Моров. Том 3

Глава 1

Сказать, что я был удивлен как звонком, так и последовавшим предложением, было несколько неуместно. Учитывая уже подозреваемые мной связи кровавого культа на самом верху Российской Империи, осведомленность этой братии не вызывала вопросов. Поэтому выбор времени для звонка и предложение встречи были не столько ожидаемы, сколько именно неудивительны.

Вряд ли у культа каждый день находится кто-то, кто сбегает с алтаря, а затем активно помогает Службе Имперской Безопасности отыскивать следы и объяснения действий магов крови. Кроме того, я уверен, что в Кремле у них есть свои люди, и о тех артефактах, что я изготовил для правящей семьи, узнали.

И, похоже, способность создать защиту от магии крови заставила культ встретиться со мной поскорее.

У Моровых была своя специфика, что автоматически накладывало определенный отпечаток на отношение ко мне. Однако именно я, как Иван Владимирович, не мог похвастаться реальным опытом противостояния с культом. И если не знать, что на месте вчерашнего подростка Верховный маг, перспективного молодого человека можно не только попытаться задурить, но и завербовать.

Ведь если это не русский кровавый культ делал то, чему я стал свидетелем, а, например, кто-то из заезжих европейцев, на них можно валить любые собственные преступления.

Если бы я был главой культа, промыть мозги одаренному артефактору определенно бы попытался. Вся задача лишь в том, чтобы подтасовать факты и заинтересовать обещаниями молодого человека, который только начинает свой собственный путь.

Но самое смешное, что ни Екатерина, ни кто-либо еще из Службы Имперской Безопасности не заинтересовался звонком мне посреди ночи. Государь дошел до того, что боится своих дворян, а тем временем кровавый культ проник настолько глубоко в его собственное ведомство, что просто стирает следы своего общения с благородным сословием. Как доказать, что разговор имел место, если звонок нигде не зафиксирован?

Так что, выпив утренний кофе и съев несколько сырников с изюмом, я приступил к своим делам. Встреча назначена на полночь, и у меня есть немного времени, чтобы подготовиться.

Это культ или, как Владимир назвал свою организацию, ковен, идет вербовать нового сторонника. У Верховного мага все же немного другие планы.

Дел предстояло немало.

Во-первых, изобретенное заклинание, высасывающее силу из чар магии крови, нужно было внедрить в систему защиты дома. И как-то его назвать, кстати говоря. Алое зеркало?

Во-вторых, обеспечить этим алым зеркалом самого себя. На предстоящих переговорах меня вряд ли попытаются убить сразу. Но я-то не разговоры иду вести. И культ будет вынужден бить в ответ.

С самого первого дня, как я оказался в этом мире, я получил не только наследие в виде титула, особняка и фамилии. Но и то, что за этой фамилией стояло.

Личность Ивана Владимировича никуда не делась, она слилась с моей, и врожденное желание избавить если не весь мир, то хотя бы Российскую Империю от кровавого культа благотворно легло на отвращение Верховного мага к тем, кто этой магией пользуется.

Можно сказать, что если раньше я презирал магов крови, как дикарей, обращающихся к силам, которые они не понимают и не умеют контролировать, то теперь я их ненавидел.

Не так, чтобы лишится сна. Но достаточно для того, чтобы убивать всякий раз, как представляется случай.

Никто не щадит тараканов, увидев их на своей кухне. И моя кухня — Российская Империя. Да, пока что я не тяну и на шеф-повара в этой аналогии, однако даже кухонному работнику радости от такого соседства не будет.

Так что первую половину дня я потратил на то, чтобы к запонкам с защитой от четырех самых распространенных стихий и перстню с динамическим щитом добавить нательный крест, зачарованный алым зеркалом.

И только потом, усилив собственную живучесть, я приступил к улучшению забора.

Правда, около трех часов дня пришлось прерваться — люди в униформе Службы Имперской Безопасности привезли обещанные вещи для Екатерины Вячеславовны.

— Добрый день, Иван Владимирович, — поприветствовал меня сотрудник в звании сержанта, выбравшись из микроавтобуса.

— День добрый, — отозвался я, оглядывая автомобиль. — Не многовато ли вещей?

— Наше дело маленькое, Иван Владимирович, — ответил тот с понимающей улыбкой. — Женщины…

И он так развел руками, что сразу становилось все понятно.

На крыльце показалась сама Александрова. Улыбнувшись мне, тут же организовала прислугу из мужчин таскать коробки из микроавтобуса в особняк.

— Распишитесь, — протянул ей планшет с описью сержант.

Однако сразу подмахивать бумагу Екатерина Вячеславовна не стала. Сначала все сверила и только после этого поставила свою подпись.

— Благодарю, сержант.

Я проводил взглядом выезжающий с территории особняка микроавтобус. А моя временная помощница заговорила:

— Иван Владимирович, надеюсь, вы не возражаете, что я не встретилась с вами утром? — спросила она, мимолетно оглядывая мой забор.

— Нисколько, мне было чем заняться, да и, откровенно говоря, не представляю, как вы будете проводить большую часть времени, Екатерина Вячеславовна, — признал я. — Не так много у меня дел, в которых может понадобиться ваша помощь. А учитывая, что многие дворяне знают вас как личную помощницу великого князя, я даже не уверен, что могу брать вас с собой по делам.

Нет, почему император так решил, я прекрасно понимал. Во-первых, показать свое расположение, во-вторых, однозначно указать обществу, к чьей партии я принадлежу. Одно присутствие Александровой рядом автоматически записывает меня в команду государя. Тем самым противопоставляя его противникам.

И, честно говоря, я не против. Если кто-то станет на меня из-за этого нападать, я буду иметь полное право развить свой резерв на жизненной эссенции этих самоубийц.

Но девушке этот подход пока что неизвестен, и мне интересно, чем она в действительности может помочь.

— Я могу взять на себя любую работу по организации вашего расписания, Иван Владимирович, — предложила Екатерина Вячеславовна. — Разбор почты, ведение переписки, организация встреч, сопровождение на мероприятиях, информационная поддержка по любому вопросу.

Она сделала короткую паузу, видя, что мое лицо не меняется и озвученное меня никак не заинтересовало.

— Даже если ваши дела будут проходить не совсем законными путями, — произнесла Александрова. — Единственное, что не входит в мои обязанности — греть постель, но у вас уже есть та, кто с этим справляется.

— Напоминает рабство — куда вас ни приставь, всюду вы полезны, — улыбнулся я, демонстрируя, что это шутка. — Но можете поговорить с Егором Никифоровичем касательно почты. Читать ее не нужно, просто рассортируйте по родам и в них по конкретным отправителям, — принял решение я.

— Я могу подключиться к вашему телефону, чтобы принимать звонки, Иван Владимирович, — кивнув, предложила Александрова.

Это нужно было делать сразу по приезде или еще в Кремле. Хотя подозреваю, что никакой ковен мой номер набирать бы не стал. Уж раз кровавый культ может мне звонить так, чтобы Служба Имперской Безопасности не встала на уши после такого диалога, то узнать, что мои звонки переадресуются на помощницу — вообще пустяки.

— Нет, — покачал головой я, — с этим я вполне разберусь сам.

— Как пожелаете, Иван Владимирович, — кивнула помощница. — И если вы куда-то собираетесь отправиться, я вполне могу вас сопровождать, чтобы снять часть рутины. Или и вовсе сама съездить по вашему поручению.

Я вздохнул, после чего перевел взгляд на забор. Сейчас у меня имелось достаточно ингредиентов, закупленных ради обучения Ждановой. Конкретно на данный момент никто не спросит у меня, как я посмел истратить их на собственный забор. Однако я предполагал, что вызову Антонину Владиславовну и под ее надзором проведу мастер-класс. Таким образом возвращать мне что-либо станет не нужно.

Но ведь можно действительно отправить Александрову.

— Хорошо, сейчас я передам вам список материалов и адрес, — кивнул я, приняв решение. — Там меня уже знают, скажете, что от меня. Только возьмите кого-нибудь из мужчин, груз будет тяжелым.

Раз уж есть возможность закупиться, а не опираться на остатки от казны Александра Александровича, лучше сразу взять товар про запас. Кровавый культ после этой ночи станет моим постоянным недоброжелателем, так что ингредиентов потребуется много.

— Хорошо, попрошу Егора Никифоровича выделить мне человека, — согласилась Екатерина Вячеславовна. — Еще что-нибудь?

— Нет, на этом все, благодарю, — ответил я.

Мы вместе вошли в дом, и пока Александрова отправилась руководить разбором вещей, я поднялся к себе и составил список. Хотелось бы взять всего и побольше, в идеале, скупив вообще все, до чего дотянутся руки, однако у меня просто не хватит денег, и мне банально негде хранить подобное количество материалов.

Когда откроется лавка, у меня, конечно, появится небольшой склад. Но он именно небольшой, и многого там просто не разместишь. А сейчас там все еще идут работы, и оставлять что-либо из ингредиентов без какого-либо пригляда и банальной защиты — все равно что раздавать их на улице первым встречным.

Пока я формировал список, завибрировал телефон. Не глядя на экран, я мазнул пальцем по кнопке.

— Моров слушает.

— Добрый день, Иван Владимирович, — услышал я голос Венедикта Кирилловича. — Надеюсь, не слишком отвлекаю вас от дел?

Вот вообще не удивлен, что глава Солнцевых обо мне вспомнил. Как только в моей жизни возникает какая-то нестандартная ситуация, эта семья появляется на горизонте. И не потому, что приложила к происходящему руку. Венедикт Кириллович, кажется, намерен сделать все, чтобы я не забывал о дальней родне.

— Нет, я вполне свободен для разговора, — отозвался я, продолжая заполнение списка.

— Хорошо, тогда я бы хотел уточнить, не возьметесь ли вы за новый заказ для нас, — озвучил он причину звонка.

— Взяться могу, но придется подождать, Венедикт Кириллович, — ответил я. — Сейчас я занимаюсь немного другими делами, так что дня три к заказам прикасаться точно не буду.

Еще неясно, сколько времени у меня уйдет на противостояние с кровавым культом, и смогу ли я вернуться в эти три дня в особняк. Так что лучше сразу обозначить, что нескоро приступлю к работе.

Несмотря на то, как я относился к роду Венедикта Кирилловича, деловую репутацию следует поддерживать. Еще не наступил тот момент, когда она станет работать на меня. Слишком мал список клиентов.

— Три дня, полагаю, не такой уж и большой срок, Иван Владимирович, — усмехнулся глава рода Солнцевых, после чего решил добавить немного лести: — Ваши артефакты стоят того, чтобы немного подождать.

Было, конечно, приятно, что он оценивает мою работу настолько высоко. Но я четко понимал, что у меня просто нет сейчас достойных конкурентов. Вот когда на рынок выйдут выпускники императорского заведения, вот тогда у клиентов появится выбор.

И если я не успею к тому времени восстановить семь своих узлов, на одной только скорости меня выдавят с рынка массовостью своей продукции. И у меня в любом случае останется не так уж много клиентов — только те, кто готов покупать настоящий эксклюзив.

— Вы уже придумали, что именно хотели бы получить? — уточнил я, готовясь внести изменения в список закупок.

Все же Солнцевых я не учитывал в своих планах. Но раз Екатерина Вячеславовна сейчас поедет по магазинам, почему бы и не внести сразу все нужное, чтобы не тратить уже рассчитанный запас.

— Да, — ответил собеседник. — И насколько помню, вы можете вложить в один предмет несколько чар одновременно.

— Все верно, — подтвердил я. — Но это зависит от доступного объема. Чем сложнее чары, тем больше им нужно пространства. Так что нужно исходить из того, какое зачарование будет накладываться.

— Тогда мы остановимся на браслетах, — произнес Венедикт Кириллович. — Два браслета, каждый на две стихии.

Не один я такой умный, кто догадался прикрыться от самой популярной магии. Магия смерти — штука куда более редкая, да и столкновение Виталия Геннадьевича с Федором Ильичом доказало, что Солнцевым нужна более серьезная защита.

— В таком случае привозите браслеты через три дня, и мы вместе посмотрим, что в них удастся поместить, — озвучил я свое предложение.

Все-таки модели украшений могут быть разными, и давать невыполнимые обещания я не собирался. Из таких мелочей все же и складывается репутация. И пускай Венедикт Кириллович все равно никому не скажет, и сам даже не обидится, если что пойдет не так. Однако я-то буду знать, что нарушил слово. И этого уже достаточно, чтобы следить за языком.

