Молчание призраков

0

- Что за мужчина смотрит на тебя? – муж нахмурился.

Не могу сказать, что он излишне ревнив. Мне даже не хватает его… чувства собственника. Но здесь, вдруг…?

- Смотрит? – удивилась я. И обернулась.

Я бы не обратила внимания. Для меня далеко, не вижу, кто. Что мне чужие люди? Но муж…

Впрочем, у нас все хорошо. Нежно, глубоко и спокойно. Призракам, конечно, время проснуться и искушать. Как без них-то? Мы встретились уже взрослыми, каждый со своим опытом... и призраками. Кажется, этот – и правда, мой. На душе - до странного ровно. Склонив голову, неприкрыто рассматривала. Я близорукая, это все знают, мне можно.

А ведь это он, Нулевой. Зачем он здесь? Среднего роста и телосложения мужчина на другой стороне улицы чуть нарочито поклонился. Я кивнула и отвернулась.

- Идем? – спросила я мужа, взяв его под руку.

- Ты ничего не хочешь мне рассказать? – спустя какое-то время, спросил он.

О чем рассказать? О мужчине, которого я никогда не видела? Роман совсем уж… виртуальный. Нулевой. Как вообще такая история могла приключиться со мной, несколонной к романтизму или ожиданию принца на белом коне? Никогда в жизни я не делала ставку на мужчину...

1

Когда не занимаешься своей личной жизнью - она займется тобой...

Работала, никого не трогала, ни к кому не приставала. И вот - вечером выскочило сообщение Аськи.

- Привет!

Ничего особенного - если бы безопасность не была повышенной. Сначала нужно было постучаться. А потом бы я не ответила. Потому что никому незнакомому не отвечала. И даже инфу о пользователе не смотрела. По работе мне нужна Аська, по ра-бо-те! Все, кто нужен, у меня уже есть. Просто отклоняла все вызовы в конце дня. Нарушение типового сценария несколько смутило. Я растерялась и ответила...

Помню, что удивили непривычные такт и откровенность. Хотя и без наскока не обошлось - такая уж природа мужская, видимо, пока отпор не дашь, будет права качать... Что-то ехидное насчет Принца на белом коне....

Ответ последовал незамедлительно:

- Уж не себя ли ты им считаешь?

У него хватило ума не продолжать котосвару:

- Хам. Грубиян. Обидел девушку.

Как это говорится? «Умный мужчина никогда не даст женщине повод для обиды. А умной женщине, чтоб обидеться, повод и не нужен». Желание строить наглеца сразу улеглось. Даже как-то неловко стало. Но ему ж не будешь говорить об этом. Тем более, что за разговорами о жизни и не до того стало.

Довольно откровенный в описании своего внутреннего мира, он побуждал платить тем же. Говорили о стихах, что писал он, и когда-то пыталась писать я. Не припомню, что б кому-то давала читать свои творения. А он явно разбирался в этом. Любезно заметил, что есть идея и пыл. Мне стало как-то не по себе, и я вслух призналась, что с моей точки зрения откровенно плохо.

Потом нашли сходство - знакомые анекдоты, цитаты из любимых фильмов и мультиков. Ничто не предвещало перемен. Меня, вдохновленную интересным собеседником, даже не насторожила его фраза:

- Мы с тобой одного поля ягоды...

Странно было только то, что мы угадываем мысли друг друга...

Не заметила, как заговорили о сватовстве. Даже здесь были общие черты. Его все пытались женить - разумеется, для его же блага. А моя мама, периодами, начинала вслух тосковать о зяте, пусть даже пока без внуков. И всячески старалась развить среди меня идею озаботиться этой проблемой. Мы с новым другом оба уклонялись такой... заботы. Дружно сказав: *ФУ!* таким усилиям родственников, сошлись на том, что холостая жизнь имеет-таки свои прелести. Перепада в его настроении я не уловила даже тогда, когда посетовав сгоряча:

*Ну вот, ушла я с работы хотя бы в 8 вечера! Аж два раза! Какой мужчина будет это терпеть??* получила в ответ:

*Будет, поверь мне. Если не будешь давать поводов для ревности*.

Я поверила. Потому что привыкла сразу ему верить.

