Мой бессмертный Господин

Том 1. Глава 0. Пролог: Начало конца

Глава 0

Пролог. Начало конца

― «Что за шум... Как же громко... Как же мерзко... Как же плевать». ― Лязг мечей, крики ужаса, пронизывающий вой ветра, шелест опавшей листвы, брань и вопли. Чьи? Кому они принадлежат: мужчинам или женщинам ― сложно сказать. Невозможно представить, до какого состояния нужно довести нутро человека, чтобы услышать животный рёв, свидетельствующие о разрушении его рассудка. А может, ― это вовсе кричат и плачут напуганные дети, потерявшие родных? Надеюсь, что я ошибаюсь, и они смогли спастись...

Слышу, как крупные капли падают на землю, отбивая своеобразный ритм, похожий на удары в маленький барабан, который часто используют на осенних фестивалях, тематических праздниках и пиршествах. Весьма иронично, что в такой обстановке на ум приходят мысли о торжестве. Может быть, ― так будет лучше?..

Капли. Отовсюду слышны их удары о землю, а истощённое сознание никак не может понять: что же это? Я не чувствую, чтобы сверху на меня опускались маленькие влажные кристаллики, которые часто вводят в тоску, падая на землю серыми промозглыми вечерами. Неужели, ― это кровь? Так много? Не могу понять, откуда доносится этот звук. Словно, ― отовсюду...

Каждый кровавый стук взрывается эхом недоумения и страха, сопровождаясь шёпотом погибших товарищей. Ветра уносят с собой обрывки старых воспоминаний, где души, истекающие кровью, ищут покой в бездонных тайниках времени. Разрушенные стены, ранее узорчатых белоснежных фасадов, становятся свидетелями невидимых битв, а улицы, пропитанные кровью, шепчут о судьбах, разорванных на куски. Сознание путается. Одна мысль стремительно сменяется другой, и сосредоточиться практически невозможно. Искалеченный рассудок мечется в круговороте мыслей, которые пытаются собраться в одну единственную картину, чтобы помочь вспомнить, что же стало причиной этого буйства смрада и смерти вокруг. Но, к сожалению, в голове стоит только один вопрос: ― «Почему?».

Почему всё так обернулось? Ощущение, что уже порядком приевшийся запах крови плотно забился в нос, а её омерзительный привкус навсегда поселился на языке и губах. Алый дождь обрушивался на землю, покрывая её жутким багряным покровом. Страх разливался по улицам, пронзая тела тех, кто осмелился выйти из своих домов и с честью отдать свою жизнь на благо павшей страны. Каждая капелька, что тоненькой струйкой стекала по серым камням, оставляла после себя память о несчастьях, о гибели, об ужасах, охвативших страну. В воздухе повис туман из металлических искр, смешиваясь с горечью паники и тревоги.

― «Как же я это всё ненавижу, но теперь как-то... плевать? Не помню, чтобы мне когда-либо было так легко...»

Как по мгновение ока, стоило только подумать о том, что пришло время успокоиться, мысли снова переметнулись и зациклились на очередном непривычном шуме. Такой странный гул в ушах, словно тысячи колоколов разом решили устроить состязания, чей же издаст более чистый и пронзительный звук, который проберет от самых корней волос, до кончиков пальцев на ногах. Точно, ноги! Где же мои ноги? Почему я ничего не чувствую? Не чувствую ни конечности, ни всё остальное тело. Совсем скоро стало казаться, что я вообще перестал ощущать себя в этом мире. Странно... но, отчего-то, наплевать.

Я потерял контроль над своей плотью, над своими чувствами, над собой. Это так странно и одновременно, приятно. Да, именно приятно. Словно, можно выдохнуть, отдохнуть, ничего не контролировать, отпустить все мирские суеты. Но, что-то всё же удручает меня: на душе не спокойно, тоскливо, мрачно, боязно, мерзко, неприятно, гадко, гнусно, противно. Да я могу сколько угодно перечислять всё это, но вряд ли смогу передать весь тот спектр неприязни и отвращения, который мне приходится сейчас испытывать. Будто бы что-то потеряно, упущено. Но что это может быть? Что же сейчас я могу сделать? Верно, ничего. Почти ничего.

Я могу видеть. Но что открыто моему взору? Перед глазами повисло тяжёлое небо. Серое, блеклое, без единого облака. В это время года, в это время дня. А сколько сейчас? Вроде бы был час обезьяны? Или же уже перевалило за час петуха? Да и не важно, плевать.

И всё-таки, куда с неба подевались все цвета? В такой момент меня заботят такие мелочи, это даже смешно. Глупо. Но что мне ещё остается сейчас? Так, хоть и незначительно, но я отсрочу тот момент, когда мой разум поглотит беспросветная тьма, из которой нет выхода, в которую нельзя войти, и в которую лучше никогда не попадать.

Казалось, будто бы кто-то использовал большую волшебную кисть, способную превратить краски в плотное серое вещество, которому подвластно перекрыть все яркие тона, коими обычно пылает небосвод. Интересно, а сможет ли эта кисть, как в той самой невероятной легенде, нарисовать всё то, что я захочу? Исполнить все мои желания, вернуть в этот бренный мир всех тех, кого я потерял и потеряю в будущем? Способна ли она утолить всю ту боль, которой пропитано моё тело, мой разум и моя душа. Чувствую себя романтиком. На пороге смерти ведь самое время, чтобы вспомнить старые сказки. Глупо.

Где всё это? Багрово красные, словно клён, пурпурные, словно полевые цветы, золотистые, словно само изобилие цвета. Где же? Почему только одинокое, унылое нечто, которое пытается, словно, раздавить меня. Облаков не видать, да даже не единой тучи! Поднебесье кажется совсем пустым, одиноким, безжизненным. Но так только кажется, ведь оно, на самом деле, совсем другое.

Я вижу птиц, черных, больших, которые кружат надо мной, словно хищники, готовящиеся напасть. Я вижу пепел, который развивается по ветру; вижу тот самый дым, который исходит от разгорающихся языков пламени где-то там вдали. Но этот смрад совсем не тот, который все привыкли видеть, когда горит сено на полях, или слегка пригорел ужин в котелке во время похода, а черный, удушающий, зловещий, цвета воронова крыла, прям как самая настоящая скверна. Может, это она и есть, но, как ни странно, мне по-прежнему абсолютно наплевать.

И вот снова: только я подумаю о том, что пришло время опустить свои уставшие веки навсегда и упасть в пучину небытия, как мои мысли всё равно возвращаются к рассуждениям. Пережитки воспитания? Воспоминания о прошлой благородной жизни? Или это всего-навсего близится моя смерть, которую я безумно боюсь? Поэтому и пытаюсь поддерживать свой разум в здравом рассудке, цепляясь за каждую мелочь? Даже не знаю, что из перечисленного лучше.

Всё вокруг заволокло тьмой, но не небо. Для него была уготована другая задача: поглотить меня, раздавить как букашку, изничтожить, выломать все мои кости, расплющить все мои органы, разорвать душу, чтобы та рассыпалась тысячью искрами, словно погасший фитиль свечей, которые я так любил зажигать по вечерам. Что значит «любил»? Почему в прошедшем времени? Неужели, сейчас не люблю? Но что же тог...

― Нет, нет, нет! Я все-таки нашел тебя, ты не можешь просто так взять и уйти, ты слышишь меня?! ― громкий мужской голос раздался где-то слева, над ухом. Кто это такой? Он обращается ко мне? Так странно, голос кажется таким добрым, и до боли в груди... родным? Знакомым? Но кто он такой? Я чувствую, как моё дыхание, которое медленно угасало, внезапно замерло. Я хочу вдохнуть, открыть шире глаза, но у меня не выходит. Почему? Чёрт, мои руки по-прежнему меня не слушаются, не могу никак себя сдвинуть, не могу ухватиться за этот таинственный голос, за этот свет, которые зовут меня, и не дают сознанию уйти в забвение. Может, я смогу повернуть голову? Ха-ха, это всё бессмысленно, правда? Как же всё это глупо. Я больше не хочу пытаться!

― Ли Вэймин, услышь меня... Скажи хоть что-то! Я же вижу, что ты в сознании. Я слышу твое сдавленное дыхание... Я чувствую твою душу, я ощущаю твой пульс. По твоим духовным каналам все ещё течет жизнь! Она слаба, но всё еще там есть! Прошу тебя, не оставляй меня, я так долго искал тебя! ― раздавался всё там же, уже ставший истерическим, крик.

-«Вот как! Значит, меня зовут Ли Вэймин, но я от чего-то совсем не могу вспомнить. Не могу расслышать все до конца. Мешает этот чёртов звон в ушах. Мешает это чёрное гнусное марево вокруг! Как же я устал, сколько можно! Либо пусть перестанут звонить колокола, либо пусть он замолчит!» ― метались в голове мысли, помогая тающему сознанию, хотя бы на мгновение, прийти в норму.

― Я.…я ... Прости меня, я не успел. Я старался, спешил, но не успел... ― его холодные руки легли на мои щеки. Что он делает? Кажется, большими, сбитыми в бою пальцами, он поглаживает моё лицо. Это так странно и необычно. Никогда ранее не видел этот жест вживую. Что он вообще означает? Но что более ужасает, — это даже не вызывает у меня неприязнь и раздражение. Он старается как можно аккуратнее меня касаться. Это выглядит до смешного глупо! Разве сейчас мне поможет его нежность? По-моему, меня уже поздно беречь...

Как же дрожат его руки, мне не по себе. Похоже, он ранен? Чувствую резкий, ненавистный мне запах, исходящий от его одежд. Пальцы шершавые, наверное, он постоянно держит в руке оружие. Хотел бы я на это посмотреть. Судя по голосу, он совсем ещё молод, значит, полон сил и вполне мог показать мне что-то впечатляющее. Как же жаль...

― Ли... Ли Вэймин, скажи мне что-нибудь? Я не могу так, я готов сойти с ума, я готов в любой момент рассыпаться на мелкие осколки, если ты этого пожелаешь. Только ответь мне. Даже если ты прикажешь мне умереть, я буду готов, если ты прикажешь мне уйти навсегда, я тоже буду готов, только пророни хоть одно слово! Хотя бы посмотри на меня! ― дрожащий низкий голос все не унимался, от чего в груди все сжималось, скручивалось в жгут, и от каждого оброненного слова начинало саднить и кровоточить. Я очень хочу заплакать, я очень хочу кричать, я очень хочу...

― «Посмотри на меня, пожалуйста, посмотри! Наклонись, подвинься ближе, наклонись, наклонись, приблизься, посмотри мне в глаза, я хочу знать, как ты выглядишь, я...» ― ещё никогда душа Ли Вэймина не рвалась наружу с таким остервенением, как в этот раз. Но, казалось, что уже было поздно.

― Склонившийся к ручью цветок полон желания, но воды ручья бесчувственны. Поникший цветок тоскует от любви, бессердечный ручей течет дальше. Цветок у воды, тоскующий от любви, роняет лепестки, а бессердечный ручей продолжает журчать... Так же и ты. Ты всегда был ко мне так жесток! ― тихий шепот раздался возле уха, ― но я все равно шел за тобой. Я всё равно здесь. Даже если ты мне не ответишь, я… ― голос дрогнул, ― я всё равно не буду злиться. Вопреки всему, я продолжу быть тем самым цветком, который ждёт, когда ручей перестанет журчать, унося своим течением мои лепестки, и обратит на меня внимание. Такая ирония! Когда-то именно ты сказал мне эту фразу, а теперь я говорю её тебе. Ты помнишь? Тогда ты думал, что я страдаю от тёплых чувств к Сяо Мао, но ты был так слеп... Ты тогда так и не понял...― холодные руки опустились на туловище, которое безвольно лежало на земле.

Тёмно-синие одежды приобрели грязно фиолетовый оттенок, поскольку смешались с алой, всепоглощающей жидкостью. Некогда роскошные, расшитые золотыми нитями верхние одеяния, приковывавшие к себе восхищенные взгляды, теперь походили на грязные, изодранные тряпки, которые кидали животным в хлев. Нижняя рубаха, которая ранее всегда хрустела от чистоты и свежести, налилась багряным, прилипая к телу, испещрённому глубокими ранами. Они больше не затягивались.

― «Видимо, духовных сил совсем не осталось. Неужели, его золотое ядро совсем иссякло? Не верю...» ― думал про себя незнакомец, то и дело, вытирая накатывающиеся слёзы.

Черные длинные волосы, обычно собранные в изящный пучок, придерживаемый шпилькой из голубого нефрита, беспорядочно распластались по земле, склеенные запекшейся кровью и осквернённые грязью.

― Помню эту шпильку. Искусная работа мастера. Жаль, что ты так и не узнал, ведь это я сделал её, во время обучения в монастыре. Помню, как ты похвалил руки этого умельца... Ты так редко что-то хвалишь, и именно её выделил из всего изобилия роскоши, которая тебя окружала. Моему счастью не было предела. Но я не решился рассказать об этом. Ведь где тогда был мой молодой Господин, и где был я. Но, в ту секунду, это вселило в меня уверенность, что я смогу дотянуться до тебя. Хотя бы одним пальцем коснуться полов твоих одежд. О большем я и мечтать не мог. И сейчас не могу…

Некогда изящное лицо осунулось, под глазами пролегли синяки, губы иссохли и потрескались, а в уголках рта залегла странная, слегка пугающая улыбка. Даже сейчас он улыбался. Раньше его надменная физиономия казалась очень раздражающей и вызывала только один негатив, но сейчас... Пусть он лучше улыбается, пусть живет, пусть дышит! Готов терпеть её хоть до скончания времен, но она хотя бы будет наполнена жизнью.

Его глаза, цвета созревающего персика, которые всегда отличали Господина Ли от всех остальных людей во всём мире, теперь походили на стеклянный драгоценный камень, не живой, холодный, с острыми краями, обжигающий своим холодом и одновременно изяществом. Казалось, если прикоснуться к ним, то можно порезаться о его грани.

― Всегда было приятно наблюдать за твоими глазами, ты знал? По вечерам, во время посиделок у небольшого костра, они принимали такой жаркий, яркий оттенок, в них всегда отражался пылкий нрав. То ли пламя костра, то ли пламя жизни и благородства, но чем быстрее догорал огонь, тем скоротечнее в них пылал тот самый жар, из-за отсутствия которого они принимали более приглушенный светлый цвет. Когда ты злился, они будто бы становились притененными, и в них можно было разглядеть нотки печального серого и бежевого цветов. Ты вечно хотел быть таким грозным и сердитым, но твои глаза всегда выдавали в тебе нежность, статность, мужественность. Мне кажется, ты ненавидел свои глаза, ведь персиковый цвет — это цвет любви, ласки, нежности и женственности. Не подходит для мужчин. Думаю, ты думал именно так, поэтому старался не смотреть на свое отражение. Но я всегда считал иначе. Я всегда смотрел.

― «Вот как значит, видимо я правда был дураком, раз не понял тогда твоих истинных чувств…» ― так хочется засмеяться. Но из горла наружу рвались только хрипы, да кровь, готовая в любой момент новой волной пойти в наступление, угрожая полностью уничтожить и высушить ослабленный организм.

― А может, всё к лучшему? Может, мне тоже стоит лечь и умереть рядом с тобой? Ведь, мне больше и не нужно ничего... ― смешок. Ещё смешок, потом третий, четвертый, пятый, которые позже превратились в истерический смех, сменяемый снова криком отчаяния. Он так кричал, словно у него на руках умирает его самый близкий и родной человек. Но кричал он не долго. Крик быстро сменился слезами, которые горячими каплями упали прямиком на мертвенно-бледное лицо. Руки на талии сжались, прижимая бездыханное тело к себе, голова юноши легла на изуродованную грудь, а в воздухе послышались приглушенные всхлипы. Он прощался, он был готов.

― «Нет!» ― пыталось вырваться из груди. Он не может, не должен умирать! Нет! Почему эти его слова так больно меня ранят? Почему он прощается со мной? Я же здесь! Посмотри на меня! Я чувствую его слёзы, я чувствую его тепло, но почему по-прежнему не вижу лица?! Что происходит... Что же…

***

― «Мой милый ученик, ты знаешь, мне сейчас так тепло... Мне всегда было тепло, когда ты был со мной рядом. И даже сейчас, я снова это чувствую: жар твоего тела и жизнь, которая течёт по твои венам...» ― спокойствие медленно разлилось по телу молодого Господина Ли, застывая улыбкой на его лице.

― «На небесах мы будем птицами, летящими бок о бок, а на земле мы будем двойниками, цветущими веточками на одном дереве...» - слеза покатилась из остекленевших глаз, прощаясь с этим жестоким миром, а из груди вырвался последний вздох, ― прощаясь с болью, обидой, со страхом, с небом, с тобой...

― «Наконец-то я смог тебя разглядеть, Вэй Жолань...».

Том 1. Глава 1. "Совпадение ли?" Часть 1. Знакомство с главным героем

Глава 1

«Совпадение ли?»

Часть 1

― Таким образом, по мнению китайских философов, в основе всего сущего лежит триединство Вселенной, включающее в себя небо, землю и человека. При этом вся энергия пронизана энергией «Ци», которая делится на два начала — женское инь и мужское ян. Как всем известно, у всего живого есть как светлое, так и тёмное естество. Ещё из древнекитайской мифологии многие, наверное, слышали о таком понятии, как «тёмная Ци». Официально, философия не даёт определение понятию «тёмная Ци», и, как правило, формально тёмную и светлую энергии, не выделяют отдельно, даже в научно-философских текстах. Но, конечно же, в те далёкие времена, и в настоящее время, находились и находятся те, кто положили все свои силы и время на то, чтобы изучить, как на самом деле устроена «Ци», и что из себя представляют её темная и светлая стороны. Но, кажется, я отошел немного от темы, давайте запишем определение: ― «Ци - одна из основных категорий китайской философии, фундаментальная для китайской культуры, в том числе и для традиционной китайской медицины. Чаще всего определяется как «пневма», «эфир», «воздух», «дыхание», «энергия», «жизненная сила. Ци выражает идею фундаментальной, континуальной, динамической, пространственно-временной, духовно-материальной и витально-энергетической субстанции, которая лежит в основе устроения Вселенной, где всё существует благодаря её видоизменениям и движению». Все успели записать? ― эти слова проговорил не высокого роста мужчина средних лет, стоящий за кафедрой перед большой аудиторией. На вид ему было около пятидесяти, но выглядел он куда моложе, несмотря на пробивающуюся седину в районе висков. Поправив очки, проведя рукой по своей «козлиной» бородке и не услышав от своих «желторотиков» одобрительных возгласов, мужчина обвел глазами студентов.

Ну, тут всё как обычно, по классике жанра: кто-то торчит в телефоне, а задние ряды о чём-то шепчутся и хихикают. Нет, есть, конечно, те, кто усиленно слушает и конспектирует, сидя с большими заинтересованными глазами, и заглядывает в рот учителю, внемля каждому его слову. Его это не могло не радовать, но что профессор, как и любой другой преподаватель, не любил больше всего, так это тех, кто позволял себе спать на лекциях, нагло и бесцеремонно тратя его время. Каждый учитель уважает свой труд и хочет как можно лучше вдолбить его плоды в головы бывших школьников. И если тех, кто просто болтает или листает ленту в «LinkChat», еще как-то можно отвлечь, окликнув, то спящих ещё попробуй, разбуди!

Вот как раз одна из таких жертв и попала в поле его зрения. Это был молодой студент, Ли Вэйхуа. Хоть он и первокурсник, но уже успел отличиться! На занятии по истории древнего Китая, он решил, что может себе позволить вступить в полемику с его коллегой, профессором Чжоу, и попытаться доказать нечто несуразное! Как раз настало время изучения мифологии и древнекитайского фольклора. Обычно, когда начинается эта тема, то студенты, как правило, проявляют заинтересованность и внимательно слушают, не решаясь даже слово вставить! Так всё и было, до того самого дня, когда этот юнец впервые переступил порог аудитории! Всё начиналось очень даже хорошо, пока он не решил, что может позволить себе вставить слово. Еще и на такой священной легенде! Да обсуждать её на повышенных тонах вообще считает кощунством! Что этот мальчишка себе позволяет?!

Он на полном серьёзе считает, что помимо всем известных «Восьми бессмертных», которые часто изображаются во многих монастырях Китая, в древности существовали и другие твари. Уму непостижимо, какой вздор! Утверждает, что помимо них, были так же и демоны, и злые духи, и другие неведомые существа. Кто-то явно чего-то перечитал или пересмотрел, и пытается внести этот раздор в массы! Конечно, стоит учитывать все мифы и легенды, которые существовали и существуют по сей день, но они не имеют никакого рационального подтверждения. Это так, ― детские сказки и не более, но этот молодой человек считает иначе. Как бы его не пытались переубедить, он продолжал доказывать следующее: ― «Тот факт, что только они изображаются на картинах и фресках в храмах, никак не может говорить с уверенностью о том, что помимо них не существовало что-то иное, что-то большее! И не нужно мне доказывать обратное. Этого никто не может знать. Об этом могут рассуждать только те, кто жил в далёкие прошедшие времена. А сейчас нет никаких подтверждений, но и опровержений тоже! Так что, Вы не вправе втирать эту чушь на своих занятиях глупым студентам. Зачем вообще спрашивать наше мнение, если оно в любом случае будет не верным? Почему все считают, что существует только два мнения: мнение препода и неправильное! С чего Вы вообще взяли, что Ваши знания в этой сфере – это неопровержимая истина? Вы не компетентны, учитель!». И что-то дальше в таком духе. За что он и был вызван в деканат, а после оштрафован за недостойное поведение. И вот сейчас, именно он, на его предмете, сидел-лежал и пускал слюни, находясь в царстве морфея и сладко причмокивая!

― Молодой человек, проснитесь! ― нарочно громко проговорил учитель, чтобы все сидящие в аудитории отвлеклись и перевели взгляд вначале на него, а потом на того, к кому он обращается. К разочарованию профессора, спящий даже и ухом не дернул, продолжая сладко сопеть.

― Молодые люди, тыкните его, кто-нибудь, пока моё терпение не лопнуло! ― строгие слова слетели с его языка. Редко можно было увидеть этого, на вид добродушного, старичка таким серьёзным и раздражённым.

Сидящая рядом с ним девушка, кажется, её зовут Юн Ян, скромно хихикая, пододвинулась ближе и слегка потрясла юношу, прося не громко, чтобы тот проснулся. Когда и это не сработало, в ход пошла тяжёлая женская артиллерия: острый коготок!

Достав свое «орудие убийства», девушка резким движением тыкнула спящего в бок под ребро, от чего у того по телу пронеслась дрожь, и он резко проснулся, но словно не от этого ощущения, а, как будто, от кошмарного сна.

Внезапно пробудившись, он чуть громко воскликнул: ― «Вэй Жолань!» ― и тяжело дыша, вытаращил глаза и огляделся по сторонам, пытаясь вдохнуть как можно больше воздуха.

Вокруг повисла тягучая тишина, а после чего на всю аудиторию раздался смех и гогот одногруппников. Кто-то смеялся и шутливо повторял его слова, кто-то, наоборот, скромно посмеивался и хлопал проснувшегося по плечу и спине, а некоторые решили воздержаться и просто с улыбкой смотрели в сторону.

― Молодой человек, как Вы объясните то, что только что произошло? Вы вроде бы только на первом курсе, у Вас нет ещё такой загруженности по другим дисциплинам. Насколько мне известно, из Вашего личного дела, Вы живёте в полной семье, дома с родителями и нигде не работаете, на секции спортивные Вы тоже не ходите. Так объясните мне, в таком случае, причину того, почему Вы позволяете себе спать на моём предмете! ― раздражённо ворчал мужичок с козлиной бородкой.

От такого количества местоимения «Вы» за такой короткий промежуток времени, у вновь родившегося, а после сна он чувствовал себя именно так, чуть не треснула голова на две части, а то и на четыре! Что за вздорный старик, ещё и вывернул его личные данные наружу при всех. Ощущение, будто бы за этого его можно заставить отвечать... Но это потом, возможно...

― Да-да, прошу прощения. Я лёг рано спать и не выспался, ― по его монотонному голосу можно было понять, что он отвечал так только для того, чтобы все как можно быстрее отвалили от него. Впрочем, в каждой неправде есть и доля правды: он действительно лёг рано, часа в четыре утра. Наверное, лучше сказать «поздно», но ведь 4:00 — это же утро, так что, по факту, он сказал, как есть. На этом правда закончилась. Дело было не только в том, что он не выспался, ему просто стало невыносимо скучно на этом предмете, и не найдя ничего лучше, он решил спокойно проспать всю эту тягомотину.

― «Энергия «Ци», древние китайские философы, мироздание, триединство... Какая это чушь, отвратительно!» ― только и мелькало в голове молодого человека, которого так грубо привели в чувства.

― В таком случае, Вам следует ложиться вовремя. Если ещё раз такое повторится, мы будем говорить в кабинете декана. Ну, и чтобы Вы не расслаблялись, завтра я устрою опрос, и Вы будете отвечать самый первый по всему тому материалу, который Вы так услужливо самому себе проспали! - воодушевившись, мужчина объявил о том, что на сегодня пара закончена и все могут расходиться, куда им нужно.

Ли Вэйхуа пропустил мимо ушей все его слова, думая лишь только о том, что ему надо сделать и купить по пути домой.

Выйдя почти самым последним из аудитории, он дождался, пока пространство вокруг немного опустеет и не спеша пошел к выходу, проходя длинные коридоры, на стены которого, через не зашторенные окна, падали тёплые солнечные лучи.

***

Это было начало нового периода. Лето только-только передало бразды правления в руки своей верной напарнице, золотой прекрасной осени. Совсем немного, и улицы покроются яркими золотыми красками, под ногами будет шелестеть листва, а прохлада ветра по немного начнет усиливаться, норовя попасть кому-то за шиворот и помочь заразиться осенней хворью. Звучит, конечно, не совсем мило, но всё же, на то она и осень. Не постоянно же в тёплых солнечных лучах нежиться. Нужно и помёрзнуть немного!

К сожалению, многие люди не уделяют вообще никакого внимания временам года. Не видят всего того прекрасного, что они несут в себе, показывая глупцам всё буйство жизни и красок. На то они и глупцы, раз не понимают или не хотят понимать таких простых вещей. То ли дело, в прошлом. У каждого народа, в каждой семье, в любой части страны, были свои праздники, посвященные только одной осени. Что же говорить о других поводах для торжеств, коих было не счесть.

Многие сведения об этом, конечно же, были утеряны, но Ли Вэйхуа от чего-то всегда знал, что они точно были! И никто, и даже он сам, не знали, откуда же в нём зародилась такая уверенность. Но сколько себя помнил, он всегда интересовался чем-то не типичным для его возраста: прошедшим, исчезнувшим, загадочным, не поддающимся объяснению. Отсюда в его голове и строились различные теории и предположения, ведь он знал, что никто не сможет их опровергнуть. Так почему бы, не разгуляться и не помечтать?

В школе Вэйхуа читал соответствующую литературу, смотрел научно-исторические фильмы, ходил на различные лекции, выставки, даже с мамой в музеи! Всё это всегда вызывало какой-то трепет и волнение в его душе, который он не мог объяснить.

― «Вот стоишь ты, на той же выставке, смотришь на огромную, древнюю фреску, а сердце так и замирает. Ощущение, что всё то, что на ней изображено, живёт своей жизнью: лица улыбаются, деревья колышутся от легкого ветерка, щебечут птицы, шумит ручей, капли дождя с шумом опускаются на землю. Казалось даже, что я слышу голоса и смех людей, топот ног, кружащихся в танце, ритмичные звуки, исходящие от барабанов, плавные, струящиеся мелодии пипы, звон сагатов и свист сяо. Слышу шелест покачивающихся китайских фонариков, звон колокольчиков около витрин с сувенирами и лотков с едой, и всё это, можно было увидеть, просто посмотрев на изображение. Словно, стоит сделать шаг, и ты оставишь этот скучный серый мир и в мгновение ока окажешься в другом измерении, где по-прежнему живы танцы, традиции и музыка. Почему никто другой, кто находился в этот момент рядом со мной, не замечал этого?» ― Вэйхуа каждый раз задавался подобными вопросами, стоило ему поймать на себе неодобрительные настороженные взгляды.

Родители всегда поражались тому, откуда у их сына, самого обычного мальчика, такая жажда познать неизведанное. Они и сейчас, слушая его и то, как он рассказывает им очередные новые истории, сидят с открытыми ртами. Этим и был обусловлен выбор университета и направления образования. Конечно же, Ли Вэйхуа учится на кафедре, где основными предметами выступают философия и история. В таком случае, почему же он позволяет себе спать на предметах, которые так любит? Всему виной глупые люди, зовущие себя преподавателями и решившие, что, не зная и толики того, о чём так активно рассказывают, могут засорять этим юные головы! Какой вздор! Иногда Вэйхуа кажется, что за все годы его недолгой жизни, он изучил куда больше, чем они при получении высшего образования и докторской степени.

Множество мыслей, как и всегда, крутятся в его голове, но раз сегодня он задумался именно о красоте осени и праздниках, связанных с ней, то стоит сказать, что сейчас, конечно, в современном мире, тоже есть такие торжества, которые отмечают по сей день. Например, праздник «Середины осени». Он всегда отмечается 15 числа 8-го месяца по лунному календарю. И всегда выпадает на день полнолуния. Как же загадочно и волнительно это звучит!

Подобные размышления часто посещают его голову, когда он идет домой в одиночестве после учебы. Улица, освещенная тусклым светом фонарей, всегда кажется ему бесконечно длинной, а каждый шаг отголоском множества неопределенных эмоций. Он думает о многом — о предстоящих экзаменах, о друзьях, о том, что ему предстоит в будущем. Его воображение рисует разные картины: вот он стоит на сцене, получая диплом, вокруг него аплодисменты и одобрительные взгляды. Внезапно перед ним возникают образы, наполненные яркими красками — тёплые летние вечера с мечтами о том, как сложится его будущее.

Но затем тень неопределенности вновь окутывает его. Улица кажется менее уютной, а звуки города — громче. Мысли о том, чего он боится и о чём мечтает, наслаиваются друг на друга, как облака над горизонтом. Он чувствует, как эти размышления заполняют пространство между шагами, заставляя его сердце биться быстрее. Возможно, это период поиска — время, когда каждый вопрос становится искоркой, зажигающей огонь энтузиазма и сомнений. И каждый вечер, идя домой, он вновь и вновь создает новые горизонты в своем сознании, полные надежд и страхов.

― «Ведь так возвращаться в свою обитель гораздо интереснее, разве нет?»

***

Пройдя до конца коридора, Ли Вэйхуа спустился по лестнице и, переобувшись внизу, забрал верхнюю одежду и вышел на свежий воздух. Он очень любил эту пору, когда на улице оставалось то легкое тепло, которое царило в летний сезон.

Совсем недавно закончился август, поэтому, ветер не успел посуроветь, а сочно-зеленые листья на деревьях ещё не успели пожелтеть и опасть, покрывая плотным покрывалом территорию университетского двора.

Вэйхуа жил в одном из крупных городов Китая, в Чунцин. Родители переехали сюда, будучи ещё сами студентами. Всё потому, что они так же, как и их, ещё не рождённый на тот момент сын, хотели достичь чего-то большего, познать что-то новое, в перерывах наслаждаясь хорошим климатом и спокойно текущей жизнью. Город располагается в Сычуаньской впадине и горах Улиншань, совсем недалеко от экватора. Здесь всегда много туристов, приезжающих из разных стран и городов, чтобы посетить достопримечательности и насладиться тёплыми деньками. Вот такими когда-то и были его родители. Правда, они приехали всего лишь отдохнуть и посмотреть на жизнь в мегаполисе, но в итоге так и не вернулись назад в свою провинцию. Это именно они привили своему сыну любовь к окружению; научили видеть то, что чаще всего не замечают другие и обращать внимание на все мелочи, которыми наполнена окружающая его обстановка. Его старшие всегда стремились к тому, чтобы Ли Вэйхуа спокойно жил свою жизнь, стараясь не замечать все те недостатки, от которых, как и в любом другом месте, нельзя было никуда деться. Но молодой человек не хотел, и родители не хотели, чтобы такие вещи его удручали и вводили в тоску.

― «Поэтому, я всегда знал, что даже в самой кромешной тьме, все равно можно было найти мельчайшую крупицу чего-то светлого и тёплого».

***

За этими мыслями, Ли Вэйхуа и не заметил, как дошёл до продуктового супермаркета. У него с собой был целый список того, что ему написала мать, наказав обязательно зайти в магазин. Быстро справившись, он вышел и направился по тонкому тротуару, мимо соседских домиков, по направлению к своему.

― Кстати говоря, мой сон! Он был таким реальным, будто бы это действительно произошло со мной. Я помню, словно наяву, все события, каждое своё слово, каждое ощущение, я помню... Его. Кто он? Я так и не смог разглядеть внешность незнакомца, но под конец, перед тем как меня так нахально разбудили, я выкрикнул совсем незнакомое мне ранее имя. Значит, зовут его Вэй Жолань? А меня он назвал Ли Вэймин. Такая же фамилия, как и у меня! Немного пугающее совпадение… ― молодой человек проглотил склизкий комок, застрявший в горле. ― Вот это я понимаю, игры разума. Похоже, перед сном и вправду не стоит читать подобные книги и смотреть соответствующие фильмы. Приснится же... ― он внезапно остановился от необычного чувства, сдавившего грудную клетку в районе сердца, и положил туда ладонь. Вэйхуа закрыл глаза, пытаясь вспомнить, что именно привело к этому щемящему чувству в груди. В голове мелькали лица, моменты, голос, который звал его из далека, но всё это было как будто в тумане. Очень странно, ведь с ним никогда подобное не случалось, от чего объяснить причину такого странного поведения было весьма проблематично.

― И правда, странно. Как будто бы в одночасье я чего-то лишился. Никогда не замечал за собой такой впечатлительности, надо будет залезть в сонник! ― воодушевившись этой идеей, в один прыжок всё расстояние до дома было пройдено.

Он жил в небольшом уютном частном доме, с большим ухоженным двором, обрамленным зеленым садом. С боковой стороны дома находилась терраса, где Ли Вэйхуа с родителями часто устраивали утренние чаепития, наслаждаясь теплым солнечным светом и пением птиц. Вечерами он любил выходить на задний двор, чтобы полюбоваться закатом, который окрашивал горизонт в теплые оранжевые и пурпурные тона. Соседи часто приходили в гости, и дом наполнялся смехом и обсуждениями, а на столе всегда стояли вкусные угощения. Ему нравилось здесь жить, поэтому, когда вставал вопрос, хочет ли он остаться здесь до конца университета или переехать в общежитие, ответ был однозначным: - «Конечно, хочу!».

― Мам, я дома! ― нарочно громко проговорил Вэйхуа, зная, что женщина этого не любит. У них был достаточно просторный дом, на несколько комнат, выдержанный в традиционном стиле. От этого, в помещении стояло эхо, именно поэтому, всем в доме всегда становилось понятно, что кто-то пришел, стоило всего лишь хлопнуть дверью.

― «Я уже предвкушаю, что она скажет: ― «Ну, зачем же орать, что ты дома?! Оно и так понятно!». По любому она именно так сейчас и подумала! Ха-ха, матушка, не будешь врываться так же бесцеремонно в мою комнату по выходным рано утром!» ― с улыбкой на лице подумал молодой человек, закрывая за собой дверь.

Разувшись и взяв пакет с продуктами, он быстро просеменил на кухню, с ехидной мордой глядя на то, как его мать стоит около холодильника и, скрестив руки на груди, недовольно пилит его взглядом. Порой от него становилось настолько не по себе, что казалось, будто бы под ним даже цветы в доме могут завянуть. И как его отец её нашел и уж тем более, полюбил? Одному ему известно! Но, вроде как, они очень даже счастливы вместе. Это не могло не радовать их сына и не вызывать улыбку на лице.

Маму Ли Вэйхуа звали Ли Мэй. Это была лучезарная, миниатюрная женщина, с ярко выраженной фигурой и чёткими чертами лица. Острый подбородок и такие же скулы добавляли её образу некой статности и грации. Её тёмные волосы, цвета спелой сливы, всегда аккуратно уложены в пучок, поддерживаемый двумя шпильками, крест-накрест переплетающимися в её волосах. Она всегда держала спину прямой, шею вытянутой и передвигалась плавно, не спеша, оставляя за собой шлейф нежных сладковатых духов.

― «Помню этот аромат ещё с детских лет: всегда, когда мама проходила мимо, после неё оставался приятный запах, от чего хотелось как в том мультфильме, встать и пойти за ней следом, порхая на приятных нотках её парфюма» ― в детстве даже бывали случаи, когда маленький Вэйхуа собирал крышечки от флакончиков, в которых были мамины духи. Вот времена были…

Но как бы хорошо она ни выглядела, годы все равно брали своё: под глазами пролегли легкие мимические морщинки, губы стали немного уже, а глаза, которые ранее сверкали и горели, слегка потухли, принимая более серьезный вид, давая понять, что уже не тот возраст, чтобы вести себя легкомысленно. Так подумает любой, кто посмотрит на неё, и кто не знает, что же на самом деле она из себя представляет. На самом же деле, его матушка всегда была за любой кипиш, который бы не происходил в жизни. Пойти на футбол, чтобы вместе с болельщиками орать слова поддержки и сорвать голос? Пожалуйста. Устроить вечер пиццы и просмотра фильмов до утра, когда отец уходит в ночные смены? Всегда рады. Прыгнуть с парашютом? Да легко, она в первых рядах.

За это Ли Вэйхуа её очень любил, конечно, но есть одно, но — это её глаза. Вернее, их цвет.

Нет, не стоит думать ничего плохого! У его мамы весьма красивые глаза, они ей очень идут, но... Они подходят лишь девочке, но никак не мужчине. Отсюда становится очевидно, что глаза её сына имеют точно такой же цвет ― персиковый. От этого всю жизнь было очень много проблем! Особенно в детстве, во дворе. Глупым жестоким детям же не объяснишь, что ты не виноват в том, что родился похожим на мать. И пришлось расти с кличкой: ― «Девчонка с розовой головёнкой». Какой бред...

― Вэйхуа, почему ты снова это делаешь? ― хмурилась женщина, смотря в глаза сыну.

― Делаю что? ― невинно хлопая глазками, проговорил Вэйхуа, ― я просто предупредил, что пришёл, в чем проблема, матушка?

― Я не об этом. Твои глаза! Почему ты снова ходишь в линзах? Они же портят твоё зрение и совершенно тебе не идут! ― продолжала хмуриться и негодовать женщина.

― Ой мааааать, не начинай! Это моя жизнь, я взрослый, могу делать что хочу! И при том, я считаю, что голубые глаза мне вполне подходят! ― не дожидаясь от неё ответа, он оставил пакет и, закатывая глаза, быстро ушел в дальнюю часть дома, где около террасы, находилась его комната.

Войдя внутрь, он бросил сумку на кровать и упал следом на неё, расправив руки в стороны и смотря в потолок. Пролежав так какое-то время, он резко сел: ― «И чего это мне не идут голубые глаза?!» ― вскочив, он подошел к зеркалу, чтобы оценить свой внешний вид.

Для своего возраста, а именно для двадцати лет... Да-да, он не сразу пошел в университет, поскольку захотелось сразу после школы попробовать поработать, но его вечно недовольную мину и склочный характер мало где хотели терпеть, так что какое-то время он находился в поисках себя, а потом всё же решил поступить в университет, чтобы начать отравлять жизнь уже преподавателям в ВУЗе, а не работодателям.

В этот период своей жизни он ещё не успел возмужать настолько, чтобы любая представительница женского пола чувствовала себя с ним как за каменной стеной, в отличие от некоторых его сверстников. Вэйхуа был достаточно высоким юношей, с такими же скулами и подбородком как у своей матери. Худоба выдавала в нём ещё совсем подростка, а бледная кожа так и кричала о том, что он плохо спит и совсем не высыпается. Но всем в глаза всегда бросалось только одно — это копна его чёрных, как уголь волос. Пышные и не послушные, они еще и вились, вечно застилая взгляд, от чего казалось, что это парик, а не родные волосы. Как ты их не расчёсывай, не пытайся уложить - проходит минут пять, и они возвращаются в прежнее положение. Пора бы смириться. Что поделать то, не лысым же ходить! А короткостриженым он похож на неоперившегося птенца! Так совсем не пойдет!

Ли Вэйхуа, как и его мать, был стройным, с ровной осанкой. От отца же ему достались длинные узкие пальцы, рост, широкие плечи и склочный, противный характер. Прям комбо!

― Вроде ничего я выгляжу, чего мать докапывается вечно! Ну, подумаешь, линзы. Ну и всё равно! ― нахмурившись, он какое-то время ещё гипнотизировал своё отражение в зеркале, после чего, бросил эту затею и завалился на кровать.

Юноша привык коротать свои вечера за чтением книг или просмотров фильмов. Домашку он делал с утра, прям перед парами, а игры и гульки его мало привлекали. Каждый вечер был похож на предыдущий, когда в комнату постучали: ― «Сын, я войду?» ― серьёзным тоном проговорила мать. Как-то недобро прозвучало...

Женщина опустилась на кровать около сына и, взглянув на него, потрепала его по волосам.

― Ну, мам! ― недовольно протянул Вэйхуа.

― Ни мам, в детстве тебе это нравилось! ― парировала та.

― Но я уже не ребенок! ― попыталась отбиться парень.

― Для меня ты всегда ребенок! ― и контрольный трёхочковый в голову, который даже не обсуждается!

― Ладно, мам, что случилось? ― переведя тему, он уставился на сидящую перед ним.

― Сейчас к нам в гости заедет наш с отцом однокурсник с сыном. Мы так давно не виделись, Прошу тебя поучаствовать! ― радостно хлопнула в ладоши женщина.

― Ну, ма-а-а-м, у меня уроки, учёба там... ― Вэйхуа попытался отговориться, мысленно понимая, что это безнадёжно.

― Не обсуждается! ― сказала, как отрезала.

― Ладно-ладно.…Как хоть зовут его? Однокурсника вашего... ― тяжко вздыхая, он всё-таки сдался.

― Вэй Минью! ― всё так же улыбаясь, женщина пыталась заинтересовать своего сына.

― А как его отпрыска? ― зевая и делая вид, что ему интересно, проговорил Ли Вэйхуа.

― Его зовут Вэй Джолан, ― легким тоном проговорила женщина, наблюдая за тем, как у её сына прямо сейчас глаза выпадают из орбит!

Том 1 глава 2. "Совпаденние ли?" Часть 2

Глава 2

«Совпадение ли?»

Часть 2

― Вэйхуа, что с тобой? ― невольно, женщина подсела ближе, приложив внутреннюю часть ладони ко лбу своего сына.

― П-прости, мам! Ещё раз, как его зовут?.. ― прищурившись, он вглядывался в лицо матушки, стараясь понять: его разыгрывают или это всё взаправду?

― Не помню, чтобы у тебя наблюдались проблемы с восприятием речи и со слухом. Но твоя реакция меня немного настораживает, скажи мне, у тебя всё хорошо? Может, тебе стоит поменьше времени уделять своей учебе? ― ох, знала бы она, как «много» времени он ей уделяет и насколько же он там «устаёт». Да, и правда, за партой спать не особо удобно, спина затекает, и шея болит потом. А, ну ещё чернила от ручки могут на лице остаться. И как же он тянет на себе эту непосильную ношу!

― Не-нет, всё нормально, просто я не расслышал… ― залог счастливых родителей – это сын, который умеет красиво и правдоподобно, а самое главное вовремя, притвориться идиотом!

― Что ж, его зовут Вэй Джолан. Знакомое имя?

― А.…да нет, просто показалось... ― ещё как знакомое! Именно это имя опозорило Ли Вэйхуа сегодня перед всей аудиторией. Чтоб его!

― Ну, хорошо. Они подъедут минут через сорок. Его сын по младше тебя будет, ему всего семнадцать, так что будь с ним пообходительнее. Скажем, как старший братец! ― женщина снова хлопнула в ладоши и, улыбаясь, поднялась с кровати.

― Никогда не хотел младшего брата...

― Да, я знаю! ― послышалось из-за уже закрываемой в его комнату двери.

― «Вот это скорость, всегда поражаюсь ей! Лишь бы я ответить не успел» -― мелькнуло в голове парня.

― Ну, раз уж сказали, что нужно встретить, как подобает хорошим людям, со всем гостеприимством и доброжелательностью, которые только у меня есть, то так тому и быть! Тоже мне, старшего брата нашла, ну нет уж, не на того напала!

Ли Вэйхуа не особо любил гостей, потому что, как правило, всё это всегда сопровождалось разглагольствованиями о жизни. Например: ― «Ой, Вэйхуа, ты так вырос! Ой, Вэйхуа, ты стал куда выше, чем я! Вэйхуа, помню те времена, когда ты ещё пешком под стол ходил. Надо же, Вэйхуа, а расскажи ещё что-нибудь, а то родители говорят, что ты тот ещё умник. Ох, Вэйхуа, почему ты до сих пор один? Мне вот интересно, а девочка у тебя хоть есть? Ой, Вэйхуа, а вот я в твои годы...»

Всё это удручало настолько, что проще было мизинцем проткнуть себе барабанные перепонки и притвориться глухонемым! В детстве он, кстати, так и делал: просто не реагировал на людей, игнорируя всё, что ему говорили посторонние. Мальчик просто смотрел в одну точку или сосредоточенно занимался своими делами. Кто-то даже спросил однажды у его родителей: ― «А он у Вас, случаем, не болеет аутизмом?». Да-да, обхохочешься!