— Хорошо, тогда я вас еще наберу перед визитом, — произнес глава рода Солнцевых. — А пока что пришлю аванс. Спасибо, Иван Владимирович.

Он положил трубку, и мне на счет тут же пришли еще четыре миллиона.

Старик не скупился, стараясь привязать меня к себе деньгами. Нельзя сказать, что это самый простой способ, все-таки я уже не так чтобы беден. Да и особой конкуренции за мои изделия все еще нет.

А еще не стоит забывать, что мои дальние родственнички — род весьма небедный, и при необходимости может такие суммы вытаскивать из карманов сутками напролет. О чем перевод аванса — без уточнений с моей стороны — и напоминает.

Посмотри, Ваня, какие мы богатые. Будь на нашей стороне, Ваня, у нас есть деньги.

— Кстати, — произнес я, тут же переключаясь на камеры, чтобы найти, где там Александрова. — Екатерина Вячеславовна, пожалуйста, наберите Евгению Андреевну Завьялову и выясните, когда мы сможем встретиться с ней и ее супругом.

Несколько мгновений помощнице потребовалось, чтобы найти камеру, на изображение которой я сейчас смотрел.

Специально дождался, когда Александрова выйдет из своей комнаты, и заговорил с ней в гостиной. Подглядывать за гостьей я, конечно, не стану, но зачем наводить ее на всякие лишние мысли, показывая, что в ее покоях тоже есть камера и я могу к ней подключиться в любой момент?

— Как пожелаете, Иван Владимирович, — глядя в объектив, чуть наклонила голову помощница.

А я спокойно закончил список.

* * *

Полночь я застал, сидя на лавочке в общественном парке на окраине промышленного района Москвы. Фонарь здесь не работал, а над самой лавкой еще и раскинулось весьма ветвистое дерево, так что заметить меня случайные прохожие не должны.

Телефон в кармане завибрировал, и я отключил будильник, выставленный ровно на нулевую отметку времени. Теперь можно было спокойно подождать минут пятнадцать, а потом уйти, если никто не явится.

Я не думал, что это какой-то розыгрыш. Слишком рисковал шутник, если не относился к реальному культу — его бы действительно повязала Служба Имперской Безопасности. Однако могла иметь место попытка вытащить меня из собственного дома, чтобы сделать что-то в особняке.

Но за забор не пробиться так уж легко, внутри обитает Александрова, которая тут же забьет тревогу. И начнется бойня между посланниками кровавого культа и прибывшими на помощь сотрудниками спецподразделений Службы Имперской Безопасности. Такой шанс выслужиться, уничтожив представителей кровавых магов, ни один дурак не упустит.

Сам я тоже защищен в достаточной степени, чтобы расправиться с возможной угрозой. Даже если кровавый культ нанесет по мне удар чем-то мощным, с моим опытом и знаниями отбиться будет не так уж сложно.

Наконец, я увидел, как по тропинке в мою сторону идет, держа руки в карманах обыкновенных синих джинсов, молодой человек. И чем ближе он оказывался, тем сильнее мне казалось, что я его где-то уже видел.

Без дворянского перстня, лет двадцати на вид. С короткой прической и в простой черной кожаной куртке, он подошел к последнему работающему фонарю. Встав в круге света, парень вгляделся во мрак.

И это дало мне возможность как следует его разглядеть с небольшого расстояния. Помимо семи открытых узлов, полных магией под завязку, молодой человек был копией меня. Вот только волосы не седые, и он постарше на пару лет.

При этом я прекрасно понимал — это не магия, это его настоящая внешность. Еще один не самый приятный родственник на мою голову.

— Привет, братец, — тем временем произнес он. — Поговорим?

Глава 2

Первые несколько мгновений я потратил, чтобы напрячь память. Был ли у меня на самом деле брат, о котором я мог бы просто забыть? Но, увы, тяжело забыть то, о чем никогда не знал. В семье Моровых не было второго ребенка в моем поколении. Просто не успел появиться.

Разве что у кого-то из дальней родни, но тогда это не объясняет нашего сходства, мы действительно выглядим людьми, порожденными одними и теми же цепочками ДНК. То есть для того, чтобы этот парень появился на свет, его должны были зачать именно мои родители. И судя по внешности, после рождения моего старшего брата, сразу же зачать меня — слишком маленькая между нами разница.

Или же дело в другом, и передо мной продукт высочайшей магии крови. Учитывая то, что я до сих пор видел на местах жертвоприношений кровавого культа, эта мысль не вызывала никакого удивления. В конце концов, с нарушающими законы мироздания чарами достаточно одной воли чародея, который направляет силу, чтобы добиться результата. Да, если использовать специализированный ритуал, все будет гораздо проще и с меньшими затратами, но… Для этого нужно знать этот специализированный ритуал.

Тем временем молодой человек приблизился достаточно, чтобы мы могли говорить, не повышая голоса.

— Я слушаю, — кивнул я, закидывая ногу на ногу.

— Меня зовут Владимир, — представился тот, подходя ближе и протягивая мне руку. — Рад, наконец, встретиться лицом к лицу. Столько о тебе слышал, а увидел впервые.

— Это делает нас несколько неравными, — улыбнулся я, пожимая его ладонь в ответ. — Я о твоем существовании даже не подозревал. Как, полагаю, и никто из Моровых.

Он улыбнулся и присел рядом на другой конец лавки.

— Долгая история, Ваня, — произнес собеседник. — Когда я родился, сразу стало ясно, что у меня вообще нет никакого дара. Дед забраковал такого внука, и вскоре на свет появился ты, запасной и весь из себя одаренный мальчик.

— И ты знаешь об этом, потому что следил за тем, что происходило в нашем доме, будучи… Сколько на момент моего рождения тебе исполнилось? Полтора года? — не скрывая скепсиса, уточнил я. — Сомневаюсь, что-то, что ты сейчас сказал, правда. Подозреваю, тебе ее напели те, кто хотел закрепить в твоей голове отвращение к Моровым. Повесить ошейник, из которого ты сам не пожелаешь выбраться на свободу. Хотя бы явиться к Моровым и заявить, что ты — один из кровных наследников.

Владимир усмехнулся, потирая ладони друг о друга, будто что-то между ними раскатывал. Это не было магией, просто привычный жест.

— У меня действительно не было дара, Ваня, — произнес он, поворачиваясь ко мне. — Ковен долгие годы работал над тем, чтобы разжечь во мне искру и раздуть из нее пламя. Ходят слухи, ты способен видеть магию? Я дошел до человеческого предела силы. А ведь мне всего двадцать, Ваня.

— Это лишь говорит о том, что ради тебя были загублены тысячи жизней, — склонив голову набок, ответил я. — И, полагаю, тебя такой обмен устраивает.

Он грустно усмехнулся, и снова в парке установилась тишина. Уверен, сейчас за нами наблюдают и готовы прийти на помощь своему собрату по кровавым делишкам. Уж если культ вложил столько усилий в то, чтобы развить Владимира до предела, бросать вложения на произвол судьбы они не станут.

— Ты когда-нибудь задумывался, откуда вообще взялись знания у Моровых? — спросил Владимир, решив не отвечать на прошлый вопрос. — Как вообще наша семья стала дворянской? Героически победила магов крови, да? Когда остальные просто разбегались в ужасе, только у одного Морова хватило мужества взять яйца в кулак и дать ковену отпор?

— Честно признаться, меня вполне устраивает официальная версия, — ответил я, не сводя взгляда с собеседника. — Но раз ты поднял эту тему и, очевидно, играешь на противной мне стороне, сейчас ты расскажешь о том, что Моровы либо суть отщепенцы вашего элитарного ковена, либо изначально были отправлены на свободу с тем, чтобы закрепиться в дворянстве.

Он вновь усмехнулся.

— Ты мне не веришь.

— Сложно верить человеку, который пока только выглядит, как будто является моим родственником, — пожал плечами я. — Что-то помимо слов и очевидной демонстрации промывки мозгов со стороны магов крови у тебя имеется?

— Я могу передать тебе дневники первого Морова, — ответил тот. — Почитаешь, узнаешь много нового.

— Нашей семье больше сотни лет, — возразил я. — За это время появилось столько даже не магических технологий, что можно подделать любой исторический источник. Да что там, я могу сам такие писать на выходных пачками, а в доказательство реальности сведений еще и своей кровью снабжать, выделив именно линию Моровых. Чтобы каждый не слишком искушенный дурак мог сравнить с нашим предком и убедиться, что это действительно дневник Морова. Или ты не слышал про скандал с попыткой возродить язычество в Российской Империи через публикацию якобы откровений жрецов многобожия?

Он фыркнул, ничуть не скрывая своих эмоций. Похоже, моему родственнику доставляло удовольствие вести такой диалог.

А я… Ничего не чувствовал. Рядом со мной сидел совершенно чужой мне человек, и если к тому же Александру Васильевичу я испытывал приязнь, доставшуюся мне в наследство от Ивана Владимировича, то вот этот парень никогда не был знаком наследнику Моровых.

— Что ж, раз ты мне не веришь в этом, — произнес он, взяв себя в руки, — полагаю, у меня остается только одно средство.

Вытащив короткий канцелярский нож из внутреннего кармана куртки, Владимир полоснул себя по пальцу.

— Думаю, установить наше близкое родство по крови ты вполне способен? — спросил он, глядя мне в глаза и совсем не обращая внимания на сочащиеся с пальца капли. — По крайней мере, будешь знать, что я не соврал и мы на самом деле братья.

Я посмотрел на кровь, падающую в истоптанную траву.

— Я вижу, что ты действительно в это веришь. Не знаю, в курсе ли ты, что такое трансмутация, Владимир, — произнес я, поднимая взгляд на собеседника. — Однако ты вроде бы сильный чародей, у тебя развиты семь узлов, в тебе плещется больше магии, чем во мне. Наверняка ты в курсе, какими знаниями обладает ваш культ, ведь ты назначал эту встречу и пошел на какие-то ухищрения, чтобы она осталась тайной от посторонних. Все это приводит меня к мысли, что ты допущен если не к самой верхушке культа, то хотя бы где-то рядом.

— Мы называемся ковеном, — повторил он.

— Картошка, картофель, — отмахнулся я и тут же продолжил свою мысль: — Так вот, в магии крови существует довольно непростой обряд, с помощью которого можно кардинально изменить физиологию плода еще в утробе матери. И в результате получается человек с нужным набором генов, который запросто может стать хоть новым наследником Российской Империи, хоть любого дворянского рода на выбор.

Он скривился, заживляя порез на пальце усилием воли. Я видел, как качнулась магия в его узлах, сращивая повреждение. Но даже печатей ему для этого не понадобилось.

Тоже так хочу, черт возьми. Сколько можно бегать с примитивными чарами.

— О чем ты говоришь? — спросил Владимир.

— Так ты не знаешь? — в ответ удивился я. — Тогда, полагаю, тебе следует спросить у тех, кто тебя обучает магии крови. Ритуал, о котором я говорю, сложен, в него требуется вложить огромное количество силы. И для того, чтобы эффект не прошел, а закрепился, придется зарезать на алтаре парочку магов с шестью узлами. Но, как мы с тобой видим, твой культ на это пошел. И я даже знаю, зачем им это…

— Ну, говори.

— Меня похищали ведь не просто так, — улыбнулся я. — Дед уже давно оставался один из старших родственников, к тому же он был болен и слаб. Убрать его законного наследника, то есть меня, не сложно. Но ведь мало просто зарезать меня на алтаре, нужно перехватить власть. А тут появляешься ты — такой же внук Морова, как и я. И кому бы осталось передавать фамильное наследие Александру Васильевичу? Правильно, только тебе.

— Чушь!

— Не большая, чем та, о которой говоришь ты, — пожал плечами я. — Однако моя больше похоже на реальность. А вот сказка, в которую ты веришь — она от нее чрезвычайно далека. Ведь если бы твои наставники действительно рассказали тебе правду, ты бы узнал, что в роду Моровых уже рождались неодаренные дети. И что эти дети становились такой же частью семьи, как и будущие маги. Ведь это логично — пусть сами они и не способны к чародейству, однако могут передать дар уже своим детям. Тем более, когда дело касается профессиональных охотников на темных магов, разбрасываться своими кровными родственниками станет только сумасшедший. Но ты поверил в эту легенду, а значит, твой культ постарался очернить Моровых в твоих глазах. Ты наслушался сказок, уверовал в них, но не понял, что эти сказки — всего лишь выдумки. Чтобы ты знал: Александр Васильевич был одним из самых благородных людей в Российской Империи, который неоднократно жертвовал собой и до последнего момента сражался за свою страну и ее жителей. А чем прославился твой культ? Тем, что убивает невиновных?