Он удивил тем, что даже не спросил о фотографии. Это редкость для интернетовских знакомств. Предложила я. Получилось само собой...

- О чем призадумался? Пригрузили?

- Нет, рассматриваю фотографии с последней конференции.

- Покажи?

- Кинь адрес.

Отправил фотку сразу же. Пришло сообщение - почта. Смотрю. Конференция, зал полон, на трибуне он. Издали видно - что-то докладывает. Не могу сказать, чтоб произвел особое впечатление... Понравился, но толком-то не рассмотреть. Не успела почту открыть - получаю от него:

- Отправил.

Через несколько секунд:

- Ушло.

Сразу же, встревоженно:

- Хельга!

Накануне мы говорили об именах. Он рассказал о происхождении моего имени - Ольга, от скандинавского Хельга. Хотя я знала об этом, было приятно. Чтобы в долгу не оставаться, я ударилась в поиски его имени. А представился он как Кевин. Имени я не нашла, концы его ушли куда-то в старую Англию. Да и звали его совсем иначе. Но это уже совсем другая история.

Отвечаю:

- Как у тебя там все не по-детски!

А что отвечать? Понравился - не понравился? Мужчине? Или вдаваться в описания? Чай, не пейзаж...

- Ага, чисто по работе прикололись!

Дальше, думаю, сейчас мою попросит. Но он промолчал, стало неловко. Спрашиваю:

- Тебе мою выслать?

Он не настаивал:

- Ну, если есть...

Как это ни странно, есть. По случайности, потому что я - принципиальный противник фотографий. Да и вообще… считаю, что по снимку не разберешь толком, что к чему. Но тем не менее, сама же спросила… Отправила вечернее фото. Ответил быстро:

- Вот ежик в тумане!

Я возмутилась:

- В трудах праведных до позднего вечера, когда мне?!

Редко говоришь с кем-либо настолько на одном языке. И то, что так быстро открываешь душу - почти сразу, о сокровенном, о старых стихах, о новых планах, о мечтах, мыслях, жизненном восприятии. В какой-то момент - а говорили мы как раз о желающих сосватать родственниках (и его, и моих!) его вдруг осенило:

- А вот был бы у меня близкий человек, я бы о нем заботился...

Ну, сказал, и сказал. Я не придала этому значения - пройдет. Как потом оказалось, напрасно.

2

- Стоит ли говорить об этом? – внезапно взбрыкнула я.

Нет, больше не отзывалась боль. Когда-то мне казалось, что ее нет. Потом я ее запустила, постаралась забыть о ней. Ведь все равно не спрячешься, а жить надо дальше. Я переехала в Петербург работать, где у меня знакомых нет. Но я люблю этот город.

Когда-то я хотела ехать в Москву. В своем отрочестве. Учиться и работать. Замуж не собиралась, ни на кого не рассчитывала. Влюбчивой не была, общаться не стремилась. Даже женских романов не читала, никого не ждала. Жила на работе, осваивала после Университета профессию. И волшебством сказок, музыки из кинофильмов. Откуда он взялся на моем пути? Сама себе не объяснила.

- Я все тебе рассказываю! – возмутился муж.

Он прав, мы откровенны друг с другом. Но… Было бы, о чем рассказывать. Итак, он знал и о первом бывшем, который появился уже в Петербурге, в 27 лет, довольно поздно. Но нежно и заботливо. И о втором. После длительного перерыва. Внезапно, эмоционально и разрушительно. Даже о курортной интрижке, совсем уж без продолжения. Вот, собственно, и все. Я была закрыта, влюбленности боялась. Знала, что становлюсь уязвимой. А зачем оно мне? Не привыкла на кого-то рассчитывать. Предложения в свое время делали оба, да так и повисли в воздухе. Первое из-за проблем с алкоголем. Второй стал резким и сказочно ревнивым. Отношения заканчивала сама, подолгу отстаивая право на свободу. А после второго бывшего была уверена, что больше мне любви не надо. Как-то много сложностей с появлением мужчины в жизни, время, усилия и нервы кидаются, как в топку.

