Морф - оборотень не простой

Начало

Всем, наверно, известна весенняя погода. Утром солнце, птички поют, на небе ни облачка! А днем пасмурно: ветер, дождь, холод. Вот я и пошел утром в универ без куртки, а потом, когда мои пары закончились, начался дождь, от которого на остановке негде спрятаться. Ну, а автобус как всегда опаздывал. На сорок минут.

Наконец, когда транспорт подъехал, оказалось, что внутри нет свободных сидячих мест, что не очень положительно сказалось на мое настроение. Но мне не так уж и сложно постоять, ведь ехать всего ничего. Час. Но доехать до дома мне не было суждено.

Сперва я заметил, что автобус начал вилять, затем, что водитель начал засыпать на ходу, а машина — набирать скорость. Испугавшись, я решил разбудить водителя. Стрелка на спидометре уже перевалила за сотню. Пассажиры ничего не заметили, все ехали уткнувшись в свои смартфоны. Я дернул водителя за плечо. Вдруг, впереди едущая машина начала тормозить, а водитель, которого я только что разбудил, спросонья неправильно оценил ситуацию и повернул руль налево. И вылетел прямо в лоб КаМаза, с нарисованными на кузове звездочками и черепами, который ехал по встречке…

Мне всегда было интересно, если человек умрет мгновенно, то он успеет почувствовать боль? Как оказалось, да. Я, неверно, умер сразу после удара, но за это время успел почувствовать, как в меня попали осколки стекла, удар головой об кузов грузовика,.

***

Очередной день на работе, очередной заказ от начальника, имя которого я не знаю. Как давно я на него работаю? Уже и не помню, но скольких людей я за это время сбил, сколько транспорта уничтожил! Мне за это хорошо платят, а начальник дал мне возможности, которые обычным людям и не снилось, а все остальное меня не волнует. Нужно кого-то убить — значит есть за что. Я в чужие дела не лезу, а мне не говорят, как именно завершить заказ.

Иногда я беру легковые автомобили для выполнения заказа, чаще — грузовые. В основном — КаМазы. Они, во-первых, тяжелее, что повышает шансы выполнить задание с одного удара, во-вторых, дешевле, чем другие грузовики, и в-третьих, там больше мест для рисования значков. Сбитый человек — череп, сбитый транспорт — звезда. Более десятка машин стоят на мой личной автостоянке без дела, так как там не осталось место для значков. О! А вот и моя цель — едет в маршрутном автобусе…

***

…Скрип колес, звяканье железа, крики людей, фырчание лошадей… Не знаю точно, что из всего этого меня разбудила. Может чей-то рык, раздавшийся рядом, или удар головой об железные прутья?..

Открыв глаза я заметил перед собой клетку, где на куче сена сидел человек в лохмотьях, схватившись за прутья. Весь его вид был каким-то… диким. Встать на ноги не позволяла ему высота клетки и цепи с кольцом на руках и шее.

— Ну-ка быстро отпустил клетку! — раздался рядом крик и по прутьям его клетки ударилась палка. Заключенный тут же отпустил прутья и стал рычать на своего обидчика.

Я попробовал сесть, но почувствовал, что все тело заныло, будто я все отлежал… А еще я понял, что на моих запястьях и на шеи находятся железные кольца, как и у того человека.

Эта новость придала мне сил и заставила сесть, что я и сделал, получив при этом сильное головокружение и чуть не упав.

— Смотрите-ка, жив еще, гаденыш! — услышал я рядом, и в мой бок что-то врезалось, заставив снова упасть на солому, ударившись головой об прутья.

— Гнат, не порть товар! Ты их должен охранять, если ты не забыл! — раздался другой голос.

— Да какая разница, эти твари все равно долго не проживут…

Дальнейшее я не смог понять, так как все звуки приглушились и я впал в беспамятство.

***

Следующее пробуждение было ненамного лучше первого, но зато я смог более менее осмотреться. И увиденное мне не очень понравилось.

Я находился в клетке, на лодыжках, запястьях и на шее были кольца с цепью. Эти цепи были отдельными и проходили сквозь кольца, впаянные в повозку. Помимо моей повозки было еще где-то шесть с людьми в клетках и еще неизвестно сколько крытых с непонятно чем. Я был в хвосте всего этого каравана, а мою телегу вез паренек лет так пятнадцати, что сидел на месте кучера. Рядом с нами ехали на лошадях люди. Некоторые были с мечами, другие — с пиками, но на всех была броня.

Моя клетка не была прикрытой, и из-за этого я весь промок под моросью, которая, судя по пасмурной погоде, не скоро закончится…

Все это ввело меня в апатию. Не хотелось ничего делать, да и не было сил. Меня одолевал голод… Я хотел понять, что тут происходит… Я хотел убраться отсюда подальше… Но я снова уснул.

***

— Привал! — разбудил меня зычный крик. За моей телегой сидел уже другой пацан, что не особо имело для меня значения.

Все повозки и телеги остановились на поляне, образую собой полукруг. Наши телеги поставили в кучку, ближе к центру этого полукруга. Из повозки вылезли еще люди, судя по дорогой одежде, купцы со своей семьей. Некоторые люди отвели лошадей поить и купать, так как за день они стали вонять, несмотря на морось.

Быстро были расставлены палатки, девушки начали готовить еду в нескольких котелках. Судя по запаху, это было мясо. Тут мой живот напомнил, что мне стоит о нем побеспокоится.

— Да, гаденыш и в правду жив, — отвлек меня от созерцания местного быта голос. — Не думал, что бывают настолько живучие оборотни.

Говорившим оказался неприятный человек. Низкий, толстый, лысый, с усами, в дорогой одежде… Я хотел сказать, что не являюсь оборотнем, но из горла вышел только хрип.

— А-ха-ха-ха-ха! — была его реакция на мой хрип. — Тебе не повезло выжить. Надеюсь, ты понял, что не стоит сбегать от меня, гаденыш. А-ха-ха-ха-ха!

Теперь мне еще больше не нравится этот человек… Но голод не дал мне особо над этим задуматься. Я ХОЧУ ЕСТЬ!!!

