Монстры Моники: Маленький монстр

Маленький монстр. Новый обман

По парку разносился детский плач. Сидя на скамейке, молодой мужчина с усталым видом раскачивал коляску. Внутри бренчали погремушки, под колесиками поскрипывали мелкие камни.

Звонко выстукивая каблуками, мимо прошла женщина. Потянувшись, мужчина сменил руку и продолжил раскачивать коляску. Однако плач не утихал, а становился только громче. Замерев в паре шагов от скамейки, женщина развернулась.

- У вас ребенок плачет, - после небольшой паузы сказала она.

Мужчина медленно поднял глаза. Рука продолжала раскачивать коляску.

- А что ему еще делать? - сказал Дэн. - Мать его нас оставила, - он вздохнул, - бросила… Слышали про послеродовую депрессию?

Кивнув, женщина неуверенно сделала шаг к скамейке.

- Она всего была экспрессивной, - продолжал он, - родила и решила, что поторопилась, - он снова вздохнул. - А я совершенно не представляю, как мне с ним теперь быть…

Женщина осторожно заглянула в коляску. Крошечные пальчики порывисто сжимали кружевной край одеяльца.

- Может, подгузник надо поменять? - предположила она.

- Да? - удивился Дэн. - А я и не понял…

Он распахнул сумку, стоящую около него, и достал оттуда упаковку с памперсами, а затем растерянно покрутил ее в руках, словно не понимая, что делать дальше.

- Давайте помогу, - улыбнулась женщина, наблюдая за ним.

Дэн с готовностью отдал ей упаковку.

Вскоре плач прекратился, и ребенок, притихший и заметно успокоившийся, заворочался в коляске. Снова забренчали погремушки.

- Как вы ловко все сделали, - заметил Дэн, поправляя одеяльце.

Взгляд женщины с интересом замер на нем.

- Вот вам мой номер, - сказала она и, найдя в сумочке обрывок старого чека, что-то торопливо на нем написала, - на случай, если еще понадобится моя помощь, - кокетливо пояснила она. - Меня, кстати, зовут…

По парку разлетелся телефонный звонок, не давая ей закончить.

- Спасибо, что помогли! - сказал Дэн и вытащил из кармана смартфон. - Да, - отвернувшись, он принял вызов, - все нормально…

Немного расстроенно посмотрев на него, женщина пошла вдоль аллеи.

- Ну конечно, все нормально… - говоря, Дэн машинально комкал клочок в руке. - Да что может случиться, Моника? Гуляем. Вот даже подгузник поменял…

Голос на том конце недоверчиво переспросил.

- Да, представь себе, сам поменял, - отозвался Дэн. - Можно подумать, по улице ходят люди, которые с удовольствием поменяют памперсы чужому ребенку! - клочок в его руке превратился в крохотный бумажный комок, а затем полетел в урну. - Не такой уж я и плохой отец, каким вы меня все считаете…

Глава 1. Плохой папа

Нахмурившись, Моника сбросила вызов. Пальцы рассеянно схватились за стоящую перед ней чашку, а потом, опустив ее на скатерть, вцепились в тонкие звенья золотого браслета на запястье.

- И что он сказал? - с любопытством спросила сидящая рядом с ней Рейчел.

- Что поменял подгузник, - проворчала Моника, вращая браслет.

- Тогда в чем дело? - осторожно спросила Ванесса.

Мимо столика кафе, в котором они втроем сидели, прошел официант.

- Потому что я не знаю!.. Не знаю, что с ним делать… - Моника еще больше нахмурилась. - Развестись или убить… Он меня уже достал!

Выпустив браслет, она забарабанила ногтем по золотой дуге обручального кольца.

- Но ведь подгузник он же сегодня поменял, - заметила Рейчел.

- Поменял? - Моника повернулась к ней так резко, что скрипнул стул. - Ты думаешь, он сам поменял подгузник?..

Рейчел и Ванесса молча переглянулись.

- Да я сама уже не знаю, чему верить, а чему нет! - горячо продолжила Моника. - Он стал просто невозможным! С самого начала, с самого первого дня, как только я сказала, что беременна…

Дверь ванной с шумом распахнулась, и Моника влетела в гостиную, победно размахивая чем-то небольшим в руке. Плюхнулась на диван рядом с читающим книгу Дэном и махнула этим прямо перед его глазами.

С полминуты в гостиной была полная тишина. Потом Дэн отложил книгу, не сводя глаз с палочки в ее руке.

- И что это? - тихо спросил он.

- А угадай… - перед его глазами мелькнули две полоски.

Лицо Дэна не изменилось, только бровь слегка подскочила вверх.

