Молниеносный - 2

Глава 1

Я смотрел, как рой крылатых демонов приближается, закрывая собой небо. Нужно было что-то делать и срочно. Как назло, мои предыдущие воплощения не отзывались. Именно сейчас, в тот момент, когда они так нужны, они будто заглохли.

– Вольт, мне нужен доступ к воспоминаниям моих прошлых жизней, — сказал я, ухватив пса за загривок и притянув к себе собачью морду.

— А если перегоришь? — спросил он, глянув на меня с сомнением.

— Сам видишь, по-другому никак, — я качнул головой и сжал зубы. – Либо по нам шарахнут боеголовками, либо мы ударим первыми. Должен быть какой-то способ справиться с тварями.

— Может ты и прав, — Вольт закрыл глаза, а потом снова распахнул их. Вместо карих собачьих глаз на меня смотрела сверкающая молниями бездна. — Приготовься.

Я почувствовал, как что-то проникает в мой разум, разрывая завесу забытья. В голове замелькали смутные образы, обрывки воспоминаний, которые я не мог связать в единую картину. Пришлось сосредоточиться на этих смутных очертаниях, чтобы они начали обретать форму.

Воспоминания хлынули в меня единой мощной волной. Мозг гудел от напряжения, пытаясь обработать огромный поток информации, который хранился где-то в глубинах моего сознания.

Я вдруг увидел себя молодым учёным в белом халате, окружённым сложными приборами. Память подсказала, что это моя лаборатория, в которой я проводил часы и дни напролёт, экспериментируя с электричеством. Мои руки ловко двигались, соединяя провода и настраивая приборы.

Сейчас я не был собой в полной мере — я был одновременно собой и тем учёным, который изучал книги, статьи и записи, проводил эксперименты и опыты. Все эти воспоминания казались моими собственными, точно так же, как и знания. По сути, я и был учёным, но в каком-то из своих прошлых воплощений.

Я «вспомнил», как мои открытия привели к прорывам в области энергетики и связи. Но вспомнилось не только это, но и цена, которую я заплатил за свои достижения. Мои эксперименты вышли из-под контроля и привели к катастрофическим последствиям, а я потерял близких и друзей.

Меня преследовали, считали опасным изгоем и преступником. Вся обречённость молодого учёного упала на мои плечи. Я будто и сам побывал в трущобах, скрываясь от жандармов. Мне не нравились эти воспоминания, они были полны боли и страданий, но у меня не оставалось выбора — я должен был пройти этот путь до конца.

Если я хочу спасти своих людей, мне придётся использовать знания и способности из прошлых жизней. И это — одна из них. Это и моя жизнь тоже.

Я вздохнул поглубже и погрузился в то отчаяние, которое испытывал, соскребая плесень с корки хлеба. Я позволил себе пережить всё, что пережил в прошлой жизни, всё, что узнал и чему научился. Я позволил себе стать тем, кем я был.

Воспоминания снова нахлынули на меня, смешиваясь друг с другом, переплетаясь и становясь единым клубком. Мои первые шаги в науке сцепились с моим первым отремонтированным щитком на четвёртом этаже панельки, после чего я обесточил весь дом на целый день.

Пока я-учёный изучал закон электромагнитной индукции Фарадея, моё второе я училось лазать по столбам. И так было с каждым воспоминанием, с каждым новым знанием я связывал две жизни воедино. Когда мой транс закончился, и я открыл глаза, опасаясь, что потратил слишком много времени на слияние жизней, оказалось, что здесь прошла едва ли пара секунд.

— Спасибо, дружище, — я потрепал Вольта по голове и встал с корточек. — А вот теперь пора показать этим тварям, что такое настоящая магия.

Я начал мысленно собирать воедино все свои знания, подыскивая подходящий вариант. Электрический заряд, индукция, взаимодействие магнитных полей, сверхпроводимость… нужно лишь создать правильные условия. Оглядевшись вокруг, я приметил покосившийся металлический забор. Рядом с ним валялись куски колючей проволоки, покрытые ржавчиной.

Идея начала складываться в голове. Я воплощу в жизнь тот самый опыт, который лишил меня-учёного всего. Я создам сверхпроводящий контур, который сам станет источником энергии и создаст защитный барьер между тварями и людьми. Я создам собственное электромагнитное поле, используя в качестве катушки листы забора и колючую проволоку.

На моих губах сама собой появилась усмешка. Видели бы меня сейчас те придурки, которые доказывали, что я исчадие ада, а мои эксперименты нарушают законы природы. А ведь у меня тогда даже магии не было. И это ничего, что у меня резерва осталось не так много, а пополнить его пока нельзя. Мне хватит и крох магии для того, что я задумал.

Для начала я направил поток энергии на остатки забора. Металл загудел, покорёженные секции начали притягиваться друг другу. Это фуру я отталкивал на рефлексах, а сейчас у меня были знания. Знания учёного, посвятившего всю свою жизнь изучению электричества.

Теперь я мог создать электромагнит с закрытыми глазами всего лишь парой импульсов. Правда, это будет слишком медленно, а время поджимает. Чтобы ускорить процесс, я создал вокруг остатков ограды переменное магнитное поле. Через долю секунды это поле начало создавать уже собственные вихревые магнитные поля.

Наконец у меня получилось сформировать контур в форме спирали, через который я собирался пропустить остатки своей энергии. Как только демоны попадут под влияние электромагнита, они потеряют ориентацию, а я запущу разряд, который их уничтожит. Я уже представлял, как электроны движутся по проводнику без сопротивления, наращивая скорость.

Ну вот, готово. Я оглядел свою работу — она была не идеальной, но вполне функциональной. Теперь нужно активировать её. Я выплеснул в контур немного энергии и замер. Получится или нет?

Металл заискрился, по спирали пробежал электрический ток. Магнитное поле начало формироваться, создавая вокруг меня защитную оболочку, похожую на барьеры Игоря Черепанова. Сработало!

Я протянул руки к небу и выпустил молнию. Всего одну, но какую! Моя молния сверкнула и ударила в землю рядом со мной, а потом она начала хаотично метаться по спирали. Я контролировал электрический поток, чтобы не перегрузить контур и не навредить людям.

Единственное, на что я не стал отвлекаться, это воздействие магнитного поля на электронные устройства. Уверен, что сейчас все рации, телефоны и прочая техника как минимум вышли из строя. Но может быть это и к лучшему?

Мои молнии кружились внутри контура, электрический ток циркулировал туда и обратно без каких-либо усилий с моей стороны. Магнитное поле было настолько мощным, что я ощущал его каждой клеточкой своего тела. И я направил это поле на приближающийся рой демонов.

Они замедлили свой полёт, пытаясь избежать столкновения, но куда им! Тварей начало мотать из стороны в сторону внутри контура, а я решил, что пора взять управление над хаотичными метаниями молний в свои руки. Я не тратил на эти разряды ни капли своей энергии, лишь направлял их в демонов.

Электричество прошибало монстров насквозь, разрывало их на части. Зрелище было одновременно красивое и ужасающее. Сотни молний находили своих жертв, пробивали их насквозь и мчались к следующим. Непрерывный электрический поток искрами метался внутри закольцованного контура, уничтожая всё живое.

Тела демонов падали на землю, прожаренные до черноты, а я смотрел на всё это с усталой улыбкой. Я завершил свой эксперимент, доказал, что могу создать не только электромагнитное поле в замкнутом контуре, а полноценную спираль из сверхпроводника, которая сама генерирует энергию.

Небо посветлело, несмотря на вечерние сумерки. Рой не просто рассеялся, он исчез, когда последний летучий демон наконец рухнул на землю. Да! Я сделал это!

Глубоко вдохнув, я оглянулся и увидел ошарашенные лица людей, которых я спас. Мои-то ладно, быстро сориентировались, а вот военные явно были недовольны моими действиями. Оказывается, я немного сдвинул их позиции вместе с броневиками, вертолётами и металлическими ежами.

Ну бывает. Чего ж так злиться-то?

Когда я разомкнул контур и избавился от остаточного заряда, впитав его, в мою сторону шагнул один из военных. Отряд за его спиной наставил на меня оружие, а командир шёл уверенной походкой, хотя я видел, как он косится на спираль и на зажаренных демонов.

— Старший лейтенант Илья Косинкин, — представился он. — Назовите себя.

— Князь Юрий Громов, — хмыкнул я. Вот уж не поверю, что старлей не узнал, кто именно устроил тут фаершоу.

— Согласно приказу командования вам будет разрешено покинуть местность, — по-военному скупо проговорил Косинкин. — Когда мы получим подтверждение того, что территория Звенигорода и его окрестностей очищена от демонов, ваши люди смогут пройти через КПП.

— Какой КПП, старший лейтенант Косинкин? — я развёл руками. — Я вижу только наспех перекрытую дорогу, ведущую из Звенигорода к столице.

— Контрольно-пропускной пункт будет оборудован после прибытия членов Ордена Инквизиции, — Косинкин раздул ноздри, явно недовольный моей несговорчивостью. — Каждый желающий покинуть зону поражения будет проверен на одержимость.

— И где же они? Где члены инквизиции, когда они нужны? — я сделал шаг вперёд. Старлей вздрогнул и отшатнулся, но быстро взял себя в руки. — Мои люди не будут ночевать здесь, под открытым небом, в окружении демонов, рыщущих в округе.

— Вы угрожаете мне, князь? — прищурился Косинкин.

— Ставлю перед фактом, — я пожал плечами. — Способ переправить своих людей в нужное место я найду, но вряд ли он вам понравится.

— Мы не можем связаться с командованием, — процедил сквозь зубы старлей. — Наша техника вышла из строя, а в рациях слышны только помехи.

— Но вы же вызывали подмогу, наверняка она близко, — я сложил руки за спиной и выпрямился. — Я жду полчаса, по истечении этого времени буду действовать так, как посчитаю нужным.

Я бросил взгляд на Косинкина, ускорился и оказался рядом с моими друзьями. Ксения было бросилась мне на шею, но в последний момент убрала руки, спрятав их в складках платья. Александр хмуро похлопал меня по плечу, а вот Михаил не постеснялся и крепко обнял меня.

— Ты спас нам жизнь, — сказал он. — Снова.

— Ну а что ещё было делать? — я пожал плечами и повернулся к Пожарской. — Ты ведь дяде звонила? Что он сказал?

— Что разберётся, — кратко ответила она и отвела взгляд.

— И что не так? — уточнил я, чувствуя подвох.

— Ну… когда дядя обещает разобраться, это означает, что он перетряхнёт всех и каждого, — Ксения обняла себя за плечи и зябко поёжилась. — Не удивлюсь, если он сам сюда заявится.

Я снял пиджак, перепачканный в слизи демонов, и накинул на плечи княжны. Не думаю, что её смутит такая мелочь, согреться сейчас важнее. Пожарская кивнула с благодарностью и закуталась в пиджак, а я заметил, как к нам бежит старлей. Неужели он только сейчас понял, что я по другую сторону баррикад?

— Ваше сиятельство! Князь! — кричал Косинкин, торопливо перебирая ногами. — Вам нельзя нарушать периметр! Вернитесь к своим людям!

Не успел он до нас добежать буквально пару метров. Вольт выскочил из ниоткуда и бросился под ноги Косинкина, сбив его на землю. Вслед ему понеслись ругательства, на что мой питомец гавкнул и задрал заднюю лапу с конкретными намерениями.

— Фу! — крикнул я. — Ну-ка брысь! Ко мне, Вольт!

— Уже и пошутить нельзя, — фыркнул он, но всё же послушался и подбежал ко мне.

— Никаких шуток, пока моих людей не пропустят через блокпост, — я погрозил псу пальцем и вздохнул. — И вообще, веди себя прилично, среди нас дама.

— Ой, что там эта дама не видела? — Вольт покосился на княжну, которая с прищуром смотрела на него. — Когда демонов потрошила — не морщилась, даже пиджачок вон твой почти что не облизывает.

— Юра, что с твоим псом? — спросила вдруг Ксения.

— А что с ним? — я посмотрел на Вольта, даже обошёл его со всех сторон, слушая ругательства старлея, который продолжил ковылять в нашу сторону, прихрамывая на правую ногу. — Вроде бы всё нормально.

— Ну нет же! Посмотри! — Пожарская нетерпеливо щёлкнула пальцами. — В нём будто две сущности, которые слились воедино.

— Что? — я замер и обернулся к княжне.

— После того как ты… ну, помог мне, — смутилась на миг Ксения. — В общем, я иногда вижу кое-что.

— Например? — поторопил я её. Косинкин уже был в двух шагах.

— На базе Барабаша мне показалось, что я видела демонов внутри нескольких военных, — протараторила Пожарская. — Я сказала отцу обратить на них внимание, но сам понимаешь, подробностей он не знает.

— Спасибо, — серьёзно кивнул я. — Есть над чем подумать.

— Ваше сиятельство, вам нужно вернуться к своим людям, — недовольно проворчал старлей, наконец добравшись до меня. — Иначе я буду вынужден доложить о нарушении военно-санитарной границы.

— Уже возвращаюсь, не волнуйтесь, — я улыбнулся. — Просто хотел проверить, как мои друзья. Сами понимаете, телефоны тоже из строя вышли.

Помахав честной компании, я ухватил Вольта за ухо и ускорился. Нам нужно было обсудить кое-какие моменты. Причём срочно. То, что Ксения способна вычислять одержимых, — это хорошо, конечно, но мне надо понимать, что делать дальше.

— Больно же, — возмутился мой питомец, когда мы остановились невдалеке от машин с жителями Громовки. — Изверг, садист, живодёр!

— Вот не надо мне тут сказки рассказывать, я тебя держал еле-еле, только чтобы ты не свинтил куда-нибудь, — я встал напротив пса и скрестил руки на груди.

— Пытать будешь? — хмуро спросил Вольт, почесав лапой за ухом.

— Зачем? — я выгнул бровь и выдохнул облачко пара. Холодная нынче весна. — Просто поговорим.

— Угу, так я тебе и поверил, — Вольт развернулся ко мне задом и лёг на землю, прикрыв лапами морду. — Только и делаешь, что обижаешь своего питомца. Нет бы погладить, пузико почесать…

— Мы это уже проходили, — вздохнул я. — Почему Хранители хотят меня убить? Какое им дело до элементалей и их действий?

— Это долгий разговор, — буркнул пёс, не поворачиваясь ко мне.

— Ничего, потерплю, — надавил я.

— Ага, а этому старшему лейтенанту ты полчаса дал на решение вопроса, — язвительно сказал Вольт. — Не успеем мы за полчаса обговорить такие темы.

— Тогда кратко… — я замер на полуслове, потому что увидел в небе звено из пяти истребителей. — Ладно, позже поболтаем.

Я поспешил к машинам с людьми, готовый хоть на себе их тащить. В принципе, моих сил хватит, чтобы оттянуть магнитом транспорт подальше. Но для этого надо точно знать, куда будут целиться истребители.

— Внимание всем, говорит командующий боевого звена «Рокот», — услышал я голос из громкоговорителя. — Всем оставаться на местах! Любые передвижения будут расценены как попытка побега.

Истребители кружили над нами, словно хищные птицы в поисках лёгкой добычи. Вскоре к ним присоединились военные транспортники, которые начали приземляться по ту сторону блокпоста. Из них высыпались солдаты в зеркальных доспехах и тут же рассредоточились по периметру заграждений.

Следом за ними прилетели бомбардировщики, ну и последним воздушным судном оказался маленький самолёт, похожий на штурмовик. И вот из него вышел подтянутый военный в парадном мундире, который холодным взглядом обвёл сначала построение своих людей, а потом и наши машины, забитые мирными жителями.

Я стоял у передней машины, так что мог услышать всё, что этот суровый вояка скажет. Только вот он молчал, глядя на тела демонов, почти не видимые в сгущающихся сумерках. А потом этот мужчина и вовсе отвернулся от своих людей и сделал несколько шагов в противоположную сторону.

— Дядя! — крик Ксении разорвал напряжённую тишину. — Этих людей нужно пропустить.

— Разберёмся, — пробасил князь Пожарский. — Чей пиджак? Того князя, который на твою руку претендует?

— Ой, ну ты преувеличиваешь, дядя, — попыталась оправдаться княжна. — Ни на что он не претендует!

— Вижу кровь демонов на лацканах, — продолжил князь, не обратив внимания на жалкие попытки Ксении. — И где он? Где тот человек, ради которого моя племянница поехала в глушь, а потом набрала мой номер впервые за два месяца? И ради чего? Чтобы я поднял на уши министра обороны?!

— Дядя, послушай же! — Ксения вцепилась в рукав мундира князя Пожарского и почти повисла на нём. — Ну да, я не звонила, но ты сам виноват! Подсунул мне того графа, да ещё и обещал ему приданое, если уговорит меня бросить службу.

— Князь Громов, вы так и будете молчать? — крикнул Пожарский, крутя головой. — Позволите вашей избраннице говорить от своего имени?

— Князь Громов здесь, — крикнул я в ответ и помахал рукой. — Ваши люди сказали не двигаться, а я не могу подставлять своих. Такая вот дилемма.

Заметив меня по ту сторону баррикад, Пожарский нахмурился, а потом направился ко мне. При этом он отдал приказ врубить прожекторы, чтобы видеть происходящее. Ну и чтобы видеть меня, очевидно. Вон как оценивающе смотрит.

— Иван Пожарский, — представился он, как только оказался напротив меня. — А вы значит и есть тот самый Громов, которого обвиняют во всех смертных грехах?

— Насчёт всех не скажу, но кое-какие грешки имеются, — хмыкнул я и протянул руку. — Юрий Громов.

— Значит так, Юрий, — Пожарский крепко сжал мою ладонь, явно ожидая, что я поморщусь от боли или попытаюсь разорвать рукопожатие, но не на того напал. Моя хватка явно удивила князя, судя по тому, как он крякнул и задрал брови. — Раз уж вы нацелились на мою племянницу, вам придётся пройти несколько моих личных тестов.

— Иван, вы не находите, что сейчас не самое подходящее время и место для подобных разговоров? — я обвёл взглядом поле за нашими спинами, потом машины с людьми и наконец военные истребители, которые патрулировали небо.

— Действительно, — Пожарский поджал губы и вздохнул, напомнив мне его брата Дмитрия. — В течение часа прибудут инквизиторы, я связался с наместником, так что не переживайте. Ваших людей быстро проверят и отпустят, если среди них нет одержимых.

— А вот это вот всё, — я указал на самолёты, броневики и солдат, — никак нельзя подвинуть?

— К сожалению, даже я не могу ничего сделать, — князь прочистил горло. — С сегодняшнего вечера город Звенигород и его окрестности будут оцеплены. Режим чрезвычайной ситуации введён в связи с образованием нового Каньона. Так что можете пока забыть про свои земли — как только вы пройдёте проверку, возврата не будет.

— И как долго это будет продолжаться? — уточнил я, сжав кулаки. Я почти выплатил долг за своё имение, и мне теперь говорят, что я не смогу там находиться?

