Моль

Глава 1

­­­­МОЛЬ

Вагон в последний раз дернулся и замер у залитой солнечным светом платформы. Мимо окна пронеслось несколько клубов пара долетевших от начала состава. Место Эмилии находилось в глубине, поэтому первыми на улицу вышли её подруги. Роззита и вовсе едва дождалась полной остановки поезда. Если бы Анабель не держала её за руку, она, вероятно, выскочила бы ещё на ходу. Однако, как только дверь отворилась, Роззи уже было не удержать. Придерживая одной рукой шляпку, а другой, подхватив свою розовую юбку, она, словно яркая птичка, вылетела из купе.

Эмилия же, поднявшись со своего места, не торопилась покинуть вагон. От долгого сидения голова привычно закружилась, и ей потребовалось постоять пару секунд с закрытыми глазами, чтобы всё пришло в норму. За это время её спутницы, ведомые любопытством Роззи, уже успели немного отойти. Но это оказалось даже к лучшему, так как на перроне девушка сразу же заметила мастера Шульца.

Этот неприметный человечек в круглых очках и с усами щёточкой стоял возле Беседки для Телепортаций. Скорее всего, он тоже увидел её, однако продолжал делать вид, что читает газету. В первое мгновение Эмилия немного растерялась, так как не ожидала, что куратор встретит её сразу по прибытии на место. Она надеялась, что у неё будет хоть немного свободного времени в новом городе. К тому же он мог заметить признаки её недомогания, а ей очень не хотелось вновь обсуждать с ним эту тему.

Однако девушка ничем не выдала своей досады и прошла мимо начальника к урне, словно намереваясь выкинуть кусочек бумажки. Заклинание сработало безупречно и в потайном кармане её платья слегка потяжелело. Обычно телепортация небольших предметов на короткие расстояния сопровождалась таким мизерным всплеском магии, что надо было точно знать, когда и где он произойдёт чтобы заметить. Однако, следуя инструкции, Эмилия всё же искоса оглядела платформу и, лишь убедившись, что никто ею не заинтересовался, поспешила за подругами, даже не взглянув на куратора.

Тем временем Роззита, младшая из их троицы, радостно комментировала всё, что видела вокруг. В этом году ей исполнилось восемнадцать, и это было первое путешествие в её жизни. А прибытие в столь крупный город, как Миралина обещало, что непрерывный поток её бурных эмоций не иссякнет, как минимум ближайший час.

– Я не могу поверить, что я здесь! Вы только посмотрите, какая красота! Не то, что наше захолустье!

– Наш город не так уж и мал, Роззи, – сказала Анабель, поправляя подруге шляпку. – Не стоит так говорить про родной дом

– Да? – сморщила носик младшая. – А почему тогда у нас не так?

– Им просто повезло с климатом. Как правило, многие южные города выглядят гораздо наряднее, чем северные, – Эмилия тоже решила вступиться за родное захолустье. – Зато у них не бывает так красиво, как у нас зимой на озере. Ведь здесь вода не замерзает.

– Что, правда? У них не встаёт лёд? А где же они катаются на коньках? – Роззита удивлённо захлопала ресницами, но уже в следующее мгновение вновь закружилась на месте. – Но всё равно здесь так здорово!

Анабель рассмеялась, глядя на подругу, а Эмилия улыбнулась её непосредственности. Она была лишь на пять лет старше Роззи, но чувствовала, будто их разделяет целая пропасть. Казалось, что её первая поездка в крупный город была уже очень давно. Хотя стоило отметить, что восторги младшей подруги всё же были не безосновательны.

Город представлял собой истинное украшение восточного побережья княжества. Он очень выгодно расположился в устье реки среди невысоких холмов, к северо-западу переходивших в горный отрог. Все главные улицы вторили поворотам берегов, и даже вокзал был построен у самой воды, чтобы облегчить процесс переноса грузов с кораблей на поезда. Глубина реки позволяла заходить достаточно крупным судам, что помимо всего делало Миралину одним из важнейших портов государства.

С пассажирской же части вокзала открывался прекрасный вид на противоположную сторону реки. Там, вдали от торговой суеты центра города, удобно разместились роскошные дома местной элиты высших магов. Они ровным рядом тянулись вдоль каменной набережной, соперничая друг с другом в изысканной роскоши и, как предполагала Эмилия, в магической силе охранных заклинаний. Их выгодно оттеняла начинавшая уже желтеть зелень поднимавшихся сразу от берега сопок, на склонах которых также разместились обширные владения знати.

– А ты знала, что Миралина это вовсе не название города, а название Водопада? – во время поездки в поезде Роззита изучила брошюру о местных достопримечательностях вдоль и поперёк и теперь считала себя экспертом в этом вопросе.

– Что, неужели того самого Водопада?! – притворно удивлённым голосом спросила Эмилия. – Быть того не может!

– Да! А ещё однажды даже думали перенести сюда столицу княжества. Но потом почему-то от этой идеи отказались!

Причинами были – слишком уязвимое географическое положение и, как ни странно, нахождение здесь «того самого» Водопада. Это поистине удивительное природное и магическое явление дало городу не только название, но и несметные средства для своего развития. Но видимо эту информацию Роззи, скорее всего уже не запомнила. Тем не менее, Эмилия была рада уже и тому, что в её голове застряло хоть что-то полезное. Именно она подсунула ей эту брошюру. Возможно, благодаря этому их младшая подруга не будет выглядеть такой провинциалкой, какой в своё время была она сама.

Все трое они были из музыкального агентства. Роззита играла на флейте, Анабэль на скрипке, а сама Эмилия на фортепиано. В Миралину они прибыли к осеннему-зимнему сезону балов. Благородные маги и другие не бедные господа, вернувшись из летних путешествий, немедленно озаботились вопросом дальнейших развлечений, что и вызвало повышенный спрос на музыкантов. Девушку всегда забавлял тот факт, что всесильные Одарённые не использовали магические музыкальные шары, а предпочитали живую музыку. Это противоречило их обычной привычке превозносить магию и всё, что с ней связано.

Однако, несмотря на пять лет всевозможных командировок в Миралине Эмилия тоже была впервые. И стоило признать, что этот город смог произвести достойное первое впечатление. Одно только здание вокзала ослепляло бликами от огромного стеклянного купола, который, как гласила всё также брошюра, являлся вершиной творения на стыке магии, современной техники и настоящего искусства. Высокие арочные окна чередовались с изящными колоннами, создавая впечатление, что перед вами величественный дворец или, по меньшей мере, музей искусств, но уж никак не место, куда приходят поезда. Изображения витражей в отдельных секциях купола были не только потрясающе красивы, но и двигались и, как заявлялось, светились ночью. Уже только глядя на это восхитительное архитектурное творение можно было судить о том, сколько богатства приносит Водопад.

После столицы Миралина была, возможно, самым наиболее развитым городом княжества. Здесь уже повсеместно присутствовали водопровод и отопление. А некоторые части города даже полностью электрифицировали. По заливу сновали паровые катера, а дороги оглашали гудки автомобилей.

Однако, не смотря на всё это, маги по-прежнему оказывали значимое влияние на развитие города. А они в основной своей массе принимали технический прогресс в штыки. Каждый второй дом в Миралине принадлежал какой-нибудь именитой семье потомственных Одарённых, ведших свой род ещё со времён основания города, а то и дольше. И это, конечно же, также оставило свой след в его облике. Так, к примеру, поезд на котором приехали Эмилия с подругами всё ещё был старомодной конструкции. Каждый вагон в нём был всего одним купе, имел отдельный вход и больше походил на карету, поставленную на железнодорожные колёса.

Сама Эмилия не обладала даже слабым Даром, чем не раз вызывала досадливое кряхтение родной тётушки. Ну, как же! Наследница прославленного рода боевых магов Монтанера, и Неодарена. В поисках виновного в сём неугодном для неё факте тётя – капитан в отставке Катарина Монтанера – всякий раз останавливалась на её родителях. И каждый раз пересказывала ей историю того, как её родная, в меру Одарённая, сестра, умница и красавица влюбилась в обычного человека. Однако же она всякий раз с улыбкой добавляла, что судить её за это было сложно, поскольку он был высокий статный сероглазый блондин. Даже среди Одарённых, никогда не гнушавшихся поправить свою внешность магией, он выделялся особой строгой красотой. А вкупе с профессией Наблюдателя, вызывал немало заинтересованных взглядов среди местных девушек. На тот момент их мир только-только обрёл статус Открытого, и любые представители других миров были чем-то диковинным и крайне желанным. Тётушка утверждала, что сбилась со счёта, скольким соперницам её сестрёнка подпалила волосы. Однако главным препятствием к браку их отец считал то, что потенциальный жених не был магом. И на тот момент это было весомым аргументом.

Их Мир будучи долгое время Закрытым значительно отстал от тенденций происходивших в Ста Мирах. В Межмировом сообществе Неодарённые уже давно отвоевали себе значимое и уважаемое место. Начать хотя бы с того, что скажем Наблюдателями, могли быть только не маги. Это было главное условие их организации. А они пользовались полной и безраздельной поддержкой Драконов. Маги, конечно могли не принимать в расчёт Наблюдателей, но с тех пор, как корпорация «Дорога» стала неотъемлемой частью Ста Миров, статус Наблюдателей возрос многократно.

Сломить сопротивление родни отец Эмилии смог лишь пообещав, что увезёт жену туда, где он, не маг, имеет вес в обществе. И своё слово он сдержал. Будучи не последним человеком в иерархии Наблюдателей, ему не составило труда окружить любимую женщину привычным для неё комфортом. Хотя мама Эмилии не была такой уж неженкой. Как и все в их семье она видела своё будущее в боевой магии и имела твёрдое намерение стать одной из «Псов». Но не успела. Обнаружив, что беременна она решила отложить свою карьеру до рождения дочери. Эмилия появилась на свет в далёком мире с номером пятьдесят шесть. Девочка пошла в отца всем – она выросла высокой сероглазой блондинкой с полнейшим отсутствием Дара.

Однако всё это девушка знала лишь со слов тёти, ведь сама она не помнила своих родителей. Они погибли в результате магического несчастного случая, когда ей было всего несколько месяцев от роду. В тот день она тоже должна была разделить их участь, но ей повезло. Жизнь ей спасли, но вот полностью восстановить здоровье так и не удалось. Как позже говорил тётушке доктор, последствия могли быть куда плачевнее, а так с таким недугом можно спокойно жить даже не применяя целебных заклинаний и не принимая лекарств.

В их Мире эта болезнь называлась «Холодная Кровь» и хоть звучало это зловеще, но означало лишь то, что кровяное давление у неё было ниже, чем у здоровых людей. Обычно это характеризовалось небольшой бледностью, периодическими головокружениями, холодными руками и ногами и повышенным риском обмороков. Всё детство это накладывало на неё массу ограничений, которые её тётушка неукоснительно соблюдала. Но и считать себя немощной Эмилии не позволили. Катарина Монтанера была не из тех, кто просто сокрушается над превратностями судьбы. Учтя все плюсы и минусы и, сделав нужные выводы, она отдала свою единственную племянницу в музыкальную академию. Здраво рассудив, что это не только поможет ей в будущем обеспечить стабильный заработок, но и, как представителю творческой профессии, снискать расположение даже среди Магов. И всё более или менее следовало её плану ровно до того момента, как Эмилия стала «Серой» и обзавелась ещё одним именем – Моль.

Музыкальное агентство, в котором состояли подруги, забронировало им место для проживания в городе. Вообще работать в подобной организации было гораздо удобнее, чем находиться в «свободном плавании». Агенты решали очень многие вопросы. Помимо жилья, они обеспечивали музыкантов подобающей одеждой, инструментами, транспортом или телепортом, ну и, конечно же, заказами. За все свои услуги они забирали четверть от всего заработка. Некоторые музыканты считали такие условия грабительскими, но сама Эмилия думала, что они вполне справедливы. Да и к тому же это помогало ей больше сосредоточиться на «серой службе».

Девушки не стали сразу же отправляться к месту своего проживания, а решили немного посмотреть город. Они зашли в здание вокзала и уделили должное внимание тем самым витражам. Изнутри оно было не менее великолепно, чем снаружи. Падавшие через многочисленные огромные окна косые лучи солнечного света отражались от светлого мраморного пола и создавали ощущение лёгкости, которое никак не ожидаешь от столь огромного сооружения. В интерьере, помимо мраморных колонн и лепнины, повсюду блестели изделия из бронзы и латуни. Они выглядели как настоящие произведения искусства. Например, окошко кассы было обрамлено изящной решёткой с растительным орнаментом.

Эмилия, сославшись на то, что ей нужно в уборную, поспешила уединиться. Дамских комнат было, как и везде две. Одна для тех, кто побогаче и вторая для всех остальных, хотя и она выглядела довольно прилично. Всё же Миралина был крупным городом, а вокзал, так сказать, его лицом. А потому старался во всём произвести хорошее первое впечатление.

Наконец оставшись одна, Моль достала послание. Обычно оно содержало время и одноразовый браслет для телепортации. Это означало, что в назначенный час ей надо будет активировать «телепортатор» и он перенесёт её на место встречи. К этому моменту ей следовало остаться одной, а также убедиться, что её отсутствие не покажется подозрительным. Однако в этот раз точное время отсутствовало, а записка велела ей отправиться на встречу, как можно скорее. Это говорило о том, что ей предстояло срочное задание.

Она сожгла инструкцию и поспешила обратно к своим спутницам. Подруги расположились в небольшом привокзальном кафе. Эмилия сразу поняла, что это было решение Роззиты. Она, наверняка, просто не смогла пройти мимо уютных столиков расставленных в элегантном и богатом интерьере. Окна здесь выходили на одну из главных улиц города, где мимо проезжал всевозможный транспорт, и прогуливались люди, наслаждаясь последними тёплыми деньками осени. Ко всему выше перечисленному из открытых дверей кафе доносился восхитительный запах свежей выпечки и кондитерских изделий, что неизменно завлекало проголодавшихся путешественников. Однако Моли всё это в свою очередь говорило о том, что цены в этом заведении завышены раза в два, а то и в три.

– Эмилия, Эмилия! Иди скорее. Я заказала тебе чай и пирожное. Только тебе придётся мне помочь, а то денег мне не хватит, – Роззита, как всегда, была сама непосредственность.

Это, скорее всего, означало, что заплатить Эмилии придётся за них обоих. Анабэль всегда покупала всё сама и была крайне щепетильна в этом вопросе. Именно поэтому сейчас перед ней стоял только чай. Моль старалась не поощрять Роззи своей щедростью, несмотря на то, что деньги у девушки были. И гораздо больше, чем могли предполагать её подруги, ведь на службе «серому мундиру» ей полагалось приличное жалованье, не считая «трофеев».

У Моли уже было несколько счетов в разных банках. И ещё парочка под другими именами. Единственным недостатком было то, что она не могла позволить себе тратить эти деньги публично. Это могло испортить ей «легенду». Девушке приходилось поддерживать образ порядочной, небогатой, но старательной музыкантки с идеальной репутацией.

– Сейчас попьём чаю и направимся заселяться в пансионат, – спокойно сказала Анабэль. – Нам ещё нужно разобрать вещи и порепетировать.

– Но почему? – тут же задрала бровки Роззи. – Я думала, мы ещё немного погуляем. Город такой красивый!

– Роззи, мы и так уже прогулялись, – заметила её подруга. – К тому же поездка была долгой и утомительной. Неужели тебе не хочется отдохнуть?

– К сожалению, я не смогу пойти с вами. Мне необходимо зайти в агентство, – у Эмилии всегда было заготовлено несколько возможных причин, чтобы отлучится ненадолго. В данном случае визит в контору выглядел наиболее правдоподобно.

– Как?! Сразу по прибытии? – удивилась Анабэль. – Но я думала, первый день будет свободным.

– Ну, вам не обязательно… – начала Эмилия.

– Да, я не хочу! Я хотела зайти в магазин «Тогден и Ко.». Здесь у них, конечно же, больше выбор, чем в нашем захолустье, – смешно надув губки высказалась Роззи.

– У тебя же нет денег, что-либо там покупать, – указала старшая подруга.

– Ничего! В сезон балов они скоро у меня появятся.

– Что ж, ладно. Но полагаю, сегодня ты работать не планируешь? – поддела её Эмилия.

– Великие Драконы, нет, конечно! Скажи им, что мы после переезда ужасно устали и, что нам надо отдохнуть. И может быть завтра тоже!

– Роззита, – укоризненно улыбнулась Анабэль.

– Ладно, ладно! Только сегодня, – умильно насупилась она и улыбнулась.

Девушки рассмеялись.

– Что ж, тогда увидимся в пансионате.

Эмилия положила на стол необходимую сумму денег и направилась к выходу из вокзала. В этот момент в одной из Беседок рассыпались искры телепорта, и из неё вывалилась шумная компания Одарённых. Помимо того, что все они были прекрасно одеты, их также выделяли магические украшения вроде светящихся запонок или последней новинки молодёжной моды – «драконьего хвоста», которыми они помахивали во время ходьбы. Это говорило о том, что магический уровень этих юнцов гораздо выше среднего, и они совершенно не задумываются о том, на что тратят свою энергию. Смеясь, и подшучивая друг над другом, они проследовали к выходу на перрон.

Эмилия посмотрела на своих подруг. Роззи в восхищении ловила каждое движение этих хозяев жизни. Анабэль держалась спокойней, но также разглядывала их с нескрываемым интересом. Сама Эмилия будучи «серой» не раз могла наблюдать эту публику гораздо ближе и была не понаслышке знакома с их довольно частыми проявлениями пренебрежения, заносчивости и крайнего высокомерия, особенно по отношению к Неодарённым. Это было следствием их почти неограниченой мощи и как следствие несметного богатства. Тогда как маги с более низким уровнем уже гораздо реже демонстрировали подобные черты, чему её тётя была наглядным примером. За годы службы, узнавая сильных Одарённых всё больше и больше, девушка понимала, что восторга своих подруг она не разделяет.

Эмилия вышла на улицу и, увидев неподалёку небольшую площадь, направилась туда. Она шла по каменной мостовой вдоль красивых четырёх- и даже пяти-этажных домов. Они плотно прилегали друг к другу боковыми стенами, оставляя на обозрение прохожих лишь фасады с огромными арочными окнами, всевозможной лепниной и словно парящими в воздухе балконами. Даже решётки на дождевых ливнёвках на земле были выкованы элегантным узором. Всё потому что эта улица была своего рода витриной города. Однако Моль могла поспорить на что угодно, что позади этих домов шла узкая, тёмная, малоприметная улочка, которой полагается пользоваться прислуге. Туда подвозят уголь и продукты, там выбивают ковры и вывешивают бельё. Там идёт своя, совершенно другая, жизнь, сложная и, возможно, неприглядная. Но, порой, она ощущается куда реальней, чем то, что выставляют напоказ на «витрине».

Время было уже далеко за полдень и в уличных кафе на площади начали появляться пары или компании по несколько человек. Многие молодые люди были одеты в одинаковую униформу, что говорило об их принадлежности к какому-то учебному заведению. Как правило, мальчики и девочки учились отдельно, но иногда попадались смешанные школы. Они считались очень прогрессивными.

Одарённые также обучались отдельно и до определённого возраста их магические способности ограничивали с помощью печати, которую наносили прямо на кожу. Это были замысловатые письмена, складывающиеся в особый узор и светящиеся неярким голубоватым светом. Такие могли делать лишь представители Ордена, благодаря их особой школе магии. Деактивировали подобные ограничители только на занятиях. Многим детям сильных Одарённых эти печати наносили уже в самом раннем возрасте. На улице ученики магических академий также отличались своей формой и опять же волшебными украшениями и дорогими телепортаторами.

Площадь, к которой она шла, образовалась вокруг чудесного фонтана и насколько поняла Эмилия, являлась пешеходной. То есть ни лошади, ни магические колесницы, ни тем более новомодные механические повозки не могли сюда въехать. Возле каждого дома по улице стояла отдельная Беседка для Телепортаций, что означало, что перемещаться прямо на площадь было нельзя. Это было общим правилом для всех публичных мест в любом городе. Чтобы избежать случайных столкновений и тем более несчастных случаев, на землю наносилась огромная магическая печать, действие которой заключалось в том, чтобы перехватывать любой направленный на площадь телепорт и перенаправлять его в ближайшую свободную Беседку. Иногда их ещё называли «Переноски». Они являлись обязательной частью инфраструктуры города и за ними присматривали власти. Сеть из беседок была разбросана по всему городу. Из одной можно было попасть в другую, что позволяло передвигаться гораздо быстрее, чем на повозках и уж, тем более, пешком. Однако, как и все магические изобретения, телепортации были довольно дорогим удовольствием. Для активации «Переноски» требовался заряд сырой магической энергии. Для магов в этом не было никакой проблемы, они всегда носили с собой запас в виде сосуда или какого-нибудь артефакта, а вот Неодарённым приходилось её покупать. Стоила она, конечно же, дорого, так что простые люди продолжали пользоваться экипажами, повозками, а с недавних пор ещё и автомобилями.

Фонтан венчался высоким шпилем с золотым шаром, испещрённым мелким узором. По падающей от него тени было видно, что внутри он почти полый. Девушка вспомнила, что в брошюре, которую Роззита читала в поезде, Миралину называли «Городом шпилей». Они были здесь на каждом мало-мальски значимом здании. Она не запомнила деталей, но знала, что это как-то связано с Водопадом.

Эмилия решила телепортироваться вместе с очередной компанией гуляющих. Так её научили на службе. Если за ней кто-то наблюдает, то в таком случае, не сможет быстро отследить телепорт, так как он смешается с другими. И это, как минимум усложнит слежку, а как максимум поможет сбросить «хвост». Поэтому, направляясь на встречу с куратором, она всегда выбирала какие-нибудь модные места. Вот и теперь девушка остановилась невдалеке от шумной группы магов, которая поднялась из-за одного из столиков уличного кафе и уже собиралась телепортироваться. И как только засверкали первые золотистые искры, Эмилия активировала и свой амулет.

Моль очутилась в полутёмном помещении, которое, судя по запылённым остаткам мебели, находилось в заброшенном здании. Здесь было стыло и пахло плесенью. Для Эмилии подобная обстановка давно стала обыденной. Встречи с куратором часто проходили в таких местах, где никто не смог бы их не увидеть, не потревожить. Поначалу эти ситуации её немного нервировали. Всё же нахождение наедине с малознакомым мужчиной не могло не вызывать хотя бы лёгкую тревогу. Однако со временем она, если и не начала доверять Мастеру Шульцу, то, как минимум, привыкла к его присутствию.

Перед ней была дверь, из-под которой пробивался свет и доносились приглушённые голоса. Прислушавшись, она различила двоих мужчин. Один говорил более громко и властно, а второй тише и немного монотонно и в нём девушка сразу узнала своего куратора. Голоса стихли, и Эмилия увидела, как полоску света под дверью заслонила тень.

В отворившемся проходе ожидаемо появился мастер Шульц. Он окинул её взглядом и удовлетворённо кивнул.

– Эмилия, заходи, – сказал он, но девушка лишь сделала непонимающий вид и залепетала:

– Простите, я, наверное, ошиблась, – она бросила взгляд в комнату и увидела, что за столом сидит какой-то незнакомый ей человек.

– Эмилия, – нахмурился куратор.

– Нет-нет, господин. Я не Эмилия. Вы что-то перепутали. Я, пожалуй, пойду.

Незнакомец в комнате хитро прищюрился и приподнял один уголок рта в лёгкой полу ухмылке.

– А Вы хорошо её натаскали, – одобрительно сказал он, не спуская с неё взгляда. – Агент Моль, заходите. Нам нужно поговорить.

– Это всё какое-то недоразумение, – продолжила гнуть своё девушка. – Я всё же пойду.

Теперь мужчина улыбнулся ещё шире, встал из-за стола и поднёс левую руку к затылку, прикоснувшись средним и безымянным пальцами к голове. Мгновение спустя в затылке самой Эмилии закололо. Она прикрыла глаза и перед внутренним взором у неё появились имя, звание и магическая печать подтверждающая личность этого человека. Он был «Серым».

Моль открыла глаза и уже другим тоном произнесла:

– Здравствуйте, господин Полковник.

– Вас приводили к присяге? – спросил он.

– Нет, – Эмилия зашла в комнату, и мастер Шульц закрыл за ней дверь.

– Тогда Вам не нужно ко мне так обращаться. И если мы встретимся в обществе, сделайте вид, что не знаете меня, если только я сам не обращусь к Вам.

– Конечно, – девушка даже немного оскорбилась подобной просьбе.

– Не обижайтесь, – примирительно протянул «серый». – Ко мне Вы можете обращаться – магистр Эледжи.

Он встал и, заложив руки за спиной, вышел из-за стола. Теперь в свете от магического шара, она смогла лучше рассмотреть его. Полковник обладал весьма выдающимся ростом, а вкупе с худощавостью даже отдалённо напоминал Драконов. Эмилии как-то раз довелось видеть одного из этих магических созданий в столице. В своём человеческом обличии они, как правило, были на две, а то и на три головы выше обычных людей.

Натренированным взглядом девушка быстро отметила приметы своего нового знакомого: длинные тёмные волосы схвачены в хвост, нос с небольшой горбинкой и глубоко посаженные чёрные глаза. У него была очень подвижная мимика и, всякий раз, когда он улыбался, морщинки вокруг его глаз складывались в хитрый прищур.

Примечательной деталью оказалось то, что вместо привычных брюк магистр был одет в плотную кожаную юбку ниже колен на манер военных из западных провинций. В детстве Эмилия часто видела их, когда они приезжали навестить тётю. Образ дополняли наглухо застёгнутый длинный двубортный пиджак чёрного цвета и высокие сапоги.

В свою очередь «серый полковник» также окинул её оценивающим взглядом. Эмилия прекрасно знала, какое впечатление производит её тщательно выверенный образ. Скромная благообразная девушка в светло сером дорожном платье и такого же цвета незатейливой шляпке. Приятное лицо без признаков макияжа и волосы, аккуратно убранные в строгую причёску. Всё это работало на её легенду. Благовоспитанная девица, не богатая, но и не нищая. Скорее всего, какая-нибудь секретарь, гувернантка или компаньонка. Ничего интересного и запоминающегося.

После небольшой паузы, в течение которой магистр Эледжи размышлял о чём-то, он сказал:

– Я хотел бы извиниться перед Вами, за то, что нам приходится посылать Вас на задание, едва Вы только сошли с поезда. Но как Вы понимаете в нашей работе надо уметь воспользоваться моментом. И, надеюсь, благодаря Вам я смогу достичь успеха в одном деле. В любом случае, в связи с Вашим неофицальным статусом я не в праве Вам приказывать и Вы можете отказаться.

– Что мне необходимо делать? – спросила Эмилия, тем самым давая своё согласие.

– То же, что и обычно. Проникнуть на приём под видом музыканта, а впоследствии стать моими глазами и ушами, следуя за одним определённым магом. Если всё пройдёт успешно, Вы можете рассчитывать на трофей.

К ней подошёл мастер Шульц:

– Вот Ваш телепорт до агентства, где Вы получите рабочее приглашение на приём и инструкции хозяев имения, – он передал ей одноразовый браслет. – Также все необходимые «инструменты» для этого задания.

В его руках появился бархатный мешочек с затянутым тесёмками горлом.

– Здесь стандартный набор и ещё дополнительный магический щит.

– Он может и не понадобиться, но всё же пусть будет на всякий случай, – пояснил «серый полковник», однако при этом больше не улыбался.

Эмилия кивнула. Имея дело с преступниками магами всегда надо быть начеку, а иначе, в лучшем случае, задание может закончиться в больнице.

– Сразу скажу, что Ваш объект хозяин дома, но поскольку Вы ещё никого не знаете в городе, я сам укажу Вам на него. Он очень сильный маг, так что будьте с ним осторожны, – добавил магистр.

Он постучал пальцем по губе, что-то обдумывая, а потом продолжил:

– Не могу ничего утверждать наверняка, но возможно, в какой-то момент он решит уединиться у себя в комнате или в кабинете. По моим сведениям, ему должны передать контрабанду из другого Мира. Вам необходимо сделать всё возможное, чтобы попасть туда. Я хочу знать обо всём, что будет там происходить, – полковник снова прервался, о чём-то размышляя, а потом кивнул головой, но кажется самому себе. – Чтож, пожалуй, это всё. Отправляйтесь.

– До свилания, – ответила Моль и без лишних вопросов телепортировалась.

Первое время службы её очень возмущало такое отношение – сухие инструкции и никаких подробностей. Тогда как ей хотелось знать, что и для чего она делает. Однако если Моль пыталась задавать вопросы своему куратору, то он обычно отвечал, что чтобы выполнить задание, ей не нужна эта информация. А также добавлял, что если её вдруг поймают, то она не сможет раскрыть, то чего не знает. В такие моменты Эмилия ощущала себя чем-то вроде бездушного инструмента, созданного для определённой цели и не имеющего другого предназначения. Но со временем она поняла, что если внимательно слушать и наблюдать, то можно делать свои выводы. Пару раз ей даже казалось, что она соображает куда быстрее, чем её куратор. Вот только её мнение никто не спрашивал. Не удовлетворившись таким положением вещей, Моль решила сделать все, чтобы обратить на себя внимание начальства. Если уж её используют, как инструмент, она должна стать самым незаменимым инструментом. Для этого девушка тщательно создала необходимый образ и спокойно и кропотливо выстраивала идеальную репутацию неделя за неделей, месяц за месяцем, год за годом. И в итоге это начало приносить свои плоды. Её стали посылать туда, куда не было доступа ни у кого. И сейчас на новом месте она надеялась, что сможет наконец-то проявить себя, чтобы иметь возможность получать больше информации и влиять на ход операции. Встреча с полковником уже сама по себе являлась весьма многообещающим знаком. И следующим шагом нужно было зарекомендовать себя перед ним, как можно лучше.

Завершив все необходимые дела в Агентстве, Эмилия перенеслась к месту заселения. Ей хотелось быстрее попасть к себе в комнату, чтобы успеть подготовиться к сегодняшнему заданию. Выйдя из беседки для телепортаций, она обнаружила, что находится в начале длинной улицы, которую с обеих сторон обрамляли чёрные кованые ограды парков. Они шли равномерными пролётами между каменных столбов. На одном из них девушка заметила магические символы, перекликавшиеся с некоторыми узорами ограды. Это могло означать, что перелезть через эту ковку, скорее всего не получится. Как-то на службе Эмилии довелось видеть, как одного нарушителя, попытавшегося проникнуть на защищённую территорию, такая вот чёрная ограда спеленала по рукам и ногам, да ещё при этом создав тем самым некий замысловатый рисунок, гармонирующий с основным узором. Выглядело это и комично и зловеще одновременно.

Кроны, начинающих желтеть деревьев, нависали над тротуарами и роняли туда первые листья. Через пару пролётов от угла в ограде обнаружилась арочная калитка, надпись над которой гласила «Пансионат госпожи Эрингтон».

Пройдя в парк Эмилия, почувствовала лёгкое покалывание в затылке, в том месте, где были нанесены магические символы Удостоверения. Это подтвердило её предположение о том, что территория пансионата окружена магическим щитом. Печать, нанесённая ей на кожу головы, часто помогала ей почувствовать всевозможные заклинания. Это было очень полезно, особенно для неё, как Неодарённой. В данном случае защитные чары так же, скорее всего, позволяли владельцам знать, кто приходит и уходит.

Девушка огляделась, привычно отмечая удобные места, для наблюдения и запоминая детали. Первое впечатление говорило о том, что всем тут руководят твёрдой рукой. Дорожки были тщательно выметены, скамейки окрашены, а в прополотых клумбах ярко цвели осенние цветы, распространяя вокруг себя приятный, слегка горьковатый аромат. Пройдя немного, Эмилия увидела сам пансионат. Это было двухэтажное здание симметричной архитектуры. От главного входа в стороны отходили два крыла, где, скорее всего, жили постояльцы. В центральной и задней части обычно располагались столовая, гостиная, а также кухня и помещения для прислуги. Недалеко от подъездной дорожки девушка приметила, свежевкопанный столб. Владельцы шли в ногу с прогрессом и собирались электрифицировать пансионат.

Ещё издалека Моль увидела, что на крыльце её уже ждут. Высокая женщина с «острым» лицом, кутавшаяся в тёмную шаль, прямо стояла на краю верхней ступеньки. Её каштановые с небольшой проседью волосы были забраны в высокую прическу, и, несмотря на тепло осени, все пуговки на её платье были застёгнуты под самое горло. В руках она держала небольшую карточку светящуюся голубым светом, что подтверждало предположение Эмилии о том, что хозяева получают информацию о тех, кто пересекает контур щита. Так же это указывало на то, что она была Неодарена. Такими артефактами по большей части пользовались не маги. Они, конечно, не могли заменить «золотой взгляд» Одарённых, но выполняли большинство магических функций необходимых в современном обществе. Через них можно было посылать сообщения, как магам, так и просто обладателям таких же «карт», а также хранить информацию и контролировать некоторые магические заклинания.

У самой Эмилии такого артефакта не было. Во-первых, он не соответствовал созданному образу, а во-вторых, его легко засекали даже не самые сильные маги, что могло помешать ей в выполнении заданий.

Подходя ближе к крыльцу, Эмилия была уже практически уверена, что видит перед собой обладательницу «твёрдой руки», которая держит в порядке весь парк.

– Здравствуйте, Маэстра Кинстон, – голос у женщины был на удивление высокий. – Меня зовут Элеонора Эрингтон. Я владею этим пансионатом.

– А как Вы догадались, что это я? – казаться немного глупее, чем ты есть, также вошло у Моли в привычку.

– Ваши подруги сообщили мне, что Вы скоро должны появиться. А больше я сегодня никого не жду, – пояснила госпожа Эрингтон. – Пойдемте, я покажу Вам ваши апартаменты.

Комната оказалась достаточно просторной, чтобы вместить кровать, шкаф, туалетный столик и фортепиано. В агентстве всегда заботились о том, чтобы их музыкантам было, где репетировать. Также здесь была дверь в небольшую уборную, где к особой радости Эмилии обнаружился водопровод. Хоть воспользоваться этим чудом прогресса можно было только в раковине.

– Я полагаю, магическая звукоизоляция в комнате есть? – уточнила Эмилия.

– Да, конечно, – важно кивнула хозяйка пансионата.

– Хорошо. Также должна предупредить Вас, что я и мои подруги будем вести, по большей части, ночной образ жизни, так как многие приемы, на которых нам предстоит работать, обычно проходят именно в ночное время суток.

Домовладелица недовольно поджала губы.

– И из-за этого же нам придётся довольно часто пользоваться телепортом, и нам было бы удобней, переносится непосредственно в свои комнаты, нежели в парк или холл.

– Это ещё зачем? – возмутилась госпожа Эрингтон. – Вы понимаете, что тем самым будете нарушать целостность охранного щита пансионата?

– Да, я понимаю, – спокойно ответила Эмилия. – Но трём молодым девушкам ходить по ночным улицам небезопасно. Так что Вам придётся положиться на нашу порядочность. А за это я могу ручаться.

Ещё в самом начале своей службы «серому мундиру» девушка поняла, какие обширные преимущества ей даёт профессия именно музыканта. Она могла свободно отлучаться ночью, не вызывая подозрений и пересудов. А звукоизолированная комната позволяла куратору лично передавать ей инструкции, если появлялась такая необходимость. Однако был и минус. Довольно часто ей приходилось сталкиваться с весьма стереотипным представлением о людях творческих профессий. Их считали эмоциональными, легкомысленными и непостоянными.

Поэтому в дальнейшем, создавая свой «образ», Эмилия очень многое почерпнула из рекомендаций агентства к поведению своих музыкантов именно для того чтобы нивелировать этот отрицательный момент. Эти «скучные и никому не нужные» (по мнению Роззиты), ограничения были призваны повысить статус тех, кто их придерживался и тем самым дать им дополнительные преимущества. Именно благодаря соблюдению этих правил, Моль теперь имела доступ к самым закрытым домам в княжестве. Когда потенциальные клиенты обращались в агентство, в поисках музыкантов для своих приёмов, их часто интересовали, конечно же, те, кто был на хорошем счету. А хозяйки домов иногда предъявляли дополнительные требования о том, чтобы девушки не были замечены в каких-либо «романтических» историях или скандалах. Придерживаясь своего «скучного образа» Эмилия могла соответствовать почти любым запросам. Также это давало ей право ручаться за своих подруг, о чём госпожа Эрингтон видимо уже знала. Тем не менее, домовладелица окинула её недовольным взглядом и, ничего не сказав, резко развернулась и быстро вышла. Девушка закрыла за ней дверь.

На кровати её уже дожидались вещи для предстоящего задания – униформа музыканта, телепортатор, партитура и приглашение от управляющего домом. Всё это прислали из агентства.

Время близилось к закату, и надо было уже собираться.

Форма была такой же, как и во многих других домах, где ей приходилось бывать. Безликое, простое, однотонное платье с юбкой в пол. Оно чем-то напоминало те, что носили сёстры в госпиталях – бесформенное, закрытое и без каких-либо украшений. Только если у служащих больницы ещё были шапочки, то здесь к наряду иногда добавляли вуаль. Это могло говорить о том, что в доме есть хозяйка, и она не желает видеть в нём посторонние женские лица. Впрочем, Эмилии это всегда было только на руку.

В первую очередь девушка надела свою специальную нижнюю юбку. Если кто-нибудь из подруг её спрашивал, зачем она ей нужна, она всегда могла ответить, что из-за своей болезни часто мёрзнет и ей нужно дополнительное утепление. Самое забавное заключалось в том, что это была чистая правда. Ну, а помимо этого, в ней было несколько потайных карманов, и Моль могла носить с собой всё необходимое.

Для служебных заданий ей всегда выдавали набор определённых артефактов. Всякий раз он был примерно одинаковый, но в зависимости от ситуации его могли дополнить, как это случилось сегодня. Все они были замаскированы под совершенно обычные вещи, которые не должны вызывать никаких вопросов. Загвоздка заключалась в том, что все дома мало-мальски сильных Одарённых были закрыты специальными магическими щитами, которые среди прочих функций препятствовали проносить запрещённые вещи посторонним лицам. Но в то же время внутри защитного контура можно было использовать, что угодно, так как маги не желали хоть в чём-то себя ограничивать, тем более у себя дома. Таким образом, самой сложной задачей был именно пронести необходимый артефакт через щит. Однако «серые» нашли довольно изящное решение этой проблемы и теперь с лёгкостью могли преодолевать это препятствие. Единственное, что нужно было сделать – получить приглашение в дом.

Закончив с переодеванием, она взглянула на себя в зеркало.

«Моль», – промелькнуло у неё в голове.

Эмилия не любила пастельные цвета в одежде. И особенно бежевый. Светлые кожа, волосы, брови и даже ресницы на фоне светлой одежды делали её блеклой. Иногда она немного завидовала своим темноволосым подругам. Даже у Анабэль с её тёмно русыми волосами и очень светлой кожей ресницы были достаточно темными, чтобы подчёркивать природную привлекательность голубых глаз. А уж смуглокожая и темноволосая Роззита была и вовсе вылитой куколкой. К тому же Эмилия сама же усложняла себе жизнь, придерживаясь строгих правил музыкального агентства, где незамужним девушкам предписывалось не пользоваться декоративной косметикой. Тогда как многие музыкантки относились к этому предписанию скорее как к рекомендации, Моль оставалась верной своему образу.

Но, так же как и другие её недостатки, отсутствие яркой внешности, на «серой службе» оказалось очень полезным.

Блеклая внешность? Никто не запомнит тебя.

Нет Дара? Маги не почувствуют тебя.

Низкое давление? В сложной ситуации ты сможешь принимать решения с «холодной головой».

Она вновь посмотрела на себя в зеркало.

«Моль», – подумала она и чуть заметно улыбнулась.

Одноразовый телепортатор перенёс её в сад возле большого имения. Это был старинный магический особняк в четыре этажа. О наличии дара у семьи, владеющей этим домом, говорили затейливые украшения, опоясывающие каждый этаж, порой даже нарушая законы физики. Можно было даже не сомневаться, что их назначение не только декоративное и в момент опасности причудливые скульптуры диковинных животных оживут и нападут на обидчиков своих хозяев. Эмилия не раз слышала истории, что иногда краем глаза можно увидеть, как подобные существа шевелятся или провожают глазами случайных прохожих. В таких древних домах каждая деталь служила созданию магической защиты для его обитателей. Что было не удивительно. Одним из выдающихся «талантов» могущественных магов была способность наживать себе массу врагов и, как правило, среди таких же щедро Одарённых, как они сами.

Начинало темнеть, и у двери чёрного хода сам собой зажёгся фонарь в виде совы. Там уже собралось несколько человек в ожидании, когда к ним выйдет управляющий или кто-то из его помощников. Судя по тому, что все они были одеты в униформу того же цвета, что и у неё, Эмилия сделала вывод, что скорее всего это также приглашённые музыканты. Она направилась прямо к ним.

– А вот и ещё в нашу компанию, – приветливо сказал парень со скрипкой в руках. – Полагаю, Вы наше фортепиано.

– Как Вы догадались? – изобразила удивление Эмилия.

– На Вашей партитуре так написано, – с весёлой ухмылкой ответил он. – Думаю догадаться, на каком инструменте играю я, не составит труда.

Парень поднял руки. В одной были смычок и скрипка, а в другой футляр.

– Да, действительно, – мягко кивнула головой Эмилия.

– Не правда ли забавно, что музыканты могут обращаться друг к другу названиями инструментов, на которых они играют и совершенно не знать имён? – продолжал балагурить скрипач. У него была очень приятная улыбка и большие голубые глаза.

– Вот, знакомьтесь, – продолжил он.

– Это флейта, – скрипач указал на темноволосого мужчину.

– Это альт,– девушка с пухлыми губами и выдающимися бёдрами.

– А это контрабас, – высокий шатен с серьёзными серыми глазами.

– Очень приятно, – сказала Эмилия, и все рассмеялись.

– И всё же, как Вас зовут? – спросил один из её коллег, но она не успела ответить, так как дверь чёрного хода отворилась и человек, который представился помощником управляющего, обратился к ним:

– Господа музыканты, пожалуйста, проходите, – он встал у прохода, пропуская их в дом. Проверять приглашения у них не стали, так как оно уже содержалось в одноразовом телепортаторе.

Девушка увидела на косяке светящиеся желтые магические символы. Казалось, они горели тем же светом, что и глаза фонаря-совы на входе. Это означало, что здесь уже начинается щит дома и пронести вовнутрь опасные магические предметы невозможно.

Первые несколько заданий на службе Эмилия ужасно нервничала в такие моменты. Она боялась, что «серая схема» не сработает и её засекут. Но всё всегда проходило без сучка, без задоринки. Вот и в этот раз щит «не заметил» ничего опасного в её карманах. В такие моменты Моль иногда гадала, наступит ли день, когда создатели защитных заклинаний догадаются, что существует технология способная обойти их преграду? Если это и произойдёт, то сделать с этим, скорее всего, ничего не получится. Так как тогда придётся запретить пронос через щит любых мало-мальски магических предметов, а это невозможно.

В доме их провели по служебным коридорам к нише для музыкантов, где заранее были расставлены стулья, пюпитры и некоторые инструменты, включая фортепиано для неё.

В зале уже начали появляться гости, поэтому они поспешили начать играть. Репертуар был несложным, так что Эмилии удавалось то и дело поглядывать на происходившее в комнате. Она давно уже убедилась, что все эти великосветские приёмы похожи друг на друга, и каждый год повторяются одни и те же праздники и события. Редко кому удавалось хоть чем-то удивить своих гостей. Пару сюрпризов могли приподнести подвыпившие молодые маги, но и они, как правило, фантазией не отличались, и в большинстве случаев всё заканчивалось либо подпалинами на обоях от огненных шаров, либо левитирующими предметами высоко под потолком. Сегодня публика была достаточно молодой, из чего Эмилия делала вывод, что без «фейерверков», скорее всего не обойдётся.

Гостей прибывало всё больше и то тут, то там в толпе виднелись всполохи магии. Одарённые получали сообщения, прихорашивались, устанавливали очерёдность в танцах и просто дурачились. Дамы красовались друг перед другом нарядами, магическими украшениями, причёсками, шляпками, сумочками и всем, чем только можно выделиться из толпы. В большинстве своём все девушки были незамужними. Это можно было определить по цвету платьев и костюмов. Несмотря на все прогрессивные веяния, общественные устои до сих пор предписывали представительницам высоких сословий до свадьбы носить одежду светлых оттенков. Замужним дамам уже позволялось использовать в своём гардеробе более яркие цвета, и хотя светлые наряды не запрещались, в них должны были присутствовать тёмные детали. И единственным исключением являлись невесты. Просватанные девушки вплоть до самой свадьбы носили платья чёрного цвета. Это была старая традиция, своими корнями, уходившая к временам, когда единственной целью представительницы высшего общества было удачно выйти замуж. Одна из преподавателей Эмилии в академии утверждала, что это правило ввели для того чтобы оградить невест от внимания других кавалеров. И благодаря такому нововведению количество смертельных магических дуэлей среди молодых магов сократилось в разы.

В современном мире эта традиция уже практически не имела смысла, однако девушки продолжали её соблюдать с особым предвкушением дожидаясь того момента, когда всем смогут продемонстрировать свой чёрный наряд.

Тут внимание Эмилии привлёк один из вновь прибывших гостей. Это был магистр Эледжи. Взметая подол своей юбки, он широким шагом прошёл на середину зала и остановился. К нему, так же быстро вышел один из Одарённых.

– Алекс! – воскликнул он. – Какой приятный сюрприз! А я уж думал, ты сегодня не сможешь к нам вырваться.

– Да, вот решил немного развеяться. Не могу же я всё время работать, – улыбнулся «серый полковник». Он сделал едва уловимый знак рукой, и Эмилия поняла, что его собеседник и есть её сегодняшняя цель.

– Ну, и правильно! – кивнул его приятель.

Девушка постаралась как можно лучше разглядеть объект своего наблюдения. Это был высокий маг с довольно бледной кожей и рыжими, почти медными волосами до плеч. Широко посаженные глаза и открытый лоб вызывали расположение, и его лицо прямо таки излучало дружелюбие. Несмотря на подвижную мимику у него были очень плавные, «мягкие», как у кошки, движения. Моль часто замечала такую манеру двигаться у высших боевых магов. У её тёти, к примеру, этого не было. Она скорее наоборот отличалась излишней резкостью и «прямолинейностью». Поэтому Эмилия делала вывод, что это каким-то образом имело связь именно с достаточно высоким уровнем владения магии. У этого Одарённого, он наверняка был, как минимум седьмой, а то и выше.

Сразу определить его возраст ей не удалось. По меркам людей он был ещё достаточно молод, а по меркам магов ему могло быть вдвое, а то и втрое больше. Но учитывая, что компания гостей собралась преимущественно молодая, Эмилия предположила, что ему не больше сорока лет. В одежде он предпочитал светлые оттенки с минимальным количеством украшений, что опять же выдавало в нём военного. В общем и целом ничего особенного. Обычный представитель магов высшего уровня. Моль видела таких уже сотни.

Также, судя по тому, как он поприветствовал магистра Эледжи, можно было сделать вывод, что он собственно и является хозяином дома. В приглашении Эмилии на сегодняшнюю работу значилось имя – магистр Чезаре Анирис Ормандо, маг десятого уровня, почётный член и Третий Защитник Братства Стражей Миралины. Семья Ормандо действительно была одной из самых старых и могущественных представителей магического сообщества города.

На удивление сам хозяин дома не соответствовал своему грандиозному статусу. Он был приветлив, улыбчив и мил. Такое было не то чтобы редкостью, но, во всяком случае, встречалось не часто. Обычно маги с такими регалиями вели себя крайне высокомерно. Как выражалась её тётушка: «Несут себя так будто боятся свою важность расплескать!»

Следить за магистром Ормандо со своего места Эмилии было неудобно. Маг всё время переходил то к одной, то к другой группе гостей и казалось, успевал везде. Вообще со стороны он производил впечатление очень обаятельного человека. Ему без труда давалось общение со всеми многочисленными друзьями и знакомыми, он часто шутил и заразительно смеялся.

Моль уже собиралась, как она обычно это делала, сослаться на недомогание и покинуть нишу для музыкантов, чтобы продолжить выполнять задание без помех, однако делать этого не понадобилось. Через какое-то время, когда все гости собрались, дворецкий доложил, что в столовой подан ужин и гостиная опустела. В это время музыканты могли отдохнуть, а также им предложили перекусить на кухне. Её коллеги встали и направились к выходу. Однако девушка не собиралась присоединяться к трапезе. Эмилия поняла, что как раз сейчас может воспользоваться моментом. Немного отстав, она юркнула в нишу под одной из лестниц, которыми были пронизаны коридоры для слуг.

Порой это забавляло Моль. Нежелание господ видеть прислугу, делало её «серую службу» настолько лёгкой, насколько это вообще возможно. Здесь в полутёмных переходах текла своя, совершенно особенная жизнь и высокородные Магистры абсолютно ничего не желали об этом знать. Они всецело полагались на свой «щит» и совсем не ждали никакого подвоха от здешних обитателей.

Убедившись, что её спутники отошли подальше, она достала из одного кармана пудреницу, а из другого гребешок. По отдельности это были совершенно невинные предметы. Пусть на них и были нанесены голубые магические символы, но это не привлекало практически никакого внимания. Такие знаки красовались на многих вещах и их назначения могли быть абсолютно обыденными. Чтобы зеркальце не разбивалось, например, или чтобы гребешок легче расчёсывал волосы. На дорогих предметах ставились охранные заклинания, а некоторые «привязывали» вещь к определённому месту.

Однако стоило соединить эти два предмета особым образом и вот уже символы складывались в совершенно новый знак, превращая пудреницу и гребешок в мощнейший артефакт – «Аномалия Байли» или заклинание Невидимости.

Эмилия закрепила его на груди и исчезла.

Во многом успешно скрываться ей также помогала одежда. Она осторожно сняла туфли, под которыми были заранее надеты носки с утолщённой кожаной подошвой. Они позволяли ей ходить практически бесшумно. Туфли она поместила в специальные карманы своей нижней юбки и отправилась на задание.

Тихонько выйдя из двери для прислуги, которая так удобно была спрятана о глаз господ, она попала в обеденный зал. Вопреки её ожиданиям гости не собрались все за одним столом, а разошлись по два-три человека за небольшие столики. Между ними бесшумно сновали официанты, и Эмилия старалась не попасться у них на пути. Найдя взглядом свой объект, она постаралась осторожно занять место, там, где никто на неё не натолкнётся и где она спокойно сможет вести наблюдение. Он, тем временем, откинувшись на стуле, о чём-то переговаривался с миловидным блондином, который выглядел явно моложе самого хозяина дома.

– Чезаре, ты видел её? По-моему сегодня она особенно обворожительна! – судя по голосу, гость магистра Ормандо был чем-то крайне взволнован.

– Мне кажется эта девушка тебе не по зубам, – улыбаясь одним уголком рта, протянул объект её наблюдений. – Слишком…, – он защёлкал пальцами, пытаясь подобрать слово. – Слишком хорошо воспитана.

Его приятель нахмурился и упрямо выпятил нижнюю губу.

– Вот ещё! Да, она забудет все свои манеры стоит мне только поманить её пальцем, – юнец уже явно перебрал с алкоголем.

– Ну-ну… – насмешливо наморщил нос господин Третий Защитник.

– Не веришь? – его друг продолжал распаляться. – Увидишь! Сегодня она уйдёт со мной.

Он вскочил на ноги и умчался в поисках своей дамы. Магистр Ормандо так и продолжил сидеть, улыбаясь, глазами проводив своего приятеля. Потом его улыбка померкла, он подхватил со стола нетронутый бокал вина и второй рукой наложил на него заклинание. Маленькие искорки запрыгали по поверхности напитка и исчезли.

У Эмилии закрались нехорошие предчувствия.

Никто, кроме неё ничего не заметил, а приятель Чезаре уже возвращался к столику, ведя за собой юную девушку, которая и вправду была очень привлекательна.

– Что же, друг мой? Ты всё ещё не предложил своей спутнице вина? – тут же сказал хозяин дома и передал девушке напиток, который только что заклял.

– Давайте выпьем за встречу, – радушно предложил он, беря со стола другой бокал.

Молодая магистра с улыбкой поднесла вино к губам и спокойно выпила, даже не подозревая, какая опасность ей грозит.

У Эмилии от отвращения похолодели пальцы. Руки сжались в кулаки, а челюсти буквально свело от того, как сильно были сжаты зубы. Она в ужасе смотрела на бедное создание, но не имела права даже пошевелиться.

Моль бросила взгляд на магистра Ормандо. Он произносил какой-то очередной тост, но теперь его открытое и дружелюбное лицо не вызывало у неё ничего кроме отвращения.

Тут над головой Чезаре появился светящийся мигающий символ, и он отвлёкся от своей жертвы.

– Простите мне нужно прочитать сообщение, – сказал он и отошёл. Эмилия последовала за ним, в тайне надеясь, что девушка больше не будет пить и заклинание не подействует.

Она и прежде видела такие вещи. Некоторые маги, чтобы соблазнить своих жертв добавляли им в напитки привораживающее, либо опьяняющее заклинание. Это был очень мерзкий поступок. Как правило, такие личности не хотели от своих спутниц ничего большего, чем затащить их в постель. Защититься от этого можно было либо специальным амулетом, либо быстро покинув общество подобного человека.

Пару раз в своей службе она старалась ненароком опрокинуть бокал с «отравой» или каким-нибудь образом предупредить жертву. Но вот чего девушка никак не ожидала, так это увидеть подобные приёмы от представителя высших магов. Не то чтобы среди них не было мерзавцев способных на подобный поступок, просто обычно определённые расчётливые представительницы женского пола и так на них «вешались» в изрядном количестве.

Глаза магистра Ормандо стали золотыми, и он углубился в чтение послания. Даже печати на голове девушки не могли позволить ей увидеть, то, что открывал магам «золотой взгляд». Это было доступно только Одарённым. Так они видели магию – заклинания, проклятия, артефакты, энергетические потоки и магические источники. Как-то раз давно в детстве Эмилия спрашивала у тёти, как они это делают и на что это похоже. Она тогда ответила, что это как очень пристально вглядываться во что-то вдалеке, но при этом ты словно смотришь внутрь себя. Для магов среднего уровня это тяжело и достаточно утомительно. Если «смотреть на магию» слишком долго, то потом сильно болят глаза. Тётушка говорила, что они буквально «горят». А Одарённые с более высоким уровнем могли пользоваться этим взглядом сколько угодно, единственное, что их ограничивало это нормы этикета. Слишком долго разглядывать других золотыми глазами считалось неприличным.

Несмотря на многовековые исследования и многочисленные эксперименты так и не удалось создать артефакт, который в полной мере мог бы заменить эту способность Одарённых. Существовало всего несколько достаточно удачных артефактов, но они были крайне редкими и запредельно дорогими. Куратор Моли советовал ей в моменты использования объектами золотого взгляда внимательно наблюдать за выражением их лиц и направлением взгляда. Моль стала пристально вглядываться в лицо магистра Ормандо, пытаясь по минимальным изменениям его мимики понять, что за сообщение он получил. По некоторым признакам было видно, что он крайне заинтересован тем, что читает, и даже немного взволнован. Эмилия предположила, что, скорее всего речь идёт о той самой контрабанде, которую упоминал «серый полковник». И пусть она не могла увидеть само послание, но всё же отметила, что её объект предпочёл уединиться, чтобы никто случайно не обратил внимания на его делишки. Окончив чтение, он довольно хмыкнул, вернул себе обычное зрение и поспешил присоединиться к своим собеседникам. Однако девушки уже не было.

– А где же твоя спутница? – удивился Чезаре.

– Она сказала, что ей нехорошо и ушла в уборную, – недовольно пробурчал его гость.

Эмилия облегчённо перевела дух и посмотрела на свой объект. Но господин Третий Защитник, казалось, совершенно не расстроился.

– Как жаль, – легко сказал он и лучезарно улыбнулся. В этот момент девушку чуть не передёрнуло от омерзения. Она попыталась успокоиться и мысленно отстранится от этой ситуации. Куратор не раз повторял ей, что лишние эмоции могут навредить заданию. И этот аспект всегда был гордостью Эмилии. Опять же благодаря своему недугу она могла достаточно хорошо контролировать свои чувства. Должно было случиться что-то действительно из ряда вон выходящее, чтобы вывести её из себя. И к большому удивлению девушки Чезаре смог вызвать к себе непривычно сильные негативные эмоции и ей это не понравилось.

Магистр Ормандо не стал садиться за стол, словно ожидая чего-то и, когда над его головой вновь вспыхнул сигнал, быстро погасил его взглядом.

– Прости, Энжи, но мне тоже придётся тебя покинуть, – сказал он своему приятелю и направился к выходу из столовой. Девушка осторожно последовала за ним. То, что хозяин дома не телепортировался с места уже говорило о том, что он хочет, чтобы его перемещения нельзя было отследить. Выйдя в холл, маг спокойно направился вглубь дома, и Моли стало очевидно, что он пытается не попасться никому на глаза. Чезаре время от времени бросал взгляд назад, и Эмилии даже показалось, что он «чувствует» её. Она вспомнила, что «серый полковник» предупреждал её о магических возможностях магистра Ормандо, а потому немного отстала. Просто на всякий случай. Однако возле раздвигающихся дверей в библиотеку, когда её объект вновь остановился, чтобы ещё раз оглядеться, она сделала несколько широких и бесшумных шагов и успела проскользнуть внутрь, прежде, чем он вошёл и запер за собой замок. Эмилия затаилась у стены, а хозяин дома взмахнул рукой и произнёс:

– Я здесь.

Через непродолжительное время посреди комнаты появился, светящийся голубоватым светом, прямоугольник размером с дверь. Моль предположила, что это был своеобразный портал. Вот только из него никто не вышел и Эмилия начала опасаться, что объект её наблюдения пройдёт через него и она, скорее всего, не успеет проскользнуть следом. Однако магистр Ормандо всего лишь взял из ящика стола синий сундучок, подошёл к магическому проходу и передал его туда. В ответ, спустя несколько мгновений, с той стороны ему вручили небольшой чемоданчик из какого-то странного блестящего материала. У Эмилии не осталось никаких сомнений, что это контрабанда из другого Мира и возможно даже из Закрытого. Девушка попыталась осторожно пройти дальше, чтобы иметь возможность заглянуть в портал и хотя бы мельком увидеть с кем ведёт «дела» магистр Ормандо, но не успела.

