Моё сердцебиение

Глава 1

Люди часто смотрят наверх, гадая, какие звёзды там сверкают. Мы же смотрим на них оттуда и незаметно улыбаемся. О нас часто складывают легенды, мы встречаемся в сказках и первых лучах солнца, которые согревают и успокаивают. Многое, конечно, преувеличено, сердца у нас не настолько добрые, но суть осталась та же... картина должна быть бесподобна...

Я всю жизнь томилась во дворце, как в персональной темнице. Одиночество — неотъемлемая часть меня, и порой уже не так комфортно в чьей-то компании. Но, как бы мне ни хотелось отрицать, наступило то время, когда ангелы должны прожить со смертными и понять их суть. Самая живая часть моего существования. От этого чувствуется даже какая-то дрожь в пальцах.

***

В своей комнате девушка упрямо быстро собирала вещи и вовсю готовилась к переезду. Напевая песню, которая громко играла, она даже не слышала, как кто-то настойчиво стучится в дверь, и отреагировала только тогда, когда в неё нахально вошли.

— Ноар! Ты совсем, что ли?!

Подхватив с кровати расчёску, я бросила её в него, но он уклонился, и она улетела за пределы моей комнаты.

— Зачем ты так громко слушаешь музыку, что до тебя не достучаться?!

— В своей комнате я не имею права расслабиться? Я собираюсь, и ты мне мешаешь!

— Ах ты, мелкая! Я вообще-то по делу пришёл.

— Чего надо?!

Он не сильно, но замялся. Конечно, нужно просто чаще проявлять инициативу и начинать разговор.

— Ты едешь к смертным, а они такого обращения к себе не потерпят, будь осторожна, не хочу потом спасать твою задницу.

— Ой, я и сама за себя постоять могу.

Взяла подушку и резко ударила его по груди, после чего он, не растерявшись, схватил вторую и тоже начал атаковать. Мы бегали по всей комнате под громкий смех, под весёлую музыку. Каждый не сдавал оборону, и всё закончилось только тогда, когда мы, оба выдохшиеся, замерли возле моей огромной кровати, а он выхватывает у меня подушку и заваливается на меня всем телом. Мы упали на кровать, рассмеявшись ещё сильнее, а после восстанавливали дыхание, лёжа в обнимку, закрыв глаза. Я слышала, как быстро стучат наши сердца после бега, и обняла его ещё крепче.

Мы так лежали ещё где-то пятнадцать минут, пока наконец не поднялись и он не начал помогать мне собирать вещи.

— У нашей семьи есть в мире смертных своя империя, поэтому ты и там должна заботиться о фамилии.

— Блин, только я захотела от всего этого отдохнуть.

Устало вздохнула, ударив кулаком по подушке.

— Эри... ты должна быть осторожна во всём! Слова, действия, даже взгляд. Никто не должен даже подумать, что ты смотришь с пренебрежением.

— Я-я-я? Пф, да когда такое было?!

В шутку надула губки и закатила глаза.

— Я не шучу, там я мало чем смогу помочь, и ты можешь сильно пострадать. Ты не знаешь, кто демон, а есть ещё и просто опасные люди. Пожалуйста, спрячь свой язвительный характер.

— Почему из-за кого-то я должна дрожать от страха? Даже без бессмертия я ловкая и быстрая, ты сам учил меня обороне, теперь мне не доверяешь?!

— Разница между волнением и доверием большая, я не хочу потом узнать, что с тобой что-то случилось.

На минуту повисло гробовое молчание, я чувствовала злость и обиду. Он никогда мне не доверял, всегда сдерживал и пытался укротить, не стараясь услышать.

— Всё же с тобой поедет Ёг Ши, можешь попросить у него помощи.

— Я сама справлюсь!

Злобно опустила брови, выхватив у него свой альбом.

— Эри...

— Что, Эри?

— Я вижу, что ты обижена.

— Знаешь!.. Вы все боитесь мне довериться, что ты, что мама, всю жизнь держите около себя, я... я просто думала, что вы решили мне довериться, раз отправили в эту школу.

Мерзкий комок встал поперёк моего горла, но я отвернулась от Ноара.

— Ладно, так и быть. Я постараюсь не впутывать нашу семью в проблемы. Доволен?

— Эри, я не...

— Иди отсюда, за всем, чем надо, ты пришёл.

— Эри!

— ПОШЁЛ ВОН!

Я мгновенно развернулась к нему и с огненными глазами, полными микрослёз, прокричала с болью в горле.

Он, растерявшись от такой реакции, сначала постоял, а потом медленно направился к выходу.

— Ты будешь сильней обычной смертной. Ты должна помнить про ответственность.

Я проводила его взглядом, пока дверь моей комнаты не закрылась, а я не бросила альбом, который был в руках, на пол. Сотни воспоминаний снова проносились в моей голове. С раннего возраста до сегодняшнего дня — то, как обесценивали мои обиды или слёзы, как я не могу и шагу сделать без чьего-то разрешения, как теряла друзей из-за огромного контроля со стороны семьи, всё доходило до контроля еды. Усевшись на кровать, я почувствовала, как дорожка слёз покатилась по щекам. Пусть я люблю их, но именно из-за всего этого я и стала не такой, как все...

***

На самом деле этот мир очень похож на наш. Здесь есть похожий транспорт и названия. Видимо, либо мы, либо они делились друг с другом открытиями. Очень интересное замечание.

Усевшись на свободное место в автобусе, я надела наушники и просто смотрела в окно. Теперь, став смертной, осталось доехать только до лагеря. С Ноаром я так и не виделся с того момента, ну и пусть, желания его видеть совсем нет. На окнах уже красовались маленькие капельки утреннего дождя, с которым нам предстояло ехать весь путь. Я задумалась, отвлеклась от реального мира и не сразу поняла, что меня кто-то зовёт.

Это была девушка, худенькая шатенка с зелёными глазами, она махала мне и что-то говорила. Я вытащила наушники.

— Здесь занято?

Показала на место возле меня.

Я медленно покачала головой и снова надела наушники, направив взгляд в окно, но она оказалась настырной и уже дёрнула за плечо.

— Чего надо?!

Мой злой взгляд направился на неё, чего она явно не ожидала.

— Воу, полегче.

— Не позволяй себе впредь такого.

— Ты типа королевской особы?

— А если мне неприятно, то я должна обязательно быть из королевской семьи?

— Грубо было сразу надевать наушники, когда я не закончила разговор.

— Я обязана ждать конца твоего монолога?

Наши злые взгляды пересеклись, другие явно почувствовали пробежавшую между нами искру.

— Воу-воу, дамы, полегче, всё не так сложно, как кажется. Миледи, не желаете присесть на моё место?

Он показал ей место рядом с какой-то ещё девочкой.

— Хорошо.

Она быстро пересела к ней, а он сел рядом со мной.

— Эри, ты что брату обещала?!

— Ёг Ши, если ты пришёл читать мне нотации, то можешь смело идти дальше.

— Какая же ты!

Я снова надела наушники и так с ними и поехала. Дорога была долгой, но красивой, меня никто не трогал, за что спасибо. Может, я и поступила грубо, но она так долго что-то говорила... всё из-за моего плохого настроения. В итоге я заснула на плече у Ёг Ши, пока он осторожно не разбудил меня.

— Эри, вставай.

Гладил он меня по плечу.

— Иначе все уйдут.

Я резко подорвалась и поняла, что обслюнявила ему футболку.

— Ё-моё, извини.

— Ничего, ты красиво спишь.

— Ага, смейся громче, щас получишь.

Он достал наши вещи и понёс их на выход.

Группа уже собиралась в середине площадки. Как только я вышла, то сразу промокла. М-да, лучший день. Здесь было много незнакомых людей, которых я, возможно, уже и не увижу, но я автоматически искала Ноара, упорно рассекая толпы смертных.

— Ты его вряд ли найдёшь.

— Что-о?

Я даже не успела возмутиться, как он продолжил:

— У тебя очень грациозная походка и взгляд, но когда ты ищешь его, взгляд сразу рассеивается, и ты напрягаешься. Походка такая же, а вот взгляд совсем другой.

— Ты, бля, откуда...

— Он сам мне рассказывал, да и с детства это у тебя было.

— Прям каждое моё действие знаешь?

— М-м-м, многие, но здесь перечислять не буду.

— Э-э-э...

Я усмехнулась и разок ударила этого таинственно-улыбчивого придурка. Он в ответ легонько потёр то место и посмотрел на меня.

— Ты совсем не святая.

Мы подошли к нашей группе, и началась какая-то официальная часть, наподобие посвящения. Прямо под дождём? Ребят, ну вы прямо даёте.

На мои плечи плавно легла чья-то куртка. Хотя почему чья-то? Ёг Ши дал мне свою ветровку, и мы так простояли ещё минут десять, после чего разошлись по корпусам.

***

— Всем ребятам здравствуйте, меня зовут Мин Джи И, я ваша вожатая на этот месяц. Буду рада знакомству, не буду надолго отвлекать, мы все промокли, но скажу, что этот месяц будет непростой и мы все будем усердно работать. Остальное расскажу сегодня вечером, так что идите по своим комнатам, только сверьтесь со списком. До вечера.

Я подошла к прикреплённой на стене бумажке и стала искать себя. Оказалось, что я единственная из отряда живу в отдельной комнате. Вот это привилегии.

Ёг Ши захотел меня проводить и донести чемоданы. Коридор на самом деле очень тусклый, в нём только куча дверей и окно в конце, ведущее к какому-то дереву во дворе. Я живу прямо в самой последней комнате, поэтому идти достаточно долго. Многие уже начали общаться между собой, в принципе, я не удивлена, вот только, по-моему, это волнует Ёг Ши, который везде за мной хвостиком ходит.

— Ты что-то слишком навязчивый. Всё хорошо?

— М-м-м, ну ты просто одна и, как бы, я переживаю. Тебе надо больше общаться с другими.

— А ты не думал, что многие не хотят подходить, потому что возле меня накачанный мужик?

— Я видел, как ты общаешься с людьми, и не надо мне тут втирать, что это они не хотят. Ты всех отталкиваешь.

— Если ты считаешь меня виноватой, то почему ещё не пытаешься «помочь»?

— Это бесполезно, сколько бы ни старался, ты становишься всё хуже, а я как твой будущий жених обязан присматривать за тобой. Это мой долг.

— Знаешь что-о-о!

— Только не злись, из-за твоего гонора ты вечно говоришь лишнее.

— Вот и прекрасно, пиздуй отсюда!

Я выхватила из его рук свой чемодан и покатила его сама, пока он тяжело вздохнул и пошёл за мной следом.

— Из-за твоего характера я вечно рядом и не могу отойти, а если ты сейчас окно чемоданом разобьёшь?

— Если ты сейчас не уйдёшь, я разобью его твоей головой!

Остановившись у своей комнаты, я, не оглядываясь, зашла в неё, даже не попрощавшись.

***

Запершись на ключ, я швырнула чемодан куда подальше. Его слова сильно задели меня, он относится ко мне не как к любимому человеку, я — долг... долг, который он старается исполнять. От понимания, что я всегда чей-то долг, а не любимый человек, накатывает тягучее одиночество, которое медленно расползается по сердцу.

Пройдя в глубь комнаты, я огляделась. Она была достаточно большой, но из мебели — только кровать, столик, шкаф, тумбочка и, ну, ещё мягкое кресло. Один угол вообще свободный, там ничего не было. М-да, эта комната отражает мой внутренний мир. Зато есть окно, которое, кстати, тоже ведёт к тому дереву. Я подошла к нему: оно оказалось старым и достаточно большим, можно будет иногда через него выходить.

До вечера я сидела в комнате, вещи все уже разложены. Ноар положил мне карточку с запиской, что она безлимитная, и всё оставшееся время я провела за столом, дорисовывая в своём альбоме картину. В нём также были страницы с набросками мелодий и слов песен, которые я писала, когда сидела в огромной библиотеке дворца. После я повторяла уроки балета, а потом решила развлечься и поиграла на гитаре. За дверью велись оживлённые разговоры, слышались беготня и шум, но мне это не было близко, скорее наоборот, я относилась ко всему с опасением. И вот только закончила аккорд, как нас всех через громкоговоритель позвали на «огонёк». Нехотя я отложила инструмент и, собравшись духом, вышла к остальным, не забыв прихватить наушники с телефоном.