Но чем старше Ли Вэйхуа становится, тем более сложно представить взрослого парня, страдающего слабоумием, но при этом активно поддерживающего разговоры с близкими и друзьями.

― «Что ж, истерику я явно устраивать не буду, поэтому, думаю, что этого малыша, Вэй как его там, я буду шокировать другим!» ― в голове молодого человека созрел план, который он поспешил воплотить в жизнь. Он не из тех, кто закатывает скандалы или дует губы. Он предпочитает более экстравагантные проявления характера и недовольства.

Фееричное появление — это визитная карточка Ли Вэйхуа. Правда, не всегда это заканчивается хорошо, и ещё реже это одобряют родители. Ну, а кому сейчас легко?

Пришло время из «ботана-задрота» превращаться в «оторви и выбрось». В ход пошло всё: мешковатая одежда, драные джинсы, искусственные туннели в ушах, «плагиаты» пирсинга в носу, в брови и на языке. Хм, может ещё и в губу воткнуть?

― «Ой, ладно, и так сойдет» ― с этим он благополучно справился, теперь пришло время остальных деталей и мелочей.

Свои пышные волосы, он собрал в небольшой хвостик на затылке, заколов передние пряди, что вечно лезли в глаза, яркими заколочками с единорогами. Ну да, и что? Они просто были на какой-то ярмарке за сущие копейки, но для образа в самый раз! Было бы эпично, если бы он ещё виски сбрил или затылок, да и скрытое окрашивание бы сюда вполне вписалось, но ладно, не до фанатизма.

Следующим ходом были глаза. Вэйхуа сменил ярко голубые линзы на более холодные, слегка отливающие серебром. Раз не нравятся голубые, то пусть привыкают к серым! Слизистую нижнего века, он, конечно же, не забыл подвести черным каялом и совсем немного размазать.

― «Вот это бьюти дива! Надеюсь, мать не заметит пропажу косметики…» ― Вэйхуа тихо посмеивался, смотря на своё отражение в зеркале и думая, что же ещё сюда втулить.

― Хм, как бы ещё извратиться? ― в ту же секунду в его голове, словно вспышка молнии, возникла идея, ― точно! Главные друзья девушек и неформалов — это НОГТИ! А что тут такого? Извращаться, так по полной. Я не постесняюсь и ноготки накрасить!

Далее в дело пошел мамин черный лак для ногтей и лампа для маникюра. Криво, косо, не с первого раза, но вроде бы что-то да получилось.

― Ну вот, чем ни гот? Чем ни альт? Чем ни «мамина радость?» — говорил тот, смотря на свое отражение в зеркале. Да уж, выглядел он сейчас так, что родная собака не узнает! И как же прекрасно сейчас с его образом сочеталась его татуировка в виде дракона, расположившаяся справа на шее, чуть выше ключицы.

Честно говоря, Ли Вэйхуа не особо любил такие образы. Сказать, что не любил, конечно, не совсем верно. Скорее, он относился к ним нейтрально. Он был из тех, кто предпочитал носить более повседневный и лёгкий стиль одежды. Обычно, — это свободные брюки, легкие хлопковые рубашки с выглаженными воротничками, однотонные футболки, такие же свитера и джемперы, лёгкие пальто и тренчи, и ещё много того, что не особо любит современная молодёжь, считая это чем-то «стариковским». Другими словами, — носит то, в чем он в первую очередь чувствует себя комфортно, а уж потом модно и стильно. Вэйхуа не относил себя ни к какой из современных субкультур, именно поэтому, не до конца был уверен, что попал именно в тот образ, какой хотел создать.

Поэтому сейчас, глядя на своё отражение в зеркале, он не знал: плакать ему или смеяться.

Часы пробили ровно восемь вечера, когда на весь дом послышался хлопок входной двери, сопровождаемый звонкими голосами и смехом его родителей. Выходит, отец Вэйхуа уже успел вернуться домой. Очень странно, почему этого не было слышно. Видимо, полное погружение в создание образа переняло всё внимание на себя.

Прислушавшись, стало ясно, что взрослые сейчас обмениваются любезностями и объятиями, на ходу вспоминая былое, и направляются к кухне. Значит, не ровен час, когда и Ли Вэйхуа позовут к столу.

Так и случилось. Буквально через минут десять, по дому разнесся голос отца:

― Вэйхуа, присоединишься к нам за столом? Хотим тебя познакомить кое с кем, ― после чего, судя по смеху мамы, отец продолжил что-то увлеченно рассказывать гостю.

― Хотят они меня познакомить кое с кем. Да как же, знаю я. С героем моих снов! Боже, это даже звучит странно. Словно бы, я читаю маньхуа про романтические и капец какие не банальные отношения, в которых главная героиня, обычная юная девочка, с первого взгляда влюбляется в сына маминой подруги, перед этим будучи уверенной, что это невозможно! Ха-ха, только вряд ли я сойду за милую скромную девочку, «не такую как все». ― Хмыкнув со своих же умозаключений, погасив в комнате свет и собравшись с духом, потому что перед отцом всё равно как-то боязно выступать, Вэйхуа вышел из тёмной комнаты, пересек большую гостиную, и вальяжно, точно как мать учила, вошел на кухню.

Сказать, что все были в шоке, это ни сказать ничего! С кого бы начать... И так, отец. По-моему, тот кусочек салата, который он жевал, вывалился из его рта назад на тарелку. Взгляд его выражал полное непонимание происходящего, с нотками возмущения, гнева и... хм, вот оно, вот. Это нотки стыда! Правильно, так и нужно!

Мама. Ну, тут всё понятно без слов. Она, недолго думая, прикрыла лицо рукой и, склонив голову, вперилась взглядом в отца.

― «Как же я люблю этот её жест. Неужели они думают, что за всю свою жизнь вместе с ними, я так и не научился понимать, что значат их многозначительные взгляды, посылаемые друг другу. Сейчас они в немом ужасе, обмениваясь взглядами, решали, как же накажут меня. Ну и ладно, это же будет потом!» ― это был основной девиз жизни Ли Вэйхуа.

Вэй Минью. Ну, вообще, Вэйхуа ожидал, что с его стороны будет что-то более впечатляющее. Он просто сидел, вытянув губы в трубочку, подбирая слова. Тухло.

Ну и наконец-то этот, как его там. Ах да! Вестник смерти из сна! Он ничем не отличался от среднестатистических подростков его возраста. Тёмные волосы, серо-голубые глаза, слегка смуглая кожа. Ростом, он, к слову, оказался пониже, чем Ли Вэйхуа себе нафантазировал. К слову, не то, чтобы он фантазировал прям...

Другими словами, мало он был похож на того самого загадочного типа по фамилии Вэй, которого он так и не успел рассмотреть до своего пробуждения. Но так даже лучше.

Бедный пацан не знал, куда деть стыдливые глаза, стараясь не смотреть на сына друзей своего отца. Оно и понятно, не каждый день можно увидеть такое великолепие перед собой!

― «В чём дело, не голый же я вышел! Наоборот, смотри, Богема явила себя!» ― мысленно усмехаясь своим же мыслям и думая, как же долго он будет потом гореть в Преисподней после своих выходок, Вэйхуа старался держать серьёзное лицо.

Первой молчание прервала мама. Кашлянув в кулак, она медленно подняла на сына взгляд, и натянуто улыбнувшись, пригласила его сесть за стол возле отца. Так он и сделал. Три пары удивленных глаз продолжали его рассматривать, в то время как мама, вроде бы, даже, не удивилась.

Женщина прекрасно знала, что её сын не такой, каким хотел казаться в данный момент, и что подобное поведение, как со своей стороны, так и со стороны других, он считает неподобающим. Он всегда был вежливым, учтивым и спокойным, находясь в компании. Дома и с друзьями, конечно, он становился более живым и открытым, но всегда знал себе меру. И именно поэтому, то, что она видела сейчас - очень её огорчало. Вэйхуа частенько выражал свои протесты родителям подобным образом, когда был с ними в чем-то не согласен или недоволен. Парень никогда не устраивал скандалы, ссоры и истерики. Он не грубил, не кричал и не хамил. А просто делал то, что обычно ему не свойственно. Стоило отдать должное, даже после таких «выступлений», ему было не чуждо извиниться, до конца сохранять учтивость и «держать лицо». Но вот эта вот противная часть его характера, доставшаяся ему от отца, иногда была настолько огромным гвоздём в маленькой дощечке, что хотелось волосы на голове рвать. Вот и сейчас, он выразил своё недовольство происходящим подобным образом. Что поделать? Не гнать же его из-за стола веником, и не устраивать скандалы с рукоприкладством. После ужина обязательно состоится разговор, на котором будут услышаны все «за» и «против». А пока, стоит смириться и сделать вид, что ничего не происходит, ведь нет ничего хуже, чем ругать своё чадо на глазах у посторонних, даже если он тысячу раз не прав. По крайней мере, Ли Мэй считала всегда именно так и воспитана она была так же.

― Какая неожиданность... ― следом молчание прервал Вэй Минью. Высокий мужчина, примерно такого же возраста, как и родители Ли Вэйхуа. Цветом волос, некоторыми чертами лица и телосложением, его сын явно пошел в него, но самое главное их отличие — это цвет глаз. Если у паренька они были светлые, то у его отца наоборот ― угольно-чёрные. Смуглая кожа, его сыну, видимо, досталась от матери. Приятные черты лица, такие же легкие возрастные морщинки и добродушная улыбка. В целом, приятный мужчина. О сыне, пока что, тяжело сложить определённое мнение.

― «Нужно будет позже извиниться перед его отцом. Как-то неловко всё равно…» ― мелкие угрызения совести стали закрадываться в голову молодого человека.

― Да, простите мне мою дерзость. В университете, на дисциплине «культура современного общества», мы как раз проходим тему о современных субкультурах, именно поэтому, чтобы написать реферат, я решил примерить на себя образ одного из представителей подобных движений. Правда, не думаю, что у меня вышло попасть прям хорошо, но я старался. Этот психологический эксперимент поможет мне лучше понять всю специфику этого направления. Так сказать, «Глазами современной молодёжи». Я поставил себе цель прожить в этой роли сутки, а потом, в университете, поделиться впечатлениями! А Вы, как считаете, у меня вышло передать образ? — вот в чём-чём, а в том, чтобы красиво и без последствий для себя выкрутиться из ситуации, он был чертовски хорош. Недавно казалось, что перед ними стоит совсем другой человек, совсем не тот, кого описывали родители, а теперь, вроде как, всё логически и разъяснилось. И перед собой чист, и перед родителями оправдан и в глазах гостей не упал. Да ещё и спас свою шкуру от взбучки. Ай да молодец!

― Вот как! Нужно было сразу догадаться, ― Вэй Минью посмеялся и заметно выдохнул, прежде чем продолжить. ― Что ж, ты смог произвести фурор! Честно говоря, я до сих пор немного в шоке. Родители говорили, что ты неординарная личность, но теперь я увидел это воочию. И ты знаешь, совсем неплохая идея! Думаю, я в твои годы тоже выбрал бы именно такой способ, чтобы написать реферат, ― после этих слов, мужчина похлопал парня по плечу, а родители, еле заметно, облегченно выдохнули.

― П-приятно познакомиться! ― пропищала какая-то мышка сбоку. Ах да, это не мышь, это его сын. И это серьёзно тот самый парень из кошмара? Теперь Ли Вэйхуа всё больше стал убеждаться в абсурдности своих предположений. Кажется, теперь ему можно расслабиться и отдохнуть.

За разговорами, воспоминаниями и смехом прошло несколько часов, после чего гости засобирались уходить. Тот, что постарше, должен был лечь пораньше, чтобы не проспать на работу, а его уменьшенная версия боялась проспать в школу. Даже грустно стало, что они так быстро собрались на выход. Он только-только нашел новые уши, которые готовы с интересом слушать его байки, догадки и предположения, в то время как его родители, потирали виски, слушая эти истории вот уже в тысячный раз.

Интересная, конечно, штука эта жизнь. Казалось бы, только недавно он злился, что его заставляют быть клоуном и притворяться добрым старшим братом, а сейчас, даже стало как-то одиноко и тоскливо, что всё в жизни так скоротечно.

― «Всё же, надо больше общаться с социумом, чаще проводить время с друзьями и обзавестись парой новых лиц в университете. Пригодится. А то и правда, вот так вот в старости некому будет в тысячный раз пересказывать имена всех тварей, участвующих в «параде сотни демонов». Когда он там проходил? Где-то в конце августа, вроде как. Могу ошибаться... А может и сейчас проходит, кто его знает! Так, стоп! Кажется, что меня снова понесло не туда…» ― Ли Вэйхуа встряхнул головой, чтобы прогнать наваждение из мыслей.

― «Но это же так интересно! Надо будет взбодрить эти знания в голове! Прямо на занятии по истории. Вот господин Чжоу «обрадуется», и точно не будет утверждать, что ничего подобного не существует. Кстати говоря, странно, что я в моменте тогда забыл об этом упомянуть. Это явно мой промах! Интересно, чем он попытается парировать в этом случае?» ― погрузившись в свои мысли, Ли Вэйхуа и не понял, как оказался в своей комнате, сидя за компьютерным столом и уже вбивая в строку поиска интересующий его вопрос.

***

― Ладно, на этот раз ты отмазался, но впредь, чтобы такого не было! Ты меня понял? ― отца Ли Вэйхуа звали Ли Фухуа. Ему было совсем немного за сорок, выглядел он статно и опрятно. Всегда наглаженный, в свежей чистой одежде, с аккуратно торчащим воротничком рубашки и прямым тёмным галстуком, который придерживал золотой зажим, обрамленный по бокам маленькими вкраплениями голубого нефрита. Запонки, кстати, были сделаны подобным образом, что и зажим.

Его отец был высоким, слегка тощим, с широкими плечами и такой же спиной, но из-за роста, это не бросалось так сильно в глаза. Волосы его обычно аккуратно подстрижены и специальным гелем уложены назад. Через его чёрные как воронье крыло пряди, уже пробивалась кое-где седина: на висках, ну и немного на затылке. На макушке тоже поблескивали серебристые паутинки, переливаясь на свету. Это становилось заметно, когда отец причесывался.

Лицо его выражало спокойствие и рассудительность. Никакого ребячества, никаких игр и шалостей. Иногда это удручало, но со временем, просто перестало бросаться в глаза.

Будучи молодым, Ли Фухуа очень хорошо видел и был ярым противником очков и контактных линз, но, к сожалению, годы и долгая работа за монитором взяли своё: зрение начало ухудшаться. Он долго не мог смириться с этим, пока в один прекрасный день не понял, что противиться он, может, сколько хочет, а жить дальше всё же надо. Поэтому, сейчас на его лице красовались черные квадратные очки, с тонкой оправой и прозрачными стеклышками. Нельзя сказать, что они как-то его портили. Просто первое время было непривычно. А потом и это стало восприниматься как что-то обыденное.

― Да, пап, я осознал свой проступок. Больше не повторится! ― ехидно улыбнувшись, Вэйхуа подмигнул отцу и, показав ему язык, снова плюхнулся в компьютерное кресло.

― Я, конечно, понимаю, что ты ещё совсем молод и горяч, но не при гостях. И не пристало отцу показывать языки! ― мужчина с серьёзным видом подошел к Вэйхуа и, глядя на него не моргающим взглядом, занёс над ним руку. ― Сразу видно, что ты мой сын, и ДНК не нужно! ― улыбаясь, отец потрепал его по волосам.

― Ну, п-а-а-ап! ― недовольно протянул Ли Вэйхуа, поправляя растрёпанные пряди.

― Сорванец! ― настроение Ли Фухуа и выражение лица менялись так же быстро, как у его сына темы для обсуждений.

Так проходили каждые «серьёзные» разговоры с родителями. Им особо не за что было его наказывать, да и возраст уже не тот. Так, пожурить, рассказать, что хорошо, а что плохо и удалиться. Так и сейчас. Он безмерно уважал родителей и никогда бы не сделал что-то такое, что принесло бы реальный вред его семье.

― Кстати, Вэйхуа! - внезапно отец вернулся в комнату, ― Вэй Джолан попросил у меня твой номер. Он хотел куда-то там тебя пригласить, так что я дал ему твой контакт. Пока! ― после чего, со стремительной скоростью, он захлопнул дверь. Этому его явно мать научила!

― НУ, НЕТ! ВОТ ЧЁРТ, Я ТАК И ЗНАЛ! ― разнеслось по всему дому, смешиваясь с хихиканьем родителей.

***

Глубокая ночь. В доме была кромешная тишина. Даже с улицы не доносилось ни единого звука. Такие ночи были редкими в шумном большом городе, поэтому, ими нужно было наслаждаться по полной, а не засиживаться за книгой или телефоном.

***

― Господин Ли, господин Ли! ― где-то сзади, еле слышно, донесся звонкий голос, ― подождите, пожалуйста, меня просили передать Вам это!

Обернувшись, я увидел перед собой юного молодого человека. Ему еле-еле перевалило примерно за четырнадцать или пятнадцать лет. Смутно вижу его лицо, оно какое-то размытое. Вижу только большие глаза, в которых сияет огонёк. Не могу разобрать какого они цвета. Волосы. Его волосы были длинными и собраны в конский высокий хвост. Вроде бы, они какого-то, светлого оттенка. Но не блондин точно, и не рыжий. Очень необычный цвет, никогда такого раньше не видел. Одет он был в простенькие даоские белые одежды, а на поясе висел деревянный меч. Или может настоящий? Плохо вижу и не могу разобрать ничего. Но кажется, что он правда деревянный.

― Д-да? ― неловко проговариваю, смотря на незнакомца с высоты своего роста. По-видимому, я достаточно высокий. Улыбаюсь ему. На его лице багровеет лёгкий румянец, а глаза падают в пол, смущенно утыкаясь в полы одежд. Моих одежд?

― Г-господин Ли, простите этому нахальному сорванцу, что он имел дерзость к Вам обратиться! ― отчеканил мальчишка. Что значит нахальный сорванец? Ты же просто меня окликнул...

― Что тебе нужно? ― громко вырывается из моих уст. Это не мои слова, я хотел ответить иначе! Теперь это звучит как-то грубо…

Юноша вздрогнул, после чего протянул мне красивую голубую коробочку, внутри которой, на подушечке из перламутрового шелка, лежала красивая шпилька из нежно-голубого нефрита, обрамленная ярко-синими сапфирами и другими драгоценными камнями. Поистине работа мастера!

Лучи солнца играли всеми цветами радуги, переливаясь по поверхности этого изумительного украшения, отражаясь в каждой грани драгоценных камней.

― Это мне? ― удивляюсь.

― Д-да, господин Ли. Меня просили её передать Вам! ― голос и руки, держащие коробочку, слегка подрагивали, ― но я не знаю кто этот человек! Он просто пришёл в монастырь и попросил меня передать её Вам, объяснив это тем, что она обязательно произведет на Вас впечатление. Больше я ничего не знаю!

― Что ж, вот как. Тогда, я не стану отказывать и приму её в дар. Она и правда выглядит просто волшебно, никогда ранее не видел ничего подобного. Если ты когда-либо ещё встретишь этого человека, обязательно предай ему, что я восхищён и премного благодарен за такой великодушный подарок! ― легкая улыбка застыла на моём лице.

― Я м-могу идти? ― не решаясь поднять взгляда, промямлил мальчишка.

― Юноша, тебе стоит смотреть прямо в глаза, когда ты разговариваешь с кем-либо. Цени и уважай себя и своё достоинство. Кем бы ты ни был, каким бы ни был твой статус и положение в обществе, всегда смотри прямо и гордо, всегда в глаза своему собеседнику, даже если перед тобой сам Бог, ― после этих слов, кладу пальцы на его подбородок и поднимаю, чтобы встретиться с ним глазами. Кажется, он напуган. Или взволнован. А может быть, вовсе смущён? Всё равно не могу хорошо разглядеть его глаза и лицо.

― С-спасибо, господин Ли... ― на одном дыхании проговорил парень. Теперь ясно. Он был удивлён и воодушевлён, а из глаз сыпались искорки уверенности. Вот это настрой!

― Скажи мне, юнец, как звать тебя? ― немного строже спрашиваю.

― В-Вэй Жолань, господин Ли! ― отчеканил по слогам паренёк.

― Вэй Жолань?..

***

Звук входящего сообщения прямиком над ухом и испепеляющий яркий свет от экрана смартфона. Вибрация не прекращалась, после чего Ли Вэйхуа был вынужден открыть глаза. Это его телефон разрывался от сообщений.

― В такое время? Да кто же это такой настойчивый?! ― схватив телефон и разблокировав дисплей, он заметил, что ему приходят сообщения с незнакомого номера в личный чат.

― Это ещё кто такой?! ― вперившись в экран, стало ясно, что это писал как раз таки «сын маминой подруги». Ну и времечко же выбрал!

― «А ты времени по лучше не нашёл? Ну, там, вечером, например, когда я ЕЩЁ не сплю, или утром, когда я УЖЕ не сплю!? :/»

― «Прости-прости, я просто долго не мог найти чат с тобой, а когда нашел, то решил написать сразу! ^^»

― «Ну, допустим, и что же ты от меня хотел?»

― «У тебя завтра много пар?»

― А и правда, сколько у меня их завтра? Надо глянуть, ― он открыл общий чат своей группы, куда обычно скидывали расписание. Завтра по плану стояли всего лишь то факультатив по истории и физкультура. ― Ну, уж нет, ради этого я туда не пойду. Терпеть напыщенного историка? Или может физрука, который считает, что бегать по четыре тысячи ли — это круто и здорово. Пожалуй, устрою себе завтра учебу дома! ― с этой мыслью, даже кровать стала как-то уютнее, одеялко теплее, а подушечка мягче.

― «Ну, допустим, ни сколько. А что тебе всё-таки нужно?:/»

― «Ну, мы сегодня... Вернее вчера говорили о том, что тебе очень нравятся различные музеи и выставки, всякие древние штуки там...»

― «И...?»

― Надо же обязательно паузу выдержать! Он меня уже бесит! ― недовольство так и лилось изо рта Ли Вэйхуа. Судя по всему, окружающие очень любят бесцеремонно выдёргивать его из объятий сна.

― «Завтра открытие новой выставки, посвящённой античности. Я должен был поехать туда вместе со своим классом, но поездка отменилась. Я так хотел туда сходить, но одному не очень-то хочется, а друзья мои не особо в этом заинтересованы. Не хочешь сходить со мной?»

― Новая выставка? Как такое прошло мимо меня? Интересное кино. Ну, что ж, это всяко лучше, чем торчать дома весь день, так хоть пойду, встряхну мозгами. Беру свои слова назад, малец не так уж плох! ― Ли Вэйхуа даже приободрился немного и злоба от того, что его заставили так резко проснуться, почти утихла.

― «Хорошо, скинь мне адрес и время. Завтра буду»

― «Правда? Отлично, спасибо! ^^ »

Оставив его сообщение без ответа, Вэйхуа откинул телефон в сторону и посмотрел в темный потолок, на который падал тусклый свет луны и о чём-то задумался, переваривая свой новый сон.

― Значит, я ошибся, когда подумал, что этот шкет — это парень из моего сна. Оно и к лучшему, ― усмехнувшись, он приложил большой палец к губе, ― моего, значит, зовут, всё-таки, Вэй Жолань. Интересно.

Том 1. Глава 3. "Совпадение ли?" Часть 3

Глава 3

«Совпадение ли?»

Часть 3

― «Ли Вэйхуа, ты спишь? ^^ »

― «Я просто очень переволновался вчера, поэтому так и не смог уснуть! :(»

― «Надеюсь, у тебя это получилось, потому что я по-прежнему перевариваю все те истории, которые ты рассказал мне и отцу. Я в шоке от того, насколько много ты держишь в своей голове... Мне бы так, да на учёбе!»

― «Могу я звать тебя просто Вэйхуа? Из головы вечно вылетает твоя фамилия...»

-― «Да, я знаю, что она очень простая, состоит всего из пары иероглифов. Но всё равно вылетает...»

― «Рассвет был таким красивым! Я всего второй раз за всю жизнь его видел. Даже сфотографировал на фотик. Покажу, когда увидимся!»

― «Кстати, я хочу после школы заняться фотографией, так что у меня есть свой фотоаппарат!»

― «Мне его отец купил на шестнадцатилетие»

― «А ещё...»

― ДА МАТЬ ВАШУ, СКОЛЬКО МОЖНО?! ― подорвавшись с кровати, Вэйхуа схватил телефон и выключил его ко всем чертям. Хорошо, что хоть в окно не выбросил. Может же довести до пены у рта!

― Всеми силами проклинаю тот день, когда я позволил своим предкам представить меня этой семейке! Вернее, её младшему представителю. Это ж надо, человек не отвечает, а ты всё равно строчишь! Ну, если нет ответа, то можно же понять, что он спит или занят чем-то... Благо, его спасает то, что он, во-первых: не догадался мне позвонить; во-вторых: он сейчас далеко. Ой, как жаль, как же жаль! ― бурча проклятия себе под нос и на ходу одеваясь, Ли Вэйхуа вышел из своей комнаты. В доме было тихо и пусто, на столе стоял завтрак, заботливо накрытый пищевой пленочкой, а на холодильнике висела записка с поручениями.

― Опять какие-то задания. Сколько можно? Я хоть раз хочу спокойно выйти из дома и так же спокойно в него вернуться, не отвлекаясь при этом по пути на всякую фигню, по типу: ― «Обязательно зайди на почту», или: ― «Купи весь магазин». Не понимаю, я им что, бесплатная рабочая сила? Я считаю — это эксплуатация детского труда! ― говоря это, Вэйхуа заглянул в ванную и, кинув взгляд на зеркало, понял, что пора бы ему побриться. Лёгкая щетина давала о себе знать и уж явно никак не сочеталась с его миловидным лицом. Да, он хотел быть мужественным, но точно не при помощи бороды!

― Ну, или может не совсем «детского» труда... ― почёсывая подбородок, он прикидывал, в каком виде сегодня явиться на встречу с этим засранцем!

За сборами и завтраком время пролетело не заметно и уже подходило к тому, что нужно было одеваться и выходить.

Накинув светлые брюки и легкую льняную рубашку, Вэйхуа замер около зеркала, думая, что ему сделать с волосами. Непослушные пряди не хотели никак покориться владельцу, от чего тот всё больше и больше начинал нервничать, а желание куда-либо идти всё падало и падало. Спустя ещё минут пятнадцать, было принято решение завязать волосы в небольшой низкий хвостик, хотя бы на то время, пока он не дойдёт до места проведения выставки.

― Как же я надеюсь, что это мероприятие пройдет в помещении. Хотя бы так спасусь от ветра, который не просто любит растрепать мне волосы, но ещё и сыграть на моих нервах, как на струнах гучжэна, испытывая мою выдержку... ― Вэйхуа терпеть не мог ветер. Он всегда приносил кучу хлопот. Даже лёгкое дуновение — это залог грязной и мятой одежды, пронизывающего холода и нежелательной болезни. Но это всё ничего по сравнению с тем, что творится у него на голове под воздействием стихии. Обычно с трудом уложенные волосы за считанные секунды превращаются в гнездо, свитое малайскими щурками.

― Всё это враньё, что эти птички в ограниченном количестве проживают на территории Китая. Достаточно заглянуть в гнездо на моей голове, даже после незначительного ветерка, и тогда члены ассоциации фотографов найдут их там настолько много, что эту популяцию можно будет смело выносить из списка «особо охраняемых птиц Китая» ― усмехнувшись своему же остроумию, потому что если сам себя не похвалишь ― не похвалит никто, он вышел из дома, закрывая за собой дверь.

В этот день на улице светило солнце, опаляя своими лучами головы и лица людей, которые, так же как и он, по своим причинам сновали по тротуарам. Жара, падающая с неба, давала понять, что сейчас полдень, а это значит ― он уже опаздывает!

― Надо бы телефон включить так-то... ― как только он это сделал, гаджет разразился настоящей волной сообщений и пропущенных вызовов.

― Сам виноват! Не нужно было мешать моему сну! ― бурчал молодой человек, пробегая небольшие улочки и направляясь к месту назначения.

Всего есть три состояния, в которых Ли Вэйхуа ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах нельзя отвлекать. К ним он относит: сон, учёбу и уход за волосами. Не дай Бог кому-то нарушить его спокойствие в эти моменты. Тогда проще сразу добровольно лечь и потерять сознание.

Ускорив шаг, который позже превратился в бег, парень быстро пересек расстояние от дома до центра города, после чего огляделся в поисках знакомой макушки. Только он выдохнул, подумав, что не опоздал, как телефон оповестил его о входящем вызове. Не сложно догадаться, кто же пытался до него дозвониться.

― Кхм, алло? - невозмутимо-невинным голосом ответил Вэйхуа, отведя глаза в сторону и покручивая выбившуюся прядь волос на указательном пальце.

― «Алло?! Просто алло?! Это и всё?!» ― раздался писклявый голосочек на том конце провода. Звонивший явно сдерживал себя, чтобы не наговорить чего лишнего. Это отчетливо прослеживалось в его голосе, который, то и дело, повышался и понижался.

― «Ли Вэйхуа, я же тебе звонил и писал! Ты ведь знал, во сколько выставка, так почему опоздал?» ― проговорил Вэй Джолан, тяжко вздыхая, и, судя по всему, уже отпуская ситуацию.

― Во-первых: не нужно было мешать моему сну ночью, и не нужно было мешать мне спать утром. Я психанул и выключил телефон, чтобы ты меня не беспокоил. Не имей такую привычку, чтобы отвлекать незнакомого человека от сна! А во-вторых... Стоп! Как это опоздал, она уже началась?! ― подскочив на месте, парень впярился в наручные часы.

― «Ну да, я же тебе о чём! Сейчас только вступление. Экскурсовод пока что рассказывает о технике безопасности и правилах поведения. Если поспешишь ― успеешь!» ― на этом звонок оборвался. Похоже, его попросили прекратить разговор, чтобы не мешать остальным.

― Чёрт! Ну почему в моей жизни всегда так! ― вскрикнув, Ли Вэйхуа бросился к входу в здание музея.

***

― Уходящие в глубокую древность периоды истории обозначены на перегородках по-английски, рядом с иероглифами. Двадцать первый век, но до нашей эры, стал временем первого подобия государства в Китае. Союз племен Ся существовал несколько веков, пока не определился лидер, ― династия Шан. Сменившие её правители Западного Чжоу держали первенство до 771-го года до нашей эры. ― В огромном зале раздавался тихий мужской голос. Экскурсовод рассказывал слушателям об истории Древнего Китая, о его истоках и традициях. В зале была полная тишина, только голос мужчины эхом разливался по пространству, отбиваясь от стен.

― Если вы посмотрите туда, то вы увидите несколько древнекитайских статуэток, которые уже на протяжении многих веков восхищают людей и приковывают к себе взгляды. Древние китайцы владели литейным производством из бронзы, в середине первого тысячелетия до нашей эры плавили чугун. Жертвенники на ножках, или емкости Дин, отливались весом до тонны. Национальный музей Китая демонстрирует множество этих изделий, отражающих историю металлургического производства. Здесь вы можете увидеть, к сожалению, лишь некоторые экземпляры, которые предоставил нам этот прекрасный паноптикум. Не теряло популярности искусство обработки камня, особенно полудрагоценного нефрита. Этот минерал здесь ценился дороже драгоценных металлов благодаря рекордной ударной вязкости. Он подходил и для орудий, и для украшений. ― По залу слышались тихие шепотки присутствующих, восхищенные охи и звуки от вспышек фотоаппарата.

― А если вы поднимите голову чуть вверх, то... ― спокойный размеренный голос прерывается на полуслове под грохот распахнувшихся дверей и звонкого голоса незнакомца: ― «Прошу прощения за опоздание. Надеюсь, я многого не пропустил!» ― вся толпа мгновенно обернулась на шум. Кто-то удивленно, а кто-то, наоборот, с презрением смотрел на беспардонно влетевшего в помещение юношу. Были даже те, кому сделалось смешно только от одного взгляда на него: лицо красное, видимо оттого, что он бежал со всех ног; в волосах запутались опавшие листья, которые тот, судя по всему, не заметил, а лицо выражало противоречивые эмоции. Было не ясно: он рад, что успел или чем-то всё-таки недоволен?

― Да-да, Вы почти ничего не пропустили. Отдышитесь, выпейте воды и присоединяйтесь к слушанию ― этот голос из толпы Ли Вэйхуа показался смутно знакомым. Может, он ранее слышал его в университете? Просто таким только лекции вести!

Послушавшись экскурсовода, выпив воды и приведя себя в порядок в уборной, молодой человек присоединился к кучке людей, хвостом ходящими за высоким мужчиной. Со спины Вэйхуа не мог его разглядеть, так что пока было рано делать выводы о том, встречался ли он с ним когда-то или нет.

Мужчина водил людей по различным залам, отдельно останавливаясь около каждого экспоната и рассказывая его историю, в красках описывая события. Его голос ласкал уши настолько, что все, находящиеся внутри, особенно представительницы нежного пола, готовы были в нём раствориться. Он завораживал, притягивал, внушал своего рода спокойствие. Порой, Ли Вэйхуа казалось, что под звуки его голоса можно и вовсе заснуть крепким сном, используя как «антистресс», вместо всем приевшихся шумов дождя и моря.

Экскурсия проходила хорошо, Вэйхуа внимательно и с удовольствием слушал рассказчика, попутно разглядывая всё то, что он им услужливо показывал. Он и потрогать пытался, но, когда какая-нибудь противная бабуся в толпе, шикала на него, желание отпадало сразу.

― А теперь, обратите внимание на эту картину. Это искусство уже более поздней эпохи. Смотрите: мазки стали более плавными и аккуратными, краски более яркие и насыщенные. Лица стали чётче, костюмы и окружение более детальными, а ещё… ― его внезапно прервал голос с задних «рядов»: ― «Не соглашусь с Вами! Картины подобного рода и раньше были достаточно сочными и детализированными. Тут дело в их сохранности и качестве изображения. Просто эта версия картины более новая. Не удивлюсь, если это даже не подлинник», - хмыкнув, Ли Вэйхуа добавил, ― слишком хорошо выглядит, даже для реставрации! ― все в толпе ошарашенно на него глядели, не понимая, кто этот нахал, что он тут вообще забыл и как посмел прервать рассказ! Они же заплатили деньги за это!

― Вот как? Молодой человек, подойдите, сюда ― всё тот же спокойный голос пригласил юношу подойти. В нём не было ноток злости и недовольства, которые обычно Вэйхуа угадывал в звучании своих учителей.

Он не струсил. Парень, наоборот, любил перед публикой доказывать свою правоту. Поэтому, не думая ни о чём, спокойно повиновался и вышел из толпы, подходя к мужчине и наконец-то имея возможность его рассмотреть.

С первого взгляда в глаза бросилось то, что стоящий перед ним имел не типичную внешность. Ли Вэйхуа даже рот приоткрыл от удивления. Ведь если сравнить с ним всех тех, кого он видел ранее, то многие ему проигрывали, будучи на его фоне ужасно заурядными.

― «Может, иностранец? Хотя черты лица вроде бы, коренные и акцента нет совсем…» ― пронеслось у того в голове, пока он рассматривал незнакомца.

Серебряные волосы. Точно, они были именно серебряные. Нельзя назвать их холодным блондом или ещё чем-то. Именно серебряные, как бы это странно не звучало. На свету, который попадал в помещение через не плотно занавешенные огромные шторы, создавалось ощущение, что пряди не просто серебристые, как сверкающая сталь, а как будто самый настоящий красочный калейдоскоп. Если попытаться описать, то Вэйхуа сказал бы, что они перламутрово-серебряного цвета. Потому что стоит только прямым солнечным лучам отразиться на них, как волосы, поблёскивая на свету, отливают голубыми и розоватыми оттенками, словно состоя из маленьких мерцающих частичек, которые в большом количестве создавали целое буйство красок. Честно говоря, у молодого человека на секунду даже возникла ассоциация с украшением для рождественской ёлки, ― струящимся различными цветами, праздничным «дождиком».

― «Интересно, кто-то из его знакомых уже шутил на эту тему? Я бы не упустил такой возможности!» ― хмыкнув, подумал молодой человек.

Но самый яркий цвет, который выделялся из всей этой какофонии красок, был фиолетовый. Парень не мог точно передать то, каким именно он его видел. Может, лавандовый, или сиреневый, а может и пурпурный какой-нибудь. Он совершенно в этом не разбирался!

― «Какие необычные волосы. Сложно понять, свои они или он их покрасил? А может генетическое что-то? Просто я не могу поверить в то, что такое и впрямь существует. Но с другой стороны, природа ― это самая популярная художница во все времена. Альбиносы, люди с гетерохронией, витилиго, люди с большим количеством веснушек, и прочими причудами внешности ― это что-то невероятное! Да и при том, существуют же те, кто рождаются сразу седыми. Это вроде патология, при которой волосам недостаёт природного пигмента, в связи с чем, таким людям, чаще всего, с юного возраста приходится краситься. Поэтому, я не думаю, что мне стоит удивляться и пытаться в это вникнуть…» ― мысли сменяли одна другую, пока парень глазел на мужчину. Казалось, что это длится вечность, но на самом деле ― считанные секунды. Все эти мысли замедлились внутри Вэйхуа, когда тот, ведомый искренним интересом, изучал стоящего перед собой.

Взгляд у него был проницательный, словно перед ним стоял отец Вэйхуа. От этого даже стало немного не по себе. Его глаза имели янтарный цвет, с золотисто-зелеными вкраплениями. Если посмотреть на них с теневой стороны, то они, наоборот, принимали более мрачный, красновато-медный оттенок.

Высокий, с прямой спиной и стройный, он выглядел дружелюбно, даже слегка завораживающе. Редко можно в этой стране увидеть ему подобных. Ну, точно иностранец! По роже белёсой видно ― явно голубых кровей!

― Вы, правда, считаете так? ― спросил экскурсовод, оценивая взглядом Вэйхуа. Это немного напрягало, но только до тех пор, пока до парня кое-что не дошло: он не оценивает его внешность, а просто пытается понять, ребёнок он или нет! Это Ли Вэйхуа понял по взгляду, опять же, из-за того, что его выражение глаз похоже на отцовское. А отец всегда видит его насквозь и считает ещё совсем мелким, поэтому, часто не вступает с ним в перепалки, парируя всяческие проявления его бунтарского характера.

― Что конкретно? Про краски или про Вашу некомпетентность? ― не смог не съязвить юноша.

― Я так понимаю, во втором Вы сомневаетесь больше всего, ― спокойно отвечал экскурсовод, учтиво улыбаясь, ― Вы так говорите, будто бы были там лично. Даже если Вы правы, а я ― нет, то чем Вы можете это доказать? У меня в руках научный текст, в нём записаны все возможные данные, которые собирали люди ещё тех времен, лично общавшиеся с художниками, ― он помахал стареньким трактатом перед носом молодого человека.

Ли Вэйхуа впервые задумался, не зная, что ему сказать и какой привести пример. Обычно, в таких спорах никогда не доходило до того, чтобы кто-то просил его что-то доказать. Чаще всего, они сразу же начинали злиться, а потом и вовсе уходили с темы разговора! А здесь...

Со стороны толпы послышались смешки и шепотки: ― «Совсем сопляк берега попутал! Да-да, и то верно, без каких-либо знаний выступил против профессионала. Смех, да и только!»

― Ну, так вот… ― этот сраный аферист и не думал униматься! ― если так рассуждать, то можете Вы подтвердить что-либо ещё?

― Что?.. ― Ли Вэйхуа замялся, растерявшись от нахлынувшего давления со стороны этого проходимца!

― Ну, как же. По Вашей логике, можно опровергнуть всё? С чего Вы вообще взяли, что на самом деле в древнем Китае существовало несколько эпох? С чего Вы взяли, что первая эпоха была ещё до нашей эры? С чего Вы взяли, что император Цинь Шихуанди вообще существовал? Никто же его не видел из современных представителей Китая. Может, Вы видели его? Или Ваши знакомые? ― экскурсовод набрасывал случайные события, при этом сохраняя спокойное учтивое лицо.

― Я… ― слова застряли в горле.

― Изобретение пороха, компаса, бамбуковых книг ― с чего Вы взяли, что это вообще было в Китае? Вы видели это лично? А Конфуцианство? А как же, например, период Чжаньго, во время которого шла борьба между семью царствами: Чжао, Хань, Цинь, Вэй, Янь, Чу и Ци. Этот период описан в известной хронике «Стратегии Сражающихся царств» А как же…

― Хватит! ― выпалил Вэйхуа, ― зачем растягивать эту тягомотину? Это всё субъективно…

― Вот именно, субъективно. Если так рассуждать, то в нашем современном мире нельзя быть уверенным в точности ни в чём. Так что нам, простым обывателям, остаётся просто читать, изучать, верить и представлять, как же это было на самом деле! Именно поэтому, слова: ― «С чего Вы взяли? А чем докажете?» ― ничтожны. И если Вы считаете, что хорошо разбираетесь в истории, в этой теме, то Вам следует расширить свой кругозор и выбросить к чёрту Ваш юношеский максимализм, а-ля: ― «Я не такой как все, посмотрите на меня, могу позволить себе перечить старшим!»

― Но и Вы не сможете доказать обратное…

― А я и не собираюсь. Но если Вы сможете, то я буду ждать Вас здесь сколько потребуется, чтобы Вы доказали мне свою точку зрения.

***

― Эй, раритет, вставай! Наших бьют! ― ногой вышибая хлипкую общажную дверь, Вэйхуа влетел в небольшую комнату пять на пять метров.

― Не раритет. Ты меня старше, ― пробурчал кто-то из-под одеяла, лёжа на односпальной кровати.

― На сколько?! На тринадцать дней? ― негодуя, парень подбежал к кровати и сдёрнул с неё большое тёплое одеяло.

― Только недавно лето закончилось, ещё теплынь на улице, а этот всё спит под зимним ватным одеялом! А этот всё мёрзнет!

― Ну да, и что с того? Ты что, у себя дома?! ― наконец-то голос из сонного превратился в заинтересованный. С кровати медленно поднялся юноша лет двадцати, как и Ли Вэйхуа. Свои растрёпанные светло-каштановые волосы он «прочесал» рукой, убирая их на бок. На заспанном лице появились янтарные, почти золотистые глаза, которые в ту же минуту впярились в стоящего перед ним.

― Вэйхуа, почему ты снова вломился ко мне в комнату… ― зевая и поправляя задравшуюся футболку, парень поднялся, фактически поравнявшись ростом с другом.

― Гном, ― Вэйхуа погладил это сонное царство по голове, ― совсем не растёт…

― Ну да, не всем же башкой косяки сносить….

― ЧЕТЫРЕ САНТИМЕТРА!

― Где? В штанах? Прости, я и не догадывался как тебе тяжело… ― сдерживая смех, парень показательно опустил глаза на брюки Ли Вэйхуа.

― У меня хотя бы четыре есть, в отличие от тебя, Кен ― обменявшись «любезностями», друзья посмеялись и завалились оба на кровать.

― Ну, так, что случилось? Кто наших бьёт? ― всё так же зевая, поинтересовался парень. Его зовут Лю Джеминг и он лучший друг Ли Вэйхуа с самых ранних лет. В этот университет они поступили вместе сразу после окончания школы, выбрав один факультет и одну профессию. Обоим нравилась историческая тематика. Но если один погружался прямиком в историю, то второй отдавал большее предпочтение археологии. Ещё с детства, если он находил что-то закопанное в земле и считал это интересным, то сразу нёс находку родителям. Они ругали мальчика за это, считая его странным и говоря о том, что он занимается глупостями. Единственный кто его поддерживал – был Вэйхуа.

Семья у Лю Джеминга полная, вроде даже счастливая, но это всё равно не помешало тому сбежать от них в общагу. И тут сработала его хитрая натура. Местным же общежитие не предоставляют, но он и тут нашел выход: договорился со знакомыми, которые сделали ему прописку в другом, более отдалённом городе и дело в шляпе. Так мало того, что живёт теперь отдельно от предков, так ещё и в однушке. Умеет взрослым тётенькам из администрации навешать лапши и глазками сверкнуть.

― Ну, короче, начну с далека… ― и так, во всех подробностях, он поведал другу о том, что успело произойти за эти пару дней, пока тот отсутствовал на парах. Начиная с вечернего ужина с назойливым гостем, после чего получил бурю оваций за образ богемы, и заканчивая случившимся во время выставки.

― ЧТО?! ― Лю Джеминг аж на месте подлетел, в один прыжок спрыгнув с кровати и распахнув шкаф, ― Вэйхуа, ты чего сидишь? Одевайся, мы идём!

― Куда ты собрался сейчас идти? ― тяжёлый вздох дал понять, что тот устал за весь день и что силы на исходе.

― Как, куда идти? Мы пойдём в этот чёртов музей, найдём этого чёртова старикашку и раскатаем его фактами! ― гордо поправляя волосы, он достал подобие мятой рубашки из шкафа.

― Ты сейчас хочешь этим заняться? Выставка уже закончилась и музей закрыт. Он же частный, а не государственный… Лучше подождать следующего раза!

― Как это? Он же сказал, что ждёт тебя каждый день! ― не унимался Джеминг.