– С Вами приятно иметь дело, – услышала она мужской голос и «дверь» закрылась.

Хозяин дома совершенно не удивился столь скорому прощанию, из чего девушка предположила, что это ему не впервой. Господин Третий Защитник расположил чемоданчик на столе и на его лице появилась довольная улыбка. Он почти уже начал открывать его, когда в дверь постучали.

– Чезаре, ты здесь? – услышала Моль весёлый голос магистра Эледжи.

Маг быстро спрятал контрабанду под стол и взмахом руки отпер дверь.

Александр стремительно вошёл в комнату.

– Ба! – удивился он. – Я был уверен, что ты тут с дамой.

– Почему это?

– Ну, а зачем же тебе тогда закрываться?

И уже совершенно серьёзным тоном полковник продолжил:

– Или снова взялся за старое? Контрабанду получаешь?

Магистр Ормандо выразительно закатил глаза.

– Ты опять?! – возмущённо воскликнул он. – Сколько можно тебе повторять? Я не интересуюсь контрабандой. Её не было тогда, нет и сейчас.

– Нет, Чезаре, – строго сказал «серый». – Я тебя поймал. Потому что в этот раз у меня есть свидетель.

– Какой ещё свидетель? – удивился маг.

Полковник несколько мгновений сверлил его насмешливым взглядом, а потом сказал:

– Агент Моль, Вы зафиксировали факт передачи контрабанды?

Глаза Третьего Защитника полезли на лоб.

– Да, магистр, – тихо и спокойно ответила Эмилия.

То, что произошло в следующее мгновение, застало её врасплох. Отточенным, плавным и в то же время каким-то совершенно неуловимым движением магистр Ормандо послал в её сторону огненный шар. Вот только что он стоял, разговаривая с Александром, а в следующее мгновение заклинание сорвалось с его пальцев. Она лишь вздрогнула, и пышущая жаром огненная смерть разбилась о «щит». Тот самый дополнительный артефакт, который ей выдали сегодня, отразил нападение. Видимо её начальник заранее предвидел такую реакцию своего друга.

– Где это? – ничуть не смутившись происшедшего инцидента, продолжил полковник.

– З-за столом, – Моли не удалось сохранить хладнокровие, и её голос немного дрогнул.

– Ну, и рефлексы у тебя, Чез, – посетовал магистр Эледжи, проходя мимо хмурого приятеля. – Чуть не угробил мне лучшего агента.

Слова о «лучшем агенте» польстили Эмилии и, взяв себя в руки, она продолжила докладывать.

– Портал прямоугольной формы, светло-голубого цвета. Контрабандист, судя по голосу, ещё не старый мужчина. Объект передал ему сундучок небольшого размера, тёмного синего цвета. Взамен получил прямоугольный предмет серебристого цвета…

«Серый» прервал её присвистнув.

– Девяносто Второй мир?! – спросил он, разглядывая чемоданчик. – Ради чего ты связался с Валетом, Чезаре? Ты же понимаешь, что Наблюдатели тебя за это по головке не погладят.

Хозяин дома перестал мрачно сверлить взглядом, то место, где она стояла и хмуро ответил:

– Плевал я на Наблюдателей!

– А что скажет твой отец? Или он тоже «плюёт» на Наблюдателей? – вкрадчиво поинтересовался «серый».

Чезаре помрачнел ещё больше.

– Но ты же им не скажешь.

– Не скажу? – переспросил Александр, изобразив удивление.

Господин Третий Защитник выругался, сложил руки на груди и прошёлся взад вперёд по комнате несколько раз. Больше всего он был похож на запертого в клетке зверя.

– Чего ты хочешь? – наконец сдался маг.

Полковник хищно улыбнулся, продемонстрировав все свои зубы.

– Что ж, агент Моль, – обратился он к ней. – Вы можете быть свободны. Дальше я разберусь сам.

Эмилия уже давно привыкла к такому отношению, однако в этот раз такой поворот раздосадовал её. Она надеялась, что участие в этом задании вместе с полковником будет для неё хоть небольшой, но ступенькой наверх. Но оказалось, что от неё требовались всё те же немудрёные действия. С другой стороны спокойный взвешенный подход говорил ей, что «серый» не мог сходу дать ей сложное задание, не присмотревшись и не проверив её в деле.

– И как ты узнаешь, что она ушла? Не боишься, что она и за тобой будет подглядывать? – язвительно спросил магистр Ормандо.

От слов этого мага Моль почувствовала всё нарастающее раздражение, отчего ей захотелось хоть как-то задеть его.

– Но магистр Эледжи, – сказала она бесстрастным голосом. – Вы обещали мне трофей.

– Ах, да, точно! – улыбнулся полковник. – Чез, дай ей что-нибудь ценное.

Хозяин дома нахмурился, однако под пристальным взглядом Александра, стянул с пальца замысловатое кольцо и резко швырнул в её сторону. Украшение упало на пол. Девушка тихо подошла, подняла его и, неся на ладони, вышла из комнаты и закрыла за собой дверь. Она проделала это также для того чтобы магистр Эледжи мог видеть, что она покинула библиотеку и не собирается подслушивать.

На службе серому мундиру очень быстро понимаешь, что здесь ценится честность и преданность. И она собиралась достичь карьерного роста именно благодаря этим качествам.

Эмилия снова зашла на территорию слуг и, спрятавшись всё под той же лестницей, переобулась и деактивировала амулет. Она почти дошла до кухни, когда вокруг началась какая-то внезапная суматоха и один из лакеев, которого ей удалось перехватить, сказал, что хозяин отменил приём, гости разъезжаются и что её коллег уже отпустили.

Вернувшись в нишу для музыкантов за партитурой, Моль обнаружила, что там уже никого не было. В зале тоже было пусто, и только в отдалении слышался гомон разочарованных гостей. Эмилия тоже уже собиралась уйти, но тут её внимание привлекла одна деталь. На одном из стульев в углу лежала скрипка. Девушка удивилась. Неужели скрипач забыл свой инструмент? Ей очень не понравилось, то, в каком положении её оставили, словно бросили впопыхах. Казалось, что она сейчас соскользнёт с мягкой обивки и упадёт на пол. У неё было крайне трепетное отношение к музыкальным инструментам – таким хрупким и таким дорогим. Поэтому она подошла, намереваясь положить скрипку в футляр, но обнаружила, что ей мешает громоздкий перстень Чезаре, зажатый в кулаке. Не долго думая, Эмилия надела его на палец и только тогда взялась за инструмент.

Аккуратно уложив смычок и скрипку, девушка защёлкнула футляр и краем глаза заметила, как кто-то зашёл в комнату.

– Я так и знал, что она наденет кольцо, – раздался насмешливо издевательский голос магистра Ормандо. Вслед за ним появился «серый» полковник. – Все девчонки так делают. И вот уже я смог её отследить. Лучший агент, говоришь?

Магистр Эледжи ничего не сказал, но его ледяной взгляд не оставлял сомнений, что он не доволен тем, что ему приходится выслушивать эти нравоучения.

Кровь начала приливать к щекам Эмилии, однако ей удалось сохранить равнодушное выражение на лице, а благодаря болезни она точно знала, что его цвет не изменится ни на тон. Девушка спокойно ответила на взгляд Чезаре, в котором читалась неприкрытая враждебность. Маг оказался лишь на пол головы выше неё, а потому посмотреть на неё сверху вниз ему не удалось. Не выдержав молчания, он снова попытался её задеть:

– И, правда, моль.

Но ответом ему снова стала тишина.

– Так ты скрипачка? И как тебя угораздило вляпаться в «серое»? Или что? За видом благовоспитанной девицы скрывается что-то грязное? На чём они тебя поймали?

Моль спокойно перевела взгляд на начальника. Ей была интересна его реакция на столь нелицеприятный отзыв об их профессии. Но и попутно она, молча, спрашивала позволения идти. «Серый» ответил ей хитрым прищуром и сказал:

– Вы свободны, агент Моль.

Даже не взглянув на магистра Ормандо, она развернулась и вышла.

Эмилия забрала скрипку с собой. Если этот маг считает её скрипачкой, то пусть и дальше так думает.

«Никогда не разуверяй своих врагов в их заблуждениях. Однажды они могут тебе пригодиться». Так иногда говорила её тётя.

Уже выйдя из комнаты, Моль с отвращение скинула с себя кольцо и сунула в один из потайных карманов. Она была раздосадована и желала поскорее забыть этот инцидент. Этот мерзкий человек испортил всё положительное впечатление, которое она так старалась произвести на начальство. «Лучший агент» он сказал с такой издёвкой. Сам попался на контрабанде, но решил отомстить тому, кто поймал его за руку. Мелкий ребяческий поступок! Видимо его ужасно задело то, что он не заметил слежки.

Покинув поместье, Эмилия поняла, что ночь ещё даже не началась, и она покончила с заданием гораздо раньше, чем рассчитывала. В пансионате её ждут только утром, а значит всё оставшееся время в её полном распоряжении. Обрадовавшись такому приятному стечению обстоятельств, она решила немного побаловать себя и заодно сбросить раздражение от общения с магистром Ормандо. Сориентировавшись в своём местоположении, она решила прогуляться до ближайшей «Переноски». Судя по респектабельному виду этого района, она не должна была быть где-то далеко.

Ночь всё ещё была по-летнему тёплой, наполненной ароматами осенних цветов, доносившихся из соседних садов. Улица освещалась магическими фонарями, в виде шаров, висевшими в воздухе возле каждых следующих ворот. Дом магистра Ормандо находился в том самом ряду поместий, идущих вдоль набережной. Неширокая дорога плавно поворачивала, следуя изгибу реки, и скрывалась за поворотом. Напротив многих домов у воды были оборудованы причалы, где ждали своих хозяев уютные лодки, новомодные катера или роскошные яхты. Здесь также горело много осветительных шаров, которые отражались в реке, тем самым создавая завораживающие переливы света. Лёгкий ночной бриз нёс с собой прохладу, сдувая жар, идущий от нагретых за день каменных плит набережной. Эмилия наслаждалась ночной красотой, тишиной и умиротворением и почти сразу сумела восстановить своё душевное равновесие.

Воспользовавшись беседкой для телепортаций, она перенеслась на площадь перед вокзалом, где ещё днём приметила для себя высокое здание гостиницы. Всем своим видом это строение давало понять, что снять здесь номер может позволить себе далеко не каждый. Возле высоких арочных дверей стоял швейцар в парадной форме с белыми перчатками. Немного поодаль располагалась другой менее заметный проход внутрь, явно предназначавшийся для прислуги. Им Эмилия и воспользовалась. Наконец, войдя в огромный роскошный холл гостиницы, она едва не ослепла после темноты улицы. Повсюду были расстелены красные ковровые дорожки и расставлены вазы и корзины с цветами, заполнявшими пространство приятным ароматом. Девушка остановила одного из сновавших здесь везде посыльных и спросила:

– Скажите, где я могу заказать апартаменты для своей госпожи?

Мальчишка указал ей направление и умчался по своим делам.

Эмилия проделывала этот номер не раз и не два. Приходила в гостиницу в качестве прислуги и заказывала комнату на одну ночь «для своей госпожи». На все вопросы говорила, что её хозяйка сильный маг и желала бы остаться инкогнито. Как правило, простые люди не хотят связываться с Одарёнными. К тому же девушка всегда сулила щедрые чаевые. Расплачивалась она с одного из своих счетов под вымышленным именем и получала телепортатор, который вёл сразу в номер.

В этот раз всё вышло так же, как и всегда. Получив в своё распоряжение «браслет» Эмилия смиренно вышла через ход для прислуги и, пройдя пару кварталов, зашла в укромное место и перенеслась обратно в гостиницу.

Когда она оказалась в номере, здесь уже были зажжены магические лампы. В небольшой гостиной комнате, перед спальней расположили пару кресел, диван и столик. Сама спальня была достаточно просторной. В ней смогли уместиться большая кровать, комод, шкаф и зеркало. Моль подошла к окну и задёрнула тяжёлые шторы. Номер был не слишком дорогим, но выглядел вполне достойно. Добротная резная мебель, пушистый ковёр на полу и даже пара электрических светильников.

Но больше всего девушку интересовала ванная, ведь именно из-за неё она сюда и пришла.

Для начала Моль заперла дверь в номер и только тогда направилась в заветную комнату. И не разочаровалась. Ванна была огромной, белой и сверкающей. По бокам от неё стояли резные столики со всевозможными банными принадлежностями. И три самых главных достижения технического прогресса последнего времени водопровод, централизованная канализация и неограниченное количество горячей воды. Начищенные латунные трубы блестели в свете ламп, инкрустированные мрамором ручки поворачивались плавно и мягко, а труба горячего водоснабжения была специально изогнута несколько раз, чтобы отдавать своё тепло висящему рядом полотенцу. Эмилия присела на край ванны и включила воду. Девушка сунула одну руку под струю, а второй настроила необходимую температуру. Вскоре комнату начали заполнять клубы пара. На одном из столиков обнаружилось несколько флакончиков пены для воды с ароматными маслами. Понюхав их, Эмилия выбрала один и добавила пару капель в ванну. В воздухе появился приятный цветочно-травянистый аромат.

Моль вернулась в спальню, разделась до нижней рубашки и аккуратно повесила вещи на ширму. Распустив и расчесав волосы, она направилась обратно в ванную не торопясь и растягивая предвкушение.

Девушка закрыла дверь, чтобы тепло концентрировалось в этой маленькой комнатке. Оказавшись босиком на полу, Эмилия отметила, что у неё замёрзли ноги. С её недомоганием это было вполне привычное ощущение. Когда в академии, она иногда спала со своими подружками в одной постели, они часто жаловались, что её ноги буквально «ледяные».

Ей очень нравился звук сильного напора воды, набирающего ванну. Он казался девушке умиротворяющим, а иногда даже усыпляющим. Моль сама иногда удивлялась, насколько быстро привыкла к этим достижениям технического прогресса. И поэтому не понимала тех, кто не мог принять его или вовсе относился враждебно.

Ванна набралась уже наполовину, и она проверила температуру. Она была горячей, но не обжигающей. Вполне удовлетворившись, Эмилия сняла рубашку и шагнула в воду. Это был первый момент наслаждения. Она, наконец, могла согреть свои озябшие ноги.

Опустив в воду руки, девушка села на колени. По телу тут же побежали мурашки. Тепло распространялось внутрь, пробираясь к «самым косточкам». Девушка распрямила ноги и, сделав воду в кране ещё горячее, подставила их под струю. Она знала, что таким образом может стать слишком жарко, но не могла отказать себе в удовольствии погреться. Дождавшись, когда ванна наберётся полностью, Моль закрутила кран. В комнате стало очень тихо, только где-то в трубах продолжало что-то гудеть. Распределив образовавшуюся пену по поверхности, девушка не торопясь, опустилась в воду. Это был второй её любимый момент, когда тепло, словно обхватывало её сзади. Спину, шею, и наконец, затылок. Каждый раз, погружая голову в горячую ванну, Эмилия на несколько мгновений задерживала дыхание, а где-то в животе всё сжималось, а потом медленно-медленно начинало отпускать. Она запустила пальцы в волосы и выпустила «заблудившиеся» там пузырьки воздуха.

Каждый раз, принимая ванну, Эмилия не переставала удивляться тому, как же сильно замёрзла. Она, конечно, и так замечала, что в сравнении с подругами предпочитает белее тёплые вещи или то, что они часто говорят ей, что в её комнате душно. Моль ненавидела сквозняки и чуть ли не как трагедию воспринимала случайно намоченный рукав на запястье. Однако именно согреваясь в горячей воде, девушка понимала насколько ей всё время холодно. Иногда ей казалось, что сильнее всего у неё мерзнет спина в том месте, где она переходит в шею. Самое незащищённое место.

Часто в таких случаях она вспоминала неофициальное название своего недуга – «Холодная кровь». Возможно, такое название произошло именно от этих ощущений больных. «Кровь тебя не греет» иногда говорила ей тётушка. И тогда Эмилия задавалась вопросом, а каково это? Быть обыкновенной? Каково это не мёрзнуть?

Девушка лежала в ванне, в воздухе клубился пар и витал приятный аромат. Ей было тепло. Это были мгновения чистого удовольствия. Такое времяпрепровождение стало её маленьким секретом уже достаточно давно. Моль воспринимала это, как дополнительное вознаграждение за «серую службу».

Единственное, чего девушка не позволяла себе делать, это закрывать глаза. Хотя очень хотелось. Однако стоило ей сомкнуть веки, как её тут же начинало клонить в сон. Ведь было так тепло и приятно, так и тянуло поспать. Она опасалась, что однажды всё-таки уснёт и утонет.

Была, однако, одна вещь, которая ей всё-же не нравилось в этом ритуале. Это тишина. Оказываясь в малоподвижном состоянии наедине со своими мыслями, в её голове неизменно появлялись какие-нибудь странные идеи или всплывали неприятные воспоминания. В такие моменты она начинала напевать какую-нибудь песенку, чтобы отвлечься. Однако это не всегда помогало.

В общем и целом Эмилия обычно тратила на приём ванны не больше двадцати минут. Несмотря на всё то удовольствие, которое он ей приносил, это был максимум, который она могла себе позволить. Или точнее то, что позволяла ей «Холодная кровь».

Ведь за любое удовольствие приходится платить. Девушка не могла принимать горячую ванну слишком долго. Ей было нельзя. После блаженных минут согревания очень быстро наступал тот момент, когда ей становилось слишком жарко. А стоило пролежать в горячей воде дольше положенного, как её настигало неизменное головокружение, а порой и тошнота. Это означало, что необходимо покончить со всеми процедурами и выходить, и чем скорее, тем лучше. Можно было бы отрегулировать температуру так, чтобы она была комфортной для её здоровья, и тем самым продлить её любимый ритуал. Однако ей всё равно казалось, что ей «холодно» и она не достаточно прогрелась.

Всё детство тётушка не разрешала ей делать ванну слишком горячей, неустанно повторяя, что при её болезни это вредно. Эмилия знала, что тётя была права, а потому позволяла себе такое не чаще, чем один или максимум два раза в неделю. Прекрасно зная, как это скажется на её самочувствии, девушка всё же не могла отказаться от этого. Вот и в этот раз, едва она поднялась, чтобы выйти у неё резко потемнело в глазах, и тут же закружилась голова. Выбравшись из ванны, она замоталась в полотенце и встала босыми ногами на холодные плитки пола. В ванной комнате было жарко и влажно и девушке было необходимо впустить свежий воздух из комнаты, чтобы недомогание отступило. Эмилия стала потихоньку продвигаться к двери, стараясь не делать резких движений, чтобы не упасть. Голова кружилась всё сильнее и сильнее. В какой-то момент она даже присела, чтобы если её всё-таки настигнет обморок, падать было не так высоко. Ей уже доводилось терять сознание в ванной, и к счастью в тот раз девушка отделалась лишь шишкой. Однако она прекрасно понимала, что однажды «уронив» вот так вот голову на каменные плиты, она может больше и не встать. В сидячем положении Эмилия почувствовала себя немного лучше и ей, наконец, удалось открыть дверь и сделать глубокий вдох прохладного воздуха. Благодаря этому головокружение немного отступило, что позволило Моли достаточно быстро доковылять до кровати, где она и рухнула. В горизонтальном положении стало полегче, но вдобавок к «калейдоскопу в голове» появилось ощущение, будто что-то придавливает её сверху. Всё это было ей хорошо знакомо. Эмилия ещё порадовалась, что смогла добраться до кровати. Несколько раз с ней случалось так, что от подступившей слабости она падала посреди комнаты, и хорошо, если на полу был ковёр.

Девушка медленно перевернулась на спину, немного раскрыла полотенце и раскинула руки в разные стороны, чтобы тело быстрее остужалось. Бывало иногда, когда она вот так вот лежала и отходила от очередного приступа недомогания, её настигало сожаление и «сеанс» самобичевания. В такие моменты Эмилиия думала, что всё это неправильно, появлялось жгучее чувство вины перед тётей. Ведь она приложила столько усилий, чтобы вырастить такую, как она. Приходили мысли, что, наверное, это ужасная морока растить нездорового ребёнка. И вот теперь этот «ребёнок» чуть ли не нарочно гробит своё здоровье и лишь из-за каких-то пары минут удовольствия.

Однако обычно такие размышления в итоге ни к чему не приводили. Эмилии было холодно, и она желала согреться.

Через некоторое время её самочувствие пришло в норму и, поднявшись, девушка расчесалась, переоделась в нижнюю рубашку и улеглась в кровать. Мягкие пуховые постели были ещё одним маленьким удовольствием.

Заснула она легко. С этим у неё никогда проблем не возникало.

А вот вставать по утрам было для неё сущим наказанием. Сколько бы она не спала, ей казалось, что она может поспать ещё. Эта её способность очень удивляла её подруг. Чтобы нормально существовать в первой половине дня, Эмилия выпивала на завтрак две чашки очень крепкого чая, а в пасмурные или дождливые дни, когда к её собственному недугу прибавлялось влияние погоды, она пила прописанный доктором эликсир.

В этот раз девушка очень хорошо выспалась и встала не слишком поздно. Сладко потянувшись, Моль решила, что не прочь повторить посещение местной ванной комнаты, возможно завтра или послезавтра, а поэтому, уходя, оставила персоналу гостиницы письмо, в котором изъявляла желание задержаться в этом номере.

Она забрала с собой телепортатор от этой комнаты, но вдобавок ещё и оставила здесь «маячок». Это был один из артефактов, которые Эмилия получила на службе. Как и «брошь» невидимости, он состоял из двух элементов. Но только в случае с «маячком» их нужно было разъединить, а не соединить. Как правило этот артефакт маскировали под что-нибудь маленькое и незаметное, что можно было в любой момент положить в каком-нибудь неприметном углу. Одна часть оставалась в нужном месте, а вторую уносили с собой. Имея в руках одну из половинок всегда можно было телепортироваться ко второй. Как и остальные инструменты «серых» это была разработка магии Ордена, и одним из её плюсов являлся крайне малый магический след. Поэтому Одарённые часто не замечали оставленные «маячки».

Следующие пару дней Эмилия посвятила репетициям и по большей части музыкальной работе. Ближайшими планами было выступление местной знаменитой певицы, которой понадобился аккомпаниатор. Этот заказ девушка получила из агентства. Довольно часто основная её работа не содержала в себе «серую службу». Куратор выходил на неё, как правило, раз в неделю, а мог и вовсе не появляться целый месяц. В таких случаях её задачей было сохранять репутацию и не привлекать лишнего внимания. Кроме того она сходила в ломбард и выручила за полученный трофей неплохие деньги, которые поручила перевести в банк на один из своих счетов.

Вообще случай с магистром Ормандо оказался своеобразным исключением. Ей редко приходилось кого-то ловить на чём-то или разоблачать. Обычно, она просто должна была смотреть, слушать, фиксировать появление тех или иных «персонажей» в определённых домах. Потом ей предстояло сначала доложить о своих наблюдениях куратору устно, а затем ещё и составить отчёт. Мастер Шульц всегда крайне щепетильно относился к фиксированию полученной информации.

Ещё пять лет назад Эмилия не поверила бы тому, кто сказал бы ей, что она станет «Серой». Тогда её основной работой были уроки игры на фортепиано, которые она давала детям сильных магов, а так же богатых Неодарённых. Именно одна из её учениц стала причиной её частичной смены рода деятельности.

Этой молодой особе было уже пятнадцать, и она настолько невзлюбила уроки музыки, что всеми силами пыталась от них избавиться. Однако все её попытки разбивались о непреклонное желание её матери дать своей дочери утончённое образование. И тогда девочка решила избавиться от учителя. Она подкинула Эмилии в пальто какие-то свои украшения и заявила, что их украли. Сегодня агент Моль спокойно и даже с лёгкой улыбкой вспоминала ту маленькую, перепуганную музыкантку, которую бесцеремонно завербовал её тогдашний куратор. Он сказал ей, что согласится закрыть глаза на это дело (хотя и дела то никакого не было, маленькую паршивку разоблачили в то же день её родители), если она согласится выполнить одно небольшое поручение. В тот раз, благодаря её посильной помощи, Серым удалось поймать за руку чиновника кравшего деньги из благотворительного фонда. Об этом трубили все газеты. В тот день Эмилия почувствовала, что может стать частью чего-то большего в этом мире. И поэтому, когда уже на следующей встрече перед ней предстал Мастер Шульц и спросил, не хочет ли она продолжить сотрудничество, она твёрдо и уверенно сказала «да».

С тех пор минуло пять лет и Эмилия ни разу не пожалела о своём решении, но лишь сетовала на то, что словно застряла на месте. Ей казалось, что она давно выросла из «формы» рядового сотрудника и желала добиться продвижения по службе. Однако девушка также понимала, почему её не торопятся продвигать. Она сумела стать настолько ценным и уникальным «инструментом», что терять его её начальству не хотелось.

Эмилия вдруг поняла, что задумалась и уже пятый раз по кругу играет одну и ту же мелодию на фортепиано. С ней довольно часто такое случалось. Девушка доводила технику исполнения музыкальных произведений до такого уровня, чтобы она могла играть их, не задумываясь и иметь возможность посвятить своё внимание каким-то другим вещам. Как-то раз в Музыкальной Академии один из её преподавателей сказал, что все творческие люди делятся на две условные категории – таланты и ремесленники. И Эмилии было совершенно очевидно, что её участь быть ремесленником. Она хорошо играла, но не более того.

Ближе к вечеру она надела одно из платьев, приготовленных к этому сезону. Одеждой их обеспечивало агентство. Это было даже прописано в правилах. Музыканты должны были выглядеть достойно, но не броско. Поскольку сегодня ей предстояло быть одной из участниц выступления, её внешний вид должен был быть более привлекательным, нежели незаметная форма прислуги. Платье подчёркивало талию и даже имело небольшое декольте. Этот наряд был нежного светло голубого цвета с белыми кружевными вставками. В дополнение к нему шли белоснежные жемчужные бусы и серьги. На той же Роззи всё это смотрелось премило. Эмилия же, бросив взгляд в зеркало, снова увидела моль.

Несмотря на то, что от куратора вестей не было, она всё равно надела нижнюю юбку с карманами и взяла все необходимые артефакты. С ней могли связаться в любой момент, и девушка должна была быть готова к новому заданию. Первое время куратор забирал у Эмилии все магические инструменты, чтобы она не использовала их в личных целях. К тому же их требовалось заряжать. Однако позже, когда она сумела доказать свою преданность «серому мундиру», ей было позволено оставлять у себя большую часть артефактов. А со временем она также и научилась заполнять их энергией.

В назначенное время она телепортировалась к месту встречи. Приём устраивал владелец сети магазинов «Тогден и ко.». Роззита просто обожала эти салоны. В них было множество разных немагических мелочей, как для мужчин, так и для женщин. Но основную славу ему приносили товары из других миров, редкие и от того далеко не дешёвые.

Прибыв на место, Эмилия вдруг поняла, что сегодня не только не выступает в качестве прислуги, но и то, что ей, как компаньонке певицы, будет позволено войти через главный вход. В отличие от домов магов, особняк мистера Тогдена располагался почти в центре деловой части города, вследствие чего имел лишь небольшой парк во внутреннем дворике позади здания.

Выйдя из беседки для телепортаций, она остановилась у лестницы, ведшей на крыльцо. Девушка не могла войти внутрь дома пока не дождётся своей компаньонки. Певица появилась довольно скоро, приехав в автомобиле с личным водителем, что сразу говорило о её склонности к демонстративности и экстравагантности. Это была красивая яркая девушка, с правильными чертами лица, что также наводило на мысль о магической коррекции внешности. Юбка её темно синего платья едва доходила до щиколотки. Традиционно цвет её платья указывал на то, что у неё есть или был муж, но учитывая, что девушка всеми возможными способами бросала вызов устоям этого мира, это могло оказаться и не так.

Увидев Моль, молодая женщина улыбнулась:

– Здравствуйте. Я Мириам. Вы видимо мой музыкант, – она окинула Эмилию с головы до ног и добавила: – Вы прелестно выглядите, хотя, если честно, светлый тон Вам не идёт. Дайте угадаю, это трагедия всей Вашей жизни! – девушка сказала это совершенно искренне, а её дружелюбие обезоруживало. Моль не оставалось ничего иного, как улыбнуться в ответ.

– Маэстра Контареста, – раздался громкий возглас от двери. – Мы Вас заждались.

Эмилии показалось, что богато одетый господин с совершенно седой головой, не вышел, а буквально «выкатился» на крыльцо, настолько он был низенький и толстый. Широкая улыбка сделала его румяные щёки ещё пухлее, чем они есть, а глаза превратились в две узкие щёлочки. Сама маэстра была маленькой изящной девушкой, но за счёт очень высоких каблуков она всё равно оказалась, чуть ли не на голову выше встречающего их господина. Мириам протянула ему обе руки в коротких перчатках, и он не замедлил их поцеловать.

– Ну, господин Брау, я спешила, как могла, – обворожительно улыбнулась певица. – А что же Ваш компаньон? Почему он меня не встречает?

– Ох, ну Вы же знаете Тогдена, опять обсуждает какие-то дела с кем-нибудь из гостей. Иногда мне кажется, что он совершенно не умеет отдыхать.

– Ну, зато он обладает невероятной способностью любую ситуацию обратить себе на пользу. Кстати, познакомьтесь, – госпожа Контареста махнула рукой в сторону Эмилии. – Маэстра Кинстон, сегодня она мой аккомпаниатор.

– Очень приятно, – склонил голову пожилой господин и препроводил их внутрь дома.

Одним из сюрпризов для Эмилии стало то, что среди приглашённых на этом приёме совершенно не было магов. Об этом обмолвился кто-то из гостей.

Девушка и раньше сталкивалась с подобными собраниями, но обычно они носили исключительно политический характер. Добившиеся высокого положения в обществе Неодарённые часто сетовали и возмущались тем, что пробиться к руководящим должностям в их стране и вообще в их Мире практически невозможно. Даже самые лояльно настроенные к ним маги указывали на то, что могущественные Одарённые не станут подчиняться обычному человеку. Они сочтут это ниже своего достоинства. Политические споры о равноправии и справедливости бушевали, чуть ли не во всех странах их Мира, но практических результатов приносили мало.

Выступление прошло прекрасно. У Мириам был великолепный голос и целый вагон обаяния. Гости просто обожали её. Даже девушки не сводили с неё восхищённых взглядов. На саму Эмилию, как обычно, мало кто обратил внимание. Её образ работал безупречно. Она умудрялась оставаться «невидимкой» даже будучи у всех на виду.

После окончания представления всех пригласили в сад. Здесь играла уже магическая музыка, а официанты разносили напитки и угощения. Маэстру Контаресту окружили поклонники, и Эмилия осталась в одиночестве. Взяв в руки бокал с вином, она решила прогуляться по залу, прислушиваясь к разным разговорам. Одной из основных тем была, конечно же, «Дорога» и её возможный приход в Миралину. Многое из того что здесь говорили, была смесь мифов, слухов и весьма поверхностной информации об этом вопросе. Сама девушка знала куда больше всех здесь присутствующих, поскольку в своё время изучила эту тему досконально. Интерес её объяснялся тем, что корпорация «Дорога» была неразрывно связана с Наблюдателями. Ни одна станция «дорожников» не могла открыться без их разрешения. Отец Эмилии служил Наблюдателем и она, будучи ещё совсем девчонкой с жадностью впитывала любую информацию, которая была с ними так или иначе связана. В детстве эта тема полностью поглотила её и одно время она даже заявляла тётушке, что намерена стать Наблюдателем. На что та ей резонно возразила, что для этого у Эмилии слишком слабое здоровье.

Вообще «Дорога» была настоящим феноменом последних лет пятидесяти. Дело заключалось в том, что раньше межмировые путешествия могли позволить себе лишь очень сильные маги, либо столь же богатые люди. Одарённые делали редкие и крайнее дорогие артефакты для телепортаций между Мирами, либо мощные «щиты» позволяющие преодолеть природный портал.

Всё изменилось в тот момент, когда в самом закрытом из миров изобрели автомобиль. Или точнее не в тот момент, а когда один предприимчивый человек обнаружил, что более поздняя модификация этого изобретения спокойно и без повреждений преодолевает природный межмировой портал без каких-либо магических щитов. И тогда он создал компанию и назвал её «Дорога». И стал прокладывать пути от одного портала к другому.

Эти природные явления есть во всех мирах, даже в Немагических. Бывают постоянные порталы, а бывают стихийные, то есть они, то появляются, то исчезают. Какие-то исчезают каждые два часа, какие-то могут возникнуть на пять минут раз в двадцать лет. С количеством тоже никогда не угадаешь. В одних мирах их много – десять, а может и двадцать, а в других мало – два или три, а то и вовсе один. Ещё они могут быть внутренними, то есть переносить из одной точки мира в другую и Внешними – межмировыми. Вот только внутренними может воспользоваться любой, даже не маг. А для путешествия через внешние уже нужна защита. Вот эта то защита больше и не требовалась. Но потребовался контроль.

Наблюдатели существовали и раньше. Их основной задачей было препятствовать перемещению в Закрытые миры. В народе к ним почему-то прилипло прозвище – «птички». Никто, правда, не мог точно сказать почему. Некоторые ссылались на внешний вид их чёрной формы, а другие говорили, что это из-за их связи с «крылатыми». Ведь эту организацию давным-давно основали Драконы. Они же поставили главное условие – состоять в ней могут только Неодарённые. Это было самым удивительным ведь Драконы исключительно магические существа. Но именно их покровительство делало Наблюдателей столь могущественной организацией. Без этого маги бы и не подумали соблюдать какие-то там правила. Одарённые вообще очень бурно реагировали, когда их пытались в чём-то ограничивать. Они подчинялись лишь тому, кто сильней. А сильнее Драконов не было никого.

Однако «крылатые» не только поддерживали Наблюдателей, но и ограничивали их возможности. Для этого был создан «Контракт». Он был основан на одном из заклинаний подчинения. Его «подписывали» все желающие стать «птичками». Они не могли нарушать его положения. Говорили, что некоторым это давалось очень тяжело. Именно поэтому первый срок службы у них был лишь месяц. Необходимо было проверить, сможешь ли ты выдержать это. От этого же у Наблюдателей была сильная «текучка».

С появлением необходимости контролировать «Дорогу» ни у кого не возникло никаких сомнений, кому будет поручена эта задача. Влияние «дорожников» росло, а вместе с ними расширили свою сферу влияния и «птички».

– Не понимаю, что они везде лезут? Что им здесь нужно? – вслух размышлял кто-то, крайне раздраженно.

– Вы рассуждаете, как маги, – попытались урезонить его. – Хотя, надо признать, что они в чём-то правы. «Дорога» это как-то уж слишком для нашего города. Я считал, что она проходит лишь по местам Природных порталов. Она собственно и призвана их соединять. Что им понадобилось у нас не понятно.

– А Вы её видели? – спросила дама в лиловом платье.

– Да, я был в этом году со своими партнёрами в Эстерлатоне. Как раз к их порталу и выходит «Дорога» в нашем Мире. Надо сказать у меня сложилось двоякое впечатление. С одной стороны это упорядоченная организация, которая объединяет Сто Миров в единую сеть.

– А с другой стороны? – подняла бровки его собеседница.

– А с другой стороны, – вмешался другой голос. – За «Дорогой» неизменно следуют, так называемые, «автостопщики». А эти приносят с собой хаос и преступность. У меня сложилось впечатление, что местные Одарённые ели сдерживают свою неприязнь к ним.

– И это исключительно проблема магов, – включился в разговор худощавый мужчина в чёрном. – На мой взгляд, мы должны наоборот поддержать автостопщиков. Они имеют право путешествовать туда, куда им вздумается и никакие Одарённые не могут этого запретить.

– Ох, мастер Риган, давайте Вы хотя бы здесь не будете отстаивать, чьи бы то ни было права, – надула губки всё та же девушка в лиловом.

– Мне кажется, Вы преувеличиваете, – раздался глубокий голос где-то у Эмилии над головой.

– А что же Вы думаете по этому поводу, мистер Тогден? – спросил кто-то.

Девушка бросила взгляд на вышедшего вперёд человека. Мистер Тогден оказался высоким, крепким мужчиной с короткой бородой и усами, в которых уже серебрилась седина. Однако это его нисколько не старило, а придавало его облику ещё больше силы.

– Я думаю, – громко, но спокойно сказал он. – Что «Дорога» это, в первую очередь, возможности для развития нашего города.

– О, Вы всё время говорите только о деловых аспектах, – протянула его собеседница. – А что на счёт того хаоса, что придёт вместе с ней?

– Хаос есть везде. Мы просто научимся с ним жить. Так же как мы научились жить с «Туманом», «кочегарами» и автомобилями.

– Ой, и не напоминайте! Эти «кочегары» просто повсюду! И почему полиция ничего не делает?! Они же должны как-то оградить нас от этой шпаны!

– А что ты думаешь о «Дороге», Эмилия? – спросила Мириам, взяв её под локоть. Моль улыбнулась. Ей очень нравилась непосредственность этой девушки.

– Я думаю, что это будет, как минимум, интересно! – как можно более нейтрально ответила она.

– Вот уж, что правда, то правда, – поддержал её тот самый господин в чёрном, который вступался за автостопщиков.

– Эмилия, познакомься, это мастер Риган Фоук, Ректор академии для мальчиков.

У него было правильное, хотя и немного удлинённое лицо. Черные, зачёсанные назад короткие волосы, смуглая кожа и твёрдый взгляд синих глаз.

– Эмилия Кинстон, – вежливо кивнула Моль.

– Однако лучше всего этого господина охарактеризует то, что он возглавляет организацию, борющуюся за права Неодарённых, – с улыбкой добавила Мириам. – Он наш благородный защитник.

Моль окинула господина ректора более внимательным взглядом. Из своей службы она знала, что представителей подобных организаций следует «держать в поле зрения». Как правило, их можно было разделить на два условных типа. Первые были действительно убеждённые в своих идеях люди, желающие изменить этот мир к лучшему. Готовые к диалогу и компромиссам. Вторые же являлись завербованными агентами других стран, которые лишь прикрывались благородными целями, а на самом деле вели подрывную деятельность, подчиняясь приказам своих кураторов.

– Вы преувеличиваете мои заслуги, – смутился мастер Фоук. Было видно, что, как и многим здесь, ему очень нравится молодая певица и её комплимент польстил ему.

– Вы бывали на «Дороге», мастер Фоук? – Эмилия решила закинуть провокационный вопрос, чтобы попытаться понять, к которому из двух типов отнести этого человека.

– Да, бывал, – коротко кивнул он.

– И что Вы думаете о ней?

– «Дорога» это очень своевременное и полезное явление. Помимо того, что она приносит дополнительное развитие в тех местах, где пролегает её путь, она также невероятным образом расширяет возможности Неодарённых. На самом деле я не удивлён тому, каким обширным сделалось движение автостопщиков. Это было вполне предсказуемо. Ведь раньше люди веками жили в мирах, где им суждено было родиться, и не имели сколько-нибудь реальной возможности увидеть другие. Теперь же путешествие между мирами перестало быть привилегией высших магов. Теперь мы имеем право и самое главное возможность ехать, куда мы захотим, и никто не может нам этого запретить.

– У меня складывается впечатление, что Вы агитируете Эмилию вступить в свою организацию, – улыбнулась Мириам.

– Должен же кто-то отстаивать права Неодарённых, – голос господина ректора стал холодным. – Маги не видят в нас равных и порой люди даже не пытаются призвать их к ответу, исходя лишь из того, что они могущественнее и богаче. Хотя современный технологический прогресс уверенно показывает, что удивительных достижений можно добиться и, не обладая Даром. Да, и в конце концов Неодарённых просто численно больше, чем магов и хотя бы на основе этого они должны с нами считаться.

Господин Фоук говорил очень убеждённо и явно высказывал свои собственные мысли, а не повторял заученные тезисы. Однако при этом за его словами также слышалось уже явно накопленное раздражение или даже злость. Вообще в подобных дискуссия сама Эмилия всегда чувствовала себя двояко.

С одной стороны она прекрасно понимала все рассуждения своего собеседника так как тоже являлась обычным человеком и не понаслышке была знакома с высокомерной заносчивостью высших магов. С другой стороны её тётя и все родственники по материнской линии были Одарёнными. И возможно в силу не самого высокого магического уровня, или строгого военного воспитания, но их стиль поведения разительно отличался от манеры вести себя многих обладателей сильного Дара.

Таким образом, хоть убеждения мастера Фоука и импонировали ей, она всё же чувствовала себя немного неловко и даже испытала облегчение, когда их с Мириам собеседника прервали.

– А вот и наши прекрасные музыкантки, – к ним подошёл мистер Тогден. – Позвольте мне вручить вам небольшие подарки от моего магазина.

Он передал им две элегантные коробочки с тончайшими перчатками. Эмилия видела такие, но не могла себе позволить купить их. Они были слишком дорогими для её легенды.

– Я слышал, что музыкантам необходимо беречь свои руки. Эти вещицы хоть и тонкие, но невероятно тёплые. А впереди нас ожидает зима.

– Ох, да Вы нас балуете, – обворожительно улыбнулась Мириам и, взяв его под руку, прошла с ним на балкон. Рядом с таким гигантом она выглядела совсем уж миниатюрной.

– Приятно было с Вами познакомиться, мастер Фоук, – мягко улыбнулась Эмилия, пока он провожал взглядом фигуру певицы. – Однако мне уже нужно идти.

– Что ж, до свидания, – коротко кивнул он.

Девушка покинула приём в отличном расположении духа и решила вновь посетить прекрасную ванную комнату местной гостиницы.

Эмилия сидела за фортепиано в своей комнате и репетировала новую мелодию этого сезона. Однако мысли её были далеки от нотного сборника.

Она вот уже вторую неделю находилась в Миралине, но нового задания для неё так и не нашлось. Это удивляло и разочаровывало её. Ей казалось, что в таком большом городе должно быть изрядно дел.

Конечно, она была рада, что смогла уделить достаточно времени собственным заботам. Они с подругами уже пару раз выбирались на прогулки по городу, неизменно заходя во все местные магазины, которые так нравились Роззите. Последние недели осени здесь на юге были ещё очень тёплыми и девушки смогли в полной мере насладиться посещением набережной и даже прокатиться на новомодном паровом катере вдоль противоположного берега, где все желающие могли поглазеть на богатые особняки магов.

С работой тоже шло всё более или менее гладко. После первого раза Мириам явно понравилась компания Эмилии, и теперь девушка неизменно сопровождала её на всех выступлениях. Молодая певица очень много рассказывала о городе и его обитателях. В отличие от Моли она считала Миралину своим домом, а на гастроли выбиралась в другие города княжества. Когда Эмилия спросила, почему она не хочет перебраться в столицу, Мириам ответила, что там не так сильно влияние Неодарённых и к тому же слишком уж большая конкуренция.

В общем и целом жизнь текла своим чередом, и только отсутствие вестей от куратора заставляло Моль нервно притаптывать носком туфли, сидя за фортепиано.

В дверь постучали.

– Войдите, – отозвалась она.

В комнату ярким вихрем влетела Роззита, разбавив уныние Эмилии неизменной улыбкой и приятным ароматом каких-то дорогих духов.

– Я принесла твою почту, – запыхавшись, объявила она. – Тут приглашения и несколько газет. Ты что читаешь газеты? Разве это не скучно?

– Полезно быть в курсе последних событий, Роззи.

Заголовок на первой странице, напечатанный очень крупными буквами, гласил:

«Корпорация «Дорога». Плохо или хорошо?»

– Не понимаю, что может быть плохого, если «Дорога» придёт в город? – высказалась Анабель пришедшая вслед за подругой.

– Ну, у любого явления всегда две стороны, – уклончиво ответила Эмилия. Она хотела поскорее заполучить свою газету и проверить раздел объявлений.

– «Дорога» это товары, путешественники, новые рабочие места и новые возможности, – перечислила Анна, качая смычком, который держала в руках, в такт своим словам. Она видимо так же, как и Эмилия, репетировала в своей комнате, тогда, как Роззи снова где-то гуляла. – В конце концов, в других странах нашего мира «Дорожные станции» работают уже много лет.

– Ну, кто-то мог бы тебе возразить, что не всегда что-то новое это что-то хорошее, – сказала Моль, вспомнив разговоры на недавнем приёме. – Однако всё же ни в одной из этих стран «Дорогу» и близко не подпустили к рудникам Магиринтов. Их охраняют как зеницу ока.

– А Эдриан говорит, что «Дорога» пошатнёт власть магов и он считает, что это очень даже неплохо, – скзала Роззи.

– Эдриан? – удивилась Анабель. – Кто это?

– Это мой новый знакомый. Он не музыкант. Он такой милый. Он сказал, что у меня прелестный бантик на голове.

– Да? А где вы познакомились?

– На концерте в городской ратуше. Он был там с друзьями.

– А кто он? Чем он занимается?

– Не знаю. Об этом разговор никогда не заходил. Но девочки, он такой симпатичный! Вы бы его видели!

– Неужели ты влюбилась?! – Анабель постаралась задать этот вопрос непринуждённо, но Моль услышала в её голосе напряжённые нотки. Подруга явно беспокоилась о легкомысленной Роззи.

– Нет, конечно! – ответила та. – Просто погуляли пару раз. Он – Неодарённый.

По лицу Анабэль мелькнуло облегчение. Они с Эмилией не раз слышали, как их младшая подруга вслух мечтала о романе с Магом. Это была её очередное «заветное желание». Юная флейтистка меняла их, как перчатки. Стоило ей увлечься какой-нибудь идеей, как она тут же решала, что это её жизненное предназначение. Моль надеялась, что с возрастом это пройдёт. Однако сейчас ей завладела мечта о неравной любви. Прочитав чуть ли не сотню «лёгких романов», где главная героиня неизменно встречает какого-нибудь холодного красавца Мага, Роззи теперь не мыслила себе чего-то другого. Она была убеждена, что ей суждено встретить одного из высших Одарённых и он, конечно же, влюбится в неё и положит весь мир к её ногам.

Когда младшая подруга начала пересказывать последнюю прочитанную ею книгу, Моль поняла, что быстро этот разговор не закончится.

– И он видит её в этом очаровательном платье и…, – шёл подробный рассказ, с неизменным указанием всех деталей того самого платья, который Эмилия безжалостно прервала:

– Девочки, мне нужно репетировать.

Роззи смущённо ойкнула, вылетела из комнаты, и продолжила уже оттуда перечислять все драматичные перипетии сюжета Анабель, которая вышла следом. Проиграв, для приличия мелодию ещё раз, Моль развернула газету в нужном месте. И на этот раз ей, наконец, удалось увидеть, то, что она хотела. В разделе объявлений Эмилия нашла сообщение, предназначавшееся для неё. Указывалось, что найдена ножка от пюпитра и был дан адрес, где можно её забрать и во сколько. Это означало, что её ждали уже сегодня. Не теряя ни минуты, она быстро собралась и отправилась на встречу.

В назначенном месте на площади вновь прогуливался господин Шульц. Как и в прошлый раз, получив телепортатор, она уже через несколько минут оказалась в том же заброшенном доме. Окна были закрыты ставнями, но через щели в комнату попадало достаточно дневного света. Однако в этот раз обстановка была более шумной, чем в прошлый. Магистр Эледжи стоял, облокотившись на стол, и внимательно слушал расхаживавшего по комнате магистра Ормандо. Последний был явно не в духе. Он остановился спиной к дверному проёму и, судя по всему, не заметил появления девушки. В отличие от «серого полковника». Он посмотрел прямо на Эмилию, однако потом снова перевёл взгляд на своего собеседника, давая тем самым понять, что хочет сначала закончить разговор.

– Да, нет там ничего! Понимаешь? НИ-ЧЕ-ГО! – господин третий защитник явно повторял эту фразу уже не в первый раз и для пущего убеждения уже чуть ли не кричал.

– Как ты можешь быть так уверен? – в отличие от своего приятеля Александр был совершенно спокоен.

– Да, я уже неделю там всё обнюхиваю. Если бы что-то было, я бы уже нашёл! Там ничего нет!

– Рискну предположить, что ты, как новичок в нашем деле, можешь банально не замечать чего-то.

– О, Великая Магия! – застонал Чезаре и рухнул в кресло, стоящее спиной ко входу.

– А потому я решил, что тебе не повредит помощник.

– Какой ещё помощник?! С чего ты вообще взял, что я могу чего-то не видеть?

– Ну, ты как минимум, вот уже минуту, не замечаешь, что мы тут не одни. Заходите, агент Моль.

Чезаре вздрогнул и обернулся к двери.

– Это опять ты? – недружелюбно буркнул он, складывая руки на груди.

Эмилия поняла, что для господина Третьего Защитника её появление стало неприятным сюрпризом. Впрочем, это чувство было взаимно. Радостное возбуждение от возможности получить новое задание, было моментально испорчено присутствием этого Одарённого. Покинув его дом, она искренне надеялась, что ей никогда больше не доведётся с ним встречаться. Наблюдая их перепалку с магистром Эледжи, Моль поймала себя на мысли, что Чезаре словно выбивается из окружающей обстановки. Его элегантный светлый костюм с магическими запонками и слегка небрежная причёска больше подходили для прогулки где-нибудь на набережной в компании столь же элегантной дамы с зонтиком. Но никак не для запылённой комнаты, где обсуждались планы секретных операций.

– Агент Моль, я направляю Вас на новое задание, – «серый» указал ей на второе кресло, тем самым приглашая присаживаться.

Магистр Ормандо демонстративно фыркнул, встал и отошёл к окну. Маг всем своим видом старался показать, своё отношение к этой затее.

– Думаю, на этот раз, нам следует ввести Вас в курс дела, – сказал Александр ровным голосом, совершенно не обращая внимания, на поведение своего приятеля.

Девушка внутренне возликовала. Наконец-то она сможет проявить себя, как нечто большее, чем простой «инструмент». Это был тот самый прогресс, которого ей так хотелось.

– Что вы знаете о водопаде Миралина, агент Моль?

Эмилия не успела даже рта раскрыть, как в разговор снова включился Чезаре.

– Да, что она может знать? Она ведь никогда там не была!

– Вот именно! – широко улыбнулся Магистр Эледжи.

– Что ты имеешь в виду? – опешил его друг, явно не рассчитывавший на такую реакцию.

– Агент Моль сможет посмотреть на всё это свежим взглядом. Мы оба были там и не раз. Некоторые вещи мы можем воспринимать, как сами собой разумеющиеся. Нам необходим взгляд со стороны.

Чезаре промолчал. Видимо доводы «серого» убедили его и, бросив на девушку раздражённый взгляд, он лишь спросил:

– Но почему именно она?

– У Моль идеальная репутация, – пояснил полковник. – Если я кого-то и смогу пропихнуть через систему охраны Института, то только её.

– Что, правда? Идеальная? – недоверчиво протянул магистр Ормандо.

Ей очень не понравился взгляд, которым наградил её этот маг.

– Водопад, – напомнила она им прежнюю тему разговора.

– Водопад, агент Моль, – продолжил Магистр Эледжи. – Это можно сказать градообразующий объект. Он крайне важен не только для королевства, но, пожалуй, и для всего нашего Мира. Он уникален. Ради этого феномена мы выстроили целый Институт. На нём добывают сырую магию, причём в отличие от всех остальных рудников здесь она не «твёрдая».

Эмилия кивнула. Это была общедоступная информация, но полковник начал с неё, выстраивая на этой основе свои рассуждения.

– У меня есть все основания полагать, что там может произойти диверсия, – в этот момент взгляд «серого» стал очень серьёзным. – Это могло бы остаться на уровне слухов, если бы не одно «но». Некоторое время назад, ночью кто-то проник в городской архив. Всё выглядело так, словно там поразвлеклась шпана. Однако среди всего прочего из хранилища пропали чертежи Института при водопаде.

Он встал и, заложив руки за спину, стал расхаживать по комнате.

– Магистр Ормандо является членом Братства защитников Миралины. Это группа магов, которая помогает городу во время «выбросов». Как у одного из представителей Братства у него есть специальный доступ в «институт». Я его попросил…

На этом слове Чезаре нарочито фыркнул.

– Я его попросил, – как ни в чём не бывало продолжил полковник, – внимательнее всё осмотреть, но, как Вы уже слышали, он ничего не нашёл

– Да, потому что там ничего и нет! Ты ошибся!

– Так вот, – «серый» в очередной раз проигнорировал своего приятеля. – Мне нужно второе мнение и это и будет Вашим заданием. Как обычно, Вас устроят на работу в оркестре в местном ресторане. А со всем остальным Вам поможет сориентироваться Магистр Ормандо.

При мысли о том, что ей придётся работать с ним вместе, Эмилия почувствовала омерзение. Девушке очень не хотелось иметь хоть какие-то общие дела с этим человеком. Она постаралась ничем не выдать свои эмоции и лишь покосилась на мага. Чезаре в свою очередь даже не пытался скрывать, что ему не нравится вся эта затея. Он, насупившись, смотрел на неё исподлобья, сложив руки на груди. Во взгляде читалось недоверие и откровенная вражда.

Но Моль всё же решила попытаться изменить эту ситуацию.

– Обычно я работаю одна, – ровным голосом сообщила она.

– Да, я понимаю, Вам непривычно, – кивнул полковник. – Но в нашей профессии приходится использовать любые возможности, а без Магистра Ормандо Ваша миссия займёт гораздо больше времени.

– Кстати, да! – вновь вклинился в разговор Чезаре. – А как это ваша госпожа «идеальная репутация» оказалась в этой профессии? На чём Вас поймали, агент Моль?

Александр бросил вопросительный взгляд на свою подчинённую, спрашивая тем самым её позволения открыть эту информацию. Эмилии было достаточно либо кивнуть, либо покачать головой, и она еле заметно кивнула. Ей стало и самой интересно, как этот заносчивый маг отреагирует на её историю.

– Изначально девушку оговорили. Её подставили и обвинили в преступлении, которое она не совершала, – сказал Магистр Эледжи, с хитрым прищуром разглядывая своего друга. Чезаре удивился, а потом переспросил:

– Изначально?

– Да, – «серый» сделал паузу. – В дальнейшем госпожа Кинстон изъявила желание служить… добровольно.

– Добровольно?! – мага аж перекосило. Он посмотрел на Моль так, словно она была каким-то неведомым существом. Казалось Магистр Ормандо не в состоянии уместить эту идею у себя в голове. Видимо именно такого эффекта и ожидал его друг.

– А что ты так удивляешься? Я вот тоже служу добровольно, – полковник даже не пытался скрывать улыбку.

– Нет, ну ты это другое дело… Ты вообще…, – Чезаре помахал в воздухе рукой, так и не сумев выразить свою мысль.

Эмилия переводила взгляд с одного мага на другого и никак не могла разобраться в их отношениях. Казалось, они были друзьями и Магистр Ормандо пусть и был недоволен тем, что его «завербовали», однако не держал зла на своего приятеля. Но при этом он явно и недвусмысленно давал понять, что не одобряет «серую службу».

– Добровольно! – Чезаре сделал паузу, как бы свыкаясь с эти словом. – Добровольно! Великая Магия! Я думал, у вас тут всё на шантаже держится.

Маг начал расхаживать из стороны в сторону.

– Да, как ты вообще пришла к такой мысли? Ты же музыкант! – в его голосе сквозило неподдельное непонимание и изумление.

Эмилия промолчала. Она не имела никакого желания что-либо объяснять этому человеку.

– Чего ты молчишь? – Чезаре начал раздражаться.

Девушка смерила его ледяным взглядом и, повернувшись к Александру, спросила:

– Мне обязательно отвечать на этот вопрос?

Начальник улыбнулся:

– Нет, агент Моль, не обязательно, – «серого» явно забавляла вся эта ситуация и особенно реакция его друга.

– Что мне ещё нужно знать? – Эмилия попыталась настроиться на деловой лад и тем самым дистанцироваться от своих неприязненных чувств по отношению к Магистру Ормандо.

– Все необходимые документы для Вас подготовит Мастер Шульц. Начинаем завтра. Ваша задача взглянуть на устройство безопасности института со стороны. Возможно, Вам удастся обнаружить то, что пропустили мы.

– Хорошо, – кивнула она.

– Докладывать будете через Чезаре

Моль замерла, задержав дыхание. Потом медленно выдохнула и посмотрела на шефа.

– Какие-то вопросы? – догадался он.

– Да, – она немного помедлила. – Я отчётливо понимаю, что… скажем так, не вызываю у Магистра Ормандо положительных эмоций. Не кажется ли Вам, что это может помешать нашему... сотрудничеству?

Про своё отношение к Третьему Защитнику Эмилия решила умолчать.

Александр, тем временем, понимающе кивнул и посмотрел на друга. Тот пренебрежительно фыркнул, задрал подбородок и произнёс:

– Ну, что тут сказать? Она права! Умная. Сама понимает, что виновата,

После этих слов девушке захотелось кинуть в него чем-нибудь тяжелым, и она прилагала массу усилий, чтобы не выдать своих чувств.

– Ну, она то умная, а вот ты, похоже, таким качеством похвастаться не можешь, – без тени улыбки бросил Александр. – Ты хоть способен видеть дальше собственного носа?

Чезаре сжал челюсти и, надменно подняв голову, посмотрел на «серого» сверху вниз. Сложив руки на груди, он развернулся и отошёл к окну, всем своим видом давая понять, что не намерен разговаривать в таком тоне. Но надолго его не хватило. Уже спустя несколько секунд он развернулся и выпалил:

– Нет! Я не понимаю! Она шпионила за мной в моём же доме! И что ты после этого от меня ожидаешь? Что я должен рассыпаться в любезностях?!

Магистр Эледжи устало потёр переносицу.

– Агент Моль, Вы можете идти. Уверяю Вас, я улажу этот вопрос.

Эмилия кивнула и встала.

Посмотрев в сторону магистра Ормандо, она наткнулась на очень тяжёлый, хмурый взгляд. Он стоял, сложив руки на груди, в тени рядом с окном, отчего его фигура больше не казалась такой светлой и легкомысленной, какой она представилась ей в начале. Теперь от его тёмного силуэта явственно исходила открытая неприязнь близкая к вражде. Моль спокойно выдержала его взгляд и, не прощаясь телепортировалась.