- Но мы это не обсуждали, - после небольшой паузы сказал он.

- Обсуждали! - оживленно возразила Моника. - Ты просто уснул и не услышал!

Дэн сцепил руки на груди.

- А когда я проснулся, нельзя было повторить?

- Зачем? - пожала она плечами. - Мы же это уже обсудили…

Молчание длилось больше минуты. Моника продолжала довольно улыбаться, пока палочка покачивалась в воздухе прямо перед его глазами.

- Но нам нельзя иметь детей, - наконец произнес Дэн.

Улыбка Моники начала сбегать.

- Почему это? - с нажимом спросила она.

- У меня аллергия на детей! - мгновенно отозвался он. - С детства еще…

Моника с досадой треснула его по колену.

- Это у меня на тебя будет аллергия, - проворчала она, - если не начнешь немедленно радоваться!..

Но, вопреки ее ожиданиям, радоваться немедленно он не начал. Более того, во время ее беременности Дэн был постоянно чем-то недоволен, будто беременным был он, а не она. Он ворчал по любому поводу и дома, и на воскресных обедах с родителями, и даже в баре с друзьями, куда они изредка выбирались.

Зато Моника была по-настоящему счастлива, и даже его непрекращающееся ворчание не могло испортить ей настроение. Истерика у нее случилась лишь однажды, когда утром обручальное кольцо вдруг не налезло на палец. Однако успокоилась она очень быстро - сразу после того, как кольцо было продето сквозь изящные звенья цепочки и оказалось у нее на груди. После чего решивший проблему Дэн смог вернуться к своему недовольству, а она снова стала счастлива, надеясь, что после рождения ребенка его настроение изменится.

- Вот только за полгода после родов так ничего и не изменилось, - вздохнула Моника. - Не понимаю, когда он говорит серьезно, а когда кривляется.

Ванесса хмыкнула.

- А я не понимаю, чего ты сомневаешься, - заметила Рейчел. - Он же все время кривляется!

Подойдя к столику, официант забрал пустые чашки. Моника подперла подбородок рукой, следя за веткой, покачивающейся за окном. По тротуару, наслаждаясь летним вечером, неспешно брели пешеходы. Улыбались, оживленно болтали, держались за руки. Казалось, весь мир был полон спокойствия и гармонии. Из-за угла неторопливо выехала коляска, и Дэн с непроницаемым выражением замер у входа в кафе. Вздохнув еще раз, Моника поднялась из-за стола, а следом за ней встали и Рейчел с Ванессой.

Звякнул висящий над дверью колокольчик, когда они втроем вышли на улицу.

- Привет, Дэн! - насмешливо протянула Рейчел.

Он не слишком охотно кивнул.

- Очень странно, - с иронией прищурилась Рейчел, - обычно послеродовая депрессия бывает у женщин. Ты по ходу единственный мужчина, у которого она произошла. Может, написать диссертацию про тебя?

Дэн не ответил.

- А Фил любит нашу дочку, - заметила Ванесса, - и не выделывается, как некоторые!

Дэн снова не ответил.

Обогнув его, Рейчел с интересом заглянула в коляску. Некоторое время она и Ванесса молча рассматривали спящего малыша, а Моника внимательно следила за лицом Дэна, выражение которого оставалось все таким же непроницаемым. И о чем он думал, было совершенно не понятно.

Наконец, попрощавшись, девушки свернули к парковке.

- Замечательно, - проворчал Дэн, поворачиваясь к Монике. - И что ты еще им рассказала?

- Они спросили как дела, - отозвалась она. - Не могла же я промолчать.

- Конечно, ты не могла…

Малыш в коляске безмятежно спал.

- Как погуляли? - поправляя одеяльце, спросила Моника.

- Ты про ребенка? - лениво уточнил Дэн.

- Зови его по имени! - буркнула она.

- Если хочешь, - подхватив коляску, Дэн покатил ее вперед, - чтобы я звал его по имени, надо было назвать его по-другому.

Моника мрачно пошла рядом.

- Я спрашивала тебя, как назвать. Что ты мне ответил?..

- Мы же рок-звезды! - с иронией заметил Дэн. - Давай дадим ему какую-нибудь крутое имя! Ринг или Рок - чтобы все знали, какой он классный парень! Или хотя бы Элвис…

- Понятно, - проворчала Моника. - Я сама имя выберу.

- Только учти, - он кивнул на ее живот, - мой сын просто не может быть Биллом или Майклом! Имя должно быть самым крутым!..

За окном уже было темно, когда Моника осторожно вышла из детской в гостиную и прикрыла за собой дверь.