Наплевав на усталость я схватил клетку за прутья и стал их дергать. Из моего горла непроизвольно выходил рык.

— Смотрите, шавка в ярости! — сказал один из людей, указывая на меня. По моему, это тот паренек, что первым управлял повозкой. — Ты заставил нас побегать, да и старшому лицо исцарапал. Как же знатно мы тебя тогда избили! Неужто еще хочешь? — взяв горящую палку из костра начал тот подходить.

— Ивэл! Не трогай товар, иначе тебе придется за него заплатить, — остановил его мечник с охапкой дров в руках. Видимо, они собираются здесь переночевать.

— Да я его всего пару раз хотел ударить, — начал тот оправдываться, «незаметно» положив горящую палку обратно в костер.

— Вот если купишь его у торговца, то можешь хоть пару раз ударить, хоть сотню. А пока сходи в лес и принеси хворост, раз тебе делать нечего.

Пацан со злостью посмотрев на меня, как бы обещая, что еще вернется, ушел в лес.

Пару часов ничего интересного не было. Я сидел, желудок сам себя начал переваривать, ночь вступила в свои права, а люди начали есть. Понимая, что в ближайшее время поесть не получится, я решил отрешиться от чувства голода и разобраться с происходящим.

Последнее, что я помню — авария. Затем я очнулся здесь. Как бы я не пытался, ничего между этими двумя событиями вспомнить не удалось. Из-за этого первой мыслью было то, что это все мне мерещится, но она была быстро отброшена из-за реальности происходящего. Значит, я попал. Знатно попал. И, скорее всего, попал я в чужое тело. А теперь главный вопрос — в чье?

Посмотрев на руки я увидел самые обычные человеческие руки. Детские, с синяками и порезами. Дохлые. Из одежды на мне были только мешковатые штаны, мокрые из-за недавной мороси, и все. Торс тоже был в синяках и порезах. Кажется, даже пару ребер у меня сломано. Ноги особо ничем от всего тела не отличались. Ни когтей, ни клыков, ни шерсти. Так за что меня тут держат, и с чего они взяли, что я — оборотень?

Глава I

Есть они закончили быстро. Одна миловидная девушка собрала все кости и с опаской подошла к нам… Нормальной еды мне не видать, как я понял…

Девушка подошла к первой клетке и закинула туда пару костей. Находившийся в ней старик вцепился в эти кости и стал с рыком пожирать. То же самое происходило и в других клетках, когда в них попадали кости. Но когда девушка подошла к предпоследней клетке, оттуда резко вытянулась рука и схватила ее за локоть. Та вскрикнула и, выронив все кости, начала вырываться.

— Ты чего творишь, псина?! — крикнул человек с копьем и, подбежав, огрел руку узника древкой своего оружия.

Когда рука разжалась девушка быстро убежала, а человек в клетке начал биться о стенки клетки. На это представление пришли посмотреть и другие люди.

Бился тот недолго, но я успел заметить, что его глаза светятся в темноте желтым цветом, как фонарики… Потом он завыл

А-у-у-у-у-у-у-у-у!!!

В глубине леса ему ответили волки.

— А ну-ка прекрати! — сильный удар древком все того же копья в затылок заставил того заткнуться. — Не хватало нам еще и от волков отбиваться.

Но на этом оборотень, а то, что он и вправду оборотень я уже понял, не остановился. Его ногти стали расти, превращаясь в когти, на открытых участках тела стала заметна появляющаяся шерсть, лицо вытянулось и стала похожей на волчью морду… Но он, видимо, не учел того, что шея в форме человека намного меньше, чем в волчьей, а кольца, что и так были вплотную к коже, не поменяли свой размер. Так что после оборота тот стал барахтаться без возможности выбраться.

— Быстро натяните цепи! — крикнул торговец, когда увидел это. — Быстрее, пока он не снял кандалы!

Но они не успели. Волк ухватился за кольцо на шее и сломал его, ну, а цепи не смогли его даже задержать. Воины старались атаковать оборотня, пока тот в клетке, но вскоре все копья были сломаны, а мечом не особо атакуешь сквозь прутья.

Торговец быстро забежал в свою повозку, впрочем, как и другие обычные люди, а воины приготовились драться. Почему-то ни у кого не было лука или другого оружия дальнего боя.

Волк долго ждать их не заставил. Всего пара ударов — и от клетки не осталось и следа. Наконец я смог нормально разглядеть его.

Высокий, несмотря на то, что стоит сгорбившись. Руки длинные, каждый палец заканчивается острым когтем. Есть хвост, не длинный и не пушистый. Шерсть по всему телу серого цвета. Из пасти с острыми зубами падает слюна, а глаза, горящие желтым цветом, не похожи на глаза разумного существа.

Самый молодой из воинов, видимо, не выдержав, напал. Волк легко увернулся от этого выпада и решил куснуть того в ответ, но наткнулся на меч более старшего мечника.

— И как нам с ним сражаться? — спросил один из воинов глядя на то, как быстро зарастает рана на оборотне. — У нас нету серебряного оружия.

Я тоже был удивлен регенерацией волка. Удар мечом по шее был сильный, оставляя на ней порез, который с шипением исчез за считанные секунды.

— Эти псины долго голодали, так что мы можем попробовать его измотать. Да и разума у него нет, так что преимущество на нашей стороне, — сказал самый старший. — Главное, что…

Договорить он не успел. Волку, видимо, была не интересна его болтовня, так что он снова напал, и на сей раз на того, что защитил самого молодого. Воин был не лыком шит и смог отбить удар все тем же мечом. И когда он хотел контратаковать оборотень просто… сбежал.

— Стой! Куда?! — попытался догнать его все тот же молодой мечник. Но его остановили и даже дали оплеуху со словами:

— Ты совсем дурак?! *шлепок* Ты знаешь, что у нас не было против него шансов, что бы я не говорил во время боя?! *шлепок* Ты не только напал первым, что нам пришлось тебя спасать, так решил и за ним в лес побежать?! *шлепок* У нас нет против него оружия, дурень! Ведь мистер Лир поскупился купить серебряные мечи для своей личной охраны. Он даже не взял посеребренные клетки. Так что *шлепок* больше *шлепок* так *шлепок* не делай!!! *шлепок*.