— Вижу, мне тебя не переубедить, — вздохнул Владимир.

— Я не доверяю тем, кто пытался меня убить, — ответил я.

— Тогда предлагаю перейти к теме, о которой мы говорили по телефону. В Москву не так давно прилетал английский дворянин Дэнис Крамм, — сообщил он. — Он же провел атаку на великого князя по заказу кого-то из высшего дворянства Российской Империи. За это я его убил, — он взглянул на наручные часы, — позавчера. Ковен не желает вражды с императорской семьей. Поэтому я сам вызвался с тобой познакомиться и передать информацию. А уж как ей распорядиться — твое дело, Ваня.

Резко встав, он улыбнулся мне на прощание и пошел прочь от лавки.

Семь узлов, полный резерв. Он очень силен, и справиться с Владимиром на моем месте никто бы не смог. В нем огромное количество магии, которой он распоряжается одним усилием воли. Бороться с ним для любого чародея было бы сложно. А на втором узле — гарантирует мучительную смерть.

Я смотрел в удаляющуюся спину и размышлял. Время, чтобы немного подумать о ситуации, у меня еще было.

Дед отдал жизнь на поиск по крови. И нашел меня, а не Владимира. О чем это говорит?

Магия крови не считает нас настоящими родственниками. И если человеческие тесты можно обмануть с помощью упомянутого мной обряда, то наиболее сложные и трудоемкие ритуалы магии крови покажут правду.

Я не зря постоянно упоминаю, что эта школа, если ее можно так назвать, игнорирует все законы чародейства. И как она способна придать сходство с другими людьми, так и обнаружить подобное воздействие тоже способна. Так что ничего удивительного нет в том, что Владимиру эти ритуалы не показывали. Зачем вводить марионетку в соблазн?

Несколько капель крови на примятой траве еще не засохло. Вытащив платок, я с помощью телекинеза поднял алые капли на ткань. Мало ли, вдруг пригодится. Владимир, конечно, намеренно мне их оставил, чтобы убедить в нашем родстве, но я все же проверю ее иным способом.

А потом я встал и, сформировав несколько печатей, нанес удар.

Обморожение сковало тело Владимира коркой инея, не позволяя сдвинуться с места. Четыре огненных снаряда налетели с разных сторон, врезаясь в спешно возведенный щит. Бессмысленно распавшись искрами, они все равно сделали свое дело — снесли защиту и ослепили его на мгновение.

Две кислотных стрелы ударили в спину, разъедая одежду и обжигая открытое тело.

В ответ Владимир ощетинился огненным вихрем, который мгновенно взметнулся в небеса, быстро превращаясь в пожирающую все полусферу вокруг чародея.

Я видел, что кто-то попытался сбежать прочь из парка, то ли наблюдатели от кровавого культа, то ли случайные свидетели. Впрочем, сейчас мне было все равно, я усилил ноги и рванул к противнику, прикрытому заклинанием огня.

Сформировав в руке кинжал из тьмы, я влетел в бушующее пламя, чувствуя, как начинают трещать волосы. Владимир уже развернулся мне навстречу, он был готов бороться.

И первый мой выпад он отбил играючи, с усмешкой на лице. Его забавлял этот поединок. Обладая семью узлами, он мог бы свернуть меня в бараний рог, но, как я и ожидал, получив словесный отпор, решил показать мне разницу в наших возможностях.

Ему обещали мое место. Ему обещали дворянство. А я все испортил, выжив на алтаре кровавого культа.

Он попытался договориться, играя роль моего брата. И я вновь его отверг.

Он верил в свой ковен, а я указывал на те манипуляции, что с ним провели.

Напав, я превратился во врага, который олицетворяет собой все, что Владимир ненавидит. И уничтожить меня нужно было именно так — раздавив во всех смыслах, показав собственное безусловное превосходство.

Ему двадцать лет. И сколько бы людей он лично ни замучил на алтаре ради своего возвышения во славу кровавого культа, ему все равно было всего двадцать лет.

Тьма рванула в стороны от моего тела, поглощая любой намек на свет. Владимир дернулся, стараясь разорвать дистанцию и покинуть зону воздействия. А я наложил последнее свое заклинание, вновь заставляя его застыть на месте.

Мой резерв был опустошен, но мне больше не требовалось колдовать.

Нож из внутреннего кармана Владимира оказался в моей руке. И пока враг накладывал на себя щиты от стихий, даже не пытаясь тратить время на рассеивание тьмы, я вонзил лезвие ему в глаз. Моя рука, защищенная от воздействия стихий, проникла сквозь его щиты, как будто их не было. Второй удар ослепил культиста окончательно.

Пламя ударило во все стороны, мгновенно образуя мощное огненный торнадо. Но меня не сдвинуло ни на шаг. Лишенный даже намека на магический взор, Владимир зажимал руками раны в глазницах.

— Я не верю тем, кто пытался меня убить, — встав за его спиной, напомнил я, заставляя резко обернуться.

Тысячи острых снежинок ударили в мою сторону, но лишь обтекали мое тело. А я вновь осторожно зашел ему за спину и, резко подбив руки, вогнал нож в шею. Рывок — и почти безголовый маг падает на землю.

Он пытался создать из собственной крови оружие. Иглы разлетались вокруг, бессильно опадая на землю там, где сталкивались со мной. А я лишь следил за тем, чтобы Владимир не смог восстановиться.

Но, как и любой дутый чародей, у которого есть семь узлов, но нет мозгов, чтобы ими правильно распоряжаться, испустил дух. А я поднял голову к небу, уже заметив, как в сторону пылающего парка несутся машины служб спасения.

Стоя посреди пепелища, я вбирал в себя жизненную эссенцию мага крови, и тут же распределял ее, раздвигая границы второго узла. Силы Владимир истратил немало, но…

Ощущение всемогущества растекалось по телу, заставляло чувствовать себя богом, способным хлопком ладони уничтожить Вселенную и зажечь ее вновь по щелчку пальцев. Магия плавила меня изнутри, второй узел расширился до предела, и сила тут же прожгла третий узел, моментально начав раздвигать его границы, наполняя собой и пьяня еще сильнее.

Как сквозь вату я слышал, что люди приближаются ко мне. Я слышал, как шелестит пепел под их ногами, ощущал их дыхание, вбирал в себя запахи. Чувствовал кожей каждый тлеющий уголек вокруг.

— Не трогать! — донесся до меня чей-то приказ, но я даже не задумался о том, кто это кричит.

Третий узел заполнился до краев, и последним толчком я прожег в самом себе четвертый. На этом жизненная эссенция Владимира кончилась, но у меня еще оставалось достаточно магии, чтобы не оказаться с пустым резервом.

Медленно, словно нехотя, чувство эйфории стекало с меня, освобождая сначала кончики пальцев и постепенно переходя все ближе к голове. Пока я не открыл глаза, уже воспринимая мир вокруг совершенно нормально и адекватно.

Вокруг уничтоженного парка кипела работа. Пожарные тушили еще не прогоревшее, полиция оградила территорию. Но мой взгляд зацепился за стоящую рядом женщину.

— Доброй ночи, Варвара Константиновна, — произнес я с вежливой улыбкой. — Не расскажете, как именно вы здесь оказались?

Глава 3

— Иван Владимирович, — с легкой усмешкой на губах произнесла некромантка, — когда люди вашего уровня срываются на ночь глядя, никого не поставив в известность, это настораживает. Ваша привычка по ночам уничтожать людей, которые являются внутренними врагами Российской Империи, уже стала если не традицией, то уж точно статистикой.

Улыбнувшись в ответ, я закрыл глаза и втянул носом воздух, пропитанный остывающим жаром, ароматом горящего дерева и жирной сажей. К новому восприятию мира телу предстоит привыкать какое-то время.

Так что следует помнить о том, как контролировать свой организм. Иначе можно просто с ума сойти от количества раздражителей, что наваливаются одновременно со всех сторон. Когда развитие идет плавно, это не дается с таким трудом. Однако я сейчас перескочил сразу через один узел, и для тела это высокая нагрузка. Хорошо, что я не первый раз двигаюсь к вершине и с дисциплиной разума у меня все в порядке.

Цветущий парк превратился в пепелище — сил в свои чары Владимир вкладывал абсурдно много. Как будто от того, как далеко разойдется огонь, зависело, пострадаю ли я в нем. Его накачали магией под завязку, но научить правильно ее использовать не успели. И вот итог — человек, который мог бы схлестнуться с самим императором, послужил всего лишь батарейкой для меня.

Сделав выдох, я открыл глаза.

— Екатерина Вячеславовна вам сообщила? — уточнил я, вновь глядя на Варвару Константиновну.

— За вашим особняком постоянно наблюдают, Иван Владимирович, — ответила Легостаева. — А когда поступил вызов от дежурной группы, меня лично выдернули с лекции по некромантии, которую я проводила в морге для своих учеников. Начальство посчитало, что там, где окажетесь вы, обязательно появятся трупы. И, предвосхищая ваш следующий вопрос: я здесь только в качестве мага смерти. Вы же не повредили тело своего противника настолько, чтобы его нельзя было допросить?

Я отступил в сторону и жестом предложил ей пройти к телу, лежащему в черной саже. Вокруг уже потухшего пожарища продолжалась работа. Несколько зевак наблюдали с безопасного расстояния, не подходя к заграждению.

И правильно делали, совсем недавно из парка до самого неба поднимался гигантский столб огня. Сражение пары магов с седьмым узлом способно сравнять столицу с землей, что уж говорить о близлежащих улицах.

— Он не заговорит, — объявила некромантка, развеяв чары поднятия. — Выгорел, как будто на нем применили магию крови.

— Не «как будто», а действительно применили, — кивнул я. — Переверните его, Варвара Константиновна. При жизни этот человек выглядел так, словно приходился мне кровным братом. Однако теперь, когда чары спали…

— Братом? — переспросила Легостаева, но просьбу мою выполнила.

— Старшим, — кивнул я, разглядывая совсем не похожее на Моровых лицо. — Этому парню не повезло, на него воздействовали еще в утробе матери, формируя внешность и генетику Моровых.

— Магия крови и такое может? — нахмурилась собеседница.

— Проще перечислить, чего она не может, Варвара Константиновна, — улыбнулся я, закладывая руки за спину. — В любом случае, пока Владимир был жив, изменившие его чары работали. Культ развил его резерв до седьмого узла. Но, как видите, силой мало обладать, ей нужно уметь пользоваться.

Молодой человек около двадцати лет смотрел в небо распахнутыми пустыми глазницами, наверняка до уничтожения глаз они имели карий оттенок. Мясистый нос, широкие скулы, смуглая кожа. Типичный представитель юга Российской Империи, полукровка в поколении втором-третьем. Но тюркской крови в нем явно больше.

— Выходит, я ничего не узнаю, — произнесла Варвара Константиновна.

— Ну, почему же? — улыбнулся я, вынимая платок с сохраненной кровью еще живого Владимира. — Кроме того, что можно провести опознание по настоящей генетике парня, у меня есть еще кое-что для вас лично.

— Что это? — спросила она, не спеша протягивать руку.

— Кровь погибшего до его смерти, — ответил я, все же вручая платок некромантке. — Любой анализ этого платка покажет, что здесь кровь моего биологического брата.

— Но братьев у вас нет, — протянула Варвара Константиновна. — И тем самым вы докажете, что этот человек действительно выглядел, как ваш родственник. Интересно…

Забрав образец, она переложила его в пакет для улик.

— Спасибо, Иван Владимирович, — с серьезным видом кивнула Легостаева. — Это может оказаться полезным для нас.

Последнее слово она выделила, имея в виду свой род. Но с этим я не спорил, если бы не знал, что некромантка потянет одеяло на себя, я бы и платок отдавать не стал. А сейчас, можно сказать, просто воспользовался подвернувшимся случаем.

— Не за что, — ответил я с вежливой улыбкой. — И кстати, во время боя я почувствовал, что какие-то люди убегают из парка. Возможно, среди них были те, кто пришел понаблюдать за ходом нашей встречи.

— И вы говорите об этом только сейчас?!

— Вы бы все равно их не почувствовали, — пожал плечами я. — Одаренных среди них не было. Впрочем, они могут и сейчас следить из-за ограды. Ничего не мешало им вернуться и посмотреть, чем закончилась схватка. Ведь их человеку нужно было бы как-то убраться с места преступления, если бы он победил. Так что…

Некромантка кивнула, поняв, о чем я говорю.