Оказавшись одна, девушка с силой сжала кулаки и два раза медленно вдохнула и выдохнула. Но это не помогло. То, что ей предстояло работать именно с этим магом, было крайне неприятным обстоятельством. При мысли о нём Эмилии казалось, что её начинает подташнивать. Она всегда считала, что в этом Мире мало вещей, способных пошатнуть её невозмутимость. И вот теперь напрямую столкнулась с настоящим вызовом своему профессионализму.

Казалось бы, ну подумаешь высокомерный, заносчивый и уверенный в собственной безнаказанности маг. Сколько она уже видела таких же. Они все вызывали лишь презрение и скуку. Но что-то в поведении именно этого представителя Одарённых вызывало в ней раздражение и какое-то смутное чувство неопределённости.

Эмилия попыталась оценить всё то, что она знала о господине Третьем Защитнике и понять, что же так сильно выводит её из равновесия. Да, он был мерзавцем, но чем таким он отличается от всех тех, с кем ей уже доводилось сталкиваться? Что изменилось? Что конкретно в этом задании было другим? Город? Но ей и до этого доводилось работать в разных городах. Все они примерно одинаковы. Везде есть газеты, через которые она получала зашифрованное сообщение, после чего встречалась с Мастером Шульцем и получала задание… Стоп! Вот оно! Раньше она всегда работала только со своим куратором. Теперь же появился Магистр Эледжи, а за ним забрезжила возможность получить долгожданную форму. Может всё дело именно в её отношении к этому конкретному делу? Может она возлагает на него слишком много надежд, а от того чересчур остро воспринимает некоторые вещи? Но при чём здесь тогда Магистр Ормандо? Он лишь инструмент для выполнения задания. Инструмент этот, конечно не самого чистого порядка, но, что есть, то есть. Попытавшись посмотреть на всю эту ситуацию под таким углом Эмилия всё же не смогла избавиться от ощущения, что что-то всё-таки ускользает от её внимания.

Моль вдруг поняла, что продолжает эмоционально накручивать себя, от чего ходит из угла в угол беседки для телепортаций. Девушка остановилась и снова сделала глубокий вдох.

Поняв, что так быстро не сможет разобраться с этой проблемой, она решила хотя бы определиться со стратегией дальнейших действий. Итак, чтобы её повысили необходимо, хорошо проявить себя на этом задании. Для этого нужно подходить к вопросу профессионально, а значит к Магистру Ормандо стоит относиться лишь так, как он того заслуживает – холодно и равнодушно. К тому же, не без лёгкого удовлетворения отметила про себя Эмилия, похоже господин Третий Защитник не переносит такого к себе отношения.

Но уговорить свой разум было легче, чем унять чувства. Чтобы как-то отвлечься от негативных эмоций, Эмилия решила сосредоточиться на предстоящем задании. Для этого ей нужно было собрать всю общедоступную информацию о водопаде и институте. Куратор всегда твердил ей, что сила любого «серого» заключается в количестве сведений, которыми он владеет. В самом начале своей службы Моль была несогласна с этим утверждением. Будучи ещё достаточно юной, она приписывала их работе всевозможные романтические глупости вроде чуть ли не ежеминутного спасения придворных особ или разоблачения страшных заговоров и секретов. К концу первого года она вполне успешно избавилась от половины подобных иллюзий. Куратор оказался прав. Сбор информации был основной деятельностью девушки.

Поэтому теперь, первым делом она направилась в ближайший книжный магазин, где приобрела несколько книг – об истории города, о теории магии и о разработке магических источников. Одно издание было отдельно посвящено феномену Миралины.

Покончив с покупками, Эмилия решила немного прогуляться и сама не заметила, как ноги привели её к заветной гостинице. Поразмыслив немного, девушка решила, что это даже к лучшему. Она сможет спокойно почитать, не объясняя подругам свой внезапный интерес к магической теме.

Ещё в прошлый раз в комнате отеля Эмилия приметила одно удивительное достижение прогресса – пневмопочту, и теперь ей не терпелось воспользоваться им. Блестящая медная труба, выходила из пола, шла вдоль стены возле комода и уходила в потолок. Маленькая дверца в ней, увитая тонким кованым узором, находилась, как раз на уровне груди взрослого человека. В ящике комода обнаружились специальные капсулы, в одну из которых девушка поместила записку с заказом лёгкого обеда в номер. Отправив своё сообщение по трубе почты, девушка стала рассматривать купленные книги. Когда через несколько минут на стол с лёгким звоном телепортировался поднос с едой, она уже полностью погрузилась в чтение.

Большинство трудов, так или иначе посвящённых миру номер 71, неизменно затрагивали тему Магиринтов. Кристаллы, содержащие в себе сырую магическую энергию, были довольно уникальным явлением в межмировом сообществе, а потому постоянно привлекали внимание исследователей. Внешне они выглядели, как жёлто-оранжевые блестящие камни и небольшие обломки обычно шли на создание всевозможных амулетов. Купол от дождя, щиты различных уровней, звуконепроницаемая сфера, одноразовый телепорт – все эти и многие другие заклинания можно было объединить с кусочком Магиринта, и они работали до тех пор, пока в нём не закончится магия. Экземпляры побольше служили просто, как источники энергии. Войны за рудники, добывающие эти кристаллы, составляли значительную часть истории этого мира. Одарённые грызлись за них на протяжении многих столетий. Тем ироничней оказалось то, что именно Магиринты дали толчок для начала прорывного технического прогресса.

Моль прервала чтение, когда обнаружила, что переворачивает уже двадцатую страницу. Тётушка всегда поощряла её любовь к книгам. Она говорила, что это самое безопасное хобби для здоровья Эмилии. Во всяком случае, она была в этом полностью уверена ровно до тех пор, пока не застала свою тринадцатилетнюю племянницу в шесть часов утра дочитывающей книгу, которая была начата вчера вечером. Ну, а в Академии девушка стала завсегдатаем библиотеки, хоть там и был весьма ограниченный набор литературы.

Эмилия отложила книгу и приступила к обеду. Она знала, что если прочитает ещё хоть строчку, то в следующий раз, когда она прервётся, еда окажется абсолютно холодной.

В этот раз она решила, что не станет оставаться в гостинице на ночь. Отойдя после приёма ванны, Эмилия изучала книги ровно до тех пор, пока волосы полностью не высохли. После чего телепортировалась на улицу, а оттуда пешком дошла до пансионата.

Уже подходя к знакомой калитке, Моль заметила, как вдоль забора прогуливался молодой человек, явно что-то высматривая. В какой-то момент сквозь прутья к нему протянулась рука дворника, и он заполучил долгожданную записку. Прочитав послание, незнакомец удовлетворённо хмыкнул и, к удивлению девушки, смял бумагу в руке. Увидев Эмилию, он слегка приподнял козырёк своей кепки, в знак приветствия, и тут же исчез в искрах телепорта.

Моль же поспешила к себе в комнату, где её уже ждали все необходимые вещи для предстоящего задания. Платье в этот раз было приятного песочного оттенка, который, всё же нисколько её не красил. Оно был не столь бесформенным, как обычно и украшено белыми кружевными манжетами и воротником. Партитура оказалась несложной, и ей понадобилось всего пара часов, чтобы вполне сносно подготовиться. А также среди страниц нотной тетради девушка нашла записку от Магистра Эледжи. Она сообщала, что с Чезаре не возникнет проблем, и что некоторые помещения Института он покажет ей лично, так как использовать артефакт невидимости там нельзя. Отправляясь спать, Эмилия была решительно настроена, показать себя на этом задании с самой лучшей стороны.

Однако следующий день не заладился с самого начала. Виной всему стали незнакомые особенности климата. Ветер подул с моря и принёс с собой влажное тепло и собирающийся дождь. Свойственное такой перемене погоды понижение атмосферного давления усугубило недомогание девушки, и здоровье Эмилии отреагировало предсказуемо – лёгкое головокружение сопровождало её пол утра. Ей не хотелось терпеть это весь день, а потому она решила воспользоваться одной из своих стимулирующих настоек. У неё всегда была пара бутылочек в саквояже на всякий случай, хотя доктор не рекомендовал ими злоупотреблять.

Эмилия сделала глоток, скривившись от непривычного вкуса, а остатки перелила в небольшую флягу, которую спрятала в одном из своих карманов. Уже через несколько минут девушка почувствовала результат. В голове прояснилось и даже стало легче дышать.

В столовой за завтраком она встретилась с подругами. Анабэль спокойно ела какую-то молочную кашу, бросая неодобрительные взгляды на Роззиту. Та в свою очередь отчаянно зевала и откровенно клевала носом.

– Доброе утро, – кивнула Эмилия им обоим. – Роззи, ты, что, не выспалась?

– Она слишком поздно легла спать, – ответила за неё приятельница. – Она гуляла в городе после работы.

Роззита виновато потупилась.

– Но там было так весело и интересно…

И скорее всего это было свидание, решила Эмилия. Она отметила, что в ушах у её младшей подруги красуются новые серёжки, причём довольно дорогие. Сама Роззи не могла себе такое позволить, а значит, это был подарок.

– Ну и как ты будешь сегодня работать? – строго спросила Анабэль.

– Я могу послать записку, что я приболела и мне подыщут замену.

– И это так ты собираешься зарабатывать деньги?

– Ой, да какие это деньги… – совсем уж разочарованно протянула молодая девушка. – Я посчитала. Даже если я буду работать весь сезон без перерывов, мне едва ли хватит на ту шляпку из магазина Тогдена.

– И именно поэтому ты решила пропустить работу?

– Ну, уж если я не могу купить то, что хочу, то можно хотя бы погулять на Осеннем Фестивале! В конце концов, когда мне ещё представится такая возможность?!

Эмилия лишь улыбнулась подобным рассуждениям своей подруги. В силу своего юного возраста она ещё не понимала, что эти фестивали повторяются каждый год и мало чем отличаются друг от друга. И в особенности, если у тебя нет денег на развлечения.

– Фестиваль начнётся только через неделю, – указала она Роззи. – Так что если хочешь хорошо повеселиться на празднике, то надо за это время подзаработать побольше денег. Выпей крепкого чаю. Он поможет тебе взбодриться.

– Эмилия права, Роззи, – поддержала её Анабэль. – Делу время, а потехе час.

– Ну, ладно, – надула губки юная флейтистка.

– Кстати, на недавнем приёме мистер Тогден подарил нам с Мириам перчатки из своего магазина. Если хочешь, я дам тебе их поносить.

– Правда?! Спасибо! – просияла Роззи. – А давайте вместе куда-нибудь сходим на Фестивале?

– А что? Это неплохая мысль, – улыбнулась Анна. – Что скажешь Эми?

– Ну, хорошо, давайте, – кивнула Моль, в тайне надеясь, что сумеет завершить все дела и ничто им не помешает. Она прекрасно осознавала, что «серая служба» могла с лёгкостью разрушить любые её планы. Не раз ей приходила в голову мысль, что эта сторона её жизни может стать значительным препятствием для построения серьёзных личных отношений. Однако она не особо её волновала, ведь на сегодняшний день в приоритете для Эмилии была в большей степени «серая» карьера. Да, и к тому же, в своём окружении она пока не видела никого, кто мог бы заставить её пересмотреть свои взгляды на жизнь.

Легко позавтракав, она отправилась на Водопад. Телепортатор оставил её в беседке перед институтом. Официально он назывался – «Институт по изучению природного и магического феномена в Мире №71». Но, по сути, научная деятельность была лишь второстепенной. В первую очередь здесь занимались извлечением сырой магической энергии. Также у этого учреждения была и третья функция защитная, так как Миралина в своём первозданном виде была опасна для людей.

Оказавшись на месте, Эмилия невольно ахнула от восхищения. Беседка для телепортаций располагалась в крайне удачном месте. Отсюда открывался потрясающий вид, как на сам водопад, так и на созданное магами архитектурное чудо. Ко всему прочему здесь была оборудована прогулочная набережная с дорожками, скамейками и клумбами, которые отодвинули «переноску» на небольшое расстояние от входа, что и позволяло увидеть всё это великолепие в комплексе.

Миралина не была большим водопадом, однако с лихвой восполняла ширину высотой. Она узкой лентой ниспадала с огромного утёса и разбивалась на миллионы мелких брызг внизу, создавая своеобразный туман. Именно этот туман и был целью большинства исследователей. Причём не только среди местных знатоков магии, но и в межмировом сообществе. Для своих нужд они возвели вокруг водяного потока грандиозное здание. Два крыла Института, расположенные по обеим сторонам Миралины возвышались на пять огромных этажей и соединялись друг с другом полукруглыми галереями, которые опоясывали её спереди. Место падения водопада на землю было полностью скрыто двумя нижними этажами, из-под которых уже вытекала вполне мирная река. Вскоре она впадала в залив, где смешивалась с морской водой.

Беседка для телепортаций, в которой находилась Эмилия, располагалась у правой части Института, рядом с входом. Выйдя из нее, девушка поняла, что внутри действовало заклинание шумоподавления. Снаружи грохот водопада оказался гораздо сильнее, чем она предполагала, и в первый момент ей даже захотелось закрыть уши руками. Пройдя набережную и завернув за угол Института, Моль поспешила к чёрному ходу, где её встретили и проводили в холл. Здесь располагался небольшой ресторан, в котором и работали музыканты. Прекрасное здание Института, как собственно и сам водопад давно стали местной достопримечательностью и потому посетителей здесь бывало немало. Любой кавалер, желающий произвести должное впечатление на свою даму, неизменно приглашал её отобедать «У Миралины». К тому же в Институте проводили недорогие экскурсии для всех желающих.

Ресторан встретил Эмилию атмосферой утончённой роскоши. Высокие потолки украшали изящная лепнина, стены — деревянные панели с тонкой резьбой, местами — позолоченные металлические элементы. Круглые столы, покрытые белоснежными скатертями, разделяли латунные решётки с цветочными узорами. Над столами парили магические шары, укутанные мягкой светлой тканью. В нише для музыкантов стоял рояль, цвет которого совпадал с форменным платьем Эмилии.

Среди членов оркестра она обнаружила одно знакомое лицо. Это был Скрипач из дома Магистра Ормандо. В этом не было ничего удивительного. Музыканты часто пересекались в разных местах во время Сезона Балов. Именно на это Эмилия надеялась, когда забрала его инструмент с собой. Однако с тех пор девушка работала только с Мириам и не имела возможности повидаться с другими коллегами.

– Здравствуйте, маэстро Скрипка, – приветливо сказала она, вспомнив их разговор при первой встрече.

Он сначала удивился и нахмурился, видимо вспоминая, где они могли видеться, а потом, узнав её, широко улыбнулся и сказал в том же тоне.

– Ах, это же маэстра Фортепиано. Рад Вас видеть. Как Вы поживаете?

– Спасибо, хорошо, – кивнула Моль. – А как же поживаете Вы без своей скрипки?

Он непонимающе поднял брови.

– Как? – в свою очередь удивилась Эмилия. – Вы даже не заметили, что оставили свой инструмент? Я, признаться, хотела его Вам вернуть и даже забрала её с собой, но потом вспомнила, что совсем не знаю Вашего имени.

Молодой музыкант явно был в замешательстве.

– Да, неловко получилось, – наконец выдавил он. – Это… всё из-за того, что в разных домах разные правила. Иногда мне предоставляют инструмент. Господа желают, чтобы даже скрипка вписывалась в интерьер. Но Вам ли этого не знать, маэстра Фортепиано.

– И, правда, – Эмилии действительно не раз доводилось играть на роялях всех возможных цветов и даже форм. – Но эта скрипка была Ваша. Я хорошо помню, что на входе Вы уже были с ней.

– Да, да! Всё верно, – закивал музыкант. – Но в тот раз приём закончился так быстро и внезапно, что я совершенно растерялся и забыл про неё по рассеянности.

– А что же дома Вы о ней не вспомнили?

– Всё дело в том, что я не только играю, но ещё делаю и ремонтирую скрипки. Так что дома недостатка в инструментах у меня нет.

– Ах, вот оно что. Ну, тогда я занесу её Вам при случае, – предложила Эмилия и, видя, что он хочет возразить, добавила. – Мне не сложно.

– Ну, хорошо. Я запишу Вам свой адрес. Как Вас всё же зовут?

– Эмилия Кинстон.

– Спасибо Вам огромное, маэстра Кинстон. А я Кристиан Джесперро. Приятно познакомиться, – улыбнулся он.

– Мне тоже.

– А Вы давно здесь работаете? – спросил скрипач. Из чего девушка сделала вывод, что маэстро Джесперро так же, как и она впервые на «Водопаде».

– Сегодня первый день. А Вы?

– И я первый день. Насколько я знаю, мы начнём играть ещё не скоро, и я собирался посетить местную экскурсию. Не хотите ли ко мне присоединиться?

– Давайте, – она оставила партитуру на рояле, и они отправились за билетами. Эмилия и сама намеревалась осмотреть институт, чтобы собрать побольше информации. К тому же Кристиан ещё при первой встрече показался ей весьма симпатичным и приятным молодым человеком.

Взяв билеты, они прошли в холл, где стали дожидаться начала экскурсии.

– Рискну предположить, что Вы не местная, – решил завести разговор скрипач.

– Да, это так, – кивнула девушка. – Мы с подругами приехали к сезону балов. Нас прислало агентство. Как Вы догадались?

– Это видно, – улыбнулся он. – Вы замечали, что если люди где-то живут, то они редко посещают местные экскурсии. Это скорее развлечение для приезжих.

– И правда, – сказала Эмилия. – Вы значит тоже не местный?

– Не совсем.

– Это как?

– По работе я провожу здесь достаточно много времени, чтобы хорошо его знать. Но родился и вырос я в другом месте. И уж точно я не назвал бы Миралину своим домом, – последнюю фразу он сказал немного резко. – Как Вы находите город?

– Он красивый, – подумав, сказала девушка. – Моя младшая подруга просто в восторге от него.

– А Вы нет? – удивился он.

– Я уже бывала во многих городах, и поэтому понимаю, что внешняя сторона не всегда самое главное. В Миралине мне очень нравится уровень технического прогресса, как на улицах, так и в домах. К примеру, здесь уже почти повсеместно есть водопровод и отопление. В моём родном городе мы до сих пор топим каминами и печами.

– О, так Вы за технический прогресс?

– По-моему глупо выступать против того, что уже не остановить, – заметила Эмилия.

Её собеседник рассмеялся.

– Вы правы. Но тогда, боюсь, в этом городе найдётся и то, что Вам не понравится.

– Что же?

– На мой взгляд, тут как-то уж слишком много высших Одарённых. Они же слетаются на Магиринты, как мухи на го… – он резко прервался и неловко оглянулся на свою собеседницу. – В общем, они не особо жалуют все эти последние веяния.

– Вот как? – Эмилия изобразила удивление. О сложной ситуации между сторонниками технического прогресса и консерваторами в Миралине ей поведал мастер Шульц. Обе партии имели своих именитых представителей, через которых всячески старались повлиять на мнение Его Высочества в этом вопросе.

Эмилия огляделась. На экскурсию собралось не очень много людей. Насколько она могла судить по форме, в которую они были одеты, в основном это были студенты из какой-нибудь местной Академии. Скорее всего, из тех, кто приехал в город к новому учебному году. Для утренней экскурсии это, наверное, самая популярная публика. Их было человек десять вместе с пожилым преподавателем. Мальчики и девочки стояли группами по отдельности.

В этот момент к ним вышел молодой человек, одетый в цвета Института – зелёный и голубой. У девушки, которая продавала билетики, они были такие же. Так они отделяли себя от работников ресторана. Институт был защищённой и крайне закрытой территорией, и чтобы получить форму этих цветов претенденту следовало иметь репутацию не хуже, чем у Эмилии.

– Здравствуйте, дамы и господа. Сегодня я буду вашим гидом. Однако прежде чем мы начнём нашу экскурсию, должен вас предупредить, что в Институте есть места, где запрещается использовать магию и сильные артефакты. Прошу вас помнить, что если вы не желаете или не можете деактивировать ваши артефакты, то определённые места вы посетить не сможете.

Студенты зашушукали.

– Зачем это надо? – выкрикнул один из мальчишек.

– Таковы правила безопасности.

– Какие глупые правила, – выпалил другой паренёк, явно намереваясь не соглашаться со взрослыми до последнего.

– Действительно, какое странное правило, – вполголоса сказал Скрипач.

– Эти правила написаны кровью, – раздался твёрдый голос откуда-то сверху. И хотя в нём не было угрозы, на группку студентов это подействовало, как ведро холодной воды. Эмилия посмотрела наверх и увидела магистра Ормандо. Он стоял на широкой лестнице, уходившей на второй этаж. В первый момент девушка даже не сразу узнала его. Двубортный, наглухо застёгнутый мундир тёмно бордового цвета, высокие сапоги и спрятанные в косу волосы полностью разрушили тот образ, который сложился у неё об этом маге при первой встрече. Теперь он выглядел собранным, серьёзным и даже немного угрожающим. Они встретились взглядами, и через пару мгновений она скользнула дальше, в то время как он пристально разглядывал её ещё какое-то время.

– Разрешите представить, – сказал гид. – Магистр Чезаре Ормандо, маг десятого уровня и Третий Защитник Братства. На этой неделе он несёт дежурство здесь и будет сопровождать нас во время экскурсии.

Чезаре перевёл взгляд на группу, и выражение его лица стало более дружелюбным.

– Поверьте, от вас не требовали бы этого, если бы на это не было более чем веских причин, – уже более миролюбиво добавил он.

– Прошу вас следовать за мной, – обратил на себя внимание экскурсовод.

Все присутствующие собрались вместе и потянулись к двустворчатым дверям, которые вели вглубь Института. За ними оказался довольно обширный подъёмник, на одной из стен которого было огромное окно. Магистр Ормандо встал рядом с их проводником и нажал на рычаг, переведя его в положение пять. Кабина дёрнулась и поехала. У Эмилии снова закружилась голова, не сильно, но неприятно.

– Дамы и господа, разрешите вам представить прекрасная и загадочная Миралина, – торжественно произнёс экскурсовод и широким жестом указал на окно. В этот момент они как раз поднялись над деревьями, и огромный ниспадающий поток воды предстал перед ними так близко, что в первый момент даже немного напугал. Девушки заахали, а парни одобрительно загудели.

– Этот водопад, – начал повествование гид. – Представляет собой не только восхитительное зрелище, но и подлинное чудо природы. Его уникальность заключается в расположенных в этом месте обширных залежах «магических камней». «Что же в этом особенного?» спросите вы. И действительно, многочисленные рудники добывают Магиринты повсюду на нашей планете. И в дальнейшем извлекают из них сырую магическую энергию. Но! Только здесь! Под действием силы падающей воды, она высвобождается из плена кристаллов и попадает в воздух совершенно естественным образом.

Подъёмник остановился, и они перешли в просторный зал, где также было большое окно от пола до потолка с видом на водопад. Кроме этого здесь находился большой макет Института вместе с набережной и рекой, а вдоль стен распологались всевозможные экспонаты, связанные с историей развития города и Института.

– А это правда, что водопад опасен для города? – спросил один из студентов. – Я читал в газете, что здесь происходят «выбросы тумана», в котором пропадают люди.

– Газеты склонны многое преувеличивать, – уклончиво сказал гид.

– А что будет, если это всё-таки произойдёт? Что если кто-то попадёт в «Туман»?

– Этого не будет, – снова подал голос магистр Ормандо.

– Как это?

Гид подошёл к одному из экспонатов.

– Вы знаете, что это такое? – он взял в руки медный шар, размером с сырную голову. Вся его поверхность была изрезана узорами, которые позволяли с лёгкостью заглянуть во внутрь. А в самом его сердце был виден еле тлеющий жёлтый огонёк.

– Наш город не зря называют городом шпилей. Как вы, наверное, заметили их можно увидеть повсюду. Однако они служат не только, как украшения, но и составляют часть защитной системы города. На каждом из них закрепляется вот такой артефакт, – он поднял экспонат повыше. – Мы называем их тревожными шарами.

Его глаза блеснули золотом, и артефакт в его руках взмыл в воздух, завис под потолком и стал вращаться вокруг своей оси. При этом огонёк внутри него разгорелся гораздо ярче.

– В главной рубке управления находится специальный рычаг, – продолжил гид. – Он запускает заклинание, которое отправляет тревожный шар, который расположен на шпиле Института в путь. Внутри него загорается яркий свет и раздаётся громкий протяжный звук. Он начинает левитировать и летит в сторону города, распространяя заклинание, которое запускает другие шары. При этом они также светятся и издают тревожный вой сирены, таким образом, предупреждая об опасности.

В этот момент от артефакта действительно стал исходить протяжный немелодичный звук, больше похожий на простые упражнения для начинающих трубачей. Посетители экскурсии начали морщиться, а некоторые девушки даже закрыли уши руками. К счастью вскоре звук затих.

– Как вы понимаете, над городом эти шары светятся намного ярче, а звук становится гораздо громче. Когда это происходит, жители активируют защитные щиты своих домов, и они оберегают их от «тумана». Это годами проверенная система, которая позволила нам приспособиться жить рядом с нашим прекрасным водопадом.

Артефакт погас и опустился на своё место среди экспонатов. Студенты снова зашушукались, обсуждая услышанное.

– А что если однажды они не успеют включить тревогу? – вполголоса произнёс Кристиан. При этом он пристально смотрел на тревожный шар, и, казалось, ни к кому конкретно не обращался.

– Вы когда-нибудь видели, как это происходит? – спросила Эмилия. – Я имею в виду выброс «Тумана».

– Да…, – скрипач «вынырнул» из своих размышлений. – И не раз. Это очень… запоминающееся зрелище.

– А кто же защищает общественные здания? – спросила одна из первокурсниц.

– Этим, как раз и занимается Братство защитников города, – сказал магистр Ормандо. – В таких случаях мы телепортируемся на улицы и ставим щиты там, где это необходимо. А так же помогаем всем, кто случайно оказался на улице в это время найти убежище. Но, как правило, таких людей очень мало, ведь все выбросы происходят ночью и горожан заранее оповещают об этом.

– Это, наверное, очень опасно?! – восхитилась студентка.

Чезаре улыбнулся ей:

– Мне лестно, что Вы волнуетесь за меня, но поверьте это совершенно рутинное действие.

Студентка покраснела, а её подруги захихикали. Магистр Ормандо видимо произвёл на этих первокурсниц неизгладимое впечатление. Многие из них бросали на господина Третьего Защитника заинтересованные взгляды, явно желая привлечь его внимание. Все они выглядели очень юными, буквально вчерашние дети, им с трудом можно было дать хотя бы семнадцать. А потому их заигрывания со вдвое старшим магом выглядели смешно, если не сказать нелепо. Сам же маг, казалось, откровенно скучал.

Эмилии вспомнился эпизод с заклятым бокалом, и у неё снова возникло какое-то странное неприятное чувство. Она одёрнула себя, зная, что так опять начнёт накручивать негативные эмоции, а потому постаралась больше не обращать внимания на Магистра Ормандо и стала пристально разглядывать экспонаты, представленные на экспозиции.

– А чем же так опасен этот ваш «туман»? В других мирах сырая магия может спокойно находиться в воздухе, и никто от неё не прячется. В чём разница? – нагловатый студент никак не желал успокаиваться.

– Разница в концентрации, – терпеливо пояснил экскурсовод.

– То есть?

– Вы видимо не маг, раз задаёте такие вопросы, – вмешался Чезаре. От этого высокомерного высказывания мальчишка насупился, однако Магистр Ормандо продолжил. – Сравнивать сырую энергию в других мирах и «Туман» это как сравнивать лёгкий моросящий дождик и бурный речной поток. «Туман» это дикая необузданная стихия. Ни один даже самый сильный Одарённый не сможет справиться с таким количеством магии. А если бы даже и мог, то колдовать во время выброса крайне опасно. Любое самое невинное заклинание может обратиться непредсказуемыми результатами. Вы не сможете выставить даже банальный щит.

Первокурсники немного притихли и снова начали переговариваться.

– Я слышал, что те, кому удавалось выжить в «Тумане» безвозвратно теряли рассудок, – тихо сказал Кристиан. – И это всегда были маги. А у Неодарённых вообще нет никаких шансов. Их тела находят с глазами расширенными от ужаса. Хотя многих вообще никогда не находят.

– Разве нельзя сделать так чтобы эти выбросы вообще не происходили? – наивно и явно наиграно хлопая ресницами, спросила одна из первокурсниц.

– К сожалению, нет, – ответил Чезаре.

– А какие помещения мы не сможем посетить с артефактами? – спросил преподаватель, пытаясь сменить тему и развеять гнетущую атмосферу.

Гид подошёл к двустворчатым дверям рядом с окнами.

– Этот выход ведёт на одну из галерей, которые опоясывают «Миралину».

– Там в воздухе должна быть магия, – опять выкрикнул всё тот же студент.

– Нет, её там нет, – спокойно ответил их проводник.

– Как так?! Вы же сказали, что водопад делает магию.

– Вот, посмотрите, – гид указал в окно куда-то вниз. – Мы находимся на самом верхнем ярусе, а там на втором расположен вентилятор. Он является чисто техническим изобретением. Его сделали по специальному заказу в одном из магических миров, чтобы он мог взаимодействовать с магией. Однако некоторые элементы управления не рекомендуется совмещать с сырой магической энергией. Поэтому вход в комнату управления им ограничен.

– А зачем он нужен?

– Вода падает с высоты на Магиринтовые кристаллы. Магическая энергия смешивается с капельками воды в воздухе. И здесь вступает в действие вентилятор. Он сдувает всю эту массу на специальные конденсаторы, где уже и происходит сепарация воды и магии. И таким образом, здесь, наверху уже ничего нет.

Кто-то из студентов зевнул. Им явно наскучило слушать все эти технические подробности. Эмилии же наоборот эта тема показалась крайне интересной. Любой запрет на контактирование магии с какими-либо изобретениями указывал на причастность Закрытых Миров. Или конкретно мира номер Девяноста Два. По долгу «серой» службы Моль изучила этот вопрос достаточно хорошо.

Про Закрытые Миры вообще было известно крайне мало, а потому эта тема вызывала неподдельный интерес у всех. Довольно долгое время считалось, что Закрытыми становятся так называемые технические Миры. То есть те, где технический прогресс развивался более менее обособленно от магии и мог продемонстрировать значительные успехи. Под это описание очень даже хорошо подходила планета, которую Эмилия имела удовольствие называть домом вот уже двадцать три года. Однажды в какой-то из книг по этой теме, девушка даже прочитала мнение, что и их Семдесят Первый мир можно было бы назвать младшим братом Девяносто Второго, где разница составляла около сотни лет развития. Но всё же это был довольно поверхностный взгляд на этот вопрос. И хотя с технического мира всё и началось, впоследствии появились и другие критерии.

«Закрывать» Миры начали очень давно. Это вовсе не означало, что туда нельзя попасть физически. Закрытый мир это официальный запрет для всех обитателей Ста Миров посещать его. Изначально эту меру применяли для защиты. По каким-либо причинам эти планеты были уязвимы, а потому становились своеобразными заповедниками, которые Драконы ревностно оберегали. Они же основали организацию Наблюдателей целью, которой изначально было следить, чтобы никто не мог проникнуть или покинуть Закрытый мир. Однако со временем «Закрытие» стало работать и в обратную сторону – защита Ста Миров. Как правило, это случалось, если где-то разгоралась глобальная магическая война или эпидемия. Драконы и Наблюдатели следили за тем, чтобы эти бедствия не «перекинулись» на других. Если ситуация там налаживалась их снова «открывали».

Свой «Закрытый» статус родной Мир Эмилии получил вовсе не из-за технического развития, а как раз из-за пресловутых Магиринтов. Или точнее из-за войны за обладание рудниками. Грандиозная «свалка» всех со всеми произошла достаточно давно. Драконы не стали разбираться, кто прав, кто виноват, а просто «закрыли» этот «котелок», предварительно позволив всем желающим эмигрировать. А уже после завершения войны понадобилось ещё немало лет, чтобы доказать межмировому сообществу свой цивилизованный и миролюбивый настрой. И им это удалось. Однако существовали миры, которым не суждено было стать «открытыми» никогда.

И в частности это касалось Девяносто Второго мира. Главной его особенностью было то, что в нём не было «местной» магии. Через порталы и с различными визитёрами и контрабандистами какая-то часть просачивалась на эту планету, но в таких мизерных количествах, что это никак не влияло на него. И потому попадание туда большого количества магической энергии сулило ему катастрофой. От этого Мир и «закрыли» очень и очень давно. Но время шло, Девяносто второй развивался по пути технического прогресса и в итоге достиг таких высот, что примерами своих изобретений мог потягаться с иными заклинаниями. Однако здесь возникла уже другая проблема. Все предметы, произведённые там, никогда плотно не контактировали с магической энергией. И никто не мог точно предсказать к чему может привести такой контакт. В подавляющем большинстве случаев бывало, что не происходило вообще никакой реакции, бывало возникали довольно странные или даже забавные «изменения». Но также существовало несколько очень редких примеров, когда происходили ужасные, разрушительные инциденты.

Одним из самых известных происшествий стал так называемый «Серебряный Ветер» в Двадцать Девятом Мире. Доподлинно известно, что туда переместили какой-то небольшой предмет именно из Девяносто Второго. В первый же момент произошёл взрыв такой разрушительной силы, что в котловане от него смог бы уместиться дракон в своей истинной ипостаси. Благо близлежащий город задело лишь краем, но пострадавших были тысячи. А уже после взрыва в том месте поднялся сильнейший ветер. И он дует там, не прекращая вот уже тридцать лет.

Если в Институте действительно использовали технологии из Девяносто второго мира, становилось понятно почему магистр Ормандо назвал местные правила написанными кровью.

– А можно выйти на галерею, господин учитель? – спросил один из студентов.

Тот бросил вопросительный взгляд на экскурсовода.

– Есть несколько условий, – ответил тот. – Не бегать, не использовать магию и не перелезать через ограждения.

– Все слышали? – строго сдвинул брови преподаватель.

– Да-а-а, – протянули студенты, и гид открыл двери. В комнату тут же ворвался оглушительный шум водопада.

Все устремились на галерею, восхищённо ахая и охая. Кристиан пошёл вместе со всеми, а Эмилия немного отстала. Она не очень любила высоту.

Вид, конечно, был захватывающий. Огромная масса воды с бешеной скоростью проносилась мимо них, устремлялась вниз, где бурлила, кипела и пенилась в смертельном водовороте. С другой же стороны открывался не менее восхитительный вид на залив и расположившийся на его берегах город. Однако выйдя на галерею, девушка сразу почувствовала, что здесь было очень влажно. К обеду вышло солнце, и осень теперь радовала по-летнему жаркой погодой.

Вскоре от духоты и сильного шума у Эмилии снова начала кружиться голова, и она окончательно отстала от экскурсии. И в какой-то момент девушка поняла, что, совершенно того не желая, осталась наедине с магистром Ормандо. Он замыкал группу гуляющих, цепко следя, чтобы гости не натворили глупостей. Однако все попытки молодых студентов затеять какие-нибудь неприятности тут же пресекались их преподавателем, и тогда маг переключил своё внимание на Эмилию. Поравнявшись с ней, Чезаре заложил руки за спину и подстроился под её темп ходьбы.

– Полагаю извинений от Вас, я так и не дождусь, – довольно резко сказал он. Казалось, что-то не давало ему покоя, и господин Третий Защитник только и ждал удобного случая, чтобы высказаться.

– За что? – нахмурилась Моль.

– Вы вторглись в мои личные дела! По-Вашему это нормально?

Девушке показалось, что он что-то недоговаривает. А точнее у него какая-то совершенно другая претензия, которую он, по какой-то причине, не может высказать. Он ведь не мог не понимать, что Моль лишь исполнитель, а в его личные дела вторгся Магистр Эледжи. А значит, тут было что-то другое. Что-то такое, что было связано именно с ней.

– Вы приобрели потенциально опасную контрабанду, – в тон ему сказала Эмилия. – По-Вашему это нормально?

– Это не оправдывает Ваш поступок.

Девушка не поверила своим ушам. В его голосе сквозила непоколебимая уверенность в том, что он не сделал абсолютно ничего предосудительного. Моль и раньше доводилось сталкиваться с людьми, которые умудрялись оправдывать любые свои поступки, даже самые ужасные и это не было для неё сюрпризом. Однако до сегодняшнего дня ей не приходилось напрямую работать с такими индивидами и уж тем более выслушивать претензии. Она медленно сосчитала до трёх и спокойно ответила:

– В этом Мире, в этом городе есть люди, чьё благополучие, здоровье и жизнь с лихвой оправдывают мой поступок.

– Вы так говорите, словно я собирался применить разрушительное заклинание, – фыркнул Магистр Ормандо.

Один. Два. Три.

– Вы прекрасно знаете, что некоторые артефакты из Закрытых миров могут вызвать эффект и похуже.

– Ничего бы не было!

Один. Два. Три.

– Вы не можете этого знать.

– Как и Вы!

Спор зашёл на очень зыбкую почву, где любой из них мог настаивать на своём и быть уверенным в своей правоте. Ведь несмотря на все те инциденты указывающие на явную опасность предметов из Девяносто Второго мира, существовала масса примеров опровергавших это. Сотни и даже тысячи предметов «просочившиеся» из этого Закрытого мира в открытый доступ вообще никак не проявляли каких-то особых свойств. Хотя бы те же автомобили, ставшие толчком развития межмировых путешествий, служили своим владельцам верой и правдой не вызывая никаких нареканий.

Маги взялись изучать этот феномен и поначалу даже смогли прийти к более или менее понятным выводам. К примеру, они выявили, что простые вещи, такие как стул, одежда или ложка, вполне безопасны. А вот технически сложные изобретения, требующие длительной и очень тонкой сборки, вызвали самые неоднозначные реакции. Однако чем дольше они разрабатывали этот вопрос, тем больше странных и не стыкующихся между собой примеров находили. И в настоящее время не могли с абсолютной уверенностью назвать причины опасных реакций.

Эти новые сведения и привели к разночтениям в вопросе контрабанды. Вообще Девяносто второй мир был самым легендарным среди всех Закрытых миров. О нём ходили самые невероятные слухи и домыслы. Проникновение в него грозило кучей самых серьёзных неприятностей. На страже всех Закрытых миров стояли не только Наблюдатели, но и Драконы. По сути, только они и могли стать хоть сколько-нибудь существенным препятствием на пути магов. И строже всего они охраняли именно Девяносто Второй. Некоторые предполагали, что они сами в своё время очень сильно навредили этому миру и теперь всячески старались загладить вину.

Казалось бы, такой уровень охраны должен был отвадить всех любителей контрабанды. Но запрет сделал её ещё более заманчивой, а также увеличивал цену. Магистру Ормандо должно было это стоить не малых денег.

Эмилия с досадой подумала, что её позиция в споре была бы куда прочнее, если бы она точно знала, какой предмет лежал в том чемоданчике, который господин Третий Защитник получил от контрабандиста. А так ей оставалось лишь предполагать, что, как и многих до него магистра заинтересовали именно технические достижения этого Закрытого мира.

Чезаре остановился, буквально сверля её взглядом. Она же пытаясь, справится с головокружением, упёрлась взглядом в пуговицу на его мундире. Оказавшись так близко к нему, девушка почувствовала, что от Магистра Ормандо исходит горьковатый запах то ли травы, то ли цветов. Из-за влажного жаркого воздуха вокруг, этот аромат показался Эмилии удушающим. И вскоре её даже начало мутить. Однако сделать ещё хоть шаг она не решалась, боясь, что покачнётся и тем самым покажет свою слабость этому магу. В таком виде и застал их Кристиан.

– Простите, что оставил Вас одну, но меня так захватил вид водопада. А отчего Вы не пошли дальше?

– Увы. Я боюсь высоты, – печально улыбнулась Эмилия. – Знаете, сразу начинает кружиться голова.

– Неужели? Какая жалость. Давайте я провожу Вас обратно, – он подставил ей согнутую в локте руку и она благодарно на неё опёрлась. К тому же скрипач принёс с собой совершенно другой запах. Очень знакомый и от того куда более приятный. От Кристиана пахло канифолью – кусочком смолы, которым пользовались скрипачи. Подруга Эмилии Анабэль, тоже использовала его, поэтому Моль хорошо знала этот аромат.

– Что же Вы не сказали магистру Ормандо о своём самочувствии? Уверен, он бы Вам помог.

– Но Магистр здесь на службе. Мне не хотелось его отвлекать.

Они пошли обратно к подъёмнику. Девушка обернулась и увидела, что маг провожает её пристальным взглядом.

После экскурсии Эмилия улучила момент и, зайдя в уборную, сделала небольшой глоток из фляги с настойкой. Этого вполне хватило, чтобы голова перестала кружиться. Также во время работы, девушка обратила внимание, что её пальцы буквально порхают над клавиатурой. Это показалось ей приятным дополнением к избавлению от головокружения. Иногда, перед дождём, когда атмосферное давление понижалось и начинало ощутимо влиять на её недомогание, ей бывало тяжело даже просто держать руки на весу. А временами они и вовсе начинали несильно болеть, словно она натрудила их физической работой.

Начало выступления оркестра было намечено ближе к обеду, когда в ресторане белее менее соберётся публика. И до этого момента Моль успела познакомиться со остальными музыкантами, а также составила в уме примерный план дальнейшей работы.

Во время перерыва, когда все коллеги Эмилии отправились перекусить на кухню, она решила осмотреться в Институте. К тому же есть ей не хотелось. Доктор предупреждал её, что это может быть одним из побочных эффектов стимулирующей настойки. Однако Эмилия сочла это даже плюсом, так как самым большим её желанием на данный момент было покончить с этим заданием, хотя она и понимала, что торопиться нельзя.

Активировав амулет невидимости, Моль решила начать с мест, куда есть доступ посторонним. То есть вновь пройти по маршруту экскурсии и проверить, возможно ли с него попасть в служебные помещения. Занятие это было достаточно утомительным, но она кропотливо и дотошно обследовала все закутки, какие попадались ей на глаза. При этом девушка буквально заставляла себя не торопиться. Время на обед отводилось не много и ей хотелось потратить его с наибольшей пользой, однако в спешке она могла бы что-то не заметить. Эмилия достала карманные часы и периодически поглядывала на них, чтобы не пропустить конец перерыва.

Когда Моль в первый раз использовала «брошку», (так она прозвала амулет невидимости) она была уверена, что не сможет видеть собственные руки. Но это оказалось не так. И подобное свойство артефакта, как поражало ее, так и заставляло немного нервничать. Будучи невидимой для окружающих, девушка прекрасно видела своё тело и предметы в руках. И пускай это было очень удобно, её не покидала мысль, что возможно однажды заряд артефакта закончится, и он перестанет работать, а она этого не заметит. Эта идея уже несколько раз служила пищей для довольно неприятных снов. Один раз Эмилия высказала свои опасения куратору, и он отнёсся к ним достаточно серьёзно. Мастер Шульц пообещал, что передаст её вопрос магистрам-изобретателям и возможно они попытаются что-нибудь придумать. Однако с тех пор эта тема больше ни разу не поднималась.

Поэтому часы ей также были нужны для отслеживания заряда артефакта. Как правило, без перерывов он работал пять часов. Однако даже невидимость не могла дать ей полной свободы действий. Сложность заключалась в том, что не все помещения пустовали. Здесь работали сотрудники института и ресторана. Легче было бы конечно дождаться окончания рабочего дня и беспрепятственно осмотреть всё, когда они разойдутся, но у этого был один существенный минус – усталость. Эмилия хорошо понимала, что ближе к ночи, когда все необходимые помещения опустеют, она будет сильно утомлена рабочей рутиной. И это в итоге может помешать заметить какие-то незначительные, но важные детали. Поэтому оставалось лишь надеяться на обеденный перерыв, во время которого многие сотрудники спускались в ресторан.

Многие, но не все. Уже подходя к одной из лабораторий, Эмилия услышала голоса и смех. Тихонько подобравшись к открытой двери, девушка заглянула внутрь. В центре комнаты стояла группа молодых магов в мундирах братства и местных учёных в белых халатах. Все они что-то разглядывали на одном из столов.

Маги немного расступились, и Моль смогла увидеть, что за столом сидит молодой человек с всклокоченными волосами мышиного цвета. Он очень сосредоточено разглядывал что-то перед собой на столе, периодически поднося к этому какую-то палку, и тогда в этом месте начинали подниматься струйки дыма.

– Ну, одно я могу тебе точно сказать, пока что это твоё чудо техники явно проигрывает магии. Как минимум по времени, – насмешливо сказал один из Одарённых. Он стоял, скрестив руки на груди, а с лица его не сходила лёгкая высокомерная улыбка. Судя по нашивкам у него на рукаве, в иерархии Братства он был Старшим Смотрителем.

– А как по мне так это ужасно интересно, – вмешался его «собрат». Он выглядел моложе своего приятеля и с нескрываемым любопытством следил за манипуляциями учёного за столом. – В Девяносто Втором мире всё на этом работает, и они не жалуются!

Девушку удивило то, что этот юноша имел звание Защитника, которое было выше ранга Смотрителей. Это всегда сбивало Эмилию с толку. Маги в солидном возрасте могли выглядеть весьма и весьма молодо, и порой на высоких должностях можно было увидеть лица не тронутые временем. Куратор советовал Моль в таких случаях смотреть не на внешность, а на поведение объекта. В данном случае его манера держаться ясно указывала на то, что этот член Братства ещё достаточно юн.

– А ты был в Девяносто Втором? – ехидно спросил третий представитель магического сословия. Он не носил форму Братства, но судя по его костюму, был весьма незаурядно Одарён. Белого халата на нём тоже не было, и Эмилия предположила, что он пришёл вместе с кем-то из местных служащих. Вообще его щегольская внешность плохо вписывалась в эту кампанию. Да и некоторые взгляды и жесты присутствующих показывали, что ему здесь явно не рады.

– Нет, конечно! – торопливо ответил молодой Защитник. – Ты же знаешь, что это запрещено! Но... мне рассказывали.

– И кто же?

– Так я тебе и сказал! С тебя станется заложить нас Наблюдателям.

– Что ты сказал?! – моментально разъярился щёголь. – А ну повтори!

– Успокоились оба, – раздался властный голос. Из глубины лаборатории, где располагался вход в смежное помещение, появился пожилой маг. Судя по форме, он также был членом Братства, однако в отличие от всех присутствующих далеко не рядового ранга.

– Мартино, твой отец попросил меня показать тебе Институт. Я думал, ты заинтересован в том, чтобы вступить в Братство.

– Да, дядя, – кивнул молодой маг. Но когда он развернулся к выходу из лаборатории, Эмилия увидела, как щеголь раздражённо подкатил глаза. Видимо стать Защитником Миралины всё-таки не входило в его планы.

– Я думаю, тебе стоит поговорить с Чезаре, – продолжил пожилой магистр. – Вы же давно с ним знакомы. Он поможет тебе определиться.

Мартино вновь демонстративно закатил глаза и уже не скрывая раздражения, обернулся и сказал:

– Я в состоянии и сам разобраться, – потом бросил взгляд полный чувства собственного превосходства на сгрудившуюся у стола компанию и добавил: – Пойдёмте, дядя. Это совершенно бесполезная трата времени. Технологии никогда не превзойдут магию.

После того, как они ушли юный член Братства, который чуть не поцапался с Мартино с жаром сказал:

– Надеюсь, этот придурок не станет Защитником!

– Да, успокойся ты, Армен, – его старший товарищ даже зевнул. – Ты что его не видел? Да, такой, как он никогда не вступит в Братство. Я если и вступит, то долго здесь не продержится.

– А Чезаре знает, что они здесь? Может попросить его не принимать Мартино? Эрно, поговори с ним…

В этот момент их диалог прервали радостные крики учёного за столом. У него что-то там засветилось, и начали раздаваться неприятные повторяющиеся звуки. Член Братства по имени Эрно удивлённо вскинул брови и сказал:

– Надо же! И, правда, получилось! Поразительно!

– Молодец, Майру! Ты гений! – обрадовался Армен. – А я говорил! Это наше будущее!

Эмилия вновь попыталась рассмотреть, что же там делает парень в белом халате, но бросив взгляд на часы, поняла, что обеденное время подошло к концу и ей следует вернуться к работе.

К вечеру же в ресторане вообще стало не протолкнуться, а снаружи на набережной прогуливались те, кто дожидались своей очереди.

Официальный рабочий день закончился в два часа ночи, и после того, как все разошлись, Моль ещё час тщательно обследовала все общедоступные места на первом этаже. Кухню, кладовые, санузлы и другие подсобные помещения. Везде было пусто и темно, однако она продолжала работать под прикрытием артефакта. К своему разочарованию обнаружить хоть что-то более-менее интересное ей так и не удалось.

В итоге она завершила осмотр уже глубокой ночью, и теперь ей предстояло отчитаться перед магистром Ормандо. После долгого насыщенного дня у неё снова начала кружиться голова, не сильно, но неприятно.

Оставаясь невидимой, девушка направилась на второй этаж, где находился кабинет Третьего Защитника. Эмилия тихонько постучала в дверь и, когда он открыл и посторонился, проскользнула внутрь.

Комната оказалась небольшой, но уютной. Здесь был стол, несколько кресел, диван и шкаф. Над столом висела карта города, размеченная на зоны. Почти всю дальнюю стену занимало большое арочное окно. К удивлению Эмилии оно выходило не на водопад, а на огромный вентилятор, который сейчас исправно крутился, нагнетая ветер. Он был подсвечен огромным магическим шаром, висевшем в воздухе, и поэтому прекрасно просматривался среди ночи. От падавшего света образовывались чёткие тени на лопастях, которые при постоянном движении механизма производили гипнотизирующий эффект.

Магистр Ормандо встал посреди комнаты, скрестив руки на груди и надменно глядя на неё сверху вниз. Она перевела взгляд в окно и стала спокойно наблюдать, как вращается огромный вентилятор. Моль заранее решила для себя, что будет говорить с ним официальным языком отчётов. Девушке не нравилось находиться с ним наедине, и таким способом она пыталась «возвести между ними преграду».

– Ну, что? Вы что-нибудь нашли? – судя по тону, Чезаре тоже явно не горел желанием с ней общаться. К тому же он даже не пытался скрывать издевательскую насмешку.

– Для полного отчёта мне необходимо больше времени, – ответила Эмилия бесцветным голосом.

– Это всё бессмысленно! Здесь ничего нет! – не выдержал он. – Давайте мы скажем Алексу, что ничего не нашли и покончим с этим.

– Для прекращения задания мне необходимо предоставить полный отчёт, – сказала она, всё также глядя в окно.

Господин Третий Защитник выругался. Так, как обычно выражаются мужчины, когда поблизости нет дам. Эмилии часто приходилось слышать такое на «серой службе». Первый раз это резануло ей слух, но уже через некоторое время она научилась понимать речь, в которой не ругательствами были только предлоги. Однако подобным образом выражались представители более низких сословий, и потому Моль крайне удивилась, услышав такое от Одарённого десятого уровня. Насколько знала девушка, магистр Ормандо был потомственным магом. В его роду были поколения и поколения Одарённых не ниже восьмого уровня. Такие, как он учатся в специализированных академиях и вращаются в кругах себе подобных. Но то, как господин Третий Защитник охарактеризовал своё отношение к ситуации, в которой они оба оказались, было не свойственно его окружению.

Поняв, что больше ничего интересного не услышит, Моль развернулась и, активировав невидимость, вышла. Оказавшись на улице, девушка невольно задержалась на несколько минут. Ночью «Миралина» выглядела ещё более впечатляюще, чем днём. Установленные на всех этажах большие магические шары освещали водопад разными цветами. Потрясающей красоты вид подсветки неизменно притягивал сюда посетителей именно в тёмное время суток. Многие девушки находили это романтичным, но, конечно, лишь в том случае, если они использовали звукоизорлирующий артефакт. У Эмилии, к сожалению, такого пока не было и шум падающей воды уже через пару минут усугубил её и без того неважное самочувствие.

Телепортировавшись в свою комнату в пансионате, она уже готовилась ко сну, когда совершенно случайно выглянула в окно. Её внимание привлекло какое-то движение в саду, что для глубокой ночи было странным. Возле ограды Эмилия заметила фигуры двух человек мужчины и женщины. Только он был за оградой на улице, а она внутри. Влюблённая парочка? По походке и нескольким движениям Моль не без удивления узнала в девушке Роззиту. И что самое интересное фигура её кавалера тоже показалась ей знакомой. В следующий момент они вышли на свет уличного фонаря, и девушка вспомнила, где видела его раньше. Это был тот самый парень в кепке, который дожидался записки здесь же вчера.

Он что-то рассказывал Роззи, а она смеялась, иногда наклонялась поближе к ограде, видимо, чтобы узнать какой-нибудь «страшный секрет», потом отпрыгивала, крутилась на месте и снова смеялась. В общем, вела себя, как обычно. Наблюдая за ними, Эмиллия подумала, что надо бы дождаться, когда свидание закончится и поговорить с подругой о её кавалере. Кто он такой? Возможно, предостеречь её от таких поздних прогулок. Всё же ей завтра на работу. Однако Моль также понимала, что ужасно устала и ей необходимо восстановить свои силы чтобы завтра продолжить поиски. Решив, что поговорит с Роззи утром, девушка отправилась в постель. Она заснула, едва голова коснулась подушки. День выдался выматывающим, и только засыпая, Эмилия вспомнила, что не забрала из отеля скрипку.

Утром же девушка пришла к выводу, что вернуть Кристиану его инструмент она сможет только по окончании задания. Куратор всегда наставлял её, что во время проведения какой-либо операции, она должна вести себя максимально естественно и предсказуемо. Ведь если за ней установят слежку, уклад её жизни не должен вызывать даже малейших подозрений. Таким образом, выходило, что попасть в отель Эмилия не сможет до конца недели.

Также она поняла, что и поговорить с Роззи у неё не получится, так как юная флейтистка встанет не раньше полудня. Это было их обычным расписанием, если они работали по ночам. Но Эмилия решила прийти пораньше и потратить это время с большей пользой и более тщательно осмотреться, да и к тому же понаблюдать за сотрудниками института.

Все учёные здесь носили белые халаты, доходившие до колен. В одной из книг про водопад, которую читала Моль, говорилось, что такая униформа пришла из Института по изучению взаимодействия Магии и Техники в Пятьдесят Девятом мире. А туда, в свою очередь её занесли из всё того же Девяносто Второго мира. В любом случае всех сотрудников Института девушка про себя стала называть по этой их отличительной одежде. В общем и целом наблюдать за «белыми халатами» было и интересно и скучно в одно и то же время. Всё зависело от того чем они занимались в конкретный момент. Их профессиональная деятельность со стороны не посвящённого человека выглядела весьма занимательно. Кто-то сидел в лабораториях, изучая разные бутылёчки, пробирки и кристаллы, кто-то переключал рычаги и кнопки на столе управления, следя за извлечением сырой магии, а кто-то вычислял что-то на доске, стуча мелом. Другой деятельностью местного сообщества были бесконечные сплетни. Собираясь небольшими группками «белые халаты» неизменно перемывали косточки своим коллегам. По большей части они сводились всё же к профессиональной деятельности, где работа и исследования других учёных представлялись куда менее интересными и значимыми, чем собственные, а заслуги, если таковые имелись, явно переоценёнными. И уже на второй план отходили всевозможные романы, измены и вообще личные взаимоотношения.

Проведя полдня наблюдая за «белыми халатами» Эмилия так и не выяснила ничего, что могло бы помочь ей с заданием. Но она изначально предполагала, что на таком важном предприятии не может оказаться случайных людей. Также Моль выяснила, что все внутренние помещения Института закрыты такими же щитами, что и дома магов, так что перенести туда что-то потенциально опасное было невозможно.

К началу её «музыкального» рабочего дня девушка уже заметно утомилась и потому решила снова воспользоваться стимулирующей настойкой.

Когда после обеденного перерыва она, наконец, добралась до своего рабочего места, то обнаружила, что почти все её коллеги уже собрались. Кристиан тоже был здесь. Он ждал её возле рояля, нервно постукивая носком ботинка.

– Маэстра Кинстон, а я как раз жду Вас, – Кристиан нервно улыбнулся. – Не могли бы мы поговорить?

– Да, конечно.

Они отошли вглубь ниши, где было не так шумно. Эмилия подумала, что речь пойдёт о скрипке, но её удивила подобная таинственность. Она заранее подготовила историю о том, почему не смогла принести инструмент сегодня.

– Я вижу, Вы не принесли мою скрипку, – в лоб начал Кристиан.

– Да, мне очень жаль. Дело в том, что...

– Ну и хорошо. И не надо! – перебил её он.

– Да?! – удивилась она. – А почему?

– Понимаете, – скрипач быстро огляделся и попытался ещё сильнее придвинуться вглубь ниши. – Я работаю с одним человеком. Он делает охранные знаки Храмовой магии на моих инструментах. И... в общем, он так и не закончил обучение и не имеет право этим заниматься. Он очень не хочет, чтобы его работу кто-нибудь видел. Просто понимаете, с этими знаками скрипки стоят дороже и нам бы не хотелось неприятностей.

– А, понятно, – кивнула Эмилия. – А что же он не завершил курс?

– Ну, как обычно это бывает, – пожал плечами он. – Срочно понадобились деньги. Он говорит, что снова пойдёт туда скоро, чтобы сделать всё как следует, но сейчас на него навалились всягие… проблемы. Я дал ему эту подработку, чтобы помочь ему «выплыть», понимаете?

– Ну, да, – кивнула девушка. – Ну ладно! Я занесу её Вам на выходных. Хорошо?

– Да-да, конечно, – в голосе Кристиана послышалось облегчение. – Спасибо Вам огромное.

Ночью после закрытия ресторана, она сделала вид, что уходит домой и, применив артефакт, оставалась невидимой до тех пор, пока все сотрудники не покинули Институт. Теперь они с магистром Ормандо остались одни.

Когда девушка появилась перед ним, он окинул её неприязненным взглядом.

– Неужели Вам нравится прятаться по углам, словно крыса?

Эмилия посмотрела на него без всякого выражения и прошла мимо. Сравнение с серой крысой она слышала уже не первый раз. И всякий раз это произносилось с изрядной долей высокомерия и презрения. Почему-то пойманные за руку преступники считали себя лучше тех, кто их поймал.

– Почему ты никогда не отвечаешь? – возмутился маг и заступил ей дорогу.

Она продолжила смотреть мимо него:

– Подобный разговор никак не помогает продвижению дела.

– Что?! Великая Магия! Да, ты вообще человек?

