💎Мой личный Армагедон

Глава 1

«Сложно изобрести более действенный магнит для неприятностей, чем я…» – мысленно комментирую, равнодушно отстёгивая ремешок босоножки с голени, так как последняя ниточка, которая держала подошву у стопы, только что оторвалась. По дороге сюда, в набитом людьми автобусе, высокий суровый мужчина больно наступил мне на ногу. Как итог, одна из лямок выдралась с корнем, а вторя частично.

– Какого дьявола! – выкрикиваю, внезапно теряя равновесие!

Да что-там равновесие?! Я сама теряюсь в пространстве, потеряв опору!

Ощущение, будто земля резко исчезла из-под ног, а свет померк!

Но ведь такого не бывает?! Посреди выложенной брусчаткой старинной дорожки, даже канализационных люков нет!

Тем не менее, я продолжаю стремительно падать! Подобное ощущение я испытывала разве что в аквапарке, — на свободном падении, солдатиком падая куда-то вниз!

Внезапно, меня подхватывают чьи-то сильные руки!

Мир обретает очертания…

Поднимаю глаза и вижу умопомрачительного жгучего брюнета, а за его плечами отсутствие интерьера.

Кхм... В смысле, вообще, отсутствие — всего…

Но этот факт как-то сразу же меркнет, потому что такую идеальную внешность я даже по телевизору не видела! Мне то подбородок тяжеловат, то губы слишком пухлые, то нос с горбинкой, а здесь, — будто искусный скульптор своё творение оживил! Некоторое время разглядываю держащего меня на руках мужчину, однако, инстинкт самосохранения и желание опередить своё географическое положение, перевешивают потребность в эстетическом наслаждении. И вот, уже с опаской, я опускаю взгляд ниже. Туда, где секундами ранее, была потрёпанный жизнью, брусчатка!

От страха я вцепилась в мужчину и крепко зажмурилась!

– Кажется, и правда, — ушла земля! – произношу, пугаясь собственного осипшего голоса.

Секунду!

Я что? Испугалась?!

Неужели эмоции соизволили вновь меня посетить?!

Слышу, или даже больше чувствую, вибрацию звука, от еле слышной усмешки, исходящей из груди брюнета. Это заставляет меня раскрыть глаза, чтобы уставиться с возмущением!

Только передо мной оказались определённо не его глаза, а ухо! Только теперь я осознала в каком положении нахожусь: со страха вцепилась в мужчину как клещ-переросток, умудрившись вырваться и обвить конечностями!

Отворачиваюсь и пытаюсь разобрать хоть что-то в тьме вокруг нас.

Я никогда не увлекалась астрономией, но если существует чёрная дыра, то мы точно в ней. Иначе как охарактеризовать это пространство?!

Вместо стен монастыря, куда я только что собиралась войти, теперь жгучая непроглядная тьма. Ни стен, ни пола…

Но эта тьма… кажется, что это нечто живое! Она будто пытается добраться до меня по обтянутым черными брюками ногам мужчины. От вида клубящейся, будто разумной, тьмы, — становится жутко! Поэтому, чтобы отставить панику, я перевожу взгляд на более приятное глазу зрелище: уже каким-то чудом умудрившегося меня отцепить, и только что поставившего стоять ровно,— брюнета. При этом, он до сих пор удерживает меня за плечи, будто страхуя.

Кажется, я всё же на чём-то стою, а эта живая тьма ощущается не больше, чем обычный туман. И вообще, — это всё уже неважно, потому что сейчас я чуть ли не раскрыв рот разглядываю мужчину! А посмотреть есть на что: крепкое тело, идеальные черты лица, и, на контрасте с чёрными густыми волосами, — голубые глаза, словно кристальные льдинки.

Идеален!

Кожа такая чистая и гладкая, без малейшего намёка на щетину, что хочется провести рукой и ощутить её бархатистость. Его внешность определённо нельзя назвать обычной. По крайней мере, я в жизни не встречала мужчин с такой совершенной красотой. Впрочем, как и брюнетов с таким уникальным, цветом радужки.

Не помню, чтобы я хоть когда-то вот так засматривалась на мужчин.

– Знакомься. Твоя жена. Соответствует всем условиям, — единственная в нашем мире. – Произносит брюнет, и, кажется, это он про меня!

Запоздало понимаю, что за моей спиной есть кто-то ещё. Но брюнет, не дождавшись когда я на него насмотрюсь и соображу повернуться, сам разворачивает меня лицом в нужную сторону.

– Да ну нафиг! – Пытаюсь отступить на шаг, но железная грудь брюнета не позволяет сделать и полшажочка.

Значит мне настолько жарко стало не от присутствия умопомрачительного брюнета?

Это он, оно или… что-то иное?!

Брюнет подтолкнул меня вперёд.

Краем сознания отметила, что пол здесь всё-таки есть и довольно ровный, но это, как и тьма вокруг, вдруг становиться настолько второстепенным, против ощущения, что я стою у огромного костра и…

Увиденное существо поражает!

Мало того, что воздух вокруг этого существа накаляется и становится видимым, наподобие воздуха над раскалённым асфальтом в жару, так ещё и видок у него не для слабонервных.

Видимо, мне повезло, что жизнь меня изрядно потрепала и почти все нервные клетки я растеряла задолго до этого события. Так как вместо того, чтобы испугавшись отвернуться или начинать биться в элементарной истерике, — с любопытством пытаюсь разглядеть в нём хоть какие-то намёки на черты лица.

Но, что возможно разглядеть в огне?!

Если вокруг нас клубится тьма, то тот, кто сидит перед нами, — это раскалённая плазма! Тем не менее: две руки, две ноги и форма головы имеются. Только они всё равно ассоциируются у меня не с человеческим телом, а с подвижной поверхностью солнца, из недавно просмотренного мной видео.

– Же-на? – голос этого… явно не человека, негромкий, но отчего-то невыносимо зубодробительный. От него тут же зазвенела голова.

Морщусь от неприятных ощущений. Они быстро проходят, так как больше ничего он не «говорит». Он вообще не говорит, в привычном для меня смысле. Его голос почти беззвучно прогремел в моей голове, заставив удивиться: как что-то настолько тихое, как шелест листьев, может превратить человеческую голову в звенящий колокол?!

Существо сидит на большом, метра два с половиной в длину, камне, — высотой и формой напоминающем разложенный диван в моей квартире.

Всё бы ничего, — хоть и не мягкий, но почти диван, вот только этот камень под ним раскалён до красна! Лишь сеть огненных трещин в камне, расходящихся в стороны от сидящего, не оставляет возможности обмануться и подумать, что беднягу усадили на раскалённую поверхность, а не она накалилась от него. Однако здесь чётко прослеживается закономерность: чем дальше от существа, тем камень темнее и трещины уже не выглядят так, что вот-вот из них рванёт лава!

– Какие претензии? Вот здесь, – в руках брюнета, буквально из воздуха возникает свиток, – записано, – он пробегает глазами по началу длинного свитка, морщится, и, сворачивая его, продолжает. – Я сокращу: ты женишься только на единственной в своём роде, самой необычной для этого мира, девственнице. А где мне здесь найти девственницу? Однако, вот, — она перед тобой! Во плоти!

– А ты не забыл, с кем разговариваешь? – Вновь голос, вызывающий сначала взрыв, а потом и вынос мозга!

Как он это делает?!

В смысле произносит слова без рта? Может, его просто не видно за всем этим пылающим антуражем из раскалённой лавы? В моём мозгу до сих пор не находится слов, чтобы дать определение тому, кого вижу перед собой.

– Сам прекрасно понимаешь, что от этого зависит, – Невозмутимо отвечает красавчик. – Я имею право напомнить тебе, повелитель. И не только напомнить, но и добыть для тебя эту диковину. – указывает на меня.

– Она человек. Человеческие девственницы не такая уж и редкость.

– Она единственная в своём роде. Всё строго в соответствии со свитком. Её род прервался на ней. Ни одного живого родственника. И если толковать это требование в ином смысле, то в нашем мире, в своём роде она тоже единственная.

– Единственный живой человек, – добавляет повелитель.

Лучше бы помолчал… Тут и здоровый хроническую мигрень заработает, а при длительном воздействии и живым быть перестанет...

Стискиваю зубы от боли.

– Если тебе, повелитель, недостаточно доказательств, что она нам подходит, есть ещё аргумент, – правитель молча даёт знак продолжать. – Она необычна, как единственная в своём роде праведница. Увёл её прямо от ворот монастыря, перед постригом.

– А последнее он приврал, – подаю голос, понимая, что если не подойду хоть под один из пунктов, меня отпустят. Надеюсь, с миром, а не в мир иной. Хотя, судя по обстановочке, я уже прибыла по адресу. – Он действительно забрал меня от ворот монастыря, но монахиней становиться я не собиралась. Из меня такая же праведница, как из него Папа Римский.

– Она врёт, – на удивление мягко, без протеста в голосе, опровергает брюнет, стоящий рядом. Но именно от этого тона по телу распространяется могильный озноб. Даже кончики пальцев мгновенно заледенели.

– Не вру, мне врать религия не позволяет, – отрезаю, возмущённо вскидывая взгляд на этого лгуна, и тут же пячусь... Теперь уже в сторону плазменного Нечто…

Ещё бы! Брюнет перестал казаться безобидным. И, если я считала, что за последний год инстинкт самосохранения во мне попросту иссяк, уступив место апатии, то сейчас он довольно резво выскочил из неведомых глубин с криком: «Заначка!».

Вокруг брюнета клубится тьма, точно такая же, как позади него и он определённо знает, как ей управлять.

Неосознанно делаю ещё пару шагов назад и заставляю себя остановиться, почувствовав усилившийся жар. Благо в этот раз спиной я ни в кого не врезаюсь. При всём моим безразличии к собственной судьбе, не хотелось бы наткнуться на горячую лаву в форме человека.

Наверное, всё своё везение я исчерпала в первые восемнадцать лет своей жизни. Иначе не объяснить: как я могла умудриться оказаться в аккурат посередине, между огнём и тьмой!

– Не советую открывать рот, – предупреждает меня брюнет тем же тоном, вызывающим озноб, даже в присутствии такой мощной печки.

– Вы что, все здесь со спецэффектами? – спрашиваю я, развернувшись к красному и сжимаю зубы в ожидании следующего приступа боли.

– В остальном он сказал правду? – спрашивает меня Нечто.

– А-щ-щ-щ… – этот зубодробительный голос. – Да, в остальном правду. – Делаю усилие, чтобы собрать мозги в кучу. – Может, уже отправите меня назад, откуда взяли? Не место мне здесь. К тому же, от вашего голоса мозги сейчас взорвутся. Вообще, ни к чему не пригодная стану и к вашей женитьбе, в частности.

– Тогда, ты действительно подходишь, – «обрадовал» меня Нечто. – Я могу отказаться от всего, только не от своих слов и долга.

Ну кто его просит такие длинные речи толкать?! Приседаю, ухватившись за голову.

Нечто щёлкнул пальцами и боль в голове исчезла.

Я поднялась и недоумённо посмотрела на его руки, подробнее остановив взгляд на пальцах. Как он мог щёлкнуть, если там кожи нет, за счёт которой достигается подобный звук? Огнём?

– Теперь твои мозги не превратятся в желе, – обращается ко мне Нечто, а голова и правда никак не реагирует. – Завтра ритуал. Желаешь подготовиться сама у себя дома, или останешься здесь и воспользуешься положением?

– Каким ещё положением? Я вообще замуж никогда собиралась! – впервые за долгое время кому-то удалось меня возмутить и вообще вызвать такие сильные эмоции.

– А я, жениться. Мне тебя пожалеть? – вдруг почти по-человечески отвечает он мне. Или сарказм на землю отсюда пришёл?

– Не стоит. – отвечаю, понимая, что этот, кто бы он ни был, из-под земли достанет и не по доброй воле, так другим способом заставит. Судя по тому, как просто меня забрали из-под стен монастыря, куда-то сбегать и прятаться бесполезно. – Я дома подготовлюсь.

– Одно условие. Никакого белого. Только красный.

– Да хоть чёрный… Не суть. Будут ещё пожелания? – уточняю.

– Ещё? – кажется, я сумела удивить его своим вопросом. – Сговорчивая и не истеричка. Это хорошо. Свадьбы не избежать, но за добровольное согласие, я исполню любое желание.

– Без ограничений? – вырывается из меня удивлённое.

– Без. Подумай, как следует: чего ты действительно хочешь? Во время ритуала ты будешь должна озвучить желание.

Перед глазами мир подёргивается рябью, и, даже не успев ничего ответить и спросить угрожает ли ритуал моей жизни, я оказываюсь дома, в своей комнате.

Даже так?

Я не слабачка, но ноги подкосились.

Стать женой этого Нечто? Кажется, тот брюнет его повелителем назвал?

Кхм... А повелителем чего? Явно не райского уголочка. У меня лишь одни ассоциации с местом, где я только что побывала, и они не самые обнадёживающее. А если будущему мужу за ручки подержаться приспичит?

Ещё год назад мне было восемнадцать. Тогда я была самой счастливой на земле: живые родители, любящий жених и мир, крутящийся вокруг меня.

Но родителей не стало в один день, вместе с домом, где мы жили. А жених на поверку оказался альфонсом, который бросил меня сразу после того, как все родительские деньги я отдала нуждающимся: выходцам из детских домов и бездомным.

Хотя отдала, — не совсем верно. В память о родителях я выкупила долгострой: три почти завершённых многоэтажных дома, в которые и заселили нуждающихся, разумеется, после сдачи домов в эксплуатацию. Не помню кто подкинул мне мысль совершить благое дело в честь родителей и почему я так за неё зацепилась, но тогда мне это казалось жизненно важным шагом, который зачтётся им там. Я совершила его, не советуясь с Марком и была совершенно не готова к его реакции. Всегда невероятно чуткий и понимающий, он превратился в озлобленного монстра. Вместо того чтобы поддержать меня в горе, он добил меня окончательно.

Оказывается, он уже раскатал губу на управление компанией отца. Бизнес небольшой, но прибыльный и я прекрасно знала, что он требует полной отдачи и определённых знаний, которых у меня не было. Я училась в медицинском и была слишком далека от бизнеса. Юрист отца посоветовал продать бизнес пока он ещё на плаву и стоит своих денег и стоило этим деньгам оказаться у меня на руках, я попросила юриста помочь и с этим. Он предлагал положить деньги в банк и жить на проценты, но я была решительно настроена на то, чтобы эти деньги принесли людям счастье. Я даже не подумала оставить что-то себе. Может быть, отчасти ещё и потому, что была потеряна и не понимала почему они там, а я всё ещё здесь.

В одной из квартир поселилась и я.

Окончательно подкошенная непониманием Марка, успокоение и поддержку я нашла сначала в церкви, порог которой впервые перешагнула, чтобы поставить свечи, а затем, познакомившись с двумя женщинами попала в стены монастыря и даже начала задумываться о таком пути для себя.

Мир поблёк, всё казалось неважным, и, если чего-то и хотелось, так это уйти от мирской суеты.

Я была уверена, что больше никогда не доверюсь мужчине и уж точно не выйду замуж, но завтра, похоже, это случится независимо от моего желания. Да и желаний, если честно, в этой жизни у меня никаких не осталось. Хотя не буду себе врать, сегодняшний день меня взбодрил, даже встряхнул как следует! По крайней мере, таких ярких эмоций, за исключением тоски по близким, я не испытывала больше года.

Я знаю, что должна испытывать страх и сегодня я пару раз даже умудрилась испугаться, но сейчас я испытываю лишь интерес и, нездоровое в моей ситуации, предвкушение.

А всё, потому что, как ни странно, именно сегодня, в самом жутком месте, которое только может представить себе человек, меня впервые за долгое время спросили: чего хочу я! И впервые мне захотелось об этом задуматься. Особенно после того, как меня уведомили, что у меня есть желание, и оно даже не предсмертное, а вполне себе предсвадебное. Надеюсь, не два в одном.

Слова этого странного повелителя, что-то зацепили во мне. В том странном месте у меня вновь появились эмоции! Нестоящие, не притуплённые... И даже сейчас, вместо того чтобы как обычно лечь и безразлично уставиться в потолок, я решила вспомнить себя, — ту самую, кем я была чуть больше года назад. Какие у меня были желания, мечты?

Горько усмехаюсь.

Какими же глупыми они кажутся мне сейчас...

Поджимаю губы от навалившейся на меня досады.

Я мечтала о свадьбе с человеком, который, как оказалось, меня не любил. Мечтала о том, как он выдохнет, увидев меня в шикарном свадебном платье. Мечтала разгребать свадебные подарки перед романтическим путешествием, видеть его улыбку. Хотела экстрима, ярких эмоций и незабываемых воспоминаний! Тогда я была гиперактивной. Даже за время медового месяца, хотела посетить как можно больше стран и загадочных мест.

И вот парадокс, завтра у меня свадьба, — без вариантов. И место, мягко говоря, загадочное. Пусть я не так её представляла, но я не хочу идти туда, как овца на заклание. Согласна, странное желание, для человека в моём положении, ведь я не знаю, что меня ждёт завтра, но жалко выглядеть на собственной свадьбе я не собираюсь!

Мне даже интересно: способен ли повелитель впечатлиться женской красотой?

У меня не так много денег, но самое красивое платье я смогу себе позволить! Может, я и доведена до состояния, что смиренно принимаю судьбу как данность, но на собственной свадьбе я буду выглядеть сногсшибательно!

Вопрос повелителя, что-то во мне пробудил. То, что я так долго давила в себе из-за чувства вины.

Выпотрошив все закрома, я впервые за долгое время отправилась по магазинам.

Подходящее красное платье найти оказалось не так легко. Во всём городе отыскалось разве что штук десять наиболее достойных, пять из которых я даже мерить не стала, взглянув поближе. И вот оно!

Оглядев себя в зеркало, я осталась довольна собой! Совсем забыла, что я могу быть такой... Неожиданно нахожу, что видеть себя в зеркале в этом платье приятно. Я улыбаюсь своему отражению. Не отказываю в желании и кручусь. Плотно облегающий корсет тёмно-красного платья выгодно подчёркивает мой силуэт. Платье с довольно сдержанным декольте, но плечи открыты. Спереди платье украшено витиеватой вышивкой из серебряных нитей, а вокруг, начиная от талии, накладываясь друг на друга нежнейшими волнами, струиться воздушное нечто! Ловлю себя на мысли: способна ли впечатлить такая красота моего Нечто? Неразумное желание понравиться жениху в день свадьбы, глупая детская мечта со времён кукол и сейчас даёт о себе знать несмотря на то, что я прекрасно осознаю, что он не человек и навряд ли вообще способен на подобные эмоции. Более того, я знаю, что завтрашний день для меня может закончиться с любым исходом, но это лишь лишний повод для меня ожить и побыть прежней собой, хотя бы на день!

Странно... и откуда за один неполный день, во мне взялось столько оптимизма? Вроде чуть ли не в преисподней побывала и завтра собираюсь туда вернуться на неопределённый срок, но оптимизм так и прёт. Будто прорвало весь, что тайно копился целый год.

Причёску мне сделали утром в парикмахерской. Нехитрую, лишь подняв волосы по бокам и подкрутив передние локоны, оставляя каскад тёмных волос струиться по спине. Макияж я сделала сама, завершив яркий образ помадой в цвет платья.

Посмотрев в зеркало, я удовлетворённо кивнула.

– Я готова, повелитель, если не шутишь, – посылаю улыбку зеркалу.

Кто бы мог подумать, что он меня услышит?

Глава 2

Знакомая будто водная рябь вокруг меня, и я оказываюсь в огромном помещении, построенном из тёмного мрачного камня. Оно ассоциируется у меня с древним замком, только здесь нет и намёка на окна. Тем не менее освещение здесь достаточное для того, чтобы разглядеть каждого из присутствующих. Только смотреть на них, честно говоря, мне не хочется. Хватило приметить у парочки существ рога на голове, и, не вполне человеческие, искажённые лица. Контингент здесь довольно разнообразный и колоритный.

Запоздало понимаю, что повелитель уже держит меня за руку. Сдерживаю сиюсекундное желание отшатнуться.

Он выше… — гораздо выше меня! Вокруг него плавится воздух, и, даже тлеют предметы, мимо которых он сейчас меня ведёт. Видимо, здесь традиция такая, — очерчивать дорогу молодожёнам, свадебными дарами.

От нас шарахаются его подданные, расступаясь на «безопасное» расстояние. Да перед ним расступаются не только подданные, а даже сама тьма, пронизывающая здесь пространство сероватой дымкой. Меня же удивляет другое: мне этот жар не причиняет ни малейшего вреда! Его рука для меня ощущается, пусть не температурой человеческого тела, но вполне терпимой.

Он даже так может?

С удивлением смотрю на жениха и встречаюсь со взглядом огненных глаз, которые он мне позволил увидеть лишь сегодня. При взгляде на меня пламя в них приобретает неожиданно голубой оттенок.

Мельком скользнув по моему наряду, видимо отметив выполнение его требований, он вновь смотрит перед собой.

Не заценил...

Нет, я знала, что восторженных выдохов от него ожидать не стоит, но хоть на какую-то реакцию при появлении невесты я рассчитывала, хоть от кого-то. А гости, если куда и смотрят, так это на жениха: и со священным страхом, а не с восхищением, как принято на земных свадьбах.

Мы подошли к каменному алтарю. Возле него, всё время нашего шествия, нас ожидало существо с серой по цвету сморщенной кожей, напоминающей подвяленное на солнце яблоко. Челюсть выпирает вперёд, глазницы впалые, с красными, светящимися словно фонарики, огромными зрачками без радужки. И бородка: седая такая, потрёпанная, — на торчащем вперёд подбородке, смотрится вполне комично. Руки у существа, с длинными, заострёнными, чуть завивающимися красными когтями, которые слоятся белыми чешуйками. Ног не видно из-за стоящего, между нами алтаря. В моём словарном запасе не нашлось даже близкого слова для описания этого существа. Ещё и рога на голове имеются, но это уже такие мелочи...

Не так я регистратора своей свадьбы представляла...

– Самое время для последнего желания невесты. – торжественно произносит этот рогатый.

