Монстролуние. Том 3. Новые угрозы

Глава 1

Это был самый настоящий кошмар…

Ни одного свободного мгновения. Стоило покончить с одной тварью, как рядом оказывались еще несколько. Рычали, скалились, тянули ко мне когтистые лапы и перли вперед.

Я обездвиживал противников. Замедлял и ослаблял. Поджигал их и ломал кости. Пронзал монстров глефой, чей клинок полыхал зеленым магическим пламенем. И делать все это приходилось ежесекундно.

Впрочем, другим защитникам Прибрежного Полиса было не лучше. Отовсюду слышались крики, мат, мушкетные выстрелы и щелканье арбалетов. Для каждого, кто сегодня вышел под многоглазый взор монстра-Луны, ночь превратилась в беспрерывную борьбу за выживание.

Определенно, если бы я не добился возможности использовать магию в полную силу, это Монстролуние забрало бы не десятки, а сотни или даже тысячи жизней. И никакое «вхождение в раж», которому способствовало незримое магическое поле Аве-Ллара, не спасло бы Прибрежный Полис от таких значительных потерь. Порталы открывались быстрее обычного, и выходящих из них тварей было куда больше. Вдобавок монстр-Луна вновь преподнес «сюрприз» в виде новых чудовищ: полуспрутов-полузмей десятиметровой длины, шестилапых ящеров, защищенных костяной броней, и безголовых, разлагающихся горбунов под три метра ростом – последние, падая замертво, взрывались.

Да, новое Монстролуние и впрямь было кошмаром, однако…

Однако лучше так, чем лежать и корчиться на мостовой из-за того, что мозг закипает от бушующей со всех сторон ярости тварей. К счастью, то, чего я боялся больше всего, не произошло. Монстр-Луна пробудился, на улицах Прибрежного Полиса зажглись алые круги порталов, выпускающие тварей, люди «вошли в раж»… Каждую секунду я ожидал, что меня «накроет» из-за чужеродной ярости и жажды убийства, но вот первые монстры появились, вот кинулись на людей и получили отпор, а я… Я оставался в здравом уме и доброй памяти, готовый сражаться.

«Неужели пронесло? – несколько раз задавался я вопросом, расправляясь с тощим, рукоглавом или какой другой тварью. – Выходит, все-таки «разовая акция»? Что же, тем лучше».

Осознание, что мне не грозит свихнуться, очень приободрило. В какой-то мере я даже ощутил себя будто бы заново родившимся, поскольку последние минуты до пробуждения монстра-Луны были очень страшными. Настолько, что мне до одури хотелось попросту провалиться под землю, лишь бы спастись от волны ненависти тварей. К счастью, ментальная стихия не разбушевалась, однако само Монстролуние стало жестче. И если бы не магия… Впрочем, об этом я уже говорил.

«Ничего, – сказал я себе, уворачиваясь от броска огромной двухголовой жабы. – И с таким количеством тварей справимся».

Противник взревел, разбрызгивая из зубастых пастей слизь. Затем вновь попер на меня, вытягивая короткие передние лапы с жуткими, загнутыми когтями. Взрывающийся сгусток пламени разнес одну из уродливых голов и серьезно повредил толстое склизкое тело. Захрипев, монстр повалился на мостовую, а я спешно переместился – иначе бы угодил под атаку рукоглава.

Использовал дезориентирующее заклинание. Затем с помощью телекинеза заставил серую тушу попятиться – прямо на обмазанные ядом шипы, защищавшие стену ближайшего здания. Вскоре металл пропорол тело монстра сразу в пяти местах. Выдохнув, я использовал глефу, чтобы разобраться с парой гремлинов и тощих. После этого все же получил двухсекундную передышку и огляделся.

Да, сегодняшнее Монстролуние разительно отличалось от предыдущих. Как минимум тем, что улицы пестрели росчерками магической силы, которой я наполнил боеприпасы. Пули для мушкетов, арбалетные болты, пушечные ядра, яд в бочках… Все это светилось разными цветами – причем, когда снаряд устремлялся к цели, сияние усиливалось. Если бы не полчища монстров повсюду и не оружие в руках людей, то можно было бы подумать, что я попал на праздник. С фейерверками. Однако до праздника творящемуся в Прибрежном Полисе этой ночью было далеко, а каждый «фейерверк» обрывал жизнь одной из тварей – или, по крайней мере, наносил серьезный урон.

Что касается людей… Поначалу аве-лларцы относились к светящимся боеприпасам настороженно и даже с опаской, но вскоре, увидев, на что способны заряженные магией пули, болты и прочее, заметно приободрились. Ну а как иначе, когда одним метким выстрелом можно взорвать башку, скажем, пятиметровой махине с клешнями вместо рук?

Впрочем, и Фукс с остальными моими учениками потрудились на славу. Да, они пока не умеют вкладывать в боеприпасы полноценные заклинания, но даже простая магическая сила делала снаряды не в пример убойнее.

– Что, сука, нравится?! Н-на, жри еще!

Обернувшись на послышавшийся неподалеку хриплый голос, я увидел Джагра. Вооруженный моргенштерном, парень расправлялся с обездвиженной акуло-улиткой. Каждый удар шипастого металлического шара на цепи, также заряженного магией, оставлял на теле твари очередную рану. Кровь и ошметки плоти летели во все стороны, а мой ученик явно наслаждался процессом.

«Каким бы трудным Джагр ни был, сражаться он умеет, – отметил я про себя. – И, судя по всему, любит. Что же, значит, есть шанс, что из него выйдет хороший боевой маг. Вопрос только в том, сколько времени на это потребуется».

Пока что я склонялся к тому, что достаточно, и всему виной были гордыня и расточительность Джагра. Даже сейчас, в разгар Монстролуния, парень тратил гораздо больше силы, чем требовалось. Казалось, он совершенно не боится остаться без запаса магии, то есть практически безоружным. Уже сейчас его Ореол едва светился, а значит очень скоро Джагр опять прорвется ко мне и потребует наполнить вторую ауру. И снова мне придется укрывать его и себя «Защитным Коконом», отыскивать подходящую подворотню, защищать ее «Отводом Глаз» и делиться с парнем силой.

С начала Монстролуния прошло уже часа два, и за это время я трижды напитывал Ореол Джагра. При этом Фаро и Лора истощили запас энергии в своих вторых аурах всего по разу. А Фуксу так и вовсе не требовалась помощь: он и сам спокойно дотягивался до ядра Аве-Ллара и вычерпывал из него силу. Эни и Даст в сражении не участвовали и ждали рассвета за стенами нашей школы.

Понимая, что скоро Джагр не сможет применять магию, я приблизился к парню. Попутно расправился с бронированной рыбиной, передвигавшейся на тонких ногах. Глефа вошла в защищенную костяными пластинами голову, почти не встретив сопротивления. К этому времени и противник Джагра повалился на мостовую.

– Веселая выдалась ночка, да, Арт? – хрипло, с кривой усмешкой спросил Джагр.

Я в ответ кивнул, повернулся влево и обездвижил клешняка, появившегося из нового портала. Гигантская тварь застыла и почти тут же вспыхнула, заставив обступивших ее людей удивленно охнуть и опустить оружие. Мгновением позже я поймал на себе с десяток взглядов, в которых читались опаска, недоумение, уважение и даже трепет. Да, каким бы напряженным ни было сегодняшнее Монстролуние, люди не могли не впечатляться возможностями магии.

«Настоящий звездный час», – мрачно усмехнулся я, окидывая взглядом множество уродливых трупов – обугленных, разрубленных, переломанных или разорванных взрывающимися заклинаниями. Картина могла бы порадовать, если бы среди мертвых порождений Монстролуния не встречались и человеческие тела. Немного, но все же…

Впрочем, я понимал, что без жертв страшная ночь не обойдется. Особенно если учесть, насколько жестокой выдалась битва. И с причинами последнего также придется разбираться. Уже второе Монстролуние подряд гигантская небесная тварь подкидывает людям сюрпризы. И если в прошлый раз все ограничилось лишь новыми противниками, то теперь монстр-Луна решил устроить аве-лларцам настоящую мясорубку.

«Почему? – спросил я самого себя и нахмурился, качая головой. – Чудовище эволюционирует? Становится сильнее?»

Если так, то все очень плохо. Я не сомневался, что Прибрежный Полис достаточно благополучно переживет сегодняшнее Монстролуние. Но что будет через месяц? Или через два? И так далее…

Неподалеку возникли сразу два алых светящихся пятна, и мне стало не до размышлений. Пришлось разбираться с десятком тощих, троими гремлинами из числа «улучшенных», двумя акуло-улитками, клешняком и рукоглавом. Обездвижить, ослабить, заставить загореться – я использовал заклинания, ставшие уже «стандартным набором». Джагр помогал по мере сил, но, когда с тварями было покончено, обнаружилось, что его Ореол опустел.

Строго посмотрев на парня, я схватил его за плечо и без лишних слов потащил к ближайшей подворотне. Оказавшись под защитой стен, укрыл себя и Джагра магией и принялся наполнять его вторую ауру. Попутно я удерживал контакт с ядром Аве-Ллара, чтобы тут же восполнять запас силы в собственном Ореоле.

– Неприятно отвлекаться на такое во время сражения, да? – спросил Джагр, сосредоточенно наблюдая, как утолщается слой синего сияния вокруг его руки.

Прекрасно понимая, к чему парень завел этот разговор, я промолчал. В нескольких метрах продолжала кипеть битва. Слышались рев, визг и рычание чудовищ. Перекрикивались люди. Время от времени грохотали взрывы. А в черном безоблачном небе слабо светился красным монстр-Луна. Он открывал и закрывал зубастые пасти, шевелил лапами и щупальцами с кусками каменного панциря и, казалось, наблюдал за тем, что творилось в Прибрежном Полисе и других городах этого мира.

«Видит ли он, что происходит? – невольно задался я вопросом. – Обладает ли разумом? Или это просто под завязку наполненная магией гигантская тварь, задачей которой является похищение живых существ, их… гм… переработка и отправка в Аве-Ллар? И если так, то как она появилась? Сама по себе? Или за ней стоит кто-то еще, несомненно, очень могущественный?»

Вопросы, вопросы, вопросы… Сейчас у меня не было ни малейшего шанса ответить хотя бы на один из них, и я ощущал себя до ужаса беспомощным. Это злило… Но по-хорошему, заставляя стремиться вперед.

– Спасибо, Арт, – произнес Джагр крайне важным тоном, как только я закончил напитывать его Ореол.

Я в ответ лишь кивнул и первым выбрался из подворотни. Нужно возвращаться в бой.

Почти тут же в каких-то пяти метрах возникло очередное светящееся пятно портала. Огромное, оно занимало всю ширину улицы, а значит противники из него появятся соответствующие.

– Будь готов, – бросил я замершему рядом Джагру.

Мгновение-другое – и монстры появились. Пара тентлов, одних из самых опасных тварей Монстролуния.

Я шагнул вперед, намереваясь обездвижить чудовищ, но не успел ничего сделать. Уши заложило от отчаянного крика помощи. И звучал он прямо внутри моей головы.

Глава 2

Я попросту замер, растерянно глядя в никуда, поскольку меньше всего ожидал чего-то подобного. На пару мгновений даже подумал, что мне почудилось. Однако почти тут же мозг словно сдавило – крик зазвучал вновь. И на сей раз еще громче, заставив меня пошатнуться.

– Эй, Арт, – в голосе Джагра сквозило недоумение. Парень приблизился и тронул меня за плечо. – Тебе поплохело что ли?

Я не ответил. Все мысли сейчас были заняты произошедшим, сердце колотилось, а кровь кипела от адреналина. И вовсе не из-за Монстролуния.

Крик повторился. Скрипнув зубами, понимая, что времени может быть катастрофически мало, я повернулся к Джагру.

– Нужно найти Фаро, – произнес и наконец использовал обездвиживание на тентлах, уже готовых кинуться в атаку.

Тварей тут же обступили арбалетчики и мушкетеры и начали обстреливать. Несколько человек использовали заряженные мной боеприпасы, так что долго чудовищам не протянуть. Если они и останутся живы после того, как действие обездвиживания сойдет на нет, сражаться вряд ли смогут – пули и болты с заклинаниями нанесут им достаточно урона.

Голову вновь сдавило от крика о помощи. Неприятное ощущение, но я был бы счастлив испытывать его снова и снова, поскольку оно означало…

Я наконец разглядел в толпе Фаро и Фукса. Впрочем, это оказалось несложно, поскольку из всех людей вокруг только их фигуры были окутаны сияющими слоями Ореолов. Мой первый ученик, как и я, орудовал глефой, охваченной магическим пламенем. И орудовал, надо сказать, очень умело: почти каждое его движение сопровождалось гибелью тощего, гремлина, бронированной рыбины на лапах или еще какой-нибудь твари, оказавшейся рядом. Бывший капитан «Хищницы» был вооружен коротким мечом и щитом. И то, и то также заряжено магией – меч горел, а в щите таилось оглушающее заклинание, и когда Фаро наносил им удар, противник замирал, превращаясь в удобную мишень.

Кинулся к ним, попутно услышав недоуменное бормотание Джагра. Впрочем, пускай. Сейчас не до него, а то, что происходит, очень важно, поскольку может изменить судьбу всего Аве-Ллара. Главное – успеть.

Фаро и Фукс расправлялись с рукоглавом, когда я наконец подбежал. Тварь появилась совсем недавно, только-только начала получать раны и была полна сил. Подпалив ее, я повернулся к новому градоначальнику Прибрежного Полиса.

– Мне нужно в другую часть города, – не дожидаясь вопросов, выпалил я. – Это важно и очень срочно. Сюда переместился маг из моего мира, с Земли. Но ему нужна помощь.

Было видно, что Фаро растерялся. Но быстро собрался с мыслями и кивнул.

– Хорошо, Арт. Ты знаешь, где именно он находится?

– Пока нет. Но он зовет меня, это и послужит ориентиром. К тому же сейчас мы с ним связаны, и моя интуиция стала в разы острее.

– Зовет? – озадаченно переспросил Фаро.

– Да, – я постучал пальцем по виску. – Вот здесь. В моем мире есть специальное заклинание – «Зов». С его помощью маг, попавший в беду, может дать о себе знать другим чародеям. Как раз это сейчас и происходит. Кто-то прибыл сюда, скорее всего за мной. Но… – я нахмурился и обвел рукой улицу с десятками сражающихся людей и чудовищ. – По всей видимости этот кто-то не был готов к Монстролунию.

– Я понимаю, – серьезно ответил Фаро. – Беги, Арт. Разыщи своего мага и помоги ему.

Кивнув, я влил в мышцы как можно больше силы и бросился вверх по улице. «Зов» продолжал звучать в голове. С каждым разом в нем все отчетливее сквозило отчаяние, и это заставляло торопиться. Больше всего я сейчас боялся не успеть.

Однако быстро продвигаться не получалось – слишком много тварей было вокруг, и каждая норовила схватить и разорвать. Мне то и дело приходилось останавливаться и пускать в ход глефу или магию. Я обездвиживал чудовищ, ослаблял их, поджигал и отталкивал при помощи телекинеза. И все больше хотел зарычать диким зверем, попавшим в ловушку, поскольку каждая задержка грозила смертью тому, кто прибыл в Аве-Ллар.

«Это все-таки случилось, – повторял и повторял я про себя, продолжая прорываться сквозь полчища порождений Монстролуния. – Меня нашли. За мной прибыли».

От этой мысли кружилась голова, а душу захлестывало волной радости. Я больше не один. Нужно лишь добраться до мага и спасти его.

Беда в том, что «Зов» не позволял общаться. Он служил всего лишь сигналом, звучавшим как крик о помощи. Поэтому я не знал, что именно случилось с прибывшим в Аве-Ллар магом. Не сомневался лишь в одном: тот в беде и наверняка ранен. Иначе бы не стал использовать «Зов» и нашел меня сам.

– Да твою же мать!.. – все же прорычал я, когда путь преградил облепленный черной вязкой дрянью костяк, похожий на тираннозавра.

К счастью, этот вид тварей горел особенно хорошо, так что спустя пару мгновений все вокруг осветилось магическим пламенем. Чудовище заметалось, врезалось в шипастую стену и вскоре завалилось на мостовую. Я же кинулся дальше, но спустя всего пять-шесть секунд вновь был вынужден остановиться – из-за пары рукоглавов и двухголовой жабы.

Заскрипев зубами, я обездвижил тварей и рванул вперед. Сейчас мне было совершенно не до сражений. Однако порождения Монстролуния будто бы не желали пропускать меня к цели. На сей раз в роли препятствия выступил клешняк – уже порядком потрепанный, окровавленный, но по-прежнему полный сил. Он был ослеплен яростью и, нацелившись на меня, не заметил двух сипелл, что также ползли в мою сторону. В итоге громадная ножища монстра попросту размозжила змееподобных чудовищ. И это натолкнуло меня на мысль…

«Это будет рискованно, – сказал я себе, заставляя клешняка замереть жуткой громадной статуей, – но, с другой стороны, позволит добраться до цели куда быстрее. А Монстролуние – не то время, когда можно обойтись без риска».

С этой мыслью я и бросился к монстру. Действуя так же, как после крушения дирижабля, я вскарабкался на тушу, но на сей раз не стал пронзать уродливую башку сияющим «клинком». Вместо этого сконцентрировал как можно больше силы в Ореоле и направил ее на «Подчинение Воли». Клешняк практически не обладал разумом, и магия сработала как должно. В итоге я получил что-то вроде огромного боевого робота и транспорта в одном флаконе.

«Отлично, – подумал я, болезненно щурясь от очередного «Зова». – Теперь последний штрих».

«Защитный Кокон» надежно укрыл и клешняка, и меня. Да, на это тоже ушла немалая часть запаса силы в Ореоле, но иначе никак. Для жителей Прибрежного Полиса монстр – враг, а значит его будут атаковать. Возможно, даже с дирижабля. Мне же нужно, чтобы он доставил меня к просящему помощи магу в целости, сохранности и как можно быстрее.

Наконец все приготовления были закончены. Я развернул клешняка и направил вперед, под изумленные возгласы людей, заметивших меня в роли «наездника». Вновь услышал «Зов», заставил великана ускориться, попутно раздавив пару тощих, гремлина и полуспрута-полузмею.

Держу пари, это была самая необычная прогулка по Прибрежному Полису за всю историю как города, так и Аве-Ллара. Пятиметровый клешнерукий гигант с худеньким пареньком, вооруженным светящейся глефой, на плечах уверенно топал по мощеным улицам, залитым кровью и заваленным трупами монстров. Время от времени он замедлялся и давил других порождений Монстролуния, существенно облегчая задачу людям. Гремлины, тощие, сипеллы, бронированные рыбины с лапами, акуло-улитки, рукоглавы… Моему невольному помощнику не составляло труда расправиться практически с любой тварью. Один раз, прямо напротив второй фабрики ядов, я вступил в бой с тентлом. Повинуясь моим приказам, клешняк ухватил многолапую тварь с щупальцами за шею и попросту перекусил.

«А ведь это неплохой способ борьбы с чудовищами, – отметил я, когда обезглавленный тентл остался позади. – Клешняк силен и огромен. Каждый его шаг может стоить жизни сразу нескольким тварям. Используя гиганта, можно снизить и риск для других защитников Прибрежного Полиса, и трату боеприпасов, и силы, и время».

Действительно… Похоже, я только что открыл неплохой и действенный способ сражаться с порождениями Монстролуния, которому стоит обучить также Фукса, Фаро и Джагра. Разумеется, когда двое последних освоят самостоятельную напитку Ореола, чтобы поддерживать «Защитный Кокон».

Мысль воодушевила, и я заставил клешняка разделаться с парой рукоглавов. На все ушло не больше десяти секунд, а видевшие это защитники Прибрежного Полиса были в шоке. Что, впрочем, неудивительно, ведь никогда прежде порождение Монстролуния не сражалось на стороне людей.

«Но скоро это станет обычной практикой», – мысленно добавил я, морщась от очередного «Зова» и направляя клешняка в нужную сторону.

Я понятия не имел, сколько еще предстоит пройти, прежде чем доберусь до прибывшего с Земли мага. Его крик о помощи становился все отчаяннее, и это пугало. Вдруг я не успею?..

Как бы там ни было, каждый огромный шаг клешняка приближал меня к цели. Тот, несмотря на габариты, отличался неплохой скоростью, и я заставлял гиганта двигаться на пределе возможностей.

«Давай, – заклинал я свой живой «транспорт». – Жми…»

Дело осложнялось еще и тем, что мы с гигантом постоянно находились под обстрелом. Болты, пули, а то и бомбы проверяли «Защитный Кокон» на прочность едва ли не ежесекундно. Что, впрочем, неудивительно: в горячке боя мало кто замечал, что на плечах клешняка сидит человек. А те, кто замечал, вряд ли догадывались, что монстр подчиняется «наезднику».

И эту проблему тоже предстояло решить. В дальнейшем нужно будет научить аве-лларцев отличать обычных чудовищ от тех, которые находятся в подчинении у мага. Что довольно легко: достаточно лишь использовать несложный морок, благодаря чему последние будут охвачены ярким свечением – например, зеленым.

«Расскажу о своей задумке Фаро, – подумал я, заставляя клешняка размозжить двухголовую жабу. – А тот устроит еще одно собрание, где, в свою очередь, расскажет остальным».

Впрочем, нельзя было исключать и той вероятности, что вскоре Монстролуние перестанет быть моей проблемой. Меня нашли. Тот маг, что сейчас терзал мой мозг «Зовом», прибыл именно за мной. На Земле знают мое местоположение, а значит я практически спасен.

Непонятно только, почему в Аве-Ллар прибыл лишь один чародей. Земные маги не могли не знать, что сейчас здесь творится, поскольку у них есть специальные приборы, позволяющие увидеть любую область того или иного мира. И гораздо логичнее было бы отправить сюда полноценный боевой отряд, многочисленный и вооруженный.

«Это и впрямь очень странно», – я нахмурился и покачал головой, а сердце кольнула тревога.

Как бы там ни было, я продолжал прорываться к зовущему меня магу и примерно через полчаса добрался до цели. Крик о помощи привел почти к тому самому месту, где я разговаривал с Джиффом, – в одну из многочисленных подворотен в восточной части Прибрежного Полиса. И стоило мне увидеть прибывшего чародея, как тревога переросла в самый настоящий ужас.

Глава 3

Одного взгляда на прибывшего мага было достаточно, чтобы понять: без шансов…

Подворотня была залита кровью – как чародея, так и чудовищ. Я видел нескольких искалеченных гремлинов, тощих, бронированных рыбин, двухголовую жабу, полуспрута-полузмею… Обожженных, изломанных, порубленных. Определенно, маг устроил достойную демонстрацию силы, однако…

Я не представлял, за счет чего он до сих пор оставался жив. Собственная магия? Исцеляющее поле Аве-Ллара? Или все вместе? Скорее всего последнее, поскольку твари попросту изувечили его.

Одна нога мага, все еще конвульсивно подрагивая, валялась у входа в подворотню. Вторую монстры не смогли выдернуть, но та была сломана как минимум в трех местах и вывернута в обратную сторону. Вывалившиеся из распоротого живота внутренности превращены практически в фарш и кровоточили. Лицо мага представляло собой жуткую кровавую маску, исполосованную когтями. Однако я все равно узнал Бориса Орлова – или, исключительно для меня, дядю Бора, начальника личной охраны моей семьи.

Увидев меня, тот дернулся и постарался улыбнуться, но лишь закашлялся кровью.

– Тема… Наконец-то, – прохрипел он, когда кашель отступил. Голос дяди Бора и вывел меня из оцепенения.

Я кинулся к нему и начал использовать одно заклинание за другим. Сначала укрыть подворотню «Отводом Глаз»… Подавить боль… Остановить кровотечение… Прояснить разум… Дядя Бор, поняв, чем я занимаюсь, приподнял дрожащую руку.

– Тише, Тема… Не надо… Все равно уже… конец.

