажешь, – иронично покивал головой Виктор, – но всё же, почему тебя это так шокировало? Неужели демоны не справляют естественную нужду?

– Разумеется, нет! – пылко воскликнул грызун, а потом с сомнением добавил: – По крайней мере, высшие. Наше физическое воплощение вообще не нуждается в пище. Мы поглощаем первородную энергию, разлитую в пространстве. Конечно, мы можем пожрать врага и выгрызть ему внутренности. Но исключительно ради удовольствия.

– А куда потом девается всё то, что было съедено? – шутливо поинтересовался школьник.

– Известно куда! – не распознал издёвки Адастар. – Преобразуется в эфемерную материю, которая затем вливается в потоки маны наших тел.

– Ух ты, а мана – это и есть та магия, о которой ты упоминал?

– О, чума и проказа на твою голову! Какое вопиющее невежество! – закатил глаза мышонок. – Но, впрочем, можешь считать именно так. Ибо мне проще обучить грязного беса заклинанию девятого круга, чем объяснить неотёсанному смертному магическую теорию.

– Пф! Ну и ладно, не очень-то и хотелось… – обиженно надул губы рыжеволосый мальчишка. – Фиг с вами, с демонами…

Позавтракав и покормив грызуна борщом, который ему, как оказалось, очень понравился, Виктор отправился в школу. От предложения мамы подвезти его до гимназии он поспешно отказался. Парню и так было неловко, что одноклассники все как один приезжают на роскошных и дорогих автомобилях. А у его семьи только один нежно-розовый седан из среднеценового сегмента. Дядь Саша никогда за рулем не сидел. Ну, разве что в GTA или Need for speed. Потому и транспортное средство пришлось выбирать маме самостоятельно. А она, видимо, руководствовалась принципом: «Вот эта, вроде, красивенькая!» Не хватало Василевскому еще и по такому поводу насмешек от однокашников…

– Дитя, ответь, мне, – позвал демон, высунув усатую мордочку из нагрудного кармана джинсовой куртки, – что это за железные звери? Они приручены? Или от них стоит ждать нападения?

– Это просто машины, Адастар. Люди садятся в такие, когда требуется перебраться на большое расстояние. Ну, типа как на карете или повозке. У вас же в бездне есть что-нибудь такое?

– Да, мы широко используем колесницы. Однако ты говорил, в твоем мире нет магии! Почему же они двигаются сами по себе?

– Ну, считай, что это магия научно-технического прогресса, – хмыкнул подросток.

– Хм… никогда не слышал о таком виде энергии, – задумчиво изрек демон. – Интересно, что нужно, чтобы ее преобразовать в ману?

– Учиться, учиться и еще раз учиться, вот что! Кстати, Адастар, нам надо кое о чем договориться.

– О чем, дитя?

– Во-первых, никуда не убегай. Иначе потеряешься…

– За это не тревожься! Я отыщу тебя по своей метке, которую ты носишь!

– Во-вторых, – проигнорировал реплику мышонка школьник, – я не могу звать тебя Адастаром на людях. Это слишком странное имя для питомца. Поэтому придется побыть Бусиком, если попадешься кому-нибудь на глаза.

– Что?! Я не хочу, чтобы ты звал меня этим глупым прозвищем! Оно звучит нелепо! Почему ты выбрал именно его?

– Ну вообще, я всегда хотел себе щенка, но мама согласилась только на хомячка, – пустился в объяснения подросток. – С хомячком, как ты понимаешь, не срослось. Поэтому я купил на карманные деньги двух мышат. Темную девочку Бусинку и белого мальчика Бусика. Думал, они подрастут, начнут плодиться, а я их потомство продам друзьям и накоплю на новые наушники…

– Понимаю, торговля мелкими демонятами в бездне тоже весьма прибыльное занятие, – со знанием дела покивал грызун. – Из их мяса можно выжать много энергии.

Виктор поморщился, услыхав такое сравнение. Но потом решил не акцентировать на этом внимания.

– Кхе… в общем, мой бизнес-план провалился. Потому что зверьки становились старше, но возлюбить друг друга не спешили. Наоборот, они с каждым днем всё чаще дрались. Вскоре выяснилось, что они оба самцы, и моя затея с самого начала была обречена на провал. Короче, в одной из потасовок черненький загрыз своего друга. Прям наглухо. Тогда я и решил переименовать Бусинку в Бусика. Чего зазря кличке пропадать?

– Ха-ха! А мне начинает нравиться этот лохматый недомерок! – отчего-то развеселился Адастар. – По крайней мере, у него душа настоящего воина! Он не просто уничтожил и пожрал конкурента, делящего с ним логово, но еще и присвоил себе его имя, начисто вымарав неудачника со страниц бытия! Ладно, если это необходимо, то иногда можешь звать меня Бусиком.

– Вот и договорились…

Юноша, чтобы еще больше скрасить этот погожий осенний денёк, достал из рюкзака шоколадный батончик и вскрыл обертку. Он успел укусить сладость только один раз, как из нагрудного кармана снова высунулась мышиная голова, активно шевелящая носом и дергающая усиками.

– Что это за чарующий запах, дитя?! – потребовал ответа демон. – Клянусь своим доминионом, сотни и сотни тысяч лет я не встречал ничего столь манящего и притягательного!

– Ифвини, Адафтар, но тебе такое нельфя, – пробубнил с набитым ртом подросток. – Это нафывается «фоколад».

– Если ты мне сейчас же не дашь отведать этого чуда, то я обрушу на твою смертную голову весь гнев преисподней!

– Ну ты же мышь! – воззвал к здравому смыслу грызуна школьник. – Тебе такое вредно куш…

– … И ЗАСТОНЕТ ПЛОТЬ ТВОЯ ОТ ТЕРЗАНИЙ!!! – пуще прежнего возопил Адастар. – И ОБРАТИТСЯ КРОВЬ ТВОЯ В ЖЕЛЕЗО, КОТОРЫМ Я ВЫРЕЖУ ВСЁ ВАШЕ НЕЧЕСТИВОЕ ПЛЕМЯ!!! ТВОЁ ИМЯ СТАНЕТ ПРОКЛЯТИЕМ ДЛЯ ВСЕГО МИРА, ПОТОМУ ЧТО ИМЕННО ТЫ БУДЕШЬ ВИНОВНИКОМ ЕГО КОНЦА!!!

– Ох, господи, да на тебе! – закатил глаза подросток и отломил маленький кусочек шоколадки со сливочной нугой. – Только прекрати орать. У меня ж череп так лопнет!

– То-то же, смертный! Не забывай, с кем имеешь дело, – самодовольно провозгласил демон и завозился в кармане джинсовки, увлеченно пожирая лакомство.

Затем безмолвие воцарилось на целых две минуты. И только потом в разуме Виктора прозвучало блаженное:

– Это вкуснее, чем потроха серафима…

– Я рад, что тебе понравилось, – улыбнулся юноша, – но имей в виду, что слишком часто таким питаться нельзя. Даже людям.

– До чего ж никчемно и безрадостно существование смертных, – философски подметил зверёк. – Им даровано такое великое чудо, как шоколад, но они не могут им наслаждаться всечасно…

– Ну вот как-то так, – развел руками мальчишка, предпочитая не углубляться в подробности.

Тем более, что он уже почти дошел до гимназии. А здесь болтать с самим собой было чревато новой порцией издевательств…

– Опа, Рыжуля! Да ты, видно, совсем бессмертный? – нагнал Виктора Кубовский у самых дверей. – Думаешь, я тебе спущу вчерашнее?

– Слушай, Стас, ну ты же сам…

«Шлёп!» – парнишку прервала хлесткая пощечина, от которой тотчас же онемела половина лица.

– Я убью тебя, Василевский, – угрожающе прорычал задира, разминая пальцы, словно собирался отвесить еще один удар. – Просто уничтожу. Я не шучу. Тебе действительно лучше не появляться больше на моих глазах. Иначе…

– Да чего ты до меня докопался, придурок?! – вышел из себя Витя и со всей силы толкнул одноклассника в грудь.

Хулиган, не ожидавший от оппонента такой вспышки, отшатнулся назад и налетел спиной на одну из колонн. Кулаки у него тут же сжались, а физиономию исказила гримаса злобы.

– Эй, что там у вас происходит?! – рядом с подростками возникла дамочка с худым строгим лицом и стянутым в тугой пучок волосами. Кажется, это была завуч в здешней гимназии. Виктор, к сожалению, точно не помнил.

– Ничего, Светлана Владимировна! – быстро, словно профессиональный актер, переключился на улыбку Станислав. – Просто не смогли договориться, кто кому дверь придержит, хе-хе…

– Ох уж эти ваши шуточки, Кубовский, – погрозила пальцем женщина. – Я попрошу вас не забывать, в заведении какого уровня вы обучаетесь. Это понятно?

– Разумеется! – охотно подтвердил хулиган.

И завуч, посчитав на этом воспитательную работу оконченной, гордо удалилась, исчезая в дверях гимназии.

– Сегодня. После уроков за футбольными трибунами, – вновь гневно зашипел Стас, обращаясь к Виктору. – И не вздумай сбежать, потому что иначе для тебя всё станет еще хуже, Рыжуля. Лучше помолись, чтоб калекой не остаться…

Выплюнув это, широкоплечий задира прошел мимо, оттолкнув с дороги юношу. И Василевский, потирая ушибленную и раскрасневшуюся щеку, понуро побрел к раздевалке. По пути он приметил парочку девиц, которые что-то увлеченно обсуждали, не сводя с него взглядов. Черт, это же одноклассницы! И, похоже, они всю эту позорную сцену видели от начала и до самого конца…

– Это был твой враг, дитя? – ожил голос Адастара.

– Угу… пожалуй, именно так оно и есть, – прошептал мальчишка, всё еще ощупывая слегка припухшее лицо.

– Если б он тебя опасался, то прикончил бы сразу. Выходит, что ты ему не ровня… Он просто тебя унижает.

– Да знаю я! – рассерженно буркнул подросток. – Ну хоть ты мне душу не трави, а?

– А хочешь, я сам убью его? – вдруг предложил демон. – Всё же мы связаны клятвой, и твои недруги для меня тоже…

– Нет, не вздумай! – испугано выдохнул Виктор. Почему-то сейчас он безоговорочно поверил, что маленькому мышонку под силу осуществить подобное. – Что ты такое говоришь?! Человеческая жизнь бесценна! Никого нельзя убивать! Даже распоследнего говнюка, вроде Кубовского! Ну не заслуживает он такой жестокой участи…

– Что за вздор? – фыркнул Адастар. – Отчего я должен печься о жизнях каких-то смертных?!

– Но я ведь тоже… смертный, – горько молвил школьник.

– Ты – другое дело. У нас с тобой заключен договор…

– И всё же, пообещай мне, что никого не станешь убивать! – попросил подросток.

– А не много ли ты берешь на себя, дитя?! – как всегда разозлился демон. – Я – архигерцог восьмого круга! Предводитель восьмидесяти восьми легионов…

– Адастар, я прошу тебя! – взмолился юноша. – Я всё объясню потом! Ты пойми, наше общество не настолько вольное, как твоя бездна! Убийство – это очень страшное преступление! Если меня заподозрят, то посадят в тюрьму! А я за решеткой сидеть не хочу…

– Ладно уж, такой аргумент я могу понять. Никто не жаждет томиться в заточении, – сдался зверёк. – Призываю в свидетели Про́клятого Отца: Я не стану убивать других смертных! Но лишь до той поры, покуда они не угрожают моей клятве, данной тебе при заключении договора.

– Спасибо… ну хоть что-то…

– Не печалься, дитя! – ободряюще усмехнулся демон. – Я придумаю способ, как отвадить от тебя недругов! Или не быть мне владыкой мук и воплощением хаоса!

– Да уж, звучит неплохо, – без особой надежды поджал губы Виктор.

А в следующую секунду прозвенел звонок. И Рыжеволосый парень ускорил шаг, чтобы успеть добраться до нужного кабинета раньше учителя.

Глава 5

Новость о том, что у Кубовского с Виктором намечается «стрелка», облетела весь класс во мгновение ока. Подростки не таясь дискутировали о перспективах «Рыжули» и отпускали по этому поводу множество шуточек. Кто-то уже договаривался с соседями по партам о совместном посещении данного бесплатного мероприятия. Другие и вовсе предлагали сделать ставки. Но поскольку выигрыш Василевского никем не рассматривался даже в теории, то идея с тотализатором быстро стухла…

Надо же, вроде богатые родители на воспитание своих отпрысков потратили десятки миллионов, а то и больше. А дети так и не избавились от варварской жажды жестокости. Вот она сила животной природы.

В этом увлекательном обсуждении не принимали участия всего несколько человек. Сама снежная королева Дана Крылова, ставшая, по сути, первопричиной проблем мальчишки. Юлька Кирхнер – звезда и гордость школы. Она, кажется, в свои семнадцать лет уже успела взять две золотых и одну серебряную медали на чемпионатах мира по какому-то там контактному спорту. Ну и скучающего вида парень с последней парты, имени которого Витёк еще не успел запомнить.

Все уроки Василевский отсиживал как на иголках. Он не слышал учителей, практически не писал в тетрадях, ни с кем не разговаривал. Даже реплики Адастара предпочитал игнорировать. Нет, ну этот демон совсем ничего не понимает, что ли? Как парень ему ответит в окружении стольких людей?!

– Просто мысленно обратись ко мне, болван! – словно прочитал грызун невесёлые думы школьника. – На тебе же моя метка, сколько раз повторять?!

– А что, эта метка позволяет говорить с тобой телепатически? – удивился Виктор.

– Ну конечно, глупое ты дитя! А как, по-твоему, ты можешь меня слышать и понимать?!

– Да я-то откуда знаю? Я же всего лишь неотёсанный смертный! – подбавил побольше язвительности в свои мысли подросток.

– Меня радует, что твой скудный разум постиг хотя бы эту очевидную истину.

– Эй, я вообще-то прикалывался!

Увлекшись безмолвным препирательством с Адастаром на одной из перемен, юноша не сразу заметил, что рядом с ним кто-то стоит. Сначала парень обратил внимание на строгий темный-претемный костюм без единой пылинки, словно только что снятый с витрины элитного бутика. Затем на блестящие лакированные туфли на высоком каблуке. Потом на белоснежную блузку, легко могущую затмить своей чистотой первый горный снег. И в последнюю очередь его взгляд дошел до распущенных космически-черных волос, красиво ниспадающих до самого пояса. Боже ж ты правый! Крылова! Опять она!

– Эй, ты живой? – вторгся в уши Виктора её нежный голос.

– А? Чего? – встрепенулся подросток, понимая, что это далеко не первая реплика, адресованная ему.

– Странный ты, – изогнула девушка точеную бровь, – ну да ладно. Слушай, обычно я не вмешиваюсь в чужие дела. Но сейчас я бы тебе не советовала распалять конфликт с Кубовским. Если между вами возникли какие-то разногласия, то лучше их решить иным способом. Потому что насилие порождает еще большее насилие.

– Да что ты говоришь? – саркастично отозвался Василевский. – Думаешь, я сам этого не понимаю? Или, по-твоему, мне кто-то выбор оставил?

– А почему ты так со мной разговариваешь? – похолодел тон одноклассницы. – Я, вроде, в твоих проблемах не виновата, чтоб ты на меня срывался.

– Ты серьезно?! – совсем уж некрасиво фыркнул Виктор. – А хочешь, поведаю, из-за чего до меня этот Кубовский доколупался?

– Намекаешь, что из-за меня? – сложила Дана руки под пышной грудью, став больше похожей на строгую преподшу, нежели на ученицу.

– Именно! Из-за того, что ты вчера со мной заговорила! – обличительно выпалил Василевский, будто его собеседница могла нести ответственность за поступки Стаса.

– Очень интересно, – нахмурилась Крылова, вовсе не спеша складывать с себя навязанную вину. – Если это так, то я сама подниму вопрос с Кубовским. Мне не нравится, что он, прикрываясь моим именем, творит подобное…

– Не надо… а то меня засмеют еще и за то, что я вместо себя девчонку подослал, – отказался от помощи Василевский.

Одноклассница смерила рыжеволосого парня долгим изучающим взглядом, но разубеждать не стала. «Как знаешь», – бросила она напоследок. После чего, завораживающе виляя бедрами, гордо удалилась.

А спустя секунду, буквально в пяти метрах от себя, Виктор приметил рослый силуэт Кубовского, который наблюдал за их коротким диалогом.

«Ты труп!» – одними губами произнес хулиган, сопроводив угрозу красноречивым жестом.

Ой, да ну и шел бы он прямиком в царство Адастара! Терять-то всё равно нечего. Драки и так уже не избежать.

Остаток учебного дня Василевский откровенно мандражировал, думая о предстоящем побоище. Тревога упругими ремнями стискивала грудь и заставляла чаще биться сердце. А минуты тянулись, будто желали поиздеваться над бедным школьником. Помучить его кажущимся бесконечным ожиданием.

Но вот весело задребезжал звонок, извещая об окончании последнего урока. И целый класс молодых мажорчиков, поразительно единодушно сплотившихся против одного Виктора, степенно отправился на выход.

– Адастар, что мне делать? – мысленно воззвал к демону мальчишка.

– Что за глупый вопрос, дитя? Конечно же сражаться!

– Но я не могу! У меня нет шансов! Ты обещал что-нибудь придумать! – безмолвно закричал юноша.

– Просто прислушайся к моей воле, и я не позволю причинить тебе вред, – дал какой-то совсем уж непонятный совет зверёк.

Обреченно вздохнув, Виктор поплелся к назначенному месту, непрестанно ловя на себе насмешливые взгляды.

– Может, хотя бы поспорим на то, сбежит Рыжуля или нет? – догнала парня чья-то обидная колкость и последовавшие за ней едкие комментарии.

Но школьник даже не повернулся, чтобы посмотреть, кто там такой остряк. Не до того ему было, ох, не до того…

К футбольным трибунам Василевский подходил одним из последних. Тут уже поджидал и Кубовский, и его дружки, и все остальные зеваки.