— Я передам распоряжение.

Вернулась она через пару минут. Сотрудники Службы Имперской Безопасности, наоборот, стали опрашивать свидетелей, просеивая зевак. Вряд ли они что-то заметят.

— Как вы узнали, что ваш брат вообще будет здесь? — спросила Легостаева, когда вернулась ко мне. — Вам же не могло просто случайно повезти.

— Прошлой ночью он мне сам позвонил, — легко сообщил я. — И, предположу, раз вы не в курсе, то и Служба Имперской Безопасности об этом не знает. А технически стереть звонок из базы может только тот, кто имеет к этой базе доступ. Так что, полагаю, вы сейчас единственный человек, который может чего-то добиться.

Она чуть взмахнула ресницами, но намек истолковала верно. Ведь человека, который все это время работал на врагов императорского дома, так и не нашли. Под каток закона попали люди, которые запятнали себя преступлениями, но магии крови в их послужном списке не имелось.

— У вас есть ученица, — хмыкнула некромантка.

— Антонина Владиславовна не из тех, кого допустят к подобному уровню, — покачал головой я. — А Екатерина Вячеславовна и вовсе не сотрудник Службы Имперской Безопасности. В то же время вы, Варвара Константиновна, способны провести собственное расследование изнутри.

Некромантка усмехнулась, глядя мне в глаза.

— И в случае моей внезапной гибели вы не расстроитесь, — поняла она то, что я в своей речи опустил.

— Ну почему же? — вновь улыбнулся я. — Вы все же красивая девушка, и хотя мы не слишком-то хорошо ладим, зла я вам не желаю. Иногда так бывает — люди не срабатываются. Но это не значит, что один из них обязан из-за этого умереть.

Легостаева несколько секунд молчала, осознавая мои слова. Кажется, мне удалось ее удивить. Впрочем, оглядываясь на нашу историю общения, она действительно могла думать о том, что я ее искренне ненавижу. Все же действия Варвары Константиновны могли бы привести к жесткой конфронтации, не будь она на службе, а я — единственным членом рода.

— Вас сопроводят домой, Иван Владимирович, — сменила тему некромантка. — Надеюсь, вы не станете возражать?

— Нисколько, Варвара Константиновна, — кивнул я. — Доброй вам ночи.

* * *

В особняке к моему возвращению еще не спали. Окна первого этажа светились, в проемах мелькали тени перемещающихся слуг.

А стоило воротам раскрыться, на крыльце появилась Александрова. Ее рыжие волосы развевались на лету, а домашняя одежда придавала крайне милый облик. Белый короткий топик, простые спортивные штаны. Интересно, могла ли она так Александра Александровича встречать?

Остановившись у крыльца, я заглушил двигатель мотоцикла и, сняв шлем, облокотился на руль.

— Здравствуйте, Екатерина Вячеславовна, — произнес я, проводя взглядом по ее подтянутой фигуре. — Вам не спится?

Александрова спустилась по ступенькам и встала рядом со мной. На лице помощницы ни один мускул не дрогнул, хотя она явно заметила мой взгляд и уловила тон голоса.

— Я сделала то, что была обязана сделать, Иван Владимирович, — спокойно сообщила она. — Это мой долг.

— В следующий раз, пожалуйста, когда пожелаете вовлечь в мои дела Службу Имперской Безопасности, известите меня, Екатерина Вячеславовна, — произнес я. — Возможно, вам не рассказывали, но мне крайне не нравится, когда окружающие поступают столь опрометчиво.

— Хорошо, тогда в следующий раз попрошу взять меня с собой, — легко кивнула она. — Я ведь говорила, что учиться у вас мне было бы полезно.

Усмехнувшись, я слез с мотоцикла и, убрав шлем, прошел в дом.

Свой ход я сделал, посмотрим, что на это ответит кровавый культ. Вряд ли у них так много магов с семью узлами, что мне следует всерьез опасаться жесткого нападения. Да и Владимир показал полное отсутствие понимания, как своей силой пользоваться. Но подобный плевок с моей стороны этот ковен все равно не проглотит.

Но об этом я подумаю завтра. А пока что меня ждали душ, кровать и мягкая девушка на ней.

* * *

Утро встретило меня пением птиц за окном и ярким солнцем, проникающим в комнату. Не открывая глаз, я прислушался к себе.

Магия циркулировала внутри меня, заполнив два узла из четырех. По капле было и в обоих верхних, но на увеличение они не работали, просто вращаясь в пустоте. Срок восстановления полного резерва у меня сократился, однако не настолько, чтобы заполняться за минимальное время.

В этот раз я не довел себя до истощения, так что и организм перенес открытие узлов куда лучше. При этом эффект резкого повышения восприятия сгладился мозгом. Мне уже не мешало, что я чувствую аромат смазки на оконных петлях и тонкий аромат свежей травы, просачивающийся сквозь приоткрытую створку. Свежее постельное белье отдавало не только химическим составом кондиционера, имитирующего экстракт ромашки, но и вполне реальным пухом с его примесью птицы.

Открыв глаза, я с наслаждением вдохнул полной грудью, чувствуя себя частью огромного мира. Наверное, нечто подобное испытывают, по легенде, местные практики боевых искусств, обитающие где-то в горах Китая. Во всяком случае, если опираться на слухи — реальных источников на этот счет я не изучал.

Ноздри уловили аромат кофе раньше, чем Анна открыла дверь из коридора в гостиную. Вобрав в себя запах, я уже стал ощутимо бодрее, а чем дальше горничная продвигалась по помещению, теме выше была концентрация. Мозг заработал быстрее, в памяти сами собой всплыли заклинания третьего и четвертого узлов, расширяя мой арсенал.

За двенадцать часов, требующихся на полное восстановление резерва, я теперь могу аккумулировать столько магии, что способен клепать артефакты, равные моим запонкам, по несколько штук за раз.

Однако было бы глупо заниматься такими мелочами самому, когда можно изготовить для себя печатный станок. Будучи Верховным магом, я не задумывался о масштабном производстве — достаточно было передать конкретные чары исполнителям помладше, которые на них и тренировались. Результат подобной отработки сперва шел в гвардию будущего императора, затем — в войска. И со временем система сама себя оптимизировала.

Сейчас у меня не имелось столько подручных, зато было достаточно знаний физики, чтобы соорудить простейший агрегат, при помещении материалов в который можно было создавать артефакты не по одному, а сразу десятками. Да, с уникальными изделиями так поступать нельзя, но те же светильники — кто мне запретит?

Хотя здесь мне уже самому не справиться, нужен инженер или хотя бы соображающий в производстве станков слесарь. Потому как я, зная физику вполне неплохо по здешним меркам, и лучше, чем ее знал Верховный маг, все равно уступаю выпускникам профильных учебных заведений.

Пока я об этом думал, Анна поставила кофейник на журнальный столик и наполнила первую чашку. Я этого не видел, но обострившийся слух выхватил звук, хотя горничная и старалась делать все крайне аккуратно и тихо.

Но теперь, с открытием четвертого узла, мне для обострения восприятия даже не нужно было применять чары — все делалось автоматически, так же как у Владимира получилось зарастить рану. Но он использовал сильные заклинания без печатей, а у меня пока только работа мозга улучшена.

И это помимо усиления естественной защиты от вредных воздействий магии и усиления положительных эффектов. Определенно, встреча с моим «братом» прошла не зря…

— Доброе утро, Иван Владимирович, — поклонившись, произнесла Анна, прижав руками хрустящий передник и размеренно дыша.

Если бы я напрягся, услышал бы, как течет кровь в ее венах. Но я не стал насиловать собственный мозг. Тем более что в горле пересохло от желания поскорее глотнуть хорошего кофе.

— Утро доброе, Анна, — ответил я, заканчивая завязывать пояс халата и проходя к столику. — Как там наша гостья?

После ночного разговора, конечно же, я не ожидал, что Екатерина Вячеславовна меня покинет. Она работает напрямую с императорской семьей, а от таких людей настолько легко не отвязаться. Да и ее действия были вполне адекватными.

Я личный артефактор императора, обо мне нужно заботиться. И раз уж я не догадался взять с собой Александрову, она сама сделала все от нее зависящее, чтобы меня было кому прикрыть. И выбор Легостаевой в качестве защитника — вполне неплохой вариант, у нее четыре узла, она практикует магию смерти, от которой мало кто умеет здесь защищаться. А кроме того, обязана будет подчиниться, если приказ направят нужные люди.

— Попросила не беспокоить вас, пока вы сами не позовете, Иван Владимирович, — сообщила горничная. — Она сказала, вы сильно устали после ночи…

В глазах служанки застыл невысказанный вопрос, но я не стал делиться с ней подробностями того, чем на самом деле был занят. Все же втягивать в свои разборки с кровавым культом — это уже лишнее.

— Хорошо, передай на кухню, чтобы завтрак накрыли на веранде, — кивнул я, делая первый глоток кофе. — И сообщи Екатерине Вячеславовне, что я жду ее там же.

— Будет исполнено, Иван Владимирович.

Анна покинула мои покои, а я допил первую чашку кофе и направился в ванную.

Мысль о создании станка, который будет печатать артефакты, не давала мне покоя. А раз у меня нет нужных связей, стоит напрячь их поиском мою помощницу. А заодно подтвердить встречу с Евгенией Андреевной, вчера мне как-то было не до того, а сегодня уже вполне можно назначить конкретное время.

Когда я вышел на веранду, Александрова уже была там. Стояла спиной к входу, рассматривая вид на задний двор особняка.

— Доброе утро, Екатерина Вячеславовна, — первым заговорил я, проходя к своему плетеному креслу. — Надеюсь, вам хорошо спалось на новом месте?

— Благодарю, Иван Владимирович, все было замечательно, — поклонившись, ответила та. — Чем я могу быть полезна вам?

Я занял свое место и, окинув взглядом вид по ту сторону перил, тяжело вздохнул.

Садовник хоть и активно работал, но впереди ему предстояло еще немало труда по облагораживанию территории. Если со стороны фасада он уже успел обработать растения, то сзади пока что оставались места, заросшие бурьяном за годы без должного внимания.

— Разделите со мной завтрак, Екатерина Вячеславовна, — произнес я, переводя взгляд на помощницу. — А пока мы будем наслаждаться едой, поведайте мне, что сумела узнать Служба Имперской Безопасности по ночному инциденту.

Александрова кивнула, прежде чем сесть напротив меня.

Глава 4

Московский особняк дворянского рода Легостаевых.

Леонид Викторович сидел за рабочим столом, слушая рассказ своей внучки. Варвара Константиновна во всех подробностях описала, что ей стало известно по ночной схватке Ивана Владимировича с неизвестным магом.

Не забыла она упомянуть и о звонке за сутки до схватки, уничтожившей городской парк.

— Что ж, я тебя услышал, — кивнул глава рода. — Определить, кто влез в систему, чтобы подтереть записи о разговоре Морова с этим магом, будет непросто. Во-первых, у нас больше нет доступа к такой информации. Во-вторых, чтобы войти в систему, не обязательно использовать именно свои данные, достаточно знать те, которые использует дежурный сотрудник.

— Я полагаю, его императорское величество все равно будет рад услышать хоть о каких-то подвижках, — заметила Варвара Константиновна. — А еще Иван Владимирович передал мне платок с кровью этого Владимира — когда тот еще был похож на Морова. Сама я видела только настоящее тело, но вряд ли Иван Владимирович стал бы врать.

Леонид Викторович протянул руку.

— Дай-ка сюда.

Внучка безропотно вложила пакет с платком деду, и тот, проведя рукой над высохшими каплями крови, прикрыл глаза. Варваре Константиновне пришлось ждать минуту, прежде чем глава рода заговорил.

— Это действительно кровь Моровых, — подтвердил он.

Легостаева улыбнулась.

— А вот это — кровь настоящего тела, — сообщила она. — Несмотря на то, что сначала я подумала, что магия крови стерла все следы и нам не удастся взять анализ…

— У тебя получилось, — кивнул Леонид Викторович, принимая второй платок. — Хм…

Он снова замер с закрытыми глазами, а Варвара Константиновна не спешила нарушать концентрацию деда. Все же он был уже человеком пожилым и к силе прибегал в последние годы нечасто. А потому ему тяжелее делать то же, на что некромантке хватало нескольких секунд.

— Ни капли сходства, — наконец, произнес Леонид Викторович. — И это наводит на мысли.