Меня это развеселило. Тот, что проводит беседу, это, походу, заметил.

— А ты что улыбаешься? Нравиться, да? То есть тебе не хватило того, что произошло вчера, да?! Так давай я тебе еще добавлю, псина! — и с этим криком он подошел к клетке, а я, если честно, струхнул. Даже голод перестал мучить. Да и то, что на его лице несколько шрамов, предположительно недавно полученные, еще сильнее этому способствовало. Ведь как сказал тот пацан — Ивэл, это я ему сделал… К счастью, меня спас торговец.

— Это что еще такое??! Вы упустили его?! Да вы хоть знаете, сколько я теперь потерял?!!! А теперь еще и этого хотите прибить???!!! ДА Я ВАС ЗА ЭТО!..

Дальнейшее я не слышал из-за того, что мне резко поплохело и мое сознание испарилось…

***

Частое потеря сознания мне порядком надоело. Как и то, что я просыпаюсь в клетки и при этом бываю ЧЕРТОВСКИ ГОЛОДНЫМ! Мне кажется, что я бы с радостью съел бы те кости, что мне не достались вчера из-за одной твари… Надеюсь, меня скоро накормят. Иначе я тоже начну на них набрасываться…

Погода сегодня была не лучше, чем вчера. Холодно, тихо, морось… Люди не разговаривали, лошади не ржали. Единственный шум — цокот копыт, скрип колес и звяканье экипировки воинов. Это все успокаивало, вводило в дремоту, несмотря на лютый голод… Но стены города, замеченные мною, помогли отогнать сон.

Через некоторое время мы были возле ворот. Сонные стражники сразу оживились, заметив нас, но быстро поникли, когда торговец им что-то показал…

Весь караван пропустили без проверки.

По улицам, несмотря на дождь, ходило много народу. Многие из них смотрели на меня и других оборотней в клетках с отвращением на лице. Будь там на земле камни, то они явно полетели бы в нас, но мне повезло, что дорога вся мощенная…

Я уже смирился с тем, что являюсь оборотнем, хотя сперва не верил. Но я не могу понять причину их такого отношения к нам. Я не особо в этом уверен, но на Земле нет такого отношения к диким хищникам, если они нас считают такими. И к рабам не было… Как-то странно это говорить — на Земле… Это другой мир, а я — попаданец, как в каком-то фэнтези. Но, в отличии от книг, мне тут никто не поможет. Значит, мне нужен план действий. НО НА ГОЛОДНЫЙ ЖЕЛУДОК НОРМАЛЬНО НЕ ПОДУМАЕШЬ НАД ЭТИМ!

От злости я схватился за прутья и стал дергать их. Люди, что находились рядом с караван в этот момент, резко отскочили, а я получил палкой по пальцам. Городские стали смеяться, а я смог взять себя в руки. Если я пока не могу нормально подумать над планом, то я могу осмотреть город и попробовать поискать места, где можно спрятаться или выйти незамеченным. Потом ведь нас накормят?

***

Место, чтоб можно было спрятаться, я не нашел, но примерно понял, как выглядит город. Если посмотреть сверху, то он будет напоминать мишень. Две перпендикулярные дороги, проходящие от края до края и образующие знак «+» с ратушей в центре, и кольцевые улицы. Их было двадцать, как минимум. Если подумать чисто логически, из города четыре выхода. С одной стороны это хорошо, заблудиться будет сложно, но с другой стороны плохо — спрятаться почти невозможно, если, конечно, не ворваться в чей-то дом.

По пути в центр наш караван заметно уменьшился: некоторые повозки остановились возле одного здания. В центр доехали только наши телеги и повозка с торговцем. Тот зашел в ратушу на пару минут, а потом вышел в сопровождении более толстого человека. Мэр города что ли?

— Вот! Лучшие из лучших! — начал торговец нахваливать нас, как какой-то товар.

— Ммм… — мэр, видимо, не особо ему поверил. — Какие-то немощные у тебя эти «лучшие из лучших». Ну да ладно. Этот — указал он на меня. — Пятьдесят серебряных.

— Я рассчитывал на три золотых! — возразил торговец, на что мэр был не согласен. У них разгорелся спор, в результате которого меня продали за один золотой… Мда. Не такую цену я себе ставил…

Других оборотней оценили подороже, и в итоге торговец обогатился на тридцать золотых. Нас, как я понял, купили для участия в боях, что произойдут через декаду, если погода будет благосклонной. Значит, у меня есть десять дней, чтобы сбежать отсюда. Не уверен, что на этих я выживу. Я даже не знаю, как превращаться!.. Но, моим планам было не суждено сбыться…

Ратуша, как песочный замок под ногами хулигана, была разрушена упавшим с неба крылатым ящером. Неужели это…

Глава II

— ДРАКО-О-ОН!!! — крикнул кто-то из толпы и тут же началась паника. Хоть людей на улице было мало, они умудрились устроить давку. Некоторые падали на землю, их давили ногами, не позволяя встать, другие выбегали из домов и убегали, третьи наоборот забегали в дома… Воины намного меньше подались панике, чем простые люди, но и они боялись — я видел, как у них дрожат ноги и руки. Мэр и торговец, на удивление, убегать не стали. Оборотни вжались в стенки клеток и скулили. А я… что я мог делать? Мне с трудом удалось подавить желание скулить как остальные, но больше делать нечего… Вот так и закончится мое приключение в этом непонятном месте. Интересно, от чего я погибну? Шальной стрелы, пламени дракона или его лапы? Жаль только что я не смог поесть и обернуться волком. Было бы интересно почувствовать себя в шкуре шерстяного волчары…

— Лучники! Стреляйте в крылья! Мечники! Прикройте стрелков щитами! Когда тварь не сможет летать, добьем ее на земле! — командовал начальник стражи.