– Не говорите так, – понятия не имею, почему ляпнул такую глупость. И я, и сам дядя Бор понимали, что ему уже не выкарабкаться. Его уход был лишь вопросом времени – и счет шел на минуты. – Я сделаю все, чтобы вас спасти. Здесь, в этом мире, есть особая магия. Она лечит…

– Все такой же упорный, как и всегда, – с теплотой, но страшно булькающим голосом произнес дядя Бор. – Впрочем, иначе ты бы в этом кошмаре не выжил. Чудо, что тебе удалось. Здесь просто… – он снова закашлялся, а затем с трудом договорил: – ад…

– Да, есть такое, – согласился я, направляя энергию из Ореола в тело дяди Бора. Затем, сам не зная для чего, принялся рассказывать все, что со мной произошло за последние два с лишним месяца. Торопливо, сбивчиво, стремясь хоть немного облегчить груз, придавивший душу.

– Ох-х, Тема… – как только я закончил, дядя Бор с болью посмотрел на меня и покачал головой. – Но… ты цел и невредим. Судя по всему, – он перевел взгляд на лежащего у входа в подворотню клешняка, которого я заблаговременно умертвил, пронзив уродливый череп глефой, – даже хорошо приспособился ко всему, что здесь творится. А вот я… сплоховал…

– Но как? – видеть дядю Бора в таком состоянии было страшно. А разум отказывался принимать, что передо мной именно тот человек, которого я знал всю сознательную жизнь. Один из лучших боевых магов Земли, он виртуозно владел десятками заклинаний, всеми видами оружия и прошел множество сражений как с темными чародеями, так и со всевозможными чудовищами. – Вы ведь знали, куда отправляетесь. И почему перенеслись сюда один?

Несколько секунд дядя Бор молчал. По изуродованному лицу пробежала тень скорби.

– Ничего я не знал, Тема, – наконец ответил он, глядя мимо меня. – Да, у меня было задание отправиться сюда, отыскать тебя и забрать домой. На словах все проще некуда. Только вот я совсем не думал, что после телепортации сразу же окажусь в лапах у этих… – кивок на останки монстров. – На меня налетело сразу несколько тварей, и первые раны я получил еще до того, как успел защититься. Ну а потом… Я отбивался, они продолжали нападать. Появлялись все новые чудовища, и в итоге…

Как только он прервался, я невольно еще раз оглядел подворотню, которая больше всего напоминала декорацию к фильму ужасов. Было страшно даже представить тот кошмар, что пришлось пережить дяде Бору за последние пару часов. Перенестись в другой мир – и сразу попасть в лапы к чудовищам… Без возможности прийти в себя, оглядеться, сориентироваться… Сразу в бой, к которому он оказался почему-то не готов…

И это, честно говоря, странно. Впрочем, не суть. Куда сильнее на меня давило осознание, что прямо здесь и сейчас доживает последние минуты человек, которого я долгие годы считал своим хорошим другом. Дядя Бор был мне как любящий дядя. Он всегда мог рассказать интересную историю из собственного очень насыщенного событиями прошлого или дать совет, когда я, только начинавший постигать магическое искусство, оказывался в тупике. Я любил дядю Бора, восхищался им, равнялся на него. И вот теперь, уже очень скоро, этого человека не станет, а последние его минуты пройдут с адской болью, посреди грязной подворотни, залитой кровью и заваленной трупами жутких тварей.

Глаза начало жечь, горло сдавило, и я сглотнул. Нужно держаться. И сделать все, чтобы дядя Бор ушел как можно легче. Но перед этим хорошо бы узнать, что делать дальше. Меня нашли. И пусть первая попытка возвратить меня на Землю обернулась крахом, мои родители не остановятся, пока я не окажусь дома.

Дядя Бор вновь закашлялся. С надрывом, содрогаясь и брызжа изо рта кровью. Я вновь применил магию, расслабив его и заставив дышать глубоко и равномерно. Затем обновил обезболивающее заклинание.

От мысли, что еще два с небольшим месяца назад я мог закончить так же, внутри похолодело. А ведь, чего греха таить… Если бы неисправный Телепорт перенес меня в Прибрежный Полис хотя бы на десять часов позже, то меня бы уже давно не было в живых. Наверняка, очутившись здесь в разгар Монстролуния, я бы просто замер в растерянности и ужасе, превратившись для любого из чудовищ в легкую добычу. Меня бы порвали в считанные секунды.

Словно подтверждая мои мысли, неподалеку взревел клешняк. Следом раздались взрывы и крики людей.

– Тебя перенесли в очень опасное место, Артем, – с сочувствием в слезящихся глазах произнес дядя Бор. – Чудо, что тебе удалось выжить и адаптироваться ко всему происходящему здесь. Из тебя получится превосходный маг.

Я в ответ неопределенно пожал плечами и посмотрел на дядю Бора. В голове один за другим возникало множество вопросов… Почему он прибыл сюда в одиночку? По какой причине не был готов к сражению с чудовищами? Не знал о них? Но как такое возможно? И наконец самое главное: когда родители заберут меня отсюда? Дядя Бор слабел с каждой минутой, и по-хорошему мне следовало расспросить его обо всем как можно скорее. Но… что-то мешало.

Все то же обостренное чутье мага ежесекундно твердило: что-то не так. Как-то все подозрительно. Это пугало и не позволяло набраться решимости и начать спрашивать. В итоге молчание затягивалось, а буквально в нескольких метрах от меня и дяди Бора продолжала кипеть битва людей с порождениями Монстролуния.

– Прости меня, Артем, – наконец произнес дядя Бор. – Я очень подвел… И тебя, и твоих родителей.

– Не говорите так, – твердо ответил я. – Вы сами видите, каково здесь. Сотни тварей на каждой улице. Настоящая война. Для того, кто не ожидает подобного, это действительно верная смерть. Но я не понимаю… – я все же решился перейти к главному. – Почему? Вы ведь должны были подготовиться. Должны были знать, какой кошмар творится в Прибрежном Полисе. Но такое чувство, что вы просто… – с каждым словом ощущение, что что-то не так, усиливалось, и во многом этому способствовал взгляд дяди Бора, в котором читались боль, чувство вины и раскаяние, – шагнули в неизвестность.

– Так и было, Тема, – почти шепотом ответил он. – Я действительно шагнул в неизвестность. А перед этим…

– Но так ведь нельзя! – я не выдержал – повысил голос. Непонимание происходящего, страх, отчаянное желание оказаться дома и увидеть родителей… Все это сводило с ума, расшатывало нервы, вынуждало терять контроль над собой. – Вы сами постоянно говорили мне, что маг должен просчитывать все на много шагов вперед! Ладно, пускай даже вы этого не сделали, но куда смотрел мой отец?! Он что, позволил вам отправиться сюда сломя голову, без предварительной разведки?! Как такое может быть?! Папа бы никогда не совершил подобной глупости! Рисковать жизнью другого человека, да еще и того, с кем работает и дружит уже очень долгое время!.. Каким образом… – слов не нашлось, и я просто покачал головой.

– Раз уж все сложилось так, – тихо произнес дядя Бор, выпуская изо рта струйку крови, – раз уж терять теперь нечего… Я расскажу тебе все, Тема. Не знаю, возненавидишь ли ты меня, начнешь презирать или еще что… Но рассказать – мой долг. Однако для начала ты должен кое-что сделать…

– Что? – напряженно спросил я, чувствуя шум крови в ушах. Сердце колотилось как очумелое, а дурные предчувствия множились с каждой секундой.

Дядя Бор с трудом приподнял руку и постучал себя по виску.

– Используй… «Меморабилиум». Не знаю, извлечешь ли ты когда-нибудь пользу из всего, что мне предстоит рассказать. Но пусть лучше будет, чем потом тебе придется доказывать кому-то правдивость услышанного.

«Меморабилиум»… Сложное заклинание, предназначенное для того, чтобы «записать» в мозг то или иное событие, от и до, в мельчайших подробностях. Во время его использования слух, зрение и разум мага превращаются в некое подобие видеокамеры, и все «записанное» потом можно извлечь и посмотреть при помощи специального артефакта. Порой созданные при помощи «Меморабилиума» воспоминания служили своего рода доказательством чего-либо, и я не сомневался, что дядя Бор велел мне применить заклинание как раз для этого.

«Что происходит?» – в очередной раз задался я вопросом, после чего мысленно произнес формулу «Меморабилиума».

– Я готов, – тихо сказал я.

– Хорошо, – дядя Бор вздохнул, поморщился от боли и заговорил: – Ты спрашивал, почему я отправился сюда один и без разведки. Да, твой отец ни за что не позволил бы мне этого, но дело в том, что в Аве-Ллар меня отправил не Игнат Волков. Ни он, ни твоя мать, ни остальные представители Древа Волковых не знают, что ты находишься здесь. Об этом известно только очень узкому кругу людей.

Секунд десять мне потребовалось, чтобы переварить услышанное. Дядя Бор терпеливо ждал, по-прежнему глядя на меня со скорбью и раскаянием, одним лишь этим взглядом сознаваясь… в чем-то сродни предательству. Я пока не знал подробностей – и в глубине души не желал узнавать, но вместе с тем понимал: придется…

Придется выяснить все от и до, и я не секунды не сомневался, что рассказ дяди Бора меня совершенно не порадует.

– Почему? – наконец решился спросить я. – И что это за узкий круг людей? Кто они?

Глава 4

Дядя Бор ответил не сразу – из-за нового приступа кровавого кашля. Мне вновь пришлось применить магию, и лишь отдышавшись, тот заговорил:

– Альгенштейны, Артем. Только они знают, что ты здесь.

«Альгенштейны?» – мысленно переспросил я, замерев.

Память тут же нарисовала главу этого магического Древа – Эраста. Высокого и болезненно худого человека с длинными черными волосами, собранными в хвост, постоянно красным горбатым носом и маленькими темными глазками под густыми сросшимися бровями. Мы ведь повстречались с ним перед тем, как я отправился в Зал Телепортов. Мужчина сказал, что провожал на практику своего сына Тимура. Но…

«Так ли это? – я нахмурился, удерживая портрет Эраста Альгенштейна перед мысленным взором. – Действительно ли он оказался рядом с Залом Телепортов только потому, что отправлял Тимура в другой мир? Или же…»

Или же он сам перенастроил ту серебряную магическую клетку, что перенесла меня в Аве-Ллар?

«Да нет, бред, – я покачал головой и перевел взгляд на дядю Бора, который ждал, когда мне удастся переварить услышанное. – Наверняка на это ушло бы немало времени, а в Зале Телепортов, к тому же, находились и мои родители».

Но почему тогда Альгенштейн знает, что я в Аве-Лларе? И почему не сообщил об этом моим родителям?

– Да, Артем, вижу, ты начинаешь понимать, – тихо проговорил дядя Бор. – Именно этот хитрый длинноносый мерзавец отправил тебя сюда. Ты ведь, наверное, знаешь, что для проходящих межмировую практику Телепорты готовят заранее. За сутки и для каждого студента – свой. Это все записывается, чтобы не возникло путаницы, и Альгенштейну не составило труда выяснить порядковый номер Телепорта, который должен был переправить тебя в Янтарное Яблоко. Затем либо он сам, либо кто-то из его помощников…

Дядя Бор снова закашлялся, оборвав себя на полуслове, но продолжение мне и не требовалось.

Это был шок. Разум отказывался воспринимать все, что я только что узнал. Однако не верить… Нет, это попросту глупо. Сейчас дядя Бор говорил чистую правду, что подтверждала и моя обострившаяся интуиция.

– Да, Тема, все верно. В том, что ты оказался здесь, виноват Эраст Альгенштейн, – тихо произнес дядя Бор.

– Но для чего? Я ведь… – растерянность мешала правильно формулировать мысли.

– Это все его план, Тема. Точнее – часть плана. Чтобы завладеть бизнесом твоего отца. Ты ведь сам знаешь, Игнат и Альгенштейн – давние партнеры. Но у них периодически возникают споры, поскольку Эраст часто бывает недоволен сотрудничеством. Ну и, думаю, для тебя не секрет, что он был бы совсем не против сам заниматься добычей энигмара. Благодаря этому он сэкономил бы кучу денег и времени, стал бы куда более влиятельной фигурой в магическом сообществе Земли и ряда других миров.

Я в ответ задумчиво покивал, постепенно начиная соображать, что к чему.

– Значит, Альгенштейн отправил меня в Аве-Ллар, чтобы шантажировать отца? Чтобы вынудить его отказаться от бизнеса?

– Не совсем так, Тема. Никакого шантажа. Эта крыса очень умело маскирует свои грязные делишки благородством. Так что план его был несколько иным. Альгенштейн отправляет тебя в другой мир, причем сам лишь приблизительно знает, куда конкретно. Выясняет, куда ты попал. Затем отправляет за тобой человека, который возвращает тебя на Землю. После этого идет к твоему отцу, говорит, что может помочь с твоими поисками, поскольку создал какой-то специальный сверхмощный прибор. Но, сам понимаешь, бесплатно Альгенштейн такими вещами заниматься не будет. И потребует плату – либо продажу бизнеса Волковых по ничтожной цене, либо вовсе передачу его в дар. Твои родители, Тема, сейчас готовы на все, чтобы вернуть тебя. А Альгенштейн… Ты не хуже меня знаешь, каким убедительным тот умеет быть.

– Это верно, – мертвым голосом, не чувствуя внутри ничего, кроме пустоты, ответил я. – Эраст Альгенштейн может быть очень убедительным. И готовым идти на все ради того, чтобы достичь очередной цели. Что же, от этого человека и не стоило бы ожидать ничего иного… Мне другое непонятно… Почему Альгенштейн отправил за мной вас, а не своего человека?

Дядя Бор помрачнел, отвел взгляд и опустил голову. Я же использовал вновь возникшую паузу для того, чтобы подготовиться к очередному моральному удару.

– Уже три года, Тема… – вновь заговорил дядя Бор. – Уже три года я работаю не только на твоего отца, но и на Альгенштейна. Выполняю задания, которые он дает. Обычно ничего такого, за редким исключением.

Что же, следовало догадаться, учитывая все, что я уже услышал за последние четверть часа. Однако оставался другой вопрос…

– Почему, дядя Бор? Папа ведь нормально платил вам. Неужели недостаточно?

– Дело не в деньгах, Артем. Все из-за Галины. Ты ведь сам знаешь…

Разумеется, я знал.

Галина… Восьмилетняя дочь дяди Бора, несчастный ребенок, страдающий всю свою жизнь.

Когда-то давно, когда дядя Бор только начинал работать на моего отца, а тот исследовал новый мир на предмет месторождений энигмара, на их экспедицию напала крайне опасная темная сущность. Завязался бой, противника удалось одолеть. Однако перед этим сущность успела поразить дядю Бора каким-то страшным заклинанием.

За его жизнь боролись больше месяца, и эти дни были настоящим адом. Дядю Бора мучила сильнейшая боль, которую не могли усмирить никакие чары. У него выпадали волосы, ногти и зубы, а на теле то и дело вздувались опухоли – внутри них что-то шевелилось, заставляя несчастного выть диким зверем. Его рвало, из носа и ушей почти постоянно текла кровь, при этом дядя Бор все время находился в сознании, несмотря на все усыпляющие заклинания.

Пытка закончилась совершенно неожиданно. Некоторое время дядя Бор восстанавливался, его много раз тщательно обследовали, и все приходили к единому мнению: он чист.

Долгое время о пережитом кошмаре не напоминало ровным счетом ничего. Дядя Бор работал на моего отца, затем женился, а через некоторое время стал отцом. Появления Галины он и его жена ждали как настоящего чуда. И первый их год в роли родителей действительно был волшебным, но потом…

Потом у Галины случился первый приступ. Точь-в-точь как у дяди Бора. С адской болью, опухолями, рвотой и кровотечениями… Он продлился всего лишь несколько минут, но это было лишь началом. За первым приступом пришел второй, затем третий, и каждый новый оказывался продолжительнее предыдущего. Когда Галине исполнилось два года, не проходило и недели, чтобы она не мучилась. И так уже больше шести лет…

Разумеется, мой отец всеми силами старался помочь дяде Бору и его семье. Он отыскал немало специалистов по проклятиям, причем не только на Земле, но и в других мирах. Временами их методы даже помогали – правда ненадолго. Приступы всегда возвращались.

Перед мысленным взором возникла Галина. Маленькая, худая, бледная и постоянно напуганная. Приступы всегда накатывали неожиданно, так что девочка ждала их каждую минуту, каждый час и каждый день.

Страшно представить, что творилось в душе у дяди Бора и его супруги. Да, он никогда не показывал горя и на людях вел себя так, будто ничего страшного в его жизни не происходит. Но в глазах несчастного отца постоянно читались боль и отчаяние.

У дяди Бора вновь случился приступ кровавого кашля, и это вывело меня из раздумий. Применив немного магии, помог ему прийти в себя и спросил:

– Альгенштейн пообещал вам вылечить дочь?

– Не совсем так, Артем. Полностью исцелить Галину вряд ли когда-нибудь удастся. Но его компания, изготавливающая артефакты для маго-медицины, не так давно разработала какое-то экспериментальное устройство. О нем еще мало кому известно, сам я не знаю точно, как оно работает, но… Это единственное средство, способное хоть как-то облегчить страдания моей девочки. Выглядит как диадема с вкраплениями энигмара, и как только у Галины начинается приступ, нужно надеть эту штуку ей на голову. Тогда кошмар заканчивается гораздо быстрее. Думаю, ты понимаешь, насколько устройство Альгенштейна дорогое.

– Понимаю. Но мой отец не пожалел бы денег, вы же сами знаете.

– Знаю, Тема, знаю. Но дело не в деньгах. Альгенштейну нужен был кто-то, кто вхож в твою семью. И я оказался самой подходящей кандидатурой. Эраст сказал, что даст мне эту вещь только при одном условии: я должен буду работать на него. Рассказывать о том, как идут дела у твоего отца, выполнять кое-какие другие поручения. На самом деле, ничего серьезного, просто роль мальчика на побегушках. Но теперь, когда у этого мерзавца созрел план, как заполучить бизнес Игната Волкова… Он не захотел рисковать своими людьми, чтобы вытащить тебя отсюда. Поэтому здесь именно я.

В ответ я лишь чуть заметно покивал, а дядя Бор продолжил:

– Мы с Альгенштейном создали пространственный тоннель, рассчитанный на туда-обратно, однако… Сам видишь, в каком я состоянии. Мне не хватит сил, чтобы вновь перенестись на Землю, тем более вместе с тобой. Или отправить туда одного тебя. Тоннелем могу воспользоваться только я, но для этого нужна магическая энергия, а мой Ореол умирает вместе со мной.

– Понятно, – прошептал я, глядя мимо дяди Бора и свыкаясь с мыслью, что увидеть родителей в ближайшее время мне точно не суждено.

– Артем, – снова заговорил тот, – я не имею права просить тебя о таком… Могу только понадеяться, что ты не держишь на меня зла. Прекрасно понимаю, что предал и твоего отца, и тебя, и все ваше Древо, но…

– У вас была причина. Причем очень серьезная. Не могу назвать ее оправданием, однако она все объясняет. Поэтому, – я вздохнул, – я прощаю вас. И уверен, что отец поступит точно так же, когда узнает о вашей связи с Альгенштейном. Как вы понимаете, я должен буду рассказать ему. Точнее – показать все, что сохранил в голове благодаря «Меморабилиуму».

Сзади послышался мерзкий визг гремлинов. Обернувшись, я увидел пару тварей, которых оттеснили к подворотне. Понимая, что они могут создать лишние проблемы, использовал обездвиживание, а затем поджег обоих монстров.

– Ого… – дядя Бор заставил себя улыбнуться, глядя на то, как я расправился с гремлинами. – Ты действуешь очень профессионально, Тема. Какими бы страшными ни были эти два месяца, они позволили тебе заметно вырасти. Обычная межмировая практика с наставником не дала бы тебе… столько.

– Что есть, то есть. Самостоятельная напитка Ореола, восьмой Прорыв, освоение новых заклинаний. Без всего этого я бы здесь не выжил. Но все же я очень хочу домой, дядя Бор. Пускай даже при помощи Альгенштейна. Очень надеюсь, что он в самом скором времени отправит сюда еще кого-нибудь и уже тогда…

Я оборвал себя на полуслове, заметив, как помрачнел дядя Бор.

– Извини, Артем, – почти прошептал он, – но с этим могут возникнуть очень большие проблемы.

Глава 5

Я застыл, глядя на дядю Бора. Похоже, череда не самых радостных новостей еще не закончилась.

Пару раз кашлянув и прерывисто втянув воздух в развороченную грудь, дядя Бор начал объяснять:

– Ты ведь понимаешь, кто такой Альгенштейн, верно? Это невероятно хитрая, осторожная и предусмотрительная тварь. Он все и всегда просчитывает на много шагов вперед. Хотя… сейчас это в какой-то мере сыграло и против него.

– В какой мере?

– Тема… Альгенштейн никогда не недооценивал твоих родителей. Он прекрасно знает, на что они готовы, чтобы отыскать тебя и вернуть домой, какие возможности для этого у них есть. Твои мама и папа способны перелопатить большую часть Вселенной ради твоего спасения.

Я в ответ согласно покивал, чувствуя, как отчаянное желание увидеть семью вновь обожгло все внутри.

– А Альгенштейну, сам понимаешь, это невыгодно. Найти тебя должен именно он – в этом основа его плана. Именно поэтому ты перенесся не просто в другой мир, а в… Обособленный.

«Этого еще не хватало», – я вздрогнул и почувствовал, как кровь отливает от лица.

Обособленный мир… Один из немногих, куда крайне сложно добраться. И то лишь с рядом очень серьезных условий. Да, Альгенштейн действительно капитально перестраховался.

– Более того, Артем, Аве-Ллар – один из самых отдаленных Обособленных миров, – продолжал дядя Бор. – То есть еще менее доступный. Выстроить ведущий сюда пространственный тоннель оказалось очень непросто и затратно. К тому же, он рассчитан, самое большее, на двоих человек. То есть на меня и на тебя. Поэтому я и прибыл в Аве-Ллар один. Во-вторых… Ты спрашивал, почему я не ожидал нападения чудовищ. Все по той же причине. Аве-Ллар крайне далекий Обособленный мир. Сюда нельзя просто так заглянуть, тем более с расстояния в миллионы световых лет. Альгенштейн понятия не имел, что это за мир, и даже не знал, как он называется. Ему был известен лишь один критерий: это место пригодно для жизни человека. Он прекрасно осознавал все риски, отдавал себе отчет в том, что ты можешь погибнуть, оказавшись здесь, но…

– Но рискнул, – мертвым голосом договорил я.

– Да, Артем, он рискнул. А ты выжил и приспособился к реалиям Аве-Ллара, и это настоящее чудо. Мне же… Мне следовало подстраховаться, но все дело в том, что пространственный тоннель между Землей и Аве-Лларом очень слаб. Вдобавок он накладывает на тех, кто должен будет по нему пройти, ряд ограничений. Нельзя проносить с собой магические артефакты или оружие, находиться под воздействием большинства заклинаний, в том числе и защитных. Вот и еще одна причина, почему я, – дядя Бор оглядел свое изувеченное тело и горько усмехнулся, – предстал перед тобой не в самом лучшем виде.

Спустя пару секунд его затрясло от боли, и я обновил заклинания, ограждающие дядю Бора от мучений.

– Но самое худшее, – заговорил тот, когда магия подействовала, – это невозможность вновь создать пространственный тоннель между Землей и Аве-Лларом. Как я говорил, это один из самых отдаленных Обособленных миров… Именно поэтому дорогу сюда из нашего мира можно проложить лишь один раз.

– Но ведь есть еще другие хорошо знакомые нам миры, – ухватился я за соломинку. Несмотря на все услышанное, мне до безумия не хотелось расставаться с надеждой быть найденным и спасенным. Пусть даже ублюдком Альгенштейном. – Неужели не найдется хотя бы одного, который подойдет для открытия еще одного пространственного тоннеля сюда?

Некоторое время дядя Бор размышлял. Затем неуверенно кивнул.

– Думаю, такие миры найдутся, Тема.

– Что же, – я мрачно усмехнулся: хоть какие-то хорошие новости за последние полчаса, – тогда, думаю, мне нужно в скором времени ждать еще одного посланника. Бизнес нашего Древа – лакомый кусок для Альгенштейна, и я не думаю, что он отступит на полпути. Особенно когда на осуществление плана потрачено уже немало сил, времени и средств.