Эмилия снова попыталась пройти мимо, но Чезаре сложил руки на груди и сказал:

– Мы никуда не пойдем, пока Вы не ответите мне на вопрос.

Эмилия подавила желание послать его по всем известному адресу. Сосчитав в голове до трёх, она спросила:

– Что Вы хотите?

– Я уже спросил.

– Про «крысу»?

– Да.

Она помолчала и ответила:

– Я не считаю себя «крысой». А Ваше мнение мне безразлично.

– Но это же…, – он презрительно скривился, пытаясь подобрать слово.

– Мне всё равно, что Вы думаете обо мне, – невежливо перебила Эмилия. – Мы можем продолжить работу? Уже очень поздно.

Девушка попыталась подавить зевок, но у неё не получилось. Тогда она достала свою флягу и сделала из неё глоток, всем своим видом демонстрируя, что разговор окончен.

Магистр Ормандо нахмурился.

– Что это за комната? – спросила Моль, подходя к двери, в которую они никак не могли зайти.

– Здесь находится технический узел управления вентиляторами, – ответил Чезаре, доставая ключ. – Всё, что в ней находится достижения технического прогресса. Здесь не должно быть никакой магии. Но я сам проверил здесь всё трижды! Не понимаю, чего добивается Алекс?

Эмилия кивнула, и, зайдя в комнату, продолжила работать молча.

Здесь стоял небольшой стол с наклоненной столешницей. Из неё торчали разные рычаги и кнопки, в круглых окошечках за стеклом были видны измерительные приборы. Понаблюдав некоторое время, как дрожат тонкие резные стрелки, Эмилия спросила:

– Вам знаком принцип работы этих приборов?

– Нет… к сожалению, – магистру явно было неприятно сознаваться в этом. – У нас есть специалисты, которые этим занимаются.

– Что если произойдёт какая-нибудь внеплановая ситуация? Должен ли тут быть дежурный?

– Нет. Не обязательно торчать здесь всю ночь. Если приборы «увидят», что что-то не так, то загорится вон та лампочка и раздастся тревожный сигнал, – он указал рукой в сторону этих механизмов. – Это в свою очередь «увидит» магическая печать там, в коридоре и пошлёт сообщение мастеру и тот уже сразу телепортируется к Институту. Я уже говорил это Алексу! Тут всё отлажено так, что муха мимо не пролетит. Может, хоть ты ему объяснишь?

Рассказывая это, магистр Ормандо так увлёкся этой темой, что растерял весь свой высокомерный вид и даже перешёл на «ты».

– Чтобы составить второе мнение мне необходимо осмотреть всё, – монотонным голосом произнесла она.

– Великая Магия! Да, кто ты такая вообще? Ты кем себя возомнила?! Почему я должен отчитываться тут перед тобой словно школьник?! – он швырнул на стол ключ. – Закончишь здесь не забудь запереть тут всё!

Чуть ли не выкрикнув это, Чезаре вышел в коридор и хлопнул дверью. Эмилия продолжила работу в одиночестве.

Однако, как и в прочих помещениях, она не увидела здесь ничего подозрительного. Это всё больше подталкивало её к раздражающему выводу, что магистр Ормандо прав. Здесь действительно было чисто. И если они что-то упускают, то лишь от того, что не знают, как это искать.

– Это всё не имеет никакого смысла! – в который раз повторил Чезаре, расхаживая из угла в угол кабинета. Она молчала, глядя на то, как крутится вентилятор за окном.

– Неужели ты не понимаешь, что мы просто теряем время? Пока ты составляешь это своё второе мнение, мы можем упустить что-то в другом месте!

По большей части девушка была с ним согласна. Искать неизвестно что, неизвестно где было удручающе бессмысленно.

Эмилия поняла, что надо поменять подход к проблеме. Если нет ответов, то можно начать с вопросов. Как учил её куратор – правильно поставленные вопросы могут существенно ускорить дело.

Она пересилила свою неприязнь к Третьему Защитнику и тихо спросила:

– Что произойдёт, если в Институте случится диверсия?

– Что? – не понял он. Казалось, маг погрузился в какие-то свои мысли и совершенно забыл, что в комнате находится кто-то ещё.

– Что может произойти, если случится диверсия? – чуть громче повторила Моль.

– А! Так ты решила всё-таки поговорить со мной нормально? – издевательским тоном спросил Чезаре.

Её лицо окаменело и, плотно сжав губы, Эмилия тихо развернулась и стремительно вышла, на ходу активируя артефакт. Уже перед дверью она подумала, что реагирует чересчур эмоционально. Надо переступить через свою гордость, развернуться и продолжить разговор. Но она не смогла.

На следующий день девушка ужасно не выспалась и пребывала в самом дурном расположении духа. Чтобы восстановить силы ей снова пришлось прибегнуть к помощи стимулятора, но Эмилия понимала, что третий день его использования это уже слишком. Она отчётливо видела в зеркале, что её лицо стало бледнее, чем обычно, а под глазами залегли тени. Направляясь на завтрак, девушка случайно столкнулась с госпожой Эрингтон. Хозяйка пансионата проходила мимо, и лишь мельком кинув на Эмилию свой вечно недовольный взгляд, кивнула в знак приветствия и продолжила путь. Но уже через пару шагов остановилась и вернулась.

– Маэстра Кингстон, Вы хорошо себя чувствуете? – к удивлению Моли в её голосе было неподдельное участие. – Вы очень бледны.

– Спасибо, что спросили, – вежливо кивнула девушка. – Но не стоит волноваться. Это всего лишь моё обычное недомогание. Оно связано с погодой. Да и к тому же я не выспалась. Скоро пройдёт.

– Вы уверены?

– Да, вполне.

– Это всё эта ваша ночная работа…, – госпожа Эрингтон неодобрительно покачала головой и снова направилась по своим делам.

В столовой она оказалась совершенно одна. Анабэль, скорее всего уже отправилась по своим делам, а вот Роззи, судя по нетронутому завтраку, ещё не спускалась. Эмилия понадеялась, что сможет поговорить с ней о её свиданиях, однако даже через полчаса её младшая подруга так и не появилась. Так и не дождавшись её, она отправилась на работу.

Сегодня агент Моль решила сменить подход к заданию. Вместо бесплодных поисков попробовать выведать что-нибудь у своих коллег или персонала ресторана. Возможно, кто-то из них что-то видел или слышал. При этом необходимо было навести их на нужную тему не вызывая подозрений. Это было не самой лёгкой для неё задачей. Общение всегда давалось ей струдом.

Во время обеденного перерыва она присоединилась к музыкантам и направилась вместе с ними на кухню.

– Маэстра Эмилия, Вы сегодня с нами, – сказал Кристиан, когда они разместились за одним общим столом. – А что же раньше не приходили?

– Да, Вы знаете, у меня слабое здоровье, – девушка старалась говорить так чтобы её могли расслышать все коллеги и даже может быть кто-нибудь из работников кухни. – А с тех пор как я здесь работаю, так что-то вообще неважно себя чувствую. Аппетит совсем пропал, вот и не приходила.

– Вы действительно бледны, – участливо сказала одна из музыканток. – Может Вам пойти домой?

– Нет-нет, спасибо. Думаю, после обеда всё наладится. Но даже не знаю от чего это. Может быть просто непривычный климат? Не хотелось бы думать, что это как-то связано с водопадом. Я как-то слышала, что у Неодарённых может быть аллергия на магию.

– Ой, да, я тоже про такое слышал, – поддержал её кто-то из коллег. – А как-то раз я работал с одним флейтистом, так он утверждал, что…

Следующие полчаса музыканты и работники кухни увлечённо пересказывали друг другу всевозможные слухи и истории связанные с предполагаемым влиянием магии на здоровье и жизнь обычных людей. А после этого разговор плавно перетёк к перемыванию костей самих Одарённых. Эмилия надеялась, что среди общего привычного потока жалоб на различные «выходки» магов сможет выявить хоть что-то подозрительное или хотя бы необычное. А также приметить для себя, кто из присутствующих наиболее радикально настроен и может вольно или невольно стать орудием диверсии.

Но её ожидания не оправдались. Единственной мало-мальски интересной информацией оказалось, то, что парадный вход в ресторан не был защищён какими-либо магическими щитами или проверяющими заклинаниями. Именно поэтому все сотрудники должны были использовать служебный вход, а о телепортации вообще не могло быть и речи.

А в итоге разговор и вовсе перешёл в шутливую форму. После обеда они с Кристианом стояли у фортепиано, дожидаясь, когда соберутся остальные музыканты. Он рассказывал различные забавные случаи, связанные с работой и не только. Со скрипачом было очень легко общаться. Его обаяние очаровывало. Эмилия рассмеялась очередной удачной шутке и вдруг наткнулась взглядом на магистра Ормандо. Он стоял у входа в ресторан, заложив руки за спину, и пристально смотрел на неё. Вся лёгкость от общения с Кристианом мгновенно улетучилась, и чтобы скрыть резкую перемену настроения девушка сделала вид, что репетирует особенно сложные места партитуры.

Ближе к ночи её самочувствие ухудшилось ещё сильнее. Голова кружилась почти постоянно и временами немного подташнивало. И даже то, что сегодня она не стала пропускать обед, существенно не смогло изменить ситуацию. Пришлось снова воспользоваться стимулирующим элексиром.

Вечером в кабинете магистра Ормандо, Эмилия надеялась быстро доложить об очередном пустом дне и поскорее уйти домой. Но у Чезаре были другие планы.

Появившись перед магом, она ожидала обычного вопроса о том, как прошёл день, но вместо этого он вдруг стал расхаживать по комнате и говорить.

– Самое худшее, что может произойти, если на водопаде случится диверсия, это незапланированный «выброс». Тогда весь город окажется в ужасной опасности, а не только институт.

В первый момент девушка немного растерялась, но потом поняла, что он продолжает прерванный вечером разговор. И уже в следующее мгновение её голову заполнило множество вопросов. Она выбрала, как казалось, самый важный из них:

– Что для этого должно произойти?

Магистр Ормандо посмотрел на неё спокойно и сосредоточенно и после недолгого размышления сказал:

– Для этого должен остановиться «Большой Вилли», – говоря это, он обернулся и указал рукой за окно. – Так мы называем наш вентилятор.

Что ж это было логично. Именно он не давал скапливаться туману.

– Я полагаю, им управляют из технического узла и его мы уже проверяли, – Эмилия решила рассуждать вслух, в надежде наткнуться на какую-нибудь идею.

Правильно поняв её намерение, Чезаре ничего не стал говорить и лишь серьёзно кивнул.

– Вы упомянули, что «выброс» будет незапланированный. А что обычно происходит при запланированном?

– А, Вы же не знаете… – маг на мгновение запнулся и продолжил. – Мы проводим их в последний день каждого месяца. «Большой Вилли» нуждается в технической профилактике и лучше её не пропускать. Как Вы понимаете, всем в городе давно известно наше расписание. Те кто, могут покидают город на это время, все остальные следуют установленным правилам. Перед началом мы запускаем оповещение, которое Вам показывали на экскурсии. Однако, как правило, профилактика проходит достаточно быстро и редко когда туман достигает города.

– А что вы делаете с туманом, который всё-таки оказывается на городских улицах?

– Ничего. Он улетучивается сам где-то через восемь часов. Поэтому все работы мы проводим ближе к ночи. Чтобы к утру все последствия уже устранялись.

Моль пыталась сосредоточиться, но ей мешало головокружение. Девушка с облегчением отметила, что сегодня Чезаре спокойно рассказывал ей всю необходимую информацию, не пытаясь при этом язвить или осуждать «серую службу».

– А можно ли как-то извне повредить узел управления? – предположила она. – Ну, скажем… на чём он работает?

– На электричестве…, – лицо магистра Ормандо просияло. – Точно! Вот где надо искать! Ему могут отрубить питание! Пойдём!

Он попытался схватить её за руку, но Эмилия увернулась. И тут же пожалела об этом. От резкого движения голова закружилась ещё сильнее, в глазах потемнело, и девушка поняла, что сейчас упадёт в обморок. Она выхватила из кармана «маячок» и телепортировалась. Последнее, что попало в поле её зрения, было ошеломлённое лицо Чезаре.

Глава 2

Моль очнулась на полу в своей спальне в гостинице. Здесь было темно, и лишь через окно падал слабый лунный свет. Голова всё ещё кружилась, в глазах темнело, а на лбу выступил холодный пот. Ужасная слабость не давала даже пошевелиться, а к горлу подкатывала тошнота.

Девушка застонала и выругалась. Она была зла на себя, за то, что её слабое здоровье в очередной раз подвело её. Обмороков с ней не случалось уже давно. Эмилия ещё в Академии выработала для себя правила, при соблюдении которых подобные инциденты происходили крайне редко. Но в последнее время она слишком часто позволяла себе то, что было нельзя, и в итоге поплатилась за это.

Моль сделала глубокий вдох, надеясь поскорее привести себя в норму. К сожалению, в гостинице уже запустили отопление, и в комнате было слишком душно. Она знала, что недомогание скоро пройдёт. Достаточно просто полежать минут пять и желательно подышать свежим воздухом. Но этого времени ей не дали. За дверью в спальню послышались знакомые голоса.

– Я точно знаю, что она переместилась сюда. Я проверил дважды, – это магистр Ормандо. Эмилия нисколько не удивилась. Такому сильному магу, как он, не составило труда отследить только что созданный телепорт.

– Это невозможно! – а это уже был полковник Эледжи.

– Ты мне об этом не говори!

И как бы ей этого не хотелось, но дверь открылась, и на пороге появились оба мага. Она видела их лишь краем глаза, так как старалась держать голову прямо, дожидаясь, когда пройдёт головокружение. Но, словно в насмешку, ей стало только хуже. Её начало мутить, а неприятные ощущения в голове будто стеклись вместе и тяжёлой жидкой массой собрались в затылке.

Чезаре щёлкнул пальцами, и в комнате зажглись магические огни. От яркой вспышки света Эмилию замутило ещё сильнее. Пытаясь предупредить ненужные вопросы, девушка, до омерзения слабым голосом, произнесла:

– Господа, вы не могли бы выйти? Я присоединюсь к вам через пару минут.

– Какое проклятье, здесь происходит? – господин Третий Защитник явно не ожидал увидеть что-то подобное.

Александр же досадливо протянул:

– А, проклятье! Совсем забыл.

– Что? – резко спросил его друг.

– У агента Моль небольшое... недомогание, – небрежно пояснил «серый», подходя к окну, чтобы открыть его. В комнату ворвался свежий, немного прохладный воздух. Эмилия с благодарностью сделала глубокий вдох.

– Да, что это с ней? – не унимался магистр Ормандо.

– Что? Никогда не видел, как девушки падают в обморок? – задрал бровь магистр Эледжи. – А я думал, они периодически на тебе этот трюк испытывают.

– Да… но они никогда не выглядят вот так...

– Ну, вот видишь. Теперь будешь знать, что такое настоящий обморок, – «серый» в свою очередь старался отшутиться. Моль была только рада такому подходу. Она ненавидела, когда на её болезни акцентировали внимание.

– Так ладно, – протянул он. – Госпожа Кинстон попросила нас выйти. Не будем её смущать.

Чезаре уставился на своего друга, явно не веря своим ушам.

– Я не знаю, где ты воспитывался, – язвительно сказал он. – Но в моём окружении как-то не принято, чтобы девушки лежали на полу.

Маг стремительно приблизился к Эмилии, с явным намерением помочь ей подняться.

– Возможно, ты и прав, – не менее язвительно ответил «серый». – Да, только её кровяное давление сейчас упало где-то на уровень первого этажа. Тогда как мы на третьем. Так что, чем ниже она находиться, тем ей же лучше. И спасибо она тебе точно не скажет.

Но Магистр Ормандо даже не слушал его. Подняв Моль на руки, он перенёс её на кровать. От резкого движения, в глазах снова потемнело, и Эмилия приложила немалые усилия, чтобы её не стошнило. Она мысленно прокляла внезапный приступ хорошего воспитания у Третьего защитника и попыталась выглядеть менее немощно, чем это было на самом деле. Сказать, что она была раздосадована тем, что он теперь раскрыл её слабость, это не сказать ничего. Моль предпочитала, чтобы её враги знали о ней, как можно меньше. Чезаре же окинул её взглядом и, хмыкнув, высказался:

– Мда, краше в гроб кладут.

Девушка прекрасно знала, как она выглядела. Не раз приходилось наблюдать это зрелище в зеркале. Кожа бледная, чуть ли не с зеленоватым оттенком, губы белые, а под глазами тёмные круги. На лбу блестит холодная испарина и взгляд обычно какой-то больной и тоскливый. В общем и целом – жалкое зрелище.

Она твёрдо посмотрела на магистра Ормандо, намереваясь повторить свою просьбу, но он её опередил, обратившись к Александру, который стоял, облокотившись на косяк и скрестив руки на груди:

– Почему ты не сказал мне? – в его голосе сквозила злость и… тревога.

– О чём? – не понял «серый».

– О том, что она больна.

– Зачем? – удивился его друг. – Уверен, будь её воля, ты бы так ничего и не узнал.

– Ты должен был мне сказать!

– Чтобы что? Чтобы ты её пожалел?

– Ты должен был мне сказать! – Чезаре не повысил голоса, но девушка отчётливо услышала в его голосе угрозу.

– Да, успокойся ты! У неё ничего серьёзного, просто чуть более слабое здоровье, чем у всех. От этого не умирают…

– То есть вы ещё и инвалидов в свою службу вовлекаете, – ещё более язвительно сказал маг.

Моль вздрогнула. Она ненавидела это слово.

– Ну, во-первых, она сама вызвалась, а во-вторых…

– Господа, – прервала Эмилия их перепалку. – Вы не могли бы выйти? Я присоединюсь к вам через несколько минут.

Чезаре бросил на неё злой взгляд, резко поднялся и покинул комнату. Александр последовал за ним.

Немного полежав с закрытыми глазами и сделав несколько глубоких вдохов, Моль осторожно поднялась с кровати и посмотрела в зеркало. Мертвенная бледность уже начала проходить и к лицу возвращался его обычный цвет. Голова почти не кружилась, тошнота прошла, и дышалось свободно.

Однако теперь оставалось восстановить ещё и душевное равновесие. Девушку обуревала смесь чувства стыда, досады и злости. А также сожаление о совершённых проступках. Ведь её предупреждали, что злоупотребление тонизирующим эликсиром может привести к плачевным результатам. И Эмилия прекрасно помнила об этом. Но всё равно самонадеянно сделала как раз то, что не надо было. Оттого и злилась она теперь, мысленно обозвав себя дурой. И ладно бы она просто упала в обморок. Но нет! Она сумела обзавестись свидетелями. И именно теми, кому ей меньше всего хотелось бы показывать свою слабость.

Вместо того чтобы проявить себя с лучшей стороны агент Моль умудрилась дать понять магистру Эледжи, что на неё не всегда можно положиться. И подобное непредсказуемо и может случиться в любой момент. От этого ей было так невыносимо стыдно, что она вообще не хотела показываться на глаза полковнику.

Что же до господина Третьего Защитника, то его мнение о ней было Эмилии глубоко безразлично. Однако понимание того, что магистр Ормандо осведомлён о её уязвимости не могло не беспокоить. Как он распорядится подобным знанием? Чего стоит ожидать от него в связи с этим?

Девушка мотнула головой, отгоняя несвоевременные мысли. Предвидеть или просчитать поведение Чезаре у Моли не было возможности, а потому не стоило и тратить на это время и силы.

Эмилия, как смогла, поправила причёску, разгладила платье и вышла в гостиную. Полковник сидел в кресле, а господин Третий Защитник расхаживал у окна. Магистр Ормандо был мрачен, а «серый» по-деловому сосредоточен.

– Присаживайтесь, девушка, – без улыбки сказал Магистр Эледжи. – У меня к Вам есть вопросы.

Она села на диван и сложила руки на коленях.

– Вам уже лучше? – хмуро спросил Чезаре, бросив неодобрительный взгляд на своего друга.

– Да, спасибо, – ответила Моль бесстрастным голосом. Ей не хотелось быть вежливой с ним, но она не могла пойти против своего воспитания. Эмилия быстро перевела взгляд на полковника:

– Что Вы хотели узнать?

– Как что? – удивился тот. – Как Вам удалось телепортироваться с водопада?

– Там абсолютно всё закрыто и защищено! – вставил Чез и рухнул в кресло. – Десять щитов самого высокого уровня из всех доступных. Я сам их ставил! Это просто невозможно!

Они оба посмотрели на неё с нескрываемым жадным интересом. И Эмилию даже немного позабавило то, что ответ будет до неприличия прост.

– Я использовала «маяк», – тихо и спокойно сказала она.

Ещё несколько мгновений они глядели на неё, то ли не веря своим ушам, то ли ожидая продолжения.

Наконец, настигнутый осознанием, Александр закрыл глаза и протянул:

– Ну, конечно!

А магистр Ормандо подскочил с кресла и закричал:

– Что?! Это опять всё ваши штучки?!

Следующие пять минут агент Моль наблюдала, как два мага взбудоражено расхаживали по комнате. Но если Чезаре эмоционально обвинял своего друга в очередной подставе, то магистр Эледжи сосредоточенно о чём-то размышлял и, казалось, даже не слышал своего приятеля.

– Как вообще это работает? Как что-то может преодолеть десять щитов?! – господин Третий Защитник наконец перешёл от упрёков к делу.

В первый момент Эмилии показалось, что полковник снова проигнорирует магистра Ормандо, так как он продолжал шагать взад и вперёд. Но оказалось, что «серый» снимал с рукавов запонки и, бросив их на стол, он пояснил:

– Вот! Это «маяк»! Разработка Храмовой магии.

Чезаре демонстративно закатил глаза и покивал головой, как бы говоря «Ну, конечно! Кто же ещё?!».

– «Маяк» всегда состоит из двух парных элементов. У меня он спрятан в запонках. У госпожи Кинстон, скорее всего, серьги. Если у тебя только одна половинка, то он не сработает. Ты оставляешь одну часть там, куда потом хочешь попасть, а вторую всегда держишь при себе. Они «соединены» между собой настолько тонкой магической связью, что всевозможные щиты не «воспринимают» столь мизерное энергетическое возмущение, как помеху или проникновение. В нужный момент телепорт «строится» по этой связи и минует защиту. Ну что? Тебе что-то дала эта информация?

Чезаре наградил своего приятеля мрачным взглядом.

– Ну, и что нам теперь со всем этим делать? – пришёл к нужному вопросу Третий Защитник.

– Я спрошу у наших изобретателей, есть ли возможность препятствовать «маяку». Но думаю, что если какое-то решение и найдётся то не сразу. Если вообще найдётся, – «серый» говорил, казалось больше для себя. Он сосредоточенно смотрел в какую-то точку на полу и при этом постукивал себя пальцем по губам. – «Маяки» были специально разработаны для проникновения под «магические щиты». Сейчас же лучше чтобы об этом знали как можно меньше людей.

Он серьёзно посмотрел на своего друга:

– Чезаре, я могу на тебя положиться?

– Конечно! Что за вопрос? – кивнул маг и вдруг возмущённо добавил: – Эй! А почему ты у неё этого не спрашиваешь? Ты, что же, доверяешь ей больше, чем мне? У тебя к ней вопросы закончились?

– А что? У тебя есть какие-то вопросы? – «серый» удивлённо приподнял брови.

– Да, есть, – Чезаре вдруг стал необычно серьёзен и, обведя рукой комнату, спросил, глядя на девушку. – Что это за место? Куда вёл Ваш «маяк»?

Эмилия молча посмотрела на полковника, тем самым спрашивая желает ли он тоже узнать ответ на этот вопрос.

– Ну, отвечайте, – сказал тот.

– Я иногда здесь ночую, – безэмоционально произнесла Моль и посмотрела на магистра Ормандо.

– И это всё?

– Также я здесь принимаю ванну.

– Вы инкогнито сняли номер в гостинице, чтобы принять ванну и поспать? Что за бред?

– Это правда, – Эмилия смотрела прямо на него.

– У тебя здесь свидания с любовником? Или может Вас, агент Моль, перевербовали? Или и то и другое?

– Я посещаю номер одна. В моей комнате в пансионате нет ванны, только раковина. Поэтому я прихожу сюда, чтобы немного себя побаловать. Ничего противозаконного.

– Я ведь могу проверить! – победоносно сказал Чезаре.

– Как? – удивился Александр.

– Я решил испытать ту «воду», что ты мне дал.

– На моём агенте?

– Она вела себя подозрительно. И вообще, почему я должен ей доверять?

Он говорил так, будто девушки в комнате вообще не было. Эмилия же внутренне напряглась, пытаясь уловить суть их разговора. Но смысл слов ускользал от неё.

– И когда же ты установил здесь «воду»?

– Да, в тот же самый день. Кольцо-то было ещё при ней, – он победоносно сложил руки на груди.

– Ага! Так значит, его не обязательно было надевать! – ухмыльнулся «серый».

Лицо Чезаое вытянулось, так как он понял, что проговорился.

– Кстати, Моль, а где моё Кольцо?

– Я его продала.

– Что?! Но зачем?

– Потому что это было МОЁ кольцо. Что хочу, то и делаю.

Магистр Ормандо поморщился. Эмилия потешила себя этой маленькой местью, но совершенно отчётливо понимала, что опять провалилась. Её выследили, как полнейшего новичка. Девушка даже немного пожалела, что сдала кольцо в ломбард, потому что сейчас она бы с удовольствием выкинула его в водопад.

– Ну, так что, госпожа Кинстон? – окликнул её Чезаре. – Ты будешь сознаваться? С кем ты тут встречаешься?

Моль бесстрастно посмотрела ему в глаза и ответила:

– Мне нечего скрывать.

Казалось, он немного смутился, но потом нагло ухмыльнулся и сказал:

– Вот и проверим.

Магистр Ормандо вышел в спальню, и вернулся со стеклянной вазой с цветами. Он закрепил на ней, почти у самого горлышка, кожаный ремешок, на котором загорелись магические символы голубого цвета. Они были похожи на те, что используют в Ордене. Эмилия бросила взгляд на полковника, но тот лишь с прохладным интересом наблюдал за действиями своего друга. Понять, что происходит, по его виду было невозможно.

Тем временем Чезаре закончил приготовления и прикоснулся пальцем к символам в определённом порядке.

В первый момент Эмилии показалась, что у неё опять закружилась голова, ведь перед глазами вдруг всё поплыло. Но потом она поняла, что это в комнате, словно скопился туман и появился запах сырости. Достаточно быстро отдельные участки водяного пара сгустились, стали плотнее и Моль с изумлением обнаружила, что смотрит на миниатюру своей спальни в отеле, стоящую на полу. Высота этой туманной «скульптуры» доходила Чезаре до пояса.

– Ух, ты! – восхищённо выдохнула она, за что удостоилась благосклонной улыбки Александра.

А потом это «изображение» и вовсе стало двигаться. Дверь в ванную комнату открылась и из неё вышла фигура девушки, завёрнутая в полотенце. К своему стыду, Эмилии понадобилось несколько мгновений, чтобы понять, что этой двушкой была она сама.

В самом начале Моль даже не смогла бы точно описать, какие эмоции вызвала в ней эта «картинка». Эта была странная смесь восторга от подобных возможностей современной магии и жуткого стыда. Но также к собственному удивлению, это чувство вызвал не тот вид, в котором её увидели посторонние мужчины, а то, что кто-то смог её выследить, да ещё и наложить это заклинание «запоминания». Это был полнейший провал для неё, как для «серой».

Бросив взгляд на обоих магов, Моль отметила, что Александр смотрел на «изображение» совершенно спокойно, а вот магистр Ормандо хмурился и нервно постукивал носком ботинка. В отличие от своего друга он явно не привык «заглядывать» в чужую личную жизнь.

Тем временем девушка в изображении, слегка пошатываясь, прошла через комнату и рухнула на кровать.

Не смотря на обуревавшее её смущение и, в какой-то степени, даже ужас, она заметила, что в этот момент оба её визитёра вздрогнули. Больше картинка не двигалась. Эмилия помнила, что провалялась так какое-то время, прежде чем сумела прийти в себя.

– Почему Вы упали? – резко спросил Чезаре

– Мне было нехорошо, – честно ответила Эмилия.

– Почему?

– Я принимала ванну и сделала воду чересчур горячей.

– Случайно?

– Намеренно.

– Зачем? – удивился он.

– Мне так нравится.

– Вам нравится чувствовать себя нехорошо?

– Мне нравится принимать горячую ванну.

Он нахмурился, пытаясь осмыслить услышанное. Магистр Эледжи, упершись рукой в подлокотник и подперев голову, с интересом наблюдал за их перепалкой.

Тем временем девушка на «изображении» встала и прошла обратно в ванную. Оттуда она вышла уже в нижней рубашке, подошла к кровати и залезла в постель.

– Остаток ночи будет крайне скучно за этим наблюдать, – прокомментировала Эмилия. Она перевела взгляд на вазу:

– Что это?

– Это? – улыбнулся магистр Эледжи, проследив за её взглядом. – Это новейшая разработка наших учёных с водопада.

Чезаре продолжал буравить взглядам изображение, на котором она мирно спала.

– Вы же знаете, что сырую магию в Институте отделяют от воды?

Эмилия кивнула.

– Так вот, недавно были обнаружены интересные свойства этой воды. Если не вдаваться в технические подробности, то при особой обработке магическими рунами Ордена она может запоминать образы вокруг себя, а потом показывать их.

– Потрясающе! И надолго её хватает?

– А Вы умеете задавать правильные вопросы, – похвалил полковник.

Моль благодарно улыбнулась.

– Такого количества, как в этой вазе, хватает где-то часа на три.

Девушка попыталась рассчитать, когда эта штука появилась в комнате. Выходило, что это случилось, пока она была в ванной.

– О чём Вы думаете? – спросил «серый».

– О том, что в следующий раз подопру дверь стулом.

Александр расхохотался.

– Вы быстро делаете выводы. Но что если Вам понадобиться помощь?

– Значит, буду справляться своими собственными силами.

Чезаре как-то странно посмотрел на неё и отвёл взгляд.

– У Вас есть ещё какие-то вопросы? – подняла брови Эмилия.

– Нет. Вы можете быть свободны.

– Вообще-то, Вы в моём номере, – напомнила она и тут же спохватилась. – Кстати, я надеюсь, руководство гостиницы не знает, что вы здесь.

– Конечно-конечно, – покивал Александр. – А вообще-то, очень милое местечко. Надолго Вы его сняли?

– На месяц, – ей не очень понравился подобный интерес.

Полковнику пришло какое-то магическое сообщение. Его глаза стали золотыми и он, поднявшись, отошёл к окну.

Эмилия перевела взгляд на «туманное изображение», которое продолжало показывать, как она спит. Чезаре сидевший в кресле, подперев голову рукой, вдруг подал голос:

– Что? Неприятно, когда за тобой подсматривают? – спросил он с вызовом.

Она перевела на него равнодушный взгляд.

– Между нами есть одна большая разница, – спокойно сказала она.

– И какая же? – нахмурился Третий Защитник.

– Как я уже говорила, мне нечего скрывать.

– И именно поэтому Вы приходите сюда инкогнито?

– Ей это необходимо, чтобы не разрушить сложившуюся репутацию, – вмешался Александр.

Чезаре поднял брови, в упор глядя на Эмилию. В его взгляде не читалось ничего хорошего. Ей захотелось, как можно скорее покончить с этим заданием, но оставалось ещё два дня.

Эмилия воспользовалась возможностью и забрала скрипку из номера отеля. Возвращаясь в пансионат она вспомнила, что хотела поговорить с Роззи и поэтому решила пройтись пешком. Она надеялась, что как и прошлой ночью сможет застать её свидание и если не познакомиться с кавалером, то хотя бы посмотреть на него поближе. И не ошиблась. Ещё издалека девушка заметила в свете фонаря яркое пятно розового платья подруги. Однако уже подходя к калитке, Эмилия обнаружила, что не только она одна заинтересовалась этими ночными прогулками Роззиты. Сквозь ограду девушка увидела, что на тропинке стояла госпожа Эрингтон. Моль поспешила отступить на несколько шагов, чтобы понаблюдать за происходящим, но не попасться им на глаза.

– Я настаиваю чтобы посторонний покинул территорию пансионата, – домовладелица была явно недовольна этим ночным визитом.

– Но он мой гость, – возмутилась Роззи. – И он ничего не сделал.

– Приличные гости приходят днём, – строго возразила женщина. – К тому же Вы нарушили периметр защитного конура и он зафиксировал у Вас запрещённый артефакт.

Госпожа Эрингтон потрясла рукой с зажатой с неё магической карточкой. На ней отчётливо мигал красный восклицательный знак.

– А, ты имеешь в виду это, – с усмешкой сказал кавалер Роззи. У него был глухой голос с лёгкой хрипотцой. Он приблизился к калитке, шагнул наружу, а потом снова во внутрь.

На карточке домовладелицы тут же возник ещё один восклицательный знак.

– Или это? – снова последовало тоже действие. А потом глядя прямо в глаза своей оппонентке он с широкой улыбкой проделал этот трюк ещё пять раз.

Карточка в руке госпожи Эрингтон почти полностью покрылась красными предупреждающими значками. К удивлению Эмилии Роззи, глядя на него, зажимала себе рот руками, давясь от смеха. У Моль появилось подозрение, что юная флейтистка была не трезва.

Домовладелица в смятении смотрела на артефакт в своей руке. Попробовав несколько раз выполнить какие-то действия на нём, ей стало понятно, что он никак не реагирует. Тогда женщина, раздражённо мотнув головой, просто деактевировала его и он потемнел. После этого она снова строго посмотрела на молодых людей:

– Прошу Вас покинуть мой пансионат, – твёрдо сказала она. – Или я вызову полицию.

– Ладно-ладно, не кипятись, – молодой человек нахально подмигнул своей спутнице и взявшись пальцами за козырёк кепки, исчез в искрах телепорта.

Госпожа Эрингтон перевела свой недовольный взгляд на Роззи:

– В Вашем агентстве узнают о Вашем недостойном поведении.

– А что я сделала? – невинно задрала бровки юная флейтистка.

В ответ хозяйка пансионата лишь раздражённо покачала головой, развернулась и ушла. Когда она скрылась за деревьями, Эмилия подошла к калитке. Роззита увидела её и заулыбалась.

– Эми, ты бы видела, что здесь сейчас было!

– Как твой кавалер сломал защиту пансионата? – без тени улыбки спросила Моль.

– Я чуть со смеху не умерла!

– Роззи, ты что пьяная?

– Ну почему сразу «пьяная»? Это так для настроения, – отмахнулась подруга. – Пойдём, лучше я тебе расскажу, как мы ходили в ресторан. Там было так красиво и…

Слушая подругу, Эмилия не знала, как реагировать. С одной стороны друг Роззи выглядел вполне прилично, и всё, что он сделал, было лишь безобидной выходкой. Ну что такого в том, что они немного подурачились? Но с другой стороны то, что её подруга вообще оказалась в подобной ситуации выглядело для Моль плохим знаком.

– Роззи, ты же понимаешь, что вы поступили с госпожой Эрингтон… некрасиво?

– Но… Это же просто шутка, – захлопала ресницами юная флейтистка. И видя, что Эмилия настроена серьёзно, продолжила: – Ну, хорошо. Если хочешь, я попрошу Эдриана больше так не делать.

Моль пожалела, что здесь не было Анабэль. У неё всегда лучше получалось доносить до Роззи, что правильно, а что нет.

– Вы вчера так внезапно исчезли, – сказал Кристиан. Он стоял возле рояля и смотрел, как она расставляет партитуру на подставке. – Я хотел Вас проводить, но Вы так и не вышли.

– А где Вы меня ждали? – уточнила Эмилия.

– У беседки для телепортаций.

– Простите меня. Я почувствовала себя плохо и телепортировалась домой сразу от входа в ресторан.

– Ого! У Вас есть телепортатор?!

– Да. Наше агентство заботится, чтобы молодые девушки не ходили ночью одни, – пояснила она.

– Вам повезло. У вас хорошее агентство, – похвалил Кристиан. Однако ей показалось, что он нервничает. Молодой человек побарабанил пальцами по крышке рояля и внезапно решил сменить тему:

– Скажите, а долго Вы ещё будете здесь работать?

– Не знаю, – пожала плечами Эмилия.– У меня контракт ещё на два дня, но я могу его продлить. А почему Вы спрашиваете?

– А я…, – он запнулся. – Я… Я знаю, что Вам нравятся технологии. А в конце недели к нам приезжает делегация от корпорации «Дорога». Вы слышали об этом?

– Да, слышала, – улыбнулась она. – Из-за этого в городе такой переполох.

– Да, это точно, – кивнул Кристиан. – Я читал, что они приедут на своём транспорте, и я слышал, что это совершенно новые автомобили. Не хотели бы Вы пойти со мной посмотреть на их приезд. Мне кажется это должно быть интересно.

Эмилия немного смутилась. Она вдруг осознала, что он явно зовёт её на свидание, и что она совершенно не имеет ничего против.

– Я с удовольствием схожу с Вами, – улыбнулась она.

Кристиан просиял.

Во время обеда Моль решила наведаться в подвал, чтобы осмотреть всё и там, как предположил Чезаре. Здесь было тихо и пустынно и только за дверью с надписью «щитовая» что-то монотонно гудело. Комната была заперта и Эмилия предположила, что это одно из тех помещений, куда с магией нельзя.

В этот момент девушка услышала шаги, которые эхом отдавались в полупустых коридорах. Это было странно, так как сейчас здесь никого не должно было быть. Моль притаилась за углом, лелея тайную надежду, что это будет как раз тот самый диверсант, которого они ищут, и она сможет за ним проследить. Однако уже за несколько мгновений до появления странного визитёра Эмилия узнала, кто это. Магистра Чезаре Анириса Ормандо, Третьего Защитника Братства выдал его запах. Всё тот же горьковатый аромат каких-то трав здесь в прохладе подвала уже не казался девушке таким тошнотворным и даже немного взбодрил Моль.

– Госпожа Кинстон, Вы здесь? – Чезаре остановился посреди коридора, заложив руки за спину. Девушка сильно удивилась тому, как точно господин Третий Защитник определил её место нахождения. Он стоял буквально в шаге от неё.

– Что Вы здесь делаете? – тихо спросила Эмилия. По тому, как быстро повернул голову маг, девушка поняла, что он не ожидал, что она окажется так близко за его спиной. Тем не менее, магистр Ормандо не попытался отступить или развернуться, что немало говорило о его выдержке.

– Думаю, с моей помощью Ваши поиски будут продвигаться гораздо продуктивнее. Да и горящий в пустом помещении свет, выглядит немного подозрительно. Не находите?

Моль промолчала. Признавать его правоту ей не хотелось, а придумать что-нибудь правдоподобное она не смогла. Не дождавшись от неё какого-либо ответа, маг продолжил:

– Может Вы, всё-таки отключите артефакт?

Эмилия хотела найти какой-нибудь предлог, чтобы отказаться или снова просто промолчать, но вовремя поняла, что ведёт себя глупо. Её личная неприязнь никак не помогала в продвижении поисков и если уж господин Третий Защитник пересилил себя и пришёл предложить ей своё содействие, то и она должна вести себя профессионально. Чтобы ещё дольше не затягивать своё глупое молчание девушка поспешила деактивировать «брошку», но лишь в последний момент вспомнила, что стоит к магистру Ормандо слишком близко. Появившись перед ним, она попыталась надеть на себя свою самую безразличную маску. Чезаре же в свою очередь продолжал стоять на месте и лишь пристально посмотрел ей в глаза, также, не выражая никаких эмоций. Выдержав его взгляд, Моль заложила руки за спину и, отступив от него на шаг, медленно двинулась вдоль коридора.

– Скажите, а есть ли у «Большого Вилли» какая-то альтернатива? Запасной вариант? – она решила продолжить практику задавания нужных вопросов. – Или, скажем, что использовали до того, как появился вентилятор?

Магистр Ормандо сложил руки на груди и пошёл на ровне с ней.

– Раньше на водопаде использовали заклинание-печать для нагнетания воздуха. Однако из-за близости большого количества сырой магии оно часто сбоило, и выброс мог случиться в совершенно неожиданный момент. Именно тогда были разработаны «Тревожные Шары» и основано Братство. Жизнь в городе была куда более непредсказуема, чем сейчас. В этом плане технологии оказались гораздо эффективнее.

Эмилия удивилась такому признанию из уст Одарённого. И в очередной раз порадовалась существованию новых изобретений, которые настолько упрощали жизнь. Вообще Моль считала крайне парадоксальным то, что столь большой город появился в таком опасном месте. Однако она понимала, что возможно, как обычно, рассуждает с точки зрения Неодарённой, тогда как основали Миралину маги. Именно их неудержимо тянуло к любым источникам сырой магии. Ведь она позволяла им выйти за рамки своих собственных возможностей.

Одаренные, по сути, отличались от обычных людей тем, что могли видеть, чувствовать и использовать сырую магическую энергию вокруг себя. А различие в уровнях заключалось в том, сколько маги способны вобрать в себя этой энергии одномоментно. А также наколько свободно они смогут ею управлять, как долго удерживать в себе и сколько затратят на это сил. В большинстве миров магия была растворена в воздухе и Одарённые могли подпитываться постоянно. Правда, количесво накапливаемой энергии было незначительным, а поэтому для серьёзных заклинаний они также предпочитали пользоваться различными источниками, артефактами и накопителями. В их же мире магическая энергия была заключена только в Магиринтах, что и делало их такими ценными.

Эмилия помнила, как тётушка часто сетовала на то, что если бы её уровень был хоть чуточку повыше, она бы с лёгкостью дослужилась до генеральских погон. Хотя, неизменно добавляла она, важнее всё же мастерство владения магией, чем её количество.

Часто так случалось, что достаточно слабые Одарённые становились куда более искусными магистрами, чем сильнейшие из них. Порой именно они изобретали самые интересные и полезные заклинания. Та же «распределительная печать», которая не позволяла переноситься в людные места и перенаправляла телепорты в Беседки, была творением именно такого мага. И вот здесь уже было не обойтись без источников сырой магии. Ею питали все большие заклинания на улицах и в домах. Ведь нельзя было просто сотворить какое-нибудь волшебство и ожидать, что оно будет работать вечно. Нужно было «подкармливать» его энергией постоянно. Артефакты, амулеты, «браслеты» все они требовали подзарядки.

Вот почему Сырая магия была очень выгодным товаром. Часто ею наполняли стеклянные шары, которые легко умещались в ладони. Будучи заполненными, они выглядели абсолютно чёрными. По мере уменьшения в них энергии, их вид изменялся. Больше всего это было похоже на то, что сфера наполнена водой и в ней плавают «нити» чёрной краски.

Такие шары использовали повсеместно для мелких бытовых нужд. Неодарённые в таких случаях пользовались услугами магов низкого уровня, ну или учились делать это самостоятельно. Однако для подпитки больших магических печатей, охранных заклинаний или тех же щитов, которые ставили в дома, требовались резервуары куда крупнее. Они представляли собой нечто вроде огромной стеклянной колбы, только с донышком с обеих сторон. Иногда такие баллоны покупали сразу по несколько штук для каких-нибудь предприятий или производств. Несмотря на кажущуюся хрупкость, их было крайне трудно разбить.

Кто-то рассказывал Эмилии, что при помощи этих резервуаров можно представить магические уровни Одарённых. Одна такая «колба» соответствовала одному уровню. По такой «формуле» выходило, что господин Третий Защитник, который маялся сейчас от безделья рядом с Молью, представлял собой десять таких баллонов. По сути, он один мог бы питать какое-нибудь небольшое предприятие. Но только не долго. Удерживание в себе такого большого количества магической энергии дольше двадцати минут, было губительно для организма даже высших Одарённых.

В Институте при водопаде для хранения этих «колб» отвели обширный склад, где они висели стройными рядами, скреплённые между собой специальными ремнями. На каждой из них были начертаны голубые светящиеся символы магов Ордена. Именно они позволяли пополнять или опустошать резервуар не «открывая» его при этом.

В первый момент, зайдя в тёмное помещение склада, где чёрные «колбы» были видны лишь благодаря слабому свечению магических знаков, Эмилии на миг показалось, что она и сама парит в воздухе вместе с ними. Магистр Ормандо хлопнул в ладоши и зажёгся яркий белый свет, отразившийся на гладких поверхностях сотен и сотен баллонов с энергией.

– Почему их так много? Разве они не должны отправляться к своим… эм потребителям? – хранение в одном месте такого количества энергии насторожило Моль и показалось ей опасным.

– Их так много только под конец месяца, – подавив зевок, пояснил Чезаре. – Скоро их телепортируют покупателям. В момент «Выброса» склад всегда пуст, кстати говоря. За этим всегда очень строго следят.

Заложив руки за спину, он прошёлся вдоль колонны «колб». Каждая из них была в два раза выше его роста, а в обхвате чуть шире обыкновенной деревянной бочки.

– Я знаю, о чём Вы думаете, – продолжил магистр Ормандо. – Многие считают, что они выглядят очень хрупкими, но на самом деле это не так. Вы можете устроить тут дуэль магистров десятого уровня, и баллонам от этого ничего не будет.

– А что может их раз…

Внезапно девушка услышала, как наверху, чуть ли не у неё над головой, заиграла музыка. Моль поняла, что обеденный перерыв уже закончился. Она так тщательно осматривала здесь каждый закуток, что совсем потеряла счёт времени.

Эмилия посмотрела на свои карманные часы и перевела взгляд на своего спутника. Чезаре заметил её жест и раздражённо покачал головой.

– Как Вы можете так жить?!

Он посторонился, пропуская её к выходу и она, активировав артефакт, поспешила вернуться к работе. Однако уже через какое-то время девушка почувствовала, что в её потайном кармане появилось что-то новое. Отлучившись в уборную, Эмилия обнаружила, что это было послание от магистра Ормандо. Он сообщал, что ждёт её в своём кабинете прямо сейчас. Идти туда посреди дня было рискованно, её могли заметить, либо слишком долгое отсутствие могло привлечь ненужное внимание. Однако Моль надеялась, что возможно у Чезаре появились какие-то новые сведения, которые помогут в поисках, а потому решила рискнуть.

Дождавшись, чтобы поблизости никого не было, она тихонько постучала в дверь его кабинета и, когда он открыл, быстро проскользнула внутрь и снова стала видимой.

Увидев её, маг указал на стол и сказал:

– Ты пропустила обед, – в его голосе слышалось недовольство. – Я принёс тебе еды.

На столе стояли: чайник с чаем, чашка и, накрытый салфеткой, кусок пирога с мясом. Эмилия непонимающе посмотрела на магистра Ормандо, и он пояснил:

– Я прочитал, что при твоей болезни, тебе нельзя пропускать приёмы пищи. Быстро ешь и успеешь ещё вернуться так, чтобы никто ничего не заподозрил.

Она поморщилась. При её недомогании ей много чего было запрещено. «Тебе нельзя» было тем словосочетанием, которое Эмилия так часто слышала в детстве, что теперь буквально ненавидела эти слова. Однако она всегда знала, что тётушка произносит их движимая беспокойством и заботой о ней. И это в большей степени убавляло то раздражение, которое они вызывали. Теперь же, сказанные Чезаре, они пробудили неприязнь, не только не смягчённую любовью к тётушке, но и усиленную троекратно презрением к этому магу. И даже более того, знание, что он может наложить заклятие на еду или напиток, предостерегало Эмилию принимать от него вообще какую-либо пищу.

Поднявшаяся в ней волна неприязни, смогла пробить брешь в её самообладании и она с отвращением резко отвернулась от еды.

– Что? – удивился магистр Ормандо. – Не любишь пирог с мясом?

Эмилия попыталась взять себя в руки и холодно, но не достаточно равнодушно ответила:

– Я не голодна.

Она повернулась, чтобы уйти, но господин Третий Защитник встал у неё на дороге.

– Хочешь опять отключиться?! Тебе что, плевать на своё здоровье? – с нажимом спросил он.

Моль прилагала всё больше усилий, чтобы совладать со своими чувствами. То, что Чезаре, по сути, был прав относительно её недомогания, только лишь добавляло ещё больше раздражения. Масла в огонь подливал ещё и этот его безапелляционный тон. Эмилии претила его внезапная заинтересованность в её болезни. Девушка всегда воспринимала свой недуг, как что-то сугубо личное и теперь испытывала брезгливое отвращение от того, что этот маг пытается «касаться» этой темы своим вниманием.

– Вот именно, – процедила она, еле сдерживаясь.

– Что? – не понял маг.

– Это моё здоровье. Не лезьте не в своё дело, – Эмилии никак не удавалось сделать свой тон опять бесстрастным. Девушка активировала артефакт.

– Не смей исчезать передо мной, – с угрозой в голосе произнёс Чезаре.

– А то что? – с вызовом спросила она уже от двери.

Вернувшись к работе, Моль попыталась взять под контроль свои эмоции. Обычно игра на фортепиано действовала благотворно на её настроение. Наблюдение за тем, как пальцы перебирают черные и белые клавиши, вызывало в ней чувство ясности и упорядоченности. Здесь всё было понятно. Ты нажимаешь в определённых местах и получаешь определённый результат. Всё просто и предсказуемо.

Эмилия вдруг поняла, что в последнее время ей как раз не хватает этой ясности. И виной всему был господин Третий Защитник. Но проблема была в том, что девушка никак не могла понять, что же так сильно смущает её в этом Одарённом. Он был далеко не самым худшим представителем своего сословия. Во всяком случае, ей иногда доводилось иметь дело с магами, которые буквально «сочились» высокомерием и чувством собственного превосходства. Такие обычно воспринимали Неодарённых чуть ли не как грязь на подошве ботинок. Ну, а все технические достижения они пренебрежительно называли «игрушками». И в этом плане Чезаре представлялся вполне адекватным магом. По идее это должно было облегчит Эмилии работу с ним. Но нет. Она лишь продолжала испытывать необъяснимое раздражение.

Оставшаяся часть рабочего дня прошла без сюрпризов, если не считать подвыпившую компанию молодых магов, столик которых заключили в защитную сферу, чтобы они не сожгли всё здание своими огненными заклинаниями. В итоге, когда ресторан опустел и Моль, как обычно отправилась в уборную, она довольно продолжительное время смотрела в зеркало, буквально уговаривая себя сдвинуться с места. Девушка испытывала сильное желание пропустить вечерний доклад и больше в этот день не встречаться с магистром Ормандо. Сегодняшний эмоциональный всплеск очень сильно не понравился Эмилии. Она начала замечать, что, чем больше общается с Чезаре, тем чаще её невозмутимость даёт сбой. Однако в конце концов она одёрнула себя, обозвав слабохарактерной дилетанткой, и сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, больше нигде не задерживаясь, направилась прямо в кабинет Чезаре. Моль не дошла каких-то пару шагов, когда дверь широко отворилась и из неё, что-то громко обсуждая, вышла целая компания. Вместе с магистром Ормандо были уже знакомые Эмилии члены Братства и тот самый учёный, который с чем-то эксперементировал в лаборатории.

– … и ещё они привезут с собой пару легковых автомобилей! И ещё какую-то мелочёвку! Они обещали не просто показать их, а даже дать покататься! Ну, так что? Пойдёте? – молодой маг по имени Армен восторженно размахивал руками и вышел из двери буквально задом наперёд, продолжая начатый диалог со своими приятелями.

– Спрашиваешь! – ухмыльнулся «белый халат». – Да я буду бежать впереди тебя. Не уверен только, что меня пустят за руль.

– Ну, да, – хмыкнул второй представитель Братства. – Там, конечно, будут желающие познатнее тебя. Так что пробиться будет явно проблематично!

– Ничего-ничего! Подвинем мы эту очередь! – уверенно заявил Чезаре.

– А я уж боялся, что ты не пойдёшь! – обрадовался Армен. – У тебя всё какие-то дела в последнее время…

– Ну, как какие? – работник Института подмигнул приятелю. – Новая девушка, не иначе!

– Что, правда? – поднял брови второй член Братства.

– Ну, почти, – уклончиво ответил Третий Защитник.

Эмилии почему-то показалось, что, не смотря на заклинание «невидимки», магистр Ормандо смотрит прямо на неё.

В свой последний день работы на водопаде Эмилия проснулась в сумрачном настроении. Она была раздосадована тем, что, не смотря на все усилия, не смогла найти никаких следов ни подготовки к диверсии, ни самих диверсантов. И хотя Моль и обнаружила брешь в защите института, из-за того, что это произошло случайно, она не могла в полной мере записать это себе в заслуги.

По всему выходило, что это её задание оказалось не самым удачным. Девушку совершенно не устраивал подобный результат. Поэтому она приняла решение предложить магистру Эледжи продолжить свои поиски и дальше. На выходных в городе намечалось празднование Фестиваля Осени. Он должен был продлиться три дня, а под конец ожидали прибытие делегации с «Дороги». Моль предполагала, что во время суматохи праздника, среди связанных с ним дополнительных декораций и представлений диверсанты могут почувствовать себя более свободно и тогда их можно будет поймать.

В связи со всем этим Эмилия подумала, что ей лучше вернуть Кристиану скрипку сегодня. Она помнила, что он просил никому её не показывать, и поэтому решила, что спрячет её где-нибудь в подсобном помещении, а в конце рабочего дня отдаст инструмент уже на улице. К тому же ей предстояло отменить их свидание. Или, если он согласится, перенести его на другой день.

Также Моль намеревалась поговорить с подругами, чтобы они не рассчитывали на неё на этих выходных. Однако к удивлению девушки она не застала ни одну из них. Обе их комнаты были заперты и в столовой их тоже не оказалось. Эмилия вспомнила, что вечером также не видела ни одну из них. Ей стало неловко. Она настолько сильно погрузилась в выполнение задания, что совсем потеряла из виду близких людей.

Собравшись, девушка отправиась на работу. Грядущая зима начинала понемногу влиять даже на здешний тёплый климат, и с каждым днём становилось всё холоднее. Поэтому в Институте ей выдали форменную тёплую накидку, всё того же «премилого» песочного цвета.

Когда Эмилия переместилась к водопаду, то обнаружила, что её уже ждут. Это был Магистр Ормандо. По случаю праздников здесь было довольно многолюдно. Несколько пар, закрывшись заклинаниями от шума, прогуливались по дорожкам набережной, недалеко от реки. Среди гуляющих Эмилия сразу заметила его. Он отличался от остальных тем, что нетерпеливо расхаживал взад и вперёд. Однако, стоило ей выйти из беседки для телепортаций, как господин Третий Защитник решительно направился прямо в её сторону. У него, так же, как и у остальных был магический щит от шума.

– Здравствуйте, маэстра Кинстон, – ясно и чётко поздоровался он.

Девушка вежливо склонила голову и, потупив взор тихо, но жёстко спросила:

– Что Вы делаете?

Со стороны это должно было выглядеть, словно она просто отвечает на приветствие.

– Я всего лишь хочу проводить Вас до входа в ресторан, – всё тем же тоном ответил Чезаре и лучезарно улыбнулся.

Эмилия, молча, смерила его взглядом. Ей было очевидно, что господин Третий Защитник выбрал последний день их совместной работы, чтобы поквитаться с ней. Скорее всего, он усвоил, что самое большее, чем она дорожит это её репутация. И поэтому он вознамерился нанести удар именно по ней.

– Я пользуюсь входом для слуг, – напомнила ему девушка.

– Ну, ничего, в этот раз воспользуетесь парадной дверью, – сказал Чезаре и, подставив ей согнутую в локте руку, добавил: – Вместе со мной.

Она проигнорировала его жест и, взявшись обеими руками за футляр скрипки, двинулась по дорожке к входу. Эмилия надеялась, что её поведение выглядит, как жест скромности. Магистр Ормандо же ни капли не смутился и, заложив руки за спину, медленно пошёл рядом.

Моль всеми силами пыталась просчитать сложившуюся ситуацию и найти максимально безвредный для её репутации выход. Она видела, что некоторые из гуляющих, уже не скрываясь, провожали их любопытными взглядами. С точки зрения скучающих обывателей посмотреть действительно было на что. Девушка в одежде прислуги идёт в сопровождении одного из членов Братства. Мундир Защитника говорил, как минимум, о том, что его обладатель Маг не последнего порядка. Что могло быть общего у двух таких разных «персонажей»? Не оставалось никаких сомнений, что их разговор привлёк к себе самое пристальное внимание. И Эмилия могла лишь порадоваться, что из-за водопада содержание и интонации их короткой перепалки остались неуслышанными.

На входе он открыл перед ней дверь, и они вошли внутрь. Девушка обратила внимание, что музыканты ещё не собрались. В вестибюле также было достаточно людно, и они снова оказались под прицелом заинтересованных взглядов посетителей. Чезаре продолжил сопровождать её на пути в ресторан.

Однако скрыться в нише для музыкантов, ей было не суждено. По дороге им попался один из пустых столов и магистр Ормандо, быстро выдвинув стул, сказал ей:

– Присаживайтесь.

Эмилия застыла. Девушка отчётливо понимала, что если проигнорирует его предложение, то в глазах любопытствующей публики привлечёт к себе гораздо больше внимания, чем, если примет его. Поколебавшись ещё пару мгновений, Моль покорно села. Сложив руки на футляре со скрипкой, она пыталась унять свою злость. Господин Третий Защитник уселся напротив и один из официантов принёс им меню. Девушка краем глаза поймала его удивлённый взгляд.

– Чего Вы хотите? Зачем это всё? – её раздражение, наконец, прорвалось наружу.

Маг оторвался от изучения меню и посмотрел ей прямо в глаза. Внезапно вся его весёлость и дружелюбие слетели с него, и оказалось, что он также не в самом лучшем расположении духа. Магистр Ормандо был зол, казалось, даже просто его взгляд обладает силой давить на людей.

– Я хочу, – тихо, но чётко сказал он. – Чтобы ты поела. Если ты не хочешь, есть в моём кабинете, значит, будешь есть здесь.

Удивление Эмилии было так сильно, что она не сумела удержать лицо и её брови поползли наверх. Неужели причина лишь в этом? На мгновение девушке показалось, что это розыгрыш или шутка, однако выражение его лица говорило об обратном. Плотно сжатые губы не оставляли сомнений, что магистр Ормандо более, чем серьёзен. И это было странно. Неужели её отказ поесть так сильно задел его? Что-то в этом было. Что-то личное. Однако всё это промелькнуло в голове у Моли достаточно быстро. А углубиться в эти измышления она не смогла. Приказной тон, который он позволил себе в конце, подлил масла в огонь её собственной злости. Следующую фразу она чуть ли не прошипела от ярости:

– А почему Вы решили, что я буду?