Последнее желание? Звучит не обнадеживающе. Тем не менее я поворачиваюсь к повелителю, и тихо, только ему шепчу:

– Если вдруг надумаете выполнять супружеский долг... – я метнула кроткий взгляд на определённое место, но, судя по всему, у него за ненадобностью не только черты лица отсутствуют. Всё что я вижу, — это лишь человеческий силуэт, состоящий из живой плазмы, но обезопасить себя всё равно хочется. – то примите, пожалуйста, человеческое обличие и никогда не причиняйте мне боль.

Даже не сомневалась, что перекинуться в человека для него не составит труда, раз уж он такие чудеса вытворяет.

– Это невыполнимое условие. – вздрагиваю от категоричности. – Во время первого контакта с мужчиной, все земные женщины испытывают боль. – пояснил рогатый, держащий откуда-то возникшую двуглавую змею.

– Тогда с поправкой на этот... нюанс, в первую брачную ночь. – смущаюсь. – Но всё по обоюдному и никакого насилия. – поспешно добавляю, вызывая шквал шёпота за спиной.

Рогатый напряжённо смотрит на повелителя.

– Да будет так, Центикор. – обращается к нему повелитель и плечи рогатого чуть опускаются, выдавая облегчение.

– Спасибо, – благодарю жениха, но, кажется, моё смущение слишком заметно. Павда навряд ли этим существам есть до него дело.

– Это было твоё последнее желание. – твёрдо заявляет жених. Ну да. Мои эмоции ему до земной лампочки. – Теперь можешь озвучить желание, которое было обещано лично от меня. – обращается ко мне повелитель.

Ещё одно?!

Он издевается?!

Откуда такая щедрость?! Я над этим-то желанием, всю ночь голову ломала. Нет, в голову всего приходило немало, но всё какое-то пустое, не важное...

– Я могу сказать желание после?

– Нет. Только до ритуала. Иначе оно не будет иметь силы. – подсказывает «регистратор».

Как-то меня врасплох застали. И вообще, как можно о чём-то просить, если я даже не знаю, что предлагается в меню?

– Помощь зала? – с надеждой разворачиваюсь к разношёрстной толпе. – Что бы попросили вы?

Такого поворота моего корпуса никто не ожидал. Я прекрасно понимаю, что в их представлении сейчас микроб вякнул, вместо того, чтобы смиренно втянув голову перед повелителем, озвучить первое пришедшее в голову желание, и не задерживать церемонию. Но видимо, помечтать любят и в этом месте. Толпа оживилась. Только вот высказаться никто не решается.

– Разрешаю говорить. – раздался голос повелителя и народ оживился.

– Силы некроманта. – сказал тот, на ком я остановила взгляд.

– Возможности свободно переходить сквозь миры. – прохрипела, видимо, женщина: тело высокое, тощее. Спереди что-то наподобие груди вырисовывается. А вот «лицо» белое в складку, будто у рыбы-капли, которую мне как-то посчастливилось лицезреть.

– Не чувствовать голода. – просипело какое-то создание, с очень голодными глазами.

Даже захотелось скрыться от его взгляда за спиной будущего мужа.

– Вечной жизни проси у повелителя. – послышалось за спиной. Это мне рогатый, со змеёй на руке подсказал.

– Только для этого тебя сначала понадобится умертвить, а потом поднять. – хихикнул низенький, я бы назвала его чертёнок. Копыта точно при нём, и морда ворсом покрыта.

– А я бы на твоём месте воспользовался возможностью и отказался от ритуала обмена кровью. – небрежно бросил брюнет. Мой вчерашний знакомый, выгодно отличающийся от всех присутствующих своей красотой. Нет, в толпе есть довольно красивые мужчины и женщины, не только существа странной наружности, но... брюнет затмил их всех. И почему не он повелитель?

От повелителя ощутимо повеяло жаром, и даже цвет его «кожи» стал ярче, но он промолчал. Почему?

Что-то мне подсказывает, что для повелителя именно этот обмен является важным, но он даёт мне право выбора? Или он по каким-то законам не имеет права влиять на того, кто загадывает желание?

– Не обижайся, как тебя там, но сдаётся мне, что этот ритуал и есть цель этой свадьбы. Ты так своему повелителю подгадить хочешь? Странно, ведь именно ты меня к нему привёл.

Брюнет поджимает губы, а потом растягивает в очаровательную улыбку.

– Праведница, что и требовалась доказать. – находиться он. Что-то мне подсказывает: насколько он прекрасен снаружи, настолько же коварен внутри.

По помещению прокатился рокот, но повелитель, не глядя на толпу поднял руку, и все замолкли.

– Я могу позволить тебе распоряжаться богатством, наделить властью в этом и других мирах. – заговорил сам повелитель. – Ты сможешь отнимать жизни. Тебя будут бояться. Так скажи, чего ты хочешь?

– Простого женского счастья. – осознаю внезапно.

На какое-то время в зале повисла гробовая тишина. Видимо, данному контингенту сложно постичь смысл сказанных слов.

– Да будет так! – изрёк рогатый и не успела я вздохнуть, как он уже намотал свою змеюку нам на руки.

Повелитель не дёргается, и я не стала, последовав примеру его спокойствия.

Змеюка эта двуглавая, как-то подозрительно эти головы приподняла, распушив капюшоны над нашими запястьями. Не прошло мгновения — укус! Одновременно!

Пасть змеи над моим запястьем запачкалась красным, а над запястьем повелителя — золотым.

Кажется, я взвизгнула! Нет, заорала и попыталась скинуть с себя гадость! Не то, что мне страшен сам обмен, но особой любви к рептилиям я никогда не питала.

Мне не удалось. Наши запястья оказались накрепко сцеплены телом этой змеюки, будто стальными оковами, а повелитель даже не думает хоть немного пошевелить своей рукой. Соответственно и у меня руку хоть на миллиметр сдвинуть не получилось. Я лишь немного подёргалась корпусом, пока не поняла, что бесполезно. Осталось только выдохнуть и дождаться конца. Головы поменялись местами и снова укус. Снова меняются, и, укусившая меня голова ложится на запястье повелителя, а другая, на моё. Змея заскользила вокруг наших запястий, по кругу. Там, где её тело срасталась в хвост, она начала раздваиваться и, в конце концов, на наших запястьях застыло по змее, превратившихся в довольно изящные браслеты, напоминающие почернённое серебро.

– Обмен кровь состоялся! – торжественно объявил рогатый.

Теперь моя рука оказалась свободна и могла рассмотреть браслет поближе, тут же заметив, что глаза у змеи разные: с кроваво-красным рубином в одном глазу и янтарём в другом. Такой же и на руке повелителя.

Я всё ещё рассматривала глаза неожиданно возникшего на моей руке украшения, как краем глаза заметила, а потом и вовсе, распахнув глаза от удивления, наблюдала, как укус на руке начал затягиваться. Секунд за десять он исчез бесследно и неприятные ощущения вместе с ним.

Что же, не так страшен чёрт, как его малюют.

Повелитель берёт меня за руку, так, что наши браслеты соприкасаются. У меня возникает чувство единения. Оно ни хорошее ни плохое. Просто оно появилось, как и твёрдое ощущение, что я теперь под защитой повелителя.

Главное, чтобы от него самого защита не потребовалась... Как-то мне за последние сутки очень жить захотелось.

– Светлана, последняя из рода светлых. – торжественная пауза. Вот как загнул. Но не наврал, — фамилия у меня действительно Светлая. – Добровольно ли ты пришла сюда?! – Я задумалась. Конечно, принудительно, но вполне себе добровольно. По крайней мере, этот муж, будет со мной не ради денег.

– Добровольно.

– Повелитель всея тьмы и в ней скрывающихся. Клянёшься ли силой, что Светлана из рода Светлых не находится под твоим влиянием или заклятием, наложенным в твоих интересах.

– Клянусь.

– Повелитель всея тьмы и в ней скрывающихся. – Тут говорящий замялся. – Простите, я должен произнести. – Чуть тише извинился он. – Добровольно ли вы явились сюда? – Центикор вжал голову в плечи.

– Добровольно.

Что-то подсказывает мне, что и это не совсем так, но…

– Светлана из рода светлых клянёшься ли ты силой, что повелитель всея тьмы и в ней скрывающихся не находится под твоим влиянием или заклятием, наложенным в твоих интересах.

Я приподняла бровь. Он сам-то понимает абсурдность сказанного?

– Клянусь. – бросив короткий взгляд на жениха, я не смогла не улыбнуться. Вот прям силком такого завидного жениха до этого алтаря тащила.

– Тогда объявляю обмен кровью действительным. С этого момента жена является частью мужа. – Не собственностью, а частью? От этого странного места я ожидала немного иного.

– Все свидетели могут быть свободными. – коротко бросил Центикор присутствующим.

– Что даже банкета не будет? – обиженный голос их толпы.

– Вы и так себе каждый день банкет устраиваете. – парировал рогатый.

И это всё?! Нет, ну я, конечно, рада, отделаться, так сказать, малой кровью, но странно как-то всё. И теперь уже муж, неприязни не вызывает. Судя по церемонии, слово он своё держит, и, несмотря на страх окружающих, своей вседозволенностью не пользуется.

Я окинула взглядом до сих пор находящегося рядом со мной мужа: кроме человеческого силуэта, в нём ничего напоминающего человека нет! После церемонии никаких секретов не открылось. Я по-прежнему вижу, что вокруг него витает раскалённый воздух, а он сам, внушительных размеров силуэт. И всё! Но мне так хочется разглядеть в нём детали! Это к вопросу о том, что не нужно надеяться, что произойдёт чудо и твой муж после свадьбы изменится. Похоже я обманулась, как и миллионы женщин, подсознательно на что-то надеясь.

– Что, засмотрелась? Так нравлюсь? – раскатистый смех прокатился уже по пустому залу.

Глава 3

– Впечатляешь. Не против, если перейдём на ты? Все-таки женаты.

– Жена. Ты когда-нибудь хоть чего-то боялась? – задаёт резонный вопрос. В отличие от его подданных, я перед ним священного ужаса не испытываю.

– Змею? – предполагаю, улыбнувшись мужу.

Всё-таки наблюдая за его поступками, я убедилась в его адекватности. А раз так, то какая разница как он выглядит, если с ним есть шанс договориться?

– Она была тебе неприятна, не более.

– Всё чего я боялась, со мной уже давно произошло. – признаюсь. – Или ты расстроен? Хотел получить в жёны ходячий комок нервов? Спешу огорчить, таковых не осталось. – развожу руками.

Страха сейчас действительно нет, от слова совсем. Есть желание кое-что прояснить.

– Меня ты не боишься. Неприязни тоже нет. Улыбнулась во время ритуала. И сейчас, даже не интересуешься, что с тобой будет. – Ага... муж-то тоже ясности желает! Ещё одно доказательство, что не смотря на свой внушительный вид, он не деспот!

– А что будет?! – небрежно пожимаю плечами. – Ты же обещал, что насилия и боли не будет. А я, как жена, должна тебе доверять. Так что просто живём дальше так, как каждый из нас привык это делать!

– И как же ты привыкла?

– Без особого фанатизма к жизни. Впрочем, как привыкла, больше уже не будет. Всё-таки твоё появление оказало тонизирующий эффект.

– Моё? – он ещё и удивляется?!

– А хочешь я блины по утрам тебе печь стану? Или ты их не ешь? Судя по тому, какой ты горячий, они испепелятся ещё до того, как попадут к тебе в рот. Кстати, чем ты питаешься?

– Болью.

– Это я себе подфартила с желанием. – выдыхаю.

– Ты для меня важна. Я в любом случае не стал бы тебя убивать или причинять боль.

– Извини за нескромный вопрос, но как часто ты причиняешь кому-то боль?

– Чаще, чем хотелось бы, но я не делаю подобных вещей без причины.

Ладно.

Спокойно.

Дышим и притираемся.

По крайней мере он со мной честен, как и я с ним. Неплохой фундамент для семейных отношений. Полагаю, платонических.

– В таком случае, я всё же была права с первым желанием. Со страховкой всегда спокойнее. – делюсь соображениями.

– Ты раньше явно не имела дела с демонами. В твоей «страховке» есть изъян: убить можно и безболезненно.

Ну и как вообще мне с ним общаться, если на его лице и намёка на мимику нет?!

Даже не разберёшь: когда он серьёзно, а когда шутит! И вообще, умеет ли шутить? Очень надеюсь, что — да, но, логика подсказывает, что — нет!

Ещё и голос почти ровный. Я могу ориентироваться лишь по малейшим его оттенкам. И то задаюсь вопросом: а не моя ли эта фантазия, — оттенки? У него лишь вопросительная интонация чётко выражена и тон закоренелого правителя.

Но, как говорила моя бабушка: «Чтобы спокойно жить, некоторые недостатки мужа, лучше не замечать!»

– Спасибо, за поддержку, дорогой. – не удержалась я. – Мы выяснили, что я важна и убивать, даже безболезненно, ты меня не собираешься. Так что теперь? Куда идём?

– Ты, — никуда не идёшь.

Не нравиться мне его категоричность.

– В смысле? Мне тут постоять? Как долго? И как мне тебя называть? Повелителем мужа называть как-то странно… Вот кота, я бы так называла, а мужа… – морщусь… – Дьяволом? Ну это, если ты уж сильно меня доведёшь... – задумчиво приставляю палец к губам. – Может, просто, Муж?

– Не важно. Пусть будет Муж. Если тебе что-то понадобится, что-то действительно важное, – подчёркивает, – то положи руку на браслет и позови меня.

– Ты так говоришь, будто мы с тобой больше не увидимся?! – даже теряюсь.

– Возможно, так и будет. Контракт подразумевает твоё счастье, а женское счастье, насколько мне известно, состоит в терпимом отношении мужа к жене. А мне очень сложно быть вежливым и отвечать на твои многочисленные вопросы.

– То есть, это твоя вежливая сторона? – произношу озадачено. Значит, муж старается. – Ну да. Судя по должности, это ты привык задавать вопросы... Хорошо. Постараюсь задавать вопросов поменьше. Но ты и сам можешь облегчить нам задачу и рассказать, что от меня требуется дальше. Или самоучитель какой выдай типа: «Введение в чертовщину». Я в курсе, что брак вынужденный. Да и виды у нас, мягко говоря, разные… К тому же я ничего не знаю о твоём мире и это вызывает некоторые беспокойства. Здесь вообще еда человеческая есть? А какие традиции? Вдруг я чего начудю, — а ты же повелитель... Ещё придётся за меня краснеть. Хотя ты же у меня и так по жизни красный.

– У нас здесь лишь одна традиция.

– Какая?

– Не доводить повелителя.

– Это хорошо. С этим я точно справлюсь! – заключаю оптимистично.

– Уже…

– Правда?! Можешь мной гордиться!

– Что с тобой случилось? Вчера ты не выглядела такой… живой.

– Так свадьба же! Вроде самый счастливый день в жизни молодожёнов должен быть! Нет?! – прикусываю язык. Вдруг не поймёт иронии и напрошусь я на первую брачную. А я пока не готова... Ну, серьёзно…

– От тебя мне больше ничего не нужно. – будто читает мои мысли муж-повелитель. – Думаю, в своём мире ты будешь счастлива. Единственное, помни, что ты теперь замужем, и за кем.

– Разве такое забудешь? Ты… – не успела договорить, как перед глазами пошла рябь, и я оказалась в своей квартире. В дверь тут же постучали.

Я открыла, попутно переваривая выходку мужа. На пороге стоит симпатичный парень в форме курьера.

– Здравствуйте. Посылка от вашего мужа! – торжественно так.

– Быстро он… – осматриваю курьера на предмет первичных признаков инородности: рогов нет, копыт тоже. На вид типичный, родной хомо сапиенс. Но кто этих демонов знает, как они маскироваться могут?

– Что? – парень смотрит недоуменно, с большим знаком вопроса во взгляде.

– Ничего. Где расписаться?

– Здесь.

Расписываюсь и закрываю дверь.

Открываю конверт. Из него выпадает банковская карта и черная открытка с серебряной каймой.

Раскрываю открытку:

«Ни в чем себе не отказывай».

И подпись: «Муж».

Ниже, сегодняшняя дата. Предполагаю, что это и есть ПИН-код к карте.

На лице сама собой расползается улыбка.

А это я хорошо устроилась: мужу от меня, кроме моего счастья, ничего больше не нужно!

Главное загадать правильное желание. И вот оно, — счастье!

Скучала ли я по прежней жизни в достатке?

Наверное, не скучала. Мне было не до того. Но определённый дискомфорт определённо испытывала. Только считала это достойной платой. Почему-то до сегодняшнего дня я верила, что, если отдам всё заработанное родителями на благотворительность, где-то наверху им это зачтётся. Надо бы у мужа спросить, возможно ли такое? Но не дёргать же его по пустякам, когда он сказал, что возможно мы больше не увидимся.

Хоть мужчина он у меня и горячий, но пылкими чувствами я к нему не горю, и чего уж от себя таить, желаю держаться подальше. Разные миры — как раз расстояние подходящее! Впечатлений от обзорной экскурсии по его миру мне хватило. Более подробно присмотреться к нему и его обитателям, желания не возникает.

Странно... Раньше я чувствовала, что моя жизнь разделена на: «до» и «после» трагедии. Но, сейчас такое ощущение, что она перераспределилась на: «до» и «после» свадьбы, и, как ни парадоксально, с этого момента изменится к лучшему.

По крайней мере, даже не знающий меня муж заметил, что со вчерашнего дня я ожила.

Так и есть! Странным образом ко мне вернулся вкус к жизни. Не полностью, но теперь я иначе воспринимаю своё прошлое.

Последнее время мне было особенно сложно: меня отчислили за пропуски из медицинского. Сейчас я бы уже на третьем курсе училась. Впервые я пожалела об этом совсем недавно, когда мне исполнилось двадцать. Ко мне пришла вялая мысль, что я никак не ожидала встретить своё двадцатилетие, живя послушницей при монастыре. Следом за этой мыслью я вспомнила про учёбу и почувствовала сожаление. Всё-таки выучившись на хирурга, я могла бы спасать многие жизни.

Может быть так от меня хоть какая-то польза в этой жизни будет, — подумалось мне в тот день.

Именно эта мысль заставила меня покинуть стены монастыря.

Уже сидя в своей квартире, я поняла, что даже если восстановлюсь, заплатить за следующий год обучения мне будет просто нечем. Нет, я не жалею о своём широком жесте, но если бы я делала его в двадцать лет, я хотя бы оставила часть денег себе на обучение. Тогда же, я об этом даже не задумалась. Так же, как и не задумалась, что зарабатывать деньги на жизнь придётся самой.

Эта чёрная карта в руках с моим именем не ней, неожиданно вызвала восторг! Завтра же восстановлюсь на учёбу! Я всё-таки стану хирургом! Я всегда мечтала спасать жизни! И об этом же мечтала мама, тогда как папа хотел, чтобы я пошла по его стопам.

Подошла к окну. Посмотрела на мельтешащих людей внизу и уже раздолбанную за какие-то полгода детскую площадку. Соседи сверху опять бушуют. Снизу орут дети. Сбоку кто-то ритмично стонет. А что я хотела, заселяя в этот дом неблагополучных людей? Многие из них за первые полгода умудрились даже пропить и продать новые квартиры и вновь оказаться на улице. Но многим моя помощь действительно пришлась кстати. Чем себя и успокаиваю.

Наверное, стоит перечеркнуть старую жизнь, купить домик в спокойном районе, доучиться и устроится на хорошую работу. И почему такая дельная мысль пришла только сейчас?

Решила не откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня. Села за компьютер и начала подыскивать варианты жилья, но поймала себя на мысли, что даже не знаю какой суммой располагаю.

Значит отложим этот вопрос на потом, а сейчас пойду выгуляю красивое платье! Свадебная прогулка без жениха, конечно, оригинально, но не зря же я его так старательно выбирала?

К тому же есть хочется.

А не заявиться ли мне в лучший ресторан нашего города? Хотя… в таком платье и в одиночестве я привлеку слишком много внимания. Не хочется отбиваться от назойливых личностей. Муж чётко дал понять, чтобы я помнила, что замужем.

В итоге я сделала несколько селфи в красивом платье и заказала на дом пиццу, рассчитавшись картой. Не самое оригинальное использование такой многообещающей карты, знаю. Но слишком уж всё хорошо складывается. Настолько, что кажется стоит оступиться и всё рухнет.

Но об этом я подумаю завтра. Сегодня у меня по плану беззаботный диванный отдых!

Жевала пиццу я под романтическую комедию.

Уснула вполне счастливой!

Ещё бы! Казалось, что попала в безвыходную передрягу и даже толком не успела испугаться, как всё оказалось в точности наоборот!

Ко мне неожиданно вернулся вкус к жизни, а к нему ещё и карточка прилагается, пока неизвестного мне лимита.

Это как минимум странно...

Глава 4

Утром вопросов не убавилось.

Карта жжёт карман и хочется пройти до банкомата, чтобы посмотреть баланс. На телефоне я посмотрела, но с ним никакого чуда не случилось. На моём стареньком телефоне с под завязку забитой памятью, установлены все те же приложения, а приложение моего банка, как и раньше показывает только две карты. На одной сорок пять рублей, а на другой, оставшиеся от продажи родительской машины — четыреста двадцать три рубля.

Как бы ни хотелось узнать баланс, первым делом я всё-таки решила посетить монастырь, до которого так и не дошла, уже как два дня назад...

Нужно поблагодарить за всё и попрощаться, раз уж моя жизнь так круто изменилась. Но есть то, что меня тревожит: врать в святом месте мне совсем не хочется, как и рассказывать, что я вышла замуж.

На душе становится тревожно. Вдруг мне туда теперь вообще вход закрыт? Я ведь теперь жена самого...

Ну нет! – жёстко прерываю поток тревожных мыслей. – Хуже или лучше я от этого не стала!

Доехала на такси.

Да, второе использование карты тоже не может похвастаться размахом и оригинальностью и попасть под категорию: «Ни в чём себе не отказывай».

Выхожу из машины и со странным чувством подхожу к воротам.

Всё же с опаской захожу на территорию, а затем и в сам монастырь.

Молнии не сверкают, и перекреститься мне никто не мешает.