- Уснул, - сказала она, поймав взгляд сидевшего на диване Дэна, и подошла к нему.

Он молча подвинулся. Она села рядом и, закрыв глаза, устало положила голову ему на плечо. В квартире было очень тихо, из детской не доносилось ни звука. Дэн задумчиво провел ладонью по ее щеке, и Моника слегка улыбнулась.

- Может, сходим куда-нибудь завтра? - прошептал он. - Мы уже давно “У Ларри” не были, - ладонь продолжала гладить ее щеку. - Тебе же там нравится. Могли бы что-нибудь спеть…

- А Дэнни? - пробормотала Моника.

- Попросим мою маму с ним посидеть. Она не против будет…

Моника открыла глаза.

- А если он кушать захочет?

- Что, ему нечего покушать кроме тебя? - с недовольством спросил Дэн.

Ее глаза сверкнули с не меньшим недовольством.

- Ты опять начина…

Не дав ей договорить, Дэн закрыл ее губы поцелуем. Протяжно скрипнул диван, подушка с легким шлепком упала на пол. Руки жадно скользнули под ее майку, а затем нетерпеливо потащили ее вверх.

Холод резко пробежал по спине, и Моника невольно поежилась. Скрип дивана отдался глухой болью между висками.

- Подожди, - пробормотала она, уперевшись ему в грудь, - давай не сегодня… Я так устала…

Не сказав ни слова, Дэн рывком поднялся с дивана. Заложив руки за спину, он несколько раз прошелся по гостиной. Между его бровями появилась глубокая складка, которая, казалось, становилась все глубже. Следя за ним, Моника растерянно подняла упавшую на пол подушку. Боль между висками усиливалась с каждым его недовольным шагом.

- Что в последнее время получаю я, а что он? - Дэн неожиданно махнул в сторону детской. - Ты целые дни проводишь с ним! Из рук не выпускаешь!..

- Но он же маленький, - быстро возразила она. - Он же без меня не может…

- И что? Это - повод забыть обо мне? - проворчал Дэн. - Я тоже без тебя не могу!

Моника удивленно уставилась на него.

- Ты что, ревнуешь к нашему сыну?

- Я не ревную! - отрезал он. - Я просто говорю, что ему ты уделяешь больше времени, чем мне. А если бы не я, его бы вообще не было!

Усевшись на другой конец дивана, Дэн скрестил руки на груди. Губы его были плотно сжаты, а между бровями все еще виднелась угрюмая складка.

- И что это, если не ревность? - вздохнула Моника, комкая подушку в руках.

- Я же сказал: я не ревную, - упрямо повторил Дэн. - Я что больной, ревновать к нему?

- Тише, - покосившись на детскую, сказала она.

- И вообще он тебя лапает за грудь в моем присутствии! Любого другого я бы за такое уже убил!

- Тише! - с легким раздражением повторила Моника.

- А тут терплю. Разве это похоже на ревность? Я не могу к нему ревновать!

- У него есть имя! - сердито буркнула Моника.

- Да, мое! - Дэн треснул рукой по дивану. - Он даже имя мое забрал!..

Разрывая ночную тишину, раздался громкий плач. Подушка яростно полетела в Дэна.

- Молодец! Доволен? - вскочив с дивана, Моника направилась в детскую.

- Да я просто счастлив, - процедил Дэн и ушел в спальню.

Две двери хлопнули почти одновременно.

Заложив руки за голову, Дэн уставился в потолок. Чернота бушевала за окном, из-за стены доносился детский плач, а из темного угла между шкафом и подоконником уныло проступали очертания двух гитар, которые уже давно никто не брал в руки. Плач за стеной смешался с голосом Моники. Дэн закрыл глаза, одновременно прислушиваясь и стараясь не видеть пустую подушку рядом с собой.

В тот день, полгода назад, за окном шел то снег, то дождь, словно даже погода не могла определиться, как относиться к происходящему. В небольшой палате было чисто и даже по-своему уютно, несмотря на то, что вокруг пахло больницей. Моника лежала на кровати, счастливо прижимая к груди малыша, запеленованного так плотно, что он казался похожим на крохотный белоснежный комок.

- Так похож на тебя, - раз за разом повторял она, переводя взгляд между ними.

Едва слышно скрипнула дверь, и в палату осторожно вошли его родители, Рейчел и отец Моники. Медсестра, сопровождавшая их, испуганно выскочила обратно.

- Какой-то здесь нервный персонал, - заметил его отец.

- Я сказал, - отошел к окну Дэн, - что мой отец - адвокат, а тесть - боксер, и если с Моникой что-то случится, вы оба будете очень злы. Тебя, кстати, - он повернулся к своему отцу, - боятся больше. Как видите, деньги тут ценят дороже здоровья…

Все с любопытством окружили Монику, рассматривая малыша. И только он один остался у окна, за которым в очередной раз пошел дождь.