Дракон с каким-то интересом наблюдал за тем, как люди встают в строй. Присмотревшись, я невольно залюбовался им. Чешуйки, которыми покрыт монстр, были белоснежного цвета, что в конце переходил в светло-синий, создавая красивый градиент. Размер его хоть и был большим, но не был колоссальным — примерно как средний одноэтажный дом. Он своим падением не смог даже половину ратуши уничтожить. На голове две белые рожки, что как и чешуйки оканчиваются синим цветом. Крылья тоже были белыми, а перепонки — голубыми. Сам дракон был типично европейского вида — два крыла и четыре лапы. Они, кстати, были четырехпалыми с когтями голубого цвета. Хвост был длинным, с таким же окрасом и все тело и с костяным шипом в конце. Тоже, как вы наверно догадались, голубого цвета. Но больше всего меня поразили глаза. Темно синие, с черным, вертикально вытянутым зрачком. Посмотрев в них я сразу понял — дракон разумен. Точнее, разумна. И она не просто так сюда пришла. В них не было никакой ярости… Но нас это не спасет.

— Не бойтесь! Щиты зачарованы на защиту от огня. Дракон не сможет нас атаковать!.

Дракоша больше ждать не собиралась, и, сделав шаг вперед, ударила лапой начальника стражи с такой силой, что зачарованный на защиту от огня щит не смог помочь — от бедолаги осталось только кровавое пятно на разбитой мостовой. Боевой дух солдат заметно поубавился, но первые робкие стрелы все-таки полетели в крылья ящерки, как и завещал их ныне покойный начальник. Дракоше это не понравилось и она сделала пару шагов в сторону воинов. Мечники дрожащими руками подняли щиты и тут же были отброшены ударом когтистой лапы. Один из их мечей пробил прут моей решетки и со звоном пролетел дальше, попадая в шею моего соседа-оборотня. Тот еле вытащил меч, позволяя мне увидеть хваленную волчью регенерацию, и стал сразу превращаться. Кольцо, сдерживающее это, уже было сломано мечом, так что бояться ему было нечего. И, пока тот ломал свою клетку и убегал, оставив нас на произвол судьбы, среди солдат и дракоши разгоралась ожесточенная битва. Лучники уже были выбиты из нее как в прямом, так и в переносном смысле — большая их часть была разбросана по улице, но некоторые стояли, превратившись в ледяные скульптуры. Так что сейчас ей отпор давали маги и, как я понял, паладины. Маги были в разноцветных балахонах и атаковали определенной стихией. Красные использовали огонь, синие — воду… А паладины… ничего не делали. Они просто стояли позади магов и смотрели за боем. Как я понял, что это паладины? Не знаю. Но мне не кажется, что это обычные воины или рыцари. Их рост был под два метра, каждый их них держал в одной руке щит, в за котором они с легкостью могут полностью укрыться, а в другой руке свое оружие. Всего паладинов было двое, один с огромным мечом, а другой с не менее огромным молотом. И вся их экипировка была белого и золотого цвета. Так что, как я и говорил раньше, обычными рыцарями их не назовешь.

С магами дракоша быстро разобралась и решила перейти на паладинов.

— Что скажешь, брат? — спросил белый паладин.

— Дракон. Самка. Молодая. Ледяной тип. Она не составит для нас особого труда, — ответил золотой.

— Ясно, — сказав это запустил тот в нее своим молотом. Дракоша уворачиваться не стала, явно рассчитывая на свою чешую. И зря. Удар пришелся ей по голове, откидывая ее саму назад. А молот вернулся к хозяину как бумеранг. На морде ящерки отсутствовала пара чешуек… Какой силы должен быть этот бросок, если и воины и маги не смогли даже поцарапать ее? Либо это никакие не паладины, а драконоборцы…

Чешуйчатой это не понравилось и она дыхнула на них синим пламенем. От которого, кстати, веяло не жаром, а холодом. Это что, ледяной огонь?

Паладинов это не впечатлило. Они выставили щиты, которые от огня просто покрылись инеем. Мечник, быстро воткнув щит в землю и перехватив свое оружие в две руки, просто взмахнул им в сторону ящерицы. Та сразу отскочила в сторону, и не зря — двухэтажное здание, скорее всего таверна, мгновенно лишилась крыши и части стены. Оттуда с криком стали выбегать уцелевшие люди.

Дракоша, видимо, поняв, что ледяным огнем тут не победить, решила воспользоваться физической силой. Паладины, на удивление, хорошо уклонялись от ее атак и даже контратаковали.

На теле чешуйчатой было уже несколько ран, когда она смогла все-таки попасть по ним. Для этого она хвостом ударила дом, который начал падать на паладинов. И когда они отвлеклись, дыхнула. Все бы ничего, если бы мы не стояли на траектории огня…

Я инстинктивно прикрыл голову руками… Разобраться, это очень горячо или очень холодно не получилось, но я понял одно — это ОЧЕНЬ БОЛЬНО.

— А-А-А-А-А!!! — начал я кричать от боли, видя, как руки, покрытые ледяной коркой, постепенно рассыпаются. Через пару секунд мне удалось рассмотреть свои кости, которые, к счастью, не заледенели. Из-за того что вся замороженная часть отпала, начала обильно течь кровь. Боль была неимоверной, что я не переставал кричать. Не было сил даже на мат.

Лёд прошел не только по моим рукам, но и по клетке и стене храма, возле которого мы и стояли. Другим оборотням повезло меньше — огонь заморозил их полностью.

Стена стала трещать, но держалась. Вплоть до того момента, как туда попал молот паладина, отбитый драконом. Башня храма, оставшись без опоры, упала прямо на мою клетку. Она, конечно, довольно крепкая, но на такое не рассчитана, да и лед не пошел ей на пользу. Мои руки уже начали регенерировать с огромной скоростью, но не успели — с ледяным звоном сломались прутья и меня придавило к полу. Не было возможности ни вдохнуть, ни пошевелиться… Колеса телеги, на которой моя клетка стояла, не выдержали и сломались. Вроде бы это не очень важное событие, но оно мне спасло жизнь — башня стала меньше давить, появилась возможность дышать. Только вот я понимал: останусь тут лежать — даже регенерация не спасет. Куски башни постепенно прогинали оставшиеся прутья клетки.