— Пока существует Каньон, — Пожарский покачал головой. — Скорее всего, жителей Звенигорода в ближайшее время расселят, а на месте Громовки будет организована военная база. Император оплатит расходы и предоставит вам земли в другом месте.

Ошарашив меня последними словами, Иван Пожарский вернулся к солдатам. Ну а я мысленно выругался и поймал взгляд Вольта. Теперь уж точно не отвертится.

— Рассказывай давай, — потребовал я, не собираясь слушать отговорки. — Про каждого Хранителя, про ваши с ними разборки и про то, чего мне ждать от этих говнюков. И только попробуй утаить от меня хоть что-то!

Глава 2

Вольт тяжело вздохнул, огляделся по сторонам и сел на землю. Через мгновение его взгляд стал задумчивым, карие глаза сменились на серые, грозовые, с всполохами молний. Я понял, что передо мной сейчас элементаль, которого мы вызволили из Каньона.

Свой рассказ он начал издалека, с времён, когда этого мира ещё не коснулось «смрадное дыхание» Хранителей. У меня от голоса элементаля даже мурашки по спине пробежались — слишком уж величественно он говорил, я будто и впрямь оказался в прошлом.

— Хранители, как себя прозвали эти сущности, на самом деле лишь паразиты, что присосались к энергии этого мира, — сказал мой питомец голосом элементаля. — Мы не вмешивались, спокойно жили своей жизнью, перемещались между мирами и делились своей силой с людьми. Но потом Хранители добрались и до нас.

— Что они хотели от элементалей? — спросил я, махнув рукой Алёне, которая явно хотела со мной поговорить.

— Нашу энергию конечно же, — Вольт посмотрел на меня как на идиота. — Мы решили противостоять Хранителям, но у нас ничего не вышло. Сначала на нас начали охотиться инквизиторы, которые сумели создать артефакт, способный лишить нас сил.

— А потом что? — поторопил я пса, замолчавшего на несколько минут.

— Мы оказались не готовы, — коротко ответил он, а потом снова замолчал. Ну нет, так дело не пойдёт.

— Давай, не тяни, в любое время могут явиться инквизиторы, — поторопил я его. — Мы не можем стоять тут несколько часов на виду у всех и делать вид, будто любуемся окрестностями. Мне ещё надо людей успокоить.

— Хранители начали плести интриги, стравливать нас между собой, — признался наконец элементаль. — Мы разделились, стали врагами, боролись друг с другом вместо того чтобы бороться с истинным врагом. В итоге нас осталось двое: грозовой элементаль и элементаль ветра.

— Вы бились у Барабаша, там, где появился Каньон? — уточнил я, устав от того, что мне приходится вытягивать каждое слово.

— Да, мы разломили пространство, разорвали заслон между мирами, — элементаль вдруг вздохнул, совсем как Вольт, и его глаза приняли привычный карий цвет. — Я знал, что меня ждёт, поэтому потратил остатки сил на ритуал, который не позволил меня уничтожить.

— Но ты оказался в ловушке, — кивнул я, припомнив все слова элементаля.

— Угу, меня смогли заточить и разделить, — интонации Вольта сменились, он снова начал показывать эмоции, что не могло не радовать. — Долгое время я не мог ничего сделать, а потом научился выходить в пространство между мирами.

— Гулял, значит, — хмыкнул я, и погрозил кулаком Захару, который на полусогнутых ногах двинулся ко мне.

— Ну так… я был наблюдателем и созерцателем, — пёс отвёл взгляд. — Ну а потом я увидел, что есть некая сущность, которая может мне помочь.

— Так-так, — кивнул я, начиная понимать. — Ты ведь про меня сейчас говоришь?

— Я же не виноват, что эта сущность была заточена в смертное тело! — воскликнул Вольт. – После столетия взаперти ждать ещё полсотни лет, пока это тело состарится было невозможно.

— То есть ты меня убил? — процедил я сквозь зубы. — Я не разбился и не погиб от удара током? Ты просто взял и забрал у меня мою жизнь?!

— Ну-у… не убил, а дал новое тело, да ещё и со способностями, — Вольт поднял на меня взгляд и состроил жалостливую морду. В его глазах даже слёзы появились. Вот актёр! — И вообще, этот мир даже лучше.

— И после этого ты ждёшь, что я буду тебе помогать? — возмутился я. — Серьёзно?

— Но мы ведь заключили договор, — напомнил мне пёс, продолжая изображать провинившегося щенка.

— Он касался только той части элементаля, которую я вытащил из Каньона, — напомнил я ему. — Больше я тебе ничего не должен, а вот ты до сих пор утаиваешь от меня мои же знания из прошлых жизней.

— А если вспомнить слова договора дословно? — Вольт прищурился и наклонил голову вбок. — Ты согласился найти элементаля и спасти его.

— Разве я этого не сделал? — я аж зубами заскрежетал от такой наглости.

— Ты нашёл только одну из трёх частей элементаля, — мой питомец хитро сверкнул глазами. — Я — вторая, но осталась и третья.

— Хочешь сказать, что у меня полгода на то, чтобы найти эту самую третью часть элементаля, если я не хочу лишиться магии? — прошипел я, с каждой минутой злясь всё сильнее. Так и думал, что тот договор с подвохом!

— Это правда, — качнул головой Вольт. – Проблема в том, что я не хочу объединяться с ней. Но найти эту часть и держать наготове мы обязаны.

— В чём, мать твою, смысл?! — я окончательно запутался. То найди, то не надо. То хочу, то не хочу.

— Каждая часть отвечает за разные действия и эмоции, — Вольт широко зевнул, а я нахмурился. Опять он темнит что-то. — Вот я, например, излучаю оптимизм и добродушие. Я весёлый, остроумный, добрый, хороший…

— Да щас! — перебил я его. — Ты просто болтун и притворщик. Шут гороховый, вот ты кто.

— Но ведь ты выбрал меня, а не вторую мою часть, — лукаво сказал Вольт, снова состроив щенячьи глазки. – Рациональную и равнодушную часть меня ты прогнал.

— Так, стоп! — я выставил руки и тряхнул головой. – Третья часть мне ещё больше не понравится, да? Раз уж ты сам не хочешь с ней объединяться.

— Угу, — печально кивнул мой питомец. — Она злая, жестокая, властная…

— И что будет, если ты объединишь все части? — полюбопытствовал я, запустив руку в волосы. Во что я ввязался?!

— Я стану цельным, но уже не буду таким добрым, — Вольт снова широко зевнул. — Я смогу убивать, князь. Смогу мстить и карать.

— Кому ты собрался мстить? — я прищурился и оглядел пса. Да такая собачка размером с телёнка и без третьей части элементаля кого угодно сметёт с пути. А что же будет после объединения?

— Хранителям конечно же, — Вольт встал на лапы и потянулся всем телом. — Но мы это сделаем вместе. Ведь я не буду в безопасности, пока Хранители живы.

— Да твою же мать, Вольт! — я выругался от души, уже не беспокоясь о том, услышит ли меня кто-то.

Нет, ну это надо же было так подставиться с тем договором! Пусть я тогда ещё не до конца в себя пришёл после перерождения и не совсем верил в происходящее, но ведь можно было уточнить подробнее условия?! И ладно бы только договор.

Вольт прав — чтобы спасти его жизнь, я был готов пройти насквозь Каньон Дьявола, что в общем-то и сделал. Так что и до Хранителей я доберусь, как только подкоплю силы. Сейчас мне им нечего противопоставить, а вот через пару-тройку месяцев уже можно будет думать в эту сторону.

— Ваше сиятельство, а уже можно?.. — раздался за моей спиной робкий голос Захара.

— Что можно? — спросил я, обернувшись.

— Обратиться, так сказать, с вопросом, — Захар переступил с ноги на ногу и пожал плечами. — Тут такое дело…

— Ну? — кивнул я. — Говори уже.

— А долго нам тут ещё стоять? — от Захара разило разлитой настойкой, нос покраснел от холода, а сам слуга будто не мог стоять на месте — его тело шаталось и кривилось.

— Захар, давай без этого, — попросил я, поморщившись. — Что случилось?

— Дык это, — он чуть присел и прикрыл руками пах. — Отхожего места нет, а кругом дети и женщины.

— Тьфу ты! — я покачал головой. Напугал, блин. Я уж думал, реально произошло что-то. — Ну распределитесь там, кто направо, кто налево. Темно уже, да и за машинами можно укрыться.

— Так не разрешают, — жалобно проскулил Захар, скрестив ноги и согнувшись. — Староста этот, Макар, волком зыркает, никого по одному отпускать из «зоны видимости» не хочет.

— Ну если так приспичило, отойди вон на пару метров, — я указал туда, где сидел Вольт. — А с остальными я разберусь.

Захар ломанулся к Вольту, обежал его справа и отвернулся. Вздох облегчения был таким громким, что мне стало немножко стыдно — у меня ведь и правда там женщины и дети. Тёплых вещей они могли не захватить, удобств никаких я им не предоставил, а просто оставил сидеть в машинах. Но безопасность я им обеспечил. Для начала — этого достаточно.

Так что, дождавшись Захара, я направился к старосте Громовки. Пришлось выделить караульных для сопровождения тех, кому невмоготу. А после я распорядился о том, чтобы все запасы еды, какие есть, были разделены между всеми людьми. В первую очередь дети, потом женщины и старики, и потом уже мужчины.

Как я и думал, наглеть никто не стал, как и пытаться отломить себе кусок хлеба потолще. Жаль, что уезжали из дома мы все в спешке, и не успели захватить побольше припасов. Мелькнула у меня было мысль смотаться по-быстрому в деревню, но я её отмёл — мало ли, вдруг именно в этот момент явятся инквизиторы.

И не зря я передумал: через пару минут подъехали две машины, из которых высыпались «красные балахоны». В темноте, когда свет прожекторов подсветил фигуры инквизиторов, мне на мгновение показалось, что это Хранители. Слишком уж похожи их красные мантии.

Проверка прошла быстро, даже на мне и Вольте ни один прибор не пикнул и не засветился. Вольт с довольным видом заявил, что был прав, но я лишь отмахнулся. Мне не давала покоя мысль о том, что Орден Инквизиции в этом мире мог появиться с лёгкой руки Хранителей. И чем больше я об этом думал, тем сильнее верил, что именно так оно и было.

Когда мы проехали через КПП, ко мне ринулись мои друзья, которые всё это время дожидались моей проверки в арендованной машине. Александр извинился и сказал, что ему надо ехать к своим родителям, которые точно так же сейчас стоят у блокпоста со своими людьми. И поскольку машину арендовал именно Новиков, то бросить Ксению и Михаила на произвол судьбы он никак не мог.

Мне пришлось потеснить своих людей, чтобы мы все смогли уместиться. Я предложил княжне остаться с дядей, но она лишь помотала головой и напомнила мне про обещание, которое мы оба дали её отцу. Придётся Пожарской заночевать в санатории Голицыно, как и всем остальным.

На том мы и порешили, и едва я откинулся на спинку сиденья, как меня накрыло дремотой. Всё-таки выложился я сегодня чуть ли не больше, чем за всё время, проведённое в этом мире. Все мои битвы и все заклинания меркли перед тем, что произошло в момент слияния моего разума с памятью меня-учёного.

Сложно описать словами то, что я чувствовал. Наверное, я подхватил меланхолию или что там было у учёного. Через пару секунд я понял, что меня бьёт крупной дрожью. Зубы стучали друг о друга, мышцы непроизвольно сокращались. Какого хрена со мной творится?!

— Тормози! Тормози, быстро! — заорал вдруг прямо мне в ухо Бабарыкин. Где-то слева взвизгнула Пожарская. — Он нас спалит сейчас к демонам!

— Переход! — услышал я крик Ксении и понял.

Вот оно что. Своими недавними действиями я добил магический источник. Не зря я чувствовал, что нельзя больше пополнять резерв через Вольта.

Как только машина затормозила, я выскочил из машины. Вокруг меня вспыхнула сухая трава, а потом я увидел вспышки молний. Вовремя я успел, а то действительно мог спалить всех в машине. Теперь понятно, почему Пожарская визжала, а то я уж подумал, что вдали от Рубежа она размякла.

Боль скрутила моё тело очередной судорогой. Пришлось процедить воздух сквозь зубы медленно, буквально по глоточку. Помнится, я получил удар током от щитка в свой первый раз на объекте. Жители той панельки ещё долго меня проклинали после того, как остались без света.

В общем, ощущения были чем-то похожи. Так что я просто дышал, одновременно пытаясь расслабить мышцы. Получалось неплохо, боль уходила. Пусть не сразу, но она становилась всё меньше.

А потом в моей груди снова вспыхнул пожар. Я нутром ощущал, как расширяется магический источник, как энергетические каналы в теле раздвигаются и становится шире. Боль от удара током и судорог показалась мне незначительной мелочью на фоне той боли, что бушевала во мне сейчас.

Мне казалось, что моё тело раскалилось добела, стало жидким, как свинец в ложке. Ещё чуть-чуть, и я растекусь блестящей лужицей, которая после затвердения будет похожа на грузило для удочки. Почему-то именно такое сравнение пришло на ум, а в памяти колыхнулись тени прошлого.

Мои ли? Я точно плавил свинец, а потом бегал с пацанами на рыбалку к ближайшему пруду. А вот фиолетовых лягушек в моём детстве не было. Или были?

Очередной виток памяти унёс меня в хижину, покрытую тяжёлыми листьями. Дождь стучал по бамбуковым стенам, а передо мной стоял седовласый старик, который, казалось, вот-вот рассыплется от старости.

— Прими дар, или сгоришь, — сказал он. — Этот жидкий огонь в твоей крови и подчиняется только тебе. Контроль, чистый разум и свобода тела и мысли.

— Не могу, больно… — прохрипел я-ребёнок. Мы оба сейчас испытывали одно и то же, разница была только в том, что я старше и сильнее. И очень хотелось помочь мальчишке, взять на себя хотя бы часть его боли.

— Тогда ты умрёшь, — пожал плечами старик. — Слабаки не получают дар, его надо заслужить.

Воспоминание померкло, а я понял, что именно мне нужно сделать, чтобы пройти переход на новый магический уровень без ущерба для себя.

Вдох-выдох.

Это моё тело и мой разум. Боль только в моей голове. Её не существует.

Я расслабился полностью, отдался этой боли и мысленно потянулся к своей груди. Сжал пальцы на огненном шаре, что разрывал грудную клетку, и наконец почувствовал контроль. Я видел каждую линию энергетического канала, которые вились подобно венам, и я позволил жару пронзить каждый их сантиметр. До самого тончайшего завитка.

Ощущение жара спало, я вдохнул прохладный воздух и открыл глаза. Молнии больше не бились вокруг меня, не пронзали сумерки и не вырывались бесконтрольно. Не знаю, есть ли в этом мире точные определения рангов или уровней магии, но я определённо стал сильнее.

Вспомнилась дурацкая фраза из фильма. В чём сила… князь? Я хрипло рассмеялся, закашлялся и сплюнул слюну с металлическим привкусом. В амперах конечно же, как шутили мы, электрики, в бытовке после очередного вызова.

— Слушай, тебе так нравится страдать, да? — раздался в моей голове голос Вольта. — Ну признай уже, что это так.

— С чего бы? — усмехнулся я, вставая с земли и отряхивая безнадёжно испачканные брюки от парадного костюма.

— Ты ведь мог попросить меня помочь, — протянул мой питомец. — И ты знал, что я не откажу. Мне проще простого забрать излишки энергии.

— Ну конечно, — цыкнул я. — И потом снова ждать, когда накопится нужное количество для перехода на новый уровень?

— Ну мы могли бы выбрать место получше, — Вольт вздохнул и потянулся. — А не вот так, посреди поля и без подготовки.

— Юра? — обратился ко мне Бабарыкин. — Ты как?

— Всё хорошо, просто замечательно! — сказал я бодро. — Теперь смогу выдавать кручёные молнии по запросу. Хоть в цирке выступай.

— Эм… ну ладно, — Михаил качнул головой. — Просто переход может и убить, если не знать, как циркулирует энергия. Обычно в таких случаях зовут целителей, чтобы те проследили…

— Ой, да брось! — перебил я его стенания. — Всё нормально. Поехали уже.

Я забрался в кабину и сразу же почувствовал запах горелого. Оказывается, я подпалил свой же пиджак, висевший на плечах Ксении, ну и немного её платье. Староста покосился на меня, но ничего не сказал и повернул ключ зажигания.

Да уж, так спешил разместить своих людей в санатории, что сам же их и задержал ещё больше. Надеюсь, они там меня не проклинают, а то что-то у меня уши горят. Или это остаточный жар от перехода?

Оставшуюся дорогу я тёр горящие уши и боролся со сном. Усталость навалилась снова, так и затягивая меня в объятия морфея. Сопротивлялся я до последнего, пока мы не остановились в просторном дворе санатория.

Высыпавшие из дома отдыха служащие быстро разместили всех людей, а уже после подошли ко мне. Алёна стояла рядом, щурясь после тёмной дороги и кутаясь в клетчатый плед. Она зыркнула на меня недовольно, а потом взяла переговоры в свои руки.

Оказывается, за пять суток аренды всего санатория я должен шестьдесят тысяч. Это не такая уж огромная цена за то, чтобы мои люди провели в безопасности эти дни. Но и лишних денег у меня вроде бы не было. Я достал из кармана телефон и только сейчас вспомнил, что он не работает после моего шоу с магнитным полем.

Пришлось пустить в него небольшой заряд энергии, чтобы он «ожил». Как я и думал, на мой счёт уже перечислили мою долю с добычи из Каньона. Причём в связи с закрытием этого самого Каньона, цены на ингредиенты выросли аж в три раза. Да я практически богат!

Без лишних слов я перевёл на счёт отеля нужную сумму, добавив сверху ещё десять тысяч за завтраки для всех. Я уже убирал телефон обратно, как он вдруг завибрировал, а на экране высветилась странная надпись: «номер скрыт». Интересно.

— Да, слушаю, — ответил я на звонок.

— Князь Громов, это Назар Крылов, — услышал я голос главы инквизиции столицы. — Я только что прилетел с военной базы в Барабаше. Нам нужно срочно встретиться, и я настоятельно рекомендую вам держать нашу встречу в тайне.

Глава 3

Подвал разрушенного имения рода Меркуловых

Влад Меркулов стоял посередине потайной комнаты своего рода. Сюда не смогли попасть ищейки императора, ведь ключом была не кровь одного из рода, как в прочих тайниках, — замок был настроен на активную ауру любого потомка прямой линии.

Когда-то, будучи мальчишкой, Влад смотрел, как казнили всех, кого он любил. Мать, отец, старшие братья и сёстры, даже стариков не пожалели. Рука императора не дрогнула, когда он дал отмашку палачу.

Влад был самым старшим из выживших, но ему было всего лишь семь лет. Он не смог помочь ни родителям, ни младшим Меркуловым — их всех разделили и распределили по чужим семьям в разных концах Империи. Уже став взрослым, Влад отыскал следы младших, но те не дожили до воссоединения.