***

В этом отряде достаточно много смертных, они все громко беседовали и смеялись, явно показывая, что установили друг с другом контакт. Одна только мысль о том, как много их здесь, пробуждает желание сбежать, поэтому стараюсь ни с кем не разговаривать. Кроме Ёг Ши, который молча сел рядом и внимательно слушает вожатую.

— Всем добрый вечер, я надеюсь, все пришли. Ещё раз представлюсь: моё имя Мин Джи И, и на этот месяц я за вас отвечаю. Буду рада с вами познакомиться, но чуть позже. Хотелось бы рассказать о нашем графике. Многие из вас здесь впервые, так что слушайте внимательно. Есть важные мероприятия, которые обязательно нужно посещать, а есть менее важные, за которые вы также будете получать плюсы. Пока вы ещё осваиваетесь, на это у вас три дня, можете ходить где хотите, в рамках разумного, но после начнётся плотный график, который будет вывешиваться на доску, и вы сможете сами с ним ознакомиться.

Остальное мне было абсолютно неинтересно, и я сидела оставшееся время в наушниках, наблюдая, как смешно вожатая открывает рот под мою музыку. Вот только Ёг Ши, кажется, это не нравилось, ну и пусть, я столько сидеть и слушать не собираюсь.

Он толкнул меня локтем, после чего поймал мой гневный взгляд. Это был ловкий манёвр, ведь его вторая рука уже забрала один наушник из уха.

— Э-э-эй, ты что творишь!

Шёпотом произнесла я, потянувшись за ним обратно.

— Прояви уважение и дослушай до конца.

— Верни мою вещь!

— Когда ты научишься себя вести!

Он положил его к себе в карман, чем очень сильно разозлил меня. Я осталась с одним наушником и слушала про какой-то дурацкий фестиваль талантов.

— Он достаточно масштабный, и мы поедем в город, чтобы посмотреть на него, у единиц даже будет возможность принять участие, но для этого нужно хорошо показывать себя с самого начала. Отбор будет в середине смены.

Бла-бла-бла, и это длилось ещё минут тридцать. Потом мы разошлись, и Ёг Ши снова захотел меня проводить...

Идя сзади, он неожиданно забрал и второй наушник.

— ЁГ ШИ! ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ!!

— Почему ты такая взрослая, а всё ещё ребёнок, так сложно было посидеть без наушников? Что мне сделать, чтобы ты уже начала слушаться?!

— ТЫ СЕБЯ СЛЫШИШЬ?! ВЕДЁШЬ СЕБЯ КАК МУДАК!

Я попыталась отобрать у него наушники без силы, но он переложил их в задний карман и весело усмехнулся.

— Получишь, когда я сочту нужным. Вот и ваша комната, миледи.

Эти альфа-самецкие наклонности мне жутко не нравились. Подойдя к двери, я не сдержалась, и он получил звонкую пощёчину. Видно было, что ему не понравилось, но мне плевать. Пусть начнёт слушать меня! Я сделала так же, как и сегодня днём: оставила его одного и не попрощалась.

***

Закрыв дверь прямо у моей головы. Она даже не жалела о содеянном. Мне оставалось только глухо сжать кулаки до побеления. Челюсть то и дело хотела сломать себя пополам. Просверливая взглядом дверь, мне хотелось с таким же грохотом войти и накричать... но вместо этого пришлось глубоко вдохнуть и выдохнуть. В заднем кармане чувствовались её наушники, и от всей этой ситуации — двоякое ощущение неправильности и в то же время желание кричать. Так ничего и не сделав, мне пришлось уйти, пока не натворил дел.

***

Закрыв дверь, у меня снова начался приступ истерики. Я старалась взять себя в руки, хотя хотелось ударить по чему-нибудь со всей силы. Так нельзя себя вести, но мне хотелось плакать, плакать и ещё раз плакать, а ещё кричать, кричать, потому что меня не слышат. Я изо всех сил пыталась взять себя в руки, но мне не хватало воздуха, поэтому я подбежала к окну и, открыв его нараспашку, жадно глотала воздух. Ветер ударил в лицо, и я устало свесила голову. Прошла где-то минута, ушло напряжение в кулаках, осталась только обида, и несколько маленьких капель всё же упало на подоконник.

***

Глубокая ночь, а я не могла уснуть. Шум соседей мешал, хотелось встать и гаркнуть на них, но вместо этого, поднявшись с кровати и подойдя к окну, я открыла его, как пару часов назад, и подняла взгляд вверх, заглядевшись на лунный свет, что так красиво падал на деревья неподалёку стоявшей аллеи. Абсурдная мысль, но мне так захотелось погулять там, что раздумывала я всего пять минут. Одевшись, я осторожно спустилась по дереву.

На улице совсем не было холодно, мир смертных отличается красотой сбалансированности, у нас никогда не было такой луны. Мы все уже знаем, как должны себя вести и что делать. Вот только я... ангел с ошибками, это странно, но мне даже не хочется меняться. Семья всегда хотела образцовую дочь, и мама винила меня за нарушения её планов, много слёз было, но у неё не вышло. Я бы хотела вновь увидеть отца, я его почти не помню, но по рассказам знаю, что он очень добрый и заботливый, Ноару повезло — он его видел. А вот на меня сил не хватило...

Размышляя о детстве и гуляя по аллее, я наслаждалась прохладной ночью, напевая вслух строки своих песен. Не знаю, сколько я бродила и куда забрела, но нашла спортивную площадку. Она была возле какого-то большого здания, до отвращения запущенного, словно вот-вот развалится. Зайдя, я заметила грушу. Она спокойно висела на цепи и мозолила глаза своим видом. Я просто хотела присесть и, может, отдохнуть, но противное ощущение на кончике языка так и гоняло мысли. В этот момент мои конечности казались одновременно тяжёлыми и лёгкими. Запах ржавчины и резины стал особенно сильным в эту влажную погоду. Я продолжала смотреть на грушу и понимала, что всё больше хочу хоть как-то показать накипевшее, но что-то не давало... может, я просто слабая? Первый удар вышел хилым и даже не покачнул грушу, но тогда что-то качнулось внутри. Я ударила ещё и ещё. Когда она стала инертно двигаться, мне почему-то в голову так и лезли чужие голоса. Они раз за разом убивали своим безразличием и мерзостью. Я стала энергично наносить удар за ударом, казалось, что та злость, что пылала во мне тогда, разгорается вновь. Мысленно передо мной стоял Ёг Ши, который вечно слушает всех, но не меня, брат, который всегда боится довериться мне, их дуэт давно начал меня бесить, вот только ангелам запрещено чересчур показывать агрессивные эмоции. Я била её до тех пор, пока она не начала деформироваться, пока ткань на ней не стала неприятно трещать.

...

«Я тебе никогда не доверял»

...

— А ты когда-нибудь относился ко мне не как к долгу, ну, может, просто как к девушке?

— Твоя дружба многое для меня значит, в браке нельзя враждовать, лучше нам дружить.

...

— Я стараюсь!

— Но всегда ты делаешь что-то не так!

...

«Она опасна»

«У неё грязные руки»

«Не трожь её, она не такая, как мы»

«Ты позор»

«Не общайся с ними»

«Ты будешь делать, как я скажу!»

«С ней невозможно дружить»

«Она эгоистка»

«Таких, как она, всегда не любили в обществе»

«Ошибка»

От накопившихся эмоций я не сдержалась и одним резким ударом снесла грушу с цепи. Мои глаза снова начали слезиться, сердце больно сжалось. Я упала на землю и разглядывала свои руки — они были в крови, прожигающей внутренние слои кожи, покрытые пылью от груши, а по щекам незаметно катились слёзы. Да, я отличаюсь, да, я не такая, но, господи, ПОЧЕМУ Я?! Почему именно со мной это произошло?! Почему мне нужны вечные вторые личности? В ЧЁМ МОЯ ВИНА?! Неужели так сложна безусловная любовь? Мои руки были в крови от ударов, но боли я не чувствовала. Мне сжимало горло чем-то невидимым, чем-то, что делало это постоянно, лишь бы никто не услышал.

Крепко обняв колени, я дала волю эмоциям, из-за чего у меня сильно разболелась голова. Это меньшее, но всё равно приносящее боль чувство — когда понимаешь, что всем на тебя всё равно, а может, и хуже... это всегда больно осознавать, даже когда живёшь с этим всю жизнь.

Глубь ночи, а я всё не хочу назад. Хочу сбежать... чтоб никто никогда не знал меня.

— Пожалуйста...

Я подняла взгляд на луну, что ярко светила в ночном небе меж звёзд, и своим шепелявым голосом просила такую нелепицу.

— Измени всё... я не хочу больше так...

Кажется, я схожу с ума. Просить что-то у обычной луны, тем более загадывать желание. Да-а-а, я чокнутая.

Мои мысли прервал резкий звук выбитого стекла за спиной.

Я молниеносно обернулась, оглядывая здание. Одно окно на втором этаже действительно было разбито каким-то предметом.

Вытерев слёзы, я неуверенно, на подкошенных ногах вышла с площадки и направилась туда.

Это был железный лом... Что-то тут странно. Здесь есть люди?

В такое время обычно все спят, может, можно было бы закрыть на это глаза, но лом был весь в крови... В этот момент сердце дико забилось: что там? Почему кровь? Почему так тихо? Точно ли мне стоит просто уйти?

Думая о том, что творится внутри, она окровавленными руками натянула капюшон и взяла лом покрепче, всё ещё сомневаясь в своих действиях.

Здание оказалось заброшенным, повсюду валялся спортивный инвентарь, пыль, грязь, плесень местами, бычки сигарет и ещё много чего. Я шла и пыталась хоть кого-то услышать, может, зря я сюда пошла? У пацанов обычные разборки... с ломом?

Найдя лестницу на второй этаж, я тихо по ней поднималась, пока не услышала слабые болезненные стоны и удары чего-то деревянного.

Тихими плавными движениями поднявшись по ступенькам, я осторожно подошла к двери, не выходя на свет. Комната напоминала кабинет, но там сейчас были совсем не дети...

Глава 2

Там были четверо парней, стоявших вокруг окровавленного лежащего мальчика. Один наносил удары деревянной битой, а остальные смотрели. Пацан был весь в мясо, живого места нет, а тот даже не собирался заканчивать. От этой картины мурашки побежали по спине, даже руки, что держали лом, затряслись и ослабли — что, если они его убьют? Оглядевшись: в начале коридора, возле той лестницы лежал сломанный стул. Я тихо подошла, взяла его и бросила со всей силы по лестнице вниз, чем создала шум, а сама спряталась за стенкой. Трое вышли и стали осматриваться, один спустился по лестнице. Второй шастал возле меня. Было сложно успокоить дыхание и открыть глаза, мне буквально слышался каждый их шаг. Они звучали в унисон с моим сердцем. Задержав дыхание, я открыла глаза и ждала, пока они разделятся.

— Че за-а?

— Ку-ку.

Один подошёл ближе, и я притянула его за верхнюю одежду, врезав концом лома по носу, из которого почти мгновенно хлынула кровь. От неожиданной и резкой боли он потерял координацию и завыл, прижимая руки к лицу, останавливая кровотечение. Я схватила его за затылок и со всей силы ударила о своё колено, после чего он упал, но этим привлёк остальных. Господи. Я ударила ногой по шее бежавшего на меня, отчего он неправильно замахнулся, — я перехватила этот удар и перекинула его через себя, а в конце, пока он падал, ударила ломом по ногам. Парень, что спустился, уже бежал мне навстречу, но, в отличие от других, не торопился сразу нападать — он оглядывал меня, словно изучал.

— Женщина? Уложила двоих мужчин?

— Какие-то проблемы?

Он молча снова осмотрел меня.

— Если ты сейчас уйдёшь, то обещаю, никто не узнает об этом.