– А вот и ты, обсос! Ну давай, начинай! – призывно поманил пальцем мальчишку задира.

Витя скинул со спины рюкзак и вошел в самую гущу одноклассников, ожидающих схватки. А чего еще ему оставалось? Стас уже неоднократно доказал, что словами с ним разговаривать бесполезно. Он был представитель той категории людей, что понимали только язык силы. Да где ж её взять?!

«Ох, дерьмо!» – мысленно ругнулся рыжеволосый подросток. – «Я же Бусика не высадил из кармана!»

– Не кручинься дитя, он даже не сумеет нас коснуться, – успокоил его демон.

– Ты не шутишь? – не поверил Василевский. – Ну и что я должен делать?

– Просто расслабься. Позволь мне стать твоими глазами. Твоими руками. Твоим сердцем.

– Блин… не так-то это и просто… – пожаловался юнец.

– Эй, чмошник, ты так и будешь стоять или сделаешь уже хоть что-нибудь? – вызывающе крикнул Кубовский. – Иди сюда!

Но Виктор не шелохнулся. Он прикрыл веки и изо всех сил старался следовать указаниям иномирного архигерцога. Сейчас мальчишке как никогда хотелось, чтобы все те небылицы, которые ему рассказывал демон, оказались правдой! А то черт их знает, в этой бездне. Может, они там профессиональные балаболы все?

– Ну ладно, Рыжуля, тебе же хуже! – сплюнул Станислав, так и не дождавшийся реакции. – Я сам подойду!

Василевский не удержался и открыл глаза, видя, как на него несется могучий одноклассник. На полголовы выше. В полтора раза шире и тяжелей. Да еще и поразительно грациозный, как профессиональный боец. Против такого у юноши нет ни малейшего шанса…

«Вжух!» – пудовый кулак, нацеленный мальчишке в лицо, вспорол лишь воздух. А Виктор вдруг осознал, что его тело чуть изменило положение, уклонившись от атаки… Само...

По нестройным рядам зрителей пронеслось удивленное «Ух-х!» Они-то считали, что эта драка закончится за один удар. Да и сам Кубовский выглядел изрядно шокированным. Похоже, он вообще не успел заметить, как увернулся его соперник.

– Не противься, дитя, ты мешаешь мне! – потребовал демонический голос. –Доверься моему опыту. Я участвовал в миллионах битв! Меня оскорбляет, что ты допускаешь мысль, будто этот червяк способен нас одолеть!

И парень подчинился. Он просто расслабился, предоставляя Адастару разбираться с хулиганом самостоятельно. Всё что требовалось от рыжеволосого юноши, это наблюдать и не жмуриться, когда в его сторону летели мощные грабли мажорчика.

Пока демон осваивался с контролем незнакомого ему тела, Станислав не переставал наседать. Он рвался вперед с усердием разъяренного быка, увлечённо размахивая кулаками. Но никак не мог достать вертлявого сверстника. Постепенно на смену сосредоточенной техничности задиры пришли по-деревенски широкие замахи. Стас злился. Очень. Но переломить ситуацию было выше его скромных человеческих сил.

Виктор изгибался подобно ивовому пруту, предвосхищая каждое действие одноклассника. Он двигался экономично и эффектно, как умелый танцор. Никогда еще подросток не чувствовал такой раскованности и свободы! Боже, так вот на что, оказывается, способно его тело! Да он же любому акробату фору даст! Вон как у зевак челюсти отвисли!

– Это просто ужасно, дитя! – вернул к реальности мальчишку голос демона. – Какие же вы, смертные, нелепые создания. Твои конечности всё равно что деревянные! Мне приходится напрягаться изо всех сил, чтобы случайно не повредить тебе.

– Ну извини, Адастар! Уж какие есть, – мысленно воскликнул школьник. – Однако ты, может, что-нибудь уже сделаешь? Или твой план заключается в том, что Кубовский устанет и сам упадёт?

– Сделаю-сделаю… я почти приспособился…

И иномирный пришелец действительно перешел к активным контратакам. Вот Станислав, привыкший, что оппонент не отвечает, а только избегает его ударов, бесстрашно шагнул вперед, сокращая дистанцию. И тотчас же огреб растопыренными пальцами по мордасам. На физиономии хулигана моментально проявились красные полосы, местами даже с капельками крови.

Резво отскочив и ошалело проморгавшись, Станислав недоуменно воззрился на рыжеволосого одноклассника.

– Ты что, охренел?! – рявкнул юный мажор под аккомпанемент чужого улюлюканья, которым сверстники отреагировали на попадание Виктора. На что Василевский просто невозмутимо пожал плечами.

– Бездна! Я думал, у людей нормальные когти, а не эти огрызки! – заворчал демон в разуме школьника. – Иначе б эта глупая схватка уже закончилась!

А потом, не давая юноше возможности ответить, Адастар бросился в новую атаку. Тело худощавого подростка сжалось, словно пружина, а после резко распрямилось. Мальчишка сам не успел понять, что произошло, а его колено уже вонзилось во что-то мягкое.

– Хы-ы-ы… – вырвалось из горла Кубовского, когда он схлопотал ногой в брюхо и согнулся пополам.

Затем демон чужими руками провел короткую, но яростную серию, окончательно проламывая оборону задиры. «Бам-бам-бам-дун!» У Виктора аж кости заныли, настолько чувствительными оказались эти удары. А его широкомордому оппоненту было еще больнее. Станислав упал, обливаясь кровью из разбитого носа и рассеченной брови. Он трусливо закрыл голову, но тягу к сопротивлению не потерял. Сейчас крепыш перевернется на живот, подогнет под себя колени и снова встанет…

– Нет, дитя, уже не встанет, – возник в мыслях школьника образ зловещей клыкастой ухмылки, напугавший Василевского до чёртиков.

Юноша коршуном подскочил к опрокинутому хулигану, падая всем весом ему на грудь. Кубовский сдавленно охнул и испуганно воззрился на того, кого еще вчера обзывал дворнягой и пытался заставить лизать ботинки. Теперь во взгляде мажора не было превосходства или пренебрежения. Не горел больше огонёк нездорового садизма. Там плескался лишь страх…

Растопыренная ладонь Виктора устремилась в узкую брешь между локтей. Прямиком к незащищенному горлу противника. Мальчишка уже представил, как под его рукой сломаются хрящи гортани и как захрипит Стас. Представил, и до ужаса перепугался. Черт! Что творит этот демон?! Он же поклялся, что никого не убьет!!!

Осознание неизбежного вперемешку с адреналином тугим фонтаном шибануло прямиком в мозг. И лишь чудом Василевский успел сжать кулак и отклонить траекторию атаки на какие-то жалкие сантиметры. Этого оказалось достаточно, чтобы удар пришелся Кубовскому не в кадык, а в квадратный мощный подбородок.

Оглушительно клацнули зубы Стаса. Его слегка приподнятая голова мотнулась назад и звучно приложилась об утоптанную до состояния камня землю. И только сейчас перемазанный собственной кровью задира обмяк, закатив глаза.

– ТЫ ЧУТЬ ЕГО НЕ ПРИКОНЧИЛ!!! – мысленно взревел Виктор. – ТЫ С УМА СОШЕЛ?! МЫ ЖЕ ОБО ВСЕМ ДОГОВОРИЛИСЬ!!!

– Ах, да… точно… – будто бы смущенно отозвался Адастар. – Признаю, что на мгновение я позабыл о нашей договоренности. Просто с самого начала времен я привык разить наверняка, не оставляя врагу даже тени надежды.

Ощущая, как от пережитого стресса дрожит каждая жилка в теле, рыжеволосый подросток поднялся с поверженного противника. Словно сквозь вату до его слуха доносились эмоциональные выкрики одноклассников. Они приветствовали его победу бурно, как на каком-то соревновании. И невдомёк им было, что бедолага Кубовский едва не расстался с жизнью…

– Глядите-ка, а наш Рыжуля не лыком шит! – весело выкрикнул в порыве воодушевления какой-то балагур. – Как он Стаса, а? Раз-два-три, бац-бац! Ну чисто ниндзя!

Василевский бросил на весельчака всего один испепеляющий взгляд. И этого хватило, чтобы тот осёкся и боязливо спрятался за спины других ребят.

Молча растолкав сверстников, Витя подхватил брошенный рюкзак и быстрым шагом отправился подальше от трибун, за которыми произошла драка. Да, он победил, но не ощущал триумфа. Скорее колючую тревогу…

– Эй, Василевский, постой!

Парень резко обернулся на девичий голос и обнаружил, что его нагоняет Юля Кирхнер. Та самая чемпионка мира по чему-то там…

– Чего тебе? – неприветливо откликнулся подросток, не ожидая ничего хорошего от этого разговора.

– Ты потрясно двигался! – будто и не заметила его угрюмости одноклассника. – Я с четырех лет обучаюсь каратэ и кикбоксингу, но подобное вижу впервые! Чем ты занимаешься?!

– Плаванием, – односложно буркнул Витя.

– Прикалываешься, да? – пихнула его собеседница так, словно они были закадычными друзьями. – Ну раз не хочешь говорить, то и не надо. Я к тебе по другому поводу подошла.

– Это по какому? – напрягся Василевский.

– Приходи к нам в спортзал! – выпалила Кирхнер. – Наш тренер перспективных ребят по всей стране собирает. А тут под самым носом такой самородок нашелся! Судя по тому, как ты уделал Кубовского, таланта тебе не занимать. Думаю, ты с ходу можешь на Европу отправиться. А, ну и это…

Девушка смерила одёжку Виктора многозначительным взглядом, словно тот носил нищенское рубище.

– Насчет денег не заморачивайся! Наша спортшкола расходы по всем сборам, выездам и соревнованиям берет на себя. Главное, проявляй усердие.

– Спасибо, конечно, но мне некогда, – вежливо отказался юноша.

– Ой, да ладно тебе! – снова по-свойски толкнула его локтем Юля. – Ну приходи хотя бы просто так! Поспаррингуем вместе. Как тебе идея?

– Я… эм… кхе… ну, наверное, можно, – обескуражено пробормотал Василевский, сломленный напором этой барышни.

Вот же как случается в жизни! Еще вчера он был изгоем, над которым не издевался только ленивый. А сегодня его уже приглашает на совместную тренировку двукратная чемпионка мира по кикбоксингу. Да еще и так по-приятельски. Это не могло не польстить парню. Наверное, он поэтому и согласился…

– Ну и отлично! Я тебе попозже адресок войсну в соцсетях! Ну всё, пока, Витёк!

Юля добродушно помахала мальчишке рукой и резко свернула в противоположную сторону.

– Подожди! Мы ж друг на друга не подписаны, как ты меня найдешь? – крикнул ей в спину Василевский.

– Найду-найду, не парься! – хихикнула в ответ девушка и была такова.

После этого короткого разговора подросток вдруг ощутил прилив воодушевления. Плечи сами собой расправились, а на губы наползла довольная улыбка. А жизнь-то налаживается! Кто бы мог предположить, что в элитной гимназии снискать уважение сверстников можно обычным мордобоем? Ну прямо как в провинциальном ПТУ!

Все-таки, как бы одни люди ни пытались подчеркнуть свою исключительность и превосходство, а на самом деле, не так уж далеко они ушли от приматов.

Глава 6

Ночью Виктор видел удивительный сон. В нём парень был огромен, словно гора и силен, как стадо диких буйволов. Тяжелое даже на вид латное облачение и устрашающий изогнутый меч нисколько не отягощали его. Будто бы неведомый черный металл, из которого была выкована амуниция, вообще ничего не весил.

«Господи, да я ведь в теле Адастара!» – мелькнула потрясенная мысль в мозгу юноши. Именно в таком обличии демон впервые появился перед Витьком.

– Мой Владыка! Враг уже внутри цитадели! Как вы и предсказывали, они проникли под покровом зачарованного тумана. Ваше войско ждет приказаний! – раздался позади мальчика чей-то грубый голос.

– Ничтожные слизняки!!! – исторгло горло подростка неистовый рёв. – Я знал, что трусливым серафимам не хватит духу напасть в открытую! Наверняка они подослали ко мне еще и убийц. Я слишком хорошо знаю их подлое племя…

Виктор не мог управлять этим телом. Но всё же обладал каким-то послезнанием, которое не поддавалось описанию. А потому, когда ноги понесли вперед, мальчишка осознал – они несут его навстречу битве. Ликование и предвкушение затопили разум. Когтистые пальцы покрепче сжали рукоять черного клинка, а в глазах зажегся кровожадный огонь. Скоро… очень скоро небесный народ пожалеет о своем дерзком нападении на его доминион!

Но тут вдруг резкая боль пронзила спину. Боль, которую Адастар всегда презирал и никогда не воспринимал за помеху. Но на сей раз она оказалась невероятно сильной. Что-то острое вонзилось под лопатку и теперь словно бы прорастало внутрь физического воплощения демона. А в воздухе повис кислый металлический смрад священной магии…

Быстро поняв, что произошло, Виктор с воинственным кличем крутанулся на месте, размахивая оружием. Но его клеврет, преданно служивший ему вот уже которую эру, проворно отскочил, избегая атаки. Он выпустил древко сияющего копья, которым поразил спину своего господина. И ладонь приспешника теперь отчетливо дымилась и шипела после прикосновения к ангельскому артефакту.

– Твоя глупость, исчадие, не есть мерило для всех остальных. – гордо изрек демон. – В десятках миров бытует поговорка: «Лучшая битва та, которая не состоялась».

Сразу после этих слов с говорившего плоть начала отваливаться пластами. Прямо как скорлупа. А под ней обнажилось… что это?! Какое дивное и чистое сияние! Неужели это и есть… ангел?! Тысячеглазое создание, воспарившее над полом на шести величественных крыльях! До чего же оно странное и прекрасное! Однако, почему же Виктора от простого взгляда на небесное порождение душила такая испепеляющая злоба?

– Это конец, мерзкий демон, – торжественно объявил серафим. – Хочу чтобы ты знал: после твоей гибели крылатая армада уничтожит здесь всех. Разнесет каждый кирпич этой нечестивой цитадели и истребит всё живое. Дорога вглубь бездны будет открыта для наших армий. И совсем скоро всякая грязная тварь получит то, что заслуживает! Ты и тебе подобные не достойны существовать ни в одном из девяти тысяч миров! Поэтому, мы вас изживём…

Виктор уже рычал от ярости, чувствуя, как святая магия из засевшего под лопаткой копья вливается в его тело. Как сталкивается она с демонической маной, порождая неописуемые приступы боли. Подобно воде, вылитой в кузнечный горн, враждебные энергии уничтожали друг друга. А вместе с этим, умирало духовное и физическое тело Адастара…

– Рано или поздно, гнусный серафим, но твой народ ответит мне! – с жаром пообещал демон. – Великая чума обрушится на ваши головы. И носить эта чума будет моё имя…

– И что же ты можешь, исчадие? – ничуть не испугался ангел. – Это священное копье двенадцать тысяч жрецов заряжали на протяжении двенадцати эпох. Двенадцать миллиардов смертных вложили в него свои души. И всё это только ради того, чтобы сразить тебя. Смирись, глупец, ведь ты уже обреч… Что?! ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ, НЕЧЕСТИВЕЦ?!

Виктор ощутил, как тьма, зияющая на месте его лица, растянулась в подобии улыбки. Вид врага, испуганно распахнувшего разом всю свою тысячу глаз, доставил ему напоследок несказанное удовольствие. Но поделать серафим уже ничего не мог. Величайшее заклинание девятого круга было сотворено, и теперь даже сам легендарный демиург не смог бы обернуть его вспять.

Дивный драгоценный камень, искусно закрепленный в латном нагруднике Адастара, вдруг засиял червлёным светом. Мгновение назад он был прозрачным и кристально-чистым, как горный ручей. А сейчас превратился в настоящее багровое средоточие, будто бы впитал в себя кровь целого мира смертных. Ту самую, что гнусные ангелы пролили на засевшее под лопаткой священное копье во имя великой цели.

Серафим в отчаянной попытке прервать жизнь Адастара рванулся вперед, синхронно взмахнув всеми тремя парами крыльев. Но даже будучи раненным демон оставался весьма грозным противником. Его когтистая пятерня метнулась вперед, разрывая само пространство, и впилась в многоглазого воина. Виктор швырнул себе под ноги чистое создание небес, словно половую тряпку. А затем его длинный меч, выкованный из проклятых руд бездны, легко пригвоздил ангела к грубому камню пола. Лезвие вошло во врага как булавка, протыкающая насекомое. И тотчас же своды демонической твердыни содрогнулись от пронзительного вопля, походящего на птичий клёкот.

– Я вернусь за вами, бесчестные отродья, – пылко поклялся Адастар, склоняясь над поверженным врагом. – И вы не скроетесь от меня, потому что бежать вам некуда. Мой доминион станет вашим склепом…

Окружающее пространство вдруг начало ломаться и рассыпаться на мириады крохотных песчинок. Причем, разрушались не только стены, но и распластанный на полу серафим. Эти невесомые пылинки закручивались в полупрозрачное торнадо и скрывались в глубинах граней покрасневшего драгоценного камня в нагруднике. И Виктор очень хотел узнать, что произошло дальше, но тут его выбросило из бурного сна в безмятежную реальность.

Юноша подскочил на скомканных простынях, тяжело дыша и чувствуя, как бешено колотится сердце. Подняв взгляд, он заметил, что из незапертой клетки с его питомцем исходит мерный свет включенного смартфона. Кажется, Адастара так увлекло изучение мира смертных, что он до сих пор не ложился спать. Его крохотные мышиные лапки порхали по экрану с такой скоростью, перелистывая страницы интернет-энциклопедий, что Виктор испытал укол зависти. Вот бы он мог точно так же уроки учить! Насколько б жить стало проще…

– Дитя? Разве твое тело не должно сейчас пребывать в лежачем положении с закрытыми глазами? – удивился демон, заметив, что подросток пробудился.

– А ты сам-то чего не спишь?