Что ж, злом во плоти я не стала. Хотя всё что я знаю о демонах это надуманные истории из фильмов, и они так разнообразны и противоречивы, как и фантазия сценаристов их снимающих.

Помявшись, всё же рассказала о замужестве. Даже подумала, что стоит сделать пожертвование. Всё же во многом именно на них держится монастырь. За меня порадовались. Впрочем, другого я и не ожидала. А вот к расспросам, уже на улице, после официального разговора, я оказалась не готова:

– Наверное, он очень хороший и заботливый, раз ты решилась на такой шаг. – одобрительно высказалась одна из послушниц, которой только что сообщили новость.

– Не могу сказать, насколько хороший, но он старается сдержать брачные клятвы.

– А как он выглядит? – спрашивает «сестра» Мария, — девушка, которая пришла сюда после меня, и она тут же получает многозначительный взгляд от «сестры» Софьи.

Да, разговоры о мирском, праздный интерес и даже шутки и смех здесь не приветствуются. Но сёстрам, особенно недавно пришедшим в эти стены послушницам, многое прощается. Впрочем, все остальные заняты на послушании, и я этому рада несмотря на то, что некоторых из них мне бы хотелось увидеть.

– Ну... он довольно яркая личность. – отвечаю уклончиво, потому что чувствую, ответа от меня ждут всё-таки обе сестры.

Благословение от Матушки я уже получила, так что могла со спокойным сердцем возвращаться в мир, избежав неудобных вопросов. Но и пройти мимо, тем более соврать, что я тороплюсь, — я не смогла.

Хочется верить, что несмотря на то, что я увидела и испытала пару дней назад: странный обряд, все эти неизвестные существа... Да само место, напоминающее преисподнюю, от воспоминаний о котором рука машинально тянется перекреститься, — никак не повлияло на меня. Не изменило мою суть.

То, что меня приняли в монастыре, признаюсь, заставило меня выдохнуть.

Как жаль, что там я не спросила, где нахожусь. Ведь это первое, что должен спросить адекватный человек. Но в первый день, мне было всё равно на свою и без того загубленную жизнь. А на второй, после свадьбы, когда я, как по волшебству воспылала любовью к жизни, и у меня появилась возможность задать вопросы самому повелителю, — я даже мысли развивать на эту тему не захотела, потому что предпочитала не знать ответа, который мне может не понравиться.

Хотя..., это как раз в моём характере. Я и раньше всегда старалась делать выводы самостоятельно, опираясь на то, что вижу своими глазами. Никогда не верила слухам или сплетням, впрочем, как и обещаниям людей, предпочитая наблюдать и судить по делам их.

И вот, как раз поступки моего мужа говорили о том, что если отбросить внешность, и даже вероятность того, что он, возможно, и есть сам дьявол, — в целом, он следует определённым правилам, и, судя по тому, что пошёл на нежелательный брак, чувство долга для него непустой звук. Но всё же лучше не думать о том, кто он есть. Я на стороне добра, здесь и останусь!

И всё же... побывав там, а теперь находясь здесь, я смотрю на это место несколько иным взглядом. Как же я надеюсь, что стремление к добру, любовь к ближнему и вот, всё это, — не просто пустые чаяния беспомощных людей, обратившихся к вере в поисках душевного покоя. Пожив в монастыре, я открыла в вере нечто важное для себя, поэтому неважно кто мой муж, ничто не помешает мне тянуться к добру и свету.

– Ты с таким благоговением смотришь на колокольню, сестра Фотиния. – обращается ко мне «сестра» София и голос её пронизан особым теплом.

– Правда? – жаль, что я не могу поделиться своими опасениями.

– А почему у тебя нет кольца на пальце? Ты точно вышла замуж или что-то от нас скрываешь? – задала вопрос «сестра» Мария. Она, как всегда, не сдержана. Уверена, никто другой бы мне подобного вопроса не задал.

Увиливать и хитрить в этом святом месте отчаянно не хочется. Подсознательно жмусь поближе к бордюру и механически начинаю теребить листик на свисающей над дорожкой ветке.

– Вместо колец мы обменялись браслетами. – меня бросает в жар, а потом в холод и не от вопроса. Просто я замечаю, как листик в моих пальцах начинает приобретать сначала светло-зелёный, потом жёлтый оттенок, который сменяется коричневым оттенком... В итоге, притянутая ко мне веточка пружинит от меня на прежнее место, а я, подушечками пальцев чувствую, оставшуюся у меня в руке часть засохшего листа.

– Правда! Никогда о таком не слышала. Покажешь? – выводит меня из состояния шока ничего не заметившая "сестра" Мария.

– Извините, мне ещё на учёбу нужно успеть. Сегодня я собираюсь восстановиться.

– Ты всегда стремилась помогать ближним. – мягкий ответ и спокойный голос "сестры" Софии придали моему голосу сил, коротко, но по всем правилам распрощаться.

Руки потряхивает. Ноги тоже не внушают особой надёжности, но я иду вперёд. Лишь бы перед сёстрами не рухнуть.

Так и вышла за ворота на ватных ногах и с бешено колотящимся сердцем...

Первым делом как вышла с территории, покосилась на стоящее рядом дерево. Очень уж хотелось к нему привалиться, но я не рискнула. Вместо этого просто присела на цементный край проходящего мимо монастыря водного канала, стены которого возвышаются над землёй почти на полметра.

Здесь постоянно журчит вода, но весной он наполняется почти до верха.

Немного отдышавшись от непривычно сильных эмоций, я успокоилась.

Без паники. Это уже со мной произошло. Теперь нужно лишь понять, как мне с этим жить, не навредив другим.

Без свидетелей решила удостовериться, что мне не показалось. Очень хочется надеяться, что это было временное помутнение рассудка, но помечтать, а потом ещё раз разволноваться, я себе не позволила.

Взялась за лист, растущего рядом, разросшегося веером прутов, клёна. Но ничего не произошло. Тогда я взялась за листик и потянула прутик себе, воссоздавая то, как всё было до этого.

Облегчённо выдохнула. Может кончик того листа изначально был сухой?

Мне уже на каждом шагу чудеса мерещатся.

Пошла по аллее прочь, на остановку, расположенную довольно далеко, попутно трогая растительность и даже букашек, но ничего не происходило.

Набралась храбрости и запрыгнула в битком забитый двадцать второй автобус, — единственный маршрут до дома.

Сначала напряглась, ведь со спины и сбоку, в общем, отовсюду, меня касались люди.

«Тебя будут бояться» – некстати вспомнила фразу мужа, которую теперь воспринимаю совсем иначе.

Нет. Не может быть! Я ведь этого не просила! Надеюсь, то, что было, мне лишь показалось и это не свадебный бонус, прилагающийся к церемонии.

Осторожно осматриваю соприкасающихся со мной людей. Ничего особенного не происходит, но я всё равно переживаю и стараюсь отстрониться, хотя никого не касаться в переполненном автобусе задача из ряда фантастики. Только сейчас вспоминаю, что я собиралась поехать на такси и совсем не домой.

На размышление уходит всего пара секунд, и я протискиваюсь ближе к выходу.

Тот странный листочек не заставит отказаться меня от планов на сегодняшний день! А сегодня по плану восстановление в медицинском! Надеюсь, с этим проблем не возникнет.

Проблем действительно не возникло. Особых... Из-за того, что я не окончила второй курс, меня возьмут не на третий со сдачей хвостов, а снова на второй и только на коммерческой основе. То есть, когда моя группа будет учиться на четвёртом, я продолжу обучение со второго. Впрочем, этому я даже рада! Не хотелось бы учиться с людьми, которые были свидетелями того, как я из жизнерадостной второкурсницы превратилась в ничто. Разумеется, мы столкнёмся в коридорах, встречи не избежать, но это комфортней, чем находиться в одной аудитории.

Возвращаюсь домой уже окончательно придя в себя и даже не поленившись узнать лимит карты в банкомате. Сумма с семью нулями меня впечатлила. Странно, что круглая. Я же сделала мелкие траты.

Уже на подходе к подъезду прибавляю шаг, издалека завидев соседа с бульдогом. Собака на всех рычит, а он гордо водит её без намордника. Более того, вечно нагло заваливается с ней в лифт, когда в нём кто-то уже есть. Ехать вместе с агрессивной псиной и её неадекватным хозяином, никому не хочется.

– Света, придержи дверь. – орёт он издалека.

Делать нечего, придерживаю, попутно ругая себя то, что никогда не могу пойти против себя и нагрубить. А вот такие люди как он, вежливости и добра не понимают. Они воспринимают всё это как должное им и для них. Сами же, хамят на каждом шагу.

Грозная собака шагов за двадцать до меня начинает вести себя непривычно: сначала замедляет шаг, топчется на месте, а затем и вовсе начинает скулить и, припадая на передние лапы, ложиться, несмотря на усилия хозяина, дёргающего её за поводок в мою сторону и уже фактически грубо волокущего животное за ошейник. Собачка увесистая и получается у соседа не ахти.

– Я пойду. – предупреждаю соседа и скрываюсь за дверью.

И что это было? У меня, наверное, паранойя. Не может же любое необычное на мой взгляд происшествие, быть как-то связано с моим замужеством?

Захожу домой.

Вдруг с потолка прямо мне под ноги падают перчатки телесного цвета и карточка: «Советую носить».

Это чтобы разноглазую змейку никто не видел? Так я рукавом прикрою.Не забудьте поставить истории лайк!

Глава 5

Прошло уже несколько месяцев.

Наверное, муж действительно решил больше никогда со мной не видеться. С последней весточки от него в виде непонятных перчаток, прошло уже немало времени. Я купила новый дом в отличном районе: даже чтобы заехать на территорию, нужно проехать через шлагбаум, пикнув карточкой. Сегодня я приехала, чтобы проконтролировать, как идёт ремонт. Дом в два этажа общей площадью сто двадцать квадратных метров. Не слишком большой для большинства, но для меня одной он кажется огромным!

На первом этаже кухня со столовой, гостиная и санузел, — они ещё не завершены.

На втором, в угловой комнате с панорамными окнами, занимающими целых две стены, расположилась уютная «библиотека», оформленная под зимний сад. Библиотека, потому что среди растений стоит диванчик для чтения. Посередине, средь зелени, висит белое плетёное кресло-гамак. Из стены в случае необходимости раскладывается письменный стол. Здесь же, у внутренней стены, стоит массивный деревянный стеллаж, на который при переезде перекочует от силы пара десятков книг. В основном по учёбе. Кроме того: всякие вазочки и несколько милых мелочей.

На этом же этаже моя спальня. Здесь всё просто: кровать, две тумбы по бокам от неё, шкаф и пуфик возле косметического столика. Всё белоснежное.

Двум комнатам я так и не придумала назначение. Кроме того, здесь ещё один санузел и просторная гардеробная. Зачем она мне, пока не знаю. Все мои вещи помещаются в небольшой шкаф. Хотя учитывая мою безлимитную «волшебную» карточку, постепенно я найду чем её заполнить. Карточка и правда оказалась волшебной! Сколько бы я ни снимала или тратила, баланс на ней остаётся прежним! Мне кажется, что и кол-во нулей там просто, чтобы были, а так на неё можно покупать и сверх лимита.

Это когда нет денег, кажется, что купил бы и то, и это. А когда я зашла в магазин, решив как следует потратиться, не ограничивая себя ни в чём, — поняла, что эта вещь мне без надобности, вот это я навряд ли когда-то надену. В итоге я обновила гардероб сравнительно на небольшую сумму. Думаю, не на большую, чем это позволяет себе среднестатистическая студентка.

Дом я тоже выбирала не по площади и цене, а из расчёта, чтобы меньше убираться. Да, я осознаю, что могу позволить купить себе хоть дворец и нанять прислугу. Но оно мне не нужно. К тому же сребролю́бие — это один из смертных грехов и даже безлимитная карта мужа, меня к этому не склонит.

Нет, я не впадаю в крайности, но и брать больше, чем мне действительно нужно для жизни, — не планирую. Тут невольно задумаешься: а не испытание ли это для меня свыше? А может, и муж преследует неведомые мне цели...

В общем, особо голову ломать я не стала. Истина, всё равно, где-то там! А я здесь, будто вновь воскресшая в этой жизни. И я планирую дышать полной грудью, не забывая жить на полную катушку! Я люблю делать людям добро и это никак не связано с верой или же иными причинами. Просто мама такой родила. От этого в груди будто что-то согревается. Поэтому я уже и монастырю на нужды пожертвовала, и ещё пару добрых дел успела сделать. Муж, видимо, оказался не против. Но на грустном примере с состоянием моих родителей, я поняла, что помогать нужно не деньгами. Моё призвание, — это лечить людей. Материальное благо ничто по сравнению со здоровьем. Наверное, это и есть мой собственный путь.

Только недавно я познала одну вещь, ту, о которой не пишут в умных книгах: чтобы сделать счастливыми других людей, прежде всего нужно самой стать счастливой.

А для счастья мне, много не нужно. То, что просит душа, — это домашний уют и покой. Покривлю душой, если буду отрицать, что не оценила комфорт передвижения по городу на арендованной машине.

Чтобы сделать из дома уютное местечко, мне пришлось не один час провести в компании дизайнеров. Зато, мне определённо нравится то, что я вижу!

Лариса, милая девушка-дизайнер, стоит рядом со мной, вся такая одухотворённая, с наметившимся животиком.

– У нас остались две незадействованные комнаты, – напоминает мне, – идею с гостевыми, спортзалом и кинотеатром вы отклонили.

– Я решила оставить их в покое. Косметический ремонт от застройщика там уже есть и для пустующих комнат этого вполне достаточно.

– Может быть, действительно лучший вариант оставить две комнаты под детские. – вдруг заключает она. – Вы молоды и счастье материнства для вас не за горами. Как узнаете кого ждёте и комнату в процессе ожидания обустроите.

– Какие дети?! – неожиданно для себя вспылила я. – Да я даже не...

Нет, всё-таки... замужем.

Меня накрыло осознанием.

Я впервые подумала о том, о чём раньше не задумывалась: «Маловероятно, что у меня, теперь, когда-нибудь появятся дети».

И тут же меня посетила другая, более страшная мысль: «А что, если я встречу человека, в которого влюблюсь?!»

Не то, что я считаю, что способна снова кому-то довериться, но всякое бывает... Определённо не сейчас, но кто знает, что произойдёт через несколько лет?

Почему эта мысль пришла ко мне сейчас, когда, казалось бы, жизнь налаживается и я вновь чувствую себя действительно живой?! Хотя, наверное, именно поэтому.

Ради справедливости напоминаю себе, что не вмешайся в мою жизнь брюнет, и реши я принять постриг, у меня всего этого бы тоже не было.

Нет, не так! У меня бы не было гораздо большего! И я сейчас совсем не про жизнь в достатке говорю.

Вывод: мне просто нужно стараться держаться подальше от привлекательных парней, а то мало ли чем это может для них обернуться.

Всё! Не думаем о несбыточном! Жизнь и без того складывается не так уж плохо!

Жду не дождусь переезда! В квартире уже почти всё по коробкам лежит. Думаю, успею перебраться в дом до начала учебного года.

Единственное, от мечты завести кошку всё-таки придётся отказаться. С недавних пор при близком контакте они шипят, вырываются, и, вообще, стараются всячески меня избегать. А вот собаки при моём появлении не убегают, а скулят и ложатся, вытянув передние лапы и положив на них голову. Особо я не экспериментировала, но, разные виды животных, реагируют на меня по-разному. В зоопарк мне определённо лучше не заходить. Только птицам и людям, судя по всему, на меня всё равно.

Сначала, когда начала замечать подобное я забеспокоилась и даже подумывала вызвать мужа, чтобы получить ответы, но это лишь реакции животных, которые могут реагировать на разноцветную магическую змею на моём запястье. Змей боятся многие животные. Прислушиваясь к себе, никаких изменений я не уловила и беспокойство постепенно сошло на нет.

Прощаюсь с дизайнером, давая необходимые указания, и сажусь в арендованную на день машину с водителем. Может быть, скоро решусь получить права, но пока мне кажется, что вождение не для меня. А ещё я не определилась, стоит ли «одинокой» девушке светить своей безлимиткой, покупая дорогую машину и нанимая постоянного водителя? Пока я приноровилась брать скромные машины с водителем напрокат, за практически символическую сумму.

На сегодняшний вечер у меня волнующие планы. Еду на встречу одноклассников. Класс у нас был дружный и я была лишь на первой встрече после выпуска из школы. А теперь волнуюсь.

Навряд ли я буду рассказывать там о замужестве или о достижениях, которых нет, но увидеть всех хочется. С этими людьми у меня связаны очень светлые воспоминания. Может, сейчас по мне не скажешь, но до случившегося, ещё в школе, я была лидером в классе.

Встреча проходит весело. Все рады меня видеть, а я их. Настолько, что возвращаюсь я на такси почти в четыре ночи.

Поднимаюсь на лифте с улыбкой вспоминая игру в фанты и Сашку. Обаятельный блондин и я симпатизировали друг другу вплоть до выпускного, но никто из нас так и не решился сделать первый шаг. Возможно, это моя вина. С Марком я начала общаться класса с десятого и он заполнил собой всё моё свободное время.

– О! Соседка... А я к тебе за солью иду... чаем напоишь? – Гоша с четвёртого пошатываясь, опирается одной рукой за косяк у входа в мою квартиру.

– В четыре утра? – тороплюсь войти, но бывший бомж, успевает вставить ногу в дверной проём и пытается раскрыть дверь ещё шире.

Стараюсь ему противостоять.

– Соли-то дай хоть.

– За солью утром приходи. А сейчас, иди отсыпайся. И откуда у тебя деньги на это всё берутся? На соль уже не хватило, да? – злюсь, пытаясь закрыть дверь, но этот кабан за год конкретно отъелся и хрупкой девушке против него просто не устоять.

– Да ладно тебе... Праведницу строишь перед бывалым? Добренькая, да? Благодеядаль...деяль... – сплёвывает. – Знаем мы таких...

Дверь резко распахивается, роняя и меня на пол. Зажмуриваюсь, хватаюсь за браслет и кричу: «Муж»!

В это же мгновение слышу грозное рычание, а после, истошный крик Гоши, филейную часть которого прокусили и поволокли, за неё же, прочь из моей квартиры!

– Помогите! – орёт сосед, пытаясь вырваться.

Соседи, привыкшие к крикам, даже не реагируют и на помощь ни к кому не спешат.

– Отпусти его, пожалуйста. – прошу не особо надеясь, что мой спаситель меня послушается, но это происходит.

Гоша, в слезах и соплях, шатаясь, прихрамывая на обе половинки, посылая проклятия, — уносит ноги. А я смотрю на своего спасителя.

Пёсель, примерно мне по колено, коричневый, короткошёрстный, но на этом его средние показатели заканчиваются. На голове у пёселя увесистые рога с перетяжками, направленные вперёд и загнутые зигзагом. Чуб, нос, пушистый воротник и передние лапы, — имеют зеленоватый, даже немного перламутровый оттенок. А на длинном, мощном, длиною с туловище хвосте, вместо кисточки, увесистый красный шарик. Таким по ноге прилетит, и прощай косточки!

– Зайдёшь? – предлагаю, будучи не до конца уверенной, что он меня всё же понимает.

В ответ он посмотрел на меня зелёными, будто кукольными, глазками-бусинками и правда зашёл!

– Тебя муж послал?

Пёсик чуть заметно кивнул.

В общем-то, он милый. Даже острые клиновидные клычки, доходящие до середины нижней челюсти, придают ему лишь очарования.

– И как тебя зовут?

Словно в ответ на мой вопрос на его груди мелькнула железная подвеска в форме косточки с красной надписью. Я потянулась к своеобразному медальону рукой, но пёсель, заскулив, попятился?!

– Ты что? Меня боишься?

Виноватый взгляд в ответ.

– Ты же мой спаситель! – не скрываю удивления. – И, вообще, из нас двоих, — острые клыки у тебя!

Пёсель кивает на меня.

Я всё равно ничего не понимаю! Пожимаю плечами.

Вздохнув, пёсель принюхивается, идёт к тумбе и достаёт оттуда почти забытый мной странный подарок от мужа, — перчатки! Подходит, и не бросает их, а кладёт на журнальный столик, стоящий рядом со мной.

– Хочешь, чтобы я их надела?

Кивает.

– Ты что, ядовитый?

Снова вздох.

– Хорошо, раз ты так боишься мне навредить, я надену. Вот видишь! – демонстративно натягиваю.

С восторгом отмечаю, что с виду хоть перчатки и матерчатые, на руках не ощущаются вовсе, — будто вторая кожа!

Теперь пёсель спокойно подошёл ко мне и сел у моих ног.

– Теперь тебя можно погладить?

Я присела к нему и чуть опасливо почесала между рожек.

Судя по взгляду, эта незатейливая ласка ему понравилась. Странно, но я чувствую его шерсть, будто на мне вовсе нет никаких перчаток!

– Ну давай, теперь посмотрим, как тебя зовут? – беру в руки бирку. – Герион? Какое солидное имя! Тебе идёт. – с упоением тискаю пёселя, в которого уже влюбилась!

Я особой любви к собакам, особенно после соседского бульдога не питаю, но Герион стал приятным исключением.

Натискавшись пёселя, я встала и пошла в холодильник за лакомством для него.

– Ты колбасу любишь?

Тот лишь фыркнул и развернулся.

– Ты обиделся?

Герион отрицательно качнул головой и кивнул в сторону двери.

– Тебе пора?

Кивает.

– А ты можешь остаться? – смотрит, как мне кажется, удивлённо. – Пожалуйста. Как видишь, защитник мне не помешает. – недоверчивый взгляд. – Ну ладно, ты мне понравился. – признаюсь. – И если у тебя нет острой необходимости возвращаться в... ну, туда, откуда ты ко мне пришёл, то оставайся.

Герион развернулся и, подойдя ко мне, сел, заглянув в глаза.

– Останешься? – спрашиваю с надеждой. Всё же разумное существо и мне с ним не будет одиноко. И местных бульдогов, говорящих и не очень, заодно приласкаем!

Кивает.

– Тогда диван твой, а кровать моя. Договорились?!