Обратив внимание на его кулаки, которые сжимались всё сильней, я притаила лом за спиной, пока он его не заметил.

— А потом так же, как того пацана?

Я взглядом указала на надломанную дверь.

— Будете избивать до света белого?

Он злобно усмехнулся, смотря в пол и явно думая, что сказать.

— Тебе лучше не вмешиваться в наши дела.

— Тебе лучше не указывать мне!

Он подошёл ближе.

— Ты слишком много увидела!

Всего за одно мгновение он поменялся в лице — на холодного и мрачного парня, который забыл про пощаду. Первый удар был за ним: резкие махи кулаком. Он пытался попасть по ногам и ударить в голову. После нескольких минут уворачиваний я уже с трудом дышала, чуть позже разглядела в его кулаках железные кольца — вроде кастеты? Он был быстр и в темноте плохо уловим, но как только я ударила его в бедро ломом, он скрючился от боли. Почувствовав вкус железа, я провела рукой по губе — на руке осталась кровь. Кто же знал, что такой будет мой первый день. Вот загадала на свою голову! Покрепче сжав лом, на котором красовалась уже и моя кровь, я с разворота врезала по его спине, когда он пытался отползти. Удар был оглушающим, и мне казалось, что был даже перебор, — он упал без сознания. Я подошла проверить дыхание. У всех всё хорошо. Это не могло не радовать. Убийцей мне точно быть не хочется! Последний был всё ещё в той комнате. Встав напротив двери, я всё ещё была в тени, под капюшоном, и смотрела, как тот бьёт его не останавливаясь, отчего моё дыхание прервалось — было столько крови, что сводило живот и непроизвольно наворачивались слёзы. Тот парень слетел с катушек и намерен убить бедолагу.

— ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ ПОДСТАВЛЯТЬ ХАН ШИ РО-О-О-О!! Я ТЕБЯ УБЬЮ-Ю-Ю!

Он не врёт! Подойдя к нему со спины, я замахнулась и своим ударом разломала его деревянную биту в щепки, которые большими кусками разлетелись по всему помещению. Его дикие глаза сначала не понимали, что произошло, но потом он обернулся и уставился на меня, и словно что-то в нём переклинило.

— ...ЧТО ЗА ЧЕРТ! ГДЕ УБИН?!

— Отошёл от него!

Я направила на него железный лом.

Он не выглядит сильным — скорее, оружие придаёт ему ту опасность. К тому же, он в достаточно плохой стойке, и взгляд гуляет.

Он, больше не разговаривая со мной, с разворота попытался ударить ногой по моему черепу, и я с такой же силой ударила ломом по ней, после чего услышала истошный крик и оглушительные болезненные стоны. Упав в лужу крови, он в судорогах схватился за ногу.

— А-А-А-А, НОГА-А!

Кажется, я её сломала.

Присев к нему, я резким ударом кулака по лицу, в челюсть, отключила его. Эрика! Почему ты лезешь не в свою жопу? Я быстро подошла к пацану и оглядела. На нём не было живого места — раны, гематомы, остальное скрыто под кровью, а сам он уже не был здесь.

— Э-эй.

Я легонько побила его по щекам и потормошила за плечи.

Он молчал, и меня пробрало. Что, если я опоздала? Что, если, приди я раньше, он бы ответил? С моих глаз стекла одна-единственная слеза, и свело руки, которыми я тормошила его слабое тело. Пряди надоевших волос так и лезли в глаза, но мне это не мешало лицезреть эту ужасную картину. А потом... одно тонкое касание. Словно знак, что он жив. Это его рука — сама она не шевелилась, только один палец, но этого хватило с лихвой, чтобы испытать облегчение. Я, кажется, пока его тормошила, даже не дышала всё это время. А сейчас, после этого жеста, стала жадно глотать кислород, просто чтобы не упасть, как те парни. У меня закружилась голова, и было сложно что-либо обдумывать. Прописав себе пощёчину — это помогло чётче собраться с мыслями, — я начала действовать оперативно, хотя хотелось свернуться в комок и заплакать.

Я осторожно подняла его руку и положила к себе на плечи. Он приоткрыл глаза, полные боли и слёз, — в них была доля удивления, а остальное всё наполнено мольбой о спасении.

— Ты должен постараться помочь мне.

Тихий хриплый звук, доносящийся из его груди и не доходящий до горла, был согласием, и мне пришлось как можно аккуратней взять его, пока он, побитый и почти ушедший, боролся со своей болью, помогая мне своим телом. Думаю, он точно не ожидал спасения, не говоря уж о том, что спасителем окажется девушка.

— Я отведу тебя в медпункт.

Он отрицательно замотал головой и почти упал с моих рук, теперь уже замычав от боли и ворочаясь, молясь, чтобы хотя бы одно место на теле не болело. Оцепенев, я даже не понимала такой людской реакции. Почему он так сделал?

— Ты себя видел? Вряд ли тебя пустят в свой корпус.

Его тихий и обрывчатый голос что-то шептал, я наклонилась ближе и расслышала:

— Телефон...

И его взгляд был направлен на того мудака. Оглядев парня, затем другого, — кажется, тот забрал его телефон. Действительно, подойдя к нему и пошарившись, в кармане того ублюдка был телефон. Забрав его, я увидела, что в экстренных вызовах был только один номер.

«Ли Ман»

Набрала его.

Гудки были долгие, но в конце концов на той стороне сняли трубку.

— Ын Би, зачем так поздно?!

На той стороне послышался сонный и раздражённый мужской голос.

— Вы Ли Ман?

В трубке повисла тишина, но не отключились.

— ...А кто спрашивает?

— Ын Би сейчас в плохом состоянии. Я отправлю вам геоточку, придите как можно быстрей.

— Понял, жду...

Я сбросила.

— Это, конечно, прекрасно, вот только здесь тебе нельзя оставаться — вдруг эти звери очнутся, так что пошли!

Собрав все свои силы, он с моей помощью поднялся, и мы дошли сначала до первого этажа, потом и до какой-то скамейки в аллее, где я уже и отправила геоточку.

— Скоро за тобой придут... Думаю, мне лучше уйти...

Я встала и направилась от него подальше. Вот теперь мне захотелось вернуться в свою комнату. Не дай бог снова встретить этих ребят!

Идя по той аллее, которой я недавно любовалась, — сейчас это уже сложней. Ведь мысли мои погрузились в то, что я сделала. Ноар предупреждал, что мы сильнее людей, но я не ожидала, что его уроки так пригодятся. Тот парень... на нём было так много крови, мне до сих пор воротит, и этот ужасный солёный привкус металла во рту!

Когда адреналин поубавился в крови, она стала чувствовать слабость и ноющую боль по всему телу. Посмотрев на руки, на которых до сих пор была чужая и своя кровь, — в животе настолько всё закрутилось, что самые худшие опасения стали явью. Её вывернуло прямо в кусты. Это показалось ей стыдным и полным противоречием её статусу, но от этого становилось только хуже, и, не помня как и когда, она пришла в себя — лишь свежий прохладный воздух, а потом застойный и тёплый, тот, что в её комнате. Первое, что она сделала, — всю одежду, что была в крови, как можно быстрей с себя сняла и забежала в душ, смывая всю эту кошмарную историю. Она долго не могла из него выйти. Все те события так и крутились, так и мешали ей. В кабинке она сидела калачиком, как и представляла, пока на неё лил тёплый душ, и с замиранием сердца смотрела, как много стекает с неё крови вперемешку с проточной водой...

***

Прохладный рассвет только озарил крыши домов, а на одной из них уже слышались болезненные стоны избитых парней.

— Значит, мы слишком вам доверились.

Парень чуть старше их сейчас жестоко избивал каждого за невыполненное задание. Из их ртов снова лилась кровь, а на вчерашних ранах красовались новые. Те, что не могли встать, ползли и от этого выглядели ещё ничтожней.

— Мы почти его завершили, он уже был без сознания, но...

— Ты такой бесполезный. Ц-ц.

Тот отвечал уже в слезах и молил о пощаде.

— Живо говори.

Парень ещё тройку раз ударил того и в гневе начал целиться пистолетом ему в голову, медленно кладя указательный палец на железный курок.

— Господи-и-и-и-ин, молю-ю, не надо.

Он упал в глубокий поклон и истерически плакал, многократно ударяясь головой о бетонный пол крыши, на которой остались кровавые следы от его страха.

Парень, вытерев сопли, приподнялся и, закрыв глаза, ответил:

— Т-там оказалась какая-то девушка-а-а...

— Ах ты!

Тот, не сдерживая себя, пнул его подошвой в рот.

— Вас уделала девушка!

Он подошёл к одному и, завернув руку, сломал её.

Крик и слёзы того парня напугали остальных, и те уже не знали, как искать их прощения.

— Я молю, мы её найдём, она за всё ответит. Дайте только время.

— Времени у вас вчера было предостаточно.

К ним подошли большие мужчины и силой оттащили с крыши в здание под ярые мольбы о прощении.

Парень гневно сжимал челюсть и готов был вернуть их, чтоб расправиться до конца, но вместо этого глубоко вдохнул и выдохнул, а после подсел к другу на стул у края крыши и устало скинул руки к полу.

— Девушка... это что-то, такими темпами плохой репутацией обзаведёмся...

— Х-х-х, смешно.

— Женщина... и уделала наших новичков. По-моему, мы опустили планку, а может, это ММАшница?

Он наклонил голову и перевёл насмешливый взгляд на друга, который читал книгу, не обращая на него внимания.

— Займись этим. Думаю, тебе как раз нечем заняться.

Сухо и как будто без интереса. Он наконец отвёл взгляд от книги, встретившись с огоньками, в которых скоро будут плясать чертики. Отчего слегка улыбнулся.

Он играючи нацелил пистолет в здание напротив, которое было ниже ихнего на пару-тройку этажей.

***

— Ли Ман, я больше не хочу в этом участвовать.

В захудалой квартире, в которой кругом мусор и пыль, сидел парень со шрамами, ссадинами и кучей гематом, и его друг, который посматривал в окно из-за штор.

— Зря мы решились на это... я говорил!

— Заткнись!

Его друг резко развернулся к нему и громко гаркнул, после рывком оказался возле него, хватая за шиворот.

— Слушай... нам надо просто переждать! У Ши Ро должны появиться проблемы, которые нас застелят.

— Но как?

— Та девка... что спасла тебя вчера.

— Ли Ман, Ши Ро не будет за ней гоняться. Он, по-твоему, дурак?!

— ...

Тот присел и начал задумчиво смотреть в пол.

— Один раз он может и не заметит, а что, если их будет больше? Спасла тебя, значит, скоро спасёт и кого-то ещё. Мы должны только ждать...

Они переглянулись и больше ничего не говорили.

***

Я проснулась с отвратительной болью в руках и ногах. Казалось бы, на теле нет ни ссадины, но вчерашние последствия всё равно есть. У ванного зеркала красовался какой-то урод. На голове ересь что — любой, кто увидит, убежит сверкая пятками! Вспышки этой ночи всё ещё всплывали, но не так сильно, хотя всю ночь ворочалась от кошмаров. Просто шок от большого количества крови... вот и всё.

Приведя себя в порядок, уже и не скажешь, что урод. Чуть-чуть странная, но не урод.

***

Первый день адаптации. Мне говорили, это всегда волнительно, а что именно должно волновать? Весь корпус я уже прогуляла, соглашусь, что здесь действительно красиво, но в основном из-за местной природы. Многие смертные на меня странно смотрели — может, из-за того, что я одна, почти все здесь с кем-то, и я даже не удивилась, но и Ёг Ши тоже уже нашёл компашку. Он меня не заметил, я прошла в сторонке и не поздоровалась. На улице очень даже тепло, как раз иду по той аллее... на ту площадку... она казалась вчера мне таким уютным местом.

***

Идя по дорожке, мне навстречу шли какие-то парни. Может, меня они и не зацепили взглядом, но мой упал на их кровавые руки. Когда они прошли совсем близко, в нос ударил противный запах грязи и пота вперемешку с каким-то железным, похожим на вчерашний. Даже живот начало снова мутить. Когда они прошли и свежий воздух стал преобладать, эти позывы ушли, но... почему у них кровавые руки?