– Я познаю смертных с помощью твоей дивной скрижали, – ответил зверёк. – Эта штуковина просто удивительна! Скажи, это ведь тоже магия… как его там… прогресса, да?

– Ну типа того, – ухмыльнулся Витя. – Но ты не меняй тему. Тебе, вообще-то, тоже спать нужно.

– Это необязательно, – небрежно махнул лапкой грызун. – Твои кровожадные и алчущие жестокого зрелища соплеменники подарили мне немало энергии. Конечно, это даже не крохи, по сравнению с тем, что у меня было раньше. Но их пока хватает и на поддержание нашей с тобой связи, и на подпитку этого лохматого тела.

– Да, я не сомневаюсь, – выдохнул мальчишка, возвращаясь мыслями к своему недавнему сну. – Слушай, Адастар, я тут кое-что видел…

– Мои воспоминания, – выдал демон, не дослушав вопроса.

– Что?

– Тебе привиделись мои воспоминания. Последние мгновения в бездне, предшествующие нашей встрече. Клятва связывает твой и мой разум все теснее с каждым днем.

– Я так и думал, – стукнул кулаком по подушке Виктор. – Значит, это происходило взаправду?

– Точно, дитя.

– Только я не понял, что ты сделал? Почему ангел, уже праздновавший победу, бросился в самоубийственную атаку?

– Этот глупый серафим думал, что моя смерть остановит чары. Я сотворил великое заклинание девятого круга и запечатал весь свой доминион в безвременье. Все, кто находился там, заперты в небытии. Они существуют и мыслят, но бессильны пошевелить и пальцем. К сожалению, эта незавидная участь постигла не только вероломных небесных тварей, но и моих подданных. Отныне выпустить их могу лишь я, но не раньше, чем восстановлю силы. Ну или если проклятые серафимы не отыщут меня и не уничтожат мою душу. Тогда колдовство рассеется само по себе.

– Ого… вот это да-а-а… – присвистнул мальчишка. – А эти заклинания девятого круга сложные? Ты мог бы меня научить такому?

В ответ демон расхохотался так, что у подростка заболела голова. Отсмеявшись, грызун оторвался от смартфона и по-хозяйски выполз из клетки.

– Ох, тьма и бездна, дитя, ты не перестаешь меня удивлять! – пророкотал голос в голове школьника. – Твоя немощная энергетическая оболочка не сможет воспроизвести даже слабейшие чары первого круга, не говоря уж о девятом! Чтоб ты понимал, одно лишь описание такого заклинания целиком занимает гримуар, превосходящий толщиной все книжки, которые ты тащишь в эту… как её? В свою школу! И его требуется не просто запомнить, но и суметь воспроизвести в разуме все нужные манипуляции за кратчайший срок. И сделать это без малейшей ошибки или неточности.

– Н-да, действительно, звучит как-то уж слишком заморочно, – печально вздохнул Василевский. – Походу, и в самом деле не судьба. А ты сам-то много подобных чар знаешь, Адастар?

– Почти полторы сотни! – горделиво вскинул нос мышонок. – В бездне бытует легенда, что если постичь девятьсот девяносто девять высших заклинаний, то вселенная приоткроет завесу великой тайны. Поговаривают, что бытие поделится с тобой видением, которое изменит тебя полностью… Вот так-то, смертный!

– Хм-м… звучит так знакомо… – с сомнением потер нос юноша, но так и не смог вспомнить, что ему напоминают слова демона. Зато его посетила другая мысль… – Кхм… Адастар, позволишь еще кое о чем спросить?

– Разумеется, дитя, – благосклонно кивнул зверёк.

– А ангелы что, вправду злые? Неужели они и в самом деле убили двенадцать миллиардов людей, чтобы зачаровать то копье?

– О, клубящийся хаос и великая бездна, дитя! Твоя невнимательность поражает меня! – воскликнул иномирный пришелец. – Я же с самого начала поведал тебе, что нет в девяти тысячах измерений более подлых и злобных созданий, нежели эти! Ты разве меня не слушал?! Уничтожить целый вид разумных существ ради своих замыслов – это так же естественно для серафимов, как для тебя дыхание!

– Да слушал я, слушал… – смутился Виктор. – Просто думал, ты так говоришь только потому, что ангелы и демоны воюют…

– Ох, смертный, ты не первый, кто обманулся слепящим великолепием небесного народа. Однако внемли моей мудрости: не суди никого по цвету одних лишь красивых одежд. Но довольно болтовни! Я хочу понять, как можно подчинить этот ваш технический прогресс и восполнить свои силы!

– Ты так быстро запомнил наш язык, что уже сам читаешь? – удивился школьник.

– Смертный, я с помощью этой магической скрижали изучил уже четыре ваших примитивных языка! – фыркнул мышонок, возвращаясь к смартфону. – А теперь прошу тебя, помолчи!

Повинуясь просьбе демона, парень снова откинулся на подушку и крепко задумался об услышанном. До звонка будильника оставалось еще несколько часов. И лучше их провести с закрытыми глазами. Иначе снова в школе будет носом клевать на уроках. Подросток сам не заметил, как задремал под тихий стук мышиных коготков, клацающих по экрану телефона. И на сей раз, слава богу, проспал без всяких сюрпризов до самого утра.

***

Появление Виктора на первом уроке вызвало оживление во всем классе. Девчонки тут же зашушукались, сверкая улыбками, а чей-то басистый мальчишеский голос выдал: «О-о-о, Витёк пожаловал!»

Подросток от такого количества внимания к своей персоне покраснел и поскорее шмыгнул за парту. По пути ему пришлось пожать три или четыре протянутых ладони, отчего рыжеволосый школьник засмущался еще сильнее. И только после того, как прозвенел звонок юноша сумел облегченно выдохнуть. Начались занятия, и сверстникам стало уже не до него. Кстати, а Кубовского-то не видать. Неужели застеснялся с подбитой физиономией приходить?

Неожиданно для самого себя, Василевский остановился взглядом на точеной фигурке Даны Крыловой, сидящей прямо перед ним. Он вдруг вспомнил, как некрасиво повел себя во время их вчерашнего разговора, и чувство стыда неприятно кольнуло его куда-то под грудь. Блин! Надо бы как-то извиниться, что ли. По крайней мере, она единственная из всего класса, кто собирался предложить помощь…

– Адастар, ты занят? – мысленно позвал школьник демона, который сейчас сидел на дне его рюкзака и продолжал осваивать мировую информационную сеть с помощью телефона.

– Очень, дитя. Смотрю документальный фильм о том, как люди добывают мёд. И это крайне омерзительно.

– Да почему же? – не понял подросток. – С чаем, да с лимончиком получается суперски!

– То есть вы, смертные, не просто окатываете прелые листья кипятком, но еще и добавляете туда полупереваренные выделения половых органов растений, которые отрыгивают жужжащие гады? Как можно пить такую субстанцию? Да вы же больной вид! Почему вы еще не вымерли?

– Ты слишком глубоко анализируешь полученную информацию о нашем мире, Адастар! – осуждающе покачал головой Витя. – Но со временем ты привыкнешь. Мёд, знаешь ли, ничуть не хуже шоколада по вкусу!

– Твои слова пугают меня, дитя, – похолодел тон демона. – Если окажется, что и благословенный шоколад делается схожим отвратительным образом, то я сотру твой порочный мир в порошок, когда верну свою силу!

– Не-не, расслабься! Шоколад производится из какао-бобов и сахара, – успокоил собеседника мальчишка. – И вообще, чего ты так остро реагируешь на человеческую кухню? Ты, на минуточку, собственного отца изнутри прогрыз!

– Не сравнивай, дитя! Это естественный порядок вещей для бездны! – с вызовом бросил Адастар. – Мы не связаны такими глупыми условностями, вроде необходимости заботиться о своем потомстве. Если ты не можешь выжить сам, значит, ты слишком слаб для этого мира, и твоя участь стать чьим-нибудь рабом или пищей.

– Вот об этом-то я и говорю! – мысленно хихикнул парень. – Но я о другом хотел попросить. Ты можешь тихо оторвать кусочек бумаги для меня? А то тут училка строгая, если заметит, надаёт по ушам.

– Ладно, хоть я и привык действовать открыто, но ради тебя, смертный, постараюсь быть как можно незаметней, – устало выдохнул демон.

Из рюкзака донеслось тихое шуршание, которое Виктору показалось просто оглушительным. Однако судя по тому, что остальные одноклассники не повернулись на звук, он не был таким уж громким. Затем из наполовину расстегнутой молнии высунулся краешек свернутой в трубочку бумажки, и подросток незаметно ее подхватил двумя пальцами.

– Блин, Адастар, ты зачем упаковку от шоколадки разорвал? – разозлился юноша, когда увидел, что ему подал грызун.

– Глупое дитя, ты же сам просил меня это сделать!

– Да я ж имел в виду от тетрадки какой-нибудь лист оторвать! Вот как я сейчас буду на этом безобразии записку писать?!

– Если тебе не по нутру моя помощь, делай сам! – обиженно фыркнул демон и замолк, показывая, что ни в чём содействовать парню он больше не намерен.

Эх, делать нечего. Придется писать Крыловой послание на таком позорном клочке…

Незаметно расправив обрывок обертки, Виктор старательно накарябал на обратной стороне:

«Привет! Извини, по поводу вчерашнего. Ты вроде как помочь собиралась, а я на нервяках из тебя чуть ли не виноватую сделал. Теперь сильно раскаиваюсь. Ты уж не сердись на меня, plz. Мир, дружба, жвачка?

Подпись: ВДВ»

Коротко полюбовавшись результатом своих трудов и на всякий случай проверив на наличие ошибок, Виктор сложил записку в несколько раз. Осторожно постучав по плечу впереди сидящей соседки, парень просунул послание ей под локоть. Дана, на удивление, жест истолковала весьма точно. Она не стала вертеться, а лишь завела руку за спину и не глядя приняла клочок бумаги.

На короткую секунду их ладони соприкоснулись, и у Василевского чуть голова кругом не пошла. Ва-а-ау, какая у Крыловой нежная и гладкая кожа! Интересно, это у нее от природы так или она на кремы кучу денег спускает?

Парень еще не пришел к какому-либо выводу, а девушка вдруг развернулась к нему вполоборота. Полученную записку при этом она выразительно держала двумя пальцами, вопросительно выгнув бровь. Брюнетка всем своим видом будто спрашивала: «Ты хочешь, чтобы я за тебя выкинула этот мусор или что?»

Виктору пришлось виновато пожать плечами, а потом жестами объяснить, чего он добивался. Правда, эти его кривляния заметила глазастая учительница и тут же вынесла строгое предупреждение. Но одноклассница, кажется, успела уловить смысл пантомимы.

Потекли томительные минуты ожидания. Подростку не было сзади видно, что соседка делает с его запиской. Он даже не знал, прочла ли она ее или пока отложила, выжидая момента, когда препод отвернется. Но чем больше задерживался ответ, тем сильнее Витя нервничал.

Черт, а может надо было нормально подписаться? Это в старой школе его по первым буквам ФИО гордо кликали ВДВ. А тут он известен под унизительным прозвищем «Рыжуля». Вдруг Крылова вообще не догадалась, что послание от него? Или вовсе побрезговала разворачивать этот пропахший шоколадом обрывок?

За несколько минут парень накрутил себя так, что начал нервно подергивать ногами. Хотя, если вдуматься, поводов для столь сильного беспокойства у него сейчас не было. Тем не менее, когда перед носом юноши на парту шлепнулся всё тот же клочок обёртки, он испытал огромное облегчение! Ха-ха! Дана ему ответила! Может она, конечно, послала его в такие дали, куда даже Адастар серафимов не гонял. Но хотя бы отреагировала!

Развернув записку и увидав под своей писаниной выведенное каллиграфическим почерком лаконичное: «Посмотрим», Виктор озадаченно цыкнул. Ну и как он должен это понимать? Она показала, что дуется? Или это обычное состояние снежной королевы? А если…

Прийти к какому-то определённому выводу рыжеволосый подросток не успел. Потому что его прервал истерический девичий визг, раздавшийся откуда-то с заднего ряда:

– А-а-а-а-а! Крыса! У него крыса в сумке!

Внутренне похолодев, мальчишка спинным мозгом почуял, что причиной переполоха стал именно Бусик. Ибо вряд ли среди целого класса найдется еще один уникум, который носит грызуна в школу…

Глава 7

Переведя вниз свой взор, рыжеволосый юноша с ужасом увидел торчащую из рюкзака мышиную голову. Сверстники, разумеется, тоже стали поглядывать в его сторону, заинтересовавшись причиной шумной истерики одноклассницы.

– Катерина, успокойся, пожалуйста! – учительница едва ли не бегом подскочила к паникующей девушке. – Что тебя так разволновало? Какая ещё крыса?

– У него! Вон, смотрите! В сумке! – обличительно ткнула пальцем в Василевского школьница.

– Виктор, объяснитесь! – строго воззрилась на парня женщина, сверкая глазами из-под аккуратных прямоугольных очков.

– Я… я… э-э-э… – начал было мальчишка, но не смог с ходу сочинить ничего вразумительного.

Однако преподаватель и не думала отступать. Она встала прямо над подростком и всем своим видом показывала, что никуда не уйдет, покуда не разберёт ситуацию по косточкам и на корню не ликвидирует помеху для урока.

Шепотки в классе постепенно переросли в волну смешков. А те, в свою очередь, переходили в неприкрытое и шумное веселье. Ну вот, опять над Виктором все потешаются… Как же ему это осточертело!

– Тишина! – повысила голос учительница, и галдёж сразу же стих, будто топором отрубленный.

Восстановив порядок, женщина снова требовательно посмотрела на Василевского:

– В чем проблема, молодой человек? Вы язык проглотили? Кажется, я попросила вас объясниться. Что вы затеяли? Вы действительно принесли в школу какое-то животное?

Витя ощутил, как его щеки покрываются жгучим румянцем. Но потом почти сразу же на себя из-за этого разозлился. «Тебе самому не надоело краснеть и мямлить?! Соберись и дай вразумительный ответ, который не будет звучать по-идиотски! Иначе репутация посмешища окончательно прилипнет к тебе в этой гимназии!» – строго отчитал он себя.

– Ой, Людмила Фёдоровна, да я сам в шоке! – изобразил потрясение юноша и полез в свой рюкзак.

Достав мышонка на всеобщее обозрение, парень картинно удивился его обнаружению.

– Наверное, я забыл утром клетку запереть, – принялся фантазировать школьник, – и Бусик из неё выбрался. А плитка шоколада, которую я оставил в кармашке, привлекла его своим запахом… А ну-ка…

Юнец запустил ладонь в сумку и извлек из неё в качестве подтверждения своей теории сладость с отчетливыми следами мышиных зубов.

– Ну вот, точно! Так я и думал! Видите?

– Хм… Виктор, и что же мне прикажете делать? Я не могу позволить вам находиться на уроке с крысой, – нахмурилась учительница.

– Ну, во-первых, Людмила Фёдоровна, это не крыса, а декоративная мышка. – перехватил мальчишка инициативу в разговоре. – Во-вторых, Бусик абсолютно ручной. Он не представляет ни для кого опасности и часами может сидеть на одном месте, не доставляя никому неудобств. Вот, смотрите!

– А ещё я могу вскипятить ваши океаны и наслаждаться мучительной агонией всего вашего вида!

Василевский, проигнорировав реплику грызуна, посадил его на парту и мысленно обратился к демону:

– Адастар, не двигайся, пожалуйста!

– Ты совсем ополоумел, смертный?! Ты как обращаешься ко мне?! – негодующе зарычал зверёк.

– Из-за тебя вся эта ситуация возникла! Поэтому будь добр, помоги мне её исправить! – не уступил молодой человек.

Неразборчиво бормоча проклятия на незнакомом языке, мышонок по-смешному плюхнулся на пушистый зад. Передние лапки при этом он недовольно сложил на груди. И получилась до того забавная картина, что все находящиеся рядом свидетели охнули от умиления. Даже учитель еле сдерживала упрямо лезущую на губы улыбку, изо всех сил стараясь сохранить своё строгое амплуа.

– Ой, смотрите, какая няшка! – хихикнула девочка справа от Василевского. – Кажется он обиделся! Ну до чего ж он милашный, я не могу!

– Эта милашка с радостью пожрет твою плоть, ежели ты дерзнешь приблизиться! – огрызнулся демон.

– А его можно подержать? – спросила другая одноклассница.

– Ничтожная смертная, ты бы не подняла и моего пальца, находись я в истинном воплощении!

– И я тоже хочу!

– А я хочу истребить твой нелепый вид, оставив от ваших городов только прах и пепел!

– О, и я с вами!

Подростки заголосили наперебой, вновь порождая гвалт. И учительнице пришлось опять призвать распоясавшихся школьников к порядку.

– Ладно, Василевский, – произнесла она, когда шум утих. – В первый и последний раз я позволяю тебе находиться на уроке с домашним животным. Но если это повторится, имей в виду, отправишься домой тотчас же! Ты всё уяснил?

– Конечно, Людмила Фёдоровна! – состроил виноватую физиономию мальчишка. – Обещаю, что такого больше не повториться! Извините за это недоразумение. Впредь буду следить за Бусиком внимательней.

– Я рада, что мы друг друга поняли, – властно кивнула женщина. – А теперь, будь любезен, убери свою зверушку куда-нибудь. Она отвлекает остальных от занятий.

– Хорошо, как скажете…

Урок возобновился, и юноша беззвучно перевёл дух. Ф-ф-фу-ух, кажется, пронесло…

– Адастар, ты какого лешего вообще вылез?! – рассерженно воззвал к грызуну Виктор.

– Я почуял твою тревогу и решил, что ты находишься в опасности, – ворчливо буркнул тот. – Да зря беспокоился, видимо!

– А, вот оно как… ну ладно, тогда забыли, – поспешил свернуть диалог мальчик, поняв, что сам спровоцировал демона.

Ну а тот, слава бездне, настаивать на продолжении беседы не стал. «Тьфу ты! Какая еще «бездна?!» Такими темпами я как Адастар буду изъясняться!» – ругнулся на самого себя подросток.