– Потому что если ты не будешь, я поставлю тебя в такое положение, что от твоей хвалёной репутации камня на камне не останется, – в его тон также прорвалась не малая доля раздражения. – Тебе так нравиться быть невидимкой? Так вот, я сделаю так, что тебя «увидят» все.

Эмилия всё больше и больше убеждалась, что это его такая месть ей. Складывалось впечатление, что магистр Ормандо абсолютно уверен, что на водопаде нет ничего подозрительного, а потому в последний день он решил поразвлечься и устроить ей столько неприятностей сколько возможно.

Он снова радостно, но совершенно фальшиво, улыбнулся и спросил:

– Так, что ты будешь есть? Надо сказать тут отличная кухня. Если ты не любишь мясо, у них есть рыба. Причём, как речная, так и морская…

Она смотрела на свои руки, сложенные на скрипке и всё больше понимала, что её самообладание тает с каждой секундой его разглагольствований. Но злило её даже не это, а его самодовольная уверенность, что она ничего не может противопоставить ему. Моль лихорадочно пыталась найти выход из этой малоприятной ситуации. Если она попытается встать и уйти, либо начнёт спорить с ним, либо каким-либо другим способом проявит себя более или менее ярко, то это неизменно привлечёт к ней ненужное внимание. И это только доставит ему ещё больше удовольствия.

Поняв, что выкрутится из этой ситуации просто не получится, Эмилия решила, что хотя бы не будет давать ему поводов для радости. Глубоко вздохнув и сосчитав до трёх, она подняла голову и с самым бесстрастным выражением лица посмотрела в точку за головой магистра Ормандо. И, когда он, подняв на неё взгляд, произнёс «Ну, так что?», бесцветным голосом ответила:

– Мне всё равно.

Господин Третий Защитник пристально посмотрел на неё, но она продолжала его игнорировать.

– А что ты будешь пить? – уже не улыбаясь, спросил он.

– Мне всё равно, – с тем же выражение повторила Эмилия.

Чезаре кинул меню на стол и, сцепив руки в замок, наклонился вперёд.

– Почему ты так ведёшь себя со мной? Словно я какой-то проклятый?! – в его голосе ощутимо сквозила злость, но он продолжал удерживать спокойное выражение лица. – Что я тебе сделал? В конце концов, это ты проникла в мой дом и рыскала там по углам, как крыса. Но ничего я это проглотил и всеми силами пытаюсь тебе помочь в этом бессмысленном… мероприятии. Но ты продолжаешь относиться ко мне так, словно я…

Он запнулся, подбирая слова, и от дальнейшего потока упрёков девушку спасло, то, что к ним подошёл один из музыкантов.

– Простите, маэстра Кинстон, можно с Вами поговорить?

– Да, конечно, – улыбнулась она.

– Вы не знаете, где может быть Кристиан? Он сегодня ещё не появлялся, а ему обычно не свойственны опоздания. Просто Вы больше всех с ним общались. Может, он что-нибудь Вам говорил?

– Нет, я не знаю, – удивилась Эмилия. – Для меня это тоже неприятная новость. Мне как раз нужно было поговорить с ним.

– Вот как? Ну, что же делать? – он озадаченно посмотрел на большие часы, висевшие в ресторане. – Ну, ладно. Придётся вызвать для него замену.

– Я думаю, для госпожи Кинстон Вам тоже следует найти замену, – внезапно вмешался в разговор магистр Ормандо.

Моль бросила на него быстрый взгляд, а потом, предвосхищая вопрос музыканта, сказала:

– Да, пожалуй, Магистр Ормандо прав. Я схожу проведать Кристиана. Может он заболел?

Её коллега согласно кивнул. Но она не успела даже полностью подняться со своего места, как Чезаре подскочил и сказал:

– Я провожу Вас. Вместе мы управимся быстрее. Я перенесу Вас на место.

Не придумав, что возразить, Эмилия лишь кивнула и быстрым шагом направилась на улицу. Снаружи она пошла прямо к беседке для телепортаций, чувствуя, как маг следует за ней по пятам. Девушка старалась не думать о том, как это выглядит со стороны и уж тем более, как это отразится на её репутации. Единственное, чего ей хотелось, так это поскорее покинуть навязчивую компанию магистра Ормандо.

В беседке для телепортаций она круто развернулась и прямо спросила его:

– Чего Вы добиваетесь?

– Я хочу узнать, почему господин скрипач не явился сегодня на работу.

– Что? – девушка опешила.

Чезаре вдруг посмотрел на неё очень серьёзно.

– Госпожа Кинстон, мы с Вами всю неделю искали что-то подозрительное на водопаде. И вот один из музыкантов не явился на работу, никого об этом не предупредив. Разве Вам не кажется это странным?

Моль словно холодной водой окатили. У неё занемели пальцы рук, а всё её раздражение и злость на магистра Ормандо куда-то улетучились. Ведь он был прав. Кристиан не мог просто так не прийти.

– Да, действитедьно, – нехотя кивнула Эмилия и, стараясь не смотреть на него, достала из футляра со скрипкой небольшой листок бумаги с адресом Кристиана и протянула ему.

Чезаре ввёл его на панели управления в беседке, и в воздухе между ними появился прозрачный прямоугольник со светящейся голубой кромкой. Внутри него линиями того же цвета отобразилась карта города, где красной точкой было отмечено требуемое место, а жёлтой ближайшая к нему беседка для телепортаций.

– Мда, глуховато, – высказался господин Третий Защитник. – Придётся нам с Вами немного прогуляться.

Он приложил свою ладонь к специальным символам, тем самым поделившись своей магической энергией. Рисунок печати на полу телепортатора вспыхнул жёлтым светом и их перенесло.

Беседка, в которой они оказались, была на несколько ступеней выше земли, что позволяло разглядеть окрестности и сориентироваться. В данном случае место для магических перемещений находилось около довольно оживлённого и обширного рынка. Люди здесь сновали туда и сюда, царила толкотня и суматоха. Накануне предстоящих праздников многие стремились покончить с делами и уже начинали закупаться продуктами и подарками.

Припомнив карту, Эмилия нашла глазами улицу, по которой им нужно было пойти, и уже собиралась направиться туда, но Чезаре её опередил. Выйдя из беседки, он решительно двинулся в обход рынка к нужному переулку. Во всех его движениях читался азарт хищника напавшего на след жертвы. Моли оставалось только поспевать следом.

Ещё с самого начала она увидела все недостатки маршрута, который он выбрал. С краю, сразу за рядами лотков в небольшом закутке расположилась компания работяг, судя по всему, решившая начать праздновать гораздо раньше времени. Будь Эмилия одна, она бы прошла через рынок и всеми силами постаралась обойти это место. Но ей не хотелось отстать от мгистра Ормандо, и поэтому девушка следовала той же дорогой, что и он. И, конечно же, случилось то, чего она ожидала. Проходя мимо уже изрядно поддатой компании, Моль предсказуемо услышала:

– Эй, красавица, а ты что музыкантка?

Сделав бесстрастное лицо и глядя прямо перед собой, она попыталась побыстрее проскочить опасный участок.

– А сыграй мне?! – поддержал собутыльника другой пьяный голос. – Ну, сыграй. Что тебе, жалко, что ли?

Эмилия надеялась, что на этом всё и закончится, но последний, видимо, выпил уже достаточно, чтобы считать себя неотразимым. Он поднялся с места и отправился вслед за ней.

– Ну, чё ты такая? Ну, не будь стервой! Сыграй.

Его собутыльники попытались его остановить, но он не послушал. Эмилия ускорила шаг, но «поклонник её таланта» не отставал. Девушка начала обдумывать возможные варианты выхода из этого положения, когда шедший впереди Чезаре, вдруг остановился и обернулся. Его спокойный и твёрдый взгляд был направлен за спину девушки. Не прошло и пары секунд, как шаги позади неё замедлились, а потом и вовсе стихли. Но Эмилия не стала оглядываться, чтобы проверить отстал ли её преследователь. Всё, также глядя прямо перед собой, девушка прошла мимо мага и через десяток шагов свернула на нужную улицу. Вскоре магистр Ормандо догнал её и, подстроившись под её темп, спросил:

– А что Вы обычно делаете в таких ситуациях?

Моль бросила на него взгляд. В его вопросе не звучало ни издёвки, ни праздного любопытства. Казалось, ему действительно было интересно это узнать.

– Обычно, я стараюсь строить свой маршрут более тщательно, – и снова увидев в его взгляде лишь искреннюю заинтересованность, добавила, пожав плечами: – Все девушки так делают.

Эмилия огляделась. Район, в котором они оказались, выглядел гораздо проще центральных улиц, но и бедным его нельзя было назвать. Дома всё также словно «склеились» между собой боковыми стенами, но фасады уже не красовались друг перед другом замысловатым декором. И что-то подсказывало Моль, что в этих зданиях нет входа для слуг. Тем не менее, вокруг было чисто, на окнах висели занавески, кое-где сушилось бельё, а под окнами первых этажей висели продолговатые кашпо с яркими осенними цветами. Всё аккуратно и прилично.

Чего здесь не было совсем так это магии. Люди спешили по своим делам, даже не помышляя о телепортации. В общем и целом девушка в платье прислуги была здесь более чем уместна, а вот магистр Ормандо значительно выделялся. Мундир Братства выдавал в нём мага, но и без этого, даже просто манера двигаться выделяла магистра среди снующих по улице людей. В каком бы месте она за ним не наблюдала, он всегда выглядел хозяином положения. Прямой взгляд, расправленные плечи, чёткие и уверенные движения – всё это выдавало в нём человека привыкшего добиваться того, чего он хочет и в силу своего происхождения имеющего все средства для этого. И это же не позволяло ему смешаться с местными. Однако, несмотря на эту чуждость, он прекрасно ориентировался.

– Вы хорошо знаете эту часть города? – Эмилия и сама не знала, почему решила завести разговор.

– Да, неплохо.

– Часто здесь бываете?

– От раза к разу. Примерно раз в месяц мы останавливаем Большого Вилли. Дело в том, что на водопаде очень влажно и это может повредить некоторые механизмы. Поэтому необходимо тщательно следить за его исправностью. На это время мы включаем систему оповещения и закрываем город магическими щитами. Обычно проверка и профилактика не занимают много времени и, как правило, туман не успевает добраться до улиц. До сих пор не понимаю, чем думали основатели города. Было очень не умно расположить его прямо под водопадом. Стоит лишь скопиться небольшому туману, как он тот час сваливается на Миралину.

Магистр Ормандо рассказывал всё это, активно жестикулируя. Было видно, что он ухватил любимую тему разговора, и Эмилии оставалось лишь идти рядом и слушать.

– А когда обнаруживается какая-то поломка, то ремонт может занять гораздо больше времени. И тогда, конечно, тумана на улицах не избежать. А о чём мы вообще говорили? – Чезаре понял, что в своём рассказе отклонился от изначальной темы. – А, да! Ну, так вот, когда включают оповещение города, на улицы выходят представители Братства. Обычные Смотрители проверяют, не остались ли где-то случайные прохожие и телепортируют тех, кто не успевает добраться до нужного дома или просто провожают в ближайшее безопасное место. А уже Защитники ставят магические щиты в тех местах, где нет магов. Для этого за каждым членом Братства закрепляется определённый участок города. И они отвечают за его безопасность.

Моль слушала, украдкой поглядывая на его лицо. Казалось, это был совершенно незнакомый ей человек. И снова у Эмилии появилось это неприятное ощущение какой-то неясности. Словно у этого мага было два лица, которые принадлежали двум разным людям. Один был высокомерный маг, покупающий запрещённую контрабанду и опаивающий девушек. А другой, довольно прямолинейный задира, тем не менее, искренне преданный своей службе на водопаде. Эта двойственность сбивала с толку. Она и раньше сталкивалась с подобным поведением. Когда на публике люди ведут себя благопристойно и чуть ли не праведно, а стоит им скрыться от общественного внимания, как всё это моментально слетает с них и они превращаются в эгоистичных, жестоких и жадных. Вот только Моль не видела в поведении магистра Ормандо какого-либо притворства. Когда он начинал говорить она не чувствовала в нём «двойного дна».

– Обычно я ставлю защиту в другой части города, но иногда подменяю приятеля здесь. Так же, как Третий защитник, я должен проконтролировать, как выполнили свою задачу Защитники входящие в мою группу. Так что я бываю и в их районах.

Он замолчал и следующие несколько шагов они проделали в тишине.

– А Вы, кстати, знаете, как себя надо вести во время «выброса»?

Его вопрос застал Эмилию врасплох, и она нахмурилась, вспоминая инструктаж Мастера Шульца.

– Необходимо найти ближайшее защищённое место и оставаться там пока не стихнет тревожный сигнал… – продекламировала она бесцветным голосом. – Также запрещается телепортироваться.

– Зачем Вы так разговариваете? – резко сменил тему Чезаре. – Словно Вы какой-нибудь клерк в банке? Хотя даже у них эмоций больше.

Моль немного удивилась. Она никак не могла понять, почему ему не безразлично то, как она с ним общается. Девушка не хотела отвечать на этот вопрос и надеялась, как обычно, отделаться молчанием. Но господин Третий Защитник резко заступил ей дорогу и, сложив руки на груди, упрямо насупился. Эмилия бросила на него взгляд и решила, что, возможно, стоит прояснить её к нему отношение. Снова посмотрев прямо перед собой, она всё тем же бесстрастным тоном повторила ему наставления своего куратора.

– Подобная манера говорить позволяет Вам не только дистанцироваться от объекта наблюдения, но также помогает сдерживать собственные эмоции. Как правило, негативные.

– А-а-а, – протянул магистр. – Ну да. Я же Вам не нравлюсь.

– Полагаю, это взаимно, – спокойно заметила Эмилия.

Ей попалась на глаза табличка с указанием адреса на доме, и она поняла, что они почти дошли. Моль перевела взгляд на Чезаре. Он хмурился.

– Предлагаю покончить уже с этим делом и, наконец, расстаться. К нашему общему удовольствию.

Она обошла его и уже через несколько шагов поднялась по ступенькам крыльца трёхэтажного дома с двускатной крышей, который был зажат в ряду таких же домов. Магистр Ормандо уже нагнал её и, потянув дверь на себя, пропустил её вперёд. Внутри было тепло и чисто, у входа лежал коврик, а на белом подоконнике стояли цветы. Почти сразу от входа начиналась лестница на второй этаж. Под ней были сложены дрова для печей, а справа и слева располагались двери квартир.

Эмилия сверилась с запиской и стала подниматься. Чезаре обошёл её и, когда она осилила последние ступеньки, уже стучал в нужную дверь. Никто не отвечал. В квартире было абсолютно тихо. Они попробовали ещё пару раз, но результат был тем же.

– Он вообще дома?

– Может спросить у соседей? – предложила Моль.

Маг, не теряя ни секунды, перешёл через площадку и постучал в дверь напротив. Изнутри откликнулись, и через несколько мгновений им отворила девушка с ребёнком на руках. Увидев мундир магистра Ормандо, она встревожилась.

– Здравствуйте, – Чезаре буквально излучал дружелюбие. – Какой у Вас красивый малыш.

Молодая мать смущённо улыбнулась.

– Мы разыскиваем Вашего соседа, – продолжил он. – Вы не знаете он дома?

Соседка Кристиана перевела взгляд на Эмилию и, заметив у неё в руках скрипку, немного успокоилась.

– А скрипача-то? А почём мне знать? Я его сегодня не видела.

– А Вы часто с ним пересекаетесь? – уточнил магистр Ормандо.

– Да, наверное, каждое утро. Он завтракать идёт, в кафе возле рынка, а я за дровами для печки. Либо здесь, либо внизу встречаемся.

– То есть по ночам он не работает? – спросила Эмилия.

– Ну, бывает иногда. Очень поздно возвращается, – покачала она головой.

– Ну, что ж, спасибо. Хорошего дня Вам и Вашему малышу, – вновь улыбнулся Чезаре.

Девушка кивнула и закрыла дверь.

– Надо попасть внутрь, – решил маг, когда они вернулись к двери Кристиана. – Как Вы обычно это делаете?

Эмилия, не говоря ни слова, достала из одного из потайных карманов артефакт-отмычку. Он был выполнен в виде кольца печатки. Надев его на палец, она приложила руку к замочной скважине и спустя несколько мгновений внутри что-то щёлкнуло.

Не дожидаясь приглашения, магистр Ормандо распахнул дверь и двинулся внутрь квартиры, оставив Эмилии возможность лишь следовать за ним. На пороге комнаты Чезаре внезапно остановился и выругался. За его широкой спиной она не могла, пока, увидеть в чём дело, но по его тону, молниеносно поняла – всё плохо.

Маг развернулся и сказал:

– Может, тебе не стоит смотреть...?

Девушка даже не дослушала его, но эта небольшая заминка дала ей время подготовиться.

Кристиан был мёртв. Он «сидел» в кресле завалившись набок и «смотрел» прямо перед собой. В его руке было одно из самых страшных достижений технического прогресса – револьвер. На виске Эмилия увидела круглое отверстие от пули.

На мгновение она замерла. Ей показалось, что её руки стали ужасно тяжёлыми и тянут её вниз. Голова привычно закружилась, направляя поток нахлынувших мыслей в стремительный водоворот центром которого было понимание, что она снова провалилась. Но только теперь ценой её провала стала человеческая жизнь. Все предыдущие годы «серой службы» ей хоть и приходилось сталкиваться с убийствами, но никогда прежде она не ощущала за это такой ответственности. То, что смерть Кристиана как-то связана с расследованием на водопаде не вызывало у неё никаких сомнений. Что же такое она упустила из виду? Что…?

– Мне жаль, – голос Чезаре пробился откуда-то издалека и помог выйти из оцепенения. Моль вдруг почувствовала, что он стоит очень близко за спиной и поддерживает её за локоть. Тепло исходившее от его ладони позволило ей окончательно вернуться в реальность. Девушка медленно отвела руку.

– Вы побледнели, – пояснил магистр Ормандо. – Я подумал, что Вы упадёте.

– Я в порядке, – соврала она и, приглушённо кашлянув, прошла внутрь.

В комнате царил «творческий беспорядок», как выражалась Роззита, а также ощущался стойкий запах канифоли. Стол и множество полок были завалены различными бумагами, книгами и нотами, деталями скрипок и струнами, а ещё какими-то баночками то ли с клеем, то ли с лаком. Целая полка была отведена под магические амулеты и артефакты. На некоторых из них светились голубые знаки Ордена, а на других жёлто-красные печати традиционной школы магии. На одной из стен висела карта города с пометками. Эмилия насчитала, как минимум, восемь готовых скрипок и вдвое больше футляров к ним.

Моль вдруг поняла, что всеми силами избегает смотреть на Кристиана. Обозвав себя дилетанткой, она сейчас же перешла к осмотру тела. Одежда его была в порядке, никаких ссадин или следов борьбы. Как-будто он действительно сам сел здесь и пустил себе пулю в голову. Но он ведь не мог так поступить. Или мог? Всё говорило именно об этом, но у Эмилии было такое чувство, что чего-то не хватает.

– Зачем он это сделал?! – прервал её размышления магистр Ормандо. Он стоял, сложив руки на груди и хмурясь, смотрел на тело скрипача. На его лице читалось непонимание и неприятие того, что он видел. А также было видно, что господин Третий Защитник не знает, как вести себя в подобной ситуации. – Так, я вызываю Алекса. Это точно не просто так.

И он был прав, даже если это самоубийство, то всё равно необходимо всё тщательно проверить. Глаза Чезаре стали золотыми и через некоторое время в комнате рассыпались искры телепорта, из которого вышел Магистр Эледжи. Быстро оглядевшись, он поставил на ближайший стол маленький серебряный колокольчик, из-под которого тут же во все стороны разошлась магическая голубая «волна». Это был артефакт, не позволяющий, кому бы то ни было подсмотреть или подслушать то, что происходит в комнате.

– Агент Моль, доложитесь, – резко сказал Александр. Его тон помог Эмилии собраться, и она перешла на официальный тон.

– Жертва – маэстро Кристиан Джесперро. Скрипач. Последние четыре дня работал на водопаде в ресторанном оркестре. Сегодня не вышел на работу, о чём нам сообщил один из музыкантов. Я решила его навестить, так как подумала, что он заболел.

– Как Вы узнали, где он живёт? – слушая доклад, «серый» медленно ходил взад и вперёд, разглядывая комнату.

– Он сам дал мне свой адрес. Мы познакомились ещё две недели назад в доме Магистра Ормандо. В той суматохе он забыл свою скрипку, и я решила её вернуть. Он просил занести инструмент к нему домой. Я как раз сегодня собиралась это сделать.

Девушка показала футляр.

– Но почему он это сделал?! – не выдержал Чезаре. – Почему он покончил с собой?

– Что Вы думаете, Агент Моль? Вы хорошо его узнали?

– Ну, мы неплохо ладили. Но… мне кажется это не самоубийство.

Полковник бросил на неё заинтересованный взгляд и спросил:

– Почему Вы так думаете?

– Ну... Прежде всего, Кристиан не выглядел подавленным… И, к тому же, он пригласил меня на свидание пару дней назад и я согласилась.

– Ну, это ещё ни о чём не говорит, – покачал головой «серый». – Самоубийцы часто довольно хорошо скрывают свои намерения. Хотя я с Вами согласен. Это действительно не самоубийство. Знаете почему?

Александр развернулся в сторону тела Кристиана, приглашая проследить за своим взглядом. Эмилия вновь внимательно осмотрела фигуру в кресле и тут её осенило:

– Нет крови.

– Правильно, – полковник наградил её удовлетворённым взглядом учителя. – Его сначала убили, скорее всего, магически, а может действительно застрелили и только после имитировали самоубийство.

– И почему же его убили? – Третий Защитник тоже посмотрел на труп. – Может у него были враги?

Магистр Эледжи хмыкнул и вновь стал расхаживать взад вперёд.

– Агент Моль, вы ведь собирались с ним на свидание. Он не делился с вами, может у него были какие-то проблемы? Как вообще Вы могли бы его охарактеризовать?

– Был один момент, но он скорее связан с его напарником. Маэстро Джесперо не только играл на скрипке, но и занимался их производством.

«Серый» заинтересованно подался вперёд.

– Кристиан говорил, что его приятель делает охранные знаки на скрипках, но поскольку он не закончил обучение в Храме, то не хотел бы привлекать к ним внимание. Полагаю, они пытались избежать проблем с Орденом.

– Не думаю, что Жрецы могли настолько разозлиться, – вставил Чезаре, махнув рукой в сторону скрипача.

– Ну, да, – задумчиво хмыкнул полковник. – Что-нибудь ещё?

– Нет, пожалуй, – медленно выдавила из себя Эмилия. – Мы общались только последние четыре дня. Он был довольно дружелюбный, общительный молодой человек. Он положительно относился к развитию технологий и, иногда мне казалось, что он испытывает лёгкую неприязнь к магам. Но ничего особенного не было. Я бы запомнила. Он был немного взволнован, когда приглашал меня на фестиваль, но…

– Ну да, ну да, – кивнул Александр. – Он мог волноваться из-за Вашего ответа.

Он снова посмотрел на тело.

– Ну, что Вы думаете, Агент Моль? Это может иметь какое-то отношение к нашему делу?

Эмилия немного поразмыслила и решила высказать самую очевидную версию.

– Думаю, да. Кристиан мог увидеть или услышать что-то важное на водопаде и его устранили, как свидетеля.

– Но что?! – удивился магистр Ормандо.

– Если бы мы знали, – «серый» нахмурился. – Впрочем, это только предположение… Что ж, Агент Моль, Вы можете идти. Я вызову сюда специалистов, может, удастся найти какие-то улики. Да, кстати, если Вас будут спрашивать о том, что здесь произошло, а спрашивать, конечно же, будут, то говорите, что это самоубийство.

Эмилия кивнула и послушно направилась к выходу, в задумчивости позабыв даже попрощаться. Оцепенение спало с неё лишь, когда тепло дома сменилось холодной улицей. Она посмотрела на свои руки и только сейчас поняла, что до сих пор сжимает в них футляр со скрипкой. Ей вдруг пришла в голову мысль, что вот она скрипка есть, а человека, который на ней играл, уже нет. Моль было ужасно жаль Кристиана, и вместе с тем девушка злилась на себя. Там на Водопаде действительно было что-то, чего она не увидела или не нашла. И из-за её нерасторопности и не профессионализма погиб человек.

– Вы в порядке? – вдруг раздался за спиной голос Чезаре. Эмилия вздрогнула и обернулась. Как она могла не услышать его приближения?

– Да, – удивилась девушка. – Я уже не первый раз вижу убитых. Почему Вы спрашиваете?

Маг нахмурился, словно не ожидал такого вопроса и пояснил:

– Он же Вам нравился, – в его голосе не было ни издёвки, ни насмешки. Просто констатация факта.

Эта его реплика заставила Моль задуматься. Кристиан казался милым, добрым и, несомненно, являлся талантливым музыкантом и отличным мастером. Ей было очень жаль, что Миры потеряли ещё одного хорошего человека. Однако Эмилия спокойно осознавала, что не испытывала к нему ничего больше приятельского расположения. Но говорить об этом Чезаре она не собиралась. Девушка выпрямилась, подняла подбородок и, глядя ему за голову, сказала:

– Прощайте, Магистр Ормандо.

Маг снова нахмурился, но она, не обращая на него уже никакого внимания, развернулась и направилась вдоль улицы. Ещё утром в ресторане она буквально ненавидела этого человека и желала лишь, наконец избавиться от присутствия в её жизни господина Третьего Защитника. А теперь ей было всё равно. И даже досадно, что на столь серьёзном задании она позволила себе такое детское поведение, как личная неприязнь. Смерть Кристиана изменила всё.

И вдруг произошло то, чего девушка никак не ожидала. К ней подскочил какой-то мальчишка подросток в рваном пиджаке и котелке, резко выдернул из её рук футляр со скрипкой и бросился бежать. Буквально мгновение спустя Эмилия подхватила подол своей юбки и пустилась за ним в погоню. Сорванец был очень быстрым и юрким. Уже через пару домов он свернул в какую-то подворотню, и девушка не сомневалась, что он знает все окрестности, как свои пять пальцев. Она прекрасно осознавала, что у неё нет никаких шансов его догнать. Физическая выносливость была её самым большим недостатком. Уже через сотню шагов Эмилия поняла, что задыхается, грудь горела огнём, а во рту появился неприятный металлический привкус крови. Её скорость начала снижаться, но она продолжала переставлять ноги, надеясь хотя бы немного проследить, куда убежит мальчишка.

В этот момент её обогнал Магистр Ормандо. Казалось он не бежит, а просто идёт в быстром темпе. Обернувшись и бросив на неё насмешливый взгляд, маг с лёгкостью удвоил скорость и уже через несколько секунд поймал парнишку. Магистр одной рукой схватил его за шиворот пиджака, который был явно больше положенного на пару размеров, а второй рукой выхватил скрипку. Но больше ничего сделать не успел. Сорванец вывернулся из своей одежды и бросился на утёк. Чезаре лишь проводил его взглядом, стоя с пиджаком в руке.

Эмилия остановилась и согнулась пополам, тяжело дыша. Ей казалось, что сейчас она выплюнет собственные лёгкие или, как минимум, у неё изо рта начнёт капать кровь. Раздался звук приближающихся шагов и ожидаемо насмешливым тоном магистр Ормандо произнёс:

– Ты уверена, что годишься для службы?

Ответить она не могла. Ей никак не удавалось восстановить дыхание. Сердце стремилось выпрыгнуть из груди, и его бешеный ритм отдавался в висках. Горячая слюна с привкусом крови продолжала наполнять рот. Сглатывая её, девушка боялась, что её сейчас стошнит. Кроме того шея и лицо покрылись испариной и Эмилия боролась с сильным желанием ослабить ворот платья. Спустя несколько унизительных секунд она всё же смогла поднять голову и только лишь для того чтобы увидеть, как Магистр Ормандо, со снисходительной улыбкой, протягивает ей футляр со скрипкой.

– По… Почему Вы… отпустили его? – просипела девушка, всё ещё пытаясь отдышаться..

Он удивлённо вздёрнул брови и оглянулся на то место, где поймал мальчишку, словно вспоминая мотивы своего поступка.

– Не знаю, – наконец обронил он. – Я просто забрал у него скрипку, а больше меня ничего не волновало. Да, и к тому же, он такой тощий заморыш, этот «кочегар», что мне просто стало его жалко.

Эмилия на несколько мгновений лишилась дара речи.

– Но он же вор, – указала она на очевидный факт.

– Ну, да, – легко согласился Чезаре. – Ну, понимаешь, это надо было бы вызывать местную полицию, чтобы сдать его им. Или наоборот тащиться в местный участок. А мне, если честно, не хочется здесь торчать. И потом он ещё мелкий… Как Ваше самочувствие? – спросил маг, явно желая сменить тему.

Девушка попыталась разогнуться, но в боку что-то резко закололо и ей пришлось вернуться в исходное положение.

– А почему Вы решили… что это «кочегар»? – продолжила она гнуть своё.

– А, это. У него глаза и руки были чёрные. У всех «кочегаров» они такие. Может Вас понести? – насмешливо предложил он.

Она немедленно выпрямилась.

– Благодарю Вас за помощь, магистр Ормандо, – прохрипела она, забрала у него футляр, и, кривясь от боли, направилась прочь. Ей бы очень хотелось выглядеть гордо и независимо, но «кол» в боку и не заставившее себя ждать головокружение вынудили идти медленно, и слегка согнувшись. Боковым зрением она заметила, что маг двинулся следом за ней и уже в следующее мгновение он выхватил скрипку из её руки.

– Великая Магия, ну до чего ты обидчивая! – беззлобно сказал Чезаре.

Эмилия повернулась, чтобы забрать футляр обратно, но магистр, словно этого и ждал. Вытянув из кармана платок, он еле уловимым заклинанием сделал его мокрым и, не спрашивая какого-либо разрешения, приложил его к её лбу. От внезапного облегчения она застыла, широко распахнутыми глазами смотря на него. А Чезаре не теряя времени, продолжил протирать её лицо платком. От этой процедуры щёки перестали гореть, и даже головокружение немного уменьшилось.

– Что Вы делаете?! – резко отстранившись, спросила девушка.

Услышать ответ она впрочем, не ожидала. Уже по выражению лица магистра Ормандо было понятно, что он не видит в своём поступке ничего предосудительного. Моль уже не первый раз замечала за ним такую особенность поведения. Он просто делал то, что делал и, казалось, даже на секунду не задумывался о последствиях или мнении окружающих.

В этот момент в поле его зрения появился светящийся знак, сигнализирующий о сообщении. Третий Защитник выругался и, окинув её всё ещё слегка согнутую фигуру взглядом, спросил:

– Сама дойдёшь?

Моль немедленно забрала у него футляр, развернулась и ушла. Боль в боку уже немного поутихла, и теперь идти у неё получалось гораздо легче и быстрее. Спустя пару секунд боковым зрением она увидела, как на том месте, где остался стоять Магистр Ормандо, рассыпались искры телепорта.

Когда Эмилия на обратном пути проходила мимо дома скрипача, то увидела на крыльце его соседку. Она разговаривала с какой-то девушкой в зелёном пальто, облегающих брюках и сапогах. Это говорило о том что, либо она маг, либо достаточно богата, чтобы одеваться, как Одарённые. Тем временем молодая мать, жившая напротив Кристиана, увидела Эмилию и указала на неё своей собеседнице. Та кивнула и поспешила вниз по ступенькам.

– Извините, мне сказали Вы приходили к маэстро Джесперо, – вежливо обратилась она к Моли.– Вы же тоже музыкант?

– Простите, а вы кто?

– Меня зовут Дэйзи Хард. Мне принадлежит этот дом, и я сдаю здесь квартиры. Вы можете мне сказать, что произошло?

У девушки было открытое лицо и серьёзные синие глаза. Эмилия даже немного смутилась под её взглядом.

– Кристиан… покончил с собой, – назвала «официальную версию» Моль. – Мой знакомый вызвал представителей власти.

Сосредоточенное лицо девушки стало ещё более суровым.

– Какой ужас… – пробормотала она.

Стараясь избежать лишних вопросов, Эмилия решила перехватить инициативу.

– Скажите, может, Вы знаете, у маэстро Джесперо были какие-нибудь родственники? Он говорил мне, что он не местный. Просто так получилось, что у меня оказался его инструмент, и я теперь не знаю, кому его вернуть.

Госпожа Хард нахмурилась.

– Честно говоря, не знаю…, – она помолчала несколько мгновений, что-то обдумывая, и продолжила, – Но он раньше снимал комнату, у меня в доме за городом и там осталась часть его почты и кое-какие вещи. Если хотите, можете приехать и посмотреть адреса. Мне, по правде, тоже надо узнать, кому передать все его вещи.

– Спасибо Вам. Я тогда приеду завтра первым поездом, – Моль действительно надеялась найти кого-нибудь из близких Кристиана, чтобы передать скрипку. Но также она хотела поискать какие-то зацепки, чтобы понять, за что его убили. – Меня зовут Эмилия Кинстон. Я пианистка.

– Приятно познакомиться. Вот, – она протянула свёрнутый листок бумаги. – Это мой адрес. До завтра.

Они кивнули друг другу и разошлись по своим делам.

Возвращаясь к беседке для телепортаций, Эмилия решила пройти через рынок, чтобы снова не наткнуться на выпивающую компанию. Торговые ряды полнились шумом и гамом готовящихся к празднику людей. Они переходили от прилавка к прилавку, покупая подарки, украшения и, конечно же, всё то, чем богата природа осенью. Не считая фруктов и овощей, рынок буквально ломился от обилия всевозможных трав, сушёных цветов, орехов, корешков, грибов и других плодов земледелия. Здесь можно было приобрести как ингредиенты для лечебных снадобий, так и сами настойки и отвары, которые неизменно пригодятся предстоящей зимой. Некоторые были результатом вполне обычных приготовлений, а другие содержали в себе частицы магии. Вторые были гораздо дороже. То и дело в толпе слышались смех, поздравления с наступающим фестивалем и пожелания процветания и благополучия. Также в честь скорого окончания осени, все неизменно желали друг другу крепкого здоровья, чтобы оно помогло преодолеть зиму. На севере, откуда приехала Эмилия, детям было принято дарить подарки и сладости, завёрнутые в какое-нибудь шерстяное изделие. Например, шарф, шапку, носки или шаль. Здесь на юге эти предметы служили скорее для красоты, чем для пользы.

Моль шла через яркие и шумные ряды прилавков и не чувствовала себя сопричастной с этим весельем. Девушка была опустошена и подавлена. Смерть Кристиана совершенно выбила её из колеи. Мало того, что она так и не нашла ничего подозрительного на водопаде, так ещё и проморгала убийство. Эмилия прекрасно отдавала себе отчёт в том, что, по сути, сделала всё от неё зависящее, но мысли её продолжали возвращаться к проваленному заданию. Ей казалось, что если бы она меньше времени уделяла своей вражде с магистром Ормандо, вела себя более профессионально и не злоупотребляла тонизирующим эликсиром, то результат оказался бы другим.

Так пребывая в меланхоличной задумчивости, Моль не заметила, как ноги принесли её к пансионату. Уже от калитки она заметила, что в саду её ждут. От дома к ней направились три фигуры. Впереди решительно шествовала домовладелица, следом шла Анабель, на ходу что-то говоря госпоже Эрингтон, и совсем уже позади, едва поспевая за ними, стучала каблучками Роззи.

Эмилия поначалу опешила, но потом мысленно выругалась, вспомнив, что могло вызвать такую реакцию. Всё дело с убийством совершенно затмило для неё утреннее происшествие с Чезаре. А ведь слухи о её «недостойном поведении» наверняка уже достигли ушей их строгой домоправительницы. Рассудив так, она решила с самого начала перехватить инициативу в свои руки. Заломив брови в скорбной гримасе, она поспешила навстречу троице.

– Анна, Роззи! – воскликнула она. – Вы не представляете, какой ужас со мной сегодня случился!

Эта её реплика явно вышибла почву из-под ног хозяйки.

– Что такое? – встревожилась Анабэль.

– Вы же знаете, что последнюю неделю я работала в оркестре на водопаде.

– Что?! Что? – Роззи только сейчас добежала до них. – Ну, да. Ты говорила.

– Так вот, там работал скрипач по имени Кристиан и мы с ним даже подружились.

– Подружились Вы там кое с кем другим, – вставила ядовитое замечание госпожа Эрингтон.

Анабэль кинула на неё негодующий взгляд, а Эмилия изобразила на лице непонимание.

– Сегодня утром, как только я пришла на работу, ко мне подошёл один из представителей Братства, которые следят за безопасностью в Институте…

– Магистр Чезаре Ормандо, – перебила её Роззи. На её детском личике смешались любопытство и радостное предвкушение чего-то интересного.

– Да. Ты его знаешь? В общем, он стал расспрашивать меня о Кристиане. Оказалось, что он сегодня не пришёл на работу, и это показалось ему подозрительным.

В этот момент Эмилия почувствовала укол совести. Она собиралась воспользоваться смертью друга, чтобы спасти свою репутацию. В единый миг ей показалось это ужасно неправильным, и она замолчала на середине повествования.

– И что было дальше? – не утерпела Роззита.

Анабэль словно почувствовала что-то неладное:

– Что случилось, Эмилия?

– Кристиан…, – останавливаться на полпути уже не имело смысла. – Кристиан покончил с собой.

– Какой ужас! – воскликнула Роззи. Анна подняла руки ко рту, а госпожа Эрингтон как-то неловко отвела глаза.

– Вот видите! – юная флейтистка развернулась к домовладелице. – Мы же вам говорили, что она не такая. А Вы нам не верили.

Та в ответ бросила на неё раздражённый взгляд, и, не прощаясь, резко направилась обратно к дому.

– А что такое? Что происходит? – округлив глаза, спросила Эмилия

Её подруги быстро переглянулись.

– Да, ты понимаешь, – начала Анабэль. – Многие видели, как ты разговаривала с этим магом в ресторане… что вы там вроде как обедали… И… Видимо у этого мага… определённая репутация… Ну, и, конечно, поползли слухи…

– А он симпатичный? – перебила их младшая подруга.

– Роззи, – укоризненно оборвала её Анабэль.

– Ну, что? Интересно же! Говорят, вы с ним танцевали в ресторане.

– Танцевали?!

Эмилия мысленно поздравила себя с тем, что решила сегодня не ходить в отель. Не сложно представить до чего дошли бы слухи о ней и магистре Ормандо, если бы она не пришла ночевать.

– А что, нет? А виолончелистка Бьянка из нашего оркестра клялась мне, что это правда.

– Нет, это не правда. Мы только разговаривали. Он предложил мне присесть и... Так, всё. Пойдёмте внутрь. Тут холодает, – девушка решительно направилась в сторону дома и её подруги последовали за ней.

Моль в очередной раз мысленно послала проклятия на бестолковую голову магистра Ормандо. Этот мерзавец всё-таки умудрился подпортить её репутацию. Эмилия даже не предполагала, что за личной жизнью этого мага так пристально следят. Радовало только то, что повод был довольно мелок, а значит, этот слух не проживёт дольше двух дней. Главное не подливать масла в огонь фантазии местного сообщества и не допускать, чтобы их видели вместе в течение этого времени.

– Что ты будешь делать? – спросила Анабэль, когда они оказались в комнате Эмилии.

– Насколько я поняла, я теперь кто-то вроде свидетеля и мне надо будет появиться в полиции. К тому же я… У меня осталась скрипка Кристиана. Мне надо, наверное, попытаться найти его родственников...

– Скрипка? – заинтересовалась Анна. – Можно посмотреть?

– Да, конечно.

Девушка достала инструмент из футляра и передала подруге.

– А может, следует отнести её в полицию… Я не знаю, – Эмилия покачала головой и отошла к окну.

– Хорошая, – сказала Анабэль. – Дорогая. Я бы даже сказала, что она совсем новая. Он очень хорошо с ней обращался. Даже защитил магически.

– Как это? – удивилась Роззи.

– Вот, видишь? – Анна повернула скрипку, и они увидели на задней стороне грифа голубые светящиеся знаки. Они, переплетаясь друг с другом, тонкой цепочкой спускались по всей длине до самой кромки. – Эти символы предохраняют её от повреждений. В футляре тоже есть такие. Они обычно защищают от влажности. Видимо, он очень ценил её.

– Он говорил, что сам делает инструменты, – пояснила Эмилия.

– Ах, вот как. Тогда понятно, почему она в таком хорошем состоянии, – Анабэль аккуратно положила скрипку обратно в футляр.

– Что же мне с ней делать?

– А что сказал тот маг? – спросила Роззита.

– Какой? – не поняла Эмилия.

– Ну, тот, что пригласил тебя в ресторан. А он тебе понравился?

– Роззи! – Анабэль кинула на неё возмущённый взгляд.

– Ну, а что такого? – удивилась юная флейтистка. – Девочки в моём оркестре очень много про него рассказывали. Что он член Братства, и что у него сейчас нет девушки. А ещё говорили, что он очень красивый. И что у него какая-то трагедия в жизни приключилась и он ужасно несчастный.

– И ты всему этому поверила?

– А почему нет? – захлопала ресницами Роззи.

– По-моему эти девушки из твоего оркестра перечитали «лёгких романов». Так в жизни не бывает.

– Ну, почему? Вот этот музыкант же покончил с собой. Наверняка из-за неразделённой любви!

– Так, всё! Решено! – Эмилия решила положить конец этой пустой болтовне. – Контракт закончился и завтра у меня выходной. Я попытаюсь найти его родственников. Если ничего не получится, отнесу скрипку в полицию.

– Вот и правильно, – Анна ободряюще кивнула ей.

– Вы извините меня, – спохватилась Моль. – Мы же собирались погулять…

– Ничего страшного. У меня всё-равно работа наметилась. А ты, Роззи?

– А у меня… тоже дела…

– Что опять будешь гулять со своим кавалером?

– Он мне не кавалер! Ты же прекрасно знаешь!

– Ну, ладно. А сейчас Эмилии нужно отдохнуть. Пойдём, Роззи!

– Но…

– Пойдё-ом, – настойчиво протянула скрипачка.

Роззита нехотя последовала за своей подругой на выход. Эмилия осталась одна.

Моль прошлась по комнате и в итоге села у фортепиано. Словно новомодная заводная игрушка она стала наигрывать одной рукой простенькую мелодию. Девушка делала это, совершенно не задумываясь и уставившись в одну точку, так как мысли её были далеки отсюда. Эмилия прокручивала в голове события прошедших нескольких дней, пытаясь понять, что же она всё-таки упустила из виду. Моль снова и снова возвращалась к своим редким разговорам с Кристианом, однако не могла вспомнить ничего важного или подозрительного.

С кем общался скрипач кроме неё? Может с кем-нибудь из работников ресторана? Или с кем-то из группы музыкантов? Они с Кристианом оба были новенькие и поэтому по большей части общались только между собой. Они, конечно, познакомились со всеми остальными членами оркестра, но Эмилия ни разу не видела, чтобы он проявлял к кому-то из них больше внимания, чем к другим. Вечером он всегда покидал ресторан одним из первых.

Через какое-то время Эмилия обнаружила, что за окном уже стемнело. Все её размышления ни к чему не привели. Моль поняла, что ей не хватает информации. Девушка слишком мало уделяла внимания своему знакомому, и это следовало исправлять. А значит, как она и сказала своим подругам, она попробует разузнать не только о родственниках Кристиана, но и о нём самом.

Завтрашний день у неё действительно был выходным. Она всегда рассчитывала своё время так, чтобы после задания у неё не было никаких чётких планов. Никогда нельзя было быть уверенной в том, сколько времени уйдёт на выполнение поставленных задач и какие сложности они могут вызвать.

Эмилия сверилась с запиской, которую дала ей хозяйка квартиры Кристиана. Девушка написала своё имя и точный адрес. Дэйзи Хард значилось на листке бумаги, аккуратным круглым почерком.

Изучив дорожную карту, Моль поняла, что госпожа Хард жила далеко за городом в частном имении. Это означало, что добираться туда предстоит на поезде и таким образом поездка могла занять весь день. Можно было бы, конечно, воспользоваться телепортом, но это не соответствовало образу обычной музыкантки. Эмилия всё ещё старалась поддерживать свою репутацию, тем более, что после обнаружения тела Кристиана она могла попасть под слежку.

Глубоко вздохнув, девушка подумала, что небольшое путешествие возможно даже пойдёт ей на пользу. Она сможет получить хоть какую-то новую информацию, а заодно «проветрить» голову и хорошенько всё обдумать. После сегодняшнего инцидента ей в какой-то момент стало казаться, что этот город давит на неё, отчего ей нечем дышать. Ложась спать, Эмилия надеялась, что завтрашний день принесёт долгожданные перемены.

На следующее утро она встала очень рано, чтобы успеть на самый первый поезд, шедший за город. Было уже довольно прохладно, и потому к очередному невзрачному платью она добавила лёгкое пальто с капюшоном. Также немного поразмыслив, Моль решила взять футляр со скрипкой с собой.

Выйдя из пансионата, Эмилия заметила у главного входа госпожу Эррингтон. Она что-то говорила Жрецу Храма. Его белые одежды прекрасно просматривались сквозь увядающую зелень парка. Домовладелица показывала ему свою голубую карточку, до сих пор испещрённую красными заками, и указывала рукой на ограду. Судя по всему потребовалось вызвать специалиста, чтобы устранить поломку, вызванную баловством кавалера Роззи. Увидев Эмилию, госпожа Эррингтон сдержанно кивнула и продолжила разговор. Моль же направилась к боковой калитке.

Ранним утром первого дня фестиваля улицы Миралины были тихими и пустынными. Ночная прохлада посеребрила камни мостовой первым инеем. По дороге на вокзал ей встретилось всего несколько человек, которые уже начинали украшать улицы к вечерним празднествам. Всюду вывешивали разноцветные флажки, расставлялись букеты и венки осенних цветов, а из ветвей деревьев с ещё не опавшими яркими листьями сооружались арки и навесы.

На самом вокзале хоть и было уже достаточно многолюдно, всё же сохранялась приличествующая раннему утру тишина. Немного поколебавшись, Эмилия решила выкупить места во всём вагоне. Ей очень хотелось подумать в одиночестве, и случайные попутчики ей были ни к чему. Проставленные в билете время отправки и прибытия сообщали, что в дороге она проведёт около часа. Как раз достаточно чтобы снова попытаться разобраться во всём, что произошло.

Выйдя на перрон, девушка стала медленно прохаживать взад и вперёд в ожидании поезда. И, как и в прошлый раз, она в восхищении разглядывала великолепное здание вокзала. От высоких арочных дверей в разные стороны расходились круглые мраморные колонны, обрамлявшие задание и создающие затенённые аллеи. Здесь почти никого не было, и в конце колоннады девушка заметила знакомую фигуру. Это был господин Тогден, хозяин одного из домов, где ей довелось поработать. Его выдающийся рост не давал ему затеряться в толпе. Он с кем-то разговаривал, и спустя мгновение Эмилия узнала и его собеседника. Мастер Риган Фоук, ректор академии для мальчиков. Он что-то спокойно говорил, однако его твёрдое выражение лица и некоторые резкие жесты выдавали его не самое лучшее расположение духа. Они неторопливо шли с внутренней стороны колоннады, и Моль, повинуясь выработанным навыкам, обошла одну из колонн и встала за ней. Через некоторое время собеседники поравнялись с ней, и девушке удалось услышать часть разговора.

–... его необходимо уничтожить. Я просто убеждён в этом. Всем от этого станет только лучше, – в холодном голосе господина ректора сквозило раздражение. – Маги, наконец, смогут выкопать свои «драгоценные» магиринты, а город перестанет страдать от туманов. Не понимаю, почему они до сих пор этого не сделали?

– Вы рассуждаете, как Неодарённый, мастер Фоук, – пробасил его собеседник. – А для них это уникальный магический феномен, который надо изучать.

– И это в очередной раз доказывает, что им плевать на мнение подавляющего числа населения города. Маги никогда не будут с нами считаться. Его надо разрушить…

– Риган, ты переходишь границы! – прервал его Тогден. – Тобой движет месть. Но ты не сможешь отомстить природному явлению. Это был несчастный случай. И твою сестру это не вернёт.

– Вы правы, – казалось, голос мастера Фоука стал ещё холоднее. – Но это не должно повториться.

– За эти десять лет меры предосторожности стали гораздо лучше. Система оповещения работает, как часы, да и новый вентилятор куда больше и качественней. Я думаю тебе лучше сосредоточиться на…

Их голоса стали затихать и вскоре они ушли совсем далеко. Эмилия посмотрела им вслед. Теперь у неё не оставалось сомнений, в том, что мастер Фоук основал своё движение защитников Неодарённых по собственной инициативе, а не по чей-то указке. Однако его личная мотивация могла сделать его гораздо более опасным, по сравнению с бездушными марионетками.

Пыхтя паром, подошёл поезд, и Моль поспешила кнему.

Девушка окинула взглядом свой отдельный вагон старой модели. Для неё было просто удивительно, как быстро развиваются технологии. Не успели все привыкнуть к поездам, как вагоны уже устарели. Побывав пару раз в столице она уже имела возможность путешествовать в новых вагонах с одним входом на несколько купе.

Вообще всевозможные достижения прогресса попадали в их страну, лишь преодолев массу препятствий. Такая гениальная вещь, как носки на резинке были у них ужасной редкостью, а если и встречались в магазине, то стоили столько, что рукой не достанешь. И это только один пример. Роззита показывала ей подобные новинки постоянно. Те слухи, что доходили до них из межмирового сообщества говорили о том, что там достижения прогресса приживаются куда быстрее.

Эмилия в который раз с досадой сожалела, что их Мир был Закрытым так долго. Пока все остальные развивались, они, чуть ли не топтались на месте. И с «Дорогой» теперь происходило то же самое. Моль вспомнила, как господин Тогден говорил, что это принесёт городу массу возможностей для развития. Но таких, как он единицы. А все остальные мало-мальски влиятельные семьи будут упираться до последнего.

Эмилия устроилась у окна и положила скрипку рядом. Поезд тронулся и с набором скорости пейзаж за окном начал проплывать всё быстрее и быстрее. Это зрелище всегда завораживало её. Способность передвигаться так быстро, при этом, не прилагая никаких физических или магических усилий, порождала странную смесь восторга и страха. Моль полагала, что именно этот страх заставляет многих её современников противиться техническому прогрессу.

Через некоторое время стук колёс, как обычно, начал убаюкивать её. К тому же падавшие на неё солнечные лучи лишь усугубляли дело и вот уже она начала понимать, что засыпает. Её часто клонило в сон в поезде. Это всегда было некстати и тем более сегодня. Уже почти смирившись, что ей предстоит бороться со сном всю дорогу, Эмилия заметила краем глаза какое-то движение в вагоне. Повернув голову, девушка уже совершенно отчётливо увидела искры телепорта рассыпающиеся над противоположным сидением.

Сон слетел моментально. Кто-то пытался перенестись в движущийся поезд. Действие не только очень сложное и энергозатратное, но и к тому же ужасно опасное. Наконец телепорт ярко вспыхнул и оставил после себя магистров Александра и Чезаре.

– Вот видишь! А ты не верил, – с победоносной улыбкой воскликнул последний.

«Серый» смерил его хитрым взглядом и благосклонно улыбнулся.

– Ладно, ладно признаю, – затем переведя взгляд на Моль, сказал: – Здравствуйте, маэстра Кинстон. Мы Вам не помешали?

От только что увиденного девушка пребывала в лёгком шоке и не сразу нашлась, что сказать.

– Разрешите вопрос, Магистр, – наконец выдавила она.

– Какой?

– Вы, что же, телепортировались в движущийся объект, не будучи уверены, что у вас это получится?

– Ну, почти, – с улыбкой признал Александр.

Эмилия в изумлении уставилась на них. Сейчас они больше всего походили на двух мальчуганов, поспоривших смогут ли они перепрыгнуть с крыши одного сарая на другой, и при этом, мысль о том, что они могут покалечиться или даже убиться не посетила ни одну из этих «светлых» голов. Девушка никак не могла увязать такое поведение с, по крайней мере, одним из её новых попутчиков. До сего момента магистр Эледжи производил впечатление вполне здравомыслящего мага. Однако Моль тут же отметила про себя, что его хитрое «почти» могло свидетельствовать о том, что он был практически уверен, что Чезаре справится с такой задачей. А это уже могло говорить только об одном.

Эмилия перевела взгляд на второго внезапного попутчика. Он сидел, расслабившись, закинув руки за голову, и явно наслаждался изумлением девушки.

– Разрешите полюбопытствовать, – Моль прищурилась. – Если это не секрет, конечно, какой у Вас в действительности уровень магической силы? Ведь официально заявленый десятый явно не соответствует истине.

Магистр Ормандо тут же подобрался и, бросив на друга предостерегающий взгляд, ответил:

– Секрет.

– Учитывая Ваш ответ, предположу, что очень и даже очень высокий, – заключила девушка. Эмилия также подумала, что для совершения подобного магического манёвра, маг к тому же, ещё должен обладать незаурядными навыками. Но она не стала делать ему дополнительных комплиментов.

Магистр Эледжи расплылся в широкой улыбке, тем самым подтвердив её предположение. Чезаре же недовольно цыкнул.

– Великая Магия, Алекс! Где ты её отрыл? Нет чтобы, как все нормальные девушки охать и ахать! Нет! Она раскрывает свой миленький ротик и говорит так, словно у неё в голове сидят десять математиков и ещё десять банковских клерков. Это… Это…

– Это называется диссонанс, – подсказала девушка.

– Вот! Вот об этом я и говорю.

– Но это Ваше субъективное восприятие. Я же не виновата, что в Вашем понимании девушки должны говорить лишь о музыке, цветах и платьях.

Не дав ему возразить, она продолжила:

– Возможно, Вас утешит тот факт, что это чувство взаимно.

Оба её собеседника удивились.

– Чезаре вызывает у Вас чувство несоответствия? Почему? – спросил Александр.

Эмилия подумала, что если в ближайшее время ей не избежать общества магистра Ормандо, то стоит уже разрешить все недосказанности.

– Вы позволите мне говорить откровенно, магистр Эледжи?

– Я это только приветствую, агент Моль.

Девушка откинулась на сидении и посмотрела на Чезаре. Он скрестил руки на груди и спокойно встретил её взгляд.

– Дело в том, что с одной стороны магистр Ормандо кажется человеком достаточно прямолинейным, упрямым и волевым. Иногда он бывает поверхностным и легкомысленным, но, в общем и целом производит довольно достойное впечатление.

Всё это она сказала скучным тихим голосом, словно описывала какой-то предмет из протокола с места преступления.

– Ну, что же, вполне достоверная оценка, – улыбнулся «серый» полковник, искоса поглядывая на своего друга. – А с другой стороны?

– А с другой стороны он высокомерный, самовлюблённый, беспринципный ублюдок, – тем же тоном произнесла Моль.

Следующие несколько секунд в вагоне был слышен лишь стук колёс поезда. И когда Чезаре, только открыл рот чтобы выдать какую-то, скорее всего возмущённую тираду, Александр опередил его и, нахмурившись, спросил:

– А беспринципный то почему?

Господин Третий Защитник мгновенно перекинул своё внимание на друга.

– То есть со всем остальным ты согласен?! – воскликнул он.

– Эмилия, – достаточно мягко начал «серый», даже не обратив внимания на своего приятеля, – не могли бы Вы пояснить нам Ваши умозаключения? Или может Вами движет обида на Чезаре? Из-за вчерашних слухов, которые он породил.

Моли стало досадно, что полковник так о ней подумал. Также она получила подтверждение, что слухи и правда уже расползлись по всему городу. Девушка посмотрела на магистра Ормандо. В его взгляде появился вызов, говоривший о том, что он не сожалеет о своём поступке и это подстегнуло в её душе желание уязвить его.

– Нет, магистр Эледжи, – спокойно сказала она. – Мои выводы строятся исключительно на фактах.

– Каких же? – «серый» с неподдельным интересом подался вперёд.

– В тот самый первый раз, когда Вы отправили меня на задание в дом магистра Ормандо…

Чезаре закатил глаза и снова сложил руки на груди.

– Я стала свидетелем довольно нелицеприятного действия со стороны объекта наблюдения, – Моль неосознанно перешла на язык рапорта.

«Объект» нахмурился. Маг явно пытался припомнить, что он такого сделал.

– И что же это было? – спросил её начальник.

– Он наложил заклинание на бокал с напитком, который предназначался молодой девушке. И после проследил, чтобы она выпила из него.

И снова в вагоне можно было услышать лишь стук колёс поезда.

– Ты что?! – полковник уставился на друга, задрав бровь. Гнев и отвращение смешались в голосе «серого полковника» с нотками неверия. Однако Эмилии польстило, что его реплика говорила о том, что её слова сомнению не подвергаются.

– Чезаре, ты, что совсем ополоумел? Зачем тебе было это надо?

Наблюдать за лицом Третьего Защитника было презабавно. Сначала его озарило понимание, о чём идёт речь, затем он нахмурился, словно был чем-то возмущён, а уже после выражение сменилось растерянностью вкупе с раздражением, когда он увидел реакцию своего друга. Девушке тоже достался взгляд полный злости и вместе с тем всё же понимания, почему ему выдали такую «оценку».

– Да, успокойся ты! – наконец взорвался маг. – Она всё неправильно поняла.

– Чез, – магистр Эледжи удивлённо поднял брови, – что тут можно было неправильно понять?

– Ну, во-первых, она рассказала не всё. Я там был не один! – Чезаре обвиняюще указал на Эмилию пальцем. – А, во-вторых, это не то, что вы подумали!

– А кто там ещё был? – нахмурился Александр.

– Энжи.

– Так, ладно, – полковник решительно хлопнул в ладоши, – сначала выслушаем версию Моли.

– А почему не меня? – возмутился магистр Ормандо.

– Потому что девушка считает тебя «беспринципным ублюдком» и, судя по всему, весьма заслуженно. Ну, по крайней мере, с её точки зрения.

– Да, какого…

– НО, поскольку я знаю тебя лучше. Думаю тут какое-то недоразумение. Так что нам следует разобраться по порядку. Итак, агент Моль?