― Ты чего такой простой и наивный? Думаю, это было образно или вовсе шутка. Если на то пошло, нам нужно подготовиться к следующей выставке. Он серьёзный противник. Не влетим же мы просто так туда! ― скрестив руки на груди, Вэйхуа закатил глаза.

― А почему нет?.. ― искренне недоумевал Джеминг.

― Потому что мы в итоге растеряемся и будем как рыба, ртом шевелить и воздух глотать, не зная, что сказать, как первоклашка на первом собрании!

― Да ну прям уж…

― Джеминг, я же знаю, как это бывает. Я сегодня уже ему проиграл и без должной подготовки не могу снова оплошать! А тут, надо готовиться не только мне. Я в принципе предлагаю ходить к нему на каждое подобное мероприятие с недовольным лицом. Нас же не выгонят за это … ― звонкий мужской смех разлился по комнате, от чего, почти сразу, в стену и потолок послышались стуки, демонстрируя недовольство соседей тем, что друзья снова в сборе. Это им ещё повезло, что это просто звонкий смех. Потому что обычно это больше похоже на лошадиный гогот, но да ладно.

― Думаю, тут ты прав. Тогда, надо засесть в библиотеке, найти какой ни будь факт, который мы сможем доказать и дело в шляпе!

― Всего лишь то… ― Ли Вэйхуа хихикнул, представляя, что их ждёт.

― Вэйхуа, это теперь дело принципа! ― Джеминг в прямом смысле воспылал уверенностью. Его друг в то же мгновение подумал, что рано или поздно ослепнет от его внезапных всплесков решительности.

― Кстати, а почему ты на пары не ходил? Не говори мне, что не спал снова несколько ночей и тупо проспал…

― Ну-у-у…- отведя взгляд, он взял полотенце, ― пойду в душ…

― СТОЯТЬ! А ты вообще в курсе, что у нас задание по профилю?! ― поймав его за шкирку, Вэйхуа отвесил ему подзатыльник.

― Какое задание…Оно же, вроде бы, по желанию... ― с надеждой в голосе проговорил Джеминг, пойманный, словно воришка на горячем.

― Написать и рассказать о хронологии Конституций в Китае. И нет, не по желанию. Это она только так говорит, а на самом деле, ― это уловка! Вот чует моя задница, что это всё не просто так! Да и плюс ко всему, надо показать ей себя!

― Ты серьёзно? Это так не работает. Она сказала, что по желанию и не факт, что спросит! Ну, чего мы снова как задроты будем…

― Какая разница?! Плевать на всех остальных. И всё равно, что по желанию! Мы это сделаем. Пусть оно будет. Вот увидишь, это нас пронесёт! ― гордо вскинув нос, уперев руки в бока, проговорил Вэйхуа, с вызовом смотря на друга.

― Иногда я поражаюсь тому, насколько ты душный и ни капли не понимаю, почему я, каждый раз, ведусь на твои слова… ― потерев переносицу и смирившись со своей частью, проговорил Лю Джеминг.

Том 1. Глава 4. "Я оказался прав!"

Глава 4

«Я оказался прав!»

― «Ли Вэйхуа, ты занят???» ― на дисплее телефона мелькнуло уведомление о входящем сообщении.

― Ну, надо же, кто это решил написать? Не тот ли предатель, что вчера в музее засунул язык в одно место, а потом и вовсе смылся, пока я не видел? Причём ушел ещё во время нашей перепалки с тем умником. Неужели решил сделать вид, что не знаком со мной? А ведь когда мы осматривали экспонаты и слушали с открытыми ртами всё то, о чём нам рассказывали ― он и не думал от меня отлипать. Всё говорил и говорил, что-то спрашивал и что-то рассказывал. Несколько раз даже приходилось его грубо отшивать, когда поступало предложение сделать «милое фото на память». И вот теперь, так просто написал мне, будто бы ничего и не было! ― вслух возмущался Вэйхуа, отложив карандаш в сторону и глядя на экран телефона. В этот же момент гаджет звякнул, оповещая о новом сообщении.

― «Тебе понравилась вчерашняя выставка? Мне вот очень! Я бы ещё сходил на подобное. Было очень весело и интересно! ^^ »

― Он это сейчас серьёзно?! ― схватив телефон, парень открыл чат и гневно принялся строчить ответ.

― «Ты издеваешься? То есть, после твоего наглого побега, ты всерьёз думаешь, что я пойду с тобой ещё раз?! :/» ― натыкав гневных эмодзи, он нажал отправить.

― «Ну, просто мне стало неловко. Вот я и ушел…»

― Ну, я, конечно, понимаю, что очень часто перегибаю палку, если дело заходит о полемике и спорах. Конечно, он не первый, кому стыдно и неловко. И возможно мне, правда, следовало бы вести себя более сдержано, но всё- таки! Он же мог хотя бы шепнуть мне на ухо, что уходит, или жестом это показать. Написать сообщение, в конце-то концов. Причём написать вовремя, а не сейчас! Или же подождать на улице, а если совсем застеснялся, то хотя бы в соседнем сквере, уведомив об этом по телефону! Ведь мы же пришли вместе! ― слова так и сыпались из уст парня, будто бы он говорил это кому-то сидящему с ним в помещении, а не в экран бездушного смартфона.

― «Я, конечно, всё понимаю. Ты увидел меня с не очень лицеприятной стороны, за что искренне прошу прощения. Мне, правда, стоило быть немного скромнее и обсудить с экскурсоводом эту тему уже после завершения его выступления, не вынося своё мнение на суд публики. За несдержанность, я ещё раз приношу свои извинения. Но это не значит, что в такой ситуации нужно было просто взять и сбежать, делая вид, что мы никак с тобой не знакомы! :/»

― «Но ведь я просто ушёл! Что здесь такого?»

― «Для тебя, может, и ничего. Я не прошу извинений, мне наплевать. Я пытаюсь лишь донести то, что в таких ситуациях нужно предупреждать, хотя бы в сообщении. Написать причину ухода, например. Откуда я знаю, может, мы с тобой вовсе разминулись или вообще, случилось что-то!» ― ну, немножко ведь можно и приукрасить. Никто не запрещал слегка утрировать. Это же не преступление!

― «Я не думал, что для тебя это так важно, Ли Вэйхуа…»

― Да он издевается что ли?! Я ему одно, он мне десятое. Причём тут вообще я? Речь же идёт в целом о ситуации… ― Вэйхуа уже хотел перестать отвечать на сообщения и просто выключить телефон, но подумал, что раз уж начал пытаться вдолбить ему в голову простую истину, так стоит уже забить до конца этот гвоздь в его черепушку.

― «Я не говорю конкретно про себя. Я тебе на своём примере, и на опыте вчерашней ситуации пытаюсь объяснить, что впредь так делать не стоит. С кем бы ты ни находился: друг, девушка, родители, да просто любой знакомый. Всегда предупреждай, если куда-то уходишь!» ― как гордый отец, который учит сына самостоятельно сидеть на горшке, Ли Вэйхуа поставил жирную точку в диалоге с этим мальцом, не желая больше продолжать с ним общаться и что-то объяснять.

― Ах да, чуть не забыл… ― снова взяв телефон, парень выключил звук уведомлений на чат с назойливым мальчишкой. Может это и не правильно, но для душевного равновесия, это будет самым лучшим решением. Если случится что-то серьезное, то он позвонит лично, либо Вэйхуа узнает это от родителей, вот и всё.

Наконец-то эмоции улеглись, и в голове наступила тишина. Теперь молодой человек мог спокойно сосредоточиться на задании по профильному предмету.

Сегодня он встал с первыми лучами солнца, даже застал родителей, которые садились завтракать. Посидев с ними и выпив чашку зеленого чая с сахаром, он неспешно собрался и отправился в университет, прямиком к открытию библиотеки.

На улице стоял утренний осенний мороз, а промозглый ветерок неприятно задувал за шиворот, заставляя всех вокруг ежиться и ускорять шаг. Вэйхуа любил это время года и такую погоду, поэтому, находясь в приподнятом настроении, он дошел до храма знаний и вот сейчас, нависнув над книгами, глазами бегал по страницам, выискивая нужные строки и предложения.

― И так, стоит начать с самой первой конституции. О ней, как и ожидалось, написано не так много. Выпишу год принятия, основания принятия, свод законов и правил, а так же укажу год, до которого она действовала. Думаю, если так вкратце рассказать про все остальные, в хронологическом порядке, то преподавательница будет довольна и не поскупится на хорошую оценку. Лишь бы только вопросов не было, а то она как начнёт, что и лопатой не разгребешь потом… ― делая пометки карандашом и выписывая нужную информацию в конспект, Ли Вэйхуа вспомнил как раз таки одну из подобных ситуаций, когда профессор ни с того ни с сего решила начать задавать вопросы.

― «Под удар тогда попали не мы с Джеми, а наша сокурсница, сидящая обычно впереди. Помнится, девушка выступала с места и достаточно хорошо, даже не читала ничего с листка. И тут, в какой-то момент, её начинают валить вопросами. Её лицо не успевало менять эмоции, и она тогда так жалобно посмотрела на нас двоих, взглядом умоляя ей помочь. Мы в тот момент так опешили и растерялись от самого факта наличия вопросов, от чего вовремя и не сообразили, чем можем посодействовать. И, к сожалению, её завалили. Столько слёз тогда было, просто кошмар. Ненавижу, когда девушки плачут…» ― всплыло в голове Вэйхуа, пока тот пролистывал страницы книги. Он никогда не понимал, почему у преподавателей такое жесткое отношение к своим ученикам. Если они видят, что студенты действительно стараются, так зачем пытаться усложнить им жизнь?..

― «Да, ненавижу такое больше всего. Хорошо выступили, нет, надо ещё добить. Пусть радуются, что мы хотя бы что-то делаем на их скучные предметы…» ― снова пронеслось в голове парня, в то время как его рука, как будто одушевлённая, строчила иероглифы на листке тетради с такой скоростью, словно работала автоматическая печатная машинка.

В это утреннее время, когда в университет только начинали стекаться преподаватели и студенты, библиотека казалась особо уютной. Высокие широкие шкафы, доверху забитые книгами, добавляли ей строгости и внушительности.

― «Очень часто меня накрывает трепетом, когда я прохожу по этому «лабиринту» из книжных стеллажей, проводя пальцами по корешкам книг, в надежде найти там то, что навсегда изменит мой мир...»

Желтоватые стены и темный пол дополняли друг друга и предавали помещению своего рода теплоту и умиротворение. Кое - где краска уже облупилась и эти места явно давно не подкрашивали, скорее всего, не замечая таких мелочей, ведь это никак не вредило общему внешнему виду престижной университетской библиотеки.

Большие окна в пол занавешены плотными шторками, которые сейчас были открыты, давая утреннему солнцу нагреть всё, что находилось внутри помещения.

Рядом с окошками стояли небольшие горшочки с мелкими голубыми цветочками, издающими нежный сладковатый шлейф, добавляя этой старой читальне свою изюминку.

Рабочие столы располагались там же, где и цветы, поблескивая под лучами солнца и нагреваясь от его жара. Оттуда тянуло легкой утренней прохладой и создавалось ощущение, будто бы ты всё ещё находишься в теплой кровати, в то время как кто-то приоткрыл окошко, чтобы проветрить помещение, прогоняя спёртый ночной воздух. И тебе от этого становится ещё теплее и уютнее, лёжа под большим плюшевым одеялом.

За стойкой регистрации сидела, уже возрастная, библиотекарь, потягивая из маленькой цветастой чашечки ароматный, свежезаваренный чай и заполняла журнал на этот день. Сейчас она его заполнит, потом пойдет, поправит все стульчики, поставит на место книжки, которые кто-то вчера забыл вернуть на полки, польёт цветочки, включит кулер с водой, чтобы тот автоматически наливал воду и прикроет окна, чтобы не протянуло, ведь в её возрасте очень легко заболеть. И так проходит и будет проходить каждый её день. Наверное, это скучно, но по лицу старушки видно, что она вполне счастлива.

От полёта в облаках и придания окружающей обстановке жизни, парня выдернул стук захлопывающейся входной двери и неспешные шаги по направлению к нему.

Через считаные минуты в его поле зрения появился Джеминг, который еле передвигая ногами, зевал на ходу и пытался разлепить глаза.

― Так ты всё - таки пришёл и не проспал! ― усмехаясь, Вэйхуа, сидя в полуобороте на стуле, посмотрел на него.

― Да-да, не мог же я оставить своего лучшего друга совсем одного! Вэйхуа, твоя тяга делать всё и сразу, лишь бы хоть как-то отличиться, когда-нибудь, меня сведёт в могилу. И самое смешное, что я на это постоянно ведусь… ― роняя сумку на стул, Джеминг после уронил туда же свое уставшее, не выспавшееся тело, прямиком напротив Вэйхуа.

― Ну, почему же сразу выделиться. Я просто хочу подготовиться. Для профилактики. Плюс ко всему, надо же заработать хорошую репутацию. Потом на сессии спасибо скажешь, когда с хорошей оценкой, полученной автоматом, будешь спать по утрам, а не зубрить под дверью аудитории! ― гордо вздернув подбородок, парень вывали перед другом целый стопарь книг, от чего тот поник ещё больше.

― Вэйхуа, не поверишь, когда я сюда поступал, то думал спокойно и размеренно учиться, не гнушаясь даже троек, но вот это твоё нездоровое рвение к учёбе вводит в азарт и меня тоже. Теперь, мне из принципа хочется учиться, так же как и ты, а то вдруг зазнаешься!

― Хм, Джеми, а ты со школы ещё не привык? ― ехидно улыбаясь, Вэйхуа подпер подбородок рукой, глядя на Джеминга.

― Для меня каждый раз как в первый… ― зевая, парень смирился и положил голову на стол, смотря во двор через окно.

― А ты чего такой уставший, Джеми? Ты вроде бы рано вчера спать лёг, разве нет?

― Я студент, Вэйхуа. Я только проснулся, а уже устал как собака, отвянь. Начни без меня, а я через минут десять подключусь… ― после чего связь с Джемингом была потеряна.

― Да уж, как всегда… ― закатив глаза, Ли Вэйхуа открыл очередную книгу в поисках нужных сведений.

Время за чтением и зубрежкой тянулось долго. Молодые люди уже успели несколько раз выпить воды и ровно столько же выйти в уборную. Повспоминать прошлое, посмеяться, получить нагоняй от библиотекаря. Другими словами, сделали всё что угодно, но и строчки не выучили. И вот, собравшись с мыслями, они отвлеклись на шум, доносящийся с другого конца помещения. В библиотеку зашла группка старшекурсников, вроде бы с факультета программирования и машиностроения. Громко что-то обсуждая, не слушая предупреждений женщины на стойке регистрации, они похватали пару книжек и направились в конец помещения, к самым дальним столам, где уже расположились Вэйхуа и Джеминг.

Побросав вещи на стулья и громко бухнувшись на них всем весом, компания так и продолжала бурно что-то обсуждать, не забывая приправлять свои разговоры громким смехом.

― Тц, ну вот, посидели, называется… ― снова закатив глаза, Вэйхуа закрыл книгу и положил её на стол, уперевшись взглядом в нарушителей тишины.

― Ага, будто бы в столовку или в раздевалку пришли. Почему нельзя спокойно и тихо зайти, и так же сесть. Не спорю, можно и поговорить, и посмеяться, но не так же… ― Джеминг оборвал свою речь на полуслове, приглядываясь к компашке, сидящей через два стола от них. У юноши было плохое зрение, но он был ярым противником контактных линз и очков. В этом они были как две капли воды схожи с отцом Ли Вэйхуа, но если второй понял истину и встал на путь просвещения, то этот застрял ещё на самой первой ступени эволюции.

― Джеми, что случилось? Там что-то не так? Или кто-то что-то не то вякнул? ― Вэйхуа принял полную боевую готовность, начиная поочередно разглядывать шумящую группку.

Ему понадобилось совсем немного времени, чтобы понять, кого же, все - таки, разглядел его друг.

В центре стола, среди гогочущих парней, сидел не высокого роста старшекурсник. Звали его, Хуа Лэй. Его было не сложно заметить, поскольку он был весьма неординарной личностью. Каждый месяц приходил с новым цветом волос или новой татушкой. Стиль одежды больше походил на сборную солянку, нежели на какой-то особый стиль, но стоило отдать должное ― выглядело неплохо. Сейчас он сидел, широко улыбался и что-то обсуждал со своим самым близким другом, Бокином.

Познакомились они с этой компанией ещё в самом начале семестра, когда у первокурсников было совместное плавание со студентами третьего курса. Именно тогда, Хуа Лэй в красках рассказал всем про каждую свою татуировку и серьгу, и о тех принципах, по которым он выбирает себе новый цвет волос. Хотя сейчас, в последнее время, он зачастил ходить с ярко- фиолетовыми, даже скорее, неоновыми волосами, которые вовсе не стремился хоть как-то уложить, оставляя своё гнездо виться дальше.

Именно тогда, на том злосчастном плавании, Хуа Лэй впервые и заговорил с ними, поскольку заметил внешний вид Джеминга, отметив, что у того хорошая физическая форма, и поинтересовался, занимается ли он спортом. Даже не забыл спросить про спортивные напитки и пищевые добавки! Вот же, подхалим!

― «Мы тогда неплохо провели время с ним, особенно Джеми. Они так много болтали и смеялись, что-то обсуждая. Я даже заревновал, что какая – то фиолетовая красавишна у меня друга отобьёт!» ― вспомнив своим тогдашние эмоции, Вэйхуа невольно усмехнулся, не понимая, как это могло прийти ему в голову!

― «И так происходило всегда, когда у нас были совместные занятия. Он постоянно подходил, начинал о чём-то мило беседовать, увлекая Джеминга за собой. Но стоило его друзьям замаячить на горизонте, как тому тут же рожу перекашивало! Сразу начинал строить надменное выражение лица, а после и вовсе, принимался шутить и подкалывать нас. Ненавижу такой тип людей! К сожалению, этого нельзя сказать о моём друге. С того самого дня он места себе не находит, не понимая, что же такого сделал. Не то, чтобы его волновал так каждый человек, который не хочет с ним общаться. Обычно ему плевать на таких, но стоит Хуа Лэю появиться, как он теряется и замолкает. То же самое произошло и сейчас. Стоило мелькнуть фиолетовой макушке, а Джеминг как воды в рот набрал!»

― Джеми, ну ты чего, опять что ли? Да забей ты уже… ― вздыхая, Вэйхуа подсел к другу.

― Я бы и рад, но ты же сам всё понимаешь и знаешь, Вэйхуа. Ничего с этим сделать не могу… ― сглотнув склизкий комок, Джеминг потрепал свои волосы и, потерев переносицу, глубоко вздохнул.

― Ты зря себя накручиваешь. Да и при том, сейчас вельможи и пажи покинут эту королеву фиолетовую, как тот сразу станет цветочком аленьким и придёт мило беседовать! ― не скрывая раздражения, проговорил Ли Вэйхуа.

― Да знаю я, знаю, но именно это меня и расстраивает. Стрёмно, что я ему интересен только тогда, когда рядом нет его друзей…

― Но зато заметь, даже когда их нет рядом, интересен ему только ты. Он же не подходит так ко всем. Обычно, если тебя нет, он либо стоит один в стороне, либо уходит. А если в поле зрения попадаешь ты, он растягивает лыбу и, порхает к тебе! ― ещё больше раздражаясь, процедил парень.

― Так - то оно так, но всё же неприятно, что всегда мешают его друзья. При них ему хочется быть крутым и надменным, а когда остаётся один, он словно другой, ― настоящий.

― Ой, видимо его друзья считают, что мы, челядь, недостойны общения с ним и с его компанией, вот и подшучивают, скорее всего. А он, как я понимаю, один из тех, кто зависит от чужого мнения! ― выплюнув последнее, Вэйхуа засобирался уходить.

― Джеми, плюнь и разотри. Собирайся, пошли в кафетерий, выпьем кофе с маньтоу и на пару пойдем. А эти пусть сидят, сколько хотят. ― Кивнув, Джеминг скинул причиндалы в сумку и, накинув её на плечо, направился вслед за другом. Проходя мимо компании, он пересекся взглядами с Хуа Лэем и быстро отвёл глаза в сторону, в то время как последний, пристально проводил парня до самого выхода из библиотеки.

***

― Я же тебе говорил! ― шепотом произнёс Вэйхуа своему другу, сидя в аудитории.

Как молодой человек и предсказывал, этот опрос «по желанию» стал ловушкой Джокера, приманкой для неопытных глупых птенчиков, которые сейчас получали по полной. Вышло так, что к предмету подготовились только Вэйхуа с Джемингом, и ещё один человек, с которым парни мало общались.

Не успела начаться пара, как преподаватель начала опрос с домашнего задания. Конечно же, вся группа возмутилась такому повороту, ведь до этого, она говорила, что всё «по желанию».

― «Глупцы наивные, вы серьёзно? Не бывает всё так просто, мы же в университете. Такого даже в школе нет, а тут и подавно!» ― Вэйхуа лишь в очередной раз убедился в том, что его чуйка, касательно учебы, ещё ни разу его не подводила!

Видел бы кто-то из других учителей её лицо. Как же она злорадствовала и ликовала от того, что почти вся группа попалась на её уловку и пришла не готовая к опросу. Думается, таким образом, она хотела донести до «детей» всю серьёзность своего предмета, да и учёбы в целом. Может, у неё это даже и получилось, но наравне с этим, скорее всего, она заработала себе весьма нелицеприятную репутацию!

Что же до этих двоих, то того, что они успели зазубрить в библиотеке и кафетерии, хватило с лихвой. Получилось даже и на вопросы ответить, что ввело эту хитрую женщину в заблуждение! Так что, ей ничего не оставалось, кроме как поставить хорошую оценку и переключиться на следующую жертву.

С чувством выполненного долга, Вэйхуа опустил голову ниже к столу и, положив подбородок на руки, перевёл взгляд на окно.

С деревьев, которые совсем недавно были ещё зелеными, стали понемногу опадать пожелтевшие листья. Совсем скоро появится повод провести субботник с целью уборки территории университета.

― «Я даже не расстроюсь, если придётся участвовать во время этого мероприятия. Надо ловить последние тёплые деньки, а не сидеть в пыльных затхлых кабинетах…»

Видимо, за окном поднялся небольшой ветерок, от чего листочки закружились хороводом, разлетаясь по округе ещё больше, сплетаясь в причудливом танце, и один такой, красновато- желтый, ударился о наружную сторону стекла, задержался ненадолго, и плавно опустился на холодную землю.

***

― Вот и осень расцвела. Прекрасно! ― поднимая золотой листок, который только что ударился о ткань тёмно-синих роскошных одежд и упал на землю, проговорил высокий статный мужчина, держа одну руку согнутой за спиной.

― Да, господин Ли, Ваше любимое время года вот-вот снова накроет землю полностью, радуя Ваш взор каждый день своими красками! ― где-то сзади, тоненьким голоском, проговорил юный заклинатель в синих даосских одеждах, собирая попутно все листики, которые приглянулись его господину.

― Всё же было верным решением отправиться пешком к монастырю. Сейчас, на холме «Золотого клёна» так красиво и ярко, что грех пропустить всё это великолепие, сидя в паланкине.

― Вы правы, Господин Ли! Да и при том, настоятель храма давно звал Вас посетить его, посмотреть на новых учеников и может даже, дать им пару уроков владения мечом! ― лепетал юноша, всё так же идя сзади.

― Это я помню, Вэньянь. Правда, только, почему именно меня он попросил об этом? Будто бы я единственный, кто может оказать содействие, ― задумавшись, молодой Господин покрутил в пальцах очередной золотой листочек и отправил его парить на ветру.

― Так всем же это известно, Господин Ли! Всё потому, что в Ваш клан очень сложно попасть. Он закрытый, не принимает гостей, учеников, и посетителей, но, тем не менее, все выходцы оттуда обладают просто поразительным мастерством владения меча! ― запинаясь, взволнованно тараторил парень.

― Все, правда, так читают? Ну, может быть, может быть. Ты меня даже повеселил. Но помни, что не стоит недооценивать других! Главы остальных кланов тоже сильны и могущественны, так же искусны в боевом мастерстве, а некоторые, и вовсе, во многом меня превосходят! ― вальяжно поправив волосы, отозвался Господин.

―Не говорите так, молодой Господин Ли, Вы ― это совсем другое! ― на что парень получил легкий смешок и остался без ответа.

Вокруг расцветали алые клёны, от чего казалось, что весь холм был одет в красные праздничные одеяния. Багровые листья порхали на ветру, сплетаясь в причудливом осеннем танце. Солнце, низко стоящее на горизонте, окутывало пейзаж золотистым светом, придавая каждому листику особое тепло и сияние. В этом чарующем окрасе, время, словно замедляло свой бег, и мир вокруг замирал в ожидании чего-то захватываюещго.

На склонах холма, среди ярких клёнов, прятались старые, покрытые мхом камни, молчаливые свидетели смены сезонов. Их тёмная поверхность контрастировала с яркими оттенками листвы, добавляя глубину этой осенней симфонии. Сзади слышался треск сучьев под ногами, создаваемый верным путником молодого Господина, который, завороженный красотой момента, замирал и ловил взглядом мимолетные бурные движения листвы.

Каждый порыв ветра вырывал из вечного сна несколько клёнов, и они, словно раненые птицы, стремились к земле, превращая холм в палитру художника, где алый смешивался с золотистым и оранжевым цветами. Этот мир был полон магии – он звал в далекие путешествия, где каждый лист, покинув своё родное дерево, искал свое новое предназначение.

Пройдя ещё какое-то время в тишине, и любуясь красотами, молодой Господин остановился и пригляделся: недалеко, на небольшом пригорке, за кронами деревьев, он различил еле заметные, но стремительные движения. Они были быстрыми, плавными и сопровождались легким посвистыванием разрываемого ветра. От этих движений, «оперение» старых ветвей осыпалось куда быстрее, чем должно было под воздействием времени года. Это очень привлекло Господина Ли, после чего он приказал своему сопровождающему пойти вперёд и оставить его одного.

Подойдя ближе и обойдя деревья, мужчина замер, наблюдая за тем, как молодой юноша, лет двенадцати-тринадцати, в белых монашеских одеяниях, орудует деревянным подобием меча. Его светлые волосы были собраны в высокий хвост. Пряди, которые выбивались из общей копны, прилипли ко лбу, давая понять, что мальчишка занимается уже достаточно долго. Его деревянная палка была вырезана весьма искусно, и напоминала, по виду, прямой меч цзян.

Каждый раз, когда деревянное лезвие касалось воздуха, ощущалась невообразимая энергия, но следом за ней нарастала неуверенность в каждом его движении. Он, казалось, стремился к идеалу, но в каждую попытку вкрадывалось колебание — то ли от волнения, то ли от старания следовать предначертанному пути мастеров.

Светлые лучи солнца падали на фигуру мальчика, подчеркивая его худобу. Всплески адреналина придавали ему уверенности, пронзая тишину вокруг, однако каждый сбой в технике возвращал на место внутренний конфликт, заставляя сердце биться все быстрее.

Его путь к мастерству только начинается. Лишь бы этот день не стал для него днем поражения, а открыл дверь к истинному искусству.

Юноша держал меч двумя руками и махал им в разные стороны. То, как именно он это делал, резало глаза и заставляло их закрыть. Он был ловкий, быстрый, это не могло не радовать, но с владением оружием ему нужно очень хорошо поработать.

― Ты неверно его держишь, ― разлетелся по ветру монотонный низкий мужской голос.

― К-кто здесь? ― от неожиданности, парень выронил меч и, споткнувшись, упал на спину. Посмеявшись, Господин Ли подошел к нему и наклонившись, протянул руку.

― Не бойся, вставай. Давай я тебе покажу, как верно его держать. Это же самодельный цзян, верно? ― проговорил мужчина, помогая юноше подняться и возвращая ему его палку.

Дождавшись утвердительного кивка, Господин Ли встал сзади него и обхватив юнца за талию, сказал: ― «Вначале, вспомним основы. Меч цзян нужно держать крепко, обеими руками. С этим, ты, вроде бы, справляешься. Остаётся поработать над расположением пальцев. Большой, средний и безымянный используются для удержания меча, а указательный палец и мизинец остаются расслабленными и разделёнными. Ладонь при этом принимает форму маленького ларца».

Немного смущаясь, мальчишка повиновался и под его присмотром, принял нужную позу. После одобрительного кивка и улыбки со стороны молодого Господина, малец воспылал духом и крепче сжал свое «оружие».

― Всё верно. С первым этапом ты и впрямь, неплохо справился, поэтому, можно смело переходить ко второму, а именно: к искусству владения мечом цзян. Здесь большое внимание уделяют технике рук. Точнее будет сказать ― видам «хвата». Выделяется «мёртвая хватка» и «живой хват». Начнём с мёртвой хватки. Преимущество этой техники заключается в том, что меч трудно выбить из рук. Однако недостаток состоит в том, что меч невозможно использовать гибко. Следующая техника ― это «живой хват». Его преимущество заключается в возможности свободно манипулировать мечом. Однако этот хват следует использовать только после значительной практики, так как противнику может быть легко обезоружить тебя. ― Проговорив всё чуть ли не по слогам и, проделав все манипуляции, Господин убедился, что юноша всё понял и, отойдя от него, завёл руки за спину, а после чего кивнул, давая ему разрешение, чтобы тот продемонстрировал всё то, во что его только что посвятили.

Как ни странно, но незнакомец запомнил всё с первого раза и повторил почти безошибочно. Это восхитило молодого Господина, и он похвалил парня, погладив его по голове.

― Вот и подошёл третий этап. С чего начинается бой?- господин Ли продолжил, ― чтобы управлять мечом цзян, прими следующую позу: встань прямо, ноги на ширине плеч, колени слегка согнуты. Держи меч обеими руками перед собой на уровне груди, ладони должны быть обращены друг к другу. Затем медленно подними меч вверх, пока он не окажется на уровне глаз! ― убедившись, что мальчишка его понял, мужчина снова кивнул, чтобы тот повторил.

После проделанных действий, на его лице засияла широкая улыбка. Это совсем не удивительно, ведь каждый будет радоваться своим первым успехам. Юный незнакомец понял, что теперь ему гораздо удобнее держать меч в руках, а движения его стали куда быстрее и грациознее, чем то, что было раньше. Он как маленький ребенок, которому дали угощение, с обожанием смотрел на своего «гостя».

― С-спасибо Вам, Господин! ― юноша повесил меч на пояс и, подойдя, поклонился чуть ли не до пола, не решаясь поднять глаза. Его светлые длинные волосы, очень красивого и не совсем понятного цвета, свисали с плеч, касаясь пожелтевшей травы, и переливались на солнце, ослепляя стоящего перед ними.

― Подними голову, не нужно столько почестей. Я вижу, что ты хорошо воспитан, мне это нравится, ― погладив мальчика по голове, проговорил мужчина. Под его рукой, маленькое тельце вздрогнуло, что оставило неприятный осадок на душе Господина Ли.

― Ты живешь и служишь в монастыре?

― Д-да, молодой Господин. Я не так давно туда попал и вот помогаю, чем могу, тренируясь в свободное время. Его очень мало, но я и этим дорожу… ― подняв глаза, парень посмотрел в лицо незнакомца, пытаясь скрыть волнение и пунцовые щеки от пристальных глаз цвета спелого персика

― Вот как, значит. Слушай, что я скажу тебе. Когда ты вырастишь и достигнешь семнадцати лет, найди меня. Я возьму тебя к себе в служение. Уверен, что ты не разочаруешь меня, ― спокойно проговорил мужчина, наблюдая за эмоциями будущего ученика.

― П-правда?! С-спасибо, Господин! ― юноша немного замялся, переминаясь с ноги, на ногу, ― Вы же, молодой Господин Ли Вэймин, глава клана «Глубинный поток», в-верно? ― волнуясь и заикаясь, пролепетал мальчишка.

― Верно. А как зовут тебя, любопытный юнец? ― усмехнувшись, проговорил глава клана.

― М-меня, меня…- все так же заикаясь, парень пытался вымолвить хоть слово.

Ли Вэймин, недолго думая, наклонился и, положив пальцы на подбородок юноши, слегка приподнял его и, наклонившись еще ниже, заглянул ему в глаза.

― Не бойся, говори спокойно… ― всё так же улыбаясь, он терпеливо ждал ответа.

― Вэй Ж-Жолань… Вэй Жолань! ― отчеканил парнишка, сглатывая слюну и смотря в эти таинственные, нежные глаза.

― Вот как. Ну, так знай, Вэй Жолань, я дождусь тебя…

***

Вэйхуа резко открыл глаза. В лицо ему били солнечные лучи, а волосы развивал легкий ветерок из открытого окна. Вокруг ничего не изменилось. Всё та же территория: столы, стулья, кафедра, доска, бледные ученики и довольный учитель.

― «Опять он. Опять этот сон. Как же часто я стал спать… и часто его видеть. Слабо верится в то, что это просто совпадение. И снова, не увидел его ли…» ― из размышлений его выдрал толчок справа.

― Ну, наконец-то, проснулся. Всё веселье проспал. Ещё мне ты что-то говоришь о том, что я сплю вместо учебы.

― А, Джеминг…это ты… ― Вэйхуа потёр глаза, на что его друг только больше удивился

― А ты ожидал увидеть кого-то другого? ― съехидничал тот.

― Да, любовь всей моей жизни, желательно с красивым телом и приятным голосом. Ну и повыше, конечно! ― ехидством на ехидство плюнул Вэйхуа.

― А, ну, мечтай! ― усмехнувшись, Джеминг снова перевёл взгляд на мобильную игру, в которую играл, держа руки и телефон под столом.

― Задрот ― констатация неоспоримого факта.

― Батан ― логичное парирование в ответ. И не придраться.

***

― Эй, прикинь, снова этот мелкий написывает. Видимо понял, что я его слил и завёл новый чат. Вот же неугомонный… ― тяжело вздыхая и откусывая половинку горячей паровой булочки с сыром, проговорил Вэйхуа.

― А, да заблокировал бы его уже тогда, ― ответил его друг, запивая ту же вкусность зелёным чаем из бутылки.

― Да не могу, всё из-за предков. Не хочу их расстраивать. Может от него польза будет, кто его знает…

― И что пишет? ― заглянув в телефон друга, Джеминг сел поближе.

― «Вэйхуа, привет…»

― Воу, вы так близки? Он зовет тебя чисто по имени, во не знал, не знал… ― съязвил Лю Джеминг.

― Ага, как же. Он просто тот ещё наглец, так что я это пропускаю мимо ушей, вот и всё… ― со скучающим видом, Ли Вэйхуа принялся читать сообщение.

― «Вэйхуа, видимо с тем твоим аккаунтом что-то не так. Я сколько не пишу, а сообщения не доходят. Вот решил создать новый!»

― Он серьёзно? Такой глупый… Мне даже искренне его жаль… ― откусив булочку, немного расстроенно сказал Джеминг, ожидая, что же Вэйхуа ему ответит.

― Есть такое, поэтому и терплю. Какой я добродушный. Лишь бы это как обычно не вышло мне боком и не село в будущем на шею…

― «Я хотел бы загладить свою вину. Буквально сегодня узнал от отца, что этот музей, в котором мы были, планирует провести в субботу утром лекцию по истории древности. Это может показаться не интересным, но насколько я понял из буклета, про мифы и легенды там тоже будут говорить. Ты же любишь такое? Вообще, музеи не проводят такие мероприятия, но многие школы и университеты, дабы привлечь студентов и школьников к изучению истории в интересном для них формате, договорились с владельцем, чтобы лекцию провели в неформальной обстановке, в новом месте. Это всё для того, чтобы наглядно можно было не только услышать, но и посмотреть. Лекцию, кстати, будет проводить сотрудник музея. Думаю, тебя заинтересует… ^^»

― Вот чертяга, понял, на что давить! ― возмущенно лепетал Джеминг, пока Вэйхуа пялился в телефон, ― эй, дружище, ты чего? Увидел отражение и испугался? ― хихикая, друг похлопал его по плечу.

― В музее. А ты понимаешь, что это значит?..

― Эм, что? ― недоумённо поинтересовался собеседник.

― Что возможно, этот старикан будет там. Если не вести лекцию, так хотя бы, может быть, будет находиться в здании музея. Нельзя упустить такой шанс, Джеми!

― Ха, и это значит…

― И это значит, что к субботе мы должны блистать знаниями, как самые яркие звезды на небосводе, друг мой!

Том 1. Глава 5. "Начало чего-то нового" Часть 1

Глава 5

«Начало чего-то нового»

Часть 1

В осенние теплые вечера воздух наполняется ароматом спокойствия. Листья деревьев шелестят под ногами, создавая мелодичный фон для мыслей, плавно уносящихся вдаль. Сквозь легкую дымку проникают лучи заходящего солнца, окрашивая небо в оттенки оранжевого и розового. В ходе наступающей ночи ощущается тёплое прикосновение легкого ветерка, ласкающего слегка обветренное лицо. В один момент забываются заботы и проблемы, на мгновение окутывает безмятежность и умиротворение. Такие вечера ― это время для раздумий и вдохновения, для окончания одного дня и начала нового.

Именно такой вечерний час сегодня радовал людей на улицах своим теплом и свежестью, своими яркими красками и царящим в воздухе покоем. Тёплые мгновения становятся всё реже и реже, а на их смену приходят более холодные и промозглые осенние дни. Но сейчас, к счастью, можно ненадолго забыть о надвигающемся морозе и раствориться в тепле собирающихся сумерек, словно дымка на закате, мгновенно и незаметно переплетается с окружающей атмосферой. Легким, невесомым движением, она проникает сквозь кожу, наполняя каждую клеточку яркими красками осени. И ты всем своим естеством чувствуешь, как это феерическое пламя становится частью твоего существа, наполняя сердце радостью и гармонией.

В настоящий момент ты ощущаешь себя единой частью вселенной, взаимосвязанной со всеми живыми существами этого мира. В этот час ещё можно ненадолго забыть о том, что лето уже позади, и что совсем скоро, на город белыми хлопьями опустится зима.

Жизнь на улице казалась оживленной и наполненной энергией. Толпы людей, широко улыбаясь, проникались окружающей обстановкой: с множества разноцветных биллбордов доносилась веселая музыка, а сами светодиодные экраны казались сверкающими огоньками, переливающимися, словно яркие звезды на ночном небе, создавая магический амбьянс, и захватывая взгляды своим таинственным мерцанием. Их танец в наступающей темноте напоминает огненное шоу, полное загадочности и волшебства, придающее окружающему миру невероятную красоту и волнующую загадку.

Веселые гуляния и смех наполняли воздух, создавая неповторимые условия для радости и настроения. Каждый человек, который находился в этот момент на улице, становился невольным участником этого «праздника», оставаясь в удивлении от того, как множество разных людей могли соединиться в едином порыве, и раскрасить серые будни радужными красками веселья.

Был ли сегодня какой-то праздник? Нет, совсем нет. Может, какое-то событие? И тут тоже ― нет. Просто сегодня, как это иногда бывает, окружающие уловили ту тонкую нить, которая связывает души людей с тёплой, нежной атмосферой тёплых осенних деньков. Люди стали осознавать, что это время продлится ещё считанные мгновения, после чего на его смену придут холода и стужа, всё вокруг покроется непроглядным белым полотном, а из их ртов будут вырываться белые клубы пара, растворяясь в ткани шерстяных шарфов.

― Вэйхуа, ты снова в облаках летаешь? ― из размышлений, парня в очередной раз вырвал его друг.

― Что? Да нет. Я просто задумался немного. Осенью ведь редко можно застать такие тёплые дни, когда и музыка играет, и веселящихся людей много. И когда по-настоящему тепло… ― улыбаясь, Вэйхуа посмотрел на своего собеседника, ожидая, что тот поймет, о чём он говорит.

― Тут ты верно подметил. Честно говоря, зиму я вообще ненавижу. Постоянно холодно, вокруг гололёд, из-за которого страдают все мои мягкие места. Да и в целом, морозный ветер и серое уныние вокруг ― удручают, ― сказав это, Лю Джеминг устремил свой взгляд в сторону небольшого узкого переулка, который выходил на маленькую цветущую аллею. Именно в той стороне и находился дом Ли Вэйхуа.

― Ну, не знаю. Я, конечно, тоже не люблю мёрзнуть, но и у зимы есть свои плюсы. Кстати о ней, ты уже решил, что будешь делать на зимних?

― Не знаю, думал поехать домой, но после последнего разговора с матушкой, желание совсем отпало…

― Вот как… Общежитие же тоже закроется, разве нет? Ну, на зимние праздники. И как же ты тогда будешь?

― Не знаю даже, скорее всего к другим родственникам поеду, как и обычно. Да и вообще, чего-то мы рановато об этом заговорили, тебе не кажется?

― Тут ты прав, но я всё равно скажу ― никаких родственников! Мои родители уже заранее ставят для тебя чистую белую тарелку на рождественский стол! ― посмеявшись и продолжая непринуждённый разговор, молодые люди свернули в переулочек, который был освещен мелкими огоньками по бокам.

Смеясь, они вышли на ту самую аллейку, и пошли по направлению к дому Вэйхуа. Сегодня его родители уехали за город к друзьям, поскольку у отца семейства в кой-то веке выпали выходные. Эти редкие дни супружеская пара решила провести вместе, в компании старых приятелей. Они звали сына с собой, но тот, сославшись на занятость по учебе, отказался, давая родителям возможность вспомнить молодость и провести время вместе.

― Ты уже придумал, на какую тему хочешь подтянуться? ― внезапно поинтересовался Джеминг.

― Тему? Имеешь в виду для субботы? Честно говоря, вообще нет. Поспорив с тем мужиком какое-то время, я понял, что он может парировать любой мой выпад, и от этого начинаю теряться. Это так странно, честно говоря. У меня вообще сложилось такое ощущение, что я могу быть знаком с ним… ― парень задумался, вспоминая внешность экскурсовода.

― Знаком? Хочешь сказать, что вы уже где-то встречались? А почему сразу не сказал?

― Да в том-то и дело, что мне так только кажется. Я не уверен. Просто чувство такое есть. Если подумать, то мне и негде было с ним пересекаться. Помнишь, я говорил, что внешность у него странная немного? За всю свою жизнь никого подобного мне не доводилось встречать…

― Напомни-ка мне, из-за чего ты считаешь его внешность странной? Из-за цвета волос?

― Ну, да. Я же рассказывал тебе, ― подтвердил парень, ― и не похоже, что они покрашены. Да и для его возраста уже не время краситься в такие яркие цвета.

― Знаешь, Вэйхуа, что касается возраста, то тут ты не прав. Если я в пятьдесят захочу синие волосы, то никто меня не остановит, и мне уже точно будет плевать на чужое мнение. А в целом, я считаю, что они просто кажутся тебе странными, ― немного подумав, Джеминг добавил, ― просто мы сейчас живём в достаточно стереотипном мире, а именно ― в стереотипной стране. Ничего против не говорю и не имею! Я хочу сказать лишь о том, что тут всегда было привычной нормой иметь тёмный цвет волос и, зачастую, такой же цвет глаз. Сам заметь, в тех же школах, ученики все в одинаковой форме, очень часто девушки вынуждены ходить с одинаковой прической. Волосы всегда одного цвета, что у парней, что у девочек. Запрещено красить лицо, ногти и вычурно однваться, чтобы все походили друг на друга и придерживались строгого дресс-кода. У меня сосед в общежитии есть, его комната напротив моей, помнишь его? ― отвлекся от своих рассуждений Джеминг, с целью убедиться, что Вэйхуа его слушает.

― Да, вроде-бы помню, ― кивнул парень, продолжая смотреть на друга, ― и что с соседом?

― Ну, так вот этот сосед рассказывал, что у него мама русская. И из-за её генов, он родился со светло-русыми волосами¸ почти блондином. А на тот момент, они жили в другой части страны, и он ходил в школу, в которой учились только одни мальчики. Там была жесткая дисциплина. Следили за прическами, внешним видом и манерами. Не дай Бог волосы будут не идеально зализаны, а воротничок рубашки не хрустит от чистоты. Сразу запись в журнал поведения и родителей на разговор. И вот однажды, перед общей фотографией, его прямым текстом попросили покраситься в тёмный цвет, чтобы он не выделялся на фото. Никто не верил, что это его натуральные волосы, даже после того, как его мать собственной персоной явилась в школу. Вот так вот.

― Жесть! Как так можно... ― Вэйхуа и не представить не мог, что где-то, в их современном мире, ещё существует такая строгость и требовательность к внешнему виду детей. ― Судя по всему, какая-то частная платная школа? Потому что не припомню, чтобы у нас чем-то таким занимались... Было конечно, что кого-то ругали за яркий макияж, волосы или ногти, но что бы так…

― Да, школа была частная, но тем не менее. Просто сейчас все как-то помешаны на строгости и идеальности. Такое воспитание, понимаешь? Именно поэтому, когда мы видим то, что выбивается из общего представления картины мира, которое в нас вложено нашими предками, то сразу считаем это странным и необычным! ― закончив свою тираду, Джеминг выдохнул, и, достав недопитый чай, глотнул, ― нет, это не плохо, ни в коем случае. Конечно, это весьма несправедливо, поскольку внешний вид никак не влияет на качество знаний и учебы, но такие строгость и внимание к деталям, пагубного влияния, к нашему сожалению, на нас не оказывают. Разве что с такими правилами сложно выделять свою индивидуальность из серой массы.