Прозвенел звонок. Урок закончился. К Виктору сразу же ломанулась добрая половина одноклассников. И парни, и девчонки рвались поближе рассмотреть умного ручного мышонка. И Василевский в очередной раз подумал, что богатые ученики элитной гимназии мало чем отличаются от своих менее обеспеченных сверстников. Пусть родители и снабдили их брендовым барахлом, приставили десяток репетиторов, личных шоферов и персональных тренеров. Но детьми они быть от этого всё равно не перестали.

Этот эпизод и показал рыжеволосому юноше, что между ними лежит не такая уж и большая пропасть, как ему казалось вначале…

Витьку понадобилось не меньше пары минут, чтобы отбрехаться от орды одноклассников. Пришлось использовать аргумент, что Бусика пугает большое количество людей. Подростки не прямо уж охотно, но всё же согласились. Ребята сразу же стали менее навязчивыми. Впрочем, попыток сделать селфи с послушным зверьком окончательно не забросили.

Ох, как же хорошо, что они не слышали, какими грязными оскорблениями и ругательствами сыпал в их адрес Адастар. И как же печально, что выслушивать их пришлось одному Виктору…

Уже на последних минутах перемены мальчишка сумел-таки отбиться от всех желающих с ним пообщаться. И ему выпал шанс подойти к Крыловой, которая, как и полагается истинной снежной королеве, осталась а-а-абсолютно индифферентна ко всей этой суматохе.

– Дана, и снова привет! – обратился к ней юноша, заметно волнуясь.

Девушка перевела на парня взгляд своих небесно-голубых глаз, и тот быстро пожалел, что заговорил с ней. Нет, ну как она виртуозно владеет мимикой! И где только научилась напускать на свою кукольную мордашку столь суровое выражение? Всего одно движение бровью, и уже хочется провалиться сквозь землю!

– Ну здравствуй, Виктор, – чуть холодновато поздоровалась Дана.

– Слушай, не объяснишь, что значит твой ответ? – немного осмелел Василевский, приободренный тем, что одноклассница его не послала сразу же.

– Ровно то, что я и написала, – вопреки серьезному тону, уголки пухлых губ слегка дрогнули, выдавая благодушное настроение своей хозяйки.

– А-а, ну а на что ты собираешься посмотреть? – робко улыбнулся парень.

– На ваше поведение, господин ВДВ, – фыркнула Крылова всё в той же одновременно и язвительной, и бесстрастной манере.

«Нет, ну так разговор не пойдет…» – твёрдо решил молодой человек. Надо как-то переломить ситуацию в свою пользу! Хватит уже робеть перед сотоварищами. Пора отыскать с ними общий язык. Взять харизмой, так сказать!

– Ну Дана, брось ты дуться! – по-свойски подмигнул собеседнице Виктор. – Одноклассники мы с тобой или где? Неужели ты планируешь на меня обижаться до самого выпускного из-за этого мелкого недоразумения?

От столь резкой смены риторики идеальные брови девушки неспешно поползли наверх. Но вместе с тем её явно позабавило поведение парня. Кажется…

– Ну вот что мне сделать, чтоб ты меня простила? – окончательно перешел в наступление Василевский, стараясь развить успех. – Хочешь, провожать тебя из школы буду всю четверть?

– Я пешком домой не хожу. Неужели за машиной побежишь?

На фоне насмешек от других сверстников это предположение прозвучало едва ли не оскорбительным. Ну да, каждому заметно, что шмотки у него не такие дорогие, как у остальных. И на крутой тачке его никто не подвозит на учебу. И каникулы он проводит за компом, а не в Дубаях всяких с Тенерифами. Но если он воспримет реплику Крыловой всерьез, то это будет равносильно поражению. Поэтому лучше свести всё в шутку.

– А тебя что, на спорткаре подвозят? – хитро прищурился Виктор.

– Эм… нет, – не сразу поняла девушка к чему клонит школьник.

– Ну и здорово! Значит, там точно больше одного пассажирского сиденья, и для меня наверняка найдется местечко!

От подобного заявления Дана сперва изумлённо распахнула веки, а потом не сдержалась и тихо прыснула со смеху в кулачок.

– Ну ты и наглец, господин ВДВ, – тряхнула она своими угольно-черными локонами. – А казался таким приличным мальчиком.

– Не, я ж не настаиваю именно на этом! – расплылся в обезоруживающей улыбке юноша. – Ты можешь предложить что-нибудь своё. Ну давай, что мне для тебя сделать?

Крылова оглядела одноклассника с ног до головы, и Виктор всерьез напрягся. Почему-то подумалось, что ему сейчас прилетит категоричный от ворот поворот, от которого самооценка до самой пенсии не оправится.

– Ну ладно, будь по-твоему, – благосклонно кивнула Дана. – Угостишь меня кофе, и мы в расчёте.

– Идёт! – поспешно согласился мальчишка. – Тогда на большой перемене и сходим, да?

– Лучше после уроков. Не люблю ни торопиться, ни опаздывать.

– Договорились! С вами очень приятно сотрудничать! – шутливо воскликнул Василевский и, не веря в то, что он это делает, протянул первой красавице школы раскрытую ладонь.

Ой-ё-ёй! Что же он натворил? Зачем так резко полез сокращать дистанцию? Они ведь с Крыловой и не знакомы толком. Рано, слишком рано… В плавании за фальстарт сразу дисквалификация положена, и второго шанса не дают. А, впрочем, жизнь – это не соревнования, тут строгих правил нет. Пан или пропал!

Девушка, явно колеблясь, рассматривала протянутую руку, но пока не спешила её пожимать. Виктор уж было расстроился и сделал движение чтобы стыдливо спрятать ладонь. Но тут собеседница его опередила и очень изящно прихватила Василевского за кончики пальцев.

«Блин, какая же у неё всё-таки гладкая кожа!»

***

Весь остаток учебного дня Витёк боролся с глуповато-мечтательным выражением, которое норовило наползти на физиономию. И когда прозвенел звонок, ознаменовавший окончание шестого урока, юноша вскочил со своего места самым первым.

– Василевский, вы куда собрались? Домашнее задание уже записали? – заметил его рвение учитель.

– А, да, задание… точно!

Мальчишка, не желая искать дневник, выхватил первую попавшуюся тетрадку и торопливо начиркал на последней странице номера параграфов. Вокруг него снова пронесся шумок легких смешков. Но на сей раз они казались Виктору какими-то добрыми, что ли? Будто бы одноклассники уже смирились с тем, что их новый товарищ слегка чудаковатый.

– Да ты никак сбежать хотел? – обернулась к нему Крылова.

– Ты что-о-о, ни в коем случае! – оскорбился юнец. – Уже решила, куда пойдем?

– Да, есть тут неподалёку местечко, – туманно изрекла она и чуть ускорила шаг, указывая дорогу.

Школьники вышли из гимназии. Прошли по той самой галерее, где совсем недавно Кубовский пытался унизить Виктора. Миновали уже половину футбольного поля. Но всё это происходило в гнетущем молчании. Парня так и подмывало завести разговор на какую-нибудь тему, но он никак не мог определиться. Ну о чем вообще можно с Даной поговорить? Он же ничего о ней не знает! Равно как и не имеет понятия, с чего начать расспросы. А ведь еще и навязчивым не хочется показаться…

– Не боишься со мной рядом находиться? – вдруг подала голос одноклассница, видимо, почуяв, что тот никак не решается заговорить.

– А с чего это мне нужно бояться? – недоуменно нахмурился подросток.

– Ну, как ты сам сказал, со Стасом у тебя уже произошел конфликт из-за меня. История вполне может повторится снова. Ни с Кубовским, так с кем-нибудь другим.

– А, вот ты про что… да не, не страшно! – смело отмахнулся юноша. – Если что-то захотят предъявить, пусть в очередь выстраиваются!

– Хм… а ты мне в первые дни учёбы показался другим, – то ли осуждающе, то ли просто задумчиво произнесла Крылова.

И Виктор тут же устыдился. И в самом деле, чем он бравирует? Чужой силой и умением? Ведь в победе над Кубовским его заслуг ноль целых, хрен десятых. Если кого и нужно благодарить, так это Адастара…

– Если честно, я еще не определился, каким мне быть, – печально вздохнул мальчишка. – Слишком много стресса на меня свалилось в новой школе.

– Знаешь, но ты всё равно молодец, – неожиданно приободрила его спутница. – Обладая такими умениями, ты держался и ни с кем не конфликтовал. Хотя поводов для этого было хоть отбавляй. И судя по историям о том, как ты отделал Стаса, сил бы у тебя хватило поколотить каждого парня в нашем классе.

– Хе… спасибо… – покраснел от похвалы Виктор. Хотя, наверное, его больше смутило то, что он её не заслужил.

– Позволишь дать совет? – тактично поинтересовалась Дана.

– Ну конечно!

– Не ищи, кем бы тебе прикинуться. Просто будь собой. Любая маска, как бы профессионально ты её не носил, рано или поздно надоедает. И в такие моменты удерживать её становится невыносимо. Иногда она может спадать совершенно самопроизвольно, ввергая в смятение окружающих. Они ведь полагают, что знают тебя. А тут вдруг вместо привычного и понятного им человека появляется какой-то чужак.

– Ого! Не ожидал настолько серьезного напутствия… – обескураженно почесал затылок Виктор. – Я думал, вас наоборот учат притворяться и прикидываться, чтобы…

– Кого это «нас?» – резко перебила его Крылова.

– Э-э-э-э… да так, никого! Извини…

– Нет-нет, давай уж, договаривай!

Василевский напряженно выдохнул и сморщился, будто ему в лицо светил нестерпимо яркий луч. Эх, ну и дал же он маху! Вот и как теперь выкручиваться? Правду, может, сказать?

– «Вас» – в смысле, золотую молодежь, – выдавил подросток, ощущая себя невероятно глупо.

Неожиданная реакция собеседницы ввергла мальчишку в ступор. Она вдруг рассмеялась, да еще так звонко. Юноша вообще не представлял, что снежная королева Дана Крылова умеет столь заливисто хохотать. И что же, интересно знать, вызвало у неё приступ веселья?

– Ох, ну ты даешь, господин ВДВ, – не скрывая улыбки произнесла брюнетка. – Тебе бы поменьше сериалов про элитные академии смотреть.

– Не, сериалы это конёк моей маменьки. А я чисто геймер! – как можно беззаботней отшутился Виктор, а потом снова посерьезнел. – Нет, ну а всё-таки? Ты рассуждала о масках с таким знанием дела. Неужели ты…

– Не надо, Витя. Мы еще не настолько хорошо знакомы, чтобы задавать подобные вопросы, – не очень-то мягко осадила его девушка.

– Понял-понял, замолкаю, – примирительно выставил перед собой ладони парень.

Остаток пути до небольшой кофейни они проделали молча. И тут вдруг в самых дверях в разуме подростка ожил голос демона:

– О, первозданный хаос! Что это за едкий смрад?! Воняет, как горелая чешуя чумазого импа!

– Это всего лишь кофе, Адастар, – отстраненно пояснил юноша, немного разочарованный окончанием беседы с Даной. – Специальные обжаренные семена. Пахнут, чуток специфически, но если смешать с сахаром и молоком получается очень вкусно.

– Так… сахар знаю. А что такое молоко? Тоже что-то мерзкое в духе людишек?

– Ох, что же за вопросы у тебя… – замешкался с ответом Виктор. – Это такая белая жидкость, которой животные своих детенышей вскармливают. Понятно объяснил?

– Значит, вы, смертные, отбираете еду у других видов, обрекая их потомство на верную погибель? Ха-ха, а неплохо для человеков! Я был о вас худшего мнения!

Неисповедимые пути извращенной демонической логики в очередной раз поразили мальчишку. И он еле удержался от того, чтобы не шлёпнуть себя ладонью по лицу. Не дай бог Крылова еще на свой счет этот жест восприняла бы.

Однако глупо отрицать, что у появления Адастара в жизни Витька, был и один огромный плюс. Как минимум, скучать юноше уж точно не приходилось.

Глава 8

– Возьми мне, пожалуйста, теплый браун панч с корицей и цедрой, но без сиропа, – попросила Дана, как только они вошли. А затем без лишних слов удалилась в другой конец заведения и уселась за столик.

– Вот жеж царевна, блин… – пробурчал себе под нос Василевский, так, чтобы одноклассница его не услышала. – Лучше бы поинтересовалась, запомнил ли я вообще, что она сказала…

Юноша подошел к стойке, вежливо поздоровался с девушкой-бариста, которая выглядела ненамного старше его самого. И попытался воспроизвести по памяти мудрёное название:

– Будьте добры теплый чего-то там с корицей и какой-то штукой без сиропа. А к нему абсолютно любой кофе. Неважно какой.

– Молодой человек, я не экстрасенс, – закатила глаза работница кофейни. – Говорите точнее, что вы хотели?

– Эх, я надеялся, вы поймете, что я имел в виду, – разочарованно поник Виктор.

Бариста многозначительно покосилась на Дану, с которой пришел юноша. Отметила её стать, дорогой костюм и безупречный легкий макияж. А потом неожиданно сжалилась над незадачливым кавалером.

– Первый раз у нас, да? – почти сочувственно осведомилась она. – Уж извините, но я вас при всем желании не смогу понять. В меню нашего заведения более сотни авторских напитков. И почти в каждый мы можем добавить корицу.

– А можно тогда ваше меню посмотреть? Вдруг вспомню…

– Не проще ли свою девушку переспросить? – лукаво улыбнулась работница за стойкой.

– Да мне бы не хотелось… – неопределенно покрутил пальцами в воздухе подросток.

– Стесняетесь? – хихикнула бариста, и Василевский почуял, как вмиг запылали его щеки.

– Ничё я не стесняюсь… – принялся было оправдываться мальчишка, но тут в разум вторгся раздраженный демон:

– Она просила тебя принести теплый браун панч с корицей и цедрой, но без сиропа, болван!

– Ох, Адастар, спасибо! Твоя феноменальная память меня выручила! Ты избавил меня от позора!

– Не благодари. Просто я всякий раз преисполняюсь скорбью и отвращением, когда ты источаешь беспомощность, – припечатал архигерцог. – Сразу становится печально, что связал себя клятвой с таким немощным человечишкой…

– Вот ты… – задохнулся от возмущения Виктор. – Ну спасибо тебе!

– Я же сказал, не благодари.

– Да ну тебя!

Подросток прервал ментальный сеанс общения и повторил работнице кофейни подсказанное демоном название.

– А для себя что будете?

– Латте какой-нибудь, – безразлично махнул рукой парень.

– Ну молодой человек, – состроила укоризненную мину бариста, – я же сказала вам: больше сотни авторских рецептов! Каждый напиток подобен произведению искусства! Таких тончайших сочетаний вы не попробуете больше нигде в городе! Ну какое латте?

– Ладно-ладно, тогда давайте что-нибудь самое дешевое!

Цокнув и неодобрительно покачав головой, девица принялась за работу. Всего около пяти минут потребовалось ей, чтобы приготовить две порции кофе. Но вот цена, которую она озвучила, ввергла Василевского в ужас.

– Сколько-сколько?! – понизил он голос до шепота.

– А что вы так удивляетесь? – сразу встала в защиту бариста. – Каждый наш авторский рецепт составлен…

–Я понял-понял! Пожалуйста, остановитесь! – перебил её мальчишка.

Изрядно опустошив накопления на своей молодежной карте, парень подхватил стаканы и понуро побрел к столику. От Крыловой не укрылся его подавленный вид, а потому она участливо поинтересовалась:

– Что-то не так?

– Да не, всё пучком! – выдавил кислую улыбку Витёк.

– Что, дороговато для тебя оказалось? Извини, я не подумала…

Как ни удивительно, но эта реплика прозвучала вовсе не издевательски. А скорее сочувственно и виновато.

– Нет же, говорю, всё нормально, – попытался изобразить воодушевление юноша, но внимательный взгляд одноклассницы подсказал, что она его видела насквозь.

– Про маски я говорила серьезно, – невзначай подметила школьница. – Тебе не обязательно стараться выглядеть тем, кем ты не являешься.

– Ну ладно, ты права! – сдался подросток. – Я охренел от здешних цен. Но совсем чуть-чуть. Теперь довольна?

– Может быть, – загадочно улыбнулась Крылова и пригубила свой кофе.

– Кхм… ну хорошо тогда… – помялся Виктор и тоже отхлебнул из стакана.

Фу-у-у! И вот за это он отдал столько денег?! Прав был Адастар, люди очень странные… Один чудак придумал рецепт сего напитка, по вкусу напоминающий жижу из-под мочёных носков. А толпы других чудаков готовы за это деньги платить…

– Дана, а чем ты вообще занимаешься? – нарушил затягивающееся молчание мальчишка. – Ну, в смысле, хобби или увлечения.

– Да всяким понемногу. Фигурным катанием, верховой ездой, фэшн-дизайном, теннисом, фехтованием…

– Э-э-э… офигеть, сколько у тебя всего… – чуть не поперхнулся юноша.

– Ну а ты?

– Раньше плаваньем занимался. Сейчас даже его пришлось забросить, – немного печально сообщил Витёк.

– А что так?

– Дык в гимназию эту перевели меня. Всё свободное время на зубрёжку теперь уходит. В моей старой школе программа была не такой сложной. А тут этот математический уклон…

– А почему ты вдруг решил здесь учиться? – спросила Дана.

– Это и не я решил, а предки, – вновь испустил грустный вздох Василевский. – Отчим лет пять назад «вкатился в IT», что называется. Стал неплохо по нашим меркам зарабатывать. Ну и они с мамой посчитали, что окончание такого престижного заведения даст мне отличную фору при дальнейшем выборе профессии и поможет найти место в жизни…

– Ну они, в общем-то, правы. Но ты, насколько я могу судить, переменам не рад?

– Ты же знаешь, как начался мой учебный год, – беззлобно фыркнул подросток. – С чего бы мне радоваться?

– Да, понимаю. Извини.