— Если кровавый культ сумел создать для себя подобного мага, которым легко пожертвовал, бросив его на Ивана Владимировича, — озвучила свой вывод внучка, — возникает вопрос, кого еще они могли бы заменить.

— Например, наследника престола Российской Империи, — кивнул глава рода Легостаевых. — Опасная магия, опасное знание. Кому еще известно, что Моров отдал тебе доказательства существования этого обряда?

— Никому, — ответила та, не сводя взгляда с деда.

Леонид Викторович откинулся на спинку кресла.

— Пусть так и остается. Я запрошу аудиенцию у императора и сам с ним поговорю. Любые лишние уши в таком деле — это угроза Российской Империи. Стоит кому-то из наших врагов узнать о возможности подменять реального человека с помощью пусть и дорогого, но вполне исполнимого обряда, у них появится соблазн обвинить членов императорской семьи в подмене.

— Иван Владимирович сказал, что ритуал нужно проводить на зародыше в чреве матери, — покачала головой Варвара Константиновна.

— Несущественные мелочи, — отмахнулся глава рода Легостаевых. — Все будет зависеть от того, как и кто предаст информацию огласке. Ты и сама понимаешь, как умеют нагнетать обстановку наши слишком свободолюбивые дворяне. Дай им возможность укусить его императорское величество, они сделают это не раздумывая.

— Но что-то же мы должны сделать, — вздохнула некромантка.

— И мы уже делаем, Варя, — улыбнулся Леонид Викторович. — Ты отлично поработала. Дальше позволь старику заняться высокой политикой. В любом случае теперь мы знаем о наших врагах больше, чем прежде. Но мне непонятно, как ты смогла взять анализ у трупа, обработанного магией крови.

— Обряд на самом деле не заменил настоящую генетику этого Владимира, — пояснила та. — Можно рассматривать это как разворачивание маскировочной сети. Очень глубокое изменение, которое было завязано на жизнедеятельность организма. Как только Владимир умер, эта маскировка спала, обнажая его реальную ДНК. При этом вредоносного действия магия крови не нанесла. Все повреждения в теле — следствие боя.

— Но поднять ты его не смогла, — заметил глава рода Легостаевых.

— А это уже следствие израсходования собственной души, — кивнула Варвара Константиновна. — Моров выпил чародея с семью узлами, дедушка. Но перед тем заставил Владимира использовать вместо магии, которая была совершенно бесполезна против артефактов Ивана Владимировича, собственную жизнь. В итоге следы магии крови на теле Владимира остались, при этом он сам навредил себе так, что оказалось просто нечего призывать магией смерти, да еще и разрушил обряд, который делал его Моровым.

— Очень странный результат, — покачал головой Леонид Викторович. — Мне кажется, что кровавый культ никогда не был таким… глупым. Создать семь узлов у ребенка, которого с зачатия готовили для введения в умирающий род Моровых, а потом так бездарно его лишиться? Будь здесь Александр Васильевич, он бы обязательно заметил, насколько выродился кровавый культ. Когда мы были молоды, маги крови были куда изощреннее и сильнее. А здесь слишком сложная интрига, окончательной цели которой я не вижу. Ну стал Владимир настоящим братом Морова, дальше что?

Некромантка пожала плечами.

— К сожалению, мы этого не узнаем.

— А узнать нужно, Варя, — постучал подушечками пальцев по столешнице глава рода Легостаевых. — Почему вообще именно Моровы? Почему не мстить нам? С нашего рода хотя бы есть, что взять. Зачем создавать и пестовать оружие на протяжении двадцати лет, чтобы так бездарно позволить ему умереть?

— Иван Владимирович сказал, что силы Владимиру было не занимать, однако он совершенно не умел ей грамотно распоряжаться, — припомнила суть разговора с Моровым Варвара Константиновна. — А если предположить, что кровавый культ и не собирался делать особую ставку на родственника Ивана Владимировича? Что если это был лишь пробный камень? Может быть, они просто тестировали обряд и им была не так уж важна дальнейшая судьба ребенка. А Моровых в качестве цели выбрали как раз по той причине, что у главы кровавого культа личные счеты с этим родом?

Леонид Викторович прикрыл глаза и задумался.

— Если Иван Владимирович должен был умереть, а Александр Васильевич признать Владимира, — заговорил он через несколько секунд, — то потом Владимир мог бы показать свою причастность к кровавому культу. Обряд, который превращал его в Морова, наверняка можно отменить, не убивая цель. А то и пожертвовать одним магом высшего уровня ради того, чтобы подставить давних врагов. Единственных, прошу заметить, носителей всех знаний по магии крови.

Некромантка не стала прерывать деда, а тот продолжил.

— Ведь если представить, что Моровы — часть кровавого культа, это объясняет как их знания, так и успешность действий, — закончил мысль Леонид Викторович. — Государю пришлось бы отдавать приказ об уничтожении верного ему рода. Что сильно ударило бы по репутации самого его императорского величества, ведь он годами поддерживал своих специалистов по темной магии.

Вновь прикрыв глаза, Леонид Викторович помолчал немного.

— Вот что, Варя, — заговорил он, окончательно расслабившись в кресле, — я, кажется, понял, ради чего все это было затеяно. Но пока что мне потребуется найти реальные доказательства, а не одни только подозрения.

— А мне ты не скажешь?

— Варя, совсем скоро ты выйдешь замуж и сменишь как фамилию, так и род деятельности, — покачал головой глава рода Легостаевых. — И я не могу позволить тебе знать все, что будет знать, например, твой отец. Просто из соображений безопасности — тебе ведь не хуже моего известно, что магия позволяет выжать из человека максимум сведений. Я сообщу тебе, когда придет время.

* * *

Особняк дворянского рода Моровых. Иван Владимирович Моров.

Ожидаемо Служба Имперской Безопасности больше ничего не нашла. Так что следующие два дня я потратил на то, что просто отдыхал. Естественно, это не исключало циркуляции магии и расчетов будущего агрегата, который мог бы заменить меня на простых артефактах.

Пока что только черновики идеи складывались в папку, постепенно наращивающую свой объем. Так что когда отмеренный мной срок вышел, и телефон зазвонил, я был полностью готов вернуться к работе.

— Доброе утро, Иван Владимирович, — поздоровался Венедикт Кириллович. — Надеюсь, я вас не разбудил.

— Нет, Венедикт Кириллович, я уже весь в работе, — ответил я. — И могу предложить вам присоединиться ко мне за обедом, если вы не против.

— С радостью приму ваше приглашение, Иван Владимирович.

Положив трубку, я собрал бумаги на столе в папку. Как показала практика, я не слишком хорошо разбираюсь в производстве станков, но хотя бы смог придумать, какие блоки можно будет использовать для общих нужд.

Магия имеет свои законы построения зачарования. И естественно, что в каждой печати имеются общие детали. Вот их наносить будет несложно. Другое дело, как поступить со специализированными частями.

Если тот же огненный снаряд можно легко превратить в молнию или лед усилием воли, это значит, что основу можно использовать одну, а вот стихию вплетать в этот узор уже нужно будет иначе. Потому что у них разные начертания, разные точки соединения с общими чертами.

И мне еще только предстоит выработать систему, которая с этой задачей справится.

Отложив работу над машиной, которая будет производить для меня артефакты, я выглянул в окно. На заднем дворе Екатерина Вячеславовна, одетая в обтягивающий алый спортивный костюм, отрабатывала комплекс упражнений.

Все это время она была крайне спокойна, не волновалась о том, что я ей практически пригрозил, не переживала о кровавом культе и отсутствии успехов у Службы Имперской Безопасности. При этом я не мог бы сказать, что у нее нет никаких эмоций, за эти несколько дней я видел ее и радостной, и просто довольной.

Сейчас же, наблюдая за тем, как рыжая красавица в красном костюме делает растяжку, я против воли задумался о ковене, как назвал кровавый культ мой иллюзорный братец.

Если верить его словам, общество магов крови куда шире, чем мне казалось изначально. Это уже не одиночка, что стоит во главе и выращивает последователей из выпускников приютов. Можно сравнить кровавый культ Российской Империи с отделением какого-нибудь европейского рыцарского ордена. В каждой стране у них свой руководитель, но при этом должны существовать и общие правила, и общие цели.

И тогда у такого ковена может быть куда больше ресурсов, чем у пары сумасшедших фанатиков, выстраивающих свою пирамиду последователей. Что, собственно, прекрасно укладывалось в картину того, чему я сам стал свидетелем.

Да, в Москве мы с Варварой Константиновной нашли множество жертв культа. И даже смогли привязать их друг к другу. Однако не столицей единой — Российская Империя страна — огромная, и то, что ковен действует в Москве, совершенно не запрещает ему заниматься своими делами за ее пределами.

Меня никто не трогал, и даже попыток напасть не совершали. А ведь я рассчитывал за три дня неплохо так повоевать с кровавым культом. Мне казалось, убийство скороспелого мага с семью узлами подстегнет ковен к активным действиям. Но им, похоже, была безразлична судьба Владимира.

А уже это заставляло задуматься о существовании нескольких фракций внутри самого ковена. Если бы я возглавлял такое объединение чародеев, я бы обязательно старался стравить между собой тех, кто претендует на мое место. И чтобы ослабить конкурента, отправил бы его проект по созданию запасного наследника Моровых на верную смерть.

Екатерина Вячеславовна перешла от растяжки к наклонам. Я не сводил с нее взгляда, но мысли мои вообще никак не касались женщины под моими окнами.

— Егор Никифорович, — запустив приложение умного дома, заговорил я, — к обеду меня посетит глава рода Солнцевых. Он останется на обед, готовьтесь к приезду гостя в столовой.

— Разумеется, Иван Владимирович, — отозвался управляющий.

Оторвавшись от наблюдения за рыжей девушкой на заднем дворе особняка, я спустился на первый этаж и, выйдя на улицу, прошелся по дорожке к воротам. Улучшенная защита моего забора теперь уже не позволит магии крови создать проблемы.

Однако, несмотря на осознание этого факта, я все равно не забывал о том, что кровавый культ вполне способен пробиться сквозь мои барьеры. Просто ему потребуется больше жертв ради одного удара.

Мысли сами собой свернули к встрече с иллюзорным братом.

Если предположить, что его намеренно уничтожили, устроив встречу со мной, не факт, что текущий ковен — это тот кровавый культ, с которым Александр Васильевич и Леонид Викторович воевали.

Архив пропал, появились трупы. Но дед был уверен, что они убили всех мало-мальски разбирающихся в магии крови чародеев. Так откуда новое поколение, да еще и такое продвинутое? Я верю, что Александр Васильевич свое дело знал крепко, и если он считал, что с культом покончено, у меня нет повода сомневаться в его мнении.

При этом из архива почерпнуть знания новички не могли, великий князь Александр Александрович вполне представлял, что там за чары описаны, а потому мог бы запросто заменить меня кем-то более удобным и сговорчивым.

Вместо этого он подтвердил, что я обладаю уникальными знаниями. И выдвигал условия, которые не каждому дворянину во влажных фантазиях снились. Значит, в архиве нужной информации не было.

В итоге подружиться со мной был отправлен якобы мой брат. Родственник, которых у меня не осталось.

Магический взор у меня — уже не новость. Я постоянно о нем говорю, настолько часто, что это вполне можно принять за хвастовство вчерашнего подростка. А кроме того, со стороны я должен казаться окружающим жаждущим силы. Так что Владимир, за столь короткое время ставший обладателем семи узлов, мог бы рассчитывать, в случае удачи, что я передам ему знания Моровых. А он уже сам отправит их в ковен.

Это похоже на правду больше, чем остальные варианты, что приходят мне в голову. Владимир стал бы мне настоящим потерянным братом, который внезапно нашелся спустя двадцать лет. Он бы объяснил мне, как правильно и быстро развить свой резерв до предела. Не сразу, со временем, но судя по тому, что его самого создавали двадцать лет, ковен умеет ждать.

А с учетом того, что ресурсы для этого могут поступать вообще из-за границы, история получается и вовсе прекрасной. Ведь в этом случае Владимир мог бы преспокойно утверждать, что это именно его ковен снабжает нас своими расходными материалами. Вот такая богатая это организация, в которую мне обязательно нужно вступить. Уточнять ведь, что часть богатств прибыла от английского отделения кровавого культа, не нужно — организация одна, разнятся только филиалы.

Чувствуя, как у меня начинает закипать голова от этих пережевываний известных фактов и ничем не подкрепленных догадок, я положил руки на забор.