Кивает.

– И ещё. Надеюсь, в твой рацион входят не только филейные части моих соседей?

Фыркает и издаёт что-то типа смешливого похрюкивания. Глаза-то точно прищурил.

– Какой же ты классный! – снова с упоением начёсываю его невероятно пышный воротник, под которым не обнаруживаю ошейника! Бирка будто на игрушке висит, прикреплённая невидимым клеем...

Но, это такие мелочи, потому что я с упоением зарылась в тёплый густой воротник сразу двумя руками! Теперь у меня появился персональный антистресс! Жаль собаки не могут тарахтеть как кошки. Судя по закатившимся глазам Гериона, он сейчас как раз в том состоянии!

Наутро ко мне заявился сосед, но уже с извинениями.

Опасливо косясь на Гериона, он путается в словах, переминаясь с ноги на ногу.

– И что это за порода такая, размером в медведя! Разведут же... – ошарашивает под конец извинений, продолжая украдкой бросать взгляды на сидящего в позе сфинкса пёселя.

С медведя?! Не помню медведей, чтобы в холке по колено были. Разве что панды.

Вывод о состоянии, вдруг ставшего вежливым соседа, напрашивается сам собой: или он видит моего пёселя как-то иначе, или же за ним белочка, размером с медведя, пришла.

– А какая, по-вашему, цветом шерсть у моей собаки? – задаю контрольный вопрос.

– Бурая, конечно. – посмотрел на меня так, будто это он в моём психическом состоянии сомневается...

– А хвост?

– Да кто его знает? Короткий, наверное, – крайне неуверенно. – Не видать мне отсюда! – Разводит руками Гоша, бормоча ещё что-то себе под нос.

В это время Герион своим «мячиком», уже совсем нетерпеливо, туда-сюда, долбит по полу. Не нравится ему посетитель, даже если тот почти протрезвел и извиняться пришёл. А я за пол — серьёзно так опасаюсь!

– Герион, пойдём, прогуляемся? – зову пёселя, вытесняя соседа подальше от двери своей квартиры.

На разум Гоши лучше не надеяться.

Прогуляемся, а заодно я и выясню: как другие люди Гериона воспринимают. Думаю, по реакции первых прохожих пойму. А если вдруг увидят его таким, какой он есть, так в наше время собачкой в «костюмчике» никого не удивишь!Тот самый Герион:))

Глава 6

Первый учебный день

Хорошо, когда всё идёт чётко по плану!

Да, сегодня именно такой день!

Уговорив везде следующего за мной по пятам Гериона остаться дома, я прыгаю в подъехавшую за мной машину.

Настроение отличное! Я чувствую себя гораздо спокойнее и увереннее, чем в первый день первого курса. В общем-то, даже не беспокоюсь, что группа уже сформировавшаяся, а я одна буду новенькой. Интересно даже как-то.

Захожу в давно знакомую аудиторию. Та самая, классическая, где непрерывные ряды парт, ряд за рядом, уходят вверх.

Ничего не изменилось. Только наполнена она незнакомыми мне людьми.

Почти все места заняты. Замечаю несколько мест на первом и втором рядах, а также галёрке.

Ощущаю лишь несколько любопытных взглядов. Основная масса студентов сидит, уткнувшись в свои гаджеты. Судя по количеству студентов, лекция сразу для всего курса.

Приметив крайнее место второго ряда, в противоположной стороне от окна, — направляюсь туда.

Неосмотрительно плюхаюсь на жёсткое сидение. Чуть поморщившись от жёсткой посадки, закидываю рюкзак на парту, чтобы достать тетрадь и ручку. Латинский язык лучше записывать. Откровенно говоря, после долгого перерыва, в памяти осталось не так уж много, — и это определённо не латынь.

– Привет. – дождавшись, когда я высуну «голову» из рюкзака, сидящий рядом парень обратил на себя внимание.

Симпатичный брюнет с обаятельной улыбкой. Чуть худощав, но это его не портит.

– Привет. – скромно улыбаюсь в ответ.

Подаётся чуть вперёд ко мне и я улавливаю сладковатый запах морской свежести.

– Не замечал тебя раньше в универе. – доверительно сообщает мне, будто это огромный секрет.

– А ты всех учащихся здесь девушек запоминаешь? – стараюсь ответить немного стервозно.

План держаться подальше от парней, даже таких обаятельных, — не нарушаем!

– Таких ярких как ты, обязательно! – подмигивает.

– Ярких?! – давно мне подобных определений не давали.

Усмехнулась над пришедшей в голову фразой: замужество красит женщину. Или там про материнство было?

Светик, просыпайся и не висни от дежурных комплиментов! Дело не в тебе! Похоже, мальчик избалован женским вниманием и умело пользуется своим очарованием.

– Почему усмехаешься? Я серьёзно, – делает вид, будто оскорбился. – Тебя бы запомнил. Кстати, я Кирилл, а балбес рядом со мной, — Костя.

Костя тоже смотрит в мою сторону, но ограничивает приветствие сдержанным кивком.

Что ж чисто внешне балбесом я бы его точно не назвала. Вид у этого блондина, как у человека, который знает чего хочет. Правильные черты лица с чётко очерченной линией губ и тяжёлым взглядом голубых глаз, — лишь добавляют ему серьёзности. А выверенные, чисто мужские жесты и мимика, добавляют образу некой недоступности.

Киваю ему в ответ. Он тут же теряет ко мне интерес, уткнувшись в свой гаджет.

– Ты в какой группе?

Я не успеваю ответить, потому как в аудиторию входит Семён Аркадьевич. Престарелый мужчина на вид точно больше семидесяти лет. И кто ему латынь додумался доверить вести? Он слова-то уже не слишком внятно произносит. Я ничего против возраста не имею, но… ведь и о студентах, которые вынуждены прислушиваться и расшифровывать и без того неизвестный язык, нужно подумать!

Начинается занятие с того, что он делает перекличку, после чего записывает на доске алфавит, хотя то же самое, можно было вывести на экран через проектор и не тратить время. Он так явно не считает, старательно выводя и проговаривая написанное, заодно проговаривая буквы и делая акцент на их классическом произношении.

После английского и французского, которые я изучала в школе, с Латынью я путалась, особенно с буквой «С», которая здесь во всех случаях читается как «К».

Почерк, нужно отметить, у Семёна Аркадьевича каллиграфический. А вот у меня он такой, что преподавателем мне точно не быть!

Вводную часть предмета и произношение букв я ещё помню, а вот дальше, думаю придётся напрячься, чтобы сдать.

Оглядываюсь назад. Почти никто не пишет. Наивные... Уверены, что всё это можно найти в интернете. Я хоть и помню, но всё равно записываю табличку в тетрадь. Помню, что у этого преподавателя, допуск к зачёту можно получить, лишь предъявив все лекции в тетради.

Скоро все ломануться в поисках: «У кого списать»! Так было и на моём прошлом втором курсе. Не думаю, что эта группа будет сильно отличаться от моей предыдущей. Но, вот, мой конспект, навряд ли кому-то поможет. Красиво и ровно, — это не про меня. Поэтому мои бывшие однокурсники довольно быстро оставили попытки списать у меня лекции. Даже шутили, что я ещё не медик, а почерк уже как у профессионала со стажем!

– Т-с-с. – обращает на себя внимание Кирилл и кладёт рядом записку.

Разворачиваю.

«Ты из какой группы?»

«4» – пишу ответ под его вопросом, сворачиваю как было и передаю записку назад Кириллу.

Мы даже в школе сообщениями в мессенджерах перебрасывались, а здесь бумажка.

Это даже мило.

Разворачивает листочек, нависает над бумажкой, и, будто огораживаясь от Кости, что-то старательно в ней пишет.

Даже интересно стало что?!

«Супер:) После занятий встретимся внизу.»

«Зачем?» – передаю ему бумажку с ответом.

«Народ решил отметить первый день учёбы. Познакомлю тебя с нашими.»

Не думаю, что если я схожу пообщаться с однокурсниками, то нарушу «рекомендации» мужа.

В любом случае жизнь продолжается и ближайшие шесть лет я буду общаться с этими людьми.

Сегодня все лекции были на поток. На третьей паре моё внимание привлёк опоздавший парень. Высокий стройный блондин. Судя по разнёсшемуся по аудитории женскому шёпоту, он привлёк не только моё внимание. На перемене я услышала, что он, как и я, новенький.

Очень стильный парень. Не удивлюсь, что актёр или модель. Держится довольно обособленно. Взгляд голубых глаз холодный. Хоть и на вопросы девочек, добивающихся его внимания в коридоре, отвечает вежливо и сдержано, — но всё-таки уклончиво.

Мы с Кириллом, Костей, а также несколькими одногруппниками стояли возле закрытой аудитории, всего в паре шагов от новенького. Было прекрасно слышно каждое слово. Голос у него, кстати, тоже, довольно приятный. У некоторых девушек от одного его голоса румянец на щеках выступал.

В этом году двое новеньких, но фурор вызвал только он. Я же разве что вызвала ленивый интерес у всех кроме Кирилла. Да, мне на перемене тоже задавали вопросы: откуда я, почему перевелась, но стоило заикнуться, что не переводилась, а восстановилась на второй курс, вопросов ко мне не осталось. Всех интересовал он!

А он, вёл себя так, будто всеобщее внимание ему привычно. Несколько раз мне даже показалось, что блондин бросил на меня заинтересованный взгляд.

Мне и самой хотелось его рассмотреть. Нет, я не забыла, что замужем, увидев этого красавчика. Но ведь и замужним женщинам приятно знать, что они нравятся привлекательным парням! Лишь приятность, не более.

После пар Кирилл, будто опасаясь, что я сбегу, сопроводил меня до места встречи. На улице толпилось немало студентов. Кирилл повёл меня к самому большому скоплению людей.

Они уже наперебой обсуждали план дальнейших действий.

Кирилл представил меня всем, а всех мне. На это у него ушло секунд двадцать.

Вслед за нами подошёл парень по имени Дима.

– А новенький в нашей группе? – спрашивает его одна из девушек.

– Не узнал. Он вроде со всеми из аудитории вышел, а потом будто испарился.

– Значит, празднуем без него. – сделал вывод Кирилл.

– Ещё не факт, что он в нашей группе. Его девочки из первой спрашивали, но он так и не раскололся.

– Нашёл из чего тайну мутить. – вклинился Виталий. – На первых же парах, где будем распределены по группам, станет ясно из какой он.

На этом про новенького тут же забыли, но переключились на новенькую, — меня.

Группа, как мне шепнул Кирилл, собралась почти в полном составе и тут же заверил, что мне повезло попасть именно к ним.

Наблюдая за ребятами, я сделала для себя вывод, что он прав. Есть чем сравнить. Моя прошлая группа была «разбита» на группы по два-четыре человека, которые не очень-то общались с остальными. По крайней мере все вместе мы собирались разве что на посвящение.

Мой проводник в студенческое сообщество, оказался тем самым суперклеем, способным слепить из, казалось бы, пёстрого и несовместимого, — нечто целое и гармоничное. А ещё он здесь явно заводила и генератор идей. Ну очень активный парень.

После серии общих вопросов в мой адрес, все вернулись с животрепещущему вопросу: «Куда податься?»

Прозвучало много предложений, но такое кол-во людей могла вместить либо лужайка в парке, либо заранее арендованное помещение. В это время суток все нормальные кафешки и без нашей толпы переполнены. Поэтому на предложение засесть в кафешку, принадлежащую Косте, куда всех пригласил Кирилл, никто не отказался.

Костя озвучил лишь одно условие: «Каждый платит за себя».

Кафе оказалось в пешей доступности от универа, так что добрались мы быстро и довольно велело!

Формат кафе тянет на ресторан. Цены в меню особенно. Мы разместились в отдельном зале. Нам сдвинули столы. Здесь же, по периметру размещались мягкие зоны на четверых. В них мы побросали свои сумки. Ещё здесь имелась небольшая, я бы сказала символическая сцена, над которой висел большой экран и стояла стойка с микрофоном.

Я более заинтересованно взглянула на Костю. Разумеется, из-за денег.

Если быть точной, меня заинтриговало: если у него уже есть собственный бизнес и этот бизнес никак не связан с медициной, — тогда зачем ему учиться на врача?!

Медицинское образование для галочки не получают.

Напрашивается только один вывод: неужели он такой же, как и я?

В свои двадцать лет, а больше ему не дашь, Костя производит впечатление рассудительного делового человека. Могли ли у него быть схожие со мной мотивы для поступления?

Возможно...

Внимательно смотрю в его лицо…

В деньгах мы оба не нуждаемся. Хочет помогать людям?

Нет. Добрых людей сразу видно: у них тёплый взгляд и уж точно не высокомерный вид.

Костя такой серьёзный, если не сказать, холодный и знающий себе цену. И как его Кирилл балбесом умудрился назвать?

– Новенькая, тебе что, наш Костян понравился? – заставляет смутиться Виталий.

Глава 7

Костя отвлёкся от беседы по телефону, сел на свободное место рядом со мной и вцепился в меня внимательным взглядом, после чего вдруг усмехнулся.

Что?!

За кого он меня принимает?!

Неужели и правда думает, что я запала?! Да, я... Я! Я — вообще-то, замужем!

Чуть не задыхаюсь от возмущения, но быстро беру себя в руки и рисую максимально непринуждённое выражение лица.

– Виталя, придержи фантазию. Меня скорее заинтересовало, как такой холодный человек, как Костя, решился стать врачом.

Эта фраза была адресована прежде всего Косте, и я специально встретилась с ним взглядом, чтобы всем показать, что меня парни не интересуют!

Покер фейс удержать сложно. Всё-таки мой образ жизни за последний год оставил свой отпечаток. От общения с парнями я несколько отвыкла, да и от праздного образа жизни тоже. Так что и с девушками, у которых голова забита шмотками и парнями, мне будет нелегко, не говоря уже о самоуверенном крутом парне, сейчас дерзко изучающем меня взглядом. Но и от смирения под этим взглядом не осталось и следа!

– Ну? И к каким выводам ты пришла? – чуть склонив набок голову, спрашивает Костя. Вид у него по-прежнему серьёзный, но что-то мне подсказывает, что он с меня забавляется.

– Теряюсь в догадках. – пытаюсь нарисовать непринуждённую улыбку, показывающую, что мне, в общем-то, и неважно.

Весь день ловлю себя на том, что меня будто из крайности в крайность бросает. В какие-то моменты во мне просыпается та самая уверенная в себе и даже немного дерзкая восемнадцатилетняя Лана, как называли меня школьные друзья, но чаще во мне живёт спокойная, терпимая к окружающим и ровно дышащая к происходящему двадцатилетняя Светлана. Но в данный момент, при виде этого знающего себе цену красавчика, я вообще, сама не своя!

– А у него уже бизнес-план по открытию собственной клиники есть. – разрывает наше взаимное сверление глазами Виталий. – И бабла он солидно сколотил на открытие. – говорит таким разъясняющим тоном, будто эта информация общедоступна, а я только одна об этом не знаю.

– Точняк! Самых лучших он обещал пристроить на тёпленькие местечки. Так что старайся. – добавил рыжий парень. Как зовут, я не запомнила, но много раз слышала, как к нему обратились: «Рыжий».

– А мне не нужно тёпленькое. – меня вновь задевает навешиваемый на меня ярлык! После всего через что я прошла, меня путают с человеком, который жаждет материальных благ! – Я возвращалась на учёбу с самыми чистыми побуждениями. – сжимаю кулаки, прижимая к себе.

Давно я так из себя не выходила. Теперь, когда мои эмоции вернулись ко мне, они кажутся беспредельно яркими, захлёстывают лавиной, но сейчас...

Да, помню: смирение и не пускать злость в своё сердце. Но, как это контролировать, ведь я наверняка даже покраснела от обиды!

Уже и забыла, как это бывает, — настолько яркие эмоции! Вообще не помню, чтобы раньше испытывала подобное...

Умом понимаю, что это всё пустое, но всё внутри меня сопротивляется голосу разума! Будто огонь по венам течёт от этой несправедливости!

– Рыжий, прекращай девочку троллить. Новенькая уже пыхтит от злости. – одёргивает его Дима.

– Я хочу помогать людям, в обычной больнице, не делая между ними разницы, основанной на платёжеспособности. – решаю уточнить для ясности, потому что взгляд Кости мне по-прежнему не нравится. Будто подозревает меня в чём-то.

– Мать Тереза? – снисходительно усмехается Костя и некоторые его поддерживают.

– Костя... – это ему Кирилл, укоризненно.

– Даже не претендую. – знаю, сейчас я рискую стать изгоем в группе и когда-то бы это меня остановило, но… – Я лишь высказала свои причины выбора профессии. А наживаться на горе других, не по-христиански.

– Точно, Тереза... – прыскает Рыжий.

– Очередная тепличная девочка. – звонко цокает Костя, откидываясь на спинку стула.

– Такую из-под крылышка родителей выдерни, и она погибнет. – насмешливо подпевает Виталька.

Мне кажется, или эта дружная группа решила дружить против меня?

– Светка, снимай розовые очки. Чем быстрее, тем лучше для тебя. – вдруг беззлобно советует Костя. – Предки не всегда будут рядом.

Даже немного теряюсь от такой резкой перемены в парне.

А он прав. Я ведь и правда, после смерти родителей была уничтожена. Не выжила. И если бы не муж, я бы здесь сейчас не сидела. А если бы и сидела, то точно без эмоций и тем более, без желания жить.

– А ты прав. – обращаюсь к Косте. – Только потеряв всё, ты можешь решить для себя, насколько важно материальное, и важно ли оно вообще.

– И насколько оно важно для тебя? – Костя приподнимает бровь, но теперь уже заинтересованно, без намёка на издёвку.

– Для меня деньги, это лишь приятный бонус к тому, что я действительно хочу привнести в эту жизнь. В мире и без того куча всякой дряни. Неужели тебе не хочется привнести в неё добра, сострадания, к таким же, как и ты, людям? – Мимика Кости на этот раз ничего не выражает. – Нет? Мне жаль тебя, если твоя самоцель, лишь деньги.

– Света, давай вернёмся к этому разговору лет через пять. К тому времени ты наберёшься ума и будешь сама искать сострадания. Удивлюсь что с твоим подходом к жизни, тебе на подгузники детям денег будет хватать.

Да что они всё про детей?! Вот и соседка вчера привязалась с тем, что я молодая одинокая и... бездетная. Да и не только она. Даже интернет мне рекламу для молодых мамочек умудряется выдавать, хоть я на эту тему даже запросов никогда не делала.

Я и с соседкой вчера чуть не сорвалась. Так и хотелось крикнуть: «Ау! Мне всего двадцать!»

Да я ещё универ не закончила, чтобы о детях думать...

Поджимаю губы.

Костя, видимо, принимает мой жест как согласие с его весомыми аргументами и, пользуясь тем, что сидит рядом, по-отечески треплет меня по голове.

– А парень у тебя есть, Тереза? – вдруг переводит разговор Дима, выглядывая из-за Кирилла, сидящего от меня с другой стороны.

– А это здесь при чём? – даже теряюсь.

– В группе, где на всех парней по статистике приходиться только четыре девчонки, — это довольно животрепещущий вопрос.

На меня с ожиданием уставилась мужская часть группы. Причём внимательно так, с интересом.

Девочки, сидящие наискосок от меня: Наташа и Алина, лишь лукаво переглядываются, наслаждаясь моей мимолётной растерянностью.

– У меня есть муж. Так что животрепещущий вопрос закрыт! – отвечаю твёрдо.

В ответ разочарованный гул мужских голосов. Можно подумать всю жизнь только меня и ждали, а я, такая жестокая, сейчас всем сразу отказала!

– А кольца на пальце нет. – «подловил» меня Кирилл.

– Есть люди, которые не приемлют традиционную символику. Мой муж из их числа. – и даже не соврала.

– Ну вот. – расстраивается Дима. – только встречаешь девчонку, с которой не против замутить, а она уже замужем! –– Такое чувство, что вас со школьной скамьи расхватывают.

– Димон, не ты ли ещё летом вещал, что отношения не для тебя? – подлавливает его Алина и группа поддерживает её дружным галдежом.

– А теперь и на подгузники со стипендии готов откладывать, чтобы даме сердца материально помочь. – ржёт Виталька.

– Ладно-ладно, раскусили! – примирительно поднимает руки. – Ну согласитесь, наша Светка — такая милашка! Ещё и смущается вкусно, словно монашка, на невинные провокации. Я б реально с ней замутил.

Вздрагиваю, потому что мне показалось, что от Виталика отделилась тёмная тень. Смотрю во все глаза, даже потёрла. Но..., наверное, действительно показалось.

Освещение здесь приглушённое, рассчитанное на доверительную беседу. Да и несколько различных источников света могут повлиять.

– А где ещё одна девушка из вашей группы? – собравшись с мыслями, спрашиваю, обращаясь к девочкам.

– Из нашей. – тут же поправляет меня улыбчивый Кирилл.

– Из нашей. – повторяю.

– Ира? Она одна из тех, для кого материальные блага имеют жизненно важное значение. Поэтому от нас она сбежала на работу. – косясь на Костю, объясняет Виталик.

– Она у нас трудоголик. Редко с нами собирается. – добавляет Наташа. – Но подруга она хорошая.

– Кстати, Димон и её обработать пытался, но она его отшила. – улыбается мне Алина.

– Русь, а ты что сегодня такой молчаливый? Обычно тебя не заткнёшь. Мы про Ирку если не слышал, говорим.

– Оставь меня старуха, я в печали. – вздыхает он.

– Реально есть повод. Батяня у него кредитку конфисковал. – делиться новостью Рыжий.

– Я б на месте твоего отца давно это сделал. – вдруг добавляет некоторое время молчавший Костя.

– Вы только перед новенькой меня не стебайте, Оки?! – обращается Руслан к пацанам.

– А что? Человек в коллектив вливается. Всё равно рано или поздно услышит, что ты за один год двум крутым тачкам краш-тест устроил. – довольно лыбиться Виталий.

– Я уж подумала, что ты на что-то нехорошее, например, на азартные игры подсел. – говорю Руслану.