У Эмилии начали закрадываться некоторые сомнения в правильности своего суждения. Уверенность магистра Эледжи в своём друге была настолько убедительной, что ей и самой захотелось прояснить всё то, что там произошло.

Она пересказала полковнику, как видела, что магистр Ормандо и его друг говорили о девушке, и в конце этого разговора поспорили о предпочтениях молодой особы.

– Затем магистр Энжи ушёл, а объект наложил заклятие на бокал, который впоследствии предложил этой леди.

Чезаре сидел, нахмурившись, переодически качая головой, как бы говоря, что всё не то чем кажется. Однако по его серьёзному взгляду можно было бы предположить, что он всё же понял, насколько отвратительно его поступок выглядел со стороны. Александр же во время её пересказа с интересом разглядывал их обоих.

– И какой вывод Вы сделали из увиденного, агент Моль? – спросил «серый», когда она замолчала. В этот момент он выглядел словно профессор, экзаменующий любимого студента.

– Магистр Ормандо не хотел уступать девушку своему приятелю, а потому наложил привораживающее заклятие на её напиток.

Она произнесла это ровным тоном, однако больше не была уверена в этом полностью.

– В принципе логично, – кивнул полковник. – Как думаешь, Чез?

Тот бросил на него хмурый взгляд и вновь сосредоточено посмотрел на Моль.

– Но, госпожа Кинстон, – продолжил Александр, – почему Вы сделали именно такой вывод? Вы же совсем не знаете магистра Ормандо.

Это было серьёзное замечание. На тот момент она действительно слишком мало знала об объекте наблюдения.

– Зато я видела многих других, – резонно заметила девушка.

– Да, – печально кивнул магистр Эледжи, – наша служба действительно оставляет на нас определённый отпечаток… Мы перестаём верить в людей…

– Однако согласитесь, что подобный жест трудно интерпретировать как-то по-другому. К тому же Ваша первая реакция на моё обвинение говорит о том, что Вы пришли к такому же выводу, что и я. А ведь Вы знаете магистра Ормандо лучше меня.

На краткий момент в вагоне снова повисла тишина.

– Вы правы, агент Моль. Я знаю его лучше… Ну, что ж, – широко улыбнулся Александр, – а теперь мы выслушаем версию Чезаре.

– Как я уже сказал, – напористо начал маг, – Вы всё неправильно поняли. И вообще, сначала подглядываете за людьми, а потом делаете какие-то там выводы о том, о чём ничего не знаете!

– Чезаре, не отвлекайся, – перебил его приятель. – Твоя позиция по поводу «серой службы» мне прекрасно известна.

– Я не собирался привораживать ту девушку. Я лишь хотел избавить её от назойливого внимания Энжи, – магистр закатил глаза и, поморщившись, добавил: – Он один из тех парней, которые под влиянием выпивки становятся… не способны услышать «нет».

– То есть это было не «любовное» заклятие? – уточнил «серый».

– Конечно, нет!

– И что же это было?

– Это было… слабительное.

– Что?! – Александр, не ожидавший такого, округлил глаза.

– Ну, посудите сами, – Чезаре переводил взгляд с одного собеседника на другого. – Девушке вдруг стало нехорошо, и она отправилась домой. Всё. Вопрос закрыт. Я чувствовал некоторую ответственность за то, что раззадорил этого пьяного мальчишку. А если предмет спора уехал, то и проблем нет. Никто никому ничего не доказывает.

– То есть, таким образом, ты хотел помочь девушке? – уточнил «серый».

– Путём отравления, – вставила Эмилия.

Господин Третий Защитник бросил на неё возмущённый взгляд;

– А что Вы бы сделали на моём месте?!

– Проследила за приятелем и не дала ему досаждать девушке.

– Но… Я был занят, – он отвёл взгляд.

– Ах, ну да. Контрабандой из Закрытого мира..

– Ладно, ладно Вам агент Моль, – вмешался Александр. – Это уже не относится к теме.

Полковник снова посмотрел на неё, как на прилежную ученицу.

– Ну, а что Вы теперь думаете об увиденном, госпожа Кинстон?

Как не хотелось Эмилии это признавать, но версия магистра Ормандо действительно имела все шансы на существование. Да и звучала довольно убедительно. К тому же сейчас она вспомнила, что он и правда сильно не расстроился, когда узнал, что девушка ушла. Проглотив городость, Моль постаралась придать своему лицу самое равнодушное выражение.

– Такое развитие событий тоже могло иметь место, – глухо проговорила она.

Александр улыбнулся.

– Это Вам урок на будущее, агент Моль. Не делайте поспешных выводов, даже если они Вам кажутся несомненными и очевидными. К тому же, вот Вам ещё один довод. Чезаре может очаровать любую девушку, не прибегая к помощи заклятий. Если бы это действительно был спор, у Энжи не было бы шансов.

Эмилия посмотрела на магистра Ормандо. К своему удивлению Моль не увидела злорадства или даже насмешки в его глазах. Он просто ждал, что она скажет. Отчасти благодаря этому следующая фраза далась ей легче, чем она предполагала.

– Магистр Ормандо, – медленно и отчётливо произнесла девушка. – Я приношу Вам свои извинения за моё ошибочное суждение о Вас и я беру назад свои резкие слова о Вас.

Чезаре хмыкнул.

– А менее официальным тоном ты не могла это сказать?

Лицо Эмилии окаменело, и она резко перевела взгляд в окно.

– Дурак, – громким шёпотом сообщил другу Александр.

Девушка прилагала немалые усилия, чтобы хотя бы выглядеть спокойной. Её душила обида. Она признала свою ошибку, да ещё на глазах начальства, а ему, видите ли, её тон не понравился. Негодование и раздражение буквально бурлили у неё под кожей. Чтобы совладать со своими чувствами Моль решила, что пора сменить тему разговора. Продолжая наблюдать за пейзажем, бегущим за окном, она своим самым светским тоном поинтересовалась:

– Что привело Вас в мой вагон, господа?

– Вы же едете на бывшую квартиру Вашего друга? – уточнил полковник. – Мы с Вами.

– В качестве кого? – удивилась Эмилия.

– Я представлюсь следователем по делу о самоубийстве скрипача, а Чезаре представитель Братства. Ну, а Вы у нас свидетель. Кстати, а что Вы собираетесь там делать?

– Я хотела посмотреть есть ли у него какие-то письма от родственников. Я хотела бы передать им скрипку.

– Так, Вы могли оставить инструмент у него дома. Мы тоже занялись поиском его близких… А хотя…, – магистр Эледжи задумчиво постучал пальцем по губе. – Думаю, так будет даже лучше. Возможно, его знакомые расскажут Вам больше, чем мне, как лицу неофициальному. Вы же знаете Моль, что население не всегда доверяет представителям власти.

Эмилия кивнула.

– А вообще знаете, – быстро продолжил «серый», словно его посетила какая-то идея. – Это очень даже хорошо, что у Вас осталась его скрипка. Теперь Вы сможете провести расследование, не привлекая особого внимания. Ваша заинтересованность будет выглядеть естественно.

– Но почему нельзя провести официальное расследование? – не понял Чезаре.

– Потому что тогда наши оппоненты пойму, что мы не купились на их прелестную инсценировку самоубийства, – терпеливо пояснил Александр.

Эмилия не могла поверить своему везению. Наконец-то хоть какое-то продвижение по службе. Теперь она, по сути, станет следователем по этому делу. Пусть и неофициально. Значит теперь необходимо разузнать всю доступную на данный момент информацию.

– А что с его телом? Удалось обнаружить какие-то следы?

– Его поместили в морг. Магических отпечатков убийцы обнаружить не удалось, к сожалению, – магистр Эледжи перешёл на деловой тон.

– А в квартире?

– Нет, тоже ничего. Только слабые остаточные следы одноразового телепорта. Его явно убили в другом месте и переместили тело в квартиру.

– Ну, как минимум, это говорит о том, что убийца знал, где жил Кристиан, – стала рассуждать Эмилия. – То есть, возможно, они даже были знакомы.

– Всё верно, – кивнул полковник. – Мы тоже пришли к таким же выводам.

– А что телепорт? Ещё можно было его проследить?

– Мы едва успели, – полковник для наглядности даже щёлкнул пальцами. – Ещё какой-то час и всё. Но только тут тоже ничего определённого. След привёл в узкую подворотню рядом с Вокзальной Площадью.

– Подворотня? – удивилась Эмилия. – Что он там делал?

– Увы, на этом месте факты у нас заканчиваются. Мы осмотрели все близлежащие дома и закоулки, но не нашли ничего, что хоть приблизительно могло бы быть связано с музыкантом. Там поблизости даже торговцы дурью не промышляют.

– Может он встречал кого-то на вокзале? – высказала версию Эмилия.

– Всё может быть. К сожалению, мы зашли на зыбкую почву предположений. Моя теория, что Маэстро Джесперро, узнав какую-то секретную информацию, решил шантажировать своего будущего убийцу. По неопытности пригласил его для разговора к себе домой. После чего скрипача подстерегли на этой улице и отправили на встречу с Великой Магией. Телепортировали тело домой, и попытались представить всё так, словно он сам застрелился.

В общем и целом эта версия была вполне жизнеспособна, однако кое-что всё же смущало. Эмилия побарабанила пальцами по футляру скрипки и решила начать с самых простых вопросов.

– Но зачем такие сложности? Зачем надо было инсценировать самоубийство?

– Что тут не понятного? – вмешался Чезаре. – Хотели сбить нас со следа.

– А не проще было скинуть его тело в реку? Так его бы ещё долго искали. Но нет, они устроили это представление. Зачем? – Моль посмотрела на полковника.

«Серый» бросил на неё снисходительный взгляд умудрённого опытом мастера:

– Вы слишком глубоко «копаете», агент Моль. По моему опыту люди, как правило, не продумывают свои преступления так тщательно. Обычно они думают, что если попытаться представить это, как самоубийство, то все в это поверят.

Эмилия задумчиво кивнула. По большей части он был прав. Она уже не раз за небольшой срок своей службы удивлялась тому, насколько легкомысленно некоторые преступники относились к такому делу, как убийство. Многие из них были просто уверены, что их не поймают. Другие совершали просто наиглупейшие ошибки. Желание выдать своё преступление за самоубийство могло быть просто одной из таких ошибок.

Внезапно её настигло понимание, что профессиональное мышление на какое-то время заставило её забыть, о ком они ведут разговор. У неё перед глазами возникло улыбающееся лицо Кристиана и ей стало немного стыдно.

– И ещё мне нужно знать, кто займётся похоронами, – глухо проговорила девушка.

– Если родственников найти не удасться, то это возьмёт на себя Сообщество Музыкальных Агенств города, – сообщил магистр Ормандо. – Вы хотите посетить погребение?

– Да, – тихо ответила она и после этого разговор незаметно сошёл на нет.

Эмилия надеялась, что остаток поездки пройдёт в тишине. Она разглядывала пейзаж за окном. Дорога шла сквозь лес, который уже почти полностью окрасился в яркие цвета осени. Пёстрая мозаика из жёлтых, красных и оранжевых пятен иногда дополнялась тёмно-зелёными конусами хвойных деревьев. В какой-то момент поезд вырвался из лесного массива на берег обширного озера. Деревья на другом берегу отражались в обширной глади воды и создавали потрясающую по своей красоте картину.

– Это озеро «Признание», – сказал Чезаре. – Оно образовалось в бывшем русле реки.

Девушка перевела на него удивлённый взгляд.

– Вы же здесь впервые, – пояснил он. – Я подумал, Вам будет интересно. Оно так называется, потому что раньше многие молодые маги часто приглашали своих возлюбленных на прогулку вокруг этого озера, чтобы признаться им в своих чувствах.

Эмилия вдруг осознала, что уже несколько секунд разглядывает его лицо. У неё появилось такое ощущение, будто она видит его впервые, словно перед ней сидит совершенно незнакомый человек. Это поразило её до глубины души. Она даже не подозревала о том, насколько первое впечатление об этом маге продолжало влиять на все её последующее отношение к нему. Это особенно подчёркивалось тем, что сегодня, как и в тот первый раз, он снова был в гражданской одежде. Распущенные волосы, лишь слегка прихваченные на затылке, чтобы не падали в лицо, бежевый костюм с едва подмигивающими магическими огоньками на запонках, светлые туфли, натёртые до зеркального блеска и красивый широкий галстук. Всё это создавало образ обыкновенного Одарённого повесы.

До этого момента Моль воспринимала этого мага через призму отвратительного поступка, который, по её мнению, он совершил. И это почти полностью затмило для неё того человека, каким он являлся в действительности. Или точнее она видела в нём «два лица», принимая одно из них за маску, пусть и очень правдоподобную. На самом же деле «маску» на него надела она сама и сама же удивлялась странному несоответствию.

Понимание этого вызвало у неё чувство глубокой досады. Какой вопиющий не профессионализм. Ей стало невыносимо стыдно и горько одновременно. Эмилия подумала, что теперь ей придётся узнавать магистра Ормандо заново.

Только сейчас она обратила внимание на то, что глаза у него были серо-зелёного цвета. Они смотрели прямо и спокойно, с непоколебимой уверенностью хозяина положения. Эмилии часто доводилось видеть такой взгляд у сильных магов. Как правило, к нему также примешивались высокомерие или скука, а порой жестокость. Они просто смотрели на мир со знанием того, что в нём нет ничего такого, что могло бы быть неподвластно их силе.

Однако магистр Ормандо отличался от типичных представителей своего сословия. В его взгляде сквозило что-то такое, чему девушка не могла дать точную оценку. Она по-прежнему видела в нём свойственную магам самоуверенность. Но убрав ярлык «беспринципного ублюдка» Эмилия поняла, что в нём есть что-то, что заслуживает куда более пристального внимания.

– Здесь очень красиво, – вежливо ответила она Чезаре. Он продолжил пристально её разглядывать с каким-то странным интересом, тогда, как Эмилия совершенно не знала, что ещё сказать. Теперь, когда на неё обрушилось полное осознание своей ошибки, она даже перестала обижаться на его придирки к её тону.

К счастью, этот неловкий момент вскоре был прерван гудком поезда, возвестившим о скором прибытии на станцию. Состав подъехал к небольшой скромной платформе, которая сейчас утопала в густой тени древнего леса, встающего стеной сразу за железнодорожными путями. Магистр Ормандо вышел из вагона и подал Эмилии руку. В первый момент она хотела по привычке отказать ему, но вовремя одёрнула себя. Вложив свои пальцы в его ладонь, она вышла на перрон и, как обычно, закрыла глаза, пережидая головокружение.

– Что…, – начал было он, но Моль предупреждающе вскинула палец.

– Секунду, – и уже через пару мгновений спокойно взглянула ему в лицо, пока он продолжал удерживать её за руку.

– И часто такое головокруже…?

– Часто, – перебила Эмилия.

– А как-то лечи…? – снова начал Чезаре.

– Это не лечится, – не дав ему закончить, строго сказала она и отняла ладонь. Всё же его интерес к её недомоганию продолжал её раздражать.

Переведя взгляд на полковника, девушка заметила, что магистр Эледжи каким-то неуловимым образом изменился. Учитывая то, что сегодня он был в брюках вместо юбки, то стоило ему застегнуть своё двубортное лёгкое пальто на все пуговицы, а на голову нахлобучить, выуженную из кармана кепи и вот уже перед ними стоял не то клерк, не то офицер. Или как представился сам серый полковник:

– Алекс Хорш, следователь полиции города Миралина.

– Ну, и глушь, – высказался магистр Ормандо, когда они вышли со станции. Прямо от входа начиналась узкая просёлочная дорога, уходившая в лес. В тени высоких деревьев она выглядела заброшенной. Хотя было видно, что ею всё же постоянно пользуются, не смотря на то, что кроме маленького магазинчика, который по совместительству был отделением почты, примостившимся рядом со зданием станции, больше здесь ничего не было.

– И что теперь? – снова подал голос маг.

– На карте было указано, что по этой дороге прямо, а потом свернуть налево, – сказала Эмилия, спустившись по ступенькам на дорогу.

– Пешком…? – как-то обескуражено выдавил Чезаре.

– А что такого? – усмехнулся Александр. – Совсем разленился? Ничего. Тебе будет полезно.

– Эй, я не из тех неженок, кто везде телепортируется! Я просто не хочу терять здесь весь день!

– А что? У тебя дела?

– Я хочу вернуться на водопад.

– И что ты будешь там делать? – через плечо бросил «серый». – Мы и так уже всё перевернули и пересмотрели. Наша единственная зацепка это скрипач.

Выругавшись, Магистр Ормандо поплёлся за ними следом.

– Не понимаю, почему здесь так глухо? Почему нет загородных домов?

– Я думаю причина в том, что здесь всё ещё слишком близко к городу. Те, кто может позволить себе загородные дома телепортируются туда, а значит, могут выбрать место подальше от Миралины. Ну, а здесь проживают люди попроще. Кстати, маэстра Кинстон, а Вы знаете, чем занимается магистра Дэйзи Хард?

Эмилия бросила на него заинтересованный взгляд.

– Она дрессирует собак. Будучи не самым сильным магом, она разработала специальный магический ошейник, который упрощает процесс воспитания. Стоит отметить, что госпожа Хард достаточно известна в определённых кругах. Как правило, её услугами пользуются весьма влиятельные люди. Обычно ей заказывают артефакты для собак телохранителей. Также я слышал, что с ней работают Наблюдатели.

– А зачем же тогда она сдаёт жильё?

– Ну, дом достался ей в наследство. Думаю, она просто нашла для него лучшее применение.

Он замолчал, и они продолжили путь в тишине. После шума города, единственными звуками здесь были пение птиц и шелест ветра в кронах деревьев. При очередном дуновении с веток срывались жёлто красные листья и дождём осыпались на дорогу. Она была настолько узкой, что лес смыкался над ней, закрывая небо и не пропуская большую часть солнечных лучей. Однако, несмотря на это, всё ещё было достаточно тепло, и Эмилия испытывала какое-то чудесное умиротворение от этой внезапной пешей прогулки.

Чего нельзя было сказать о магистре Ормандо. Он явно был не в восторге от этого путешествия и, в принципе, было понятно почему. Его обувь совершенно не предназначалась для ходьбы по просёлочным дорогам. Светлые туфли уже изрядно испачкались, а на светлых же брюках «красовались» следы от мелких брызг. Чезаре то и дело пытался аккуратно обходить наиболее грязные участки и, при этом, недовольно косился на своего друга, который по своему обычаю был в сапогах. Сама Эмилия, зная, куда она направляется, тоже хорошо подготовилась. На ней были добротные башмаки, а юбка платья опускалась не ниже лодыжек.

– Ты не мог предупредить меня, что придётся идти пешком? – возмущался магистр Ормандо. – Я бы надел мундир Братства. Сам-то вон в нормальной обуви!

– Мундир слишком приметный и запоминающийся, – менторским тоном высказался Александр. – К тому же он выдаёт в тебе высшего мага с головой.

– И что в этом такого?

– Что же в этом такого, агент Моль? Подскажите моему другу, а то он не догадывается.

– Это может привлечь ненужное внимание, – бесцветным голосом произнесла Эмилия.

– Никогда не думал, что внимание это что-то плохое, – проворчал Чезаре,

– О, похоже, нас встречают, – возвестил Александр, который ушёл немного вперёд.

Невдалеке посреди дороги стояла госпожа Дейзи Хард, а по бокам от неё сидели два огромных серых пса. Девушка была одета в брюки, заправленные в высокие резиновые сапоги, и короткую тёплую куртку с капюшоном. Весь её облик говорил, что ей не впервой ходить пешком так далеко. Не знай Эмилия эту девушку, то подумала, что она просто вышла прогулять своих питомцев.

Они подошли ближе, и Моль увидела, что госпожа Хард с подозрением разглядывает её спутников. Видимо то же самое заметил и Александр, так как решил взять инициативу в свои руки.

– Магистра Дейзи Хард, я полагаю, – он вышел вперёд. – Меня зовут Алекс Хорш, я следователь полиции.

Дейзи перевела взгляд на Чезаре.

– А это магистр Чезаре Ормандо, Третий Защитник Братства. Он отвечает за безопасность на водопаде, где в последнее время работал мастер Джесперро. Мы узнали, что маэстра Эмилия собирается к Вам с визитом и решили присоединиться. Нам необходимо задать Вам несколько вопросов о Кристиане.

Он замолчал, но недоверия в глазах госпожи Хард меньше не стало.

– Могу я увидеть Ваше удостоверение личности? – наконец обратилась она к «серому».

– Да, конечно, – обаятельно улыбнулся Александр. Полковник достал из кармана бумаги и приблизился к моложой женщине.

– А Ваши собачки меня не укусят? – дружелюбно спросил он.

– Нет, – спокойно ответила госпожа Хард и взяла у него документы. Пока она тщательно изучала их, её псы сидели спокойно или даже расслабленно, но стоило Эмилии с Чезаре подойти поближе, как собаки тут же поднялись. Они не выражали никакой агрессии, просто пристально смотрели за каждым движением посторонних.

– Что ж, следуйте за мной, – магистра вернула документы полковнику и кивнула Эмилии. Она подала какой-то едва уловимый знак своим собакам, и они побежали по дороге впереди неё. Александр пристроился с ней рядом и попытался завести разговор, а Моль и магистр Орманло оказались позади. Заметив, как маг пытается обойти очередной грязный участок дороги, девушка сказала:

– Ну, перелетите его.

Он бросил на неё снисходительный взгляд:

– Мои туфли не стоят таких затрат магической энергии.

– А телепортация в движущийся поезд стоит? – поддела она его.

– Конечно! Это же был… эксперимент! Надо сказать, что это оказалось не особо сложно сделать, учитывая, что у Алекса был «маяк»…

Чезаре резко замолчал, когда понял, что сболтнул лишнего. Но было уже поздно. Агент Моль поняла, что где-то среди её вещей находится артефакт, отслеживающий её местонахождение. Господин Третий Защитник попытался увести разговор в другую сторону.

– Кстати, интересное это ваше изобретение – «маяки». Думаю, они смогли бы сработать даже в «тумане»…

– А… – открыла рот Эмилия, но он не дал ей сказать ни слова.

– Вообще, Вы меня поражаете госпожа Кинстон. Будучи Неодарённой, Вы решили влезть в «серый мундир». Да, ещё при Ваших проблемах со здоровьем. На что Вы вообще рассчитываете?

– На то, что меня часто недооценивают, – холодно ответила Моль.

– Нет, а всё-таки, зачем тебе нужна эта служба? Неужели быть музыкантом недостаточно? Насколько я знаю у представителей творческих профессий довольно насыщенная жизнь. Чего тебе не хватало, что ты решила стать агентом?

Моль бросила взгляд на его лицо. Она не заметила в его вопросе никаких попыток как-то её задеть или посмеяться над ней. Лишь искреннее непонимание.

Сама Эмилия тоже иногда задавалась этим вопросом. Она признавала, что довольно часто «серая служба» приносит ей массу неудобств, если не сказать проблем. И конечно вести жизнь обыкновенной музыкантки было бы куда проще, а возможно даже и приятней.

Размышляя над этим, девушка не редко перечисляла для себя все те плюсы, связанные с внешностью и здоровьем. Более того она также находила удовлетворение в том, что хоть как-то смогла приблизиться к военной службе, которая была традиционной для их семьи.

Однако всё же ни один из этих аспектов не казался Эмилии главным. Это всё были приятные дополнения. А что действительно заставляло её ценить «серую службу», так это возможность полностью задействовать весь свой потенциал.

Будучи просто музыкантом, Моли неизменно казалось, что она словно работает в пол силы. Доведя свой навык игры на фортепиано до достаточно хорошего уровня, она поняла, что «зашла в тупик». Сочинять музыку самой ей никогда не хотелось, и потому у неё появилось ощущение, что её голова по большей части ничего не делает. Она пыталась занять её чтением, искусством или политикой. Но всё это было не то.

Порой она ловила себя на мысли, что ей до ужаса скучно. Её совершенно не волновали все те вещи, что так сильно будоражили чувства Роззиты или привлекали неподдельный интерес Анабэль. Эмилия смотрела на жизнь с флегматичной меланхолией совершенно не свойственной людям её возраста. Порой она склонялась к мысли, что, возможно, это было следствием её недуга. То от чего вскипала кровь у здоровых людей, у неё вызывало лишь более или менее живой интерес.

Всё изменилось, когда в её жизни появилась «серая служба». После того, как первые переживания немного улеглись, Эмилия вдруг ощутила, что туман скуки в голове рассеялся и она, наконец, могла работать с полной отдачей. «Серый мундир» смог показать ей новый путь, новый способ выбраться из жизненного тупика, в котором она не видела никакого приемлемого для себя будущего. Такого, которое она хотела бы сама, а не того, что предписывало для неё общество, традиции или даже любимая тётя.

Объяснять всё это господину Третьему Защитнику у Эмилии не было ни сил ни, уж тем более, желания.

– В моей семье принято нести службу, – сказала она, чтобы отвязаться от него. И попыталась перевести разговор в другое направление. – А Вы? Почему Вы состоите в Братстве? Вам то чего не хватало? Насколько я понимаю, маги Вашего уровня ни в чём не нуждаются и ради развлечения покупают контрабанду из Закрытых миров.

– Далась тебе эта контрабанда! – поморщился он. – Это были всего лишь чертежи для моего друга из Института! Ничего опасного в них не было… ну, я имею в виду, как бумага.

Дорога в очередной раз вильнула, и они оказались на опушке леса. Здесь начинался высокий глухой, деревянный забор. Через пару десятков шагов в нём обнаружмлась калитка, через которую и провела их госпожа Харт.

Внутри был разбит сад. Вдоль забора рос ряд кустов смородины, а по сторонам дорожки ведшей от калитки то тут, то там стояли фруктовые деревья. На некоторых из них до сих пор висели яблоки. Саму тропинку обрамляли ряды ярко оражевых цветов с приятным слегка горьковатым запахом.

Владения оказались столь обширными, что от забора сквозь деревья был виден лишь набольшой кусочек крыши дома, с трубой из которой шёл дым.

– Добро пожаловать, – без тени улыбки сказала госпожа Хард. – Пожалуйста, не отходите от меня. На территории гуляют собаки.

И они не заставили себя ждать. С разных концов сада к ним устремились ещё по меньший мере пять таких же гигантов, как те, которые сопровождали девушку. Эмилия предположила, что это всё собаки-телохранители, которых как раз дрессирует госпожа Хард. Повинуясь знаку руки хозяйки, они остановились, провожая их взглядом. И лишь один из них, по виду ещё довольно молодой, нетерпеливо переминался с ноги на ногу, облизывался и поскуливал. Вскоре к ним выбежала ещё одна собака. Она была гораздо меньше своих собратьев и явно не претендовала на роль телохранителя. Её хозяйка просто подхватила на руки и продолжила идти вместе с ней.

Дом оказался большим, но одноэтажным. Они уже почти вышли к нему, когда госпожа Хард вдруг свернула и направилась в сторону от дома. Целью её, как, оказалось, была летняя беседка увитая виноградом. Сидевшая в ней девушка пила чай и читала книгу. При их появлении она улыбнулась Дейзи.

– Алиса, извини, пожалуйста, что отвлекаю, – начала хозяйка дома, – ты не могла бы уделить нам немного времени.

– Да, конечно. Что такое?

Она закрыла книгу и встала из-за стола. Вид незнакомки был какой-то необычный. Синие прямые штаны, тонкий шерстяной свитер, из-под которого торчала расстёгнутая на пару пуговиц рубашка. Одеваться по мужски в их мире часто предпочитали Одарённые девушки. Однако они в силу своего статуса выглядели обычно более элегантно и дорого. Неодарённым девушкам предписывалось носить юбки либо платья длинной не выше щиколотки. Пренебрегали этими правилами лишь те, кому было плевать на неодобрение общества, либо попавшие под покровительство Одарённых. С тех пор, как их мир стал Открытым, и местные узнали о достаточно широких модных взглядах межмирового сообщества, особенно среди автостопщиков, в среде молодых девушек стали бродить довольно революционные настроения. И, скажем, в столице их княжества Неодарённые девушки в брюках уже не были такой уж диковинкой. Тем не менее, в более отдалённых провинциях до сих пор преобладали старомодные взгляды. Эмилия, поддерживавшая образ скромной музыкантки, даже не надеялась примерить на себя брючный костюм. Тогда как её подруга Роззи имела таких уже два.

Вот только одежда представшей перед ними девушки даже отдалённо не походила на местные модные изыскания. Из чего Моль сделала вывод, что Алиса, скорее всего, была гостьей из другого мира.

– Это маэстра Эмилия Кинстон, – указала рукой хозяйка дома. – Она музыкант и ищет родственников Кристиана, чтобы отдать им его инструмент.

Эмилия приветливо кивнула.

– Это магистр Алекс Хорш, – продолжила госпожа Хард. – Он из полиции и магистр Чезаре Ормандо, он член Братства, которое охраняет Миралину. Они расследуют смерть Кристиана.

– Очень приятно, – кивнула девушка. – А я Алиса…

Она замялась, возможно, размышляя, кем себя представить.

– Вы из другого мира? – прямо спросил «серый».

– Как Вы догадались?

– Это моя работа, – улыбнулся полковник. – Вы весьма приметно одеты. Если вы желаете не выделяться, то постарайтесь приобрести одежду в местных магазинах. А из какого конкретно мира Вы родом? Если это не секрет.

– Из Девяносто Второго, – прямодушно ответила девушка. Хозяйка дома на этом моменте кинула на неё выразительный взгляд, но гостья из другого мира этого не заметила.

– Вот это да! Я думал он Закрытый! – магистр Ормандо даже подался вперёд от удивления.

– Алиса живёт в комнате, которую раньше занимал Кристиан, – госпожа Хард попыталась сменить тему разговора. – Он иногда приезжал к нам в гости и оставил здесь некоторые свои вещи. Мы сложили их в ящики.

– А как давно он съехал? – спросил Адександр.

– Два месяца назад, – чётко ответила магистра Дэйзи.

– Ладно. Можем мы их посмотреть?

– Ну, пойдёмте, – Алиса подхватила со стола книгу и зашагала в сторону дома. Все остальные последовали за ней.

Комната оказалась небольшой, но достаточно уютной. В ней только и помещались лишь шкаф и кровать. Однако из окна открывался чудесный вид на сад с гуляющими там собаками.

Хозяйка дома и её гостья ненадолго отлучились и вскоре вернулись с двумя деревянными ящиками. Магистра Дэйзи передала свой Эмилии и встала рядом, а Алиса открыла второй вместе с Александром.

– В одном письма и какие-то бумаги, во втором в основном книги и ноты, – пояснила иномирянка.

Моль стала аккуратно перебирать содержимое ящика, в то время как Чезаре прохаживался, заложив руки за спину, между ней и Александром. Он попытался дружелюбно улыбнуться хозяйке дома, но под её настороженным взглядом быстро скис.

– А к маэстру Джесперро кто-нибудь приходил? – спросил магистр Эледжи.

– Мне кажется…, – начала Алиса, но хозяйка дома её перебила:

– Мы живём довольно далеко, чтобы сюда часто ходили гости. Так что думаю, что если к нему кто-то и приходил, то, скорее всего на городскую квартиру.

Эмилия бросила на неё мимолётный заинтересованный взгляд, отметив для себя, что она так и не ответила на вопрос.

Письма к Кристиану в ящике все были в основном, от работодателей и заказчиков скрипок. Также пара рекомендательных бумаг и одно письмо из Ордена. Но учитывая то, что музыкальные инструменты были защищены символами, как раз их магической школы, то Эмилия предположила, что речь в нём также идёт о скрипках.

– А Кристиан не рассказывал вам, может у него были враги или недоброжелатели?

– Нет, не припомню такого, – на вопрос снова ответила хозяйка дома.

Из очередной партитуры в руках «серого полковника» выпал сложеный лист бумаги.

Алиса быстро подняла его.

– О! Вот тут какие-то адреса!

– Позвольте, – Александр взял у неё находку и быстро побежал его глазами.

– Нет, это не то, – наконец заключил он. – Все эти дома расположены в городе. И насколько я могу судить, их владельцы весьма обеспеченные люди. Напротив каждого адреса проставлены какие-то обозначения. Возможно это те имения, где маэстро Джесперро доводилось работать.

Не отрываясь от списка, он поманил рукой своего друга.

– Магистр Ормандо, а перед Вашим адресом проставлен вопросительный знак.

– И что это значит? – нахмурился Чезаре.

– Может это связано с тем, что приём тогда пришлось прервать? – предположила Эмилия.

– Может быть, – кивнул «серый» и передал ей бумагу. – Вот посмотрите. Вам, как музыканту, могут быть понятны эти обозначения. А я продолжу поиски.

Он вернулся к своему ящику. Эмилия догадывалась, что, скорее всего, он уже увидел всё, что хотел и теперь ждал чего-то. Чезаре стоял, заложив руки за спину и, казалось, не знал, куда себя применить. Почти точно также выглядела Алиса. Было видно, что затянувшееся молчание тяготит её. Поправив на столе пару вещей, она вдруг неожиданно выпалила:

– Может, хотите чаю?

Хозяйка дома лишь слегка приподняла бровь.

– Ты же не против? – спохватилась её постоялица.

– Ну, если ты считаешь этих господ своим гостями…

– Вы, знаете, – перебил её магистр Ормандо, – мне, пожалуй, пора. Скажите, магистра Хард, могу ли я телепортироваться из Вашего дома?

– Выйдите во двор, пожалуйста.

– Спасибо, – он кивнул Александру, а потом и Эмилии и стремительно вышел из комнаты.

Все проводили его взглядами, и опять повисла тишина.

– Так, что на счёт чая? – вновь не выдержала Алиса.

– Я с удовольствием, – улыбнулся магистр Эледжи.

Уже через несколько минут они сидели на улице, в той самой беседке, в которой встретили гостью из другого мира. Собаки госпожи Хард бегали по саду, совершенно не обращая на них внимания. Хозяйка дома и её постоялица принесли два подноса с чаем и печеньем. Магистр Эледжи всеми силами старался растопить обстановку. Он всё время шутил, улыбался и сыпал комплиментами по поводу всего, что видел. Откровенно говоря, Эмилия была немного удивлена таким его поведением. Однако, не смотря на все его усилия, магистра Дэйзи оставалась всё такой же сдержанной, тогда как Алиса явно обрадовалась новому собеседнику и всячески поддерживала беседу.

– А скажите, почему Вы расследуете смерть Кристиана? Он же покончил с собой, – было видно, что этот вопрос уже давно мучает девушку. – И при чём тут магистр Ормандо?

Моль ожидала, что «серый» отшутится или переведёт разговор в другое русло, но ошиблась.

– Маэстро Джесперро работал в ресторане на водопаде. Вот маэстра Кинстон состояла с ним в оркестре.

Эмилия кивнула.

– А, как вы знаете, это очень важный объект в нашем городе. Поэтому мы должны быть абсолютно точно уверены, что господин скрипач ушёл из жизни по собственной воле.

– Вы хотите сказать, что его могли убить?! – чуть ли не подпрыгнула Алиса.

– Именно это мы и пытаемся выяснить.

– А почему тогда магистр Ормандо ушёл? Ему что, всё равно? А может он что-то знает?!

У юной путешественницы загорелись глаза, и слова буквально сыпались из неё.

– Вы подозреваете Чезаре? – поднял брови Александр. – Но Вы же его не знаете. Он Вам не понравился?

– Да, нет. Почему? Магистр был довольно мил. Ну, может немного высокомерен. Сложилось такое впечатление, что ему тут скучно или что-то вроде того.

– Вот как? – улыбнулся полковник. Его явно забавляла подобная прямолинейность девушки.

– А Вы госпожа Хард? Что Вы думаете о магистре Чезаре? Вы тоже считаете его высокомерным?

Хозяйка дома поставила чашку на блюдце и серьёзно посмотрела на Александра. Она немного нахмурилась, а потом медленно, взвешивая каждое слово, ответила:

– Нет, наверное. Но почему-то магистр Ормандо показался мне… опасным человеком.

– Даже так? – поднял брови «серый». – Что же навело Вас на такие мысли? Он что-то сделал?

– Не знаю, как объяснить. Он был вполне вежлив и приветлив. Но у меня сложилось впечатление словно это… «обёртка», что-то внешнее. И за этим скрывается человек, которого не стоит недооценивать. И лучше бы даже опасаться.

– Поразительно! – воскликнул Александр и снова улыбнулся. – Ну, что же, Вам повезло. Вы очень проницательны. Как правило, недруги Чезаре не подозревают об опасности, пока не становится слишком поздно.

Эмилия вспомнила, как магистр Ормандо кинул в неё огненным шаром, и что тогда она действительно не ожидала ничего подобного. Она с интересом посмотрела на Дэйзи.

– А Вы хорошо знаете магистра Чезаре? – спросила Алиса.

– Да, достаточно неплохо. Мы с ним познакомились, когда он только вступил в Братство, а меня перевели на службу в Миралину. Несколько раз столкнувшись с ним на улицах города, он мне очень сильно запомнился. Меня тогда подкупили его прямолинейность и преданность своему делу. Хотя, надо всё же отметить, что подружились мы не сразу.

Эмилия отметила про себя, то, как ловко магистр Эледжи рассказал эту историю, используя при этом совершенно общие факты, без каких-либо подробностей. Обычно таким образом можно расположить людей открыть что-нибудь и о себе тоже. Сама Моль знала этот приём только в теории, но не умела использовать на практике.

– Кстати, а как долго жил у Вас маэстро Джесперро? – сменил тему «серый».

– Где-то около года… кажется, – попыталась припомнить магистра Хард. – Да точно, я тогда ещё заканчивала с заказом для Наблюдателей. Но если хотите я могу поднять записи и посмотреть точно.

– Нет-нет, это не так важно. А почему он решил перебраться в город? Маэстро Джесперро не говорил?

– Он сказал мне, что собирается использовать Храмовую магию в создании скрипок. Посторонняя энергия могла помешать мне в тренировке собак, поэтому я предложила ему переехать в квартиру в городе. Он не возражал. И сказал, что так ему будет даже удобнее.

– А, теперь понятно, почему Вы выбрали такую глу… такое уединённое место, – вовремя поправился «серый». – Скажите, а Вы бы могли обучить собаку, скажем, для меня?

– Я не работаю с полицией. Однако если Вам необходимо, то я могу передать Вам одну из моих собак на время.

– Что же, спасибо вам за прекрасное чаепитие, – полковник сверился с карманными часами. – Но, думаю, мне пора.

– Но поезд только через два часа, – удивилась иномирянка.

– У меня есть служебный телепорт, – Алекмандр помахал в воздухе браслетом. Моль в очередной раз восхитилась тому насколько тщательно «серый» продумал свой образ следователя. – Маэстра Кинстон, Вы поедете на поезде? Может Вас проводить?

– Нет, нет, не стоит, магистр, – покачала головой девушка. – Здесь недалеко.

– Ну что же, я передам Вам информацию о родственниках Кристиана, если обнаружу таковую.

– Спасибо, – кивнула Моль.

– Магистра Дэйзи, госпожа Алиса, было очень приятно познакомиться.

Ещё раз улыбнувшись, он телепортировался.

– Какой приятный полицейский, – высказалась гостья из другого мира. – Никогда таких не встречала.

– А Вам часто приходилось сталкиваться с полицейскими? – Эмилия решила, наконец, включиться в разговор. Ей было необходимо узнать что-нибудь полезное о Кристиане, и Алиса казалась более разговорчивым и открытым человеком.

– Ну, да, бывало. Всякое ведь случается. Когда путешествуешь в незнакомых местах именно полицейские, те к кому можно обратиться.

– А Вы много путешествуете?

– Да, достаточно много. А Вы?

– Я иногда выезжаю в разные города по работе. Как сейчас, например. Вот Кристиан тоже говорил, что он не местный. Как же мне теперь найти его родственников?

– А зачем Вам?

– Так получилось, что у меня оказалась его скрипка, – она кивнула на инструмент у себя в руках. – И теперь мне нужно вернуть её.

– А-а-а, – протянула юная путешественница. – Ну, я его плохо знала. Он уступил мне комнату, когда я приехала и потом иногда появлялся. Как-то раз он сказал, что ему не нравится город, и он приезжал отдохнуть.

– А когда он в последний раз был здесь?

Алиса нахмурилась и переглянулась с Дэйзи.

– Это было где-то, неделю назад, – припомнила хозяйка дома. – Он приезжал заплатить за квартиру на следующий месяц.

Эмилия побарабанила пальцами по футляру скрипки.

– Неужели он никогда ничего не рассказывал о родственниках?

Девушки покачали головами.

– Может он хотя бы упоминал, откуда он родом?

– Да, точно. Из места под названием Шерад, – вспомнила Дэйзи. – Маэстро Джесперо говорил об этом, когда только поселился.

– О, это может быть полезным, – обрадовалась Эмилия. – Ну что же, спасибо вам за вашу помощь. Не буду больше злоупотреблять вашим гостеприимством, – Эмилия поднялась из-за стола.

Хозяйка проводила её до калитки и довольно приветливо с ней попрощалась.

Возвращаясь обратно к станции, девушка задумчиво брела по лесной тропинке, наслаждаясь безмятежным умиротворением этого места. Прогулка в лесу ей очень нравилась. Здесь было тихо и спокойно. Не нужно было ни за кем следить, никому врать и ни от кого прятаться. После целой недели напряжённого преследования ускользающих из рук «теней», ей, наконец, удалось найти время, чтобы собраться с мыслями. Это тем более было необходимо Эмилии, учитывая то, что смерть Кристиана буквально выбила почву из-под её ног. Она-то считала себя отличным агентом, достаточно умным, чтобы раскусить все замыслы врагов. Но оказавшись над телом своего друга, девушка вдруг осознала свою полную бесполезность.

Внезапно её размышление прервало странное чувство чужого присутствия. Но оно появилось не просто так, а из-за постороннего звука. Такой обычно издаёт сломавшаяся под ногой ветка. Все волоски у неё на шее встали дыбом, а по позвоночнику пробежал электрический заряд. Однако Эмилия поняла, что слишком задумалась, так как все её чувства отреагировали даже прежде, чем она смогла осознать, что же она услышала.

Девушка искоса бросила взгляд в сторону, откуда донёсся звук. Она всю жизнь была сугубо городским жителем и поэтому высматривать что-то в лесу, было для неё не самой простой задачей. Стараясь не сильно заметно замедлять ход, Моль тщательно осматривала череду деревьев. Вскоре у неё начало рябить в глазах от практически одинаковых стволов и веток. Решив сменить тактику, Эмилия повернула голову на другую сторону тропинки и через пару шагов остановилась, словно хотела рассмотреть яркие листья одного из кустарников. Протянув руку к ближайшей ветке, она тем временем посмотрела прямо в том направлении, откуда пришла. Но и в этот раз никого не увидела. Либо её соглядатай оказался более опытен в пребывании в лесу и смог хорошо от неё спрятаться. Либо всё это ей померещилось. Однако Моль не стала подвергать сомнению свой слух и остановилась на первом варианте.

Размышляя, что делать дальше, Эмилия снова двинулась по тропинке чтобы не вызывать подозрений. Только на этот раз она двигалась намного медленней. Лучшим решением, конечно, было бы позволить преследователю потерять бдительность и подпустить его поближе. А потом схватив, телепортироваться к себе в гостиницу. В этот момент девушка в очередной раз пожалела, что так и не смогла убедить куратора разрешить ей иметь «карточку». Так у неё была бы возможность попросить о помощи. Но он всякий раз говорил, что это очень личная вещь, а потому очень опасная. Если она попадёт в руки врагов, то сможет раскрыть слишком много информации. К тому же их легко засекают маги, что опять же было ей не на руку. Ну и последним аргументом всегда было то, что скромная музыкантка вроде маэстры Кинстон не может себе позволить столь дорогую вещь. А на её вопросы, что делать в подобной ситуации, всегда говорил, чтобы она телепортировалась в безопасное место. В её обязанности входит смотреть и слушать и никого ловить не надо. Эмилию иногда раздражала подобная постановка вопроса.

Однако не согласиться с куратором было сложно. Чтобы схватить, кого бы то ни было следовало обладать определённым набором навыков, которых у нее, к сожалению, не было. Иногда на задание ей выдавали парализующий артефакт. Его нужно было незаметно нацепить на одежду объекта. Будучи невидимой это было вполне простой задачей. Но, что делать, когда объект не просто тебя видит, но ещё и следит за тобой?

Но проблема Эмилии в итоге разрешилась сама собой. Удачно повернув голову, она краем глаза заметила жёлтый отблеск телепортации. Кто бы её не выслеживал, он только что ушёл. Моль тихо выругалась.

Сама по себе слежка не была чем-то удивительным. В конце концов, она сильно привлекла к себе внимание, обнаружив тело Кристиана. Да ещё и разыскивала его родственников и место жительства. Теперь его убийцы постараются разузнать о ней как можно больше информации. И приставленный соглядатай как раз этим сейчас и занимался. Однако её сильно раздосадовало то, что она даже мельком не смогла разглядеть своего преследователя. А ведь даже просто его внешний вид мог дать массу дополнительной информации.

Постояв на месте ещё некоторое время в надежде, что её преследователь вернётся, Эмилия двинулась дальше по тропинке. Однако не успела она сделать и пары шагов, как впереди на дороге вновь засветились искры телепорта. Моль вся подобралась и, сунув руку в карман, взяла составляющие артефакта невидимости, готовая в любую секунду его применить. Вообще, Эмилия стала замечать, что за время службы «серому мундиру» у неё начали появляться небольшие особенности поведения. Например, она обратила внимание, что всегда старается держать правую руку поближе к карману, чтобы в любой момент быть готовой воспользоваться артефактом.

На дороге появился магистр Ормандо. Эмилия даже немного расстроилась, что это был лишь он, но потом вдруг осознала, что это уже второй раз за сегодня, когда этот маг телепортируется именно туда, где она находится. К тому же ей вспомнилось его упоминание о «маячке». Следовало предположить, что ей каким-то образом передали его вместе с артефактами к новому заданию. Это было в новинку для Моли. Те «маячки», которыми пользовалась она, могли работать только в неподвижном состоянии. То есть только обозначать место телепортации. Теперь же выяснялось, что их можно устанавливать и на движущиеся объекты.

– Где находится «маяк»? – прямо спросила она Чезаре, игнорируя приветствие. – Это один из артефактов, которые мне выдали на задании? Какая-то новая разработка?

Магистр сначала удивился, а потом закатил глаза и покачал головой.

– Да. Он в артефакте невидимости. Полагаю, он слишком ценен, чтобы оставлять его без возможности отследить.

Эмилия неосознанно кивнула, соглашаясь с ним.

– Алекс просил передать тебе это, – продолжил Чезаре, передавая бумаги, которые держал в руке.

Это оказались некоторые письма Кристиана и тот самый список адресов. Учитывая, что «серый» не спрашивал разрешения их забрать, Моль поняла, что он их украл. И настолько ловко, что никто ничего не заметил. Это говорило о том, что Эмилии ещё многому предстоит научиться на службе.

– Он велел поподробней рассмотреть их, – пояснил маг. – Вдруг там есть что-то интересное.

Девушка снова кивнула. Чезаре развернулся, явно намереваясь удалиться, но остановился в нерешительности.

– Ты, правда думала, что я способен на такой мерзкий поступок? Опоить девушку? – его голос звучал очень серьёзно, почти враждебно.

Она посмотрела ему прямо в глаза.

– Да.

– Но как же ты…? Я имею в виду…

Он вдруг стал расхаживать из стороны в сторону.

– Как же ты тогда согласилась работать со мной?! Это же… Я не знаю… Я бы такому человеку… Я бы ему сразу морду набил… А ты?

В своём непонимании и возмущении он совершенно не замечал, что ходит по очень грязному участку дороги и рискует испортить себе брюки и туфли.

– Просто это не укладывается у меня в голове. Ты считаешь человека уродом, но при этом продолжаешь каждый день говорить с ним и решать какие-то дела и… Как?

Эмилия смотрела на него и недоумевала. Ей было удивительно, что подобные вещи нужно объяснять. Она решила, что ему, наверное, трудно поставить себя на её место и поэтому попыталась подобрать подходящий пример. Такой чтобы он понял.

– Скажите, Магистр Ормандо, Вы ведь, серьёзно относитесь к своей службе в Братстве?

– При чём тут это? – удивился он. – Ну, да. Достаточно серьёзно.

– Представьте, что… что-то сломалось у «Большого Вилли». И предположим, что единственный человек, который может это починить, вдруг открылся для Вас с совершенно отвратительной стороны. У Вас нет времени искать другого специалиста, так как ремонт нужно завершить как можно скорее. Как Вы поступите в таком случае?

– Ну, я…, – Чезаре задумался, – Я… Я позволю ему закончить свою работу, а потом дам ему в морду!

Последнее он сказал так прямолинейно и уверенно, что Эмилия невольно улыбнулась, хотя и попыталась тут же напустить на себя равнодушие.

– Хорошо. Я понял твою мысль, – продолжил Маг. – А что бы ты сделала, если бы мы не выяснили всё в поезде?

– Я бы рассказала об этом эпизоде магистру Эледжи, – ей надоело стоять, и она двинулась дальше по дороге. Чезаре присоединился к ней.

– А как ты теперь ко мне относишься? – всё также прямолинейно спросил магистр Ормандо.

Она искоса окинула его взглядом. Вопрос был достаточно интересным даже для неё самой. Однако, несмотря на то, что за эпизод с бокалом он объяснился, оставался ещё один момент, который не красил его совсем. О чём она и решила ему напомнить.

– Вы намеренно пытались разрушить мою репутацию вчера. Как, по Вашему, я должна относиться к Вам?

– Ну, наверное, ты ужасно злишься! Но если честно, я не думал так уж сильно вредить твоей репутации. Я просто…, – он запнулся, но видимо отступать было не в его характере. – Я просто хотел тебя накормить.

От удивления Моль чуть не споткнулась.

– Зачем?

– Зачем?! Ты меня удивляешь. Ты же знаешь, что тебе нельзя пропускать приёмы пищи. Тебе что так нравится падать в обморок?

И снова, как и в прошлый раз, на неё накатила волна неприязни. Она была уже не такой сильной, но всё же такие своевольные рассуждения этого постороннего для неё человека о том, что было её личным делом, вызывали у неё раздражение, граничащее со злостью. Она невольно сжала ручку футляра скрипки, который несла в руках и продолжила путь, глядя прямо перед собой. Когда через несколько секунд Эмилия, наконец, смогла совладать с эмоциями, она решила сменить тему разговора.

– Разве Вам не надо возвращаться на водопад?

– В общем-то, нет. Алекс был прав. Даже не представляю, что ещё я могу там сделать. Это ужасно раздражает.

– А почему тогда Вы ушли?

– Алекс попросил меня. Он сказал, что иногда люди могут чувствовать себя скованно в присутствии представителей более высокого класса. Они что-нибудь тебе рассказали?

Она бросила на него оценивающий взгляд. Заметив это, он спросил:

– Ты что, мне не доверяешь?

Эмилия позволила себя усмешку:

– А я должна?

– Ты вообще умеешь отвечать на вопросы прямо? Мы с тобой уже неделю вместе работаем. Я думаю, тебе должно было быть понятно, что для меня очень важна безопасность института. Так что они тебе сказали?

Девушка уловила в его голосе нотки раздражения, из чего сделала вывод, что эта тема его действительно очень волнует. Но теперь в её мысли забрались тени сомнений. Либо он злился из-за того, что, так же как и сама Эмилия был не удовлетворён результатами их поисков, либо…

Эта новая мысль ошарашила Моль. Ей оставалось только удивляться, почему она не посетила её раньше. А что если сам магистр Ормандо как-то связан с возможной диверсией. Может именно из-за этого они так ничего и не нашли в институте? Может просто этот маг искусно прячет это от неё? А смерть Кристиана? Не его ли это рук дело? Эмилия вспомнила, что когда они обнаружили тело скрипача, она находилась за спиной Чезаре и не имела никакой возможности видеть его лицо.

Однако Моль вспомнила, что уже однажды ошиблась в своих суждениях по поводу этого человека. Второй раз совершать ту же ошибку не хотелось. Надо было найти способ проверить свои подозрения.

В этот момент Эмилия поняла, что молчание слишком уж затянулась и, чтобы не спугнуть возможного подозреваемого, решила пока не утаивать от него информацию.

– Они рассказали, что к ним приходил мальчик из города. Один из «кочегаров». Кристиана его появление очень взволновало.

– «Кочегар?» – удивился Чезаре.

– Я думаю, мальчик здесь выступил в качестве курьера и принёс какое-то сообщение. Вот только вопрос от кого? И когда вообще Кристиан оказался втянут во все это?

– Сплошные вопросы…

– И ни одного ответа…

Повисло молчание.

– А меня больше интересует, почему этот придурок никому ничего не рассказал, – раздражённо бросил маг. – То есть у него уже тогда была какая-то информация обо всём этом, а он, как полный идиот, молчал! Он мог бы подойти ко мне или к кому-нибудь из братства. Глядишь живой бы остался!

Эмилию покоробило то, как он отзывался о Кристиане. Чезаре снова эмоционально расхаживал по грязной дороге, не щадя свои туфли. Моль уже собиралась напомнить магу, что он говорит о мёртвом, но он её опередил.

– Простите. Я понимаю, что не хорошо так говорить об убитом и к тому же он был Вашим другом, но… Меня ужасно злит вся эта ситуация! Он ведь что-то знал! Что-то очень важное!

И снова Эмилия не могла понять, как судить о его реакции. Либо всё то, что он говорит правда и он действительно просто зол. Либо за таким эмоциональным всплеском он пытается скрыть свою причастность.

Эмилия вдруг ощутила досаду. Только она избавилась от двойственности в понимании этого человека, как тут же всё вернулось обратно. И вопрос тут, по сути, был только в одном – доверяет ли она магистру Чезаре или нет. И ответ был однозначным – нет, не доверяет. Она знала его слишком мало, да и их личные разногласия никак не способствовали взаимопониманию между ними. Более того ей до сих пор были не очевидны мотивы некоторых его поступков.

Какзалось бы ей следовало положиться на суждение своего начальника. Ведь магистр Эледжи не испытывал никаких сомнений относительно своего друга, даже несмотря на инцидент с контрабандой. Однако, исходя из чисто гипотетических предположений, Эмилия не могла не учитывать его в качестве одного из возможных подозреваемых.

Магистр Ормандо продолжал расхаживать по дороге вконец, уничтожая свой дорогостоящий костюм, но казалось, совсем не замечал этого.

– Что ты собираешься делать? – наконец спросил он.

– Вам лучше задать этот вопрос магистру Эледжи. Я здесь ничего не решаю.

– И тебя это устраивает? – он остановился и с вызовом посмотрел на неё. В его взгляде читался интерес, граничащий с презрением.

Эмилия знала, что стоило бы оставаться равнодушной и не поддаваться на столь грубую провокацию, однако манера общения этого мага сумела вывести её на откровенный настрой. Тем более, что тема для неё была больная. Ей действительно давно надоело быть обычным орудием в руках других. И поэтому, слегка наклонив голову набок, она ответила:

– Как говорит моя тётушка: «Плох тот солдат, что не мечтает стать генералом».

Услышав это, Чезаре широко улыбнулся.

– Хорошо сказано.

Девушка подавила желание улыбнуться в ответ и лишь продолжила путь.

Магистр Ормандо, наконец, обратил внимание на то, во что превратились его обувь и брюки. Недовольно скривившись, он выругался, и быстро схватив Эмилию за руку, телепортировался.

Когда погасли искры переноса, она обнаружила себя стоящей посреди незнакомой комнаты.

– Ты что творишь?! – не сдержалась Моль, вырывая ладонь. Её поразил собственный голос. Она совсем не ожидала, что он надломится в конце фразы. Сердце бешено стучало в груди, руки начали подрагивать, однако Эмилия всё ещё пыталась сдержать сошедшие с ума эмоции.

– Что? – удивился Чезаре. – Ты же всё равно собиралась в город, а мне надоело там топтаться.

Вид того, что маг не только не считает свой поступок неправильным, но даже не понимает, что он сделал, окончательно вывел её из себя.

– Ты… Идиот! Придурок!...

От её реакции его брови поползли наверх.

– Что?

– Никогда! – Эмилия тщетно пыталась подавить приступ гнева. – Никогда. Не смей! Телепортировать меня… Куда бы то ни было…

– Ты чего? – он всё никак не мог понять и, протянув руку, сделал к ней шаг.

Она отшатнулась от него.

– Никог… да, – от очередного эмоционального всплеска на середине слова у неё пропал голос.

– Извини, – растерянно сказал Чезаре. – Я не знал… что тебе это… неприятно…

Нервными движениями девушка достала из рукава свой телепортатор.

– Ты не сможешь перенестись отсюда, – спокойно пояснил магистр Ормандо. Подходить он больше не пытался. – Посторонние не могут этого делать.

Моль отошла от него ещё на пару шагов и оглянулась в поисках выхода.

– Дверь там, – указал Чезаре. Было видно, что он обескуражен её реакцией. И это ещё больше злило её. Она направилась в ту сторону, даже не пытаясь попрощаться или как-то объясниться.

Выйдя в коридор, Эмилия поняла, что оказалась в городском доме Магистра Ормандо. Удостоверившись, что здесь никого нет, она не теряя ни секунды, активировала артефакт невидимости. Девушка уже почти добралась до неприметной двери, ведшей на территорию слуг, когда магистр Ормандо выскочил из спальни, на ходу застёгивая чистые брюки.

– Эмилия, – позвал он. – Я… Я не хотел тебя напугать. Где ты?

Моль скрипнула зубами от злости. Если до этого момента никто не знал, что она была здесь, то теперь кто-то мог услышать Чезаре. Магистр умчался вниз по господской лестнице, а Моль юркнула в помещение для слуг. Пройдя скрытыми коридорами, и несколько раз, пережидая в различных закоулках пока прислуга пройдёт мимо, она только перед самым выходом поняла, что ей придётся деактивировать артефакт, иначе его засечёт охранная система. Дождавшись пока никого не будет поблизости, она вернула себе видимость и выскочила в сад.

К этому моменту она всё-таки смогла немного успокоиться и теперь очень сильно сожалела, что продемонстрировала магистру Ормандо столь острую реакцию. Ведь, скорее всего, для такого сильного мага, как Чезаре в этом не было ничего особенного. Теперь её поведение казалось Моль ужасно непрофессиональным. Её поразил этот неконтролируемый всплеск эмоций, который нахлынул на неё. Это было шокирующе неприятно. Однако Моль прекрасно понимала, откуда у неё могла появиться такая нездоровая реакция.