Под звуки битвы двух паладинов с драконом я начал искать способ выбраться отсюда. Рассчитывать на помощь со стороны не стоит — меня скорее добьют. Своими руками камни раздвинуть не получится. Хоть они и полностью регенерировали, сил для этого не хватит. Да и цепи с шеи и ног никуда не делись. Единственный способ, который пришел в мою голову — превращение. Только не в волка, а в… Не знаю. Во что-то поменьше. А почему бы и нет? При превращении в волка оборотень становится немного больше. Откуда происходит лишняя масса? Из энергии? Если да, то превращение во что-то мелкое для меня выгодно вдвойне — я до сих пор голоден. Значит лишний вес перейдет в энергию. Теоретически. А теперь — превращаемся.

Некоторое время ничего не происходило вплоть до того момента, когда давить на меня стало с огромной силой. Я почувствовал, как начинаю меняться. И, к счастью, становится не больше, а меньше. Голова начала кружиться и я зажмурился.

Когда все закончилось я открыл глаза и обнаружил себя в каком-то вонючем мешке. Через пару секунд понял, что это штаны…

Выбраться оттуда было сложно, учитывая что вместо рук у меня черные лапки. Прутья клетки казались такими большими… Но мне нужно искать выход.

Пару раз попав в тупики я все-таки смог выбраться из-под развалин. Осмотревшись я увидел, что битва отошла в другую сторону. Стражники не вмешивались, видимо, чтобы не мешаться под ногами. Паладины сами вполне справлялись. Решив не испытывать судьбу побежал в другую сторону. И тут впереди меня в дорогу вбивается молот. От неожиданности я перепрыгиваю его и сразу прячусь за домом.

— Наш противник тут, брат, — говорит мечник.

— Прости, брат. Я думал это оборотень, — ответил второй.

— И теперь дракон улетел… Ладно, уходим.

Выглянув наружу замечаю улетающего дракона. Она, видимо, поняла, что против паладинов нет шанса, но не улетала, опасаясь молота. Когда второй отвлекся на меня она воспользовалась шансом и улетела. Молодец… мразь. Я до сих пор чувствую боль в руках, то есть, в лапках.

По пути к воротам замечаю выходящих из своих домов людей. К счастью, на меня они не обращали внимание, как и стражники. Видимо, еще не отошли от «драконьей неожиданности».

Быстро добежав до главных ворот, что почему-то оказались закрытыми, проскочил под ними и ломанулся в лес.

Не помню, как долго я бежал. У меня в голове было только одно желание — убраться как можно дальше. От этих рыцарей, оборотней, паладинов, торговцев, драконов… К тому же бег на четвереньках давался легко…

Когда начались сумерки я устал. Уже хотел было обернуться назад, когда меня привлек запах. Мясо! Это напомнило мне, что я в этом мире еще ни разу не ел.

Через пару минут я вышел на полянку, где на пожухлой листве лежал кусок мяса. Мне это показалось подозрительным, но голод заставил меня набросится на него. Вдруг листва взлетела и я оказался подвешенным в силках на дереве. И что самое обидное, мясо я от неожиданности выронил. Думаю, стоит попробовать вернуться в первоначальный облик не дожидаясь тех людей, что поставили тут ловушку. Надеюсь, веревка не станет меня душить как ошейник на том оборотне…

Оказалось, что реальность полна разочарований. Как я не старался, обернуться человеком не получилось. Тогда остается последнее — попробовать перегрызть веревку. Шириной она как моя лапа, так что это будет очень долгое событие… Но шорох в кустах мне подсказал, что оно даже не начнется. На поляну вышли два человека. Скорее всего охотники, судя по луку и колчану стрел на каждом. Но мне почему-то кажется, что это не очень успешные охотники. Ходят шумно, громко разговаривают. Да и алкоголем от них смердит.

— Ситько, яж ховорил те, шо твоими силками ток на лисят идти. Смори, вона! Лисенок! Ха-ха! — рассмеялся первый.

— Дак, яж не виноват, шо ток он суды прибыл. Вона скока зверья ходют. А ентот… ну, не знаю. Я бы побоялся шкуру его суженной своей дать. Она вона какая, чуть что — сразу скалкой, — поднял второй меня за хвост. А это больно! За что он и поплатился. Всеми зубами и когтями я вцепился в его руку, когда тот вытащил меня из силков.

— А-а-а-а! Сними ентово беса окаянного! Чего ты стоишь и глазеешь?! — начал он кричать, размахивая рукой.

— Дак лисенок ентот не сильно то и куснет. Шо ты кричишь яки баба? — сказав это отцепил меня второй и положил в сумку. Тут лежали бутылки из-под алкоголя и мне из-за одного его запаха стало плохо. Как они могут такое пить? — А шо с ним сделать я уже придумал. Меха у него не очень, так шо продадим его самого.

— Продадим? Да кому он сдался, бес ентот, — возмутился Ситько, дуя на свою руку.

— Богачам, кому же еще. Они же вон, за лошадь готовы целых сто золотых отдать. Так шо продадим беса ентого, серебряк возьмем.

— За серебряк можно и зубы его перетерпеть…

Ну что, моя цена разительно рухнула с одного золотого до одного «серебряка». Хорошо что хоть на шкуру не пустили, ведь ничего противопоставить я им не смог бы. Обратно превратиться не могу, скорее всего из-за голода, мои зубы и когти им ни по чем — одной рукой они могут меня полностью скрыть, только голова и хвост будет торчать… Ну, от одного торговца я с трудом отвертелся, теперь надо будет от другого уйти.

— Кажи, Митько. А як он им нужен, богачам ентим, лисенок то?

— Дак кто ж их разберет. У них же это, как матушка говорила, тараканы в голове. Может, дитятке своему отдадут, на потеху, может собакам, шоб посмотреть, как его едят. Все ожет быть.

Так. Теперь мне еще больше не хочется попасть к этим «богачам». Вы уж извините, но я как раз таки один из тех редких людей… оборотней… лис, которым строго противопоказано кормить собак своим телом. Так что извольте, на такое я не согласен... Только вот будут ли у меня они спрашивать?

Глава III

Выбраться из сумки мне никак не удалось. Ткань оказалась слишком прочной для моих когтей и клыков, а постоянная тряска не позволяла раскрыть сам мешок. Да и без нее это было бы трудно сделать изнутри да и лапками.