― Ты толкнул такую содержательную речь с целью подвести меня к мысли, что на самом деле, этот мужик не странный, а обычный? И он мне только кажется таким, поскольку я вырос в стереотипном обществе? ― Вэйхуа сократил всю его тираду в пару предложений, сохраняя общий смысл.

― Да, именно так!

― Можно было и покороче…

― Зато так развернуто и ясно, друг мой!

За разговорами парни и не заметили, как оказались перед домом Ли Вэйхуа. Во дворе горели пару фонарей, которые мать парня предусмотрительно не выключила. Его поначалу удивляло, почему женщина оставляет свет включенным, даже когда в доме никого нет, на что та всегда отвечала: ― «Так спокойнее».

Отец потом рассказал, что к этому её приучила бабушка Вэйхуа. Она объясняла это так: ― «При включенном свете, прохожие будут думать, что внутри дома кто-то есть и у них не возникнет мысли залезть туда и чем-нибудь поживиться».

― Слушай, а предки точно не против, если я останусь у тебя?

― Нет! Я тебе больше скажу: они сами это и предложили. Родители на несколько дней уехали, так что, в это время, мы можем спокойно потусить и приготовиться к субботе.

― Если так, то тогда извините за вторжение! ― друзья вошли в дом, сняли обувь, побросали вещи и расположились на диване в гостиной.

Лю Джеминг был близким человеком для семьи Ли. Он и Вэйхуа познакомились ещё до поступления в начальную школу. С тех самых пор, они всегда были вместе: вдвоём росли, проходили через переходный возраст, проживали все взлёты и падения, невзгоды и счастливые моменты. Из-за напряжённой обстановки в семье Лю, их младший сын часто оставался в доме семьи Ли Вэйхуа, когда в гостях, а когда и с ночевкой на несколько дней. Именно поэтому, даже сейчас, родители всегда были не против того, чтобы эти «дети» находились на территории их обители. Глава семьи Ли и его супруга очень хорошо знали парней и их способность влипать в неприятности, поэтому, пусть они лучше будут дома под присмотром, нежели за его пределами, но с огромными приключениями на мягкое место.

Первым делом, когда Ли Вэйхуа приходил домой, он бросал свои вещи, шел в душ, смывал с себя всю усталость прошедшего дня, надевал свежую одежду и только потом шел есть. Этот раз не стал исключением.

― Джеми, я пошел по важным делам, ты тут не скучай. Можешь поставить музыку или телевизор врубить, пока меня не будет. Пароль от ноутбука тоже знаешь, ― выдав базу, Вэйхуа поднялся с дивана, ещё раз осмотрел помещение и отправился в ванную комнату.

― Так точно. А, кстати! ― резко выкрикнул Джеминг, от чего Вэйхуа замер и обернулся, ― мы будем чем-то ужинать? Обычно в таких случаях ты мне говоришь включать музыку и греть духовку, но сейчас этого не последовало.

― А, ты об этом, ― Вэйхуа почесал затылок, ― я думал вначале, что мы приготовим что-то сами, и снимем процесс в «LimeTok», но потом решил, что сегодня обойдемся без этого и просто закажем пиццу. У нас важные дела. Мы будем думать план мести! ― гордо проговорил парень, уперев руки в бока.

― План мести? Мне кажется, что когда приедет пицца, газировка и ещё всякая всячина, потому - что дело никогда не обходится только одной позицией в доставке, мы наедимся от пуза и упадём за приставку. И так до утра. Так что, до плана мести вряд ли дойдет! ― усмехнувшись, Джеминг пожал плечами.

― А вот и нет! Сейчас код красный, дело критической важности! ― хохоча, парень скрылся за пределами ванной.

«LimeTok» ― это популярная социальная сеть среди современного поколения, где можно снимать и загружать видеоролики различного характера. Как правило, это музыкальные и танцевальные видео, процессы готовки, а так же просто яркие моменты из жизни продвинутой молодёжи.

Пару лет назад, когда Вэйхуа и Джеминг были на последнем году обучения в старшей школе, парни из интереса решили завести общий аккаунт в этой социальной сети. Вначале они не публиковали там ничего, а только наблюдали за жизнью других ребят, пока однажды, всё - таки, не решились выложить своё первое видео.

Перед выпускными экзаменами, чтобы поднять боевой дух, друзья вместе с классом отправились в поездку за город. Учителя отвезли молодёжь на небольшую базу отдыха, чтобы те отдохнули перед итоговой аттестацией, и провели время со своими одноклассниками, поскольку не факт, что они ещё увидятся после выпуска. Во время вечерней прогулки, парни отбились от своего класса и отправились на самостоятельные поиски приключений. Найдя укромное место и выбрав подходящую музыку, молодые люди решили снять ролик с импровизированным танцем, который перед этим нашли в интернете. Вышло достаточно неплохо и даже весело.

Видео в итоге набрало достаточно много лайков и просмотров, а количество подписчиков пошло в гору. С того самого дня, они продолжили развивать свой аккаунт, выкладывая в основном видео с танцами, иногда разбавляя их фрагментами из жизни, или процессами готовки во время ночевок.

Многие беззлобно посмеивались над ними, не считая это серьёзным увлечением, поскольку сейчас, в современном мире, есть уйма всего, чем можно было бы заняться, а не тратить свою жизнь на социальные сети. Такие высказывания, конечно, заставляли задуматься, но в эпоху современных технологий, да и пока молодые, Вэйхуа и Джеминг решили, что если им нравится такое времяпровождение, то не стоит вникать в негатив и прислушиваться к непрошенным «советам» со стороны окружающих.

― Музей, значит… ― Джеминг задумался над их субботним походом. Ему стало интересно, как же выглядит их будущий оппонент и с кем им предстоит столкнуться.

Выбрав музыку на колонке и поставив минимальную громкость, парень взял в комнате Вэйхуа ноутбук, и, вернувшись в гостиную, снова сел на мягкий диван.

Включив гаджет, он ввёл в поисковой строке название музея. Перед его взором сразу же предстало множество ссылок и вкладок, каждая из которых содержала ту или иную информацию об этом месте: различные интервью; заключения экспертов в области истории и науки; проводимые мероприятия; режим работы и расценки на билеты. Всё это, конечно, хорошо, но совсем не то, что искал Джеминг.

Порывшись ещё немного, он всё же нашел ссылку на официальный сайт музея. Открыв её, он на всякий случай изучил точное расписание и нашел подтверждение того, что в эту субботу, там действительно будет проходить лекция для школьников и будущих студентов.

― Так, сейчас бы понять, где же тут кнопка «персонал». Ещё мельче не могли написать что ли?! ― он прищурился, чтобы разобрать текст, написанный мелким шрифтом, ― о, нашёл! ― вслух проговорил Джеминг и тыкнул на нужную вкладку.

Ему сразу же открылся весь список сотрудников, включая предыдущих владельцев. Его возглавляло действующее начальство, и завершали представители охранной службы.

― Почти у всех есть фото, мне повезло! ― порадовался парень, начиная изучать имена и снимки, чтобы на основе описания Вэйхуа, найти того самого экскурсовода.

― Что за сайт такой! Имена и лица есть, а должность указана только у владельцев и совладельцев этого заведения! Посмотрим… ― фотографии были у всех, за исключением одного человека. Судя по подписи внизу, ― это нынешний хозяин музея и зовут его Ян Хуоджин. Владельцем он стал не так давно, о чем говорит дата его вступления в должность.

― Вот смешно будет, если это и есть тот самый незнакомец со «странными» волосами! ― он полистал список ещё какое-то время и, дойдя до середины, решил отложить эту затею и дождаться друга из душа.

― «Может, он там утонул уже?» ― промелькнуло в мыслях парня, после чего он поднялся и пошел в сторону ванной комнаты.

***

― «Рассказать Джемингу о своих снах, или пока что не стоит? Подумает ещё всякое…» ― мысли в голове Ли Вэйхуа лились так же стремительно, как и душевая вода, скатывающаяся по прозрачным стенкам кабинки. Она неизменно его успокаивала. Неважно: морская, речная, или из-под крана, ― она всегда помогала привести его мысли в норму и направить в нужное русло; забирала весь негатив, тревоги и переживания; смывала собой всё то, что накопилось, и высасывала полученное за день напряжение

Вода стекала по телу и волосам Вэйхуа, обволакивая его, словно нежное прикосновение любимого человека. Она казалась таинственным щитом, обещающим принести утешение и гармонию. Голубая жидкость накрывала его фигуру, обвиваясь вокруг каждой мышцы, словно желая укрыть от всех житейских забот и тревог. Влажные капли ласкали его кожу, оставляя свежий след прохлады и умиротворения. Они в нежном прикосновении омывали уставшее тело, словно унесенные этой магией, растворяясь в бесконечности воображаемого океана, разлившегося в пространстве маленькой ванной комнаты.

― «Вода успокаивает. И все мысли куда-то уходят. Становится спокойно и тихо. И даже думать ни о чём не хочется…» ― Вэйхуа поднял голову, и посмотрел на прохладные капли, падающие из вмонтированной в стену лейки, а затем вовсе прикрыл глаза.

***

― Господин Ли, желаете ещё что-нибудь? ― послышался тоненький знакомый голосочек.

― Пожалуй, да. Принеси мне кувшин вина и немного фруктов, ― томно проговорил мужчина, открыв глаза. Перед его взором предстало бескрайнее, темно-синее небо, усыпанное яркими огоньками, словно целое войско светлячков в ночное время кружит по огромному чернеющему полю.

Под ночным звездным небом, где множество звезд сверкают как бриллианты, приятный ветерок ласкает кожу и развивает волосы. Вблизи виднеются клубы пара, поднимающиеся от горячих ванн, наполняя воздух сладким ароматом масел, и, создавая атмосферу загадочности и волшебства.

Ли Вэймин очень любил принимать горячую ванную под открытым небосводом, когда легкий ночной ветерок покалывает влажное разгоряченное тело, от чего хочется съёжиться и окунуться в воду с головой.

Ему нравилось быть ближе к природе. Ощущение свежего воздуха, шум деревьев, звездное небо над головой - все это создает особую обстановку, которая способствует успокоению и восстановлению сил. Обжигающая вода помогает найти уединение и оторваться от повседневных забот. Она становится своеобразным ритуалом, позволяющим забыть о проблемах и просто насладиться моментом.

Ночью, когда мир вокруг замедляет свой ритм, Ли Вэймин посвящает время себе и своим мыслям, вспоминая свои поступки, чувства и эмоции. Горячая ванна становится местом, где можно обдумать прошедший день, задуматься о будущем и просто побыть один на один с собой.

Единение с водой ― это не просто способ расслабиться, это действительно целый обряд инициации, который помогает мужчине найти баланс и гармонию, ведь иногда он может позволить себе отключиться от мира и раствориться в этом моменте.

― Ваше вино, мой Господин! ― сбоку от главы клана появился небольшой поднос, на котором стоял кувшин, пару пиал, словно он ждал кого-то ещё, и тарелка с разнообразием фруктов.

― Спасибо, Вэньянь, ты можешь тоже принять ванную и отходить ко сну.

― Как же я могу, Господин Ли! ― возразил парень.

― Что ты имеешь в виду? ― слегка удивленно, мужчина посмотрел на своего подчинённого.

― Завтра важный день, поэтому я должен подготовить Ваши одежды и сам приготовиться! ― раскрасневшись и надувшись, гордо проговорил мальчишка.

― Я совсем забыл, что за день завтра... Напомнишь? ― недоумённо проговорил молодой Господин.

― К-конечно! Завтра же собрание «Гуожи», на котором будут все главы остальных семи кланов. Вам обязательно надо явиться, поскольку там будут представлены нов...

***

― Эй, Вэйхуа ты утонул? ― послышался стук из-за двери. От резкого звука, парень вздрогнул, чуть не поскользнувшись на мыле и не снеся шторку при падении.

От размышлений и странного «сна» его оторвал Джеминг, который стал беспокоиться о том, что его друг реально утонул в ванной.

― Конечно же, нет, что за глупости! Покажи мне того идиота, который может утонуть в ванной? ― послышался из-за двери возмущенный голос хозяина дома.

― Ну, показать? Там зеркало висит, оно покажет!

― Ха-ха, очень смешно, идиот! ― быстро выключив воду, вынырнув из ванной и вытерев тело, Вэйхуа оделся, просушил влажные волосы, убрал последствия своего «неудачного падения» и открыл дверь, ― ну и чего ты переполошился?

― Ты и правда жив, друг! ― наигранно, Джеминг обнял его и, имитируя всхлипы, похлопал по спине, ― я думал, что потерял тебя!

― Отвали, придурок, а то не то подумаю! ― рассмеявшись, Вэйхуа оттолкнул его и направился к гостиной.

Лю Джеминг посмеялся в ответ и поплёлся следом за ним, предусмотрительно оставив дверь в ванную комнату открытой, поскольку его друг, каким-то непонятным образом, мылся в сущем кипятке! Именно в кипятке! Одному Богу известно, как он не варится там заживо. Так что, каждый раз, когда тот выходит, нужно проветривать, иначе задохнешься от концентрации горячего воздуха в помещении. Некоторые бани точно могут считать его своим конкурентом!

― Ты в душ идешь? ― послышался вопрос из гостиной.

― Да, но немного позже, ты же знаешь, люблю именно перед сном ходить.

― Знаю-знаю. А что ты тут делал? Почему открыт сайт музея? Ты что-то искал?

― Да, я решил найти этого дяденьку, чтобы хоть глянуть на него, ― Джеминг сел рядом с другом на диван, ― как говорится, надо знать врага в лицо!

― Да ты что! ― Ли Вэйхуа наигранно вскрикнул и приложил ладони к щекам, удивлённо открыв рот, ― слышишь, сыщик, а тебя не смущает, что тут фотографии черно-белые? ― усмехнулся парень.

― А, я об этом не подумал…

― Я так и понял. Ну, ничего, как он выглядит ― я знаю, но только его странную внешность ты в полной мере не заценишь! ― поводив пальцем по тачпаду, Вэйхуа остановился и уставился на фото.

― Вот он, ― повернув ноутбук к Джемингу, чтобы тот с плохим зрением точно все разглядел, он усмехнулся, ― посмотри. Даже на черно-белой фотке видно, что у него морда надменная и кирпича просит!

Приглядевшись, Лю Джеминг удивленно глянул на друга, а потом снова на фото. Потом снова на него и снова на фото.

― Друг, ты чего? ― пришло время Вэйхуа удивленно посмотреть на собеседника после того, как тот с недоумение на него глянул.

― Я-то думал тут какой-то старикан стремный с седыми волосами, а тут вполне симпатичный мужик. И не выглядит он старым… ― он нажал на фото и оно увеличилось.

― Ты так думаешь? ― Вэйхуа вгляделся в снимок и тоже задумался.

― Ну, вообще да. Ты же его рассмотрел, по твоим словам. Или ты был настолько зол и унижен, что не отличил его от пугала? ― смеясь, Джеминг вернул ноутбук владельцу.

― Может быть, может быть. Ну, так от этого он ещё сильнее раздражает. Мало того, что умный и заносчивый, держит меня за идиота, так ещё и на мордашку ничего. Надо его точно на место ставить! ― надувшись, парень хотел захлопнуть ноутбук, но остановился, ― ах да, надо хотя бы имя его узнать, ― он открыл профиль экскурсовода, ― Вэй Джо Ли, значит. Ещё и имечко такое, статное. Ну, всё при нём. Бесит! – вот теперь гаджет получил жестокое ранение от рук хозяина, когда экран стремительно столкнулся с клавиатурой.

― Не злись ты так. Подумаешь, сколько таких ещё будет. С этим разделаемся, и потом снова будешь ходить и нос задирать!

― Да, ты прав! Ты кстати выбрал уже пиццу? ― умение резко и быстро менять тему ― это то, что Вэйхуа активно применял и практиковал. Вот он злится и негодует, а вот он уже довольный и расслабленный берёт телефон и открывает приложение по доставке

***

Вечер прошел тихо и размеренно. Пицца приехала вовремя, а вместе с ней и остальные вкусности и вредности. На фоне тихо играла музыка из колонки, о которой и вовсе позабыли. Конечно же, никто не продумывал никакой хитроумный план мести. Они увлеклись разговорами, во время которых смеялись, вспоминали школу, детство, смешные и неловкие моменты из жизни, обсуждали будущее, свои мечты и желания, совершенно не следя за тем, как быстро бегут стрелки часов, приближая к ним начало нового дня.

После трапезы, парни выключили свет и легли на ковер, как часто это делали в детстве. Будучи ещё совсем маленькими, они представляли, будто бы лежат на холодной земле и смотрят в бескрайнее небо, считая звёзды и надеясь увидеть летящую комету, а не в обычный потолок, на котором наклеены светящиеся зелёные звёздочки.

Эта традиция так и не исчерпала себя, просто сейчас они стали взрослее и уже не получится вот так просто, при ком-то, как это было в детстве, лечь и посмотреть в потолок. Родители не поймут и засмеют, аргументируя это тем, что они давно выросли из этих детских шалостей.

― Джеминг, слушай… ― первым тишину прервал Вэйхуа.

― Да?

― Скажи, у тебя бывало чувство дежавю?

― Дежавю? О чем это ты? ― парень заинтересованно повернул голову в сторону друга.

― Как бы сказать… Мне в последнее время снятся очень странные сны. Они такие реальные. И после них у меня ощущение, что всё то, что там происходит ― мне знакомо. При этом есть чёткое осознание, что я оказался там впервые, что со мной такого никогда не случалось, и я точно ни разу в жизни не встречал никого из тех людей, которых вижу во снах. Только не смейся! ― он посмотрел на друга в ответ, за ранее приготовившись отвечать ехидством на ехидство.

― Сны? И давно это у тебя?

― Совсем нет, неделю, может чуть больше. Такого раньше не было. И всего того, что происходит во снах ― тоже.

― А что тебе снится, Вэйхуа?

― Мне постоянно снится, что я нахожусь в теле более зрелого мужчины и хожу в очень дорогих, тёмно-синих одеждах. Чересчур роскошных одеждах! ― Ли Вэйхуа истерически хохотнул, переведя дух. ― Точно помню, что у меня длинные черные волосы, голос гораздо ниже и ростом я повыше. Во снах ко мне обращаются «молодой Господин Ли» и зовут меня главой клана. Не помню, правда, название… ― Вэйхуа задумался, пытаясь вспомнить.

― Господин Ли? В точности, как и твоя фамилия… Вот это совпадение. А ты имени не помнишь?

― Нет, не помню. Меня по имени звали лишь единожды или дважды, и то давно. Я не предал этому значение и в итоге ничего не запомнил, словно что-то мешает мне это сделать…

― А что ещё снится? ― с интересом Джеминг подпер висок ладонью и пододвинулся ближе.

― Самые обыденные фрагменты из жизни, словно кадры с фотопленки. Там нет ничего конкретного. Просто живу, разговариваю со слугами и… ― он осёкся, не зная, стоит ли ему говорить дальше.

― И? Что дальше?

― Не знаю даже, как и сказать…

― Говори как есть, я же твой друг! ― воскликнул Джеминг.

― В моём самом первом сне ― я умер. Причем я видел и чувствовал свою смерть. Меня не смогли спасти… ― переваривая свой первый кошмар, парень слегка вздрогнул, возвращаясь мысленно в те события.

― Умер? Это уже как-то пугающе звучит. Почему ты раньше мне не рассказал? ― удивился собеседник.

― Ну, подумал, что это будет как-то странно, и ты меня на смех поднимешь. Я надеялся, что это ― просто дурной сон после фильмов и книг, но когда это повторилось и второй, и третий раз, то начал задумываться…

― На смех? Какого ты обо мне мнения! ― наигранно обиженным голосом проговорил парень.

― Я верил, что сам разберусь с этим. Но оно всё продолжается и продолжается, а вера всё угасает и угасает… ― тяжело вздохнув, Вэйхуа скрестил руки на груди и задумался. Он умолчал о том, что фактически в каждом сне мелькает одно и то же имя, одна и та же внешность. Он слишком мало об этом знает.

― «Если ещё хотя бы пару раз его имя мелькнет в моих снах, тогда расскажу. Может Джеми это имя будет знакомо…» ― промелькнуло в его голове, после чего он хлопнул в ладоши и поднялся.

― Что ж, если что, схожу к психиатру!

― Надо же! Давно пора! ― Джеминг понял, что друг не хочет продолжать разговор на эту тему, поэтому, как и он, быстро переключился на другую волну разговора.

― Я вот думаю, что нам над… ― не успел он договорить, как его телефон, лежащий на небольшом журнальном столике, звякнул, оповещая хозяина о новом сообщении. Не успел Ли Вэйхуа взять в руки гаджет, как следом за первым, градом посыпались новые входящие уведомления.

― Что это такое? ― Джеминг достал свой телефон, потому что с ним происходило то же самое.

Сообщение шли из общей беседы их студенческой группы. Не трудно было догадаться, что произошло что-то серьезное, когда обычно молчаливый чат разрывается от сообщений.

Разблокировав телефон и нажав на иконку с фотографией их университета, парни увидели следующее:

― «Внимание, группа! Я сегодня узнала от нашего куратора, что на этой неделе будет организована поездка в другой город. В ней будут принимать участие лишь те, чьим профилем является история и философия. Студенты нашей группы, но с другой направленностью, будут отправлены в иное место и получат своё индивидуальное задание. Поедут они туда после того, как первая группа вернется в Чунцин. Тем самым, как Вы уже поняли, ― мы делимся на две группы. Первая отправляется на экскурсию в «Запретный город», который находится в Пекине. Цель Вашей поездки: это сбор фольклора, изучение местности и истории этого дворцового комплекса. По приезде назад, Вы должны будете написать курсовую и защитить её перед комиссией. Вылет завтра вечером, лететь полторы тысячи километров. Билеты на самолёт и проживание оплачены за счёт тех средств, которые Ваши родители сдавали в начале года на нужды университета, и часть средств выделяет лично декан. Поездка займёт у Вас три дня. Вместе с Вами полетит ещё небольшая группа старшекурсников, поскольку в том же городе у них будет проходить семинар, посвящённый…» ― парни не стали читать дальше, шокировано глядя друг на друга. Никто из них до конца не мог осознать всё то, что они только что узнали.

При поступлении в престижный университет, молодые люди были предупреждены, что такого рода мероприятия ― это то, на чём основывается обучение в данном заведении. Но чтобы так быстро и внезапно, ― они не ожидали никак.

― МЫ ЛЕТИМ В ПЕКИН! ― синхронно проорали парни, подпрыгивая на одном месте.

― Ты представляешь, мы сможем побывать в Запретном городе, услышать местные страшилки и легенды! Может и на раскопках, каких-нибудь, побываем! ― вслух восторгался Джеминг, в то время как Вэйхуа дочитал сообщение от старосты.

― Она пишет, что завтра пар не будет, поскольку мы должны приготовиться к отлёту. Вторая группа полетит на следующей неделе. Они летят в Нанкин, изучать литературу и историческую поэзию. Тоже ничего так…

― Но не Пекин!

― Но не Пекин! ― повторил Вэйхуа и бухнулся на диван.

― Надо многое успеть сделать… ― проговорил Джеминг и осёкся, - а как же суббота?

― А что с ней? Мы прилетим в пятницу вечером, так что успеваем!

― Ты предлагаешь после тяжёлой поездки, рано утром в субботу вставать и идти мстить?

― А что такого то? Можно даже не ложиться! ― воодушевился Вэйхуа.

― Ты чудовище!

― Иногда можно! ― хихикая, Ли Вэйхуа плюхнулся на диван.

― Это получается, что раз мы завтра никуда не идём рано утром, то можно не ложиться ещё?

― Именно так, мой друг, завтра мы, как следует, выспимся и отправимся за покупками к поездке.

― Мы ещё не улетели, а я уже в восторге!

Том 1. Глава 6. "Начало чего-то нового" Часть 2

Глава 6

«Начало чего-то нового»

Часть 2

― «Уважаемые пассажиры! Объявляется посадка на рейс OQ 2108 «Авиалинии Чунцин». Самолёт следует до города «Пекин». Вылет осуществляется из аэропорта «Цзянбей» в 21:00 местного времени. В пути два часа пятьдесят пять минут.

Пассажиров просим пройти к терминалу номер девять. Спасибо, что выбрали наши Авиалинии!

Dear passengers! Flight boarding is announced…» -― отчеканила диспетчер монотонным бездушным голосом. До вылета оставалось ещё достаточно времени, но ответственные сотрудники аэропорта дали объявление за ранее, чтобы избежать возможных задержек и опозданий пассажиров.

Вечерний аэропорт наполнился шумом и суетой. Множество людей и студентов спешили к своим объявленным рейсам с огромными чемоданами в руках. Между терминалами разместились множество маленьких магазинчиков, где туристы могут приобрести последние сувениры накануне вылета.

По соседству расположились компактные уютные кафешки, где можно перекусить перед полетом, пообщаться с друзьями или провести светскую беседу по рабочим вопросам, наслаждаясь тихой музыкой и ароматами свежего кофе с выпечкой.

Смотровые площадки были заполнены толпами приезжих гостей, которые активно теснили местных, пришедших наоборот, встретить вернувшихся близких. С видовых точек открываются великолепные виды на стартующие и приземляющиеся самолеты, создавая неповторимую атмосферу ожидания и предвкушения.

***

Мысли о первой поездке в Пекин наполняют студентов множеством чувств: от изумления до волнения, каждый момент насыщен адреналином. Молодые люди предвкушали полет над бескрайними полями и горизонтами; представляли красивейший вид из окна, который обязательно заставит сердце биться быстрее. Каждый ощущал себя частью чего-то великого. Это чувство переполняло всех счастьем и благодарностью к университету и преподавателям за возможность испытать такие эмоции. Впереди ребят ждёт встреча с невероятным городом, полным истории и культуры, который непременно оставит неизгладимый след в их памяти, надеясь, что в будущем, они снова станут его дорогими гостями.

― Джеминг, я уже не могу ждать! ― тараторил Ли Вэйхуа, дергая своего друга за рукав рубашки, ― мало того, что нам сказали не спешить на посадку, пока все не соберутся, так ещё и лететь три часа. Я с ума сойду от нетерпения!

― Вэйхуа, мне, конечно, понятны твои чувства, но ты можешь каждый раз так меня не трясти!? Мною был пролит уже второй стаканчик кофе! Я, наконец-таки, надел светлую рубашку совсем не для того, чтобы она потемнела от пролитого содержимого! ― раздражённо проговорил парень, пытаясь глотнуть. Как только горячий напиток слегка обжог горло и теплом разлился по организму, настроение молодого человека значительно улучшилось, а на его лице растянулась блаженная улыбка.

― Да и при том, билеты всё равно у куратора. Поэтому, к сожалению, мы никак на борт раньше всех не залетим.

― Я это понимаю, но мы по факту сидим и ждём даже не своих, а зазнавшихся старшекурсников! ― бурчал Ли Вэйхуа, лёжа лицом на столе и продолжая дёргать своего друга за рубашку. ― Всем же сказали, что опаздывать нельзя! Наши уже все здесь, а этих «царей» даже не горизонте не видать. Ни одного!

― Ну, так-то оно так, но мы ничего не можем с этим сделать, понимаешь? ― Джеминг смял стаканчик, отправляя его в урну, ― ты, кстати, не обратил внимания, кто именно из старшаков едет? Я вчера был на таких эмоциях, что совсем забыл про чат…

― Забыл? По-моему, ― это твоё обычное состояние. Ты игноришь большую часть времени, словно для тебя вообще не существуют люди и социальные сети. Это иногда даже до смешного доходит: мы с тобой в пятницу увидимся последний раз и на оба выходных, если в субботу пар нет, Джеминг попадает в зону отсутствия связи. В воскресенье заходишь, чтобы написать что-то, а там высвечивается: «Был в сети в пятницу в 18:54». И так каждый раз, только время разное…

― Да не утрируй, не было такого… ― засуетившись, пробормотал парень.

― Да-да, именно так! Я решил соврать, чтобы тебя пристыдить ― зевая, ответил Вэйхуа. ― А что касается старшаков, то там, вроде бы, факультет не был указан. Упомянули только то, что у них семинар или конференция какая-то будет. Не столь важно. Сейчас главное, чтобы куратор всё не запорол и дал нам с тобой два соседних места. Я не хочу сидеть с кем попало…

― Есть такое. Ты ведь не успел ещё перед ним «выступить»? ― посмеялся Джеминг.

― Во-первых, я не «выступаю», а выражаю своё мнение, а во-вторых... Нет, не успел! ― он слегка смущенно потрепал выбившуюся из общей копны прядку волос, и отвёл глаза.

Количество людей в небольшой кофейне стало увеличиваться, оповещая всех находящихся внутри о том, что вылет, совсем скоро, не заставит себя ждать.

Молодые люди сидели за отдалённым столиком, и всё так же болтали обо всём и ни о чём, когда внутрь вошел высокий мужчина средних лет, с умным видом поправляя очки. Это был господин У Бао и он являлся куратором группы Вэйхуа и Джеминга.

Заметив знакомый силуэт, парни сразу спохватились, накинули на плечи свои рюкзаки, и, выкинув остатки еды, направились к учителю.

― О, так вы оба здесь. Я просил никому не разбегаться по аэропорту как тараканы, но меня, конечно же, никто не послушал! ― устало произнёс господин У, держа в руках папку с документами, ― ладно, вот ваши билеты. Выход номер три ― наш. Идите к нему и ждите остальных. Как только все из группы придут, пойдём внутрь, ― вытирая испарину, проговорил мужчина, доставая телефон и открывая чат с группой.

― Господин У, а как же старшекурсники? ― поинтересовался Вэйхуа.

― А что с ними?

― Их разве не нужно ждать?

― А как это к нам относится? Они из другой группы, у них есть индивидуальный сопровождающий, так что, в случае их опоздания, мы не должны нести ответственность, ― отчеканил куратор, поправляя очки указательным пальцем.

― И то верно. Кстати, господин У, а можно нам с Джемингом билеты по соседству? ― скромно спросил Ли Вэйхуа.

― Я что ли выбирать ещё должен? ― слегка раздражённо, но всё же вежливо сетовал учитель.

― Можно мы сами быстренько посмотрим! ― вклинился в разговор Джеминг.

― Ладно, держите, но только не тяните… ― билеты оказались в руках друзей. Легким движением ловких ручонок, места были найдены, а оставшиеся возвращены куратору. После короткого разговора, парни направились к назначенному месту.

Как и ожидалось, учитель написал в общий чат гневное сообщение о том, как же сильно он любит свою группу и как жаждет всех видеть около третьего выхода на посадку. Поэтому, когда друзья пришли в пункт назначения, там уже толпилась небольшая компания однокурсников, напряжённо ждущая остальных.

Когда до окончания посадки оставалось пятнадцать минут, группа студентов уже располагалась на удобных посадочных местах.

Салон самолёта представляет собой уютное пространство, где каждая деталь продумана до мелочей для комфорта пассажиров. Мягкие кресла обтянуты качественной тканью, обеспечивая оптимальную поддержку спины во время полета. Интерьер выполнен в приятных тонах, создавая атмосферу расслабления и уюта. В каждом кресле предусмотрены удобные подставки для ног и регулируемые подлокотники. Они оснащены собственным экраном с большим выбором развлекательных программ. Специально оборудованный бар предлагает широкий выбор напитков и закусок. Салон также оснащен современной системой кондиционирования воздуха, обеспечивающей оптимальную температуру и влажность. В целом, внутренности самолета создают идеальные условия для приятного и комфортного полета.

― «Надо же, впервые лечу на самолёте в сознательном возрасте и в таких хороших условиях. Приключение начинается отсюда!»- мелькало в голове Ли Вэйхуа, когда тот усаживался в удобное тканевое кресло возле окна. Они договорились с Джемингом, что на обратном пути, он сядет в проходе, а сейчас берёт себе право первым лететь возле иллюминатора.

― Джеми, ты не боишься? ― спросил парень, зная, что его друг всегда побаивался высоты.

― Да пока вроде нормально. Впрочем, мы ещё не взлетели… ― немного напряжённо посмеялся Джеминг, ― но уже могу сказать, что место очень удобное: столик не мешает, а самое главное ― ноги спокойно помещаются в свободное пространство между моим сидением и спинкой переднего кресла.

― Тоже верно, но только… ― Ли Вэйхуа прервался на полуслове и уставился за спину к другу.

― Вэйхуа, что такое? ― по инерции, Лю Джеминг повернулся в ту же сторону, и мгновенно замер.

В паре шагов от них, широко улыбаясь, стоял знакомый юноша. Ярко-фиолетовые пышные волосы бросали тень на его лицо, предавая его внешнему виду томности и загадочности. Он держал в руках сумку, которую сразу же закинул наверх, в отсек для багажа.

― Привет, ребята! Я не думал, что полечу вместе с вами! Мы знали, что отправимся вместе с новичками из нашего университета, но чтобы это была именно ваша группа ― я не ожидал. Приятно удивлён! ― игриво проговорил Хуа Лэй, глядя на парней, после чего переведя взгляд на одного лишь Джеминга.

― Ой, Джеми, впервые вижу тебя в светлой рубашке! Она выглядите очень лёгкой, тебе идёт. Льняная? ― после этого вопроса, незваный собеседник, наклонился ближе к другу Вэйхуа и потрогал мягкую ткань, слегка потянув, ― хм, и правда, лёгкая. Где ты её купил? ― как ни в чем не бывало, улыбка не спадала с его лица.

― Что тебе нужно, Хуа Лэй? ― нахмурившись, Вэйхуа одернул его руку.

― В каком смысле? Я увидел старых знакомых, вот и решил поздороваться. Так мы ещё и сидим рядом!- он указал на два места, что располагались впереди.

― «Поздороваться со знакомыми? Ну-ну, свежо предание, да верится с трудом. Что-то вокруг не видно его верных придворных шутов. То-то он такой общительный!» ― едкие мысли в голове парня крутились смертоносным вихрем, пока его друг, Лю Джеминг, молча таращился в одну точку.

― «И Джеми снова забыл, как слова в предложения складывать. Ну, в самом деле! Скажи уже, чтобы он отвалил. Куда проще станет жить!»

― Вэйхуа, почему ты так недобро смотришь на меня? Я тебе что-то сделал? ― прозвучал наигранно невинный вопрос.

― Я? С чего ты взял? И да, кажется, мы ещё не настолько близки, чтобы переходить с формальностей на более близкие отношения, Хуа Лэй.

― Как же строго и фамильярно, молодой Господин Ли!- сложив руки в умоляющем жесте, процедил Лэй, ― а такое обращение будет Вам угодно?

― Я подумаю. Если у тебя всё, то смотри, ― твои пажи идут. Иди, развлекай их.

― Чего? Пажи? Да как ты см… ― он попытался ухватить Вэйхуа за шиворот, но не успел: на полпути его руку перехватил Джеминг, слегка сжав запястье.

― Хуа Лэй, скоро взлетаем, садись на своё место, ― монотонно проговорил парень, сжимая тощую руку сильнее, ― и мне кажется, что тебе не стоит прыгать выше головы и тем самым доставлять окружающим ненужные проблемы. ― Достаточно жестко, но справедливо. Никто не может обращаться с близкими людьми Лю Джеминга подобным образом, и уж тем более, пытаться применить силу.

― Ой, Джеми, ты всё-таки здесь, с нами. Может, отпустишь?

― Многое себе позволяешь, засранец, - выплюнул Ли Вэйхуа, ― отвали уже. ― После этого, он похлопал друга по плечу и тот отпустил руку обидчика.

― Как знаешь, Джеми, как знаешь ― разочарованно разведя руками, Лэй сел впереди них, пододвинувшись к окну. Как и ожидалось, через считанные минуты, соседнее место с ним было занято его лучшим другом, который с пренебрежением посмотрел на сидящих сзади, прежде чем самому упасть в кресло.

― Поездочка обещает быть весёлой. Мне уже ничего не хочется ― шёпотом проговорил Джеминг, наклонившись к Ли Вэйхуа.

― Расслабься. Просто не поддавайся эмоциям, вот и всё. Если повезет, то больше вообще к нам лезть не будет… ― тяжело вздохнув, парень включил на небольшом дисплее один из предложенных фильмов, ― давай лучше что-то поедим и насладимся полётом.

― «Первое сознательное передвижение по воздуху оставило во мне неизгладимые впечатления. Как только я впервые оказался внутри этой огромной металлической птицы, меня охватило чувство изумления и предвкушения. Закрыв глаза, я почувствовал дрожь от мощного двигателя, затем рывок вперед, и вот мы уже взмываем в небо. В один момент, мы с Джемингом по инерции даже схватились за руки, сдерживая, таким образом, прилив эмоций во время взлёта.

Взглянув в окно, стало видно, как мир под нами становится все мельче и мельче. В это мгновение я почувствовал себя свободным, словно птица, которой дали возможность покорить небеса. Шум двигателей, вибрация, смесь адреналина и волнения ― все это создавало яркие ощущения и точно останется в памяти на долгие годы. Мне стало очевидно, что полет ― это не просто перемещение из одной точки в другую, это настоящее приключение, которое заставляет пересматривать свои взгляды на мир.

Лицо моего друга, когда я периодически поглядывал на него, отрываясь от экрана телевизора и окна, держало восторженную улыбку и выражало умиротворение.

Этот полёт был для нас первым самостоятельным приключением, да ещё и таким интересным. Мы летали ранее, но когда были ещё детьми, поэтому, эти воспоминания остались в далёкой юности…»

Начало поездки не задалось ввиду небольшого конфликта с внешними раздражителями, но первые же минуты взлёта и последующего полёта отодвинули неприятный осадок на второй план. Сейчас в сердцах парней не было ничего, кроме восторга, волнения и предвкушения. Мгновение, и они доберутся туда, где всегда мечтали побывать.

***

― Ещё немного, и я упаду! Господин Ли, Вы уверенны, что у меня получится? ― тревожный вопрос разорвал поток мыслей, после чего, словно заворожённый, глава клана резко дернулся и уставился в направлении незнакомца.

Впереди него, на простеньком тренировочном мече, стоял высокий, худощавый юноша. Судя по голосу, ему было от силы лет семнадцать-восемнадцать, не больше. Его светлые волосы убраны в аккуратный пучок, собранный внизу тонкой шелковой лентой. Скромные даосские одежды тёмно-синего цвета, с золотой вышивкой на подоле, говорили о его принадлежности к одному из восьми именитых кланов Поднебесной.

Юный заклинатель, словно облаченный в ночное звездное небо, старался излучать уверенность и спокойствие. Каждая складка ткани его одеяния была выверена до мелочей, создавая эффект безупречной элегантности. Несмотря на страх, он двигался с изяществом, которое не могло не завораживать, а его осанка свидетельствовала о внутренней силе и уверенности, которые дремали глубоко в его сознании.

От него веяло притягательностью, похожей на лёгкое дуновение ветра, обещающей приближение чего-то великого, и в то же время, кричащей о тёмных глубинах его духа, которые отталкивали, как зыбучие пески.

Каждый момент, проведённый рядом с ним, напоминал о неизведанных территориях, где неясные грузовые облака собирались на горизонте. Наполненный загадками, юноша словно хранил в себе не просто тайну, а целый мир, ожидающий раскрытия. Но каждый раз, когда Ли Вэймин делал шаг к душе своего ученика, чтобы попытаться распознать истинные намерения юного адепта, его окутывал лёгкий страх — страх быть поглощённым.

Он говорил немного, а его слова были как тихий шёпот леса, но в них таилась мощь, способная сдобрить стихийный хаос.

Молодой господин Ли осознавал: находясь рядом с этим юношей, он как будто шёл по лезвию ножа между нежной утонченностью и беспокойным смятением. Эти противоречия завораживали, как мрак, в который непременно хотелось заглянуть, несмотря на его холодное прикосновение.

Из дум, главу клана снова вырвал обеспокоенный голос юноши: ― «Г-господин Ли! Там тучи собираются… Чувствую, что будет непогода. Может, стоит на сегодня прекратить?

― Д-да, думаю, стоит. Но вначале, попробуй добраться до окраины леса и обратно. Если получится ― значит, надежда на твоё успешное обучение всё же есть! ― Господин Ли улыбнулся, зная, что ученик его не видит.

― Так Вы всё-таки верите в мои успехи, учитель… ― немного нервно пролепетал парень. Он стоял к своему господину спиной, поэтому, было тяжело разглядеть выражение его лица.

― Конечно, дорогой ученик. Твой наставник должен научить тебя парить на мече. Как ты планируешь передвигаться? Не всегда же у тебя будут с собой талисманы, обладающие мастерством перемещения. Да и времени, чтобы их нарисовать ― тоже может не быть ! ―строгим голосом проговорил мужчина, давая понять, что это обучение, в любом случае, неизбежно.

Опустив глаза, он понял, что и сам стоит на своём священном оружии, плавно покачиваясь из стороны в сторону. Кроме белой дымки, внизу ничего не было видно, только макушки высоких деревьев, пробиваясь через непроглядный туман, слегка портили общую ровную картину.

― «Что это со мной? Я как будто бы не здесь. Настолько погрузился в свои мысли, позабыв о том, что обещал этому ученику научить его летать на мече! Надо бы обратиться к лекарю, да побыстрее…» ― пронеслось в голове молодого Господина, после чего он, прикрыв глаза и сосредоточив всю свою духовную силу в сжатый кулак, выставил его вперед.

― Сегодня твой первый полёт, Вэй Жолань, поэтому, в качестве поблажки и награды за смелость, я тебе немного помогу. ― Через считанные секунды, Господин Ли разжал руку, позволяя божественной энергии со всего тела объединиться в одну небольшую золотую сферу, сосредоточенную на его ладони, и оторваться от неё, пробиваясь вперёд в даль. Золотой свет, словно мощный меч, проник сквозь густую пелену тумана и осветил темные уголки пространства вокруг. Его лучи попали в самые глубины, призывая густые пушистые облака разойтись и дать возможность пробудиться забытому солнцу. Каждое мгновение, озаренное этим сиянием, наполнилось магией и загадками, словно пропасть, в которой скрываются тайны и секреты великого мира. Взгляд ученика, который попал в плен этого света, неотрывно застыл, наполняясь восхищением и восторгом.

― Удивительно, Господин Ли! Научите меня так же? ― поразился юный адепт, повернув голову в сторону учителя. В эту секунду, неизвестно откуда взявшийся, сильный порыв ветра растрепал аккуратно собранные волосы молодого человека, застлав его лицо, от чего тот пошатнулся на своём мече: ― «Вот же чёрт, прошу прощения, я сейчас приведу себя в опрятный вид!» ― не успел он договорить, как следующий толчок стихии ударил по хрупкому телу с такой силой, что мальчишка не удержался на ногах.

Считанные секунды, и парящее оружие падает в черноту леса, скрываясь за ветками деревьев, а следом за ним, с огромной высоты, полетел и сам юноша.

Он не кричал и не звал на помощь, словно подобные неудачи ― это обыденность для него. Юный адепт, скорее, был очень удивлён тому, что такое вообще могло произойти в присутствии наставника. Ещё одно мгновение, и его яркие янтарные глаза, пробиваясь через застилающие лицо волосы, в последний раз смотрят прямиком в душу учителя, а затем пропадают вместе с хозяином, исчезающие очертания которого скрываются в черном мареве темнеющей лесной чащи.

― Вэй Жолань! ― только и успевает крикнуть молодой Господин, прежде чем направить вслед за ним свой клинок, пытаясь стоя на нём, поймать падающего мальчишку.

― Господин Ли! ― приблизившись ещё ближе, Ли Вэймин заметил стремительно падающий силуэт в синих одеждах и тянущуюся из тьмы ладонь, которая пытается ухватиться за своего Господина.

― Подожди ещё немного! ― выкрикнув это, мужчина потянулся к нему, чтобы ухватить за руку, но та выскользнула из его, казалось бы, каменной хватки. Последнее, что увидел Ли Вэймин ― это ломающиеся ветки и мелькающую фигуру в тёмно-синих одеждах между ними.

― Вэй Жолань!..

***

― Подожди! ― вскрикнул Вэйхуа, отклонившись от спинки кресла. Тяжело дыша, он понял, что перед его глазами сейчас не чернота леса, пробивающаяся сквозь туман, а лишь потухший экранчик небольшого телевизора. Где-то слева раздавались невнятные отдалённые звуки, больше напоминающие детское неразборчивое бормотание. Вроде бы, его кто-то звал, дёргал за плечо и махал чем-то тяжёлым перед глазами, но Ли Вэйхуа, как будто, покинул своё тело, теряя связь с реальностью.

Голоса были настолько далеко и звучали до такой степени расплывчато, от чего парню казалось, что он находится в другом измерении. Не было слышно ничего, кроме пронзительного звона в ушах, отбивающего дробь по барабанным перепонкам.

Выдохнув, молодой человек набрал побольше воздуха в легкие и задержал дыхание, опустив голову. В детстве это всегда его выручало, стоило ему проснуться от кошмара. Как говорила бабушка: нужно только пожелать, чтобы страшный сон ушел вслед за прошедшей ночью, как сразу же станет легче. Но что желать сейчас, если ночь только-только переняла бразды правления в свои руки?

― Ли Вэйхуа, да приди же ты в себя, что случилось?! ― наконец-то различил парень. Это был Джеминг, который испуганно тряс его за плечо, предлагая выпить воды или позвать врача. Теперь все звуки вернулись: стали различимы голоса людей вокруг, шумы двигателя, цокот каблучков стюардесс, снующих по салону с напитками, ну и, конечно же, гогот идиотов, сидящих впереди. Лучше бы продолжал их не слышать!