Выдыхаю. Благодаря некоторым моими соседям, я прекрасно знаю, куда и как спускаются целые состояния, и, в общем-то, тоже считаю, что отец Руслана поступил правильно.

– По сравнению с тачками, там уже мелочи. – добавляет Виталий, тут же получив увесистый подзатыльник от самого Руса.

– Ты просто завидуешь, что у тебя самого нет возможности разбить такую тачку! – хмыкает Наташка, защищая Руслана.

– Не то что иметь, даже покататься на ней. – соглашается Дима с Наташей.

– Ну не всем же мажорами быть. – кажется, Витальку задели. Он с вызовом уставился на Руслана. – Ирка меня, думаешь просто так отшила? Просто бабло у тебя было, вот к тебе и пошла.

Руслан изменился в лице.

– Цеди базар. Ирка не такая. – вскипает он, подскакивая, но под взглядом друзей шумно выдыхает и садится.

Похоже, Ира очень популярная девушка.

– Ну да. – скептически морщиться Виталий. – Ты это нам расскажешь после того, как Ирка узнает, что у тебя бабла теперь нет.

– А какая Ира? – интересуюсь я у Руслана, чтобы отвлечь его от провоцирующего конфликт Виталика. Руслан сначала группируется, готовясь защищать подругу, но, столкнувшись со мной взглядом, понимает, что я настроена доброжелательно.

– Она? – Руслан на секунду задумался. – Не такая, как я. Правильная. Сама увидишь.

У-у-у – подбадривающе загудели парни и к ним присоединились девочки.

– Наш Рус по самое не балуйся, встрял! – добавил сидящий поодаль парень, имени которого я ещё не запомнила.

– Я с вас тоже поржу, когда вы в такой ситуации окажетесь. – беззлобно буркнул Рус и залип в телефон, видимо, отвечая на сообщение.

– Ну-ка! – Виталька выхватывает телефон и цитирует переписку, среди которой признания Руслана и то, как ругает его Ирина.

– Прекрати! – вдруг взрывается, возвращающийся за стол Кирилл. Он в считаные секунды оказывается за спиной Виталика и в лёгкую скручивает высокого и более мощного на вид Витальку, выдёргивая у него телефон, который до этого тщетно пытался забрать Руслан. – Это личное! – чуть ли не рычит на него.

– Моралист хренов. – потирая плечо, дуется осаждённый Виталька, но на него уже никто не обращает внимания.

Наверное, уже привыкли к его выходкам. Вот только мне снова кажется, что его тень подозрительно дёргается, будто рябит.

Настораживаюсь. Потом даже поднимаюсь под предлогом сходить попудрить носик и затаив дыхание, наступаю на эту тень, но ничего...

Туалет оформлен в черно-красных тонах. В нём слишком тихо. Настолько, что становится жутко и я выбегаю из него, чуть не сбив входящую туда девушку.

Что со мной сегодня? Ещё недавно за повелителя тьмы выйти не побоялась, а сегодня от каждой тени шарахаюсь?

Эмоции они такие... Наверное, меня сможет понять только тот человек, который, как и я долгое время был безразличен ко всему происходящему. Сейчас они порой оглушают так, что становится страшно... Уже начинаю скучать по времени, когда ничего не боялась.

Домой я вернулась с довольно странными внутренними ощущениями. Удивительно, меня подвёз Костя! Точнее, Кирилл настоял на том, чтобы он забросил нас двоих по домам и тот действительно это сделал!

Эти двое парней не перестают меня удивлять. В компании сокурсников всем рулит Костя. К нему прислушиваются. А вот когда рядом нет остальных, рулит Кирилл. Кажется, он даже не задумывается над тем, что Костя может ему в чём-то отказать.

Мы высадили Кирилла и до меня ехали в машине вдвоём. В машине повисло неловкое молчание. Неловкое, для меня... Говорить оказалось не о чем. Я, вопреки голосу разума, чувствовала себя рядом с ним нашкодившим подростком. Костя включил первое попавшееся радио, и мы доехали под его звуки.

– Неплохой район. – прокомментировал Костя, когда мы проезжали шлагбаум на мою улицу.

– Не жалуюсь. – отвечаю скромно.

Я же не хотела светить достатком, а когда назвала адрес, даже не подумала, что это будет очевидно.

Когда Костя припарковался, я поторопилась выпрыгнуть из машины, но дверь была заблокирована.

– Не торопись так. Уже стемнело. – сказал он, нажимая на кнопку, разблокировав двери в машине. – Я провожу тебя до входа в дом.

– Как хочешь. – пожимаю плечами. К подобной заботе от парней я не привыкла. Когда встречалась с Марком, он утруждался разве что тем, что вызывал мне такси. Весь в работе, весь в делах был. А теперь смотрю на помогающего мне выйти из машины Костю и понимаю, что мог Марк, просто не хотел.

– Твои уже спят. – кивнув на тёмные окна дома, тихо произносит парень.

– Мои?

– Родители.

– О... нет... Я не с родителями живу. – не знаю стоит ли открываться в такой ситуации?

– А с кем?

Слышу топот ног.

Ко мне навстречу несётся Герион и я в ужасе наблюдаю, как он приближается к нам!

– Герион, стой! – выставляю руки вперёд, будто это поможет. – Это друг.

Герион сбавляет скорость и ластится ко мне.

– Какой красавец! – это бесстрашный блондин, запускает руки в гриву моего Гериона и с упоением тискает! А этот ему позволяет.

– Да, Герион очень красивый. – соглашаюсь, вместе с ним продолжая тискать пёселя, но не решаюсь спросить, как Костя его видит.

Спустя пару минут, Герион, поворачивается, будто приглашая в дом.

– Извини, что задержалась. Соскучился без меня? – пёсель еле заметно кивает.

– Умный пёс.

– Герион не просто пёс, он мой лучший друг. Спасибо тебе, что довёз и проводил.

– Оставляю тебя с надёжной охраной. – глядя на Гериона, Костя искренне и открыто улыбнулся. Совсем не той дежурной улыбкой, что я наблюдала до этого.

А ему идёт.

Мы с Герионом проводили его взглядом до машины и вошли в дом.

И только закрыв за собой дверь, сделав пару шагов из прихожей вслед за Герионом, я застываю в ступоре: "Только что мы с Костей, оба, гладили пёселя без перчаток!"Вот мы и добрались до конца ознакомительного фрагмента. Постаралась сделать его для вас объемным:)) Впереди самое интересное и хеппи энд!Буду рада видеть всех вас на следующей страничке!!!

Глава 8

Второй день учёбы

Сегодня сон был беспокойным. Снилась всякая чертовщина и муж, который находится рядом, – только протяни руку. Но я его зову, а он меня будто не видит.

Тот вопрос, который не давал мне покоя с вечера, продолжил мучить даже во сне:

«Что это за перчатки?»

Не от Гериона — это я поняла.

Или он стал для меня не опасен, потому что признал за хозяйку?

Тогда почему Герион позволил гладить себя Косте?

И что это за тень у Витальки такая?

Что всё это значит?

А ещё: ну не нужна я мужу в качестве жены, так может разрешить мне хотя бы общаться с парнями? Признаться, было приятно почувствовать, что за мной ухаживает Костя. Конечно, для большинства девушек это совсем не ухаживания, а привычные жесты внимания со стороны парня. Но стоит вспомнить, как Костя придержал меня за руку или насколько близки были наши лица, когда мы склонились над Герионом, и мои щёки тут же начинает покалывать от резкого притока крови.

Всю ночь мне снилось, что я метаюсь, выбирая, с кем встречаться тайком от мужа, а ко мне прямо такая очередь выстроилась...

Проснулась я крайне разочарованной в муже и всех остальных мужчинах. Вот хоть бы во сне, кто-нибудь сказал: «Моя. Никому не отдам. Люблю».

Да уж... видимо даже собственный мозг понимает, что никому я нафиг не нужна и даже обнадёжить не пытается...

А вот Герион, принёсший мне тапочки и каким-то чудесным образом сваривший кофе в кофемашине, от запаха которого я, кстати, и проснулась, — меня очень порадовал!

Разве что чуда не случилось и кофе по чашкам никто не разлил. Но вот с кнопками он чудесным образом справился.

Натискавшись пёселя, на этот раз смело, без перчаток, я выбежала на учёбу.

Собралась сегодня я быстро. Натянув джинсы, нырнув в белую футболку с принтом из какой-то компьютерной игры, и схватив не разобранный со вчерашнего дня рюкзачок.

Волшебства не произошло и кареты с принцем под моими окнами и даже в зоне видимости не оказалось. Разве что какой-то бомж с тачкой гружёной макулатурой пошаркал мимо меня, даже не взглянув в мою сторону.

Ну вот... дожили... а я тут о принцах размечталась. Да меня собственный муж сплавил в другой мир, с глаз подальше, а бомж даже вниманием не удостоил...

Вот и хорошо! Отдамся важному делу, — медицине!

После вчерашних посиделок сегодня на парах для меня все были уже как родные!

Мы дружно зашли в аудиторию и начали готовиться к паре.

– Ирка! – вскакивает Руслан с места. – Ты почему на первую пару не пришла и на звонки не отвечаешь? Я начал беспокоиться.

– Ты же знаешь, что я с ночной смены. Телефон разрядился. – скромно отвечает она, после того как чмокнула, чуть наклонившегося парня в щёку.

Другие тоже кто как поприветствовали Иру.

– А мы вчера зачётно посидели. Идём, я тебя с новенькой познакомлю.

– Она в нашей группе? – удивляется.

– Да.

– Супер! Нас теперь уже целая толпа девчонок! А новенький?

– Зачем тебе новенький, – выпаливает ревниво Руслан, – когда у тебя есть я!

– Рус, ты же знаешь, что незачем. Хватит уже меня ревновать! Я всего лишь поинтересовалась. – девушка идёт ко мне, и я подрываюсь с места.

Девушка подходит ко мне и протягивает руку. – привет, я Ира.

– Света. – протягиваю руку в ответ и тут с моим зрением что-то происходит: я вижу Иру будто через лёгкую дымку.

Чуть отшатываюсь и смотрю на остальных.

Ничего странного...

Вновь смотрю на стоящую передо мной Иру, — дымка никуда не исчезла, более того, от неё во все стороны будто тянутся тонкие, еле уловимые глазом, нити.

– У тебя такое лицо, что мне даже страшно представить, что вчера тебе про меня наговорили! – улыбается Ира, хватаясь за мою до сих пор протянутую руку и теперь уже сама, с шипением её одёргивает.

– Ты в порядке? – подаюсь к ней, но она отступает на шаг, прижимая к себе руку.

– Извини. – тут же спохватилась она. – Я, наверное, тебя напугала. Просто совсем забыла, что обожгла руку.

– Обожгла?! – Руслан обеспокоенно кидается к ней и раскрывает ладонь.

– У тебя огромный ожог! Срочно идём!

– Куда? – спрашивает Ира. – я и так первую пару пропустила.

– Отвезу тебя домой. – категорично заявляет Руслан и сейчас я вижу, что первое впечатление о парне, как ни о чём не беспокоящемся мажоре, было ошибочным. Руслан заботливый и способен нести ответственность.

– Никуда ты её не отвезёшь, — встревает Виталя.

– Это ещё почему? – тут же вскипает Руслан.

– Кто свою тачку в хлам разбил? А у кого кредитку отец забрал?

– Ира поражённо смотрит на Виталю.

– И тебе, конечно же, хотелось поделиться такой важной новостью со мной. – с упрёком. – Это не твоё дело, Витамин. Руслан сам бы мне об этом рассказал.

– Именно. – подтверждает Руслан. – Ты не сердишься? – уже почти шёпотом, спрашивает у Иры, приблизившись вплотную и прижав девушку к себе.

– За что? – искренне удивляется она.

– Теперь я даже на такси тебя проводить не смогу. Батя мне, как быдловичу, проездной купил. – закатывает глаза.

– Так это великолепно! – будто даже радуется Ира, дымка вкруг которой упорно не желает исчезать. – Пополнишь наши ряды и наконец поймёшь, что в общественном транспорте нет ничего зазорного.

Подхожу к Руслану и вкладываю в его руку купюру.

Возьми, – говорю негромко. – Я чувствую себя виноватой, что потревожила её ожог. Отвези Иру домой и купите лекарство помазать.

– Спасибо. – шепчет он. – Идём, – это он уже Ире.

Они ушли, а я вновь упала за парту в полном недоумении.

– Не переживай за неё – шепчет мне сидящая рядом Алина. Сегодня она подсела ко мне, а с другой стороны, заняла место для Наташи.

– У неё такая опасная работа?

– По-всякому, бывало, но ожоги впервые. – задумчиво произносит Алина.

– Она в неотложке санитаркой подрабатывает. – подсказывает мне Наташа.

А вот я не могу отделаться от мысли, что когда Ира входила в аудиторию, ожога на её руке не было! Кажется, она именно этой рукой за лямку сумочки держалась, да и подала мне руку очень смело.

– О чём задумалась? – держи конфетку. – Алина вкладывает в мою руку конфетку и ободряюще ненадолго задерживает на моей ладони мою руку.

Меня прошибает холодным липким потом, одновременно с догадкой про перчатки, но Алина спокойно убирает руку и лезет в сумку за следующей конфеткой для Наташи.

Начинается лекция по гистологии. Этот предмет у нас ведёт довольно молодая женщина среднего роста. Наталья Андреевна. Я запомнила её по прошлым годам. Она врезалась в память не лицом, а замудрёной шишкой на голове. С другой причёской я её ни разу не видела.

– Можно войти. – бархатистый голос от двери, на который я ещё и вбок локтём от Алины получила!

– Он всё-таки пришёл! – шёпотом кричит от восторга она, чуть ли не срываясь на писк! Наташа тоже рада.

– Почему опоздал?

– Я новенький. – и смотрит так невинно, на что Наталья Андреевна, делает нетипичный для себя кокетливый жест, поправляя причёску.

– Больше не опаздывай. – говорит она мягко. Выбирай место. Как тебя зовут?

– Астин.

– Это фамилия?

– Имя.

– Необычное. Иностранец?

– Можно и так сказать.

–А фамилия?

– Указана в вашем списке. – бросает он не совсем вежливо и направляется в наш сектор.

– Подвинься. – нависает надо мной.

– Сядь дальше. Ай! – возмущённо смотрю на Алину.

– Мы с Наташей подвинулись, сдвигайся к нам, пусть сядет. – чуть ли не умоляюще смотрит на меня Алина.

– Падай. – немного разочарованно выдыхаю и, больше не обращая внимания на парня, внимаю Наталье Андреевне.

Только вот надолго меня не хватает. Приятный аромат, доносящийся от парня, будто просит вдыхать его ещё и ещё, чтобы наконец насытиться. Да и внешность у парня такая, что разглядывать его гораздо интереснее, чем Наталью Андреевну с её шишкой.

– Следующий раз садись на свободные места. Отвлекаешь. – бурчу недовольно.

– Я тебе так не нравлюсь?

– Дело не в том, кто мне нравится. Отвлекать способен любой человек вне зависимости от моего расположения к нему.

– А ты необычная. И глаза красивые. Я думал, ты ещё вчера ко мне подойдёшь.

– И не собиралась. А ещё я замужем, так что отстань!

– А у меня, красивые глаза? – спрашивает через меня Алина. Кажется, она уже готова сесть ко мне на колени, лишь бы быть поближе к этому красавчику.

Да, красивее парней я определённо не встречала. Даже при таком близком рассмотрении ни одного изъяна незаметно.

– Значит, я всё-таки в твоём вкусе?

– Повернись. Видишь того парня? Блондин, как ты. – указываю на Костю, собираясь сказать, что именно он в моём вкусе, пусть это и не совсем так.

– Я вам не мешаю? – подловила нас Наталья Андреевна.

– Нет, продолжайте. – Астин выдаёт бородатую студенческую колкость, и реакция присутствующих на неё, словно на первоклассную шутку, обескураживает.

Что-то с этим блондином определённо не так.

Красивый, слишком. Я только однажды видела настолько совершенного мужчину — брюнета, благодаря которому я влипла во всю эту историю.

Нужно быть осторожнее.

Он не только мне нравится. Алина мне уже всё плечо слюной закапала. Кажется, она и про учёбу совсем забыла, да и Наташа, не стесняясь, с восхищением рассматривает парня, улёгшись на парту.

С трудом досидела до конца пары и сбежала в туалет, отдышаться от присутствия Астина. Девушки, окружив его на перемене, мне в этом помогли, и я смогла ускользнуть, но впереди ещё пара. Наташа и Алина увидели, куда я направляюсь, и последовали за мной!

– Кажется, ты ему понравилась. – с завистью и одновременно восхищением тянет Наташа.

– А имя какое необычное, — Астин. – мечтательно вздыхает Алина. – А я думала, что точно никогда больше не влюблюсь!

– Алин о какой любви может идти речь? Ты его даже как человека не знаешь, а так, просто совершенная картинка и всё. – уверяю подругу.

– Вот, такая она любовь... – пожимает плечами. – И, как всегда, у меня — безответная.

– Не придумывай. А вам не кажется, что он странный?

– Кажется. Другой бы пользовался своей красотой, но говорят вчера он домой один уехал.

Так перекидываясь фразами о несправедливостях любви, мы шли на кафедру философии.

В аудитории оказалось светло и приятно пахло новой мебелью. Наконец-то здесь сделали долгожданный ремонт!

Сажусь на своё место. Астин, окружённый стайкой девушек и нашего курса направляется вслед за мной. Люблю я на первой парте сидеть, здесь ничего не поделаешь.

Встаю и иду на галёрку, где сегодня решили отсидеться Кирилл и Костей.

– Парни, спасёте девушку в беде?

– Что случилось? – голос Кости хоть и ровный, но я уловила в нём нотки обеспокоенности.

– Этот Аполлон в человеческом обличии мне мешает учиться. Можно я к вам посерединке сяду.

– А ничего, что Афродита в человеческом обличии помешает учиться им? – это уже мой, то есть, совсем не мой, Аполлон подоспел. Будто из-под земли внезапно вырос или с неба свалился!

Хотя разве теперь меня этим удивишь?

– Ничего, мы переживём. – Костя встаёт и даже помогает мне усесться, после чего приземляется сам. Тесновато, так как ряд занят. Я буквально втиснулась между парнями. Будь кто из них с лишним весом, мне бы места не нашлось...

– А рядом со мной, значит, тебе сидеть не понравилось? – сжимает зубы Аполлон, но больше ничем своё недовольство не выражает.

– Астин, ну ты же большой мальчик, должен научиться понимать намёки. – прошу его удалиться.

– Понимать я давно научился, но вот принимать их не собираюсь. – и смотрит выжидающе.

И что ему ответить, когда как нужные мысли от его близости и запаха, упорно ускользают из головы?

– Астин, а ты давно сюда переехал? – раздался женский голос сбоку. А я и не заметила, что нас уже окружили девушки из параллельной группы. Астин, видимо, поняв, что разговор закончен направился к своему месту, с ленцой и достоинством реагируя на вопросы девушек.

Те же, так и вьются вокруг, не стесняясь применять очевидные женские уловки.

– Что?! – не выдерживаю взгляд Кости.

– Если бы я был твоим мужем, меня бы определённо не порадовало такое пристальное мужское внимание к супруге. Да и супруга, заглядывающаяся на подобных индивидов, тоже бы разочаровала.

– Как хорошо, что ты не мой муж. – отвечая язвительно. – Правда?

Костя лишь чуть скривился и собирался что-то сказать, но его опередил Кирилл.

– Так ты действительно замужем? – уточняет у меня.

– Спорный вопрос. – прищуривается Костя, не дав ответить самой. – Кстати, как Герион?

– У него всё отлично. – отвечаю, радуясь, что мы наконец соскочили со скользкой темы. Несмотря на некоторую жёсткость Кости, он вызывает ощущение надёжности. Ссориться мне с ним совсем не хочется. Уж точно не из-за того, что обо мне у него сложилось ошибочное мнение. Если в начале знакомства я хотела держаться от него подальше, то сейчас думаю, что хотела бы иметь серьёзного и надёжного друга как он.

Герион его принял, значит он хороший человек. Мой пёсель для меня стал своеобразным индикатором. Некоторых людей он ко мне даже не подпускает, а тут ещё и погладить себя позволил.

– А как дела у мужа? – зря я размечталась, что тема закрыта.

Моё разочарование, а после замешательство, не укрылось от Кости.

– Все уселись? – спас меня голос преподавателя. – Сегодня мы будем философствовать на тему: «Философия как духовное явление мировой культуры».

Ловлю взгляд повернувшегося к нам Астина. Вот что ему в девчачьей группе не сидится? Через столько рядов уставился и прямо на меня. Нет, он ещё и помахал приветливо! Девушки, сидящие передо мной, приняли на свой счёт и, радостно запищав, помахали ему в ответ, глуша свой писк ладонями, чтобы не привлечь излишнее внимание преподавателя.

Я же и не думала отвечать, но под взглядом Аполлона смутилась. Более того, чем дольше он смотрел, тем сильнее нарастало ощущение неловкости и желание спрятаться от этого взгляда. Вместе с тем его взгляд будто завораживал и даже посторонние звуки уходили на второй план, словно меня отрезало от мира.

Чувство, что на меня пристально смотрит кто-то ещё, а потом и ощутимый толчок в бок, вернули меня в реал. Этим кем-то оказался Костя.

То чувство, когда тебя застали с поличным, хоть ты вроде ничего и не сделала... Костя заметил моё смущение, но ничего не сказав, уткнулся взглядом на доску.

Там, пока я отвлеклась на Аполлона, препод уже полдоски исписал. А казалось, я лишь на десяток секунд с ним взглядом пересеклась. Похоже, мир для меня был потерян надолго.

Не нравится мне всё это. В следующий раз нужно не хлопать глазами, а срочно переводить взгляд. Да вот хоть на соседей по парте! Пусть почувствует, что мне интересен кто-то другой и отстанет со своим вниманием.

Поверит ли?

Должен поверить.

Костя не так красив, как новенький парень. По сравнению с ним он скорее обаятелен. Особенно его улыбка, в корне изменяющая лицо, — будто превращающая его в совершенно другого человека! Как вспомню, момент, где он с упоением тискает Гериона и эту его улыбку, то невольно начинаю смаковать каждый фрагмент воспоминания.