Но, как бы там ни было, это то, что было в реальности. И до мужа, в которого я вдруг влюбилась, да еще и дистанционно. А это – что было? Главное, хочу ли я это знать сейчас? Когда мы сходились с мужем, все казалось сложным. Мы проходили уроки один за другим, помогая друг другу по мере сил. Привыкая, учились доверять и обсуждать не только события, но и мысли, чувства, мечты и желания.

Начать с того, что второе расставание было трудным и изматывающим. Казалось, эмоции из меня просто вытаскивают негативом, расшатывают, чтобы подчинить. И я стала часто плакать. Раньше мне казалось, что отношения с ежедневными разборками – преувеличение. Но чем дальше, тем ближе мы к этому подходили.

И это при том, что нас, по большому счету, ничего не связывало. Второй сдал все свои квартиры, ждал очередную. Жил за городом или у меня. Скирдовал свои деньги на ремонт, мог не работать. Я же работала много, содержала собственный мелкий бизнес и оплачивала свои потребности сама, включая аренду квартиры. Замуж не собиралась, забот и без того хватало. Второй со своими запросами меня утомлял все сильнее. Его резкость стала все сильнее походить на грубость. А на меня вдруг снизошло спасительное понимание: я имею право с этим не мириться. И у себя дома нашла, наконец, спокойствие.

А потом влюбилась, не видя, все себе придумав. Мне казалось, это невозможно. Ну, либо как с Нулевым – удобно помечтать перед сном. Не обязывает. Но…?

Я слушала семинары, уехав на Кипр. Это для меня место силы, там я была в третий раз. Владелец бизнеса не отдыхает полностью. Во всяком случае, не я. Просто офис перенесся. Однако, время высвободилось, и я стала нагонять дистанционную учебу.

Голос одного из преподавателей цеплял, речь и смех завораживали. А еще – так много общего. И детство с юностью в Краснодаре, и любовь к большим собакам и старым, великолепным советским фильмам. Он стал писать и уехал в Москву. Этого когда-то хотела я. Только все поменялось. И теперь я, на Кипре, ловлю по голосу его настроение, и душа трепещет.

- Ты ведь его не видела! – настаивала подруга. – Опять себе придумала.

Меня просто тянуло… и все. Учеба настаивала на светской жизни, посещении мероприятий. И я поехала в Москву, благо, от Петербурга недалеко. Предлог найти нетрудно, чтоб подойти - за автографом. Я, правда, их не собираю, но кто об этом знает?

Я увидела его и поняла, что пропала. То есть, не то, чтобы сразу - пару месяцев ещё сопротивлялась. То пыталась себя убедить, что мне кажется, то – по привычке, просто забыть. Надо ли говорить, что ничего не получилось? И я махнула рукой. В конце концов, какого черта? Я была свободна и знала, что он - тоже. А если это судьба? Для нас обоих. И произошло то, чего нельзя было ожидать совершенно. Я решила шить вечернее платье. Надвигалось весенняя учеба, уже с выездом.

3

Взрослые, самостоятельные люди. Каждый со своим опытом, нравом. Так почему же он несколько искусственно держит дистанцию? И почему она боится собственных чувств? Призраки? Проклятия? Оба свободны, детей и семей, которые могли бы разрушить, нет. Так в чем же дело?

В старых замках жили привидения. В старых знатных родах, вместе с проклятиями. А здесь? О чем они молчат друг другу и себе самим?

"Я буду искать кого-то подходящего", - болело у него.

"Мне нужна женщина для жизни", - ныло у нее.

Что значит, искать? И как это – для жизни? А любовь, уважение? Дружба, общие интересы? И что за проклятие – одно на двоих?

Он решил, что никого больше не полюбит, не сможет. Она – что ей любовь не нужна, так проще. Самонадеянно… Ему - сорок пять, ей – тридцать четыре. Без любви проще. Нет претензий и манипуляций. Нет страстей и боли. Нет заботы и ответственности. А есть ли жизнь? Идут своим чередом работа, интересы, много чего еще… Но душа-то просит! И города разные. Удобно прятаться друг от друга. И от самих себя?

Наверное, так и думали наши ангелы-хранители. Так странно и страшно - запускать в свой мир. Вдруг напугает чертей в моем симпатичном неглубоком омуте? Я не привыкла рассчитывать на мужчину до Нулевого, и не особенно доверяла им после. И точку в отношениях ставила всегда сама. Хотя начинали всегда они. А теперь все наоборот.