Мысли поглощали внимание. Что это за место, что таким мало кого удивишь?

Было много вопросов. Но стоит ли мне искать на них ответы? Это не мои проблемы, я их даже не знаю. Всё, что мне нужно здесь, — это спокойно отучиться и научиться понимать эмоции смертных. Желательно не совершая ошибок.

Я уже подходила к той самой клетке и заметила, что в ней были два человека. Но один почему-то лежал на резиновом покрытии. А девушка сидела рядом с ним и что-то кричала.

***

15 минут ранее

***

Парни играли друг с другом, пока я стояла в сторонке. Оно и лучше. Не нужно им обращать на меня внимания! Я вообще не хотела, чтоб Гу Вон брал меня с собой.

Задумавшись, я не поняла, как в меня прилетел тяжёлый мяч и я больно упала на резиновое покрытие.

— Эй, Су Вон, ты чего разлеглась? Вставай давай.

Гу Вон радостно подбежал ко мне и подал руку. Я взялась за неё и осторожно поднялась.

— Ты такая хиленькая, могла бы с нами потренироваться, чтоб тебя ветром не снесло.

Он осторожно отряхнул мою юбку и посмотрел в мои глаза.

— Ты знаешь, как я отношусь к ним.

— Су Во-он!

Он устало вытянул моё имя, но я всё ещё ему тихо высказывалась.

— Ты совсем перестал появляться в школе. Я не хочу, чтобы ты с ними водился!

Её лицо приобрело гневный вид, а руки она положила на свои бёдра, пока он, нагнувшись, чтоб быть с ней на одном уровне, всё ещё смотрел в её глаза.

— Эй, Гу Вон, что вы там так страстно обсуждаете?

Остальные парни посмеялись над шуткой их друга.

— Я пошла отсюда. С тобой или без тебя!

Я направилась к выходу, думала, он захочет пойти со мной, но, обернувшись, увидела только взгляд, в котором читалась вина. Моё сердце больно сжалось, и я уже точно направилась к выходу.

— Ну-ну-ну...

Мою руку схватил высокий парень, я даже ничего не поняла.

— Ты что-то, малышка, обнаглела: тебе дали возможность провести с такими красавчиками время, а ты нос воротишь.

Красавчики — это единственное, что в них есть, и то не у всех. Им больше подходит слово «отвратительные».

— Извини, мне надо идти, готовиться к урокам.

Я пыталась вырвать свою руку из его хватки, но он только сильней её сжал и широко улыбнулся.

— Ну что ж ты так. Нам вот будет скучно.

Он положил вторую руку на моё бедро.

— Э-э-эй, сука, сестру мою не смей трогать!

Гу Вон врезал тому со всей силы, так что тот меня сразу отпустил и даже упал, вот только остальные начали идти на него с явным возмущением.

Я смотрела, как мой брат один против троих больших парней, и он немало пропускал удары. Мой истерический крик никого не волновал, я не знала, что делать. Его просто избивают, его лицо в крови, про тело я молчу.

— ОСТАНОВИТЕСЬ! Я ВЫЗОВУ ПОЛИЦИЮ-Ю!

Достав телефон, я судорожно набирала их номер, пока не поняла, что ко мне подошёл тот самый шкаф.

Я крепко прижала телефон к себе и смотрела в его глаза. С его носа текла кровь, что пугало меня ещё больше, — сделав шаг назад, я оказалась у этих самых чёртовых решёток и была в ловушке.

— Дай мне его, милая.

Я отрицательно помотала головой и прижала его ещё крепче к груди.

— Если не отдашь, я изобью твоего брата до смерти.

Первые слёзы скатились по моим щекам, я больно прищурилась — мне хочется, чтобы брата не били, но боюсь отдавать телефон.

— Даю последний шанс...

Он поднял руку, показывая, чтобы я положила туда телефон.

Посмотрев за него, я увидела, как держали моего брата, стоявшего на коленях и изрядно уже избитого.

Сердце пропустило болючий укол, и я отдала ему гаджет.

— Видишь. Это несложно.

Он положил его в задний карман и снова посмотрел на меня.

— Какая ты послушная.

Своей противной лапой он щипал мои щёки, после чего больно ударил по ним, снова уронив меня на землю.

— Сука, ты как могла нам угрожать, а-а-а-а?!

Он схватил меня за волосы и потащил куда-то.

— Пожалуйста-а. Прекрати-и-и, не надо-о-о...

Бьющаяся в истерике, она пыталась вырваться, но по ощущениям казалось, что ей сейчас выдирают мозги. Всё плыло от боли, и она уже не видела Гу Вона, но слышала, как снова кто-то кого-то бьёт.

***

Там громкий вой — и странно, что никто так долго не приходит на крики и просьбы о помощи.

В самой площадке высокий и весьма мускулистый парень тащил хрупкую девушку в угол с зубастой улыбкой, его совсем не волновали её крики или то, что он с ней делает.

Другие же, уже поиздевавшись над парнем, сидели и смотрели на его обморочное состояние. Вид у него был весьма убийственный.

— Мразь.

Парень ударил девку о железные сплетения, отчего она больно застонала.

— Я покажу, как надо бояться...

Двинувшись к ней, он схватил её за горло и начал душить, прижав к решётке. Металл впился в её спину, цепляясь меж рёбер и скрежеща по позвоночнику. Хриплые стоны и слабые попытки её рук хоть на мгновение ослабить хватку только насмешили его. Усилив хватку, пока она сама не расслабила руки, он наслаждался своим превосходством и хотел будто большего.

Парень уже к тому времени валялся на полу и не смел открыть глаза. Яркий и горячий солнечный свет только сильней обжигал его раны и резал сквозь веки. Он не кричал. Не плакал. С его рта выплёскивалась тонкой дорожкой алая пена после каждого кашля. Чувство боли стало далёким, как будто фантомным, и только шум в ушах. Как они смеялись, как кричала его сестра, даже их дыхание. Было слышно всё, а потом звон, как будто микрофон уронили на пол, и больше не было никаких ощущений, связывающих его с этим миром. Только внутренние процессы, которые, кажется, стали настолько хаотичны, что в любой момент разорвут его на кусочки или он захлебнётся в собственной крови...

— ВЫ! ИДИОТЫ! ЧТО С НИМ СДЕЛАЛИ!!

Парень, державший еле дышавшую девушку, повернул к ним голову, и на его шее были отчётливо видны пульсирующие вены, почти такие же, как и на руках. Он отпустил девушку, которая в свободном падении свалилась на резиновое покрытие с глухим, влажным звуком — будто мокрой тряпкой хлестнули об пол. Он украдкой глянул на неё и в спешке убрал её телефон к себе в задний карман. После повернулся к ребятам, которые отошли от парня и все как один смотрели, молча ожидая следующих действий.

— Нужно сваливать. Если не хотите стать как Гу Вон.

Он смотрел на бездыханное тело парня, и представления о том, как он сам будет на том же месте, так и лезли ему в голову.

Ребята переглянулись между собой и только сейчас поняли, кто стал по-настоящему мишенями. Последовав за резко двинувшимся к выходу главарём, они даже не оглядывались назад, хотя знали, чья кровь на их руках.

***

Когда его руки перестали перекрывать ей кислород, маленькие крупицы стали попадать в её организм. Сначала не было ничего. Даже малейших действий. Только слабое тело, на котором отпечатывались кусочки мелкой резины. Вдалеке от неё лежал брат, который хотел быть её защитой, но вместо этого огрёб сильней неё.

Она стала медленно открывать глаза. Даже маленькая картинка, что ей сейчас виделась, ходила ходуном. Она смотрела и не понимала, где она и что случилось. Понемногу стало чувствоваться жжение резины у щёк. Наконец она начала вспоминать, почему они здесь и как всё произошло. Судорожно втягивая воздух ртом, руки стали цепляться в то же покрытие, только бы не упасть. Ощущение полёта сковывало всё тело. Казалось, всё тело вывернут наизнанку, а она даже не сможет это контролировать. Тянувшись рукой к своему брату, она, стиснув зубы, пыталась доползти до него, но руки предательски дрожали и не поддавались разуму. Минута, две — и она попробовала сесть. Только в такой позе она увидела, как сейчас выглядит её брат. Обездвиженное, помятое, с кровавым лицом и стеклянными, еле открытыми глазами. Слеза скатилась с её щеки на резину, и, заставив себя проглотить боль, она маленькими отрывками, но ползла к нему, борясь с собственным головокружением и кровью из носа, что пачкала её руки и одежду. Раны на руках от камешков на резине мучительно рвались от каждого её действия, и эта же боль, которая вызывала всё больше слёз, заставляла её сильней ползти к брату, думая, что с ним хуже.

Почувствовав холодную кожу его руки, она остановилась и сжала её в своей слабой дрожащей руке. Её глаза нервно бегали по каждому синяку на нём, и, кажется, ей снова не хватало воздуха. Поток слёз усилился. Её хриплые стоны смешались в некое подобие плача. Она приложила свою руку к его лицу. Его кровь смешалась с её, и, почувствовав холод и липкую кожу, она закричала что есть силы. Чистым, звонким и высоким голосом, срывая себе горло и игнорируя боль от синяков на нём. Она умоляла его очнуться. Открыть глаза. Сделать хоть что-то, но он её не слышал. В этот момент она была готова прижаться к нему настолько сильно, лишь бы заставить его снова дышать, лишь бы услышать хотя бы самое тонкое сердцебиение. Ветер противно разносил запах его крови и спутывал её волосы у лица, смешивая их со слезами и её кровью. Она сидела и не могла ничем помочь. Не в силах даже встать на ноги, она понимала, насколько беспомощна, и от этого ещё сильнее дрожала.

Вдруг она почувствовала руку на своём плече. Тонкую и маленькую, совсем не как у мужчин, но всё же, вздрогнув, она перевела взгляд с брата в сторону и увидела глаза, полные сочувствия и понимания, — они тоже слезились, но не плакали. Она чувствовала, как нежно эта рука гладила её по плечу, и всего одна фраза полностью выбила её из здравых эмоций:

— Скорая скоро приедет.

Тихо, словно боясь навредить, она спасла её внутренний мир одной только фразой, одним только действием. Она точно не рассмотрела её лицо — пелена в глазах осела быстрей, звон в ушах уже был не снаружи, а внутри. Её вновь упавшее тело было осторожно поймано Эрикой, которая старалась как можно нежнее положить её на пол.

***

Её крик будоражил каждую клетку в её теле. Эрика стояла за ней и не могла свободно вдохнуть. Дрожащими руками она перекрыла легка приоткрытый рот и еле сдерживала себя, чтобы тоже не заплакать. Скорая должна была уже ехать, но она не могла просто так оставить эту девушку. Та выглядела такой измождённой, что хотелось укрыть её одеялом и позволить выплакаться в подушку. Желая сделать шаг, она не смогла поднять ногу даже на сантиметр. Всё внутри отражалось странной болью. Почти собственной. Когда боль вытекает по крови, даже по пальцам. Когда понимаешь, что не можешь сделать и вдоха, потому что это ощущение отдалённо знакомо и понимаешь человека, который сейчас его ощущает. Как мир внутри него отрицает и рушится... Один шаг, второй — и она медленно, через собственные эмоции подошла к ней. Та даже не заметила. Своим хриплым голосом она что-то говорила, но это не было похоже на слова. Эрика невесомо положила руку на её плечи, сама боясь сделать хуже.

***

В этот момент корпусы были заполнены шумом, состоящим из смеха, общения и общих занятий. Единственное — один парень разбавлял этот штиль своим нервным взглядом, гуляющим по каждой прохожей и ищущим ту самую девушку, которая заставляет закипать кровь и неметь челюсть.

***

— Ёг Ши, ты кого это ищешь всё утро?

Парень сидел как на иголках, он постоянно оглядывался и односложно отвечал на вопросы, при этом проверяя телефон почти каждые пять минут.

— Да так, просто...

— Ты всегда такой странный?

— Со Ми! Не грубить.

