Модница-попаданка, или Как выжить в деревне

Глава 1

— Мам, ну какая картошка! — Я повысила голос, недовольно поморщившись. — Да у меня маникюр стоит дороже, чем ваш огород засадить! Вы в каком веке вообще живёте, всё купить можно!

— Ксюшечка, ну домашнее-то оно всяко вкуснее! А самим уже здоровья не хватает. У отца вот вчера спину прихватило, в больницу увезли, а я как сама-то? — попыталась разжалобить меня мама. — И так запозднились мы, все соседи уже посадили давно! — плачущим голосом продолжила она.

Я недовольно отодвинула телефон от уха.

— Вот ещё время на это тратить не хватало, — фыркнула я, разглядывая свежий маникюр. Длинные ногти с молочным гелем и перламутровой втиркой явно не подходили для копания на огороде. — Брось эту идею, мам. Вам надо, вы и делайте! Не приеду я помогать! У меня шопинг завтра, массажист послезавтра, девичник в выходные. Мы с девочками улетаем на море, мне к этому готовиться надо! А не в земле ковыряться!

— Дочка, да кто же нам поможет, если не ты? — продолжала жалобно стонать мама. — Ты и так к нам не приезжаешь, ни на картошку, ни просто в гости! Мы уже забыли, когда тебя видели!

— Мам, я вам каждый месяц деньги скидываю, этого мало?! И говорим мы раз в месяц, созваниваемся! И каждый раз ты то про огород, то про жалобы! Ну заплатите вы кому-то, пусть вам посадят!

— Ксюшечка, ну не всё же деньгами-то решается…

— Всё ими решается, мам. Мало денег? Скажи, я добавлю! Но приезжать в вашу дыру не буду! Не для того я в город сбежала!

Я сбросила звонок, не дожидаясь ответа. Зря я, что ли, несколько лет совмещала учёбу с работой, чтобы вырваться из деревни? Возвращаться к грядкам теперь точно не собиралась. Зло глянула на светофор, который вот уже целую вечность горел красным. Ещё и Владик мой, гад, остановился в двух домах отсюда! Места для парковки, видите ли, нет. А разве это мои проблемы должны быть? Нечего было уезжать вообще! Вот как привёз меня в салон, так бы сидел и ждал в машине! Хоть мужика меняй.

С другой стороны, к этому уже привыкла. Косячит редко, капризы все выполняет, денег достаточно даёт. Может, и не надо менять. Но выскажу ему точно! Мне же теперь на шпильках столько метров идти!

Я раздражённо поправила белый ремешок сумочки на плече, оглянулась. Отступила в небольшую тень, которую пытался дать какой-то чахлый кустик. Разумеется, это не помогло. Начало мая выдалось очень жарким, моё любимое розовое платье неприятно липло к телу, а новые туфли уже натёрли ногу. Всё же прав был Владик, нужно было сначала их дома разносить. Надо с него стребовать, чтобы заехал в аптеку за пластырем. И в любимую кофейню! В такую погоду очень не хватало айс-латте на кокосовом молоке. Побыстрее бы уже выходные! Окунуться в прохладное море, чтобы разбавить эту невыносимую жару. Или хотя бы сейчас куда-то зайти, где есть кондиционер. Может, по торговому центру прогуляться? Надо купальников несколько прикупить на девичник, а то в прошлых я уже на море была. Да и туфли новые, сумочек пару. Что там ещё мне надо?

Погрузившись в более приятные мысли, я чуть успокоилась. Поправила тщательно уложенные волосы, порадовавшись отсутствию ветра. Да, с ветром было бы прохладнее, но мне какая разница? Я скоро буду в машине, зато укладка целая. Мимоходом пролетело старое желание сходить в салон на окрашивание, но я тут же отмела эту мысль. У меня и так прекрасный родной блонд, я несколько лет убила на то, чтобы отрастить здоровые волосы. Только это останавливало меня от того, чтобы перекраситься в холодную платину. Хотя вот он, салон, прямо напротив, через дорогу. Про него часто рассказывала подруга, Милана, которая была там постоянным клиентом. Ей повезло меньше, она родилась с каким-то непонятным каштановым цветом, вот и приходилось, бедняжке, постоянно краситься. Если бы её Марк заметил, что она не натуральная блондинка, давно бы уже бросил. Не его типаж. В отличие от меня.

Я довольно улыбнулась, вспомнив, как заинтересованно он всегда на меня смотрит. Но отбивать его у Миланки и в мыслях не было. Владик мой, он мягкий, послушный. Ему что прикажешь, то и сделает. А с Марком я так не справлюсь. Он сам приказывать привык, да подчинение любит. Миланке несложно перед ним хоть собачкой прикинуться, он щедро её за это одаривает. Но я так не хочу. Никогда не любила таких мужиков. Нет, не нужен мне парень подруги.

Светофор наконец загорелся зелёным. Я сделала шаг вперёд, гордо вскинув голову, так ничего толком и не решив. Привычки оглядываться не имела — я сейчас пешеход, а пешеход всегда прав!

«Но не всегда жив», — пронеслось в голове давно забытое окончание фразы одновременно с пронзившей всё тело болью. Я прокатилась по асфальту, ощутила, как течёт по виску что-то влажное, услышала визг тормозов и крики людей. И погрузилась в темноту…

Глава 2

— Ничего не понимаю. Прорыв был где-то здесь. — Услышала я чей-то хмурый голос.

— Но поисковик молчит, нет рядом никого. Некого уничтожать, — устало ответил ему второй.

— Не было ещё такого, чтобы никто через грань не прошёл, — упрямо сказал первый. Голоса стали отдаляться.

— Ну как же? А помнишь, нам рассказывали…

Дальше я уже не слышала. Да и не хотела. И так понятно, что я брежу. После наркоза, что ли, отхожу? Хотя в тот первый и последний раз, когда я решилась на операцию, бред после наркоза был более забористый. И менее чёткий. Но, может, оно просто всегда по-разному? Я в этом не сильно разбиралась. В тот раз чуть не умерла, а ведь всего-то делала ринопластику! С носом мне не повезло, сильная горбинка досталась от отца, и весь мой образ эта деталь портила. Вообще хотела сделать ещё и увеличение груди, но после ринопластики не стала рисковать. Организм на наркоз среагировал не очень хорошо, ещё так долго не могла выйти на улицу! Приходилось сидеть дома и скучать. Ни вечеринок, ни моря, ни шопинга! Пока не прошли все синяки и я не смогла показаться людям.

Но в этот раз что-то было не так, как в тот. Однако я даже не успела понять, что именно, и вновь отключилась.

Позже очнулась от далёкого крика петуха.