Нет. На Костю смотреть не вариант. Можно и засмотреться. Должна признать, что среднестатистически Костя определённо красив. Даже когда парень предельно серьёзен, он притягивает взгляд своей энергетикой. Есть в Косте что-то властное и вместе с тем притягательное.

А Кирилл и вовсе очаровашка. Не внешне. Хотя Кир довольно симпатичный брюнет, притом, что ничего идеального, если рассматривать черты лица по отдельности, в нём нет. К тому же парень худощав. Однако за счёт своей харизмы он способен затмить даже новенького красавчика.

Дальше, за Кириллом сидит Дима. Он, кстати, тоже мне понравился. Такой типичный коротко стриженный парень атлетического телосложения, с очень добрым взглядом светло-голубых глаз.

Передо мной затылки незнакомых парней из другой группы. Нет делать вид, что рассматриваю затылки не вариант. Да и не поймёт он, на доску я смотрю или просто перед собой.

А что, если выбрать незнакомого парня и при Астине, на переменах, делать вид, что тот мне безумно нравится и больше никто меня не интересует? Как жаль, что они все не слишком-то верят в существование моего мужа. Если бы не Герион и все эти странности, происходящие вокруг, может быть, я и сама уже начала сомневаться, что замужем.

Я твёрдо намерена сдержать слово и ни в кого не влюбляться. Да, Муж просил помнить чья я жена. Я помню. Но... Тогда это казалось таким простым и очевидным... Я и предположить не могла, что мне вдруг будут симпатичны однокурсники, а главное, я им.

Кажется, Косте я тоже нравлюсь...

Скорее всего, я зря волнуюсь? После долгой изоляции от мира, возможно, я всё воспринимаю слишком ярко.

Взгляд невольно поднимается и устремляется в широкую мощную спину Астина. Даже со спины он идеален...

Нет. С тем что его может кто-то затмить, это я погорячилась. И вообще: парни меня волновать не должны! Только учёба и мечта стать хирургом! Подумаешь, сногсшибательный парень внимание проявил! Света, да ты почти монашкой была! Да и до того: раньше был Марк и даже на него я никогда не пялилась, бесстыдно оценивая ширину плеч и угадывая рельеф мышц под блейзером.

Так. Глаза в кучу и переводим их на доску... Ну же...

Красавчик, будто почувствовав, что думаю о нём, повернулся и чуть заметно ухмыльнулся краешком губ.

Хоть пара и по философии, но философствовать на тему парней я дальше не намерена. Тема пары совсем другая. Нужно хоть прислушаться, о чём нам там рассказывают.

Студенты дружно рассмеялись.

Преподаватель с улыбкой остановил на мне взгляд, и она тут же сошла с его лица.

Глава 9

Глава 9

Второй день подряд вижу, что Руслан ходит как в воду опущенный.

Даже на столы натыкается.

Сегодня была тренировка в баскетбольной команде. Сейчас парни шумно обсуждают, что лучший игрок в одночасье стал худшим. Пропустил несколько подач, да и в кольцо, как никогда, мазал.

В аудиторию заходит Кирилл, подсаживается к Руслану, который сидит один, прямо передо мной.

– Рус, ты чего так расклеился? Вернётся твоя Ирка.

– Не говори то, о чём не знаешь. – севшим голосом отвечает Руслан.

– Почему не знаю? Я только что с ней по телефону разговаривал.

– И что нового она тебе сказала?

– Я думаю, Витамин неправ. Ирка ушла от тебя не из-за того, что твой батя кредитку заблочил. Сам посуди: смысл ей универ бросать? Да куча народу каждый день расстаётся, и никто из-за этого учёбу не бросает. Здесь явно что-то ещё... – протянул задумчиво Кирилл.

– Думаешь? А мне кажется, что она настолько меня не хочет видеть, что решила больше сюда не приходить.

– Если мыслить логически, чтобы оплатить учёбу, она в неотложке в ночную смену пахала. И тут взяла и в лёгкую всё бросила? Нет, друг. Здесь что-то ещё...

– У меня самого подобные мысли возникали. – признаётся Руслан.

– Может, ей деньги нужны, а она тебя напрягать не хочет? Подожди. Сообщение от Кости. Пишет, что ему удалось узнать.

– И? – Руслан взволнованно.

– У неё долг за этот семестр. К зачётам и экзаменам без оплаты допуска не будет, сам понимаешь...

– Значит, правильно, что она меня бросила. Зачем ей мужчина, который даже не замечает её проблем. Раньше бы я их решил не напрягаясь, а сейчас даже у самого денег нет. Батя только учёбу оплатил и карту для проезда в общественном транспорте всучил. Я даже в отдельной квартире последний месяц живу, а пожрать, если хочу, вынужден к предкам ехать. Абсурд!

– Сам виноват. Рустаму Самировичу деньги тоже с потолка в кровать не падают, а ты транжирил не задумываясь. Да за такую тачку, что ты разбил, любой убить готов! Я уже молчу про вторую, через день после покупки.

– Да я сам понял, что накосячил. Или ты друга добить решил?

– Наоборот, воскресить. И начнём мы с разговора.

– С кем?

– С Ирой.

– Она меня отшила. Грубо и бесповоротно. Как ты предлагаешь с ней говорить?

– Думаю её нужно уговорить вернуться. Может, чем-то помочь, а потом уже и у вас наладится.

– И ты сможешь это сделать? – без особого энтузиазма спрашивает Руслан.

– Постараюсь. А вот и Костя пожаловал, с преподом в одни двери. Может лучше его попросить с Ирой побеседовать? Он, если что, и денег для Ирки займёт.

– Не будь так уверен. Если у него бизнес, это ещё не значит, что свободные деньги пачками по карманам гуляют. – вздыхает Рус, наблюдая за тем, как к нам поднимается Костя.

Однако, вопреки ожиданиям, Костя проходит мимо парней, лишь перебросившись с ними знаками приветствия, и подсаживается ко мне.

Надеюсь, это не очередной знак внимания от противоположного пола.

Лекция была интересной, завершившись неожиданно быстро. Я увлеклась, а Костя не отвлекал.

– У меня мысль! – повернулся к нам Кирилл в конце пары.

– Какая? – опередил меня с ответом Костя.

– Пусть с ней поговорит Света. Они всё-таки девчонки. Поймут друг друга.

– А почему не Наташа с Алиной? – удивляюсь. Я же Иру, можно сказать, не знаю.

– С Наташей я говорил. Она отказалась, после того как Ира нагрубила Алине по телефону. Так разошлась, что на эмоциях выпалила, чтобы ей больше не звонили.

– А мне она разве не нагрубит?

– А ты звонить не будешь. Я сам тебя до дома Иринки подброшу. – как будто всё уже решено, заявляет Костя.

– Ты же ведь всё слышала? Понимаешь всю серьёзность ситуации.

Это Кирилл так намекает на то, что я оказалась невольным свидетелем их беседы до начала пары.

Становится неловко.

– Света, пожалуйста. – просит Руслан. – Люблю я её и не понимаю в чём дело. Хочу точно знать: она действительно так просто всё что было перечеркнула, или же у неё на то есть веская причина. Она никогда не была столь легкомысленной. Кто угодно, но не Ира. Не верю я...

– Э... – даже теряюсь от напора и надежды во взгляде Руслана. – Я как бы не привыкла лезть в личные отношения.

– Будь другом, а? – умоляюще смотрит на меня Руслан и я понимаю, что не смогу ему отказать.

Из универа я вышла в сопровождении Романа, Кости, Кирилла, Димы и девочек. Они обиделись на грубость Иры, но меня от поездки к ней не отговаривали. Возможно, как и Руслан, надеясь на что-то.

Виталий вышел на улицу, увидел нашу взволнованную толпу и повернул в нашем направлении.

– В машину, быстро! – командует Костя, и я, уловив причину, спешно следую его приказу.

Мы отъехали, а остальные торопливо разбрелись в разные стороны, дезориентируя почти подоспевшего к ним Виталия.

В итоге он прицепился к Кириллу. Это хорошо, так как по словам Кости, Кир всегда знает, что кому сказать.

Вопрос: "Только почему тогда к малознакомой Ире еду именно я?!"

Выезжая со стоянки, я заметила бросившего на меня разочарованный взгляд Астина. Он стоял, держась за ручку двери своего шикарного спортивного авто.

Я густо покраснела и одновременно возмутилась до глубины души. Виной его взгляд…

Возможно мне показалось, но, так смотрят родители на разочаровавших их детей. Именно так, потому что во взгляде не было ревности, лишь разочарование.

– Тебе он так нравится?

– Что?! – перевожу взгляд на Костю.

– С чего ты взял?

– Слишком часто краснеешь в его присутствии.

– Если ты не заметил, сейчас я разозлилась.

– Не будем спорить, но, будь осторожна. Какой-то он мутный.

– Не более мутный чем ты. – улыбаюсь, подумав, что в каждом из них есть что-то необъяснимое. – Неужели завидуешь?

– С чего мне? – Костя почему-то смущается, но почти тут же маскирует это за привычным образом холодного парня.

– Держу пари, до появления Астина всё женское внимание доставалось исключительно тебе.

– Всё женское внимание? Громко сказано, учитывая, что у нас в группе было всего три девушки. – хмыкает он.

– Но лекции у нас совмещённые. Читаются на весь курс. – вдруг выдаю я и тут же понимаю, что перегнула.

Выглядит так, что я ревную. Хотя что-то внутри действительно шевельнулось. Может быть, желание кому-то нравиться больше, чем остальные девушки?

– И? Без обид. Просто интересно каким ты меня видишь.

– К чему такой вопрос? Я тебя почти не знаю. К тому же я не столь наивна, чтобы полагать, что такой парень, как ты, действительно обделён вниманием девушек. При этом непонятно, почему ты пытаешься заморочить голову именно мне?

– Заморочить? Скорее подружиться и посмотреть, что из этого выйдет. Из четырёх девушек, с которыми я сейчас наиболее часто контактирую, ты единственная интересна мне как личность и девушка.

– Говоришь будто мир на универе замкнулся. У тебя большой штат сотрудниц.

– Я принципиально не приемлю отношения шеф — подчинённая. И у меня не так много времени на общение, как может показаться на первый взгляд. Мой отдых, это в основном перерывы между парами.

– Извини, я ведь даже не подумала о том, сколько тебе приходиться успевать.

– Есть такое. Можешь мне не верить, но я бы хотел попробовать серьёзные отношения. – он что? Намекает... Да быть не может! – Ирка и Рус, — я даже немного им завидовал. Пусть они довольно долго не решались друг другу признаться, но у них любовь с первого взгляда.

– А Алина? – задала вопрос, а потом вспомнила, как та рассматривала Астина на паре. Взгляд такой, будто это любовь всей её жизни, и при этом она видит его в последний раз. В глазах разве что только сердечки не пульсировали. До этого она с симпатией смотрела на Костю. Я даже было подумала, что она втайне в него влюблена, но когда Астин к нам подсел, предположение тут же отсеялось.

– Алина? Между нами нет ничего кроме дружеской симпатии, если ты это хотела уточнить. Она совершенно не разбирается в парнях. Так вышло, что её сердце хронически разбито. – подтверждает мою догадку парень.

– А Наташа? – Астин и ей тоже понравился. Правда, она, в отличие от Алины, не так явно транслировала свою симпатию. Когда мы собирались группой, Наташа вела себя одинаково дружелюбно со всеми. Но Костя ей явно симпатичен. И ещё я заметила, что девушка избегает прямого взгляда на Кирилла.

– Наташа она из тех девушек, которые предпочитают жить за счёт папика.

– Наташа?! Не верю.

– Она особо этого и не скрывает. Поверь, чужих тайн я тебе сейчас не открываю, только общедоступная информация. Тебя поразило слово папик?

– Наташа выглядит порядочной девушкой.

– А кто говорит об обратном? Да ты и сама скоро сделаешь свои выводы.

– А что насчёт тебя? Какие у тебя отношения с мужем?

– Костя, не помню, чтобы я причащалась для исповеди. Да и ты без рясы и в машине. К тому же, для совместной учёбы тебе эта информация ни к чему.

– Может быть, я хочу понять, есть ли у меня шанс.

Сердце пропускает удар, а к щекам приливает кровь.

Поспешно прячу лицо за ладонями.

Нет, я понимаю, что это нормальная реакция, на такую откровенность от, что бы он сам ни говорил, — популярного парня.

Тем более, такое для меня впервые. С Сашей мы так и остались просто одноклассниками. Я лишь предполагаю, что могла ему нравиться. А с Марком я начала общаться класса с десятого. На день Валентина он при всех заявил, что я его девушка. Все начали нас поздравлять, а девчонки завидовать, что он выбрал меня. Собственно, он не спрашивал, есть ли у него шанс. Я была слишком глупа и растаяла от столь дерзкого поступка, который все посчитали крутым.

Муж? Он тоже поставил меня перед фактом женитьбы, но хотя не бросил из-за денег, а дал их мне сам, впрочем, ничего особенного от меня не требуя. И на том спасибо...

И вот впервые меня спрашивают про шанс!

Покривлю душой, если буду убеждать себя, что это если не растрогало, то вызвало ощущение правильности его намерений. Он не идёт напропалую, не давит, не вынуждает и не ставит в неловкое положение, а спрашивает. Пусть наш разговор, который привёл к этой фразе и выглядит довольно странным, — будто он своеобразно пытался меня убедить почему только я.

А может, у него самого настоящих отношений ещё не было? – осенило догадкой, но я тут же помахала головой, понимая, что не в ту сторону думаю. Нельзя так. Даже, если он мне симпатичен. Я дала слово.

– Нет! Я верна мужу и это не изменится. Так что, надеюсь, теперь мы окончательно закрыли эту тему. – говорю твёрдо, глядя парню в глаза.

Нужно пресекать возникающие симпатии на корню, пока не успела влюбиться!

– Закрыли. – отчего-то довольно улыбнулся Костя. – Но ты всегда можешь передумать и поинтересоваться мной.

– Если только как другом.

– Разумеется. Это я и имел в виду. – и почему мне кажется, что это не так.

Взгляд его глаз стал лукавым. Таким Костю я ещё не видела. То есть нечто подобное я уловила, когда он тискал Гериона. Взгляд скользит по лицу, залипая на его улыбке, и она у парня обезоруживающая! Только что заметила, что улыбаюсь в ответ. И лишь несколько мгновений позже, соображаю, что мы вообще-то уже приехали, остановившись на стоянке.

– Приехали? – спрашиваю очевидное, торопливо отводя глаза от Кости и кивая на высотку из жёлтого кирпича.

– Да. Но тебе лучше пойти одной. Держи. Вот ключ от домофона. Он универсальный.

– Как это понимать? Это же незаконно!

– Всё нормально. Ты же не в квартиру врываешься. В моём кафе есть доставка. Мы для удобства сделали такие универсальные ключи. В наше время, к сожалению, домофоны до сих пор не у всех есть. Рус тоже таким пользовался, когда к Ире ходил.

– Тогда ладно.

Мне неловко входить в чужой подъезд подобным образом, но я действительно волнуюсь за Иру. Что с ней?

Как объяснить то, что я видела вокруг неё? Неужели, — это к ней какая-то болезнь прицепилась? Может быть ей и вправду нужна наша помощь, но она не знает как признаться, или… — даже не хочу думать о другом варианте…

Не давая себе думать дальше, звоню в звонок, расположенный на уровне плеча. Слышу мелодичную трель через стену.

Момент истины настал!

Глава 10

– Ты долго. Я уже чемоданы собрала – с этими словами распахивается дверь и Ира поражённо застывает, а потом и вовсе оседает на колени, — прямо в дверях на стоящую там обувь.

– Ира, – подаюсь вперёд, но слова девушки шокируют, заставляя застыть на месте:

– Королева… Вы пришли за мной. – покорно склоняет голову... – Пощадите...

– Э? –... – неожиданно.

Застываю в растерянности, понимая, что от шока не могу ничего сказать.

На этот раз я ничего подозрительного вокруг девушки не вижу... Но... она назвала меня королевой, значит...

Дыши, Света.

Хорошо, что девушка склонила голову и не видит всей гаммы эмоций на моём лице. Кажется, я попеременно, то бледнею, то краснею...

Закрыла глаза на несколько секунд, подобрала челюсть, поворочала во рту языком, — вроде шевелится.

Давлю в себе желание проверить, насколько послушны мои ноги и быстренько отсюда смотаться.

– Ира. Может, пригласишь в квартиру и там поговорим? – преодолевая собственный ступор, выдавливаю не совсем послушными губами.

– Поговорим? – почти не поднимая головы, Ира бросает на меня удивлённый взгляд из-под чёлки.

– А ты чего ожидала? Вставай быстрее.

Ира тут же подорвалась, встала на ноги, не поднимая голову, после чего поспешно посторонилась, чтобы пропустить меня внутрь.

Один шаг, второй, третий... — ноги послушно передвигаются, но чувствую я себя странно.

Проснувшийся после замужества инстинкт самосохранения, вопит, но желание наконец выяснить, что происходит, во мне сильнее.

Похоже, разговор мне предстоит странный… Встретить демонов там, где они обитают, это... — словно фильм посмотреть или сходить в зоопарк. То чувство, когда ты знаешь, что между тобой и страшным существом экран или решётка, а ты в полной безопасности, но встретить нечто подобное в реальности... ещё и покорно склонившее перед тобой голову... —дезориентирует.

– Королева Света, желаете пройти на кухню или в зал? У меня однокомнатная. – виновато говоря это, девушка трясётся от страха и обнимает себя руками.

Минуточку! Логичнее же человеку перед демоном, или кто она там, трястись?!

Выглядит так слабо и невинно, что становится её жалко. Давлю природный порыв доброты, иначе сейчас я бы уже кинулась к бедняжке, успокаивала её и гладила по голове. Всем известно, что демоны хитры и коварны. Может это и не совсем так, но для начала, нужно хотя бы понять, во что я влипла.

– Ира, расслабься. Убивать тебя сегодня не буду. – попыталась разрядить обстановку шуткой.

– Правда?! – она что?! Обрадовалась?

Кажется, шутка не удалась.

– Правда. – делаю тон мягче. – Посмотри на меня и прекрати так трястись.

– А когда? – опасливо сторонится. – Пожалуйста, не подходите, Королева! Я прервала все контакты с людьми, — честно! – заверяет, умоляя взглядом поверить.

После таких слов, пропитанных страхом и одновременно благоговением, направленным на меня, невозмутимое выражение лица сохранить сложно. Тут же хочется заверить, что всё не так, но раз она настолько трясётся, значит повод есть! Вывод: показывать своё благодушие, не самое лучшее время. Жаль, что массу роящихся в моей голове вопросов о мире мужа, я не могу сейчас задать, хоть наконец-таки появилось кому.

Герион оттуда, и, уверена, с радостью бы всё мне рассказал, но, к сожалению, он пёсель.

А Ира, существо из мира мужа? Почему меня боится? Догадываюсь, что это как-то связано с ожогом. Но..., думать, что я пришла её убить?! Зачем так называемой Королеве может понадобиться её голова?

Ясно одно: мне нельзя показывать свою слабость. Это как с животными. Поэтому и завалить её вопросами, показав свою полную неосведомлённость и фактическое бессилие, я не могу. Неизвестно чем для меня закончится наш разговор, если она поймёт, что я, всего лишь обычный человек, а не могущественная королева, которую стоит бояться.

Думаю, стоит начать разговор с нейтральной темы, а там видно будет.

– Куда-то собралась? – киваю на сумки и Ира вновь оседает на колени.

Да что же это такое! Называется, выбрала нейтральную тему: что вижу то пою.

Нет, когда я ехала сюда, я представляла, что разговор предстоит сложный. Знала, что мне будет непросто подобрать слова. Но, не настолько же!

Вот и что мне делать? Сидит и от страха даже вздохнуть боится.

Сама не знаю как быть, чтобы вдруг не поменяться с ней местами, поэтому выжидающе смотрю.

– Пощадите. – обессиленно. – Да, признаю, что я незаконно иммигрировала в этот мир, как и все надеясь, что огонь повелителя здесь не достанет, но я правда не причиняла никому вреда! – с отчаянием. – Я же одишт, королева, но несмотря на это, я ни разу не применила на ком-либо свои силы! А Руслан, он правда мне нравился! И я ему, по-настоящему! Без всякой тёмной магии и моей силы! – с жаром заявляет она, а потом опомнившись вновь склоняет голову и продолжает печально, – но я порвала с ним все отношения, навечно.

– И? – до этого момента я поняла лишь то, что на земле есть незаконные иммигранты. Повелитель против, но почему-то все надеются, что он их здесь не достанет. Наивно. Вон, стоило мне подготовиться к свадьбе, так по моему первому слову, он тут же перенёс меня к себе. Значит, точно так же он может перенести и беглых демонов. Выходит, есть причина, по которой Иру он не трогает.

Пауза затянулась, и я кивком напомнила девушке, что до сих пор жду ответа. Всё-таки безопаснее пока всё не выясню, играть роль королевы. Фактически я действительно ей являюсь, хоть и понятия не имею, что такое «Одишт».

– Если это поможет остаться в живых, я даже клятву на тьме дам, что никого не трогала и не стану! – заверяет она пугливо, то поднимая на меня глаза, то опуская в пол.

– Никого не трогала? – тяну недоверчиво. – И как же ты питаешься? – я помню, чем питается повелитель. Может быть эта одишт питается иначе? Отличный способ выяснить.

– Здесь, без тьмы, — эмоциями.

– Какими?

От испуга она распахнула глаза. Зрачки от удивления ненадолго расширились.

– Болью, страхом. – выдаёт обречённо.

– Где и как? – требую ответа, в то время как внутри пробежал холодок. Нет, не от страха. Неприятно что Руслан всё-таки лишится девушки.

– Я работала в неотложке. Там этих эмоций хватает и без демонического вмешательства.

– Ты там причинила боль хоть одному человеку?

– Я надеялась затеряться среди людей. Почти стала одной из них, полюбила… Мне не нужны были проблемы. – на мой испытывающий взгляд на глазах девушки проступили слёзы. – Королева мне не верит, но я правда сама никого не пугала и не причиняла им боль!

