Монстры

Глава 1

Осенний Котсуолдс в конце октября выглядел так, словно сошел с картинки классического английского романа: золотисто-багряные кроны деревьев смыкались над узким шоссе, пропуская лишь мягкие, рассеянные лучи утреннего солнца. Конелл присел на теплый край капота, расслабленно скрестив ноги в лодыжках. Когда его разбудил истеричный звонок Верховного Директора в четыре утра с указанием срочно выдвигаться на место преступления, как он выразился, "крайне деликатного характера", он был не так раздражен, как тогда, когда гда понял, что ему придется разбудить и тащить с собой в маленькую деревушку у черта на рогах Мелани. Её прирожденная совиная душа едва выдерживала еженедельные планерки Архива в восемь утра, а из-за подобных пыток руководства у Конелла кровь закипала в жилах.

С заправочной станции, у которой они остановились на кофе-брейк, открывался прекрасный вид на маленькое озерцо, затянутое плотной пеленой утреннего тумана. В прохладном воздухе моросил мелкий дождик, предвещая скорую грозу. Мужчина прикрыл глаза, наслаждаясь умиротворяющей тишиной и безмятежным разумом перед предстоящим расследованием.

— Конелл, может по пиву? — Мелани вышла из заправочного магазина, держа в руках два ещё испускающих пар стаканчика.

— Просто удивительная здесь природа, мне нравится. — Конелл оттолкнулся от капота служебной машины и благодарно кивнул, взяв один из напитков.

— Да. Может, ну...может по пиву? — она улыбнулась, прищурив глаза.

Конелл улыбнулся в ответ — её ещё не проснувшееся и опухшее лицо выглядело по-детски мило. Но её чувство юмора кажется просыпалось раньше неё самой.

— От нас уезжает наш драндулет. — отпив маленький глоток отвратно горького кофе, он кивнул на автомобиль, медленно съезжающий от парковки к дороге.

Несколько мгновений они просто смотрели, как любезно выданный руководством Vauxhall с очевидно сломанным ручником проехал пару метров и остановился у самой дороги.

— Все он уже не едет.

— И слава богу. — Конелл тяжело вздохнул — его ужасно раздражала эта лишенная какого-либо изящества колымага, но на его личном авто они бы застряли в первой же глубокой яме, которых на их пути будет предостаточно.

— А по пиву сегодня будет, или как?

— Мелани, поехали уже, нас там наверное заждались. — он мимоходом взглянул на часы. Его очень радовал утренний энтузиазм напарницы, но чуство отставания от графика вызывало у него мерзкое чувство в груди как от изжоги.

— Начальство не опаздывает, а задерживается. Конелл, хочешь я поведу. — резко встрепенулась Мелани, когда они подошли к машине. — Я не умею.

— Ничего страшного, Мелани, садись. — совершенно спокойно ответил мужчина.

Для него такого рода авантюры были редкостью, но то ли из-за ещё не до конца проснувшегося мозга, то ли из-за желания вовсе не доезжать до места преступления, он решил — почему бы и нет.

Мелани села за водительское место, уверенно сжав пальцами руль, а Конелл разместился на пассажирском, сонно потягивая свою кофесодержащую бадягу с заправки.

— Конелл, у меня хорошо получается?

За окном мелькали похожие друг на друга деревья, закрывая своей кроной все небо. Они словно ехали по жуткому растительному туннелю, ведущему в никуда.

— Да. — коротко кивнул он, всматриваясь куда-то вдаль, где туман с каждым метром сгущался все сильнее.

— Ну, как бы у меня опыт вождения большой.

— Три секунды?

— Да.

Они весело рассмеялись. В такие моменты Конеллу казалось, словно они едут не на кровавую расправу монстров над людьми, а на дружеский пикник в лесу.

— Мелани, осторожно!

Девушка резко затормозила, из-за чего их слегка повело вперед. На место, где кончался асфальт и начиналась лесная дорога, неожиданно выскочил олень и также резко исчез.

— Давай дальше я поведу.

Дальнейший путь прошел без происшествий, учитывая крайне осторожную езду Конелла по неровной и илистой дороге, что Мелани называла как "синдром идеального пенсионера". Красочные лесные пейзажи дополнялись постоянным покачиванием машины, отчего девушка буквально боролась с наступающей на неё дремотой.

Однако приятная осенняя идиллия рассеялась точно по щелчку пальцев, стоило лишь им заехать на холм и затормозить у подножия древней, полуразрушенной готической часовни.