Пытать пешку не имело смысла. Владимир — всего лишь руки, а мне нужна голова кровавого культа, если я хочу получить действительно важную информацию. Вынужденное безделье угнетало, да и я неслабо вымотался за время подготовки чертежей.

Плохо, когда слишком увлекаешься работой. Однако поделать с собой я ничего не мог — созданное уникальное заклинание для защиты от магии крови, идея создать универсальную машину для изготовления артефактов, умопомрачительный взлет на четвертый узел — все это кружило голову и будоражило ничуть не меньше, чем в прошлой жизни.

Подышав свежим воздухом, я вернулся в особняк, чтобы привести себя в порядок и быть готовым к приезду гостя. Надев все артефакты, которые я для себя создал, не забыл наложить на себя и несколько видов усилений и защит. Как ни крути, а в столице все еще может быть крайне опасно для меня.

Даже если Владимир относился к кому-то из внутренних лидеров кровавого культа, это не значило, что остальные проглотят подобное оскорбление и не попытаются отомстить. Все же я примерно представляю, каких усилий стоило развитие до седьмого узла. Не нанести мне удар — все равно что расписаться в собственном бессилии.

Окружающие заметили за мной странности, череда побед превосходящих меня противников — не те сведения, которыми можно пренебрегать. И хотя они могут строить предположения, а я прекрасно знаю, за счет чего одерживаю верх, это не повод расслабляться. Однако и постоянно ждать опасности нельзя — внимание притупляется, как после полного опустошения резерва.

— Здравствуйте, Иван Владимирович, — входя после вежливого стука и не менее вежливого разрешения, поздоровалась со мной Александрова. — Егор Никифорович передал, что у вас гости. Мне сопровождать вас?

— Нет, я разберусь сам, — покачал головой я. — А вы лучше спросите в Службе Имперской Безопасности, как продвигается расследование. Кажется мне, что вскоре культ вновь нанесет удар. Хотелось бы получить хоть какие-то результаты от всей этой деятельности.

— Я потороплю их, Иван Владимирович.

Когда я вновь вышел на улицу, машины Солнцевых уже подъезжали к моему забору. Мне не приходилось напрягаться, чтобы заметить троих людей в главном автомобиле.

Венедикт Кириллович, Алла Венедиктовна. Третьим был, видимо, наследник, выбрать которого глава рода Солнцевых старался максимально быстро и эффективно. Что ж, посмотрим, какой он вживую, а не только в магическом взоре.

Мои ворота начали открываться, и в этот же миг земля у меня под ногами вздрогнула. Кажется, кто-то решил прорваться ко мне в гости, прокопав подземный ход к особняку. Были они еще не прямо под особняком, так что время приготовиться к встрече имелось. Вовлекать в процесс гостей я не собирался.

Я улыбнулся, мысленно перебирая способы умерщвления для незваных гостей, доступные на четвертом узле. Тем временем Солнцевы уже выбрались из машин и были отправлены в гостиную. На их наследника я глянул лишь мельком.

И то не сразу сообразил, что Владимира и Германа Борисовича из младшей семьи Солнцевых объединяет один факт: новый наследник Венедикта Кирилловича балуется на досуге магией крови.

— Это будет даже интересно, — произнес я, когда гости зашли в мой дом.

Глава 5

Первым делом я запустил заклинание поиска жизни. Кто бы там ни рыл проход под особняк, вероятность того, что он умеет скрываться от таких чар — минимальна. Слишком примитивный уровень у здешних чародеев для подобных заклинаний.

Голубая волна прошла по моему телу и устремилась в землю, подобно сонару, собирая для меня отражение чужой жизненной эссенции. Через несколько секунд я увидел очертания двух человек, которые находились примерно в трех метрах подо мной.

При этом один был чародеем с двумя узлами, и его задачей было пробить тоннель. А вот второй оказался простецом, и его предназначение угадывалось по действиям. Он что-то тащил по образованному коллегой коридору.

— Да вы никак подорвать меня решили, — усмехнулся я, после чего направился в гараж.

Оттуда имелся доступ в подвал особняка, самую глубокую часть территории. Исходил я из того, что враги пытаются добраться до фундамента, заложить там взрывчатку и, убравшись восвояси незамеченными, взорвать с помощью дистанционного пульта мой дом.

И план даже мог выгореть — ведь забор не защищал от того, что может ударить снизу. Его зачарование хоть и не давало подкопаться непосредственно под ограду, но лишь на длину металлических штырей, уходящих под землю. А вот так, углубившись ниже коммуникаций, нанести удар по территории из-под земли никакие чары не мешали.

Спустившись в подвал, я еще раз активировал поиск жизни в том направлении, где до этого почувствовал чужое присутствие. Движение продолжалось — маг формировал из грунта очень плотные стены, фактически превращая мягкую землю в каменные своды. Его подельник продолжал тащить нечто метр за метром. Работу вели они довольно неспешно, так что времени у меня для подготовки имелось с запасом.

— Яна, найди Екатерину Вячеславовну, — распорядился я, нажав кнопку на телефоне.

— Слушаюсь.

Через несколько секунд я услышал голос Александровой.

— Иван Владимирович?

— Екатерина Вячеславовна, вызывайте отряд спецподразделения, криминалистов, медиков и, пожалуй, саперов, — распорядился я.

— Что-то случилось? — обеспокоенным тоном уточнила помощница.

— Пока нет, но через пару минут я убью двух человек, которые ведут подкоп под мой особняк, — ответил я. — И поторопитесь, Екатерина Вячеславовна, у меня гости, не хотелось бы их надолго задерживать.

— Сейчас же сделаю, Иван Владимирович!

Я оборвал разговор и тут же набрал другой номер.

— Добрый день, Варвара Константиновна, — произнес я, не дав хозяйке номера и слова сказать. — Вы срочно нужны в моем особняке. У меня здесь маг крови.

Некромантка издала звук, похожий одновременно на фырканье и кашель. Кажется, она только что чем-то подавилась. Что было бы совсем не удивительно — время все-таки обеденное.

— Иван Владимирович, я уже в пути, — не став уточнять подробностей, ответила Легостаева.

Я не стал говорить, что она может не торопиться. В конце концов, задержать наследника Солнцевых для меня не составит труда. Однако реакция Венедикта Кирилловича в этом случае была непрогнозируемой. Он ведь на этого человека наверняка рассчитывает, как на будущего главу рода Солнцевых.

Закончив с переговорами, я расслабился и присел на табуретку, обнаружившуюся тут же. Кто-то из слуг, видимо, что-то делал среди полок и оставил мебель. А может быть, здесь просто отдыхали. В любом случае, стоять, дожидаясь, пока враги копают тоннель, я не собирался.

Отслеживая траекторию движения подрывников, я успел немного обдумать агрегат для производства артефактов. Посетила меня мысль не усложнять процесс, а, наоборот, разобрать его на множество мелких операций. Ведь для бытовых артефактов, которые будут раскупать вообще все, не требуется сложных чар, зато требуется огромное количество продукции.

Почему бы не сделать изначально каждый станок под одно заклинание? Скажем, набивать их на пластине, да и все. Да, придется превращать маленькую лавку в промышленный цех, чтобы все агрегаты там разместились, но это отобьется со временем. Спрос-то будет обязательно, ведь такого предложения на рынке Российской Империи просто не существует.

— Иван Владимирович, Служба Имперской Безопасности на месте, где вы? — услышал я голос Екатерины Вячеславовны.

— Пусть ждут снаружи, — распорядился я. — Сейчас я покажу, где искать.

Конечно, я не собирался обрушивать выстроенный другим чародеем тоннель. Это бы привело к тому же, ради чего враги и полезли под землю. Но у меня четыре узла из семи, мой арсенал заклинаний гораздо больше любого другого земного мага. А против меня всего-то здешний чародей, специализирующийся на стихии земли.

Используя заклинание поиска жизни, чтобы правильно нацелить следующие чары, я последовательно создал воздушную линзу в трех метрах от подрывников, а затем откачал из созданного закутка весь кислород. И результат не заставил себя ждать.

Неодаренный сапер схватился за горло, стараясь процарапать воздуху путь, но свалился без сознания уже через минуту. Маг земли продержался немногим дольше, даже успел создать печать, чтобы прокопать воздушный колодец в потолке, но в итоге только вспучил землю у меня во дворе.

Таким образом у меня ушла всего пара минут, чтобы нейтрализовать угрозу.

— Екатерина Вячеславовна, — обратился я к помощнице, остававшейся на связи. — Спросите спецназ, видят ли они возникшую неровность на моей земле. Прямо под ней лежит чародей с двумя узлами и, предположительно, сапер, тащивший взрывчатку. Сейчас я открою ворота, пусть Служба Имперской Безопасности заходит.

И, чтобы сотрудники СИБ не заблудились на моем дворе, я выбрался из подвала и доделал то, с чем не справился чародей. Часть почвы обрушилась вниз, открывая доступ воздуху.

В это время спецназ уже окружил нужное место. Однако первыми все равно полезла пара мужчин в настолько толстой и мощной противоосколочной броне, что едва двигались.

— Иван Владимирович, — обратился ко мне лейтенант спецназа, — благодарю за своевременное предупреждение. Не хотелось бы терять людей, внезапно наступивших на прикопанную мину.

— Вы сработали оперативно, лейтенант, — ответил я. — Так что это мне стоит вас благодарить.

Я видел, что Солнцевы смотрят из окна гостиной за тем, что происходит во дворе, а потому повернулся к ним и помахал рукой, демонстрируя, что все в полном порядке и под контролем.

— Лейтенант, сюда нельзя, — раздался голос из рации стоящего рядом со мной офицера. — Весь тоннель заминирован. Каждые три метра — на полу, в стенах. Все на лазерах, стоит пересечь луч, рванет.

Нахмурившись, командир спросил, зажав кнопку на рации:

— Сколько времени займет?

— Тоннель очень длинный, конца не разглядеть, но я вижу метров на пятьдесят. Так что мы здесь надолго.

— Иван Владимирович, вам нужно эвакуироваться, — переведя взгляд на меня, сообщил лейтенант.

— Это вряд ли, — покачал головой я. — Из своего дома я никуда не побегу. Но могу помочь вашим саперам. Спросите, что с людьми в тоннеле.

На крыльце показалась Екатерина Вячеславовна. Александрова не спешила приближаться, понимая опасность взрывчатки, но при этом не выглядела напряженной. Девушка умела держать лицо.

— Калмыков, как там подрывники? — тем временем уточнил лейтенант.

— Один мертв, — доложил через несколько секунд сапер. — У второго кислородное голодание. На всякий случай браслеты повесили на обоих. Их можно вытаскивать.

— Отлично, — кивнул командир и повернулся к ожидавшим своего часа подчиненным. — Самойлов, Федоров, приступайте. И осторожно…

— Что ж, я вас покину, — произнес я и тут же повернулся к крыльцу. — У меня еще есть дела. Надеюсь, вам удастся что-то узнать при допросе, лейтенант.

К его чести, он не стал меня отговаривать. Все же опасность детонации действительно имелась, и, полагаю, любого другого дворянина лейтенант вытаскивал бы за шкирку.

Однако я действительно не собирался бросать особняк из-за такой мелочи. Подумаешь, мины в подкопе. Гораздо опаснее сам тоннель. А тот уровень доверия, который оказывали мне члены императорской семьи, заставлял сотрудников Службы Имперской Безопасности относиться ко мне очень осторожно.

— Все в порядке? — спросил я, поднявшись к помощнице.

Екатерина Вячеславовна кивнула.

— Да, Иван Владимирович, гости ждут вас.

— Что же, давайте не будем испытывать их терпение дольше необходимого, — с улыбкой произнес я, толкая дверь в особняк прежде, чем это сделала Александрова.

Внутри мне сразу же поклонился управляющий.

— Иван Владимирович, обед готов, прикажете накрывать?

— Да, Егор Никифорович, там же, где и всегда, — ответил я. — А я пока развлеку гостей беседой.

Войдя в гостиную, где собрались Солнцевы, я улыбнулся им максимально доброжелательной улыбкой. Мой взор скользнул по телам родственников, и как я и предполагал, не заметил ни в Венедикте Кирилловиче, ни в Алле Венедиктовне следов магии крови. А вот мужчина, стоящий за ними…

— Прошу прощения за задержку, — произнес я, указывая гостям на мебель, — прошу, располагайтесь.

— Полагаю, вам нет причин приносить нам извинения, Иван Владимирович, — спокойно ответил глава рода Солнцевых, опускаясь в кресло. — Вы бы не стали отвлекаться, если бы повод не был серьезным.