― Да-да, Джеми, все в порядке. Просто дурной сон… ― Вэйхуа ответил ему уставшим голосом, принимая бутылку прохладной воды.

― Это опять те сны? ― сразу же догадался его друг.

― Д-да, похоже на то. И каждый раз они ужасно странные. Я не могу уловить связь между ними. Это просто фрагменты из воспоминаний, которые мне не принадлежат…

― Было бы куда страшнее, если бы в них можно было различить какую либо связь. Может, всё потому что ты перенервничал перед этим? Смена обстановки, новый город, первый сознательный полёт? ― предположил Джеминг.

― Не думаю. А в остальные разы тогда что?

― И то верно. Давай ты сейчас успокоишься, а когда приедем в гостиницу, ты всё подробно расскажешь, и мы обсудим это, хорошо?

― Да, думаю, ты прав…

***

Прогуливаясь по улицам Пекина, сразу можно почувствовать пульс этого города. Узкие переулки старой столицы напоминают о древних временах, когда здесь правили императоры, а современные широкие проспекты оживляют суетой величественного мегаполиса. Столичные магистрали ― это место, где можно встретиться с традиционными рынками, современными торговыми центрами, уютными кафе и динамичными ночными клубами.

На каждом углу встречаются культуры и традиции разных народов и эпох. Тут можно увидеть старинные храмы, современные сияющие небоскребы, сакраментальные дворцы и новомодные парки. Каждая часть города, словно нота в симфонии, создающая удивительную атмосферу этого города. Красота Пекина не только в его архитектуре и природе, но и в его душе, наполненной историей и мудростью веков.

― Как же здесь красиво! ― это та самая фраза, которая вырывалась из ртов каждого студента, вышедшего из здания аэропорта. Большие улицы, множество ярких красок ночного города, красивых исторических зданий, разнообразие людей разных возрастов и полов, гуляющих в это время суток ― это всё то, что вызывает необъятный восторг в сердцах приехавших туристов. Трудно представить, какая же красота будет здесь днём, если даже в ночное время невозможно налюбоваться открывающимся великолепием мегаполиса.

Душа трепещет, сердце поёт, а скулы сводит от не сходящей с лица улыбки. Всё вокруг кажется таким новым, необычным и ярким, что любой человек, особенно юный и зленый, прибывший сюда впервые, прощается со своим самопровозглашённым званием «скептик» и превращается в маленького ребёнка с огромными горящими глазами.

***

― А вот и ваши номера! Смотрите: здесь три комнаты мужские, где могут расположиться по два парня, и две женские, где так же могут поселиться по две девочки. Ваши экскурсии и работы начнутся с завтрашнего дня. В десять утра всем собраться в холле на завтрак и перекличку. Доброй ночи! ― отчеканил учитель, после чего, взяв вещи и присоединившись к своему коллеге, они отправились в отдельный номер.

Вэйхуа и Джеминг заняли комнату в самом конце коридора, чтобы спокойно выспаться, не слушая постоянные звуки ходьбы по лестницам и пьяные голоса постояльцев, ищущих, куда бы приложить ключ-карту.

Войдя внутрь, друзья обратили внимание на интерьер помещения: везде присутствовал минимализм. По центру стояли две односпальные кровати, рядом с которыми расположились прикроватные тумбочки. Справа от входной двери вырисовывались две другие, одна из которых вела в ванную комнату, а вторая ― в гардеробную. Поодаль от кроватей, возле стены слева, стоял небольшой диванчик, журнальный столик и пару кресел по бокам. На этом самом столике лежали два пульта: от телевизора и кондиционера. На выходе из комнаты стоял большой платиной шкаф для одежды, а так же полка для обуви и маленький овальный пуфик, с заботливо лежащей на нём обувной ложкой.

― Неплохо! Я бы даже сказал: ― «Вау»! ― проговорил Джеминг, с разбега падая на свою временную кровать, ― вот бы мне в общаге такую комнату! Я бы самым счастливым тогда был…

― Ага, даже моя спальня в родительском доме ей проигрывает, а он в общагу такую захотел. Губа не дура! ― упав рядом на своё ложе, рассмеялся Вэйхуа.

Номер выглядел уютным и тёплым. Окна, правда, выходили на пожарную лестницу и баки с мусором, но не всё же может идти так гладко. Если выглянуть и присмотреться, то вдалеке можно увидеть сияющие длинные улицы, огни большого города, и даже возможно различить еле заметное движение гуляющих людей.

― Кстати, мы выбрали комнату без балкона… ― разочарование повисло в воздухе.

― Джеми, а ты хотел в роскоши жить? Открыли окно, и хватит с нас. Тут не до жиру. Ладно бы мы курили, тогда и разговор был бы другим. В основном балкон просят только куряги. Вот твоей наглой принцессе он бы точно пригодился! Этот придурок же парит свои дудки вкусовые. Гадость какая!

― Как будто Хуа Лэй этого и в помещении не делает. Я много раз видел такую картину в университете: он сидел и дымил, прямиком в аудитории, так что думаю, ― это особой роли не играет. И он не мой! ― недовольно выплюнул Джеминг.

― Ну, тоже верно. Кстати, спасибо за помощь в самолёте.

― Да ладно, забей. Наоборот, ― это и привело меня в чувства. Хотя мне было паршивенько на душе...

― Не думай о нём! Это ниже твоего достоинства! ― воскликнул Вэйхуа.

― Друг, ощущение, что ты мне цитатник с первого попавшегося сайта пересказываешь… ― посмеявшись, парень поднялся с кровати.

― Ну, иногда странные фразочки из интернета делают своё дело. Ты иди в душ первый, а я схожу вниз и возьму нам еды. Поедим, да спать ляжем. Завтра много дел!

Сойдясь на этом, Вэйхуа переоделся и вышел за дверь. Пройдя небольшой коридор, он обнаружил массивную крутую лестницу, у которой, казалось, не было конца и края.

― «Все-таки, надо было выбирать лифт…» ― подумалось молодому человеку. ― «Ну, что выбрано, то выбрано…»

Спустившись и войдя в небольшой ресторанчик, Вэйхуа взял парочку контейнеров и отправился к шведскому столу. Набрав всяких вкуснотей, он уже собирался уходить, как дорогу ему перегородил Хуа Лэй в сопровождении своих прихвостней. При его росте это выглядело весьма комично: парень был ниже Ли Вэйхуа головы на полторы-две, но, зато, сколько пафоса на лице! Так и хочется вмазать!

― И что тебе снова надо, принцесса? ― закатив глаза, процедил парень.

― Принцесса? Как же грубо, как же грубо!

― Почему он назвал тебя принцессой? Какого чёрта ты терпишь это от какого-то сопляка? ― возмутившись бесхребетностью своего товарища, Бокин перевёл взгляд на обидчика Лэя, ― вообще старших не уважаешь? ― разозлившись, дружок Хуа Лэя схватил Вэйхуа за воротник рубашки и дернул на себя. В отличие от своего друга, он был уже куда выше своего оппонента, которому, в данный момент, хотел набить морду.

― «Ещё один. Им обоим видимо не терпится испачкать мою рубашку, что вначале один попытался схватить, теперь этот. Я прям нарасхват!» ― иронично подумал Вэйхуа, всё так же непроницаемым взглядом глядя на Бокина.

― Тише-тише, Бокин! Не стоит, тут же люди! ― с мерзкой наигранностью пропел Хуа Лэй, ― мы же не хотим скандала, чтобы наши кураторы волновались, верно?

― Боже мой, одни дикари! Я теперь понял, почему вы ― лучшие друзья. Из-за твоих мерзких ручонок придётся стирать рубашку. Фу, отвратительно! ― брезгливо поправив воротник, Вэйхуа выплюнул: ― Слушайте сюда: нам абсолютно начхать на вас обоих. Это не мы придумали ехать с вами, и уж точно не мы начали эту заворушку первоначально. А ты, прежде чем руки распускать, спроси у своей королевишны, с чего же всё началось. Но если и этого окажется мало, то я не против, чтобы вы выплатили мне моральный ущерб за насилие, отбросы! ― хмыкнув, он оттолкнул обоих и, пройдя между ними, как фурия вылетел из ресторана.

― Хуа Лэй, о чем он говорил? Ты что-то уже успел натворить?

― Нет-нет, Бокинушка! Я просто не люблю таких людей, как эти двое. Второй ещё ладно, но этот меня раздражает. Трется вечно, где не надо. Ну, назвал я его один раз по имени, и что! ― недоуменно всплеснул руками.

― Лэй, ты когда-нибудь точно найдешь себе приключения на одно место. Не лезь ты больше к ним. Лучше я сам разберусь. За отбросов ещё ответят!

― Только Джеми не трогай! С него ещё может выйти что-то интересное!

― Он тебе нравится? Я не пойму твоего отношения к нему! ― на этот вопрос он не получил ответ, а лишь услышал довольный смешок и увидел неоднозначную улыбку.

Вбежав в комнату, Вэйхуа со психу поставил еду на журнальный столик, кое как его не разбив. Заметив это, Лю Джеминг в недоумении уставился на друга.

― Ты чего такой возбуждённый? ― садясь рядом, спросил он у Вэйхуа.

― Меня сейчас только что пытались зажать твоя принцесса и её шут придворный. Второй даже за воротник умудрился подёргать! ― Ли Вэйхуа в красках, и лучших традициях красноречия, рассказал обо всём произошедшем другу.

― Да уж, в этот раз он какой-то особенно активный. Даже странно. Но после выходки в самолёте мне не особо хочется о нём слышать. Если ещё раз попадутся и начнут возникать ― получат по морде, ей Богу! ― после этого, тема была закрыта. Оно и к лучшему, ведь никому не хотелось портить настроение перед предстоящим поиском приключений.

Поговорив ещё немного перед сном, поужинав и приняв душ, было принято решение отойти ко сну.

― Джеминг, ты уже ждёшь утро?

― А как ты думаешь? Уснуть бы! ― хихикая, послышалось с соседней кровати.

― Завтра обязательно попробуем все местные вредные вкусняшки! ― предвкушал Ли Вэйхуа.

― Это точно! Добрых снов, дружище.

***

― Нет, нет, нет! Вэй Жолань, не вздумай закрывать глаза. Смотри на меня, слышишь? Смотри! Помощь уже близко, ― молодой Господин пытался хоть как то себя успокоить, но всё было тщетно: ― Чёрт! Да придёт уже хотя бы кто-то или нет?! ― кричал мужчина в синих клановых одеждах, озираясь по сторонам.

― «Силы на исходе… Ещё немного и сознание меня покинет. Помощь точно должна прийти, я знаю! Уверен в этом…». ― Его руки были полностью в крови. Они смыкались на тоненьком горле, из которого она сочилась. Алая пугающая жидкость лилась настолько стремительно, словно река бушует во время наводнения. Она обжигает кожу, заставляя сердце биться еще быстрее. Становится тяжело дышать, будто бы воздух пропитан медом и ядом одновременно.

Взгляд юноши тускнеет, сознание медленно уходит во мрак. Но душа продолжает бороться, противостоять смерти, надеяться на чудо, на исцеление. И в это мгновение, приходит осознание обреченности, последний осколок надежды, что все еще может измениться – разлетается на мелкие осколки, впиваясь в тело градом маленьких ядовитых иголок.

Крови было настолько много, как будто ранена была не только шея. Казалось, что травмировано абсолютно всё тело.

Тёмные одежды окрасились в более грязный и пугающий оттенок, а светлые волосы пропитались металлической рубиновой влагой, теряя весь свой блеск и изящество. Смотреть на эту картину было настолько больно, что проще было выдрать себе глаза с корнем.

― «Чёрт, не уберег. Какой же из меня наставник и глава в таком случае?! Думай, Вэймин, думай!» ― метались мысли одна за другой.

― У-ч-и-т-е-л-ь… ― кое-как врывалось сиплым голосом из обезображенного горла.

― Тише, я рядом, старайся не говорить ничего. Помощь уже близко… ― убирая окровавленные волосы с бледного лица, Ли Вэймин всмотрелся в его глаза. Они по-прежнему были наполнены жизнью, по-прежнему сияли и улыбались, глядя в лицо молодого Господина. На его устах застыла легкая улыбка, которая словно говорила: ― «Не бойся, я справлюсь. Я рядом». Его тело и руки совсем ослабли, безвольно лежа на коленях учителя, но глаза продолжали смотреть, сердце продолжало биться, а легкие всё так же со свистом глотали воздух.

― Всё будет хорошо, всё буд… ― кровь хлынула из рта Господина Ли, капая на уже пропитанные ею синие одежды. Перед глазами всё поплыло, рассудок стал угасать вместе с остатком духовных сил.

― «Чёрт, я практически выдохся... Ещё чуть-чуть, давай! Лучше сам сдохни, но ученик должен жить!» ― мысленно говорил он сам себе, продолжая зажимать рану и пытаясь высосать из себя все духовные соки, чтобы хоть немного облегчить страдания своего воспитанника.

― У-ч-и-т-е-л-ь… ― снова послышалось откуда-то снизу.

― Я же просил тебя не говорить, Жолань… ― проговорив это, Господин ощутил прикосновение к своему лицу. Очнувшись от шока, он почувствовал, как юноша из последних сил приподнял руку и большим пальцем провёл по уголкам губ Господина Ли, вытирая и неизбежно размазывая забившуюся в них кровь. Пальцы дрожали, когда он пытался довести свое дело до конца. Его сердце бешено колотилось в груди, напоминая о бессонных ночах и потерянных надеждах. Но он не собирался сдаваться, несмотря на все испытания, бросавшие ему вызов на протяжении всей его жизни. Его воля была непоколебима, как скалы у подножия горы, и он был готов преодолеть любые преграды, чтобы даже в таком состоянии, суметь защитить своего Господина.

― Ж-Жолань?.. ― испуганно, он вгляделся в лицо своего ученика, с ужасом увидев, что тот широко улыбается, вымученно закрывая глаза.

― У-ч-и-т-е-л-ь, я-я-я… ― после этого, хрупкая рука ослабла, безвольно упав в образовавшуюся кровавую лужу рядом.

― Нет…

***

― Нет… ― тихо проговорил Ли Вэйхуа сквозь сон, резко открыв глаза. Из его персиковых глаз тонкими струйками текли слёзы. Одна за другой, они опускались на теплую ткань подушки, растворяясь внутри неё и оставляя маленькие влажные пятна.

Сердце билось бешено, будто вот-вот разорвет в клочья грудную клетку и вырвется наружу, пытаясь вернуться в этот сон, чтобы завершить то, что не успело.

Дышать было тяжело, в вязи с чем, на дрожащих ногах, Ли Вэйхуа поднялся и, подойдя к окну, открыл его.

Тёплый ночной ветерок сразу же разнёсся по комнате, давая возможность лёгким напитаться кислородом. Сквозняк слегка потрепал и так не уложенные волосы, помогая их хозяину прийти в себя.

Так он стоял достаточно долго, всматриваясь в огни улиц, на гуляющие где-то далеко шумные компании, на звезды, которые огромным ковром застилали идеально черное небо.

Всё это время, пока парень стоял и смотрел куда-то вдаль, слёзы, градом капающие из его глаз, оставляли влажные дорожки на его слегка обветренном лице, и, казалось, совсем не собирались заканчиваться.

Том 1. Глава 7. "То, к чему я никогда не буду готов" Часть 1

Глава 7

«То, к чему я никогда не буду готов»

Часть 1

― Вэйхуа, проснись! Мы уже опаздываем на завтрак и перекличку. Нам нельзя косячить! ― пытаясь растормошить спящего, Лю Джеминг дёргал за края чужого одеяла, слушая недовольный бубнёж.

― Джеми, да встаю я, встаю! Иди, в душ сходи, или ещё чем займись. И как освободишься, вот увидишь, ― буду бодрый как огурчик сидеть… ― сквозь зевоту послышалось из-под одеяла.

― Вэйхуа, ты издеваешься? Это всё уже давным-давно сделано! Я торчу здесь только из-за тебя, вставай, давай! ― резким движением, одеяло было содрано с кровати, заставляя лежащего под ним, поджать ноги от холода и спрятать лицо под подушкой.

― Я никогда раньше не видел, чтобы ты так тяжело вставал. Да что с тобой?!- Джеминг сел рядом и схватив одной рукой подушку, а второй взявшись за плечо друга, вытащил его из «домика» и развернул к себе.

Лицо парня было слегка опухшим, особенно его глаза: красноватые, с явными багровыми синяками, они жмурились, пытаясь не попадать под прямые солнечные лучи, проникающие через окно.

― Друг, в чем дело? Ты плакал? Что происходит? ― засуетился Лю Джеминг, взяв своего товарища за плечи уже обеими руками и хорошенько встряхнув.

― Да всё нормально, говорю же… ― нехотя, Ли Вэйхуа всё-таки раскрыл глаза, устремив в друга недовольный персиковый взгляд. ― Просто долго не мог уснуть на новом месте, вот и глаза, с непривычки, опухли!

― Я знаю тебя не первый день и даже не первые десять лет! И поверь мне, точно могу определить, когда ты врёшь. Это всё из-за вчерашних идиотов?

― Ты с ума сошел? Я забыл про этих придурков, как только в кровать лёг. Будто бы я когда-то реагировал на таких, как они, и переживал из-за их поступков! ― отмахнувшись, Ли Вэйхуа встал с кровати и, потянувшись, взглянул на часы. ― Мы же не опаздываем, ещё полчаса! ― повернувшись к другу, парень кинул в него полотенцем, лежащим на диванчике.

― Ты только одни линзы эти полчаса надевать будешь. Я заранее решил тебя поднять, чтобы точно успеть! ― Джеминг знал своего товарища, как облупленного, и прекрасно помнил, сколько времени ему требуется на сборы.

― И всё же, Ли Вэйхуа, что случилось? Это снова был сон? Расскажи мне, ― парень заметил, что его друг слегка напрягся от этого вопроса и отвел глаза, ― значит, я попал в точку? Мы же договаривались делиться друг с другом всеми проблемами, чтобы не вариться в них в одиночку, помнишь? Плюс ко всему, я же вижу, что ты хочешь выговориться! ― похлопав по кровати рядом с собой, Джеми пригласил Вэйхуа присесть рядом.

Немного сомневаясь, молодой человек всё-таки сел около друга. Торгуясь с собой, он не знал, как начать разговор и стоит ли вообще обсуждать эту тему. Но понимая, что рано или поздно, правда всё равно выплеснется наружу, он решил поделиться переживаниями сейчас, когда вполне спокоен и способен внятно всё рассказать.

― Не знаю даже, с чего начать… ― он затушевался, неуверенно глядя на Джеминга.

― С чего будет удобнее, с того и начни. Ты ведь не всё мне рассказал, когда мы были у тебя дома, я прав?

― Так ты заметил, Джеми?

― Конечно! Твоё лицо, полное жажды справедливости и упрямства, всегда само за тебя говорит! Вряд ли ты сможешь что-то скрыть, имея такой эмоциональный темперамент… ― посмеявшись, парень отложил полотенце в сторону и устроился поудобнее.

― Я тебе не всё рассказал. Мне снится ещё кое-что. Вернее будет сказать ― кое-кто.

― Кое-кто? Ты знаешь этого человека? ― удивившись, Джеминг сразу стал вспоминать и анализировать в голове всех незнакомых людей, которые за последние недели мелькали в их с Вэйхуа повседневности, независимо от того, женщина это или мужчина.

― Нет. Хотя, вернее будет сказать: не уверен, ― Ли Вэйхуа замялся, ёрзая на кровати. ― Я никогда его не встречал, но при этом, у меня острое ощущение того, что он мне хорошо знаком, словно знаю этого человека всю жизнь и сильно дорожу им. Это всё, что я могу сказать о нём.

― О нём? Так это мужчина?

― Это молодой парнишка. Может даже наш ровесник. Вначале, когда мне приснилась моя смерть, у меня не вышло его разглядеть, но по голосу было очевидно, что ему примерно за двадцать лет. Потом я пару раз видел его ребёнком, лет четырнадцати-пятнадцати. А сегодня ночью… ― Вэйхуа вздрогнул, будто бы падая в холодную воду воспоминаний, возвращаясь в события своего сна.

― Друг, расслабься, всё хорошо! ― так внимательно как сейчас, Джеминг, казалось, не слушал его никогда.

― Этой ночью мне приснилась картина наоборот: теперь он лежал в лужи крови на моих коленях. Ему было уже лет семнадцать-восемнадцать, не меньше. Я помню, как моё сердце стучало в висках, как тяжело было дышать. Но эти ощущения ― ничто, по сравнению с тем, что было открыто моему взору.

Самое страшное ― это его горло. Оно было рассечено, да так глубоко, что мне до сих пор не ясно, как он оставался жив! ― приложив ладонь к своей шее, Вэйхуа уставился в одну точку, забывая как моргать. ― Я кричал и плакал, звал хоть кого-нибудь на помощь, но всё было тщетно… ― он проглотил скользкий комок, продолжая вспоминать, ― потом, осознав, что никто не придёт, я пытался самостоятельно ему помочь, зажимал его рану собственными руками, вытирал кровь своими одеждами. А знаешь, что делал он? Просто лежал и улыбался, глядя на меня. Он, мать твою, улыбался! ― парень повернулся к собеседнику, по инерции сжав своё горло.

― Ты понимаешь!? Спокойно себе умирал, как будто-бы для него это - обычное дело! Но видел бы ты в моменте его глаза: в них было столько тепла и нежности, сколько я от родителей не видел за всю жизнь! Но это мелочи! Самое страшное знаешь, что? В них горело абсолютное доверие, вера и преданность. Он знал и верил, что я непременно его спасу, а если не смогу, то этот глупец, казалось, был готов умереть. За меня умереть, Джеми… ― Вэйхуа взялся за голову, а на глазах снова наворачивались слёзы, ― а я всё это видел! Всё чувствовал и ничего не мог с этим сделать, понимаешь? В итоге сон закончился тем, что он всё-таки умер на моих руках. Жестоко умер, а я так и не смог оправдать его ожидания и помочь! ― уже перейдя на повышенный тон, парень опустил голову и зажмурил глаза, из которых тонкими струйками хлынули горячие слёзы.

Джеминг, слушая рассказ своего друга, не мог поверить в то, что это всё происходит на самом деле. Его серьёзный, весёлый и озорной товарищ, сейчас сидел и как заворожённый, дергал себя за волосы и плакал. Плакал от того, что ему приснился кошмар, коих он никогда ранее не видел. Кошмар, который не исчезает с уходом ночи.

― Спокойно, всё хорошо. Это просто сон, а ты тут, со мной! Друг, мы в Пекине, ты помнишь? Сколько мы мечтали тут побывать, попробовать местную пищу, погулять по ночному городу. Ну же, вспоминай! ― положив руки на лицо Вэйхуа и вытирая его слёзы, молодой человек старался придать голосу непринуждённый и веселый окрас, пытаясь отвлечь своего друга от дымки прошедшей ночи.

― Вэйхуа, такие сны бывают. Часто снится то, к чему мы никогда морально не будем готовы, понимаешь? Самое главное, что это всё происходило не в реальной жизни. Вряд ли тебе известна личность этого парня, да и совсем не факт, что это на самом деле был именно ты, а не образ абсолютно постороннего человека. Я уверен, что ты очень часто думаешь на эту тему, и как следствие, твой мозг выдаёт твоей воспалённой фантазии вот такие концерты! Держать всё в себе и бояться рассказать ― это сильно, но не безопасно. Негатив и непонимание скопились в твоей голове, прокатив тебя на эмоциональных горках, вот и всё!

Молча всхлипывая, молодой человек прислушивался к словам собеседника и немного подумав, ответил:

― Т-ты прав. Я думаю, ты прав… ― слегка воодушевившись, Вэйхуа вытер слёзы и посмотрел на друга. Неприятный осадок резал глаза и душу, но услышав разумные рассуждения со стороны Джеминга, он постарался в них поверить. Его товарищ всегда находил для него нужные слова, которые вселяли хоть какую-то уверенность, или хотя бы слегка успокаивали. Так произошло и сейчас: парень думал об этом всю ночь, боясь рассказать хоть кому-то о загадочном мёртвом юноше из своего сна, но сейчас, поговорив с Джеми, он действительно почувствовал облегчение, снова услышав свой рациональный разум.

― Дружище, отныне старайся чаще делиться своими переживаниями, чтобы они не копились и не выливались в подобные кошмары и истерики!- бодрящим голосом проговорил Джеминг, похлопав своего мнительного друга по плечу. ― Мне вот знаешь, что приснилось? Я находился на кухне в своей общаге и с умным видом, в костюме белки, стоял и варил банан! Это куда более интригующе, чем какие-то там парни во снах! ― еле сдерживая смех, он поделился своим «необычным» сном.

― Чего? В костюме белки банан варил? ― прыснув, Вэйхуа расхохотался, увалившись на спину и, взявшись за живот, ― Джеми, твои поварские навыки даже во сне тебя подводят! ― вытирая слёзы, но уже от смеха, парень приподнялся на локтях, ― а вообще, звучит как то, что нам надо будет обязательно реализовать и выложить в «Лайм»!

― Ты хочешь меня опозорить?

― Нет, я хочу повеселиться. Будет круто! Если надо, мы в театральном кружке даже костюмы найдём. Белку не обещаю, но какую-нибудь крысу или собаку точно! ― снова упав навзничь, молодой человек прикрыл лицо руками, продолжая смеяться.

― Ли Вэйхуа, какой же ты изверг!

***

― У тебя слишком глаза опухли за ночь! Может, стоило не надевать сегодня линзы? ― спускаясь по лестнице в холл, парни общались между собой.

― Ага, ещё чего! Чтобы это кто-то увидел? Потом смешков не оберешься!

― Вэйхуа, мы уже выросли из этого. Все подобные предрассудки должны были давно остаться в детстве, как и все твои обиды на глупых детишек.

― Мне так комфортнее, не спорь. Знаешь же, что это бесполезно!

Когда молодые люди спустились вниз, недалеко от ресепшена уже собралась небольшая группа сонных студентов во главе с куратором, У Бао.

Осмотрев ребят, находившихся там, Вэйхуа сделал очевидный вывод, что не только он был против вставать так рано на перекличку, от чего лёгкая улыбка растянулась на его лице, выдвигая на передний план уже приподнятое настроение.

― И так, я вижу, что все собрались!- начал господин У.

― Сегодня у вас будет следующее расписание: сейчас вы идёте завтракать. На трапезу у вас двадцать минут, затем ещё двадцать на сборы. Обязательно берите рюкзаки. При себе необходимо иметь: бутылку воды, чистое полотенце и походную аптечку, поскольку мы уходим на весь день. Средство связи, карманные деньги и ключи от номеров тоже должны быть под боком. Не забываем брать канцелярию: толстую тетрадь с листами А4, набор карандашей для черчения, если вам нужно будет сделать зарисовку, а так же простые карандаши и ручки. На всякий случай можете взять ещё одну тетрадь, только стандартного размера, чтобы на месте конспектировать, если возникнет надобность. В обязательном порядке у вас должна быть своя собственная карта местности, а так же отдельная карта достопримечательностей и памятников истории. Их я вам выдам перед самым выходом. Те, кто отвечают за фотоматериалы, не забудьте взять с собой фотоаппараты. Если это плёночный фотоаппарат, то не забываем про запасную плёнку. ― Вытерев пот со лба, куратор оглядел свою группу и, убедившись, что все внимательно его слушают, он продолжил:

― Обедать вы будете в городе. Можете пойти в студенческое кафе, с которым договорился университет, либо выбирайте место сами, смотрите по финансам. При возможности сократить вредную пищу, поскольку никому не нужно возить вас по больницам с отравлением или болями в животе. Исследование начинаете сегодня с экскурсии по величайшему дворцовому комплексу «Запретный город». Как только послушаете лекцию ― у вас развязаны руки. Можете изучать его как хотите, но только в рамках закона. Если опросите работников музея или местных граждан, то получите дополнительный бал к вашему проекту. Если удастся узнать старинные байки и легенды, связанные с «Пурпурным» городом, ― это тоже станет приятным бонусом к оценке. Весь день вам на изучение. Вечером вас заберёт автобус - на него не опаздывать, иначе будете добираться сами. Завтра же, и послезавтра, у вас свободные дни, то есть будет разрешено вернуться в «Запретный город», а так же посетить любые местные достопримечательности, отмеченные на вашей карте. Потом по ним вы сможете получить ещё одну «плюшку», что положительно скажется во время сессии. Всем всё ясно? ― выдохнув и глотнув воды, учитель У провёл перекличку, и убедившись, что все всё поняли, он отпустил юнцов завтракать, а сам отправился договариваться с водителем автобуса.

― «Это видимо фишка каждого уважающего себя учителя: говорить без остановки и постоянно использовать местоимение «Вы». Слух режет…» ― пронеслось в головах сонных студентов, которые пытались разобрать каждое слово, отчеканенное куратором, словно по бумажке.

Уловив всё то, что хотел донести учитель, а так же задав необходимое вопросы, толпа голодных ребят двинулась в небольшой гостиничный ресторанчик, хватая тарелки с приборами, и направляясь к шведскому столу.

Здесь представлено изобилие разнообразных закусок, горячих блюд, десертов и напитков, чтобы удовлетворить любой вкус. Стол буквально ломится от разнообразия кулинарных шедевров: от салатов и мясных блюд до рыбы и морепродуктов. Каждый посетитель может самостоятельно собрать свой идеальный завтрак, обед или ужин, испробовав блюда по любым предпочтениям.

Выбрав всё самое вкусное, что только можно было съесть на завтрак, парни уселись за уютный столик около окна, из которого открывался красивый вид на центральную площадь.

― Уже не терпится, честно говоря! ― закидывая пару кубиков сахара в ароматный зелёный чай с мятой, проговорил Вэйхуа.

― Поддерживаю. Правда, куратор столько всего наговорил, что мой мозг еле успел переварить. Ты всё запомнил? ― разрезая ароматный французский тост на половинки, спросил Джеминг.

― Ну, да, всё по стандарту: набор первой необходимости, канцелярия для заметок и зарисовок, ну и карта, чтобы не потеряться. Главное не опоздать и не травануться в кафе.

― Весь его монолог ты сократил в пару предложений?

― Именно так. Не вижу смысла много говорить.

― Ну, не все же понимают сразу, если не разжевать! ― хмыкнул Джеми.

― И то верно… ― Вэйхуа посмеялся, увлекаясь трапезой.

Завтрак проходил спокойно, пока размеренную атмосферу в ресторане не нарушила шумная компания старшекурсников, ворвавшихся внутрь с громким смехом.

― Боже, а день так хорошо начинался! ― закатив глаза, парни синхронно отвернулись к окну.

― «Не Дай Бог они сюда подойдут, не Дай Бог…» ― молился про себя Ли Вэйхуа дожёвывая кусочек бекона.

― О, ребят!- послышался до омерзения знакомый голос совсем рядом.

― Вы тут одни? Может, мы к вам присоединимся? Просто, как назло, к вашему сожалению и моему восторгу все места уже заняты!

― Нет, нельзя – монотонно ответил Ли Вэйхуа, не отрывая взгляда от окна и по прежнему жуя ломтики бекона, всем своим видом показывая, что он не хочет отвлекаться от своего занятия ради этих двоих.

― Не жадничай, господин Ли, мы тихонечко!

Первым к ним обернулся Лю Джеминг. Окинув взглядом парней, подсевших к ним, он тяжело вздохнул и принялся не спеша пить кофе, доедая тост.

― Джеми, хорошо выглядишь сегодня. Как спалось на новом месте? ― воодушевлённо поинтересовался Хуа Лэй, как будто специально садясь рядом с Вэйхуа, чтобы ещё больше его разозлить.

― Не твоего ума дело. Ты чего такой активный стал? ― раздражение в его голосе резало по ушам.

― Стал? Я всегда таким был. Мне кажется, или я слышу обиду в твоем вопросе? ― поддавшись корпусом вперед, Хуа Лэй улыбнулся, заглядывая в глаза собеседнику.

― Ты сказал мест нет? Так весь зал свободный ― устав молчать, в разговор вклинился «господин Ли», как его ранее назвал Лэй, и, наклонившись к раздражителю, натянуто улыбнулся.

― Так ты говорящий? ― вписался в разговор Бокин, сидя напротив Вэйхуа, ― я грешным делом уже подумал, что ты только вчера был таким разговорчивым!

― Мне это всё уже надоело. Вам что надо? ― взорвался обычно спокойно Джеминг, хлопнув кулаком по столу. Этим он привлёк внимание остальных посетителей ресторана, от чего в воздухе повисло молчание.

― Спокойно-спокойно, ты чего такой злой? ― Хуа Лэй хотел протянуть к нему руку, но его прервал взявшийся, словно из-под пола, куратор У Бао.

― Молодые люди, что вы тут забыли? ― сохраняя спокойствие, проговорил учитель.

― Мы? Сидим, общаемся с друзьями! ― воскликнул Бокин.

― Нечего вам тут делать. Идите к своей группе и болтайте там!

― Но почему? Мы из одного университета и можем сидеть, где хотим, разве нет? ― парировал тот.

― Нет, не можете. Сейчас в поездке главный я и ваш куратор. Мне не нужны проблемы, чтобы потом вас с собаками искали. У вас, тем более, сейчас перекличка начнется. Так что встали и ушли ― слегка грубовато сказал У Бао, теряя терпение.

― Как Вы можете с нами так говорить?! ― разразился Хуа Лэй.

― Яйцо курицу не учит. Если сейчас же не уйдете, позову администратора и вашего учителя. Хотите проблем? Ну, так знайте, в комиссии, на защите дипломной работы, я буду присутствовать! ― это сработало самым главным аргументом для ребят, после чего те быстро встали, наигранно мило попрощались и быстро удалились к своей группе.

― Эти нахалы к вам частенько лезут? Я видел, как вчера они пристали к тебе, Вэйхуа. Всё в порядке? ― обеспокоенно спросил мужчина.

― Да, господин У, Вы наш спаситель! ― воодушевившись, парень пожал ему руку.

― Если ещё будут лезть, скажите мне. Не потерплю, чтобы какие-то там!.. ― он сделал паузу, ― доставляли проблемы моим студентам. ― Хмыкнув, куратор направился по направлению к свободному столику. Он нарочно не стал называть эту парочку никоим образом при своих учениках, чтобы избежать, в случае чего, потенциальных проблем.

― Теперь хоть поедим нормально ― выдохнул Ли Вэйхуа.

― И не говори. Давай побыстрее доедать, и пошли скорее собираться, чтобы ещё раз с ними не столкнуться. Ещё немного, и я им врежу так, что поймут, как жизнь любить!

― Джеми, ты всё ещё уверен в своём отношении к Ха Лэю? ― поинтересовался Вэйхуа.

― Честно говоря, уже нет. Сейчас я взглянул на него совсем другими глазами, и ничего кроме неприязни не испытываю.

― Это потому, что его стало слишком много!

― Вот именно. К нему очень легко относиться как раньше, но когда он на расстоянии, как ни странно…

***

― Рассаживаемся по местам! ― объявил пожилой водитель, проверяющий по списку наличие всех пассажиров.

― Перекличку проводить не буду, в конце посчитаю количество. Через десять минут выдвигаемся!

Пообедав и собрав все свои вещи, а после, получив карты достопримечательностей, воодушевлённые студенты по одному стали стекаться к большому красному автобусу, готовящемуся к отъезду.

По окончанию озвученного времени, когда все уже заняли свои места, их экскурсия началась. Молодой экскурсовод, который был закреплён за этой группой, начал свой рассказ. Повествовал он спокойно и размеренно, от чего его действительно хотелось слушать, а не воткнуть наушники в уши и молчать всю дорогу.

Автобус не поехал напрямую до «Запретного города», а решил сделать несколько кругов по столице Китая, и ровно столько же остановок, что бы показать будущим историкам некоторые старинные красоты этого места.

― Обратите внимание, дорогие студенты! Сейчас мы с Вами находимся на площади «Тяньаньмэнь». Площадь «Тяньаньмэнь» носит название северных ворот «Запретного Города» ― «Ворот Тяньаньмэнь». Буквальный перевод означает ― «Врата Небесного Спокойствия». Давайте встанем в сторону и посмотрим на юг. Стоя на площади «Тяньаньмэнь» и смотря именно в эту область, с правой стороны Вы увидите Дом Народных Собраний, слева ― Национальный Музей Китая, а на дальней южной стороне площади ― флагшток, Памятник Народным Героям, Мавзолей Мао Цзэдуна и ворота «Чжэнъянмэнь». Смотреть необходимо именно в этой последовательности. ― Экскурсовод описывал каждую часть этого исторического наследия, называя год создания, причины и обстоятельства образования, а так же рассказывая несколько фактов и легенд об этом месте. Студенты, очарованные здешними красотами, кое как успевали фотографировать и делать записи, стараясь успеть за стремительной речью рассказчика, боясь упустить что-то новое.

― Мы с Вами ещё вернемся сюда, чтобы посетить непосредственно сам «Запретный город». А пока время у нас ещё есть, проходите в автобус, располагаетесь, и мы отправляемся в новый пункт назначения!

― «Как же здесь красиво. Я и представить не мог!» ― колотилось в голове Вэйхуа, пока тот, стараясь не моргать, рассматривал каждый закуток и переулочек огромных улиц и небольших скверов, проезжая мимо и стараясь запечатлеть это всё на телефон.

Через приоткрытые окна пробивался прохладный осенний ветерок, и, переплетаясь с солнечными лучами, оседал на лицах и головах восторженных пассажиров. Он приносил с собой сладкий шлейф цветов из небольших павильончиков, ароматы свежей сахарной выпечки, доносящиеся от уличных палаток с едой, а так же звуки колокольчиков, которые в огромном количестве и разнообразии висели в витринах сувенирных лавок.

― «Эта поездка носит меня по улицам города, мимо незнакомых уголков и таких же перекрестков. Взгляд в окно словно открывает картину красоты и спокойствия: зеленые парки, цветущие сады, переливающиеся фасады зданий. Я наслаждаюсь каждым мгновением, вдыхая аромат улиц и ощущая волну вдохновения, которая наполняет мою душу. Каждый поворот открывает новые виды, заставляя задуматься о бесконечности красоты, которая окружает меня» ― на мгновение пронеслось в мыслях Ли Вэйхуа, после чего он резко встряхнул головой и сел ровно, словно вернувшись в реальность.

― «С каких пор у меня такие высокие размышления в голове? Я, как будто, цитирую какое-то литературное произведение, или на сцене отыгрываю роль влюблённого романтика! Никогда не думал в таком формате! Ощущение, что это были вовсе не мои мысли…» ― от напряжённых раздумий его отвлек голос рассказчика, который оповестил о следующей остановке.

За несколько часов, компания студентов, вместе с куратором и экскурсоводом, успели побывать в парке «Цзиньшань».

― Парк состоит из пяти вершин, на каждой из которых установлены павильоны. На территории каждого павильона располагаются статуи Будды, отлитые из меди. До наших дней статуэтки не дошли, они были украдены или уничтожены во времена вторжения коалиции восьми стран на земли Китая в 1900-ом году. ― После рассказа об этом, группа потратила несколько часов, чтобы посетить все пять вершин. Начали с «Павильона Вечной Весны Ванчун», поскольку он расположен в самой высокой точке парка и является самым посещаемым местом. Дальше отправились в остальные павильоны: «Павильон Скопления Ароматов Цзифан», «Павильон Неописуемого Зрительного Наслаждения Фулань», «Павильон Созерцания Прекрасного Гуаньмяо» и последний «Павильон Всецелостного Наслаждения Чжоушан».

― Как же долго мы провозились здесь. Ощущение, будто бы нам где-то соврали! ― возмущался Джеминг, сидя на небольшой лавочке возле автобуса, в ожидании остальной группы.

― Почему ты так решил? ― удивился Вэйхуа.

― Нам сказали, что мы потратим весь день на «Запретный город», а по итогу, нас отвезли куда угодно, но только не туда!

― Ну, тут ты прав. Хотя знаешь, мне даже нравится. Одно дело мы завтра сами будем бегать, и искать эти места, а другое дело ― нас сюда привезли и обо всем рассказали. Да и при том, всё это тоже взаимосвязано с «Запретным городом». С самой высокой точки, то есть с первого павильона, виден «Гугун». Площадь, на которой мы были ― это одни из ворот, который так же ведут к Пурпурному дворцу. Поэтому, я думаю, наоборот хорошо, что мы посмотрели на всё это с разных сторон!

Следующим популярным местом в их экскурсии стал район «Саньлитун». Тут студенты побывали мельком, поскольку это место предназначено больше для туристов, любящих тусовки, походы по магазинам и иным развлекательным заведениям.

― Побывав в Пекине и не посетив в район «Шичахай», можно сказать, что Вы приехали сюда зря! Взгляните на колокольную и барабанную башни. К югу от Барабанной башни раскинулся премилый район Шичахай: цепочка обширных озер, окруженных ивами, акациями и тополями. Летом здесь можно кататься на лодках, зимой ― на коньках. Очень-очень симпатичное место!

Последним пунктом назначения перед долгожданным «Пурпурным» городом, стали «Хутуны». На беглую прогулку здесь ушло около часа. Это место, улицы, которого хранят в себе средневековую китайскую историю. Старинные черепичные серые дома, узенькие улочки, протянувшиеся с запада на восток и с севера на юг. Атмосфера загадочности царила в этом месте, давая волю своим фантазиям и чувствам, погружая всё своё естество в глубину воображения и предвкушения. Каждый задумался о том, что это место выглядит довольно таки загадочно, и в какой-то степени, ― мистически.

― И так, дорогие студенты! Это были основные достопримечательности, которые входят в нашу экскурсию. В оставшиеся дни, Вы сможете вернуться сюда ещё раз и изучить всю здешнюю красоту более подробно. Есть ещё множество мест, которые Вы можете посетить, но думаю, Вам вряд ли хватит трёх дней!- посмеявшись, проговорил мужчина, ― вот теперь, мы с Вами направляемся в «Запретный город»!

Под возгласы уже уставших, но до ужаса заинтересованных ребят, они отправились к центру города, прямиком к таинственному дворцовому комплексу.

***

― Наконец-то мы здесь! ― восторженно проговорил Джеми, переступая порог величайшего музея.

― Так-то оно так, вот только нам осталось всего пару часов, чтобы всё осмотреть. Он закрывается в 16:10!

― В каком смысле? Почему так рано? ― удивился Джеминг.

― Не уверен, но как я понял, ― это всё связанно с городскими легендами про «Запретный город». Поэтому, предлагаю сейчас всё быстренько осмотреть, а уже завтра, когда вернемся, займёмся исследованиями и сбором фольклора!

― Отличная идея, с чего начнём?

― С чего угодно, ведь тут каждая каменная плита, каждая ступенька и каждый скол на стене ― это история!

Прогулка по коридорам «Пурпурного» города окутывала таинственностью и неведомыми силами, которые проникают сквозь каждый камень и стену. Старость этого дворцового комплекса ощущается в каждой трещине и укромном уголке, где таится древняя мудрость и тайны веков. Странные символы и надписи, покрытые пылью времени, таинственно мерцают на стенах, словно прошлые дни хотят вновь обрести свою обитель в нашем мире. Много чего сохранилось до современного времени в этом месте, создавая атмосферу, наполненную загадками и мистическими событиями. Под каждым шагом звучат воспоминания о прежних жителях и их судьбах, словно души прошлого пробуждаются, чтобы отдохнуть от вечности.

Как только молодые люди переступили порог этого таинственного места, сотрудники предупредили их, что нужно быть осторожными, поскольку: ― «В Запретном городе спрятаны не только тайны прошлого, но и опасности, способные поглотить Вас целиком и навсегда в своих объятиях».

Глубоко в сердце «Гугна» раскрывается величие и красота его внутренней атмосферы. Каждый уголок этого места пропитан вековой историей и духом древности. Реликвии, удивительные картины на потолках, изысканные узоры на стенах, древние экспонаты, воссоздающие живописный мир прошлого ― все это окутывает обоих парней ощущением нереальности существования этого места. Проходя по коридорам, ощупывая облупившиеся стены и ступая на каменные кладки, они, словно, возвращаются в те далёкие времена, когда тут, по этому самому коридору, проходили величественные высокие господа. В этом «городе» каждая каменная табличка, каждая старинная доска, наполнены великолепием прошлого, заставляя уважать и поклоняться этому месту. У многих возникает ощущение, что за ними следят. Становится немного не по себе, как будто они тут лишние незваные гости, пришедшие нарушить покой здешних обителей.

― Ну и жуткое место, конечно… ― поёжился Джеминг, потерев плечи.

― Согласен… но как же это круто! ― с восторгом говорил Ли Вэйхуа, только и успевая делать фото на телефон и снимать истории в «Лайм».

― Главное не потеряться! Меня серьёзно пугает перспектива остаться тут на ночь, и встретить какую-нибудь чертовщину!

― Ха-ха, Джеми, ты действительно испугался? Ну, ты чего, какая тут чертовщина может быть?

Голос, раздавшийся сзади них, заставил ребят подлететь до потолка, с криком развернувшись в сторону нарушителя из разговора.

― Молодые люди, что Вы тут делаете? ― это был один из смотрителей музея.

― Мы скоро закрываться будем, так что, пройдите в центральный зал. Именно там Вы сможете ещё немного посмотреть экспонаты. После чего, музей будет закрыт и откроется только завтра! ― отчеканив заученный текст, мужичок выпроводил двух побелевших от страха парней в центральный зал к остальным посетителям, после чего удалился.