Сердце щемит, насколько правдоподобно выглядит Ира. Интересно, одишты тоже умеют плакать или это лишь маскировка? И как они выглядят на самом деле? Знать бы чего от них стоит ожидать.

– Разве демон может полюбить? – задаю волнующий меня вопрос.

– Разумеется, может. Не просто же каждый из нас так рвётся в мир, где пропитаться и выжить гораздо сложнее.

– Тогда ради чего?

– Вы действительно не знаете? – подловила меня.

Кажется, я увлеклась, задавая много «очевидных» вопросов.

– Я хочу получить подтверждение своим догадкам. – произношу с королевским достоинством.

Но так и хочется крикнуть, да так, чтобы муж услышал: «Разумеется, не знаю! Ни-че-го! Даже что это за мир такой, королевой которого меня только что нарекли! Ад? Чистилище или что-то иное?»

– Вы же знаете, что мир людей действует на демонов волшебным образом? – замолкает, но я делаю жест, чтобы она продолжала мысль. – Эмоции… Они невероятны! Напитавшись напрямую от людей, здесь мы начинаем чувствовать себя подобно людям: радость, волнение, любовь, восхищение, тоска —столько разных оттенков, вместо двух привычных: чувства силы и чувства пустоты. Поэтому, попав сюда, хочется напитаться всем этим как можно быстрее. Да не только я, любой из нас будет готов отдать бессмертие, лишь бы прожить короткую жизнь, но как человек.

— И какую роль для тебя в этом играл Руслан?

— Совсем не ту, что можно подумать. Хоть я и одишт, когда я встретила Руслана, ощутила нечто странное, а когда узнала его чуть лучше... почувствовала... что не хочу жить дольше, чем он. Только с ним, вместе. Именно тогда мне захотелось сделать всё ради перерождения.

– Перерождения? – Что это значит? – И? Чего ты достигла?

– Ничего. – удручённо. – Жаль, что это оказалось не так-то просто. Я слышала, что такое возможно, но мне не приходилось видеть того, кто этого достиг. – Слёзы девушки потекли по щекам, уверенно прокладывая себе дорожки и капая тяжёлыми каплями на пол. – Я всё ещё одишт, хоть и похожа на человека, но всё равно демон...

Сейчас, без этой тёмной ауры вокруг Иры, девушку совершенно не отличить от человека. Вот как бы ещё узнать, когда и для чего эта аура появляется?

А насчёт желания стать людьми, — пока это не приносит вред другим, ничего плохого здесь не вижу.

Очень хочется задать вопрос: почему же сам повелитель не пришёл в этот мир, раз здесь всё так здорово? Почему Ира сказала, что пребывание здесь незаконно? Почему он выбрал меня? Тоже хотел начать чувствовать, но через обряд? Или же у него были другие, более глобальные цели?

Выдохнула, но медленно, чтобы Ира не заметила. Однако она так погружена в свои страдания, что навряд ли заметит подобную малость, а если и заметит, то не придаст значения.

Что же, хотя бы на часть своих вопросов шанс получить ответы у меня появился.

– Кофе напоишь?

– Что?! – удивлённо. Даже глаза подняла на пару секунд.

– Говорю, что рано встала. Кофе мне сейчас бы не помешал.

– Да-да, конечно. – смотрит так, будто ожидает подвоха.

Дожидаюсь чашки растворимого кофе из рук одишта, попутно спрашивая себя: «А не дура ли я, так подставляться?»

– Итак. Ты ушла с учёбы, решив, что я явилась по твою душу? – спрашиваю, для солидности выждав некую паузу. Но солидность явно не моё, потому что хватило меня, от силы на четыре секунды пристального взгляда на взволнованную девушку.

– Да, светлая королева. – отвечает, бросив робкий взгляд из-под чёлки.

Светлая королева?! Ещё одна странность, на которую я не сразу обратила внимания. Не королева тьмы или ада? Королева Света... Странно.

Или... меня всё же с кем-то путают?

К демонам, пусть даже и путают. Я просто буду собой!

В любом случае я однозначно не тёмная. Да у меня даже фамилия — Светлая.

Грудная клетка девушки от волнения часто вздымается. Дышит. Передо мной живое испуганное существо.

Если ни в кого не верить, не давать шанса, то как жить? Да я и шанса дать не могу, потому что запросто не имею подобной власти. Но зато могу поступить по-человечески:

– Возвращайся. – выдыхаю, решившись, но так медленно, чтобы Ира не заметила. Думаю, так будет правильно. Никого это не убьёт, зато одного знакомого мне парня, определённо сделает счастливым!

– Что?! – а она действительно очень эмоциональна... Ни разу я не видела столь высокую степень удивления и одновременно отчаянной надежды, с гремучей смесью всего остального на лице человека, — а на лице одишта, тем более!

Впрочем, Ира быстро с собой справилась и нашла в себе мужество посмотреть мне в лицо, чтобы понять, действительно ли я имею в виду то, что сказала.

– Если ты и впредь не причинишь людям вреда, я позволю тебе жить. – заявляю, сильно сомневаясь, что от моего позволения кому-то станет холодно или жарко.

– Да я сделаю всё! Я буду вашей покорной рабыней! – в порыве, с жаром заверяет она и тут же вновь покорно опускает голову. – Я… Если я смогу сохранить свою прежнюю жизнь…

– Может быть уже нальёшь кофе и себе, присядешь за стол, и мы поговорим?

Девушка подчиняется. Я наблюдаю за её действиями:

Так торопится, что, взяв чайник, для того чтобы налить в чашку кипятка, плеснула мимо чашки, а потом уже попала и внутрь.

Даже не позволив себе стереть с поверхности разлитый кипяток, поторопилась ко мне за стол.

Было у меня опасение, что она чашку до стола не донесёт, но девушка справилась и даже мягко поставила её на блюдечко, после чего торопливо бухнула туда целую ложку растворимого кофе, замялась в растерянности.

– Садись.

Села.

Наконец передо мной кто-то, способный ответить на долгое время роящиеся в моей голове вопросы. Только как будет выглядеть, если я начну спрашивать очевидные вещи?

Глава 11

Девушка недоверчиво поглядывает на меня.

– Я вижу ты что-то хочешь спросить. Если сомневаешься в том, что услышала, или ищешь какой-то подтекст, — не стоит. У меня и без тебя забот хватает.

– Это невероятно… – наконец выдыхает она.

– Я бы предпочла, чтобы ты не тряслась, вот так, при моём появлении. В универе это привлечёт слишком много внимания. Кстати, как твой ожог?

– Ира вздрогнула, возможно, приняв слова как намёк или скрытую угрозу, но протянула руку вперёд, сняв бинт и раскрыв ладонью вверх.

Сидит, замерев.

– Я не специально. – вырвалось из меня. Благо, не слишком эмоционально. Ожог действительно повторяет контур моей руки. Зрелище неприятное, но, кажется, уже заживает.

– Понимаю. Ваша сила выжигает демона, а вы были без защиты.

– Без защиты. – повторяю её слова, а по коже пробегает мороз вместе с пониманием, что Ира, про эту случайность, знает действительно больше, чем я. У меня есть догадки, но они слишком противоречивы.

– Позвольте вопрос? – мимолётны робкий взгляд в глаза и сразу же в чашку с нетронутым кофе. Лишь руки несмело касаются чашки, будто в попытке согреться.

– Задавай. – самой бы понять, как это произошло и как от этого защититься.

Неосознанно повторяю её жест, обхватывая чашку руками. Тепло... и, дарит мимолётное чувство уюта.

Сидим. Молчим. Видимо, Ира собирается с мыслями или набирается решимости.

Чувствую, сейчас уже выдаст...

– Моя королева, моя сила опасна для людей, но я могу жить её не касаясь. Но, Вы...

– Выражайся более конкретно. – к горлу подступил ком, но девушка смотрит на меня во все глаза и я не решаюсь сглотнуть и выдать волнение.

– А Вы сами, не боитесь навредить людям? Не представляю, как у вас получается, без использования защиты, сдерживать настолько мощную силу, которая в вас таится?!

Вопрос под дых.

– Людям?

Я?! Я сама опасна для людей?! Неужели, могу обжечь не только демона?! Перевожу дыхание, напоминая себе, что паниковать рано. Мне нужна информация.

– Тебя так волнуют люди? – спрашиваю отстранённо, хотя на самом деле от её слов меня до сих пор попеременно бросает то в жар, то в холод.

– Руслан... ведь теперь ваш приближённый, королева. Он слабый человек, и, если можно обменять свою жизнь на его…

– Стоп-стоп-стоп! Ничего я менять не собираюсь! – прерываю. – Не причиню я вред твоему Руслану. – примирительно.

– Тогда воспользуйтесь защитой, прошу! – восклицает. В глазах Иры отчаяние! – Хотя бы на время занятий. Я знаю, что нарушила закон и не вправе хоть о чём-то просить, но… – всхлипывает, прикрывая руками лицо.

Если до этого момента я всё ещё надеялась, что Ира боится меня лишь из-за того, что я замужем за повелителем и обманывается насчёт моих возможностей, то сейчас, сложив всё воедино, — кажется, обманывалась именно я...

Теперь, наконец, всё встало на свои места: тот листик в моих руках, перчатки, пятящийся от меня Герион, и, ожог Иры.

Не знаю, где я взяла самообладание, чтобы задать следующий вопрос:

– Я никогда не пробовала свою силу на людях. Как ты думаешь, что с ними произойдёт? – якобы выжидаю задумчиво, на самом деле предоставляя себе время хоть как-то прийти в себя.

Кажись, перегнула, так как глаза Иры расширяются от страха. Видимо, эти слова в сочетании с лихорадочным взглядом, который я попыталась скрыть за попыткой ухмыльнуться, девушка приняла за жажду исследования.

Как же хочется сбросить маску «Королевы» и выспросить всё напрямую!

Только вот, выбора у меня нет. Не признаваться же перед неизвестно на что способным одиштом, в том, что меня, без каких-либо объяснений, просто выставили за «дверь». А ещё хуже — в своём фактическом бессилии. Может сила и есть, но я совершенно не понимаю, как она работает?!

После случая в стенах монастыря я много раз трогала: живые цветы, листья, Гериона, людей. И ведь ничего не происходило!

Ира вновь мнётся с ответом, а я разрываюсь между желанием срочно уйти, чтобы переварить услышанное без лишних глаз, и острой потребностью в ответах. Нам обеим до крайности некомфортно.

Ловлю себя на том, что неосознанно глажу брачный браслет и это меня, похоже, успокаивает.

Решаю что ответы важнее. Пострадать в одиночку я всегда успею, а сейчас жестом намекаю девушке поторопиться с ответом.

– Если демон погибает оттого, что ваша сила выжигает тьму, то и человек сгорит за мгновенье. – осторожно начинает она. – Перед силой повелителя и нашей королевы все миры равны. – вновь склоняет голову, хотя казалось после моего вопроса она наклонила голову и вжала в плечи дальше некуда.

Миры, значит... Повелителя я заметила, — подданные боятся как огня. Только откуда у меня его сила? Это он у нас ходячая лава. Предположим, что мне действительно каким-то образом передалась частичка силы мужа.

Тогда почему Герион, прожив столько времени со мной под одной крышей, не пострадал?

Снова загадка. И чем дальше, тем более жуткое предчувствие от этих загадок во мне возникает.

Наверное, стоит завершить разговор. Слишком большое количество вопросов слишком явно обнажат мою неосведомлённость. К тому же думаю стоит предпринять попытку вызвать мужа. Одно дело отправить меня домой, продолжать жить своей жизнью, другое сделать социально опасной и закинуть к людям как бомбу замедленного воздействия.

Я сама не знаю на что способна и когда рванёт. Может Ира и не зря настолько меня боится. Я всё выясню. Обязательно!

А для этого мне нужна рядом Ира.

– Так и быть. Если не забуду, завтра использую защиту. – очень надеюсь, что под защитой она имеет ввиду перчатки. – Ты тоже приходи. И, если это не повредит Руслану, можешь его не избегать.

– Благодарю, светлая королева. – падает ниц, но озарившееся счастьем лицо я заметить успела.

От такого резкого порыва табурет отлетает в сторону, а девушка виновато сжимается от грохота.

– Ира, посмотри сюда. – поднимает голову. – Ты точно не хочешь испытать на себе мою силу? – спрашиваю вкрадчиво.

В глазах девушки вновь мелькает ужас. Она ничего не отвечает и не шевелится. Лишь слышу, что сглатывает.

– Тогда прекрати уже падать на колени. Раздражаешь. Шумно и мне не нравится. – кивает, давая понять, что осознала. – Встань. Медленно. – выполняет.

– Тогда как мне себя вести? – робко.

– Так же, как и с остальными однокурсниками. Не привлекая лишнего внимания.

– Как вам будет угодно, королева.

Чувствую, что один вопрос ещё долго не будет мне давать покоя.

Посмотрев на Иру, я всё-таки решаюсь его задать, хоть и не прямым текстом: «В этом мире ты тоже видишь тьму вокруг других демонов?»

– Я? – удивляется. Всё-таки с вопросом я промахнулась. – Нет. Эта сила лишь у повелителя. – в тоне звучит уважение. – Наверное это к лучшему, что мы не можем узнать друг друга. Так нам легче затеряться среди людей и жить обычной жизнью. – последнюю фразу она произносит задумчиво будто сделав для себя какие-то выводы.

Девушка ничем не демонстрирует удивление моей неосведомлённостью.

– Ясно. Я раньше подобного в этом мире не видела, а сегодня заметила у Виталика странную тень. У мужа спросить ещё не успела. Может ты в курсе?

– Так это умертвие. – машет рукой, как на что-то совсем незначительное.

– Чего?! Виталик!

– Нет, – вдруг улыбнулась Ира, – не Виталик. К нему прицепилось умертвите высшего демона. Некоторые из них самонадеянно решают, что достаточно могущественны, чтобы получить в этом мире шанс на перерождение, но проникнув сюда все как один слоняются бестелесными тенями или по земному, — призраками. Они никак не могут влиять на этот мир и вернуться тоже уже не могут, поэтому вынуждены скитаться, прицепившись к хозяину.

– Хозяину?

– Человеку. Как правило, это очень негативный индивид. Призраки питаются их: завистью, злобой, ненавистью. Умертвия, в отличие от самих демонов я тоже вижу. К Виталику оно прицепилось только в этом году.

– То есть умертвия портят характер человека?

– Да они вообще не в состоянии что-либо испортить! – хмыкнула Ира, — Разве что навести электромагнитные помехи. Умертвия вообще ни на что не способны, кроме как, подпитываться негативом от хозяина и наблюдать за жизнью со стороны.

– А вселяться в людей? – задаю совсем палевый вопрос и осекаюсь, понимая, что забылась. Зато Ира, кажется, совсем ничего не замечает, к тому же девушка заметно расслабилась.

– Местный фольклор, как и информация о демонах блэдах. – отмахивается она.

– Оно и так понятно, что вымысел. Ведь про моего мужа, как о повелителе демонов, нет совершенно никакой информации.

Зря я про мужа. Девушка вмиг напряглась, но я постаралась выдать наиболее доброжелательную улыбку. Расслабленной Ира нравиться мне гораздо больше. И не выглядит она опасной.

– Ошибаешься. – моя улыбка принесла свои плоды. Девушка чуть расслабилась, но напряжение в воздухе всё же ощущается. Но, наверное, мне и не нужно, чтобы оно окончательно исчезало. Не сейчас. – О нём у вас в самых древних книгах написано. Просто нужно уметь их читать.

– Ясно. Вот как-нибудь вместе и почитаем. Интересно что про него здесь пишут. Я пойду. – встаю из-за стола. – Всё-таки пока я окончательно не выдала себя нетерпеливыми вопросами лучше уйти. Завтра обязательно ещё что-нибудь узнаю. Может быть, попрошу Иру принести мне нужную книгу. – А ты сегодня же позвони Руслану и скажи, что возвращаешься.

– Спасибо, что помиловали! Навеки, я ваша раба! – Хотелось сказать, что я столько не проживу, но не стала. Зачем напоминать демону, о том, что перед ним простая смертная.

Ира выглядит сейчас больше радостной, чем испуганной. Мне от этого и приятно и в то же время настораживает: не догадалась ли она? Всё-таки нашим общением я дала ей слишком много очевидных зацепок, и от неожиданных новостей — металась, не зная какую линию поведения выбрать.

Я вышла на улицу и только сейчас вспомнила, что Ира кого-то ждала.

Неважно. Завтра спрошу.

Прямо при выходе из подъезда ко мне подошёл Костя и накинул на плечи пиджак.

– Прохладно. – пояснил в ответ на мой удивлённый взгляд.

– Неужели ты меня всё это время ждал?!

– Ну не бросать же тебя в противоположном от дома конце города. – улыбается он той самой открытой улыбкой, которую не увидишь при всех. – К тому же уже темнеет.

– Спасибо. Но я привыкла справляться сама. – пытаюсь вернуть пиджак, но на плечи ложится тяжёлая рука, не позволяющая его скинуть. – Такси вызвать недолго. – поясняю свои действия.

От горячей руки на плечах совсем неловко...

– И тем не менее до дома отвезу тебя я. – категорично и довольно властно. – Судя по тому, что ты там была долго, разговор выдался содержательным.

– Есть такое. – соглашаюсь. – Ты пока стоял, никого входящего в подъезд Иры не замечал?

– Дом многоквартирный, а ты была долго. Кто конкретно тебя интересует? Мужчина, женщина?

– Нет. Неважно... – слишком много объяснять. Врать Косте не хочется и правду не скажешь.

– Садись. – он открыл передо мной дверь машины, я поторопилась сесть. – Внимательно. – усевшись в машину на водительское место, повернулся ко мне Костя, всем видом показывая, что готов слушать.

– Ира обещала завтра прийти на учёбу.

– Вот так, просто?

– Всё непросто, поверь. Но мы подумаем, как с этим жить дальше. Большего не скажу, извини. Это не только моя тайна.

– Главное, результат. – подбодрил он меня! – Ты молодец. Рус мне уже батарею на телефоне своими звонками посадил. Может, позвоним ему?

Пока ехали позвонили Руслану, обрадовали, что Ира согласилась вернуться на учёбу.

Во время разговора с Русланом у меня промелькнула мысль: «Как бы она не сбежала».

А что? Сумки собраны. Ждала кого-то. И не факт, что моё поведение вызвало у неё чувство безопасности. Но если она и правда что-то чувствует к Руслану, не решится оставить его со мной рядом без присмотра. Я бы на её месте не решилась.

Правда о том, что Ира вернётся и к Руслану, я не сказала. Неразумно заранее обнадёживать. К тому же это их личное дело и лезть в него я не хочу.

Одишт и человек, — такое вообще возможно? Правильно ли, что доверившись сердцу я позволила Ире вернуться, даже не представляя, чем это может грозить Руслану? Наверное, потому так и поступила, в момент, когда почувствовала, — правильно именно так.

И кто я такая, чтобы что-то им запрещать?

– Ты всю дорогу такая задумчивая. – вырывает меня из размышлений Костя.

– А? Да. – бросаю взгляд в окно. – Подъезжаем.

Костя ничего не отвечает, наверное, чувствует, что мне нужно повариться в собственных мыслях.

Молча помогает выйти из машины и дождавшись, когда я подойду к двери, стартует с места.

Глава 12

Дома меня встретил радостный Герион.

– Скучаешь, мой хороший. Извини, что меня опять дома целый день не было. Хочешь, прямо сейчас прогуляемся? Подумаешь, ночь!

Пёсель отрицательно машет головой. Вид у него, мягко говоря, обеспокоенный. Хоть мимики у Гериона, как и у обычной собаки не наблюдается, не считая оскала, зато у Гериона говорящий взгляд и хвост, выдающий настроение. Вот сейчас хвост прижат к туловищу и это говорит о том, что Гер собран.

Я кратко рассказала ему всё произошедшее за день. Мне показалось, что пёсель не ободряет мой поступок в отношении Руслана и Иры.

Дослушав до конца, Герион отошёл от меня, а когда вернулся, в его зубах вновь были перчатки.

– Да, ты прав. Я должна их носить. – произнесла я, забирая перчатки и положив их к себе на колени.

Звонок в дверь.

Открываю.

На пороге курьер.

Внутри всё ухнуло: «От мужа!»

Однако уже через пару секунд я уже начала сомневаться, что муж подарил бы мне одинокий красный цветок.

– Комплимент мастеру убеждения! – с этими словами курьер вручил мне обёрнутую в целлофан розу, а у меня отпали все сомнения от кого она.

Некоторое время я сидела, задумчиво вертя в руке розу, которую подарил Костя. Выбрасывать цветок было жалко, поэтому я всё же налила для неё воды в фигурную банку из-под сока. Как оказалось, ваз для цветов в моём доме не предусмотрено. Есть одна сувенирная на полочке, но она такая мелкая, что бутон перевесит и уронит вазу.

Беру телефон и пишу сообщение:

«Спасибо, но больше подобных комплиментов не делай. Цветы будет жалко, но дальше ближайшей мусорки они не попадут. Не хочу давать мужу повод для сомнений.»

«Я тебя услышал. Хотел тебя порадовать. Ничего больше». – приходит ответ.

«Спасибо. Тебе это удалось, но не повторяй, договорились?»

«Разумеется».

И вот это его «Разумеется» ощущается, как жаркое обещание обратного.

– Что это! – подскакиваю с дивана, мгновенно отшвыривая сотовый в сторону!

В моих руках теперь не роза, а чёрный безжизненный, будто сгоревший остаток цветка.

В ужасе разжимаю руку и цветок летит к моим ногам рассыпаясь.

Бутон откололся от ствола и теперь лежит чуть в стороне. Ставший хрупким стебель тоже распался на три части.

– Ты знал?! – онемевшими губами спрашиваю Гериона.

Тот покосился на цветок. Выражение морды непередаваемое. Тем не менее пёсель утвердительно кивнул.

Дрожащими руками пытаясь усмирить набатом бьющееся в груди сердце, я заставила себя собрать мусор с пола.

Встала с пола и несмелой походкой доковыляла до мусорного ведра.

Как я ошибалась, когда думала, что знаю, что такое страх!