В тот самый первый момент, когда искры телепорта погасли, на неё стремительной вспышкой нахлынули воспоминания о её не самом удачном опыте серой службы. Тогда пару лет назад Эмилия по неопытности совершила ряд ошибок и не распознала реальной опасности. Она чересчур доверилась одному из фигурантов дела и в итоге сильно обожглась. И поэтому, когда позволила ему себя телепортировать, то оказалась в тёмном сыром подвале, не имея возможности ни выбраться, ни позвать на помощь. В итоге всё закончилось благополучно. Через пару дней её нашёл Мастер Шульц и даже не стал делать ей выговор. Он лишь сказал, что ей ещё крупно повезло, что её телепортировали именно в подвал, а не на край какой-нибудь отвесной скалы.

Эмилия тогда крепко-накрепко усвоила этот урок, однако её сегодняшняя реакция стала для неё полной неожиданностью. Не став больше испытывать удачу, она телепортировалась.

Но вдруг совершенно неожиданно для себя обнаружила, что переместилась не в пансионат, а в свой номер в отеле. Решив, однако, что это даже к лучшему Эмилия, как обычно приготовила себе ванну. Девушка очень надеялась, что любимый ритуал поможет ей расслабиться и успокоить разбуженные эмоции. Ведь в голове у неё продолжал твориться какой-то сумбур. Её сегодняшний взрыв эмоций, вызывал жгучий стыд и тут же его перебивали образы из прошлого. Те, которые, как она надеялась, давно загнаны в самый дальний угол её памяти и не потревожат её никогда.

Но она ошиблась. Дважды. Её любимый ритуал, не только не помог успокоиться, но казалось даже, усугубил её состояние. Стоило ей оказаться в тишине ванной комнаты, погрузившись в воду в практически неподвижном положении, как воспоминания о том инциденте стали накатывать на неё с новой силой. Моль пыталась переключить свои мысли на убийство Кристиана или диверсию на водопаде. Но новая яркая вспышка снова возвращала её в прошлое… к нему. К Эрику.

Эмилия до сих пор помнила его лицо. А ведь она приложила немало усилий, чтобы навсегда вычеркнуть из своей памяти этого человека. Моль так надеялась, что однажды вернувшись мыслями к этому эпизоду своей жизни, обнаружит, что совершенно забыла и смеющиеся голубые глаза и ямочки на щеках и непослушную копну светлых волос.

Сейчас, спустя столько времени она совершенно спокойно могла признаться себе, что действительно влюбилась в него тогда. Он был обаятельным, симпатичным и легко вскружил голову молоденькойи неопытной девушке.

Когда мастер Шульц в итоге нашёл её в том подвале, она не сдержалась и разревелась, как ребёнок. От обиды, от жалости к себе, но больше всего от чувства преданного доверия. Куратор тогда лишь протянул ей свой платок из нагрудного кармана и неловко похлопал по плечу. Но Моль была рада уже тому, что он не стал отчитывать её или наоборот жалеть.

Вероятно, эта история могла бы забыться гораздо быстрее, если бы его удалось схватить и отправить в тюрьму. Однако он сумел скрыться и переместиться в другие Миры. С одной стороны Эмилия пыталась убедить себя, что ей совершенно безразлично, где он и что с ним. Но с другой ей не давала покоя уязвлённая профессиональная гордость. Она надеялась, что однажды его поймают и накажут за… за всё.

– А Вы обратили внимание, что Скрипки, которые делал маэстро Джесперро, защищены магическими символами Орлена? – мастер Шульц, как всегда был методичен и дотошен. Как правило, Эмилия переносила это достаточно стойко. Но иногда эта его манера начинала раздражать. Порой он проговаривал даже те моменты, которые, казалось бы, были очевидны и не стоили отдельного заострения внимания.

– Да, мастер, – она получила сообщение от куратора уже с утра и теперь сидела за столом и заполняла многочисленные протоколы и отчёты по поводу обнаружения тела Кристиана. Они находились в старинном загородном доме, который не то чтобы был заброшен, просто хозяева явно не появлялись здесь очень давно. В комнатах было достаточно чисто, но вся мебель и картины покрывали чехлы из белой плотной ткани. Однако, не смотря, на это, из окна библиотеки, в которой они сидели, был виден сильно заросший сад. И даже яблоки с ближайшей яблони давно созрели и осыпались, но никто так и не потрудился их убрать.

Эмилия иногда задавалась вопросом, как мастер Шульц находит такие места, где присутствие посторонних, даже длительное, останется незамеченным.

– Он сам их делал? – продолжил «копать» куратор.

– Нет, мастер.

– Почему?

– Маэстро Джесперро не был Одарённым, мастер.

– Кто же тогда их делал?

– Кристиан говорил, что у него есть напарник, который обучался в Ордене. Они не хотели, чтобы кто-то знал, что он уже использует свои новые навыки. Он собирался закончить обучение.

– Он не называл его имя?

– Нет, мастер.

– И как Вы собираетесь его искать?

Моль искоса бросила взгляд на куратора. Когда она сообщила ему, что магистр Эледжи поручил ей провести расследование смерти Кристиана, ей показалось, что он немного удивился, а может даже разозлился. Всё-таки полковник отдал ей приказ через его голову. Вообще их отношения с мастером Шульцом всегда были сугубо деловыми, и понять его отношение к такому повороту событий ей было сложно.

– Может сходить в Орден и узнать, кто может делать такую работу?

Куратор посмотрел на неё в упор. Каждый раз от этого взгляда ей становилось немного не по себе. Он казался очень конкретным и чётким. Складывалось впечатление, что мастер Шульц этим своим взглядом нарезает окружающее пространство на лоскуты, тщательно анализирует каждый и складывает на хранение в своей голове. Иногда Эмилия думала, что из-за этой своей дотошности он порой не способен «увидеть всю картину целиком».

– Хорошо, – кивнул он. – Но постарайся не привлекать к себе слишком пристального внимания.

– Да, мастер, – Эмилия вновь склонилась над своим докладом.

Осталось только поскорее разобраться со всеми этими бумагами.

Здание храма было видно издалека. В отличие от остального города, чьи дома преимущественно были построены в низине, вдоль реки, он высился на склоне холма, окружённый небольшим садом. Во всей Миралине было всего несколько домов, располагавшихся на возвышенностях, и все они принадлежали сильнейшим магам. Но между ними и храмом была одна существенная разница. Хозяева этих богатых поместий уж точно не поднимались к себе домой пешком, тогда, как в храм ходили часто и, как правило, люди далеко не Одарённые.

Однажды Эмилия стала свидетелем спора на тему того что Жрецы специально располагают свои «столпы» в не самых легкодоступных местах, чтобы к ним обращались лишь те, кому это действительно нужно. Противоположное мнение гласило, что Орден наоборот намеренно делает свои храмы похожими на маяк. Чтобы те, кто нуждаются в их помощи, без труда могли найти к ним дорогу.

Вообще представителей Ордена гораздо чаще можно было встретить в городе, на улицах, в детских домах и больницах так что, по мнению Эмилии, эта теория была не совсем верна. Хотя исключать того, что они предпочитали, чтобы столпы равновесия оставались в уединении, тоже было нельзя.

Жрецы и Жрицы Ордена называли себя Семьёй. Это даже было отражено в их иерархии. Более высокопоставленных членов называли Дядями и Тётями, Бабушками и Дедушками. На самой вершине были Прамать и Праотец. Тех, кто ниже называли Сынками и Дочками, Племянниками и, конечно же, Внуками и Правнуками. При этом они, конечно же, не являлись друг другу кровными родственниками, хотя Орден не запрещал ими становиться.

Их основной «религией» было Равновесие. Они учили, что каждый человек может «уравновесить» свою жизнь и если что-то складывается в вашей жизни не так, значит «идёт перекос в какую-либо сторону». Храмы, в которых они обитали, выглядели, как очень высокие башни и назывались Столпы Равновесия. В народе Жрецов чаще называли «Кошками». Никто в точности не мог сказать откуда пришло это прозвище, однако в любом из их храмов можно было найти хотя бы одно это животное. Помимо веры в Великую Магию среди Одарённых, именно Орден был наиболее распространённой «религией» в Ста Мирах.

За такую популярность они могли сказать спасибо своей школе магии. Так как она приобрела огромное значение для межмирового сообщества. Именно представители этой школы умели наносить особые голубые символы на различные предметы, но в особенности на людей. Так специальный знак за ухом позволял человеку понимать иностранные языки, ещё несколько символов на теле могли защитить от некоторых распространённых болезней. А с тех пор, как «дорога» начала покорять просторы Ста миров их услуги стали вообще нарасхват

Одарённых из Ордена можно было легко узнать по своеобразной сети голубых символов, которыми были покрыты их руки от запястья до плеча. Также они указывали на ранг Жреца, так как появление этого узора происходило постепенно. У новичков он был только на запястье, потом подбирался к локтям, и дальше уже к плечам. Говорили, что у высших рангов символы есть даже на шее. Самые опытные жрецы Ордена умели создавать «Столпы Равновесия». Особое заклинание, которое со стороны выглядело, как человек, сидящий на полу в окружении листов бумаги, висящих прямо в воздухе и порой уходящих высоко-высоко вверх. Для этого им как раз и нужны были храмы в виде башен. Листы эти также были исписаны голубыми символами. Говорили, что находясь внутри этого заклинания, Жрец или Жрица могли чувствовать Великое Равновесие и даже предсказывать будущее.

В любом случае подниматься в Храм предстояло пешком. Во-первых, чтобы не вредить своему образу небогатой музыкантки, а во-вторых, чтобы продемонстрировать местным, что дело для неё настолько важное, что она не поленилась взобраться на холм. Однако был в этом плане один большой минус – её здоровье. Эмилия уже предвидела, что в конце восхождения ощутит неизменное головокружение и тошнотворный привкус крови во рту.

Порой она задавалось вопросом, каково это ощущать себя полностью здоровым человекам? Как это жить и не знать постоянной слабости? Чего можно достигнуть, зная, что твой организм тебя не подведёт? Но все эти размышления всегда носили чисто философский характер. Эмилия никогда не испытывала злости по поводу своего состояния. Возможно, потому что ей не с чем было сравнивать. Она стала такой в очень раннем детстве и выросла с этим как с неизбежной данностью. Когда-то давно тётушка научила её играть в карты и с тех пор она сравнивала с ними свой недуг. Ты просто берёшь то, что сдала тебе Жизнь и пытаешься сыграть свою лучшую игру.

Эмилия закинула голову назад, разглядывая многочисленные ступени, ведущие к храму. Они были не крутыми и скорее напоминали мощёную дорожку, чем полноценную лестницу. Эмилия поздравила себя со здравым решением не брать с собой скрипку. Сам по себе футляр с ней был не особо тяжёлым, однако после такого восхождения он, скорее всего, показался бы неподъёмным. Девушка вдруг поняла, что пытается оттянуть неизбежное и вот уже пять минут топчется у подножия холма. Решительно тряхнув головой, Моль сделала глубокий вздох и начала своё восхождение.

– Маэстра Кинстон, это Вы? – внезапно услышала она за своей спиной знакомый голос. Оглянувшись, Эмилия увидела у дороги новомодный автомобиль за рулем, которого сидела девушка в шляпке и с яркими хорошо очерченными губами. Моль тут же узнала её. Это была Мириам – популярная в этом сезоне певица, с которой она работала.

– Здравствуйте, Маэстра Контареста.

– Только не говорите мне, что Вы собрались преодолеть весь этот подъём пешком, – она говорила очень быстро и часто улыбалась.

– К сожалению это так, – пожала плечами Эмилия.

– Пожалейте свои ноги. Запрыгивайте ко мне, я Вас подвезу.

Моль окинула автомобиль взглядом. Ей уже доводилось ездить на этом достижении технического прогресса, но никогда прежде за рулём не было женщины.

– Вы же не боитесь автомобилей, Эмилия?

– Нет, нет, – заверила её девушка и поспешила устроиться на сидении рядом с водителем. – Спасибо Вам большое. А то я уж думала, что мне снова придётся маяться головокружением до конца дня.

– Да? Почему?

– У меня с детства слабое здоровье. Подобные восхождения не для меня.

Автомобиль свернул на дорогу, уходящую на холм, и они поехали по довольно крутому серпантину. Мириам вела очень уверено и на взгляд Эмилии даже чересчур быстро.

– И что же тогда Вас заставило всё же решиться на это?

– Мне нужно поговорить с Жрецами про моего друга?

– Про Кристиана? Не удивляйтесь моей осведомлённости, – добавила Мириам, опередив её вопрос. – Музыкальное сообщество в городе не настолько обширное чтобы самоубийство прошло незамеченным.

– Да, Вы правы, – кивнула Эмилия. – Я хотела узнать, с каким магистром работал маэстро Джесперро над своими скрипками.

– Ну да, с этим они, наверное, смогут помочь. Я слышала, Вы ищете его родственников.

– Как быстро расходятся слухи…, – пробормотала Эмилия.

– Ваша подруга просто не в состоянии была удержать это в себе, – криво улыбнулась певица.

Эмилия в принципе ожидала чего-то подобного. Роззита имела удивительную способность разносить информацию со скоростью телепортации.

– А это правда, что Вы обнаружили тело Кристиана вместе с магистром Ормандо? – Мириам попыталась задать этот вопрос непринуждённо, но Моль почувствовала в нем неподдельный интерес.

– Да, это так. А также, если Вас интересует, встречаюсь ли я с ним, то нет, не встречаюсь.

Мириам заливисто рассмеялась.

– Да, не повезло Вам! Теперь каждая вторая девушка в этом городе будет косо смотреть на Вас. Но не волнуйтесь это ненадолго. Все знают, что Чезаре не строит серьёзных отношений. Хотя, надо признаться, что я ещё ни разу не встречала девушку, которая была бы на него обижена. Он умудряется расставаться со всеми миром.

– А Вы знакомы с магистром Ормандо?

– Конечно. А также, если Вас интересует, встречалась ли я с ним, то да, встречалась, – певица произнесла это без какого-либо стеснения и даже с задором. У неё вообще была такая манера говорить с неизменной полуулыбкой или насмешливо прищуренными глазами. Порой это сбивало Эмилию с толку, и она не могла определить шутит её собеседница или говорит серьёзно.

– Ну и как Вы находите нашего Чезаре? – подмигнула Мириам. – Уверена Вы не станете отрицать, что он в отличие от многих представителей высшего магического сословия практически не проявляет какого-либо высокомерия по отношению к Неодарённым. Надо сказать это-то и зацепило меня в нём при нашем знакомстве. Как Вы считаете?

– Я очень мало общалась с магистром Ормандо. Не уверена, что могу составить верное о нём представление, – Эмилия старалась выбирать как можно более нейтральные выражения, чтобы не обидеть собеседницу. Было очевидно, что Чезаре ей нравится, не смотря на то, что они расстались. И хотя разговор о нём её тяготил, она решила поддержать эту тему ещё немного хотя бы из вежливости.

– Однако, разве это не удивительно? Откуда у высшего мага могут быть такие взгляды?

– Ой, да Вы зрите прямо в корень! – снова хитро прищурилась Мириам. – Полагаю всё дело в его матушке. Она была не самым сильным магом и, насколько я слышала, очень интересовалась всяческими техническими разработками. К сожалению, она умерла, когда Чезаре был ещё ребёнком. Какая-то болезнь.

– Я думаю, тут имеет место влияние обоих родителей, – подкинула Моль ещё пищи для рассуждений. Сама девушка не любила обсуждать людей за их спинами поэтому, если её втягивали в подобный разговор, часто ограничивалась лишь общими фразами.

– Да, наверное, Вы правы. Если его отец решился на подобный мезальянс, то это не могло не повлиять на сына.

Тем временем дорога вывела их наверх к воротам храма. Они были широко распахнуты, но Мириам резко затормозила прямо перед ними.

– Спасибо огромное, – совершенно искренне сказала Эмилия. – Вы меня ужасно выручили.

– Да, всегда пожалуйста. К тому же я давно собиралась проверить сможет ли моя красавица осилить этот подъём, – она с довольным видом провела ладонью по рулю. – И она справилась! Умничка! Что же, желаю Вам удачи в Ваших поисках.

– Спасибо, – кивнула Эмилия, и они расстались.

Вокруг Храма был разбит сад, в котором сейчас убирали некоторые побитые морозом цветы. Деревья и кустарники «горели» яркими осенними красками, создавая неповторимую атмосферу. Здесь так же, как и по всему городу были видны украшения к Фестивалю. Над дорожками висели гирлянды из флажков, цветов и листьев. Повсюду в воздухе парили магические осветительные шары. Некоторые из них были помещены внутрь разноцветных бумажных абажюров с вырезанными на них узорами. После захода солнца все они создавали праздничное освещение. От ворот шла мощёная неширокая дорога прямо к основанию Столпа и ещё с десяток маленьких каменистых тропок разбегались в разные стороны. Среди деревьев можно было разглядеть небольшие беседки и домики. Сам Столп Равновесия отсюда выглядел ещё более внушительно. Он стрелой уходил высоко вверх, однако благодаря светлым стенам совершенно не подавлял окружающее пространство. В основании вокруг него было расположено множество строений поменьше, где обычно и принимали посетителей. Так же в честь Фестиваля здесь выставили столы, на которых стояли угощения для всех желающих. Сейчас посетителей было ещё не очень много, а вот к вечеру наверняка соберётся целая толпа.

Поймав за рукав одного из «младших» работавших в саду, Эмилия спросила, где может узнать информацию о магистре, который работает над футлярами для скрипок.

– Это надо спросить у Дяди Пьетро. Он обучает Одарённых Знакам, – парнишка указал ей на одно из зданий, а потом даже вызвался проводить. Громко постучав в дверь небольшой пристройки с двускатной крышей и полукруглыми окнами, младший жрец решительно толкнул её и вошёл. Эмилия ожидала увидеть внутри что-то на подобие классной комнаты, но ошиблась. Здесь была обстановка схожая скорее с мастерской художника вместе с небольшим кафе. Повсюду были расставлены круглые столы, на которых стояло сразу по несколько карандашниц. За некоторыми из них сидело несколько людей совершенно разного возраста. Все они старательно выводили что-то на небольших дощечках. Однако в сей учебный процесс явно не вписывались стоящие здесь же на столах чашки с чаем, а также пирожные и печенья. Дядей Пьетро оказался высокий мужчина с небольшой аккуратной бородкой, уже тронутой сединой, темными воломаси и глубоко посаженными чёрными лазами. Голубые знаки, покрывавшие его руки, доходили почти до середины плеча. Уходя из храма, Жрецы часто скрывали свои символы под белыми свободными рукавами. И для внешнего мира все представители Ордена выглядели примерно одинаково. Однако среди своих они часто ходили с открытыми руками. Эмилия внутренне вздрогнула при виде этого. Она, как вечно мёрзнущее существо, не могла представить, что может так одеться в конце осени. Повернувшись к вошедшим посетителям, «дядя» Пьетро ничего не сказал, а лишь удивлённо приподнял брови.

– Госпожа разыскивает мастера, который ставит знаки на музыкальные инструменты, – пояснил проводник Эмилии.

Учитель закатил глаза и менторским тоном сказал:

– Сколько можно повторять?! Мы не «ставим знаки», а занимаемся Наложением. Мы накладываем защиту или мы накладываем охрану и тому подобное

– А слежку мы тоже накладываем?

– Не паясничай. Отправляйся по своим делам, – строго сказал старший жрец и, повернувшись к Эмилии, продолжил. – А Вас я прошу следовать за мной.

Он прошёл вглубь комнаты, где находился небольшой закуток, отгороженный от остального пространства полкой, заставленной всевозможными предметами, комнатными растениями и самыми разнообразными кружками. Здесь же топилась небольшая печка, на которой грелся чайник.

– Не хотите чаю? – предложил учитель пробираясь к стоявшему в углу письменному столу. – Возьмите себе любую чашку, там на полке. Они все чистые.

Девушка осмотрела ряды кружек и выбрала небольшую чайную пару тёмного цвета.

– Хм, какой интересный выбор, – прокомментировал «дядя» Пьетро. – Иногда о человеке многое говорит, то из какой посуды он предпочитает есть и пить.

– Правда?

– Ну, согласитесь, что Вы сможете себе примерно представить владельцев белой тонкой фарфоровой пары и, скажем, железной кружки.

– Да, действительно, – кивнула Эмилия. – Ну, а что же мой выбор говорит обо мне?

Жрец медленно окинул её взглядом и сказал:

– Что Вы не так просты, как кажетесь.

Эмилия слегка наклонила голову вбок и спросила:

– А что если я просто взяла то, что стояло с краю?

– И так тоже может быть, – улыбнулся учитель и налил им обоим чаю. Сам он выбрал продолговатую глиняную кружку с тремя горизонтальными линиями.

Они устроились за ближайшим свободным столом, и он раскрыл картонную папку с документами, которую взял на письменном столе.

– Так кто Вас конкретно интересует?

– Я разыскиваю магистра, который работал с моим другом. К сожалению, я даже не знаю его имени. Мне известно только, что он… накладывал охрану на скрипки и футляры для них.

– Ну, что ж это уже не мало. Давайте посмотрим, что у нас тут есть…

В папке учителя оказались списки магистров прошедших обучение в Храме. Также там указывалась их примерная последующая специализация и уровень магии. И здесь девушка столкнулась с крайне неприятным сюрпризом – никакой специальной классификации в этих записях не существовало. Нужно было просматривать буквально каждого бывшего ученика, выискивая необходимую информацию. В первый момент Эмилию ужаснул объём предстоящей работы. Девушка мысленно досчитала до десяти и глубоко вздохнула, попытавшись смириться с тем, что ей предстоит провести здесь не один час. Ей вспомнился мастер Шульц с его спокойной дотошностью. Вот уж у кого бы не возникло проблем с этим заданием. Взяв куратора за пример для подражания, Моль безропотно принялась просматривать списки. Занятие это оказалось очень монотонным и скучным. Чтобы хоть как-то ускорить этот процесс Эмилия сразу переходила к строке с профессией, однако, в какой-то момент она краем глаза зацепилась за знакомое имя.

Магистр Чезаре Анирис Ормандо.

Девушка удивлённо моргнула, совершенно не ожидая увидеть его здесь. Зачем столь сильному магу изучать приёмы другой Школы, где его уровень силы, в сущности, не имеет никакого значения. К тому же многие магистры, как правило, недолюбливали Храмовую магию. Они считали её слишком медленной.

Будучи племянницей боевого мага, а также неся «серую» службу среди именитых магистров, Моль более или менее сносно разбиралась в правилах и законах магических Школ. Тогда как подавляющее большинство Неодарённых не утруждало себя заботой вникать в подобные детали. К примеру, её подруги Анабель и Роззита относились к магической стороне жизни с очень утилитарным подходом. Это нужно для этого, а это работает вот так – вот и все их знания. Хотя, справедливости ради, стоило отметить, что и к достижениям технического прогресса отношение было точно таким же. Никто не пытался понять, как устроен автомобиль внутри. Он может ездить, и это всё, что нужно знать.

Также и со Школами. Все знали, что сильные Одарённые не занимаются Храмовой магией, а некоторые даже недолюбливают Жрецов. Но практически никто из Неодарённых не стремился разобраться, почему это так и в чём же разница. В обоих направлениях необходимо было долго учиться, чтобы достичь мастерства. Но если Магам на начальных этапах приходилось сдерживать рвущуюся из них магическую энергию, то Жрецам первым делом преподавали уроки терпения и объясняли, что для достижения хоть каких-то результатов нужно потратить немало времени. Маги творили заклинания только лишь силой голоса, движения или просто мысли, тогда как Жрецам предстояло сначала раздобыть себе инструмент, которым они смогут записывать Знаки. Его обычно называли «перо», но часто он было совершенно разных форм. У кого-то это мог быть обычный карандаш, у кого-то кисть, а иногда это могла быть вообще какая-нибудь совершенно обыкновенная палочка. Каждое «перо» в какой-то мере отражало характер своего владельца. Эмилия не раз видела как, члены «семьи» доставали свои инструменты буквально из воздуха, а потом, стоило им разжать руку, они тут же исчезали. Также немаловажную роль в восприятии этих двух Школ играл некий негласный статус в обществе. Маги были высшим классом и их услуги стоили дорого. Тогда как именно к Жрецам обычно обращалась бедная прослойка населения. Они защищали людей от болезней, ставили «переводчика» за ухо детям из разных миров ну и, конечно же, делали все те мелкие бытовые вещи, которые люди даже не замечали в повседневной жизни. Как те же охранные заклинания на футляре скрипки или карточки для передачи сообщений. Поскольку объём подобной работы был далеко не маленьким, Жрецы с ним не справлялись, и поэтому было принято решение давать узкие специализации не членам Семьи. Жрецы обратились к Одарённым с низким магическим уровнем и предложили им пройти обучение. Подобные навыки давали мелким магам дополнительные источники дохода и повышали их статус в обществе. Однако полноценными Жрецами они всё-таки не становились поскольку так и не получали своё перо. Для работы им просто выдавали особые голубые чернила, которые создавали небольшие заклинания на базовом уровне. Таким же образом заполучили себе особых специалистов и «серые». Именно незначительная сила производимых ими амулетов позволяла избегать пристального внимания со стороны магов и создателей охранных щитов. Эмилия иногда думала, что, наверное, только избранные «серые» знают личность магистра способного произвести артефакт невидимости и уж точно его охраняют не хуже князя.

В строке специализации у магистра Ормандо значилось – техническое оснащение. Это означало, что голубые символы улучшали работу некой техники. Эмилия не могла даже представить, зачем ему могло понадобиться подобное умение. На водопаде он ни разу не упоминал ничего подобного. Она только открыла рот, чтобы спросить об этом у Жреца, но тут же передумала. О них с Чезаре и так уже ходило слишком много разных слухов. Меньше всего ей хотелось бы усугублять эту ситуацию.

Спустя два часа и три чашки чая Эмилия обзавелась списком из десяти потенциальных партнёров скрипача. «Дядя» Пьетро любезно снабдил её, как адресами их мастерских, так и домашними. В процессе общения с ним она выяснила, что, как правило, объявления о таких услугах магистры дают в газету. Но также он добавил, что там часто попадаются мошенники, которые обманывают ничего не смыслящих в магии людей. И поэтому она правильно сделала, что пришла прямо в Храм.

– Вообще, если бы Вы принесли образец работы магистра, то я мог бы более точно назвать Вам его имя.

– Это так легко определить? – удивилась Эмилия.

– Не легко, но возможно, – поправил учитель.

– Что ж, увы. Я бы принесла Вам скрипку завтра, но боюсь, что во второй раз мне не повезёт встретить мою подругу.

– Какая интересная у Вас подруга, – во взгляде жреца мелькнуло любопытство. Эмилия сделала вывод, что появление здесь автомобиля не прошло незамеченным ни для кого. Это было некстати, ведь она опять угодила в центр внимания.

– Она певица, – пояснила девушка.

– Ну, что же это многое объясняет. Если хотите мы можем встретиться в городе.

В конце концов, девушка поблагодарила его за помощь и отправилась домой. Только в этот раз она всё же решила воспользоваться беседкой для телепортаций и не испытывать своё здоровье на прочность. К тому же это позволяло значительно сберечь время. Она в очередной раз порадовалась, что встретила Мириам, так как всё то время, что она запланировала на подъём ей удалось потратить с большей пользой. И теперь у неё осталось достаточно времени, чтобы проверить хотя бы одну из полученных зацепок. Пробежав глазами список адресов, Эмилия попыталась прикинуть какой из них ей будет проще всего навестить, прежде чем отправляться в пансионат. Дело усложнялось тем, что она всё ещё не достаточно хорошо знала город. В итоге ей всё-таки удалось сориентироваться и наметить место работы одного из магистров из списка.

Однако только увидев вывеску его мастерской, Моль поняла что, скорее всего это не то, что ей нужно. Лежащие в витрине изделия сразу говорили о том, что здешние мастера нацелены на обеспеченных граждан. Выставленные на всеобщее обозрение примеры были не только защищены голубыми символами, но также разнообразно украшены, как магическим, так и вполне традиционными способами вроде драгоценных камней и металлов. Даже чисто внешне они сильно отличались от тех инструментов, что девушка видела у Кристиана дома.

Однако, не смотря на свою догадку, Эмилия решила удостовериться в этом и, не теряя времени, зашла внутрь. Как она и ожидала, здесь ей высокомерно сообщили, что никогда не работали ни с маэстро Джесперро и ничего не знают о его напарнике. Дальнейшие поиски Моль решила отложить на завтра и поспешила в пансионат.

Глава 3

Весь следующий день Эмилия посвятила проверке списка составленного в Храме. Ещё когда она хотела продолжать поиски на Водопаде, Моль отклонила все предложения о работе на следующие пару дней. И теперь благодаря этому она могла спокойно посвятить свое время расследованию. Девушка захватила с собой только футляр из-под скрипки, чтобы показать его кому-нибудь из магистров. Возможно, они узнают, чья конкретно это работа. Эмилия решила, что знаки не обязательно смотреть на самой скрипке, а без инструмента весь день носить футляр будет гораздо легче.

В городе был разгар Фестиваля и многие из магистров отсутствовали на рабочем месте, отчего приходилось проверять их домашние адреса тоже. Она добралась уже до восьмой строчки своего списка, но пока что все опрошенные ею маги никогда не работали с Маэстро Джесперро.

Сейчас она шла по оживлённой улице, на которой гуляли нарядные горожане, наслаждавшиеся праздниками. Слышались смех и музыка, а из многочисленных кофеен соблазнительно пахло разными вкусностями. В честь осеннего праздника основным угощением были всевозможные пироги с тыквой, яблоками и ягодами. Но Эмилия не обращала на них практически никакого внимания, высматривая среди многочисленных кронштейнов и вывесок обозначение адреса. Наконец она увидела нужную ей табличку, которая располагалась рядом с аркой. Зайдя в неё, девушка, словно сразу попала в совершенно другой город. Здесь было гораздо тише, не сновали толпы людей, да и сами дома выглядели куда проще. Пойдя чуть глубже, она продолжила высматривать обозначения на дверях. На скамейке возле нужного входа сидел пожилой мужчина с пышными усами, попыхивая курительной трубкой.

– Добрый день, – вежливо кивнула Эмилия. – Не подскажете, здесь находится мастерская магистра Сальви?

– Здесь, здесь, – кивнул он. – Вот только его сейчас нет.

Мужчина оказался хозяином дома, он указал ей путь к комнате, которую снимал маг и сказал, что иногда из-за запоев мастер может не появляться по несколько дней, но в итоге всё же разрешил подождать его на месте.

Зайдя в маленькую, ужасно захламлённую мастерскую, Эмилия в первый момент усомнилась, что это то, что ей нужно. Внимательно приглядевшись к вещам, завалившим все имеющиеся горизонтальные поверхности, она разочарованно поняла, что среди них нет ничего хоть как-то связанного с музыкальными инструментами. Но почему тогда его имя оказалось в списке? Может он не выдержал конкуренции с остальными мастерами?

И вообще на многих предметах лежал такой толстый слой пыли, словно ими не пользовались, как минимум, полгода. Однако хозяин дома утверждал, что, не смотря на загулы, магистр постоянно работает здесь. Но тогда, что же он делал тут, если не пользовался своими материалами? Девушка уже сталкивалась с такими случаями сегодня, когда мастера, значившиеся в её списке, не работали по своей специализации. Кто-то перешёл от скрипок к другим инструментам, а кто-то и вовсе нашёл себя в области совершенно далёкой от музыки. Может быть мастер Сальви один из таких?

Эмилия уже решила уйти, чтобы не терять зря времени. Но в последний момент что-то её остановило. Нечто очень знакомое, что напрямую ассоциировалось у неё с Кристианом. Догадка была где-то совсем рядом, буквально вертелась на кончике языка. Но, как всегда бывает в такие моменты, она постоянно ускользала, угрожая и вовсе исчезнуть.

Девушка развернулась и вновь, уже более внимательно, оглядела мастерскую. Может это какие-то инструменты, которые она видела у Кристиана? Книги? Бумаги? Может… вид из окна? Моль почувствовала себя немного глупо. Всё это было не то.

Она точно знала, что была в этом месте впервые, а значит, это знакомое чувство было явно связано не с тем, что она увидела. Тогда Эмилия прекратила лихорадочно обшаривать взглядом комнату, закрыла глаза и глубоко вздохнула. Ей понадобилось ещё некоторое время, чтобы успокоиться и отстраниться от этого конкретного места, которое мешало ей ухватить за «хвост» ускользающее воспоминание. И это сработало. Не прошло и пары секунд, как догадка плавно и грациозно открылась ей. Моль даже улыбнулась тому, насколько всё было просто.

В мастерской не сильно, но достаточно отчётливо пахло канифолью.

Это означало, что хозяин мастерской действительно работал здесь со скрипками. Вот только где они теперь? И где сам мастер? Ответ на второй вопрос мог быть весьма прост. Скорее всего, снова запил.

Терять драгоценное время в этой захламлённой каморке не имело смысла. Кроме запаха от скрипок тут ничего не осталось, а сам магистр мог появиться как через час, так и через неделю. Следовало решить, что делать дальше. Либо проверить оставшихся мастеров из списка, либо разузнать о господине Сальви побольше. Она направилась к выходу, где снова нашла хозяина дома.

– Что же Вы, решили не дожидаться мастера? – пробасил он.

– К сожалению, у меня не так много времени. А Вы не подскажете, когда он точно бывает на месте?

– Дайте-ка подумать… Эй, да вот же он! – домовладелец радостно указал трубкой в направлении улицы.

Эмилия оглянулась. Мимо переулка, в котором они находились по тротуару медленно шёл невзрачный мужичок. Он нёс в опущенной руке открытую бутылку, что подтверждало предположение об очередном запое. Девушка окликнула его, но из-за гвалта, царившего на дороге он, скорее всего её не расслышал. Моль быстро кивнула хозяину дома и поспешила за удаляющимся мастером. Она надеялась, что успеет нагнать его, прежде, чем он затеряется в толпе.

Выскочив на улицу, Эмилия довольно быстро нашла глазами его фигуру и, вскинув руку ещё раз, позвала:

– Мастер Сальви, подождите.

Мужичок остановился и оглянулся. Все его движения были какие-то ленивые. Однако увидев её, он повёл себя очень странно. Маг вдруг чего-то испугался, попятился, а потом и вовсе бросился бежать.

Эмилия мысленно застонала и выругалась. Однако, не теряя ни секунды, подхватив одной рукой юбку, отправилась в погоню. Мысленно она уже прекрасно представила себе куратора, который высказывает ей за то, что она лезет не в своё дело. Ведь Моль, не была в полной мере полевым агентом. Её задачей всегда было лишь смотреть и слушать. И всё. Когда же девушка спрашивала, что ей делать в подобной ситуации, мастер Шульц спокойно отвечал – «Ничего». Он указывал, что это не её забота. Ловить, кого бы то ни было, должны были специально обученные люди. А в обязанности агента Моль входило лишь только указать на того, кого по её наблюдениям следовало ловить. И в принципе Эмилия была согласна с ним. В конце концов, её здоровье не позволяло ей нести службу полноценного агента. Однако сейчас по её мнению был совершенно другой случай. Сейчас она сама вела расследование и, кажется, наконец-то сумела нащупать хоть какую-то ниточку.

К счастью мастер Сальви оказался не таким быстрым, как мальчишка попытавшийся украсть у неё скрипку. Видимо разгульный образ жизни сказался на его способности быстро бегать. Это дало девушке возможность вполне успешно его преследовать, не теряя из виду. Через несколько домов он свернул в неприметную с виду подворотню. Эмилия последовала туда же, однако уже после нескольких поворотов поняла, что это не самая безопасная часть города. Тёмные арки, ниши и лестницы, ведущие на вторые этажи, создавали массу возможностей для засады грабителей.

В итоге девушка ни сколько не удивилась, когда через пару поворотов совсем потеряла свой объект. Пройдя ещё несколько шагов, она остановилась и прислонилась к стене, тяжело дыша. Головокружение не заставило себя ждать. Но спокойно перевести дух не получилось. Уже через несколько секунд агент Моль услышала долгий оглушительный свист и чей-то ломающийся мальчишеский голос возвестил:

– Вы только посмотрите, кого к нам занесло!

– Какая крошка!

На крыше старого покосившегося сарая сидела групка мальчишек подросткового возраста. Все они были одеты в серую, едва ли когда-то стираную одежду, часто гораздо большего, чем нужно размера. Обыкновенная шпана, какая бывает в любом городе. Но эти всё же немного отличались. Пальцы на руках и верхняя половина лица у них были чёрные, словно вымазанные в саже.

Эмилия поняла, что вляпалась. Это были Кочегары. Сунув руку в карман, она быстро схватила Браслет. Однако к её ужасу телепортатор не сработал. Этого просто не могло быть! Она попробовала ещё пару раз – результат тот же. Это была западня! Ничуть не смущаясь, Моль резко развернулась и из всех оставшихся сил, побежала в обратную сторону. Вслед ей понеслось улюлюканье и свист. Но не только. В стену возле неё врезался камень, второй пролетел совсем рядом с головой, и уже третий угодил ей прямо посередине спины. Девушка вскрикнула, но в последний момент успела свернуть в подворотню, скрываясь от глаз банды. Здесь она упала на одно колено и снова попыталась перенестись. Но и сейчас Браслет отказывался работать. Позади уже слышался топот преследователей. Тогда Моль быстро активировала «невидимку», встала и вжалась в стену. В следующую секунду из-за поворота выскочили трое парней, и промчались мимо неё. Однако лишь добежав до середины переулка, остановились.

– Эй! Куда она подевалась?! – возмущённо воскликнул один из них.

– Понятия не имею! – ответил второй.

– Может она «сверканула»? – предположил третий.

– Штыб не гони! Никто не может «сверкануть» из «трубы»! Чердак говорил это невозможно! – первый мальчишка был младше всех, и у него ещё не сломался голос.

– Гоглы протри! Ты её видишь?! Я нет! – третий «кочегар» раздражённо пнул, валявшийся на земле камень. – Всегда знал, что этот маг нас кинет!

– Но раньше «труба» работала!

– А теперь вот не сработала!

– Но Чердак говорил…, – насупившись, начал мелкий, но его перебил второй член банды.

– Затухли оба! – гаркнул он на них. – Пойдёмте лучше спросим у этого куска шлака от кого это он так резво улепётывал. И зачем привёл к нам?

Из этой перепалки Эмилия поняла, что, скорее всего в переулке работает некое заклинание, которое не позволяет там телепортироваться. На «серой службе» ей приходилось несколько раз слышать о таких ловушках. Однако, как правило, таким промышляли довольно крупные бандиты. По словам мастера Шульца, «Кочегары» были всего лишь шпаной, способной разве что шарить по карманам зевак на площади. А подобные засады говорили уже о куда более сложной организации банды.

Девушка стала потихоньку продвигаться к другому концу длинного переулка, который видимо мальчишки и называли «трубой». При движении появилась резкая боль в спине, в том месте, куда угодил камень, и голова сильно закружилась. Это заставило её остановиться и приложить все усилия, чтобы не застонать. К счастью спустя пару секунд мир вокруг перестал так тошнотворно вращаться, и она смогла сосредоточиться.

Тем временем парни неторопливо шли в обратном направлении, дежурно переругиваясь и обсуждая всякие пустяки. Они явно не торопились возвращаться к тому сараю и рассказывать своим подельникам, что добыча ускользнула от них. Когда бандиты проходили мимо неё, Эмилия даже перестала дышать, боясь случайно выдать себя. Боль в спине немного утихла и Моль уже собиралась помаленьку двигаться, когда одна фраза из разговора шпаны привлекла её внимание.

– А то будет с тобой то же самое, что со скрипачом! – это был тот третий, что спорил с самым младшим. Они и сейчас продолжали подначивать друг друга, явно желая оставить последнее слово за собой.

– А что с ним? – не понял мелкий.

– Грохнули его! – победоносно ухмыльнулся его оппонент.

– Как?! За что это?!

– Не твоё дело! Было за что!

– Да, ты и сам не знаешь!

– Да, я-то знаю!

– Не знаешь!

Они явно говорили об убийстве Кристиана. Это не могло быть совпадением. Всё же скрипач не такая распространённая профессия. Но откуда они могли его знать? Вряд ли это было их рук дело. Убийство это уже как-то слишком серьёзно для малолеток. Хотя иногда и они переступают эту черту.

Это поражало Эмилию всякий раз. На серой службе она уже не раз имела возможность наблюдать за такой шпаной. Шедшие по переулку парни, по сути, были ещё детьми. Подобные глупые пререкания она не раз слышала среди пятнадцатилетних первогодок Академии. Но именно эти «дети» пять минут назад были готовы ограбить беззащитную девушку в переулке. А сейчас этот ломающийся голос спокойно рассуждал об убийстве. Возможно, они просто бахвалились друг перед другом, а может своим малолетним мозгом не понимали всей серьёзности того о чём говорили. Как правило, эти мальчишки очень часто не осознают, что отвечать за камень, брошенный в спину человека, будут, как взрослые. Моль доводилось видеть, как оказавшись в полицейском участке и наконец, столкнувшись с суровой неотвратимостью наказания, они начинают лить крупные «детские» слёзы.

Эмилии очень хотелось последовать за шпаной, но она понимала, что её слабое здоровье может в очередной раз подвести её. Но и не дослушать этот разговор девушка не могла. Особенно теперь, когда в этом деле наметился хоть какой-то прогресс.

Сцепив зубы, Моль медленно последовала за парнями. Она старалась не делать резких движений, чтобы не потревожить свою спину. Девушка подозревала, что слишком сильная вспышка боли может довести её немощный организм до обморока и это было бы совсем не желательно. Подобная, даже самая призрачная, возможность всегда вставала непреодолимой преградой для её более активного участия в каких-либо расследованиях.

Тем временем шпана продолжала переругиваться:

– Ну, докажи! – продолжал подначивать мелкий.

– Щас, разбежался!

– Ну, значит, ни шиша ты не знаешь!

– Да пошёл ты!

– Ага! Точно не знаешь!

– Да, я сам слышал, как Пепел говорил про это!

– Пепел?! Брехня! И что же он говорил?

– Он сказал, что Старый решил дело со скрипачём! И что он теперь не наша забота!

Эмилии пришлось остановиться, так как голова кружилась всё сильнее. А парни пошли дальше.

– А ты его видел? – в голосе мальчишки сквозил неподдельный интерес.

– Кого? Старого? Нет, конечно! Он только с Пеплом общается.

В глазах у Эмилии потемнело и заломило в висках. Она присела на корточки, пытаясь не упасть. К горлу подкатила тошнота. Моль сидела и слышала, как голоса парней становятся всё дальше и дальше. А всё на что она была способна это удерживать себя от обморока. Она готова была расплакаться от бессилия. Через некоторое время стало немного полегче, однако девушка поняла, что продолжать преследовать Кочегаров просто не в состоянии. Они уже ушли слишком далеко, и попытаться догнать их, для неё не было никакой возможности. Вскоре они и вовсе скрылись за поворотом.

Моль посидела ещё немного, а потом встала и очень медленно направилась в обратном направлении. Так продвигаясь по улице, Эмилия поминутно проверяла телепортатор. Она уже точно знала, что отправиться не в пансионат и даже не в отель . Необходимо было позаботиться об ушибе на спине, и Моль чётко понимала, что сама не сможет с этим справиться и ей потребуется помощь.

– Мне кажется, мы уже обсуждали этот вопрос, – мастер Шульц выразил своё недовольство тем, что сжал губы в тонкую линию и скрестил руки на груди. – Вы не полевой агент и, скорее всего, никогда им не станете.

Как обычно не став ходить вокруг да около, он чётко и прямолинейно высказал своё мнение, как только Моль закончила докладывать о ситуации. У них давно была разработана схема того, как Эмилия могла связаться со своим куратором, если появится такая необходимость. При приезде на новое место мастер Шульц всегда передавал ей одну половинку маячка. Он вёл в безопасное место, где можно было отсидеться, а в её случае отлежаться. Она также знала, что при появлении Моли в этом месте, куратор через какое-то время узнает об этом и также переместится туда, когда у него появится возможность.

Телепортируясь в это место Эмилия понимала, что ей придётся выслушать нотацию. Также ещё существовал большой риск, что мастер Шульц отстранит её от службы, по меньшей мере, на месяц. Единственное, что могло её спасти так это то, что сейчас она занималась расследованием по личному приказу магистра Эледжи. Однако в итоге у неё не было выбора. Она могла бы, конечно, обратиться в больницу и сказать, что на неё напали, как на случайную жертву. Но даже это могло вызвать ненужное к ней внимание

– Давайте я посмотрю Вашу спину, – мастер Шульц деловито скинул пиджак и начал заворачивать рукава.

Девушка порадовалась, что сегодня была в блузке и юбке и ей не придётся снимать всё платье целиком. Нижнюю рубашку она подтянула к шее таким образом, чтобы открыть спину, но оставить её на груди спереди.

– Ну, что там? – спросила Эмилия. Она сидела на краю кровати и прекрасно видела куратора в напольное зеркало. Он сосредоточенно рассматривал её сквозь голубую «карточку». Вокруг неё вспыхивали такого же цвета символы и надписи. Эти артефакты многие использовали по большей части, как средства связи. Но также их можно было оснастить и другими необходимыми заклинаниями. Хозяйка пансионата, где жила Эмилия использовала «карточку» чтобы проверять охранные щиты, иногда туда помещали изображения людей и ещё много разнообразных особенностей. Сейчас же мастер Шульц мог проверить серьёзность её ранения.

– Обычный ушиб, – кивнул он сам себе. – Я дам Вам специальный амулет для обезболивания, но раз или два в день Вам надо будет его снимать, чтобы убедиться, что Вам не становится хуже. В таком случае я отведу Вас к специалисту.

– Понятно.

В этот момент Эмилия боковым зрением увидела, как в соседнюю комнату кто-то телепортировался. Она удивилась, однако её куратор, словно только этого и ждал.

– Маэстра Анабэль, заходите, – громко сказал он.

Когда в дверях появилась знакомая фигура её подруги, Моль в первый момент даже не поверила своим глазам.

– Анна?

– Маэстра Эртон уже давно служит «серому мундиру», – пояснил мастер Шульц. – Когда Вас завербовали, я специально попросил её «присматривать» за Вами. Теперь же, если Вам потребуется помощь, то Вы сможете обратиться к ней. У неё есть все необходимые навыки полевого агента.

Моль смотрела на свою «подругу» и от изумления не могла вымолвить и слова. Сама Анабэль не проявляла вообще никаких эмоций и лишь иногда слегка кивала словам куратора.

– Что ж, а мне нужно идти.

Мастер Шульц телепортировался и лишь теперь подруга Эмилии позволила себе лёгкую улыбку.

– Знаешь, иногда мне кажется, что он местами слишком уж перестраховывается, – она сняла накидку и бросила её на кровать. – Я уже давно просила его разрешить нам работать вместе, но он каждый раз отвечал, что необходимо выждать ещё немного. Он подозревал, что тебя могли перевербовать. Особенно после случая с тем парнем, который тебя похитил.

Эмилия нахмурилась. Узнать, что куратор ей не доверяет, было крайне неприятно. Моль надеялась, что смогла доказать свою преданность службе. Она окинула взглядом подругу.

Как же так получилось, что она ничего не замечала? Девушка попыталась вспомнить, как они познакомились. В этом не было ничего особо примечательного. Они просто долго работали в одном оркестре и жили в одном месте.

– Ну, что, скажешь что-нибудь? – подняла брови Анабэль.

– Прости… Всё это очень неожиданно…

– Я сочту это за комплимент. Если у тебя не возникло никаких подозрений на мой счёт, значит я неплохой агент, – улыбнулась она. – Ты кстати тоже отлично справляешься. Если бы мастер Шульц не сказал, что тебя завербовали только пять лет назад, я бы ни за что не поверила.

– А ты служишь дольше?

– Гораздо. Я стала агентом уже в двенадцать.

Моль не смогла сдержать удивления:

– Так рано?! Но как же так вышло?

– Ну, мой отец на тот момент тоже был «серым» и ему в голову пришла блестящая мысль, что ребёнка уж точно никто ни в чём не заподозрит, – рассказывая это, Анна закатала рукава и стала аккуратно наносить лечебную мазь на спину Эмилии. – Он же настоял на том, чтобы я училась музыке. Так как это удобное прикрытие. Ну, ты и сама знаешь.

– А что он сейчас думает по поводу твоей службы? Неужели он не раскаивается, что привлёк тебя так рано?

– Не знаю…, – Анабэль замялась. – Дело в том, что он погиб, когда мне было шестнадцать. Так что теперь даже и не спросишь.

– Ох, прости! Сочувствую.

– Ничего страшного. Это было давно. В конце концов, он сам выбрал свой путь и точно знал все риски. Ну, всё. Готово.

Подруга расправила её блузку на спине и Эмилия встала, слегка морщась от боли. Но когда Анна надела ей на шею тонкую цепочку с обезбаливающим амулетом, всё тут же прошло.

– Ну что будешь делать дальше? Продолжишь расследование?

Эмилия вдруг поняла, что ужасно рада тому, что теперь может обсудить свою службу с кем-то кроме куратора. Однако при этом это также было очень странное чувство. Она настолько привыкла держать свои размышления при себе, что теперь ей пришлось буквально заставить себя сказать именно то, что она думает.

– К сожалению, нет. Мне нужно вернуться к работе. На фестивале всегда много предложений и если я надолго пропаду, это скажется на моей репутации.

Анабэль улыбнулась:

– Я тебя прекрасно понимаю.

Как и ожидала Эмилия, оставшиеся праздничные выходные у неё оказались забиты работой. Только в первый день она успела побывать на трёх концертах и одном приёме. Во второй у неё было назначено только одно выступление, но главным его минусом было то, что оно проходило на улице. И, как на зло, накануне ночью очень сильно похолодало. За пару часов представления она основательно продрогла. Ей казалось, что ещё немного и пальцы рук у неё и вовсе перестанут двигаться, ноги же буквально заледенели. Понимая, что подобное испытание не для её слабого здоровья, девушка решила перестраховаться и после концерта отправиться в отель, погреться в ванне. Прощаясь со своими коллегами по окончании мероприятия, она уже предвкушала, как опустит свои замёрзшие ноги в тёплую воду и насладится любимым ритуалом.

Однако, когда Эмилия переместилась в свой номер, её ожидал неприятный сюрприз. В комнате уже были магистры Александр и Чезаре. В первый момент, ещё не разобравшись, кто это, она хотела телепортироваться обратно, но полковник успел предупредить её действие.

– Ах, агент Моль, а вот и Вы! – начальник остановился посреди комнаты. – Дайте мне пару минут, и я введу Вас в курс дела.

Его глаза блеснули золотом, и Моль поняла, что он разговаривает с кем-то, кого видит магическим взглядом. При этом «серый» деловито расхаживал взад вперёд и иногда даже размахивал руками. Однако услышать, что он говорит, было невозможно. Скорее всего его беседу защищал заглушающий артефакт вроде того же «колокольчика».

От неожиданности Эмилия встала на месте, не зная, что сказать. Замёрзшая и уставшая девушка в каком-то ступоре наблюдала, как встав с дивана, к ней направился магистр Ормандо. Вспомнив, при каких обстоятельствах, они в последний раз расстались, Моль захотелось провалиться под землю от стыда. Она всеми силами старалась не смотреть ему в лицо, наблюдая за его действиями периферийным зрением. Чезаре явно ожидал, что она что-нибудь скажет, но девушка молчала. Видя, что Моль никак не реагирует, он, словно с маленького ребёнка снял с неё шарф и, уже расстёгивая пальто, спросил:

– Замёрзла?

Не зная, что сказать, Эмилия лишь медленно кивнула. Все её планы на приятный вечер рушились прямо на глазах, но предъявлять какие-то претензии «серому полковнику» она не решалась, боясь спугнуть возможность продвинуться по службе. К тому же, Моль понимала, что Александр не стал бы вторгаться к ней так внезапно, не имея на то веской причины. Магистр Ормандо повесил её пальто на вешалку и, взяв за руку, провёл в комнату. Потом усадив девушку на диван, он опустился на одно колено и стал расшнуровывать ботинки. При этом магистр Эледжи даже бровью не повёл, продолжая расхаживать по комнате и разглядывая какие-то бумаги у себя в руке.

– А что Вы делаете? – спросила, наконец, Эмилия, пытаясь отобрать у Чезаре ногу. Но внезапно вместо него ответил «серый».

– Я попросил магистра Ормандо согреть Вам ноги. Вы понадобитесь мне сегодня вечером, а учитывая все обстоятельства у Вас сейчас все шансы заболеть.

Она бросила тоскливый взгляд в сторону ванной.

– А что, принимать ванну запретили указом князя?

Уже закончив снимать второй ботинок, Чезаре, не поднимая головы, бросил:

– Тебе нельзя.

Это стало последней каплей. Его непоколебимая уверенность в том, что он знает, что ей можно или нельзя вывели её из себя. И возможно будь Эмилия менее уставшей, ей удалось бы сдержаться. Неожиданно даже для себя девушка резко подтянула ноги и спрятала их под юбкой. Моль сделала это так быстро, что буквально вырвала свои стопы из рук мага. Он поднял на неё удивлённый взгляд.

– Я прекрасно знаю чего мне НЕЛЬЗЯ и в напоминании не нуждаюсь, – её голос был не просто холоден, в нём звенел заиндевевший метал. Она и сама не знала, что может так говорить. Казалось, что этот голос родился у неё где-то глубоко в груди и вырвался в порыве возмущения.

Её поступок и тон привлекли внимание даже магистра Эледжи. Несколько мгновений оба мага в изумлении смотрели на неё. Девушка ожидала очередной насмешки от Чезаре, но вместо этого он посмотрел на неё очень серьёзно и сказал:

– И я гляжу, тебя это уже допекло.

Эмилия уже пожалела, что не смогла сдержаться и пыталась не смотреть ему в лицо. Тем не менее, она всё же почувствовала некоторое удовлетворение от того, что указала магистру Ормандо на черту, за которую ему нельзя заходить.

– Агент Моль, у меня для Вас задание. Мне нужно чтобы Вы были в строю сегодня вечером. Так что давайте не будем терять время, – деловито и немного резко сказал Александр, отправляя сообщение по пневмопочте.

– Да, господин полковник, – произнесла Эмилия, глядя прямо перед собой.

Чезаре взял её стопы в руки и осторожно высвободил их из-под платья. Девушка упорно избегала смотреть на него. Она отвернула голову и, сложив руки на груди, разглядывала узор на полу. При этом делая вид, что мага и вовсе не существует.

Постепенно от его рук начало распространяться тепло, мягкое и обволакивающее, совсем не обжигающее. Сначала согрелись ноги, но потом жаркая волна стала подниматься выше по всему телу. Несмотря на то, что ощущение было приятным, Эмилия испытывала чувство обиды, словно её чего-то лишили. Такое бывало иногда в детстве, когда предвкушая забрать из буфета последнюю конфету, ты вдруг обнаруживаешь, что её уже кто-то съел. Там есть и другие сладости, но тебе хотелось именно эту. И вроде и не жалко, но всё равно обидно.

Вот и сейчас, она вовсе не была против внезапно свалившегося на неё задания. Наоборот, даже рада. Но почему-то невозможность исполнить свой любимый ритуал ужасно расстроила её. А подмена его таким тесным общением с господином Третим Защитником и вовсе вызывало неуместное желание устроить скандал с битьём каких-нибудь хрупких предметов.

Чезаре бросил взгляд на её лицо и воскликнул:

– Ну, надо же! У тебя бывает румянец! Так ты даже начинаешь напоминать живого человека, а не заводную куклу.

В этот момент она оказалась на грани. Лишь многолетняя практика помогла ей усилием воли подавить поднимающуюся волну раздражения. В этот раз ей пришлось досчитать до десяти, после чего она сделала постное лицо и монотонно произнесла:

– Благодарю Вас магистр Ормандо. Думаю, больше я в Ваших услугах не нуждаюсь.

Но словно на зло ей, он даже не подумал отпустить её ноги. Девушка продолжила изучать ковёр, но периферийным зрением видела, что маг пристально смотрит на неё.

– Чезаре, – неожиданно вмешался магистр Эледжи, – ещё немного и я подумаю, что она тебе нравится.

По тону серого полковника Эмилия не смогла понять шутит он или серьёзно так считает. И ответ его друга лишь усугубил это впечатление.

– Ну, а что тут такого? Может она действительно вызывает у меня симпатию.

– Это не симпатия, Чез, это жалость. Она тебе не бездомный щенок.

– Что ты имеешь в виду? – нахмурился маг и наконец, отпустил стопы девушки.

– Тебе не кажется странным, что твоя «симпатия» появилась после того, как ты узнал, что она больна? – в этот раз тон «серого» совсем не был насмешливым. В нём был намёк на что-то, о чём знали только эти двое. И реакция Чезаре подтвердила догадку Эмилии.

Магистр Ормандо подскочил на ноги. Его кулаки сжались. Сердито глядя на своего друга, он вдруг бросил:

– Ну, ты и урод.

Несколько мгновений он буравил его злым взглядом. Александр в свою очередь откинулся на спинку стула и сложил руки на груди. Он смотрел на Чезаре спокойно и серьёзно. Эмилии показалось, что в комнате похолодало.

– Это вовсе не то, о чём ты думаешь, – уже более спокойно сказал магистр Ормандо.

– Уверен? – бросил «серый».

Девушка сделала вывод, что магистр Эледжи каким-то образом задел что-то очень личное и болезненное для Чезаре. Причём сделал он это нарочно.

Господин Третий Защитник махнул на приятеля рукой и уселся в кресло. Больше не обращая внимания ни на Александра, ни на Эмилию, он словно погрузился в свои мысли.

– В любом случае, – невозмутимо продолжил Александр. – Твоё пристальное внимание к агенту Моль пойдёт нам на пользу.

– О чём это ты? – нахмурился маг, выныривая из своих раздумий.

– Тебя же пригласили на сегодняшний приём к Лорду Чавелу?

– Ну, да, – непонимающе буркнул Чезаре. – И что из того?

– На этот приём ты пойдёшь со своей новой пассией, – магистр Эледжи кивком указал на Эмилию.

Девушка ошарашено застыла.