― Я чуть Богу душу не отдал! ― вскрикнул Джеминг, пытаясь отдышаться и прийти в себя.

― Я тоже! Какой ужас. Неужели можно так пугать людей!?

― Особенно детей!

― Особенно детей! ― повторил Вэйхуа. На секунду повисло молчание, а после друзья посмотрели друг на друга и рассмеялись, прогоняя остатки страха.

― Думаю, нам уже пора. Я как-то подустал за сегодня... Вернемся завтра? ― начал было Вэйхуа, когда его взгляд упал на знакомую фигуру.

― Или не пора… ― обойдя друга, который в непонимании уставился на него, он направился к витринам с нефритовыми изделиями.

― Ты куда, друг?

― Джеминг, ты тоже это видишь? Это же он! ― шепотом проговорил Вэйхуа, указывая на фигуру мужчины в чёрном костюме, стоящую возле той самой витрины.

― Ах да, конечно же, ты не видишь! ― хлопнув себя по лбу, усмехнулся парень.

― Ха-ха, очень смешно, ― молодой человек закатил глаза и попытался рассмотреть незнакомца, ― кто это такой?

― Как кто? Это же тот самый экскурсовод, которому мы мстить должны!

― Что? Но как? Может ты ошибся?

― Я никогда не ошибаюсь! ― возмутился Вэйхуа, разглядывая его силуэт.

― И что ты думаешь делать? ― спросил Джеминг, а после опешил, не увидев друга рядом, ― Вэйхуа? Ты где?! ― он осмотрелся в поисках неугомонного товарища, но тот уже шел по направлению к мужчине.

― Ну, привет!- напыщенно проговорил Ли Вэйхуа, становясь напротив своего оппонента.

― Простите? ― мужчина удивлённо посмотрел на него. Сейчас он выглядел совсем иначе ― не так, как тогда в музее. Волосы были уложены назад и явно с помощью геля, но это не мешало им всё так же переливаться под лучами закатного солнца, бьющего через оконные рамы. Внешний вид его дополнял черный брючный костюм-тройка, более подходящий для деловой встречи, но никак не для похода в музей.

Вэйхуа в какой-то момент подумал, что обознался, поскольку в их первую встречу, на мужчине не было очков, которые сейчас, от удивления, слегка сползли с его глаз, опускаясь вниз по переносице. И не ясно, шли они ему или наоборот ― предавали возраста.

― «Ещё и очкарик, вот те раз. Видимо, возраст на глаза давит!» ― усмехнувшись, подумал молодой человек.

― Простить? Не прощаю! Что это Вы тут делаете? ― с наигранной вежливостью выплюнул юноша.

― Что, простите? –словно издеваясь, повторил экскурсовод, ― мы с Вами знакомы?

Этим вопросом он, в пух и прах, уничтожил Ли Вэйхуа, разбивая все его амбиции, надежды и грёзы о сладкой мести, на тысячи маленьких осколков, которые потом превратятся в пыль и будут рассеяны по ветру.

― Ты меня совсем забыл, старикан?! ― выпалил он, глядя на то, как брови стоящего перед ним поползли вверх.

― С-старикан? Я? ― вся непринуждённость пропала с его лица, а руки непроизвольно скрестились на груди.

― Вы кто такой и что себе позволяете?! ― раздражённый голос ударил по мозгам.

― Да я! ― начал было говорить, но его резко дёрнул Джеминг, ― простите его! ― и, схватив друга за руку, быстро увёл оттуда.

Зайдя за колонну, он отпустил бунтовщика и выпалил: ― «Ты в своём уме?! А вдруг ты обознался и это какая-то важная шишка?! И сейчас окажется, что мы ему дорогу перешли? Ты вообще думаешь о последствиях?!» ― негодовал парень, в то время как его друг, совсем не слыша ничего вокруг, выглядывал из своего укрытия в поисках обидчика.

― Да какая там шишка, Джеми! Этот старик, видимо, настолько состарился уже, что проблемы с памятью начались!

― Вэйхуа, а если это не он?!

― Да он это, он! Ошибки быть не может! Знаешь, я не так уж и часто лажаю из-за кого-то, чтобы ещё этого «кого-то» не помнить! ― выпалил молодой человек, рыская взглядом по толпе, ― вот чёрт, он куда-то свалил!

― Да и хрен с ним, пошли уже отсюда!

― Так значит «старикашка, который настолько состарился уже, что проблемы с памятью начались»? ― вклинился в их разговор третий голос, заставляя парней схватиться за руки и вскрикнуть.

Вэй Джо Ли очень удивился такому «приветствию» в свой адрес, именно поэтому, когда наглого выскочку увели, он из интереса последовал за ними, благодаря чему стал свидетелем весьма «интересного» разговора.

Эмоции на лицах парней менялись наперебой: от испуга до шока, заканчивая диким негодованием. В это же время их губы, как у рыб на суше, шевелились, пытаясь издать хоть один звук. За один вечер слишком много потрясений и неожиданных поворотов.

― Ну, мы… ― начал было Джеминг, когда Вэйхуа резко «воскрес» от шока и захлопнув другу рот ладонью с характерным шлепком, возразил: ― а чего это мы подслушиваем?! Это ужасно не красиво!

― Правда, что ли? ― мужчина усмехнулся. ― А так подлетать к незнакомому человеку, общаться с ним на «ты», и называть «старикашкой», ― это, по-твоему, нормально?

― А чего это мы на «ты» перешли?

― А чего это ты первый начал? ― спокойным до раздражения голосом говорил Вэй Джо Ли, продолжая слегка улыбаться.

― Не кривляйся! ― как бы Вэйхуа на него не злился и не пытался вывести из себя, лицо мужчины не выражало никаких эмоций, кроме лёгкой улыбки. Как и тогда, в музее, он оценивающим взглядом смотрел на него как на идиота, а улыбка ― это совсем не умиление, а насмешка и презрение!

― Может быть, ты всё-таки скажешь мне, кто ты такой?

― Вэй Джо Ли, для историка и экскурсовода у тебя слишком плохая память! ― вот, наконец-то! Эмоции на его лице сменились. Если раньше там зияла простая насмешка, то теперь её сменило удивление и непонимание.

― Ты ещё и имя моё знаешь? А как же зовут тебя, в таком случае? ― сделав шаг вперёд, мужчина приблизился к двум парням, которые таращились на него как кролики на хищника.

― Хм, я не обязан отвечать!

― Почему? Мама не разрешает? ― намекая на его возраст, пошутил Джо Ли.

― Какой возраст?! Мне вот-вот и двадцать один! ― выпалил парень, после чего смутился и отвел глаза. Отвёл, потому что после этого Вэй Джо Ли широко улыбнулся и рассмеялся.

― Ты такой забавный. Очень легко таким способом вывести тебя на откровения. Теперь я знаю, сколько тебе лет. Может, так и с именем получится?

― Друг, он снова тебя выставил идиотом. Может, лучше пойдем? Не нравится он мне! ― прошептал ему на ухо Джеминг, настороженно глядя на стоящего перед ними.

― Кстати говоря. Та экскурсия, в музее в Чунцин, была закрытой. То есть, другими словами, можно было попасть только по именному приглашению. Но Вы, молодой человек, слишком бесцеремонно влетели вовнутрь помещения и ровно так же из него вылетели, совсем забыв про билет, на котором было указано Ваше имя. А я очень ждал, что Вы снова придёте и сможете доказать мне, что я был не прав в своих суждениях. Так что, молодой господин Ли Вэйхуа, Вам следует ещё поработать над своей речью и уровнем Ваших знаний. ― Проговорив чётко и ровно как истинный профессионал, Вэй Джо Ли улыбнулся, и отойдя от шокированных студентов, направился в центр зала, где его уже обыскалась компания людей в таких же костюмах.

Отойдя от шока, парни переглянулись, хлопая глазами.

― Это что сейчас было?..

― Это, Джеми, объявление войны! ― лицо Вэйхуа было покрыто сочным багрянцем, начиная от носа и заканчивая кончиками ушей. Казалось, ещё немного, и из всех семи отверстий пойдёт пар, с характерным свистом, как у закипающего чайника.

― Ты чего так сильно смутился-то… ― усмехнувшись, Джеминг потрепал его по волосам.

― Потому что крайне не часто меня раскатывают по асфальту! Ещё и так опозорил перед тобой! ― всё так же краснея, злился Вэйхуа. Он и сам не понял, от чего решил поменять цвет, как хамелеон: от злости, или реального стыда?

― Да ладно тебе. Смотри, они ещё там. Давай послушаем, о чём говорят.

Парни так и сделали, слегка высунувшись из-за укрытия. Вэй Джо Ли в сопровождении несколько мужчин в костюмах стояли и что-то обсуждали, записывая информацию в блокнот. Инструктировал их высокий молодой человек, в чёрной рубашке, стоящий к ним спиной. Его рукава были закатаны, открывая вид на татуировку левой руки, протянувшуюся во всю её длину. Этот незнакомец вёл себя вульгарно, развязно и достаточно громко, через каждое слово нецензурно выражаясь и читая что-то с листа бумаги.

― «Явно больше на преступника похож, чем на делового человека. И даже его голос этому соответствует! Интересно, что простой экскурсовод из музея делает в его компании. Или он совсем не простой?» ― подумалось Джемингу.

― Значит так, мне абсолютно плевать, что говорят бизнес партнёры, но этот проект должен принести нам огромные бабки! Поэтому, не косячим и делаем так, как я Вам сказал. Объекты за Вами уже закрепили, так что завтра всем собраться тут на презентации, а затем займетесь своей работой. Нам ещё до субботы нужно вернуться назад. Там лекция какая-то будет, вроде как. Не знаю, зачем вообще музею нужна эта чушь, но если подобная акция поднимет престиж и увеличит приток инвестиций и благотворительности, то это только нам на руку. ― Закончив свой монолог, мужчина захлопнул папку с документами и, швырнув её своему, судя по всему, помощнику, отправился к выходу из здания.

― Какой тип мерзкий, фу. Как можно так разговаривать, я не понимаю. Ощущение, что на зоне свои порядки ставит! ― возмутился Джеминг, скрестив руки на груди, ― если это какой-то большой начальник, то мне кажется, что твоему экскурсоводу и так не сладко приходится. Жизнь его уже явно наказала! ― рассмеявшись, проговорил парень.

― Он не мой! И плевать мне, насколько ему там тяжело с начальником или коллегами. Самое главное, ― это снова себе самооценку поднять!- проскрипев зубами, Вэйхуа пилил взглядом спину Вэй Джо Ли, пока тот непринуждённо общался с коллегами.

― Мне кажется, корону с твоей головы скинуть весьма проблематично!

― Ты прав, Джеми. Скинуть нельзя, но сдвинуть можно. И у него это получилось!

― Ты красивыми цитатами заговорил, я смотрю ― посмеявшись снова, Джеминг добавил, ― ты слышал, о чём они говорил? Завтра эта компания придёт сюда ещё раз. Что нам помешает сделать то же самое? Придём, послушаем, может, ты что-то для себя узнаешь? ― предложил молодой человек.

― Я подумал о том же, Джеми. Тот дядька - начальник говорил, что у каждого свой объект. Интересно, что за работа такая. Может, это поспособствует нашей учебе? ― загадочная улыбка растянулась по его лицу.

― Учебе? Что ты имеешь в виду?

― Ну, нам же сказали, что нужно проект по памятнику истории сделать. Про «Запретный» город мы по любому напишем, а дополнительный бал не помешает. А что может ещё исследовать сотрудник музея, если не всякую всячину историческую?

― А если это не связано с музеем, а наоборот ― криминал? Ты посмотри на его «начальника». Больше на мафиози из сериалов смахивает! ― он насторожился.

― Ну, тогда зафиксируем и в полицию, Джеми! И вообще, тебе пора переставать по ночам смотреть всякую муть.

― Ты меня пугаешь, Вэйхуа. Нас же убить могут!

― За что? Если дело жаренным запахнет, мы сразу же уйдём. Но так будет куда интереснее, чем простая лекция в субботу!

Том 1. Глава 8. "То, к чему я никогда не буду готов" Часть 2

Глава 8

«То, к чему я никогда не буду готов»

Часть 2

― Нам обязательно нужно было вставать так рано? ― совсем не выспавшись, Джеминг шёл за своим другом, который в спешке бежал к выходу из гостиницы.

― Конечно, Джеми! Зло не дремлет!

― Именно поэтому ты и глаза вчера не сомкнул, верно? ― всё так же, еле волоча за собой ноги, спрашивал молодой человек.

― Очень смешно! Мы же не знаем, во сколько он соизволит явиться, а музей начинает работать с половины девятого утра. Потусуемся там немного, как и хотели. Пока будем его ждать, может, расспросим кого-нибудь, или сядем писать курсовую. Не парься, мы уж точно найдём, чем себя занять! ― с завидным воодушевлением проговорил Вэйхуа, выходя на улицу. Утром было весьма прохладно, чувствовалось приближение холодов, но это никак не могло помешать парням осуществить свой план мести. Ну, одному точно не помешает, а второй уже был готов лечь на пол и потерять сознание.

Тихие утренние улицы были окутаны тишиной, только время от времени нарушаемой редкими проезжающими машинами и автобусами. Холодный ветерок плясал с листьями, отделяя их от деревьев и пуская в пляску по тротуарам и аллеям.

Молодые люди, немного сбавив темп, не спеша направлялись по пустынным улочкам к автобусной остановке, попутно озвучивая свои планы на день. В моменты, когда они полностью погружались в обсуждения, окружающая их обстановка словно замолкала, а время останавливалось, чтобы случайно не нарушить потоки слов, которые отскакивают от стен высоток и растворяются в узеньких переулках Китайской столицы.

Общественная зона, прилегающая к гостинице, облачилась в серое небо, где скрывается тусклый солнечный диск. Мокрый асфальт хранит на своей поверхности скользкие неровные следы, неаккуратно оставленные проезжающим транспортом. Ночью на город опустился мелкий прохладный дождик, благодаря которому, в воздухе витал запах сырости и влаги. В плоских лужах, словно в небольших озерцах, отражался блеклый небосвод, предавая окружающей обстановке толику унылости.

Город по немного отходил от прошедшей ночи: зажигались яркие витрины, красочные вывески и шумные биллборды, давая понять, что наступил новый будничный день. Звуки мегаполиса разрывали гнетущую тишину, создавая ощущение далекой суеты и движения. Но на самом же деле, здесь фактически нет людей, за исключением тех, кто торопливо спешит на работу, нарушая покой и царящее однообразие размеренным стуком обуви по сырой поверхности тротуаров.

Все вокруг, кажется, замерло в ожидании приближающегося начала нового рабочего дня, который, судя по пробивающемуся солнцу, обещает быть таким же ярким и тёплым, как и предыдущий.

Дойдя до автобусной остановки, друзья поёжились от холода, встав в стороне и прислушиваясь к разговорам окружающих.

Большинство пассажиров, находящихся на одинокой стоянке с жёлтым указателем, выглядели заспанными и немного озабоченными. Утренний автобус, как и трамвай, задерживались, от чего каждая минута ожидания казалась вечностью, особенно для тех, кто плохо переносит прохладу и влагу на улице.

Вокруг пока что не было пробок, и все казалось спокойным и тихим. Местные суетливо обсуждали друг с другом причины задержки и делились своими предположениями.

― Говорят, авария вчера была, и последствия до сих пор не ликвидировали. Может, поэтому он задерживается?

― Да кто ж его знает. В одном я уверенна точно ― ещё чуть-чуть и снова опоздаю. Шеф в этот раз меня реально убьёт!

Послушав ещё немного рассуждения двух женщин в строгих тёмных костюмах с папками-регистраторами в руках, парни немного напряглись, поскольку внеплановая поездка на такси или поход пешком не вписывались в их распорядок дня.

― Вэйхуа, слышал? ― шепотом спросил Джеминг, ― может, правда, автобуса не будет? Давай вернемся, а то зря на морозе простоим. Номеров местного такси мы не знаем, пешком уж точно не дойдем. Может, ну его? ― с надеждой спросил парень, но это было бесполезно: его друг был настроен решительно.

― Нет, Джеми! Мы должны туда попасть, чего бы нам это не стоило. Кроме того, смотри - наша карета едет! ― радостно воскликнул Вэйхуа, устремив взгляд ему за спину. Прямиком к ним направлялся большой синий автобус, обклеенный множеством рекламных постеров и объявлений. К счастью для ребят, а особенно для Джеминга, который хотел поспать на задних сидениях, он оказался полупустым

Наконец - то, долгожданный транспорт подъехал к остановке, и люди с облегчением расселись по местам, готовые войти в прежний рабочий ритм. И если у кого-то этот день должен пройти как обычно: скучно и уныло, то у двух друзей, которые уютно устроились в конце салона, он обещал быть весьма насыщенным.

***

― Мы успели прямиком к открытию! ― пролетая мимо смотрителей, молодые люди пересекли порог музея, замерев в центральном зале. Вокруг никого не было, кроме гнетущих тишины и пустоты, давящих на голову.

Это место, будучи абсолютно безлюдным, действительно наводило панику и колющий страх, пронизывающий до кончиков пальцев. Казалось бы, вокруг нет ни одной живой души, но со всех сторон, с каждого узкого коридорчика, постоянно доносился подозрительный гул. Вначале, кажется, что это вой ветра, поскольку здание достаточно старое и такое явление здесь не редкость, несмотря на прочные материалы, из которого оно было построено. Потом, этот самый вой, словно смешивается с окружающей тягучей атмосферой, отдалённо напоминая голоса людей, доносящиеся из-за закрытых дверей. Разного рода стуки и шорохи были больше похожи на звуки ходьбы, как если-бы кто-то, находясь за стеной, тихо крался, чтобы его не услышали.

― Жуть, жуть, жу-у-у-у-ть! ― только и успевал говорить Джеминг, подпрыгивая от каждого шуршания и треска.

― Да успокойся ты! Это, скорее всего, сторож делает утренний обход, вот мы и слышим звуки шагов. Возможно, он не один, а в компании с кем-то, вот они и решили что-то бурно обсудить! Здесь же тоже люди работают, а не бездушные куклы, так что это всё легко объяснить! ― задирая нос к потолку, Вэйхуа пытался показать другу всю свою храбрость и отвагу, мысленно надеясь, что его слова ― это истинно, правда.

Прошло ни много ни мало около получаса, когда главный зал стал заполняться людьми. Вначале, они показались парням обычными посетителями, но увидев на их шеях ланъярды с бейджами, сделали вывод, что это сотрудники музея.

Молодые мужички суетливо расставляли стулья в один ряд, как будто бы готовясь к предстоящей конференции. Потом выяснилось, что друзья оказались правы в своих предположениях.

Совсем скоро, перед сиденьями появился переносной проекционный экран, а за спинками стульев расположился небольшой проектор.

― «Сегодня пройдёт профессиональная презентация, на которой соберутся представители крупных музеев различных городов Китая, чтобы дать свою оценку целостности и сохранности экспонатов в «Пурпурном» городе, а так же предложить свои идеи для поддержания ухоженного вида здания. Как правило, туда входит помощь в реконструкции помещений, оценка стоимости экспонатов, благотворительная помощь и временный обмен реликвиями между музеями.

Всё это делается на возмездной основе, чтобы владельцы других дворцов культуры и истории, могли показывать ценные предметы старины на территории своих выставочных залов. На конференцию, помимо основных представителей, так же приглашены эксперты в области истории и оценки широкого профиля. Все их идеи и предложения будет фиксировать небольшая камера, установленная на штативе сбоку, направленная в сторону кафедры, за которой совсем скоро будут выступать докладчики. И в связи с тем, что на дворе сейчас царит эпоха современных открытий, музей «Гугун» расширяет использование цифровых технологий для повышения своей общественной привлекательности и укрепления международных обменов, а так же профессиональных отношений внутри страны, чтобы повысить свою популярность, и приобщить современное поколение к истории». Это всё, что я смог услышать из разговоров персонала! ― прошептал Вэйхуа, прячась со своим другом за той же колонной, что и вчера.

― Ты запомнил всё слово в слово?! ― удивлённо спросил Джеми.

― Ну, фактически да. Конечно же, я немного перефразировал, чтобы стало более понятно, о чём вообще шла речь. Не думаю, что нам облегчат жизнь всякие заумные профессиональные фразочки!

― Твоя память иногда меня пугает! ― он посмеялся. ― Теперь хотя бы стало ясно, зачем они сюда приехали. Музей в нашем городе тоже популярный, хоть и частный! Но ты знаешь, мне всё равно кажется, что вчера они обсуждали что-то помимо этого события. Уж больно подозрительно… ― с недоверием поведал Лю Джеминг.

― Ты про того мужика с тату? Мне показалось, что у него просто своеобразная манера речи, и преподносить информацию он может только подобным образом. Судя по тому, как этот человек выражался ― я думаю, что так и есть. ― Пожав плечами, Ли Вэйхуа снова спрятался за колонной, облокотившись на нее спиной и скатываясь на пол.

Парням сказали, что им временно нужно покинуть территорию Гугуна, в связи с предстоящим совещанием деятелей истории, либо же, заняться осмотром других частей музея. Пообещав сторожу немедленно уйти, друзья выбрали себе укрытие и затаились, стараясь не попасться на глаза.

― «А ведь куратор говорил, чтобы мы действовали в соответствии с законом. Надеюсь, что нас не поймают и проблемы не появятся…» ― неприятное волнение бурлило в голове юноши, пока тот прислушивался к разговорам персонала.

Время за тихими перешёптываниями и смешками пролетело совсем незаметно, когда послышались громкие мужские голоса. Внезапно напряжение в воздухе стало ощутимо, словно тучи набегают перед бурей. Взгляды молодых людей обратились к входу, откуда доносились эти звуки.

Сердце Ли Вэйхуа забилось сильнее, руки слегка задрожали, а губы высохли от нетерпения. Ожидание висело в воздухе, как тяжёлый меч над головой. Молодой человек и сам не понял: почему он так сильно напрягся в этот момент? От чего по телу пробежала мелкая дрожь? Может быть, это было раздражение, может предвкушение ударило в голову, или, наоборот ― его чувства обострились от страха и стыда? Хотя, возможно, причина крылась совсем в другом. В том, в чём парень не хотел себе признаваться.

Зал быстро заполнился людьми разного возраста и статуса. Те, кто собирался выступить с докладом, были одеты в строгие костюмы, с идеально уложенными волосами и выглаженными воротничками. По внешнему виду можно было отличить журналистов: спортивно-деловой образ, сбитые носки на обуви, наспех уложенные волосы, а так же камеры, диктофоны, и толстые блокноты с ручкой выдавали в них сотрудников средств массовой информации. Оценщики и коллекционеры тоже имели свои отличия: строгие костюмы нестандартных цветов, сделанные из дорогих редких материалов. У многих представительниц данной профессии, на руках красовались дорогие антикварные украшения, красочно переливающиеся под солнечным светом. Были и другие члены этого сборища, которые ничем не отличалась от стандартной массовки в дешевеньком сериале.

Осматривая толпу пришедших, Ли Вэйхуа пытался найти взглядом Вэй Джо Ли, который, почему-то, не спешил появляться.

― «Неужели, он не придёт?» ― не успел расстроиться парень, когда знакомая фигура, в сопровождении вчерашних коллег, пересекла порог центрального зала. Как ни странно, но одет он был достаточно просто, совсем не для деловой встречи. Казалось, что вчера мужчина выглядел более статно, чем сейчас. Это явно говорило о том, что после конференции, он направится по совершенно иным делам, возможно никак не связанным с его работой.

― Вот и он!

― Ты не обознался? ― выглянул Джеминг, ― а того дядьки там нет?

― Да вроде бы нет, но может ещё появится? Он, кажется, говорил, что должен что-то им рассказать или какую-то работу поручить. Может, его присутствие на этом собрании попросту не требуется? Кто знает, как такие, как он, ведут дела.

― Ну, судя по вчерашней речи, его подобного рода мероприятия мало интересуют.

― А ты чего про него вечно спрашиваешь? ― с недоверием поинтересовался Вэйхуа.

― А, н-ну… ― протянул парень, отводя взгляд.

―Что ― «ну»?

― Просто из любопытства!

― Какое такое любопытство, Джеми? Неужели, ты его настолько вчера испугался, что боишься с ним пересечься?

― А как ты думаешь, друг?! Вдруг реально какой-то криминал замешан. А я ещё слишком молод! ― на свои изречения, Джеминг услышал только тихий смех и получил хлопок по плечу.

― Дружище, да успокойся ты! Мы же просто стоим и наблюдаем. Причем наблюдаем в общественном месте, где куча сотрудников и камер. Расслабься! Давай лучше послушаем, о чём они будут говорить.

Когда все были в сборе, совещание считалось начатым. Длилось это действо около двух часов. За это время были озвучены волнующие вопросы, а так же предоставлены пути решения возможных проблем, которые могут возникнуть в процессе реализации планов докладчиков. Многие были довольны результатами конференции, поскольку представитель каждого храма истории смог заключить выгодную для себя сделку. В основном речь шла о временном обмене экспонатами между музеями, чтобы показать частичку «запретного» на своих выставках, с целью увеличения популярности и востребованности у молодёжи.

Эксперты оценили новые реликвии, доставленные в хранилище Гугуна, а оценщики указали их стоимость, что так же помогло составить договор, позволяющий музеям обмениваться историческим наследием между собой.

Журналисты, получившие свежую информацию из первых уст, брали интервью у участников этого события, перебивая друг друга и стараясь записать каждое сказанное слово. Никто из них не хотел уступать, понимая, что могут упустить свою золотую жилу.

― Какая же это всё долгая тягомотина! ― тяжело вздохнув, парни уселись на пол.

― Но зато, я успел всё записать на аудио. Такая информация может нам пригодиться. Вряд ли нечто подобное мы услышим на простой экскурсии! ― усмехнулся Джеминг, повертев в руках телефон.

― О Боги, хоть что-то полезное. Ты везде выгоду найдёшь! ― дав пять другу, Вэйхуа прислушался к знакомому голосу:

― Господин Ян позвонил и сказал, что сегодня утром ему вынужденно пришлось вернуться назад в Чунцин. Всю информацию об объекте и работах он скинул каждому на почту. В принципе, мы можем приступать. ― Размеренный голос Вэй Джо Ли разнёсся по залу и утонул в шумных разговорах других посетителей.

― «Объект? Интересно, что это за место. Наверное, именно туда он и поедет!» ― размышлял Вэйхуа, наблюдая за спиной говорящего.

― Когда планируете выезжать, господин Вэй? Вы за рулём или Вас подвезти? ― спросил кто-то из его напарников.

― Нет, благодарю. Хочу поехать на такси, изучить территорию и способы как туда добираться. А завтра, думаю, отправлюсь уже на арендованном транспорте.

Поговорив ещё немного и договорившись о вечерней встрече в баре, мужчины разошлись кто куда.

Джо Ли направился к выходу из музея, где его уже ожидало такси, заботливо заказанное его коллегой.

― Джеминг, быстрее! ― Ли Вэйхуа сорвался с места, пробираясь через толпу.

― Что ты собираешься делать? Он же уходит! ― на бегу поинтересовался парень, не понимаю, что на уме у его друга.

― Как что? За ним!

― Мы не успеем вызвать такси, ты смеешься?!

― А кто сказал, что мы вообще будем его вызывать? Машина уже ожидает! ― усмехнувшись, крикнул Вэйхуа, выбегая наружу.

Мужчина только успел сесть в машину и поздороваться с водителем, как на заднее сидение влетели двое молодых ребят, удобно устроившись в креслах.

Лицо Вэй Джо Ли, которое глядело на них через зеркало заднего обзора нужно было лицезреть воочию! Такого Вэйхуа у него ещё не видел. Оно выражало смесь удивления, страха и гнева, которые совсем скоро смешались в один единственный вопрос: ― «Что здесь происходит?!».

Водитель заметил изменения в настроении своего пассажира и вслух спросил: ― «Ребята, вы тоже едете?»

― Да! ― синхронно ответили парни.

― Вам туда же, куда и молодой человек?

― Да! Всё так!

― Вообще то… ― начал было Джо Ли, но его перебил вчерашний выскочка, ― господин Вэй, Вы хотели уехать без нас? Простите, мы опоздали!» ― и нежно улыбнувшись ему в то же самое зеркало, Ли Вэйхуа похлопал его по плечу.

― Что здесь происходит? Выходите, сейчас же! ― словно очнувшись, возразил «господин Вэй».

― Как выходить, учитель! Вы же не можете оставить несовершеннолетних одних! ― королева театра, сидящая на заднем сидении, начала свой драматический спектакль.

― У-учитель? ― полностью повернувшись назад к двум парням, он не знал: плакать ему или смеяться. Оба сидели, вжавшись в кресла, и явно не собирались никуда уходить.

― Да, Господин Вэй! Вы обещали нашим родителям! ― всё так же наигранно пел парень.

Таксист, услышав слова юных пассажиров, неодобрительно и с подозрением посмотрел на Вэй Джо Ли, прищурив глаза: ― «Так Вы решили бросить детей и сбежать? Это звучит очень безответственно с Вашей стороны. Может, стоит вызвать полицию?»

― Н-нет, совсем нет! ― слегка повысив голос, мужчина повернулся к водителю, ― не собирался я никого бросать! Просто, был уверен, что они вернутся с другим учителем. Но раз уж ребята настаивают, то возьму их с собой… ― смирившись со своей участью, он тяжело вздохнул, и, кинув презрительный взгляд на парней, сел ровно и пристегнулся.

Пока сидящие впереди не обращали на них внимания, двое друзей бесшумно стукнулись кулаками, тихо хихикая и предвкушая цель поездки.

***

Дорога до места назначения оказалась очень длинной и извилистой. Весь путь прошёл в тишине, изредка нарушаемой шумом колёс за окном и шорохом карты, которую держал в руках Вэй Джо Ли, что-то выискивая на ней, ставя отметки и помогая водителю найти дорогу.

Когда машина остановилась и пассажиры покинули её салон, таксист недоверчиво глянул на эту компанию и, предупредил, что местность вокруг глухая и достаточно опасная, поэтому стоить быть осторожными.

Мобильная связь пропала, как только машина отъехала и скрылась за поворотом. На протяжении километровой дороги, которая попадала в поле зрения, не было видно ни одного жилого или технического строения. Только лес и пустота.

Они оказались глубоко в лесистой местности, в отдалённом и заброшенном уголке мира, на территории которого простирается неизвестный мрачный клочок земли. Огромные деревья, покрытые мхом и лианами, тянутся к небу, создавая густой зеленый потолок над головой. Только шум ветра и пение птиц нарушают тишину этого уединенного места. Здесь время кажется остановившимся, создавая ощущение, что в этом забытом Богом уголке природы человек не ступал уже давно.

Каждый шорох и каждая тень кажутся загадочными и необъяснимыми. Окружение наводило страх на « незваных гостей», но если по какой-то причине им было суждено оказаться именно здесь, то следует отбросить панику и предрассудки, доверившись судьбе. Молодые, незрелые и ничем необременённые головы студентов были уверенны, что в этой тишине и уединении скрыты тайны и сокровища, ждущие своего исследователя, готового раскрыть все их загадки. Ну, или же, они на полном серьёзе влипли в тёмную криминальную заворушку, и рисковали больше не вернуться домой. Тут как карта ляжет.

― И так, мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит!? ― разразился обычно спокойный мужчина, скрестив руки на груди и обернувшись к парням, ― какого чёрт вы оба творите?!

Впервые услышав повышенный тон со стороны этого, на вид, сдержанного человека, парни немного замялись, переглянувшись. Оба понимали, что этот вопрос был неизбежен, но никто так и не соизволил придумать на него ответ.

Джеминг многозначительно посмотрел на друга, так и говоря ему мысленно: ― «Раз втянул нас в это, то теперь давай, импровизируй!».

― Во-первых, к чему повышать голос? ― вышел вперед Вэйхуа, скрестив руки на груди в ответ, и задрал голову вверх, чтобы пересечься с ним взглядами.

― Ты будешь у меня спрашивать, почему я повышаю голос? Наверное, потому что двое малолетних, совершенно не знакомых мне пацанов, увязались за мной чёрт знает куда? Или потому что из-за них я чуть не влип перед таксистом, который хотел вызвать полицию? А, нет-нет! Скорее всего, это из-за того, что теперь я не смогу нормально поработать, потому что на мою «седую» голову свалилось два паразита, за которых мне нужно нести ответственность, ибо если с ними что-то случится, то водитель такси запомнил меня, как того, кто видел этих самых паразитов последним! ― вывалив это всё на парней, мужчина вздохнул и, сняв очки, потёр переносицу.

― Так ты всё-таки седой?! ― воскликнул юноша, тыкнув в него указательным пальцем, ― Джеминг, я был прав! Не мог он родиться с ними!

― Что?.. ― в недоумении, уже немного успокоившись, экскурсовод надел очки назад, ― так вы ещё и спорили о том, почему у меня волосы такого цвета? Я тебя удивлю, но да, ― я с ними родился. И нет, ты не первый, кто у меня об этом спрашивает. ― Закатив глаза и вздохнув, он без слов оповестил, что на этом разговор окончен.

Джо Ли спустил рюкзак с плеч и присев на одно колено, достал оттуда потрепанный бумажный свёрток и компас, изучая поставленные ранее отметки. Увидев карту в его руках, ребята резко забыли про «седые» волосы и заинтересованно проследили за действиями мужчины, бесшумно подходя ближе.

― А что это у тебя тут такое? ― как ни в чем не бывало, эти двое встали по обеим сторонам от раздражённого экскурсовода, заглядывая в карту.

― Вам кто-то разрешал смотреть? Я ещё не получил ответ на свой вопрос.

― Не жадничай! С тобой просто куда интереснее, чем со скучными сотрудниками музея или однокурсниками! ― посмеявшись и мило улыбнувшись, Вэйхуа ему подмигнул.

― В-вот как… ― отведя глаза, он посмотрел на второго, ― а ты у нас, значит, Джеминг?

― Верно. Приятно познакомиться! ― тоже улыбнувшись, ответил Джеми.

― Я так понимаю, вы теперь на пару будете мне жизнь усложнять?

― Так точно! ― синхронно, в один голос отозвались ребята.

В очередной раз смирившись, экскурсовод отметил ещё пару точек на карте, после чего убрал ее за пазуху и, накинув лямки рюкзака на плечи, двинулся вперёд по лесистой тропе.

― Только не доставляйте мне хлопот и не отставайте. Я бегать и искать вас не собираюсь. И при возможности ― идите молча! ― скомандовав, мужчина пошёл вперёд.

― «Как быстро он принял ситуацию, надо же!» ― усмехнувшись, Вэйхуа достал камеру телефона, чтобы снять здешний вид, пока они прогулочным шагом двигаются за Вэй Джо Ли.

― Хотя, можете разговаривать, и желательно по громче. Так я хотя бы слышу вас обоих и знаю, что вы не лежите бездыханные в кустах со свёрнутой шеей от падения, ― сказав это, он встряхнул компас и, сверяясь с ним, двинулся дальше.

Сейчас они были совсем одни в огромном безлюдном лесу, окруженные густой зеленью и запахами дикой флоры. Много деревьев стояли неподвижно, словно стражи вековых тайн. Звуки птиц наполняют здешние просторы, напоминая о живой пульсации природы. Лучи солнца пробиваются через густую листву, создавая красивые игры света и тени. Вокруг никого, только эта троица и величественный зелёный мир. Шелест ветра дает ощущение живой энергии, наполняя сердце умиротворением и безмятежностью. В этом уединенном месте время останавливается, поэтому можно спокойно насладиться моментом полного единства с природой.

Фотографии окружающей их красоты, которые делал Вэйхуа, словно оживали под его пальцами. Звуки снимков, обсуждение живости получившихся фотографий, восхищение царящей вокруг обстановкой, которую наблюдали городские юноши, наполняли и разряжали воздух. Яркий и звонкий смех парней смешивается с пением птиц и шелестом листвы, создавая удивительную атмосферу спокойствия и нереальности этого места.

Вэй Джо Ли, идя впереди, ненароком слушал, о чём же говорят ребята и был крайне удивлён, что такие юные, они восторженно обсуждают окружающую обстановку; затрагивают исторические факты, услышанные от здешних экскурсоводов; делятся впечатлениями, полученными при осмотре экспонатов в музеях, а так же восторгаются увиденными ими ранее достопримечательностями. Ему хотелось вмешаться в разговор и поддержать его, особенно, когда кто-то из них по случайности упускал важные мелкие детали в своих рассуждениях, нарушая тем самым настоящий ход прошедшего события. Мужчина всё ещё был зол на этих двоих, поскольку никак не мог представить, что совершенно незнакомые дети, которых он видит второй раз в жизни, вмешаются в его личные дела. Поэтому, он предпочёл молчаливое времяпровождение, изредка поглядывая на идущих сзади.

***

Время в пути за разговорами прошло незаметно, когда молодые люди чуть не столкнулись с Вэй Джо Ли, резко замершим на месте и смотрящим перед собой.

― Эй, в чём дело? ― обойдя мужчину, следующим уже застыл Вэйхуа, смотря на то же, на что и он.

Впереди, перед их взором, предстали огромные каменные плиты, которые ранее, судя по всему, были частью чего-то грандиозного и величественного. Пройдя ещё немного дальше и подойдя ближе, компания разглядела обломки пожелтевших монументов, изображающих ветви деревьев; остатки некогда высоких фигурных колонн; старые сгнившие фрагменты чёрной черепицы, и заросшие травой дорожки, сделанные, словно, из белого нефрита.

Развалины были покрыты мхом и плющом, а к верху вовсе обросли зарослями дикой лианы. Они хранили в себе память о древних временах и событиях прошлых веков. У каждого каменного блока были свои тайны, свои непонятные рисунки и письмена, которые казались запечатлёнными здесь самой судьбой. Огрубевшие от времени части стен и колонн украшались резьбой и узорами, напоминающими о прежних владельцах и обитателях этого имения.

Вокруг это место тесно обступали непроглядные деревья, словно пытаясь скрыть от посторонних глаз секреты, затаившиеся на этом древнем клочке земли.

Если взглянуть с высоты на это многовековое пристанище, то наверняка станет ясно, что некогда это был целый дворцовый комплекс, сделанный из драгоценного белого нефрита, с множеством комнат и коридоров, которые с течением времени ушли под землю или исчезли по иным причинам.

Когда-то этот «дом» был построен по всем древнекитайским традициям, в стиле «Сыхэюань». Это можно было легко определить по полусгнившим остаткам узорчатых черепичных фасадов, помещённых внутри бывшего двора.

Драгоценный белый камень, задействованный при строительстве этих хором, поражал своими масштабами. Не трудно было догадаться, что ранее тут проживали чинные и статные господа, которым было не знакомо слово «бедность». Но, к сожалению, время не щадит никого и ничего, поэтому, эти некогда богатые и авторитетные минералы, из которых была изготовлена эта громадина, потеряли всякую ценность с точки зрения ювелирного дела, но всё ещё представляют собой великое наследие для истории.

Разбитые дворовые лестницы, почерневшие стены внутреннего убранства, и прочие остатки этого нефритового дворца создавали мрачную картину разрушения. Огромная территория простиралась под этим необъятным обиталищем, которое когда-то было уничтожено по непонятным причинам. Очень странно, что ни один исторический трактат, научный текст или учебник, не содержит в себе информацию об этом поместье, иначе современные ученые уже бы давно нашли его и изучили вдоль и поперёк.

Никто из присутствующих, сколько бы ни осматривал это место, не мог наверняка предположить, сколько ему было лет, и кто именно здесь когда-то проживал. В очередной раз в головах путников проскочила мысль, что это некогда роскошное пристанище ранее населяли высокие господа, которые не нуждались в представлении и подтверждении своего статуса.

― Где это мы? ― парни были поражены увиденным. Никогда ранее они не видели ничего подобного, и даже не слышали о существовании этих загадочных развалин.

― Исторический объект. Очень аномальный, честно говоря. ― Проговорив это, мужчина сделал пару снимков и внёс несколько записей в ежедневник.

― Это ты за этим сюда шёл? ― поинтересовался Джеминг.

― Да, так и есть. Совершенно недавно эти каменные руины обнаружил наш технический дрон, после чего было принято решение направиться в Пекин для исследования.

― Дрон? У вас и такое имеется? Но как, если вы не находитесь в столице на постоянной основе?

― У нашего музея есть несколько филиалов по стране, и каждый из них оснащён необходимой техникой для исследований, которая периодически производит «обход» окрестностей. Но приобрели мы это совсем недавно, когда у нас появился новый молодой начальник ― Ян Хуоджин.

― А это вообще законно?

― Не совсем, но дрон полностью безопасный, особенно если о нём никто не знает ― он усмехнулся и приложил палец к губам, подмигнув, ― поэтому, я и рассказываю вам об этом. Если захотите меня сдать, то пойдёт как соучастники!

― Ничего себе, я и не знал, что у вас тут такие дела крутятся! ― удивился Ли Вэйхуа. ― Кого мы сдадим? Если куратор узнает, то нам крышка. Не будем же мы сами себе могилу рыть!

― «А ведь я подозревал, что тут дело не чисто!» ― хихикнув, он посмотрел на Джо Ли.

― А почему аномальное то? ― этот вопрос не давал Вэйхуа покоя.

― Это самое интересное. Дело в том, что этих обломков здесь раньше не было. Они образовались будто-бы из «ниоткуда». Мы не раз были в Пекине и не раз исследовали в археологической экспедиции эти места. Наша команда никогда не видела ничего подобного. Мы на этой поляне даже лагерь разбивали, но ничего не нашли. Поэтому, как вы уже поняли, когда наш компьютер зафиксировал это отклонение от стандартной карты местности, пришлось экстренно отправиться в столицу.

― Вот, значит как… Джеми, ты слышал? ― оглядевшись, он увидел, что его друг уже вовсю осматривает руины, с горящими глазами изучая каждый рисунок и иероглиф на стенах.

― «Ясно, его мы больше не увидим. Ну, пусть развлекается!» ― посмеявшись, Вэйхуа вернулся к разговору.

― Очень интересное место. Ты прибыл сюда, чтобы его оценить?

― Откуда ты знаешь? ― пришла его очередь удивляться.

― Я уже понял, что ты не только экскурсии ведёшь, но и оценщиком подрабатываешь!

― Так ты подслушивал меня во время конференции? ― с прищуром спросил Джо Ли.

― Ой, какие рисунки классные… ― съехав с темы, Вэйхуа присел, чтобы рассмотреть огромную каменную плиту, на которой прослеживались очертания ветвей деревьев, с растущими на них фактурными цветами.

― До наших дней сохранилось, с ума сойти! Понять бы ещё, что это за цветы, ― приглядевшись, юноша воскликнул, ― неужели, ― это цветок вишни? ― удивленно спросил Ли Вэйхуа, когда Вэй Джо Ли сел рядом с ним и достав специальную кисточку, смахнул пыль с рисунка.

― Поразительно. Этого не может быть… ― сделав несколько снимков, он удивлённо глядел на изображение.

― Что такое? Почему?

― У меня появилась теория. Нужно кое-что проверить! ― встав, мужчина как ошпаренный, направился в другую сторону, противоположную той, с которой они пришли.

― Подожди, я с тобой! ― Вэйхуа побежал за ним, предупредив своего друга, который, казалось, вообще его не слышал.

Вэй Джо Ли шёл быстро, ища взглядом что-то на земле. Отойдя совсем не далеко от поляны, он воскликнул: ― «Вот она!» ― его палец был устремлён на заросшую мхом нефритовую дорожку, которая вела глубоко в лес.

― «Неужели, ― это правда? Не мог же я всё выдумать и по памяти найти её!» ― крутилось в голове Джо Ли, пока тот, сбив дыхание, пытался отдышаться, таращась на разбитые плитки, торчащие из земли.

Ступив на загадочную дорожку, он аккуратно стал продвигаться вперёд, в то время как любопытный парень фактически бежал за ним, чтобы догнать.

― Да подожди ты, объясни!

-Скоро сам всё увидишь. – Они шли дальше, попутно оглядываясь по сторонам. По всему пути продвижения из земли торчали старые каменные стены, покрытые лишайником и паутиной, словно молчаливые свидетели ушедших времен. Разрушенные колонны и арки устремлены в небо, как будто бы стремящиеся вернуться к жизни, но обреченные на вечное поклонение звездам. Между руинами пробивается зеленая трава, видимо, пытаясь затереть следы гибели. Только шум листьев и пение птиц нарушают тишину этого забытого места, где время остановилось, и души прежних обитателей до сих пор блуждают среди развалин.

― Мне не по себе… ― по инерции, Вэйхуа схватил Джо Ли за рукав рубашки, как будто это поможет отогнать злобных духов.

― Мы словно на кладбище. Не удивительно. Не отходи далеко. ― Мужчина взял молодого человека за запястье, крепко сжав его, чтобы тот не потерялся среди деревьев.

Дойдя до конца нефритовой тропы, они вышли к оголённому пустырю. Вокруг не было ничего, кроме вековых почерневших деревьев, выжженных клочков земли и покосившегося заборчика из чёрного дерева.

Ранее этот самый забор огораживал нечто величественное и необъяснимое. Это самое «нечто» сейчас располагалось посреди пугающей пустоши, выжженное дотла.