Я отмахнулся.

— Всего лишь парочка смертников, Венедикт Кириллович, — пояснил я. — Пытались сделать подкоп, чтобы взорвать мой особняк. Но теперь все в полном порядке, один из них уже скончался, второго скоро допросят сотрудники Службы Имперской Безопасности. Герман Борисович, позвольте взглянуть на ваш перстень?

Наследник бросил взгляд на Венедикта Кирилловича, и тот легко кивнул, разрешая передать мне родовой знак. Ничуть не колеблясь, мужчина снял его с пальца и протянул мне на раскрытой ладони.

— Прошу, Иван Владимирович.

Я оглядел кольцо — естественно, не то, что зачаровывал для Солнцевых. В этом никаких заклинаний не имелось. Покрутив перстень в руках, я вернул его хозяину.

— Ваш экземпляр не входил в сделку, которую мы оформляли с Венедиктом Кирилловичем, — заговорил я, сам опускаясь в кресло. — Однако, так как у рода Солнцевых обязательно будет крупный заказ, для вас тоже можно наложить зачарование. Разумеется, если вы готовы временно расстаться со знаком наследника.

Он легко пожал плечами и не стал надевать перстень обратно.

— Защита от магии смерти того стоит, — ответил Герман Борисович.

— Отлично, вернемся к этому вопросу позднее, а пока что предлагаю перейти к теме, ради которой вы и приехали, — договорив, я повернулся к главе рода Солнцевых. — Венедикт Кириллович, я за последнее время немного продвинулся в своем развитии. Так что прошлый список заклинаний уже не настолько актуален. А вам понадобится время, чтобы выбрать. Ознакомитесь с новым перечнем сейчас или после обеда?

Старик не обманул моих ожиданий.

— Я предполагал, что так и будет, Иван Владимирович, — улыбнулся он, ставя трость между своих ног. — И позвольте поздравить вас с очередным усилением.

— Благодарю, Венедикт Кириллович, — вежливо поклонился я.

— И я бы предпочел сперва покончить с делами и только после этого переходить к еде, — договорил глава рода, возвращаясь к моему вопросу.

— Тогда прошу подождать минутку, — сказал я, вынимая телефон из кармана.

Проверив по камерам, что Варвара Константиновна уже прибыла, я активировал связь с помощницей через систему умного дома.

— Екатерина Вячеславовна, возьмите в моем кабинете желтую папку и принесите ее в гостиную, — отдал приказ я.

— Слушаюсь, Иван Владимирович, — ответила Александрова.

Убрав телефон обратно в карман, я вновь повернулся к наследнику рода.

— Скажите, Герман Борисович, как давно вы практикуетесь в магии крови? — спросил я.

Мужчина выдержал мой взгляд, а вот Венедикт Кириллович заметно напрягся и смотрел на своего наследника с удивлением. Значит, не знал, кого выбирает себе в преемники. Хороший знак.

Хотя, надо признать, не везет главе рода Солнцевых с наследниками.

— О чем вы говорите, Иван Владимирович? — уточнила Алла Венедиктовна.

Я повернулся к женщине и с вежливой улыбкой пояснил:

— Когда чародей часто прибегает к магии определенной школы, на его резерве остается определенный осадок, — сказал я, боковым зрением отслеживая действия Германа Борисовича. — И спутать их между собой невозможно. Это совершенно нормальный процесс — так резерв формирует навык применения конкретных чар. Маг, который работает с определенной стихией или школой, постепенно увеличивает ее эффективность. Это можно описать, как следы на мягкой почве. Чем чаще вы пользуетесь магией одного типа, тем четче продавливается резерв.

— При всем уважении, Иван Владимирович… — начал было Герман Борисович, но Венедикт Кириллович не дал ему договорить.

— Ивану Владимировичу я доверяю, — объявил глава рода Солнцевых.

«А тебе — нет», — осталось непроизнесенным.

— И этого должно быть достаточно для тебя, Герман, — закончил свою мысль Венедикт Кириллович.

Наследник перевел взгляд на старика, и в его резерве начали формироваться чары. Мне не составило труда развеять их с помощью контрзаклинания, заставив мужчину потерять пару мгновений на осознание.

— Вы только что попытались атаковать меня в моем же доме, Герман Борисович. Варвара Константиновна, войдите, — произнес я громко.

Некромантка открыла дверь. За ее спиной стояла пара бойцов из отряда лейтенанта, прибывшего на задержание подрывников.

— Полагаю, Герман Борисович, вам лучше сдаться сейчас, — произнес я. — Легостаевы — потомственные некроманты, им не составит труда разговорить ваш труп. Прошу не делать глупостей, ваши чары будут развеяны так же, как это случилось только что.

— Я… — произнес он, но тут же закрыл рот, увидев браслеты в руках бойцов спецназа.

В мгновение ока на его руках появились блокираторы. И теперь Герман Борисович уже не представлял опасности для своих родственников.

— Полагаю, Венедикт Кириллович, нам нужно поговорить наедине, — предложил я, поднимаясь со своего места. — Екатерина Вячеславовна, проводите Аллу Венедиктовну в столовую, мы скоро к ней присоединимся.

Легостаева кивнула мне, прежде чем силовики вывели наследника Солнцевых из моего дома. А мы с главой рода поднялись в мой кабинет. Венедикт Кириллович сел в свободное кресло, не спрашивая разрешения.

Старик словно постарел еще больше. И я понимал его состояние.

— Полагаю, история Германа Борисовича окажется тривиальной, — произнес я, открывая мини-бар. — Виски?

— Да, спасибо, Иван Владимирович, — слабым голосом ответил гость.

Плеснув напиток в бокал, я подал его собеседнику и сам опустился в кресло напротив.

— Наверняка Варвара Константиновна узнает, что Герман Борисович воспользовался кровавым ритуалом ради того, чтобы расширить свой резерв, — заговорил я, когда Венедикт Кириллович залпом осушил свою емкость. — Он знал, что у вас есть артефакты, которые защитят от магии крови?

— Нет, я никому не говорил, — покачал головой старик.

— Значит, планировалось взорвать особняк, чтобы скрыть следы, — улыбнулся ему я.

— О чем вы, Иван Владимирович?

— К моменту вашего приезда пара человек с помощью магии копала тоннель под мой дом, Венедикт Кириллович, — напомнил я о своей причине задержаться. — Если бы чародей действовал аккуратнее, я бы об этом не узнал, но он где-то допустил ошибку. На втором узле такое бывает. Так вот, — чуть громче произнес я, возвращаясь к вопросу собеседника. — Полагаю, дом должен был взорваться. Сам Герман Борисович убивает вас с Аллой Венедиктовной, меня — не слишком сильного пока что мага. А так как Герман Борисович уже носит перстень наследника, значит, вы официально его признали таковым. Следовательно, если ни вас, ни вашей дочери нет в живых, да еще и я уничтожен, Герман Борисович автоматически становится главой рода.

— Но он ведь… — Венедикт Кириллович замолчал. — Как бы он спасся сам?

— Раз ему доступны кровавые ритуалы, — пожал плечами я, — смею предположить, что и защитные чары он прекрасно знает. И в отличие от остальных в моем особняке, он был бы готов к взрыву и обрушению здания.

Глава рода Солнцевых остро взглянул на меня.

— Значит, я снова должен вам жизнь, Иван Владимирович.

— Предлагаю поговорить об этом после обеда, — улыбнулся я. — Что-то от этих событий у меня разыгрался аппетит. А насчет спасения жизни… Думаю, у вас найдется, чем мне за это отплатить. У вас же есть несколько конструкторских бюро.

— Передать их вам? — встрепенулся старик. — В конце концов, они когда-то принадлежали Моровым.

Я улыбнулся, глядя на собеседника.

— Это было бы слишком хлопотно. Нет, Венедикт Кириллович, я бы хотел, чтобы они кое-что для меня разработали. И, раз уж судьба не дает нашим семьям разойтись, с каждым разом подбрасывая все новые испытания, думаю, будет разумно предложить вам процент от прибыли.

Глава рода Солнцевых кивнул.

— Мои люди возьмутся за работу, Иван Владимирович. Но что вы хотите создать?

— Машину, которая будет печатать артефакты.

Глава 6

— Отлично, Антонина Владиславовна, — похвалил я свою ученицу, рассматривая оконченную печать, висящую в воздухе. — У вас отлично получается.

— Спасибо, Иван Владимирович, — искренне улыбнулась Жданова.

Над нашими головами крутилась проекция поиска жизни. Оставалось вложить магию, чтобы запустить процесс, но сейчас я проверял правильность составления.

— Вот видите эти линии? — воспользовавшись собственным даром, чтобы подсветить нужные участки, спросил я. — Конкретно эта часть отвечает за формирование запроса. В любом месте нашей планеты можно получить много мусорной информации. К примеру, вчера я использовал это заклинание, чтобы отследить подрывников. Пришлось направлять поиск в землю, а в ней есть не только дождевые черви, но и миллионы бактерий. И если вы не настроите печать соответствующим образом, вместо результата вы увидите лишь сплошную засветку.

Антонина Владиславовна кивнула, внимательно наблюдая за тем, как я изменяю эталонную печать.

— Запоминайте, — произнес я, выстроив заклинание иначе. — Вот это — форма для обнаружения живого существа размером с человека. Важно понимать, что поиск жизни отсечет меньшие организмы и большие. Но, например, какую-нибудь обезьяну оно тоже покажет. Теперь меняйте свою печать, Антонина Владиславовна.

Жданова не сразу, но все же смогла повторить в своем заклинании то, что я показал. Манипуляции с печатями давались ей все легче, даром младший лейтенант времени не теряла.

— Отлично, — кивнул я. — Теперь направьте в нужную сторону и подавайте силу.

Печать перевернулась в воздухе, вставая перпендикулярно земле. В следующую секунду она на мгновение вспыхнула — Жданова убрала иллюминацию. А затем я магическим взором проследил, как от ученицы уходит волна силы.

Недалеко, но до края полигона печать дотянулась. И волна вернулась обратно, заставив девушку чуть приподнять брови.

— Иван Владимирович, за нами наблюдают, — шепотом сообщила младший лейтенант.

— Конечно, наблюдают, — усмехнулся я. — Человек, которого вы нашли, находится там по моей просьбе. На него наложен отвод глаз, и увидеть его простыми средствами вы не можете. Однако, как вы сами убедились, для поиска жизни это не проблема. Евгений! — крикнул я, обращаясь к стоящему в углу полигона ученику Легостаевой. — Можете выходить.

Мужчина, согласившийся побыть для меня учебным пособием, появился мгновенно. Вот только что там было пусто, а теперь человек уже шагает к нам.

— Конечно, от поиска жизни можно отгородиться, — продолжил лекцию я. — Для этого есть специальные чары. Однако этим вопросом мы займемся позднее. Пока что вам нужно отрабатывать поиск жизни. В идеале вы должны держать печать наготове в любой ситуации. На сегодня, полагаю, достаточно.

— Спасибо, Иван Владимирович, — поклонилась мне Антонина Владиславовна.

Я кивнул подошедшему Евгению.

— Благодарю, Иван Владимирович, — произнес он. — Ваш отвод глаз — просто нечто. Не думал, что такое возможно вообще.

— Это всего лишь небольшой фокус, — пожал плечами я. — Полагаю, когда откроется императорское магическое учреждение, его будут преподавать на первом курсе. Передайте мою благодарность Варваре Константиновне за то, что разрешила вам поучаствовать.

— Непременно, Иван Владимирович, — поклонился он, прежде чем оставить нас.

Проводив его взглядом, Антонина Владиславовна чуть прикусила губу.

— Вы стали сотрудничать с лейтенантом Легостаевой в обучении? — спросила она.

— Да, — просто кивнул я. — Вы возражаете?

— Нет. Просто мне казалось, что никто посторонний не будет посвящен в наш процесс обучения.

— Не переживайте, Антонина Владиславовна, я не собираюсь учить студентов Варвары Константиновны, — улыбнулся я. — Что же касается показанного Евгению фокуса, так это и не заклинание вовсе. Мне дозволено использовать все необходимые средства для вашего обучения, и я это делаю. Как насчет ужина?

— Благодарю, Иван Владимирович, — улыбнулась она.

— Тогда предлагаю ехать. Как раз успеем, пока все еще горячее.

«Коршун» ждал нас на парковке. Екатерина Вячеславовна сидела за рулем, возясь в планшете. Однако, стоило нам приблизиться, тут же вышла и открыла заднюю дверь.