Девушка, сидевшая возле них за столом, глухо ударила по нему кулаком.

— И вообще, слезь со стола. На тебя косо смотрят.

Её подруга недовольно хмыкнула, но всё же слезла и села как все.

— Ёг Ши, если ты кого-то потерял, то мы можем помочь.

Крепкая мужская рука свалилась на плечо парня, сильно зажав его.

— Нет, думаю, не нужно, но мне действительно надо кое-кого найти.

Он встал из-за стола и, попрощавшись со всеми, вышел из столовой.

***

Я шла по улице, погрузившись в свои мысли. Тяжело давался каждый шаг, будто ноги привязали к гирям. Мои руки ослабели, и не хотелось даже возвращаться. Настолько паршивое чувство от этого места. Тут нет дела до чужой боли. Все настолько жестокие, насколько описывались в книгах.

Я, кстати, вспомнила, что даже не поела. Но в основном я думала о скорой встрече с братом. Он мне даже не сообщил, что приедет позже, но, даже так, я не расстроилась. Сейчас ищу места для тренировок, может, для поиска музы, может, чтобы сбегать. Неудобно постоянно пользоваться ногами, у спины словно ощущение онемевших суставов. Зато люди тут не притворяются святошами.

— Привет...

Ко мне подошла... вроде бы это наша вожатая.

— Здравствуйте.

Я сделала лёгкий поклон и хотела уже идти.

— У тебя есть минутка?

— ...

— Можешь присесть.

— Вам что-то нужно?

Мне не хотелось грубить, но мне было сложно держать себя. Хотелось поскорей обойти её. Оставшись стоять, она никак не отреагировала, только молча, будто одобрительно кивнула.

— Мне интересно с тобой познакомиться.

— ...

— Ты здесь одна?

— Я тут гуляю.

— Понятно... извини, я не знаю твоего имени.

— Эрика.

— Хм.

Она мило усмехнулась. У неё очень добрые глаза и лёгкий взгляд. Губы слегка тонкие, а возле левого глаза, ближе к уху, маленькая родинка.

— Красивое и нетипичное имя. Ты издалека к нам приехала?

— Что-то типа. Вы точно там не бывали.

— Понятно, ты уже ходила на завтрак? Чтоб до сюда дойти, нужно рано вставать.

— Я не хотела.

— Ты с кем-то утром встречалась из другого корпуса?

— Госпожа, это допрос?

— Я просто хочу тебя узнать.

— Почему именно меня?

— ...Ты просто кажешься интересной, я заметила тебя ещё на вчерашнем огоньке.

— Я просто сидела.

— Ты меня не слушала. У тебя был наушник в ухе, мне казалось, что тебе это место не понравилось.

— Вы себе накручиваете.

— Тогда почему ты здесь одна?

— Почему вы задаёте мне такие вопросы?

Было ощущение, что она переходит грань вожатой, но, может, в мире смертных это обычный разговор. Может, из-за того, что я нездешняя, меня так это раздражает. Мимо нас пробежали два парня. Они весело что-то обсуждали. Я слегка зацепила их взглядом и заметила, как им весело друг с другом, а после незаметно даже для себя взглянула на руки, на которых были маленькие следы бурой сухой крови. Убрав руки в карманы, чтоб никто этого не увидел, я перевела взгляд на вожатую, что с таким любопытством рассматривала меня.

— Мне кажется, что тебе всё же интересно было бы с кем-то проводить время. Эрика, если ты хочешь побыть одна, я понимаю. Просто не хочу, чтоб ты была одинока. Нам с тобой ещё долго быть вместе.

Одинока? Хах. Она хотя бы представляет, что творится с этим лагерем? Я тут второй день, а уже увидела двоих, которым нужна срочная скорая помощь. Как она может указывать, как мне лучше?! Мне хочется кричать на неё, но её же желание помочь меня останавливает. Как я вообще до такого дошла?!

— Госпожа, я не обязана шагать с кем-то за ручку. Может, вы правы в том, что нам с вами долго работать, так что давайте не вмешиваться в жизни каждого отдельно, просто работайте с остальными.

Обойдя её, я зашагала с новой силой, впиваясь ногтями в кожу рук.

— Эрика!

Она громко крикнула, и я вполоборота обернулась.

— Если вдруг нужна будет помощь, любая... Можешь обращаться.

Я, ничего не сказав, пошла дальше.

***

Да, я далеко не социальный чел. В основном я и была той, в горах учебников и одиноких дворцов. Когда был папа, тогда было весело, сейчас нету такого человека, который любил бы просто так. Ну и ладно...

Я гуляла по природным тропинкам достаточно долго, может, полтора часа точно. Возвращаясь к корпусу, я поднималась по лестнице, держа руки в карманах. Съёжившись от холода, мой взгляд поднялся наверх, ощущая чей-то надзор. Я заметила на втором этаже знакомую макушку, высматривающую кого-то в окно, и, как только наши взгляды пересеклись, тот бросился с места куда-то, ну и ладно...

Зайдя в корпус, я направилась в свою комнату, а потом хотела в столовую.

Переодевшись, я взяла свой альбом и хотела выйти, но в мою дверь начали дубасить как сумасшедшие.

— ЭРИКА! Ты там?

Что этому придурку надо?

Я медленно открыла, и передо мной стоял запыхавшийся здоровяк.

— Тебе чего?

Его злой взгляд гулял по мне, ну и что я на этот раз сделала?

— Ты совсем? Почему пропадаешь почти на весь день, на звонки не отвечаешь и даже сообщения не читаешь?!

— Ты чего так нападаешь? Не понимаю твоей злости.

— Злости?! ДА Я В ЯРОСТИ!!

Я глядела на всех проходящих вдали коридора — как и ожидалось, они все обратили внимание и начали шептаться.

Ничего не ответив ему, я просто прошла мимо, стараясь сделать вид, что с ним не знакома, и пошла в столовую, но он меня не отпускал и читал нотации за моей спиной.

— Как можно так безответственно уйти, а если б ты заблудилась или нарвалась на плохую шайку?

Он остановил меня, встав передо мной, близко подойдя, смотря сверху вниз.

— Что бы я сказал твоему брату и маме? Свободу почувствовала? Помни... тебе нельзя делать, что в голову взбредёт!

— Так иди пожалуйся, раз так боишься за свою жопу. Отойди.

Я оттолкнула его рукой, от которой он сразу отстранился.

— Мешаешь...

***

В столовой уже не было большого потока. Поэтому, быстро взяв поднос и сев за свободный стол в отдалённом углу, я уткнулась в альбом, рисуя ночной пейзаж. К еде меня особо не тянуло, так... для вида. Но неожиданно ко мне за стол подсели какие-то девушки.

— Привет, что пишешь?

— ...

— Ты не услышала?

— Со Ми, блин.

Две девушки: одна — вся на вид такая сахарная, не в плане одежды, а в плане внешности, другая же — словно что-то стойкое. Какой баланс.

— Это тебя искал Ёг Ши?

— Он вам сказал?

— Не, он очень громко ругался на тебя в коридоре. Ты его девушка?

Как неприятно-то это слышать. Даже в вопросительной форме.

— М-м-м, мы давние знакомые.

— Что ж... Рада знакомству, это Со Ми и Те Чоль, а я Ми На.

— Что?..

— Интересный рисунок.

От неожиданности я подпрыгнула и выронила ручку, прижав к груди альбом. Над моей головой был парень — так тихо подошёл, что я даже не поняла этого.

— Ой, извини.

Он присел и вернул мне ручку, а после сел возле меня.

— Ты давно этим занимаешься?

— Относительно.

— Покажи!

— ...

— Со Ми, ты вводишь её в краску. (Ми На)

Что им надо, зачем пришли? Знакомиться? Со мной?

— Так как тебя зовут? (Те Чоль)

— Вы разве не слышали?

— Официально ты нам так и не представилась.

— Х-х-х.

Устало выдохнула.

— Эрика.

— Ты рисуешь картины на заказ? (Ми На)

— Нет, для себя.

— Так ты художник? ВАх-х!

У Со Ми, вроде бы, чуть глаза не выпали.

— Что-то типа.

Они ещё долго со мной общались, отчего всё внутри меня зудело и этим вызывало дискомфорт.

***

Я шёл по коридору, не замечая никого, во мне бурлила злость. Ей только дали волю, так она уже никого ни во что не ставит.

— Ёг Ши.

— О-о.

Я чуть не снёс госпожу Мин.

— Извините.

Я поклонился в знак уважения и извинения.

— Ничего, ты нашёл беглянку?

Она нежно улыбнулась и переплела пальцы рук перед собой.

— Да, не волнуйтесь. Уже всё хорошо.

— Ну, тогда прекрасно. У нас завтра будет выезд, так что надеюсь тебя с друзьями увидеть.

— Я постараюсь, госпожа.

Мы попрощались, и я прошёл в свою комнату. Эта девка меня доведёт до седины!

Глава 3

Удивительно, они такие добрые и улыбчивые. Их руки не за спинами, и в диалоге очень открытые. Это та самая дружеская обстановка, про которую я читала? ... даже как то неловко от этой мысли.

В своей комнате я уже сидела на кровати, слушая музыку и тихо напевая. Думая про этих смертных. Кажется они хорошие.

Тот парень… он постоянно пытался заглянуть в мою тетрадь. Такой настырный. И отвлекшись на мысль я и не заметила, как впервые получила сообщение.

«Вас добавили в группу „общага“»

Это те самые смертные?

— Эй, Эрика? (Со Ми)

И что мне писать?

Первые пару минут мои пальцы просто бездвижно висели над клавиатурой телефона. Обычно напичают с приветствия..а тут как-то не по этикету...

— ... я тут ...

Почему то мне казалось, что я делаю что-то ни то. Даже хотелось удалить сообщение, но на него уже ответили

– я это поняла) слушай, ты же рисуешь?

Ну и зачем им это?

–...я рисую с 5 лет почти каждый день

– огооо. Это так круто! Не устаёшь? Ты это делаешь по своей воле или родители заставляют ??

Она какая-то навящивая, чем-то с тем парнем похожи...может пара?

– Со Ми! Ты как то слишком активно распрашиваешь!

Ой...и другая появилась, которая как генерал. Она так с ней общается, может сестры? Это разве достойное поведение?...хотя они обе очень ... разные. В них нет сдержанности. Чем-то даже меня напоминают.

Все это время они переписывались между собой, а мне оставалось только наблюдать за сообщениями.

– да я просто так. В конце же будет балл. Может она хочет принять участие в организации!?

– до балла ещё уйма времени! Об этом даже сами организаторы с учителями не думали!

– почему ты так завелась! В моем вопросе нет ничего личного!

– а тема с волей? Это по твоему для публики?

Вот концерт конечно, публика...они сами сейчас артистки. Даже забавно...

–...может сменим тему?

– поддерживаю!

Тот парень тоже зашёл в чат... приятненико, что он поддержал. Их нужно было чучуть перенаправить. И действительно... обе замолчали.

–ребят! Короче, что я выяснил! У нас завтра поездка в музей в городе! Давайте вместе поедем? Это не обязательно, но в музеях всегда интересно.

Музей? Это то здание, в котором храниться вековые останки и слои пыли? Они собираются туда поехать? Получается мы завтра не увидимся?....

–звучит интересно. Давно не была в музеях. Ми На, ты же поедешь?

Она ответила только через минуту.

– да...я бы хотела...

Хотела...я бы тоже..наверно. может не стоит навязываться, все же они вроде между собой общаются и им и так хорошо...

Только я хотела выключить телефон как на него снова пришло сообщение.

– Эрика, а ты?

И в этот момент что-то внутри переключилось. Странное тёплое и будоражущее чувство в груди...и лёгкий румянец на щеках. Штурм мыслей с желанием подобрать правильный ответ и сухой итог

–да.

Это все на что хватило идей. Как нужно показывать завлеченность? Тоже писать на эмоциях? Или изучить какой-то сленг? Может переключать языки, чтоб было интересней со мной общаться?

– вообще круто! Тогда давайте так! Отъезжаем мы в восемь и соберёмся тогда за минут 20 до. Оки?