И в этом Влад тоже винил императора, засидевшегося на троне слишком долго. Отец был прав во всём, кроме одного, — он выбрал не тех союзников. Его предали, а род перестал существовать. Что ж, теперь, спустя долгие сорок лет, Меркуловы отомстят.

— Не доверяешь, — прошелестел в голове Влада ненавистный голос. — Всё ищешь в своих бумажках подтверждение моих слов.

— Привык проверять всё дважды, а то и трижды, — отмахнулся от голоса Меркулов, но всё же обернулся и посмотрел на чёрный сгусток энергии, который называл себя грозовым элементалем. — Не так-то просто поверить, что существуют не только элементали, но и Хранители, которые живут где-то в других мирах.

— Это всё не имеет значения, — голос стал громче и настойчивее, в нём появились гневные нотки. — Ты должен был заполучить оба моих осколка до того, как они объединятся. Ты всё испортил, смертный.

— Тебе недостаточно этой сферы? — Меркулов указал на белоснежный клубок искрящейся энергии, вокруг которого периодически появлялись воздушные воронки.

— Это мой враг! — прокричал голос, но тут же притих. — Он продался Хранителям и почти уничтожил меня с их помощью.

— Кто же знал, что Каньон не тот, — пожал плечами Влад, отвернувшись от грозового элементаля, который сейчас был похож скорее на кляксу, размазанную по стенке архива.

— Ну ничего, мой смертельный враг теперь служит мне, как служил Хранителям, — грозовой элементаль злобно хихикнул, снова изменив форму. — Мог ли он знать, что после поражения станет тем, кто отдаст свою энергию, чтобы скрыть меня от взора этих жалких подражателей. Хранители! — фыркнул он. — Это же надо было назвать себя таким высоким словом.

— Я ещё могу достать пса, — сказал Меркулов, глядя на то, как клякса вытянула длинный отросток и коснулась воздушной сферы. Ему даже показалось, что он услышал довольное чавканье.

— Ты ничтожный червяк! Ты слишком мелок, чтобы понять великий замысел, — грозовой элементаль увеличился в размерах и сместился по стене ближе к Меркулову. — Ты всё испортил! Верх берёт та часть, что первой поглотит другие.

— Мне не нравится твой тон, — процедил сквозь зубы Влад, с омерзением глянув на то, что осталось от великого когда-то элементаля. — Это я вытащил тебя из Каньона в Америке, я помог тебе обрести силу и даже принёс воздушника для подпитки. И мы договаривались на партнёрские отношения, а партнёры так себя не ведут.

— О, смертный человечишка решил ставить мне условия! — расхохотался элементаль. — Ты принял от меня силу, которая возвысила тебя даже над твоими предками, а теперь решил, что имеешь право на слово?

— Мы оба стремимся к единой цели, — напомнил ему Влад. — Нами движет месть, которая сметёт города и страны, мы обрушим Империи и обратим мир в прах. Это были твои слова, не мои.

— Месть… какое сладкое слово, — протянул элементаль. — Да, ты прав, смертный. Ради мести можно и потерпеть друг друга.

Меркулов поморщился, старательно гоня из головы мысли о том, как противно ему даже находиться рядом с этим существом. К счастью, элементаль был лишь осколком былого могущества и не мог полноценно залезть в мысли Влада, но он легко считывал то, что на поверхности.

А на поверхности были лишь мысли о мести императору. Меркулов больше всех на свете ненавидел сидящего на троне ублюдка, который лишил его всего. И теперь, когда последний выживший рода Меркуловых овладел родовым даром, он вернёт все долги. Сам умрёт, но положит свою жизнь, чтобы развалить Империю.

Когда страна погрязнет в хаосе, когда править будет анархия, а брат пойдёт против брата, тогда Влад Меркулов сможет уйти спокойно. Пусть для этого и придётся сотрудничать с этой мерзкой кляксой — в конце концов, цель оправдывает средства.

— Две моих части, самые слабые, объединились, — проговорил элементаль. — Нам нужен другой план…

***

После странного звонка Назара Крылова я отправился в душ, чтобы смыть с себя грязь и кровь демонов. Захар успел упаковать чемодан с моими вещами, так что с чистой одеждой проблем не возникло. Уже после душа я наскоро перекусил бутербродами, принесёнными обслугой санатория, и вышел во двор.

Мы с Крыловым договорились встретиться в его приёмной, которая находилась в том же здании, что и департамент безопасности. Сначала я хотел отказаться от этой встречи, тем более в самом логове Ордена Инквизиции, но наместник Московский был весьма убедителен.

Для начала он сказал, что именно в здании на Лубянке самая лучшая защита от случайных свидетелей разговора, а потом намекнул, что речь пойдёт о том, что случилось со мной и княжной Ксенией Пожарской в Каньоне. Я был уверен, что рубежники ничего не рассказали об изгнании демона, но в груди после слов Крылова появился странный холодок.

У меня было чувство, что меня пытаются ухватить за яйца, и я не собирался спускать это с рук пусть даже и руководителю столичного отдела Ордена Инквизиции. Так что через полчаса мы с Вольтом стояли на Лубянской площади — той самой, где под ликование толпы сжигали князя Мартынова. Я даже обернулся к каменным столбам, вмурованным в асфальт, чтобы убедиться, что там пусто.

— Ну что, готов? — спросил я у Вольта.

— Сам же знаешь ответ, — хмыкнул пёс. — Если нам действительно устроили ловушку, то выбираться вместе всяко веселее, чем одному.

— Даже спорить не буду, — весело ответил я, и шагнул к зданию департамента безопасности.

Пропустили нас сразу и без заминок, даже проводили до массивных дверей на третьем этаже. Сразу видно, что меня ждали — двери распахнулись, едва я коснулся ручки. Встречал меня лично наместник Московский.

Стоило мне шагнуть в приёмную, как он активировал какой-то барьер, похожий не непрозрачную плёнку. Эта плёнка обтянула кабинет, перекрывая выход и отрезая от нас звуки. Так вот что имел в виду Крылов, когда говорил о защите от прослушки!

— Рад, что вы согласились встретиться, князь, — сказал Назар Крылов, сделав глубокий вдох. — Думаю, вы знаете, для чего я вас пригласил.

— Очень надеюсь, что вы всё же сами скажете, — я неопределённо пожал плечами.

— Когда-то я пришёл в инквизицию зелёным юнцом, мечтая убивать демонов и помогать людям, — задумчиво проговорил наместник. — Я восхищался инквизицией, я верил в неё со всей горячностью юношеского максимализма. Орден был для меня всем.

Я промолчал, слушая Крылова и не понимая, зачем он мне вообще это рассказывает. Вольт тоже недоумённо качнул головой и буркнул что-то о старческих привычках травить байки.

— А потом я понял, что ошибался, — продолжил Крылов. — И я захотел уничтожить Орден, уничтожить всю структуру инквизиции. Но теперь из-за тебя решил, что делать этого не стоит.

— Что он сказал? — опешил Вольт. — Этот старый маразматик признался, что хотел уничтожить инквизицию? Это точно ловушка! После такого нас отсюда живыми не выпустят!

— Не такой уж он старый, — возразил я. — Так что на старческие байки это не похоже. Но я с тобой согласен, после того что я услышал, вряд ли меня отпустят так просто.

— Удивлены? — спросил наместник, склонив голову к плечу. — Вижу, что это так. Но сейчас вы сами поймёте, почему я говорю с вами так откровенно.

— Это меня и смущает, — признался я, окинув взглядом непроницаемый барьер.

— Когда я понял, что инквизиторы не спасают людей от демонов, а убивают их, решил разобраться в причинах, — Крылов выпрямился в кресле и посмотрел на меня немигающим взглядом. — Инквизиция не пыталась выяснить, как изгнать демонов из одержимых, весь экспериментальный блок изучает лишь части тел демонов, чтобы найти новые сочетания ингредиентов.

Я невольно кивнул, соглашаясь. Сам об этом думал не один раз. Даже странно, что глава столичного отдела Ордена размышляет в том же ключе.

— Лекари и врачи исследуют болезни, чтобы исцелить человека, сохранить жизнь, — продолжая сверлить меня взглядом, сказал Крылов. — А инквизиция… мы не исцеляем от одержимости. Мы не врачеватели, а каратели.

— Я до сих пор не могу взять в толк, для чего вы говорите мне об этом, — проговорил я, когда наместник замолчал. — Если хотите поделиться тем, для чего создана Инквизиция, то я весь внимание. Но, повторюсь, мы с вами не настолько близкие приятели, чтобы за чашкой чая обсуждать подобные вещи.

— Для чего создана инквизиция? — вскинулся наместник. — О, я вам расскажу! Я служил верой и правдой, подминал под себя слабых и шёл по головам, чтобы получить должность наместника и, соответственно, доступ к архивам, — Назар горько усмехнулся. — Задача Ордена всегда была одной — уничтожить сущности, которые давали людям силу. Мы не должны искать причину, мы должны уничтожить последствия. Чистильщики, каратели — вот вся суть Ордена.

Крылов замолчал на несколько минут, а я задумался. В принципе, пока ничего нового я не услышал. Даже странно, что я понял суть инквизиции раньше того, кто так стремился узнать ответы. Или дело в том, что я из другого мира и смотрю на вещи циничнее?

Местные-то привыкли к мысли, что Орден охраняет людей от демонов, служит на благо человечества. Наверное, тому же Крылову с его верой в инквизицию было непросто скинуть шоры с глаз и разглядеть истинное нутро этой организации.

— Когда я это понял, — сказал вдруг он, нарушив молчание. — То захотел уничтожить структуру. Пусть лучше демоны бродят по миру, чем люди сжигают других людей. Причём не всегда одержимых.

Взгляд наместника скользнул по Вольту и остановился на мне.

— И тут я увидел, что ты сумел сотворить то, что не смог целый орден за сотни лет, — на губах Крылова появилась кривая усмешка. — Ты сумел изгнать демона из одержимого. Сам. Без подсказок и без поддержки Ордена. Ты доказал, что это вообще возможно.

— Не помню, чтобы мы переходили на «ты», — хмыкнул я.

Крылов ждал от меня ответа, пристально вглядываясь в моё лицо, но я не мог сейчас ни подтвердить, ни опровергнуть его слова. Мало ли, что он там услышал или увидел. Никаких доказательств у него нет и не может быть.

Я прекрасно понимал, что, зная подробности изгнания демона, наместник Московский может уничтожить меня. И его откровенный рассказ ничего не изменит. Моё слово против его? Это даже смешно. Пусть я и князь, но в этом мире выше любого аристократа стоит инквизиция.

Осталось только узнать, чего наместник хочет от меня. Не просто же так он затеял весь этот разговор. Скорее всего, ему что-то нужно от меня. Возможно даже описание ритуала изгнания.

— После таких откровенностей мы стали гораздо ближе «приятелей за чашкой чая», — Крылов встал с кресла и отошёл к двустворчатому шкафу слева от его стола. — Переход на «ты» — прямое следствие нашего взаимного и очень долгого сотрудничества.

— Он что, вербует тебя, князь? — удивлённо спросил Вольт. — Щас достанет из шкафа балахон, и всё… пропал князь. Будешь среди этих красноголовиков.

— Сомневаюсь, — я мотнул головой и сделал глубокий вдох. — Ну какой из меня инквизитор?

— Ы-ха-ха, — заржал мой питомец, увидев в руках наместника красный балахон. — Угадал!

— Это не мантия Ордена, — сказал Крылов, положив на стол передо мной свёрток из красной ткани. — Оттенок немного отличается, как и покрой. Я заказал этот плащ сразу после нашего знакомства. После первой встречи с тобой, Юрий, и твоим Защитником.

— Однако, — протянул я, откидываясь на спинку стула. — Неожиданно всё это. И я до сих пор не услышал причины нашей встречи. Что конкретно вы от меня хотите.

— Для начала, я хочу, чтобы ты знал вот что, — наместник встал напротив меня и положил руку на красный плащ. — Мой дар позволяет мне читать память людей. Самые яркие и последние воспоминания считываются лучше всего.

Тут я сжал кулаки и выпрямился. Если этот гад успел поковыряться в моей голове во время знакомства, после чего и заказал этот сраный плащик, то он знает, что я не из этого мира. Мне стоило больших усилий не шарахнуть молнией наместника Московского. Вряд ли после такого я бы ушёл на своих двоих из здания департамента безопасности.

— Не напрягайся так, — улыбнулся Крылов. — Во время знакомства с тобой я сумел прочесть лишь обрывки разговора с некоей сущностью. И то, что рядом был Защитник, который является вместилищем энергии элементаля, лишь подтвердило мои догадки.

— Тогда при чём здесь Каньон, — прищурившись уточнил я.

Мне не хотелось переходить на «ты» с этим человеком. Что бы он там себе ни напридумывал, мы с ним не друзья и никогда ими не будем. Тем более, если Крылов смог увидеть почти поминутно всё, что я творил в Каньоне — мой разговор с элементалем, его слияние и последующее изгнание демона из Пожарской.

— Твоя память была закрыта от меня энергией элементаля, — будто услышав мои мысли, сказал Крылов. — Но рубежники и Бабарыкин с Новиковым… их воспоминания были очень яркими. Должен признаться, я впечатлён. Расскажешь, что именно ты сделал, чтобы изгнать демона из Ксении Пожарской?

Мне не хотелось раскрывать все детали, но раз уж наместник всё равно знает об изгнании, ни к чему усложнять наши и без того странные взаимоотношения. Тем более, этим вопросом Крылов показал, что я нужен ему гораздо больше, чем он мне.

— Честно говоря, всё произошло спонтанно, — нехотя признался я. — Я увидел внутри Ксении подселённую сущность, и сумел подхватить её. Дальше мы с княжной действовали сообща, я тянул из её тела демона, а она выталкивала.

— Как тебе вообще удалось подхватить демоническую сущность? — Крылов подался вперёд и часто задышал. Я видел, что ему не терпится узнать все подробности изгнания. — Увидеть ещё ладно, в архивах есть записи о подобных случаях, но вытащить наружу…

— Возможно, всё дело в моём магическом питомце, — скромно сказал я, указав на Вольта. — Я до сих пор не знаю всех его возможностей.

— Невероятно! — воскликнул наместник. — Так вот почему Орден так пытался избавиться от Защитников и элементалей — они помогают в борьбе с демонами.

— И в чём смысл? — я вопросительно выгнул бровь и потёр подбородок. — Разве инквизиции не выгодна борьба с демонами?

— В том-то и дело, что нет, — прошипел Крылов, отвернувшись. — Ты вообще слушал меня? Орден был создан для уничтожения неугодных людей, элементалей и их помощников.

— Кто за этим стоял? — решил уточнить я. Были у меня догадки насчёт Хранителей, но вряд ли Крылов в курсе.

— Некие Хранители равновесия и мира, — удивил меня наместник. — Именно с упоминания Хранителей начинаются хроники Ордена.

— Вот как, — задумчиво протянул я и посмотрел на Вольта. Я оказался прав во всём. Только что теперь с этими знаниями делать?

— Юрий, мы должны действовать сообща, — снова попытался надавить на меня Крылов. — Вместе мы сможем реорганизовать Орден. Сможем сделать так, чтобы он занимался тем, чем должен, — изгонял демонов и сражался с ними наравне с рубежниками.

— Всё это звучит прекрасно в перспективе, — покачал я головой. — Но вдвоём против сотен инквизиторов… боюсь, вы до сих пор не избавились от юношеского максимализма.

— Смотри сам, закрывшийся в Барабаше Каньон напугал инквизицию, рубежников, вояк и даже императора, — Крылов обошёл стол и вынул из ящика стопку бумаг. — Ресурсы, которые добывались там, использовались во многих производственных сферах — от обшивки броневиков, до тех же лечебных зелий. Новый Каньон решает проблему ресурсов, но тянет за собой материальные издержки для казны.

— Так и? — поторопил я его. — Какое мне дело до госбюджета?

— Несколько аристократических родов выкатили императору коллективную жалобу, — Назар положил передо мной текст претензии, в которой фигурировало несколько фамилий, но основная жалоба была от некого графского рода Гуровых. — Они требуют компенсацию от тебя лично.

— Посевы и рудники? — хмыкнул я, пробежав взглядом по строчкам. — Эти идиоты всерьёз верят, что я собственноручно открыл Каньон на своих землях, всего в километре от собственного поместья?

— Похоже на то, — усмехнулся в ответ Крылов. — Но не волнуйся, я уже созвонился с императором и объяснил ему смехотворность этих претензий.

— Спасибо конечно, но я не просил о помощи, — я нахмурился и отложил бумаги.

— В любом случае, этот вопрос решён, — Крылов указал кивком на плащ, лежавший передо мной. — Более того, всем родам, территории которых пострадали от нашествия демонов, будет выплачена адекватная сумма. Я выбил для рода Громовых особые преференции, и твои земли проходят по бумагам как арендуемые для нужд Империи.

Продаваться я не собирался, все свои проблемы я всегда решал сам. И мне бы сейчас взбрыкнуть, высказать всё, что думаю о попытке подкупить меня. Но я понимал, что в перспективе мне выгоднее дружить с наместником Московским, чем стать его врагом. В будущем может случиться что угодно, а с такой поддержкой за спиной, я выйду сухим их любой ситуации.

— Так что скажешь, Юрий? — спросил Крылов, подтолкнув свёрток из красной ткани ещё ближе ко мне. Не увидев моей реакции, он взял плащ в руки, встряхнул его и расправил складки.

— Ых-хы-хы, — залился смехом Вольт, глядя на красную тряпку в руках наместника. — Да ладно тебе, князь, примерь хотя бы плащик.

— Я его на тебя напялю, будешь бегать красоваться, — огрызнулся я. — Дам тебе новое имя «Красная шапочка». Посмотрим потом, кто будет смеяться.

— Юрий? — наместник до сих пор ждал моего ответа. — Мы встанем у истоков новой инквизиции. Это изменит всё!

Я встал со стула и открыл рот, чтобы отказаться от такого щедрого предложения. Одно дело — сотрудничество и союзный договор, а другое — красный плащ и непонятный статус. Только работы инквизитором на полставки мне не хватало. Но, кажется, Назар Крылов понял меня по-своему.

— Ну что, решился? Станешь инквизитором? — полувопросительно заявил наместник Московский, накинув грёбаный плащ на мои плечи.

Глава 4

Я передёрнул плечами, и плащ соскользнул на пол. Движение это было рефлекторное, но результат меня порадовал.

— Не так быстро, — сказал я, поморщившись. — Я не отказываюсь, но и принять такое решение в спешке не могу.

— Чего ты хочешь? — спросил Крылов, подняв плащ и замерев напротив меня. — Деньги, акции, драгоценности, доступ к ингредиентам из Каньона?

— Ничего не хочу, — я помотал головой. — У меня целая деревня лишилась крова, мой собственный дом для меня недоступен. Иски, претензии, долговые расписки… мне есть чем занять своё время.

— Я могу помочь, — попробовал надавить Крылов. — У меня есть и связи, и деньги. Скажи, что тебе нужно, и получишь это сразу же.

Было уже у меня такое предложение. От которого я отказался. Правда, Меркулов хотел заполучить моего пса, а Назар Крылов хочет получить меня со всеми потрохами.