— Боже, ну кто такое на будильник ставит, — простонала я, пытаясь накрыться подушкой. Искомой не находилось, а пальцы проваливались во что-то… В сено? Какое вообще сено в больнице, меня куда привезли? Или наркоз всё ещё не отпустил.

Я попыталась повернуться на спину. Никакого намёка на матрас под телом не почувствовала. Пошарила руками по бокам. Нет, наверное, надо ещё поспать. Чем быстрее отойду, тем быстрее этот бред закончится.

Однако петух не затыкался, заснуть не получалось. Я зажмурилась посильнее. Тут же вспомнила, что вылезут морщины, и расслабила лицо. Зло выругалась. Да что так долго-то отхожу?! Неужели нельзя было без наркоза обойтись?!

Распахнула глаза, готовая высказать всё медсестре…

Моргнула раз, другой. Картина не изменилась. Не было ни больничного потолка, ни медсестёр. Тёмное небо окрашивалось золотисто-розовыми рассветными лучами. Снова вдалеке прокукарекал петух. Ему ответили щебетанием птицы где-то в деревьях. Опираясь на локти, я смогла всё же сесть. Оглянуться. Зажмуриться, забыв про риск появления морщин. Нет-нет-нет, это просто наркоз, просто страшный сон! Ну не могу я в самом деле находиться посреди поля со скошенной травой! Тут и там было видно стоги сена, в одном из которых и оказалась я. Сухая трава запуталась в волосах, забилась под платье и жутко кололась. Я нервно почесала руку, чихнула. Снова открыла глаза. Всё осталось неизменным.

— Вот же… шутники! Найду того, кто меня сюда засунул, засужу!

Я вскочила, и тут же провалилась в сено. Кто вообще так бездарно этот стог складывал?! Даже я помню, что он должен быть плотный! Деревенское детство даром не прошло, привив не только какие-то знания, но и стойкую ненависть к этим огородам и курам.

Помогая себе руками, я с трудом выбралась из рассыпавшегося стога. Туфлю нашла только одну, сумочку вообще не было видно. Надеюсь, её не забрали те, кто меня сюда перевозил? Она вообще-то из лимитированной коллекции! Я её с трудом достала! Да и там всё самое нужное: помада, пудра, телефон, ключи! Кошелёк, в конце концов! С картой Владика. Что-то ещё было... Надо попытаться вспомнить, а то вдруг не вернут.

Я ещё раз покосилась на небо, потирая озябшие плечи. Ногам было не теплее: мне приходилось стоять босиком на влажной от росы траве. Точнее, на колючих после покоса стебельках. Когда там уже светлее станет? Надо найти обувь, не могли же меня в одной туфле привезти? Да и сумочка вдруг в стогу найдётся. Тогда будет проще: вызвать Владика, пусть по геометке приедет и сам с этими шутниками разбирается.

А вот если телефона не окажется, то уже сложнее. Ну не пешком же мне куда-то идти, в самом деле! Буду дожидаться тех, кто всё это устроил. Надеюсь, это всего лишь Миланка придумала неудачное развлечение. И ведь знает же, что я эту деревню терпеть не могу!

Но других кандидатур у меня пока не было. У остальных бы или не хватило денег устроить это всё, или хватило бы мозгов не устраивать. Миланка же ими не сильно отличалась.

Когда достаточно посветлело, я смогла вновь закопаться в этот стог. Ну, точнее, то, что от него осталось. Полчаса усилий — и я обнаружила туфлю. Ещё каких-то пять минут, и я победно вытащила сумочку. Поторопилась достать телефон…

— Да ну шпильку вам всем в ногу! — Не сдержала я эмоций, когда увидела, что он разряжен. Сунула его назад в сумку, дважды чуть не промахнувшись. Поджала губы. Вспомнила про морщины, расслабила лицо. Ну уж нет, не дождутся от меня эмоций! Пусть видят, что меня их развлечение ничуть не зацепило!

Я отряхнула волосы, вытащила оттуда привязавшуюся траву. От укладки не осталось и следа, а расчёска в эту сумочку не помещалась. Пришлось прочёсывать пальцами, а потом свернуть в небрежный узел на затылке, выпустив несколько прядей у лица. Хорошо хоть, резинка нашлась. Посмотрелась в зеркале, чуть не поморщилась. Влажной салфеткой убрала чёрные круги под глазами от размазавшейся туши, стёрла поплывшие за ночь стрелки. Интересно, а тушь и подводку я закидывала?

Покопавшись в сумочке, поняла, что нет. Но обнаружила маленькую палетку теней на три цвета. Да, придётся обойтись только ей. Ни тона, ни базы, ни кремов. А ведь старалась всегда с собой маленькие пробники носить, на всякий случай! Частенько планы менялись совершенно неожиданно: мы с девочками оказывались где-то в караоке или клубе, а ночевать ехали не всегда домой. То друг к другу, то в какой-то ближайший отель. А то и не ближайший, если тяга к веселью загоняла нас в другой город.

Парни наши сначала, конечно, пытались возмущаться. Но быстро привыкли, что мы ищем веселья, а не других мужчин. И начинали, и заканчивали все вечеринки той же чисто женской компанией, которой собрались. Но, несмотря на это, следилки в телефоне были всё равно у каждой. Остаётся надеяться, что Владик успел отследить мои перемещения и обязательно уже скоро за мной приедет. Далеко от города не могли же увезти?

Глава 3

Солнце уже прочно обосновалось на небе, а я всё ещё сидела в одиночестве. Порой поглядывала в сторону, где виднелись крыши небольших домиков, но всё же так и не сдвинулась с места. Как смогла, нанесла макияж, несколько раз поправила платье, скинула туфли. Сделала с десяток попыток включить телефон. Разумеется, безуспешных. Попинала сено, поорала, спугнув стайку птиц. Ни Миланки, ни Владика, ни кого-то ещё не появлялось на горизонте. Нет, точно засужу! Не пожалею времени! Даже воды ведь мне не оставили!

Сделала несколько кругов вокруг своего стога, всё чаще поглядывая на лес поблизости. Очень хотелось по нужде, но я боялась пропустить появление знакомых или своего парня. Да и порой нет-нет да и прокрадывалась мысль, что на каждом дереве меня будут ждать скрытые камеры. Вдруг Миланка таким образом решила поднять охваты на своей странице? Она пыталась стать блогером уже третий год, но добилась всего пары сотен подписчиков. Я порой хотела ей посоветовать что-то для продвижения, но каждый раз себя останавливала, чтобы не лезть. Пусть сама успеха добивается!

Однако всё же не выдержала. Если и снимет камера что-то такое, то пожалуюсь Владику. Он уже сам поговорит с Марком и тот повлияет на мою, не отличающуюся умом и воображением, подругу. Или, скорее, бывшую подругу. Такое я ей точно не прощу, особенно если не явится в ближайшее время!

Ещё несколько минут поколебавшись, я решила оставить на видном месте свой телефон. Всё равно от него сейчас толка нет, а так хотя бы поймут, что я здесь была и вернусь. Все знают, что я без него никуда!

Выложила круг из сена на траве, чтобы мой розовый чехол с бабочкой из серебристых страз поярче выделялся и приплясывая убежала к лесу. Отошла поглубже, нашла толстый ствол дерева.

Вот теперь ждать будет проще. Я с облегчением возвращалась на поле, однако замерла, услышав всё те же голоса, которые обсуждали какой-то прорыв утром. Ни один из них я не узнавала, но подозревала, что Миланка могла просто их подослать. Решив послушать, о чём они будут говорить, аккуратно выглянула из-за дерева. Вдруг узнаю хотя бы, насколько далеко меня увезли и кто именно это подстроил?

— Слушай, ну вот этого не было. Кто-то явно здесь покопался.

— Да говорю же тебе, не было ещё такого, чтобы через прорыв никто не прошёл! А то, что нам в академии говорили, просто слухи!

— Да ладно, ладно, заучка, ты, как всегда, прав! Скажи лучше, это-то что?

Только сейчас я разглядела, что один из двух мужчин крутил в руках… Мой телефон! Открыла было рот, но тут же подавилась возмущением. Если себя выдам, ничего не узнаю.

— А вот этого мы не изучали, — немного смущённо проговорил тот парень, что был выше.

— Ха! Так есть то, чего ты не знаешь! — радостно воскликнул второй, пониже и шире в плечах. Больше я никак не могла их отличить: одинаковые короткие стрижки, одинаковые чёрные плащи с красными рукавами. Стояли они ко мне вполоборота, поэтому лиц особо разглядеть не удалось.

— Да есть, есть, — немного раздражённо отозвался первый и выхватил телефон. Покрутил, попробовал на зуб, провёл над ним зачем-то печаткой с зелёным камнем. — Ну магии в нём нет. Странно, думал, это артефакт.

Я фыркнула, но тут же закрыла рот рукой. Магия, ага. Точно розыгрыш Миланы! Она единственная из всей компании любила читать про разную магию. Мы же с девочками предпочитали короткие любовные романы.

— Что делаем? Заберём или уничтожим? Интересно же изучить!

— Дурак, что ли?! Сам знаешь: уничтожаем всё, что появилось после прорыва!

— Но это же такой шанс! Как ещё мы можем изучить всякие штучки из других миров?!

— Слушай, ты лучше изучай наш мир! Даже историю не знаешь, а на другие миры заглядываешься!

— Ну Ролк, ну что тебе стоит?! Скажешь, что уничтожили, а я тихонько покопаюсь!

— Я не буду нарушать устав, — ледяным тоном проговорил этот Ролк и подкинул телефон в воздух. Щёлкнул пальцами.

Я зажала рот рукой, увидев, как с его ладони сорвалась голубая молния, и телефон разлетелся на мелкие кусочки. Это совсем не похоже на спецэффекты! Ну невозможно такие фокусы провернуть!

— Ролк, знаешь, почему у тебя нет девушки? — будничным голосом проговорил невысокий. — Потому что ты зануда!

— А у тебя потому, что ты двоечник, — спокойно парировал Ролк. — Хватит болтать, пошли искать тварь, которая через прорыв пришла. Надо её уничтожить.

Я прикусила палец, чтобы сдержать вскрик. Хотелось высказать всё за телефон, но интуиция вопила, что это небезопасно. И что не всё так просто.

И в этом я убедилась практически сразу. Невысокий присвистнул, взмахнул рукой, и мой стог вспыхнул. Огонь в три секунды уничтожил сено и тут же опал, оставив после себя лишь чёрный пепел.

— Идём деревню проверим, людей порасспрашиваем. Может, они что-то видели.

Мужчины направились в сторону домов, а я осела на землю, продолжая зажимать себе рот. Хвоя колола голую кожу ног, в бок больно упиралась ветка дерева, за которым я пряталась, но я даже не обращала внимания на это. В голове по кругу мелькал один вопрос: куда же я попала…

Глава 4

Дождавшись, когда силуэты скроются из видимости, я на негнущихся ногах подошла к тому, что осталось от сена. Хотя точнее будет сказать, подковыляла, то и дело теряя равновесие. Мысли усиленно разбегались, в голове крутились обрывки их разговоров, перед глазами стоял огонь, который за секунды сожрал сухую траву и пропал. Мне хотелось думать, что всё это розыгрыш, но…

Но всё говорило, что это не так. Прямо кричало об этом. И пепелище там, где совсем недавно я сидела и ждала подругу. И блеснувшая в траве стразинка, явно отвалившаяся от чехла. А продавец ведь клялся, что продержится долго и не отпадёт, несмотря ни на что! Вот же гад!

«Ксюша, о чём ты думаешь!» — одёрнула я себя. Уж что-что, а отвалившиеся стразы сейчас меньшее из зол!

Я присела, дотронулась до пепла. Посмотрела на почерневшие кончики пальцев. И только теперь осознала, что это действительно происходит. Никакого розыгрыша нет. А есть то, что так любила Миланка: другой мир, магия… И те, кто собирается меня уничтожить.

Перед глазами потемнело, и я укатилась во тьму.

— Оир, она же не мёртвая, да? — Услышала я тихий тонкий девичий голосок над ухом. В этот же момент в нос ударило что-то остро пахнущее.

Я дёрнулась, резко поднесла руку к лицу, отталкивая источник запаха. Пальцы коснулись чего-то тёплого и мягкого.

Распахнула глаза. Моргнула, пытаясь сфокусироваться. И завизжала, подрываясь с земли. Покачнулась от слабости, с трудом удержалась на ногах. Сдерживая тошноту и желание прибить всех вокруг, судорожно хваталась за остатки травы, за куски сена, валяющиеся рядом. Надо срочно вытереть руки! А лучше бы вымыть, с хлоркой!

Вспомнив про опасность уничтожения, заткнулась. В ужасе оглянулась, но тех самых мужчин не увидела. Перевела взгляд на людей, которые стояли и наблюдали мою истерику.

— Как видим, живая, — меланхолично произнёс светловолосый мужчина, скинув из рук коровью лепёшку в стоящую за спиной тачку.

— А почему она такая грязная? — свистящим шёпотом спросила девочка, во все глаза разглядывая меня. Я фыркнула.

— Уж кто бы говорил! На себя посмотри!

— Я умывалась! — оскорблённо крикнула девочка, прячась за спину мужчины. Обхватила его за ногу и снова выглянула, продолжая меня разглядывать.

— А в зеркало смотрелась перед выходом? — язвительно спросила я. И вроде понимала, что с семилетней девочкой спорить и ругаться смысла нет, ребёнок же совсем! Однако меня понесло. — Кофта в пятнах, в дырках, сама…

— Замолчи, — тихо велел мужчина. Я захлопнула рот, перевела на него возмущённый взгляд. Он явно напрягся и смотрел на меня предупреждающе. В отличие от девчушки, одет он был лучше: подпоясанная рубаха, такие я видела на картинках со старинной одеждой. Чистые, но достаточно простые тёмные свободные штаны. Руки были открыты, и сейчас отчётливо виднелись перекатывающиеся мышцы. Ещё бы: он так сжал кулаки, что мне даже страшно стало. А ну как принято здесь девушек бить?

Поэтому я не стала ни продолжать, ни ругаться. Тем более что голубые глаза девчушки наполнились слезами. Сердце кольнуло. В воспоминаниях пронеслись такие же глазки моей младшей сестрёнки. Ей было тогда семь, мне всего девять. И я очень часто её обижала. А она терпела и ни разу не пожаловалась маме.

— Извини, — тихо сказала, снова посмотрев на малышку. Ей ли я это говорила, или тому самому воспоминанию? Ведь извиниться перед сестрой так и не вышло. Хотя очень хотелось порой.

— Ла-а-адно, — шмыгнула она носом, продолжая прятаться за мужчиной. Две тонкие косички смешно топорщились, слишком сильно перевитые лентой. Вокруг головы мелким облачком пушились золотистые кудряшки. Заплетали её явно неумело.

— Что ты здесь делаешь и почему в таком виде? — Он брезгливо меня осмотрел и слегка поморщился. — Где твоя одежда?

— На мне, вообще-то, — ответила ошарашенно, но на всякий случай кинула взгляд вниз. С облегчением выдохнула, увидев платье. Да, испачкалось в пепле и задралось, но хотя бы оно на мне. А то от этого мира всего уже можно ожидать. Тем более что была я без сознания. Надеюсь, не очень долго. Однако эти двое явно успели уже перевезти несколько стогов, так как их на поле стало заметно меньше.

— Я спрашиваю про одежду, а не нижнее бельё девиц лёгкого поведения. — Он скрестил руки и выжидательно на меня уставился.

Я поперхнулась от возмущения.

— Это последняя коллекция! Ты просто…

Резко закрыла рот, вспомнив, где нахожусь. Может, у них здесь и не слышали ещё ни про какие коллекции. Ни про первые, ни про последние. Имя бренда тоже явно ни о чём не скажет. Зато отлично скажет о том, что я не просто не местная. Что я чужачка. Пришедшая из какого-то непонятного прорыва. И подлежащая уничтожению. А значит, мне надо брать себя в руки и изучать, что и когда можно сказать. Раз у них такая длина считается нижним бельём, нужно придумать, как оправдаться.

— Платье украли! — выпалила я, не успев подумать.

«Вот же ду-у-ура», — чуть не хлопнула себя по лбу, но продолжала наивно хлопать ресницами. Не могут мужчины устоять перед таким моим взглядом, уж это я давно отработала, значит, и других вопросов могу избежать! В идеале бы ещё к нему и напроситься. Правда, вряд ли его жена будет этому рада, но разве это мои проблемы?

— И как же? — с усмешкой спросил он.

— Ну-у-у… — Я беспомощно оглянулась. Снова перевела взгляд на блондина, который спокойно ждал моего ответа. Поджала губы.

— На речке, да? — весело спросила девчушка, подпрыгнув на месте. — А мне братик рассказывал, что на речке нельзя платье оставлять без присмотра! Мальчишки подшутить могут, и мне придётся в одной маечке домой бежать! Над тобой тоже подшутили мальчишки, да?

— Да, — облегчённо выдохнула я, улыбаясь. А малышка-то молодец! Точно надо с ними напроситься. Детская непосредственность на любую странность сможет дать логичный ответ.

— Ну-ну, — хмыкнул мужчина. — Так а ты-то кто?

— Я?

— А кто, я? Я пока при памяти, про себя всё помню. Про сестру тоже.

Ага, так это не дочка! Если он не женат, то ещё проще будет! Радостную улыбку я всё же сдержала.

— Я из города ехала. Ну, оттуда, — неопределённо махнула рукой. Хорошо хоть, что не в сторону деревни. — Захотелось искупаться, жарко же. В реке плескалась, потом вышла, а тут ни платья, ни…

На миг запнулась. А на чём здесь они ездят? Что можно упоминать так, чтобы наверняка?

Глаза забегали и выхватили подъезжающую со стороны деревни лошадь с телегой.

— Ни лошади, ни телеги нет. Шла пешком потом, вот…

— Вот, Мисси, учись, что бывает, когда девушки не умеют думать, — обратился мужчина к сестре. Я крепко сцепила зубы. Пусть лучше считает дурой, чем чужачкой.

— Вы же мне поможете, правда? — несчастным голосом обратилась я к нему. Потупила взгляд, разглядывая его из-под ресниц. Мужчина же поджал губы. Светлые волосы упали на лицо, на лбу залегла морщинка. Надо скорее понять, какой он. Иначе подход найти не смогу. А помощь мне явно очень нужна.

— Оир, давай возьмём её к себе! Мне будет веселее, и по дому справляться проще!

Сначала я обрадовалась, услышав, что у меня невольно появилась помощница. Затем дошёл смысл её слов. В смысле, по дому справляться?!

— Мисси, что значит возьмём? Она не котёнок, каких ты вечно в дом тащишь, — с лёгким укором сообщил парень, обернувшись к сестре.

— Но мне бывает тяжело-о-о, — жалобно протянула она, похлопав ресницами. Я с трудом удержала ухмылку. Что-то не меняется ни в одном мире.

— Мисси…

— Оир, ну пожа-а-алуйста!

Её губки задрожали. Она опустила глаза, шмыгнула носом, вытерла щеку. Я прекрасно видела, что и намёка на слёзы там нет. Но вот её брат этого не видел, а я не собиралась ему раскрывать глаза на манипуляции сестры. Мне это было только на руку. К тому же самой, возможно, придётся не раз прибегнуть к этому способу. Сейчас же я только молча и внимательно наблюдала, ожидая решения. Так же он не выносит женских слёз, как и большинство мужчин, или нет? Есть смысл на это давить, или надо искать другие пути?

— Ладно, — раздражённо выдохнул он.

— Ура-а-а! Братик, ты самый лучший! — Девчушка вытянула руки к нему, подняла голову. Вот это она зря. Глаза-то не заплаканные, слишком рано показывать отсутствие слёз. Но Оир, судя по всему, даже не обратил внимания. Подхватил малышку на руки. Она оставила на его щеке звонкий чмок, и тут же слезла с рук. — Ты мне теперь будешь помогать! А я буду указывать, что делать! — радостно крикнула она. Мы с Оиром поперхнулись воздухом.

— Мисси, откуда эти замашки? — изумлённо спросил он.

— Когда я стану женой Кора, у меня будут служанки! Он же богатый! Мне надо привыкать приказывать, — важно заявила она, подбоченившись.

Я с трудом заставила себя подобрать челюсть. Слов не было. Во мне боролись желание наказать эту малышку за одну только мысль, что мной можно помыкать, и искреннее восхищение, а пожалуй, даже узнавание. Когда мы жили в деревне, я тоже всегда хотела вырваться из неё побыстрее и добраться до богатой жизни. Чего мне это стоило! Но в результате я справилась. Глядишь, и малышка успеха достигнет, если будет упорной.

— Мисси, мы это обсудим наедине, — нахмурившись, произнёс Оир. Я только глаза закатила. Вот и мне родители пытались крылья подрезать и на «путь истинный» наставить. — А сейчас сбегай домой, принеси ей платье какое-то из маминых. Нельзя её в таком виде в деревню вести. И перчатки для неё захвати с галошами.

Девчушка кивнула и умчалась к деревне. Я снова усилием воли себя сдержала от вопросов. Это у нас маленьких детей никто не отпускал даже из подъезда выйти одних. Дураков на улице много. Но по деревне помню, что раньше с этим было проще, все друг друга знали. Видимо, и здесь так. Поэтому он её одну и отпускает.

— Скройся пока в лесу. — Он кивнул на стоящие невдалеке деревья. — Нечего тут мелькать раздетой, деревенские ходят. И умойся, что ли. — Оир поморщился, после чего просто отвернулся и продолжил путь. Я скрипнула зубами, но послушалась. Успею ещё характер показать. Пока надо понять границы дозволенного, чтобы не попасть в руки тем двоим в первый же день.

Ушла я в том же направлении, где и была. Заметила краем глаза что-то белое под деревом, подошла ближе. С удивлением узнала свою сумочку. Надо же, я и забыть про неё успела! Как вообще я умудрилась? Вытащила первым делом зеркальце и не сдержала вскрика ужаса, увидев себя. В обморок я, судя по всему, упала прямо в пепелище. А как ещё объяснить почерневшее лицо, измазанные пряди растрепавшегося пучка, пятнистое платье? Вопрос девочки про грязь теперь стал более понятен. Я бы ещё и не так выразилась, будь в своём мире. Никогда не любила замарашек и тщательно следила, чтобы на моих вещах не было ни пятнышка, ни зацепки. Испорченные обычно отправлялись куда-то на благотворительность. Точно даже не знаю: одна из подруг занималась по просьбе мужа тем, что помогала бедным многодетным семьям. Муж у неё метил в депутаты и пытался заручиться поддержкой как мог. Вот ей, как правило, мы всей компанией и скидывали вышедшие из моды или вещи и обувь с небольшими дефектами. Кто-то отдавал также вещи своих младших сестёр и братьев, мужей, детей. В общем, эти самые многодетные точно одевались прилично. Уж не знаю, чем ещё им помогали. Да мне и неинтересно было.

Достала из пачки влажных салфеток две последние. Вряд ли их хватит, но хотя бы лицо в порядок привести! Впрочем, одна ушла на того, чтобы брезгливо вытереть пальцы, которыми я угодила в коровью лепёшку. Зачем Оир её вообще поднимал? Нашёл чем девушек из обмороков выводить! Меня передёрнуло, стоило вспомнить этот отвратительный запах прямо у моего лица.

Второй салфетки не хватило, чтобы убрать грязь даже с лица. Я только размазала пепел по коже, и теперь с ужасом представляла, как в нынешних условиях придётся выводить многочисленные высыпания, которые обязательно появятся после такого!

С шумом хлопнула крышкой зеркальца, молясь всем богам, чтобы кожа осталась чистой. Хоть и знала, что никакие молитвы от этого не помогут. Как не помогали и в моём мире, когда я в этом нуждалась. Поэтому достаточно быстро я привыкла к тому, что если бог и есть, то на нас он внимания не обращает. Сомневаюсь, что здесь по-другому.

Покосилась ещё раз на сумочку. А насколько безопасно показывать её и мои туфли местным? Может, у них такое в городах принято, а может, и нет. Выяснять это хотелось бы более безопасным способом, чем ткнуть вещами людям в лицо.

Сквозь деревья увидела, как несётся по направлению ко мне Мисси. Не успев толком подумать, быстро скинула туфли. Вместе с сумочкой присыпала их хвоёй. Когда буду переодеваться, просто постараюсь тайком от Мисси это припрятать на теле. Не в лесу же оставлять самое важное!

Предвкушающе улыбнулась. Раз Оир велел принести и перчатки, значит, платье точно должно быть какое-то длинное, вечернее. Не знаю, конечно, зачем оно у них, но мне же лучше. Даже в деревне надо появляться эффектно!

— А это что? — Я с недоумением рассматривала тряпку, которую держала в руках. Явно сильно поношенную, полинявшую и, похоже, служившую обедом для моли. По крайней мере, на это очень намекали дырки по подолу. О том, что в такую жару шерстяное платье надевать грозит тепловым ударом, я вообще умалчивала!

— Я не нашла другое, — пискнула малышка, испуганно спрятавшись за дерево. — Оно высоко, я не дотягиваюсь!

— Так. Ладно, допустим. А это? — Я достала из тканевого свёртка матерчатые перчатки. Обычные рабочие перчатки.

— Брат велел принести, — ещё тише пискнула она.

Я закрыла глаза. Сделала несколько глубоких вдохов. Первой же моей целью будет найти, как свалить из этой деревни в любой местный город. А там уже и разберусь. Найду мужика нормального, снова буду жить своей жизнью.

— Скройся, я оденусь, — шикнула я на малявку, которая продолжала подглядывать. Та коротко взвизгнула и убежала в поле.

Я же ещё раз осмотрела то, что мне выдали. Ни о каких молниях здесь и не слышали — платье было на обычной, притом весьма грубой шнуровке сбоку. И состояло из нижнего и верхнего. Очень хотелось остаться в нижнем слое — не шерстяном, лёгком. Но я знала, что так не выйдет. Поэтому пришлось со вздохом натягивать и верхнее. Воняющее чем-то затхлым, в пятнах, с длинным рукавом и под горло. Моментально вспотела, руки и шею закололо. Вот не могли и нижнее платье для шерсти сделать с длинным рукавом? Ну всё же легче, чем если бы кололось всё.

Пояс сумочки я закрепила на талии перед тем, как одеваться, и достаточно свободные юбки успешно её закрыли. Своё платье снимать не стала, не придумав, как его нести. Пусть добавляется ещё один слой, что в такую погоду сродни самоубийству, однако прощаться с родной одеждой я не готова. Остался вопрос, куда девать туфли, но я так ничего и не придумала. В итоге просто запихнула их в тот свёрток, в котором мне девчонка принесла вещи. В конце концов, я в туфлях стояла перед ними… Да и валялась тоже, пока была в обмороке. Явно успели увидеть, и смысл теперь скрывать? Буду говорить, что последняя мода. В каком-то отдалённом королевстве желательно. Ещё бы эти названия королевств найти до того, как мне придётся что-то рассказывать. Я же в принципе все свои странности этим могу объяснить! Вот только есть ли смысл надеяться, что в этой деревне я найду хоть одну книгу или карту? И смогу ли их прочитать…

Я встряхнула головой. Нет смысла пока об этом думать. Все проблемы — по мере поступления. И сейчас поступила другая проблема: как не выпасть из галош, которые мне велики минимум на пять размеров, и зачем мне эти рабочие дешёвые перчатки?

Ответ на последний вопрос я узнала практически сразу.

— Стадо на выпас проходило здесь. — Оир махнул рукой вдоль кромки поля. — Надо собрать всё, что они оставили.

— Какое стадо? Что они могли оставить? — Я тупо смотрела в одноколёсную тачку, в которой валялась та самая коровья лепёшка, которой меня пробуждали. И ещё несколько других.

— Боги, чем я перед вами провинился… — пробормотал себе под нос мужчина. — Значит, так. Я объясню только один раз. Ты будешь делать всё, что положено в нашем доме. Иначе пойдёшь дальше пешком, куда ты там хотела идти. Платье, так и быть, разрешим тебе оставить. Мисси будет тебе рассказывать, с чем именно помогать. — Он покосился на мои аккуратные ногти со свежим маникюром, тонкие пальцы. Поморщился. — И мне лично совсем плевать, к чему ты там привыкла у себя. Отработаешь до конца осени — оплачу тебе дорогу в город. Будешь прохлаждаться — тут же вылетишь из дома. Это понятно?

Не дожидаясь ответа, он отвернулся и двинулся в сторону леса. Захлопнув рот, я последовала за ним. Мисси вприпрыжку бежала следом. О, а вот у неё я всё и узнаю!

— И в чём смысл вот… этого? — Брезгливо ткнула я пальцем в тачку.

— А ты не знаешь? — удивлённо спросила она. — А как так?

— Я из города, — расплывчато ответила. — У нас везде служанки.

— А-а-а! Я тоже так буду жить! — весело воскликнула она. — Я выйду замуж…

— А пока не вышла, расскажи, зачем вот это подбирать? — абсолютно невежливо перебила я малышку.

— Так коров же на выпас прогоняли! Надо собрать, чтобы и дорога чистая была, не влез никто. И чтобы удобрение было! Вечером тоже мы пойдём собирать! Мы с остальными по очереди ходим!

— А остальные — это кто?

— Ну как же… Наши, деревенские! Ты такая глупенькая! — Она хихикнула и устремилась вперёд. Оир уже ждал, и ехидная улыбка на его лице явно не обещала ничего хорошего.

— Поднимай, кидай в тачку, — велел он, скрестив руки на груди.

— Я ЭТО не трону!

— Город в той стороне, — кивнул он в сторону леса. Я вскинула голову, гордо шагнула туда. Остановилась. Ну нет, это самоубийство! Даже сбегать надо с умом. Набрать еды, воды с собой. Иметь карту. Добыть какую-то запасную одежду, получше того, что на мне. Иначе как я собираюсь к богатой жизни возвращаться?

Менее гордо отступила. Наклонилась над лепёшкой, на которой сидели две толстые мухи. Отпрянула, часто дыша и пытаясь сдержать не самые приятные позывы.

— Мы ждём, — ехидно напомнил Оир.

Я чертыхнулась. Заткнула нос, вернулась в нужное место. Зажмурилась, присев рядом и пытаясь на ощупь найти необходимое.

— Фу-у-у! — не удержалась я от стона, когда перчатки погрузились в отходы коровьего кишечника. Одной рукой поднять не получилось.

— Оир, а почему не лопаткой? — Услышала я тихий свистящий шёпот.

Доходило до меня несколько секунд. Подскочила, рывком стянула и откинула испачканную перчатку, с ненавистью глядя на мужика.

— Ты! Да что ты за!... А-а-а!

Пока этот блондин ржал, как конь, я брезгливо подпрыгивала на месте, стягивая перчатки.

— Ты зачем это сделал?! — С возмущением уставилась я на него.

— В деревне мало развлечений, — пожал плечами он, всё ещё посмеиваясь.

— Развлечений?!

— Ага. Перчатку подними, постирать надо будет.

— Я не буду этого делать!

— Напомнить направление города? — Он вскинул бровь.

Я скрипнула зубами, но промолчала. Однако упрямо скрестила руки на груди. Мы стояли так несколько минут, буравя друг друга взглядами. Мисси сначала смеялась и переводила взгляд с одного на другого. Потом ей, видимо, наскучило, и она села на траву, подперев ладошкой щёку. Спустя ещё несколько минут мы услышали протяжный вздох.

— Братик, давай перчатку на краешек тачки закинем, а я дома постираю? — с какой-то безнадёжностью в голосе предложила она.

— Закидывай. Но стирать будет она.

Он дождался, когда Мисси аккуратно повесит перчатку, и отправился дальше. Я шла следом, шаркая. Надеюсь, это всё быстро закончится, и я окажусь в доме. Мне надо всего несколько часов в одиночестве и спокойствии, чтобы всё обдумать и составить план действий. А заодно и план мести.

Я предвкушающе улыбнулась. Развлечений он хочет? Будет ему развлечение!

Глава 5

О том, что пары часов спокойствия мне не видать до заката, я убедилась уже весьма скоро. Мы прошли до конца скошенного поля и теперь возвращались в сторону деревни. Оир с Мисси негромко переговаривался, составляли план на день. А я даже не понимала, отчего у меня начиналась кружиться голова и подкатывать тошнота: от шерстяного платья в летний день или от понимания, что меня собираются привлечь практически во все работы! А их планировали немало. Я даже порой косилась в сторону леса, где, как сказал мужчина, дорога в город. Взять бы у них воды, еды, платье полегче и рвануть туда…

Останавливали только две вещи. Куда именно «туда» мне надо бежать, и чем отбиваться от зверей, которые явно водятся в лесу. Первый вопрос волновал куда больше. Я слишком привыкла к такси и навигаторам, чтобы легко ориентироваться в пространстве. А лесные звери представлялись пока чем-то отдалённым и малоопасным. С ними сталкиваться мне не приходилось даже в детстве, когда мы жили в деревне. Из лесных зверей я видела разве что зайцев и белок. От них отбиваться точно не нужно.

Пока я, пошатываясь, шагала как могла в этих галошах, заодно пыталась придумать, как избежать работы. И огорода! Прикинуться больной? Хотя пока дойдём, и прикидываться не надо будет. Спрятаться где-то до вечера? Ну это совсем уже как-то по-детски. Зато маникюр сохраню. Сослаться на неумение? Вариант неплохой, но ноготочки жалко.

Вскоре мы уже входили в деревню. Я с любопытством оглядывалась. Хотелось понять, насколько она отличается от того, что у нас в мире.

Если судить по воспоминаниям из детства — не сильно. Низкие бревенчатые домики, раскиданные в беспорядке, окна с резными ставнями. Большие участки под огород, хозяйственные постройки. Небольшие клумбы перед домами. Вдоль же простых штакетных заборов росли кусты и деревья, на которых наливались плоды. Я узнала мелкие яблочки, иргу и вишню. Ещё были какие-то неизвестные мне деревья с ярко-оранжевыми ягодами, с белыми круглыми плодами и с мелкой ягодой вроде нашей рябины.

Интересно, а речка где-то рядом протекает? Раз Мисси рассказывала про возможные шутки мальчишек, значит, должна быть. Лишь бы не пришлось ходить туда стирать. Хотя пока лето, можно пережить. Вот зимой помню, как сводило пальцы в ледяной воде. Но до этого времени я уж точно успею выбраться отсюда.

Кое-где из печных труб вился дымок. Я не удивлялась, летом тоже нужно дома протапливать, это я помнила. Всюду слышались хрюканье, кудахтанье, визги детворы, ругань их родителей. На меня косились многие: кто-то не отрываясь от прополки огорода, кто-то даже подходил поближе к заборам, чтобы меня рассмотреть. Я вскинула голову, выпрямила плечи. Пусть платье неудачное, но это не мешало мне чувствовать себя королевой. Я и в мешке от картошки буду хороша!

По укатанной дороге мы дошли до выкрашенного в бежевый дом с серебристой крышей. По краям каменной дорожки пышно цвели лилии, ромашки и мелкие анютины глазки. Дом стоял посередине участка. Слева вдоль забора тянулись хозяйственные постройки, справа огород и кусты с начинающей спеть смородиной, крыжовником, малиной.

За домом было видно большой огород, край теплицы, и, судя по звукам, где-то там находился курятник. Вспомнив про нашу прогулку, я поняла, что там, видимо, находился не только курятник: корова в семье точно была. Интересно, есть ещё кто-то? Надеюсь, что нет.

— Мисси, покажи ей, где платья мамины лежат. Пусть переберёт и выберет полегче. Потом обедом займитесь и домом, вечером уже огород. Ну ты сама всё знаешь.

Я молча проглотила то, что меня обсуждают, как будто меня здесь нет. Главное, что выхватил мозг: «платье полегче». Всё остальное меня уже не интересовало.

Куда делся Оир, я даже не заметила. Как только слегка скрипнула дверь, я пулей бросилась в дом, откуда повеяло прохладой. Очень хотелось пить и снять с себя эти утеплители, но пока я могла только лежать на ступенях и не двигаться. Очень болели ноги. Хоть я и ходила в основном на каблуках, но на большие расстояния всегда ездила на такси или в машине Владика. Поэтому путь в галошах не по размеру дался мне очень трудно. Было не меньше двух километров!

— Пить хочешь? — Услышала я тихий голосок около уха и тут же подскочила. Не иначе второе дыхание открылось, раз меня хватило на такие движения!

Я схватила у Мисси ковш с холодной, почти ледяной водой. От первого же глотка свело зубы, но мне было некогда думать, что это может плохо повлиять на зубы и белоснежную улыбку. Тонкая струйка стекла по подбородку, впитавшись в ворот платья.

Выпив всё, что было, я отставила ковш, пытаясь отдышаться. И только сейчас заметила, что лежала всё это время на тканом половичке. По которому, вообще-то, люди ходят в обуви.

Поколебавшись всего несколько минут между усталостью и брезгливостью, последняя победила.

— Вы там что-то говорили про одежду…

— Да, я покажу! Только дверь закрой, — Мисси озабоченно нахмурила бровки. — А то братик мне запрещает дома сидеть одной, не запершись. Говорит, дедушкина защита сильная, но дверь тоже не просто так поставили. Ой, а я же сейчас и не одна!

— Но мы всё равно закроемся, — поспешно выпалила я, щёлкнув засовом. Ну мало ли что, здесь непонятные люди могут ещё ходить, которые меня уничтожить хотят!

— Ну ладно, — легко согласилась она. — Пошли! У нас есть немного времени отдохнуть, а потом готовить будем!

— Мисси, я очень плохо готовлю, — сделала я аккуратную попытку. — А ещё мне надо платья перебрать, померить… Давай сегодня ты приготовишь, а завтра мы уже вместе?

— Но я уста-а-аю, — жалобно проныла она.

— А я плохо себя чувствую, смотри, как я одета в летний день, — сунула ей под нос руку. Она деловито пощупала рукав, показательно вздохнула.

— Ну ла-а-адно. Но завтра тогда ты готовишь!

— Хорошо, — легко согласилась я. Ну а смысл сейчас отказываться? И брату разболтает, и ныть будет. Вот завтра и придумаю что-то новое. А сейчас есть хоть немного времени на выбор одежды! Чужой, ношеной… Но хотя бы так. Пока не перееду в город.

— Вот тутоньки вещи мамы, — Мисси, привстав на цыпочки, тянулась к полке под самым потолком. Я знала, что такие бывали в старых домах, но совсем не помнила, как они назывались. Помню только, что что-то созвучное слову «платье».

Но мне это сейчас и не было интересно. Я предвкушала более лёгкую одежду.

Стульев и нормальных стремянок в доме не было, пришлось взять трёхногий табурет. Стоял на полу он очень… Неустойчиво, мягко говоря. Но другого у них не было. Пришлось довольствоваться этим и унимать бешено бьющееся сердце, пока я на него забиралась. Мисси, конечно, пыталась табурет придержать, но мне от этого спокойнее не становилось.

Выпрямившись, я замерла на несколько секунд. И только убедившись, что стою вроде ровно и подо мной ничего не падает, аккуратно отодвинула край ткани, который прикрывал стопки сложенных вещей.

Выгребала я оттуда абсолютно всё. Просто на всякий случай. Во-первых, надо всё пересмотреть, померить, выбрать самое хорошее. Во-вторых, потянуть время. В идеале до вечера, но вряд ли мне настолько повезёт.

И только убедившись, что все стопки перекочевали в руки Мисси, которая быстро их куда-то уносила, я слезла с табурета. Почувствовав под ногами пол, выдохнула с облегчением. Повезло, осталась цела и без переломов!

— Я всё на лавку на кухне сложила, — прощебетала она, весело улыбаясь.

Я нахмурилась.

— А почему на кухне? У вас комнат нет?

— Есть, просто мне же будет ску-у-учно, — надув губы, протянула она. — А братик согласился тебя взять, чтобы мне легче было!

Она хитро на меня покосилась. Я, подумав, не стала спорить. Мне нет никакой разницы, где перебирать вещи. А у Мисси, может, получится вытянуть что-то нужное. Надо пользоваться тем, что она болтушка!

Кухня оказалась достаточно большой. У стены располагалась печь, вдоль другой — простые и слегка кривые шкафчики с посудой, горшочками. Там же находилась неприметная дверь, за которой оказалась кладовая с мешками, пучками трав и чем-то ещё — я не успела разглядеть, как Мисси уже оттуда выбежала. В полу виднелся люк, ведущий в погреб. По центру кухни стоял массивный щербатый стол со скамейками по обе стороны. Окна были открыты, но вместо прохлады с улицы в помещение проникала духота: слабенький ветер почти не помогал.

Пока Мисси растапливала печь и ставила на её поверхность тару, пользуясь всё тем же табуретом, я старательно отводила взгляд. Она наполняла кастрюли ковшиком, пока я старательно гнала от себя уколы совести. Я не для того так долго вырывалась из деревни и нищеты, чтобы снова что-то делать руками! Тем более у меня свежий маникюр!

— Ой, а я забыла! — Мисси замерла с ведёрком картошки в руках, испуганно глядя на меня.

— Что случилось?!

— В городе же так не принято! А я уже должна учиться, чтобы потом жить богатой и знатной! Я же имя твоё не спросила!

Я даже опешила.

— А у вас в деревне так принято, получается? Не спрашивать имён и тыкать взрослым?

Мне, конечно, всего двадцать три, и меня передёргивало, когда ко мне дети обращались «тётенька». Но всё же до «тыканья» никто не опускался.

— Конечно, мы же… — Мисси осеклась. — Ну Оир сам потом расскажет про деревню! А как тебя зовут-то?

Слова девчушки меня сильно насторожили, но сейчас это было не так уж важно. Куда важнее: а как представиться? Есть ли у них вообще имя «Ксения», или это меня выдаст?

— О, а мы с мамой часто любили игру, связанную с именами, — вдохновлённо начала я вешать лапшу на уши. — Она считала, что имя можно понять по внешности. Попробуем тоже так, угадаешь? — Хитро покосилась я на малышку.

— Да, хочу! А… подсказки буду-у-ут? — тут же жалобно протянула.

— Конечно! Первые две буквы. Итак, моё имя начинается на Кс… У тебя есть пять попыток.

— М-м-м, — Мисси задумалась. Я ждала с замиранием сердца. Надеюсь, в этих попытках будет хоть что-то похожее на моё прежнее имя. А если нет, просто выберу самое понравившееся.

— Ксылга?! — наконец, предположила она. И уставилась на меня в ожидании.

— Нет! — поспешила откреститься я. Вот с этим именем я точно не согласна жить здесь неизвестно сколько!

— Ксила, Ксайна, Ксуза…

— Давай ещё одно, и я тебе скажу, угадала или нет, — подбодрила я её на продолжение. Мне же надо знать, из чего выбирать.

— Ксийдин?

— С одним угадала, умничка! — Кисло улыбнулась я. Надо было давать больше попыток. — Ксайна.

— Ура-а-а, я угада-а-ала! — Радостно запрыгала Мисси, забыв про дела. Но тут же ойкнула и схватилась за картошку.

Я же начала перебирать вещи. Как бы теперь не забыть, что на ближайшее время я Ксайна? Из всех имён оно мне более-менее понравилось. Но даже так у меня оставался шанс назваться другим именем, как только я покину эту деревню.

Малышка болтала про кошек, которых подбирает в деревне, а брат пристраивает, пока чистила картошку. Я слушала вполуха, сосредоточившись на вещах. Кивала в нужных местах и прислушивалась, если казалось, что мелькнуло что-то полезное. Но нет, полезного пока не было.

Все шерстяные и утеплённые вещи я откладывала сразу. К зиме уже в город уеду, даже рассматривать их не буду.

Остальное внимательно просматривала и раскладывала на несколько кучек. То, что оставалось только выкинуть, и то, что можно было рассмотреть для носки. Стопка заканчивалась, а во второй кучке были пока только одни чулки. Окинула грустным взглядом кучку с вещами «на мусор». Вздохнула, пытаясь примириться с действительностью. И начала перебирать её ещё раз.

— … А последняя была Муся, так она мышек ловить не стала, вот её Оир и отдал! В город увезли, представляешь?! — воодушевлённо болтала Мисси про кошек. Я поморщилась. Кошек я любила, но на расстоянии. И если бы у меня уже не было аллергии на них, то за полчаса рассказов о пушистых точно бы образовалась. Ну сколько можно-то?!

— А у них в городе кошек мало, что ли? — равнодушно спросила я, разглядывая очередное платье. На этот раз я сменила тактику. В одну сторону отправлялось то, что было в пятнах, но оставалось целым. В другую — вещи с дырками. В третью то, что проще всего надеть самостоятельно.

— Есть, конечно, — хихикнула Мисси, ловко нарезая картошины на четыре части. — Но у нас никому не надо, а там больше бескошных людей. Каждая кошка должна найти свой дом! — важно заявила девчушка.

Я хмыкнула. Как же она похожа на мою младшую сестрёнку! Мисси же тем временем, высунув кончик языка, пыталась открыть банку. Судя по всему, с тушёнкой. Огромным ножом. Нож соскользнул, я вскочила.

— Дай сама, — не выдержала я, отбирая всё у неё. — У вас открывашки нет, что ли?!

Сказала и осеклась. А вдруг здесь их в принципе ещё нет?

— Сломалась, а братик новую ещё не купил. Вот поедем на ярмарку в город и купим! Он обещал меня взять, и ленточки мне в косички вплести яркие, а платье нарядное разрешил!

Я замерла на миг. Но тут же продолжила открывать банку. Это я умела даже ножом, были времена, когда в общежитии жила. Весёлые и голодные, да.

Тряхнула головой, отгоняя воспоминания.

— А когда поездка? — как можно равнодушней спросила, пытаясь сдержать дрожь в руках. Вот он и шанс!

— Через две седмицы едем! Братик уже на лошадку договорился! — выдала Мисси радостно, забирая у меня открытую банку. Закинула тушёнку к картошке, всё перемешала.

Я медленно положила нож, отошла к лавке, хватаясь за платье. Даже не заметила, что оно было из той кучки, куда я откидывала совсем плохие вещи, которые точно не надену. Сделала вид, что внимательно его разглядываю. А сама пыталась сдержать улыбку и построить план.