Одноклассники немного помолчали, сделав по нескольку глотков из ополовиненных стаканов. А потом Крылова вдруг предложила:

– Если хочешь, я могла бы помочь тебе вернуться в бассейн.

– Это как же? – ошарашено заморгал Виктор.

– Подтянуть тебя по учебе, чтобы ты не тратил на неё столько времени. Когда заполнишь свои пробелы в знаниях, то дальше станет значительно легче.

– Было бы здорово! – буквально расцвел мальчишка. – И ты в самом деле готова ради меня… ну, так напрягаться?

– Почему бы и нет, – пожала плечиками Дана. – Главное, чтобы у тебя было стремление стать лучше.

– Не поверишь, я уже прямо сейчас его в себе ощущаю! – шутливо приосанился Витёк, вызвав на устах спутницы легкую улыбку.

– Тогда до встречи. Но имей в виду, тебе придется подстраиваться под мое расписание. Я дополнительно сообщу, когда у меня будут свободные дни.

– А ты что, уже уходишь? – не смог скрыть своего огорчения юноша.

– Да. Мне пора. Увидимся завтра в школе.

Девушка встала из-за столика и прямой наводкой отправилась к выходу. Сквозь стеклянную дверцу Василевский видел, что едва одноклассница вышла из кофейни, как перед ней притормозил черный «Крузак». Словно бы только и ждал её появления. И если бы не прощальное обещание Даны поднатаскать по урокам, то молодой человек скорее всего бы подумал, что от него неприкрыто сбежали.

Всё-таки странная она какая-то, эта Крылова. Но какая ж, блин, хорошенькая…

***

Дана чинно уселась внутрь благоухающего новой кожей салона авто и захлопнула за собой дверцу.

– Доброго дня, мама, – поздоровалась она с сидящей на заднем кресле ослепительно красивой женщиной.

– Здравствуй, – неспешно кивнула пассажирка. – Решила сегодня немного прогуляться?

– Вроде того, – не вдаваясь в подробности ответила школьница.

– Ты была с тем самым мальчишкой?

– Да.

– Ну и как он тебе? – безэмоционально осведомилась родительница.

– Пока не знаю, что сказать. Он не похож на остальных, которых я встречала. С одной стороны, это самый обычный и заурядный человек. Но что-то в нём определенно есть. Нечто необъяснимое, что выделяет его из миллионов остальных.

– Тебя влечет к этому смертному, дорогая? – скосила глаза женщина.

– Мне кажется, о таком рано говорить, – с сомнением поджала губы Крылова. – Я еще не определилась, как отношусь к нему.

– Хорошо. Мне понятны твои колебания. Порывы человеческой плоти неудержимы и зачастую неоднозначны. Ты еще не один год потратишь на то, чтобы научиться слушать её. И кому, как не мне знать, сколь непреодолим этот соблазн. Однако, помни Данетрия. Если ты сблизишься с этим мальчишкой, сделай всё, чтобы не понести. Плод любви, зачатый человеком и нефилимом, слишком опасен и непредсказуем. Никто не знает, какую силу способен обрести ребёнок, порожденный таким союзом. Поэтому наши старейшины ни за что не позволят ему родиться. А для матери нет горя сильнее, нежели потерять своё дитя. Если так случится, то это разобьет тебе сердце, моё пёрышко…

– Знаю, мама, ты хорошо меня учила. Можешь не волноваться, я никогда не позволю произойти ничему подобному. Ни с этим смертным, ни с каким-либо другим.

– Рада слышать, дочь, – удовлетворённо прикрыла веки женщина. – А теперь, когда ты рассеяла мои опасения, не желаешь составить мне компанию в небе? Жизнь смертных так насыщена, что у меня еще не было шанса размять крылья на этой неделе! Еще немного и я забуду, каково это, когда твои перья ласкает ветер.

– С огромным удовольствием, мама!

***

– Держи равновесие, смертный! А теперь, тянись! Тянись сильнее!

Демон командовал подростком, как суровый тренер. А Виктор, кряхтя и постанывая при каждом физиологически неестественном движении, изо всех сил старался его указания выполнять.

– Ниже, дитя, ниже! Не волнуйся за мелкие повреждения. Я исцелю их быстрее, чем ты успеешь испугаться. Я не могу обучать тебя искусству битвы во снах, покуда твоё тело такое хлипкое! Сначала нам нужно укрепить его и подготовить к нагрузкам. Поэтому приложи больше усердия!

– Зач-ч-чем нам это?! – прохрипел юноша, балансируя на двух табуретках в подобии замысловатого шпагата.

– Не прикидывайся глупее, чем ты есть! – рыкнул мышонок, пристально следящий со второго этажа клетки за хозяином. – Ты носитель моей метки! А потому я должен сделать всё, чтобы обезопасить тебя. Если ты вдруг повстречаешь ангела…

– Ну Адастар, какие ангелы?! В нашем мире их отродясь никто не видел!

– Твоя неполноценность огорчает меня, дитя… Как ты можешь говорить подобный бред, когда легенды твоего мира подробнейшим образом описывают всех небесных созданий? От офалимов до серафимов.

– Да у разных народностей кого только не встретишь в сказках! – возразил Виктор. – И великанов, и драконов, и фей, и вампиров…

– Вот именно! Может, я прошу тебя слишком о многом, но задумайся, смертный! Отчего под светом вашей звезды больше нельзя встретить созданий из иных планов? А заодно и о том, почему вдруг твой мир лишился магии?

– Хочешь сказать, что мифические существа жили в реальности?! – раскрыл рот мальчишка.

– Ну конечно! Я лично бывал в сотнях миров и знавал жителей, населяющих их. Описания большинства из них в том или ином виде я находил в твоей магической скрижали. Я предполагаю, что небесный народ захватил вашу планету недавно. Примерно, пять-семь тысяч циклов назад по местному исчислению. И тогда же наступил энергетический упадок. Все склонные к магии создания оставили эту твердь. И отныне твоя Земля населена одними лишь людьми. Теперь-то понимаешь?! Это ангелы высасывают энергию всего вашего мира! И судя по тому, что вам не достается и крохи от неё, их здесь очень много! То же самое эти пернатые твари пытаются сделать и с бездной.

– Так мы, может, вообще к этим энергиям невосприимчивы! – из чистого упрямства продолжал спорить юнец.

– И снова ты заблуждаешься, дитя! – убежденно заявил демон. – Ваши энергетические тела невероятно чувствительны. Правда, столь же и немощны. Без магии они попросту атрофировались, низведя потенциал вашего вида до обычных животных. Но и в таком состоянии вы остаётесь очень отзывчивыми к любым чарам, даже самым слабым. Некоторые люди, к примеру, и вовсе способны ощутить от тебя эманации моей метки. И оттого могут вести себя немного странно.

– Подожди-ка, Адастар… – Виктор кое-как распутался из замысловатой позы, в которую его загнал грызун, и со вздохом небывалого облегчения просто сел на табурет. – Уж не из-за твоей ли метки Кубовскому так сорвало башню, что он кинулся на меня с кулаками?!

– Я бы не стал исключать такую вероятность…

– Так ты что… ты… ты… – озарившая подростка догадка показалась ему столь возмутительной, что он даже не смог ее с ходу озвучить. – Неужели по твоей вине на меня теперь будет каждый встречный бросаться?!

– Ну, положим, не каждый, – бесстрастно развел лапками мышонок, – а только самые восприимчивые. И это еще одна причина, по которой ты должен совершенствовать свое тело, дитя!

– Охренеть! Я на это не подписывался! На фиг мне такое счастье не нужно! – запричитал Виктор.

– Поздно плакать, наша клятва скреплена древним ритуальным жестом…

– Да и я без какой-либо задней мысли тебе руку подал! – вскинулся Василевский. – И вообще не думал, что оно меня к чему-то обязывает!

– Это уже не имеет значения. Ты принял мою метку. И твоё отрицание её не сотрёт. Так что прекрати ныть, человечишка, и продолжай тренировку! Мы успеем еще кое-что сделать до начала твоего первого урока.

Поминая разом и чёрта, и бога, Витёк вернулся к выполнению по-зверски жестокой растяжки. А демон им непрестанно руководил, указывая на ошибки или просто раздавая советы. Любой нормальный человек после такого бы еще две недели лежал пластом, травмировав себе все связки. Но Адастар действительно смог устранить последствия этой садистской экзекуции за пару минут, будто их и не было. И мальчишка сразу же почувствовал, что его тело стало более гибким и подвижным. Вот уж чудеса…

Договорившись со зверьком, что тот ни в коем случае не высунет носа из его рюкзака, парень наскоро позавтракал, и отправился в школу. Там уже в ставшей привычной манере он поздоровался с одноклассниками, которые постепенно стали его принимать в коллектив.

Марк, Игорь, Надир, Андрей – это те ребята, с которыми Витёк сдружился крепче остальных. Других сверстников он пока немного сторонился. И тем бо́льшим сюрпризом для рыжеволосого юноши стало то, что за пустующую парту Крыловой (она вообще имела привычку приходить в последнюю минуту) вдруг беспардонно приземлился одноклассник.

– Хай, Василевский, – продемонстрировал он открытую ладонь. – Как сам?

– Да неплохо вроде, – немного поколебался с ответом мальчишка, еще не понимая, что собеседнику от него понадобилось.

– Не напрягайся, я тебе проблем не доставлю. Наоборот, хочу важной инфой поделиться.

– А, ну тогда спасибо… э-э-э… – Виктор замешкался, вдруг поняв, что не может вспомнить имя парня.

– Что, забыл, как меня зовут? – криво ухмыльнулся тот.

– Ну типа того… Помню, только, что ты Белов. Сорян…

– Бывает, – отмахнулся школьник. – Хотя бы фамилию знаешь, уже хорошо.

– Просто фамилии чаще звучат на перекличках, вот и…

– Да ладно, не оправдывайся. Я Павел. – одноклассник вдруг без какого-либо перехода понизил голос, и Василевскому пришлось податься вперёд, чтоб его расслышать. – Я чего тебе сказать-то хотел. Стаса тут видел недавно…

– Кубовского? – уточнил юноша, ощущая, как сердце почему-то тревожно ухнуло куда-то в область живота.

– Его самого, – кивнул Белов. – И не одного, а с папашей. Причем, шли они в направлении кабинета директрисы. Я решил, что ты должен об этом узнать. Скорее всего, это всё из-за вашей драки. А предупрежден, значит вооружен. Успеешь, что-нибудь придумать.

– Но… он ведь сам зачинщик! Какие ко мне претензии? – рассерженно выдохнул Витёк.

– Это еще надо доказать будет, – многозначительно поиграл бровями Павел.

– А чего там доказывать? Больше половины класса свидетелей!

– Угу… только вот я тебе гарантирую, что против Кубовского никто не скажет и слова.

– Вы что, все так боитесь его? – удивился рыжеволосый мальчишка.

– Не-а. Просто это никому не выгодно. Ещё не понял, с кем учишься? Тут всем за бесплатным представлением интересней наблюдать со стороны. Можешь поверить, коллектив тут у нас именно такой. Ты как давно в нашем классе? Месяц? Ну а я здесь уже одиннадцатый год. Знаю, о чем говорю.

– Допустим. Ну а ты бы сам мог, в случае чего, подтвердить мою версию событий? – без особой надежды уточнил Василевский.

– Я не ходил смотреть на вашу потасовку, – неожиданно признался Белов. – Поэтому на меня не рассчитывай.

Ах, блин, а ведь точно! Это же Павел тогда сидел со скучающим видом за последней партой, когда остальные веселились и судачили о том, как Стас размажет своего оппонента! Вот же ж…

– Ну, я тебя предупредил, а ты уже сам решай, что делать, – свернул диалог однокашник. – Бывай!

Собеседник освободил парту Крыловой ровно в тот момент, когда она сама вошла в класс. Но Виктору не удалось толком пообщаться с брюнеткой. Потому что следом за ней прибежал учитель математики, с которым юноша не так давно поцапался.

– Василевский, чего сидим? – злорадно осклабился Салман Ибрагимович. – На выход!

– Куда? – прикинулся подросток, что ни о чём не догадывается.

– К директору, конечно! Или ты думал, что твои варварские выходки останутся безнаказанными? Давай-давай, шагай смелее! Одного тебя ждут. Ну а все остальные пока могут приготовить двойные листочки. Будем писать самостоятельную работу.

Над стройными рядами парт пронесся протяжный стон. Но Виктор всеобщего разочарования не разделял. Уж лучше бы он ломал голову над графиками функций и логарифмами, нежели участвовал во всех этих разборках…

Глава 9

Злопамятный математик довёл ученика до самых дверей директорского кабинета. И вроде даже собирался остаться после звонка на урок, чтобы насладиться тем, как будут распекать Василевского. Однако руководитель школы так выразительно зыркнула на Салмана Ибрагимовича, что тот испарился без всяких понуканий и лишних просьб.

В помещении остались всего четверо. Сам Виктор, директор и два представителя семейства Кубовских. Отец и сын. Причем младший до сих пор отсвечивал зеленой от синяков мордой. Крепко же Адастар ему наподдал, если оно всё еще не зажило.

– О, явился, отморозок малолетний! – тотчас же отпустил комментарий старший Кубовский, стоило только рыжеволосому парню переступить порог. – Вы посмотрите на него! Вылитый же уголовник! Вы вообще проверяете, кого в гимназию принимаете?!

– Пожалуйста успокойтесь, Валерий Евгеньевич, – мягко осадила его педагог. – Сейчас мы во всём разберёмся.

Директор поджала тонкие губы и вперила строгий немигающий взгляд в Василевского:

– Полагаю, Виктор, вы уже догадались о причине вашего вызова?

– Ага, есть пара предположений, – напряженно буркнул парень.

– Ты еще поогрызайся тут! – рявкнул отец Стаса.

– Валерий Евгеньевич, не вмешивайтесь! – тоже прикрикнула женщина, а потом уже куда более спокойно обратилась к подростку. – Пострадавшую сторону я имела удовольствие выслушать. Теперь, Виктор, настала ваша очередь изложить свою версию событий. Можете приступать.

– Да тут и рассказывать нечего…

Рыжеволосый юноша в несколько предложений пересказал все подробности, предшествующие потасовке. Включая попытку унизить его в галерее, предпринятую Кубовским с приятелями. Ну и саму драку, конечно же.

– Нет, ну вы посмотрите, каков наглец! – вновь заголосил папаша Станислава. – Как брешет-то! Ты знаешь, щенок, что за клевету можно с шестнадцати лет к ответственности привлечь?! Чуешь, чем это для тебя пахнет?!

– Валерий Евгеньевич, я прошу вас, дайте мне выслушать ученика, – устало закатила глаза педагог. – Вы уже высказались, и вам никто не мешал.

– А вы мне, Инга Германовна, рот не затыкайте! Вы посмотрите на моего сына! У него же на лице места живого нет! А этот маргинал рыжий тут небылицы сочиняет! Жертву из себя строит! Однако швы на бровь, почему-то, накладывали Стасу! Вы в заключении экспертизы посмотрите, там все описано!

– Если вы не собираетесь меня слушать, то, пожалуйста, покиньте помещение, –окаменело лицо директрисы.

– Чего?! На каком основании?! – встал в позу Кубовский-старший.

– На том, что это мой личный кабинет, а не площадка для дебатов. И вы данному ученику никем не приходитесь. У вас вообще нет права с ним разговаривать. Особенно в подобном тоне.

– Я буду с этим малолетним уголовником говорить так, как посчитаю нужным! Понятно вам?! – не уступил мужчина.

– Тогда я вынуждена вызвать охрану…

И только эта угроза уже подействовала на Валерия Евгеньевича. Что-то нечленораздельно прорычав, он гневно вскочил с офисного стула и порывисто двинул к выходу. Его сынишка быстренько последовал примеру папани, избегая при этом смотреть в сторону Виктора. Но Василевский в душе прямо-таки сгорал от злости. Поэтому отпускать одноклассника так просто не захотел.

– Эй, Стас, – позвал он, – а что с тобой стряслось? Совсем недавно ты такой смелый был. Хотел заставить ботинки вылизывать. Кости мне обещал переломать. Оскорблял. Куда же сейчас испарилась твоя удаль? Неужели ты настолько труслив, что даже своему папе побоялся рассказать правду? Ты ведь прекрасно осознаёшь – ты получил за дело. Ну вот попробуй, глядя мне в глаза, заявить, что я наврал. Сможешь? Хватит совести на такое?

Станислав притормозил и исподлобья посмотрел на Виктора. Он уже набрал воздуха для ответа, но его резко перебил отец:

– А ты пасть свою не разевай, щегол! – грубо выкрикнул он. – Будешь тут еще к совести взывать! Лучше готовься к проживанию в колонии! Потому что я это так не оставлю! Простое исключение из школы меня не устроит! Вы тоже, Инга Германова, мотайте на ус. Если не хотите говорить со мной, придется общаться с полицией и моими юристами!

Мужчина утянул за собой сыночка и захлопнул дверь. А рыжеволосый подросток после его слов остался стоять как оплёванный. Ну теперь понятно, от кого Кубовский-младший унаследовал дерьмовый характер…

– Ох, до чего же проблемная семья… – покачала головой директриса, устало потирая лицо. – Да уж, Виктор, не позавидуешь вам…

– Мне?! – возмутился Василевский. – Я еще и виноватым остался?!

– Ну вы на потерпевшего не очень похожи…

– Мне что, по-вашему, следовало дать себя избить, чтоб стать потерпевшим?!

– По-моему, Виктор, вам следовало сразу же обо всём сообщить администрации гимназии, а не устраивать дуэли в лучших традициях восемнадцатого века! – отчитала ученика педагог.

– Ага, и тогда бы надо мной все одноклассники глумились…

– Как бы там ни было, не вижу смысла обсуждать то, чего не случилось, – пресекла этот разговор женщина. – Сухие факты таковы, что Станислав Кубовский пострадал. У него диагностированы множественные гематомы, пятисантиметровое рассечение, сколы зубной эмали и черепно-мозговая травма легкой степени. А на вас ни единой царапины…

– И что теперь будет? – насупился Виктор. – К чему вы меня подводите?