– Чего?! – высказался за них обоих господин Третий Защитник. По его тону было ясно, что он тоже не в восторге от подобной перспективы. – Ты что с ума сошёл? Никто не поверит, что она моя девушка!

Полковник хитро прищурился и ухмыльнулся:

– Об этом нужно было думать, когда ты к ней клеился на водопаде.

– Я не клеился! – возмутился Чезаре.

Моль решила прервать бесполезные препирательства.

– Но, господин полковник, он ведь прав, – подала она голос. – Ну, какая из нас пара?

Магистр Ормандо бросил на неё хмурый взгляд.

– Неужели нет другого способа для меня попасть на этот приём?

– Нет, его нет, – жестко отрезал «серый» и продолжил, – Вы удивляете меня Агент Моль. Неужели Вы не заинтересованы в решении этой задачи. Мне казалось, что Вам хватит профессионализма, чтобы не смешивать Ваше личное отношение со службой.

Эмлиля выпрямила спину, а лицо её окаменело. Александр задел её за живое. «Серая служба» была довольно значимой частью её жизни, и подобные упрёки всегда били очень больно.

Что же, хорошо. Она пойдёт на этот приём, пусть даже ей придётся прикидываться любовницей магистра Ормандо.

– К тому же, Вы плохо знаете моего друга, – уже более мягким тоном добавил «серый полковник». – Рядом с ним можно представить кого угодно. Я уверен, что притвориться наивной дурочкой, которую обихаживает богатый проходимец, не составит для Вас никакого труда.

– Эй! Что значит проходимец?! – снова возмутился Чезаре, но Александр, как обычно, не обратил на него внимания.

– Для этого задания наденьте своё самое лучшее платье, – сказал «серый».

– Легче купить новое, – вмешался маг.

– Нет, – отрезал магистр Эледжи. – Она честная музыкантка, а не твоя содержанка. Мы всё-таки попытаемся сохранить остатки её репутации. А это значит, что она пойдёт в своём, как бы скромно это не выглядело на фоне тамошнего бомонда.

Он бросил взгляд на свои карманные часы.

– Так всё! Если больше возражений нет, то встречаемся здесь через час.

Он телепортировался и Эмилия с Чезаре остались одни.

– И ты хочешь мне сказать, что ты делаешь это добровольно?! – бросил он, издевательски выделив последнее слово. – У тебя, что, совсем нет гордости?!

Один. Два. Три. Четыре. Пять.

– А Вам не кажется, что если бы у нас с Вами было поменьше гордости, то Кристиан мог бы быть жив?

Маг нахмурился. Не дожидаясь его ответа, она перенеслась.

Оказавшись в своей комнате в пансионате, Эмилия в первую очередь сжала кулаки и сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться. Её обуревали совершенно противоречивые эмоции.

С одной стороны она была крайне заинтересована новым заданием, как и возможностью, наконец, реабилитировать себя в глазах начальства и добиться хоть каких-то успехов. А также было бы вдвойне приятно, если они смогут выйти на след убийцы Кристиана. Она чувствовала, что в этом расследовании она снова топчется на месте и это крайне её раздражало.

С другой же стороны её совершенно удручал тот способ, которым ей предстояло выполнить это задание. Эмилия совершенно чётко понимала, что выход в свет вместе с магистром Ормандо оставит совершенно определённый след на её репутации. После такого можно будет просто напросто забыть об облике скромной и благопристойной девушки. А значит, особо щепетильные особы не пожелают впредь видеть её в своих домах. И дело было даже не в самом факте «свидания», а в образе Чезаре в глазах местной общественности. Легкомысленный маг, не стремящийся к каким-либо серьёзным отношениям.

Плюс ко всему, появившаяся у господина Третьего Защитника манера напоминать ей, что можно, а что нельзя в связи с её недугом ужасно раздражала. У неё вдруг возникло острое желание как-то насолить ему. Сделать что-то такое, что ровно также будет вызывать у него неприязнь, как у неё его постоянные «тебе нельзя». Но в этот момент она одёрнула себя, вспомнив упрёк полковника о том, что она смешивает личное со службой.

Бросив взгляд в зеркало, она поймала себя на мысли, что совершенно не готова к каким бы то ни было приёмам. День был долгим и выматывающим, отчего Эмилия пришла к выводу, что ей снова придётся воспользоваться тонизирующим эликсиром. В противном случае на выполнение задания у неё не будет никаких сил.

Она надела своё самое нарядное платье, нежно голубое с белыми кружевными манжетами и припудрила лицо, пытаясь спрятать следы усталости. Эмилия уже занималась причёской, когда в дверь постучали, и в комнату вошла Анабэль.

– Ты куда-то собираешься? – удивилась она. – Я думала мы пойдём прогуляемся на Фестивале вместе с Роззи. Помнишь, мы собирались?

Моль только открыла рот, чтобы сослаться на работу или ещё что-нибудь, но вспомнила, что с Анабэль ей теперь не нужно этого делать.

– К сожалению, у меня не получится. Неожиданное задание наметилось. Магистр Элежи посылает меня на приём к лорду Чавелу. И даже настоял, чтобы я пошла туда в качестве спутницы магистра Ормандо.

Анна удивлённо приподняла брови.

– Твоя репутация этого не переживёт, – констатировала она, и сочувчтвенно покачав головой, добавила: – К тому же все его поклонницы тебя там живьём сожрут. Давай помогу тебе с волосами.

Подруга зачесала ей высокую прическу, добавив несколько шпилек с жемчугом на концах и высвободив пару локонов, уложила их вдоль лица.

– У тебя когда-нибудь бывали такие задания? – Эмилия разглядывала подругу в зеркале, пока та колдовала над её головой.

– Случалось пару раз. Приёмы были не такие роскошные, конечно… Самое лучшее в такой ситуации найти подходящее место для наблюдения. И стараться не привлекать к себе внимания, хотя с твоим спутником это будет сложновато…, – она посмотрела на отражение Эмилии. – Сожрут они тебя! Ой, сожрут!

– Ничего-ничего, – подмигнула ей Моль. – Подавятся!

Пристально оглядев образ «честной музыкантки» в зеркале, она удовлетворённо кивнула Агенту Моль, скрывавшейся за ним и телепортировалась.

Магистр Ормандо уже дожидался их в номере отеля. Взглянув на неё, он вдруг нахмурился и спросил:

– Ты плохо себя чувствуешь?

– Нет, – удивилась Эмилия. – Почему Вы так решили?

– Ты бледна.

– А это. Это пудра.

Чезаре кивнул. Сам он был одет в мундир братства. У девушки даже мелькнула мысль, что возможно он специально так оделся, чтобы она не выглядела рядом с ним слишком уж бедно.

В комнату телепортировался Адександр. Окинув их взглядом, он хмыкнул каким-то своим мыслям.

– Чез, не забывай улыбаться. Ты вроде как пытаешься очаровать свою спутницу.

– А как мне себя вести? – спросила Эмилия. На самом деле она не особо умела работать на публике. Сколько Мастер Шульц её не наставлял, но научиться свободно общаться с людьми ей так и не удавалось. А вот становится незаметной и в итоге исчезать из поля зрения, получалось у неё как-то само собой. Нередко Эмилия корила себя из-за этого. Ей казалось, что она могла бы скорее продвинуться по службе или хотя бы получить более интересное задание, если бы умела работать с людьми.

– Вы ведите себя скромно, иногда можете бросать на него благосклонные взгляды. Ваша задача держать в поле зрения младшего сына хозяина дома и проследовать за ним, когда он удалиться в кабинет. Чезаре знает его. Он Вам покажет.

Эмилия кивнула. Это было вполне обычное задание. Запомнить с кем он будет встречаться, что делать и о чём говорить. Ничего сложного, если не считать того, что затеряться среди прислуги, а потом и вовсе исчезнуть куда проще, чем находясь рядом с таким притягивающим к себе внимание магом, как господин Третий Защитник.

– Ну, всё, отправляйтесь, – скомандовал Александр.

Магистр Ормандо дежурно подставил локоть «своей даме», и она положила руку на сгиб. Чезаре достал из кармана приглашение-телепортатор и они перенеслись.

Оказавшись в одной из беседок для телепортаций, девушка тут же перестала держаться за своего спутника. Уже начинало темнеть и в саду, в который они перенеслись, зажигались многочисленные осветительные шары. Те, что поменьше гирляндами висели вдоль дорожек, а те, что побольше медленно кружились над танцевальными площадками. Музыка здесь была не живая и исходила из магического артефакта в виде цветка лилии, который также парил над головами гостей. Величественный белый особняк возвышался на четыре этажа, не считая мансарды, где над небольшим куполом виднелся очередной шпиль с тревожным шаром. Так же, как и на доме Чезаре, здесь на фасаде и многочисленных балконах виднелись охранные артефакты, в виде небольших барельефов или скульптур. Дом магистра Чавела был одним из немногих расположившихся высоко на склоне холма, а потому с левой части от входа сад начинал спускаться по склону, образуя череду террас. На самой верхней, чуть позади здания виднелся купол оранжереи. Из больших арочных окон особняка лился свет, а по фасаду периодически пробегали магичесие искры. То ли это было частью праздничной иллюминации, то ли так проявлялись охранные заклинания. Со всех сторон парка к главному входу стекались пребывающие гости, от чего на крыльце было достаточно многолюдно.

Вдруг осознав, что сейчас окажется среди этой публики Эмилия на мгновение оробела. Она настолько привыкла быть всегда «в тени», что «выход на свет» казался ей в каком-то смысле неправильным. Да и проходить в дом через парадный вход было для неё чем-то непривычным. Странное чувство нереальности происходящего охватило её. Словно всё это она видит в каком-то странном мутном сне, где ты вовлечём в некий сюжет, но сам никак не можешь повлиять на него.

Чтобы избавится от неприятных мыслей, агент Моль решила сосредоточиться на работе. Ей было просто необходимо поправить своё положение в глазах начальства после неудач на водопаде. И что ещё важнее разобраться с убийством Кристиана.

Они продолжали стоять в беседке, и Чезаре тоже не торопился из неё выходить. Он мрачно разглядывал гостей и был совершенно не похож на себя. Это могло вызвать ненужное внимание и вопросы. Поэтому Эмилия решила отвлечь его разговором, хотя совершенно не представляла о чём с ним говорить.

– Вы видите объект? – спросила она, наконец.

Магистр Ормандо вздрогнул и очнулся от своих мыслей. Вначале было видно, что он не понял, о чём она его спрашивает, а потом снова нахмурился и осмотрел сад.

– Нет, я его не вижу, – кратко бросил маг.

Поскольку дом магистра Чавела располагался на склоне холма и от него открывался отличный вид на город, залив и, конечно же, водопад. Заходящее солнце высветило его белую полоску обрамлённую галереями института. Эмилия могла поспорить на что угодно, что при выборе месторасположения дома именно этот захватывающий вид сыграл решающую роль.

– А Вы не знаете, в ресторане нашли замену Кристиану на сегодня? – девушка выбрала тему, которая была знакома им обоим. Она решила вести с ним беседу вежливым тоном, чтобы не раздражать его своей обычной безэмоциональной манерой.

– Этого не потребовалось.

– Почему? – удивилась она.

– С момента убийства маэстро Джесперо ресторан закрыт, как и весь институт, – пояснил Чезаре.

В первый момент Эмилия подумала, что он шутит. Она недоверчиво посмотрела на него.

– Вы разыгрываете меня! Как?

– Мы с Алексом решили, что так будет лучше.

Отвлекшись на разговор, магистр Ормандо перестал так сильно хмурится и двинулся к входу в дом. Эмилия решила и дальше поддерживать эту тему. Она заметила, что её тактика сработала и господин Третий Защитник тоже перешёл на светский тон общения.

– Но как вам удалось убедить директора ресторана закрыться в разгар Фестиваля?

– Это всё Алекс. Когда скрипача убили, он перетряхнул там весь персонал и велел закрываться. Он был убеждён, что уже в ту же ночь случится диверсия.

– А она не случилась…, – задумчиво констатировала Моль.

– Да. Ни в тот день, ни на следующий. Директор рвёт и мечет. У него нашлось немало покровителей наверху и теперь на Алекса постоянно давят. Даже не представляю, как ему удаётся отбиваться.

– И как он вас ещё не убил?

– Кто? – не понял он.

– Хозяин ресторана.

– Ну, если бы взглядом можно было убивать или, как минимум насылать проклятье, то мы с Алексом, наверное, уже были бы обречены, – Чезаре даже улыбнулся собственной шутке.

Эмилия тоже улыбнулась, и поскольку они приближались к оживлённой части сада, решила немного сменить тему разговора.

– А Вы давно служите в Братстве?

Магистр Ормандо бросил на неё удивлённый взгляд. Видимо он всё-таки заметил перемену в её поведении. Однако решил не акцентировать на этом внимание и поддержал тему:

– Вот уже десять лет.

– Ого! Это прилично. А что привело Вас в ряды его членов? Если это не секрет, конечно.

– Нет, не секрет, – на лице магистра Ормандо появилась слегка ностальгическая улыбка, которая возникает, когда люди вспоминают себя в прошлом. – Изначально я пошёл туда, чтобы впечатлить своего отца. Видишь ли, он считал меня чересчур легкомысленным и беспечным.

– Считал? – криво ухмыльнулась Эмилия. – То есть Вы хотите сказать, что что-то изменилось?

Она сказала это доброжелательным тоном с небольшой долей иронии, чтобы он счёл это за лёгкую шутку, а не за желание уколоть. И не ошиблась. Господин Третий Защитник улыбнулся уже более широко и не обиделся.

– Да уж, представь себе, тот, кого ты видишь перед собой, уже достаточно возмужал. Теперь я смотрю на новых членов Братства и не могу поверить, что и я когда-то был таким же «сопливым».

Эмилия делала вид, что очень увлечена разговором с ним и не замечает снисходительных, а иногда и откровенно враждебных взглядов, которые бросали на неё окружающие гости и по большей части девушки.

– Вы сказали «изначально», а что же потом Ваш мотив каким-то образом изменился? – снова подкинула она тему для продолжения его рассказа. Чезаре теперь вёл себя вполне естественно, если не считать внимательного взгляда, которым он окидывал окружающих гостей.

– Да, так и есть. Ты можешь не верить, но я действительно изменился за это время.

Он хотел добавить что-то ещё, но в этот момент к ним подошёл хозяин дома.

– Чезаре! Какой приятный сюрприз!

Это был высокий маг с длинным худощавым лицом, живыми синими глазами и приятной улыбкой. В волосах у него уже отчётливо проступала седина, что было удивительно для столь сильного Одарённого.

– Добрый вечер, магистр Чавел, – вежливо улыбнулся спутник Моль.

– Честно признаться, я уже и не надеялся увидеть тебя. Ты пропустил столько приёмов на этом фестивале. А ведь я хотел познакомить тебя с представителями «Дороги». Полагаю, у тебя были веские причины нарушить все нормы этикета. Ходят слухи, что у вас там что-то случилось на водопаде.

Бросив взгляд на Эмилию, он внезапно спохватился;

– Ох, простите! Где же мои манеры?! Чез, ты не представишь свою спутницу?

Девушке показалось, что близстоящие группки дам немного притихли, пытаясь прислушаться к этому разговору.

– Да, конечно. Магистр Чавел, познакомьтесь, это Маэстра Эмилия Кинстон. Она музыкант.

– Очень приятно познакомиться, – вежливо склонил голову хозяин дома. И хотя в его взгляде не было той враждебности, которую она видела у некоторых девушек, но в нём явно присутствовало любопытство, смешанное с некой долей удивления и снисходительности. Стоявший перед ней маг, скорее всего не мог понять, что Чезаре в ней нашёл.

– Мне также очень приятно, – скромно потупилась Моль.

– Только Эмилия не моя девушка, – как можно отчётливее сказал магистр Ормандо, явно рассчитывая, чтобы его услышало, как можно больше людей.

Эмилия взглянула в его лицо. Неужели он пытается исправить её репутацию?

– Я искренне надеюсь, что могу считать себя её другом.

– Вот как…? – хозяин дома удостоил Эмилию более внимательным взглядом.

– Чезаре! – вдруг раздался громкий женский голос, и к ним подошла яркая брюнетка со светящимся магическим шлейфом на платье с открытой спиной. – Ты где пропадал? Я не видела тебя на фестивале!

– Я был занят, Джорджиана, – вежливо, но как-то натянуто, ответил маг.

– Занят?! Чем же! А нет, не говори! Кажется, я догадываюсь! Ох, уж эта твоя служба! Именно из-за неё мы с тобой и расстались, – Эмилия догадалась, что последняя фраза была сказана явно для неё.

– Ну, вот видишь, тебе не о чем сожалеть. Я по-прежнему уделяю ей много времени, – почти дружелюбно сказал Чезаре.

– Да, уж, – буркнула девушка надув губки и наконец, сделала вид, что только сейчас увидела Эмилию. Однако выглядело это настолько театрально и неправдоподобно, что она никого не смогла бы обмануть.

– Ах, простите, я Вас не заметила. Разрешите представиться, магистра Джорджиана Дорман, маг восьмого уровня.

– Маэстра Эмилия Кинстон.

– Как?! Вы не маг?! – продолжила театральщину брюнетка.

– Нет. Я музыкант.

– Как же Вы познакомились с нашим Чезаре?

– Маэстра Кинстон любезно согласилась помочь мне по делам связанными со службой и сейчас…, – господин Третий защитник тщетно пытался перехватить инициативу в свои руки.

– Ты опять об этом, – перебила Джорджиана. – Ты, знаешь, ты столько всего пропускаешь из-за этого. Вчера, к примеру, мы ходили на скачки. Там были все наши друзья. Правда я совершенно не запомнила, кто выиграл. Но там подавали удивительно свежих устриц. А потом мы собрались на яхте у…

Моль опять ничуть не сомневалась, что всё это рассказывается исключительно для неё. Бывшую девушку магистра Ормандо явно задело присутствие Эмилии на приёме и теперь она всеми возможными способами пыталась доказать не столько окружающим, сколько самой себе, что она-то явно лучше и жизнь у неё интереснее и богаче. Кинув взгляд на Чезаре, она увидела, что тот едва ли не скрипит зубами. Чтобы предотвратить возможный скандал между бывшими любовниками Эмилия решила отвлечь девушку на себя. Поднеся кулачок ко рту, она сделала вид, что всеми силами пытается незаметно подавить зевоту. При виде этого у Джорджианы весьма зримо раздулись ноздри.

– Вам что же? Скучно?! – чуть ли не взвизгнула она.

– Нет, нет, что Вы. Вы очень интересно рассказываете, – продекламировала Моль, даже не пытаясь звучать правдоподобно. – Однако надеюсь, Вы простите меня, я получила сообщение по работе. У меня, к сожалению, нет столько свободного времени, как у Вас.

Эмилия слегка кивнула головой и, больше не глядя на опешившую девушку, пошла в сторону входа в дом. Краем глаза она заметила, что Чезаре пожал плечами, как бы говоря «Извини, Джорджи, дела» и резво двинулся за нею следом.

Войдя в распахнутые двери, Моль ощутила некую растерянность. Она привыкла рассматривать любой дом с точки зрения прислуги, и теперь ей требовалось какое-то время, чтобы сориентироваться. Подошедший сзади Чезаре, потянул её за рукав в сторону гостиной.

– Я бы хотел извиниться, – немного сконфуженно произнёс он. – Я, честно говоря, не ожидал увидеть здесь Джорджиану…, – потом он посветлел лицом и добавил, – но, надо сказать, ты смогла её уесть. Она просто обожает быть в центре внимание и поэтому терпеть не може…

– Магистр Ормандо, – невежливо перебила его Эмилия. – Я здесь на службе.

Но тут же попыталась сгладить свою грубость.

– Вы не могли бы мне помочь?

– В чём же? – нахмурился он.

– Мне нужно такое место, где было бы легко наблюдать за прибывающими гостями и в то же время не привлекать к себе много внимания.

Чезаре коротко кивнул и быстро оглядел гостиную.

– Кажется, у меня есть для тебя подходящий уголок. Пойдём, – он снова предложил ей согнутую в локте руку, и они направились к лестнице, ведшей на террасу. Там в нишах среди комнатных растений можно было прекрасно видеть всё, что происходит внизу.

– Только учти, – господин третий защитник лукаво усмехнулся, – что от пребывания здесь со мной твоя «драгоценная» репутация может пострадать ещё больше.

– Почему? – нахмурилась девушка, хотя сразу же догадалась сама. Подобные укромные уголки очень любят влюблённые парочки.

– Здесь можно целоваться, – подтвердил её догадку Чез.

Она внимательно оглядела коридор, в конце сворачивавший к лестнице на второй этаж.

– Значит, мы поступим так, – она подошла к каменному ограждению, нависающему над залом внизу. – Вы встанете вот здесь, а я здесь.

Она указала на место, где он оказывался на свету и был хорошо виден всем, кто пожелал бы поднять голову к верху. А сама зашла за раскинувшее широкие листья дерево в кадке.

– Уверена, все Ваши поклонницы желают видеть только Вас, тогда как я им, как бельмо на глазу.

– Почему ты решила, что у меня есть поклонницы? – удивился он.

– Потому что у таких, как Вы, они всегда есть.

– Каких? – сразу уцепился он.

– Богатых и могущественных магов, убеждённых в своей неотразимости.

Сказано это было с лёгкой ноткой пренебрежения, однако он не обиделся, а лишь хитро прищурился.

– На мой взгляд, ты снова совершаешь ошибку, о которой упоминал Алекс.

Эмилия вопросительно склонила голову, не понимая, о чём он говорит.

– Ты судишь обо мне, не зная меня.

Помолчав немного, она кивнула.

– Вы правы. Вас я знаю плохо, однако я хорошо знаю молодых девушек, да и вообще женщин. И порой они умудряются «ставить на пьедестал» тех, кто совершенно этого не заслуживает.

– Думаю это справедливо не только для женщин, – задумчиво добавил магистр Ормандо.

– Действительно.

– Хотя, если быть совсем уж откровенным, должен признать, что ты всё-таки довольно точно меня описала… Только меня десятилетней давности.

– Что ж, говорят, люди не меняются. Что заставляет Вас думать, что Вы изменились? И что Вас изменило? Неужели служба в Братстве? Что же там такого?

Господин Третий Защитник снова улыбнулся, но на этот раз с какой-то задумчивой грустью.

– Я всё время забываю, что ты недавно в городе и ещё ни разу не видела «туман». И уж тем более так близко…

Он не успел закончить свою мысль, так как внизу в гостиной произошло какое-то волнение. В комнату вошёл молодой человек, богато украшенный магическими аксессуарами. Их было так много, что его облик почти граничил с безвкусицей. При этом на его стандартно красивом лице, какое бывает при исправлении магией и бездумном следовании за модой, застыло выражение неописуемой скуки и пренебрежения ко всему, что он видел вокруг себя.

– А вот и твой… Как там? «Объект»? Младший сын магистра Чавела – Мартино.

Эмилия окинула его взглядом. Ей уже не раз приходилось наблюдать за подобными «объектами». Как раз на тщеславии и глупости таких магов очень легко играли всевозможные шпионы и преступники. Она вспомнила, что уже видела этого Одарённого в Институте, когда он «собирался стать членом Братства».

– Вы хорошо его знаете? – спросила она Чезаре.

Тот поморщился.

– Не совсем. Конечно, нам приходилось сталкиваться постольку, поскольку мы вращаемся в одних кругах. Но, во-первых, у нас сильная разница в возрасте, а во-вторых, мне с ним не особо интересно. И, если честно, то он мне даже неприятен. У него вечно такое выражение лица… Знаешь..., – он задумался, подбирая слова.

– Моя тётушка обычно при виде подобных субъектов говорит «Расступись грязь…», потом делает паузу и добавляет «говно плывёт».

От неожиданности Чезаре громко расхохотался, чем привлёк к себе заинтересованные взгляды снизу. Однако он быстро взял себя в руки и, кашлянув, сказал:

– Твоя тётушка… Эм…

– Грубовата?

Маг смущённо улыбнулся. Он явно намеревался подобрать слово помягче.

– Ну, а что Вы хотели? – шутливо продолжила Эмилия. – Она боевой маг в отставке. Я от неё ещё не такого наслушалась.

Воспоминания о любимой тёте вызвали у неё тёплую улыбку.

– О, какая интересная рекомендация, – в тон ей ответил Чезаре. – Теперь у меня появилось непреодолимое желание с ней познакомиться. Как, по-твоему, что она сказала бы обо мне?

Девушка смерила его насмешливым взглядом.

– Что-нибудь вроде: «Будь ты в моём отряде, я живо бы сделала из тебя человека!»

– А что твоя тётя думает о твоей службе? – ехидно поинтересовался маг.

Улыбка Эмилии померкла.

– Что? – задрал брови магистр Ормандо. – Неужели она против? Или может она не знает?

Моль отвела взгляд и, не желая обсуждать эту тему и уж тем более с Чезаре, перешла на деловой тон.

– Я думаю, нам придётся спуститься в зал. Боюсь, что гостей слишком много и я могу упустить объект наблюдения, – она старалась не терять из виду магистра Мартино. Он не спеша перемещался по залу, однако Эмилии показалось, что он всё же не собирается здесь задерживаться. Девушка посмотрела на Чезаре и поймала его странный взгляд. Она так в точности и не смогла его понять. Словно господин Третий защитник был чем-то раздражён и одновременно обеспокоен. Однако когда Эмилия обернулась, он постарался придать своему лицу нейтральное выражение и, подставив ей локоть, сказал:

– Ну, что ж, пойдёмте.

Она взяла его под руку, и они направились к лестнице. Девушке хотелось побыстрее подобраться к своему объекту, но уже на середине спуска вокруг стало очень многолюдно. И пройти через эту толпу гостей оказалось не так-то просто. Сложность заключалась в том, что каждый второй в этом доме знал Чезаре и считал своим долгом поинтересоваться у него, где же он пропадал. Эмилия даже мрачно предположила про себя, что теперь они здесь застрянут надолго и уже начала подумывать, как бы вежливо покинуть своего спутника, не привлекая внимания. Однако она ошиблась. Магистр Ормандо, легко отшучиваясь и уходя от ответов, свободно лавировал среди гостей, почти нигде не задерживаясь, и продвигался вперёд достаточно быстро. Но в какой-то момент они проходили мимо небольшой группы Одарённых, которые слушали, как один из них что-то громогласно рассказывал. Внезапно он прервался и обратился к Чезаре.

– А вот и наш доблестный Третий Защитник. Странно видеть Вас здесь сегодня, – это был невысокий полноватый маг с круглым лицом. Его чёрные волосы были зачёсаны назад, а в руках он держал трость, которой покачивал в такт своим словам.

– Меня пригласили, так же как и Вас, магистр Лорман. Что же Вас удивляет?

– Меня удивляет то, что отец Мартино принимает у себя дома человека, который не пустил его сына в Братство, – в его голосе сквозили нотки превосходства.

– Вы что-то путаете. Я не принимаю подобных решений, – магистр Ормандо оставался предельно вежлив.

– Однако Вы можете выдавать рекомендации, которые всячески учитываются при решении этих вопросов.

Эмилия заметила, что окружающие стали прислушиваться к этому разговору. А собеседнику Чезаре явно нравилось быть в центре внимания, да и ещё выступать в роли обвинителя.

– К тому же я слышал, что Вы поругались с Мратино в тот день. Поэтому я думаю не сложно предположить, что тут всё очевидно. Неужели Ваши личные отношения с кем бы то ни было могут повлиять на то, кому быть членом братства, а кому нет? Вы…

– Конечно, нет! Что за чушь? – не выдержал Чезаре. – Ещё раз повторяю, я не решаю такие вопросы. В любом случае, Вам то какое до этого дело?

– Мартино мой друг. Он был очень расстроен из-за отказа и…

– Ну, что ж, тогда ему стоит поговорить со мной лично, а не подсылать посредников.

На этом магистр Ормандо резко развернулся и стремительно покинул компанию этого человека.

– Кто это? – спросила Эмилия.

Чезаре раздражённо поморщился.

– Магистр Келл Лорман – маг десятого уровня. Считает, что все вокруг просто мечтают услышать его ценное мнение по любому поводу.

Девушка перевела взгляд обратно на зал и обнаружила, что её «объект» явно намеревается уходить куда-то внутрь дома. Буквально на выходе из комнаты его перехватила одна из дам, однако, судя по напряжённой позе молодого мага, надолго ей удержать его не удастся.

– Проклятье! – тихо выругалась Моль. – Он что же собирается уходить так рано?

– И правда, – нахмурившись, согласился магистр Ормандо. – Куда это он так торопиться?

Эмилия быстро огляделась в поисках места, где она могла бы активировать артефакт невидимости. Всевозможных укромных уголков было предостаточно, но проблема заключалась в том, что Моль прямо кожей чувствовала, как на них постоянно кто-то смотрит. Это было неудивительно, поклонницы магистра Ормандо пытались не упускать его из виду.

– Нам надо разделиться, – тихо сказала она Чезаре.

– Зачем это? – удивился он.

– Потому что мне нужно чтобы на меня перестали постоянно смотреть. Я отойду к окну.

Магистр Ормандо кивнул. Пройдя несколько шагов, Эмилия оглянулась на своего спутника. На лице Чезаре появилось то самое озорное выражение, которое она уже видела в поезде. На ладони он сформировал небольшой золотистый магический шарик и, высмотрев кого-то в толпе, крикнул:

– Эй, Армен, держи!

Сверкающий мячик пролетел над толпой и попал прямо в руки друга Чезаре. Он в свою очередь сделал игрушку немного побольше и радостно свистнув, запустил ею ещё в кого-то. Эти действия привлекли внимание всех находящихся в зале гостей. Они весело загалдели, создавая ещё похожие игрушки. Девушка была приятно удивлена находчивостью магистра Ормандо. Теперь то уж точно никто на неё не смотрел. Все были увлечены игрой. Эмилия бросила взгляд в конец зала. Там Мартино всё-таки сумел «сбросить» с себя навязчивую даму и скрылся за дверью в коридор. Тогда Моль быстро юркнула за портьеру и применив амулет, стала невидимой. Через несколько мгновений у окна появился магистр Ормандо.

– Я провожу тебя, – тихо сказал он и направился в сторону, куда ушёл Мартино. Девушка хотела возразить, но не успела и поэтому просто последовала за ним. Остановив одного из слуг, Чезаре поинтересовался, где он может найти младшего сына хозяина и тот указал ему направление. Никто из прислуги даже не пробовал остановить его или задавать какие-то вопросы. Ведь он могущественный маг – ему можно всё. Господин Третий Защитник спокойно продолжил свой путь, пытаясь идти в тех местах, где было поменьше людей. Эмилии показалось, что делает он это специально для неё. Только ей наоборот хотелось побыстрее добраться до «объекта».

Выйдя, наконец, в нужный коридор магистр Ормандо даже не подумал остановиться, а проследовал по нему, продолжая вести её за собой. Здесь было тихо и пустынно и лишь звук шагов Чезаре гулко разносился вокруг. Его форменные сапоги явно не были предназначены для тихой ходьбы. Эмилии этот звук казался просто оглушительным. Её собственные мягкие туфли, как обычно не издавали ни звука.

В первый момент девушка даже хотела попросить его уйти, но потом подумала, что стиль поведения мага может быть даже полезен. Так и получилось. Когда они дошли до указанной слугой комнаты, магистр Ормандо кратко постучал и, не дожидаясь ответа, вошёл внутрь. Моль скользнула следом. Но всё оказалось напрасно. Мартино здесь не было.

Чезаре выругался. Коридор в этом месте расходился в два разных крыла дома.

– И где теперь его искать? Так. Ты направо. Я налево, – быстро решил он и, не дожидаясь её ответа, отправился на поиски их объекта. Эмилии ничего не оставалось, как пойти в противоположную сторону. Она мысленно ругала себя за то, что выполнение этого задания уже нельзя было назвать идеальным.

Ей повезло коридор, который оставил ей Магистр Ормандо оказался недлинным и привёл к библиотеке. Здесь никого не было, хотя были зажжены магические шары и в камине потрескивал огонь. На столе лежали какие-то чертежи и пара раскрытых книг.

Профессиональная привычка подталкивала её заглянуть в бумаги, но в тоже время она торопилась вернуться к поискам своего объекта. Всё же быстро подойдя к столу, она окинула взглядом, как оказалось, карту города. На ней стояли какие-то метки. Попытавшись запомнить всё что можно, Эмилия чуть ли не бегом бросилась обратно. Она безнадёжно проваливала задание и уже видела перед внутренним взором недовольный прищур начальника.

Второй коридор оказался гораздо длиннее, и девушка нагнала Чезаре уже в самом конце. В этой части дома располагалось ещё несколько комнат и она предположила, что он в них заглянул. И раз дошёл до конца, то в них Мартино не оказалось. Эмилия решила де активировать амулет невидимости, чтобы он смог её увидеть.

– Не нашла? – шёпотом спросил магистр Ормандо. Когда он обернулся к ней, она заметила, что он смотрит «золотыми глазами».

Моль покачала головой.

– Я тоже не нашёл. Там в конце, кажется, выход в оранжерею. Если и там его нет, то…, – маг пожал плечами.

– И следов телепортации не было.

– Угу, – кивнул он.

Показалась стеклянная дверь в огромный купол. Она была открыта, что позволило сразу же разрешить все их вопросы. Мартино действительно обнаружился здесь. Загвоздка была только в том, что он был мёртв.

– Проклятье! – высказался Чезаре.

Тело лежало на полу и так же, как и в случае со скрипачом, в руке у него был пистолет. Эмилия мысленно выругалась. Мало того, что она упустила объект, так его ещё и убили.

– Что здесь вообще происходит?! – начал заводиться магистр Ормандо.

– Войди туда и посмотри, там больше никого нет? – прошептала Моль.

Он сначала нахмурился, не понимая, чего она хочет, но потом просто сделал, как она просила. Пройдя внутрь, он огляделся по сторонам.

– Никого.

Тогда девушка подошла ближе к телу. В отличие от случая со скрипачом в этот раз была кровь.

– Чезаре, на нём есть какие-то следы магии? – быстро спросила она.

Он бросил взгляд на тело.

– Нет.

– Телепорт?

– Тоже нет.

– Значит, в него и правда выстрелили…

– А может он сам застрелился?

Эмилия бросила на него недоуменный взгляд.

– Маг? Застрелился? – с сомнением подняла она бровь.

– А почему мы не слышали выстрела?

– Его можно заглушить каким-нибудь амулетом.

– Но в коридоре мы никого не встретили. Куда тогда делся убийца?

Моль оглядела оранжерею.

– Здесь есть ходы для слуг?

– А мне откуда знать? – удивился Чезаре. – Я не так часто здесь бывал…

Магистр Ормандо хотел добавить что-то ещё, но они вдруг услышали голоса в коридоре.

– Нельзя чтобы нас здесь увидели.

Она быстро прикинула все варианты, и выход был только один.

– Я могу сделать невидимыми нас обоих, – она прошла к стене рядом с дверью. – Только необходимо чтобы мы стояли очень близко друг к другу и…

Не вдаваясь в подробности, Чезаре очень быстрым и плавным движением оказался рядом с ней, и уже в следующее мгновение она оказалась плотно прижатой к нему. Одной рукой он крепко обхватил её чуть выше талии.

Также, не теряя времени, Эмилия активировала невидимость.

Голоса в коридоре приближались. Моль хотела прислушаться, о чём они говорят, но вмешался маг.

– Сработало? – тихо спросил он.

– Вон зеркало, – еле слышно выдохнула она, глазами указав направление.

На самом деле это была стеклянная дверь оранжереи. На улице давно стемнело и теперь при искусственном освещении в нём прекрасно отражалось всё – стол, кресло, кадки и горшки с растениями. Но двух неслучайных гостей видно не было.

Эмилия впервые использовала «невидимку» для двоих, хотя и знала о такой возможности раньше. И теперь она только надеялась, что заряда артефакта хватит на достаточно долгое время.

В коридоре послышались шаги, и она вся превратилась в слух. Судя по звуку, их было двое. Мужские ботинки и женские каблучки. К сожалению, они остановились на пороге, и не стали входить в комнату.

– Ну, и где он? – раздался мужской голос. – Я был уверен, что он пойдёт сюда.

Эмилия узнала этот голос, так же, как и Чезаре. Это был Армен. Один из членов Братства.

– Ну, что ты молчишь? – он начал заводится. – Я не собираюсь отдуваться один. Что нам теперь делать? Как мы будем решать этот вопрос? Ты же понимаешь, что…

– Хватит! – оборвала его женщина. – Что-нибудь решим. В конце концов это не столь важно.

Эмилия бросила взгляд на магистра Ормандо. На его лице застыло подлинное изумление. Не зная, как именно он отреагирует на эту ситуацию дальше, она решила предупредить его реакцию.

Девушка подняла ладонь и накрыла его рот. Чезаре возмущённо дёрнулся, но она предостерегающе перехватила его взгляд. Его глаза метали молнии. Было видно, что первое удивление прошло и вот уже в нём закипает ярость. Боясь, что господин Третий Защитник не сможет сдержать свои эмоции, Эмилия второй рукой вцепились ему в плечо, и даже слегка покачала головой, призывая к молчанию. Он же в ответ непроизвольно прижал её к себе ещё крепче.

В этот момент её настигла неуместная мысль, что рука, обхватывающая её за спину, излучала тепло, а вот её собственная ладонь, как всегда, была холодной.

Эмилия вновь прислушалась к разговору.

– Боюсь, мы ничего уже не сможем изменить, – сказал женский голос. Его звучание показалось Моли каким-то странным. И ещё возникало ощущение, будто бы он был и знаком и незнаком одновременно и словно ненастоящий. Эмилия могла точно сказать, что это хорошо поставленный голос. И девушка совершенно определённо уже слышала его где-то. Но при этом не могла вспомнить где.

– Пойдёмте. Скоро начнётся самое интересное, – женщина взмахом руки погасила свет в оранжерее.

За стеклянной дверью рассыпались искры телепорта, после чего наступила кромешная темнота и тишина. И в этой гулкой тишине они прекрасно услышали, как в городе что-то грохнуло, а по полу и мебели в комнате прокатилась едва уловимая дрожь.

Дом магистра Чавела располагался высоко на склоне холма, а потому из оранжереи можно было легко разглядеть половину города, реку и что самое главное водопад. И это сослужило Эмилии и Чезаре хорошую службу. Потому что если бы они не увидели взрыва собственными глазами, то могли бы не среагировать достаточно быстро.

В полной темноте через стены стеклянного купола они почти сразу же заметили, как из здания института повалил густой дым. Его было прекрасно видно на фоне праздничной подсветки водопада.

– Какого…!

– Мы опоздали! – почти одновременно с ним сказала Моль.

Магистр Ормандо выругался и уже в следующее мгновение телепортировался, прихватив с собой Эмилию.

Это перемещение показалось девушке ужасно долгим. Тогда как обычно этот процесс занимал не больше двух секунд, в этот раз Моль удалось сосчитать до пяти. Она почти успела удивиться такой задержке, когда вспомнила, что Институт «закрыт». Многоуровневая магическая защита не должна позволять никому перемещаться, как туда, так и оттуда. И в туже секунду Эмилия поняла, чем вызвана их задержка – Чезаре один за другим пробивал эти щиты, при этом одной рукой удерживая невольную спутницу. И вновь заявленный десятый уровень господина Третьего Защитника не выдерживал никакой критики.

Они оказались в его кабинете в институте, как раз в тот момент, когда «Большой Вилли» начал замедляться. Шар, освещавший его, валялся где-то внизу видимо сбитый взрывом. Он не погас, но светил неровно периодически моргая. От такого освещения вентилятор выглядел мрачно и зловеще.

Только сейчас Моль в полной мере осознала, что телепортация на водопад после взрыва была дорогой в один конец. Перенестись обратно они не смогут из-за тумана. Но тут она вспомнила про свой «маячёк» в отеле. Магистр Ормандо как-то раз упоминал, что он может сработать во время выброса.

Чезаре подбежал к окну и заглянул вниз.

– Взрыв произошёл где-то на первом этаже! Необходимо предупредить город! – он обернулся и, встретившись взглядом с Эмилией, словно только сейчас вспомнил, с кем он здесь находится.

– Здесь опасно! Уходи! Быстро!

Эмилия только открыла рот чтобы сообщить ему о своём плане с отелем, но магистр Ормандо не оставил ей даже шанса. Взмахом руки он создал вокруг неё телепорт и единственное, что девушка успела сделать, так это сорвать с уха одну из серёжек-маячков и швырнуть её в угол кабинета.

Обратный путь уже не занял столько времени. Видимо проделанная Чезаре брешь в щитах полностью их разрушила. Когда искры переноса померкли, Моль обнаружила себя посреди пустынной улицы, освещённой магическим светом цепочки фонарей. После двух телепортов подряд голова у неё закружилась так сильно, что в глазах потемнело, и она поспешила опуститься на землю, чтобы не упасть. В затылке заломило, а к горлу подступила тошнота. Эмилия постаралась опустить голову, как можно ниже, чтобы поскорее восстановиться. Так сидя на земле и чуть ли не касаясь лбом холодных булыжников мостовой, она услышала, как где-то очень высоко над головой тоскливо завыла сирена, оповещая город об опасности.

Открыв глаза, Эмилия попыталась встать, но мир вокруг продолжал вращаться. Девушка понимала, что ей необходимо добраться до какого-нибудь безопасного места и попытаться связаться с магистром Эледжи. Покачиваясь и стараясь сильно не разгибаться, она доковыляла до ближайшего дома. Опираясь на стену, идти стало гораздо легче. Где-то впереди распахнулась парадная дверь, и улицу осветил жёлтый прямоугольник света. В этот же момент рядом с ней засветились искры телепорта, из которого вышел Александр.

– Маэстра Эмилия, – он подбежал к ней и, подхватив под руку, помог зайти в дом. Оказалось, что магистр Ормандо телепортировал её не абы куда, а на порог резиденции Братства.

– Где Чезаре?

– Мы увидели взрыв и…

– И он, конечно же, бросился туда! – понял полковник.

Внутри на Эмилию обрушились гомон голосов и яркое освещение, отчего её снова замутило. Здесь было очень людно. Постоянно вспыхивали телепорты, перемещая магов. Члены Братства выполняли свою прямую обязанность – оберегали город. И пусть сигнал тревоги был не запланированным, это не застало их врасплох. Они были сосредоточенными и серьёзными. Вопреки названию здесь были не толко мужчины, но и женщины. Они так же носили форму и, судя по всему, выполняли те же обязанности, что и их собратья.

В глубине обширного вестибюля располагалась широкая деревянная стойка, на которой красовалась табличка «Дежурные». Здесь разместилось четверо членов Братства. У двоих из них горел золотом магический взгляд, и они явно занимались тем, что рассылали и получали сообщения. Двое других отвечали на вопросы прибывающих людей. Над ними на доске светилась надпись: «Незапланированный выброс. Это не учебная тревога».

Одна из дежурных сфокусировала свои золотые глаза на присутствующих и сказал:

– Я не могу найти Третьего Защитника! Кто-нибудь видел магистра Ормандо?

– Думаю, мы можем вам с этим помочь, – подал голос Александр.

Наконец на них обратили внимание. Один из знакомых Чезаре как раз проходил мимо.

– Госпожа Кинстон? – удивился он. – Что Вы здесь делаете?

Это был Майру. Даже здесь в Братстве он был в белом халате. Это и помогло Эмилии так быстро его узнать.

– Чезаре телепортировал меня сюда.

– А где он сам?

– Там, – только и смогла махнуть рукой девушка.

– На водопаде?!

Она кивнула.

– Так это он активировал тревогу?

Последовал второй кивок.

– Великая Магия! – потрясённо выдохнул он. – Но как же ему теперь оттуда выбраться?

В этот момент к ним подошли другие члены братства, и Майру отвлёкся, пересказывая им то, что только что выяснил. Завязался ожесточённый спор о том, как вызволить магистра Ормандо из института.

Эмилия бросила взгляд на магистра Эледжи, на чью руку до сих пор опиралась. Слегка наклонившись к нему, и сняв со второго уха оставшуюся серёжку, она показала её полковнику и тихо сказала:

– Я бросила там «маячок».

По его взгляду она поняла, что он быстро всё понял и тут же принялся обдумывать новые возможности. Необходимо было придумать, как воспользоваться артефактом, не раскрыв его окружающим.

– Я думаю, возможно маэстра Кинстон может нам помочь, – Александр явно нашёл какое-то решение.

– Как? – с десяток пар глаз посмотрели на них.

– Чезаре говорил мне, – начал сочинять «серый», обращаясь к Моли. – Что хочет подарить Вам сегодня Парное Кольцо. Вы уже приняли подарок?

Все взгляды изумлённо устремились на неё. Такие подарки просто так не делают. Особенно честным девушкам. Парные кольца были очень редкими артефактами, позволяющими их владельцам телепортироваться в расположение второго кольца. А если один человек может в любой момент перенестись к другому, то это говорит только об очень близких отношениях. Эмилия бросила на Александра растерянный взгляд. Она понимала, что её репутация буквально рушится на глазах. Теперь уже окончательно. И сейчас её ответ перечеркнёт годы тяжёлой и кропотливой работы по созданию идеального общественного облика. Но как бы ни было ей жаль своего труда, человеческая жизнь всё же дороже. Она скромно потупилась и произнесла:

– Я ещё не приняла решение. Но кольцо у меня.

– Отлично! – чуть не подпрыгнул на месте Майру. – Значит, мы сможем его спасти!

– Мы? – удивилась Эмилия.

– Понимаете, он не может оттуда телепортироваться из-за тумана. В тумане вообще нельзя колдовать. Но с нашей стороны тумана ещё нет, так что Ваш артефакт ещё может сработать. А вот ему к Вам перенестись уже нельзя. Вообще использование артефактов в тумане очень мало изучено…Это связано с тем, что артефакт не использует сырую магию, тогда как…

– Майру, ближе к делу! – перебил его один из сослуживцев.

– Да, да, конечно, – спохватился тот. – Вообщем, дело в том, что Вы сможете телепортироваться к нему.

– И что это даст? Колдовать ведь там нельзя. Вы сами сказали…

– Да, да, да, – замахал он руками. – Но мы воспользуемся заклинанием «захвата»!

– И? – девушка никак не могла понять замысел.

Видя это, Александр решил вмешаться.

– Это означает, что мы условно «привяжем» к Вам магическую «верёвку», – начал он объяснять, как можно более доступным языком, – второй край которой останется у нас. В нужный момент, когда Вы найдёте Чезаре, мы «дёрнем» за свой конец и перенесём вас обоих сюда. Таким образом, вам не придётся использовать магию там. Теперь понятно?

– Да, – кивнула Эмилия. – Но как вы узнаете, что я его нашла?

Магистр Эледжи помрачнел и переглянулся с членами Братства.

– Никак, – просто сказал он. – Мы дадим Вам некоторое время. И если вы не успеете встретиться, то… он так и останется там.

После этой фразы в комнате стало настолько тихо, что девушка смогла различить тревожный вой сирены на улице.

– Я должен Вас предупредить, – серьёзно продолжил Александр. – На водопаде сейчас очень опасно. Вы уверены…

Но Моль не дала ему закончить.

– Давайте уже приступим. Каждое мгновение на счету.

– Хорошо, – кивнул «серый».

В следующую секунду его глаза стали золотыми, и он развёл руки в стороны. Между ними появился светящийся оранжевый обруч, который он ловко накинул ей на голову, и в мгновение ока заклинание узким пояском обвилось вокруг её талии. Они вышли на середину холла, а все остальные члены братства отступили подальше. Воспользовавшись этим, магистр Эледжи тихо сказал:

– Теперь слушайте. Чезаре, скорее всего, на шестом этаже. У Вас пятнадцать минут. Думаю, членам Братства и так покажется это слишком долго, ведь они думают, что Вас перенесёт прямо к нему. Так что это всё, что я могу Вам дать. В любом случае я постараюсь потянуть время. Как только его найдёте, Вам надо будет крепко взять его за руку. Это очень важно. Обратный путь будет очень сильным и грубым. Необходимо чтобы Вы ни в коем случае не отпустили его при переносе. Ну, что, готовы?

– Н… нет. Секундочку.

Эмилия вдруг поняла, что ещё один телепорт может полностью лишить её сил. Поэтому она достала бутылочку с тонизирующим эликсиром и полностью опустошила её. Выждав некоторое время, Моль взяла в руки телепортатор и кивнула.

– Я готова.

– Отправляйтесь.

Засверкали золотые искры и девушка перенеслась. Очутившись в кабинете Чезаре, она почувствовала головокружение, но оно быстро прошло. Открыв глаза, Моль обнаружила, что в комнате темно, и шар освещавший вентилятор практически потух, из-за чего уже совершенно не было видно «Большого Вилли». За окном властвовало тёмное марево тумана, где периодически появлялись фиолетовые всполохи. В их свете можно было увидеть, что туман не просто висит, а перемещается, словно влекомые ветром мокрые тучи. Движение это было не быстрым, но неотвратимым. Фиолетовым также подсвечивались все вещи в тёмном кабинете, что позволило Эмилии без труда найти выход.

Уже направляясь к двери, ей почудилось краем глаза какое-то странное движение за окном. Словно промелькнувшая тень. Однако когда она быстро бросила туда взгляд, то ничего не увидела, всё было по-прежнему. Лишь туман. Стало немного не по себе.

Девушка тряхнула головой и, решив не терять времени, поспешила выйти. В коридоре она обнаружила огромный провал, зиявший в полу. Сквозь него можно было частично различить ресторан на нижнем этаже. Туман уже вползал через разбитые окна и в его магических вспышках были видны опрокинутые столы и стулья, а прямо на место, где стоял рояль, обрушилась огромная часть потолка. К счастью перекрытие обвалилось не полностью, и вдоль стены остался узкий перешеек, по которому вполне можно было пройти. В противном случае ей бы пришлось бежать в другой конец коридора ко второй лестнице. И в этом случае она точно не успеет. Институт был огромен и в нём намеренно сделали лестницы в противоположных концах здания. Девушка осторожно начала обходить дыру, плотно прижимаясь спиной к стене. Она старалась не смотреть вниз, но всё же её взгляд неизменно утыкался в клубящийся туман. Его вид завораживал и в какой-то момент, Эмилия обнаружила, что совсем остановилась и, теряя драгоценные секунды, зачарованно смотрит вниз. Выругавшись, девушка сцепила зубы и, подняв голову, уставилась прямо перед собой. Передвигаться, не глядя под ноги, было страшно, и она решила идти «за стеной». Положив на неё руку, Моль двинула её вперёд и сама потянулась следом. Сконцентрировавшись на своей ладони, у неё появилось странное ощущение, словно ничего кроме неё не существует. Голова начала немного кружиться. Но в итоге это сработало. Через некоторое время, бросив быстрый взгляд вниз, девушка обнаружила, что уже преодолела опасный участок.

Не теряя ни секунды, Эмилия бегом бросилась к лестнице. Ей предстояло забежать на шестой этаж, и девушка лишь поздравила себя с тем, что догадалась выпить эликсир перед телепортом. Сил он ей, конечно, не придаст, но во всяком случая она хотя бы не отключится.

Подъём по лестнице и вправду дался очень тяжело. Уже после третьего этажа ноги гудели и ныли, в груди горело, и отвратительный привкус крови наполнял весь рот. Однако Эмилия не позволила себе ни разу остановиться или даже перевести дух. Она упорно шагала и шагала по этим проклятым ступеням.

А в голове билась одна мысль. Лишь бы он был там! Лишь бы он не ушёл куда-то ещё, после того, как активировал сирену тревоги.

В какой-то момент, посмотрев вниз между пролётами тёмной лестницы, Моль увидела на нижних этажах фиолетовые всполохи тумана. Её поразила скорость, с которой он заполнял здание. Это заставило её попытаться бежать ещё быстрее.

Когда девушка, наконец, выбралась на нужный этаж, ей показалось, что прошла вечность. Каждую секунду она ожидала, что вот сейчас отведённое ей время выйдет и её телепортируют обратно. Уже с лестницы Эмилия хотела начать звать магистра Ормандо, но поняла, что ей не хватает воздуха и она только сипит.

Вбежав в нужную дверь, она остановилась лихорадочно озираясь. Это была небольшая комната чем-то напоминавшая маяк. Она была абсолютно круглой с практически прозрачными стенами. Высокие окна перемежались лишь тонкими, почти ажурными перемычками, который дополнял геометрический витражный орнамент по периметру стекла. Вместо потолка был такой же прозрачный купол со шпилем, а прямо по центру комнаты стояла высокая круглая стойка, на которой был один единственный рычаг. Тот самый, который отправлял тревожный шар в путь.

В первый момент Эмилии показалось, что здесь пусто. Вот только в отличие от всех остальных помещений, мимо которых она пробегала, здесь горел свет. Высоко под самым куполом висел магический шар. Скорее всего Чезаре не оставил бы его. А значит он здесь. И сделав пару шагов в сторону, чтобы обойти стойку, она, наконец, заметила его фигуру в самом дальнем конце. Чезаре стоял возле огромного окна и смотрел на проплывающий за ним туман.

Моль попыталась его позвать, но вновь лишь засипела. Он резко обернулся и вскинул руку. Эмилия испугалась, что, как и в прошлый раз, он кинет в неё огненным шаром. Однако он так и не появился. Возможно, маг вспомнил, что ему нельзя здесь колдовать. Его глаза были золотыми, что говорило о том, что он видел что-то большее, чем туман.

– Ты? – удивился Чез. – Ты что с ума сошла? Здесь небезопасно! Как ты вообще сюда попала?

Всё ещё не в состоянии отдышаться и тем более что-то говорить Моль лишь указала на светящийся пояс у себя на талии. Сначала он нахмурился, не понимая, что происходит, но уже через мгновение его лицо посветлело.

– А-а, это заклинание захвата! Здорово придумано.

Она доковыляла до него, и всё ещё боясь, что не успеет, просто обхватила его руку выше локтя без каких-либо объяснений.

Он криво ухмыльнулся и сказал:

– Ты знаешь, так будет надёжнее.

Он обнял девушку за талию и притянул к себе.

– Ты словно наживка, а я рыба. Осталось ждать, когда дёрнут за удочку, – на его лице блуждала слегка безумная улыбка.

Эмилия же буквально повисла на нём и упёрлась лбом в его плечо. Она тяжело и сипло дышала, голова снова начала кружиться, а руки и ноги немного подрагивали. Стоило отдать ему должное, в этот раз господин Третий Защитник воздержался от каких-либо комментариев по поводу её здоровья. Наконец отдышавшись и подняв голову, девушка наткнулась взглядом на окно за спиной магистра Ормандо. Там снаружи всё также клубился туман, подсвечиваемый фиолетовыми всполохами. Они появлялись каждый раз в разных местах, словно перекликаясь друг с другом. И снова у Эмилии возникло впечатление, что там что-то движется.

Но вдруг перед её глазами появилась ладонь Чезаре, а над ухом раздался мягкий голос:

– Нет-нет-нет, не надо туда смотреть.

С такой интонацией обычно разговаривают с маленькими детьми. Моль перевела взгляд на магистра и быстро заморгала, словно только проснулась.

– Что это… такое? – удивилась она.

Однако ответить магистр Ормандо не успел. Снаружи института что-то несильно грохнуло. Эмилия вздрогнула и испуганно посмотрела на Чезаре.

– Не бойся. Это шары праздничной подсветки водопада падают. Я уже штук пять насчитал. Светиться они перестали ещё раньше, а потом…, – он замолчал, глядя девушке за спину. Она оглянулась. Через дверь на лестницу по полу начали вползать первые клубы тумана.

– А скоро нас выдернут? – Чез стал увлекать девушку подальше от входа.

– Не знаю, – сипло прошептала Эмилия и даже покачала головой. – Мне дали пятнадцать минут… Я…, – дыхание снова сбилось. – Я бежала сюда из кабинета.

Моль с удивлением разглядывала приближающееся белое марево. Туман, как туман. Ничего необычного. Но вот по нему пробежали фиолетовые искры, и девушка поняла, что не в состоянии отвести взгляда. Это было странное ощущение чем-то похожее на то, которое Эмилия иногда испытывала во время обмороков. Когда твоё сознание отключается на мгновение, и ты начинаешь падать, а потом снова приходишь в себя, но уже ничего не можешь сделать, чтобы предотвратить удар о землю. Вот и сейчас ей казалась, словно она заперта внутри своего тела, и не в состоянии даже слегка пошевелиться. Девушку охватил ужас. Мысли в панике заметались в голове в поисках спасения.

– Эмилия, – мягкий голос Чезаре пробился к ней словно издалека.

Моль продолжила смотреть на растекающийся по комнате туман, однако заметила, что её голова немного дёрнулась.

– Эмилия, – уже громче позвал он, а потом наклонился и поцеловал её в губы, нежно, но настойчиво.

Девушка сначала удивилась, а потом обрадовалась, когда вдруг закинула руки ему на шею. Она снова могла шевелиться!

И именно в этот момент их телепортировали. Чезаре ещё крепче прижал её к себе, так как перенос и, правда, оказался очень «грубым». Ей показалось, что какая-то сила резко потянула их сначала вверх, потом вбок, а потом они ухнули куда-то вниз.

Когда, наконец, магические искры погасли, и они оказались в холле резиденции Братства, голова её закружилась с новой силой. В следующее мгновение к ней пришло понимание, что они теперь находятся в комнате полной людей и стали центром всеобщего внимания.

Эмилия резко отстранилась от магистра Ормандо, но он её не отпустил. Бросив в сторону взгляд, она наткнулась на множество лиц с интересом разглядывающих их. Кто-то даже присвистнул. Девушка снова посмотрела на Чезаре и увидела в его взгляде промелькнувшее торжество. Он явно был крайне доволен своей выходкой. И возможно в любом другом случае она бы простила ему этот поцелуй, особенно учитывая то, что она сейчас испытала и то, откуда они оба только что выбрались. Но этот его взгляд поднял в её душе такую волну бешенства, что Моль поддалась ей всецело и даже не попыталась остановить свою руку. И вот уже через секунду тишину холла разорвал звук звонкой пощёчины.

Магистр Ормандо отпустил её и она, оттолкнувшись от него, по инерции прошла ещё несколько шагов назад и упала на руки подоспевших членов Братства.

– Ненавижу, – со злобой прошипела Эмилия, глядя ему в глаза, прежде чем потеряла сознание.

Конец Первой части.