- Он теперь точно сбежит, - растерянно прошептал за спиной его отец.

- Похоже, - со вздохом согласился ее отец.

- Минимум на неделю, - не стараясь звучать тихо, вклинилась Рейчел.

- Я вообще-то вас всех слышу, - проворчал Дэн, не оборачиваясь.

Косые капли, прочерчивая кривые дорожки, медленно сползали вниз по стеклу. За спиной восторженно зашептались, когда малыш заворочался в руках Моники.

- Как вы решили его назвать?

- Дэнни младший! - гордо ответила Моника.

Дэн молча приложил ладонь ко лбу.

- Как? - недоумевающе переспросил его отец.

Рейчел прыснула.

- Я так ему и сказала, - с нажимом произнесла Моника, - если ты куда-нибудь свалишь, даже на день, - последовала выразительная пауза, во время которой Дэн нахмурился, - то Дэнни младший мне полностью тебя заменит!

Отцы переглянулись, а Рейчел снова прыснула. За окном опять пошел снег.

Когда Моника вернулась в гостиную, в детской снова было тихо. Она задумчиво остановилась около спальни, пальцы коснулись дверной ручки, но, немного повертев ее, выпустили обратно. Головная боль, о которой она почти забыла, укачивая малыша, вернулась вновь. Невидимые булавки словно кололи прямо в виски. Отойдя к окну, она подхватила смартфон и набрала номер. Череда гудков оборвалась недовольным голосом.

- Ночь уже… - то ли зевнула, то ли проворчала Рейчел.

- А кому мне еще звонить? - вздохнула Моника. - У Ванессы же маленький ребенок…

- Тем более, - продолжила ворчать Рейчел, - она лучше разбирается в детях.

- Вопрос не в Дэнни, а в твоем брате.

Рейчел фыркнула.

- Даже спрашивать не хочу, что он снова натворил. Просто дай ему немного времени. И он сам все осознает, и успокоится.

- Думаешь, сам осознает? - Моника с сомнением покосилась на плотно притворенную дверь спальни.

- Конечно, - сонно протянула Рейчел, - других вариантов у него все равно не осталось. Ты его продавила, он это понял, вот теперь и бесится…

Завершив вызов, Моника рассеянно оперлась на подоконник. Луна, почти полностью затянутая чернотой, казалась тусклой, далекой и одинокой. Только несколько уличных фонарей неярко освещали ночной двор.

Снова вздохнув, Моника распахнула дверь спальни. Дэн сразу же открыл глаза и поднял голову.

- Дэнни уснул, - сказала она, подходя к кровати.

- Ясно, - ответил он.

Откинув одеяло, она легла. Подушка мягко прогнулась под головой. Дэн молча перевел взгляд с нее на потолок. Он ее не обнял так, как это делал обычно, а она не прижалась к нему сама. Закрыв глаза, она попробовала уснуть. Однако голова болела и была тяжелой, сон не приходил, и сознание не уплывало. Некоторое время она беспокойно ворочалась, а потом, вновь открыв глаза, повернулась к Дэну. Он по-прежнему смотрел в потолок, и что он пытался увидеть в темноте, она даже не представляла.

- Дэн, давай поговорим…

В ответ он только пожал плечами. Расстояние между ними было совсем маленьким - и чтобы его поцеловать, достаточно было лишь слегка потянуться. Вот только его хотелось совсем не целовать, а хорошенько треснуть. С каждой минутой молчания нарастало раздражение.

- Ну чего ты хочешь от меня? - наконец устало спросила она.

- Просто признай, - после небольшой паузы отозвался он, - что ты была не права. И мне будет достаточно.

Моника с недовольством приподнялась на подушке.

- И что, вернуть сына обратно?

- А что, так можно? - он с иронией изогнул бровь.

- Да пошел ты знаешь куда!..

Треснув его по плечу, она сердито отвернулась. Кровать обиженно скрипнула. В следующее мгновение его рука легла на ее талию и настойчиво потянула ее к нему. Моника резко сбросила руку. Дэн снова ее обнял, и она снова сбросила руку. Одеяло слегка заскользило, когда он сам придвинулся к ней. Несколько поцелуев нежно коснулись ее шеи, а потом он крепко прижал ее к себе. Вздохнув, она развернулась и уткнулась ему в грудь. Разговаривать с ним не хотелось и она все еще сердилась, однако, чувствуя его тепло и слыша, как бьется его сердце, она почти моментально уснула.