Было еще и хорошее событие. Помимо бутылок и всякой фигни тут лежал целый кусок вяленого мяса, завернутый в ткань. Местами раскрыв, местами порвав эту преграду я вгрызся в кусок зубами и выпустил всю свою злость, накопленную за эти два дня. Спустя пару минут ни от мяса, ни от моей ярости не осталось и следа…

Вы, наверно, в курсе, что по закону Архимеда после сытного обеда полагается поспать. Но мне, к сожалению, это делать нельзя. В любое время может выпасть удачный момент для пробега, и мне не хотелось бы его проспать. Да и эти двое были навеселе, когда меня поймали. Вдруг забудут об этом и просто положат где-то свою сумку… рюкзак… не знаю, как это называется. Пусть будет мешком. А если они обо мне не забудут, то им как-то нужно меня отсюда вытаскивать. Это тоже хороший шанс на побег.

Спустя некоторое время мы попали в деревню. Это я понял, когда к их разговорам про баб, выпивку и охоты прибавились новые голоса. И, как оказалось, про меня они не забыли. Судя по гомону, мы на базаре. Значит, остается последнее — бежать со всех лап, когда откроется мешок.

— Мы тут енто, живой товар принесли, милсдарь! — сказал один из моих похитителей.

— Я рабами не торгую, да и запрещено это в нашей стране, — ответил ему «милсдарь». Рабство тут запрещено, а продавать оборотней — нет?

— Упаси нас Бог от ентого! Не раб енто, а зверь! — воскликнул тот, сильно потряхивая мешком.

— Зверь? Покажи!

Трясти перестало и, как только я смог разобраться, где вверх, а где низ, меня подхватили руки. Не успел.

Торговцем оказался мужчина средних лет в купеческой одежде и в головном уборе. Не знаю, как это все называется, но на оборотнеторговце была почти такая же одежда. У этого, как я понял, дела идут не очень, учитывая его нормальное телосложение. А как всем известно, чем богаче купец — тем шире его пояс. И пока я его осматривал, он осматривал меня. И рассмеялся.

— Зверь? Этот пушок? — спросил он, отсмеявшись. — Да ты, наверно, издеваешься. Я бы этого пушка в одной комнате с мышкой не оставил. Вдруг загрызет лисенка?

— Вы ет на внешность не смотрите. Вы на внутренность смотрите! Он брату моему чуть руку не оттяпал! — возразил Ситко, размахивая меня в руке… Ща стошнит…

— Ладно. Сколько за этого зверька просишь?

— Один серебряк, — наконец перестал он меня трясти.

— Восемьдесят медяков и не больше.

— Хорошо, — сразу согласился тот и передал меня купцу. — Вы только ет, поосторожней с ним. Сбежит аки друг во время мордобоя как пить дать.

— Это ты хорошо сказал. Ладно, бери свои медяки, — отдал он монеты и, подождав, пока Ситько уйдет, начал меня осматривать.

— Ну и что мне с тобой делать? На шкуру пустить себе дороже, меха у тебя даже на рукавице не хватит. Да и жалко, тебе, наверно, и трех месяцев нет. Отпустить?

— Да! — хотел я сказать, но вместо этого получилось «Тяф!»

— Ты на меня не тяфкай! — сказал тот, рассмеявшись. — В лесу ты не выживешь, да и заплатил я за тебя. Остается только перепродать тебя на рынке в ближайшем городе. У меня даже клетка для тебя найдется.

Торговец достал маленькую деревянную клетку и посадил меня туда. Затем положил кусок мяса и миску с водой, тем самым немного искупив свою вину.

Никогда бы не подумал, что, едя сырое мясо, я буду испытывать что-то кроме отвращения. Оно было вкусным. И сытным. Единственно солома, лежащая на полу клетки, и торговец, пристально следивший за мной, мешали моей трапезе.

Закончив с мясом я приступил к миске с водой. Пить пришлось как кошка, лакая языком. И как только я насытился, то понял, что все мои действия не вызвали во мне никакого отвращения. Если дать голодному человеку сырое мясо, то он его либо не будет есть, либо сперва почистит или приготовит. Да и пил я довольно профессионально, будто с этим телом я получил новые инстинкты. И это довольно странно.

***

Через пару часов все торговцы собрали свой товар и выехали с деревни. Этот караван был намного больше предыдущего, и, следовательно, было больше охраны. Купец, купивший меня, торговал мехами. Так что, думаю, не удивительно, что у него есть клетка для животных. И крепкая, зар-р-раза! Закрывалась она на щеколду, которую мне изнутри не подцепить.

И, конечно, среди торговцев был тот, кто продавал оборотней. Его «товар», как и в том караване, везли в самом конце. И отношение к ним было точно такое же, как и ко мне в тот раз.

Спустя два дня караван достиг города под названием Терсонт. По пути я все время пытался сбежать, но ничего у меня не получилось. Кончено, я бы мог попытаться стать обратно человеком, но возможные дальнейшие события мне не нравились. Во-первых, своим телом пробивать клетку не особо хочется, а во-вторых убегать от охраны каравана тоже не хочется, учитывая что им не поскупились выдать серебряное оружие.

Еще у меня было время, чтоб немного подумать, и у меня появилось два вопроса, на которые у меня нету ответа. Первый — почему все оборотни неразумны, а я нет? И второй — почему все оборотни превращаются в волков, а я в лиса? Ну, я хотел стать кем-то маленьким в завале, но тогда почему лисенок, а не волчонок? Или я werefox, а мое желание стать кем-то поменьше ни на что не повлияло. Просто я еще не вырос. Это мне кажется более-менее правдоподобным, учитывая что за пару дней я немного подрос…

Когда я вышел из раздумий понял, что мы уже возле города. Сразу скажу, предыдущий город, который я посетил в клетке, был не чета Терсонту. Во-первых, крепостная стена. Она огромная, с дозорными башнями, рвом с водой и какой-то магической защитой. Не знаю, что она делает, но когда мы проходили ворота по всему моему телу прошел слабый электрический разряд.