— Мне больше нравится вариант, при котором я сначала решаю свои проблемы, сам, без чьей-либо помощи, а уже потом думаю о вашем предложении, — я шагнул в сторону, чуть не наступив на хвост Вольта. Недовольный рык я проигнорировал, не до него сейчас. — И я бы попросил вас, Назар, не давить на меня и не вмешиваться.

— Ну хорошо, — как-то слишком уж спокойно ответил Крылов и отступил. — Тогда я вызову тебе машину.

Я подозрительно прищурился, но наместник лишь улыбнулся и набрал что-то на телефоне. При этом Крылов продолжал протягивать мне плащ, на который я даже смотреть не хотел, не то что в руки брать.

— Возьми его, — сказал он нетерпеливо. — Даже если откажешься стать моим союзником, он всё равно сшит по твоим меркам и никому не подойдёт.

— Да зачем он мне?! — отмахнулся я. — Инквизитором я не стану, да и этот плащ — не ваши балахоны, так и так не тот фасон и цвет.

— В том и суть, Юрий, — Назар подмигнул мне и усмехнулся. — Я встретил в архивах упоминание о должности «тайного эмиссара инквизиции». Обычно на такие должности назначались ответственные люди, задачей которых была вербовка новых инквизиторов.

— То есть я ещё и вербовщиком стану? — недовольно нахмурился я. Это назначение вообще не в кассу.

— По бумагам — да, — кивнул Крылов. — Любая губерния Империи, любой даже самый захолустный городок, в конце концов, любая страна — примут тебя безо всяких разговоров. Бумагу о назначении тебя тайным эмиссаром я подготовил и поставлю подпись сразу же, как получу твоё согласие.

— Ладно, — буркнул я, хватая плащ. — Что там с машиной?

— Уже на месте, — улыбнулся Крылов. — Стоит у входа, не пропустишь.

— Тогда всего хорошего, — я шагнул к непрозрачной пелене, что закрывала двери, и обернулся. — Может снимете этот барьер?

— Он не затруднит твоё передвижение, — качнул головой Крылов. — Артефакт перезаряжать долго, а мне предстоит ещё один разговор, при котором не должно быть свидетелей.

Пожав плечами, я прошёл через эту плёнку, невольно вспомнив проход через разлом в Каньоне Дьявола. Благо здесь не надо было неподвижно стоять и ждать. Спустившись на первый этаж, я попрощался с охранниками, взгляды которых перебегали от моего лица к красному плащу в моих руках.

Выйдя же из здания, я присвистнул. Похоже, Крылов всерьёз решил меня подкупить. Автомобиль, похожий на наш Аурус, был окрашен в благородный матовый чёрный цвет. Никаких опознавательных знаков не было ни на бронированных дверцах, ни на капоте.

Водитель без единого слова открыл для меня заднюю дверь и даже глазом не моргнул на нахально развалившегося на сидении Вольта. Я же с удовольствием откинулся на спинку и прикрыл глаза. А приятно, демоны побери, ехать в дорогой машине с комфортом, не следя за дорогой и не огибая на суперскорости случайных прохожих.

Разговор с Крыловым до сих пор ощущался странным. Я понимал, что наместник Московский ведёт свою игру и вряд ли выложил мне всю правду о своих планах. То, что он решил использовать меня для своих замыслов, было очевидно.

Вообще, я бы на его месте тоже начал рыть землю носом, если бы узнал, что инквизиция обслуживает интересы каких-то левых сущностей. Кто ещё об этом знает? Куда смотрит император и не под их ли он влиянием?

Вопросов у Крылова наверняка побольше моих, но он местный и не видит очень многого. Всё же, когда растёшь и взрослеешь в определённой среде, воспринимаешь окружающее как единственно верное, как что-то незыблемое и естественное. Но Назар сумел-таки увидеть гниль внутри Ордена, чем заслужил моё уважение.

Ресурсы и ингредиенты для зелий, которые добываются в Каньонах, стоят немало, а готовые зелья и артефакты — и того дороже. И кто-то точно греет руки на перепродажах и получает свой процент. Но что если я тоже чего-то не вижу?

Вдруг пока мы тут собираем рубежную травку и вырезаем желчные пузыри у монстров, кто-то более осведомлённый получает кое-что получше? Не может ли быть так, что все эти рубежные ресурсы — капля в море?

— Вольт, скажи-ка мне, Хранители действительно тянут энергию из этого мира? — поинтересовался я у пса.

— Ещё как, присосались пиявки и сосут причмокивая, — рыкнул Вольт.

— И насколько ценна эта самая энергия мира? — уточнил я, положив руку на затылок питомца. Мне не показалось — шерсть на затылке стояла дыбом от злости.

— Ты же физику знаешь? — вместо ответа спросил Вольт. Причём он задал тот же вопрос, который я задавал Александру после столкновения с фурой.

— Я и до этого её знал неплохо, а уж после возвращения воспоминаний учёного — тем более, — кивнул я, ожидая интересного рассказа. И Вольт меня не разочаровал.

— У планеты есть магнитное поле, так? — он дождался моего кивка и расплылся в довольной улыбке. — Вот помимо магнитного у каждого мира есть ещё и энергетическое, оно же электрическое, и есть магическое…

— У каждого мира? — перебил я его, за что получил неодобрительный взгляд. — Ты уверен?

— Ещё бы я не был уверен, если видел это своими глазами, — фыркнул Вольт. — Магическое поле отвечает за магию в мире, и она изначально существует наравне с магнитным полем. Ну никак без этого, понимаешь?

— И что, в каждом из миров рано или поздно появляется магия? — с сомнением поинтересовался я. В моём мире магии не было, как и в мире меня-учёного. — Прям вот в каждом?

— Именно так, — мой питомец закатил глаза и зевнул. — Если, конечно, до этого мира не добрались Хранители. Потому что именно эту магическую энергию они и жрут, троглодиты!

— Стой-стой, — я выставил руки и замотал головой. – В моём мире тоже была инквизиция. За несколько веков до моего рождения была целая секта этих фанатиков, которые тоже жгли на кострах кого попало.

— Вот тебе и ответ, — Вольт наморщил нос и вздохнул. – Когда магическое поле накапливает достаточно энергии, магия выплёскивается в мир, так и появляются одарённые. Потому в вашем мире и не было магии, потому что Хранители подсуетились и избавились от конкурентов.

— Да ладно? — я растёр лицо ладонями и медленно выдохнул. В моём мире могла быть магия? А эти долбаные Хранители забрали у меня возможность стать магом?

— Магическая энергия одной планеты стоит дороже ресурсов целой галактики, — тихо сказал Вольт. — Хранители высасывают её из всех миров, до которых могут дотянуться… этим и живут.

— Знаешь, я и до этого хотел морды им начистить, а теперь — тем более, — проговорил я, закипая от злости. — У меня могла быть магия!

— Она у тебя и есть, — недоумённо протянул мой питомец, а потом виновато улыбнулся и опустил голову. – И между прочим, магии у тебя побольше, чем у большинства. Вот раньше маги знаешь какими были? Они могли сдвинуть горы, сменить русло реки или осушить озеро, а сейчас… измельчали маги, ничего не могут.

— Кстати, раз уж ты сам тему поднял, — я выпрямился и посмотрел на Вольта. – Расскажи мне об уровнях. Вот я сегодня вроде бы взял новый уровень, а как его определить? И сколько их, этих уровней, вообще?

— Ну при магических академиях есть стационарные определители, — задумчиво сказал пёс. — Они замеряют резерв источника. Там не цифры и не рейтинги, а как бы это сказать… есть шкала возможного роста источника.

— То есть мне не стать магом двухсотого уровня? — с усмешкой спросил я, вспомнив какой-то мультфильм.

— Не-а, — Вольт мотнул головой. — Но ты можешь стать высшим магом, это когда стационарные измерители замирают на верхнем пределе шкалы.

— Понятно, — протянул я. — А вот аристократы, они знают уровень друг друга?

— Зачем им это? — удивился Вольт. — Дуэли здесь только на мечах устраиваются, а смертельные битвы с магией — это уже война. А император против траты ценных ресурсов в виде древней крови. Так что новый уровень не даёт никаких преимуществ.

— Что ж, спасибо, дружище, — сказал я и потянулся.

Автомобиль как раз остановился во внутреннем дворе санатория. Мне даже стало смешно от контраста дорогой машины и обветшалого фасада Голицынского дома отдыха. Поблагодарив водителя, я направился в свою комнату, чтобы наконец-то поспать нормально, не в тюремной камере и не в казарме, кишащей демонами.

Только я разделся и улёгся на кровать, как в дверь комнаты постучали. Недовольно поворчав, я открыл дверь, как был в трусах, и недоумённо уставился на Ксению Пожарскую. Чего она тут забыла в такое время?

— Да? — я вопросительно мотнул подбородком и зевнул. — Ты что-то хотела?

— У тебя всё хорошо? — поинтересовалась княжна, делая вид, будто не косится на мой обнажённый торс и трусы в горошек.

— А не должно быть? — я выгнул бровь и смерил взглядом наряд Ксении. Интересно, где она достала шёлковый пеньюар?

— Я слышала, как ты разговаривал с кем-то, а потом умчался, — потупила взгляд Пожарская. — А потом… ну… мне не спалось, так что я сидела у окна и случайно увидела, как ты приехал.

— Ага, — кивнул я. — И?

— Ну вот я и решила узнать, мало ли что, — княжна обхватила себя руками, при этом верхняя часть халатика натянулась на груди.

— Ксения, а с чего ты решила, что я стану делиться своими проблемами? — мягко спросил я, стараясь смотреть на лицо девушки, а не на её грудь.

— То есть ты ничего не скажешь, да? — разочарованно уточнила она, поникнув. — Просто я думала, что ты… что мы…

— Что мы неплохо покрошили демонов в Каньоне и совершили кое-что невозможное, — договорил я за неё. — Потом мы потанцевали один танец и поужинали в кругу боевых товарищей.

— Ну да… — прошептала она и отвернулась. — Доброй ночи… князь.

— Доброй ночи, Ксюша, — сказал я, закатив глаза.

Вернувшись в кровать, я зарылся в подушку и начал задрёмывать, как снова услышал стук в дверь. Да что ей неймётся-то! Вроде бы решили уже всё. Выругавшись вполголоса, я протопал к двери и рывком распахнул её.

— Ой, князь! — воскликнула моя помощница Алёна, всплеснув руками. Её взгляд косил в сторону моего торса, а сама она стыдливо запахивала точно такой же халатик, как у Пожарской.

— А ты кого-то другого ожидала увидеть в моём номере? — насмешливо спросил я, едва сдерживая смех. А вот Вольт не стеснялся ржать, как конь, зная, что кроме меня его никто не услышит.

— Нет-нет, я просто не думала, что вы откроете, — она залилась румянцем и снова попыталась запахнуть халат, который явно был ей мал. — Просто ночь уже…

— И чего же ты хотела, Алёна? — поинтересовался я с улыбкой.

— Извиниться хотела, — протянула моя помощница, а потом резко вскинула голову. — Я была неправа. Ну, когда мы ужинали перед вашим отъездом на Рубеж, наговорила лишнего и вообще…

— И твои извинения никак не могли подождать до утра? — сдерживать смех было всё труднее, но я держался из последних сил.

— На самом деле я хотела напомнить о квартире, которую вы для меня в столице держите, — сказала Алёна, поменяв позу и встав полубоком.

Халатик облепил округлую попку и подчеркнул талию. Нет, ну это уже ни в какие ворота! Сначала она рычит на мои комплименты, а потом среди ночи ломится в мою комнату и выставляет свои прелести напоказ.

— Какую квартиру, Алёна? — со вздохом спросил я.

— Ну ту, рядом с Лубянкой, на Неглинной, вы ещё хотели её продать, чтобы выкупить апартаменты для Дарьи Сташевской, — моя помощница нахмурила брови и закусила губу. — Мне пришлось тогда пригрозить увольнением…

— Точно! Я и забыл, — я хлопнул себя ладонью по лбу. — И что же с той квартирой?

— Вам не обязательно в санатории жить, я вывезу вещи и… — она зажмурилась, сжала кулаки и вдруг выпалила, — Это правда, что вы сделали предложение княжне Пожарской?

— Насчёт квартиры мысль интересная, надо обдумать, а вот насчёт Пожарской… думаю, что моя помощница была бы в курсе, — со смешком сказал я. — В конце концов, это ей пришлось бы побегать, устраивая званый ужин и прочие формальности для официальной помолвки.

— Но тогда… — она распахнула глаза и уставилась на меня с затаённой надеждой.

Ответить ей я не успел — из соседней двери высунулась Пожарская, смерила взглядом композицию «князь в трусах и его помощница в шёлковом халате не по размеру», а потом шагнула в коридор.

— Я что-то пропустила, или в современном обществе считается нормальным, что полуголые помощницы ломятся в спальню своего хозяина? — спросила она ледяным тоном. — Впрочем, о чём это я! Всегда были особы, добивающиеся особого расположения ввиду отсутствия нужных для работы навыков.

— Да как вы могли!.. — возмутилась Алёна, давясь воздухом. — Как можно думать такое?!

— А что ещё можно подумать, увидев подобную сцену? — Ксения высокомерно вздёрнула бровь и скрестила руки на груди.

— Мне нужно было сказать князю кое-что важное! — начала оправдываться Алёна, а я закатил глаза и начал закрывать дверь в комнату. Слушать женскую перепалку не было никакого желания.

— Юр-ра! — прорычала Пожарская, заметив моё стратегическое отступление.

— Ну что «Юра»? — со вздохом спросил я. — Ночь на дворе, я устал и хочу спать. Если вам хочется выяснять отношения, сделайте милость — отойдите подальше, чтобы я вас не слышал.

— Ты… — начала было Ксения, но быстро сдулась. — Прости, тебе и правда нужно отдохнуть. Я не подумала, что…

— Умные люди говорят, что думать иногда полезно, — с нажимом сказал я, оглядев обеих девушек тяжёлым взглядом. — Доброй ночи, девушки. Очень надеюсь на ваше благоразумие.

Я захлопнул дверь и выматерился от души, а потом залез под одеяло. Снова. Если хоть кто-то посмеет нарушить мой сон из-за надуманной ерунды, неуместной ревности или шутки ради, я, пожалуй, не сдержусь и пошлю такого гостя в далёкие дали.

— А если согласятся? — ехидно поинтересовался Вольт, подслушав место назначения. — Мне показалось, что именно туда они и напрашивались.

— Ну хоть ты не начинай, ладно? — попросил я, потерев глаза.

— Ну и зря, между прочим, очень симпатичные с-самочки, — протянул Вольт, а потом заскочил ко мне на кровать.

— Брысь отсюда, — я указал ему на кресло у стены и почти сразу же провалился в сон. Только для того, чтобы снова проснуться от стука в дверь.

Да вашу же мать! Я рывком отбросил одеяло в сторону, вскочил с кровати и чуть не наступил на Вольта, который спрыгнул на пол уже после меня. Вот же поганец, всё-таки остался на кровати со мной.

Ну сейчас я этим девицам красным устрою.

— Да разберитесь вы уже там сами! — рявкнул я, распахивая дверь. — Вам с первого раза не понятно, да?!

Я был готов рвать и метать, не стесняясь в выражениях, но все слова замерли где-то в горле с едва сдерживаемым рыком. Ведь на пороге моей комнаты стояла не одна из девушек, и даже не обе разом. Переминаясь с ноги на ногу, на меня смотрел глазами кота из мультика не кто иной, как Михаил Бабарыкин.

— Я не вовремя, да? — спросил он, сделав шаг назад при виде моей перекошенной от злости физиономии.

— Миша, сейчас два часа ночи, — прорычал я. — Если на нас не напали демоны или армия не открыла огонь по дому отдыха, не смела Звенигород боеголовками или… в общем, если ничего такого не случилось, то какого хрена ты забыл под моей дверью?!

— Тут такое дело, — промычал Бабарыкин, сделав ещё один шаг назад. — Юра, нам нужно серьёзно поговорить.

— Опаньки! — Вольт высунул морду в коридор и посмотрел на Михаила. — Ых-ха-ха! Кажется, ты попал, князь.

Глава 5

Я смотрел на Михаила и думал о нескольких вещах одновременно. Во-первых, мне не понравилось, что моя комната стала местом притяжения для моих знакомых. Во-вторых, я не мог понять, почему они вообще решили, что это нормально. То есть, прийти среди ночи, постучать в дверь князя и ожидать, что он всё бросит и выслушает их.

— Ну ведь ты так и сделал, — продолжая хихикать, съязвил Вольт.

— Слушаю тебя, Миша, — хмуро сказал я, скрестив руки на груди.

— Я послал запрос семейному нотариусу, написал, что не имею имущественных и иных претензий и прошу не считать меня одним из рода Бабарыкиных, — выпалил Михаил на одном дыхании. — Я хочу принести тебе присягу, стать вассалом рода Громовых.

— Чего? — опешил я. — В смысле ты из рода вышел что ли?

— Ну да, — довольно кивнул Миша, а потом улыбнулся шальной улыбкой. — Ты примешь присягу?

— Погоди, — я задумчиво почесал затылок.

Кажется, я слышал в одном из сериалов, что вассалами становился весь род, а не отдельный человек. Но то было в моём мире, а как здесь всё устроено я не знал.

— Так же тут всё устроено, — буркнул Вольт, недовольный тем, что шутка обернулась вполне серьёзным вопросом. — Либо станет твоим слугой, либо одним из рода Громовых… тут уж тебе решать.

— А что говорится в законе о вассалитете? — прищурившись, спросил я у Бабарыкина.

— Что один род может стать вассалом другого, служить верой и правдой на процветание рода в обмен на защиту и помощь, — без запинки ответил Михаил.

— Если ты выйдешь из рода, то можешь говорить только за себя, — озвучил я очевидное. — Так при чём тут вассалитет тогда?

— Ну-у, есть исключения, — отвёл взгляд Бабарыкин. Я закатил глаза и вздохнул.

— Давай по-честному, без вот этих всех игр подковерных, — предложил я. — На что ты рассчитывал, когда написал своему нотариусу.

— Что стану твоим ближником, — Миша гулко сглотнул, дёрнув кадыком, и задержал дыхание. — Может даже смогу войти в твою родовую гвардию.

— Да нет у меня никакой гвардии, у меня вообще ничего нет, — я покачал головой. — Насчёт ближника обещаю подумать.

«Когда получше изучу этот вопрос», — добавил я мысленно. Удовлетворившись таким ответом, Михаил поклонился со счастливой улыбкой и ушёл вдаль по коридору. Я на всякий случай огляделся, вдруг ещё кто-нибудь жаждет пообщаться в ночи с князем Громовым.

Вроде бы никто из-за угла не спешил выскакивать, двери спален Алёны и Ксении были заперты. Фух, вроде бы закончились визитёры на сегодня. Неужели я наконец смогу поспать? Даже не верится.

Как ни странно, но меня действительно никто не беспокоил до самого утра. Я выспался и был готов с новыми силами разбираться с ворохом проблем. Но начать я решил с завтрака, с полным желудком жить сразу становится веселее.