— Прошу, Антонина Владиславовна, — улыбнулся я, помогая ученице опуститься на сидение. — Екатерина Вячеславовна, отвезите нас в мой особняк.

— Хорошо, Иван Владимирович, — отозвалась та.

В дороге Жданова сохраняла молчание, а я подумал, что нужно будет вечером уточнить, что успели выяснить у Германа Борисовича в Службе Имперской Безопасности. Все-таки нужно было узнать, откуда у наследника Солнцевых появились знания о магии крови. Одно дело, если имеет место утечка от Службы Имперской Безопасности, и совсем другое, если речь идет о кровавом культе.

— Прибыли, Иван Владимирович, — сообщила Александрова, когда ворота особняка открылись перед автомобилем.

Я проводил взглядом рабочих, которые занимались устранением тоннеля. Обрушать свод я не стал, так как это было опасно. Но в моих силах было завалить его не просто землей, а залить полноценным бетоном. Его не так-то легко будет разрушить, а раз уж я все равно получил яму посреди двора, на месте провала будет возведен фонтан.

А пока — ужин.

* * *

Кремль, кабинет наследника престола.

— Ваше императорское высочество, — поклонился Скворцов, — готов отчет по ковену магов крови.

— Что ж, давайте посмотрим, что нашей доблестной Службе удалось найти, — улыбнулся наследник Российской Империи.

Безбоязненно взяв в руки документы, он погрузился в чтение.

После того, как Моров изготовил артефакты для защиты правящего дома, его императорское высочество принял бразды правления ведомством. И, не теряя времени, провел несколько проверок.

Дядя, пусть земля ему пухом, любил крутить интригу, и это кончилось для него самым дурным образом. Наследник же не планировал заниматься такой чушью. Тратить свое время на то, чтобы очернить собственных подданных, а себя представить во всем белом, будущий император не собирался. Это его страна, и будущий монарх хотел действительно навести в ней порядок.

Закончив читать отчет, его императорское высочество закрыл папку и несколько секунд сидел, глядя строго перед собой, обдумывая информацию.

Итак, ковен действительно существует. Мало того, он присутствует во всех мало-мальски значимых странах. И, по сути, везде проводил собственную политику.

У кровавого культа существовал свой свод правил. Который, однако, не мешал другим ковенам вершить свои дела, не оглядываясь на соседние страны и собственных коллег.

За это, собственно, и был убит английский маг крови. Русский ковен не спустил ему с рук убийства великого князя Александра Александровича. Логичный вопрос: почему? Да потому что знали, что государь такой выходки не простит и ополчится именно на магов крови Российской Империи.

И теперь это можно было использовать.

— Алексей Александрович, — обратился к Скворцову наследник престола, — вы отлично поработали. За верную службу вам положена и награда.

Скворцов приподнял брови, но его императорское высочество продолжил:

— Знаю, что великий князь вам платил за ваши особые услуги, — улыбнулся он. — Но одними деньгами сыт не будешь. Я предлагаю вам возглавить Отдел Внутренних Расследований Службы Имперской Безопасности. Прежде чем вы согласитесь, ознакомьтесь.

Он вытащил из ящика стола толстую папку. Алексей Александрович принял ее и, раскрыв, вчитался.

— Необходимость создания такого подразделения уже давно имелась, — продолжил говорить наследник престола. — Вы доказали свою эффективность на этом поприще. В ваших руках окажется особая власть, но и спрашивать я буду по-особенному. Выявляйте преступников среди сотрудников ведомства, коррупционеров и предателей, найдите виновных в краже архива, в конце концов. И будьте моей левой рукой, Алексей Александрович.

Скворцов прикрыл глаза на несколько мгновений, чтобы взять себя в руки.

— Это очень заманчивое предложение, ваше императорское высочество, — произнес он. — И я вижу, что для создания отдела все уже готово, — он покачал папку в руках. — Но уверены ли вы, что я справлюсь? На службе его императорского величества имеются куда более подходящие кандидатуры.

— Например, с благородным происхождением, вы хотите сказать? — усмехнулся наследник престола. — Алексей Александрович, вы же умный человек, неужели вы до сих пор не поняли, что с недавних пор на территории Российской Империи началась война между правящим домом и дворянами? Вы собрали материалы по ковену, увидели, что дворяне выступили заказчиками убийства великого князя. Скажите, разве можем мы доверять в такой обстановке этим благородным людям? Людям, которые не чураются вести боевые действия в столице и даже создавать напряжение в отношениях с другими странами. Английский дворянин убил члена русской императорской семьи. Безусловно, это не первый конфликт с Британией, но такая наглость не может оставаться безнаказанной. Что должен подумать об этом государь, Алексей Александрович? Спустить им с рук? И английской короне, и своим собственным дворянам, позабывшим, кто в Российской Империи хозяин, а кто его подданные?

— Нет, ваше императорское высочество, — склонил голову Скворцов.

— Именно, Алексей Александрович, именно. Мы не можем больше опираться на дворян. Они исчерпали свою полезность для страны. Дальше Российская Империя продолжит свой путь без них. И ваше назначение — один из шагов на этом пути.

— Благодарю за оказанное доверие, ваше императорское высочество.

— Идите, Алексей Александрович, — сопроводив слова жестом, разрешил наследник престола. — Завтра вы начнете наводить порядок в Службе Имперской Безопасности. А затем и во всей Российской Империи.

* * *

Московский особняк дворянского рода Завьяловых. Иван Владимирович Моров.

Евгения Андреевна расплылась в улыбке, встречая меня на крыльце своего дома. Она легко сбежала по ступенькам, оставив слуг за спиной, и остановилась как раз перед концом тротуара, едва ли не сходя на асфальт подъездной дорожки.

Что сказать, наилучшего способа показать свое расположение к гостю, оставаясь при этом в рамках приличий, придумать сложно. Полагаю, гости Завьяловых, наблюдающие за нами из окон особняка, уловили посыл Евгении Андреевны.

— Иван Владимирович! — воскликнула хозяйка, чуть разводя руки. — Словами не передать, как я счастлива вас видеть у нас в гостях!

Я склонился в вежливом поклоне.

— Моя радость от нашей встречи тоже не поддается описанию, Евгения Андреевна, — заявил я. — Надеюсь, этот маленький презент будет служить вам долгим напоминанием о том, сколько хороших эмоций подарила нам сегодняшняя встреча.

Открыв шкатулку, я продемонстрировал Завьяловой тонкий золотой браслет. На этот раз уже не часть комплекта, но все равно тонкая работа в виде переплетающихся виноградных лоз с крохотными листьями.

Украшение было вполне нейтральным. Оно подходило практически к любому наряду — хоть к повседневному платью, хоть к торжественному. Но главное, естественно, заключалось в зачаровании. Как Евгения Андреевна и просила, я вложил в браслет не слишком мощное омолаживающее заклинание.

— О, Иван Владимирович, вы знаете, как угодить женщине, — с еще более довольной улыбкой произнесла Завьялова. — Прошу, проходите же скорее. Мой супруг тоже будет очень рад с вами пообщаться.

Я улыбнулся в ответ и предложил ей локоть. Вместе мы поднялись на крыльцо, где Евгения Андреевна перепоручила меня слугам. А те, кланяясь даже ниже, чем в прошлый раз, сопроводили меня в сад.

Здесь ничего не поменялось с моего последнего визита. Разве что гости отличались, но это совершенно нормально — я далеко не всех дворян столицы знаю. А уж сколько их по всей Российской Империи живет. И не исключено, что к супругу Евгении Андреевны еще и иностранцы приезжают, все-таки у него не самая последняя должность в Министерстве иностранных дел.

— Иван Владимирович Моров! — объявил слуга, после того, как я перешагнул порог сада.

На меня обратили внимание, но не слишком долгое. Все же не того я полета птица, чтобы все наперебой бросились со мной общаться.

Это в первый раз гостям было любопытно посмотреть на последнего Морова. Но с тех пор новости обо мне поутихли, никто же не рассказывает на каждом шагу о том, что со мной происходит. Так что интерес общества снизился.

Пройдясь по саду, я присел на ажурную скамейку и просто наблюдал за людьми. Молодежи в этот раз не имелось, я оказался единственным представителем своего поколения на приеме.

— Иван Владимирович, здравствуйте, — раздался рядом знакомый голос.

Я поднялся на ноги и кивнул мужчине около пятидесяти лет в черном костюме-тройке, с изящной тростью в руке.

— Добрый день, Дементий Петрович.

Глава рода Семеновых улыбнулся и указал на скамейку.

— Не возражаете немного поболтать со стариком?

— Присаживайтесь, — ответил я.

Дождавшись, пока он опустится на сидение, я последовал его примеру.

Несколько секунд Дементий Петрович молча рассматривал меня, прежде чем заговорить.

— А слухи не врали, Иван Владимирович, — начал речь он. — Вы действительно очень похожи на своего деда. В вашем возрасте он выглядел так же.

— Полагаю, традиция обзаводиться сединой в юности — наша фамильная черта, — усмехнулся я.

— Александр Васильевич был очень уважаемым человеком, — улыбнувшись на мою шутку, произнес глава рода Семеновых. — И я надеюсь, что вам от него досталась не только внешность, Иван Владимирович.

— Ну, по количеству уничтоженных членов кровавого культа мы, конечно же, еще не сравнялись, но я к этому стремлюсь, — ответил я.

Дементий Петрович усмехнулся.

— И вы своего добьетесь, Иван Владимирович, — кивнул он. — Я вижу в вас стержень, которым могут в наше время похвастаться не многие. Увы, общество в последние годы редко сталкивалось с действительно серьезными вызовами. Мирная жизнь расслабила благородное сословие…

Он прикрыл глаза, словно погрузившись в воспоминания, но уже через пару секунд вновь смотрел на меня.

— Я помню, что вы отказались от моего приглашения, Иван Владимирович, — произнес Дементий Петрович. — Однако напомню, что оно все еще в силе. А также до меня дошли слухи, что благодаря вашим усилиям Венедикт Кириллович вновь лишился наследника.

— Вы неплохо осведомлены, — не стал отрицать я.

— Несмотря на то, что Солнцевых нельзя назвать нашими друзьями, я все же сочувствую Венедикту Кирилловичу. Такое невезение с наследниками похоже на проклятье, — поделился подозрениями глава рода Семеновых.

— В таком случае я бы об этом знал, Дементий Петрович, — ответил я.

— О да, Иван Владимирович, вы ведь вскоре станете преподавателем защиты от темной магии, — улыбнулся он. — А еще изготавливаете артефакты. Уникальные по своей сути и превосходные по своему качеству. Я успел оценить ваш сувенир, который вы передали Евгении Андреевне. И хотя я не знаю конкретно этого заклинания, что еще раз подчеркивает вашу уникальность, но оценить тонкость исполнения вполне способен. Если не секрет, как долго артефакт будет разряжаться? Пятьдесят лет? Век?

Я улыбнулся в ответ.

— Вы же понимаете, Дементий Петрович, что я не стану распространяться о таком, — негромко сказал я. — Но, полагаю, роду Семеновых тоже могли бы пригодиться мои изделия.

— Именно за этим я сегодня и приехал, Иван Владимирович, — важно кивнул собеседник. — И о проклятьях вспомнил я тоже не просто так. Видите ли, мне лично может потребоваться ваше участие…

Он замолчал, обращая взгляд в сторону входа в сад.

— А это еще что за…

Я обернулся вслед за Дементием Петровичем за мгновение до того, как раздались звуки взрыва. Волна огня и воздуха, перемешанного с кусками камня, влетела в сад, сметая слуг и нерасторопных гостей.

— Оставайтесь на месте, — велел я старику, поднимаясь на ноги и сбрасывая с себя пиджак. — Укройтесь им, он вас защитит.

Пиджак вспыхнул, формируя вокруг главы рода Семеновых динамический щит. А я направился к пылающему коридору, из которого раздавались крики и выстрелы.

На ходу закатав рукава рубашки, я поднял руки, устанавливая над садом несколько куполов защиты.

— Всем оставаться на местах! — воспользовавшись усилением голоса, скомандовал я, а потом, усмехнувшись, добавил: — Встать!

Порванные и искалеченные тела слуг и кого-то из гостей вздрогнули, заставив выживших испугаться. А потом мертвецы встали в полный рост и поковыляли вперед. Вид еще истекающих кровью тел довел какую-то женщину до истерики.

— Да начнется Мор!.. — объявил я.

И поднятые мной мертвецы с хрипами и воем ринулись в пылающий коридор.