Во-вторых, дома. Возле каждого дома росли цветы и деревья, а сами здания были, в основном, белого цвета. Те дома, что стояли ближе к крепостной стене, имели только один этаж, но ближе к центру они увеличивались, вплоть до трех этажей. Казалось, что тут нету нищих, но, скорее всего, для них есть отдельный вход. Ну, или живут за пределами крепостной стены.

И в-третьих, особняк. Он был огромным. Он был белого цвета. Думаю, попытайся та драконица напасть на него, то у местных алхимиков появились бы новые ингредиенты для зелий…

На следующий день меня выставили на продажу.И моя цена снова изменилась — двадцать серебра. Люди подходили, выбирали меха, торговались до посинения и уходили довольные и не очень. А на меня внимание никто не обращал. Иногда мимо проходили стражники, гремя доспехами. От них довольно сильно воняло, что мне приходилось зажимать нос лапками. Это скорее всего из-за жары, а учитывая их полностью закрытые доспехи им еще сложнее, чем обычным людям. Я бы им посочувствовал, но мы находимся по разные стороны баррикад. А что было странно так это люди, которые не замечали той вони.

— Кажется я нашла, что дитятке подарить! — отвлек меня старческий голос.

— Мама! Этой дитятке уже семнадцать лет! Может хватит ее так называть? — возразил ей мужской голос.

— Молчи, остолоп! Я всегда хотела дочку, но родился ты. Ой! Уедет завтра дитятко и кого мне тогда нянчить? Мой то сын, в свои двадцать пять, не нашел еще девчушку, и все в харчевни ходит да в кабаках дерется. Ой, не видать внуков в этой жизни, ой не вида-а-ать!

Я с интересом присмотрелся к говорившим. Ими оказались какая-то женщина преклонного возраста и парень с корзиной в руках.

— Мама! Я же говорил, что будут тебе внуки! Да и есть тут у меня одна на примете…

— Вот дома мне о ней и расскажешь, а сейчас мы должны купить вон того лисенка.

Не понял, они обо мне? То есть я сейчас из товара превращусь в подарок для семнадцатилетней девушки? Которая завтра куда-то уезжает? Ну, это всяко лучше, чем сидеть тут или становиться обедом для собак. Да и я, надеюсь, наконец получу шанс на побег.

— По чем зверек? — спросил парень, подойдя к купцу.

— Двадцать серебра.

— ЧТООО? — Да за него и шесть будет дорого!

Тут начался торг с криками, руганью и призывами кары небесной на оппонента. Точно так, как все и любят описывать в книгах про средневековье. Где-то через полчаса я был продан за пятнадцать серебра, а купец еще долго горевал, что его обокрали. Ну-ну. Поднятие цены с восьмидесяти медных до пятнадцати серебряных — это и есть кража… Надеюсь, я больше не буду участвовать в таких мероприятиях в качестве товара?

Глава IV

Парень взял мою клетку и пошел вслед своей матери. И минут через двадцать пути мы попали… в тот самый центральный особняк. Заходили они не через главные ворота, как я понял, а через калитку. Люди, охранявшие этот вход, даже не обратили на нас внимание.

Взяв у сына клетку женщина зашла в особняк. Странно, что никто ничего ей не сказал, учитывая то, что я специально выбрасывал солому за пределы клетки. А еще я, обученный множеством фэнтези книг, стал запоминать дорогу. Та-а-ак.

Черный вход. Маленькие ступеньки вверх. Темная каморка. Дверь. Яркий коридор. Направо. Третий поворот налево. Еще поворот налево. Поворот направо. Вверх по винтовой лестницы на четвертый этаж. Прямо. Налево. Налево. Направо. Второй поворот направо. Вниз по винтовой лестницы на второй этаж. Направо. Пококетничать с одним стражником… Так, это лишнее. Да и они, как я понял, муж и жена — стражник хоть и старик, но выглядит так, будто может подковы гнуть… Направо. Налево. Вверх на третий этаж. Направо. Направо. Третья дверь слева… Ну их нахер. В случае побега просто выпрыгну из окна.

— Лилия, девочка моя! Ты тут? — постучав в дверь, зашла она в комнату.

— Да, нянечка, я тут, — отозвалась девушка, сидящая перед трельяжем с зеркалом, причесываясь. — Можешь помочь? У меня не получается, — пожаловалась она.

Ну, это и не удивительно. Когда у меня волосы становились немного длиннее обычного, то мне уже трудно было их расчесывать. А у этой девушки они длиной до самых нижних… сколько то там. Не умею по взгляде размер определять.

— Конечно, девочка моя! — согласилась женщина и, поставив мою клетку на пол, подошла к ней. А я начал осматриваться.

Большая светлая комната с преимущественно розово-золотым цветом. У правой стены стояла большая кровать, на которой, как обычно говорят герои книг, уместилась бы целая рота солдат. Еще тут был стол, стул, трельяж, шкаф. На полу лежал шикарный шерстяной ковер белого цвета. Судя по его состоянию, он либо на днях положен, либо это дело рук какого-то мага и его заклинания. Тут же есть маги?.. На потолке висела висела люстра, в которой вместо лампочек или свечек находились какие-то кристаллы.

— Ох, уедешь ты завтра, будешь там совсем одна. Может мне всё-таки с тобой поехать? — спросила женщина, закончив причесывать серые волосы. Ах да, совсем забыл сказать. Волосы Лилии были светлыми, серо-серебряными. Она их покрасила?

— Нянечка, ты же знаешь, если папа что-то сказал, то от своего слова он не откажется. Так что придется мне ехать без тебя и слуг.

— Да, господин такое может. Но он ничего не говорил насчет зверей, — заговорщески перейдя на шепот указала женщина на меня. Мой взгляд пересекся со взглядом девушки. В ее серебряных глазах сперва читалось удивление, а потом восхищение.

— О боже! Спасибо, нянечка! — сказав это и чмокнув ее в щеку Лилия забежала в соседнюю комнату. От этого на лице женщины появилась улыбка. Не знал, что одним своим видом способен сделать одну девушку и женщину такими счастливыми. Но боюсь, что их счастье — мое несчастье.

— Я всегда хотела иметь собаку, — сказала девушка, неся в руках ошейник. — Даже купила и активировала рунный ошейник. Но я никогда бы и не подумала, что у меня будет свой домашний лис!