Все согласились и я ответила повторным своим "да", но кажется надо было написать что-то другое.

— А куда мы едем?

— Он не далеко от нашей школы. Там буквально в нескольких кварталах.

И все почему то замолчали...может на этом смертные заканчивают разговор? Также непринуждённо, как его начинали?

Выключив телефон я встала с кровати присаживаясь за стол и открывая свой альбом, беря в руки карандаш.

***

–ребят ... может не поедем?

В группе не было прекращения, просто у каждого эта информация вызвала своеобразную реакцию

– почему?

– мне этот район не нравится. Там много шаек и просто грязно.

– Со Ми, но мы же будем в здание. Там с охраной все хорошо, да и этим шайкам не нужно приставать к простым прохожим. Им это не выгодно!

–тебе легко говорить! Ты мальчик и можешь им легко двинуть !

– Ми На девочка, но двинет не хуже меня!

–или по тебе!

–Ми На, ну что ты сегодня такая агрессивная?

–просто...ничего особенного. Просто устала.

– Ми На, хочешь я приду?

– Со Ми, ты дурочка? Мы живём в одной комнате!

– так я в другой части)

–вот ты конечно))

– не переживай, если что...я спасу тебя от всего!

–хах..и даже от банды Хан?

–...не ну в какой-то перспективе я их задержус!

Все в чате засмеялись и почти всех клонило в сон.

–довуськи, я лучше пойду уже. Спокойной

После этого разговор завершился по настоящему.

***

Поздно ночью в чате «общага»

— Я тоже поеду. (Ёг Ши)

***

Город миллионок, искусство, созданное человеком. Каждую ночь здесь зажигают огни тысячи домов, почти никто не сидит дома: гулянки, работа, учёба и т. д. Лучшая почва для банд…

В отдалённом от центра районе, на территории бизнес-высотки, в одном из предпоследних этажей горел свет, тогда как в остальных, не считая нижних, его не было. Это была комната, казалось бы, для президента, всё на высоте: от дорогой мебели до идеально наточенных карандашей. На кожаном диване сидел парень лет восемнадцати, внимательно анализировал видео с камер загородного района. В нём был один парень, который упорно дрался с группой мужчин, нападавших на него. Казалось бы, что его должно было здесь зацепить, вот только этот парень изрядно нагадил в банде. Он не мог поверить, что какой-то парнишка, совсем не примечательный, почти угробил его самого. Такое он не прощает. На видео его увели четверо мужчин в заброшку лагеря, где как раз не было камер, казалось бы, только чудо его спасёт. Что ж, весьма везучий таракан.

— Ты чего так планшет сжимаешь?

Парень с азартной ухмылкой встал с кресла и подошёл к другу, подсев на спинку белоснежного дивана, сложив на него ноги.

— М-да, этот парнишка хорошо прячется.

Тот хмыкнул и продолжал смотреть в планшет друга.

— Ли Ман всё здесь продумал. Даже зайца нашёл.

— Хах, вот ублюдок.

— Х-х.

Он, хищно усмехнувшись, отложил планшет на стол перед ним и взял в руки телефон, набрав один очень интересный номер.

— Даже скучно, единственное, что здесь удивляет, — это та девчонка.

Он обернулся к другу, который настольгически вспоминал тех ребят, что слезно умоляли его остановиться, а в глазах заиграл былой огонёк.

«Звонок»

— Господин, вы обдумали всё?

— Да, пусть это будет Гу Вон.

— Понял, мы всё подготовим к завтрашнему обеду.

Он сбросил звонок, отложив телефон, опрокинув голову на спинку дивана, и прикрыл глаза, задумавшись о чём-то своём.

— Обед, ГуВон? Хах, лучшее время, я обязательно приду посмотреть.

Парень, сидевший на спинке, вертел пистолет на среднем пальце, расплываясь в предвкушающей улыбке.

— Хм, будет интересно.

Тот тоже снова слегка улыбнулся, не открывая глаза, только переплёл пальцы рук перед собой.

***

Ночь всегда выводит на потаённые эмоции, она даёт ощущение свободы и расслабленности, как раз в этот момент люди могут перестать думать о трудностях былого дня и утонуть в воспоминаниях прошлого.

В вожатской комнате через закрытую на ключ дверь пробивался совсем слабый свет от настольного фонарика. В самой комнате было достаточно прохладно, не сказать, что живущий здесь человек с радостью ходит на работу. Открытое окно, разбросанные вещи, а самое главное — женщина, сидевшая калачиком на стуле перед этим столом, она всё ещё была в дневной одежде, та была вся помятой и грязной, но её это совсем не волновало. В её руках было фото… фото её молодой и какой-то женщины в возрасте, они обе на нём улыбались, и женщина обнимала ту за плечи.

Знаете, я всегда люблю свою работу, у меня была хорошая наставница, и благодаря ей я так полюбила детей. Но сейчас, когда я одна, что-то внутри надломилось и хочет всё бросить.

Каждый раз, как она поднимала на фото взгляд, она снова и снова вспоминала те счастливые воспоминания. Одинокие капельки слёз всё текли по ещё не высохшим щекам. Противный ком встал поперёк горла и мешал дышать, но это единственное, что уже может напомнить об этом дорогом ей человеке.

Я всегда считала, что буду добра к миру и это мне вернётся, но сейчас я всё больше и больше разочаровываюсь в этом. Раньше в моей жизни было настолько всё просто, что казалось сказкой, вот только она закончилась. Если раньше я себя считала хорошим учителем, то сейчас я почти сдалась. За год произошло столько ужасного, что каждый раз я падаю всё дальше. Держась за воспоминания, я стараюсь встать, но как же сложно идти. За этот год я потеряла почти всё… всё, что у меня было, поэтому я здесь, поэтому я стала учителем в этой старшей школе. Я должна быть сильной… она бы этого хотела.

Девушка крепко прижала рамку с фото к груди и ещё сильней заплакала, чувствуя, как всё в её груди сжимается, разнося по каждой частице её тела боль, самую ужасную и невыносимую, ту, от которой хочется влиться ногтями в кожу и выдрать её оттуда.

***

Все желающие ученики уже были на месте сбора. Даже Эрика пришла вовремя, захватив с собой её любимый альбом в сумке. Когда она подходила к месту, то увидела, как ей уже машет радостная и лучистая Со Ми, что уже ждала всех у автобуса.

Она подбежала к идущей ей навстречу Эрике и широко заулыбалась своими белоснежными зубками, как только они сблизились.

— Привет, ты хорошо выспалась?

— Привет, достаточно.

Она чуть-чуть выгнулась в сторону и посмотрела, что Со Ми здесь была одна.

— Ты тут со скольки?

— Где-то с семи.

— Ого-о, а не слишком рано?

— А если б кто-то пришёл?

— Ну так никого нет. Какой дурак будет так рано вставать и переться сюда?

Взглянув на печальное лицо Со Ми, я явно поняла, что сказанула что-то лишнее.

— М-м, я не про это, просто многие…

— Не переживай, я не расстроилась. Ты тоже пришла относительно рано, а значит, мы с тобой обе дурочки.

Та радостно усмехнулась и сделала довольное лицо.

— Хах, мне просто нечего было делать!

Я уж офигела от такого прворота, а она обернулась и поскакала к автобусу. Я, конечно же, пошла за ней.

— Со Ми, а почему ты так ярко вырядилась?

Она была одета во всё в розовых тонах, когда я её увидела, аж желудок заболел, а глаза чуть не вытекли от яркости.

— Ну-у, мы же в город, как можно одеться так…

Она оглядела меня с грловы до ног непонимающим взглядом.

— …так мрачно?

— Что значит мрачно?

— А что это за оверсайз-штаны с таким же худаком? А маска тебе зачем? Ты что, кого-то обворовывать собралась?!

Прищурившись, она прожигала в моём лице дыры.

— Нет, но у меня нет желания, чтоб ко мне кто-то подходил.

— Да, так ты точно ничем не выделишься... а если будет жарко? В музеях обычно так и бывает.

— На этот случай у меня под низом обычная футболка.

— Если хочешь, я могу одолжить свои штаны.

Из рюкзака она достала бежевые красивые штаны.

— Зачем ты их берёшь с собой?

— В если понадобятся? Они выглядят легче твоих. Может, всё же их оденешь?

Её щенячий взгляд начал меня уже как-то пугать.

— Э-м-м, я подумаю, если что — посмотрим.

— Ну тогда круто. Кстати, это тебе.

Из рюкзака она также достала какой-то маленький деревянный значок.

— Я подарила всем в первый день приезда в лагерь, поэтому тебе только сейчас. Я люблб коллекционировать такие штучки. Это что-то типа наших символов. Вроде как тебе твой подходит. Вот, кстати, мой.

Я и не заметила, на её свитере был маленький значок в форме маленького сердца, проткнутого стрелой.

— Он означает доверие и надёжность. Если хочешь, можешь свой не носить.

В моих руках был такой же маленький значок, но с очень красивой звёздочкой.

— Хах, почему звезда?

Даже от такого маленького подарка в моём сердце что-то затрепетало, я не знаю, как это объяснить, это что-то очень приятное, мне хотелось улыбаться появилась пугающая мысль обнять её.

— Ну-у, ты достаточно интересный человек и талантливый. Я не так хорошо тебя знаю, но мне кажется, ты очень хорошая и заботливая. Просто пока не показываешь этого.

— А если это окажется не так? Если тебе просто показалось?

Она смешно улыбнулась, поправив свой рюкзак.

— Когда кажется, креститься надо. А я надеюсь, что мы подружимся.

Её улыбка такая беззаботная, пусть она и приставучая, но я всё меньше хочу её отталкивать.

— О-о, ДЕВОЧКИ-И-И!

Откуда-то издалека накричал какой-то голос. Обернувшись, я увидела… вроде Те Чоль. Он одет был в какой-то слишком традиционный наряд, и сумка у него напоминала деревянный ранец прошлых веков. И на нём была смешная панама тех же веков.

Добежав до нас, он почти задыхался, конечно, в платье и с этим деревянным инвентарём бежать наверняка сложно.

— А ты у нас патриот, да?

С насмешкой я начала, как только он подбежал.

— Ну-у, мы же в музей. Нельзя позорить наш отряд некультурной одеждой.

— Ты всегда с собой возишь такую одежду? (Со Ми)

— Мне его вчера бабушка привезла. А что? Плохо выгляжу?

Это ещё слабо сказано. Глядя на него, я вспоминаю те смешные картинки из учебников в библиотеке. Он прям как оттуда.

— идеально сел по формам.

— Это очень смелый и интересный выбор костюма. Думаю, сегодня все взгляды твои.

Она смотрела на него, и я прям чувствовала эту наигранную лесть. Как только она перевела взгляд на меня, встретившись с моим, то мы словили конект и эта смешинка застрала в кажой, но мы ее прятали от Чоля

— Ну, с твоим сахарным выстрелом точно не сравнится. Эрика, ты почему во всём чёрном?

— Штаны вообще-то тёмно-серые!

— От этого картина краше не становится.

Мы с ним долго играли в гляделки, пока он не посмотрел на мои кисти.

— О-о-о, тебе Со Ми тоже такой подарила?

Он пальцем показал на мой значок и достал свой из рюкзака.

— А у меня он в форме собаки.

— Это щенок!

Значок был и вправду милый.

— И что он означает?

— Ну-у, вроде силу и стойкость?

Он посмотрел на неё с вопросительным подтекстом.

— Нет же, верность и любовь.

Так сладко это сказала, что аж в горле пересохло. Бе-е-е, щас блевану. Точно пара

— А-а, точно. Ну, в общем, он круто выглядит, а у тебя какой?

— Ну-у, это звёздочка.

— Что? Эй, Со Ми, почему ей звёздочка?

— Потому что это её значок.

— А-а, а есть ещё?

— Не-а, тебе такой.

— Значит, собака, да?