– Муж?! – позвала негромко.

Кажется, пора дать мне вразумительные объяснения от первого лица!

Позвала ещё раз, более смело, но муж вновь не откликнулся. Может, занят?

Где он там?

Как-то я слишком тревожно себя ощущаю, даже мир перед глазами плывёт...

Прислоняюсь спиной к прохладному кафелю на стене кухни.

– Повелитель, ну где же ты?! – умаляю, подняв взгляд почему-то на потолок.

В груди сдавило. Одно дело слушать предположения Иры и совсем другое увидеть, как нечто живое просто рассыпается в твоих руках!

Нужно отдышаться...

После смерти родителей мне часто приходилось так делать.

– Герион, не знаешь почему повелитель не отвечает? – немного придя в себя, спрашиваю у пёселя.

Тот лишь отрицательно мотнул головой в ответ.

– Я стала каким-то монстром? Фриком?! – больше утверждаю, чем спрашиваю.

Пёсель было дёрнулся ко мне, но остановился, взглянув на мои руки.

– Похоже, вместо Иры завтра на учёбу не выйду я. Представляешь, а я мечтала помогать людям. Лечить их. Как теперь?! У меня даже цветы в руках в прах рассыпаются!

Как там Ира говорила? Сила одинаково опасна как для демонов, так и для людей? И что мне с этим делать?!

Всю ночь я не сомкнула глаз. Мне было плохо. Все мои новые мечты, светлое будущее, ради которого я вновь начала жить, рухнуло в одночасье!

Всё время до рассвета Герион провёл у моей кровати, сочувственно глядя на меня своими выразительным глазами-бусинками, светящимися в темноте красным отливом.

Предрассветное солнце залило горизонт кроваво-красным цветом. Смысла дальше лежать не вижу, поэтому встаю.

Встать-то встала, а куда себя деть не представляю...

– И где мой муж, когда он так нужен? – спрашиваю даже не у Гериона, а у вселенной, но пёсель на это решительно кивнул, исчез, а через мгновение вновь появился с виновато потупленным взглядом.

В другой день, наверное, я бы удивилась таким красноречивым эмоциям и даже полюбовалась мимимишным красавцем, но сейчас моральных сил хватило лишь уточнить очевидное.

– Не придёт? – пёсель подтверждает мою догадку.

– Ясно. Значит, свою функцию я для него уже выполнила. Не нужна. – разочарованно хватаюсь за лицо руками, сдерживая слёзы обиды. Я давно поняла, что ими ничего не решить, но они назойливо просятся наружу.

Нет, я ничего не ждала от этого существа. Глупо обманываться. Это он сказал, чтобы звала, если понадоблюсь.

Герион вновь приносит мне перчатки.

– Та самая защита — печально выдыхаю, вялым движением забирая их из пасти Гериона. Тот, не смотря на опасность исходящую от меня, при этом даже не шелохнулся.

– Спасибо тебе за поддержку, но, оказывается, со мной слишком опасно. Тебе лучше вернуться домой.

Герион рычит, будто говорит, какая я дура.

Да, дура!

Бесплатный сыр только в мышеловке! Не зря всё слишком хорошо и радужно складывалось.

Герион тянет за одежду к входной двери, — легонько, лишь намекая.

– Не-не! Я никуда не пойду! – категорически заявляю. – Это опасно!

Не знаю, что увидел Герион в моих эмоциях, но отчего-то растерялся и отошёл на пару шагов, освобождая мне личное пространство.

Следующие несколько часов сижу в растерянности перебирая варианты, как мне быть. Точнее, ищу хоть один.

Зачем вообще существовать чему-то настолько опасному для окружающих? Кто я теперь?

Не знаю сколько я так просидела, но из ступора меня вывел звонок в дверь.

Встала и на удивление твёрдой походкой подошла к двери. Посмотрев на экран видеодомофона, тяжело вздохнула.

– Этого мне ещё здесь не хватало. – выдала на выдохе, не заботьтесь о том, что меня уже слышат.

– Вообще-то, я рассчитывал на более тёплую встречу. Ты уже собралась на учёбу? Я тебя подвезу. – нисколько не смутился гость.

– Спасибо, но я туда не собираюсь. – судорожно пытаюсь выдумать причину отправить парня, но мысли отказываются посещать голову и тем более искать там мозг.

– Это потому, что сегодня у нас анатомка? – не унимается парень. – Тем более выходи! Такое таким нежным особам пропускать никак нельзя! К тому же кофе стынет! – Астин приподнимает картонку с двумя стаканчиками, выставляя поближе к камере. – из лучшей кофейни! Я ещё и эклеры для тебя прихватил.

Откуда он знает, что я обожаю эклеры? Несмотря на моё состояние, девочка Света внутри меня радостно подняла голову, но получив строгий взгляд от королевы Светы, тут же её опустила.

– Спасибо, но поделись с кем-нибудь другим. – впервые отказываюсь от эклеров.

– Не хочешь в универ, выпьем кофе и я уеду. Зря я, что ли, твой адрес вытрясал?

– Эта не лучшая идея.

– Пить кофе или вытрясать информацию?

Я и без того была растеряна, а под таким напором и вовсе не знаю, какие слова подобрать. Из кого он там что вытрясал? Астин совершенно не выглядит опасным, — напротив, весь его вид располагает к себе. Но если отбросить его притягательную внешность и судить только по габаритам, то парень довольно высокий, широкоплечий и явно проводящий в спортзале добрую половину дня. Такой определённо способен вытрясти не только мелочь из карманов, но и душу.

Только сейчас заметила, что Герион утробно рычит в сторону домофона.

– Не нравится гость или... ты его знаешь? – обращаюсь к пёселю и он утвердительно кивает.

– Кого я знаю? – доносится из динамика.

Я делаю так, как не поступала никогда раньше, — отключаюсь, недоговорив!

Сейчас мне не до вежливости.

Оседаю по стеночке на пол.

Не то, что ноги не держат, просто даже двигаться становится бессмысленно.

– Муж?! – предпринимаю новую попытку «достучаться», но мне не открывают.

«Впрочем, только что с Астином я поступила не лучше». — последовал укол совести.

Герион подходит ближе. Пошевели рукой и уже коснёшься!

Есть причины не бояться, или же поддержать хочет?

– Герион, я для него опасна?

Пёсель неопределённо кивает.

– А он для меня? – задала совсем уж глупый вопрос, припомнив, что Герион рычал.

Тот же неопределённый ответ.

Уточняю:

– Он не опасен, но не нравится лично тебе?

– Из горла Гериона вырывается рык одновременно со звуком, исходящим от домофона.

Настойчивый...

Приходится подниматься с корточек, чтобы ответить, потому как настолько навязчивые звуки раздражают тем, что вызывают чувство вины. Я вот, как и Астин, ни в чём не виновата, а к мужу «дозвониться» не могу. Подло поступать с кем-то так же, лишь из-за собственных проблем. Хотя бы вежливо попрощаться с человеком я должна.

– Ну что собралась? – спрашивает парень, стоило мне ответить.

– Астин, я же сказала, что не пойду на учёбу! – отвечаю несколько раздражённо, несмотря на предыдущие мысли, и тут же себя одёргиваю.

– Пойдёшь. – уверенно. – Что же тебе вчера тот белобрысый сделал, что сегодня ты сама на себя непохожа? – спрашивает неожиданно обеспокоенно.

– Сам белобрысый. – напоминаю. – И когда ты успел так хорошо меня узнать?

– Оскорбляешься, значит не он... – задумчиво.

– Астин, мне никто ничего не сделал! – пытаюсь заверить, чтобы быстрее завершить разговор, но, судя по всему, парень уходить не собирается.

– Открой уже. Кофе стынет. – не сдаёт позиции. – Ты выпьешь кофе, а я сам смогу убедиться, что ты в порядке.

– Моему мужу не нравятся незнакомые люди в нашем доме.

– Мне тоже незнакомцы в моём доме не нравятся, но мы же с тобой уже не первый день знакомы. – выдаёт. – Так запустишь?

– Астин, вали к демонам! – психую от такой непробиваемой настойчивости.

Я не из раздражительных, но именно в этот момент, — навязчивость раздражает. Хочется остаться одной, осмыслить, а не тратить энергию и последние моральные силы на убеждения...

– Боюсь я только что оттуда. Печально, но там нет такого божественного напитка, как кофе. Да и тебя тоже. – мне сейчас даже всё равно шутит он или серьёзно. Лишь хочется остаться одной, чтобы никому не навредить.

– Если это подкат, то он не вовремя. – хочу произнести строго, чтобы поставить точку и отправить парня туда, откуда он пришёл, но на выдохе мой голос прозвучал жалким и обессиленным.

– Вновь рискую тебя разочаровать, но такие вещи вовремя не случаются.

– Астин, уходи. Я не открою, – говорю уже прямым текстом.

– Света. Я не уйду, пока мы нормально не пообщаемся! – убеждённо, не менее прямо заверяет он. – Открой, пожалуйста, дверь.

– Жить надоело! – выхожу из себя! – Да ты хоть знаешь, как рискуешь, вообще приближаясь ко мне?!

Парень на секунду опешил, но практически мгновенно пришёл в норму.

– Знаю. Риски оценил и готов на них пойти. – отвечает с шутливыми нотками, совершенно не разделяя моего настроя.

Всё сдаюсь... Я слишком измотана, чтобы спорить дальше. Я всего лишь слабая женщина, —вселенная меня простит.

Нажимаю на кнопку домофона, открывая дверь. Возможно, массаж филейной части зубами Гериона, справится с убеждением быстрее, чем мои пустые уговоры.

Во всяком случае для него это будет гораздо приятнее, чем прикосновение моих рук.

Дверь открывается и в мой дом врывается счастье.

Машинально прячу руки за спину.

Даже несмотря на моё состояние, ощутила, что с его появлением даже прихожая преобразилась. Может быть, в другое время я бы и порадовалась, что такой привлекательный парень так настойчив по отношению ко мне, но сейчас…

Хотя раз он здесь, а муж меня игнорит, возможно, хоть у него получится отвлечь меня от тревожных мыслей?

Грозный рык.

Кажется, у Гериона другие мысли на этот счёт.

– Герион? – Астин ошарашенно смотрит на пёселя. А в глазах читается: «Ты ли это».

– Вы знакомы?! – наблюдаю, как Герион обходит парня по кругу. Астин же, продолжает держать с ним зрительный контакт, медленно и равномерно поворачиваясь вслед за пёселем.

– Кажется твой пёс настроен на более тесное знакомство. – пытается отшутиться Астин, но я уже увидела достаточно.

– Откуда ты узнал имя моего пёселя? – в глазах Астина мелькает досада, но обворожительная улыбка на губах маскирует все прочие эмоции.

Глава 13

Что-то он темнит.

– Имя твоего пса, вместе с адресом выяснил. Узнал, что у тебя есть собачка, но не предполагал, что она не на привязи. Таких в намордниках полагается держать или в специально отведённых местах, где поблизости нет ни души.

– На себя надеть не пробовал? – оскорбляюсь за пёселя.

Да и Гер оскорбился. Рык со стороны Гериона становится ещё более грозным.

– Только попробуй, и я скормлю твои головы, месту под твоим хвостом. – предупреждает Астин.

Он сказал головы? Он что Гериона как-то не так видит?

– И сколько у него голов? – спрашиваю осторожно.

– Это трёхголовое исчадие… – начинает Астин, но пёсель вдруг резко садиться, поджав хвост.

– Давно бы так. – оскалился на него Астин и уже с улыбкой повернулся ко мне. – Так, где кухня? Я так долго тебя уговаривал, что кофе, кажется, остыл. – Как ни в чём ни бывало, осведомился парень.

– Там. – показываю направление налево от прихожей. — Разуться не забудь.

– Отлично!

Выглядит так, как будто не было только что этих странных разборок с Гером.

Иду вслед за парнем на собственную кухню. Что ж, похоже, кофепития мне не избежать.

– Я люблю погорячее. Так что придётся разогреть. – комментирует Астин, одной рукой отправляя наш кофе в микроволновку. — А вот и обещанные эклеры! – Пока я не опомнилась, вручает мне огромную бумажную коробку.

Хватаю её, чуть не соприкоснувшись с парнем руками, и лишь после, до меня доходит, что я забылась.

– Тяжёлая. – отвечаю чисто автоматически, так как тело покрылось холодным потом. Астин, конечно, навязчивый, но судьбы розочки не заслужил.

– Решил порадовать тебя и взять все вкусы. – как-то слишком тепло посмотрел на меня блондин и мне от этого вдруг стало легче. Меня окутало чувство надёжности и спокойствия, словно всё хорошо и я в кругу семьи.

– Подожди, кофейня Бонклёр же специализируется на эклерах! – озаряюсь догадкой, поставив коробку с центр небольшого стеклянного кухонного стола с изображением звёздного неба.

Бонклёр новая кофейня, но уже жутко популярная несмотря на заоблачные цены. В универе про неё говорят. Теперь это популярное место для свиданий. Мне ещё не довелось там побывать.

– Именно. На эклерах. Но и кейк попсы у них тоже имеются. На всякий я и их прихватил, парочку.

– Ты что, скупил весь ассортимент? – открыв коробку, разглядываю четырёхэтажный «домик» из упакованных в пластиковые, индивидуальные упаковки, эклеров. Всё это щедро присыпано кейк попсами, в целлофановой плёнке с разноцветными бантиками, часть которых при открытии коробки, скатилась горкой на стол.

И как только умудрились столько туда затрамбовать?

– Я готов на всё ради твоей улыбки.

– Кхм... – с чего вдруг? Ведёт себя будто мой парень, а не однокурсник, с которым мы перебросились парой-тройкой фраз в универе.

– Ну серьёзно, что за глупый повод ты нашла, чтобы меня избегать? Разве я тебя чем-то обидел?

– Знаешь, наверное, люди так запрограммированы, что чрезмерно назойливое им всегда хочется прихлопнуть или как минимум отшвырнуть подальше. – намекаю на его навязчивость.

– Как же ты права. – соглашается он, видимо вспомнив толпы девушек вокруг себя. – Подожди, – спохватился он, – ты это что? Про меня?!

– Это я в общем. Но да, — и, в частности, тоже. – признаю.

– Почему ты не даёшь мне и шанса на общение? – вдруг выдаёт парень.

– А разве тебе нужен шанс только лишь на общение?

– А на что ещё? – вдруг искренне удивляется парень, а вот я краснею одновременно со взрывом ворвавшихся в голову, совсем нехарактерных для меня и нелогичных мыслей. И почему в хвосте этих мыслей, блондин стоит под душем в полотенце?

Мотаю головой, чтобы прогнать наваждение, но взгляд застревает на чувственной линии, чуть приоткрытых в ожидании моего ответа, губ.

С усилием переключаю внимание на руки парня. Точнее, одна сейчас находится в кармане брюк, а вот вторая, с чёрным кольцом на мизинце, чуть касается кромки кухонного стола. В этом жесте чувствуется некая нежность. Точнее не в самом жесте, но оказаться под этими пальцами вместо стола неожиданно хочется.

Чёрт меня за ногу дёрнул запустить эту мечту скульптора в дом! Но мозги не теряем! Помним, чем чревато!

– Пока пьёшь кофе у тебя есть время сказать, чем конкретно я тебя заинтересовала, – то, что мне хочется разглядывать парня плохой знак, намекающий, что всё общение необходимо свести к минимуму, но до этого не мешает кое-что уточнить, – и что ты имел в виду под тем, что ты только что от демонов?

Астин так странно на меня посмотрел...

– Обещаешь, что не выставишь прочь, как узнаешь?

– Обещаю, что дам тебе время допить этот кофе.

– И вместе съесть эклеры? Между прочим, не одна ты сладкоежка.

– И эклеры. – откуда он знает обо мне подобные нюансы?

– И не обидишься на мои слова?

– Не обижусь.

– И я ни при каких обстоятельствах не попаду в игнор? – продолжает он.

– Астин, что за детский сад! Говори уже или уходи. – забывшись, выталкиваю собирающего присесть за стол парня в сторону двери, этим намекая, что если он не прекратит, то и вовсе слушать его не стану.

А этого лишь веселит.

Вот кого ничем не проймёшь!

Будто в шутку он начинает сопротивляться, распаляя моё негодование ещё больше!

Не знаю, как так получается, но наши пальцы в результате борьбы переплетаются, и я упираюсь уже не в грудь, а в его, сцепившиеся с моими, ладони...

– А ты забавно пыхтишь. – позволив мне сместить себя до границы кухни с коридором, дальше Астин не сдвинулся ни на миллиметр. Остановился и смотрит задорным взглядом, с бесящимися в нём смешинками, на мои попытки сдвинуть его дальше. – Подожди, я откушу хоть один и продолжим. – заговорщицки подмигивает.

Не дожидаясь от меня ответа, тут же, с лёгкостью расцепив наши пальцы с левой стороны, делает два шага к столу, тянется за эклером, отправляя половину сразу в рот, кладёт остаток прямо на стол, и вновь сплетает наши пальцы.

– Так на чём мы остановились? Продолжим?

Желание с ним бороться моментально пропадает!

Может лучше проверить знает ли команду «Фас» Герион?

Нет, так не пойдёт. Астин пришёл с миром и даже с эклерами. А сейчас он, возможно совершенно не понимая ситуации балуется, как любой другой парень, у которого детство в одном месте ещё не иссякло.

Пока я соображаю, как бы доходчивее объяснить ему суть претензии, он притягивает меня к себе за наши сцепленные руки и обезоруживающе улыбается.

– Попалась, птичка! – вновь заговорщически подмигивает, продолжая очаровательно улыбаться. – А теперь говори, что у тебя произошло?

– Ничего особенного. – вырывается писк.

– Не верю. Давай договоримся: ты станешь моим другом, а я накажу всех твоих обидчиков! – боже, он вообще понимает, насколько интимно звучит его голос?! А это совершенное лицо сейчас так близко, что мои губы чувствуют прикосновение дыхания этого нереального красавчика. Сердце, вопреки разуму, радостно берёт бешеный ритм.

Не помню, чтобы парни вообще на меня так действовали раньше, а здесь то Костя, то Астин... Может быть это я просто повзрослела, дозрела, так сказать?

Губы Астина совсем рядом. Он что-то говорит, а я заворожённо наблюдаю за его чётко очерченной линией губ. Сегодня они кажутся чуть более пухлыми, чувственными, чем обычно. Хотя раньше я особо их и не рассматривала.

Почему он застыл? Не приближается.

Хочется самой сократить это расстояние, прикоснуться, ощутить такие ли они на ощупь, какими кажутся?

«Света!» – слышу оклик в своей голове, маминым голосом. Именно так она меня окликала, когда я творила что-то не то.

Холодная волна пробегает по телу, отрезвляя. Не от страха, больше, как реакция на родной, почти забытый голос. Мозг начинает работать, а я панически вырываться, потому что наконец вспомнила, чем моё прикосновение может закончиться для Астина!

– Пусти! Нет! Нельзя! Это опасно! – пытаюсь объяснить, но он, не понимая, воспринимает как игру и продолжает удерживать, причём, довольно бережно.

– Дьявол! – резкий вскрик Астина!

Герион, не приемлющий запах кофе и по этой причине оставшийся в коридоре, всё-таки добрался до филейной части Астина!

Благодаря этому, я наконец высвободила руки, растерянно их рассматривая.

А потом испуганно кинулась к Астину, над котором уже возвышался Герион.

От застигнутой картины в жилах застыла кровь! Не теряя ни секунды, я поспешно выпалила:

– Герион! Фу! Нет! Сейчас же отпусти горло!

Герион тут же отступил, виновато потупившись.

Я пулей бросилась к Астину.

Тот, как ни в чём ни бывало, откашливается, и, потирая шею, садится, подбирая ноги в позу лотоса. Выглядит несколько помятым, но не испуганным.

– Не переживай, Герион меня лишь предупреждал. Мы с тобой слишком расшалились. – успокаивающим тоном обратился ко мне Астин.

– Ты уверен? Со стороны выглядело опасно. И клыки у Гера даже на вид больше керамические кинжалы напоминают, нежели обычные зубы.

– Разумеется. Иначе он бы справился за мгновение. Гериону достаточно всего лишь одного выверенного движения.

Кидаю взгляд на виновато косящегося на меня Гера, перевожу взгляд на шею Астина. На ней до сих пор красуются глубоко продавленные в коже узоры от зубов пёселя. Неосознанно сглатываю.

Кольнули подозрения, что парень знает о Герионе и обо мне больше, чем показывает. Да и сам Астин загадочен и красив, словно ангел, при этом притягателен, как демон-искуситель.

Наблюдаю, как он разминает шею и вновь её потирает. Даже сейчас, на удивление он выглядит привлекательно, просто ещё немного трогательно.

Я уже столкнулась с одиштом и человек ли передо мной сейчас, с уверенностью сказать не могу. Были ли в его словах прозрачные намёки или же он просто прикалывался, напуская тумана, —сказать сложно. Ира вроде как почувствовала во мне королеву и испугалась, значит и другие должны чувствовать, а этому не страшно, он прикалывается и дурит, соответственно своему возрасту. Вот уже с Гером какими-то жестами перекидывается. Тот вновь утробно рычит, но не подходит, да и напуганным не выглядит. Если бы для меня существовала опасность, уверена, Гер бы давно её ликвидировал, и сейчас бы находился между нами, а не наблюдал со стороны, лениво почёсывая ухо и выдавая недовольные утробные звуки.

Астин ко мне всегда дружелюбно относился, это я старалась от него дистанцироваться. Навряд ли он так сразу раскроет передо мной свои цели. Разве не подозрительно, что ему именно со мной дружить приспичило? Однако, мне нужен хоть кто-то, — не безмолвный Герион, а человек способный если не дать, то хотя бы помочь найти ответы или просто выслушать.

– А про мою силу ты тоже знаешь? И даже не боишься? – зажмурив глаза, решаюсь спросить. По ответу на мой вопрос по крайней мере должно стать понятно, человек ли Астин. Жизнь, это не фильм, в котором зацепки появляются на пути сами собой.

Открываю один глаз, встречаясь взглядом с парнем и тут же распахиваю второй.

– Что ты имеешь в виду? – насторожился Астин.