Она пытается найти любимого человека в зеркале. Изображение блеснуло, зарябило. Вдали засиял огненный шар. Но никого не было. Лишь энергетическая волна от шара обдала теплом. Она оказалась в Зазеркалье.

Хохот раздался радостный, живой. Ветерок захлебывался, кружил ее. Больше никого не было. И ей захотелось смеяться, только несколько смущало головокружение…

Она села на землю. Было тепло и неподвижно. Лежали овощи, ягоды, мясо. Она поняла, что хочет есть. Пришли сытость и спокойствие.

Хотелось пить. Озеро неподалеку сверкало, будто знакомое зеркало. Она склонилась к воде. Чистая, прозрачная и холодная до зубовного скрежета. Смотришь, кажется, что отражение меняет какая-то глубинная сила. Мол, тебе же на благо…

Призраки? Воды, земли, воздуха. Где же родной огонь? Любовь? Но ее ведь нет. Может, она, как единорог. Все говорят, да никто не видел…

Что же он искал в зеркале? Рассматривал пристально, ловил тени. Что мешает ему любить и быть любимым? Прежние чувства? Боязнь, что не заслужил, потеряв? И это больше не повторится? Он услышал голос матери:

- Эх ты! Я же люблю тебя!

Изображение блеснуло, зарябило. Вдали засиял огненный шар. И в его свете - женщина. Тени кружились вокруг нее, не касаясь. Иногда закрывали солнце, и она мерзла, поникнув, как цветок. Ведь, как и все живое, тянулась к лучам.

- Не для жизни… - тогда доносилось до нее.

Мужчина видел свои тени вокруг нее. Они оттесняли ее к воде, к холоду. И от его зеркала.

- Эх ты! Я же люблю тебя … - он слышал через шуршание.

Она боролась. Но силы иссякали. Тени усыпляли ее.

- Нет… Я хочу увидеть и услышать Любовь… Если только она есть на свете… - услышал он ее. И протянул руки навстречу. Зеркало не принимало его. Еще и еще.

- Найду себе получше… - Звучало в его голове. Вот только женщина другая. И ее атакуют тени. Как же так получилось, что тени похожи, одни на двоих?

- Иди ко мне! – позвал он ее. – Я люблю тебя… и ты нужна мне.

Светлая субстанция вошла в зеркало. И вокруг женщины защитой засветилось светлое поле и тени отступили и побледнели. Она сама стала реальнее, плотнее и ближе. Но глаза ее все еще закрыты, лицо бесцветное. Все, казалось, замерло в молчаливом ожидании.

- Любимая… посмотри на меня…

Ветер поднял воду к солнцу и обрушил на землю. Мужчина ужаснулся. Но женщина оказалась прямо перед ним в зеркале, и он втянул ее в комнату.

- Девочка моя, я здесь!

Она открыла глаза. Больше не было никого и ничего. Но и борьбы, страха и отчаяния тоже. Был мужчина из ее снов и спокойствие, защищенность рядом с ним.

- Я знаю тебя. Я люблю тебя, - шепнула она. Хотя ей казалось, закричала.

Они обернулись к зеркалу. И увидели себя, обнявшихся.

Я уже не всегда легко отличала явь от нави. Где сон, где образы, а где жизнь? Может, этот мужчина и есть моя судьба? После Нулевого, Первого и Второго? А может, мне проще жить самой, продолжая ни на кого рассчитывать...

4

Встречи и расставания. Сложно и просто.

- Я приеду свататься, - раз за разом пишет Кевин

Приедет, тогда и подумаю. А то было бы сказано. Мы общаемся с взаимным интересом. Угадываем настроение друг друга. Иногда – ссоримся.

- Я завтра приеду от родителей. И послезавтра – к тебе.

- Прекрасно.

- А ты думала – в сказку попала?

- Сначала думала, что попала…

- Как?

Впервые я узнала, что такое – кричать по аське. В ход шло все. Большие буквы. Восклицательные знаки. Впервые кольнула сердечная боль. Я анализировала слова, чтобы прекратить эмоции. Он не слушал. Он выкричался… и исчез.