– Да, Артем Волков, в твое похищение и спасение вбухан уже целый капитал, – голос дяди Бора неожиданно изменился. Совсем немного, но не заметить этого было невозможно. – Впору счет выставлять.

– Что?.. – я непонимающе посмотрел на дядю Бора и увидел, что тот тоже в смятении.

И несмотря на это он продолжил говорить:

– Однако завладение вашим семейным бизнесом покрыло бы все расходы, и мне вдвойне печально и досадно, что все заканчивается на такой минорной ноте. Я как знал, что не стоило использовать для такого дела этого преданного остолопа.

Дядя Бор неожиданно приподнял руку и похлопал по той части груди, которой не коснулись когти и зубы порождений Монстролуния.

– Решил сэкономить, поскольку считаю своих людей довольно ценным ресурсом, которым не стоит рисковать понапрасну, и в итоге… Впрочем, верно говорят: скупой платит дважды. А порой, как в нашем случае, еще и остается ни с чем. Кроме осознания, что все труды насмарку.

Я застыл, постепенно начиная понимать, что происходит.

– Эраст? – глядя на дядю Бора, спросил я. – Это вы? Вы здесь?

– Догадливый, молодец. Хотя я думал, что ты сообразишь немного раньше и отговоришь своего дорогого дядю Бора от одного опрометчивого шага. Тогда бы все было не столь печально.

– Значит, – теперь говорил сам дядя Бор, – ты все это время был здесь?

– Естественно, Борис, – смотреть, как он задает вопросы и сам же на них отвечает, только немного другим голосом и с гаденькой усмешкой, было жутко. – Ты глупец, если думал, что я не буду тебя контролировать. Да, ты работал на меня и был, как очень верно подметил, мальчиком на побегушках. Но предан-то ты оставался Игнату и его славной семье. Неужели ты не понимал, что я это прекрасно видел? А потому не мог отпустить тебя сюда, скажем так, без присмотра. Тебе не хуже моего известно, какое существует огромное количество заклинаний, позволяющих установить ментальную связь между парой магов. На что ты надеялся, позволь узнать? На то, что мне не удастся найти подходящее, способное вписаться во все условия создания пространственного тоннеля в Обособленный мир?

Альгенштейн прервался, видимо, ожидая ответа от дяди Бора. Однако тот молчал, и мерзавец продолжил:

– Да, дядя Бор, – это имя он произнес с издевкой, – ты умеешь разочаровывать. Не ожидал, что ты в конечном итоге окажешься просто… телохранителем. Из тех, которые выглядят как шкаф и соображают точно так же, – Альгенштейн рассмеялся собственной шутке, разбрызгивая кровь дяди Бора.

Я невольно сжал кулаки и заскрипел зубами. До жути неприятно ощущать себя угодившим в хитро расставленную ловушку. Куда хуже проигрыша в честной схватке.

– Какая ирония, – продолжал Альгенштейн. – Матерый боец, побывавший в сотнях миров, переживший тысячи битв с далеко не самыми безобидными созданиями, умирает на глазах юнца, которого должен был спасти. Боец умирает, а юнец прекрасно приспособился к жизни в этом довольно-таки суровом мире. Честно говоря, Артем, я восхищен тобой. Ты умеешь впечатлять.

– Спасибо, – заставил я себя ответить, когда остававшийся на Земле собеседник взял паузу.

– Ты уж извини, что забросил тебя в такое опасное место. Но выбирать не приходилось. Сам понимаешь, Обособленные миры не из тех, которые охотно поддаются изучению. Так что я понятия не имел, как тут и что. Даже названия этого мира не знал, пока ты не начал рассказывать своему замечательному дяде Бору обо всем, что с тобой произошло. Аве-Ллар… Интересно звучит, кстати. И этому любопытному явлению, которое сейчас здесь происходит, местные подобрали крайне удачное определение.

– Хитрый глумливый ублюдок, – прохрипел дядя Бор, с ненавистью глядя в никуда. Однако я не сомневался, что представлял он некрасивое горбоносое лицо Альгенштейна. – Наслаждаешься тем, что происходит? Доволен, да?

– На самом деле – нет, – ответил тот. – Я крайне недоволен тем, как все обернулось. И виноват в этом ты, Борис. Именно из-за тебя Артему теперь точно не светит вернуться домой. Мне придется отказаться от своего плана, поскольку ты все испортил.

– Он не знал, насколько здесь опасно, – сам не зная зачем, я вступился за дядю Бора. Вести диалог с Альгенштейном было мерзко, но и отмалчиваться… Что-то внутри меня протестовало этому. – Вы ведь сами понятия не имели, что представляет собой Аве-Ллар. Да вам даже название этого чертового мира было неизвестно!..

На последней фразе я повысил голос. Отчаяние рвалось наружу.

– Ох, Артем, – с притворной печалью вздохнул Альгенштейн. – Дело вовсе не в том, что дядя Бор не смог оказать сопротивления здешним… гм… зверушкам, – в этот момент он очень напомнил мне Клампа во время Малого Монстролуния. – Тут… будем считать, что он пал смертью храбрых. Настоящий герой, с головой окунувшийся в неизвестность, которая оказалась довольно коварной. Дело несколько в ином.

Альгенштейн замолчал, видимо, решив сделать эффектную паузу.

– В чем же? – спросил я.

– В том, что захотел напоследок поиграть в… Даже не знаю, как это назвать. Вроде как благородство, но, по сути, идиотизм. Или во всяком случае – крайняя степень непредусмотрительности.

– Ты долго будешь ходить вокруг да около, мразь? – с яростью прорычал дядя Бор, усилием воли подавляя очередной приступ кашля с кровью.

Он становился все бледнее, и я понимал: до его ухода в мир иной осталось совсем немного. Но нужно, чтобы оставшегося времени хватило узнать как можно больше.

– Терпение, друзья мои, терпение, – видеть на окровавленном и истерзанном лице дяди Бора гнусную ухмылку было… по меньшей мере странно. – Все дело, Артем, в крайней непредусмотрительности твоего несостоявшегося спасителя. Он думал, что, велев использовать «Меморабилиум» и рассказав о нашем с ним маленьком заговоре, помогает тебе. Возможно, так и было бы, если бы я не следил за нашим героическим дядей Бором. В итоге теперь я знаю, что ты все знаешь, Артем. Вот такой вот каламбур. И то, что Борис считал помощью тебе, обернулось медвежьей услугой. Понимаешь почему?

– Понимаю, – тихо, мертвым голосом ответил я, чувствуя, что все внутри похолодело. – Все, что я… «записал» с помощью «Меморабилиума», останется в моем разуме навсегда. Такое воспоминание нельзя ни уничтожить, ни даже исказить. Оно – главная улика против вас. А я… Я теперь не только жертва вашего преступления, но и главный свидетель.

– Довольно пафосно, но в целом – абсолютно верно. Дядя Бор очень подставил тебя, начав делиться нашими с ним секретами. Так что теперь… Извини, Артем, но я больше не предприму попыток вызволить тебя. Жаль, конечно, что все заканчивается именно так. Я бы очень хотел, чтобы ты вернулся домой, однако… Ты представляешь угрозу, а бизнес подобного не терпит. Что касается добычи энигмара… От этой цели я не отступлюсь. Разумеется, достичь ее вместе с тобой было бы куда проще, но… Ты даже не представляешь, Артем, в каком состоянии сейчас твои родители. Они не жалеют сил, средств и времени, готовы зубами и руками рвать бесконечное пространство Вселенной, лишь бы отыскать тебя. Понятное дело, что отчаяние сказывается на других аспектах их жизни. И я найду способ воспользоваться этим и обратить во благо самому себе. Ну а тебе, Артем, счастливо оставаться!..

В подворотне повисла тишина. Хотя нет, мне так только казалось, ведь всего в нескольких метрах, на улице Прибрежного Полиса, продолжалось сражение людей с жуткими тварями Монстролуния. Да, всего в нескольких метрах… Но для меня – бесконечно далеко, поскольку мысленно я находился отнюдь не в Аве-Лларе. Где именно? Я и сам не знал. Но это «место» держалось на фундаменте из отчаяния и тянуло из меня силы, замещая их чувством полнейшей безнадежности.

Краем глаза я заметил, что дядя Бор шевельнулся. Прерывисто вздохнул и произнес:

– Этот ублюдок ушел. Я тоже… скоро… Потому что очень холодно. И больно. Особенно в душе, Тема. Я… Я понимал, что подвел тебя, но еще даже пять минут назад не подозревал, насколько сильно. Прости меня… если сможешь…

– Прощаю, – одними губами и совершенно автоматически ответил я. Просто чтобы не молчать.

Хотя и отвечать было бессмысленно. Дядя Бор уже не слышал меня.

Глава 6

Два-три года назад дядя Бор по секрету рассказал мне, что хотел, чтобы после смерти его тело сожгли, а прах развеяли.

«Как по мне, Тема, – с усмешкой произнес он тогда, – то это куда лучше, чем отправляться в землю. Не очень, знаешь ли, хочется, чтобы твоя оболочка, которая верой и правдой служила тебе немало лет, начала раздуваться от газов, покрываться мерзкими пятнами, разлагаться с жутким смрадом и так далее. А огонь… Огонь прекрасен – и пусть уж лучше он сожрет мое тело, чем какие-то склизкие гады».

Что же, несмотря ни на что, у меня были все возможности выполнить последнюю волю дяди Бора. Правда, не думаю, что он хотел, чтобы его прах развеяли над улицей, на которой не на жизнь, а на смерть сражались десятки людей и всевозможных безобразных тварей. Однако выбирать не приходилось, и после того, как дядя Бор тысячами мельчайших частиц навсегда растворился в страшной ночи, настал момент для самого главного. Принятия…

«Это теперь мой дом, – сказал я себе, сжимая древко глефы и оглядывая кипящую боем улицу. Вооруженные люди – уставшие, пропотевшие насквозь, напряженные, злые и напуганные, со странными темно-бордовыми аурами, «вошедшие в раж»… И твари – совершенно разные, но вместе с тем такие одинаковые в своей ярости, опасности, стремлении во что бы то ни стало оборвать чью-нибудь жизнь. – И таким он будет, в лучшем случае, еще очень долгое время. Или же останется навсегда, если мне окажется не под силу расправиться с монстром-Луной…»

Мысль пришлось прервать: я ведь покинул защищенную магией подворотню и для многих порождений Монстролуния стал желанной целью. Первыми на меня обратили внимание трое тощих, акуло-улитка и хромающий рукоглав. С рыком и шипением, топая по мостовой, твари устремились вперед. В этот момент волна ярости и накрыла меня с головой.

Нет, я говорю не о той ярости, принадлежащей самим монстрам, которая несколько дней назад едва не лишила меня рассудка на подходе к Рыжим Норам. А о своей собственной, той, что невидимым и неслышимым, но мощнейшим взрывом сотрясла все внутри и подтолкнула вперед – навстречу пастям и когтям.

Следующие два-три часа я был попросту неостановимой машиной для уничтожения порождений Монстролуния. Пламя, обездвиживание, телекинез, ослабление – не проходило и трех-четырех мгновений, чтобы я не использовал какое-нибудь заклинание. А в перерывах между чародейством пускал в ход охваченную магическим огнем глефу. И каждый шаг, взмах оружием или маленькая трата энергии из Ореола лишь разжигали бушевавшую внутри ярость. Та сводила с ума, мучила, но вместе с тем я понимал: уж лучше так, чем, к примеру, поддаться страху или отчаянию и опустить руки. Сейчас все, что творилось у меня в душе, было направлено на пользу и мне самому, и окружающим. Да, я страдал, но именно в этом и находил силы, чтобы делать то, что положено в ночь Монстролуния.

Разумеется, я чувствовал и страх, и отчаяние, и растерянность. Понимал, что не имею ни малейшего представления о том, как быть дальше. Единственным выходом виделось – смириться. Но я не желал…

Ярость накатила особенно сильно, и, разнося взрывающимся сгустком пламени безобразную башку обездвиженного клешняка, я не выдержал и зарычал. Меня колотило, легкие грозили вот-вот расплавиться, а одежда насквозь пропиталась потом.

– Лихо ты его, парень… – пробасили над ухом, но я даже не взглянул на говорившего и устремился дальше.

Мне хотелось как можно скорее вернуться на ту улицу, где остались Фукс, Фаро и Джагр. Сейчас они были самыми близкими моими людьми, и я очень надеялся, что, добравшись до них, смогу почувствовать себя хоть немного легче.

«Они теперь моя семья, – подумал я, разрубая «улучшенного» гремлина пополам. – С большой долей вероятности – навсегда. А мои родители…»

Я оборвал мысль, чтобы не сделать себе еще больнее. Это всегда успеется. Бой с тварями Монстролуния закончится, настанет момент, когда я окажусь наедине с собой, в спокойной обстановке и уж тогда вволю помучаюсь размышлениями.

Впервые в жизни я столкнулся с предательством. Да еще в таких масштабах. Меня использовали как средство для достижения цели. Как вещь, несомненно, очень полезную, но неживую и бесчувственную. И теперь, когда план провалился, этой вещью можно пренебречь. Забыть про нее. Оставить там, где ее никто никогда не найдет.

«Никогда не говори «никогда», – велел я себе, готовясь вступить в бой с тентлом. – Родители продолжают искать меня, а значит шансы есть. Да, теперь, когда стало известно, что Аве-Ллар – Обособленный мир, они скатились в мизер, но все же…»

При подготовке к Монстролунию я не успел побывать в этом районе, чтобы зарядить боеприпасы заклинаниями. Тут поработали только Фукс с Лорой, и пули, болты и бомбы, наполненные просто магической энергией, не наносили тентлу достаточный урон. Дирижабля поблизости тоже не наблюдалось, так что пора было брать все в свои руки, пока тварь не наделала серьезных бед.

Несмотря на внушительные размеры, это порождение Монстролуния отличалось скоростью и ловкостью. Поэтому первым делом я обездвижил чудовище. Затем начал метать в него один взрывающийся сгусток за другим.

Я целил исключительно в лапы, и каждый взрыв лишал тварь одной из многочисленных конечностей. Вскоре искалеченный тентл растянулся на мостовой, заливая все вокруг ручьями темной крови, и я завершил дело, швырнув еще три сгустка прямо в уродливую башку с щупальцами.

Когда осознал, что с монстром покончено, облегченно выдохнул. И тут же заметил на себе несколько десятков пристальных взглядов. Кое-кто из защитников Прибрежного Полиса смотрел на меня с опаской. Другие, казалось, не верили тому, что видели. Но были и те, в чьих глазах я читал восхищение. Только что они воочию убедились в возможностях магии и, похоже, оценили их по достоинству.

«Да уж, – я усмехнулся. – Одно дело создать из ничего морок-дворец. И совсем другое – расчленить тварь, способную забрать десятки жизней…»

Тогда на площади, даже несмотря на то, что под конец мне аплодировали, я чувствовал недоверие людей. Но сейчас почти каждое мое действие доказывало «полезность» магии. А значит пройдет не так много времени, и я завоюю расположение аве-лларцев.

«Что же, – подумал я, продолжая путь. Вернее – прокладывая его сквозь полчища уродливых тварей. – Хоть что-то хорошее».

Расчлененный тентл остался за спиной примерно в паре сотен метров, когда я замер, ощутив жар. Очень знакомый, приятный и бодрящий…

Похоже, высшие силы по достоинству оценили то, как я выдержал бой с тварями в окрестностях Рыжих Гор, а затем череду откровений от дяди Бора и Эраста Альгенштейна, и решили вознаградить меня. Очередным Прорывом, уже девятым по счету.

Расправившись с рукоглавом, я отступил в подворотню. Укрыл ее защитными чарами и потянулся к своему «внутреннему я».

«Итак… – как только дело было сделано, мысленно произнес я, – теперь нужно решить, куда направить силу».

Вновь увеличить мощь и дальность заклинаний? Да, это неплохо, особенно если учесть, в каких условиях мне приходится существовать. Однако…

Скоро у меня появятся новые ученики. И на первых порах мне самому придется делиться с ними силой, опустошая свой Ореол. Так что куда разумнее будет увеличить его вместимость. Пускай и ненамного, но это все же будет несомненным подспорьем.

Сказано – сделано. Я покинул подворотню и направился дальше, попутно разя чудовищ заклинаниями и зачарованной глефой.

Обратный путь к центру Прибрежного Полиса занял куда больше времени, и к тому району, где сражались Фукс и Фаро с Джагром, я приблизился уже с рассветом.

«Скоро бой закончится, – твердил я себе, обливаясь потом, удерживая контакт с ядром Аве-Ллара и одновременно с этим вытягивая руку вверх, чтобы вонзить клинок глефы в грудь замершему рукоглаву. – Монстр-Луна укроется за кусками каменного панциря, взойдет солнце, и чудовища заметно ослабнут. Мы разделаемся с ними и будем ждать следующего Монстролуния…»

Удивительно, но какая-то часть меня – очень маленькая и «рожденная» совсем недавно, не желала, чтобы битва с тварями заканчивалась. Поскольку тогда я окажусь свободен для мыслей, и те загонят меня в омут безнадеги. Сопротивляться этому будет попросту невозможно, останется лишь терпеть и барахтаться, пытаясь удержаться на плаву. А вот справлюсь или нет – большой вопрос.

«Должен справиться, – твердил я себе, разрубая полуспрута-полузмею и тут же обездвиживая облепленный черной дрянью костяк, похожий на тираннозавра, что был готов атаковать меня сбоку. – Иначе опущу руки и начну медленно умирать».

Но одно дело – сказать, и совсем другое…

Тем временем рассвет наползал на Прибрежный Полис. С улицы, по которой я продвигался, уничтожая тварей, открывался превосходный вид на Кровавое Море и, конечно же, ту исполинскую небесную тварь, что притворялась Луной Аве-Ллара. Возможно, именно благодаря этому я и заметил, что с монстром что-то не так.

Тот по-прежнему светился, все вокруг все так же было охвачено гулом, а незримое магическое поле Аве-Ллара продолжало вливать в людей силы и решимость, окрашивая их ауры в темно-бордовый цвет. Однако… Все глаза монстра-Луны оказались закрыты, а сам он вздрагивал. Из зубастых пастей текло что-то густое и темное, оставляя пятна на бордовой, испаханной шрамами плоти. Казалось, этому невероятному существу плохо или больно.

«Возможно, так и есть, – я нахмурился. – Сегодняшнее Монстролуние в разы более жестокое. Плюс новые твари. Что если монстр-Луна… скажем так, переоценил свои силы? Все, что делает это существо, требует колоссальных затрат магической энергии. Оно могло попросту истощиться».

Вопрос только в том, насколько сильно тварь истощилась. Я по-прежнему не знал о ней практически ничего и мог лишь задавать себе один вопрос за другим. Сможет ли она восстановиться к следующему Монстролунию? Способна ли она, к примеру, «заболеть»? И если да, то насколько серьезно? Может ли быть так, что сегодняшняя ночь выпила все силы этого создания и теперь оно умирает? Разумеется, последнее предположение крайне маловероятно, но…

Но спустя несколько мгновений я понял, что ошибся во всем. Да, монстру-Луне, похоже, и впрямь было плохо. Но вовсе не оттого, что он истратил слишком много сил. Просто… это невероятное создание готовилось преподнести аве-лларцам еще один «сюрприз».

Исполинское – не меньше километра в диаметре – алое пятно портала возникло прямо над морем. Там, где пролегал Разлом.

Это заметил не только я. Со всех сторон стали доноситься недоуменно-испуганные возгласы защитников Прибрежного Полиса.

«Твою мать… – я непроизвольно сжал древко глефы, продолжая разглядывать гигантский портал. – Что за нечто должно появиться оттуда?..»

Глава 7

Спустя полминуты после появления портала произошло еще кое-что странное. Все твари – и клешняки, и рукоглавы, и гремлины, и прочие – внезапно замерли. А затем стали трястись в судорогах, хрипеть и одна за другой валиться на мостовую. Замертво.

От неожиданности я попятился и едва не столкнулся с низкорослым толстяком в кожаном доспехе, вооруженным секирой. Впрочем, он меня даже не заметил, поскольку, не моргая, наблюдал за тем, как недорубленная им же акуло-улитка подыхает сама собой. Мучительно, страшно, но неотвратимо.

«Что происходит?» – я переводил недоуменный взгляд с улицы Прибрежного Полиса на море, где по-прежнему светился портал.

Все, кто стоял рядом, наверняка задавались этим же вопросом. На лицах непонимание, кое-кто шептался со стоявшими рядом, другие вполголоса ругались и оглядывались.

А твари продолжали хрипеть и умирать. Впору обрадоваться и облегченно выдохнуть, поскольку битва скорее всего закончена, однако я не мог позволить себе подобной роскоши. Поскольку понимал: это все неспроста.

«Что-то еще должно случиться, – я нахмурился, готовясь… понятия не имею, к чему. – И оно наверняка плохое».

Это началось спустя минут десять. Все твари в округе к тому времени были уже мертвы, а жители Прибрежного Полиса в полный голос обсуждали произошедшее, переводя взгляд с чудовищ на алевший над водной гладью портал. Внезапно тот стал мерцать, а сопровождавший Монстролуние гул усилился настолько, что большинство аве-лларцев болезненно сморщились и поспешили закрыть уши. Монстр-Луна распахнул многочисленные глаза, разинул пасти и затрясся. Над улицей пронеслась волна встревоженных голосов, и в этот момент из портала возникло… нечто.

Красное, угловатое, огромное. Попросту… груда плоти. Она зависла в воздухе на две-три секунды, после чего погрузилась в воду, отчего к берегу устремились довольно большие волны.

В тот же момент гул оборвался. Монстр-Луна притянул к себе щупальца и начал прятаться за кусками каменного панциря. Однако магическое поле Аве-Ллара все еще наполняло людей силой и решимостью – этот эффект пропадал примерно через три-четыре часа после страшной ночи.

Стоило огромной небесной твари уйти в спячку – или что она там делала, притворяясь Луной, – как все вокруг снова загомонили, обсуждая произошедшее. Я видел десятки встревоженных лиц, сотни рук указывали на взволнованное Кровавое Море, в котором теперь таилось… нечто.

– Слышь, – полноватый лопоухий парень с прыщавым лицом, вооруженный мечом и одетый в зеленую форму ядовара, тронул меня за плечо. – А что это такое было сейчас? Твари-то, они ведь всегда до конца бьются, а тут… взяли и подохли сами по себе. Никогда такого раньше не бывало. Да еще та штука непонятная, что под воду ушла… Что это вообще такое?

Я в ответ покачал головой и напряженно выдавил:

– Не знаю.

– Как так-то? – парня мой ответ явно не устроил. Он мотнул головой и шмыгнул носом. – Ты же этот… Чародей. Я сам видел, как ты с уродами расправлялся. Лихо было. То замереть заставишь, то огонь в них метнешь, то еще чего-нибудь выдумаешь. Еще и железяка твоя вон как горит, – парень указал на охваченную магическим пламенем глефу.

– Да, я маг, – заставил я себя ответить. Разговаривать совершенно не хотелось, поскольку мысли сейчас были заняты другим. Однако монстр-Луна преподнес «сюрприз», который и впрямь следовало обмозговать. – Но о том, что произошло сейчас, не имею ни малейшего понятия. Такого раньше не случалось, так что… – я не договорил и развел руками с весьма хмурым видом – чтобы парень поскорее отстал.

Тот вроде как все понял. Во всяком случае вновь кивнул и отошел к группе защитников Прибрежного Полиса, которые, как и многие другие, смотрели на море.

На самом деле у меня был ряд предположений насчет случившегося. Однако ни одно из них не внушало оптимизма, так что обсуждать это я буду только с Фуксом, Фаро и остальными моими учениками.

«Нужно добраться до них как можно скорее», – сказал я себе и, наполнив мышцы магической энергией, сорвался с места.

К счастью, за время моего отсутствия ни с Фуксом, ни с Фаро, ни даже с Джагром не произошло ничего плохого. Они были целы, невредимы, но, как и все вокруг, очень встревожены.