– Послушайте, Василевский, не надо на меня злиться. Я еще только разбираюсь во всей этой ситуации, и вполне допускаю, что всё могло произойти именно так, как вы поведали. Буду откровенной, Станислав Кубовский уже не первый раз становится фигурантом подобных происшествий. Но до настоящего момента всегда находился на вашем месте. Однако сейчас исключение светит именно вам.

– Интересно получается. Пока этот амбал поколачивал всех вокруг, это вас не волновало. А стоило только дать ему отпор, так сразу стращаете меня тем, что выгоните из школы… – рассердился мальчишка.

– Я просто честно озвучиваю вам перспективы, – предельно спокойно ответила педагог. – Кубовский, по крайней мере, таких серьезных побоев никому не наносил. Поэтому отец и свора юристов помогали ему выходить сухим из воды. Я сожалею, Виктор, но на следующую встречу мне придется пригласить ваших родителей.

Внутри у подростка всё рухнуло. Нет-нет, он же обещал маме! Да и не он спровоцировал эту глупую драку… Почему же все так несправедливо?

– Скажите, Инга Германовна, а если я найду кого-нибудь в классе, кто подтвердит мою версию? – спросил юноша, цепляясь за последнюю соломинку.

– Если у вас получится, – особо выделила директор голосом первое слово, – то это станет огромным преимуществом для вас. В принципе, вам поможет любое доказательство. Не только свидетели.

Женщина больше ничего не добавила. Но каким-то неведомым образом парень осознал, что она убеждена – ни черта у него не выйдет. Инга Германовна целиком и полностью разделяет мнение, которым с Василевским поделился Павел Белов.

– Ладно… спасибо. Я могу идти?

– Да, возвращайтесь на урок. Я предупрежу Салмана Ибрагимовича, чтобы он не ставил вам пропуск.

– Угу…

Юноша уже дошел до двери и взялся за ручку. Но тут вдруг проснулся демон:

– Эй, дитя, не хотел вмешиваться в этот замечательный разговор. Ведь он был достаточно эмоциональный и подарил мне изрядное количество энергии. Особенно порадовал тот крикливый смертный. Настоящий кладезь…

– Отстань, Адастар, не до тебя сейчас… – понуро откликнулся школьник.

– А, ну коли тебе не интересна твоя кулачная схватка, запечатлённая кем-то на магическую скрижаль, то я могу не отвлекаться от чтения…

– Что-о?! Ты про видео?! Откуда оно у тебя?! – мысленно вскричал Витёк.

– Кто-то прислал его в этих ваших социальных сетях. Я еще плохо изучил их, поэтому не отвечу точнее. Посмотри сам.

– Погоди… ты что, лазал по моим аккаунтам? – опешил юноша.

– Ну если под сим унизительным словом ты подразумеваешь дотошное и подробнейшее изучение посланий, которыми ты обмениваешься с другими смертными через свою зачарованную скрижаль, то да. Именно это я и делал. С первого же дня.

– Адастар, но ведь так нельзя!

– Почему? И как я должен изучать обычаи людей?!

– Да потому что это чужая личная жизнь! Слышал что-нибудь о тайне переписки?!

– Нет. Но звучит как очередная блажь, выдуманная глупыми человеками.

– Ох, ты неисправим! Отдай телефон!

Юноша, не успев выйти из кабинета, скинул с плеча рюкзак и принялся в нем рыться.

– Что-то случилось, Виктор? – озадачилась поведением ученика женщина.

– Да. То есть нет. В общем, подождите! – сбивчиво протараторил юнец.

Подойдя к столу директрисы, мальчишка открыл пришедшее письмо и первому же кадру понял, что это именно то доказательство, которое его спасет. Тут было не только прекрасно видно, что сам Василевский просто стоит, пока на него с оскорблениями и угрозами надвигается Станислав. Но и запечатлено, кто из них первым попытался ударить оппонента.

Подросток пощелкал кнопками регулировки звука, повышая громкость, и динамики смартфоне предельно четко воспроизвели голос Кубовского: «Эй, чмошник, ты так и будешь стоять или сделаешь уже хоть что-нибудь? Иди сюда!»

– Что скажете, Инга Германовна? Сойдет такое доказательство? – во все тридцать два зуба ухмыльнулся Витёк.

***

На самостоятельную работу по алгебре Василевский, к сожалению, так и не успел. Когда он вернулся в класс, ученики уже сдавали исписанные листки. А вредный математик, хоть и пустил мальчишку на остаток урока, мстительно пообещал устроить ему индивидуальный зачет.

А после звонка к Виктору, сияя загадочной улыбкой, подошла Юлька Кирхнер.

– Ну что, помогло тебе видео?

– Так это ты?! Ты его снимала?! – изумился юноша.

– Тихо ты! Чего орешь так?! – зашипела одноклассница. – Ну да, вроде того. Я сразу поняла, зачем тебя Царь Соломон к директору повёл.

– Блин, какая же ты умница!

– Ну да, водится за мной такое, – состроила глазки Кирхнер.

– Спасибо тебе за это! Ты меня просто спасла, – искренне поблагодарил Василевский.

– Спасибо много! – иронично хмыкнула девушка. – С тебя тренировка, как ты и обещал.

– А, да не вопрос! Как только свободное время появится, так сразу!

– Ну да, понимаю, загруженность высокая, – с поддельным сочувствием покивала Юля. – Каждый день по шесть-семь уроков, внеклассные факультативы, подготовка к экзаменам, да еще и Крылову нужно успеть до кафе выгулять…

Виктор с серьезным видом кивал в такт словам одноклассницы, но ровно до тех пор, пока та не упомянула о Дане. И стоило мальчишке услышать о брюнетке, как его лицо поспешило сравняться цветом с огненной шевелюрой.

– Ч-чего? – выдавил он из себя. – А ты-то откуда знаешь?

– Так все уже знают, – легкомысленно пожала плечами школьница. – Ну а ты как хотел? Крылова – первая красавица во всей гимназии. За ней пытались ухлестывать все пацаны с параллели. Да и «мальки» из девятых-десятых классов тоже подкатывали. Но наша Эльза всех отшила.

– Э-э-э, а почему Эльза? – затупил подросток.

– Ты что, «Холодное сердце» не смотрел? – одарила собеседница Виктора насмешливым взглядом. – Ледяная королева там была такая.

– А-а, в этом смысле…

– Ага. Ну вот поэтому и готовься к повышенному вниманию со всех сторон, Донжуан. – ехидно изрекла Кирхнер.

– Блин, ладно, пристыдила! – сдался Василевский. – Когда там у тебя тренировка ближайшая? Я ж мужик, правильно? А мужик сказал – мужик сделал.

– … сделал вид, что ничего не говорил, – хохотнула Юлия. – Ладно, не хмурься. Шучу я. Пошли сегодня, чего откладывать? Я уже тебя разрекламировать на всю спортшколу успела. Тренер очень загорелся идеей с тобой познакомиться.

– Прям сегодня? А в другой день никак? – растерялся Витёк.

– А что такое? У тебя планы какие-то? Опять на свидание собрался? – хитро прищурилась одноклассница.

– Кхм… да нет, просто… форму же надо…

– Сойдет твоя обычная с физры, – отмахнулась Кирхнер.

– А перчатки?

– У нас есть. И бинты тоже.

– А шлем?

– Найдется.

– А… а… – юноша лихорадочно пытался вспомнить, что там еще используется из экипировки в контактных видах спорта.

– Слушай, да оденем тебя, не трясись! – оборвала его девушка. – Если тебе и капа нужна, то у меня в шкафчике валяется. Нулёвая, никем не кусанная. Ты, главное, самого себя доставь до спортзала. Остальное на месте порешаем.

– Эх, убедила. Сегодня, так сегодня…

***

К указанному одноклассницей адресу Витёк прибыл с получасовым опозданием. Сначала троллейбус долго не хотел приезжать. А потом он еще и в небольшой затор угодил на дороге. Поэтому когда подросток все же отыскал нужный спортивный клуб, то встретил внутри весьма разозлённую Юльку.

– Если б ты меня подставил, я бы этого не простила! – обиженно фыркнула она. – Уже все собрались, одного тебя ждем!

– Ну брось ты ворчать, я ж приехал! – всплеснул руками парень.

– Еще б ты не приехал! Ладно, пошли уже. Я тебе там шкафчик застолбила в раздевалке.

Осторожно придерживая сумку, чтобы Адастара там внутри сильно не раскачивало, Василевский отправился за спортсменкой. Она отвела его к неприметной двери, помеченной буквой «М» и подала резиновый браслет.

– Сто семнадцатый шкафчик твой. Замок электронный. Один раз браслет приложил – он открылся. Ещё раз – закрылся. Понял? Ну тогда поторопись, я здесь подожду.

Кивнув, юноша нырнул внутрь и принялся оперативно стягивать с себя повседневную одежду. Потом он резво запрыгнул в шорты, легкие кеды и безразмерную футболку. Ну, собственно, всё, готово!

– Сумку оставь, куда ты ее тащишь? – сделала Виктору замечание Кирхнер, увидав, что он вынес ее из раздевалки.

– Да не, я лучше собой возьму. У меня там вода и… э-э-э… ну и мало ли чего вообще.

– Боже, Витёк, ты что, думаешь у тебя тут обворует кто? – фыркнула Юля.

– Да нет же. Но мне все равно так спокойней.

– Ой, ну как знаешь! Пошли.

Еще минут пять они потратили наматывая на кулаки Василевского боксерские бинты. И это при том, что подросток провёл в интернете целый час, чтобы понять, как их вообще нужно повязывать. Однако недостаток опыта в этом деле от глаз профессионального бойца укрыться не мог. Особенно, когда дошло до правой руки. В конце концов Кирхнер психанула и сама забинтовала ему кулак. Причем, сделала это гораздо качественней и быстрей, чем вышло у Виктора. Что, впрочем, неудивительно.

– Капу сможешь сам сварить? – деловито осведомилась спортсменка.

– Варить? Зачем? – не въехал рыжеволосый юноша.

– Василевский, ну ты что, троллишь меня?! – нахмурилась школьница. – Ты так дерешься, но не умеешь ни бинты мотать, ни капу варить?

– Ну-у… собственно, это и есть одна из причин, по которой я до последнего откладывал поход на тренировку с тобой, – застенчиво улыбнулся Витёк. – Не хотел своим абсолютным невежеством светить.

– Ой, ну вот только не надо щенячьи глазки делать… – девушка почему-то засмущалась и опустила взгляд. – Ладно, пошли уж. Покажу тебе мастер-класс. Но имей в виду, со стороны твоё незнание кажется капец каким странным!

– Да понимаю… Ну а что я могу поделать?

Затащив подростка в тренерскую, Юля с ходу взяла со стола кружку с недопитым чаем и выплеснула содержимое в цветочный горшок. Затем она набрала в ёмкость горячей воды из кулера. Извлекла прозрачный пластиковый футляр с силиконовой капой. И просто бросила её в кипяток.

Выждав минуту или чуть дольше, она сноровисто выловила капу линейкой, чуть подула на нее и подозвала Виктора:

– Открывай рот!

Не посмев ослушаться, подросток подчинился. Спортсменка сама приладила ему силиконовый назубник на верхнюю челюсть и тщательно продавила со всех сторон.

– Прикуси и языком к зубам прижми, – посоветовала она, не отнимая ладоней от лица подростка. – Держи-держи! Не отпускай, а то плохо сидеть будет! Ну, вроде всё. Пошли быстрее!

Кирхнер подхватила одноклассника под локоть и потащила к выходу. Да только в самых дверях забавно ойкнула, столкнувшись с каким-то невысоким коренастым мужичком со скособоченным набок носом.

– О, Юлия сиречь Эриховна, какая встреча! – театрально всплеснул он руками. – Я-то всё голову ломаю, куда она запропастилась! А ты в моей тренерской с кавалером застряла?

– Сан Саныч, что за сальные намёки! – разъяренной кошкой зашипела девушка. – Я помогала ему капу сварить! Вот, смотрите.

Она ткнула пальцем почти в самое лицо Виктору, и тот поспешно растянул губы, демонстрируя зажатый между зубов кусок силикона.

– А без твоей поддержки он бы не справился, да? – лукаво ухмыльнулся тренер.

– Вот представьте себе! – обижено буркнула спортсменка.

– Ладно, не фырчи. Потом будешь прогулы свои отрабатывать. Ну а ты у нас, получается, Виктор?

– Ага, я, – кивнул подросток, пожимая широкую мозолистую ладонь мужчины.

– Угу… понятно… – он с сомнением оглядел отнюдь не атлетическую фигуру Василевского и задумчиво почесал сломанную переносицу. – А чем ты, говоришь, занимался?

– Так это… плаванием.

– Не понял? Шутить изволишь? – Сан Саныч покосился на Кирхнер, будто бы просил разъяснений.

– На меня не смотрите, мне он тоже не признался, – сразу же съехала девушка.

– Хе, ну ладно, человек-загадка! Пошли на ринг. Посмотрим, чего ты сто́ишь!

Глава 10

Непосредственно в спортивном зале Виктора встретила целая ватага парней и девчонок. Причем, тут были как и совсем молодые ребята, возрастом, наверное, лет четырнадцати. Так и взрослые двадцатипятилетние лбы.

Тем не менее, Василевского вгоняли в комплексы даже те парни, которые были значительно младше его. Поджарые, рельефные, с отчетливо развитой мускулатурой. На их фоне худощавый и долговязый подросток выглядел ну прям совсем бледно. Особенно в этой своей безразмерной футболке, которая висела на нем, будто на плечиках вешалки.

Регулярные занятия в бассейне, конечно, помогли фигуре юноши сформироваться по отчетливо мужскому типу. У него даже под определенным углом можно было кубики на животе разглядеть. Но рядом с воспитанниками Сан Саныча молодой человек смотрелся как недоедающий каторжанин. Тут даже девушки имели округлые плечи, которые выделялись сильнее, чем у Витька!

Юльку Кирхнер, насколько понял школьник, тут знали все. Стоило ей появиться в тренировочном зале, как народ заметно оживился. Девушке махали и улыбались, практически игнорируя бредущего следом одноклассника. Причем, ребята постарше, обряженные в обтягивающие рашгарды с агрессивными рисунками, усердствовали больше всего. Словно бы у них тут шло целое соревнование за внимание юной чемпионки.

– Ну что, разомнемся и начнем? – предложила Юлия.

– Да я, наверное, могу и так… – неуверенно промямлил Василевский.

– Ну это на твоей совести. А я еще даже растяжку не делала. Посиди пока, если хочешь.

Кирхнер одним движением расстегнула олимпийку, оставшись в шортах и коротком топике. Виктор мысленно присвистнул, украдкой рассматривая выражено очерченную мускулатуру сверстницы. Да-а-а, ну ни фига себе, машина! Раньше ему не доводилось видеть одноклассницу с таким минимумом одежды. На физкультуре она всегда была в лосинах и бесформенном худи. А тут…

Совершенный плоский живот с рельефом стиральной доски. Округлые плечи, которым позавидовал бы любой парень. Бицепсы, будто яблочки. И невероятная растяжка! Блин, а не сделал ли Витёк ошибку, согласившись на спарринг с Юлькой? Что-то уже нет уверенности, что он сумеет выстоять против неё даже с помощью демона…

– Адастар, ты тут? – позвал юноша.

– Да, дитя.

– Ты это видишь? Поможешь мне? Ну как тогда.

– Собрался растоптать эту смертную? – оживился грызун. – Уничтожить и унизить её? Это я могу устроить…

– Нет, не совсем. Можешь, пожалуйста, с ней помягче обойтись, а? Она нам не враг. Наоборот, то видео, которое она сняла, очень мне помогло!

– Ладно, – нехотя протянул демон. – Если таково твоё желание. В конце концов, я же не какой-то презренный серафим. Чувство признательности народу бездны не чуждо.

– Хэй, приятель! Ты с Юлькой, да? – к Виктору приблизился по пояс обнаженный парень. Явно уже не школьник.

– Эм… привет! Ну да.

Василевский завистливо оглядел собеседника, похожего на статую античного атлета. Да чем их тут кормят, что они такими здоровыми вымахивают? Комбикормом?!

– Понятно, ну держись! Она проигрывать не любит. Так что лупиться будет до талого.

– Ага, спасибо за предупреждение, – тактично кивнул подросток.

– Ты сам-то чё? Удар бодро держишь?

Незнакомец вдруг сделал молниеносное движение, шлепнув Витька по пузу. И мальчишка от неожиданности охнул и чуть не согнулся пополам.

– Э-э-э, ну ты чего, братан! – разочарованно протянул спортсмен. – С такой реакцией Кирхнер тебя гарантированно раскатает, хоть ты и пацан!

– Эй, Тимофеев, ты чего к человеку пристал! – обратил на них внимание тренер. – Тебе заняться нечем? На снарядах уже отработал? Хочешь у меня персональную программу по кроссфиту получить?!

– Не-не, Сан Саныч, я ничего, я тут просто познакомиться подошел! – сразу же замахал здоровенными лапами парень. – А он чё-то… ну… ватный какой-то. Извини.

Последнее он уже адресовал Витьку, потирающему ушибленный живот.

– Ага, я и вижу, как ты знакомишься! И вообще, почему опять без майки?! Я тебе сколько замечаний делать буду?! Ты заниматься пришел или на пляж загорать? Тут у нас и девушки тренируются, если ты не заметил!

– Извиняюсь, щас надену! – пообещал спортсмен и сразу же испарился из поля зрения.

Да уж… без Адастара Витёк для этих ребят просто ноль без палочки. И на кой чёрт он принял предложение одноклассницы?

– Ну что, на ринг? – возникла рядом чуть раскрасневшаяся Кирхнер, пропустившая, похоже, небольшую сцену со здоровяком по фамилии Тимофеев.

– Ага, давай… – согласился рыжеволосый юноша, невольно залюбовавшись мелкими капельками пота на безупречном подтянутом теле собеседницы.