Так, а это уже нехорошо. Не знаю, что это еще за рунный ошейник, но я даже на обычный ошейник не соглашусь. Своими лапками мне его не снять, а с ним на шее в человека не обернуться. Черт! Что делать? Подождать, пока она не откроет дверцу, выбежать и сразу превратится? Ага, щас. Да меня на месте прибьют. Остается только прыжок веры в окно. Благо, оно открыто.

Когда Лилия открыла клетку я начал приводить план в действие. Увернулся от ее рук, пробежал пару метров, прыгнул… и был пойман за хвост. Больно!

— Тяф! — тяфкнул я на няньку, что схватила меня, и вцепился зубами с когтями ей в руку.

— А он довольно дикий, — сказала женщина, перехватив мое тело так, чтобы я не смог больше добраться до ее руки. Не понял. Ей вообще не больно?

Оказалось, мне не удалось пробить ее перчатки…

Как бы я ни извивался, стараясь цапнуть кого-то из них за открытую часть тела, ошейник на меня надели и опустили на пол.

— И? — спросила нянька.

— Сейчас проверим, — сказала девушка. — Сидеть!

Мою голову ударило током, в сознании появилась одна навязчивая мысль: «Выполнить приказ!». И я сел. Боль резко исчезла. Что за?

— Лежать!

Все снова повторилось, и как только я лег, боль исчезла.

— Ко мне!

Я решил подойти как можно быстрее, не дожидаясь новой порции боли. Лилия схватила меня и начала обнимать, приговаривая, какой я мягкий, милый и хорошенький. Но я совершенно ее не слушал, отрешенно наблюдая за происходящим. Так что же получается, я должен выполнять все ее приказы? Ох*еть просто!

***

На улице шел ливень. Гром гремел, сверкали молнии. И было темно. Жители маленькой безымянной деревушки мирно спали, не обращая внимание на бушующую стихию. Кончено, у кого-то начала протекать крыша, у других, не прощаясь, забор смылся в закат. Но это проблемы завтрашнего дня, а сейчас все спали.

Ситько тоже спал и видел, как он выслеживает дракона, укравшего принцессу, убивает его в долгой битве, возвращает принцессу королю и получает свою награду.

Целый золотой!

С этим состоянием храбрый воин отправляется в таверну. Там он заказывает лучшие напитки и слушает, как барды слагают о нем легенды.

Когда воин выпил уже шестую кружку, он заметил прекрасную эльфийскую принцессу, что зашла в таверну. Она стала искать кого-то взглядом и, увидев храброго воина, улыбнувшись, пошла в его сторону. От ее красоты все посетители прекратили свои дела и застыли на месте.

Воин встал, решив уступить ей место, но девушка положила руку ему на плечо, улыбнулась и сказала:

— Санько, вставай. Ты обосрался.

— Что?

Особо сильный гром помог жене Ситько его разбудить.

— Вставай, говорю!

— Ну шо тебе? — крикнул Ситько, огорчившись, что такое приятный сон прервали.

— Я те щас покажу «шо»! В хлеву кто-то есть! Возьми светило и посмотри, не бесы ли там?

— А шо я бесам сделаю? Медовуху дам?

— Ты тут холова? Так подумай!

— Не холова, а голова!

— Да хоть срачельня! Иди!

— Вот ведь бабы. Не дают мужику поср… поспать нормально, — сказав это Ситько встал с кровати. Взяв масляный фонарь — гордость этого семейства, взяв топор, что стоял возле двери, вышел на улицу, надев калоши. Фонарь был из гордостью из-за одной особенности — чтобы его зажечь надо просто прокрутить ручкой.

На улице было холодно, слякотно и темно. Даже чудо-фонарь не особо помогал, постоянно затухая. Калоши все время застревали в грязи. Но Ситько все равно смог добраться до хлева, несколько раз вспоминая свою жену добрым словом. Но увидев двери он затих. Там были следы от когтей, а часть двери просто отсутствовала.

Ситько уже хотел сбежать домой от греха подальше, но там его ждал монстр со скалкой в руках. И то, что на двери есть следы от когтей — не самое лучшее оправдание его побега.

Поставив топор у стены он начал крутить ручку фонаря. С каждым поворотом кресало выбрало сноп искр из кремния, но не более. Дождь хорошо намочил фитиль. Тот, кто находился в хлеву, обратил внимание на новоприбывшего. Раздался подозрительный шум.

Наконец Ситько смог зажечь фонарь и увидеть незваного гостя. Им оказался…

— Боже, Митько! Я так испугался, шо штаны нужно менять. Жена выгнала? — быстро проговорил это Ситько, облегченно выдохнув. Не Митько не отвечал.

— Гой, ты как там? Все хорошо? — спросил он, сделав пару шагов в сторону своего брата. Свет от лампы в его руках выхватил новый кусок земли, пропитанный кровью.

— Кровь? — удивился Ситько, — Шо тут произошло? И где моя корова?

Корова оказалась позади Митько, а точнее, то, что от нее осталось. Кости, хвост, копыта, голова и немного мяса.

— Ш… Что тут произошло? — воскликнул Ситько почти без акцента. Позади него раздался рык. Развернувшись он встретился взглядом со своим братом. И только сейчас Ситько заметил, что Митько изменился. Рот и руки в крови, уши заострены, ногти удлинились, а главное — глаза. Желтый, с вертикальным зрачком…

***

Возвращаясь в гильдию авантюристы решили передохнуть в ближайшей деревушке и прикупить там немного еды. Они там часто были и знали, что тут можно хорошо затариться. Но сегодня, попав на территорию деревни они почувствовали неладное. Она пустовала.

Хоть тут и живут мало людей, но в полдень они должны были встретить хоть кого-то.

Командиру не понравилось то, что деревня выглядит заброшенной, несмотря на то, что вчера тут было полно народу. Приказав всем рассредоточиться и искать жителей, но в то же время быть начеку, он сам пошел в сторону дома старосты. Спустя пару минут он нашел первого жителя, но вот разобрать, кем он был при жизни было невозможно. Но зато он смог понять главное — что тут произошло.

— Не может быть. Дикий оборотень? Так близко к столице?