– Ты в порядке? – спросил Фаро, как только я подошел. – А где тот маг, который звал тебя? С ним что-то случилось?

– Монстролуние, – надо же, я и не думал, что весь произошедший с дядей Бором кошмар можно будет описать одним лишь словом. – Он не был готов.

– Понятно, – градоначальник Прибрежного Полиса помрачнел и ограничился чуть заметным кивком, за что я был ему очень благодарен.

Несколько секунд мы молчали, наблюдая за тем, как взмокшие, грязные и встревоженные аве-лларцы понемногу приступают к «генеральной уборке», что сопровождала окончание каждого Монстролуния. Мертвые твари расчленялись, грузились на повозки и отправлялись в печи.

– Я понимаю, – вновь заговорил Фаро, – что сейчас ты наверняка хотел бы побыть один, однако… Думаю, ты заметил, у нас образовалась довольно серьезная проблема. И надо бы…

– Все верно, – я кивнул. – То, что произошло, мягко говоря, озадачивает. И оно действительно может обернуться бедой. Причем такой, что ежемесячные нашествия чудовищ по сравнению с ней покажутся… Нет, не пустяком, но…

– Что будем делать?

– В первую очередь нужно отправиться на берег. Если я прикоснусь к воде, то быть может мне удастся понять, что под ней находится. Да и просто… Те большие волны могли наделать бед. Повредить шхуны и жилища рыбаков или рыбную фабрику.

– Ты прав, Арт, – Фаро кивнул. – Давай отправимся к морю.

Некоторое время мы шли молча. Наблюдали за тем, как аве-лларцы избавляются от последствий Монстролуния. Несколько раз мне приходилось останавливаться и применять магию, чтобы помочь раненым. Их было куда больше, чем в прошлое и позапрошлое Монстролуние, что, впрочем, неудивительно, если учесть, насколько жестокой оказалась минувшая битва. Я останавливал кровь, «закрывал» раны, приглушал боль. Одного несчастного, которому уже невозможно помочь, погрузил в сон.

– Новые разновидности тварей, – наконец заговорил Фаро, хмурясь. – Странный исход битвы, когда все они почти одномоментно испустили дух. Огромный портал над морем. И та… дрянь, что ушла под воду. Монстролуние подкинуло нам немало загадок, да, Арт?

– Верно, – ответил я, пропуская повозку с головой и лапами клешняка. Все твари, которых ночью натравил на Прибрежный Полис монстр-Луна, уже начинали разлагаться, и улицы наполнялись липким смрадом. – И это отнюдь не хорошо.

– У тебя есть какие-нибудь догадки насчет того, что произошло?

– По правде говоря, есть, – я задумчиво покивал. – Но это именно догадки. И вряд ли они вас обрадуют.

– Неважно. Рассказывай, Арт.

– Ну, во-первых, на мой взгляд, преждевременная гибель тварей и открытие того огромного портала взаимосвязаны. Думаю, монстр-Луна сам умертвил всех своих… посланников.

– Для чего? – удивленный Фаро посмотрел на меня.

– Безусловно, эта тварь сильна, но не всесильна. То, что она делает, требует колоссальных затрат магической энергии. Похитить существ из других миров, переработать их в нечто безумное, яростное, страшное и опасное, затем отправить сюда… В каждой твари, которая сегодня оказалась здесь, есть частичка силы самого монстра-Луны. Открытие того огромного портала – тоже крайне непростая и энергозатратная задача. И чтобы все прошло как должно, монстр-Луна, скажем так, «забрал» свою силу у клешняков, рукоглавов, сипелл и прочих чудовищ. Вернул ее себе, чтобы тут же использовать для новой цели.

– Выглядит вполне логично, – задумчиво произнес Фаро, потирая заросший щетиной подбородок. В кожаном доспехе, вспотевший, грязный и осунувшийся, сейчас он меньше всего напоминал главного человека города-государства. Скорее выглядел как воин, выживший там, где выжить крайне сложно. – Думаю, это жизнеспособная теория.

– Но лишь одна, – я мрачно усмехнулся. – А есть еще…

– Выкладывай, – помрачнел Фаро.

– Та дрянь, которая погрузилась в Кровавое Море. Нет сомнений в том, что монстр-Луна отправил ее сюда неспроста.

– Думаешь, это еще одно чудовище? Но ведь оно же гигантское.

– Да, так и есть. Вполне возможно, что сейчас под толщей воды находится исполинская тварь.

От озвученного мне стало очень не по себе. Лет семь назад я увлекался фильмами про монстров-гигантов: Годзиллу, Кинг-Конга, кайдзю… И прекрасно помнил, что могли натворить эти великаны и каких усилий людям стоило их усмирить. В ход шли самолеты, ракеты, бомбы, огромные боевые роботы… В Прибрежном Полисе ничего этого не было. Лишь пятнадцатилетний маг-недоучка, арбалеты, пушки, да дирижабли. Так что, если в скором времени из воды появится нечто исполинское, городу скорее всего придет конец.

То мгновение, что бесформенная груда плоти провела между порталом и водной гладью, вновь возникло перед глазами. Монстр-Луна преподнес людям поистине большой подарок. В буквальном смысле. Это нечто было не меньше шести-семи сотен метров, что в ширину, что в высоту. И если оно отрастит лапы, клешни, щупальца или что-нибудь еще и атакует Прибрежный Полис…

«Это будет конец, – повторил я, чувствуя, как тревога стягивает внутренности в тугой узел. – Одолеть такого противника под силу либо настоящей армии магов, либо действительно лишь самолетами, ракетами, бомбами и так далее. Здесь же нет ни первого, ни второго…»

– Если все так, то дело дрянь, – задумчиво, чуть дрогнув голосом, произнес Фаро. – Но я пока не понимаю, какая связь между… гм… новым подарком монстра-Луны и гибелью тварей.

– Все очень просто. И дело вновь в магической энергии. Монстр-Луна мог забрать ее у тварей, чтобы направить в то нечто, тем самым помогая ему пробудиться, начать развиваться, если это необходимо, и так далее. Этот вариант, честно говоря, кажется мне более вероятным.

– Значит, скоро к нам явится гость, – Фаро мрачнел все больше. – Гость, который в разы больше любого здания в нашем проклятом городе. И которым движет только одна цель – разрушать и уничтожать.

– К сожалению, скорее всего так и есть.

– И как скоро это произойдет, Арт? Успеем ли мы подготовиться и противопоставить огромной твари хоть что-нибудь?

– Я не знаю. Возможно, она уже приближается к берегу и появится через считанные минуты. Однако не исключено, что ей понадобится время, чтобы… созреть. Все же эта дрянь огромна. Я смогу сказать точнее лишь когда доберусь до воды и исследую ее.

До берега тем временем оставалось всего ничего.

Глава 8

Волны, поднятые погружением непонятного нечто в воды Кровавого Моря, и впрямь наделали бед. Главным образом – повредили большинство шхун, и теперь многие из них были нагромождены одна на другую. Определенно, в ближайшее время ни о какой рыбной ловле не может идти и речи…

Впрочем, сейчас имелись куда более серьезные проблемы. Мы с Фаро остановились у кромки воды, тот мрачно посмотрел на меня и спросил:

– Ну что, Арт, ты готов?

– Да, – я кивнул, не отрывая взгляда от синей, бликующей на солнце дали. Поверхность моря вернула себе безмятежность, однако теперь казалась чем-то зловещим.

– А это не будет опасно для тебя? Что ты вообще собираешься сделать?

– Будет, – с неохотой признал я и сглотнул. – По сути, я собираюсь повторить то же самое, что делал с мертвым клешняком после крушения дирижабля. Нужно использовать магию, чтобы дотянуться до той огромной дряни и исследовать ее. Понять, что она собой представляет, насколько опасна, чего от нее ждать и через какое время.

– Тогда ты понимаешь, что должен быть очень осторожен, – Фаро наклонился ко мне и положил руку на плечо. – Сам я не видел, что ты делал тогда с клешняком, но, судя по рассказам Курта и Дальфа, едва не угодил в ловушку и выбрался из нее лишь чудом. То есть ты вполне мог тогда погибнуть…

– Или превратиться в нечто, похожее на тварей Монстролуния, – не стал скрывать я. – Таившаяся в клешняке сила обволокла меня, пыталась поглотить. И мне действительно стоило немалых усилий, чтобы освободиться.

– О чем и речь, Арт, – Фаро хмурился все больше и больше. – Я, конечно, еще мало что понимаю в магии… Но мне почему-то кажется, что сейчас ты рискуешь еще больше.

– Верно. Тогда я столкнулся с куда меньшим количеством темной силы. Здесь же… Не знаю, сколько сотен или даже тысяч тварей монстр-Луна умертвил, чтобы подарить нам это… – кивок на море, – однако не сомневаюсь, что большая часть их силы сейчас таится в той штуке под водой.

Несколько секунд Фаро обдумывал мои слова. Хмурясь, двигая нижней челюстью, продолжая смотреть на морскую гладь.

– Тогда может быть, – наконец заговорил он, – не стоит так рисковать? Ты едва-едва справился с силой, таившейся в одном враге, а тут, как сам сказал, она будет помножена на тысячи…

– Да, дело сложное, – я заставил себя улыбнуться, – но сейчас у меня есть одно преимущество. Я уже знаю, чего ожидать. И не полезу туда с головой. Лишь, грубо говоря, взгляну одним глазком – и тут же назад. К тому же сначала как следует защищу себя самыми разными заклинаниями.

Фаро в ответ лишь чуть заметно покивал, предоставив мне право действовать. И я приступил к делу…

Перво-наперво, как и сказал градоначальнику, основательно «упаковал» себя в несколько защитных магических слоев. Стало душно, я почти тут же пропотел и начал чувствовать себя заметно тяжелее. Было такое чувство, что залез в допотопный водолазный костюм, громоздкий, с круглым шлемом. Впрочем, учитывая сложность и опасность предстоящего дела, я бы смирился с куда большими неудобствами.

– Что с тобой? – Фаро нахмурился, не сводя с меня взгляда. – Ты как будто… не знаю… размываешься, что ли?

– Это из-за заклинаний, которые меня защищают, – пояснил я, с трудом усаживаясь на корточки.

Замечание градоначальника слегка приободрило. Если я и впрямь стал выглядеть нечетко, значит использовал все заклинания идеально. И риск попасть в беду заметно уменьшился.

– И что теперь? – все больше волнуясь, спросил Фаро. – Мне нужно что-нибудь делать?

– Нет. Просто стойте, смотрите и ждите.

– А если что-то пойдет не так? Может быть, тебя стоит оттащить от воды, спрятать?

Я в ответ покачал головой.

– К сожалению, это не поможет. Расстояние никак не повлияет на мой контакт с темной силой. Как и любая преграда. Даже если между мной и тем нечто возникнет каменная стена… – я не договорил и развел руками. – Но не волнуйтесь, я буду предельно осторожен. Все же, – усмехнулся, – я хочу еще пожить.

«Ага, в этом грязном и обреченном мире, до конца своих дней», – вслед за мрачной мыслью перед глазами возник дядя Бор, чьим голосом говорил Альгенштейн, и что-то внутри будто бы оборвалось.

Заставить себя сосредоточиться на делах оказалось непросто, однако я все же сделал это. А затем наконец погрузил руки в воду.

Из пальцев устремились вперед невидимые нити моей силы. Без труда прокладывая путь в толще воды, тонкие и гибкие магические щупы потянулись туда, где пролегал Разлом. Долгое время рыбаки считали огромную трещину в морском дне очень страшным и опасным местом, обиталищем таинственного Клювастого Великана, способного жестоко покарать любого, кто прогневает его. Что же, теперь Разлом и впрямь стал нести угрозу, но не только рыбакам, а всему Прибрежному Полису.

Моя сила преодолевала одну сотню метров за другой, постепенно углубляясь. До цели оставалось еще немало, однако уже сейчас я ощущал что-то вроде «смрада», источаемого темной силой, погруженной в воду. Определенно, исследовать эту мерзость будет не только опасно, но еще и крайне тяжело и неприятно.

«Придется потерпеть, – сказал я себе, глубоко и размеренно дыша, чтобы настроиться на предстоящее дело. – Это необходимо. Иначе весь Прибрежный Полис окажется беззащитен».

Чем ближе я подбирался к Разлому и «подарку» монстра-Луны, тем ощутимее было влияние темной силы. Она не сопротивлялась и была готова охотно принять меня – как трясина в свои топкие объятия. И чтобы подобного не произошло, я стал действовать куда медленнее и осторожнее.

До цели добрался примерно через полчаса. Да, Разлом действительно был велик – не меньше пяти-шести километров в глубину. Темное подводное царство, в котором обитало немало жутковатых хищников. Я видел все вокруг, но изображение было черно-белым и довольно размытым. Возможно, именно поэтому та груда плоти, которую перенес в Аве-Ллар монстр-Луна, поначалу показалась мне просто подводной скалой. И если бы не сильнейшее излучение темной силы…

«Та еще дрянь, – я покачал головой, продолжая изучать угловатую громаду, насквозь пропитанную черной магией. – И касаться ее нельзя».

Меня трясло и мутило. Стало понятно, что долго я рядом с этим нечто не протяну. А если попробую «забраться внутрь», то буду попросту уничтожен. В считанные мгновения. Возможно, меня просто не станет. Или же превращусь в безумную тварь. Тут уже пятьдесят на пятьдесят, и любой исход был крайне печален.

Я «любовался» безобразной громадой плоти еще минуты три-четыре и за это время заметил одну странную вещь. Некоторые рыбины, покрупнее, порой подплывали к ней, вцеплялись зубами и отрывали большие куски, которые затем пожирали. Зрелище было отвратительным, и тошнота усилилась. Понимая, что дальше будет только хуже, что в конечном итоге меня вывернет, из-за чего имелся немалый риск потерять концентрацию и поддаться темной силе, я решил возвращаться.

«Что же, – подумал я, начиная отдаляться от горы плоти. – Хотелось бы, конечно, выяснить побольше, но что имеем, то имеем».

Обратный путь занял куда меньше времени, и вскоре я смог вытащить руки из воды, вдохнуть полной грудью и выпрямиться. Дурнота пока не ослабевала, но это пустяки. Главное – мне удалось осуществить задуманное, причем без каких-либо сложностей и непредвиденных обстоятельств. Можно сказать, что все прошло как по маслу.

– Ну что там? – Фаро был сам не свой. Определенно, все то время, пока я «был» под водой, градоначальник Прибрежного Полиса находился в сильнейшем напряжении. – Как ты, Арт? Все в порядке? Та дрянь не навредила тебе? Удалось что-нибудь выяснить?

– Я в полном порядке, – заставил себя улыбнуться, чтобы Фаро начал успокаиваться. – Все прошло даже проще, чем я ожидал.

– Но выглядишь ты не очень, – заметил тот, внимательно изучая меня. – Бледный, дрожишь, вспотел…

– Ну, это неудивительно. Все же мне пришлось побороться с очень темной силой. Впрочем, уже очень скоро я полностью приду в себя.

– Хорошо, – Фаро неуверенно кивнул. – Ну так что насчет?.. Даже не знаю, как это назвать…

– Пока что это всего лишь очень большой кусок мяса, который уже стал кормом для хищных рыб, – ответил я. – Безусловно, он насквозь пропитан черной магией. Ее там столько, что… – не найдя подходящего определения, покачал головой и развел руками. – В общем, очень много.

– И что, разве морские обитатели ее не чувствуют? Я, конечно, еще мало что понимаю, но, как мне кажется, подобная дрянь должна отпугивать все живое.

– На самом деле – да. И то, что сейчас все происходит наоборот, настораживает.

– А что насчет того, что та громадина превратится в чудовище?

– Пока ничего подобного не происходит. Как я уже сказал, в Разлом опустилась просто груда плоти, пропитанная черной магией. Сейчас она абсолютно безжизненна. Что будет дальше – я не знаю. Возможно, ее просто сожрут рыбы. Возможно, из-за этого они умрут или станут отравлены. И уже тогда мы умрем, если выловим их и съедим. Возможно, эта дрянь действительно должна созреть и превратиться в монстра-гиганта. Предположений, на самом деле, множество, но сейчас ничего не происходит. Поэтому только и остается, что гадать.

– Понятно, – пробормотал Фаро, хмуро глядя в сторону Разлома. – Одним словом, у нас под боком непонятная угроза, которая может либо уничтожать нас медленно, либо… в один момент.

– Примерно так, – вынужден был признать я. – Хотя… У меня только что появилось еще одно предположение. И если именно оно является верным, то у нас, в принципе, все хорошо.

– Что за предположение, Арт?

– То, что попало в Разлом, является… своего рода отходами. Вы ведь заметили, что это Монстролуние существенно отличалось от предыдущих. Куда больше тварей, новые их разновидности и так далее. Но возможно, монстр-Луна не успел переправить в Аве-Ллар все свое войско. Или ему не хватило сил, чтобы превратить в чудовищ всех существ, которых он похитил из других миров. Или… Тут опять-таки масса вариантов. Но в итоге он таким вот образом просто избавился от излишков… гм… материала. Просто открыл еще один портал и сбросил их в море.

– Если все так, – Фаро мрачно усмехнулся, – то нам еще повезло.

– В каком смысле? – удивился я.

– В таком, Арт, что монстр-Луна открыл портал над морем, а не над городом. Представь, что было бы, если бы та огромная дрянь обрушилась на Прибрежный Полис.

Тут градоначальник был прав на сто процентов, и я согласно кивнул. Затем продолжил:

– Но в любом случае, забывать про ту штуковину, что покоится на дне Разлома, нельзя. За ней нужно наблюдать, причем круглосуточно.

– Предлагаешь установить что-то вроде дежурств? – Фаро приподнял брови.

– Что-то вроде, – кивнул я, задумчиво прищуриваясь. – Но не совсем. Все будет несколько сложнее и потребует использования магии.

Глава 9

Следующие четверть часа я ходил вдоль берега, смотрел то на воду, то на все остальное и размышлял, как бы лучше осуществить задуманное. Сам берег тянулся вправо и влево километра на два, затем попадал в каменные тиски темных скал, что отгораживали большую часть Прибрежного Полиса от моря. Под ногами была лишь галька, причем довольно крупная, и это несколько осложняло дело.

– Арт? – подал голос Фаро, напряженно следивший за мной все это время. – Что ты делаешь? И что задумал? Может тебе нужна помощь?

– Вообще-то нужна, – задумчиво отозвался я, разглядывая деревянные «тропки», которые тянулись от рыбной фабрики до волнорезов. – Мне надо изготовить пять-шесть щитов из досок, примерно в мой рост. Еще понадобится краска, желательно красная. Можете устроить?

– Разумеется, – кивнул Фаро и жестом подозвал нескольких аве-лларцев. Те скорее всего сражались с тварями на берегу, защищая шхуны, бараки и рыбную фабрику. Затем, когда до берега покатились волны, поднятые погружением «подарка» монстра-Луны, отступили, а сейчас занимались тем же, чем и остальные жители Прибрежного Полиса, – расчленяли убитых тварей. Которых здесь оказалось немало, причем, по большей части, крупных: клешняков, рукоглавов, тентлов, полуспрутов-полузмей…

Как только они подошли к градоначальнику, тот пересказал им все мои пожелания. Отправил выполнять и повернулся ко мне.

– А что именно ты задумал? – спросил Фаро, с напряжением поглядывая на море.

– Хочу сделать нечто вроде системы безопасности. Она сработает, если там, – указал на синюю даль, – начнется… что-нибудь подозрительное.

– То есть, она защитит нас?

– К сожалению нет. Лишь предупредит. Если это произойдет, я снова попробую исследовать ту дрянь, а потом… Потом будет видно, что делать дальше.

Фаро в ответ задумчиво покивал, а спустя полчаса аве-лларцы принесли мне краску и первую пару щитов.

«Отлично, – подумал я, оттаскивая один к левому краю берега и одновременно с этим вспоминая каждую деталь магической печати, которую предстояло нарисовать. – Теперь поработаем».

Оставив щит на таком расстоянии, чтобы его не унесло приливом, я взялся за дело. Начертил круг, занявший почти все пространство щита, после чего занялся символами.

– Откуда ты все это знаешь? – спросил стоявший рядом Фаро. – Ты ведь еще только ученик. И если все ученики-чародеи в твоем мире способны на то же, на что и ты, страшно представить, каким могуществом обладают взрослые маги.

– Да, господин Фаро, я всего лишь ученик, – согласился я, не без удовольствия отмечая, что при слове «господин» бывший капитан «Хищницы» чуть скривился. – Но, как бы нескромно это ни прозвучало, ученик довольно прилежный. Магия с ранних лет меня увлекала, так что я очень много времени проводил в отцовской библиотеке. Читал, изучал, запоминал. Причем иной раз, разумеется, тайком, брал даже те книги, которые папа читать не разрешал. А память – это такая штука, которая записывает все, что я когда-либо видел, слышал, чувствовал и так далее. И при помощи заклинаний всегда можно извлечь нужное воспоминание на поверхность разума.

– Потрясающе, – тихо ответил Фаро, переваривая услышанное.

– Придет время, – заканчивая работу с первым щитом, сказал я, – и вы тоже все это освоите. Как и Фукс, Лора, Эни с Дастом и Джагр. Причем довольно скоро.

Вскоре взялся за второй щит. К тому времени группа аве-лларцев успела сколотить еще пару.

«Отлично», – подумал я, нанося на дерево один символ за другим.

Каждая новая печать давалась все проще, и спустя часа два с «рисованием» было закончено. Оставался последний штрих, причем крайне неприятный.

Не всех порождений Монстролуния к этому времени убрали с берега. Взгляд мой сразу упал на тощего, практически разорванного пополам мушкетными пулями. Подойдя к нему, отсек лапу и, защитив собственную кисть несложным заклинанием, чтобы не испачкаться в разлагающейся плоти, поднял. Затем направился к первому щиту.

– А это тебе для чего? – спросил Фаро, кивая на уродливую конечность.

– Сейчас объясню, – я приблизился к щиту и указал градоначальнику на две небольшие окружности в центре, плененные вязью причудливых символов. – Видите? В нижней должна содержаться кровь одного из чудовищ. В ней таится та же сила, что и в той огромной штуке под водой. Именно благодаря этому я и смогу установить связь между печатью и… – кивок в сторону Разлома.

– Кажется, я начинаю понемногу понимать, – произнес Фаро задумчивым голосом. – Ты установишь связь и, если в море начнется что-то странное, узнаешь об этом.

– Верно. Каждая из нарисованных мной печатей будет выполнять роль часового. Но куда более внимательного, а еще не нуждающегося ни в отдыхе, ни в пище, и так далее, – с этими словами я мазнул лапой тощего внутри окружности, оставляя на дереве кровавый след.

– Впечатляет, – градоначальник задумчиво покивал. – Но как именно ты узнаешь, если возникнет опасность?

Я в ответ указал на вторую окружность, выше первой.

– Видите? Здесь нужно оставить немного моей крови, чтобы установить связь между мной и печатью.

– Постой-постой… – Фаро нахмурился. – Но в таком случае… Не будет ли это опасно для тебя? Получается ведь, что ты будешь напрямую взаимодействовать с темной силой.

– Нет, прямого взаимодействия не будет. Печать работает в двух направлениях – к морю и ко мне. А еще прекрасно защищает меня от темной силы. С ней я буду как за каменной стеной.

Несколько секунд Фаро переваривал услышанное. Потом с усмешкой качнул головой.

– Ловко… – произнес он, глядя, как я клинком глефы оставляю на ладони недлинный разрез. – Магия с каждый днем все больше кажется мне чем-то невероятным.

– Так и есть, – согласился я, прикладывая порезанную руку к верхней окружности. – Магия способна справиться со многими проблемами. Жаль, что не со всеми.

– Имеешь в виду, что нам никогда не одолеть монстра-Луну? – Фаро слегка помрачнел.

– Во всяком случае сейчас уж точно. Я понятия не имею, что это такое, как появилось, действует ли чудовище само по себе или за ним кто-то стоит. К тому же, самое главное, я всего лишь ученик. Да, начитанный и старательный, но… Этого явно недостаточно.

Фаро не ответил, я активировал первую печать, и мы пошли к следующей.