Огромный пень, срезанный почти под корень, стоял неподвижно и привлекал путников своим молчанием. Вековая сажа, застывшая на нём, стремительно развеивалась по ветру, создавая гнетущий серый смрад, словно пламя бушевало здесь совсем недавно, а время вокруг этого места застыло, заставляя его проживать эту трагедию снова и снова.

Около этого природного «обрубка», почти полностью ушедшие под землю, лежали маленькие ритуальные фонарики, с поржавевшими стенками и выбитыми стеклышками. Внутри этих самых фонариков сохранились многовековые следы расплавленного воска и тоненькие ниточки фитилей.

― С ума сойти! Как это вообще возможно? Оно всё давно должно было исчезнуть. А тут даже остатки свечей на месте. Как будто прошло максимум лет десять с момента произошедших тут событий, от которых у меня уже волосы встают дыбом! А ведь я даже не знаю, что именно тут произошло. Не просто же так это всё превратилось в рухлядь… ― проговорил Вэйхуа, поёжившись, словно от мороза.

― Согласен. Это всё очень сильно настораживает. И, похоже, я предполагаю, что это за место. Понял по той плите, которую ты нашёл и по остаткам вишневого дерева. ― Он указал на пень и сделал пару снимков.

― Как ты понял, что это - вишня? ― удивился молодой человек.

― Теперь могу рассказать. Ты когда-нибудь слышал о «Восьми бессмертных»?

― Конечно, слышал! Но как это связано? Ни в одной истории, относящейся к ним, не сказано о подобных рисунках и ни о каких вишневых деревьях. Причём тут они?

― А ты слышал только одну историю про этих «бессметных»?

― Ну, да! Больше же нет иных легенд, кроме общепринятой. Даже интерпретаций никаких не слышал! ― возражал Вэйхуа, предчувствуя что-то неладное.

― А что, если я тебе скажу, что всё-таки есть ещё одна? О ней ты не узнаешь ни от кого, ― только от меня ― как-то загадочно проговорил Вэй Джо Ли.

― Ч-что? ― удивлению юноши не было предела. Прикусив губу от нетерпения, он сел рядом со своим спутником, ожидая рассказ.

― Я поделюсь с тобой своим предположением, связанным конкретно с этим местом. Слушай, ― сняв свои очки, он глотнул воды, готовясь приступать к рассказу. ― Буду рассказывать так, словно говорю от лица очевидца этих событий. Тебе будет проще уловить всю суть и смысл. Считай, будто бы слушаешь китайскую народную сказку от лица крестьянина.

― Я не такой глупый, как ты думаешь!

― Когда-то, тысячи лет назад, существовал клан «Снежная вишня». Это был один из самых древнейших и богатейших кланов Поднебесной. Брал он своё начало ещё задолго до зарождения и становления остальных семи прославленных кланов заклинателей и являлся одним из правящих среди небожителей династии «Ся» (2070 – 1765 гг. до н.э.). Но это не точно. Нет подтверждений тому, что он появился именно в ту эпоху. Может, его создание и становление произошло куда раньше, чем кому-либо было известно.

― Улавливаешь? Всего их было восемь, а этот один из них. Может, это и не связано именно с «бессмертными», о которых знает современная история, но я полностью уверен, что это всё имеет тесную связь друг с другом.

― Конечно, улавливаю! Я сразу понял. Продолжай и не прерывайся, а то картину портишь! ― возмутился Ли Вэйхуа.

― С древних времён любые сведения о достоверности существования загадочного клана считались мифом, но оставшиеся наследники с лёгкостью опровергали всевозможные факты, стремящиеся убедить окружающих скептиков и критиков в правильности их умозаключений относительно истории зарождения «Снежной вишни».

Тысячи лет назад, когда человечество ещё и помыслить не могло о том, что же ждёт его в далёком будущем; когда Земля была населена всевозможными тварями разных рангов и мастей; когда никто не имел никакого представления о том, как бороться с существами, созданными самой природой и как справиться с проделками судьбы, на счастье простому люду, в мире появились восемь бесстрашных воинов, которые со временем стали главной и единственной надеждой всего человечества.

Поначалу, незнакомцы, взявшиеся словно из ниоткуда и расселившиеся повсюду, очень устрашали народ, не вызывая никакого доверия, пока с течением времени, глупые и наивные жители не уверовали в них всем сердцем и душой.

Много времени прошло с тех пор, как чужаки снизошли с небес, прежде чем окружающие перестали воспринимать их как угрозу. Со временем, некоторые люди настолько осмелели, что позволили себе обращаться к ним за помощью или за советом, а иногда и просто из любопытства расспрашивали о разном: о любви, о судьбе, о Богах, о смерти и о жизни после неё, и ещё об очень многом, что было за гранью человеческого понимания.

С появлением чужеземцев, дела простого народа пошли в гору: реки наполнились свежей, чистейшей, словно утренняя роса водой; зверья в лесах стало куда больше, от чего проблема голода отошла на второй план; урожай ежегодно радовал сельчан количеством зерна, овощей и фруктов; скотина перестала хворать и умирать, даруя своим владельцам потомство для расширения хозяйства.

Осталось неизменным только одно: твари, которые заполоняли огромные территории, нещадно убивали людей, уничтожали целые селенья, нападали на путников с караванами, околдовывали мужчин и женщин, толкая их на самые разные, и не всегда приличные поступки. Сколько же семей распалось от того, что какая-то мерзость просто развлекалась от скуки.

Как и всегда, они были главным страхом всего живого, пока в какой-то момент, в одной из деревень не стали пропадать юные девушки, не достигшие и пятнадцати лет. Исчезали бесследно: по ночам, когда деревня отдыхала. Частенько это происходило во время прогулок за пределами деревушки, а иногда и во время работы по хозяйству. Сколько миряне не пытались искать пропавших, но всё было без толку, пока однажды, ворота в их селенье не распахнулись.

Каждый находящийся на улице, в тот момент почувствовал лёгкий холодок, колючими шипами впивающийся во всё тело, отзываясь лёгким покалыванием на кончиках пальцев. Несмотря на летний зной, на полуденное высоко стоящее солнце, из застывших в немом ужасе ртов напуганных сельчан хлынули клубы белого пара.

На пороге деревни появился молодой юноша, в белых даосских одеждах, с благородными чертами лица и ледяными, словно первый осенний лёд, голубыми глазами. Его белоснежные волосы покачивались на холодном колком ветру, непонятно откуда взявшемуся в это жаркое время года. На поясе у него расположились массивные белоснежные ножны, украшенные лентами и кусочками голубого сияющего нефрита. Меч был настолько большим, что не каждый молодой здоровый юноша сможет поднять его одной рукой, что уж говорить о старцах, но тут, он безвольно висел на поясе, словно не весил и двух цзыней.

От таинственного монаха так и веяло чистотой, честью и холодом, который, казалось, вот-вот, и опадёт инеем на белоснежной, словно совсем обескровленной коже.

Юношу звали Су Лонгвей, что означало: «Величие дракона».

― Как подробно! Ты даже его имя и значение знаешь! Сколько же ты убил времени на то, чтобы нарыть всю эту информацию! ― поразился Ли Вэйхуа.

― Не так много, как ты думаешь. ― Снова глотнув воды, Вэй Джо Ли вытер испарину со лба и продолжил рассказ.

― Не трудно было догадаться, что этот загадочный человек был одним из тех, окутанных тайной чужеземцев, появившихся, словно по зову судьбы.

Многие бросились по домам, сраженные дичайшим ужасом, а остальные, превозмогая страх, пали ниц перед ним, слёзно умоляя спасти их пропавших дочерей, боясь даже дотронуться до полов его одежд.

Незнакомцу не требовались объяснения, он целенаправленно явился в это селение, чтобы там, в лицах испуганных сельчан, найти своих верных последователей.

― «Мне не нужны Ваши дары, мне не нужны Ваши просьбы и Ваши слёзы. Всё, что я приму от Вас ― это веру, верность и честность. И как только Вы уверуете в меня, все Ваши желания, словно молодые лепестки вишни, разнесутся по миру, покачиваясь на ветру, и с первыми частичками морозного снега, падающими на землю ― обязательно исполнятся» ― это были единственные слова, которые проронил мужчина, прежде чем покинуть территорию поселения.

Обескураженные жители деревни так и остались сидеть на коленях, склонив чело к земле. Слова этого «холодного» чужака засели глубоко в сердцах народа, словно их вбили туда ледяными кольями, выкованными полностью изо льда.

Приняв его слова за истину, весь представитель рода человеческого, проживающего в этом поселении, каждый вечер воспевал хвалебные молитвы таинственному незнакомцу, который не спешил возвращаться. Простодушные люди, ранее не видавшие ничего того, что не поддаётся объяснениям, верили в чудо, верили в бессмертного.

И однажды, по прошествии полугода, ворота деревни снова распахнулись и торжественные вопли, крики и слёзы радости разнеслись по деревне. Пропавшие вернулись домой, целыми и невредимыми, ни чуть не напуганными, словно и не покидали деревню на такой долгий срок. Процессию из спасённых девушек замыкал тот самый величественный «холодный» господин.

Позже, спустя года, людям стало известно, что господин Су, основавший в то время клан «Снежная вишня», тогда, несколько десятков лет назад, столкнулся с величайшим чудовищем того времени ― огромным драконом, величиной около 3 чжанов в высоту. Дракон оказался древним Божеством, поселившимся в глубинах этого мира ещё задолго до появления первого человека.

― Я, конечно, знал, что древние твари были реальностью, но чтобы так. А меня ещё и загнобили за это! ― обиженно надув губы, сказал молодой человек.

― Это кто тебя загнобил? ― удивленно спросил мужчина.

― Учитель Чжоу. Он как раз нам рассказывал про бессмертных и говорил, что они были единственными мистическими «существами», жившими тысячи лет назад. Я возразил, а меня за это наказали. Сделали выговор и стипендии лишили на месяц!

― Серьёзно? Думаю, это человек некомпетентен…

― Вот, я так же ему сказал! ― воскликнул Вэйхуа и широко улыбнулся, понимая, что хоть кто-то разделяет его точку зрения.

Вэй Джо Ли усмехнулся, увидев его реакцию, и улыбнувшись в ответ, протёр глаза.

― Дальше слушай. Он был рождён, чтобы охранять мир от всех опасностей и невзгод, но с годами, от голода его разум затуманился, от чего рассудок великого стража угас, оставляя там горечь, обиду и злость, ведь он не заслуживал такой жизни и такого конца. Всё, что у него осталось ― это желание насытиться, желание отомстить, желание убить.

Первые люди, появившиеся на земле, стали его самой первой кровавой жертвой и самой вкусной пищей. Как известно, нельзя давать дикому зверю испробовать чужую кровь, иначе всё доброе и живое, что было в нём ― умрёт, и останется только жажда. Жажда и желание испробовать ещё раз.

Мелкие твари, которые не имели даже физической оболочки, попали к нему в служение, чтобы охотиться на животных и людей. Под страхом смерти, они приводили своему «повелителю» зверьё, затерявшихся путников, но не решались напрямую красть люд с деревень, поскольку были слабы настолько, что могли умереть даже от простых вил обычного человека.

И вот, ярость дракона вышла за пределы его разума, после чего потребовал он куда больше жертв, ведь с годами рос не только его гнев, но и аппетиты.

― Я бы тоже с голоду и скуки помер! ― посмеялся парень, устроившись по удобнее подле рассказчика.

― Соглашусь. Я с ума сошёл бы от такой скучной работы! ― прочистив горло, Джо Ли посмеялся и продолжил вещать.

― Вначале, это были старики, потом молодые люди, но тирану было всё мало. Пока однажды, его слуги не привели к нему молодую девчушку, потерявшуюся в лесу. Она была прекрасна и юна, что даже некоторым тварям от чего-то стало жаль её. Всем было известно, что ни кем не тронутая энергия Инь является самым роскошным и дорогим лакомством для всей тёмной половины мира. Она и ей подобные отныне стали любимым лакомством ненасытного существа.

Полгода потребовалось молодому господину Су, чтобы одолеть дракона. На его счету это была первая тварь, которая по настоящему представляла угрозу для его жизни. И напоследок умирая, дракон проговорил: ― «Ты будешь страдать так же, как страдал когда - то и я. Хочу наградить тебя за крайнюю отвагу и такую же глупость. Теперь ты будешь жить, и страдать до скончания времён. Видеть, как рождаются, живут и умирают твои близкие. Ты продолжишь вместо меня отравлять эту землю своим бессмертным существом». После этих слов, по телу молодого господина Су, словно горящая и обжигающая изнутри, растеклась ядовитая жидкость поверженного существа. В раны, полученные во время битвы, попала кровь уже почившего тирана. Это стало одновременно спасением и вместе с тем самым главным проклятием для поколения семьи Су, которая в будущем стала известна как клан, в жилах которого течёт кровь дракона.

С тех самых пор, Лонг Ван, именно так звали умершего тирана, стал покровителем семейства Су, некоторые члены которого в каждом последующем поколении получали титул «Бессмертный» и несли это бремя на своих плечах, не давая чёткого ответа: ― «Правда ли это является бременем? Может наоборот ― великим спасением?»

Именно так, молодой глава клана, Су Лонгвей, стал первым из «Восьми бессмертных небожителей», не боящихся кинуть вызов самой смерти.

― Это поразительно! ― Ли Вэйхуа был готов аплодировать стоя после такого рассказа, но после этого он внезапно устремил взгляд на мужчину.

― А откуда ты это всё знаешь?

― Если я скажу ― ты никогда не поверишь.

Том 1. глава 9. "То, к чему я никогда не буду готов" Часть 3

Глава 9

«То, к чему я никогда не буду готов»

Часть 3

― Не поверю? Ну, тогда это должно быть нечто необъяснимое, что непременно введёт меня в ступор и максимально шокирует. ― Усмехнувшись, Вэйхуа пожал плечами, внимательно наблюдая за Джо Ли. Сейчас он не был похож на того скрягу, который только и умеет, что важничать и цепляться к словам. В этих янтарных глазах мелькал какой-то детский азарт и восторг, а загадочная улыбка, тем временем, расцвела на его губах, давая понять, что сейчас их хозяин испытывает совсем не свойственные ему эмоции. Это очень завораживает и притягивает, отчего хочется как можно быстрее узнать, что же стало причиной таких изменений в поведении обычно сдержанного и спокойного мужчины. Хочется не просто узнать, а влиться в эти изменения с головой, чтобы ощутить на себе весь тот спектр чувств, который может переживать ребёнок, впервые увидевший море.

Вэй Джо Ли находился, словно, в предвкушении чего-то нового и захватывающего, а его лицо, в это мгновение, преобразилось настолько, будто бы перед Ли Вэйхуа сейчас стоял совершенно незнакомый человек. От него не осталось ничего прежнего: вся статность, строгость и невозмутимость ушли на второй план. В эти недолгие минуты он был похож на счастливчика, который всю свою жизнь искал нечто сокровенное и наконец-то нашел.

― «Не помню, чтобы когда-либо видел столько азарта на лицах людей. От его образа вообще ничего не осталось! Он сейчас больше похож на меня с Джемингом, когда у нас случается очередной приступ эмоционального всплеска! Можно ли считать, что мне посчастливилось увидеть то, что не дозволено наблюдать другим? А он интереснее, чем я думал…» ― улыбка расцвела на лице Вэйхуа, пока тот размышлял о своём.

― Чего это ты так улыбаешься? ― прищурившись, спросил Джо Ли.

― Да я о своём задумался. Сейчас не об этом, - он прочистил горло, ― ты ведь мне не скажешь, откуда тебе это известно, да?

― Ты всё верно понимаешь. Может быть, расскажу позже, но никак не сейчас, ― сняв окончательно очки, экскурсовод аккуратно сложил их в чехол и положил в рюкзак.

― Зачем ты их снял? У тебя же плохое зрение, как я понимаю. Скоро вечереть начнёт, там вообще темень будет! ― удивился молодой человек.

― Знаю, но я ведь пришёл сюда по работе. Мне предстоит физический труд, а очки будут мешать. ― Из правого кармана сумки он достал маленькую коробочку, напоминающую футляр для линз. Так и оказалось ― это был походный органайзер с парой контактных линз, в комплекте с которым шёл пинцет и раствор.

― Ты с ума сошёл?! ― Ли Вэйхуа выхватил из его рук эту несчастную коробочку и спрятал за спиной.

― Что, по-твоему, ты делаешь?! Как я должен видеть?

― Ты собрался надевать чистые линзы на улице? Тут же полная антисанитария! А вдруг ты сейчас здесь окачуришься, и как мы будем выбираться?

― Так тебя только это волнует? А то, что человек может умереть ― это всё равно?!

― В конкретной ситуации ― да. Но твоя смерть меня мало обрадует! ― между ними завязалась настоящая перепалка. Мужчина пытался забрать у Ли Вэйхуа свою вещь, но тот, играя на его плохом зрении, ловко уворачивался, отпрыгивая в сторону. Он не хотел вначале так себя вести, но внезапно появившийся детский восторг взял верх. В какой-то момент, ему стало очень весело и спокойно рядом с Джо Ли. Мысли о том, что они находятся в чужом городе, одни в необъятном густом лесу, без единой палочки связи с человеком, которого знают, дай Бог, пару дней ― отошли на второй план. Захотелось растянуть этот момент и немного пошалить. От чего-то этот зануда пробуждал в душе Вэйхуа трепет и нетерпение, которые он не мог объяснить. Или, мог, но не хотел в них верить.

Юноша окончательно развеселился, после чего стал звонко и лучезарно смеяться, подшучивая над своим напарником по игре в «одни ворота». Но неожиданный поворот событий настиг его как гром среди ясного неба, когда их роли в этой игре внезапно поменялись: Вэй Джо Ли нашёл телефон, который случайно выпал из кармана молодого человека.

― Это не честно! ― надув щеки, Вэйхуа скрестил руки на груди.

― Всё честно, ― Джо Ли усмехнулся, ― только честный обмен!

Обеим сторонам не оставалось ничего лучше, кроме как обменяться вещами назад и сесть на то же самое место, бок о бок друг с другом.

― Я же не идиот! Мне известно, как нужно вести себя за пределами помещения! ― размеренный голос разорвал повисшую тишину. Следом за контейнером для линз, мужчина достал силиконовую палочку с наконечником в виде чашечки, антисептик и спиртовые салфетки. Обработав свои руки, протерев пинцет и смочив линзы в растворе, он ловко надел их, не оставив даже малейшего покраснения глаз.

― Вот это я понимаю! Мне бы такое мастерство! У меня не выходит так быстро их надевать. Приходится всегда тратить целую кучу времени!

― А ты носишь линзы? ― удивился Вэй Джо Ли.

― Н-нет. Это я так… баловался как-то… ― ему совсем не хотелось, чтобы кто-то ещё знал о настоящем цвете его глаз. С самого детства над ним смеялись и подшучивали, не воспринимая всерьёз и сравнивая с девчонкой. Он не мог допустить повторения своего прошлого. Не очень-то хотелось ещё больше облажаться перед этим человеком…

― Что ж, ладно. Кстати говоря, твой друг остался там один. Постой здесь, я пойду, позову его и вернусь. Вот, держи, ― он протянул Ли Вэйхуа сигнальную ракету, ― запусти её в небо, если нас долго не будет или вдруг ещё что-то случится.

― Т-ты чего меня пугаешь этим своим «если что-то случится»?! ― вцепившись в ракету, парень поднял глаза на Вэй Джо Ли. Он серьезно собирается оставить его здесь одного?!

― Я предупреждаю на всякий случай, здесь нечего бояться. Присмотри за моими вещами. Скоро буду ― с этими словами, он развернулся и скрылся в глубине леса.

― Тоже мне, заботливый какой... Тут же сплошная жуть кругом! И правда, больше на кладбище похоже! ― неожиданно, Вэйхуа различил странные звуки, чем-то похожие на голоса, раздающиеся прямиком за спиной. Его сердце забилось быстрее, а ноги, словно приросшие к земле, отказывались поддаваться. Он знал, что не должен оглядываться, но любопытство и страх одновременно тянули его за собой. На мгновение все затихло: ни шелеста деревьев, ни пения птиц, ничего. Молодой человек уже было подумал, что ему показалось, но внезапно повисшую тишину нарушил резкий шум: казалось, кто-то или что-то пробиралось через заросли. Беспокойство нарастало, как волны перед бурей. Набрав в грудь побольше воздуха и сжав кулаки, он заставил себя обернуться.

― З-здесь кто-то есть?.. Вэй Джо Ли? Джеми?.. ― осмотревшись, Ли Вэйхуа не увидел никого, но его взгляд всё же остановился на тлеющем пне.

― «Странное у меня предчувствие. Что-то тут явно не так…» ― промелькнуло в голове молодого человека, после чего он, сжав «подарок» от своего спутника в руке, медленно подошёл к бывшему вишнёвому дереву и наклонился к нему.

Небо нахмурилось, предвещая что-то нехорошее. Вокруг снова повисла устрашающая, пронизывающая тишина, от чего ощущалось, что всё вокруг вымерло за считанные секунды, которые он находится тут совсем один.

Замолкли птицы, ветер стих. Казалось, его слух по-прежнему улавливает еле слышные шепотки и чьи-то ужасающие голоса вокруг. Страшно. Вся природа словно держит в себе зловещий секрет, который готов обрушиться на этот мир в любую минуту. Внезапно чувствуется, что ты не один здесь, что вокруг тебя скрывается нечто страшное и неведомое. И уже невозможно отделаться от ощущения, что невидимые глаза следят за тобой, жаждущие насытиться твоей трусостью и тревогой. В такие моменты даже самый мужественный дух начинает колебаться, а сердце бьется громче, чем когда-либо, ведь как только окружающая обстановка начинает взывать к силе твоего страха, ты становишься бессильным перед этим беспощадным испытанием, и единственное, что остается ― это принять свою участь и смириться с неизбежным.

Словно продолжая свой дьявольский спектакль, за спиной Вэйхуа раздался мерзкий лязг, заставивший парня в очередной раз вздрогнуть. Сердце продолжало бешено колотиться, всё ещё пытаясь вырваться из груди, а кровь застыла в жилах, лишив его способности дышать.

Ли Вэйхуа стоял как вкопанный, ощущая, как гнетущее чувство захлестывает всё тело бушующей волной. Каждая веточка, каждый шорох заставлял дрожать от страха перед неизвестным. Смерть казалась такой близкой и реальной, что он чувствовал ее дыхание на своей спине. В этот момент молодой человек осознал, что никогда раньше не испытывал такого сильного ужаса.

― «Ч-что происходит. Быть не может…» ― невообразимой силой воли, он вновь заставил себя обернуться. Рядом никого не оказалось: всё тот же выжженный пустырь, белые каменные блоки, торчащие из земли и всё та же тишина, пытающаяся сыграть с ним злую шутку.

― Привиделось, что ли… ― Вэйхуа снова повернулся к пню, к которому его тянуло с невообразимой силой.

― «Ты виноват в этом…» ― внезапно донёсся тихий женский голосок возле уха.

― Что? Кто здесь?! ― вскочив на ноги, он стал осматривать всё вокруг, ожидая, что над ним просто прикалываются.

― «Я тебя предупреждала. Но ты всё равно не воспринял мои слова как истину».

― Что-то давно нет Джо Ли, где он? Может, пойти поискать? ― пронизывающий ветер залез под лёгкую футболку, заставляя тело съёжиться.

― «Почему ты никогда никого не слушаешь?»

― Это не правда. Ты не можешь этого знать! ― крикнул парень в пустоту, ― кто ты такая, чтобы утверждать подоное?!

― «Они все погибли на моих руках. И в этом твоя вина. Я желаю, чтобы ты ощутил на себе все те же муки и невообразимую боль, какую испытали мы в тот страшный день!»

― За что? Что я сделал не так?! ― всё так же крича, спросил Вэйхуа, взявшись за голову.

― «УМРИ!» ― сильный звон раздался в ушах, от чего молодой человек вскрикнул и, прикрыв ухо рукой, рухнул на колени возле пня, случайно коснувшись его во время падения.

***

― Ли Вэймин! Да как ты посмел?! Я же тебя предупреждала! Теперь они все мертвы! ― открыв глаза, я не увидел ничего, кроме чёрного дыма, застилающего всё вокруг. Он смешивался с отвратительным смрадом, который исходил от горящего сзади древа.

Я обернулся. За моей спиной полыхало огромное вишнёвое дерево, которое было полностью покрыто огнём. Его некогда роскошные белоснежные лепестки, словно фигурки из воска, таяли и опускались на землю пеплом. Горело всё вокруг: забор из чёрного дерева, множество цветов, которые раньше радовали глаз своей яркостью и красотой; столик для подношений был перевёрнут на бок и дотлевал, а все дары, что стояли на нём, уже давно исчезли под гнётом стихии.

― «Это всё правда сделал…я?» ― эта мысль сильной болью ударила по голове, повторяясь снова и снова, и разъедая остатки моего разума.

― Вэймин, ты вообще слышишь, что я говорю?! ― незнакомая девушка схватила меня за ворот и потянула вниз. Не могу разглядеть лицо: оно словно спрятано за чёрной дымкой. Смотрю, как её белоснежные одежды медленно покрываются багровыми крупными пятнами, стекающими тонкими струйками вниз по ногам и орошая землю. Её светлые волосы теперь имеют грязно-коричневый оттенок и неаккуратно свисают с плеч. Руки, которыми она схватила меня почти за самое горло, подрагивают. Они все в царапинах и ссадинах. Не вижу ногтей. Кажется, что они выдраны с корнем. Какой ужас, кто мог это сделать? Что же пережила эта женщина?

― Э-это сделал…я? ― только и вырывается из моего рта. Незнакомка вначале замолкает и приоткрывает рот. Она удивлена и возмущена этим вопросом.

Внезапно стало больно. Правая щека налилась огнём, а во рту появился неприятный металлический привкус. Кажется, мой зуб пошатнулся, готовый выпасть наружу. Так и вышло: я сплюнул сгусток крови и языком нащупал болезненную дыру на нижней челюсти.

Она ударила меня по лицу. Это была пощёчина. Больно и неприятно. Но я не могу на неё злиться.

― Э-это моих рук д-дело? ― повторяю вопрос. Мой голос слегка сел и охрип.

― Ты умом тронулся? Кто ещё, если не ты! Они… Моя семья! Их кровь на твоих руках. Смотри, сукин сын! ― она схватила меня за волосы и потащила куда-то в густую чёрную завесу. Больно.

― Смотри, что ты сделал! ― я вижу. Мне хочется кричать. Огромное белое имение медленно разрушалось: стёкла были выбиты, а из комнат выглядывали языки пламени. Вокруг царила полная разруха. Стены были залиты кровь. Казалось, что художник взял свою кисть и хаотично оставил алые мазки на холсте в порыве сильных чувств и вдохновения.

Чувствую запах. Запах тлеющей плоти, смешивающийся с кровью. Отвратительно!

― Я не пон… ― не успеваю договорить. Вижу, что в стороне лежит что-то, похожее на тело. Это оно и есть? По-моему, это мужчина, а рядом с ним находилось бездыханное тело юной девушки. Их одежды изодраны и испачканы багровой жидкостью, а на обезображенные тела и лица страшно взглянуть.

― Нет, нет, нет! Это не я! ― мне страшно. Пытаюсь сбежать. Не выходит, она держит меня крепко.

― Смотри! Мы все верили тебе, а вот чем ты нам отплатил! ― голос срывается на крик. Из глаз ручьями текут слёзы, она начинает кричать ещё больше, её хватка ослабевает. Девушка опускается вначале на колени, дрожащими руками хватает себя за полы одежд, а затем вовсе падает лицом на землю, и, согнувшись, продолжает тихо плакать. Страшно. Я не мог этого сделать, не мог! Или же мог?..

― Я ненавижу тебя всем сердцем. Лучше бы твоя нога никогда не переступала порог моего дома. Умри, умри, УМРИ! ― кричала женщина, дёргая волосы на голове.

― Госпожа Су, простите, но я…

***

― Эй, Вэйхуа, ты в порядке? ― тёплая рука экскурсовода легла на дрожащее плечо, от чего молодой человек вскрикнул и подпрыгнул на месте. Он испуганно обернулся и посмотрел на окликнувших его людей. Кто они? Темные силуэты нависали над ним, их лица были скрыты тенями, а в воздухе витала напряженность, словно предупреждая о надвигающейся катастрофе. Он встряхнул головой, глотая страх, и попытался разглядеть детали, ― детали, которые могли бы ему сказать больше, чем тишина, окружавшая его. Мотнув головой ещё раз, картинка прояснилась: Вэйхуа понял, что он видит вовсе не призраков минувших лет, а всего лишь своих спутников, которые напряженно пытаются его дозваться.

― Ты чего так испугался? Меня всего минут пять не было. Что-то успело произойти? ― перед ним появились взволнованные лица Вэй Джо Ли и Джеминга. Увидев их, он немного успокоился и выдохнул.

― «Всего пять минут?! Да прошла целая вечность!» ― крутилось в его голове.

― А, д-да нет. Я просто задумался. Не берите в голову! ― натягивая невозмутимое лицо, Ли Вэйхуа улыбнулся.

― Мы пришли и увидели, как ты сидишь около пня, трогаешь его и не отзываешься. Подумали, что тебе могло стать плохо. ― Потерев затылок, Джеминг сел около друга и похлопал его по плечу. На Вэйхуа было страшно смотреть: лицо белое, губы потрескались, а зрачки были расширены как у бешеного зверя. Его руки слегка подрагивали, как и всё тело в целом. Если бы прошло чуть больше времени, чем пять минут, то Джеминг точно подумал бы, что он столкнулся с самым главным кошмаром своей жизни.

― Эй, ты что-то страшное увидел? ― Вэй Джо Ли сел перед ним на одно колено и глянул в его глаза, ― может, расскажешь?

― Д-да нет, ничего. Показалось, что змею увидел. А я их не перевариваю! ― Вэйхуа попытался увести разговор в другое русло.

― Точно-точно, он терпеть их не может! ― Джеми посмеялся и расслабился, ― у него всегда на них такая реакция!

― Д-да, вы её спугнули, спасибо! А то я боялся даже дернуться! ― почесав затылок, парень снова натянуто улыбнулся и посмеялся.

― Вот как… Что ж, хорошо. ― Мужчина ещё какое-то время недоверчиво смотрел на Ли Вэйхуа, но решив не доставать его с расспросами, встал и объявил: ― «Сегодня я сделаю замеры, а исследовать начну завтра. Вы оба можете осмотреться, но чтобы вас было видно, бегать ни за кем не собираюсь!»

― Отлично, тогда ищите меня во-о-о-он там! ― Джеминг указал на ту самую тропинку, по которой они пришли, ― я в том месте видел интересные колонны. Если что, зовите!

Договорившись, что он скоро вернётся, компания снова разделилась.

― Вэй Джо Ли, а что ты ещё знаешь об этом клане? Например, можешь рассказать мне про это дерево? ― Ли Вэйхуа нехотя посмотрел на тот самый пень и невольно вздрогнул.

― Не так много, но, думаю, могу что-то вспомнить, ― он задумался, приложив пальцы к подбородку. ― В самой отдалённой части поместья, судя по слухам, существовал своеобразный алтарь. Так его называли члены семьи. Но любой другой, войдя туда, прежде всего, обращал внимание на огромное вишнёвое дерево, расположившееся по центру небольшого сада. Оно было отделено миниатюрным ограждением из чёрного дерева по бокам, ― мужчина указал на тот самый поломанный заборчик. ― По центру же лежали ступеньки, ведущие к крохотному святилищу, находящемуся у корней дерева. Но сейчас и ступеней не осталось… ― он поморщился.

― Хватит уже прерываться. Из-за этого очень сложно сосредоточиться и погрузиться в твой рассказ! ― Вэйхуа нетерпеливо сжал кулаки.

― Прошу прощения, издержки профессии. Не все способны понять суть повествования с первого раза ― Джо Ли закатил глаза и продолжил.

― Вокруг стояли столбики с ритуальными фонариками, которые горели круглые сутки, освещая путь посетителям. Множество ярких свечей, красивейших цветов и подношений нескончаемым потоком преподносились в святилище, в угоду Богам и предкам, почившим этот мир.

Ходило множество слухов о том, куда пропали предыдущие бессмертные, ведь по логике вещей они должны были жить вечность. Это являлось огромной тайной семьи Су. Она заключалась в том, что прошлые извечные главы кланов, устав от мирской жизни и решившие дать свободу новому поколению, отказывались от телесной оболочки, а души свои заключали в этом самом дереве, являясь главным оберегом и опорой будущим членам семьи. Никто из посторонних не знал, правда ли это, но кровные представители клана Су были уверенны, что их умершие предки по-прежнему находятся с ними, выступая в роли их верных защитников.

Именно вишня является священным деревом, так как тысячи лет назад, когда на те земли впервые пришёл основатель клана, Су Лонгвей, преданные последователи возвели ему небольшое святилище и посадили крошечный росточек дерева вишни, в честь тех самых слов, которые молодой господин Су сказал простому народу перед битвой с тираном. Именно эти его речи вселили в души рода человеческого веру и надежду в светлое будущее. Так же ходили слухи, что его изречения были вырезаны на стенах святилища, а табличка рядом с ним гласила: ― «Как вишня зацветает с первыми тёплыми деньками, так и все Ваши желания сбываются с первой искренней молитвой».

― Вот, значит как. Теперь я понимаю твою реакцию! Ведь это место, правда, словно из легенд, один в один! ― Вэйхуа восторженно хлопнул в ладоши.

― Да. Это одновременно удивляет и пугает. Никто не знает, куда делись бессмертные, и что стало с кланами. Но, судя по нашей находке ― они вымерли. Это тайна, покрытая многовековым мраком, а эти развалины ― её свидетели.

― А сколько было членов в семье? ― внезапно спросил парень, чуя как в горле образовывается скользкий неприятный комок, стоило ему вспомнить слова Джо Ли о том, что семья этого клана носила фамилию Су. Он уже слышал это, когда экскурсовод рассказывал историю о «Снежной вишни», но придал этому значение только сейчас.

― «Неужели, та девушка была членом этой семьи? Может, именно её я и видел? Но почему она обвинила во всём меня?» ― это никак не складывалось в голове молодого человека в единый пазл.

― Дай-ка подумать… Вроде бы, кровная семья состояла только из пяти человек. Но могу ошибиться. Помимо родственников, в клане было много молодых адептов, которые ежегодно приезжали на обучение в поместье Су. Поэтому, трудно сказать точное число членов… ― мужчина задумался, глядя на Вэйхуа.

― Ученики? У глав кланов, думаешь, было время на них? ― Ли Вэйхуа усмехнулся.

― Конечно! Надо же передавать свои знания новому поколению. Это один из законов Поднебесной, но не все его исполняли ― с умным видом, Джо Ли хмыкнул и устремил взгляд в сторону развалин.

― Наверное, ученикам было сложно… ― Вэйхуа попытался представить, как это происходило.

― А как же! Об этом известно совсем немного. Подробностей нет, только поверхностная информация. Как я говорил ранее, издавна в клане могли официально находиться не только члены семьи и законные представители, но и ученики. Тысячелетиями старейшины и главы клана ежегодно набирали в свои ряды талантливых адептов из других, более мелких семей или прославленных одарённых молодых людей из простого народа.

― Правда? А в фильмах всё по-другому! Там обычно появляется супер сильный новичок, который спасает весь мир!

― На то они и фильмы, чтобы всё гиперболизировать! ― Вэй Джо Ли усмехнулся и продолжил:

― Чтобы стать учеником, необходимо было сдать вступительный экзамен, который включает в себя три этапа. Первый этап ― это минимальное владение холодным оружием или духовным. Особо ценилось умение владеть обоими видами оружия. Второй этап экзамена ― это эрудиция и интеллект. Учителя особо ценили предрасположенность учеников к умению вовремя сориентироваться и при необходимости, в критических ситуациях, найти способы решения возникших проблем. И третий этап ― выносливость. Никому не хотелось, чтобы после первой пробежки или битвы, ученик упал замертво, не имея возможности подняться, ― он кашлянул в кулак, ― ну, тут, мне кажется, всё типично, что в жизни, что в фильмах, ― Джо Ли пожал плечами, вспоминая обычный урок по физкультуре в старшей школе.

― Ну не знаю! Мне кажется, физическую подготовку я бы завалил!

― Тогда бери умом, не прогадаешь!

― Чувствую сарказм! ― Вэйхуа тыкнул мужчину в бок, от чего тот охнул и посмеялся.

― Ни в коем случае! ― экскурсовод продолжил, ― несмотря на принадлежность учащихся, кровные члены клана и приезжие ученики никак не выделялись из общей массы. Все обучались на равных правах, получали одинаковые по силе и строгости наказания, проходили такие же тренировки и силовые нагрузки.

Особенностью клана Су являлось то, что все кровные члены семьи имели белоснежные волосы и светлые, чаще голубые глаза. Это единственное, что могло выделить их из общего скопления молодых заклинателей.

― Ну да, фактически альбиносы! Сложно таких с толпой спутать!

― Были случаи, когда рождались дети, внешне отличающиеся от родителей. Но это происходило очень редко, и чаще сводилось к проделкам злых сил.

― Сейчас тоже всё к этому сводят, когда у женщины рождается ребёнок, не похожий на её мужа! ― Вэйхуа рассмеялся, вытерев слезу.

― Смотрел бы ты поменьше сериалов! Но ладно, не мне тебя учить… ― Джо Ли потер переносицу.

― Вот именно… Что там дальше? ― Вэйхуа хихикнул, внимательно слушая мужчину.

― Ну, остались крупицы того что я знаю…

― Выкладывай!

― Обязательное требование для каждого ученика ― это чистый и опрятный вид. Их белоснежное ханьфу всегда должно было выглядеть достойно, без грязи, пыли и дыр. Учеников приучали заботиться о своих одеждах, умению выстирать их при необходимости, погладить или зашить, если после тренировки не удастся остаться без повреждений.

― Я как будто бы на уроке истории побывал. Вот только там нам ничего подобного точно не расскажут! ― разочарование повисло в воздухе.

― Ну, не расскажут там, значит, услышишь от меня, ― Джо Ли вздохнул, посмотрев на время, ― работать пора, а я заболтался с тобой!

― Вэй Джо Ли, подожди! Расскажи ещё немного!

― Откуда такой внезапный интерес? ― он настороженно перевел на молодого человека глаза, отметив изменения в его поведении: обычно он вёл себя дерзко и несдержанно, но с того момента, как остался один на пустыре, его словно подменили.

― Просто очень интересно слушать! Ты верно подметил, что если я не смогу узнать об этом в университете, то хотя бы услышу от тебя! ― ехидная улыбочка растянулась на лице ли Вэйхуа, давая понять, что просто так он от него теперь не отстанет.

― «Нет, всё же мне показалось, что с ним что-то не так. С чего я вообще к нему присматриваться стал…» ― мысленно констатировал Джо Ли. Он хотел приступить к работе, но всё же решил уделить ещё немного времени на «светские» беседы, и постараться рассказать всё, что знает. Ведь за всю его карьеру было совсем мало ребят юного возраста, которые с таким восторгом и интересом слушали всё то, что мужчина им рассказывает.

― Хорошо, у тебя есть несколько минут. Спрашивай, а потом я начну, всё-таки, работать!

― Ты говорил, что первое требование ― это владение оружием. Но особо ценилось, если помимо холодного было ещё и духовное. Это как понять?

― Ну, сложно сказать... С холодным оружием, думаю всё очевидно. К нему относились: метровый прямой меч «Цзянь», потом парные клинки «Вакидзаси» ― это заимствованные из другой культуры маленькие мечи, или как их ещё называют ― «сёто». Они чем-то напоминают традиционную японскую катану. Вообще много примеров холодного оружия можно привести, но что касается духовного, то тут я могу ошибаться. Об этом мало, где сказано, но насколько я знаю, духовным оружием можно было овладеть только при наличии мощного духовного ядра, где копилось огромное количество внутренней энергии. Не у всех людей оно было развито, и соответственно, не всем было дано владеть этим типом оружия. Я понимаю это именно так. Может, смысл вообще в другом ― мужчина пожал плечами, ожидая ещё вопросы.

― А как оно выглядело?

― Ты такие вопросы задаешь, будто бы я там жил и сам всё видел, ― он усмехнулся, ― могу предположить, что этим оружием могло стать что угодно, будь то веер, флейта, книга, сагаты, цитра и многое другое.

― Вот, значит как…Интересно… ― он напряжённо о чём-то задумался.

― Эй, Ли Вэйхуа, ты хочешь мне что-то сказать? ― проницательно подметил Джо Ли, снова опускаясь перед ним на колено.

― А, д-да нет. Просто…- он замялся, ― скажи, Вэй Джо Ли, а у тебя никогда не возникало чувство дежавю? ― аккуратно поинтересовался парень.

― Смотря, что ты имеешь в виду. Бывало, конечно, но не значительно.

― Просто услышав твой рассказ, у меня не возникает такого чувства, что я слышу это впервые. В голове крутится только одна мысль: ― «Мне и так это известно…», ― Вэйхуа пожал плечами, наблюдая за реакцией собеседника.

― Вот оно что... ― лицо мужчины переменилось: он как будто бы что-то вспомнил и, отведя глаза, задумался. Какое-то время, Джо Ли смотрел в одну точку, а затем, словно убедив себя в чём-то, вернулся к разговору. ― Может, ты где-то уже слышал нечто подобное, вот и кажется так. Это в любом случае не странно и не плохо, тебе не о чем волноваться. Многие фантазируют в твоём возрасте.

Разочарование отразилось на лице Вэйхуа, а настроение заметно упало. Он опустил голову и прикрыл глаза, стремясь скрыть свою грусть от собеседника. Это чувство разлилось в глубине души юноши, словно тяжелый груз на плечах. Ощущение, что надежды и ожидания не оправдались, пронзает сердце жестким уколом. Вместо радости и восторга остается лишь пустота и горький осадок отчаяния. Как будто под ногами рушится весь мир, который казался прочным и надежным рядом с этим человеком. На лице застывает маска равнодушия, но внутри бурлит горькая буря эмоций, разбивая все мечты и иллюзии о стену непонимания. Ему стало очевидно, что Вэй Джо Ли совсем не тот человек, который может его понять и воспринять серьёзно. Появилось чувство, что если он вывернет свою душу наружу, то его поднимут на смех, как ребёнка с бурной фантазией.

Молодой человек хотел было уже встать и уйти, чтобы навсегда забыть этот разговор и отвлечься на изучение местности, когда мужчина, сидящий перед ним, положил ладонь на его щеку. Большая и тёплая, она коснулась его лица, словно напрямую лаская душу своим прикосновением. От этого контакта пронзительно вздрогнуло сердце, будто бы узнав старую родственную душу после долгого расставания. В этот момент все вокруг замерло, и времени казалось, просто не существовало. Все, чем можно было заняться, ― это просто наслаждаться этим мгновением и слушать, как сердце бьётся в унисон с человеком, находящимся рядом с ним. Ощущения, словно вихрь, вращаются в душе, наполняя ее яркими красками. Ли Вэйхуа, казалось, погрузился в глубины самого себя, раскрывая затаенные чувства и переживания. Каждая мысль, каждая эмоция становится ярче и острее, точно картина, раскрашенная самим светом. Это осознание себя и своих чувств наполняет юное тело теплом и пониманием, даря новый взгляд на мир вокруг. Невообразимый поток мыслей полностью поглотил его, позволяя им волновать и вдохновлять невинную, ещё не израненную болью, душу.

***

― Мой Господин, даже если весь мир восстанет против Вашего существа, я всегда буду держать свой меч подле Вас, готовый отдать свои душу и плоть. Спасибо, что подарили мне надежду. ― Тёплая рука нежно касалась щеки молодого Господина, поглаживая её большим пальцем.

Золотые янтарные глаза были наполнены лаской и чуткостью. Они улыбались, выражая свою любовь, словно две яркие звезды на темном небе, сверкающие искрой и теплотой. В них отражалась вся нежность и забота, вся глубина чувств, которые словами было трудно передать. Эти глаза были как открытое окно в душу, где каждый миг был наполнен любовью и пониманием. В их лучах можно было забыть обо всех заботах и проблемах, они уносили в мир невесомости и счастья, заставляя сердце биться быстрее и громче, наполняя жизнь магией и волшебством.

― Поэтому, я прошу Вас, не покидайте меня ― прохладные губы опустились на тыльную сторону ладони молодого Господина, оставляя там влажный след.

***

Тонкая солёная струйка скатилась по бледной щеке, смягчая пересохшие губы и скрываясь в темноте приоткрытого рта, заставляя Ли Вэйхуа очнуться, словно от транса, и вернуться в реальность.

― Чёрт… ― он дёрнулся и вытер свои слёзы, помахав рукой, желая быстрее избавиться от влажной дорожки.

― Т-ты плачешь? ― мужчина удивился, не зная, что он сделал не так. Ему просто хотелось успокоить молодого человека и показать, что тот в безопасности и может поделиться с ним своими переживаниями. Но его поступок вызвал противоположный эффект.

― Нет, тебе показалось! ― Вэйхуа резко вскочил на ноги и отошёл от Джо Ли, борясь с чувством стыда и досады, ― я просто немного устал, вот и всё. Ты тут не при чём! ― не оборачиваясь, он быстро направился к силуэту своего друга, который уже шёл к нему на встречу.