В столовой меня встретили пустые столы и обслуживающий персонал дома отдыха. Завидев меня, они засуетились, а через несколько минут мне принесли сразу два подноса с едой. Видимо, чтобы я смог выбрать что-то себе по вкусу.

Мудрить я не стал, наелся от души, подкормив немного Вольта, а потом направился во двор. Вообще странно, что никто из моих людей до сих пор не встретился мне ни в коридорах санатория, ни около моей комнаты. Уж Захар-то должен быть где-то рядом или хотя бы Алёна.

— Юра! — окликнула меня Пожарская, как только я вышел на улицу. Княжна стояла на открытой веранде, облокотившись на перила и глядя на дверь, будто ждала меня. — Какие планы на сегодня? Мне бы гардероб пополнить, а то все вещи остались у тебя в поместье.

— В таком случае не смею задерживать, — с улыбкой сказал я, подойдя к Ксении и оглядев очередной шедевр санаторной одежды для гостей. — Можешь вызвать машину и съездить за покупками, а я пока быстренько в Каньон сбегаю, посмотрю, что там творится.

— Что?! — ахнула Ксения, выпучив глаза. — Ты собрался в Каньон?

— Ну да, — кивнул я. — Он открылся на моей земле, и я должен проверить, как там сейчас обстоят дела.

— А как же блокпост? — недовольно спросила она, раздув ноздри.

— У меня есть суперскорость, — шепнул я, склонившись к Пожарской и подмигнув. После долгожданного сна и нормальной еды настроение было просто замечательным.

— Ты не можешь пойти в Каньон один! — заявила Пожарская, топнув ногой. — А вдруг что-то случится?

— Так я и не один пойду, — я указал на Вольта. — Со мной будет Вольт. Вместе мы уж как-нибудь справимся.

— Но… а я? — в глазах Ксении плескалась обида.

— А ты будешь гулять по модным магазинам и тратить деньги на красивые вещи, — мягко сказал я.

Мне было немного не по себе, что ночью я так грубо отшил княжну. Хотя она сама виновата — не надо было сначала ломиться ко мне в комнату, а потом устраивать разборки с моей помощницей. Кстати, о последней — её макушка выглядывала из-за дерева в двух шагах от веранды.

— Ты так говоришь, будто я какая-то капризная девица, помешанная на шопинге, — пробурчала Пожарская, а потом заметила мой взгляд. — Это не твоя помощница там за деревом прячется?

— Она самая, — кивнул я и повысил голос. — Алёна!

— Ой, князь! — «испуганно» воскликнула моя помощница, выходя из-за дерева и нервно приглаживая волосы. — А я вас не заметила, стояла тут свежим воздухом дышала.

При этом её взгляд скользнул на платье Пожарской. Алёна явно психовала, но я не мог понять, дело в том, что у обеих девушек одинаковые наряды, или она боится, что я прямо сейчас на этом самом дворе буду делать предложение княжне.

— Я подумал насчёт квартиры в Москве, — сказал я, привлекая внимание Алёны, которая уже не скрывала гневных взглядов, которыми она одаривала Пожарскую. Княжна отвечала ей взаимностью. — Съезди сегодня, разберись там с вещами и прочим, этой ночью я буду ночевать там.

— А я? — хором спросили девушки, вызвав у меня смешок.

— Папа настаивал, чтобы я была рядом с тобой, — напомнила мне Ксения, недовольно глянув на Алёну. — Ты не можешь оставить меня здесь.

— Как ваша помощница я должна быть рядом, — сказала Алёна, потупив взгляд. — Мало ли что случится, а вас нет…

— Вот что, девушки, я сниму вам номера в отеле в столице, если вы так не хотите оставаться в санатории, — я покачал головой. — В общем, рекомендую вам обеим посетить город и отдохнуть. Вечером встретимся у Метрополя часиков в восемь. Договорились?

Дождавшись недовольных кивков, я насвистывая направился к выезду с территории дома отдыха. Не пугать же людей своей суперскоростью. Ладно мои, но местные точно будут в шоке.

Как только я отошёл подальше, сразу же ускорился и помчался к поместью. Я старательно выбирал дорогу, чтобы не попасть под действие следящих артефактов военных, перекрывших обе подъездные дороги к Звенигороду. Уже рядом с КПП я замедлился, чтобы оценить изменения, произошедшие здесь за ночь.

Вместо металлических ежей на дороге красовались бетонные ограждения, а военных стало больше на порядок. Несколько грузовиков ссыпали из кузовов песок и щебень, а кран городил барьеры друг на друга, сооружая что-то наподобие стены на военной базе Барабаша.

М-да, не хило они так деятельность тут развели, с размахом. Ну ничего, они просто не знают, что этот Каньон не будет стоять здесь сотню лет. Даже если я сейчас не знаю, как его закрыть, то обязательно придумаю что-нибудь в ближайшее время.

С этими мыслями я снова ускорился и оказался рядом с поместьем через несколько секунд. Дом стоял на месте, но повсюду были видны следы разрушения. Стёкла выбиты, как и двери, в нескольких местах повреждены стены, а внутрь я даже заглядывать не стал.

Не то чтобы я сильно привязался к поместью, но оно было моим. Пусть обветшалым, без ремонта и с драными коврами, но, блин, это мой дом. Другого у меня нет.

— Да не расстраивайся ты, это всего лишь поместье, — попытался успокоить меня Вольт. — Отстроишь заново, всего делов-то.

— Да ну тебя, — махнул я рукой и бросил ещё один взгляд на разрушения. Вообще-то Вольт прав, всё могло быть намного хуже.

Демонов нам пока не встретилось, но я знал, что они где-то рядом. Чувствовал их взгляды на спине, но каждый раз, когда оборачивался, натыкался на пустоту. В отличие от Каньона в Барабаше, этот почему-то выпускал демонов наружу.

Там им приходилось рыть дополнительные тоннели, которые вскоре закрывались пеленой разлома. А здесь… здесь они с самого начала хлынули на мои земли. Неужели Хранители как-то изменили настройки и поменяли полярность разлома? Такое вообще возможно?

— Возможно всё, князь, — вздохнул Вольт. — Главное, знать, что делаешь, и иметь для этого достаточно энергии. А у Хранителей всего в достатке — и знаний, и сил.

Я покачал головой и уже развернулся в сторону Каньона, как вдруг остатки входной двери слетели с петель, и из поместья на всех парах выскочил монстр. Эта образина была не похожа на виденных мной демонов, она напоминала плод работы безумного учёного, который собрал эту тварь из частей тел разных монстров.

Длинная пасть, усыпанная клыками, походила на крокодилью, как и чешуйчатый хвост. А вот само тело демона было покрыто густой шерстью красноватого оттенка. Тварь зарычала и бросилась на меня.

Я же не стал разбираться, из кого это чудище собрано, а просто шарахнул молнией от души. Вообще у меня уже появился рефлекс — в любой непонятной ситуации сначала бить молнией, и только потом разбираться.

Демон отступил на шаг, утробно взревел и сделал ещё одну попытку приблизиться. Значит, и эта тварь защищена от магии? Хреново.

Не хотелось тратить весь резерв на первого же демона, но и оставить его громить мой дом я не мог. Пришлось всё же выдать молнию помощнее, с громом и световыми эффектами. Вольт при этом заскочил на демона сверху и принялся раздирать ему спину в районе лопаток.

— Так тебе, тварь! — рычал Вольт. — Это тебе от Архипа за ложечки! И за настойку Захара!

Вместе мы прикончили тварь, а потом всё же осмотрели дом. Внутри он пострадал не так сильно, но большинство мебели было переломано. Обеденный стол был похож на старую когтеточку, от которой отваливаются шматы покрытия, а в кабинете целым остался только новый кожаный диван, как ни странно.

Мне было грустно видеть поместье в таком состоянии, но сделать с этим сейчас я ничего не мог. Зато мог пойти к Каньону и зажарить по пути столько демонов, сколько смогу. Наверняка они уже почуяли меня и не будут отсиживаться по кустам.

Когда мы с Вольтом двинулись к Каньону, я понял, что был прав. Демоны стекались к нам со всех сторон. Оголодали небось без привычной подкормки в виде человечинки. Ну или друг друга жрали, кто их знает.

Первая же волна демонов набросилась на нас в сорока метрах от поместья. Это были обычные, или скорее, привычные мне монстры. Несколько серий цепных молний, когти Вольта — и путь был свободен.

Но чем ближе мы подходили к Каньону, тем больше демонов вставало на нашем пути. Они объединялись в стаи из разных видов и пытались не пропустить нас дальше. Столько молний подряд я ещё ни разу не выпускал, так что к расщелине я подходил, будучи вымотанным.

Хотелось отдохнуть хотя бы полчасика и восстановить резерв, но мне такой роскоши конечно же не позволят. Я поморщился от боли — меня-таки успели зацепить когтями в нескольких местах. Длинная царапина на предплечье до сих пор кровоточила, на спине и на груди раны были не такими глубокими, но болели просто адски.

Вокруг расщелины кишмя кишели демоны. Ползающие и похожие на змей, прыгающие, словно зайцы, бегающие и даже летающие, но этих хотя бы было не так много. Мы с Вольтом переглянулись и вступили в очередной бой.

Мои молнии падали на монстров каскадом, распадаясь на одиночные и цепные. Запах палёной шкуры забивался в ноздри, вызывая тошноту, но к этому я уже успел привыкнуть. Главное, чтобы резерва хватило — Вольт уже несколько раз помогал мне пополнить его, но я опасался перегрузки.

Можно было, конечно, сигануть в Каньон, оставив демонов позади. Но я понимал, что чем больше прорежу их ряды, тем меньше этих тварей будет бродить по моим землям. В деревне разрушений было гораздо больше, чем в поместье, и я понимал, что мне придётся помогать своим людям — они же не виноваты, что им такой хозяин достался.

Занятый этими мыслями, я чуть не пропустил очередную атаку сзади. Вольт успел в последний момент оттолкнуть от меня похожего на змею монстра. Я поджарил его молнией и принялся за остальных. Надо бы ускориться что ли, а то время уже к обеду, а я девушкам пообещал, что встречусь с ними в восемь вечера.

— Давай жахнем вместе! — крикнул я Вольту.

— Ну давай, — устало ответил он и подбежал ко мне, встав рядом с ногой.

Я помнил тот фейерверк, который мой питомец устроил на месте статуи во время осады поместья жителями деревни, так что не сомневался, что Вольт умеет управлять молниями не хуже меня. Положив руку на загривок пса, я прикрыл глаза на мгновение, сконцентрировался и почувствовал жар в груди. Мои силы резко возросли, чем я сразу же воспользовался.

Одномоментная вспышка десятков, а то и сотен молний, разрезала воздух и пронзила демонов. Будь я каким-нибудь старовером-язычником, непременно решил бы, что это кара небесная. Кто там у нас был повелителем молний, Перун?

А ведь очень похоже. Перун был богом грозы и сражался с демонами. То же самое сейчас делаю я. Интересно получается.

— Чего размечтался? — пробурчал Вольт. — Пошли уже в Каньон, здесь чисто.

— Вижу, — кивнул я и шагнул к расщелине. Не свалиться бы в неё вниз головой.

Мне ещё не доводилось спускаться неизвестно на какую глубину на суперскорости, но я смотрел достаточно фильмов, в которых подобные трюки проходили на ура. Так что я ускорился и начал спуск, пробежав по стенке расщелины. Неплохо-неплохо. Мне всё больше нравились мои возможности.

Я шагнул к пелене разлома и нахмурился. Эта плёнка была темнее и плотнее. Она выглядела как выход из Каньона в Барабаше, а не как вход.

Эта зараза не пропустила меня! Я как идиот ломился в разлом, но ничего не происходило. Меня просто отпружинивало обратно!

Психанув, я снова попробовал пройти, и наконец с пятой или шестой попытки у меня получилось. Я прошёл через пелену и замер, глядя на то, что представлял из себя этот Каньон. И он совсем не походил на тот, что был в Барабаше.

Здесь не было наростов и пузырей, из которых течёт непонятная слизь, не было каменных колонн и прочих типичных для пещер структур. Мне даже показалось, что это место похоже на полигон. А уж когда я увидел ряды с ползунами и другими монстрами, мне стало ясно — это реально плацдарм для подготовки демонов к вылазкам наружу.

Решив уничтожить хотя бы один ряд ползунов, я пальнул в них цепной молнией. Вместо того чтобы атаковать меня, ползуны просто взяли и растаяли в воздухе, превратившись в белёсый дым. Какого хрена здесь происходит?

— Ты понимаешь, что тут вообще творится? — спросил я у Вольта, который внимательно обнюхивал горстки пепла, оставшиеся после ползунов.

— Нет, но я бы попробовал ещё парочку монстров прибить, — предложил он. — Другого вида.

— Угу, сейчас всё проверим, — я направился дальше по пещере, швыряя молнии.

Каждый долбаный монстр истаивал после урона, а несколько летучих демонов спустились ниже и просто покружились в воздухе. Они даже не стали нападать!

Мы с Вольтом решили исследовать Каньон на суперскорости, но быстро передумали — так мы ничего не увидим толком. Хотя наш первый забег показал нам ещё кое-что необычное. Здесь не было выходов на поверхность, как и не было дополнительных тоннелей.

Этот Каньон был не связан с другими. Единственное, что мы смогли обнаружить, это плантации тварей, которых здесь выращивали. Не было ни лечебной травы, ни горных пород, которые не пробиваются молниями.

А ещё мы оба заметили, что наши силы почему-то стали таять, будто кто-то их вытягивал. И чем дольше мы оставались в Каньоне, тем сильнее был отток энергии. По шкуре Вольта уже не пробегали молнии, да и я сам становился всё слабее.

— Это проделки Хранителей, — проворчал мой питомец через час нашего пребывания в Каньоне. — Узнаю их почерк. Да и ощущения похожи…

— Тогда надо выбираться обратно, — сказал я, разворачиваясь в ту сторону, откуда мы пришли. — Не понял. Посмотри, местность позади нас как будто бы изменилась.

— Точно Хранители, — мрачно рыкнул Вольт. — Надо искать выход, причём срочно, пока мы совсем без энергии не остались.

Увеличив скорость, мы принялись обшаривать Каньон, но энергия иссякала с каждой секундой. Вскоре мы уже не могли ускоряться, а плелись с обычной человеческой скоростью. И мы так и не нашли выход.

Нам пришлось остановиться, когда на нашем пути предстала странная субстанция. Широкая лужа с зеркальной поверхностью разлилась на пару метров, преграждая дорогу. Я шагнул ближе и всмотрелся в отражающую поверхность этой лужи.

Оттуда на меня глянуло моё лицо, но черты начали искажаться, размываться. Ощущение было такое, словно я смотрю на своего злобного двойника, который жаждет со мной расправиться. Моргнув, я хотел было шагнуть назад, чтобы сбросить наваждение, и вдруг понял, что не могу сдвинуться с места.

Меня начало затягивать в эту лужу, которая вдруг стала подниматься. Через несколько мгновений она уже стояла передо мной в виде зеркала. Из последних сил я врубил ускорение. Лучше уж схлопотать перегруз, чем провалиться в этот проход, который ещё неизвестно куда ведёт.

Но что-то пошло не так. Я ощутил себя молнией, попавшей в громоотвод. Всю мою энергию будто кто-то резко вытянул из меня и расщепил. Не понял. Эта лужа меня заземлила?

Не успел я даже обдумать эту мысль, как зеркало передо мной дрогнуло и устремилось вперёд.

Глава 6

Второй этаж ресторана «Легенда»

В закрытой кабинке ресторана, освещённой лишь тусклым светом настенного светильника, за столиком сидел молодой мужчина в красном плаще инквизиции. Вскоре в кабинку вальяжной походкой вошёл аристократ. Он приподнял фетровую шляпу и кивнул.

— Добрый день, господин инквизитор, — проговорил гость, присаживаясь за столик. Его голос был тихим и хриплым, похожим на шёпот. — Вы ведь не возражаете против барьера тишины?

Инквизитор, не отрывая взгляда от своего собеседника, кивнул в ответ. Аристократ небрежно достал из кармана пальто маленький круглый шар и активировал его. На кабинку опустилась непрозрачная пелена.

— Мне рекомендовали вас как надёжного человека, — продолжил гость, усмехнувшись. — Дело в том, что мне нужно зажечь факел… в нужное время и с определённым участником.

— Кто дал вам мой номер? — подал наконец голос инквизитор.

— Ваш учитель фехтования, — аристократ усмехнулся. — Он назвал вас очень исполнительным и верным Ордену инквизитором. Вы ведь не откажете мне в этой маленькой просьбе, Данила?

— Посмотрим, — уклончиво ответил тот. — Кто?

Гость положил на стол маленький клочок бумаги и подвинул его к инквизитору. На обратной стороне визитки было написано всего два слова. Имя и фамилия человека, которого нужно обвинить в одержимости и отправить на костёр.

Данила едва мазнул взглядом по карточке и скривил губы.

— Это будет очень дорого и долго, — сказал он, глядя в глаза аристократа. — Не думаю, что вы можете предложить мне то, что покроет все издержки.

— У меня есть ресурсы, власть, — с улыбкой проговорил гость. — Я могу предоставить вам всё, что нужно для достижения цели. Вашей цели.

— Не понимаю, о чём вы, — нахмурился Данила.

— Вы — амбициозный, честолюбивый и целеустремлённый молодой человек, — на губах аристократа блуждала всё та же лукавая улыбка. — И я точно знаю, что вы хотите власти — я и сам такой. Так уж получилось, что именно с этим я могу помочь.

— Допустим, всё так, — задумчиво сказал Данила, покосившись на барьер молчания. — Зачем вам это?

— У меня есть свои причины, — аристократ качнул головой. — Скажем так, у наших родов давнее противостояние. Но данный молодой человек оскорбил одну мою знакомую, на которую у меня были свои планы, и спутал мне все карты.

— Я подумаю над вашим предложением, — Данила неопределённо повёл плечами и сделал глубокий вдох. — Вы ведь не ожидали от меня немедленного ответа?

— Думайте, господин инквизитор, — аристократ поднялся со стула и подхватил свою шляпу. — Но не слишком долго. Я буду ждать вашего ответа до завтрашнего дня. В полдень моё предложение перестанет быть актуальным.

***

Я предполагал, что битва с самим собой, точнее с моим отражением в странной зеркальной луже, будет непростой. Но я даже не думал о том, как она будет происходить. Просто в один момент я столкнулся с холодной стеной, которая начала меня засасывать.

В моей голове застучали маленькие противные молоточки, которые, казалось, пытались пробить череп. А потом я услышал противный голос, он был похож на мой, но сильно искажён.

— Сдавайся, сдавайся, сдавайся, — повторял он в такт молоткам.

— Да щас, разбежался! — прохрипел я, выталкивая из своей головы эту тварь.

Теперь я понимал, через что пришлось пройти Ксении. Изгнать из себя чужую сущность было сложнее всего, что я когда-либо делал. Наверное, именно так и происходит подселение демонической души в человеческую оболочку.