Он стал на неё идти, а она отходила назад. В итоге он бегал за ней, выпрашивая показать ему ещё значки. Оба дурачились, прямо как дети. Я сидела на лавочке и тихо наблюдала за этим, прошло уже пару минут, и только после я поняла, что радостно улыбаюсь от их смешной сцены. От этого мне даже стало не по себе, я сразу ударила себя по голове, отчего она слегка закружилась. Проморгавшись, мой взгляд устремился вдаль, к самому входу в корпус, откуда вышли Ми На и Ёг Ши. Они что-то обсуждали и, кажется, заметили нас, а ребята их. Я не стала бежать к ним, поэтому просто наблюдала за ними с этой скамейки. В моих руках всё ещё был тот значок, рассмотрев его, я вспоминала слова Со Ми, её вера в людей такая искренняя, что сбивает с ног. Сняв свою маску, я прицепила значок на левую её сторону и пока убрала в карман худи.

Позже ребята всё же подошли и поздоровались со мной. Была лёгкая неловкость между нами с Ёг Ши, но мы не особо на этом зацикливались, а ещё чуть позже стали наконец подходить и другие школьники. Вот только учителя всё не было. Хотя она и была на вид примерной и пунктуальной, видимо, внешность не всегда характеризует человека.

— Привет, ребята.

Почти подошло время отправки и мы увидели её в дверях здания.

— Вы все выспались?

Все хором отрицательно загалдели и это вызывало у меня немой смешок.

— Что ж, тогда вы можете поспать час в автобусе.

Она была одета в чистую свежую одежду, с идеально уложенными волосами, осторожный макияж подчёркивал её молодое, слегка острое лицо. Но что-то в ней было не то. На мой взгляд, у неё была плохая ночь, уж больно опухшие глаза. Но меня это не должно волновать. Ведь так?

Всё же много кто решил поехать, поэтому мало одиночных мест осталось в автобусе. Со Ми села с Чолем, а Ёг Ши с Ми На, я взглядом искала свободное место.

— Хочешь присесть ко мне?

Повернувшись, перед моим лицом стояла учительница Мин, она с добротой и какой-то особой мягкостью смотрела в мои глаза, отчего я на миг потеряла дар речи.

— Ну-у, да, спасибо.

Подсев к окну, я достала из сумки свой альбом и начала дорисовывать оставшуюся часть картины. Мы тронулись, и половина автобуса спала, некоторые смотрели что-то в телефоне, но в основном всё было тихо. Отчего я могла сосредоточиться, единственное, что дорога была не всегда удобной, но дальше всё было хорошо.

— Это ты сама рисовала?

— М-м?

Учитель обратилась ко мне, глядя на мой рисунок, он словно приклеил её взгляд.

— Да, иногда рисую… от скуки.

— Мне кажется, здесь можно было бы сделать линию пожирней, а ту, что ниже, сильней растушевать.

Я слегка даже не поняла, про что она, но её точка зрения весьма интересна. Я попробовала сделать, как она сказала, и действительно, вышло приятней глазу.

— М-м-м, я не думала, спасибо.

— Мне кажется, у тебя очень даже хорошо выходит рисовать, ты где-то раньше занималась?

Ага, на небесах.

— Ну-у, я наблюдала, как рисуют мастера.

— Это очень интересная возможность. Меня учила наставница, она тоже была мастером своего дела. Думаю, если б вы с ней встретились, то точно бы нашли общий язык.

— Я не особо бы хотела с кем-то общаться.

Посмотрев на неё, мне кажется, она правильно меня поняла, вот только продолжила разговор.

— Ничего, если ты пока не готова, то вовсе не обязательно себя заставлять. Но лично мне показалось, ты выглядела достаточно счастливой с этими ребятами.

— Что?

Её лёгкая насмешливая улыбка и взгляд вниз меня снова удивил, так она видела нас, а почему не подходила к автобусу? Эта учительница — сплошная загадкаи пока непонятно с каким подтекстом.

Ничего не ответив, я снова продолжила рисовать.

За окном начался слабый дождь, почти такой же, какой был под наш отъезд в лагерь. Я не заметила, сколько времени прошло, но мы уже были в городе, уткнувшись в окно, я запоминала улицы этого города. В нашем было гораздо чище и не было так много лестниц, город, как я знаю, был построен на скалистой поверхности, оттого и так много спусков. Между домами гуляли подростки, и из их рта выходил дым, это сигареты, про которые мне рассказывал Ёг Ши? Во многих местах действительно красиво, но эти вот райончики меня отвращают.

Мы подъехали к какому-то гигантскому зданию, и учительница Мин встала первее всех, чтобы что-то сказать.

— Ребята, вижу, что все уже встали. Мы подъехали не к обычному музею, а сенсориуму. Здесь мы сможем изучить себя и свои эмоции. Я надеюсь, что мы все будем держаться рядом друг с другом. Когда зайдём в музей, там уже объяснят подробней, что будет происходить.

***

От дождя осталась только сильная морось. На улице почти не было людей, только машины на дорогах. Достаточно тяжёлый туман окутал многие здания, но музей всё ещё поражал, он выполнен в древневенецианском стиле, но здесь были ещё определённые детали греческой культуры. Так завораживающе. Я шла с высоко поднятой головой от восторга, что даже не поняла, как меня кто-то кричал. Секунда — и я уже падаю назад, и меня ловит какой-то парень с лёгкой одышкой.

— Ты совсем дура! Какого хера на мотоцикл прёшь?!

Оглядевшись, я заметила недалеко остановившийся мотоцикл с каким-то парнем. Он меня чуть не сбил? Он снял шлем, и было видно, что это шатен с слегка длинными волосами, которые он откинул назад, и, повернувшись вполоборота, он оглядел меня без какой-либо тревоги, что чуть не сбил, и просто заглушил эту штуку и пошёл в здание.

Ублюдок, мог бы хотя бы ради приличия подойти.

— Девушка, э-эй, вы в порядке?

Другой слегка ударил меня по щеке, отчего я на реакции схватила и вывернула его кисть.

— А-а-ай, чтоб тебя.

— Ой-ой, извините, спасибо, что спасли.

Отпустив его, я поняла, что, засмотревшись на здание, не заметила, когда наша группа ушла.

— Ещё раз спасибо, досвидание.

Поклонившись, я скрылась в дверях здания.

— Гу Вон, мы должны поторопиться, нас уже ждут.

Парень подошёл сзади него и похлопал того по плечу.

— Знаю. Пошли уже.

Он встал, отряхнувшись, и они тоже зашли в этот музей.

***

— Со Ми, а ты не видела Эрику?

Взволнованная учительница ищет непоседливую ученицу.

— Нет, госпожа Мин. Она вышла с нами из автобуса, но потом я её не видела.

— Понятно.

Она подошла к Ёг Ши и попросила его посмотреть за группой.

— Я скоро приду, никуда не уходите.

— Будет сделано, госпожа Мин.

Она направилась к лестнице на первый этаж, и сегодня здесь немного людей, но среди них не было Эрики.

Проходя по коридору, она случайно задела какого-то парня плечом.

— Ой, извините.

Поклонившись, она бросила быстрый взгляд на него и сразу ушла к выходу.

У выхода-то она и встретила её.

— Эрика! Что случилось? Почему ты отстала?

— Делала зарисовки статуй у входа.

— Но это можно было сфоткать, нельзя так делать, а если б я не спохватилась? Мы бы ушли, а ты бы нас ждала в автобусе.

— Хорошо, спасибо, что быстро поняли, что меня нет.

Она прошла дальше по знакам на второй этаж, даже не извинившись. Это задело учительницу, но виду не подала. Господи, что за непоседа и как ей ее контролировать ещё несколько лет-то?

***

Тем же утром в корпусе.

Вчера я уснул достаточно рано, даже забыл принять душ. Ситуация с Эрикой меня сильно разозлила, вот пришлось идти. Когда я вышел, то услышал женский разговор за углом, он был подозрительно знакомый.

Подойдя чуть ближе, мне удалось распознать голос Ми Ны, она с кем-то говорила по телефону в грубых тонах.

Может, с парнем ссорится?

Я бы не стал дальше слушать, если бы не одно но.

— Я правда не знаю, где он!

Её голос дрогнул, и слышно было, как она начала плакать. Я не знаю почему, но после этого даже мизинцем ноги не смог пошевелить. Просто стоял и слушал, как каменная статуя.

— Я УЖЕ СКАЗАЛА! ОН МНЕ НЕ ЗВОНИЛ С САМОГО ОТЪЕЗДА!

Она била кулаком по стене и кричала, видимо, не хотела, чтоб кто-то слышал, вот и пришла в этот отдел. Здесь утром крайне редко можно с кем-то встретиться. Что ж, а я везунчик.

— Папа, я прошу тебя. Я скоро приеду, не делай ничего маме. Пожалуйста.

Её заложенный нос хлюпал при каждом слове.

— Папа, па-ап, па-а-ап!

Она начала ещё сильней биться в истерике, швырнула телефон об противоположную стену и била ту, что была за ней, из-за чего меня словно облили холодной водой, и я вышел и увидел, что она скатилась по стене и била свою голову об стену, закрыв опухшие глаза.

Я присел и подложил руку между её макушкой и камнем, отчего она резко влепила мне смачную пощёчину, я аж сам чуть в стену не улетел. Вот это девушка! Ух, аж звёздочки в глазах.

— А-а-ай, Ёг Ши! Ты… ты…

Из неё не шло и пары слов, я просто погладил этой рукой её макушку и молча сидел рядом, смотря в её глаза.

— Т-ы всё… с-слы-шал…

Дрожащими губами она надеялась услышать отрицание, но я только положительно кивнул. Её голова упала на её же колени, и она заплакала с новой силой, пока я водил рукой по её спине.

Мы так просидели пару минут, а то и больше, наконец я решил что-то поговорить.

— Я никому не скажу, клянусь.

Она посмотрела на меня своими заплаканными глазами, и что-то с новой силой меня ударило.

— Расскажешь?

По ней нельзя сказать, что она готова к этому разговору, в итоге я и получил отрицательный кивок.

— Давай я тогда помогу тебе встать.

Она схватила меня за руки, и я потянул её вверх. Мы знакомы с Ми Ной относительно недавно, но я и подумать не мог, что когда-то увижу её в таком состоянии.

Придерживая её за бок, мы зашли в мужскую ванную, в первую часть, где раковины. Включив ей воду, она стала умываться, а я просто наблюдал, придерживая её волосы. На костяшках были едва заметны ранки, которые она совсем недавно получила.

Когда она привела себя в порядок, я помог ей дойти до её комнаты.

— Ми На, если нужно будет помощь, звони, просто, если что, я постараюсь помочь.

— Хорошо… спасибо.

Она почти скрылась за дверью, но я подпёр её ногой, отчего удивил девушку и даже себя.

— Я приду тебя проводить до автобуса.

Ничего не ответив, она закрыла дверь, оставляя меня в полном одиночестве и с мокрой головой.

Добежав до своей комнаты, я быстро переоделся и высушил волосы. Не знаю, почему я решил с ней пойти, но уже обещал. Шмотки летели по всей комнате, я даже толком и не разобрал их после заезда. Доделывая последние действия с причёской, я стоял у зеркала и заметил в нём что-то странное.

В нём было отражение моего стола, а на нём лежал большой белый почтовый конверт. Очень странно, в этом мире такими даже не пользуются. Подойдя к столу, я внимательно посмотрел на него. Такими пользуются ангелы-переносчики. Но почему он прилетел именно ко мне? Это разве законно, я ведь ещё в смертном облике. Взяв его, я прочитал отправителя.

«Господин Ноар»

Серьёзно? Почему только сейчас? Он сам должен был приехать, а-щ-щ, паршивец, увижу — прибью, мой взгляд случайно мелькнул на часы.

— Господи.

На них было время моего фиаско, ведь я обещал зайти за Ми Ной, а сам опаздываю почти на десять минут.

Свернув конверт и положив его в сумку, я пулей выбежал из комнаты в её часть здания, едва успев переодеться.

Как только я добежал, то заметил Ми Ну, которая спускается по лестнице.

— МИ НА-А-А!

Истошно кричал, задыхаясь, но всё же идя до неё.

Она меня заметила и даже весело усмехнулась. Подойдя ко мне, она расплылась и ярко улыбнулась.