Здесь природа будто выцвела: сухие деревья стояли голыми черными скелетами, опустившийся густой туман пах сыростью, гнилым деревом и могильным смрадом.

И чем-то ещё... Ещё не выйдя из автомобиля Конелл кожей почувствовал тяжелую и гнетущую ауру этого места. Быть может директор не зря послал их сюда в такую рань.

Они вышли из машины и Маккензи обвел взглядом окружение: у старого обшарпанного здания часовни сновали оперативники, собирали улики и опрашивали местных свидетелей. Все как обычно, но всё-таки что-то было не так. Конелл скривил лицо и шмыгнул носом, уловив непонятный, но явно знакомый запах.

— Доброе утро, мистер Маккензи. — с абсолютно ничего не выражающим лицом подошел один из оперативников, пожав Конеллу руку. — Если его конечно можно назвать добрым.

— Доброе, Дориан. — ответил мужчина, ища взглядом источник зловонного запаха.

— Привет, Дориан. — воодушевлено воскликнула Мелани, поправляя на шее свой черно-серый шарф.

— Привет, Мелани. — коротко кивнул он.

— Какого черта они здесь делают? — тихо, с глухой рычащей интонацией в голосе произнес Маккензи.

У входа в часовню, опершись о крыло служебного внедорожника, стоял Адам. В черной кожаной куртке с меховым воротником, с безупречно зачесанными назад темными волосами и пронзительным, абсолютным отсутствием тепла во взгляде, он выглядел как ожившее изваяние из мрамора. Чуть отдаленно, нервно вышагивая по жухлой траве и сверяя что-то с планшетом, ходила Рей.

— Это дело расследует мой отдел. — Конелл рывком подошел ко входу, где расположились незваные гости.

Мелани удивленно пересеклась взглядом с Дорианом и поспешила вслед за напарником.

Адам медленно повернул голову на звук хруста сухих листьев под сапогами следователя. Его зрачки на секунду блеснули темным азартом, но когда его взгляд скользнул с напряженной фигуры Конелла на Мелани, холодное выражение его лица незаметно смягчилось.

— Старший Следователь Маккензи, — произнес Адам своим глубоким, бархатным голосом, в котором, однако, слышалась сталь. — Вы опоздали на четыре минуты. Мы с Рей уже успели оценить масштабы... скажем так, местного ритуального творчества.

— Это наше дело, Клейн, — Конелл сделал шаг вперед, загораживая Мелани своим плечом, хотя его глаза горели опасным изумрудным огнем. — Оперативный корпус не вызывали. Возвращайтесь в штаб и заполняйте свои журналы.

— Указ Лорда-Протектора от сегодняшнего утра, — строго вмешалась Рей, подходя ближе и даже не пытаясь скрыть колкого превосходящего тона. — Ввиду особой опасности символики культа Стрикса, к расследованию привлечено Симбиотическое звено Особого Назначения. То есть мы. Так что привыкайте, Маккензи. Нам придется работать вместе. — она протянула ему бумагу с довольной ухмылкой.

Инспектор быстрым взглядом пробежался по документу, нахмурившись так, словно прочитал самую глупую ересь в своей жизни.

Мелани почувствовала, как пальцы Конелла под тканью пиджака сжались в кулак с такой силой, что хрустнули суставы. Поза Адама оставалась внешне безупречно-расслабленной, но воздух между мужчинами словно наэлектризовался.

— Вместе — значит, под моим началом, — суховато отчеканил каждое слово Конелл. В такие моменты его взгляд становился крайне презрительным и пренебрегающим, но он упрямо заставил себя вернуть на лицо маску холодного профессионализма. — Как Старший Следователь, я отвечаю за протокол осмотра. Адам, ты держишь периметр и не трогаешь улики своими мертвыми руками без перчаток. Рей, фиксируешь динамику поля. Мелани... со мной.

Рей чуть заметно поджала губы, но спорить с прямым регламентом Бюро не стала — только бросила на Мелани быстрый взгляд, в котором читалось замешательство с недовольством вперемешку.

— Как скажете, Инспектор, — с легким, едва уловимым ядом в голосе откликнулся Адам. Но когда он оттолкнулся от крыла внедорожника и сделал шаг в сторону, его взгляд на долю секунды пересекся с Мелани. Ей понадобилось настоящее физическое усилие, чтобы отвести свой взгляд в сторону.

Конелл завел руки за спину и с непоколебимой грацией и гордо поднятой головой вошествовал в часовню.