Становиться одержимым я не собирался, так что боролся до конца, понимая, что стоит на кону. Вольта я не слышал, по крайней мере, в моей голове его не было. Там был только голос моего двойника.

Мне казалось, что все мои вены вспучились от напряжения. Боль же стала такой сильной, будто меня растянули на дыбе или применили ко мне какие-то другие изощрённые пытки. Боль была повсюду: в голове и груди, в руках и ногах, казалось, вся кожа горит огнём.

Никакого «поводка», как было с Пожарской, я не нащупал, лишь чувствовал сопротивление внутри. В какой-то момент я потерял счёт времени, зато у меня наконец стало получаться. Демон внутри утробно взвыл и попытался вернуть контроль.

Только вот хрен ему! И всем долбаным Хранителям и их прихвостням!

Последний рывок, и вот моё тело принадлежит только мне. Внутри стало пусто и тихо. А потом наступила темнота.

Очнулся я от того, что Вольт облизывал моё лицо и скрёб лапой мою грудь. Ощущал я себя даже хуже, чем после пробуждения в крематории. Будто меня снова убили и воскресили, причём не один раз.

— Фу, какой ты слюнявый, — сдавленно просипел я, с трудом разомкнув веки и встретившись взглядом с псом. — И тяжёлый.

— Лучший способ привести человека в чувство, это намочить его, — наставительно заявил Вольт и плюхнулся на задницу. — Как видишь, помогло.

— Кажется, меня вырубило, — пробормотал я, пытаясь сесть рядом с псом. Получилось не сразу. — Что было?

— Да ничего, меня отрезало от тебя, — недовольно буркнул мой питомец. — Просто появилась преграда, которая не дала мне тебе помочь… пришлось немного потрепать тебя, чтобы ты в сознание пришёл.

— Я чуть не стал одержимым, — я качнул головой и встал. Ноги не слушались, меня шатало, но я всё же стоял. — Пришлось вышвыривать незваного гостя из своей тушки.

— Растёшь, князь, — тихо сказал Вольт. — Не по дням, а по часам.

— Угу, прям как богатырь из сказки, — усмехнулся я, сделал несколько шагов и поморщился от боли. — Выход бы теперь найти.

— А ты оглядись, — Вольт устало переступил лапами и вздохнул.

Я посмотрел по сторонам и понял, что местность вокруг нас вернулась в изначальное состояние. Я даже узнал тропинку, по которой мы дошли до плантации с ползунами. Только вот по моим ощущениям она должна была оказаться намного дальше.

— Иллюзии, — рыкнул пёс. — Хранители любят ими баловаться, чтобы запутать. Вот мы и ходили кругами, пока не вернулись к разлому. Просто не смогли увидеть его без магии.

А вот это совсем хреново. Если у Хранителей есть такие способности, то они могут кому угодно голову заморочить. И им это совсем ничего не будет стоить.

Пелена разлома пропустила нас без проблем, она буквально выплюнула нас из Каньона. Похоже, и впрямь на выход она работает куда лучше, чем на вход. Вот рубежники-то удивятся, когда заявятся за ресурсами, которых тут нет.

Задрав голову, я посмотрел наверх. В отличие от Каньона в Барабаше, над нами не было скал — только безоблачное голубое небо. А ещё здесь не было ни тросов, ни лебёдки, ни страховки.

Шагнув к каменной стене расщелины, я призвал магию, чтобы продолбить углубления для рук и ног. Но вместо привычной молнии на кончиках пальцев вспыхнули искры, которые тут же затухли. Очень похоже на щелчок пустой зажигалки — сколько ни крути колёсико, огня не получишь.

Я попробовал выступы на крепость и вздохнул. Вроде бы подняться можно, стена не отвесная и на ней хватает щербинок, чтобы зацепиться. Но как же это непросто. Мало того что я смертельно устал, так ещё и остался без магии.

Раны болели не переставая, от потери крови меня шатало. Как бы не свалиться-таки, преодолев приличное расстояние. Делать нечего, придётся лезть.

Карабкались мы с Вольтом не меньше двух часов. Высота в сто-двести метров казалась бесконечной. С меня градом лился пот, раны продолжали кровоточить, в голове шумело.

Вольт карабкался вместе со мной, и в этот раз он держался на скале не так уверенно, как в прошлый. Там у него и магии было в достатке, и сил хватало. Сейчас же он походил на обычную собаку, которую заставили изображать скалолаза.

Кое-как мы сумели подняться на поверхность. И оба замерли на краю обрыва, увидев демонов в пятидесяти метрах от нас. Сражаться мы сейчас не могли, а эти твари точно не растворятся и не превратятся в дым.

— Прорываемся бегом? — предложил Вольт, высунув от усталости язык.

— Это вряд ли, — я едва стоял на ногах, а при мысли о беге у меня внутренности скручивало. — Разве что ползком получится.

— Ползком за монстрами, — хмыкнул пёс. — Ну или от них.

Я огляделся в поисках хоть чего-нибудь, напоминающего оружие, но кроме камней и корней выкорчеванных деревьев ничего не увидел. Подхватив с земли толстую палку, я несколько раз взмахнул ей, примеряясь к весу, и поковылял в сторону поместья. Хотя Громовка ближе к Каньону, и там можно будет раздобыть вилы или лопату. Всё лучше, чем палка.

Скорректировав направление, мы поплелись к деревне, следя за демонами, которые пока нас не заметили. Уже на подходе к Громовке мы услышали слаженный рык. Похоже, придётся всё же сражаться палкой.

К счастью для нас с Вольтом, монстров было всего ничего: две змеи, один в виде шерстяного краба и три мелких скорпиона. Мелочь мой питомец взял на себя, а я умудрился воткнуть палку в глаз краба. Да так и не смог её вытащить.

Тварь верещала и крутилась, размахивала клешнями и пыталась переломить меня пополам. Пришлось уворачиваться от ударов и избегать укусов змей, которые то обвивали меня, сжимая в кольцо грудь, то разжимали тиски, будто игрались со мной.

Пока мы отбивались от монстров, пятились к деревне. Я не терял надежды найти хоть какое-то оружие или его подобие. Когда моя нога запнулась о провод, я чуть не свалился перед крабом, как не так давно Пожарская.

И только когда я поднялся, до меня дошло! Провод — электричество — энергия.

Не раздумывая, подхватил провод голыми руками и хлестнул им по морде змею, которая снова нацелилась на мою шею. Сноп искр, вырвавшийся при ударе, показался мне спасением. Вторая змея сгорела заживо, когда и ей прилетело оголённым проводом.

С крабом было сложнее — он продолжал вертеться, палка в его глазнице норовила покалечить меня не хуже клешней. Пришлось снова импровизировать. Вместо того, чтобы прижечь панцирь монстра, я приставил обрывок провода к своей руке.

Меня скрутила боль, но вместе с ней пришла и энергия. Она потекла по венам, обжигая внутренности. Вольт, увидев, чем я занят, подбежал ко мне и зубами ухватился за провод в другом месте. К сожалению, восстановиться полностью у нас не вышло.

Даже жаль, что такой метод работает только для короткой подпитки, а то можно было бы сунуть пальцы в розетку и пополнить резерв доверху. Вольт хихикнул, подслушав мои мысли, мол, опять я невовремя размечтался.

В итоге моих сил хватило, чтобы сформировать приличную молнию и поджарить последнюю тварь. Краб завалился набок и дёрнул напоследок своими клешнями. Вот же образина. У Хранителей очень богатая фантазия, если это они придумали делать монстров такими.

Расправившись с крабом, мы потопали к поместью. Уже на выходе из деревни я увидел те самые вилы, о которых мечтал. Они стояли у сарая во дворе, рядом с которым я вчера спас маленькую девочку. Видимо поэтому эти вилы мне и врезались в память. Знал же, что найду их.

Вспомнив про обещание встретиться с Алёной и Ксенией, я достал телефон, чтобы посмотреть на время и отзвониться и предупредить об опоздании. Мой новенький мобильник показал мне тёмный экран, в отражении которого я увидел лишь своё уставшее лицо со свежими ранами от когтей монстров. Похоже батарейка села.

Подхватив вилы, я поковылял дальше, оглядываясь и проверяя окрестности на наличие демонов. Хорошо хоть идти недалеко. В итоге до дома мы дошли без приключений, а вот внутри пришлось зажарить ещё одного монстра, который вовсю резвился в моей спальне.

— Вольт, мне нужно отдохнуть, — сказал я после непродолжительного боя. — Иначе здесь и останусь.

— Ну так отдыхай, — бросил пёс, развалившись на обломках кровати. — Я покараулю, но ничего не обещаю. Мне как бы тоже отдых не помешает, не ты один выложился по полной.

Я кивнул и сел на ковёр, снова изобразив из себя йога-новичка. Даже забавно — в прошлый раз я медитировал в изоляторе военной базы, израненный после падения в расщелину и боя с демонами. Сейчас почти то же самое, только условия чуть получше.

Ну или похуже, смотря с какой стороны смотреть. Здесь не камера, конечно, зато в любой момент могут напасть демоны. Или это какое-то обязательное условие для медитации?

Я ведь не просто так захотел посидеть в позе скрюченного монаха. Мне это было необходимо. Я чувствовал, что без медитации и погружения в себя может случиться что-то плохое.

Стоило мне замереть в одной позе, не отвлекаясь на боль во всём теле, как передо мной снова появилось отражение моего злого двойника. Теперь он стал лишь воспоминанием, но учёный внутри меня встрепенулся и начал раскладывать произошедшее по полочкам.

Самое главное, что я пропустил, пока сражался с демонами и бегал по Каньону, — это энергия, которую из нас с Вольтом вытянуло. Хранители не дураки, они бы не стали тратить свои силы на открытие и поддержание Каньона. А значит что?

Значит, они использовали энергию этого мира. Просто взяли и откусили большой кусок от сладкого пирога, чтобы никому не досталось. И та зеркальная лужа была одним из рычагов для выкачивания энергии. Потому мы с Вольтом и остались без сил: весь Каньон — это ловушка для одарённых.

Хранители открыли его на моей земле, зная, что я попытаюсь его закрыть или хотя бы просто загляну проверить, что там. И они угадали, просчитали меня. А потом пульнули в меня свою лужу, которая должна была запихнуть в меня демона.

Если бы им удалось это сделать, князя Громова спалили бы на костре в тот же день. Скорее всего, одержимый сам пришёл бы к инквизиторам, чтобы попасться.

И вот тут у меня внутри недовольно заворчал расчётливый прагматик. Согласись я на предложение Крылова, и у меня было бы прикрытие. Уж такой союзник как наместник точно сумел бы помочь мне выпутаться из этой щекотливой ситуации.

Про изгнание демонов я ему рассказал, про участие Пожарской тоже, вдвоём они бы точно смогли бы освободить моё тело от подселённой сущности.

И это только малая часть того, в чём Назар Крылов мог бы мне помочь. Тот же статус тайного эмиссара инквизиции сильно упростил бы мне жизнь. Им можно прикрыться от любых нападок и послать того же Данилу в дальнее пешее. И этому гадёнышу даже нечего будет мне противопоставить.

А уж если мы с Крыловым начнём реорганизацию Ордена Инквизиции, то полномочий у меня будет ещё больше. Пусть я отказался от денег, это всего лишь бумажки, но от должности отказываться, наверное, не буду. Как и от плащика, который сиротливо лежит на подоконнике моей комнаты в санатории. Что ещё?

Мы с учёным в моей голове принялись рассматривать под лупой всех возможных союзников и врагов. И мы оба пришли к мнению, что Михаила, Александра и Ксению можно считать друзьями. Они заслужили моё доверие целиком и полностью.

Также я мог положиться на Дмитрия Пожарского, его брата, рубежников, с которыми я ходил в Каньон Барабаша и отряд Громобоев. Алёна, Архип и Захар по умолчанию на моей стороне. Какие-никакие, а всё же они самые близкие мне люди в этом мире.

Пожалуй, с доверенными лицами всё было ясно. Осталось разобраться с недругами. С Хранителями понятно — тут или я их, или они меня. Эти гады открыли Каньон на моей земле, да ещё и подготовили для меня ловушку. Так что рано или поздно мы схлестнёмся с ними в бою.

Из людей же самым опасным противником можно считать Влада Меркулова. Он явно что-то знает об элементалях, раз так отчаянно пытался выкупить у меня Вольта. Мне уже начало казаться, что все подставы, включая наёмников, Данилу и ту фуру — дело его рук.

Учёный во мне отмёл половину этих предположений просто потому, что доказательств у меня не было, только внутреннее ощущение, что Меркулов мой враг номер один. Сташинскую я не считал — слишком мелка сошка, неспособная ничего добиться своими силами, а найти влиятельного покровителя она не сможет, с её-то истерическими замашками.

Данила Прошин может работать на кого угодно, а может быть просто маньяком-пироманом, которому не понравился лично я. Больше я дорогу вроде бы никому не переходил, так что каких-то подстав ожидать не стоило. Да, на меня подали претензию императору, но вряд ли монарх станет спрашивать с меня долги за то, что на моей земле открылся Каньон.

Сквозь вязкую тишину медитации прорвался рык Вольта, а затем и звуки боя. Похоже, мой питомец сражается прямо сейчас, значит пора заканчивать мозговой штурм на пару со мной-учёным. Отдохнул немного, и хватит. Пора в бой. Снова.

***

Тем временем в Каньоне

Странная лужа с зеркальной поверхностью растеклась по стене, приобретая ровные очертания. Она стала похожа на прямоугольное зеркало или же на дверь, чем она и являлась. Из неё шагнула женщина в красной мантии, наморщила нос и чихнула.

— Я уже и забыла, как здесь пахнет, — сказала Лейра, озираясь по сторонам. — Давненько же я не бывала на полигоне.

Хранитель хмыкнула и прошлась мимо грядок со своими любимцами. Ползунов она разработала лично, чтобы каждый смертный смог увидеть подобие себя в этих отвратительных тварях. Лейра каждый раз заливалась смехом, когда представляла ужас на лицах людей.

Они такие пугливые, эти смертные. Им понадобилось почти пятнадцать лет, чтобы разобраться с тем, как убивать созданных Хранителями игрушек.

Женщина перекинула мантию на одно плечо, наклонилась к грядке с ползунами и погладила яйцевидную голову. Какие же они хорошенькие! Такие лысенькие и уродливые, но до безумия милые.

На губах Лейры блуждала счастливая улыбка. Красная мантия развевалась от потоков невидимого ветра. Хранитель раскинула руки, прикрыла глаза и сделала глубокий вдох.

— Время пришло, мои хорошие, время пришло, — прошептала она, продолжая улыбаться.

Ползуны, летуны и прочие монстры начали выковыривать себя из земли и стекаться к своей госпоже. Чем ближе они подходили, тем сильнее становились. Они обретали тела и уродливые черты, обрастали чешуёй и шипами. Вскоре весь Каньон кишел самыми настоящими монстрами, которые не растают и не превратятся в прах от любого удара.

— Посмотрим, на что способны эти людишки.

Глава 7

После того как я расправился с очередным монстром, забравшимся в моё поместье, мы с Вольтом решили обойти дом и забрать что-нибудь из вещей. Пёс настаивал на том, что надо захватить серебряные ложечки, чтобы порадовать Архипа. Немного подумав, я согласился, но решил и остальных немного подбодрить.

Так что в мой рюкзак, купленный для поездки на Рубеж, отправился ноутбук Алёны, шкатулка с драгоценностями Ксении, пара моих комплектов приличной одежды. Потом я вспомнил про Захара и спустился в подвал. Мой слуга так переживал из-за настойки, что даже отказывался покидать дом. Вот он обрадуется, когда я ему эту самую настойку принесу!

Пока Вольт бродил по первому этажу, я принялся обшаривать винный погреб, включив фонарик, который лежал рядом с выключателем. Бутылок здесь оказалось немало, и я понятия не имел, какие из них те самые, которые Захар заботливо протирал от пыли.

В дальнем углу я наткнулся на винную полку ручной работы, на которой лежали уже знакомые мне бутылки. Точно такую же принесла в прошлый раз Алёна перед тем, как закатить истерику. Вот и славно — не пришлось долго бродить по тёмному помещению.

Света фонарика явно не хватало, но что поделать — электричества в доме не было.

Долбаные демоны повредили линию электропередач, и это помимо основных разрушений. И это лишь добавило причин наказать Хранителей. Ещё один пунктик в копилку того, что эти гады сделали.

Когда я уже шёл к выходу, луч фонарика вдруг выхватил из темноты странный символ в виде перечёркнутой молнии. Я видел его однажды — на табличке со статуей электропса. Странно, что кому-то пришло в голову нанести его на стену прямо под гербом рода Громовых.

Шагнув ближе, я принялся рассматривать стену. Может ли тут оказаться тайник? Вполне. Если предки Громовых и хотели бы спрятать что-то от всех, то места лучше не придумать. Винный погреб, где хранятся раритетные вина и домашняя настойка от Захара — идеальный вариант.

Я шарил руками по стене, пытаясь нащупать что-нибудь вроде рычага или кнопки для открывания тайника. К сожалению, на стене кроме герба и молнии ничего не было. А потом мою руку пронзило болью, словно я напоролся на шип или иглу, даже кровь на пальце выступила.

Спустя мгновение часть стены начала сдвигаться в сторону. Скрежет камня чуть не оглушил меня, а поднявшаяся пыль заставила несколько раз чихнуть. Тайник оказался небольшим, около полуметра в высоту и сантиметров тридцать в длину.

Внутри лежали шкатулка и тетрадь в кожаном переплёте. Первым делом я открыл шкатулку. В ней лежало кольцо-печатка с гербом. Вот это подгон!

Видел я такие кольца у аристократов, но думал, что у моего рода такого нет. А теперь вот оказалось, что есть. Интересно, зачем было прятать печатку в тайник? И кто это сделал? Отец Юрия или кто-то до него?

Вопросов много, но они могут подождать. Так что я сунул тетрадь к остальным вещам в рюкзак и поднялся на первый этаж. Вольт недовольно покосился на моё кольцо, но говорить ничего не стал.

— Эх, дружище, нам ещё пешком идти до Голицыно, — сказал я, потрепав пса по голове. — Без суперскорости, как обычные смертные.

— Часа за три дойдём, — кивнул он обречённо.

— Если получится обойти блокпост, — протянул я задумчиво. Вот уж не думал, что попаду в такую ситуацию. И попутку не поймаешь — дорога перекрыта.

Выдвинулись мы минут через десять, после того как ещё раз обошли поместье. Не хотелось оставлять внутри демонов, пусть даже я ухожу на неопределённый срок.

До КПП мы дошли быстро, а потом начали думать, как его незаметно проскочить. Все выезды с основной трассы были перекрыты, а нам именно туда и надо было, по-другому до Голицыно не добраться. Ещё раз проверив свои силы, я убедился, что суперскорость мне действительно в ближайшее время не светит.

Единственный план, который пришёл в голову, — как-то отвлечь военных. Тем более, что их здесь было гораздо меньше, чем утром. Либо все они перебрались непосредственно в Звенигород, либо строят военную базу на моих землях с другой стороны Каньона — там как раз удобный подъездной путь.