— Ты припозднился.

— Я засмотрелся в зеркало.

Также с одышкой произношу, отчего довёл её до смеху.

— Какой же ты павлин. Идём уже.

Мы пошли дальше вместе, разговаривая на смешные темы. Так мы и вышли, оказалось, что все ребята, кроме нас, уже были там. Эти двое бесились, а Эрика, вроде бы, или мистер пятьдесят оттенков чёрного, сидела на лавочке, с идеальной ровной спиной, как подобает принцессе.

Подойдя к ним, я всё ещё чувствовал какой-то дискомфорт при взгляде на неё. Но в целом всё было хорошо.

Наконец мы едем, мы с Ми Ной всё же сели вместе, так как это было единственное свободное для двоих место, Чоль и Со Ми тоже сели друг с другом, вот только с Эрикой не очень вышло, она одна сидела возле учителя Мин. Но в принципе, если с ней не общаться, то всё будет спокойно.

Я еду и смотрю прямо в спинку соседа спереди, думая про то самое письмо. Ноар мне обычно не присылал их. Это что-то серьёзное?

— Ты хочешь убить впереди сидящего?

От мыслей меня отвлекла Ми На, она вопросительно смотрела на меня, приподняв одну бровь.

— Хах, не-е-ет, просто задумался.

— Понятно, слушай, а давно вы с Эрикой знаете друг друга?

— Ну-у, где-то с самого детства.

— Ого, вы росли в соседних квартирах?

— М-м-м, ну, грубо говоря, да, я должен за ней присматривать.

— Зачем?

— Это моя обязанность.

— Ты типа её телохранитель?

Она слегка усмехнулась, но на деле так и есть, я должен её защищать.

— Как бы да, но мне не платят.

— Это называется наебательством. Ёг Ши, тебя наёбывают, отчего её надо защищать?

— Веришь или нет, но она далеко не такая обычная, как тебе кажется.

— То есть?

— В её жилах течёт королевская кровь.

Он утрированно помахал руками.

— Ха-ха-х, я поняла, однако прикольно. Когда тебе прислуживают, я даже слегка завидую.

— В королевских сетях нечего искать. Они не для таких, как мы.

— Мечтать никогда не вредно.

После я слушал музыку с моего телефона, и она уснула на моём плече, а мне всё никак не давал покоя конверт в моей сумке.

По приезду мы начали вставать.

— Эр… Ми На-а. Вставай.

От неожиданности она вскочила и удивлённо выпучила на меня взгляд.

— Это я?

— Ну вроде.

— Простиии.

Я ничего не ответил, только помог встать, мы пошли за всеми.

В самом здании мы уже подошли к ребятам.

— Эй, Ми На, как спалось?

Вот же ж Чоль! Она аж покраснела.

— Ха-ха, Ми На, ты красная, как помидор.

— Со Ми!

Мы все дружно прошли на второй этаж.

И только Со Ми заметила пропажу.

— А где Эрика?

Оглядевшись, мы её не нашли.

— Может, в туалет ушла?

— А она в само здание заходила?

Все молча хлопали глазами, бегая взглядом по залу.

— Я к учителю.

***

— Учитель Мин, Эрики нет.

— Со Ми, я тоже заметила, не беспокойся. Я сейчас схожу и поищу её, далеко она бы не ушла.

***

— Я подошла к учителю, она её щас найдёт.

Ёг Ши оставили главного. Ну а дальше уже наше время.

***

Как только я поднялась на второй этаж, то встретила ребят, они дружно сидели на пуфиках у лестницы, а когда увидели меня, то подлетели.

— Эрика! Ты где была?! А если бы заблудилась?

— Мы же говорили, здесь небезопасный район.

— Ты почему отошла от группы?

Все разом набросились с вопросами, и только Ми На их угомонила.

— А ну все замолчали! Вы дайте ей хоть слово вставить!

На неё посмотрели, как на микробосса.

— Я просто засмотрелась на колонны, всё хорошо, со мной всё в порядке.

— Я бы поспорил.

— Ёг Ши!

— Тебе было ясно сказано быть с нами!

— А может, стоило изначально поинтересоваться, с вами я или нет?!

Он замолчал, но этот огненный взгляд на мне никуда не делся.

Я прошла вперёд, задев его плечом, отчего тот сразу отшатнулся.

Следом за мной пришла учитель Мин, и мы начали экскурсию.

— Ребят, давайте не ссориться. Эрика уже с нами, значит, можно начинать.

***

Ходив по длинным коридорам, я восхищалась художниками тех времён. Помню, как я сбежала в храм, чтобы научиться рисовать у мастера. Так скучаю по нему.

Здесь были разные комнаты, в одной, к примеру, не было света, и мы должны были ориентироваться по другим органам чувств. Нас постоянно пугали пацаны, Со Ми даже один раз упала, мы там ходили минут пятнадцать, прежде чем нашли выход. Ещё была комната с песком, камнями и разными поверхностями. Что-то типа моря, было очень приятно ходить по ним. Ребята веселились и много фоткались, пока я хотела сделать сюрприз для них. Конечно, больше всего мне всё же понравились картины, но с ними словно всё было весело. Проходя между комнатами, в одном зале было большое зеркало, и, увидев своё отражение, я даже сначала не поняла, что это я. Мои глаза словно горят радостью, а на щеках былой лёгкий румянец.

— Со Ми, смотри.

— Что-о?

Мы зашли в комнату малого освещения, и как тока Ми На сказала ей это, то яркая вспышка ударила по глазам.

— Хах, видели бы вы свои лица!

Доставая фотографию, она весело смеялась, попивая коктейль из кофешки в музее.

— Платье Чоля точно вышло идеально.

Слегка съязвила я.

— Ты бы видела его выпученные шары в этой панаме.

— Это традиционный костюм! Да что вы так на него смотрите? Я среди вас единственный отдал дань уважения моде прошлых веков.

— Да-да, молодец, Чоль.

Со Ми похлопала его по плечу, мы вышли, и фото начало проявляться.

Все мы смеялись, как только проявилось фото. У всех нас такие смешные мины были, у Ёг Ши так вообще, он чихнул в этот момент. Кстати, где он? Оглядевшись, я его не нашла.

— Со Ми, кажется, мы Ёг Ши забыли в комнате.

— Что? Он же с нами выходил.

Ми На начала махать фото перед лицом Чоля, а тот пытался выхватить его.

— Отда-ай!

— Такой кадр, я его вашим детям покажу.

— Что-о-о?

Со Ми широко открыла рот.

— Ещё спасибо скажите.

Они дружно начали за ней гоняться, вот только Со Ми хотела, кажись, ей врезать. М-да-а, хах, такая смешная картина. Ми На бегает от Чоля в длинном традиционном платье и сахарной конфетки, очень весёлая и заводная обстановка, так и хочетсяупасть от эйфории. Мы словно дураки, и я захотела побегать с ними. Мы бегали по всему этажу, нас пытались остановить, но это было только до первого заворота, потом мы опять бегали. Как оказалось, у неё таких смешных фото было не одно, в итоге мы хотели окружить её, и я завернула в какую-то комнату, пока они побежали через коридор за ней, и со всего разбега влетела в кого-то. Аж сумка с телефоном вылетели.

— А-а-ай.

Больно потирая бок, я валялась на полу, кажется, что-то отбив. Лоб дико болел и слегка все поплыло.

— Господин, с вами всё…

Посмотрев в сторону того парня, я увидела знакомую макушку, которая уже встала, поправляя свою сумку. Это тот парень мотоциклист. Он быстро начал уходить, уже даже не смотря на меня.

Ничего не понимая, я встала, отряхнувшись, и подняла свою сумку с телефоном. Блин, разбила чуть-чуть. Вот же гандон.

Ребята куда-то убежали, и я ходила, их искала, пока через стекло окна не заметила… Ёг Ши. Он был на пожарной лестнице и держал что-то большое в руках, напоминающее бумагу.

***

Пока они были в тёмной комнате, мне нужно было заняться важным делом. Найдя здесь пожарную лестницу, я устало сел на неё, достав конверт. Но, услышав шум снизу, я снова его спрятал. По ней поднимался мужчина, статный, с идеальной стрижкой и подогнанным под него костюмом, фирменные часы, лёгкая морщинистость накидывала ему возраст, но серёжка в форме звезды слегка портила образ.

— Ты что тут? Курить пришёл?

— Нет-нет, просто… хотел побыть один.

— Пожарная лестница не для этого. Ты можешь случайно улететь с неё. Вот, видишь.

Он подозвал меня к краю, показывая вниз. От такой высоты бросает в дрожь, без крыльев действительно страшно с такого упасть.

— Такой высоты хватит, чтобы человек умер, понимаешь!

— У меня и в мыслях не было такого.

Повисла тишина, но на нём всё ещё оставалось серьёзное лицо.

— Ты знаешь, малыш… этот район не для просточков, здесь редко позволяют сделать что-то случайно. Вот и ты бери на ус, не стоит выделяться.

Подойдя ко мне, он похлопал по моему плечу и пошёл по лестнице вверх.

— Не привлекать внимание таких, как вы?

Снова встав с лестницы, я обернулся к нему, пока он стоял ко мне спиной и лишь косо смотрел из-под бока.

— Не беспокойтесь. Мы с вами больше не встретимся.

Наигранно улыбнулся я, сделал поклон и спустился вниз на, кажись, второй этаж.

***

Приоткрыв дверь, я следила, как он читал то самое письмо, оно очень похоже на ангельские, может, это его мама? Но это запрещено? Осторожно зайдя на лестницу, я на цыпочках приподнялась, наблюдая, как он в неведении сжимал письмо своими пальцами, что могло его в нём разозлить. Уже оказавшись за его спиной, я смогла прочитать только, от кого оно.

Ноар? В груди что-то ёкнуло, рефлекторно я схватила его, от неожиданности Ёг Ши вздрогнул и отпустил, а я встала на лестницу.

— Эрика!

Он кричал на меня и пытался выхватить письмо.

— Почему он пишет тебе?

Отойдя от него ближе к краю, он остановился и грозно смотрел на меня.

— Отдай моё письмо.

— Там что-то секретное?

Посмотрев в него, я не смогла прочитать из-за сильного ветра.

— Любовное письмо.

— Значит, как порнушку тебе отправлять, так он нарушает правила, а как самому приехать, так его нет?!

— Эрика, будь осторожна, и я прошу… отдай письмо.

— Ещё чего.

Сорвавшись на бег вверх, я спрятала письмо в боковой карман сумки и слышала, как он меня догоняет. Пробежав два этажа вверх, я вбежала в какой-то коридор, успев закрыть дверь от лестницы. Очень вовремя, ведь в ту же секунду было слышно, как Ёг Ши с другой стороны пытался её выбить.

— ОТКРОЙ!!

Он что-то кричал, но я отошла от двери.

— Вот так.

Ещё чуть-чуть пробежав, я забежала в единственную комнату, которая была открыта. Она явно была не выставочной, скорее мастерской. Тут много было красок и незаконченных картин. Тяжело дыша, я прошла дальше по комнате, рассматривая их. У художника талант, но картины сильно мрачные, словно его что-то гложет. На них всех в своём определённом понятии изображено одиночество. Тёмные и красные краски смешивались, и получалась достаточно мрачная и тяжёлая, по ощущениям, картина…

Такие обычно рисуют психи, мне объясняли, что человек обычно рисует что-то, что его волнует. Он одинок? В моих картинах нету постоянства, но, может, тоже если посмотреть, то можно найти.

Также тут был стол, на котором было ещё больше таких картин, только в виде набросков.

— Ух ты.

Взяв карандаш, я совсем чуть-чуть подправила. Знаю, что так нельзя, но надеюсь, эта бумага никогда не попадёт в руки того художника. Просто в одной картине вроде бы он старался что-то другое изобразить. Зацепившись этим, я слегка её дорисовала.

Закончив, я положила её под все остальные наброски, и вроде бы всё, но…

— Вам нравится?

Холодный басистый голос раздался эхом по комнате, отчего по моей коже пробежались мурашки.