Хм, а ведь, если подумать, Юлька тоже очень красивая. Пусть она редко пользуется косметикой и нисколько не похожа на возвышенную и нежную Крылову. Но есть в спортсменке какая-то особая привлекательность. Что-то такое дикое, необузданное, как стихийное бедствие. Прямо ураган, который невозможно приручить. И это притягивало, пожалуй, ничуть не меньше, нежели в случае с Даной.

– Готов? – Кирхнер уже натянула перчатки и закусила капу.

– Подожди, а какие правила? – запоздало спохватился Виктор.

– О-о-о, ну ты точно издеваешься! – рассердилась сперва девушка, но потом, видимо, смирилась с очередной чудаковатостью своего одноклассника. – Короче, коленом ниже пояса не работать, в пах и горло не бить, открытой перчаткой, предплечьем, головой удары не наносить. Запомнил?

Собравшиеся вокруг ринга спортсмены, желающие посмотреть на схватку чемпионки, обидно захихикали. Полная некомпетентность Василевского их изрядно позабавила. И они уже заранее поняли, кто выйдет победителем.

– Ну-у… вроде того, – неуверенно пробормотал подросток, а сам спешно переадресовал вопрос демону.

– Адастар, ты запомнил?

– Что за вздор?! – разозлился пришелец в теле мышонка. – Это поединок или очередные малопонятные обычаи смертных?

– Воспринимай как хочешь, только следуй им, ладно?!

– Эй, Витёк, чего завис? – помахала рукой Кирхнер, привлекая внимание парня. – Поехали?

– Э-э-э… сейчас, пять сек! Надо настроится…

Под насмешливыми и непонимающими взглядами спортсменов, молодой человек прикрыл глаза и неподвижно замер. Дух демона, неразрывно связанный отныне с юношей, уже привычной тяжестью растекся по жилам. Вот теперь можно начинать…

– Раунд! – объявил Сан Саныч, расположившись у канатов с секундомером.

И Юлька осторожно двинулась к своему оппоненту, не спеша врываться на близкую дистанцию.

– Да вмажь ты уже ему! – посоветовал чемпионке кто-то из толпы. – Он же ноль полный, по нему видно, даже стоять не умеет!

– Ну-ка, цыц! – гаркнул тренер. – Не мешать!

Кирхнер на этот обмен репликами и глазом не повела. Она уже имела удовольствие лицезреть, чего стоит Витёк. Да и видео его драки с Кубовским просмотрела явно не один раз. Девушка думала, что готова к любому сюрпризу. Но реальность, как это водится, смогла её удивить.

Спортсменка только выкинула пробный лоу-кик, а Василевский неуловимо быстро сместился, сократил разделяющее их расстояние и воткнул жесткий хук ей в корпус, пощекотав печёнку.

– Оуф! – от неожиданности выдохнула одноклассница и спешно отскочила от соперника.

– Извини! – почти испуганно пробормотал Виктор. – Я не хотел так сильно!

– Какое, к чёрту, «извини?!» Заткнись и работай! – прорычала Юлия, а потом сразу же ринулась в новую атаку.

Адастар без особого труда заблокировал все направленные в своего смертного побратима удары. Набитые боксерские перчатки лишь звучно шлепнули мальчишку по плечам и локтям, не причинив никакого вреда. А от летящей в голову ступни демон предпочел не просто уклониться…

Поднырнув под ногу Кирхнер, юноша резко оттолкнул чемпионку. Та потеряла равновесие, опрокинулась на спину, но быстро перекатилась и вскочила. Выглядела она при этом крайне взбешенной.

– Эта смертная двигается как беременная каракатица, но меня влечет её внутренний огонь! – воодушевленно сообщил Адастар. – Хоть она жалкая и бессильная, как и все люди, но в ней живет дух истинного воина! Даже жаль, дитя, что я связан клятвой с тобой, а не с ней.

– Адастар, ты не мог бы хотя бы один день не убивать мою самооценку?! – возмутился Виктор.

– А в чем дело? Я читал, будто смертные очень ценят друг в друге искренность. Я снова что-то неправильно понял?

– Потом поговорим! Не отвлекайся, пожалуйста!

– Да для меня эта ваша схватка всё равно что избиение беззащитного раба. Мне просто доставляет удовольствие пыл и злость твоей соплеменницы. Они заряжают меня…

Кирхнер тем временем снова попробовала замахать сверстника ногами. Девушка выкидывала их с умопомрачительной быстротой. Казалось, ускорься она еще немного, и взлетит как вертолет! Но даже это не помогало спортсменке достать Витька. Под руководством демона мальчишка изящно отступал, расходясь с атаками чемпионки на толщину волоска. То есть уклонялся ровно настолько, насколько это требовалось.

Вот оппонентка совсем уж забылась и приблизилась на дистанцию прямого удара рукой. И превосходящий её ростом юноша тотчас же воспользовался этой оплошностью. Его затянутый в боксерскую перчатку кулак прилетел Юльке точно в челюсть. Пусть невероятно быстро, но вместе с тем и недостаточно тяжело, чтобы вырубить. Похоже, демон желал подольше поразвлечься с соперницей и не спешил завершить бой. Ему хотелось сполна напиться её горячими эмоциями.

Голова чемпионки легонько мотнулась назад, и зрители дружно ахнули. Их поразило насколько играючи Виктор достал местную звезду. Они понимали, вложись этот долговязый парень чуть сильнее, и спарринг бы уже закончился.

– Чего ты меня жалеешь?! – гневно выплюнула школьница, переставая походить на себя прежнюю. – Бей! Бей, как можешь! Хватит этого тупого позерства!

Спортсменка утроила натиск, хотя, секундой ранее казалось, что она работает на пределе. Сейчас Юлия показывала всё, чему научилась за годы тренировок. Показывала, почему стала чемпионкой мира по кикбоксингу. Она демонстрировала такую ярость, закалённую волю и несгибаемый напор, что пугала подростка, получившего свою силу обманом, а не изнурительным трудом. Однако…

Все её попытки оказались тщетны. Одолеть демона, который провёл в бесконечных схватках больше веков, чем люди существуют в этом мире, было выше скромных человеческих возможностей.

– Она мне наскучила. Слишком быстро выдохлась. Я заканчиваю это нелепое шутовство, – изрёк Адастар.

– Время! – параллельно выкрикнул Сан Саныч, вскидывая секундомер.

Демон уже заставил юношу крутануться на пятке, отправляя в полет правую ногу. Такой удар из-за разницы в массе попросту снесёт легковесную девушку подобно груженому товарняку и опрокинет на канвас. Но Василевский в последний миг напрягся, нарушая течение чужой воли в своем теле. «Бам!» – худощавый школьник шумно грохнулся задницей на настил, лишь чудом успев прервать атаку.

«Уф! Удалось! Ну, Адастар! Вот же ж кровожадное отродье бездны!»

Невзирая на финальное падение, никто из здешних воспитанников не спешил смеяться над незадачливым гостем тренировочного зала. Они все замерли с отвисшими челюстями и вообще не понимали, как реагировать на произошедшее. Только что на их глазах случилось настоящее чудо! Какой-то проходимец, совсем неспортивного сложения, игрался с чемпионкой мира как кошка с мышкой!

– Пипец… – тихо прозвучал в абсолютной тишине чей-то тоненький девичий голосок, предельно точно выражающий мысли остальных.

И для Кирхнер это стало будто бы новым сигналом к началу боя. Но уже словесного.

– Какого хрена ты тут устроил?! – взъярилась она, подскакивая к Виктору. – Поиздеваться захотелось, да?! Думаешь, я не выдержу?! Ну, давай! Ударь меня! Ну же, чего ты стоишь?! БЕЙ! БЕЙ, Я СКАЗАЛА!!!

Одноклассница, сверкая жуткой оскаленной гримасой, скинула свои перчатки и схватила Василевского за руки. Она потянула их вверх, к своему лицу. И юноше пришлось приложить заметные усилия, чтобы отцепить от себя школьницу.

– Юль, да ты чего?! – ошарашено воскликнул подросток. – Успокойся!

– Это ты чего?! Опозорить меня хотел?! Ну поздравляю, у тебя получилось!

– Юля…

– Ой, да пошел ты! Не надо было вообще с тобой связываться!

Окончательно распсиховавшись, девушка убежала из зала, расталкивая всех на своем пути. А Василевский только стоял, широко распахнув глаза, и смотрел ей вслед.

– Ну всё, хорош лясы точить! Разошлись по снарядам! Еще полчаса осталось, не расслабляемся! – вывел воспитанников из прострации окрик Сан Саныча.

Молодежь несколько заторможено рассредоточилась по залу, то и дело косясь в сторону Виктора, и тренировка возобновилась.

– Слушай, как тебя там… Витя, да? – приблизился к рыжеволосому парню мужчина.

– Ага…

– Это что ты сейчас исполнил?

– Кхм… да я… так… – мальчишка смутился, посчитав, что его будут ругать.

– Нет, ну признайся?! Я тридцать лет в спорте, и ничего подобного не видел! Это какое-то кунг-фу? Или что-то еще более экзотическое? Вин-чун?

– Эм… нет. У этого вообще нет названия, – выдавил Витёк.

– Не, ну каков актер, а! – восхитился тренер, словно не услышал ответной реплики. – Изображал из себя новичка, а потом раскрылся. Я аж глазам не поверил! Вот обычный мальчуган передо мной. И вдруг р-р-раз! Ты уже стелешься над рингом, как кобра! Не видел бы лично, ни за что б не поверил, что так бывает!

Юноша слушал эту похвалу от признанного мастера, воспитывающего чемпионов, но на душе было пасмурно. Ну не заслужил он этих восторгов! По сути, Василевский простой обманщик, использовавший чужие знания и опыт! Это Адастар сражался за него, дергая за ниточки словно марионетку. А он… он… тьфу! От самого себя противно. Зачем ему вообще эта победа далась? Гордость взыграла? Не хотел уступить девчонке? Права была Крылова. Не надо корчить из себя того, кем не являешься…

– Ты же одноклассник Кирхнер, да? – не унимался Сан Саныч. – А айда ко мне, м? Я под твои таланты такую базу материальную выбью, что ого-го! Все снаряды обновим, второй этаж откроем… нет, лучше вообще в Европу переедем! Да ты у меня на олимпиаде всё золото соберешь! Тебя президент машинами и квартирами задаривать будет! От фанаток разве что отбиваться придется. Но это же дело молодое, тебе наоборот должно понравиться. Ну, что скажешь?

– Спасибо, но нет, – твердо отказался Витёк. – Не моё это. Я больше плавание люблю.

– Ч-ч-чего?! Какое плавание?! – опешил собеседник. – Да ты разве не слышал, что я тут расписывал?! Мировая известность, Витя! Ты до двадцати лет сможешь сколотить такое состояние, что на три поколения вперед хватит! Я же видел, что ты в спарринге сейчас даже не напрягался толком! Пойми, у тебя достойных соперников в мире попросту нет! Я знаю поименно каждого бойца на международном уровне, кто за последние двадцать лет хоть когда-либо выигрывал чемпионаты или олимпиады! У тебя по-настоящему феноменальный дар, парниша, а ты его хочешь зарыть в землю?!

– Скорее уж утопить, – не удержался от улыбки Виктор.

– Ой, дура-а-ак… ну что за дура-а-ак… – схватился за голову Сан Саныч. – Я очень надеюсь, что ты шутишь. Давай так! Ты сейчас домой иди. Юльку не жди. Она периодически выбрасывает подобные кренделя, и ей просто нужно остыть. Не привыкла она проигрывать, что уж тут поделать. Характер такой у неё. Чистая фурия. Ох, ты бы видел, как она бесилась, когда первое серебро взяла вместо золота… Я думал всё, лопнет от злости. Кхм… к чему это я? А, да! В общем, шагай домой, и хорошенько всё обдумай. Можешь мой номер родителям дать, я им перспективы по твоему будущему обрисую весьма красочно…

– Да мне ж ещё учиться надо… – вяло отбрыкнулся Виктор.

– Ну какая учёба, сынок?! – замахал мозолистыми руками тренер. – С твоими навыками ты обеспечен будешь пожизненно! И не просто как-то скромненько, лишь бы на хлеб хватало, а по высшему разряду! Да не из-за чьей-то там расположенности или блата. А благодаря собственному таланту! Захочешь, мы после твоих восемнадцати вообще в Штаты уедем. Оборудуем там свою тренировочную базу, заключим рекламные контракты с самыми раскрученными федерациями. Звездой станешь!

– Соглашайся, дитя. Насколько я могу судить о реалиях вашего мира, это очень выгодное предложение. Помнишь, я обещал тебе наполненную благополучием жизнь? Я даже не предполагал, что это будет настолько просто исполнить. – выступил внезапно на стороне Сан Саныча Адастар.

– Ладно, я обещаю подумать! – выдал Витёк, понимая, что отказа тренер сейчас не примет.

– Подумай-подумай! Да хорошенько! И родителям своим мой номер передай. Пусть звонят в любое время.

– Ага, как скажете…

Василевский подхватил сумку с притаившимся мышонком и, поспешно выскочив из спортзала, отправился на поиски женской раздевалки. Юлька не должна была еще успеть уйти отсюда.

– Глупец… – прошипел в разуме голос демона.

– Ну и что! Зато честный! – не стал спорить подросток, отчего-то зная, что Адастар отвечать не станет.

О, а вот и Кирхнер! Как удачно. Даже ждать не пришлось.

– Эй, Юль, погоди! – выкрикнул молодой человек и со всех ног припустил за одноклассницей…

Глава 11

Выходящая из раздевалки Юлька, заслышав оклик, тут же втянула голову в плечи. Она ускорила шаг и вообще не повернулась в сторону подростка. Будто они незнакомы вовсе! Виктор даже, грешным делом, подумал, что обознался, и это просто похожая девушка. Но нет, быстро догнав школьницу он убедился, что это именно она.

– Юль, погоди! Послушай, я не хотел тебя ничем обидеть или, не дай бог, унизить! Понимаешь?

– Василевский, отстань! – напряженно проворчала собеседница. – Не хочу тебя видеть.

– Да почему?!

– Стыдно мне, ясно?

Юноша немного подзавис, стараясь уследить за причудливыми поворотами женской логики. А потом осторожно уточнил:

– А из-за чего?

– Да боже ж ты мой! Он еще спрашивает! За себя! За себя мне стыдно! Не знаю, что на меня нашло. Будто какое-то помутнение накатило. Я же не такая истеричка в жизни, правда?

– Правда-правда! Вот и я удивился…– покивал парень, про себя вспоминая предостережение Адастара о том, как демоническая метка может воздействовать на людей.

Одноклассница вдруг резко переменилась в лице. Остановилась и повернулась к Василевскому. Она сделала шаг вперед, подходя практически вплотную и упираясь бюстом в грудь подростка. Между их лицами сейчас с трудом можно было провести ладонью, не задев чьего-нибудь носа…

– Ты расскажешь мне, как это у тебя получается? – тихо произнесла девушка, обдавая юношу своим горячим дыханием.

– Э-э-э… получается что? – невольно отступил он.

– Я же видела твою драку со Стасом. Я даже засняла её. И пересматривала раз десять. Там ты двигался буквально на пределе. Казалось, что будь Кубовский проворней хоть на йоту, он бы тебя достал. Но я не Кубовский! Я гораздо быстрее этого мордатого увальня! Почему же сейчас я точно так же не могла тебя подловить?! Да и все эти твои остальные странности… как ты мог научиться драться, если даже не знаешь базовых вещей, без которых невозможно заниматься единоборствам?

– Мне нечего тебе ответить, Юль, – прямо посмотрел в глаза школьницы Виктор.

– Я так и думала…

Мальчишке показалось, что Кирхнер сейчас снова устроит сцену. Но та лишь грустно улыбнулась и поинтересовалась:

– А ты вообще пьешь?

– В смысле воду? – не понял мальчишка.

– В смысле водку!

– Оу… ну, нет, такое крепкое я не люблю…

– Ну а пиво хотя бы? – не отставала школьница.

– Это бывает… правда, нечасто, – выдавил из себя Василевский.

Откровенно говоря, юноша не понимал, почему многие так фанатеют по этому напитку. И сам его хоть и пробовал со старыми товарищами, втайне от мамы, но не полюбил. Оно ж горькое!

– Вот и отлично. Пошли выпьем, а? Мне надо срочно расслабиться, иначе свихнусь.

– А где ж мы пива купим? – в последней отчаянной попытке отказаться от такой чести спросил Витёк.

– В смысле, где? В баре… – посмотрела Кирхнер на одноклассника как на дурака.

– И кто нам его продаст? Нам же по семнадцать лет.

– Ха, это тебе, малолеточке, семнадцать! А мне еще в начале сентября восемнадцать исполнилось! – шутливо задрала нос Юлия, а потом по-приятельски пихнула Василевского в бок. – Короче, не душни, Витёк, и так фигово! Не хочешь пить, ну хоть рядом посидишь. Компанию составишь. Ну? Решайся!

– Эх, ладно, пойдем…

И одноклассница тут же схватила парня под руку, увлекая куда-то в неизвестном направлении.

***

Кирхнер притащила подростка в какой-то бар, находящийся неподалеку. И поскольку Виктору еще не доводилось посещать подобные заведения, для него это всё было в большую новинку. Массивная дубовая стойка, высокие стулья, как в кино, приглушенный свет, ровные рядочки бутылок с алкоголем. Блин, мама если узнает, где он шастает, прибьет его…

– О, Юля, хай! – по-свойски поздоровался со спутницей Василевского молодой бармен, забитый татуировками по самую шею. – Ты сегодня с другом?

– Хеллоу, Эд. Ну как видишь.

– Чего будешь?

– Организуй нам по пиву.

– Не вопрос!

Парень подхватил пару объемных бокалов и отошел к торчащим из-под стойки кранам. Причем, он при этом ни паспорта не спросил у молодежи, ни даже возраста.

– Это заведение «для своих», что называется, – правильно истолковала Кирхнер задумчивость одноклассника. – Тут многое на доверии держится. Раз уж ты со мной, то к тебе и вопросов не будет. Ну ты только никому не распространяйся, хорошо?