– А что именно произойдет, если та дрянь под водой начнет… – градоначальник прервался, пытаясь подобрать правильные слова, – что-то делать?

– Я почувствую это. Пока не знаю, как именно, но… – я нахмурился, – уверен, что это будет не очень приятно.

– В каком смысле, Арт? – встревожился Фаро.

– Скорее всего ощущения будут как при сильной простуде. Или отравлении. Или что-то в этом роде.

– Но ведь это может помешать тебе сражаться, если возникнет такая необходимость.

– Об этом не беспокойтесь. Связь с печатью можно легко прервать, и я тут же приду в себя.

Некоторое время Фаро наблюдал, как я подготавливаю и активирую вторую печать. Время от времени он оглядывался на море и сводил брови, поскольку, как и я, ощущал исходившую из-под воды угрозу.

Когда мы двинулись дальше, градоначальник продолжил расспросы.

– Хорошо. Допустим, все так, как ты и говоришь. Печати дадут тебе знать о том, что в Разломе что-то происходит, ты прервешь связь и придешь в себя… А что дальше?

– Мне нужно будет вновь посмотреть, что происходит под водой. И уже в зависимости от увиденного мы будем действовать тем или иным образом. Но как мне кажется, скорее всего придется готовиться так же, как и перед Монстролунием. Вооружаться, устраивать ловушки и все прочее. Однако это лишь предположение. Как я уже говорил, не исключено, что та штука будет просто лежать под водой, не причиняя никакого вреда.

– Поверь, Арт, – ответил Фаро с мрачной усмешкой. – Мне бы очень хотелось, чтобы так и было. Но…

– Понимаю, – я кивнул. – Полагаться на волю случая и просто надеяться на лучшее нельзя. Именно поэтому я сейчас и занимаюсь тем, чтобы мы не оказались застигнуты врасплох.

Как только я активировал третью печать, в голове возникла очень нехорошая мысль. И она всерьез меня встревожила.

Что если огромная груда плоти – что-то вроде «запаса» монстра-Луны к следующей страшной ночи? Он пробудится – и тем самым пробудит свой… «подарок». Тот наконец начнет формироваться в чудовище-исполина, и в итоге нам придется сражаться не только с тощими, гремлинами, рукоглавами, тентлами и прочими тварями, но и с новым врагом, которому достанет одного удара, чтобы лишить жизни сотню человек.

«А то и больше…» – «новорожденный» монстр-гигант почему-то представился мне почти точной копией монстра-Луны. Со множеством глаз, пастей, щупальцами и длинными гибкими лапами. Сможем ли мы выстоять против такого врага?

Уверенности я не чувствовал. Но даже если и выстоим, кто даст гарантию, что исполинская небесная тварь не отправит сюда еще одну такую же громадину? Или даже не одну…

Невольно я перевел взгляд на массив Прибрежного Полиса, дымящего трубами, и впервые подумал, насколько это место уязвимо. Оно нуждается в помощи полноценной армии магов, каждый из которых в десятки раз сильнее меня. Еще несколько часов назад я всерьез рассчитывал, что в скором времени здесь и впрямь появятся могущественные чародеи с Земли, но теперь…

«Обособленный мир – все равно что почти незаметный и крайне труднодоступный тупик в бесконечном пространстве Вселенной», – вспомнилась фраза из учебника по Мироведению. Долгое время она казалась мне странной и парадоксальной, в чем-то даже нелепой, но теперь я в полной мере осознал ее смысл. Даже не осознал, а прочувствовал, и от этого на душе стало лишь тяжелее.

Поняв, что, если продолжу в таком духе, мрачные мысли утянут меня в омут отчаяния куда раньше, чем хотелось бы, я ускорился. Нужно было подготовить и активировать еще две печати.

– Ну что, Арт, – сказал Фаро, как только я закончил, – вроде бы хоть как-то защитились, да?

– По крайней мере, в случае чего мы будем предупреждены, – ответил я. – Но меня сейчас волнует кое-что еще.

– Что?

Прежде чем ответить, я кивнул на пострадавшие шхуны.

– Рыбная ловля, господин Фаро. Помните, я говорил, что существуют определенные риски. Темная сила может пропитать рыбу, и, если мы выловим такую и употребим в пищу… Случиться может все что угодно.

Градоначальник потемнел лицом. Море было хорошим кормильцем для жителей Прибрежного Полиса, и лишаться его…

– Но у меня есть идея, – поспешил добавить я. – Мне придется проверять улов при помощи магии. И если я что-то обнаружу, то буду уничтожать. А «чистая» рыба, как и прежде, пойдет на фабрику.

– Что же, – Фаро задумчиво прищурился, – это хорошее предложение. Так и поступим. Но почему проверкой рыбы будешь заниматься только ты? Может стоит обучить ей меня, Фукса, Джагра и остальных?

– К сожалению, сейчас для вас контакт с темной силой очень опасен. Вы только-только начали осваивать магию.

Фаро в ответ лишь кивнул, и мы покинули берег.

Глава 10

Два с лишним часа нам с Фаро понадобилось, чтобы добраться до бывших владений мерзавца Клампа, ставших теперь школой и домом для меня и остальных магов Прибрежного Полиса. На улицах города кипела работа: люди рубили тварей, тут и там грохотали по мостовой телеги, груженные уродливыми расчлененными тушами… Однако едва ли не каждый при виде нас с Фаро останавливался, чтобы хоть немного поглазеть. Главным образом на меня, поскольку многие воочию видели, как я расправляюсь с порождениями Монстролуния. А те, кто не видел, уже наверняка были наслышаны.

Признаюсь, в роли местного живого «чуда света» я чувствовал себя не очень уютно. Мне никогда не нравилось повышенное внимание, плюс в тот момент сказывались усталость после жесточайшей битвы и потрясение, вызванное откровениями дяди Бора и Альгенштейна. Поэтому тогда я больше всего на свете хотел рухнуть на постель и попросту отрубиться. Что, собственно, и сделал, как только оказался в стенах бывшей арены.

Спал беспокойно – терзали кошмары. Сначала полчища тварей норовили меня разорвать, а где-то в подсознании то мама, то папа кричали, чтобы я был внимателен и не позволял себя ранить. Потом к этому добавился скорбный взгляд дяди Бора – я не видел его, просто чувствовал, причем повсюду. Ну а под конец, вишенкой на торте, стало превращение монстра-Луны в довольную рожу Альгенштейна. Тот смотрел на мои мучения, ухмылялся и время от времени говорил, что отныне у меня не будет другой жизни, кроме этой.

В общем, сон позволил отдохнуть лишь физически, а морально стало еще тяжелее. И проснувшись, я наконец позволил всем черным мыслям накинуться на меня.

Это были мелкие, невидимые, но очень жестокие хищники. И от них невозможно было скрыться: куда бы я ни отправился, они всюду следовали за мной. Кусали, жалили, душили, травили…

Разумеется, я пытался успокоить себя. Мысленно твердил, что еще ничего не кончено, что родители по-прежнему ищут меня и, быть может, доберутся и до Аве-Ллара. Да, подобная вероятность уменьшилась в сотни раз, однако все же оставалась. И когда я думал об этом, желание увидеть маму и папу становилось нестерпимым. Но теперь к нему примешивалась и ненависть…

Раз за разом я зачем-то представлял, что встречаюсь с Альгенштейном. Да, он взрослый и опытный чародей, гораздо искуснее в магии, чем я, однако… Я обездвиживал его. Затем, позволив силе охватить собственные кулаки золотистым сиянием, устремлялся к мерзавцу. Бросался на него, валя с ног, и начинал лупить. Совсем как того тощего на арене у ублюдка Клампа. Каждый удар оставлял на носатой физиономии рану, понемногу стирал с нее насмешливое выражение, и вскоре на месте головы Альгенштейна оставалось лишь кровавое месиво из мышц, обломков костей и мозгов. Но глаза оставались целыми, и в них читались ужас и мольба пощадить.

«Но ты же меня не пощадил, – мысленно возражал я с каменным выражением лица. – Тебе же плевать было, что я и мои родители почувствуем, когда ты забрасывал меня в Аве-Ллар. Так почему же?..»

Я обрывал мысль на полуслове и коротким заклинанием заставлял глаза Альгенштейна попросту взорваться. Он умирал, а я вновь и вновь понимал, что вполне мог бы проделать все это с ним по-настоящему. Я впервые в жизни ненавидел, причем настолько люто.

И эта ненависть, сбившись в стаю с отчаянием, безнадежностью, страхом, унынием и другими самыми погаными чувствами, преследовала меня сутки напролет. Да, я держался. Даже продолжал делать то, что должен был, – обучал Фукса, Фаро, Лору и остальных магии. Однако те все равно не могли не замечать, что со мной творится что-то плохое. Скорее всего Фаро рассказал другим моим ученикам о том, что в Аве-Ллар прибыл маг с Земли, но я его не спас. Однако градоначальник не знал подробностей и не понимал причин, почему мне настолько плохо.

Я прекрасно осознавал, как хреново выгляжу со стороны: пустой взгляд, опущенные плечи, лицо, практически лишенное эмоций. Зомби, а не человек. А радоваться успехам своих учеников я себя заставлял, и в итоге получалось очень фальшиво, что всех уже наверняка пугало. Особенно это было заметно по Эни.

Девушка старалась держаться на расстоянии, однако я постоянно ощущал ее тревожные взгляды. Она стала рассеянной, пыталась в точности выполнить каждое мое задание, но не могла – как раз из-за того, что волновалась за меня. Неудачи Эни постепенно начинали меня раздражать, и, с одной стороны, я очень хотел, чтобы она это увидела, но, с другой, понимал: нельзя. Иначе сделаю только хуже. Причем не только девушке, но и себе самому. Становиться мерзавцем я не хотел. Во-первых, честь эта весьма сомнительна, а во-вторых, я и так уже ощущал себя… много кем.

Жертвой, инструментом, дурачком, которого в два счета обвели вокруг пальца, разменной монетой, даже сиротой… И каждый день «скорбный список» определений пополнялся чем-нибудь новеньким.

Я тонул. Трясина безнадеги утягивала меня, с каждым днем со все большей жадностью. Нужно было сопротивляться, но сил для этого не находилось. Все они остались в той самой подворотне, где сделал свой последний вдох дядя Бор. Тогда я сказал, что прощаю его. Сейчас…

Сейчас я ненавидел дядю Бора. Презирал, считал предателем, проклинал за то, что тот позволил тварям растерзать себя. Я, пятнадцатилетний сопляк, совершенно не имеющий права называться магом, смог противостоять порождениям Монстролуния. На моем счету уже были сотни убитых тварей. А этот…

«Кретин… – представляя окровавленное лицо дяди Бора, я начинал закипать. – Ты должен был понимать, что отправляешься в другой мир, где может случиться все что угодно. Так какого хрена?..»

И это только полбеды. Каким местом дядя Бор думал, когда заставлял меня применять «Меморабилиум» и рассказывал о замысле Альгенштейна? Он должен был предугадать, что это может быть чревато. Но в итоге…

«И такой человек отвечал за безопасность моей семьи, – я мрачно усмехался и презрительно кривил губы. – Позорище…»

Понятное дело, что все эти мысли были вызваны отчаянием. Да, дядя Бор, безусловно, виноват, и во многом. Но его действиям есть оправдание. Любой нормальный отец пойдет на все ради своего ребенка.

«Однако именно из-за него я остался здесь, – невольно думал я. – С бесконечно мизерными шансами вернуться домой».

Впрочем, на пятый-шестой день раздумий я понял, что вероятность вновь оказаться на Земле все-таки есть. Правда с одним условием, которое совершенно не внушало оптимизма.

Альгенштейн может отправить за мной кого-нибудь еще. Но с одним условием: этот кто-то сначала должен будет меня убить и лишь после вернуть домой. А затем, когда длинноносый мерзавец предъявит мой труп родителям, то расскажет полную трагизма историю о том, как его люди самоотверженно пытались спасти меня, однако…

Дальше шла масса вариантов, а в фантазии Альгенштейна я не сомневался. Не исключено, что он еще и подготовит кучу фальшивых доказательств, очень искусно созданных при помощи магии. И, разумеется, гад будет упирать на то, что выполнил свою часть сделки, – вернул чете Волковых их сына. Так что теперь их черед соблюсти все условия и передать господину Эрасту бизнес по добыче энигмара.

«Такой вариант развития событий ни в коем случае нельзя сбрасывать со счетов, – размышлял я. – А значит, нужно быть очень осторожным. Альгенштейн может отправить за мной мага-убийцу когда угодно».

Оптимизма этот вывод не прибавил. Наоборот, на душе стало еще поганее – из-за страха. Фукс, Фаро и остальные прекрасно это видели. Мое состояние тревожило их все больше, и мои ученики понимали: пускать все на самотек очень опасно. И поэтому на седьмой день после Монстролуния ко мне подошла Лора.

– Арт, – тихо, с осторожностью сказала она, кладя руку мне на плечо. – Можно с тобой поговорить?

Я в это время занимался тем, что пытался удержать контакт с ядром Аве-Ллара, однако получалось едва-едва. Все мои предыдущие «рекорды» укатились клешняку в одно место, и сейчас какие-то несчастные десять минут превратились в невероятное достижение. Общаться ни с кем не хотелось, однако я заставил себя кивнуть. Лора в ответ тепло улыбнулась и продолжила:

– Честно говоря, Арт, мы все очень за тебя волнуемся. Господин Фаро вкратце рассказал нам о том, что здесь появился маг из твоего мира и что он погиб. Понимаю, тебя это очень расстроило…

– Он не просто погиб, Лора, – вздохнул я. Затем собрался с духом и выложил все от и до. Про то, каким увидел дядю Бора, обо всем, что он мне рассказал, о разговоре с Альгенштейном. Лора слушала, не перебивая, и все больше темнела лицом.

– Мальчик мой… – прошептала она, качая головой, когда я закончил. – Это действительно очень сложно пережить. Но… Я хочу, чтобы ты знал: ты не один. Разумеется, я не смогу заменить тебе маму, ни Фукс, ни господин Фаро, ни тем более Джагр не станут твоим отцом. Но мы сделаем все, чтобы поддержать тебя. Ты подарил каждому из нас новую жизнь и в невероятно короткий срок стал нам родным человеком.

– Спасибо, Лора, – тихо ответил я, чувствуя невидимую, но очень цепкую руку, которой приглянулось мое горло. – Я понимаю все и благодарен вам. Да, надеюсь, время поможет.

– Обязательно, Арт, – с чувством произнесла Лора. – Ты обязательно справишься с этим горем, потому что… Просто потому, что ты потрясающий. Уверена, нигде больше во всей Вселенной нет такого мальчишки, способного преодолеть столько сложнейших испытаний. Ты единственный такой, Арт.

Не знаю, действительно ли Лора так считала или говорила просто чтобы подбодрить меня. В любом случае, на душе немного потеплело, и я улыбнулся. Затем, сам не знаю для чего, возразил:

– Вообще-то, как минимум еще один такой человек есть.

– Правда? – Лора удивилась. – И кто же он?

– Тот, кто должен был стать моим наставником на время дебютной межмировой практики, – я представил высокого человека с заплетенными в косу волосами, один глаз которого чуть заметно горел теплым янтарным светом. – Его зовут мастер Страд. Он живет в мире под названием Янтарное Яблоко и… является его спасителем.

Возможно, свою роль сыграла потребность выговориться, но я вновь стал рассказывать – на этот раз про мастера Страда. Все, что знал о нем из книг. Лора слушала очень внимательно, было видно, что история этого человека захватила ее.

– Да, Арт, – задумчиво проговорила она, когда я закончил. – Если бы мастер Страд узнал обо всем, через что ты прошел здесь, то гордился бы тобой, в этом нет сомнений. А еще я уверена, что ты в какой-то мере повторишь судьбу мастера Страда.

– В каком смысле?

– Из твоего рассказа понятно, что беды Янтарного Яблока и Аве-Ллара очень похожи. Мастер Страд освободил от зла свой мир, а ты проделаешь то же самое с этим.

Я в ответ усмехнулся.

– Хотелось бы мне в это верить, Лора.

– Верь, Арт, тогда так и будет. А мы все тебе поможем, сделаем, что в наших силах. Главное не сдавайся. Впереди еще очень много дел, и они требуют твоего участия.

– Да, Лора, я понимаю, – разговор и впрямь пошел на пользу. Мрачные тона, в которых мне последние несколько дней виделось все вокруг, стали немного светлее. Самую малость, но и это было уже хоть что-то.

– А раз понимаешь, тогда как можно быстрее поговори с господином Фаро. У него к тебе какое-то дело.

– Какое?

– Подробностей я не знаю, – Лора улыбнулась, тепло и с легкой хитринкой. – Но сам он говорит, что крайне серьезное. Государственной важности.

Глава 11

Поговорить с Фаро удалось только вечером. Обязанности градоначальника занимали почти все его время и забирали немало сил. Бывший капитан «Хищницы» был поглощен мыслями о будущем Прибрежного Полиса, выглядел уставшим, но вместе с тем полным энтузиазма.

Он действительно переехал во дворец Герда Омпала, большую часть дня проводил там, однако учиться магии и ночевать приходил к нам. Так было и сейчас. Фаро явился, когда Фукс, Лора, Эни, Даст и Джагр уже выполнили все мои задания и готовились ко сну. Мы с градоначальником прошли в небольшую каморку, которую Кламп в свое время приспособил под личный кабинет, уселись за старый шаткий стол, и я приготовился слушать о «деле государственной важности».

– Как ты, Арт? – Фаро, похоже, решил зайти издалека. – В последнее время ты нас всех очень тревожишь. Выглядишь плохо, делаешь все через силу. Может объяснишь, что с тобой происходит? Ты не заболел? Возможно, минувшее Монстролуние вытянуло из тебя слишком много энергии?

– Нет, господин Фаро, – я заставил себя улыбнуться и покачал головой. – В физическом плане я в полном порядке. А вот на душе и впрямь погано. Что же, я уже рассказал о причинах Лоре, расскажу, пожалуй, и вам…

– Будь добр, – кивнул Фаро. – Мы все здесь в какой-то мере зависим от тебя, а потому хотели бы понять, что не так.

Вздохнув, я по новой начал рассказывать о встрече с дядей Бором и обо всем, что услышал от него и Альгенштейна. Фаро слушал, время от времени кивал, а на лице его проступало очень жесткое выражение. Я чувствовал, что в тот момент градоначальник Прибрежного Полиса ненавидел господина Эраста даже сильнее, чем я сам.

– Да уж, Арт, – тихо произнес Фаро, как только я закончил. – После такого… и впрямь хочется наплевать на все и опустить руки. Однако, – взгляд его в одно мгновение стал очень строгим, – нельзя. И я надеюсь, что ты это прекрасно понимаешь. Ведь верно, Арт?

– Верно, – я кивнул. – По правде говоря, думаю, я уже… гм… пошел на поправку. Поговорил с Лорой – и стало немного легче. Теперь то же самое с вами.

– Вот и отлично, – Фаро удовлетворенно кивнул. – Ты не имеешь права раскисать, Арт, поскольку слишком важен для нашего мира. Ты – ключ к спасению миллионов людей. Согласись, ради этого стоит жить и идти вперед, верно?

– Верно, – повторил я, мысленно усмехаясь: бывший капитан «Хищницы» только-только вступил на путь политика, но, судя по его речи, ощущение такое, что он занимается этим уже очень долгие годы. – Поэтому я и держусь. Вам не о чем беспокоиться, господин Фаро, – при слове «господин» тот вновь слегка сморщился, – я не сдамся. Здесь действительно нужно сделать еще очень многое. К тому же это в моих интересах. Если уж мне суждено прожить в Аве-Лларе оставшиеся годы, то надо превратить его во что-то пригодное для жизни.

– Вот это правильные мысли. И, как ты понимаешь, я пригласил тебя не просто поболтать.

– Разумеется. Лора сказала, что у вас ко мне крайне серьезное дело, – подумав, я с легкой улыбкой добавил: – Государственной важности.

– Так и есть, Арт. И я очень надеюсь, что ты одобришь мою идею и поможешь ее осуществить.

– Что за идея?

Некоторое время Фаро собирался с мыслями, затем заговорил:

– За годы управления Прибрежным Полисом мой достопочтенный дядюшка наворотил дел. Ты даже не представляешь, какую кучу помоев мне сейчас приходится разгребать. Менять нужно очень многое, но беда в том, что я не всегда уверен, в каком направлении лучше двигаться.

– Думаю, это нормально, – задумчиво ответил я. – Политика – дело такое, за неделю в ней не разберешься. Но… – я посмотрел Фаро прямо в глаза, – вы ведь помните о нашем уговоре. Я помогаю избавить Прибрежный Полис от власти Герда Омпала, а дальше управление городом ложится на ваши плечи. Политика – не та вещь, заниматься которой я горю желанием. Мое дело – магия. Понять, почему ушли местные чародеи, что такое монстр-Луна, как избавиться от этой твари и так далее.

– Да, Арт, я все помню. И не намерен просить тебя о помощи в том, что касается политики. С ней буду разбираться я. Ну и те люди, которым я доверяю.

– Но тогда какого рода помощи вы от меня хотите?

– Сейчас объясню… Несколько дней назад я начал обдумывать изменения в ряде законов. И понял, что не уверен в том, как лучше сделать. Нужно, чтобы мне кто-то подсказал. А поскольку законы эти напрямую касаются жителей города, спрашивать правильнее всего будет именно у них.

– Так в чем проблема? – удивился я. – Можно устроить городское собрание на площади, как совсем недавно, – вспомнив огромный каменный колодец, запруженный людьми, я передернул плечами. Непростой тогда выдался денек… – Рассказать о том, что хотите поменять, и спросить мнение горожан. А затем сделать так, как хочет большинство. В моем мире это называется демократией.

– Боюсь, Арт, – Фаро усмехнулся, – что ты все очень упростил. Да, так можно сделать. Но есть риск, что на площади вспыхнет конфликт из-за разногласий. Все же те вопросы, которые я собираюсь поднять, очень щепетильны. К тому же для каждого человека именно его личные интересы превыше всего, а это напрочь убивает возможность достичь компромисса. И справедливости.

Пару секунд я обдумывал слова градоначальника. Он был полностью прав. А я… А я правильно поступил, когда решил, что и носа не суну в государственные дела Прибрежного Полиса, поскольку в политике и впрямь мало что понимаю. В чем только что убедился.

– Люди ждут от меня решительных действий, Арт. А мне нужно наводить порядок так, чтобы хотя бы часть интересов каждого была учтена. Для начала – решить проблемы, стоящие наиболее остро. Но беда в том, что еще практически неделю назад я был всего лишь рыбаком. И поэтому имею лишь смутное представление вещах, которые больше всего мешают жить плавильщикам, ядоварам, скотникам и всем остальным.

– Да, это серьезно осложняет вашу работу, – согласился я, задумчиво кивая. – Но как я могу вам помочь?

– Как ни крути, но мне придется выслушать мнение жителей Прибрежного Полиса по тому или иному вопросу. Но лучше, чтобы я сделал это… не как градоначальник. Если они выложат мне все как главному человеку города, а я в итоге не смогу в полной мере оправдать их ожиданий, велика вероятность, что на меня попросту обозлятся. И это как минимум.

– Кажется, я начинаю понимать, – я задумчиво прищурился. – Вы хотите запустить в массы своих агентов. Чтобы те понаблюдали за жителями, поспрашивали, чего они хотят, какие проблемы стоят перед ними в первую очередь.

– Ты почти угадал, Арт, – улыбнулся Фаро. – Но ключевое слово здесь именно «почти». Понимаешь, любые сведения при передаче из уст в уста имеют свойство искажаться. Порой непроизвольно, порой намеренно. А мне этого сейчас не нужно. Поэтому я хотел бы сам ходить по городу, беседовать с жителями и делать выводы. Но так, чтобы никто меня не узнал. Чтобы все думали, что общаются с таким же горожанином, каковыми являются сами.

– Теперь мне ясен ваш замысел, – я тоже улыбнулся. – Вы хотите использовать магию для маскировки.

– Да, Арт, ты все правильно понял. Скажи, есть какое-нибудь заклинание, которое я могу освоить в ближайшее время, способное помочь мне принять облик другого человека?

– Разумеется, господин Фаро. Оно называется «Морок» и однажды уже серьезно меня выручило. Помогло пробраться на фабрику ядов к Шверу, наладить контакт с Лорой и ее детьми и вызволить их оттуда. Оно действительно несложное, и думаю, что за два-три дня вы его освоите. Но как именно вы собираетесь его использовать? Просто накидывать личину другого человека, ходить по улицам и прислушиваться к разговорам?

– Не совсем так, Арт. Я притворюсь жителем другого города-государства, направленного в Прибрежный Полис… в общем, по каким-нибудь делам. Над этим я подумаю отдельно, состряпаю какую-нибудь легенду. Сам понимаешь, пришлецу в нашем каменном лабиринте заблудиться – раз плюнуть. И простой вопрос, как пройти туда-то и туда-то, позволит мне наладить контакт практически с любым человеком. Ну а дальше я как бы невзначай спрошу, правда ли, что здесь недавно поменялась власть, да еще при очень странных, прямо-таки невероятных обстоятельствах. И так, слово за слово, разузнаю, что люди обо мне думают, что хотят поменять и так далее.

– Что же, – задумчиво произнес я. – Ход весьма умный. На самом деле, – усмехнулся, – даже мне интересно, как жители Прибрежного Полиса воспринимают все случившееся, что думают о появлении в городе мага…

– Именно, Арт. Замечу только, что это не просто интересно, а очень важно. Ты ведь помнишь, еще совсем недавно все без исключения аве-лларцы относились к магам враждебно. Для них любой, кто обладает силой, был трусом, поджавшим хвост и сбежавшим, когда над нашим миром стал пробуждаться монстр-Луна. И тут появляется совсем еще зеленый мальчишка, уверяющий, что только магия поможет справиться с бедой. Да, неделю назад ты доказал, что заклинания работают. Если бы не ты, твари убили бы тысячи людей. Но, думаю, ты понимаешь: чтобы окончательно и бесповоротно убедить горожан в собственной полезности сделанного на данный момент мало. Да, они видели твою силу, признают ее, но это не значит, что все хорошо. Тебя могу посчитать опасным, поскольку…

– Вчера я расправлялся с порождениями Монстролуния, а сегодня могу взяться за жителей Прибрежного Полиса, – договорил я за Фаро. – Да, это все понятно и логично. Нам и впрямь нужно знать, что люди думают о переменах, творящихся в городе.

– Рад, что ты понимаешь меня, Арт, – градоначальник был доволен. – И раз уж у нас есть такая уникальная вещь, как магия, нужно использовать все ее возможности. Так что, – он внимательно посмотрел на меня, – я жду твоей помощи. Научи меня использовать заклинание «Морок». Насколько оно сложное?

– На самом деле, – я усмехнулся, – это одно из самых легких в освоении заклинаний. Ему учат на первом курсе, а сам я впервые превратился в другого человека еще до поступления в академию. Причем помогли мне в этом мои двоюродные братья. Так что, думаю, два-три дня – и вы научитесь использовать «Морок».

– Это было бы прекрасно, Арт. Когда мы можем начать?

Я внимательно посмотрел на Фаро. Да, вид у него был уставший, но это не беда. Во взгляде читался энтузиазм, так что…

– В принципе, мы можем начать прямо сейчас. Разумеется, если вы согласны.

Градоначальник Прибрежного Полиса азартно сверкнул глазами.

– Не думаю, что ты ждешь от меня отрицательного ответа. Поэтому, Арт, давай начинать.

Глава 12

Мы переместились на саму арену. За последнюю неделю в ней немало изменилось: был убран помост, на котором вооруженный рупором Кламп надрывался во время Малого Монстролуния, по сетчатым стенам развешаны деревянные щиты с нарисованными на них мишенями – так мои ученики тренировались в точности использования заклинаний.

– Итак, господин Фаро, – произнес я, – давайте…

– Постой, Арт, – перебил меня бывший капитан «Хищницы». – Так не пойдет. Да, для простых жителей Прибрежного Полиса мне придется стать… гм… господином, но здесь… – он покачал головой. – Давай договоримся: для тебя, Фукса, Лоры и остальных я буду просто Фаро. Идет?

– Идет, – я кивнул. – Приступим?

– Давай, Арт. Что нужно делать?

– Для начала следует определиться с внешностью человека, в которого вы хотите превратиться. Не думаю, что стоит использовать кого-нибудь из ваших знакомых, поскольку на улице его могут узнать. Поэтому предлагаю…

Оборвав себя на полуслове, я использовал «Морок», и мое превращение в высокого пожилого человека с густой седой шевелюрой, длинным носом и чуть хитроватым, но добродушным выражением лица весьма впечатлило градоначальника.

– Ого, – только и вымолвил он, не отрывая от меня взгляда.

– Знакомьтесь, Фаро, это профессор Громов, мой куратор в Московской академии магических наук, – чуть торжественным голосом, который также принадлежал чародею с Земли, произнес я. – Сейчас вы должны внимательно его рассмотреть, запомнить каждую деталь во внешности.

С этими словами я несколько раз медленно повернулся вокруг себя, отошел от Фаро, затем вновь приблизился. Тот не отрывал от меня внимательного взгляда, чуть щурился, кивал и беззвучно шевелил губами.

«Старается, молодец», – отметил я про себя.

– Думаю, я запомнил, – сказал бывший капитан «Хищницы», и я вновь стал самим собой.

– Отлично. Мне кажется, вы не будете возражать, если я предложу вам превращаться именно в этого человека.

– Да, Арт, вариант ты мне подобрал идеальный. Профессор Громов очень похож на выходца из Закатного Полиса, второго по величине города-государства Аве-Ллара.

– Вот и прекрасно. А теперь давайте приступим к самому главному. То, что вы сможете принять облик профессора Громова уже сегодня, очень маловероятно. Все-таки освоение «Морока» – процесс, состоящий из нескольких этапов. И первым делом вам необходимо научиться обволакивать себя тонким слоем силы из Ореола. Она незримым и неосязаемым коконом должна покрыть все ваше тело.

– Понятно, – с серьезным лицом ответил Фаро. Затем свел брови и спросил: – Но как это сделать?

– Выпустите немного энергии и направьте ее на самого себя. На голову, плечи, спину и все остальное. Вы ведь уже чувствуете свой Ореол и то, что в нем содержится, верно?

– Да, Арт, чувствую.

– Вот. Магическая энергия стала частью вас. Такой же, как руки и ноги. И раз вы можете управлять ими, то сможете и ей. Причем, – я усмехнулся, – движения конечностей по сравнению с силой из Ореола куда более ограничены. Со временем вы в этом лично убедитесь.

Фаро в ответ задумчиво покивал, затем тихо произнес:

– Ну что же, надо пробовать…

Первая его попытка была не очень удачной – он покрыл магической энергией лишь лицо, левую сторону груди и живот. Я следил за происходящим, использовав специальное заклинание, которое позволяет видеть силу. Та обволакивала Фаро золотистым сиянием, и бывший капитан «Хищницы», пытаясь управлять ею, слишком напрягался.

– Постарайтесь расслабиться, – сказал я, когда Фаро взял передышку. – Разумеется, есть заклинания, которые требуют от мага прикладывать силу, но сейчас не тот случай. Все должно происходить легко и естественно. Выпустите немного силы и… действуйте так, словно вы одеваетесь.

– Хорошо, сейчас… – задумчиво ответил градоначальник и приготовился ко второй попытке.

На сей раз все прошло гораздо удачнее – непокрытыми оставались только ноги.

– Очень хорошо, – произнес я в перерыве. – Но сейчас вы выпустили из Ореола недостаточно силы. Вам удалось использовать ее всю и действовать естественно. Но энергии просто не хватило.

Спустя часа полтора Фаро все удалось. Золотистое сияние охватило его фигуру с головы до пят.

– Как ощущения? – с довольным видом спросил я.

– Жарко, – ответил градоначальник, поводя плечами.

– Это еще ничего. Во время использования «Морока» вообще все чесаться начинает.

– Вот уж обрадовал, так обрадовал, – усмехнулся Фаро.

Еще семь раз он выпускал силу из Ореола и направлял ее на то, чтобы покрыть свое тело. Последние три попытки оказались очень легкими, и градоначальник справлялся за считанные секунды.

– Отлично получается, – сказал я. – На сегодня, пожалуй, достаточно. Ну а завтра мы с вами перейдем к главному – непосредственно к созданию образа другого человека.

На этом занятие было закончено, и мы отправились спать.

Большая часть следующего дня прошла в привычных хлопотах. Мы с Фуксом, Лорой и остальными обустраивали бывшее обиталище Клампа так, как требовалось нам. Затем – отработка уже знакомых заклинаний и изучение новых. Далее, ближе к вечеру, я, как и во все предыдущие дни, отправился к рыбной фабрике и проверил улов на наличие темной силы. К счастью, все, что дарило рыбакам Кровавое Море, оставалось «чистым», и сегодня не стало исключением. Фаро в это время был во дворце Герда Омпала, постепенно разбираясь со всем, что тот наворотил за полтора десятка лет правления Прибрежным Полисом. Вернулся он с закатом, мы вновь прошли на нашу тренировочную площадку. Я велел Фаро в качестве разминки трижды покрыться слоем магической энергии, и тот без проблем справился с заданием.

– Превосходно, – произнес я, обходя его и внимательно следя, чтобы нигде не оставалось брешей. – Все, можно считать, что эту часть дела вы освоили на сто процентов.

– Значит, – ответил градоначальник, – мы можем переходить к самому заклинанию?

– Да, все верно, – я кивнул и вновь превратился в профессора Громова. – Еще раз внимательно посмотрите на этого человека. Запомните каждую деталь в его облике, выражение лица, взгляд… Вы должны выглядеть абсолютно естественно. Если что-то будет не так, это может оттолкнуть тех, с кем вы захотите поговорить.

Фаро изучал внешность профессора Громова не меньше пяти минут. Затем сказал, что готов.

– Что же, тогда приступим, – я вновь стал самим собой и серьезно посмотрел на бывшего капитана «Хищницы». – Итак, для начала вы должны сделать то, что уже умеете – покрыть себя слоем магической энергии. А вот дальше начинаются сложности. Нужно придать ей видимость того человека, в которого вы хотите превратиться.

– И как это сделать?

– Нужно представить выпущенную вами силу в виде холста, а собственную память – красками и кистью. А дальше…

– Кажется, я понял. Мне нужно, – с легким напряжением усмехнулся Фаро, – побыть кем-то вроде художника. Но вот беда, Арт, я совершенно не умею рисовать.

– Ничего страшного, – я ободряюще улыбнулся. – Создание «Морока» все-таки проще, чем рисование. Так что… Просто пытайтесь. Удерживайте в памяти внешность профессора Громова, чувствуйте покрывающий вас слой магической энергии и…

Фаро честно пытался. Раз за разом. Первые попытки были вовсе безрезультатными, однако потом у него начало получаться. Понемногу, с трудом и зубовным скрежетом, но частично он все же становился профессором Громовым. Правда, выглядело это жутковато: наполовину один человек – и ровно на столько же совершенно другой…

– Вы напрягаетесь и нервничаете, – сказал я спустя примерно час. – Но должны быть расслаблены и спокойны. Магическая энергия не любит, когда ее принуждают что-то делать, а еще – чувствует эмоциональное состояние своего хозяина. Так что отдышитесь, успокойтесь и попробуйте по новой.

Градоначальник кивнул и взял перерыв. Он и впрямь потратил на попытки немало сил и в итоге тяжело дышал, а лоб его блестел от пота. К сожалению, следующие несколько попыток едва ли были успешнее. Начинал Фаро практически идеально, но когда дело доходило до превращения… Он вновь поддавался напряжению, пусть и невольно.

– Думаю, нам лучше продолжить завтра, – сказал я. – Вам нужно отдохнуть, осмыслить все, что вы делали. Думаю, это поможет.

Фаро, явно недовольный собой, лишь кивнул, после чего вслед за мной покинул тренировочную площадку.

«Видимо, возраст все же дает о себе знать, – размышлял я на следующий день. – И есть ряд заклинаний, которые лучше учить еще в детстве».

Впрочем, я не сомневался, что рано или поздно бывший капитан «Хищницы» справится и в совершенстве овладеет «Мороком». Пускай даже на это потребуется больше времени.

И все же очередной вечерней тренировки с Фаро я ждал немного волнуясь. Мало ли, вдруг новые неудачи подкосят веру градоначальника в себя?.. Это было опасно, поскольку сейчас на нем лежало слишком много ответственности.

Однако уже в самом начале нового занятия выяснилось, что все мои опасения напрасны. С первой же попытки Фаро превратился в профессора Громова больше, чем наполовину. А с пятой – уже полностью.

– Отличный результат! – просиял я, изучая получившийся «Морок». – Вы справились!

– Все благодаря тебе, Арт, – голосом профессора Громова ответил Фаро. – Я весь сегодняшний день думал обо всем, что ты говорил, пропускал это через себя. Несколько раз пытался самостоятельно превратиться. И вот наконец-то…

Еще пару дней мы с градоначальником практиковали «Морок» на тренировочной площадке. Затем, убедившись, что Фаро овладел заклинанием в совершенстве, я с утра пораньше отпустил его на первую вылазку в город. Вернулся тот лишь под вечер и был очень доволен.

– Все прошло просто превосходно, Арт, – начал рассказывать бывший капитан «Хищницы». – Как выяснилось, наш народ совсем не прочь поболтать с чужеземцами, так что я услышал немало полезного и получил массу ориентиров для работы. Теперь я знаю, в каких направлениях нужно двигаться, чтобы вытащить людей из той задницы, в какую их загнала политика моего дорогого дядюшки.

– Это отличная новость, – улыбнулся я. – И я уверен, что вы со всем справитесь.

– Да, Арт, – Фаро усмехнулся. – Деваться-то некуда. Однако без твоей помощи я бы еще очень долго тыкал пальцем в небо.

Что же, с «делом государственной важности» я справился. И настала пора для следующего – не менее серьезного. И весьма опасного, поскольку самостоятельная напитка Ореола сопряжена со смертельным риском. По-хорошему мне бы следовало повременить с этим как минимум год, чтобы основательно подготовить моих сегодняшних учеников. Однако условия, в каких я обучал Фукса, Фаро, Лору, Джагра и Эни с Дастом, совершенно не подходили для последовательного обучения «по всем правилам».

Начать я решил с Лоры, поскольку она лучше, чем Фаро и Джагр, понимала, что такое осторожность. Женщина никогда не торопилась, предпочитала переспросить и перестраховаться, а все мои указания выполняла со стопроцентной точностью.

Глава 13

– Итак, Лора, – я серьезно посмотрел на женщину. – Ты уверена, что готова? Если нет, то лучше скажи сейчас. Без определенной доли решимости делать то, что мы собираемся, очень опасно.

Дело было на следующий день. После утренней тренировки я отправил своих учеников обедать, а Лору попросил задержаться. И рассказал о своем намерении научить ее самостоятельно наполнять Ореол силой.

– Думаю, что готова, Арт, – задумчиво, но без волнения ответила Лора и пожала плечами. – Рано или поздно это все равно следовало бы начать, поэтому… какой смысл откладывать? Мне, конечно, приятно, когда Фукс делится со мной магической энергией, – сказав это, она немного смущенно улыбнулась, – но… Неумение самостоятельно напитывать Ореол – своего рода беспомощность. И однажды она может сыграть со мной злую шутку.

Лора была права на сто процентов, и я одобрительно кивнул.

– Фукс рассказывал, что случилось с ним во время первой попытки, – продолжала она. – Причиной были страх и спешка. Обещаю, Арт, я не буду ни бояться, ни торопиться.

– Хорошо, Лора. Я тебе верю и именно поэтому выбрал первой, кого научу вытягивать энергию из ядра Аве-Ллара. К тому же, у тебя в запасе куда больше времени, чем у Фукса. С ним счет шел на дни, поскольку близилось Монстролуние, после которого мне нужно было отправляться за вами. Теперь же… – я развел руками. – Теперь мы можем посвятить самостоятельной напитке Ореола недели, совсем как в академии, где я учился. Нам не требуется пытаться сделать все и сразу, мы разделим весь процесс на несколько этапов, и на каждом задержимся столько времени, сколько будет необходимо тебе. Контакт с ядром Аве-Ллара – очень опасное дело, но я постараюсь свести все риски к минимуму.

– Я знаю, Арт, – с теплой улыбкой ответила Лора. – Так что давай закончим эту вводную часть и приступим уже непосредственно…

– Договорились, – я не выдержал и рассмеялся. Да, Лора не смогла бы заменить мне маму, однако уже стала очень близким человеком. Наверное, кем-то вроде старшей сестры. Или тети.

Минут пять я рассказывал Лоре о том, какой путь ей предстоит проделать, чтобы добраться до ядра Аве-Ллара.

– И сегодня ты попробуешь погрузиться в верхний слой – кору. Это первый и, пожалуй, самый безопасный этап всего дела. Именно сейчас ты определишься с тем, как именно тебе удобно проходить сквозь слои Аве-Ллара. У каждого мага это очень индивидуально. Кто-то представляет себя в виде молнии, которая устремляется сквозь земную твердь, – при воспоминании об отце в который раз защемило сердце. – Кто-то… призывает на помощь огромный механизм, который в буквальном смысле просверливает кору, мантию и так далее. Совершенно неважно, что такого механизма не существует. Главное – что он есть здесь, – я постучал пальцем по виску, – и способен помочь. Здесь все полностью зависит от твоего воображения.

– Я поняла, Арт, – задумчиво ответила Лора. Видимо, уже представляла, что именно должно помочь ей углубиться в Аве-Ллар.

– Сейчас ты будешь пробовать. Не исключено, что тебе потребуется немало попыток. Слои любого мира – это как замок, и к нему следует подобрать ключик. Прислушивайся к своей интуиции, рано или поздно она подскажет правильный выбор.

– Хорошо, Арт. Так что, я могу попробовать?

Я кивнул, и Лора уселась на старую потертую циновку, расстеленную на песке бывшей арены. Закрыла глаза, сосредотачиваясь, нахмурила брови. Так она провела не меньше десяти минут. Я в это время расхаживал неподалеку и поддерживал контакт с ядром Аве-Ллара. Похоже, мой кризис, вызванный правдой от дяди Бора и Альгенштейна, заканчивался: связь с раскаленной сердцевиной этого мира вновь становилась прочна и легка. Так что, думаю, новые рекорды не за горами.

Наконец Лора открыла глаза и несколько мгновений глядела в никуда, приходя в себя. Впрочем, уставшей она не казалась, и это был хороший знак. Значит, не напрягалась, не тратила силы попусту.

– Ну как? – я подошел к Лоре, присел перед ней на корточки. – Как ты себя чувствует? Все в порядке?

– Да, Арт, со мной все хорошо, – немного озадаченным голосом ответила та. – И кажется, что у меня получилось. Не знаю, как глубоко я проникла в эту… кору… Но… Похоже, мне действительно удалось погрузиться и хотя бы ненамного приблизиться к ядру Аве-Ллара.

– Это прекрасно, – я одобрительно кивнул. – Расскажи, как ты действовала. Что представляла?

Лора улыбнулась.

– Сначала перепробовала много всего. Представляла себя в виде молнии, пыталась вообразить огромный механизм, который сверлит, даже призывала на помощь Фукса с огромной лопатой. Но это все оказалось не то. И потом я поняла, что до ядра нужно просто дойти. Спуститься к нему. По лестнице.

– Замечательно. И как, у тебя получилось?

– Не сразу, Арт. Как оказалось, подходящую лестницу тоже нужно… гм… найти. От металлической с прутьями и простой каменной не оказалось никакого толку. Тогда, – Лора немного смутилась, – я кое-что вспомнила. Как-то раз, еще в детстве, я отправилась на ярмарку. И там увидела невероятной красоты камень. Взрослые называли его изумрудом и говорили, что он очень дорогой. Меня это сокровище просто заворожило и потом еще очень долго снилось.

Лора прервалась, посмотрела на меня блестящими от слез глазами.

– Кажется, я догадался, – осторожно произнес я. – Ты немного изменила лестницу, сделала ее изумрудной, верно?

– Да, Арт, именно так. И все сразу стало легко и… как будто даже знакомо. Земная твердь перестала быть непреодолимой преградой, а я просто пошла вниз. Однако долго удерживать в голове образ изумрудной лестницы почему-то не получилось. И как только он исчез, я вернулась.

– Лора, ты большая молодец, – с чувством произнес я. – Справилась просто превосходно.

– Ты так думаешь? – женщина нахмурилась. – Возможно, для первого раза все и впрямь хорошо. Но что будет, если я не смогу представлять лестницу столько, сколько потребуется? Вдруг я просто буду не успевать добираться до ядра и… Все-таки оно находится очень далеко.

– Об этом не переживай. Главное – тренировки. Каждая попытка пусть и понемногу, но будет приближать тебя к успеху. А что касается расстояния до ядра… – я усмехнулся. – До него тысячи километров, но для мага это не расстояние. Твой разум легко преодолеет его, нужно только представить, как все происходит. Взять, к примеру, мой способ. Даже несмотря на все многообразие миров, я сомневаюсь, что где-нибудь найдется гениальный ум, способный изобрести тот бур, что помогал мне подобраться к ядру Аве-Ллара. Размеры самой машины, то, с какой скоростью она работала… Это за гранью фантастики. Однако же мое воображение воплотило все в жизнь. Так же и ты: рано или поздно изумрудная лестница приведет тебя к цели. И возможно, что в итоге тебе придется сделать всего-навсего сто или двести шагов.

Лора задумчиво улыбнулась и покачала головой.

– Пока что все это кажется мне просто невероятным. Наверное, нужно осмыслить. Ты не против, если я возьму небольшой перерыв?

– Разумеется, Лора. За последние четверть часа ты проделала невероятную работу. И самое главное, определилась со средством, которое поможет тебе добраться до ядра Аве-Ллара. Поэтому передохни, обдумай все, что пережила, и завтра мы продолжим.

Перерыв длиной почти в сутки пошел Лоре на пользу. Уже на следующий день она спокойно преодолела весь слой коры Аве-Ллара и добралась до мантии. Дальше возникли небольшие сложности – из-за высокой температуры. Несколько раз женщина не выдерживала и отступала, при этом виновато глядя на меня.

– Все в порядке, – твердил я. – Так и должно быть. Делать подобную работу и не встретить на пути сложностей просто невозможно. Ничего страшного не происходит, нужно лишь придумать, как справиться с проблемой.

Лора кивала, пробовала вновь, однако вскоре опять возвращалась.

– Там очень жарко, Арт, – говорила она, вытирая пот с раскрасневшегося лба. – Из-за этого почти нечем дышать.

Так мы промучились не меньше двух часов. С каждой новой неудачей Лоре было все сложнее сохранять спокойствие. Да, она понимала, что дело идет своим чередом, но вместе с тем рвалась достигнуть успеха как можно скорее.

– Ладно, Лора, – я видел, что женщина очень утомлена, и это становилось опасно, – давай продолжим завтра. Сегодня ты и так постаралась – полностью преодолела земную кору Аве-Ллара. Это дорогого стоит.

– Хорошо, Арт, – ответила та. – Но позволь еще раз попытаться. Кажется, я придумала, как поступить.

Я кивнул, и Лора вновь углубилась в нутро Аве-Ллара. Поначалу лицо ее было спокойно, потом между бровями появилась складка, а на лбу и висках выступил пот.

«Она вновь у мантии», – понял я, с напряжением следя за Лорой.

Я бы готов к тому, что она вот-вот вернется, однако этого не происходило. Напряженная, сосредоточенная, тяжело дышащая, но Лора оставалась там, в фантастической «глуби» Аве-Ллара, куда невозможно добраться без помощи магии. Она чуть заметно кивала, и я понимал, что таким образом сопровождается каждый ее шаг вниз.

«Держись, держись», – мысленно обращался я к ней, чувствуя, что от напряжения и сам начинаю потеть.

Лора вернулась спустя минуты три. Уставшая, но довольная. Она посмотрела на меня, потерла виски и неуверенно произнесла:

– Кажется, у меня получилось, Арт. Я прошла еще один слой.

– Прекрасно, – я присел рядом с женщиной. – Расскажи, как тебе это удалось.

– На самом деле, – Лора усмехнулась, – все оказалось довольно просто. Я лишь немного… гм… усовершенствовала свою лестницу. Если раньше она представляла собой просто изумрудные ступени, ведущие вниз, то теперь я добавила к ней стены и потолок. В общем, получилось что-то вроде тоннеля, и именно он защищал меня от нестерпимого жара.

– Отличный ход, Лора, – я довольно улыбнулся. – Насколько тяжело было это сделать?

– Тяжеловато. Сейчас я чувствую себя полностью обессиленной.

– Ничего страшного, – я взял Лору за руку и стал делиться энергией. – Учитывая, насколько серьезное испытание ты только что преодолела… Думаю, около недели нам с тобой стоит потратить исключительно на прохождение коры и мантии Аве-Ллара. Ты должна проделывать это с легкостью, поскольку затем будут еще два этапа, один сложнее другого.

Так мы и поступили. Лора оставалась после каждой тренировки, садилась на циновку и погружалась в Аве-Ллар. Поначалу ей было тяжело, но регулярные занятия делали свое дело. На пятый день женщина рискнула проникнуть во внешнее ядро и благополучно справилась. Причем сказала, что эта часть пути ничем не отличается от предыдущей.

«Значит, – подумал я, чувствуя, как накатывает волнение, – не за горами главный, самый серьезный и опасный этап…»

Глава 14

Еще три дня Лора занималась тем, что представляла изумрудную лестницу и просто спускалась к ядру Аве-Ллара. «Там» она стояла, смотрела на раскаленную сферу и привыкала к соседству с ней. А еще, разумеется, думала, как именно дотронуться до нее и не навредить самой себе.

– Как и созданные тобой ступени, – говорил я, – это должно быть что-то знакомое. Что-то, чему ты будешь безоговорочно доверять. Я в первые свои попытки очень долго мучился, и в итоге мне помог образ Кристаллов-Накопителей, которые я использовал для напитки Ореола в академии. Стоило лишь представить один такой минерал, как все сразу удалось.

Лора кивала, вновь погружалась в сердцевину Аве-Ллара, и вскоре это стало для нее обычным делом. Значит, пора было переходить к главному.

– Кажется, я знаю, что мне поможет, – сказала женщина, готовясь к очередному «спуску».

– Хорошо, Лора. Но в любом случае ты должна быть очень осторожна. Пока не убедишься, что твой способ на сто процентов безопасный… – я не договорил, лишь развел руками и покачал головой.

А Лора закрыла глаза, сосредоточилась и отправилась к ядру Аве-Ллара.

Она по-прежнему чуть заметно кивала, сопровождая этим движением каждый свой шаг. Не знаю почему, но два дня назад я начал считать шаги-кивки женщины и обнаружил, что их всегда сто восемьдесят три. Благодаря этому мне удавалось понять, где именно та находится в данный момент.

«Сто восемьдесят один, сто восемьдесят два… – считал я, и как только Лора кивнула еще раз, сжал кулаки. – Все, она у цели».

Теперь мне оставалось только ждать и быть готовым в случае чего прийти ей на помощь. И я очень надеялся, что этого не потребуется.

Напрасно…

Несколько секунд лицо Лоры сохраняло обычное сосредоточенное выражение. Затем женщина нахмурилась, задышала чаще. Пару раз помотала головой и скривила губы. Казалось, она увидела что-то очень ее напугавшее.

– Лора, – заставляя себя говорить спокойно и твердо, произнес я. – Достаточно. Возвращайся.

Однако женщина вновь замотала головой, на этот раз всхлипывая. Из закрытых глаз текли слезы, Лору била дрожь. С каждым мгновением она все больше поддавалась страху, и это становилось опасно, поскольку рядом с ней находилось огромное раскаленное ядро Аве-Ллара. Малейший неверный шаг мог стать для Лоры фатальным.

Она начала плакать, и я не выдержал. Подбежал, опустился рядом с Лорой на корточки, схватил ее за плечи и влил немного спокойствия. Помогло. Прерывисто вздохнув, женщина открыла глаза и несколько секунд растерянно глядела сквозь меня. Разумом она была все еще там, у сердцевины Аве-Ллара, так ее напугавшей.

К счастью, кроме испуга ничего плохого с Лорой не произошло. Она не получила ожогов или каких-нибудь других повреждений и вскоре пришла в себя.

– Извини, Арт, – подавленным голосом произнесла женщина и покачала головой. – Кажется, я очень тебя подвела.

– Не говори так, – с нотками строгости ответил я. – Ты делала все, как и должна была, просто… Что-то пошло не так. Это нормально. Ты сталкивалась с трудностями на каждом этапе и в конечном итоге преодолела их. Так будет и сейчас.

– Да, ты прав. Я немного отдышусь и попробую вновь.

– Ты уверена, что твой способ прикоснуться к ядру Аве-Ллара правильный и безопасный?

– Да, Арт, уверена. У меня почти получилось, только вот… Возникло кое-что, что помешало. Надеюсь, сейчас этого не будет.

Я в ответ покивал, и вскоре Лора снова закрыла глаза и отправилась сквозь слои Аве-Ллара, кивками отсчитывая каждый свой шаг. Однако не прошло и пяти минут, как она потерпела вторую неудачу, причем все было точно так же, как и при первой попытке: страх, слезы, дрожь…

Еще четыре раза Лора пыталась прикоснуться к ядру, но… Что-то мешало ей. Что-то серьезное, пугающее, опасное. Иначе бы она не плакала.

– Лора, – я устроился рядом с женщиной на циновке, подождал, пока она успокоится, и спросил: – Что там происходит? Расскажи. Я же вижу: тебе что-то мешает. Какое-то препятствие, и ты очень его боишься.

– Да, Арт, – Лора горько усмехнулась, – я очень его боюсь. Не понимаю, почему он появляется, но… Я знаю, что это только мое воображение…

– Кто появляется?

– Швер, – произнеся имя своего бывшего мужа-мучителя, женщина всхлипнула. – Каждый раз, как только я набираюсь смелости и тяну руку к ядру, оно… Превращается в огромное лицо, которое смотрит со злобой… И говорит, что все знает.

– Что знает, Лора? – перед мысленным взором возникла морда Швера. Щекастая, с безумным взглядом мелких узко-посаженных глазок и гнусной ухмылкой. Она была страшна сама по себе, однако когда ею становится огромная раскаленная сфера… Да, Лоре пришлось невероятно тяжело. – Что ему от тебя нужно?

– Он знает, что я виновна в его гибели на арене, – Лора заплакала. – Ему известно все. Про магию, про то, что я и мои дети обладаем силой. Про то, что ты появился на фабрике ядов из-за нас. И сделал так, чтобы чудовище растерзало Швера, тоже из-за нас. Для него я, Эни и Даст причина всего, и он нас ненавидит… Еще он сказал, что ни за что не позволит мне дотронуться до ядра. А если я продолжу пытаться, то он сделает так, что меня попросту сожжет. Я боюсь, Арт, – вздрагивая, продолжая лить слезы, Лора посмотрела на меня. – Понимаю, что это все только в моей голове, но… Никак не могу справиться. Он как озлобленный дух, появляется всякий раз, стоит мне спуститься к ядру, начинает угрожать и говорить… всякие мерзости…

Вот, значит, как… Я нахмурился и покачал головой.

Определенно, Лора столкнулась с серьезной проблемой. Разумеется, она может преодолеть ее самостоятельно – даже лучше, чтобы так и произошло, но… На это может уйти слишком много времени. Причем Лоре нужно будет раз за разом возвращаться к ядру Аве-Ллара, где и возникает Швер. Именно там она должна «победить» его. Понятия не имею, как именно, но не сомневаюсь, что это может быть смертельно опасно. Устраивать такие «битвы» рядом с раскаленной сердцевиной мира – все равно что бороться с сильным противником, стоя на узком мостке над жерлом вулкана. Одно неверное движение – и конец.

Лора тем временем все больше раскисала. Сжавшись в комочек, она плакала не переставая, и я понял, что без моего вмешательства эту проблему не решить. Слишком много времени Лора терпела Швера. Воспоминания об этом монстре надежно впечатались в ее разум, но, к счастью, у нас есть магия.

– Послушай, Лора, – сказал я, когда женщина все же успокоилась. Нескоро, не до конца, и тем не менее. – Я могу помочь, но нужно твое согласие. Хотя, – усмехнулся, – не думаю, что ты будешь возражать.

– Как ты поможешь, Арт? – нерешительно спросила Лора. – Физически Швер умер, но вот здесь, – она постучала себя по виску, совсем как я несколько дней назад, – продолжает существовать. И не нашел лучшего времени, чтобы начать портить мне жизнь. Последние несколько ночей он постоянно приходит ко мне во сне. И то, что он творит… – у нее вновь задрожал подбородок. – В жизни я не позволяла ему ничего, но теперь…

Последние слова Лоры лишь утвердили меня в правильности решения. Что же, один раз я уже избавил ее от этого мерзавца. Избавлю и еще раз, причем сейчас не надо выдумывать никаких хитроумных планов и так далее. Все будет довольно просто.

– Я могу заставить Швера исчезнуть из твоей головы, – просто сказал я. – Стереть о нем все воспоминания. И если ты согласна, то уже минут через двадцать не будешь знать, кто это такой.

– Я согласна, Арт, – совершенно без промедлений ответила Лора. – Разумеется, согласна.

– Вот и отлично, – я ободряюще улыбнулся и встал. – Тогда давай-ка сходим к Эни и Дасту, нужно их кое-о-чем предупредить, чтобы в будущем не возникло проблем. А потом ты навсегда распрощаешься со Швером.

Дочь и сын Лоры нашлись на складе с провизией – там они готовили обед. Я усадил их на старые скрипучие табуреты и начал объяснять:

– Сейчас я хочу стереть у вашей матери все воспоминания о Швере, поскольку они мешают ей. Для Лоры это будет совершенно безопасно. Единственное, я вас попрошу больше никогда не упоминать об этом человеке. Договорились?

Эни и Даст были только рады, что их мать не будет помнить огромного безумного ублюдка, управлявшего фабрикой ядов. Так что причин медлить больше не было, и я взялся за дело.

Да, Швер оставил в разуме Лоры немало грязи, и чтобы очистить все, мне потребовалось куда больше времени, чем предполагалось. Впрочем, работу я выполнил на сто процентов, благодаря чему женщина теперь понятия не имела, кто такой бывший смотритель второй фабрики ядов, а оно того стоило. Раскаленная сфера ядра Аве-Ллара больше не примет очертаний уродливого шверова лица, и Лора сможет благополучно вступить с ней в контакт. Во всяком случае я очень на это надеялся. Однако сегодня женщине необходимо отдохнуть…

Назавтра, как только закончилась утренняя тренировка для всех, мы с Лорой опять остались на арене. Она устроилась на циновке, закрыла глаза и начала погружаться в слои Аве-Ллара. Шаг за шагом, кивок за кивком. Опасности вновь увидеть Швера больше не существовало, а значит шансы, что у женщины все получится, были очень высоки. Однако я по-прежнему оставался напряжен и готов вмешаться в случае чего.

Лора тем временем перестала кивать и нахмурилась. Похоже, настал решающий момент. Изумрудный тоннель со ступенями привел ее к огромной раскаленной сфере.

Сейчас, после довольно изнуряющего общего занятия, Ореол Лоры был почти пуст. Он едва мерцал глубоким синим цветом и… Я не сразу поверил глазам, когда тонкий слой магической ауры, очерчивающий чуть ссутуленную фигуру женщины, внезапно стал утолщаться.

Это означало лишь одно: у Лоры получилось.

– Умница, – прошептал я, сжимая кулаки. Сердце колотилось, радость бушевала внутри настоящей стихией.

Женщине удалось удерживать контакт с ядром Аве-Ллара больше четверти часа, и за это время она наполнила свою вторую ауру примерно на одну десятую. Результат был феноменальный, особенно для человека, который начал практиковаться в магии каких-то полтора месяца назад.

– Это все благодаря Фуксу, – улыбаясь, говорила Лора после того, как «вернулась». – Он рассказал, что ему помогает Алра, его погибшая дочь. А я… Я представляю Фукса, и с ним мне ничего не страшно.

– Великолепно, – с чувством ответил я, помогая Лоре встать. – Начало положено, с каждым разом ты сможешь удерживать контакт с ядром Аве-Ллара все больше времени и в конечном итоге наполнишь свой Ореол полностью.

Так и получилось, причем уже на четвертый день упорных тренировок. Теперь Лора не нуждалась в моей помощи, и я мог переходить к обучению напитке второй ауры Фаро и Джагра. Однако градоначальник погряз в делах Прибрежного Полиса, а что касается моего самого трудного ученика… Тот попросту был не готов. Изо дня в день совершал те же ошибки, совершенно не желал их исправлять и развивался крайне медленно. Поэтому…

Поэтому я решил, что настала пора для еще одного важного дела. Важного – и крайне опасного.

Глава 15

Вблизи Дворец Ученых оказался весьма монументальным строением. Длиной больше полукилометра, построенный из серых каменных блоков, идеально пригнанных друг к другу. Его по праву можно было назвать самым большим и красивым зданием Прибрежного Полиса. Еще мне сразу бросилась в глаза одна интересная деталь – окна… Большие и маленькие, круглые, стрельчатые, даже восьмиугольные… В общем, все они оказались разными и найти хотя бы пару похожих едва ли представлялось возможным.

– Ну как, впечатляет? – с довольным видом спросил Брук, молодой и улыбчивый рыжеволосый стражник, которого Фаро назначил моим провожатым.

– Еще как, – тихо ответил я, любуясь фасадом с высоким крыльцом и вспоминая Московскую академию магических наук.

– Вот и я… Каждый раз, как мимо прохожу, обязательно остановлюсь, чтобы поглядеть. Красивая домина. Это… как его?.. Величественная.

Я в ответ чуть заметно улыбнулся. Хороший парень этот Брук. Мы с ним подружились уже спустя пару минут после знакомства. Он был в восторге от магии, видел, как во время минувшего Монстролуния заряженные мной пули, болты, бомбы и ядра разили тварей, а сам я расправлялся с ними при помощи заклинаний. К тому же, как выяснилось, я дважды практически спас Бруку жизнь: один раз убив наседавшего на него клешняка, а второй – расправившись сразу с тремя сипеллами. В пылу сражения я обращал внимание на людей лишь с той целью, чтобы не зацепить заклинанием, а вот молодой стражник вдоволь налюбовался на боевую магию в моем исполнении.

– Это же вообще ого-го! – с придыханием делился он впечатлениями. – Раз – и нету твари! Не знаю, чего там те маги, которые здесь раньше обитали, испугались и сбежали, но… В общем, хорошо, что ты здесь появился.

Я в ответ согласно кивал, думая, что вряд ли бы Брук сказал что-нибудь подобное, если бы знал все обстоятельства моего появления в Аве-Лларе.

С Монстролунием у него, как, впрочем, и у всех жителей Прибрежного Полиса, были свои счеты. Бруку не исполнилось и девяти, когда чудовища сделали его сиротой, убив и отца, и старшего брата, и мать. Причем все за одну ночь и, похоже, именно в тот раз, когда Фаро потерял сестру, поскольку парень упоминал о тяжелой болезни, из-за которой город оказался не готов защищаться.

Так что мои планы покончить с Монстролунием раз и навсегда привели его в восторг.

– Если у тебя и впрямь получится, Арт, – говорил Брук, – то… Я даже не знаю, как сказать-то… Это, наверное, будет самое главное чудо, которое случится с нашим миром.

Последние слова он произносил с необычно серьезным лицом, и я заверил парня, что очень постараюсь.

– Ну что, Арт, – сейчас Брук положил мне руку на плечо и слегка подтолкнул к ступеням Дворца Ученых, – пойдем, отыщем твоего Курта. Слышал я про него, очень головастый дядька. Именно благодаря ему у нас теперь летающие корабли есть.

Я в ответ кивнул, и мы вместе со стражником двинулись в святая святых науки Прибрежного Полиса. Изнутри это место оказалось еще более впечатляющим.

Оно представляло собой нечто среднее между учебным заведением, комплексом лабораторий и испытательными полигонами для всевозможных изобретений. Дворец Ученых уместил в себе мини-плавильни, мастерские, склады, огромное книгохранилище, несколько лекционных залов. Мы с Бруком шли широкими коридорами, и отовсюду доносились споры, звон металла, шипение, жужжание и так далее. Вновь я вспомнил академию и свой самый первый день там, поскольку точно так же с жадностью вглядывался в детали, стремясь запомнить как можно больше. И так было весь путь до отдела, где конструировали дирижабли и обитал Курт.

Мне лысый старик обрадовался, как родному. Стиснул в объятиях и минут пять делился впечатлениями о том, насколько лихо я расправлялся с тварями в ночь Монстролуния.

– Задал ты уродам жару, Арт, задал. И если Фаро с остальными этому обучишь, войско магическое создашь, то и впрямь заживем. Только вот, – Курт нахмурился, – штукенция мне эта покоя не дает… Которая в море бухнулась. Что она вообще такое? Есть у тебя соображения?

Я вкратце рассказал Курту о том, как исследовал ту гору плоти, пропитанную черной магией, а затем установил на берегу что-то вроде «системы оповещения».

– Пока что это максимум, что можно сделать, – закончил я и развел руками.

– Понятно, – старик задумчиво покивал. – Ну, так в любом случае лучше, чем вообще никак, верно? Без тебя сидели бы мы сейчас и гадали: что за головоломку такую нам подсунула та тварь в небе?

Я в ответ согласно кивнул и оглядел обиталище Курта – просторное и ярко освещенное помещение со множеством столов, которые устилали исчерченные обрывки бумаги. Вдоль стен лежало немало кусков металла, некоторые были просто бесформенными, другие явно являлись деталями дирижабля: изогнутые трубы, поршни, лопасти, короба…

– Нравится? – заметив мой интерес, спросил Курт с добродушной усмешкой. – Вот здесь я почти все время, пока вылетов нет, и тружусь. Черчу, измеряю, проверяю, чтобы все запчасти размерам соответствовали. Помощников гоняю. Кстати, хорошо, что ты так рано заявился, пока нет никого. А то проходу бы тебе не дали, заболтали бы так, что… В общем… – старик опять усмехнулся и махнул рукой. Но почти тут же его взгляд стал настороженным, и Курт осторожно спросил: – Кстати, Арт, а ты с чем сюда пожаловал?

– Думаю, Курт, ты догадываешься, – ответил я, и старик помрачнел. – Помнишь, что ты мне обещал тогда в пещере?

– Помню, конечно, – отвечал тот с явной неохотой. – Помочь тебе головой рискнуть я обещал. И жалею теперь об этом.

Я был готов к тому, что Курт начнет ворчать и препираться, и заранее продумал, как именно вести этот разговор. Придется старика немного поуговаривать, поубеждать.

– Да, Курт, дело предстоит опасное. Но оно необходимое. Я больше чем уверен, что найду в Слюдяных Руинах что-нибудь, способное помочь мне. Сейчас в моих силах лишь защищать вас от тварей в ночь Монстролуния, искать других магов, обучать их. Разумеется, это тоже немало, но недостаточно.

– Да понимаю я все, – Курт опустил голову и нахмурился. – И ты дело говоришь, с этим тоже спорить не буду. Страшно просто.

– Мне тоже страшно, Курт. Но так даже лучше. Страх вынудит меня быть еще более осторожным, так что шансы, что наша вылазка пройдет удачно, повышаются. А попасть в Слюдяные Руины мне необходимо. Иначе так и не начну разгадывать загадки этого мира, которых, мягко говоря, предостаточно. Так что давай-ка договоримся и в ближайшее время наведаемся туда. У меня сейчас как раз появилось свободное время, и его, – усмехнулся, – лучше провести с пользой.

– Тоже мне польза… – ворчливо отозвался Курт и задумчиво потер подбородок. – Ну а если к делу, то… В общем, давай-ка через два дня эту твою авантюру провернем. Я как раз заканчиваю работу над новым двигателем разведывательного летающего корабля. Аппарат обещает стать еще мощнее. Вот заодно и проверим, на что он способен окажется.

– Отлично, Курт, – я протянул старику руку. Тот пускай и с неохотой, но пожал ее, причем довольно крепко.

Однако почти тут же сморщился, зашипел от боли и потер грудь.

– Что с тобой? – насторожился я, внимательно наблюдая за стариком. Того, похоже, отпустило, но мне все равно было тревожно.

– Да так, – сипловатым голосом ответил Курт и махнул рукой. – Не обращай внимания. Бывает со мной такое. Для кораблей летающих моторы придумываю, а свой вот барахлить начинает. Но оно и понятно, возраст боли все-таки.

– Возраст боли? – переспросил я, нахмурившись.

Странное словосочетание показалось знакомым. Где-то я его уже слышал…

«Точно, – вспомнив, я чуть заметно кивнул самому себе. – Во время первой встречи с Фаро, Барм сказал, что у него скоро начнется возраст боли».

– Да, Арт, так у нас называется… Ну, что-то вроде заката жизни, – начал объяснять Курт. – Чаще всего после шестидесяти лет. До этого возраста мы почти не болеем, полны сил, а вот потом… – старик помрачнел. – Каждый второй практически сгорать начинает. Болячки всякие одна за другой выскакивают, причем все серьезные. Вот и получается, что либо они нас убивают, либо твари.

– Вот оно что, – пробормотал я, кивая и размышляя.

В памяти возник самый первый человек, с которым я наладил здесь контакт. Джифф. На вид ему было больше шестидесяти, и незримое магическое поле Аве-Ллара не делало для тяжелобольного бедняги ровным счетом ничего. Оно просто-напросто обходило несчастного стороной. Долгое время я считал это чем-то вроде ошибки или избирательности самих исцеляющих чар. И в какой-то мере оказался прав – по части избирательности.

«Похоже, те, кто создал это поле, дали ему своего рода указание – не тратить энергию на тех, кому осталось жить не так долго, – размышлял я. – С одной стороны, умно, с другой – крайне жестоко. За долгие годы человеческий организм привыкает к подпитке магией и, как только лишается ее, начинает страдать. Или же, – новая догадка заставила помрачнеть, – магическое поле не только перестает защищать здоровье пожилых, но и начинает тянуть из этих людей жизненную силу, чтобы восстанавливаться».

Покачав головой, я сочувственно посмотрел на Курта. Тот улыбнулся и махнул рукой.

– Да не переживай ты так, – сказал он. – Я еще долго протянуть намереваюсь. Здоровье, конечно, сыпется, но бывает и хуже. Друг у меня был, так два года назад за считанные недели сгорел. А ведь перед этим рукоглава мог без оружия поломать. Настоящий здоровяк…

Старик печально вздохнул и снова потер грудь.

– Давай-ка я посмотрю, что там у тебя, – сказал я и вытянул руку, нацелившись ладонью на грудину Курта.

К счастью, ничего особенно серьезного не обнаружилось. Да, сердце старика было уже порядком потрепано, билось учащенно, в его сосудах накопилось немало бляшек, но пока что оно со своей задачей вполне справлялось.

– Ну? И что там? – с нотками волнения в голосе спросил Курт, как только я опустил руку.

– Практически порядок, – я ободряюще улыбнулся.

Мы проговорили с Куртом еще около получаса. В основном, о предстоящем деле. В итоге условились встретиться через два дня на площадке с дирижаблями, примерно в полдень.

– Лететь туда недолго, так что за день управимся, – хмурясь, сказал старик. Перспектива вновь вернуться к горному плато и жутким развалинам, где черная магия перекорежила целый отряд вполне здоровых воинов, его совершенно не радовала.

Я и сам отнюдь не горел желанием отправляться в такое опасное место. Однако иного выхода попросту не было.

Глава 16

Два дня до вылета я потратил на подготовку. Главным образом – обзавелся своего рода магическим «доспехом», который, как я надеялся, убережет меня от всевозможных опасных аур, которые наверняка укрывают Слюдяные Руины десятками невидимых слоев. Для того, чтобы изготовить такой «доспех», я раздобыл рыбацкие куртку со штанами, достал красную краску и кисточку и нанес на ткань все защитные печати и руны, о каких только знал. В итоге на одежде практически не осталось свободного места.

Остальные маги наблюдали за моими приготовлениями с нескрываемым напряжением. Их совершенно не обрадовала новость о том, что я отправляюсь на такое опасное дело. Фаро даже думал запретить мне, однако я смог убедить градоначальника, что обследовать Слюдяные Руины необходимо. Джагр, крайне возмущенный тем, что первой я научил самостоятельной напитке Ореола Лору, а не его, вообще устроил почти что истерику, и мне пришлось применить немного магии, чтобы парень угомонился.

В назначенный день под присмотром все того же Брука я отправился к площадке с дирижаблями, расположенной неподалеку от Дворца Ученых. Молодой стражник оказался очень впечатлен моим намерением отправиться в зловещие развалины, отчего почти не болтал и время от времени искоса поглядывал на меня.

А вскоре к нашей маленькой компании присоединился кое-кто еще…

Я так и не понял, из какой подворотни вырулил Цыган. Казалось, пес просто возник рядом. При этом он топал с настолько невозмутимым видом, словно так и было задумано.

– Давно не виделись, – я усмехнулся и потрепал зверя по загривку, отчего тот довольно зажмурил единственный глаз. – Ладно уж, проводи меня, если так хочешь.

И Цыган действительно отправился следом за мной и Бруком, которого появление пса только позабавило.

День выдался ясным и жарким, многочисленные производства лишь еще больше нагревали воздух, наполняли его дымом и не самыми приятными запахами, и все это только усиливало напряжение.

«Хватит ли моих знаний и сил, чтобы справиться со всем, что ждет в Слюдяных Руинах? – спрашивал я себя и понимал, что найти ответ смогу не раньше, чем прибуду к развалинам. – В любом случае, нужно быть очень осторожным. Если почувствую, что дело принимает опасный оборот, отступлю».

Площадка для дирижаблей впечатляла. Огромное открытое пространство было заполнено летательными аппаратами. Большинство из них оказалось боевыми – с пушками, шлангами, резервуарами для ядов, однако глаз тут же выцепил и несколько других машин, лишенных орудий и куда меньшего размера. Возле одной такой меня уже ждал Курт.

Время от времени потирая лысую голову, старик ходил вперед-назад и поглядывал по сторонам. Видно было, что он очень нервничает.

Похоже, во время полета и на месте придется успокаивать Курта при помощи магии, иначе могут возникнуть проблемы. Что-нибудь покажется ему смертельно опасным, причем не являясь таковым на самом деле, старик запаникует и… Дальше может случиться что угодно, но в любом случае серьезно усложнит, а то и вовсе порушит мои планы.

Меня Курт поприветствовал коротким кивком и, хмурясь, указал на ближайший разведывательный дирижабль.

– Только вчера новый двигатель установили, – пробормотал он. – Посмотрим теперь, на что машинка способна стала, – затем старик заметил позади меня Цыгана, пожевал губами и спросил: – А это еще что за блохастый?

Псу такое обращение явно не понравилось, и он слегка заворчал.

– Огрызается еще… – Курт покачал головой, недовольно глядя на зверя. – Зачем ты его притащил?

– Никуда я его не тащил, – я пожал плечами и погладил Цыгана. – Это мой старый знакомый, еще на скотных дворах подружились. Вот, видимо, проводить меня решил.

Однако вскоре выяснилось, что одними лишь проводами Цыган ограничиваться не собирался. Стоило только Курту залезть в решетчатую гондолу, как пес невероятным движением также оказался внутри.

– Ничего себе, – выдохнул старик, глядя, как зверь устраивается под одним из сидений. – Никогда раньше таких фокусов не видел. И как теперь его оттуда доставать?..

– Не знаю, – я пожал плечами.

Поведение пса удивляло. Казалось, он знал о моих планах отправиться к Слюдяным Руинам, потому и нашел меня. А сейчас явно собирался составить нам с Куртом компанию. При этом я понимал, что такое попросту невозможно, и это озадачивало еще больше.

Некоторое время старик смотрел на Цыгана, лежащего на металлическом днище с самым невозмутимым видом. Потом усмехнулся и махнул рукой.

– Ладно, пускай с нами летит. С животиной-то оно может и повеселее будет.

Я наконец залез в гондолу и, пока Курт готовил летающий корабль к вылету, переоделся в магический «доспех». Старик, увидев мой наряд, озадачился.

– Чего это ты такое на себя нацепил? – спросил он, скользя удивленным взглядом по множеству красных символов на груди, животе, рукавах и штанинах. – Закорючки какие-то…

– Эти закорючки, Курт, – я усмехнулся, – в случае чего должны меня защитить. В сочетании с энергией Ореола и мысленно произнесенными магическими формулами они заработают и не позволят темной силе навредить мне.

– И что, это прям точно защитит? Прям именно от того, что в Руинах? – Курт прищурился, и я покачал головой.

– Нет, Курт, не именно от того, – вынужден был признать я. – Но у любой черной магии есть общие черты, так что эти печати и руны, – я указал на изрисованную одежду, – по крайней мере не позволят мне увязнуть в злых чарах с самого начала. А именно это и случилось с теми стражниками, которые остались в Слюдяных Руинах пятнадцать лет назад. В общем и целом, я догадываюсь, что там произошло. Они переступили незримую границу и попали на территорию, где властвовала темная магия. И та схватила их, как хищник хватает добычу. Только в том случае – совершенно без шансов вырваться.

Курту эти откровения явно не пришлись по душе. Старик покачал головой и тяжело вздохнул. Уверен, сейчас он больше всего хотел, чтобы возникли какие-нибудь обстоятельства, которые не позволят нам подняться в воздух и отправиться в Слюдяные Руины.

– Я же, по крайней мере, буду видеть и чувствовать темную силу. И если обнаружу, что справиться с ней мне не удастся, то просто отступлю. Обещаю, Курт, – я посмотрел старику в глаза, – что лишнего риска не будет. Он нужен мне не больше, чем тебе.

Тот нехотя кивнул и устроился на месте пилота. Дернул пару рычагов, с лязгом надавил на педаль, и дирижабль, вздрогнув, ожил. Он довольно громко гудел, время от времени сотрясался и вскоре оторвался от площадки.

«Ну, вот и началось наше путешествие», – подумал я, вместе с Цыганом скользя взглядом по удаляющемуся вниз Прибрежному Полису. К взлету пес отнесся довольно спокойно, лишь поднял голову и навострил уши.

Мы поднялись метров на двести и направились в сторону, противоположную той, куда летали, чтобы поохотиться на порождений Монстролуния. Город скоро остался позади, уступив место степи с редкими рощицами. Затем появились первые холмы, и на одном из них я заметил клешняка.

– Надо же, – Курт, тоже увидевший тварь, покачал головой. – И как это наши разведчики проморгали?.. Ладно, отсюда путь у чудовища один – к городским стенам. А там стражники встретят его как полагается.

Я в ответ задумчиво покивал и уставился в синюю небесную даль без единого облака. Сейчас мне почему-то очень хотелось, чтобы моросил легкий дождик. Люблю, когда погода соответствует внутреннему состоянию, а сейчас… Не могу сказать, что боялся отправляться в развалины. Просто, понимая, насколько это может быть опасно, мандражировал. А еще беспрестанно перебирал в голове варианты развития событий.

Что меня там ждет? Хватит ли нанесенной на костюм защиты, чтобы уберечься от темной силы? Вдруг я что-то где-то напутал? Возможности проверить правильность нанесения рун у меня, к сожалению, не было, и полагался я лишь на собственную уникальную память.

«Все будет нормально, – твердил я себе почти все следующие часы полета. – Главное – продумывать каждый шаг, и тогда…»

– Вот оно, плато, – напряженный голос Курта отвлек от раздумий.

Сам старик указывал рукой вперед, на вырастающую из зелени деревьев каменную громаду. Сверху, ровно по центру, высились развалины. От замка мало что осталось, однако и в таком виде он выглядел величественно. А еще угрожающе. Даже с такого пока довольно большого расстояния я чувствовал, что это место способно сожрать любого, кто не окажется достаточно осторожен.

«Дай бог, чтобы мне осторожности хватило», – невольно подумал я, до боли сжимая пальцы на решетчатом металле гондолы.

Цыган, судя по всему, тоже чувствовал исходящее от развалин зло. Пару раз чихнув, он забился поглубже под сиденье.

«И зачем только с нами увязался, дурачок?» – я покачал головой, глядя на пса.

Чем ближе мы подлетали к Слюдяным Руинам, тем страшнее мне становилось. Причем страх этот был вызван именно черной магией, которой развалины и плато… попросту фонили. Курта уже трясло, старик в любой момент мог потерять контроль над собой и дирижаблем, и я влил в него солидную порцию успокаивающей магии. Тряхнув головой, тот дернул один из многочисленных рычагов, и летающий аппарат слегка набрал высоту. Цыган пока держался довольно спокойно, но я видел, что и ему не по себе: время от времени пес вздрагивал и тяжело дышал, вывалив язык.

Спустя минут десять мы замерли над самым краем плато. Курт глядел на Слюдяные Руины, хмурился и время от времени сглатывал. А я пытался справиться с дурнотой, которая накатила на самом подлете к этому месту. Да, магия дает множество преимуществ, но порой та чувствительность, которой она наделяет своего владельца, играет злую шутку. Я каждой клеткой тела ощущал порожденное чарами зло, и от этого меня едва не выворачивало наизнанку.

«А ведь дальше будет только хуже, – я посмотрел на то, что осталось от без сомнений некогда величественного замка. Понятия не имею, сколько в нем было этажей, но сейчас – грубо говоря, полтора. Фрагменты стен огромными кривыми зубами тянулись вверх и действительно блестели на солнце, словно покрытые слюдой. Остальное разбросало по всему пространству плато, отчего складывалось впечатление, что замок уничтожило сильнейшим взрывом. Ну а самое главное, теперь и развалины, и каменная твердь под нами с Куртом, и небо, и мы сами казались практически черно-белыми. Все как и говорил старик… – Придется приглушать тошноту магией, тратить на это энергию Ореола».

Меньше всего мне хотелось направлять часть запаса силы из второй ауры на такие вещи, но иного выхода не было. Тем более здесь у меня отсутствовала возможность восполнять запас энергии. Разумеется, я по-прежнему мог в любой момент дотянуться до ядра Аве-Ллара, но сейчас… Нет, это очень опасно. Существовал серьезный риск, что темная магическая дрянь, которой на плато сверх меры, «отравит» то, что попадет в мой Ореол. Определенно, дело оказалось куда сложнее, чем мне представлялось до прибытия на место.

«Ничего, – поспешил я успокоить самого себя. – Этого следовало ожидать. Так что не исключено, что сегодня придется ограничиться лишь разведкой и внешним осмотром. Обойти развалины, слегка приблизиться, попытаться понять, что за сила здесь разлита. Даже это даст немало и поможет понять, как именно попасть внутрь замка, в подземные помещения. Если здесь и осталось что-то полезное, то только под землей».

– Ну что, Арт? – Курту все больше становилось не по себе. Он снова морщился и тер грудь, так что я потратил еще немного магии, чтобы «успокоить» сердце старика. – Не передумал еще тут облазить все? Может повернем?

– Нет, Курт, не передумал, – я заставил себя говорить ровно, хотя страх и дурнота усиливались. – Раз уж мы здесь, то будем действовать по плану.

С этими словами я выбрался из гондолы, спустился по веревочной лестнице. Стоило ногам коснуться тверди плато, как меня едва не стошнило. Пришлось все-таки потратить немного силы, чтобы угомонить желудок. Полегчало, я глубоко вдохнул и ощутил, как «оживилась» наполнявшая это место темная магия.

Она была очень похожа на ту, что едва не поглотила меня при обследовании мертвого клешняка. Только куда более агрессивная, жадная, и если бы не защитные печати и руны на одежде, то мне пришлось бы очень несладко. А уж обычным людям, тем самым беднягам, которые остались здесь полтора десятка лет назад… Скорее всего они попали под влияние этой силы сразу, а до развалин дошли просто потому, что царящая здесь магия позволила. И уже там…

«Нужно быть очень осторожным, – в очередной раз напомнил я себе. – Ни одного неверного шага».

Перво-наперво решил обойти все плато. Возможно, где-нибудь с той стороны мне удастся найти лазейку и относительно безопасно приблизиться к Слюдяным Руинам.

– Ты там как? – послышался сверху дребезжащий от напряжения голос Курта.

– Все нормально, – я поднял голову, посмотрел на старика и ободряюще улыбнулся. – Сейчас начну исследовать. Жди меня и ничего не бойся. Не так уж здесь и опасно, – последнее было сказано, чтобы Курт поменьше нервничал. Пусть видит, что у меня все под контролем, пускай даже на деле это не совсем так.

«Ну, – я вздохнул и посмотрел на каменные «клыки» развалин замка, после чего мысленно произнес все необходимые формулы, чтобы магическая защита заработала, – теперь пора немного погулять».

С этой мыслью я и двинулся вперед по самому краю плато. Под тоскливый вой Цыгана.

Глава 17

Сделав несколько шагов, я вздрогнул и обернулся. Пес выл не переставая. Тоскливо и жутко.

«Ну и чего? – мысленно, с легким раздражением обратился я к собаке. – Сам ведь с нами захотел…»

Цыган, заметив, что я на него смотрю, замолк и слегка подпрыгнул, явно намереваясь выбраться из гондолы. Вот только до земли оставалось не меньше пяти метров. Поняв, что сейчас ничего не получится, пес повернулся к недоумевающему Курту и яростно залаял. Затем вновь сделал вид, что хочет спрыгнуть.

«Да что с ним такое?..» – я нахмурился, глядя на зверя, который и не думал успокаиваться.

Старика поведение Цыгана пугало все больше и больше. Тот застыл и мог лишь смотреть на пса, время от времени моргая.

– Арт? – наконец произнес Курт. – Чего происходит-то? Кажись, взбесился твой блохастый. А вдруг он сейчас кинется и глотку мне перегрызет?

Понимая, что с Цыганом надо что-то делать, я двинулся обратно к веревочной лестнице. Ладно, задержусь немного, но зато на два-три часа усыплю собаку. Курту так явно будет поспокойнее.

Однако не успел я начать взбираться, как пес отступил от решетчатого борта гондолы и приблизился к Курту. Боком слегка подтолкнул того к месту пилота и еще пару раз гавкнул. Старик отшатнулся и снова посмотрел на меня.

– Чего ему надо-то? – с нотками паники спросил он.

– Похоже, Цыган, хочет, чтобы ты опустился, – стоило мне сказать это, как зверь вновь залаял, явно подтверждая мои слова. Признаюсь, мне в тот момент стало очень не по себе. Пес вел себя слишком разумно. Да, я с первых минут знакомства понял, что Цыган очень умен, но сейчас… – Пока летающий корабль в воздухе, он не может спрыгнуть, слишком высоко.

Курт от таких новостей на пару секунд впал в ступор. Затем поскреб лысую макушку, посмотрел на Цыгана, который явно ожидал от него каких-нибудь действий и махнул рукой.

– Ай, ладно… – в сердцах сказал он и повернулся к рычагам и педалям. – Хочет псина с тобой рядом шкурой рисковать, так чего я буду препятствовать?..

Спустя минуту гондола коснулась каменистой поверхности плато, и Цыган тут же выпрыгнул и подбежал ко мне, виляя хвостом.

– Ох, дурачок, – я покачал головой и потрепал пса по холке. – Ты ведь чувствуешь, насколько это место опасно. И все равно лезешь. Не боишься?

Тот в ответ практически человеческим движением мотнул головой. Это явно означало отрицание.

«Да что происходит-то?..» – я удивлялся все больше и больше.

Сначала Цыган возникает словно из ниоткуда. Причем именно в тот момент, когда я собрался отправиться к Слюдяным Руинам. Затем вместе со мной забирается в дирижабль. А теперь явно намерен сопровождать меня при изучении развалин. Совпадение? Если и да, то очень невероятное. А если нет, то… Тогда вообще ничего не понятно.

– Давай-ка кое-что сделаем… – пробормотал я, усаживаясь перед Цыганом на корточки. – Это, конечно, глупости, но все же… Проверим тебя…

Однако стоило мне вытянуть руку, чтобы обследовать пса при помощи магии, как тот отшатнулся и заворчал. Казалось, он прекрасно понимал, что я хочу сделать, и был против.

А я настолько удивился, что не решился настаивать.

– Ну ладно, – сказал, поднимаясь. – Не хочешь – не надо. Понятия не имею, что сейчас происходит в твоей голове, но… Если вдруг на полпути тебе станет настолько страшно, что захочешь вернуться, придется терпеть. Я тебя с собой не звал, понял?

Цыган в ответ лишь вильнул хвостом. Похоже, это означало согласие.

– Что же, – я пожал плечами. – Тогда пойдем.

– Ну? – подал голос Курт, так и остававшийся сидящим перед рычагами. – Что там у вас?

– Порядок, – отозвался я. – Вместе пойдем.

– И охота псине по таким дрянным местам разгуливать… – проворчал старик, качая головой. – Ладно ты, но животное-то чует, у него инстинкты, и все такое.

Тут я с Куртом был полностью согласен. Понятия не имею, каких усилий Цыгану стоило преодолевать страх, который внушало ему это место. Животные чувствуют черную магию, прекрасно понимают, насколько она может быть опасна, и стараются держаться от нее подальше. А мой одноглазый спутник сейчас делал все в точности наоборот. Казалось, что ему просто необходимо попасть в развалины замка. Зачем? Понятия не имею, но не буду чинить псу препятствий. Обостренная интуиция мага вновь пробудилась и сейчас твердила мне, что нужно позволить событиям просто развиваться, вмешиваясь только в самом крайнем случае.

– Что же, – вслух подумал я, глядя на пса. – Понять, чего ты добиваешься, можно только одним способом – позволив тебе сделать все, что нужно. Так что, дружок, вперед. Даю тебе полную свободу действий.

Цыган будто только этого и ждал. Одобрительно глянув на меня единственным глазом, он медленно двинулся вперед. Как и я немногим раньше – по самому краю плато. Мне ничего другого не оставалось, кроме как пойти следом.

Близился вечер, и это означало, что на изучение окрестностей у меня не больше двух часов. Что же, для разведки вполне достаточно.

Защита, которую давали нанесенные на одежду печати и руны, обволакивала меня душным жаром и немного стесняла движения. Однако я был рад такому дискомфорту, поскольку он означал, что все работает как надо. Тошнота лишь слегка давила внутри, мандраж ослабевал с каждым шагом, уступая место сосредоточению, поскольку между мной и черной магией, укрывшей плато, шла самая настоящая и непрерывная борьба.

Темная сила тянула ко мне невидимые щупальца – их можно было лишь чувствовать. Я не позволял им обвиться вокруг меня, ежеминутно используя магию, которая создавала что-то вроде защитного кокона. А вот Цыган… У меня в голове не укладывалось, каким образом псу удавалось избегать контакта с этой смертельно опасной дрянью. Да, в любом его движении читалась настороженность, однако зверь медленно и вполне благополучно шел по краю плато, поглядывая то себе под лапы, то на каменные «клыки» Слюдяных Руин.

«Это же всего лишь пес, – твердил я себе, продолжая идти, бороться и наблюдать за Цыганом. – Безусловно, очень умный. Однако никакого ума не достаточно, чтобы бороться с настолько темной силой. Тут нужно нечто большее».

Выходит, у Цыгана это «нечто большее» было? Но что? Это же собака, она не умеет использовать магию. У нее попросту нет соответствующего дара.

«А что если у Цыгана он есть? – мысль показалась настолько бредовой, что я замедлился и едва не позволил невидимому щупальцу черной магии ухватить себя за пояс. Среагировал лишь в последний момент. А мысль тем временем прочно засела в голове. – Поэтому пес и не позволил мне исследовать себя при помощи заклинания».

Непонимание происходящего усиливалось с каждым шагом. Внезапное появление Цыгана, его непоколебимое намерение лететь со мной и Куртом сюда… Теперь же пес вообще взял на себя роль провожатого, причем уверенно ступает там, где без магической защиты невозможно продержаться и десяти секунд… Да уж, тут невольно придешь к выводу, что мой провожатый – не совсем обычный зверь.

«Как бы там ни было, с ним стало легче и безопаснее, – сказал я себе. – И… немного спокойнее».

Так, размышляя, защищаясь от хищных ростков темной силы, поглядывая то на Цыгана, то на развалины, я и обходил плато. Однако спустя четверть часа пес остановился. Принюхался, посмотрел на меня.

– Что дальше? – невольно спросил я и повернулся к Руинам.

Судя по хорошо видимым с этой стороны чудом уцелевшим фрагментам крыльца, мы с Цыганом стояли прямо напротив главного входа в замок. И потому ответ на мой невольный вопрос напрашивался сам собой.

Пес лишь подтвердил мои догадки, когда повернул к развалинам и так же медленно, осторожно пошел вперед. Я последовал за ним и спустя пару шагов понял, что относительно безопасная лазейка все-таки нашлась. Чем ближе к Руинам, тем концентрация темной силы была выше, однако не везде, и Цыган нашел место, где можно пройти.

«Но каким образом он это сделал? – возник в голове очередной вопрос, ответ на который я скорее всего не получу. – Что это за пес такой?»

Черная магия, пропитавшая Руины, по-прежнему норовила схватить меня, однако мы с Цыганом медленно, но верно приближались к крыльцу. Удивительно, но теперь я с каждым шагом успокаивался – и все благодаря псу.

Чуть замедлившись, я повернул голову и увидел наш дирижабль. Маленький, далекий, и фигурка Курта внутри гондолы едва угадывалась. Хотя, если рвануть к нему изо всех сил, то можно добежать секунд за тридцать. Однако делать подобное нельзя: властвующая в Руинах невидимая дрянь только и ждет, чтобы я потерял голову, кинулся прочь, позабыв обо всем. В таком случае ей уже ничего не будет стоит сожрать меня, искорежить и превратить в такую же жуть, какой полтора десятка лет назад стали стражники.

«Кстати, о них… – нахмурившись, я обвел взглядом каменное и неестественно бесцветное пространство плато. Никакого намека на что-то движущееся не было. Однако это еще ничего не значило. – Куда подевались прилетевшие с Куртом бедняги?»

Тут имелось несколько вариантов. Во-первых, они могли уже давно прекратить существование и раствориться в разлитой здесь темной силе – «переварить» плоть и кости для нее ничего не стоит. Во-вторых, их останки до сих пор лежат где-то здесь. Возможно, внутри развалин. В-третьих, не исключено, что ставшие монстрами стражники все еще «живы» и представляют серьезную угрозу. В таком случае мне придется сражаться с ними точно так же, как я сражался с тварями Монстролуния. Но с одним маленьким отличием: сейчас нужно еще и противостоять черной магии Руин, которая готова сожрать меня в любое мгновение, стоит только отвлечься от защиты.

«Будем надеяться, что верны либо первый, либо второй вариант», – подумал я.

До покрытых чем-то вроде слюды стен оставалось всего ничего. Цыган по-прежнему медленно, но уверенно продвигался вперед, и я старался ступать за ним след в след. Ореол постепенно пустел, дурнота усиливалась, а из-за скованности, которая сопровождала защитное действие печатей и рун на одежде, понемногу накатывала усталость. Пот градом катился по вискам, бокам и спине.

Вот и ступени, вернее – то, что от них осталось. Впрочем, подняться не составит труда. Цыган первым начал взбираться, осторожно, на полусогнутых лапах и постоянно поворачивая голову то влево, то вправо. Я стал подниматься вслед за ним.

Крыльцо привело нас ко входу. Когда-то его защищали массивные двустворчатые двери, однако сейчас от них не осталось ни следа – как и от части стен, на которых эти самые створки держались. Небольшой провал чуть дальше, примерно в центре того, что раньше было скорее всего вестибюлем замка я увидел сразу.

«Ну что же, – сказал я себе, вместе с Цыганом приближаясь к черной дыре в каменном полу, – ты хотел попасть в подземные помещения. Так вот, пожалуйста, даже вход искать не надо. Все уже давно готово».