Вольт к моей затее отнёсся со скепсисом, но всё же умчался наводить шорох. Вскоре за спинами военных раздался леденящий душу вой, а затем ещё и деревья задрожали. Пока солдаты поливали огнём тот квадрат, где была замечена активность, я добежал до бетонного ограждения и нашёл незакрытый блоками участок.

Перебегать дорогу я не стал, а двинулся вдоль свежеотстроенной стены, удаляясь от блокпоста. Через минут пять ко мне подбежал Вольт, отряхнул с себя щепки и листья и недовольно пробурчал что-то про косоглазых вояк, которые метиться не научились.

— Может это ты слишком ловкий? — шутливо спросил я, отцепив с хвоста питомца колючку. — Я вот, например, переживал, что в тебя попадут.

— Ну мазнули пару раз, — уклончиво сказал Вольт, широко зевнув.

— Та-ак, — я остановился и посмотрел на него с подозрением. — Ты у нас что пуленепробиваемый?

— Ну-у, — в тон мне протянул он. — Я же не простой пёс, я — часть элементаля и всегда им был. К тому же, я сто лет был статуей. Как думаешь, из чего эта статуя была?

— Думаю, что ничего не знаю ни о тебе, ни об элементалях, — я покачал головой и продолжил путь.

Добравшись до ближайшей развилки, ушёл чуть в сторону от основной трассы и направился в сторону Голицыно. Мне не нравилось, что мой питомец до сих пор что-то скрывает от меня. И ведь не расскажет ничего, пока не решит, что пришло время и я готов.

Я уже думал о том, что мы с Вольтом не единожды сражались с монстрами, а на нём не было ни царапины. Было у меня ощущение, что и в Каньоне он пропал не только потому, что его демоны утащили. Он мог подставиться специально, чтобы привести меня к элементалю. Ну или только так он мог найти вторую часть себя.

В таких мыслях я прошёл пару часов и остановился на привал. Мы как раз миновали Хлюпино и прошли через развилку между Большим кольцом и Звенигородским шоссе. Машин было мало, но это и хорошо — в таком виде меня никто бы не согласился довезти. Это же не Рубеж, где все привыкли к воякам и рубежникам в драных доспехах и крови.

Устроившись в небольшой лесопосадке, я прислонился спиной к дереву и прикрыл глаза. Долго отдыхать нельзя, иначе я усну. Жаль, что съестного в поместье не было, так бы хоть подкрепился, ну да что уж теперь.

— Князь, а князь, — протянул Вольт, ткнувшись носом мне в бок. — Ты обиделся что ли?

— Вот ещё делать мне нечего, кроме как обижаться, — я приоткрыл глаза и покосился на пса. — Устал просто. Поесть бы сейчас, а потом в ванной поваляться часик.

— Так немножко осталось, — Вольт боднул меня лбом и положил голову мне на колени. — Мы же как раз по этому шоссе ехали в прошлый раз, я дорогу запомнил. По прямой всяко быстрее, чем по трассе.

— Угу, — я рассеянно почесал за ухом пса.

С чего это он вдруг такой ласковый стал? Задумал что-то или подлизывается? И вообще он перестал отвечать на мои спонтанные мысли. Я ведь чего только про него не думал во время пути, а он только на прямое обращение откликается. Странно это всё.

Отдыхать, конечно, было хорошо, но хотелось дойти до санатория пока ещё не совсем стемнело. Пришлось вставать и топать дальше. Вольт послушно плёлся рядом, не шутил и не язвил. Может он тоже устал?

Через час мы добрались-таки до санатория, где я сразу же отправился в душ. Когда я вышел в комнату в одном полотенце, на столике стоял плотный ужин, а в углу сидел поникший Захар.

— Ваше сиятельство, виноват я перед вами, — проблеял он, не глядя мне в глаза. — Завтрак не принёс, одеться не помог…

— А чем ты был занят? — поинтересовался я, набрасывая на себя махровый халат с эмблемой санатория.

— Так помогал, с детишками сидел, потом на кухне следил, чтобы еда была не из просрочки какой, — проговорил Захар, тяжело вздохнув. — Только вот вас, получается, обделил. Нехорошо это.

— Не накручивай себя, ты же не бездельничал, — успокоил я его. — А я и сам до столовой с утра прогулялся, ничего со мной не случилось.

— Так ведь батюшка ваш покойный мне вас доверил, а я… — принялся сокрушаться Захар.

— Я временно переезжаю в столицу, — сказал я, расправившись с ужином и потянувшись за рюкзаком. — Ты как, со мной поедешь или тут останешься детишек развлекать?

— В столицу? На Неглинную? — Захар оживился и даже спину выпрямил. — Конечно с вами поеду!

— Тогда найди мне Архипа и собирай вещи, — я окинул взглядом комнату и зацепился взглядом за красный плащ. Не забыть бы его тут.

— Это я быстренько, ваше сиятельство, — закивал Захар, а потом умчался прочь.

Пока он искал Архипа я оделся, сунул в рюкзак плащ, вытащив заодно ложки и бутыль с настойкой. Не таскаться же мне с ними. Проверив телефон, я убедился, что он окончательно сдох. Зарядка не шла, и вообще он ни на что не реагировал — наверняка и его энергию высосала та лужа.

Когда мой управляющий пришёл, я уже был собран и готов выдвигаться.

— Звали, ваше сиятельство? — Архип поклонился и замер в ожидании.

— Мой телефон не заряжается, нужен новый, — сказал я. — Сейчас же мне нужно связаться с Алёной и Александром Новиковым.

— Я могу Алёне Владимировне позвонить, а уже она найдёт номер графа, — предложил Архип, достав из кармана свой телефон.

— Отлично! — я взял протянутый мобильник, послушал длинные гудки, а потом Алёна взяла трубку.

— Что опять?! — недовольно прошипела она. — Только не говори, что князь опять выкинул что-то!

— Кхм-кхм, Алёна, это я, — сказал я, пока она не продолжила свою гневную тираду. — В общем, мой телефон сломался, поэтому я не смог предупредить, что задержусь. Надеюсь, вы с Ксенией нашли, чем себя занять.

— Нашли, — ядовито пропела она. — Обсуждали вот вашу персону за чашкой чаю.

— Ну и хорошо, — я кивнул, сделав вид, что не заметил шпильку в свой адрес. — Позвони Александру Новикову и скажи, что я жду его в квартире на Неглинной через час. Вы с Ксенией можете тоже прийти.

— Что-то ещё? — недовольно буркнула Алёна.

— Да, закажи мне новый телефон, — сказал я и отключил звонок.

— Ваше сиятельство, народ встревожен, — проговорил Архип. — Знаю, что вы уезжать собрались…

Я кивнул, закинул рюкзак на одно плечо и пошёл к выходу. Захару я пообещал, что без него не уеду, заодно попросил его Бабарыкина захватить. Не оставлять же баронета тут одного, раз уж мы всем составом в столицу собрались.

Во внутреннем дворе дома отдыха собрались почти все жители Громовки. Староста вышел вперёд и попросил слова. Выслушав его, я понял, что Архип немного преуменьшил волнение людей.

Мало того, что они потеряли дома со всем своим добром, нажитым за долгие годы, так ещё и не понимали, что будет дальше. Макар напомнил про посев озимых, про животных в сараях, которых уже наверняка демоны задрали, а потом и вовсе предложил набрать родовую гвардию. Времена, мол, настали непростые, а у нас и защитников нет.

Предложение я одобрил, людей успокоил, пообещав компенсировать убытки. Ну а потом с чистой совестью вызвал машину. Пока она ехала, вручил Архипу ложки, которым он обрадовался, как родным, а Захару бутылку, взяв с него обещание не пить. Мой слуга растрогался до слёз и поклялся, что хотел лишь сохранить настойку от демонов.

Когда я сел в машину, люди принялись желать мне хорошей дороги и просили не забывать про них. Вольт привычно бурчал, что ему придётся ехать между Захаром и Михаилом, пока я на переднем сидении прохлаждаюсь. Пришлось ему напомнить, что я князь, а он для всех — пёс, пусть и магический.

Приехав по адресу, который Архип продиктовал водителю, я вышел и полюбовался на белоснежный фасад трёхэтажного дома. Как же хорошо, что Алёна отстояла здесь квартиру и не дала её продать ради вертихвостки Сташинской. Красиво, чисто, в центре столицы. Да ещё и до здания департамента безопасности можно пешком дойти.

Мы поднялись на третий этаж и позвонили в звонок. Дверь открыла Алёна, глаза которой метали искры. Я же лишь приподнял бровь и склонил голову к плечу.

Побледневшая помощница отступила вглубь квартиры, а потом и вовсе скрылась в одной из комнат. Пока мы располагались в гостиной, я перебросился парой фраз с Михаилом и положил перед собой рюкзак.

В моей голове крутился только один вопрос: как объяснить своим друзьям, откуда я знаю о Каньоне и Хранителях. Да, я решил поделиться с ними информацией, но мне нужен был достоверный источник. Я недолго протяну, если я скажу, что мой пёс со мной разговаривает или тем более, что я из другого мира.

Как бы я не доверял своим друзьям, случиться может всякое. Вдруг в этом мире есть зелье правды или артефакты, которые смогут развязать язык кому угодно. Вон тот же Крылов просто взял и считал воспоминания рубежников. Нет, правду говорить точно нельзя.

— Юра, что случилось? — воскликнула Пожарская, едва шагнув в гостиную. — На тебе места живого нет. И лицо такое…

— Какое, Ксюша? — устало спросил я, откидываясь на спинку кресла.

— Как у дяди и папы, когда возникают проблемы, — тихо сказала Ксения и села напротив меня. — Мне даже показалось, что тебе не восемнадцать лет. Ты будто уже пожил достаточно и знаешь то, что мне недостижимо.

— Надо же, как ты витиевато выражаться начала, — хмыкнул я. — Это на тебя так столица подействовала?

— Ну просто… я же княжна, — её голос понизился до шёпота, а взгляд упёрся в сложенные на коленях руки. — Легко забыть, кто ты, когда сражаешься с демонами. Но здесь я снова окунулась в мир аристо. Все эти бутики и рестораны, дорогие машины и блеск драгоценностей.

— Кстати о них, — я сунул руку в рюкзак и достал шкатулку, которую забрал из комнаты Пожарской в поместье. — Вот захватил по пути.

— Спасибо! — Ксения погладила шкатулку и улыбнулась. — Я так расстроилась, что не успела забрать её… это мамина шкатулка. Надо было её оставить у дяди, но у меня дурацкая привычка таскать с собой всё, что мне дорого.

Я кивнул и вытащил из рюкзака ноутбук Алёны. Надо будет отдать ей, когда дуться перестанет. Эта её опека уже не просто утомляла, она бесила до зубовного скрежета.

Не было у моей помощницы никакого права так себя вести. Что бы там князь Громов ни вытворял раньше, это в прошлом. И Алёне придётся с этим смириться, иначе я найду другого помощника. Желательно мужского пола.

— Расскажешь, что там в Каньоне? — привлёк моё внимание Михаил.

Захар уже показал ему гостевую комнату и отправился устраивать ревизию на кухне. Я же посмотрел на баронета и покачал головой. Он ведь до сих пор ждёт ответа по принятию в род. И я совершенно не представляю, что с ним делать.

— Расскажу, — кивнул я. — Только Сашу дождёмся, чтобы не повторять дважды.

— А он точно придёт? — забеспокоился Михаил.

— Не знаю, надо у Алёны уточнить, — я нахмурился. Вот сейчас мне нужна помощница, и где она? Почему я вообще должен бегать по комнатам в её поисках? — Захар!

— Ась? — подал голос слуга. — Чего изволите, ваше сиятельство?

Он высунул голову из-за двери и посмотрел на меня с обожанием. Кажется, я растопил его сердце бутылкой настойки боярышника.

— Алёну позови, — приказал я. — И свяжись с Архипом, пусть найдёт пару слуг тебе в помощь. А то у меня тут гости, а ты один.

Седая макушка Захара скрылась за дверью, и через минуту в проёме показалась моя помощница.

— Звали, ваше сиятельство? — кротко спросила она, опустив глаза в пол.

— Что ответил Александр? — спросил я.

— Что немного задержится, — ответила Алёна, продолжая изучать носки своих туфель.

— Вот, держи, — я кивнул на ноутбук, глядя на помощницу, которая вскинула взгляд и ахнула.

— Спасибо! — она бросилась к столику и вцепилась в ноутбук. — Там же все ваши контрольные и моя дипломная, и… спасибо вам! Я уже думала, придётся заново всё делать.

Ответить ей я не успел — в гостиную вошёл Александр Новиков в сопровождении Захара. Ну вот, теперь вся компания в сборе. Только вот у меня до сих пор нет внятного объяснения, откуда я мог узнать подробности о Каньоне и Хранителях.

Мой взгляд упал на рюкзак, из которого торчала тетрадь в кожаном переплёте. В темноте винного погреба я не заметил оттиск герба на обложке, зато сейчас при свете ламп он был очень хорошо виден. Вот оно! Вот откуда я мог узнать то, чего никто не знает.

— Я рад, что вы все здесь, — сказал я, выпрямившись в кресле. — Думаю, вы уже знаете о том, что связь с Защитником рода дала мне некоторые преимущества.

Я оглядел друзей и бросил взгляд на Алёну, застывшую в двух шагах от меня с ноутбуком в руках. Выгонять её я не стал, а вот Захар понятливо кивнул и скрылся за дверью. Хорошо, что хоть кто-то знает своё место и не лезет с нравоучениями и ненужной заботой.

— Каньон, открывшийся на моих землях, появился там не просто так, — начал я, вынув из рюкзака тетрадь и положив её так, чтобы всем был виден герб на обложке. — Как и многие другие события, не самые приятные для мира. Это произошло по вине неких Хранителей.

Я ожидал шквала вопросов, но все молчали. Смотрели на меня, широко распахнув глаза и не шевелясь. Боялись, что я передумаю говорить?

— Этот Каньон — полигон для выращивания монстров. Там нет ресурсов, нет ничего полезного и там нет настоящих демонов, только их зародыши, — я прочистил горло. — Эти твари обретают тела и силу лишь покинув Каньон. И за этим стоят всё те же Хранители.

Я помахал тетрадью, открыл первую страницу и тут же её захлопнул, увидев первые строчки. Мой взгляд невольно скользнул по Вольту, тихо сидевшему за моей спиной. Нет уж, изучать эти записи я буду в одиночестве.

— Кхм, так вот, — я сжал тетрадь и инстинктивно прикрыл её рукой. — Эти Хранители хотят лишить мир магии. Мы должны остановить их, должны что-то сделать, чтобы не потерять магию.

— А что мы можем сделать? — спросила Пожарская, едва я замолчал. — Я вот вообще впервые о них слышу.

— Нужно перекрыть поток энергии, — я потёр переносицу и вздохнул. — Мы сделаем наш мир недоступным для Хранителей, и Каньон нам поможет.

— То есть ты предлагаешь нам отправиться в Каньон, чтобы отыскать в нём нить, ведущую к Хранителям? — уточнил Александр, мотнув головой.

— Не совсем, — я улыбнулся. — Мы закроем Каньон и отрежем этих гадов от нашего мира.

Глава 8

После бурного обсуждения, которое затянулось аж на два с лишним часа, мы сумели-таки прийти к решению. Мы отправимся в Каньон и попытаемся общими усилиями закрыть его. Ксения обещала поговорить с дядей, чтобы нас пропустили через КПП, а Саша сказал, что достанет нам экипировку.

Я же решил связаться с уже знакомыми мне рубежниками. Да и с Громобоями было бы неплохо выйти на связь. Подстраховка не помешает. Это в самом Каньоне монстры не опасны, а вот снаружи — очень даже.

Когда мы закончили с планами, Захар проводил меня в хозяйскую спальню и разобрал мои вещи. Отказываться от его помощи я не стал — слишком уж был уставшим и потрёпанным. Мне бы сейчас не помешало инквизиторское зелье или хотя бы мазь с Рубежа.

Вольт напрашивался со мной в комнату, но я отправил его в гостиную на диван. Припомнил, как он развалился на моей кровати, а потом ещё и под ноги подлез, из-за чего я чуть нос не разбил. И вообще, как мы без дозорного?

Стоило Вольту выйти из комнаты, как я провернул ключ в замке на всякий случай и притянул к себе рюкзак. Достал сначала подарок Крылова, чтобы убрать его в шкаф, а потом и тетрадь с гербом Громовых. Пока я расправлял красный плащ на вешалке, почувствовал в районе кармана уплотнение.

Сунув туда руку, я с удивлением посмотрел на мензурку с лечебным зельем и круглый медальон на цепочке. Если с зельем всё было понятно, то медальон вызывал вопросы. На металлическом кругляше красовался факел инквизиции, вокруг которого по дуге были вставлены маленькие рубины.

Были у меня догадки, что это всё может означать, но я решил не ломать голову, а спросить у Крылова напрямую. Вот завтра же с утра и схожу к нему в гости. Заодно обсудим его предложение.

Капнув на язык зелье, я сел на небольшой кожаный диванчик и взялся за тетрадь, которая оказалась дневником одного из предков князя. Собственно, поэтому я и захлопнул его так поспешно, когда Вольт попытался сунуть свой в него любопытный нос. Ведь на первой же странице было написано крупными буквами:

«Приглушить воздействие элементаля на разум связанного с ним человека можно только одним способом». Дальше было краткое описание того, что нужно сделать. А именно — окропить кровью родовое кольцо и сразу же надеть его на палец. Это я и сделал, ещё не зная ритуала.

Тот укол, который понадобился для открывания тайника, проткнул кожу до крови. Естественно, когда я взял в руки кольцо, оно в ней испачкалось. Ну и надел я его моментально, даже не догадываясь, что родовые кольца — это артефакты, привязанные к крови рода.

Не зря Вольт косился на кольцо, а потом начал подлизываться. Да и его голос в моей голове стал звучать гораздо реже. Понял, хитрая морда, что я могу узнать о ритуале, вот и вёл себя послушно.

Я принялся читать дальше, периодически хмурясь и ругая элементаля про себя. Он не сказал о себе ничего, что могло бы бросить тень на его репутацию. А вот в дневнике было очень много интересного.

Причём не только про грозового элементаля, но и вообще про всех. Оказывается, эти сущности имели разные свойства и разный характер. Если Вольт — кривляка и шутник, то другие его собратья отличались равнодушием или жестокостью.

Насколько я понял, в каждом из них преобладала определённая черта характера, которые в моём элементале разделились после обряда. Но самое интересное, что такие случаи уже бывали.

Мой предок писал, что разделить собранные воедино сущности можно, убив физическую оболочку. Это разделение возможно без ритуала в том случае, если элементаль уже был разделён и не собрал все свои части.

Я задумался. Если это знал мой предок, то знает и сам элементаль. То есть, та его злобная и жестокая часть, с которой он не желает проводить слияние, точно в курсе.