Проводив его взглядом, Вэй Джо Ли поднялся с колена и остался стоять на месте, в недоумении глядя на удаляющуюся спину юноши. Постояв так ещё немного, он посмотрел на свою ладонь, которая пылала и пульсировала, словно раскалённая сталь во время ковки.

― «Весьма странные ощущения. Что на меня нашло? Никогда не позволял себе лишнего, а тут вдруг руки распустил. Ещё и по отношению к ребёнку!» ― он тяжело вздохнул и, хлопнув себя по лбу, чтобы привести в чувства, принялся за свою работу.

***

― Этого не может быть. Это не я. Это не мои эмоции! Да что со мной происходит?! ― говорил себе под нос парень, быстро приближаясь к своему товарищу.

― Дружище, ты чег… ― не успел он задать вопрос, как Ли Вэйхуа схватил его за руку и быстро повёл за собой к тому месту, где они впервые увидели обломки каменных плит.

― Джеми, - это катастрофа! ― не унимался Вэйхуа.

― Да что случилось то, скажи мне! ― Джеминг резко остановился и дёрнул товарища на себя, от чего тот едва не свалился с ног.

― Друг, у меня снова было видение! ― выпалил Ли Вэйхуа, стараясь сохранять терпение.

― Видение? ― Лю Джеминг удивился, почесав затылок.

― Да, именно видение. Оно было в тот момент, когда вы нашли меня на пустыре. Я случайно коснулся этого проклятого пня, и через секунду уже оказался на застланной дымом улице, а вокруг меня была только разруха и кровь! ― еле сдерживая крик, рассказывал юноша.

― Что?! Как это может быть связано? Ты уверен, что это ― то самое?

―Да, мать твою, уверен! Там была женщина. Она называла меня Ли Вэймин, понимаешь?! А ещё она обвинила меня в том, что это из-за меня всё сгорело и все погибли! ― нотки истерики улавливались в голосе Вэйхуа.

― Так, спокойно! Что ты ещё видел?

― Ничего такого, совсем ничего! Просто эта девушка дала мне по морде, оттаскала за волосы и показала трупы членов своей семьи! А потом вовсе обвинила в их смерти! Джеми, ― это место реально проклято, чтоб его! Вэй Джо Ли говорил, что эти развалины какие-то аномальные, потому что их тут раньше не было. Потом мы нашли плиту каменную с изображениями цветов, которая не могла дожить в таком пригодном состоянии до наших дней. Около этого обрубка, который раньше был деревом, мы нашли заржавевшие фонарики. Но они не могли сохраниться так хорошо! А знаешь, что пугает больше всего? Так это то, что внутри них по-прежнему остался воск от свечей! Ладно, я списал это на какую-то историческую причуду. Вдруг тогда воск, и правда, делали на века, кто их знает. Но всё поменялось после того, как я коснулся этого чертового пня! ― Вэйхуа перевел дыхание, тяжело дыша, но затем продолжил, ― Джо Ли явно что-то заподозрил. Он точно мне не поверил, когда я сказал, что всё нормально и это была змея. Я фактически убежден, что он скрывает нечто важное!

― Т-ты в этом уверен? ― Джеминг кое-как поспевал за потоком мыслей своего друга, когда Вэйхуа схватил его за плечи и встряхнул, ― да, уверен! Потому что когда я опять погрузился в какой-то транс, то очнулся от прикосновения его руки к моей щеке. И знаешь, что? Меня накрыло такой бурей эмоций, которой не было никогда в моей жизни. Я чувств то таких не знаю, а тут меня накрыло ударной волной! Это… это словно не мои эмоции были, понимаешь? Ощущение такое, будто бы этот человек из видений, на мгновение занял моё тело, чтобы показать мне всё это… ― он выдохся и, ослабев, присел на поваленное дерево, потерев глаза.

― Да друг, дела. И не было же такого, пока мы были в городе. Может правда перелёт на тебя так повлиял? Не могло же всё свалиться как снег на голову… ― Джеминг сел рядом со своим товарищем и похлопал его по плечу. ― Ты ему рассказал об этом? Думаю, у него возникнут вопросы после того, как ты внезапно подорвался с места и убежал.

― Нет, не рассказал. Я струсил. Он выглядит слишком приземлённым и рациональным, чтобы верить во всякие байки. Не думаю, что Джо Ли воспримет мои слова всерьёз… ― Ли Вэйхуа отчаянно опустил голову.

― А я думаю, что всё наоборот. Ведь не зря же тебя так накрыло именно в его отсутствие, ― Джеминг поднял указательный палец вверх, ― а когда он вернулся, видение прекратилось, верно?

― Д-да. Кажется, да! ― Вэйхуа словно осенило, и он задумался.

― И когда вы были вдвоём, ты же не испытал ничего негативного? Да, странный наплыв эмоций. Но они же тоже были положительными, хоть и непривычными для тебя, верно?

― Да, ты прав. И ведь точно. Я испугался этих чувств, но не потому, что это было что-то страшное. Наоборот, это, наверное, можно считать чем-то невероятным. Просто мне не знакомым…

― Тогда, я думаю, не стоит так шарахаться от него и чуть что убегать. Может, он действительно что-то знает и в будущем сможет помочь, если ситуация ухудшится! ― Джеминг улыбнулся, заметив улыбку на лице своего собеседника.

― Джеми, ты супер! ― Ли Вэйхуа делал это редко, но сейчас был тот самый момент, чтобы обнять своего друга и выдохнуть.

― Плюс, ты рассказал, что ему откуда-то известно про эти развалины. Мне кажется, надо его изучить и выяснить, откуда он знает о них. А там, по цепочке, может что-то и с видениями ясно будет.

― Да, дело говоришь! Чёрт, надо тогда пойти и извиниться. Я же устроил истерику и кинул его… ― укол стыда разрезал грудь.

― Вот и пойди за этим. А я буду тут. Поговорите наедине, хорошо? А потом вечером в гостинице, возьмём что-то вкусное и ещё раз обмозгуем всё, что узнали! ― Джеми по-прежнему улыбался, а Ли Вэйхуа в очередной раз понял, как же ему повезло с другом.

***

― Эй, Вэй Джо Ли, я… ― Ли Вэйхуа не успел начать разговор, как мужчина резко дернулся и посмотрел на него. Он не услышал, как молодой человек подошёл, от чего вскочил с перепугу.

― Чёрт, напугал!

― А, я не хотел. Слушай, я тут… ― Вэйхуа начал было говорить, но ему снова не дали закончить.

― Прости, Ли Вэйхуа ― первым извинился Джо Ли

― Ч-что? ― этого он никак не мог ожидать.

― Я, видимо, чем-то тебя расстроил или напугал. Не хотел, чтобы ты плакал. Мне жаль, что так вышло. И за это прости ― Джо Ли поднял ту самую ладонь, которой считанное время назад касался кожи юноши. Ему было стыдно и неприятно от того, что он потерял своё лицо в его глазах. ― Мне не хотелось отпугнуть тебя этим жестом. Просто в детстве, я тоже думал о многом и волновался, не желая делиться переживаниями. Но мой отец всегда замечал изменения в моём поведении, от него нельзя было скрыть ничего. И когда я сидел точно так же, как ты сегодня, он трепал меня по голове или поглаживал по лицу, спрашивая, что случилось. Это и правда, всегда мне помогало. Перед смертью он сказал, что таким образом поддерживал меня, давая понять, что я не один, ― мужчина перевёл дух, посмотрев на Вэйхуа, ― ты вроде бы тоже успокоился, но я не ожидал, что это вызовет у тебя такие эмоции, которые превратятся в слёзы. Я понимаю, что мы далеко, совсем одни, не знаем друг о друге ничего и такая реакция вполне объяснима, поэтому…

― Стоп-стоп-стоп! Джо Ли, ты чего? ― парень рассмеялся, слушая его ровную речь. Даже сейчас, он говорил спокойно, сдержанно и размеренно, словно вёл экскурсию или лекцию в университете. От его успокаивающего голоса, Ли Вэйхуа окончательно расслабился и убедился в правильности слов Джеминга.

― Всё нормально. Я оценил жест и мне, правда, стало спокойно. А слёзы и мой побег… Считай, что всплеск юношеских эмоций. Так многие парни моего возраста реагируют, когда их гордость слегка подрывают… ― он нёс всякую чушь, но мужчина, судя по всему, этого не заметил.

― Я подорвал твою гордость? ― Джо Ли удивился.

― Ну конечно! Вначале мне пришлось держаться за тебя, когда мы шли, а я пугался как девчонка. Потом ты увидел моё перекошенное лицо, когда я испугался змею. Затем ты так по-доброму пытался меня успокоить, словно ребёнка! Конечно, гордость и самомнение взыграло, я не справился с эмоциями и убежал! Но уже всё хорошо! ― заверил он собеседника.

― Вот оно значит как. Что ж, мне легче стало ― усмешка появился на его лице.

― Кстати, а почему ты выбрал именно лицо, а не потрепать по волосам?

― Я ещё в музее в Чунцин заметил, что ты вечно поправляешь их. Видимо, прическа ― это больная тема для тебя. Подумал, что так ещё больше усугублю ситуацию.

― Вот как. А ты внимательный… ― юноша удивился, глядя на него. -Вэй Джо Ли, а расскажи мне ещё что-нибудь…

Том 1. Глава 10. "То, к чему я никогда не буду готов" Часть 4

Глава 10

«То, к чему я никогда не буду готов»

Часть 4

― Я только начал работать, давай поговорим позже. У меня сейчас много дел, ― сказал Вэй Джо Ли, наконец-то находя возможность отвлечься от разговоров и приступить к работе.

― Вот именно! Потом ты забудешь или придумаешь что-то ещё! ― возмущенно бросил парень.

― После того, как ты так мило обижаешься, мне не следует относиться к тебе как к ребёнку, верно? ― сказал Джо Ли улыбнувшись, и глядя на молодого человека.

― Н-ну, вообще-то да! Это не вежливо! ― чтобы скрыть смущение, Ли Вэйхуа отвернулся от него, делая вид, будто бы он что-то увлеченно рассматривает, когда на самом же деле, пытается привести лицо в «порядок».

― А что ты вообще планируешь делать?

― Сейчас сделаю замеры специальным прибором. Потом оценю возраст развалин и степень их сохранности. Самое важное ― это узнать, насколько большая территория была задействована при строительстве этого комплекса, чтобы иметь возможность сделать примерный чертёж с изображением прежнего вида дворца.

― Серьёзно? А такое вообще возможно? ― Вэйхуа удивлённо повернулся к рассказчику.

― Конечно же, возможно. Откуда, по-твоему, в интернете гуляют фотографии исторических строений, которым несколько сотен лет? Это всё примерные модель и образец, сделанные на основе исследования.

― Я об этом, как-то, не задумывался… ― Ли Вэйхуа стыдливо опустил глаза.

― Многие об этом не думают, поскольку им гораздо интереснее увидеть готовый макет, нежели углубляться в способы достижения такого результата. Помимо этого, в процессе изучения, могут быть найдены интересные многовековые реликвии или останки, которые способны стать прекрасным экземпляром для нашего музея.

― А это разве законно? Не знаю, как в других странах, но в Китае все найденные сокровища сразу же переходят в пользу государства, не так ли? ― задумавшись, молодой человек наконец-таки осознал, как же сложно добывать экспонаты, которые в свободном доступе находятся в выставочных залах за тонким стеклом.

― Нет, не законно. Дроны ― это тоже, весьма спорный вопрос. Но опять же, если бы это были всем известные развалины, то тогда точно могли возникнуть сложности при скрытии своих находок от государства. Но как я уже говорил: ранее этих обломков не было на картах. Думаешь, мы единственные, кто исследует эти места? Конечно же, нет. Многие археологические группы изучали эту местность, но так ничего и не нашли. Нам просто повезло. Лично я ― не собираюсь никаким образом нарушать закон, как бы это не выглядело со стороны. Не думаю, что мои коллеги или начальство думают как-то иначе. В случае чего, выплатим штраф и вернём всё, что нашли, ― пожав плечами, Вэй Джо Ли снова достал из рюкзака свою уже порядком потрёпанную карту, и какой-то странный, на вид раритетный, планшет.

― Что это такое? ― интерес на лице Вэйхуа заиграл новыми красками.

― Это GPS - геометр, или ещё проще ― навигатор для измерения площади. С помощью специальной антенны, он может определить наше местоположение практически мгновенно и со стопроцентной точностью. При этом мы можем находиться где угодно ― в густом лесу, в бескрайних полях или среди гигантских небоскребов. Этот прибор подходит для измерения участков сложных форм с любым рельефом, в том числе с перепадом высот. Всего лишь нужно загрузить в него карту местности, подключить, обойти территорию и тогда он посчитает для нас необходимое расстояние. ― Мужчина улыбнулся, и, увидев интерес на лице собеседника, подошёл к нему.

― Вот, значит как. Никогда о таком не слышал, я взгляну?

― Пожалуйста ― осмотр этого чудо-приборчика прошёл довольно таки быстро, поскольку Ли Вэйхуа впервые держал нечто подобное в руках, и, конечно же, мало что в нём понимал.

― Покажешь, как он работает?

― Само собой. Пустырь я уже измерил, но поскольку тут не так уж и много обломков, то напрашивается вывод, что основное здание всё-таки находится в центре той поляны. Поэтому, думаю, что нам нужно вернуться в первоначальную точку исследования. ― Джо Ли указал в сторону каменной тропинки, уходящей глубоко в лесистую местность.

Собрав все вещи и приборы, они направились к развалинам основного здания. Тропа, словно нить, вела их сквозь заросли и терний, будто бы желая, чтобы посторонние поскорее покинули чужую территорию. С каждым шагом страх уступал место любопытству, а жуткая атмосфера леса уходила на второй план, внушая молодому человеку долгожданное спокойствие. Сейчас идти по этой дорожке было не так уж и страшно, в сравнении с первым опытом. За недолгое время, Вэйхуа уже успел убедиться в её безопасности, да и с Джемингом ничего не произошло, который, судя по всему, чувствовал себя прекрасно. Оно и к лучшему.

― Куда вы идете? ― спросил Джеми, присоединившись к компании.

― Мы идем назад, чтобы оценить размер комплекса. Мне самому стало интересно, насколько он огромный. Ты с нами? ― Вэйхуа улыбнулся.

― Конечно! Как я могу пропустить такое!

Через некоторое время, сквозь густые ветви деревьев, стали отчетливо видны разрушенные каменные плиты. Вскоре они вышли на интересующую их поляну. Все видели эти руины не в первый раз за сегодня, но каждый новый взгляд заставлял присутствующих молча замереть, словно отдавая дань уважения усопшему дворцу.

― Они все равно выглядят страшно, ― констатировал Джеминг, кивнув своему другу.

― Разговоры разговорами, но нам нужно поторопиться, скоро начнет темнеть. Идите, погуляйте. Может быть, найдете что-то ценное ― предложил Вэй Джо Ли, намечая на карте начальную точку.

― То есть, ты хочешь, чтобы мы сделали часть работы за тебя? ― ухмыльнулся Ли Вэйхуа.

― Ну да, вы оба еще не отплатили мне за такси и за позор, который я пережил сегодня.

― Ты такой мелочный... ― Вэйхуа закатил глаза.

― А вы, по-моему, слишком бесстрашные, ― парировал Джо Ли, глядя на них обоих.

― Похоже, что мы стали временными археологами! ― воскликнул Джеми, радуясь такой возможности. Если повезёт, они смогут забрать что-то ценное себе на память об этом увлекательном опыте.

― Да, так и есть. Только без глупостей и на виду. Видите что-то подозрительное ― не трогайте. Лучше позовите меня, или вообще уходите. ― Раздав команды, Вэй Джо Ли снова подключил планшет и принялся обходить территорию, делая замеры и оставляя заметки после каждого монотонного писка приборчика.

Погружаясь в изучение этой пустующей дворцовой территории, Ли Вэйхуа ощущал, как его любопытство оживает и волнуется. Каждый шаг, каждое открытие приближает к разгадке секретов, скрытых в этих просторах. Много вопросов накопилось в его голове. Ему было интересно: кто же тут всё-таки жил, что случилось с этим местом и кто на самом деле Ли Вэймин?

Он наблюдал за мистической атмосферой, ощущая на себе взгляды древности и тайны, которые проникают сквозь каждый уголок этого места. Его сердце билось быстрее, а душа стремилась к пониманию всего, что скрыто за гранями видимого мира. Бродя по разрушенным коридорам, молодой человек рассматривал каждую деталь, пытаясь найти ответы на волнующие вопросы. Его друг направился в противоположную сторону коридора, пообещав встретиться позже во дворе, как только они обойдут всё вокруг.

Ведомый страстью к знанию, Вэйхуа продолжал свое исследование, готовый к любым испытаниям, которые могут попасться ему на пути. Или не к любым?

Прогулка по пожелтевшим коридорам разрушенного дворца завораживает. Мимо пролетают призрачные тени воспоминаний прошлого, когда это здание было символом роскоши и величия. Сейчас же оно утрачено. Остались лишь развалины и пустота, наполненные тишиной и призраками минувших эпох.

Когда они впервые вошли в заброшенный дворец, Ли Вэйхуа поразила его красота и одновременно ужас. Расписные стены были заляпаны багровыми пятнами и грязью, словно это было произведение искусства, испорченное временем и забвением. Обрушенные потолки и остатки лестниц напоминали о когда-то цветущем прекрасном месте, ныне погребенном под руинами и пылью.

Во всех комнатах и коридорах можно было разглядеть подобие цветов, которые когда-то были нарисованы профессиональной рукой мастера, создавая неповторимую атмосферу весеннего сада. Огромные росписи на стенах в виде цветущей вишни преследуют на протяжении всего пути, точно подтверждая все легенды, царящие вокруг этого места. Каждый лепесток, каждая веточка наполнены жизнью и нежностью, словно призваны напомнить о красоте и роскоши того времени.

― «Поразительно! Глаз оторвать не могу. Сколько же сил и времени было вложено в строительство этого здания!» ― поражаясь тому, что он видел в стенах этого дворца, Вэйхуа не заметил, как что-то вокруг него изменилось. Стало непривычно тихо, даже шума от обуви не было слышно.

― «В чём дело? Я как будто оглох… Странно…» ― парень сглотнул слюну, снова не услышав ни единого звука. Шум дыхания, вой ветра, треск осколков под подошвой – ничего из этого больше не улавливали его органы чувств.

― «Ты наконец-то пришёл, я ждала тебя!» ― раздался голос сзади. Его молодой человек услышал отчетливо. После этого, Вэйхуа резко обернулся, но не увидел никого.

― «Не туда смотришь, я здесь!» ― звонкий девичий голос сопровождался детскими смешками. Перепугавшись, он обернулся в другую сторону и снова ничего не увидел.

― Да что тут происходит?! ― разразился Ли Вэйхуа.

― «Зачем ты кричишь? Ты пришёл разве не для того, что бы поиграть с нами?» ― голос на время затих. ― «Хорошо, я покажусь тебе. Но взамен, ты пообещаешь найти меня. Идёт?»

― Что? Прятки? Мне кажется, я с ума схожу… ― Вэйхуа ненадолго задумался, и ответил, в ужасе ожидая, что же будет дальше: ― «Хорошо, я обещаю…».

― «Отлично, тогда…»

― Подожди. У меня будет одно требование! ― сорвалось с его губ.

― «Требование? Какое? Чего же ты желаешь, Господин Ли?» ― миловидный голос, как будто бы, пытался кокетничать. Он представил, как юная девушка стоит перед ним и, стесняясь, жеманно накручивает прядь волос на палец, стараясь очаровать своим внешним видом.

― Если я тебя найду ― ты расскажешь мне, что здесь произошло!

― «Что? А ты разве не знаешь? Ты всегда был интересным существом, Вэймин. Наворотишь делов, а потом делаешь вид, что память потерял! ― юный голосок звонко рассмеялся, от чего этот звон неприятной трелью отразился в ушах Ли Вэйхуа. Ему даже показалось, что таинственная незнакомка к нему приблизилась.

― Я, правда, не помню… Так ты принимаешь мои условия?

― «А у меня есть выбор? Конечно же, я согласна. Начнём! Смотри, я тут…» ― со спины подул пронизывающий ветерок, и парень, обернувшись, не поверил своим глазам: в самом конце коридора, в тёмном его провале, он разглядел силуэт юной девушки, лет семнадцати от силы. Её белоснежные кудряшки развивались и подрагивали, словно на ветру, которого давно не было. Из одежды на ней был какой-то белый пятнистый балахон, а ноги были босые. Она улыбалась и выглядывала из-за угла, подзывая его к себе указательным пальчиком.

― «Вэймин, найди меня!» ― после этого девушка скрылась в темноте коридора.

― Вот чёрт! Что тут происходит? ― он хотел было побежать за ней, но чувство страха сковало все его движения невидимыми нитями, не давая и малейшего шанса сдвинуться с места.

― Наверное, я просто схожу с ума. Это невыносимо. Надо срочно обратиться к врачу! ― еле волоча за собой ноги, он медленно дошёл до конца и заглянул за угол. Там никого не оказалось, и лишь только лёгкие девичьи смешки отскакивали от полуразрушенных стен.

― «Эй, Вэймин, если ты не поторопишься, то так и не найдёшь меня!» ― раздалось сзади него, сопровождаемое толчком в спину, от чего тот вскрикнул и рухнул на колени, содрав об осколки стекла ладони.

― Чёрт! ― выругался Ли Вэйхуа, смотря на дрожащую руку, из которой торчало несколько переливающихся стеклышек.

― «Какой же неловкий! Тебе лучше поторопиться. Я не хочу, чтобы ты умер здесь от заражения крови!» ― словно издеваясь, силуэт юной девушки пробежал за спиной парня, взъерошив его волосы.

― Умру? От этого? Это же просто стёкла… ― паника стала нарастать внутри него.

― «Кто его знает. Ты ведь не помнишь, что случилось? Так откуда тебе знать, что это обычные стёкла?» ― всё так же смеясь, парировала девушка.

― Ты сумасшедшая?! Что за шутки у тебя?! ― разозлился Ли Вэйхуа.

― «Сумасшедшая? А вот грубить мне не стоит. Всё же, ты в моём доме и должен играть по моим правилам. А за любым нарушением, следует наказание!» ― он не поверил тому, что увидел: на его глазах, стеклышки, что торчали из ладони, зашевелились, превращая рану в неприятное кровавое месиво. Затем, один осколок вылетел из его руки, сделав пару неглубоких порезов на запястье молодого человека, словно кто-то, сидящий напротив, держал это ненавистное стёклышко в руках и нарочно оставлял царапины. Порезы на руках мгновенно засаднили, словно жгучий огонь, наводя нешуточный страх и тревогу. Кровь хлынула струей, окутав все вокруг темным покрывалом. В этот момент, каждый удар сердца напоминал о той боли, о том страхе, который застыл в теле Вэйхуа.

Каждый вдох становился все более и более тяжелым, словно грудь была обременена огромным грузом. Сердце колотилось так громко, что казалось, оно вырвется из груди в любую секунду. Он отчаянно хотел потерять сознание, чтобы избавиться от этой мучительной боли, но что-то внутри не давало этому случиться. Нельзя было потерять рассудок, нельзя остановиться на полпути, нужно было идти дальше. С новым порезом, Ли Вэйхуа чувствовал, что страх зияет бездной перед глазами, но необходимо было преодолеть его, дабы выбраться из этого кошмара. Все силы он пытался сосредоточиться на том, чтобы не дать ужасу поглотить себя целиком и, наконец-таки, выяснить, что же, мать его, тут творится!

― Что ты делаешь?! Здесь же вены! ― он вскрикнул, словно очнувшись от немого транса, который полностью обездвижил его тело. На глазах выступили слёзы боли. Сняв с себя ремень, он затянул его на руке, не давая алой металлической жидкости поглотить его рассудок окончательно. После этого, Ли Вэйхуа оторвал кусок ткани от футболки и худо-бедно обмотал свою ладонь. Лоскут в ту же минуту вымок и поменял цвет, становясь грязным и неприятным на ощупь,

― «Ты с честью принял своё наказание. Продолжим играть?» ― холодная ладонь коснулась его щеки, после чего он резко задрал голову и увидел перед собой её: юная девушка, с окровавленными светлыми волосами, с пустыми безжизненными глазами и лёгкой улыбкой на лице. Её внешний вид завораживал и пугал одновременно. Маленькие ручки аккуратно поглаживали его лицо, а волосы всё так же развивались на несуществующем ветру. Вблизи он смог разглядеть, что пятна на её одежде ― это на самом деле огромные багровые отметины, расположившиеся в районе живота и груди, спускающиеся вниз к подолу. Её пятки были сбиты и по тихонько гнили, распространяя неприятный гнилостный смрад.

Пульс внутри молодого человека учащался, дыхание сбивалось, и он стал чувствовать, как задыхается. Перед глазами всё плыло. Теперь он был готов потерять сознание, не в силах переживать всё то, что видит перед собой, но ему помешали это сделать: юная особа хлопнула его по щекам, приводя в чувства:

― «Вэймин, мы ещё не доиграли!» ― её улыбка начала растягиваться на лице всё шире и шире, явно превышая свои возможности. Ещё немного и уголки губ стали трескаться, выпуская наружу тонкие кровавые струйки, которые стремительным потоком стекали в её обезображенный рот, окрашивая сгнившие зубы.

― Нет-нет-нет, уйди от меня! ― Вэйхуа пытался вырваться, но всё было тщетно. Ледяные безжизненные руки крепко держали его за лицо, продолжая поглаживать большими пальцами. Этот жест показался ему смутно знакомым.

― «Именно так он гладил тебя, да?» ― словно прочитав его мысли, уже невнятно проговорила девица.

― Что? Откуда ты…

― «А как думаешь, будет ли он любить тебя… таким?» ―после её вопроса, два когтистых больших пальца вонзились в глаза юноши, разрывая глазное яблоко и оставляя нестерпимую боль после себя. Кровь стремительным потоком лилась с его лица, с характерным шумом опускаясь на пол. Но эти звуки не было слышно, поскольку все вокруг заглушал чрезвычайно пронзительный крик Ли Вэйхуа, переживающего невообразимый ужас и шок от происходящего. Животный страх внутри него пробуждался все сильнее, заставляя его терзаться в агонии.

― Нет, нет! Отпусти, мне больно! ― кричал парень, пытаясь оттолкнуть ее от себя, чтобы как-то облегчить боль, но все было напрасно: девчонка смеялась и продолжала давить, пока его тело окончательно не ослабло и не упало на белый пол, заливая пространство вокруг себя отвратительной багровой субстанцией. Каждая капля казалась тяжелой, словно отражая вес невыносимой боли. Тишина окутала коридор, только тихий шум ветра снаружи нарушал его мертвую пустоту. Все вокруг застыло, словно время остановилось, оставив лишь страшную картину ужаса. Неужели он действительно сам виноват в том, что с ним происходит? Кто же мог быть ответственным за все те ужасы, которые пережили эти девушки? Может, и правда это было его рук дело? Но почему он совсем ничего не помнит?

Вопросы кружились в его угасающем сознании, но ответов не было. Только безжалостная реальность, где жизнь прекратилась, оставив лишь тень своего прошлого в этом безмолвном месте.

***

― ОТПУСТИ! ― испугавшись собственного крика, Ли Вэйхуа резко открыл глаза. Сверху на него опускались тёплые лучи закатного солнца. Молодой человек лежал посреди коридора, совсем один. Раненная рука опухла, находясь в небольшой лужице крови. Его волосы и одежда побелели от пыли, которая небольшим покрывалом осыпалась на него с остатков потолка. Он лежал и не мог понять: что же произошло на самом деле? Что он только что пережил?

― Э-это было, всего лишь, видение? Но, р-рука… ― он шикнул, почувствовав нестерпимую боль в области запястья и кое-как поднявшись, опёрся о стену.

― «Ты нашёл меня, поздравляю!» ― раздался всё тот же голос.

― Чёрт, исчезни! Я не хочу ничего знать, я не хочу тебя видеть! ― крикнул парень в пустоту.

― «Но ты меня уже увидел. Что скажешь? Я по-прежнему прекрасна?» ― смешок донёсся совсем рядом, словно девушка стоит перед ним.

Вэйхуа не стал грубить и задумался, переваривая то, что увидел. Внешность девушки не давала ему покоя. Казалось, что он где-то её уже видел. Черты лица, цвет волос и глаз. Но где же?

― «Вспомнить бы. Вспоминай, вспомина-а-а-ай!» ― он хлопнул себя по щеке свободной рукой, и тут его осенило: ― «Точно! В том видении около пня, я видел пугающую женщину. Она была поразительно похожа на эту девку! Только старше на вид. Может, эта особа тоже одна из членов семьи Су?» ― он тяжело вздохнул, боясь ошибиться и пережить снова эту нестерпимую боль.

― «Ну что? Ты вспомнил меня, Господин Ли?» ― её голос словно изменился, став более грубым и настойчивым.

― Г-госпожа Су? ― после этой фразы, всё вокруг затихло. Странного голоса не было слышно. Только безмолвная тишина этого места и гул ночных птиц снаружи.

― «Неужели я угадал? Всё закончилось?» ― со страхом в душе подумал Вэйхуа.

― «Ты хорошо подумал? Мне кажется, или ты тыкнул пальцем в небо. Врать не хорошо, Господин Ли» ―после этого на голову юноши снова осыпалась потолочная пыль, попадая в глаза и ноздри, вызывая нехватку воздуха.

― Кхе-кхе, да ты издеваешься?! ― воскликнул тот, но очень быстро замолчал. Он понял, что если хочет докопаться до правды и выбраться отсюда, то нужно сыграть по её правилам.

― «Что же я сказал не так? Надо вспомнить. В том видении, я видел женщину, которая точно была старше этой девушки. Они внешне очень похожи, хоть мне тогда и не удалось разглядеть её лицо так же отчетливо, как сейчас. Неужели, она посчитала не вежливым моё обращение? Я упустил приставку «младшая»? Ну конечно! В те времена было принято обращаться в соответствии с иерархией!» ― осенило молодого человека и, набрав в грудь побольше воздуха, он обратился к ней:

― Прошу прощения, младшая Госпожа Су ― он зажмурился, ожидая очередного «наказания», но оно не последовало. Окружающая обстановка вроде бы даже улучшилась, а на душе стало спокойнее.

― «Она угомонилась?» ― Ли Вэйхуа осмотрелся, боясь увидеть в одном из дверных проёмов белёсый силуэт.

― «Ли Вэймин, ты действительно ничего не помнишь?» ― казалось, что её голос доносится отовсюду, перемешиваясь в одну единую какофонию звуков.

― Да, я же говорю теб… Я говорю, что не понимаю, почему Вы зовёте меня этим именем! Моё имя Ли Вэйхуа. Я не знаю никакого Вэймина… ― с надеждой в голосе, он аккуратно отвечал нетерпеливой девушке.

― «ЛОЖЬ!» ― истерический голос разорвал тишину, сотрясая воздух. Складывалось такое ощущение, что она находилась внутри Вэйхуа и кричала оттуда, потому что после всплеска её эмоций, его голова чуть не раскололась надвое.

― Ч-чёрт… ― ноги подкосились, предательски опуская тело на колени, ― что?! ― он одернул руку и взглянул на ладонь: палец, который он приложил к уху, услышав визг, был вымазан кровью. Ли Вэйхуа был в ужасе, стараясь справиться с головокружением.

― Ещё этого мне не хватало! Я реально тут коньки отброшу такими темпами! ― юноша снова оперся спиной о стену и тяжело вздохнул.

― Я не знаю, как мне доказать тебе это. Но ты меня путаешь с совершенно посторонним человеком!

― «Ты хочешь узнать правду? Тогда закрой глаза» ― уже успокоившись, пропела девушка.

― Ты тогда меня точно убьешь… ― его голос был измученным и уставшим, но дабы избежать очередной вспышки агрессии, он прикрыл глаза. Как ни странно, но перед ними была лишь пустота. Никаких снов, видений и воспоминаний. Просто гнетущая темнота и тишина.

― «Я покажу тебе. Но не вздумай открыть глаза» ― холодая девичья ладонь коснулась здоровой руки парня, слегка сжав её и потянув на себя, чтобы тот поднялся. Не имея другого выхода, он как безвольная кукла повиновался ей и, поднявшись, не спеша пошёл за ней следом.

По ощущениям, они шли целую вечность. Ли Вэйхуа то и делал, что постоянно спотыкался обо что-то, цеплялся головой за потолочные обломки, задевал плечами все углы, которые они обошли. Пройдя ещё какое-то время, девушка остановилась и отпустила его, подтолкнув в спину.

― «Как будешь готов ― открой глаза» ― шепнув ему на ухо, девушка слилась с его тенью

― Сложно сказать, буду ли я готов вообще, но… ― Ли Вэйхуа резко открыл глаза и обомлел. Он стоял в тёмной комнате, которая, судя по всему, сохранилась лучше всего. Единственный свет, проникающий сюда ― это лучи вечернего солнца, падающие сквозь дыры и трещины в стенах и потолке. В воздухе летала пыль, забиваясь в нос и раздражая глаза. Но всё это было неважно: молодой человек стоял посреди комнаты и видел своё отражение в полуразбитом зеркале.

Оттуда на него не смотрел тот юный и озорной парень с голубыми глазами. Он не улыбался, не смеялся и не показывал смешные рожицы, как это обычно происходит. В отражении он увидел статного мужчину, который как две капли воды был похож на Ли Вэйхуа. Тёмно-синие длинные одежды, расшитые золотыми нитями; белоснежная нижняя рубаха, выглядывающая из под слоёв роскошной ткани. Длинные черные волосы были убраны в изящный пучок, заколотый сзади драгоценной шпилькой из голубого нефрита. Украшение было явно ручной работы и продумано до мелочей. Каждый камень, каждая резьба и завиток имели свой смысл. Широкие плечи, длинные узкие пальцы, такой же рост и прямая осанка.

Ли Вэйхуа не мог поверить в увиденное, решив подойти ближе к остаткам зеркала, следя за своими движениями. Встав точно напротив, он коснулся своей щеки, наблюдая за человеком в отражении. Всё было точь в точь: кожа выглядела такой же светлой, слегка обветренной; маленькая незаметная родинка расположилась под глазом; форма бровей, разрез глаз ― не имели отличий. Он уставился самому себе в глаза: они были нежного персикового цвета. Девичьего цвета. Цвета нежности, доброты и женственности. Ненавистного ему цвета.

― «Теперь ты видишь, Вэймин?» ― рядом с ним в отражении появилась миловидная девушка. Она уже не выглядела так устрашающе, а наоборот, приобрела более привлекательные черты лица.

Парень посмотрел в сторону, но, не увидев её, снова перевёл взгляд на зеркало. Младшая госпожа Су по-прежнему стояла рядом с ним.

― Э-этого не может быть! Это совпадение! Меня зовут Ли Вэйхуа, мне двадцать лет, я родился и живу в городе Чунцин. Всё! Это вся информация обо мне! Я схожу с ума, я точно схожу с ума! – он закрыл лицо руками и опустил голову.

― «Успокойся, Вэймин. Ты ничего не сможешь с этим сделать. Такова твоя судьба. И тебе решать ― покаяться в грехах, или до конца своих дней жить с чувством вины и умереть в муках» ― посмеявшись, она издевательски толкнула его в бок. ― «Только вот ей будет этого мало!» ― она указала пальцем на зеркало.

Ли Вэйхуа убрал дрожащие руки от лица и устремил взгляд в направлении её пальчика. За его спиной появился ещё один женский силуэт. Он сразу же её узнал ― это была та самая незнакомка из его первого видения. Она не делала ни шагу дальше, опустив голову вниз. Её ханьфу было изодрано в клочья, волосы прикрывали лицо. Женщина стояла неподвижно, словно нарисованная.

― Нет…Не снова, нет! ― он попытался сбежать, но попытки были тщетны. Юная госпожа держала его за руку мёртвой хваткой.

― «Сестра. Он говорит, что ни в чём не виноват!» ― девушка улыбнулась, смотря на силуэт в отражении.

Это сработало самым лучшим способом: незнакомка, стоящая позади, дернулась и медленно подняла голову. Ее тело тряслось от боли, кровь ручьем текла изо рта, глаз и носа, вызванная внутренними ранами. Гнев охватил ее, истерический крик застрял в горле, не находя выхода. Беспомощно, она стояла, фактически не шевелясь, лишенная рассудка и надежды, погружаясь во тьму гнилостной ненависти. Лицо её было бледным, с явными ранами и царапинами, которые больше не затягивались. Хрупкое тело укутано в повязки, а глаза излучали отчаяние и боль. От одного взгляда на неё становилось жутко. Это был образ настоящей страдающей души, которая пережила слишком много боли и унижений. В этих безжизненных глазах мелькало отражение ужасов, которые она пережила, и это заставляло задуматься о том, что могло причинить такую боль и страдания этому молодому, ныне прекрасному, существу.

― Г-госпожа Су, простите… ― только и успело вырваться из его рта, как женщина бросилась на него с бешеной скоростью, постоянно повторяя: ― «УМРИ, УМРИ, УМРИ!»

***

Вэй Джо Ли закончил свою работу и уже собирал вещи, когда вспомнил, что давно не видел ребят. Посмотрев на время, он тяжело вздохнул.

― Я же говорил им не отходить далеко от меня! Ну что за дети. Теперь идти и искать их. Нужно вернуться до темноты. ― Закинув рюкзак на плечи, мужчина осмотрел здание, надеясь увидеть в бывших оконных проёмах силуэты парней.

― Чёрт. Видимо, они залезли слишком далеко. Придется войти внутрь и поискать их там.

Только он хотел зайти в ближайший тёмный коридор, когда пространство вокруг разорвал оглушительный истерический крик. Он был настолько пронзительный, наполненный болью и ужасом, что сердце мужчины упало в пятки и он замер. Это был крик боли, столь страшный, что заставил кровь превратиться в лёд. В темноте его звук звучал как последний вопль отчаяния, что разрывал душу на части.

Парень продолжал кричать, звать на помощь и вскоре затих. Тишина, повисшая в воздухе, пугала ещё больше, нежели крик. На секунду мужчина впал в ступор, испугавшись, что опоздал.

― Что же такое… Почему тело не двигается? ― он посмотрел на свои руки, которые подрагивали, словно от удара электричеством, а ноги, тем временем, вросли в землю.

― Что я творю?! Вероятно, ему нужна помощь! ― усилием воли, Вэй Джо Ли скинул все свои вещи на землю и рванул по остаткам коридоров, пытаясь найти источник крика, постоянно зовя ребят по именам.

***

― Вэйхуа, успокойся, слышишь меня? Это я, Джеминг, всё хорошо, Х-О-Р-О-Ш-О! ― Лю Джеминг сидел около своего друга, который сжавшись в комок, забился в угол и продолжал выть.

― Друг, посмотри на меня! Тебе просто привиделось! Открой глаза, подними голову и ты увидишь! ― он уже терял всякую надежду на то, что ему ответят, но тут Ли Вэйхуа замер и посмотрел на него, словно видел впервые.

― Д-Джеми? Это п-правда ты? ― Ли Вэйхуа тыкнул своего товарища в щеку, пытаясь осознать происходящее. Сейчас ему было сложно поверить, что это всё не иллюзия.

― Д-да, Вэйхуа, я, смотри! ― он улыбнулся, чтобы его друг успокоился и пришёл в себя.

― Что случилось? Я искал тебя, но внезапно услышал твой крик и прибежал сюда. Ты сидел в углу и орал так, что побелка со стен отваливалась! ― Джеминг даже посмеялся, чтобы разрядить обстановку.

― Д-Джеми, это такой… такой… ― парень замер, шокировано уставившись за спину Джеми.

― Вэйхуа? Куда ты смотришь? ― дрожь холодной волной пронеслась по телу Лю Джеминга, а на лбу выступили капельки пота.

― Д-Джеминг… О-она… ― он дрожащим указательным пальцем указал ему за спину, ― она здесь!

― К-кто, друг? ― Джеми боялся дернуться, когда в какой-то момент почувствовал холодок на своём правом плече.

― «Господин Лю Джиан, ты тоже здесь? Советую тебе бежать, иначе твоё сердце вырвут с корнем! Точно так же, как свежуют скот!» ― раздался тихий женский голосок возле его правого уха, а после чего, незнакомка, словно издеваясь, сдула прядь волос, прилипшую к его лбу.

― ЧТО ЗА ЧЁРТ?! ― воскликнул Джеминг, стукаясь спиной о стену и осматриваясь вокруг. ― Что это было?! Что это, мать твою?!

― Я не знаю, Джеми, я не знаю… ― из глаз Вэйхуа потекли слёзы и он, обняв колени, опустил голову вниз.

― Зато теперь ты точно можешь верить, что не сумасшедший! ― Джеминг истерически посмеялся, пытаясь унять дрожь во всём теле и подбодрить Ли Вэйхуа.

― Ты идиот? ― сквозь слёзы, Вэйхуа вымученно посмеялся.

― Ну, зато ты теперь смеёшься! ― Джеминг пытался быть невозмутимым, но дикий страх засел в его голове, ведь он тоже это слышал!

― Теперь ты тоже псих. Оформим путёвочку в мягкие стены? ― Ли Вэйхуа снова посмеялся, слезливо глядя на друга.

― Конечно, как только выб… ― Джеми не успел закончить.

― Вот вы где оба! ― порог комнаты пересёк Вэй Джо Ли, запыхавшись и глядя на ребят. Они оба настолько не ожидали его появления, от чего вцепились друг в друга и вжались в угол, вскрикнув от неожиданности.

― Ты напугал! ― выкрикнул сиплым голосом Вэйхуа.

― Ты меня тоже! Это же ты орал?! Я чуть Богу душу не отдал! ― он подошёл к парням и сел перед ними.

― Вэйхуа, что с тобой случилось?! ― Вэй Джо Ли шокировано оценил состояние молодого человека: весь в ссадинах, ушибах и порезах. Одежда была выпачкана в чем-то странном, брюки на колеях были изодраны. Его чёрные как смоль волосы покрывала белая пыльная дымка.

― Д-да я п-просто…

― А это что такое?! ― Джо Ли только сейчас заметил его израненную руку, когда тот выпрямился, ― Боже мой, что же случилось?.. ― он приложил ладонь к его щеке и погладил большим пальцем. ― Сейчас я тебе помогу. Джеминг, беги наружу, неси мой рюкзак, там аптечка!

― Так точно! ― Джеми хотел резко встать, но ноги предательски подкосились, помня тот животный ужас.

― И с тобой что-то не то?! ― выругался Джо Ли.

― Н-нет, затекли! Уже бегу! ― с этими словами он скрылся за поворотом.

― Д-Джо Ли, мне так больно… ― тихо проскулил юноша, протягивая ему руку.

― Понимаю, потерпи! Я аккуратно посмотрю, хорошо? ― получив утвердительный кивок, мужчина тихонько снял ремень. Кровь на царапинах уже запеклась, но от этого не выглядела менее устрашающе.

― Как ты мог так порезаться? ― удивился Вэй Джо Ли.

― Я у-упал… Со второго этажа, прям на стёкла! ― Вэйхуа раскрыл ладонь. ― Их надо вытащить!

― Сейчас посмотрю. ― Аккуратным движением рук, насквозь промокший лоскут ткани был снят с измученной ладони. Выглядело это по-прежнему скверно: глубокие раны, засохшая кровь и маленькие осколки стекла, выглядывающие из плоти.

― Б-больно! ― Вэйхуа поморщился, и хотел было уже забрать руку, но экскурсовод аккуратно погладил ладонь, подув на нее.

― Тише, я понимаю. Очень больно. Сейчас мы обработаем, и всё точно заживёт! Даже шрама не останется!

― П-правда? Ты врёшь мне! ― Ли Вэйхуа надул щеки, глядя на него.

― Точно-точно! Теперь я хоть узнаю тебя прежнего! ― Джо Ли улыбнулся и посмеялся, чтобы парень успокоился окончательно.

― Прежнего меня?

― Ну, да. Обычно, когда ты чем-то недоволен, ты раздуваешься как жаба!

― ЧТО?! КАК ЖАБА?! ― смущаясь, Вэйхуа вытаращился на него, сам не зная, почему так яро покраснел.

― Ха-ха-ха! – расхохотался мужчина, взявшись на живот. ― Вот теперь точно ты! Лучше уж злись и смейся всегда, тебе это больше идёт! ― Он тепло улыбнулся раненному.

― А, в-вот как… Перестань говорить такие вещи! ― молодой человек отвел глаза, всё так же стыдясь этой неловкой ситуации.

― Ну, вот видишь, ты хотя бы успокоился! Посиди тут, я потороплю Джеминга.

― Стой, не уходи! ― он схватил Вэй Джо Ли за рубашку здоровой рукой. ― Тут страшно, побудь со мной…

― Как скажешь, только не нервничай… ― Джо Ли недоверчиво глянул на его порезы.

― Раны на ладони я ещё могу объяснить, но порезы? Под таким углом, я бы сказал, что тебя кто-то нарочно резал. Ты не смог бы даже сам себя так изувечить. Ты не хочешь мне ничего сказать? ― прищурившись, он вгляделся в заплаканное лицо этого ребёнка.

― Если я скажу ― ты мне не поверишь! ― Улыбнулся Вэйхуа, когда увидел недоумении на лице своего собеседника. Он отплатил ему той же монетой.

― Вот же засранец! ― мужчина посмеялся, потрепав его по волосам.

― Эй, ты же говорил, что не будешь их трогать!

― Прости, не сдержался…