Появился вечером третьего дня смертельно обиженный. Слал цитаты из Шекспира в подлиннике. А я растеряла все английские слова.

- Я уехал в командировку, - раздраженно написал он уже на родном. – Раз тебе ничего не нужно.

- Я должна верить в призраки? Ты ведь даже не удосужился позвонить!

- Я щажу твои чувства!

- Когда это?

Это была первая и единственная ссора, спровоцированная им. Мы редко ругались, но остальные заводила я. А вот на мировую шел он. И теперь мы помирились. После командировки на север, где-то через месяц, он приедет. А пока… Переписка ежедневная, эмоциональная. О жизни, семье, взглядах, настроении.

- Ты вообще спать ложился?

- Работал. Писал регламенты.

- Тебя ж вчера я на мероприятие отпустила.

- Да что там делать… Немного побыл, отметился… И работать.

Цитаты, картинки, нежность.

- Чего смурная? Родители опять мозг выносят?

- Да не здоровится. Погода меняется, наверное.

- Погода, да? Ты во сколько вчера ушла?

- Около девяти вечера.

- То-то мы с тобой болтали до одиннадцати…

- Правда?

- У тебя сейчас вечер? Восемь-девять, кажется?

- Да.

- Сядь и спи в кресле. Давай, хотя бы часок.

Не всегда было гладко. Характеры-то…. Оййй!

- С днем защитника!

- Убью.

- Чего это вдруг?

- С чем поздравляешь?? Два года насмарку! Да еще в боевых действиях! Сколько друзей потерял!

- Грубить не обязательно.

Иногда провоцировал ревность.

- Они мне тут танцуют… голыми на столе.

- Ну а ты чего теряешься?

- У меня же ты есть.

- Да где я есть-то? Бог знает, где.

Он не доехал снова. Сначала – в Москву, отчитаться. Потом к родителям, под Ставрополь, помогать с переездом. Меня это все еще не смущало.

Потом – опять командировка.

- А что они тебе сказали, когда ты уезжал?

- Как мы без тебя? – и эмоции, смайлики.

- Ну вот. А ты все - ненавидят… - его, кажется, это сильно угнетало.

- Ой, да ладно…

Он умел быть заботливым и чутким. Особенно под полнолуние.

- Опять мало спала? Рано ж уехала! И бессонницы у тебя нет.

- Да приехал знакомый вечером… За налоговым кодексом. И заболтались.

- В пятницу вечером?

- Да.

- За налоговым кодексом?

- Ага.

- Под выходные?

- Да, да.

- Сексу он хотел, вот что.

- Не знаю. Сказал, за кодексом. Получил книгу. Поговорили, да поехал.

Он знал, что мне нравится. Тогда кассеты потихоньку сменялись дисками, он сказал, что записал для меня. Но диски я так и не получила.

Я работала много. Выполняя нагрузку троих человек, я редко уходила раньше девяти вечера. Часто – около одиннадцати. Мне нравились и работа, и собственная незаменимость. Это началось до моего романа и продолжалось два с половиной года, без отпусков и выходных. Будни для меня отличались лишь невозможной ранью, рабочий день начинался в 8 утра.

Мы с коллегами в филиале работали наравне. Помню, как смеялась шеф, когда я пришла в выходной после полудня.

- Охранник волновался, что тебя еще нет. Не случилось ли чего.

Охрана была ведомственная, и знала нас всех. А уж меня – и подавно. Они ходили за мной, проверить, вызвала ли я такси. Или пешком собралась идти среди ночи, а то – станется.

И на фоне всего этого – ежедневная переписка. Он знал, что могу ответить поздно, застрять с работой или в соседнем отделе. И я была в курсе происходящего вокруг него.

Перерывы бывали редко, на пару дней. Например, когда он уезжал в Москву с отчётом.

И вот, однажды неясная тревога одолела. Как назло, его не было вечером и на следующий день - тоже. Я знала, что он – на учебе, где-то у скандинавов. Ничто, как говорится, не предвещало. Но душа не на месте. Появился он на следующий вечер злой и расстроенный. Мало того, что его подрезали на арендованной машине, так еще он подрался с полицейским. Юристы разрулили, конечно, но настроение…. В атаку выпускать, причем в одиночку. Потребовался не один час, чтоб его переключить.