– Как скажешь, – легко согласился юноша.

Бармен поставил на стойку полулитровые стаканы с высокой пенной шапкой и тактично отошел в сторонку, чтобы не мешать молодым людям.

– Ну, за твою победу? – предложила тост школьница.

– Так я же не…

– Ой, да хватит скромничать, Витёк! – перебила его сверстница. – Твое превосходство было очевидным для любого, кто у Саныча хотя бы полгода прозанимался. Давай уже…

Юлия сделал пару больших глотков, и Василевский тоже пригубил немного пива. Бу-э, гадость какая! Даже хуже, чем ему запомнилось.

– Я никак не могу постичь смысла ваших людских поступков… – неожиданно зазвучал голос демона в разуме мальчишки. – Зачем вы постоянно издеваетесь над собой и поглощаете то, что причиняет дискомфорт? Обжигающий чай, вонючий кофе, теперь вот этот горький напиток. Про водку, о которой говорила эта юная дщерь, и вовсе молчу! Я поискал информацию в зачарованной скрижали и выяснил, что это вообще настоящий яд! Признайся, дитя, вы бракованные создания?

– Ох, Адастар, всё не так просто. Пойми, наши тела почти на шестьдесят процентов состоят из воды. Питьё – это значительная часть нашей жизни. Без поступления жидкости в организм мы умрем через несколько дней. Ну так и чего ты удивляешься, что мы этот аспект всячески разнообразим? Да, иногда мы принимаем в небольших дозах и алкоголь, который для нас вреден. Но не весь он такой отвратительный на вкус. Например, некоторые вина бывают весьма сладкими.

– А вина – это что?

– Ну, грубо говоря, забродивший виноградный сок, который заливают в большие бочки и закатывают в специальные погреба. И там, при соблюдении множества условий, он настаивается на протяжении длительного времени. Иные особо дорогие вина имеют по двадцать лет выдержки, а то и больше!

– Тьфу! – брезгливо скривилась тьма в сознании парня. – Другого я и не ждал от любителей всякой тухлятины!

– Витёк, ты чего залипаешь постоянно? – прервала Кирхнер увлекательный внутренний диалог. – Уже который раз за тобой замечаю.

– Да это я так… в облаках витаю, – улыбнулся краешком губ юноша.

– Капец, ты странный, конечно… – покачала головой школьница. – Пожалуй, я таких чудаков еще не встречала. И тем сильнее мне хочется разгадать, что же ты там скрываешь, Василевский.

Чтобы избавить себя от необходимости отвечать, юноше пришлось приложиться к стакану с пивом. Но одноклассница, слава богу, не стала развивать дальше эту тему, а переключилась на себя.

Так в течение следующего часа Витёк узнал, что отец у Кирхнер этнический немец и тоже в юности увлекался спортом. Правда, достижений, как у дочери, не имел, а потому безумно гордился её успехами. Но выливалось это в чрезмерное наседание на Юльку из-за тренировок и тотальный контроль. И вроде бы ей самой нравился кикбоксинг, но девчонку неимоверно бесило, что у неё нет даже намёка на возможность с ним завязать.

– … ты чего! – на повышенных тонах говорила школьница. – Да моих предков удар хватит, если я откажусь ехать на очередной чемпионат! У отца половина бизнеса держится на знакомствах, которые он завёл в министерстве спорта! Я тут как заложница…

Послушал мальчишка и о том, каким непрошибаемым бывает тренер Саныч. Какие приставучие у них парни на тренировках, и как они регулярно подбивают к Юльке клинья. Как подначивают её на спарринги, хотя каждый из них и выше, и тяжелее, чем она. Ну и всё в таком духе. В общем, жизнь у чемпионки, по её рассказам, оказалась далеко не сахарная. Строжайший режим и распорядок, постоянные разъезды и стрессы подтачивали душевное равновесие Юлии. Не далее как минувшим летом у неё на фоне изнурительных нагрузок случился нервный срыв. Да не такой, как недавно на тренировке. А прям серьезный. Пришлось даже в больницу ложиться под капельницы. А дражайший папенька волновался только за то, чтобы об этом не прознали в прессе. Короче, хрень, как ни посмотри…

Иными словами, Виктор стал на некоторое время плакательной жилеткой. Но он и не возражал против этой роли. Ему в процессе адаптации в новом коллективе остро не хватало простого человеческого общения. Даже такого, где отводится исключительно роль слушателя.

Пока Василевский домучил свой первый стакан с пивом до половины, его спутница расправилась со вторым и заказала третий. Выглядела она вроде пока еще вполне бодро, но язык отчетливо стал заплетаться. Рыжеволосый парень прозрачно намекнул новой подруге, что ей бы лучше притормозить. Но упрямая Кирхнер, разумеется, к нему не прислушалась.

В конечном итоге, когда наступил вечер и народу в баре стало прибывать, Юля уже не очень твердо стояла на ногах. Поэтому Василевский по-джентельменски вызвался проводить её.

– Может отцу позвонишь, чтобы он забрал тебя? – предложил юноша.

– Ты с ума сшёл?! – помутневшим взглядом воззрилась на него школьница. – Он мня прибь… ик! Прибьет! На такси поеду… Но снчала пргл… пруг… прогуляюсь. А то чт-т-то-то рзмрило в духоте…

– Ага, а те два литра пиваса, которые ты в себя залила, вообще ни при чем, – иронично отозвался парень.

– О-о-ой, ну извини-и-и, папочка! – пьяно захихикала Юля. – Какой ж ты всё-тки зануда, Витёк… ик! Но до чего ж милашный! Дай хоть обниму…

Девушка повисла на шее одноклассника, и отцепляться уже не захотела. Мальчишке пришлось прямо так и пробиваться к выходу. Парню стало не совсем уютно под подозрительными взглядами завсегдатаев, которыми те наградили парочку школьников. Чемпионку они, судя по всему, отлично знали. А его видели впервые. Потому неудивительно, что некоторые из них решили подойти и поинтересоваться, всё ли у Кирхнер в порядке.

– Юлёк, тебе помощь не нужна? – преградил Виктору путь какой-то рослый и лысый как коленка мужик в компании еще двоих типов, но поменьше. – Ты как, норм?

– Да всё ащ-ще пучком! – кое-как сложила школьница большой и указательный пальцы в знак «ok».

– Тебя этот рыжий, – небрежный кивок в сторону Василевского, – не обижает? Доверяешь ему?

– Ч-ч-чего-о?! – возмутилась спортсменка, с трудом фокусируя на собеседнике захмелевший взгляд. – Ты на моего Витьку бочку катишь что ли?! Эт одноклассник мой, понял?! Щас он вас тут как отмудохает, неделю под себя ходить будете!

– Юль, не надо, – предостерегающе зашептал Виктор на ухо сверстнице, замечая, как оценивающе его рассматривает троица незнакомцев.

Перспектива драться сразу с тремя мордоворотами, которые старше, больше и тяжелее, не казалась ему радужной. Даже с поддержкой Адастара.

– Ха-ха! Я же говорю, в ней живет дух воина! – словно почуял демон, что о нём вспомнили. – Давай, дитя! Размажем этих смертных и искупаемся в их крови!

– Да не боись, Витёк! – панибратски сдавила ему шею Кирхнер. – Если чо, мы их вдвоем ушатаем! Ведь так?! Ну чего ты бледнеешь? Ты ж на тренировке сегодня так махался…

– А, так это твой товарищ по рингу, – моментально расслабились парни. – Тогда ладно, вопросов нет!

– То-то же! – погрозила Кирхнер пальцем проходящему мимо человеку, по-видимому, перепутав его с собеседниками. – Ну, всё! Мы пшли… ик!

– Слышь, старина, ты не бросай её, ага? – вполголоса попросил лысый, когда Виктор проходил мимо. – Видишь же, Юлька в невменозе. Ещё влипнет куда. С неё станется…

– Да сам всё понимаю, потому и тащу её на себе! – неприветливо отозвался Василевский.

– Ну красава, тогда. Так держать!

И на этой позитивной ноте троица ребят от них отвалила. А юноша с одноклассницей наконец выбрались на улицу.

– Ну, куда пойдем? – спросил подросток, помня о желании спутницы подышать воздухом.

– А вот туда! – Кирхнер вдруг отпустила шею Витька и прямой наводкой рванула в сторону оживленной дороги.

Школьник насилу успел её перехватить и остановить. И чтобы заранее пресекать такие опасные манёвры, руку девушки он закинул себе на плечо, а сам крепко взял её за талию. Так одноклассницу практически не клонило в стороны.

– Ва-а-ау! А ты не из тех, кто упускает шансы, да Витёк? – изобразила томную улыбку Юля.

Впрочем, томной она была разве что в её воображении. На деле же у спортсменки получилось нечто среднее между пьяной ухмылкой и сонной гримасой. И юноша благоразумно решил на эту реплику не реагировать.

И вот молодые люди прошли уже два светофора, свернули на какую-то пустынную улицу, а в голове у захмелевшей чемпионки всё никак не наступало просветления. Мозги будто бы наоборот ещё хуже заработали.

– … ну Витёк, ну ты же дрищ, согласись? – ни на секунду не замолкала Юлька. – Не-е-е, я не гврю, что ты стрёмный. Совсем наобрт, очнь даж ничего! Но я ж не о том… как ты, блин, умдряешься… ик! Ой, падажжи… кажется мне поблевать надо… А не, показалось! Ну так вот…

Василевский даже не слушал спутницу. Он лишь размышлял: А в какой момент сегодняшний день превратился в это? Где же он свернул не туда? Сходил на тренировку, называется…

– Опа-опа-па! Зацените, салага себе цацу подхватил где-то! Уже готовенькую, ха-ха!

Из ближайшей подворотни навстречу одноклассникам вдруг вырулила настоящая гоп-компания, иначе и не скажешь. Человек шесть или семь парней. Все как на подбор под метр девяносто ростом. Короткостриженые, в удлиненных ветровках, кроссах и удобных спортивных штанах. Весь их облик и поведение буквально кричали о том, что они на улицах вечернего города активно искали развлечений. Или вернее сказать: «Приключений…»

– Фьюу, малец, ну-ка, сдриснул в ужасе отсюда! Девку свою оставляй, ей с нами интересней будет! – поддержал товарища другой хмырь.

Остальные согласно загудели, отпуская шуточки и грязные намёки в адрес Юльки. И та, невзирая на состояние нестояния, поразительно точно их все расслышала и усвоила.

– Вы че, черти, страх потеряли?! – рассвирепела Кирхнер, моментально трезвея. – Зубы во рту жмут?!

– Ай, ну ты гля, какая дерзкая! – криво ухмыльнулся ближайший гопник. – Эй, петушара рыжий, а ты чего сучку свою не воспитываешь? Если не вывозишь, так мы тогда сами ей займемся, ха-ха-ха!

Компания разразилась дружным хохотом и обступила парочку школьников. Тот отморозок, что обещал заняться воспитанием, сцапал запястье Юли и дернул её на себя.

– Иди сюда, солнышко! Сдался тебе этот прыщ ходячий! С настоящими мужчинами тебе понравится гораздо… Ай! Вот же шалава тупая!

Школьница, не мудрствуя лукаво, прописала свободной рукой в нагло ощерившуюся физиономию. Под её кулаком что-то хрустнуло, и подонок отшатнулся, отпуская чемпионку. А она, как только избавилась от чужой хватки, кинула наглецу вдогонку еще и образцово-техничную двойку. Чваркнуло, как будто куском сырого мяса по столу шлепнули. И из расквашенного носа гопника хлынул целый водопад, кажущийся в свете уличных фонарей черным.

– Ах ты, су…

Его приятель не успел договорить. Поскольку Кирхнер заехала ему коленом прямо в промежность. Да так, что негодяй согнулся в три погибели и исторг на мостовую содержимое желудка. Но на этом успехи парочки школьников, можно сказать, и закончились. На спортсменку насело сразу трое, включая получившего по харе утырка. И хоть они не стремились бить девушку в полную силу, а только пытались обездвижить, ей оттого не было легче.

Зато никаких причин сдерживаться не было у другой половины компании. Те отморозки, что накинулись на Витька, бросились отрываться на полную катушку. Сначала его наградили увесистым хуком, от которого зазвенело в голове. А затем техничной подсечкой свалили как мешок… ну пусть будет, с картошкой. На земле мальчишку уже принялись беспощадно запинывать, норовя попасть по лицу и животу. И бедный подросток аж содрогался от каждого мощного удара, молясь, чтобы эти недоделанные футболисты не переломали ему кости.

– АДАСТАР! СПАСАЙ! – то ли мысленно, то ли вслух заорал Василевский.

– Что случилось, дитя?

– Ты издеваешься?! Не видишь, что ли?! Меня гасят!

– Вижу. Но я думал, это какой-то очередной бессмысленный людской обычай.

– Нет! Меня сейчас затопчут на фиг!

– Эх… можно ли мне хотя бы покалечить этих ничтожных смертных, дерзнувших кинуть вызов носителю моей метки?

– Да что хочешь делай! Только не убивай никого! И не дай навредить Юльке!

– Этого обещать не стану, – непререкаемо заявил демон. – Согласно нашей клятве, я должен защищать только тебя. А теперь, расслабься. Мне нужно взять контроль…

– Да не могу я расслабиться, когда меня так хреначат! – в панике проорал Витёк, закрываясь руками от летящих со всех сторон ног.

– Хм… ну тогда потерпи. Сейчас будет неприятно…

Что сделал Адастар, юноша не понял. Его тело от макушки и до кончиков пальцев словно током прошибло. А в следующую секунду парень уже осознал себя стоящим в вертикальном положении. Прямо на расстоянии вытянутой руки от крайне удивленной физиономии одного из нападающих.

Пальцы Витька без участия мозга сомкнулись на горле гопника. А потом резко дернули его на себя. Рыжеволосый мальчишка выставил навстречу летящему лицу свой лоб, и чуть не потерял сознание от последовавшего удара. «Шварк!» Искры полетели из глаз фонтаном. А противник с распанаханной в мясо мордой рухнул на брусчатку. Минус один. Или даже минус два, если считать того, который получил от Юльки по колокольчикам.

Оставшиеся два отморозка ринулись в атаку, одновременно хватая Василевского за одежду. Но демон, управляющий телом подростка, резко крутанулся на месте. У уличных хулиганов было всего два варианта. Либо быстро разжать пальцы, выпустив складки одежды школьника. Либо позволить инерции себя утянуть вперёд. Но они то ли не успели сориентироваться, то ли полагали, что им хватит сил удержать щуплого пацана. Но оба в конечном итоге потеряли равновесие и чуть не упали. А уже в следующее мгновение…

«Хрусть!» – тот, что стоял спереди, получил коленом в челюсть и бессильно опал со скособоченной харей. «Клац!» – Адастар вслепую отоварил локтем по зубам другого. И вот по мостовой рассыпаются мириады светлых осколков, вперемешку с кровавыми сгустками.

Еще минус два. Осталось трое…

Увлеченные борьбой с озверевшей Кирхнер, гопники даже не заметили, как отъехали их товарищи. Юлька им так задавала жару, что им было не до наблюдений. Они, конечно, используя численный перевес, смогли зажать спортсменку. Однако та всё равно неистово брыкалась, кусалась и умудрялась на короткое время вырываться, раздавая чувствительные зуботычины. Но не более того. Одолеть сразу троих взрослых жлобов даже чемпионке было не по плечу.

– Вот же какая стерва вертлявая! – выругался тот, который схлопотал в табло от школьницы самым первым.

Витёк с замирающим сердцем увидел, что в ладони нападающего хищно блеснуло лезвие выкидного ножа. Парень не успел понять как оказался возле подонка и схватил руку с оружием. На Василевского уставилась окровавленная рожа с отчетливо написанным на ней даже не удивлением, а испугом. Поскольку сила, с которой подросток вцепился в запястье отморозку, явно выходила за границы человеческих возможностей.

– А-а-а-а-атпусти-и-и-и! – хрипло заревел утырок с ножом, забившись словно угодивший в капкан волк.

Но демон в теле мальчишки оказался глух к его мольбе. Под пальцами юноши хрустнули кости, и чужая кисть повисла будто безвольная тряпочка. Металлическая зубочистка упала на брусчатку, тихо звякнув. И только после этого молодой человек разжал свою стальную хватку.

– Ау-у-у-у-у!!! – натурально завыл бандит, баюкая сломанную руку.

А тут и остальные хмыри вдруг заметили, что ситуация приняла для их компании скверный оборот.

– Тля, валим! – проорал один из них и первым припустил обратно в подворотню, из которой все они и вывалились.

Урод со сломанной культяпкой кинулся следом. Последний, все еще хватавший Юльку, чуть помешкал, но в итоге тоже присоединился к подельникам. И даже тот, что в самом начале схлопотал по своим клубням, поднялся. Пошатываясь и держась за стенку, он на полусогнутых устремился в темноту, вслед за дружками.

– Ха-ха! Обожаю эти ваши невинные людские забавы! – отчего-то развеселился демон. – Вы резвитесь как те безобидные щеночки, которых я видел в твоей зачарованной скрижали!

– Не понял… ты вместо изучения нашего мира смотришь видео с щеночками? – удивился Виктор.

– Не твоё дело, смертный! – грозно рыкнул демон и сразу же замолк.

А парень, тем временем, подошел к напряженно застывшей Юльке.

– Офигеть! – облегченно пробормотал Василевский. – Вот же беспредельщики, а? Прикинь, у них ножи были!

– Да-да, я заметила, – просипела изрядно протрезвевшая Кирхнер.

Она перевела на собеседника какой-то потерянный взгляд, а затем подняла на уровень лица свою ладонь. Далеко не сразу юноша обратил внимание, что рука у одноклассницы сплошь покрыта чем-то темным. По виду очень походящим на кровь…

– Витёк, вызовешь мне скорую по-братски? – тихо попросила чемпионка.

Сразу после этого глаза девушки закатились, а сама она начала заваливаться вперед, рискуя познакомить свою мордашку с шершавым тротуаром.