Значит, надо быть аккуратнее — мало ли где эта третья часть. Не удивлюсь, если она уже нашла какого-нибудь идиота, поддавшегося её влиянию. И ладно, если это кто-то не слишком значительный, но ведь может быть и по-другому.

Я дочитал дневник и крепко задумался. По идее, мне бы сейчас допросить Вольта и задать ему нужные вопросы. Но я понимал, что он будет скрывать до конца всё то, что считает важным для себя. Я же, не зная, где его третья, злобная часть, могу разве что запереть его дома, но этот вариант не устроит ни меня, ни его.

Зелье уже подлатало мои раны, боль ушла, и на меня навалилась усталость. Решив отложить все вопросы на завтра, я залез под одеяло и вырубился в ту же секунду, как голова коснулась подушки. Мне ничего не снилось, но сквозь сон я слышал чьё-то невнятное бормотание и тяжёлые вздохи.

Разлепив веки, отмахнулся от тонкого луча света, пробившегося через щель между шторами, и перевернулся на другой бок. Рука легла чётко на холку Вольта, который тут же замер под моими пальцами. Вот же проходимец! Всё-таки забрался в мою постель.

— Если ты сломал замок на двери моей спальни, я тебе уши надеру, — хриплым со сна голосом сказал я.

— И ничего я не сломал, — обиженно пробурчал пёс. — Мне Захар открыл.

— Тогда я ему уши надеру, — я вздохнул и лёг на спину.

— Да не надо, ну пожалел старик животинку, чего начинаешь-то, — заюлил Вольт, отползая к краю кровати. – Хороший же мужик, добрый. Он вон в санатории с детишками играл, пока взрослые решали бытовые вопросы. И вообще, все те вкусности, что на твой стол попадают, именно Захар готовит.

— Да ладно? — удивился я, сев на кровати и растерев лицо.

— Ну так он в слуги пошёл после службы на флоте, — кивнул пёс с умным видом. – Был там личным поваром какого-то адмирала.

— А ты откуда знаешь такие подробности? — я прищурился и посмотрел на Вольта с подозрением.

— Так это… — он отвёл глаза в сторону и пополз на брюхе к двери. — Пойду я, дозор нести, патруль плести, полы мести.

— Стоять! — рявкнул я. — Ты что же это хитрая морда, успевал и нашим, и вашим? Имея энергетическую подпитку, ты ещё и объедаешь нас, так?

— Тебе жалко косточки для собачки? — на меня посмотрели невинные глаза. — Ну подумаешь, пару раз выпросил у Захара остатки ужина.

— Да такую тушу легче пристрелить, чем прокормить, — вздохнул я. — Бедолага Захар, наверное, и так из последних продуктов готовит. Я хоть и князь, но с деньгами пока туго.

Вольт не стал ничего отвечать, а тихонько вышел за дверь. Я привёл себя в порядок и отправился на поиски столовой. То, что в этой квартире много комнат, я уже понял, осталось только найти нужную.

Ориентировался я по запаху и не прогадал. Столовая нашлась, как и Захар, который гремел посудой в кухне. Увидев меня, старый слуга обрадовался и тут же поставил передо мной несколько тарелок с яичницей, беконом, овощной нарезкой, какими-то соусами и домашним печеньем.

Позавтракать в одиночестве мне не дали. Почти сразу за мной в столовую пришла Ксения Пожарская, следом за ней потянулись и остальные гости. Алёна села за самый дальний конец стола и уткнулась в ноутбук. Саша и Миша заняли стулья рядом со мной и переглянулись. Кстати о них.

— Саша, мне понадобится твоя помощь в одном вопросе, — сказал я, сделав глоток кофе. — Зайди ко мне в кабинет после завтрака.

— О как! — воскликнул мой приятель, расплывшись в улыбке. — Ты ещё ни разу меня ни о чём не просил.

— Вопрос касается Михаила, — невозмутимо ответил я, сунув в рот печенье. Вкуснотища! — Тебя, Миша, я тоже жду.

На лице Бабарыкина пронеслось сразу несколько эмоций — от удивления до радости. В его глазах читалась затаённая надежда. Кажется, мой новый друг понял, что я хочу сделать, и он прав.

Так что сразу после завтрака мы собрались в уютном кабинете, который понравился мне больше, чем тот, что был в поместье. Здесь не было модной мебели и пафосных безделушек, но зато отчётливо ощущался аристократический лоск. Было заметно, что обставлялся кабинет тем, кто разбирается во всех этих нюансах.

— Саша, я хочу принять Михаила в род, — сказал я, когда мы расселись в удобные кресла. — Но я не знаю всех нюансов, а обратиться мне не к кому.

— Ого! — Новиков вскинул голову и внимательно посмотрел на меня. — А не передумаешь?

— Михаил уже вышел из рода Бабарыкиных, — я вздохнул. — Он лишился всех преимуществ благородного.

— Тогда в чем вопрос? — Саша нахмурил брови и дёрнул головой, смахивая чёлку. — Зачем тебе я?

— Я никогда не интересовался такими вещами, а после комы утратил большую часть воспоминаний, — пояснил я. — Искать юриста или кого-то, кто разбирается в теме, слишком долго. Хочется как-то попроще и побыстрее что ли. Мало ли чего.

— Ну так подай запрос в регистрационную палату, укажи роль нового члена рода, наследование там и прочее, — Саша пожал плечами. — Особых ритуалов нет, всё оформляется через нотариуса. На вассалитет одиночка без рода не тянет, а на младшего родственника — вполне.

— То есть Михаил станет Громовым? — уточнил я, задумавшись. Нет, мне нравился этот парень, но из баронета в княжича — это слишком быстрая смена статуса.

— Да нет же, — Саша качнул головой. — Десять лет назад был издан указ. Ты можешь принять в род кого угодно. Без права наследования, без смены фамилии, без особых ритуалов и прочего. Просто расширишь род, а после если захочешь, сможешь дать титул детям своих младших родственников. Это тоже по желанию.

— Спасибо, дружище! — я от чистого сердца поблагодарил Сашу и потянулся к телефону, чтобы глянуть, где эта регистрационная палата.

И только тут вспомнил, что мой мобильник умер. А новый неизвестно когда привезут. Надо бы поторопить Алёну, как-то я привык, что всегда есть выход в сеть.

Моя помощница заявилась сама, стоило парням покинуть кабинет. Она положила на стол новый телефон и поджала губы.

— Что? — спросил я, глядя на Алёну, которая снова была чем-то недовольна.

— На нас подали коллективный иск, — выдала она, поморщившись. — Сразу несколько аристократических родов. Якобы мы виноваты в том, что на наших землях открылся Каньон.

— Не переживай, — успокоил я девушку. — Все их аргументы не стоят выеденного яйца. Разберёмся.

— Нас вызывают на предварительное слушание в суд, — мрачно сказала Алёна. — Через час мы должны быть в суде, иначе там за нас всё решат.

— Даже так? — удивился я. — Быстро же бюрократы работают. Каньон только вчера открылся, а уже суд.

— Ну понятно же, что кто-то хорошо заплатил, чтобы ускорить дело, — моя помощница скривилась и покосилась на моё кольцо. — Но поскольку слушание предварительное, нам просто озвучат иск и предложат варианты решения спора.

— Хорошо, тогда сначала в суд, потом на Лубянку, — я поднялся с кресла и подхватил телефон.

— А зачем на Лубянку? — округлила глаза Алёна. — Там же Орден Инквизиции!

— Вот туда мне и надо, — я подмигнул девушке и направился к выходу. — Вольт! Пойдём прогуляемся.

— Неужто князь вспомнил о своём питомце? — проворчал пёс, выходя из гостиной. — В комнату не пустил, с кровати прогнал, яичницей не поделился…

— Будешь бурчать — останешься дома, — пригрозил я, и пёс сразу же присмирел.

В суде нас не ждали. Видимо, надеялись, что я не успею добраться до столицы так быстро. Ну что ж, пришлось господам судьям повторить для меня и Алёны суть претензии, предложить местного юриста для защиты моих прав и начать, собственно, заседание.

Никакого решения принято не было. Да и само заседание больше походило на вводный курс лекции по праву. Граф Гуров сверлил меня ненавидящим взглядом, а остальные аристократы скучковались вокруг него. Кажется, они понимали, что их иск — лишь бесполезная трата бумаги и времени.

Именно это и озвучил судья, заявив, что случай беспрецедентный, подобного в практике судейства не было, поэтому решать будет либо судейская комиссия, либо лично его величество император Российской Империи Алексей II. После такого заявления лица аристо побледнели, а граф Гуров наоборот — покраснел от злости.

Выходил я из здания суда со странным ощущением, что это заседание было нужно вовсе не для того, чтобы решить вопрос с иском. Меня будто хотели отвлечь от чего-то важного. Но я вроде бы никакие свои планы не озвучивал.

Даже своим друзьям я сказал, что хочу лишь закрыть Каньон и отрезать Хранителей от энергии этого мира. Я ни словом не обмолвился, что они объявили на меня охоту и не остановятся в попытках убить меня.

Вообще для меня было странным, что все приняли на веру мои слова о том, что о Хранителях я узнал из дневника своих предков. Стоило им увидеть герб, как все сомнения отпали. Это же какая вера в слова людей, которые уже давно умерли!

А ведь в инквизиции есть данные о Хранителях. Было бы неплохо получить доступ к архивам Ордена. Может и правда согласиться на предложение Крылова?

Я потянулся к телефону, чтобы позвонить наместнику, как вдруг машина, в которой мы ехали, дёрнулась как от удара. Хорошо хоть мы не на скорости ехали, а едва плелись в пробке. Потерев ушибленный о переднюю панель лоб, я обернулся проверить, как там Алёна с Вольтом, и услышал в отдалении звук выстрела.

Одновременно с этим сзади раздался треск разбитого стекла, визг Алёны и хриплый сдавленный рык Вольта. Всё произошло мгновенно, и только из-за моей ускоренной реакции я смог заметить эти моменты. Хорошо, что моя суперскорость потихоньку возвращается, но плохо, что я не сразу понял, откуда пришла опасность.

На чистых рефлексах, я вытащил Алёну из машины, оглядел вереницу гудящих автомобилей, а потом склонился над Вольтом, закрывая его собой.

Сиденье было в крови, пёс хватал воздух, пытаясь сделать вдох. По его шерсти пробегали маленькие искорки молний, а сама шкура казалась сделанной из камня. Значит он успел активировать что-то вроде щита, но даже его защиту смогли пробить.

Найденный в кармане плаща пузырёк с лечебным зельем оказался как нельзя кстати. Я не отмерял капли, не считал, сколько будет стоить потраченное зелье, просто плеснул в пасть Вольта из мензурки и приготовился принять следующую пулю на себя.

Мне нечего было противопоставить тому, кого я даже не видел. И это бесило меня неимоверно. Даже магия до сих пор не до конца восстановилась.

— Ты как, дружище? — спросил я у пса, едва он перестал хрипеть. — Я хочу прошерстить всю столицу, пока не найду ублюдка, но и тебя бросить не могу.

— Побереги силы, — слабый голос Вольта в голове звучал очень глухо. — Он наверняка уже ушёл.

— Как тебя смогли ранить? — я протянул руку и коснулся закаменевшей шкуры. – Ты же реально пуленепробиваемый.

— Спецпатрон, — коротко ответил пёс. — Вроде тех, что на Рубеже против демонов используют. Только этот особенный… он напитан моей собственной энергией.

— Третья часть элементаля? — уточнил я, уже понимая, что произошло.

Только вот признаваться в том, что знаю о возможности разделения, я не собирался. Либо Вольт сам обо всём расскажет, доказав, что я могу ему доверять. Либо же опять решит отмолчаться.

— Да, против меня играет третья часть меня самого, — Вольт вздохнул и приподнял голову, заглядывая мне в глаза. – Она уже в чьих-то руках. И она знает способ разделить нас снова.

— Поясни, — попросил я.

— Пока не объединились все три части, нас можно разделить, — сказал Вольт, вяло махнув хвостом. Зелье уже подействовало, но нужно было ещё немного времени. — Тот, кто первым начинает собирать осколки, становится ведущим в нашей связке.

— То есть характер зависит именно от того, какая твоя часть впитала остальные? — поинтересовался я, наконец связав записи из дневника и поведение моего питомца.

— Угу, — кивнул пёс. – И вообще, что за допрос?

— Я ещё даже не начал, — хмыкнул я. Кажется, Вольт окончательно пришёл в себя. – Мы должны отыскать твою третью часть до того, как она придумает новый план твоего убийства.

Вольт снова замолчал, а я вылез из машины и огляделся. Водитель сбежал, а вокруг нас образовалась толпа. Кажется, мы привлекли слишком много внимания, и лучше бы нам уйти по-тихому.

Увы, к нам уже спешили вояки из службы безопасности. Оказывается, мы почти доехали до Лубянки. И это удивило меня, пожалуй, даже больше самого покушения. Это ж насколько надо быть отбитым, чтобы стрелять спецпатронами под носом службы безопасности, практически перед зданием департамента?!

Объяснения заняли не много времени, я рассказал, что было, Алёна подтвердила мои слова, а Вольт изображал раненую собачку. Кровищи в салоне натекло прилично, да и застрявшая в спинке сиденья пуля лишь подтвердила наши слова. Безопасники сказали что-то про «разрывную особую», а потом попросили нас покинуть место происшествия.

Дорогу тут же перекрыли, оцепив при этом часть квартала. Похоже, такие патроны не купишь в магазине, а тут прям что-то особенное использовали. Неудивительно, что безопасники так среагировали.

Мы поковыляли домой, благо идти было недалеко. Алёну я успокоил как мог, напомнив ей, что врагов у меня хватает. Моя помощница вспомнила вчерашний разговор про Хранителей, побледнела и не проронила ни слова до самого дома.

И уже практически на пороге у меня зазвонил телефон. И номер опять неизвестный. Нахмурившись, я ответил на звонок и вскинул брови. Мне звонил аж сам Иван Пожарский с предложением срочно встретиться.

Вообще-то я планировал отмыть Вольта от крови и таки связаться с Назаром Крыловым. Но таким людям как князь Пожарский не отказывают во встрече. Даже, если это не вписывается в планы.

Я посмотрел на свой костюм и поморщился — все же умудрился испачкать в крови. Придётся и мне отмываться. Так что в квартиру я все же поднялся, быстренько умылся и надел чистый костюм.

Немного подумав, я решил оставить Вольта в квартире. Незачем ему по столице гулять, когда на него охоту устроили. Понятное дело, что постоянно сидеть взаперти он не будет, но за время моей встречи с Пожарским он как раз успеет восстановиться и прийти в себя после покушения.

Ресторан, в котором князь назначил встречу, оказался буквально в двух шагах от дома, так что я даже не стал заказывать машину, а прошёлся пешком. И вот же странное дело: площадь перед Лубянкой бурлила от наплыва красных балахонов. То ли у них собрание какое, то ли очередного одержимого нашли среди высшей знати.

Надо будет после разговора с князем узнать у Крылова, что происходит. Не нравилось мне всё это. Казалось, будто что-то назревает — в воздухе ощущалось странное напряжение, словно перед грозой.

Часы на площади пробили полдень, отвлекая меня от тягостных мыслей. Я тряхнул головой и зашёл в ресторан, где меня сразу проводили к столику князя. Иван Пожарский кивнул мне и положил свои кулачищи на стол.

— Ну здравствуй, князь, — пробасил Пожарский, глядя на меня тяжёлым взглядом.

— И вам не хворать, — ответил я, присаживаясь напротив. — Вы хотели что-то обсудить?

— Для начала, я хочу сказать, что мы с твоим отцом были друзьями, — Иван чуть склонился вперёд, наваливаясь на столешницу. Столик из крепкого дуба жалобно скрипнул под таким напором, но князь даже бровью не повёл. — Алексей взял с меня обещание, что я присмотрю за тобой. Он будто знал, что с ним что-то может случиться.

Я кивнул, всё ещё не понимая, к чему ведёт Пожарский. Хочет предложить мне помощь и защиту?

— Вот что, Юрий, парень ты неглупый, должен сам понимать, что вмешиваться в дела чужого рода никто не станет, — продолжил между тем Пожарский. — Послушал я брата и вояк его. Все говорят, что как боец ты хорош, умеешь сражаться не хуже бывалых воинов.

Мои брови взлетели к самому лбу. Это же неприкрытая лесть. И от кого я её слышу? От князя Ивана Пожарского, который дружит с министром обороны и вхож в императорский дворец!

— Предлагаю нам заключить союз, — выдал князь, продолжая буравить меня взглядом. — Подкрепим его брачным договором и наконец объединимся. Вместе мы станем сильнее. За нашими спинами поколения аристократов с древней кровью, — кулаки князя сжались, столешница начала крениться, а я невольно подался назад. Мало ли, вдруг стол рухнет прямо на меня. — Мы всегда сражались плечом к плечу, но пришло время закрепить слияние двух родов, что на протяжении веков были союзниками.

— Вы хотите, чтобы я женился на Ксении? — поинтересовался я, прокручивая в голове слова князя.

В его предложении была логика, но не было вопроса, только предложение, которое Пожарский решил закрепить давлением. Даже треск стола был запланирован. Не поверю я, что аристократ в его возрасте может вести себя как медведь после спячки.

— Хочу, не хочу, а по-другому никак, — отрезал князь. — Брат мой тебе этого не скажет, но я скажу. Если не по нраву тебе моя племянница, можешь даже не спать с ней. Заделаешь наследника и хоть сто любовниц имей. Главное, чтобы наши роды объединились, и мы могли помочь тебе на законных основаниях.

— Даже так, — протянул я, задумчиво почесав подбородок. — Мне нужно подумать. Ваше предложение очень неожиданное и, признаться, чересчур заманчивое.

Я же понимал, что не может Пожарский предложить союз только из-за дружбы с моим отцом. Мне нечего ему предложить. У меня ни денег на счетах, ни собственной армии. У меня даже гвардии родовой нет!

И зачем такой союзник влиятельному роду? Быть нахлебником и попрошайкой я не собираюсь. Значит, есть что-то за словами о дружбе и слиянии родов, о чем я не знаю.

Продолжить свою мысль и задать вопросы Пожарскому я не успел. Мой новый телефон, который я ещё не поставил на режим вибрации, зазвонил тревожной сиреной. Этот звук ударил по нервам, ввинчиваясь в мозг.

— Слушаю! — резко ответил я, не глядя на имя абонента.

— Юрий, это Назар, — раздался в трубке напряженный голос Крылова. — В Ордене переворот, твоё назначение тайным эмиссаром я подписал сразу после нашей встречи. Беги из страны. Слышишь меня?!

ОТ АВТОРОВ:

Друзья, бесплатные главы закончились, дальше произведение станет платным. Если кто-то из-за этого нас покинет, мы всё равно благодарны, что вы уделили время нашей истории. А для тех, кто остаётся с нами сообщаем, что впереди ещё много интересного! Интриги, загадки, новые страны и персонажи, и ещё куча разных приключений. А главное — вас ждёт рост героя и его друзей, которых станет больше.

P.S. Чибик за наградки на второй том: