Много на себя берёшь, Поттер!

Глава 1. Не дождётесь!

Нарцисса Малфой спокойно сидела в кресле, но лишь ей одной было известно, какая буря бушевала в душе.

— Драко! — мать тяжело вздохнула. — Это произойдёт завтра.

Парень закрыл глаза, откидываясь на спинку кресла.

— Прости, сынок, но это неизбежно. Твой отец облажался.

Драко изумлённо взглянул на мать.

— Это самое лучшее слово в данной ситуации, — пожала плечом мать.

— Но это… магловское слово.

— Знаешь, у «гостей» наших подземелий и не такому научишься.

— Да, ругательства у них что надо.

— Согласна. Мерлиновы стельки ни в какое сравнение не идут.

— Ага.

— Вернёмся к нашему разговору. Тёмный Лорд, очевидно, готовит для тебя весьма безбашенное задание.

— Мама…

— Извини. Я хотела сказать… рискованное. Мне это ужасно не нравится. Но прежде, ты получишь метку Пожирателя Смерти.

— Зачем мне эта беспонтовая мутантская башка на руке? — выпалил парень.

— Драко…

— Почему я должен уродовать своё тело? Ради чего? Чтобы ходить как инкубаторский?

— Какой? — сдвинула брови Нарцисса.

— Инкубаторский. Ну, это значит такой же, как все. Одинаковый. Ты замечала, что Пожиратели все одинаковые?! Никакого креатива, как однокурсники в Хогвартсе!

Нарцисса вопросительно смотрела на сына.

— Всё, проехали. Короче, я против! Если для меня разработают индивидуальный дизайн, может, я подумаю…

— Драко. Это не обсуждается, милый. Это клеймо! А клеймо для всего скота одинаковое — какое хозяин выбрал.

— А-а-а! Вот почему ты его не приняла! — сделал радостное открытие Драко. — Ты права. Я тоже не буду.

— Но… твой отец…

— Он облажался! Он! А не я! — возмущался Драко. — Почему я должен расплачиваться? Не дождётесь!

Нарцисса глубоко вздохнула.

— Решать, конечно, тебе. Я не могу давить. Но если ты откажешься, одному Салазару известно, что случится. Тёмный Лорд будет в гневе. Я не смогу тебя защитить.

С этими словами Нарцисса покинула комнату сына. Драко лёг на кровать, заложив руки за голову и уставившись в балдахин. Он погрузился в размышления.

«Как метка Пожирателя Смерти подействует на неё? Она и так меня ненавидит. Придётся искать помощь».

***

Длинные крепкие ноги в чёрных классических брюках и модельных дорогущих туфлях вышагивают по пыльной каменистой дорожке, ведущей из Хогсмида.

— Хоть летом-то можно убрать этот дурацкий барьер? — ворчит Малфой. — Прись в такую даль пёхом, обувь сбивай.

Наконец, добравшись до главного входа, Драко вздохнул, выпрямил спину и, гордо приподняв подбородок, с силой толкнул дверь. Заперто.

Малфой многозначительно кашлянул, как будто это могло как-то повлиять на решение двери, и толкнул снова. Эффект тот же.

— Алохомора!

Сейчас! Всё не так просто.

— Аберто!

Бесполезно.

— Диссендиум!

Тишина.

— Вашу мать! — злобно воскликнул Малфой, и дверной замок загремел. — Свежий летний пароль! — проворчал Драко.

— Чего надо? — проскрипел старый завхоз.

— Хреново выглядишь, Филч, — усмехнулся парень.

— На себя посмотри, недоумок белобрысый.

Драко возмущённо разинул рот и набрал в грудную клетку побольше воздуха, готовясь разразиться бранью.

— Иди папочке поплачься, — скрипнул завхоз и захлопнул дверь.

Малфой кипел, как котёл с зельем.

— Эй, ты! Мерзкий магл! Дверь открой! Мне Дамблдор нужен! — заорал Драко.

Тишина. Парень издал внутренний рык.

— Слышь, Филч, открой! — прокричал он.

Ни звука. Малфой глубоко вдохнул.

— Мистер Филч! Я приношу свои извинения, откройте, пожалуйста!

Ноль реакции.

— Это я, белобрысый недоумок, хреново выгляжу! — и тут же себе под нос добавил. — Старый хрыч.

Дверь тут же приоткрылась, и Драко протиснулся внутрь.

— Ожидайте. Я доложу директору, — проворчал завхоз и поплёлся по коридору.

За три минуты Филч достиг его середины, хотя миссис Норрис уже давно ждала у лестницы. Драко не выдержал этого издевательства и, в считанные секунды преодолев это расстояние, рванул вверх по лестнице.

— Немедленно вернитесь! — заскрежетал Филч, но тщетно.

Драко даже не задумался, чем может обернуться его бесцеремонное вторжение в кабинет директора Хогвартса.

Взлетев на самый верх и оказавшись в приёмной, Драко перевёл дух. Он не представлял, что будет говорить, хотя думал об этом уже как минимум сутки.

Каменный грифон быстро поднял его в кабинет директора, и Малфой тут же поперхнулся, увидев представшую картину. Помещение было заполнено белоснежными облаками, даже книжных шкафов и портретов было не видно. В центре, словно в кресле, на огромном облаке восседал директор Дамблдор в тоге римского императора, с заплетённой в косу бородой и в золотом лавровом венце. Вокруг кружили маленькие лесные феи, осыпая его розовыми лепестками, а директор тем временем, с блаженной улыбкой, выпускал из своей волшебной палочки мириады мыльных пузырей.

— Мистер Малфой! Какой приятный сюрприз! — ничуть не смущаясь улыбнулся Дамблдор, и Драко нервно сглотнул. — Как замечательно, что вы решили навестить старого профессора в каникулярное время. Это так мило.

— Д-добрый день, сэр, — с трудом выдавил Драко, пытаясь взять себя в руки.

— О, прошу прощения, что встречаю вас в домашнем халате, не желаете присесть? — мило улыбался директор, и к Малфою подплыло сомнительное облачко. Парень брезгливо скривился. — Если бы вы заранее предупредили…

— Мою сову могли перехватить, — серьёзно произнёс парень.

— В самом деле? Да кому же могло понадобиться такое безобразие? — искренне удивился профессор, и Драко это даже взбесило.

— Не притворяйтесь, что ничего не знаете. Тёмный Лорд теперь постоянный гость в моём доме. Он контролирует нашу почту. Не уверен, что за мной не шпионили его прихвостни.

— Вы говорите совершенно крамольные вещи, мистер Малфой, — немного нахмурился директор. — Разве вы не являетесь верным приспешником Тома Реддла?

Драко задумался, опустил глаза.

— Нет, сэр. Не являюсь. Вряд ли человек с такой физиономией может быть моим кумиром.

— Да. Согласен с вами. Выглядит он так себе.

— Сэр. Мне нужно скрыться. Я вынужден был бежать и хода назад нет.

— Отчего же? Ваш отец столько косячит, что для вас это будет совершенно естественно, — ласково усмехнулся Дамблдор.

Внутри Драко что-то вспыхнуло. Жуткая досада.

— Я — не мой отец. Я не обязан отвечать за его косяки! Служить этой «морде» я не намерен.

— Что ж, это любопытно.

Директор плавно опустился на пол и, взмахнув палочкой, очистил кабинет от облаков, а вторым движением сменил своё одеяние на более привычное.

— Но, чего же вы хотите от меня? — немного озадаченно произнёс Дамблдор.

— Мне нужно спрятаться. Я не хочу участвовать в его миссиях.

— То есть, вы хотите помогать с ним бороться? — с сомнением спросил профессор.

— Нет. Этого я тоже не хочу.

Дамблдор нахмурился.

— Тогда, зачем мне вам помогать?

— Я расскажу всё, что знаю.

— Хм, очень интересное предложение, — улыбнулся директор. — А вы уверены, что мне это интересно?

— Абсолютно.

— Думаете, я могу чего-то не знать? — немного скептически ухмылялся старик.

— Уже не уверен, — засомневался Малфой. — После того, как вы это сказали.

— Я в любом случае тебя выслушаю, Драко, — благожелательно улыбнулся Дамблдор.

Малфой немного расслабился.

— Волан-де-Морт готовит нападение на школу. Его цель — убить вас.

— Оу…

— Да, сэр.

— Очень любопытно!

— Он собирался привлечь к этому меня, но я не хочу. Мне нужно скрыться и получить защиту.

Дамблдор плавно перемещался по кабинету туда сюда.

— Пожалуй, я могу тебе помочь. Но придётся нелегко. Там, куда ты отправишься, тебя никто не любит, мой друг.

— Не привыкать, — бросил Драко.

— Более того, и для тебя эти люди неприятны.

— Хуже чем Тёмный Лорд и сумасшедшая тётка?

— Именно!

Драко скрестил руки на груди.

— Уверен, что ты готов? — с сомнением спросил директор.

— У меня нет выбора, — бросил Драко.

Дамблдор подошёл к камину, засунул в него голову и бросил горсть летучего пороха.

— Площадь Гриммо двенадцать, — произнёс директор, и зелёное пламя охватило верхнюю половину его тела.

***

Ханна Поттер уныло слонялась по дому. Её потускневшие от слёз зелёные глаза были усталыми и безжизненными. Кажется, расчёска не трогала её волос уже пару, а может и тройку, дней, потому они были немного растрёпаны и торчали в разные стороны. Большой минус короткой девичьей стрижки. Она бросила на себя взгляд в зеркало, сквозь круглые очки и, с брезгливостью вздохнув, закатила глаза. Наконец-то можно пару месяцев не думать о форме, и вообще о внешнем виде. Носить свои любимые футболки без лифчика, потрёпанные синие джинсы и кеды.

Она в очередной раз остановилась у семейного древа Блэков и долго смотрела на надпись под выжженным пятном на стене. Сириус Блэк. Слёзы снова навернулись. Ханна шмыгнула носом, сняла и протёрла очки краем серой футболки. На пару минут сосредоточила взгляд на круглой нелепой оправе, пытаясь понять, почему она до сих пор её не сменила? Форма отвратительная и совершенно ей не идёт. Она помнит, как тётя Петуния выбрала её со словами: «Чтобы Дадличек не считал её милашкой. Ещё не хватало иметь таких друзей».

Ханна и сама не хотела дружить с кузеном. Он же полный дебил! Во всех смыслах, даже физически. Телевизор вместо мозгов, о чём с ним вообще можно говорить?

Но девушка до сих пор не сменила оправу. Может потому, что у отца была такая же?

Поттер спустилась в кухню.

— Инсендио, — камин вспыхнул, и девушка села рядом на крохотный табурет, уставившись на огонь. Перед глазами снова исчезающий в арке крёстный. Ханна вздохнула. И вдруг, зелёная вспышка, и голова профессора уставилась прямо на неё.

— Добрый день, Ханна! Очень рад тебя видеть, — ласково улыбнулся Дамблдор.

— Здравствуйте, профессор. Я тоже очень рада, — устало ответила девушка.

— Как ты? — участливо спросил он. — Я вижу, ты плакала.

— Ничего, сэр. Скоро всё пройдёт. Мне не впервой терять близких.

— А где твои друзья? Что-то их не видно.

— Они пошли по магазинам. Еда закончилась.

— А из членов Ордена есть кто-нибудь?

— Нет, сэр. Я здесь одна.

— Ну что ж. Надеюсь, ты сможешь всё передать остальным. К вам сейчас прибудет… новый человек. Его нужно спрятать и обеспечить безопасность.

— Конечно, профессор. Никаких проблем, свободных комнат полно. Мы с ним знакомы? — с интересом проговорила Ханна.

— Более чем, — загадочно ухмыльнулся Дамблдор, и девушка почувствовала подвох. Стало тревожно. — Тебе придётся набраться терпения, милая, как и всем вам.

— Сэр, кто это? — выдохнула Ханна и поднялась на ноги.

— Этот юноша передал мне важную, очень полезную информацию, и теперь он в опасности, — серьёзно проговорил профессор. — Поэтому постарайтесь быть с ним помягче. Всё-таки, вас много, а он один.

— Сэр, кто это? — чуть громче спросила Ханна, с трудом держа себя в руках.

— Это ваш сокурсник, вы его знаете.

«Да что за издевательство?!» — мелькнуло у неё в голове.

— Сэр!

Камин погас.

— Что это была за хрень? — прошипела девушка и отошла от камина.

Снова вспышка. Зелёное пламя.

— Не-е-ет! — хором протянули двое, уставившись друг на друга.

— Малфой! — выдохнула Ханна, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

— Поттер! — скривился парень, и в его груди что-то болезненно сжалось.

— Твою мать… — вместе прошипели они.

Глава 2. В доме Блэков

— Что ты тут делаешь? — с брезгливостью бросил парень, покидая камин и вальяжно входя в кухню.

— Я тут живу, тупица! — с неменьшей брезгливостью произнесла Ханна.

— Старый хрен, не мог ничего получше предложить, — проворчал Драко, осматривая помещение.

— Что ты там мямлишь, Малфой? Думаешь, ты король всей Британии, и тут безмерно рады твоему визиту?

— Заткнись, Поттер, — рявкнул парень. — У меня был офигеть какой тяжёлый день, с тяжёлыми решениями.

— Бедненький! — с наигранным сочувствием вздохнула Ханна. — Ты проснулся и неожиданно решил, что тебе шестнадцать и пора включать мозг?! О! Это очень тяжело!

— Ты, я смотрю, до сих пор никак не решишься, — усмехнулся Драко, и девушка потянула из кармана джинсов свою волшебную палочку.

— Я ведь не посмотрю, что профессор замолвил за тебя словечко, Малфой. Мне тут как раз ещё одного подстаканника не хватает.

— Чего? — сморщился Драко.

— Не знаешь, что такое подстаканник? — Поттер расплылась в ехидной ухмылке.

— А ты знаешь, что такое Дантисимус? Спроси у Грейнджер, она тебе расскажет! — язвительно ухмылялся Драко.

— Только попробуй! — процедила сквозь зубы девушка.

Раздался громкий звон у входной двери.

— Тебе повезло! — огрызнулась Ханна.

— Да-да! Конечно! — многозначительно закатил глаза Драко, садясь на стул.

Быстро идя по коридору, Ханна чувствовала, как внутри что-то обрывается. Ею владели возмущение, волнение, недовольство и необъяснимый восторг, которого она не хотела замечать. Как будто ей подарили боксёрские перчатки и грушу, о которых она так мечтала в восемь лет, чтобы научиться бить Дадли.

Открыв дверь, она тут же встретилась глазами с подругой.

— Ханна, что случилось? — встревожилась Гермиона.

— Это финиш! — выдохнула девушка, пропуская друзей в дом и запирая дверь. — Вы не поверите, кого Дамблдор к нам сюда прислал.

— Кого? — уставился на подругу Рон.

— Три попытки.

— Ну, хоть намекни! Не честно без подсказки! — улыбалась Гермиона.

— Хорошо. Он нам не друг. Более чем не друг!

— Брось! Снейп только вчера здесь был, — ухмыльнулся Рон.

— Он наш сокурсник.

— Кормак? — в ужасе выпалила Гермиона. — О, нет! Он в этом году как-то странно на меня косился.

— Он не с нашего факультета.

— Малфой?! — хором выкрикнули друзья, и у Ханны отпала нижняя челюсть.

— Как вы…

— Угадали? — глаза Гермионы стали просто огромными.

— Какого хрена? — сморщился Рон.

— Как Дамблдор мог прислать сюда врага? — шипела Грейнджер. — Малфой со своими дружками весь год нам кровь портил! Он же, наверняка, заодно сами знаете с кем!

— С Волан-де-Мортом, Гермиона. Называй его по имени.

— Извини, — с грустью взглянула на подругу Грейнджер.

— Раз профессор прислал его сюда, значит, доверяет, — задумчиво проговорила Ханна. — Мне это страшно не нравится, но придётся как-то с этим жить. Дамблдор просил быть с ним… помягче.

— С Малфоем. Помягче, — повторил Рон, а потом его глаза вспыхнули возмущением. — Да он же сам всё время нарывается! Секунды не может помолчать!

— Так. У меня сейчас руки отвалятся, — возмутилась Гермиона, и все вспомнили о продуктах в больших бумажных пакетах.

— Лучше бы мы жили в магическом районе, — заметил Рон. — Можно было бы их отлевитировать.

— Да, но тогда Ордену было бы невозможно хорошо законспирироваться, — пояснила Ханна, забирая у Гермионы один из пакетов. — Ого! У вас там что, Хвосторога?

— Я смотрю, ты их любишь с тех пор, — усмехнулся Рон.

— Обожаю! — закатила глаза Ханна. — Особенно пламя из пасти.

Друзья вошли в кухню, замерев на пороге на пару секунд. Малфой продолжал вразвалку, с безразличным видом, сидеть на стуле.

— Гриффиндорское трио в сборе! — протянул он.

— И тебе, здравствуй, — пробурчала Грейнджер. — Помочь не хочешь?

— Ещё чего! — ухмыльнулся Драко. — Я в гостях, между прочим. И, раз вы трое здесь, значит, вы — моя охрана. Лучше чая мне приготовь.

— Чего?! — сморщился Рональд. — Какой гость? Какая охрана? Что он несёт?

Он с возмущением жёстко обрушил пакеты на стол.

— Не перевозбудись, Уизли! — растянул улыбку Малфой.

— Этот умник сбежал из дома и рассказал Дамблдору какие-то секреты Волан-де-Морта. Правильно? — Драко кивнул. — Думаю, Малфой намекает, что мы и Орден теперь обязаны ему по гроб жизни и являемся его телохранителями.

— Именно! — подтвердил Драко.

— Даже не рассчитывай, что тебе здесь будут прислуживать, Малфой, — скрестив руки на груди произнесла Гермиона. — Будешь жить, как все, ясно? У нас самообслуживание!

— Я вам не эльф, — безразлично бросил Драко.

— Ты, похоже, и не человек, — усмехнулась Ханна. — Ты знаешь, что люди, как правило, сами умеют заваривать себе чай.

— Поттер, ты, похоже, берега перепутала! — Малфой лениво закинул ногу на ногу. — Я могу всё, что угодно, но в высшем обществе, о котором тебе даже не снилось подумать, лордам чай подают эльфы и выполняют абсолютно любые распоряжения. И не говори, что в этой затхлой дыре нет эльфа, готового услужить мне, раз тебе лень пальцем пошевелить. Я не член вашего жалкого «общества», — брезгливо бросил он.

— Вот, значит, как! — улыбка Ханны стала подозрительно широкой. — У нас тут лорд завёлся. Дай-подай-принеси. Так вот! — она поставила руки в боки и попыталась нависнуть над Малфоем, что получилось не очень внушительно, так как даже сидя парень был слишком высок. — Здесь не твой дворец, ясно?! Здесь все на равных. Привыкай.

Ханна сверкала зелёными глазами, а Малфой вдруг широко зевнул, эстетично прикрывая рот ладонью. Поттер чуть не взорвалась от возмущения.

— Ты меня утомила, детка, — лениво протянул он. — Покажи мне мою комнату. Я явлюсь к обеду и продолжим нашу милую беседу.

Рон и Гермиона переглянулись, а Ханна вдруг выдохнула и снова улыбнулась.

— Что ж. Прекрасно! Идём.

Она резко развернулась и направилась к выходу. Малфой вальяжно поднялся, закинул на плечо свой стильный кожаный рюкзак.

— Желаю здравствовать, — бросил он и покинул кухню.

— Я его убью, — выдохнул Рон.

— Когда начнёшь, меня позови, — усмехнулась Гермиона.

Ханна не спеша шла по коридору. Поднималась по лестнице. Она быстро соображала, какую комнату предложить новоиспечённому постояльцу, и от этого коварная ухмылка чуть искривила уголки её губ.

Малфой уверенным шагом шёл за ней, совершенно не осознавая, что его взгляд прикован к плавно покачивающимся бёдрам девушки. Слишком широкие джинсы явно не давали полной картины. Поймав себя на этой мысли, Драко вдруг ощутил, как в груди что-то рухнуло вниз, и он отвёл взгляд в сторону. Не прошло и десяти секунд, как его глаза снова устремились туда же. В конце концов никто не видит, что он пялится на её зад. Малфой усмехнулся собственным мыслям и тут же споткнулся о ступеньку уже, наверное, третьего этажа.

Ханна обернулась, ловя его взгляд на своей пятой точке. Внутри что-то вспыхнуло.

— Чего пялишься?! — бросила она.

— Нужна ты больно. Ты свою голову вообще когда последний раз видела? Неделю назад? — насмешливо ухмылялся парень.

Ханна машинально пригладила спутанные на затылке волосы и быстро отвернулась, чтобы скрыть краску заливающую лицо.

— Не твоего ума дело, — презрительно бросила она, и с досадой зажмурилась, чувствуя себя полной дурой.

Наконец, они добрались до самой дальней комнаты верхнего этажа. Пыльный мрачный коридор вызывал в Драко омерзение.

— Что за свинарник? — брезгливо сморщился он. — Куда ты меня притащила? — он оглянулся назад. — Тут вообще живёт кто-нибудь?

— Нет, конечно! Ты, как высокочтимая особа, будешь жить в пентхаусе. Ни одна живая душа тебя здесь не потревожит.

— Благодарю, — недовольно выпалил он. — Предпочту как можно меньше видеть ваши физиономии.

— Располагайся!

Ханна распахнула перед Малфоем скрипучую дверь в тёмную комнату.

— Люмос! — произнёс он и отпрянул. Прямо перед ним угол шкафа.

— Что это такое? — злобно спросил Драко и заглянул в комнату. — Издеваешься, Поттер? Это свалка!

Комната была завалена вещами до самого потолка. Тумбочки, стулья, тряпки, книги, цветочные горшки, посуда, вешалки, мелкого хлама просто не счесть. Посередине явно была кровать, но её почти не было видно.

— Дай мне другую комнату! — рявкнул Малфой, наставляя палочку на Ханну.

— Если хочешь, чтобы тебя охраняли, бери, что дают! Не нравится? Вали отсюда! — Малфой испепелял её глазами, а Ханна испытывала истинное наслаждение. — Каждый, кто здесь селится, сам готовит себе жилое пространство. Или ты думаешь, я отдам тебе свою комнату? Комнату Рона? Гостиную? Думаешь, пришёл на всё готовое? Благодари за то, что ванная в хорошем состоянии. Если не будешь сидеть на одном месте, к ночи управишься. Всё лишнее можешь выставить в коридор, но аккуратно, ясно тебе?!

Малфой был так возмущён, что потерял дар речи. Ему хотелось схватить эту очкастую дуру за тонкую шею и влепить в стену со всей силы.

— Успеха! — бросила девушка и направилась вниз, мысленно благодаря Мерлина за всё происходящее.

Малфой смотрел ей вслед, пока Ханна не исчезла за поворотом.

— Дрянь! — рыкнул он и снова подсветил комнату палочкой. — Люмос максима!

Где-то в углу загорелся ободранный торшер.

— Вингардиум левиоса.

Один из пыльных старых стульев подплыл к Драко и опустился на пол.

— Экскуро, — брезгливо произнёс парень. Убедившись, что стул чист, сел на него и уставился в тускло освещённый дверной проём.

***

Ханна весело сбежала по ступенькам и, почти вприпрыжку, влетела в кухню, где Рон уже жевал сэндвич, а Гермиона мыла свежие овощи.

— Чего такая радостная? — недовольно промямлил с набитым ртом Рон.

— Подобрала Малфою подходящую комнату? — немного ехидно спросила Гермиона.

— Не то слово! Ему там работы на три дня хватит. К обеду точно не явится.

— Кладовка! — выдохнула Грейнджер.

— Ага, — усмехнулась Поттер.

— Как-то это чересчур, тебе не кажется? Всё-таки он что-то полезное сделал для профессора.

— Вспомни, сколько всего неполезного он сделал в принципе, — скрестила руки на груди Ханна. — Его спесь пора немного сбить, тебе не кажется?

— Кажется! — удовлетворённо кивнул Рон. — Я полностью «за»!

Гермиона вздохнула и занялась салатом, а Ханна зачаровала нож для чистки картофеля.

***

Малфой сидел на стуле. Просто сидел. Долго. Спектр его чувств был так широк, что и передать сложно: от яростного гнева до унизительной жалости к самому себе. Знала бы эта дура набитая, на что он пошёл, может, не посмела бы так издеваться. Хрена с два он будет спать здесь, в этой грязи. Не на того напала. Он взглянул на свои серебряные часы. Почти пять, неспроста в животе урчит от голода. Вот кретин! Надо было хоть пачку маффинов с собой прихватить. Он отхлебнул воды из именной фляжки и продолжал смотреть в захламлённую темноту.

— Ты не из этих, — прохрипел противный старческий голос, и Малфой оглянулся.

Перед ним стоял древний, обрюзгший эльф, с огромным крючковатым носом, и рассматривал парня очень подозрительно.

— Да-а-а! Ты не из этих. Такие благородные черты. Дорогая одежда. Чистую кровь ни с чем не спутаешь. Старый Кикимер видит чистую кровь.

— Кто твой хозяин? — откидываясь на спинку стула спросил Драко.

— Моих хозяев нет. Но Кикимер бережно хранит память о благородной семье Блэков.

— Блэк? — удивлённо приподнял брови Драко. — Так это дом Блэков?

— Да. Дом Вальбурги и Ориона Блэков. Старый Кикимер пережил многих Блэков.

— Но не всех, — усмехнулся Драко. — Нарцисса Блэк — моя мать.

Руки Кикимера задрожали и он, на резко ослабевших, тонких ногах, поплёлся к молодому человеку, цепляясь за его брючину.

— Благородный лорд! — благоговейно выдохнул эльф. — Драко Люциус Малфой! Старый Кикимер знал, что ещё послужит… послужит во славу рода Блэков.

— Хочешь послужить, старый эльф? — с сомнением спросил Драко, оглядывая тщедушного домовика.

— Безусловно, милорд! Я сделаю всё, что угодно для вас!

Драко вытянул и скрестил ноги, а руки заложил за голову.

— Видишь этот сарай? — кивнул он в сторону мрачной комнаты. — Это мои апартаменты.

— Как можно, милорд?! — возмутился Кикимер.

— Да, представь себе. Уверен, ты знаешь, что с этим делать.

— Рад служить! — поклонился эльф.

Малфой расплылся в злорадной ухмылке.

— Посмотрим, кто кого, Поттер.

***

Около восьми часов вечера, когда друзья уже уселись ужинать, у всех было какое-то тягостное, неприятное чувство. Еда в горло не лезла, как ни странно, даже Рону.

— Я так не могу, — вздохнула Гермиона. — Он там уже часов шесть, совершенно один и голодный. Так неправильно.

Рон исподлобья взглянул на Ханну.

— Ладно. Пойду, позову! — раздражённо выдохнула она и, с облегчением, быстро встала из-за стола, направляясь наверх.

Она представляла Малфоя всего пыльного, растрёпанного и злого, заранее готовясь выслушивать его упрёки и отвечать на них.

Каково же было её изумление, когда перед ней предстал пустой коридор.

«Вот лодырь! Вообще ничего не стал делать!» — с досадой подумала девушка.

Тут из комнаты появился Малфой в голубой чистенькой рубашке с закатанными рукавами и расстёгнутым воротом, левитирующий перед собой тумбочку. Его причёска немного растрепалась, и Ханна изумлённо выдохнула, пытаясь отделаться от мысли, что быть лохматым Малфою больше идёт.

— Соскучилась, Поттер? Или помочь решила? Опоздала! — ехидно ухмылялся он, опуская тумбочку на пол.

— Контролирую, чтобы ты ничего не испортил, — скрестила она руки на груди, медленно подходя к комнате. — Куда ты дел все вещи?

— В соседнюю комнату. Ты сама сказала, там никто не живёт.

— Деловой, — хмыкнула девушка. — Я же сказала…

— Убирать это всё потом из коридора тоже мне? Я тебе не эльф!

— Ладно. Уже неважно.

Ханна заглянула в комнату. Её поразил идеальный порядок, новые занавески и чистые окна. Мебель только самая аккуратная, в хорошем состоянии.

— Как ты это… — выдохнула она.

— Магия — сильная вещь. Ты в курсе, что здесь полно антиквариата? Вы все просто вандалы. Так небрежно относиться к вещам! — Малфой осуждающе покачал головой.

Ханна недовольно взглянула ему в глаза.

— Тебя забыла спросить. Это не твой дом, не забывай!

— Да я тут больше прав имею, чем ты! Думаешь, я не знаю, чей это дом? Это дом моих родственников, кузенов матери, а ты тут с какого бока?

— Ты тут — такой же постоялец, как и все, Малфой! Не зарывайся! — возмущённо произнесла она и, резко развернувшись, направилась прочь.

— Даже на ужин не пригласишь? — усмехнулся Драко ей вслед.

— Иди, если хочешь, — на ходу бросила девушка и понеслась вниз по лестнице. — Гадёныш. Маменькин сынок. Прав у него больше. Прибью! — ворчала она себе под нос.

Когда Ханна спустилась в кухню, Малфой уже стоял у стола, разглядывая его содержимое. «Как близнецы», — подумала она и тряхнула головой.

— Садись? — немного неуверенно предложила Гермиона.

— Подумаю ещё, — надменно произнёс Малфой, наклоняясь к супнице с тушёным картофелем. — Что это?

— Еда, — сквозь зубы процедил Рон, с силой сжимая ложку в кулаке.

— Н-нда? — Малфой сморщился.

— Не нравится, вали отсюда! — выпалила Ханна, садясь за стол.

— Как грубо, Поттер, — наигранно осуждающе произнёс Драко и сел напротив.

Гермиона поставила перед ним тарелку. Парень брезгливо поморщился и стал разглядывать посуду: тарелку, вилку, ложку, лежащие рядом на салфетке. Друзья молча наблюдали за этим странным ритуалом.

— Малфой, ты больной? — не выдержала Ханна.

— Не уверен, что вы хорошо отмываете посуду и приборы. Эльфы отлично справляются, а вы… мало ли…

— Ты с Гремучей ивы рухнул? — выпалил Рон. — Что ты из себя корчишь? Всё, девчонки! Убираем со стола!

— Уизли! Главного из себя не строй! — ухмыльнулся Малфой.

— Я сейчас тебя построю! — и Рон дёрнулся вперёд, чтобы ухватить Малфоя за грудки прямо через стол.

— Мальчики-мальчики! — вскрикнула Гермиона. — Прекратите сейчас же! Малфой! Не голодный — выметайся! Рональд! Ты всё? Свободен!

— Ах, вот кто тут главный! Грейнджер! — И Малфой придвинул к ней свою тарелку. — Кинь пару ложек этого месива.

— Сам кинь! — она поднялась из-за стола и пошла мыть свою тарелку. — Посуду тоже сам за собой вымоешь.

— Ну нет уж! Это не мужское дело.

Рон прикусил губу изнутри.

— Да? Тогда завтра будешь есть из этой же тарелки, — усмехнулась Ханна и стала накладывать себе салат.

Малфой шумно вдохнул, чувствуя, что голод уже измотал, особенно если учесть, что последний раз он ел вчера вечером.

— Хрен с вами, — бросил он, накладывая в тарелку картофель. — Салатник дайте.

— Кидай сюда же, — кивнул Рон.

— Я не собираюсь устраивать грязную кашу в тарелке, — ухмыльнулся Малфой. — Так только свиньи делают.

Ханна захрипела от злости.

— Придётся две тарелки мыть. Тебе оно надо? — ухмылялся Рон.

— Дай. Мне. Салатник. Поттер! — чётко проговорил Малфой, глядя Ханне в глаза.

— Там! — она кивнула на стенной шкаф. — Сам возьми.

Все замерли в ожидании. Гермиона даже воду выключила, а Рон смотрел то на Ханну, то на Малфоя.

— Без салата обойдусь. Наверняка он так себе, — усмехнулся Драко и отправил первую ложку в рот. — И не пяльтесь. Ни разу не видели, как я ем?

Пока Гермиона и Рон мариновали мясо на завтра, Ханна с трудом пыталась поесть. Хотелось поскорее уйти. Но стоило ей вымыть посуду, как ленивый голос Малфоя болезненно проник в её мозг.

— Королевской персоне не престало пользоваться общей ванной комнатой, — вздохнул он. — Но, раз нет выбора, я бы принял душ. И вообще, надеюсь, ты понимаешь, что я не собираюсь сидеть в своей келье безвылазно. Есть же здесь гостиная, библиотека…

— А «спасибо» тебя не учили говорить? — обернулась к нему Ханна.

— За что? — искренне удивился Малфой. — За это? — поглядывая на супницу, скривился он, словно слизня проглотил.

— Да! За это! — воскликнула она, теряя терпение.

— Ну спасибо! — усмехнулся он.

Девушка закатила глаза.

— Помоешь за собой посуду, выходи в коридор. Покажу тебе дом.

Друзья покинули кухню.

Выждав минуту, Драко щёлкнул пальцами.

Глава 3. Трудный вечер

— Мы должны пойти вместе! — шептала Гермиона. — Мало ли, что он выкинет.

— Честно говоря, мне не охота, — зевнул Рон. — Но, если надо…

— Слушайте! Когда мы собираемся все вместе, это похоже на плохой зоопарк, в котором звери из клеток сбежали. Малфой, как гиена, скалится и ощетинивается, а мы, словно шакалы, тявкаем и бегаем вокруг. Фиговое сравнение! Всё. Я сама. Даже разговаривать с ним не буду, покажу, где, что и разойдёмся. Плевать, пусть болтает что хочет. Рон не выдержит, начнёт отвечать…

— Да как это выдержать…

— Что за совещание? — раздался за их спинами тягучий голос. — Девочки поспорили, кому сегодня ночевать в моей спальне?

— Извращенец! — прошипела Гермиона.

— Я тебе сейчас морду расквашу! — прохрипел Рон.

— Брось, Уизли. Не жадничай, — с издёвкой усмехнулся Малфой, и Рон бросился на сокурсника с кулаками.

Девичий визг сотряс стены. Поттер и Грейнджер вцепились в плечи Рональда, в полной уверенности, что не смогут его удержать. Только лишь боясь, что покалечит девушек, Уизли остановился. Его лицо стало похоже на свёклу.

— Малфой, придурок! Прекрати нарываться! — выкрикнула Ханна. — Что за провокации?!

— Просто пошутил! — повысил голос Драко. — Вы совсем больные? Шуток не понимаете!

— Ещё одна такая шутка, и Дамблдор сильно пожалеет, что отправил тебя сюда, — прорычал Рон. — Ты понял, урод?!

— Кто бы говорил, — ухмылялся Малфой. — Ты свою рожу видел?

— Моральный урод здесь только один! — выпалила Грейнджер.

— Всё! Брейк! Я так и знала! — выкрикнула Ханна. — Все по углам! Моя очередь!

Она мгновенно подлетела к Малфою и воткнула свою палочку ему в грудь. От неожиданности парень отшатнулся, сделав шаг назад и упираясь спиной в стену.

— Спятила, Поттер? — выдохнул он.

— Рот закрой! Сейчас мы, молча, идём на экскурсию. Одно слово и пойдёшь в свою комнату без душа и сладкого.

— Ещё сладкое есть, мамочка? — скривился он в ухмылке.

— Для тебя, уже нет. Остался душ, — прорычала она.

Малфой поднял руки, изображая военнопленного.

— Молчу!

Ханна глубже воткнула палочку, и парень кашлянул.

— Ребята, я справлюсь. Идите отдыхать.

— Ну, ладно, — проворчал Рон. — Зови, если что.

— Ты уверена? — уточнила Гермиона.

— Да.

Друзья пошли наверх, а Ханна так и держала Малфоя под прицелом.

— Если бы не Дамблдор, Малфой, ты бы уже валялся в параличе.

— Слуш…

— Заткнись, я сказала! — она надавила на палочку и проворчала: — Тебе лучше было остаться со своими «соратниками».

— Ты нихрена не знаешь, — прохрипел Драко.

— Ещё хоть слово, и ты меня выведешь. Идём.

Ханна повела его коридором по первому этажу.

— Здесь гостиная.

Драко заглянул в комнату.

— Библиотека в конце коридора направо. Ванные комнаты на втором и третьем этажах, но на втором она в более сносном виде. Воду экономь, если не хочешь домываться с Агуаменти.

Они подошли к лестнице. Ханна замешкалась на несколько секунд. Молчание Малфоя смущало. Неужели напугала?! Нет. Не может быть. Она сделала шаг к лестнице, но тут же обернулась, встречаясь с ним взглядом. Безразличие на его лице немного начало раздражать.

— Иди первый. На второй этаж.

Малфой зашагал по лестнице, держа руки в карманах брюк. Ханна пошла следом и некоторое время смотрела на задники его туфель. Лодыжки, бёдра… Дыхание замерло, и она заставила себя взглянуть выше, на плечи, обтянутые голубой рубашкой. Нет, уж лучше задники!

Ханна медленно выдохнула. Малфой остановился на втором этаже. Через пару ярдов дверь.

— Ванная здесь.

Девушка приоткрыла дверь. Драко без интереса бросил взгляд на дверной проём.

— На этом этаже много комнат, и учти, в каждой кто-то бывает. Надеюсь, не надо объяснять, что не стоит совать нос куда не следует.

Малфой молчал.

— Ещё есть правила. Конкретно для тебя. Двери никому не открывать, как бы настойчиво ни звонили. Сов не отправлять. Самому дом не покидать ни через камин, ни через главный вход, ни через окно. Трансгрессировать отсюда не получится. Всё ясно?

Тишина. Ханна начала злиться, но держала себя в руках.

— Профессор выходил на связь. Завтра к вечеру прибудут… члены Ордена, чтобы обсудить твою ситуацию. Ты должен быть готов всё им рассказать в подробностях. Но не факт, что тебя выслушают. Вряд ли кто-то поверит, что ты не шпион.

Малфой безразлично смотрел сквозь девушку.

— Тебе вообще всё равно, что происходит? — наконец возмутилась она. — Главное, что ты улизнул от ответственности, так?

Он сфокусировал взгляд на её глазах. Они молчали с минуту. Ханна успела рассмотреть, какие длинные у него ресницы, а он заметил, что в её зелёных радужках есть тёмные точки.

— Стой здесь, принесу тебе полотенце, — раздражённо бросила девушка и вошла в свою комнату, находящуюся через две двери от ванной.

Малфой ехидно ухмыльнулся и тут же придал своему лицу полное безразличие.

Ханна вернулась и протянула ему большое белоснежное полотенце. Драко нехотя протянул руку, сжал в руке мягкую материю и сам удивился, насколько это приятно.

— Можешь поблагодарить! — разрешительно вздёрнула подбородок девушка.

Малфой приподнял бровь.

— Молчишь? Тем лучше! — нервно выдохнула она и отвернулась, направляясь вниз по лестнице.

— Признай, Поттер! Твоя жизнь потеряет смысл, если я буду молчать! — усмехнулся Драко.

— Нарцисс недоделанный! — спокойно произнесла она.

— Вполне полноценный! — парировал он, расплываясь в белоснежной улыбке.

Воцарилась тишина. Драко ещё пару минут постоял возле ванной в нерешительности. Ему казалось, что силы иссякли. Он думал о матери. Почему-то, покидая свой дом, Драко не волновался ни о ней, ни об отце, ни о последствиях своего поступка. Всё, чего он хотел — это избежать рабского клейма, которое будет его спутником на всю жизнь. Хотел избежать участи убийцы. Хотел остаться собой. Но сейчас слова матери били в самое сердце. «Одному Салазару известно, что случится». А если этот гад убьёт её, если будет пытать? Мать ничего, никогда не скажет, а Драко ушёл, даже не попрощавшись.

Тонкие струйки тёплой воды приятно стекали по спине, груди, по ногам. Это было такое наслаждение, какого он прежде не испытывал. Чужой дом. Здесь, в запертой комнате, Драко почему-то чувствовал себя в безопасности. Капельки ползущие по щекам были солёными. Они уносили горечь из его души. Малфой тихо всхлипнул, прерывисто вздохнул.

— Соберись, слабак, — шепнул он. — Всё только началось.

Он поднял лицо навстречу освежающим ручейкам. Задержал дыхание.

Вдруг, полная тишина. Вода отключилась.

— Вот, блин! А так всё было хорошо, — с досадой выдохнул Драко и провёл ладонями по голове, отжимая волосы.

Накинув на плечи полотенце, отметил, насколько оно мягкое и свежее, не хуже, чем в его доме. Похоже, новое. Он вдруг вспомнил это недовольное лицо, сердитые зелёные глаза за очками, и её надменный голос: «Можешь поблагодарить!»

Усталая ухмылка тронула уголки его губ.

— Спасибо, Поттер…

Драко завернул полотенце на бёдрах. Так не хотелось надевать несвежие вещи. И эти туфли. Как представил себя идущим по этажам в полотенце и этих туфлях от Альфреда Сарджента, еле смех сдержал.

— Прости, Альф, — ехидно усмехнулся он, трансфигурируя великолепные туфли в резиновые сланцы. — Кто тут вандал, ещё посмотреть надо, — вздохнул он, надевая жалкие коричневые тапки.

Драко аккуратно сложил вещи и отправился в свою комнату. Он шёл неспеша, наслаждаясь приятной чистотой кожи. Малфой уже доплёлся до третьего этажа, когда снизу раздался ор Грейнджер:

— Кто слил всю воду?

— Не я! — откуда-то издалека отозвался Уизли.

— Малфой, гад! Я же сказала! — еле-еле донеслось с первого этажа.

— Агуаменти в помощь! — громко прокричал Драко, получая беспорядочную брань трёх голосов, сдобренную проклятиями, в ответ. — Блин… — с досадой шепнул он и продолжил путь наверх.

Войдя в комнату, Драко удовлетворённо окинул её взглядом, осторожно прикрыл дверь и, сделав два прыжка, как ребёнок, с разбега плюхнулся на кровать. Старая мебель жалобно скрипнула, но его это даже позабавило.

Полежав немного глядя в потолок, Драко щёлкнул пальцами.

— Что угодно вашей милости?! — услужливо поклонился Кикимер.

— Вещи приведи в порядок.

— Да, милорд.

— Я должен связаться с матерью. Как это сделать?

— Сов нельзя отправлять, милорд.

— Сможешь отнести письмо в Уилтшир?

— Но… милорд, мне запрещено покидать дом. Приказ… Дамблдора. Сожалею.

— Ладно.

Драко был недоволен. Он задумался. Внезапный громкий стук в дверь заставил его вздрогнуть.

— Малфой, открывай! — злобно прокричала Ханна.

— Да дай же выдохнуть… — прошептал Драко, закрывая лицо руками, и крикнул: — Чего надо?

— Открой, или я сама войду!

— Исчезни! — шепнул Драко, и домовик пропал. — Делай что хочешь! — бросил парень, и дверь тут же распахнулась.

Драко повернулся на бок и приподнялся на локте.

— Так-так-так! Значит, ты первая! Ну, иди сюда, дорогуша, — и он похлопал ладонью по кровати прямо перед собой.

Ханна вспыхнула и даже не подумала это скрыть.

— Ты совсем обалдел?! — воскликнула она.

— В чём дело, милая? — удивлённо возмутился Драко. — Не ты ли вломилась в мои апартаменты?

Девушка шумно выдохнула.

— Я тебе что сказала насчёт воды? Или вашему сиятельству неведомо понятие «экономия»?

— Ну, не злись, солнышко! — заискивающе протянул парень.

— Я тебе не солнышко! — прорычала она.

— Ну, дай мне шанс всё исправить! — ласково проговорил Драко, садясь на кровати и опуская босые ступни на пол.

Он резко поднялся на ноги. Похоже, только теперь её взгляд прошёлся по его обнажённым плечам, животу и случайно зацепился за бугорок выпирающий под полотенцем. Ханну словно ударило током. Осознание того, что она вломилась в комнату обнажённого Малфоя, привело в полное замешательство.

— Я поставила пароль на ванную, — торопливо заговорила она. — Будешь мыться последним, ясно?!

Он дёрнул плечом.

— Как скажешь, Поттер. Здесь я в твоей власти. Ты хозяйка, — вкрадчиво произнёс он и сделал шаг в её сторону. — Я практически себе не принадлежу, — ещё шаг. — Ем, что дадут, сам мою свои тарелки, разгребаю хлам, моюсь, когда разрешат.

Малфой подходил всё ближе, а Ханна с трепетом замерла на месте, сжимая палочку в руке, будучи уверенной, что он её отлично видит.

— Я, конечно, понимаю, для вас я — обуза, что-то лишнее, но мне плевать, — между его бровей пролегла глубокая ложбинка. Ханна сразу увидела эту перемену в его лице, на нём появилась угроза. — Мне плевать, что вы думаете. Я не собираюсь оправдываться. И ты мне не указ. Не обольщайся!

— Малфой! — с угрозой произнесла девушка. — Тебе придётся считаться с тем, что здесь есть люди, такие же, как и ты! Не корчи из себя… звезду…

Он поставил руки на бёдра, и Ханне показалось, что он стал выше ещё на три дюйма. Малфой навис над ней, надменно глядя свысока.

— Сгинь, — вкрадчиво произнёс он.

Ханна подняла глаза, которые давно упёрлись в его ключицы. Подбородок, губы, глаза.

— Тебе повторить? — прошипел Драко.

— Я-то сгину. Только скажи мне одну вещь. Твоя мать знает, где ты?

Внутри всё рухнуло. Драко невольно сделал шаг назад и тихо произнёс:

— Нет. Не знает.

— Хорошо. Профессор сообщил ей, что с тобой всё в порядке. Не знаю как, но он это сделал.

Стало не по себе от того, как смягчились черты его лица, как обмякли плечи. Он просто смотрел ей в глаза и молчал.

— Не за что, — тихо произнесла Ханна и, выйдя из комнаты, закрыла дверь.

Драко ощутил необыкновенную лёгкость на душе. Как будто стая птиц вспорхнула с Гремучей ивы, и ни одна не была поймана. Парень бросил полотенце на стул и забрался под лёгкую простыню. В комнате душно. Полежав немного, он поднялся и открыл окно. В комнату проник свежий воздух. Воздух города. Непривычный, насыщенный запахом остывающего асфальта. Солнце уже давно село, но тьма ещё не поглотила улицы. Так странно находиться в чужом месте, но удивительно спокойно. Почему? Почему так спокойно?

Драко всматривался в окна домов напротив. В каждом освещённом мирке были люди со своей жизнью. Он никогда не жил вот так, среди врагов. Тогда почему? Почему так спокойно? Почему эти зелёные проницательные глаза, словно согрели его в самый холодный и мрачный момент его жизни. Хочет того Ханна или нет, но она заботится о нём.

Малфой потерял счёт времени. Он просто смотрел на вспыхивающие и гаснущие окна ночного города, пока небо не посветлело.

***

Ханна медленно шла по лестнице вниз. Спустилась в гостиную, села на красивый старинный диванчик и открыла «Ежедневный пророк». Она знала, что там нет ничего нового, но, вероятно, завтра уже появятся первые новости об исчезновении Малфоя-младшего.

— Ну, как? — тихо спросила Гермиона, подошла ближе и села на ковёр напротив подруги.

— Я ужасно устала, — улыбнулась Ханна. — Он мне все мозги высосал. Опять пошло шутил, — девушка помолчала, затем опустила глаза и продолжила. — Ему… очень плохо. Хорошо, что Малфою плохо. Возможно, это заставит его измениться… к лучшему.

— Тебе его жалко? — с сочувствием спросила Гермиона.

— Нет. Это не жалость. Досада, скорее.

Грейнджер удивлённо приподняла брови.

— В смысле?

— Так хотелось каникулы провести спокойно! — воскликнула девушка. — Сжечь лифчик и забыть про расчёску. А этот хрен с горы, вечно идеально начищенный, как серебряный столовый сервиз, будет же придираться и цеплять по любому поводу.

— Как будто, если ты будешь всегда идеальной, он не будет цеплять, — усмехнулась Гермиона. — Ему и повода не надо, ты же знаешь. Он находит их с первого курса, с того самого дня, когда ты отказалась принять его дружбу.

— Обида? До сих пор? — с сомнением проговорила Ханна. — По-моему, это глупо. Как же он меня раздражает! Эти его манеры… Хорёк, это слишком лояльно для него. Я бы превратила его в слизня.

Гермиона загадочно улыбнулась.

— Ханна, ты только не убивай меня взглядом, но мне кажется, ты ему нравишься.

— Что? — выкрикнула девушка.

— Осторожнее, а-то очки лопнут, — усмехнулась подруга.

— Никогда не произноси таких глупостей! Это не… по-грейнджеровски.

— Ханна! Я уверена! Меня он не трогает с четвёртого курса, а Рона просто не переваривает. Он ревнует!

Ханна вскочила.

— Откуда мысли-то такие, Гермиона?! Да его от меня воротить должно! Так и есть! Я не расчёсывалась… два дня, а он «неделю»! — передразнила она его насмешливый тон.

— Видишь! Каждую мелочь замечает! А почему?

— Всё. Закрыли тему. Идём спать. Завтра собрание Ордена, должна быть куча народа. Ох, не завидую я Малфою! — коварно усмехнулась Поттер, а Грейнджер глубоко вздохнула.

Ханна долго не могла заснуть. Странно, но в памяти всё время всплывали задники его начищенных, сияющих туфель, вышагивающих перед ней по лестнице. Плечи… живот… Задники! Нужно думать о задниках! Нет! Не нужно думать вообще! Ты что, заболела?!

Она повернулась на другой бок. Нахальный взгляд серых глаз. «Дай. Мне. Салатник. Поттер». Вот бли-и-ин! Больше подумать не о чем? «Признай, твоя жизнь потеряет смысл без меня…» Он не так сказал! Не так!

— Тоже мне смысл! — прошипела она. — Мерлин!

До неё вдруг дошло, что она никогда раньше не видела его с мокрыми волосами, торчащими в разные стороны. А он этого даже не заметил.

— Ты спятила, Ханна!

Выпирающий бугорок под полотенцем.

Девушка быстро замотала головой из стороны в сторону. Хотелось завизжать от бессилия.

— Уйди из моей головы! — простонала она.

И на неё вдруг, одно за другим, посыпались воспоминания, как Малфой дразнил и цеплял её все эти годы. Она помнит каждое его слово! Каждую насмешку! Особенно обидно было, когда он пугал её дементорами. Разве Ханна виновата в том, что теряла сознание? А прошлый учебный год был совсем невыносимым. Мало того, что Амбридж сделала из школы тюрьму, так ещё этот белобрысый лез везде и всюду. Что за человек?

А теперь Малфой здесь. В её доме! Спит где-то там, под крышей. Жаркая волна прокатила по телу. Укол в сердце. Зачем она зашвырнула его так далеко?

— Сколько же ещё это будет продолжаться?!

Ханна жутко устала. Глаза слезились, но она не могла заснуть. Была уверена — завтра будет сумасшедший день. Как его выдержать? Девушка, впервые за этот мучительный месяц, не думала о гибели Сириуса перед сном.

Уже забрезжил рассвет, когда силы, наконец, оставили Ханну, и она провалилась в сон. Как и Драко.

Глава 4. Ожидания и реальность

Войдя утром в кухню, Гермиона замерла на пороге в удивлении. Никого. Вот уже месяц каждое утро Ханна в одиночестве готовила завтрак, вставая раньше всех. После гибели крёстного она плохо спала. Долго не засыпала, а просыпаясь рано утром, уснуть снова уже не могла.

Друзья две недели привыкали к новой странности Ханны, которая вообще-то, любила подольше поспать, и теперь, когда совсем привыкли, вкусный завтрак отменился сам собой.

Грейнджер задумчиво накручивала на палец кудряшку, когда заспанный Рон медленно и лениво втащил себя в кухню.

— Не понял… — внезапно просыпаясь произнёс он. — А где мои блинчики?

— Отменяются, — вздохнула Гермиона и посмотрела на настенные часы с кукушкой. — Буду варить кашу.

— А давай! — согласился Рон. — Сто лет каши на завтрак не было.

— Да, Ханна нас избаловала, — усмехнулась Гермиона, наполняя кастрюльку молоком. — Овсянку, сэр?

— Почему бы и нет, — дёрнул плечом Рональд и принялся насыпать кофе в большую турку. — Странно, да? Куда она делась?

— Наверное… проспала? — нерешительно предположила Гермиона.

— Закончилась скорбь по Сириусу? Прощайте блинчики и запеканки по утрам…

— А ты только и думаешь, как бы повкуснее поесть, — усмехнулась девушка. — Как всегда!

— Да ладно! Ты сама их любишь! — улыбнулся парень.

— Не отрицаю! — смущённо ухмылялась Гермиона. — Но думаю, дело не в Сириусе.

Рон очень подозрительно уставился на подругу.

— Ты о чём?

— Малфой! — шепнула Гермиона.

— Чего? — брезгливо протянул он. — Этот недоделок при чём?

— Не знаю, не знаю! — загадочно закатила глаза девушка, и Рональд почувствовал, как зачесались кулаки.

***

Это было странное пробуждение. Ханна ещё глаза не открыла, а довольная улыбка уже плавно расползалась на лице. Кажется, она никогда не позволяла себе так отлично выспаться. Такая удивительная лёгкость во всём теле и на душе. Поразительно!

Она сладко потянулась и лениво стала стаскивать с себя простыню, обнажая стройные ножки в коротеньких шортиках.

Наконец её веки разомкнулись.

— О, Мерлин! — вскрикнула она, хватая с тумбочки очки и упираясь взглядом в настенные часы. — Половина двенадцатого!

Ханна вскочила, забегала по комнате в поисках расчёски и вчерашних джинсов, которые так и не нашла.

Быстро махнув пять раз расчёской, вылетела в коридор, вбежала в ванную, мгновенно плюхнула шмат пасты на щётку, молниеносно размазывая её по зубам и с досадой ворча:

— Блин! Такой день! А я… ну, вообще!

— Классный зад!

Ханна взвизгнула и резко обернулась.

Малфой стоял в дверях при полном параде и откровенно пялился на её голые ляжки.

— Тебя стучать не учили? — громко прошамкала она, набитым пастой ртом.

Малфой несдержанно усмехнулся.

— Повтори, что ты сказала!

Ханна злобно плюнула в раковину.

— Пошёл вон! — выкрикнула девушка и изо всех сил вытолкнула его в коридор, уперевшись ладонями ему в грудь. Дверь громко хлопнула перед носом Драко.

— Запирайся, Поттер! — прокричал он. — А-то я за себя не отвечаю!

— Убирайся! — гневно прокричала девушка.

Драко так расхохотался, что его услышали в кухне.

Ханна прижалась спиной к двери. Руки тряслись, сердце стучало как бешеное, а колени предательски подгибались. Как она могла быть такой уязвимой? Оказаться спиной к врагу! Какая беспечность! Так проспать! Что с ней происходит?

Прежде чем выйти в коридор, Ханна выглянула за дверь, огляделась и прошмыгнула в свою комнату. Долго не раздумывая, надела своё единственное платье в сине-зелёную клетку, босоножки без каблуков и пошла вниз. Ужасно не хотелось на фоне этого педанта выглядеть деревенщиной.

Увидев подругу, Гермиона загадочно улыбнулась, тут же спрятав лукавый взгляд.

— Вот и наша соня!

— Простите, ребята! Я проспала. Так стыдно, оставила вас без завтрака, — сетовала Ханна.

— Ты вовсе не обязана готовить завтрак. Мы тоже можем, — улыбалась Гермиона. — Правда, попроще…

— Да. Намно-о-ого проще! — со скукой в голосе протянул Рон.

— Малфой уже был? — как бы между прочим, поинтересовалась Ханна.

— Нет, — недовольно бросил Рон. — Лёгок на помине.

Малфой уже стоял в дверях.

— Скучали, детки?! — Драко явно был в отличном настроении. Немудрено, он отлично выспался впервые за долгое время. Но кое-кому ужасно хотелось это настроение немного подправить.

— Чего ты вырядился, как пингвин, — бросил Рон. — Министра магии сегодня не будет.

— Люблю одеваться достойно, Уизли. Это принципиально. Тебе не понять.

Рон раздражённо надулся.

— Завтракать будешь? — без особого желания спросила Гермиона.

— Пожалуй, — задумался Драко. — Ломтик бекона сильной прожарки и глазунью из трёх яиц.

— Кха! — с трудом сдержав нервный смешок, кашлянула Ханна. — Это тебе ресторан, что ли?

— А в чём проблема? — усмехнулся Малфой, садясь к столу и наливая себе стакан воды. — От кофе со сливками тоже не откажусь.

— На завтрак сегодня овсянка, тосты с сыром и эспрессо, — скрещивая руки на груди проговорила Гермиона.

— Овсянка? — брезгливо сморщился Малфой. — Вам что, по три года? Вы серьёзно?

— Это всё! — подытожила Грейнджер. — Хочешь что-то другое? Готовь сам.

Драко с отвращением наблюдал, как Ханна накладывает кашу в тарелку, при этом саркастично ухмыляясь.

— Похоже, Малфой, завтрак отменяется, — сочувственно произнесла она. — Ужин не удался, завтрак тоже. Что же от тебя останется, когда ты выйдешь отсюда?

— Рога и копыта, — усмехнулся Рон.

— Хотите сказать, что несмотря на наличие двух женщин в доме, я вынужден есть эту гадость?

— Мы тебе в прислуги не нанимались, — ухмыльнулась Ханна, с аппетитом отправляя ложку в рот.

Малфой, глядя на это, изобразил рвотный рефлекс и встал из-за стола. Он сам не заметил, в какой момент его отличное настроение начало улетучиваться. Драко был по-настоящему голоден, как зверь! Но есть эту мерзость — ни за что!

— Значит, есть не будешь? — с интересом уточнила Гермиона.

— Эту дрянь, точно не буду. Где кофе?

— На плите.

— Где? — его озадаченный вид сильно обрадовал Рона.

— Малфой, ты что, не знаешь на чём еду готовят? — насмешливо приподнял он брови.

— А ты, Уизли, я смотрю, тоже освоил бабье дело. Две девицы под рукой, а ты сам кашеваришь?

— Сдаётся мне, Малфой, что ты не выживешь в экстремальных условиях, — ухмылялся Рон. — Как ты вообще решился отстегнуться от мамочкиной юбки?

— Заткнись, Уизли! Тебя твоя мамочка, похоже, сама отстегнула и вышвырнула!

— Не тронь мою мать! — прорычал Рон.

— Ну и ты не лезь! — шикнул Драко.

— Я твою не трогал!

— Мальчики! Закругляйтесь! — выдохнула Ханна. — Рон прав, Малфой. Жить одному непросто. Нужно уметь о себе заботиться.

— Я по-твоему беспомощный, так, Поттер?! — взбесился Драко.

— Я сказала не это…

— Если ты такая умная, что делаешь в чужом доме? А эти двое? Они тоже сиротки?

— Это не твоё дело, Малфой! — повысила голос Ханна. — Ты сейчас на нашей территории, нечего права качать. Тебе не нравится, что мы готовим? Пожалуйста! Кухня в твоём распоряжении! Делай что хочешь, только дом не спали!

Ханна вымыла свою тарелку.

— Если передумаешь, можешь поесть то, что готово. Я бы не привередничала на твоём месте.

Троица друзей покинула кухню.

— Думаешь, он справится? — с опаской спросила Гермиона. — И правда, спалит кухню, а вечером мы столько народа должны принять.

— Знаешь, мне всё равно, — вздохнула Ханна. — Будет нужна помощь — попросит!

— Чтобы Малфой помощи попросил? — усмехнулся Рон.

Ханна внимательно посмотрела в глаза другу. Рональд даже смутился.

— Он здесь! Это вообще возможно было представить? Думаешь, Дамблдор сам его сюда отправил? Сам увёл его из дома? Нет! Малфой сбежал! И раз он здесь, значит попросил помощи. Не такой уж он и гордый, когда оказывается загнанным в угол.

Друзья ушли в гостиную, занялись уборкой перед приёмом членов Ордена Феникса. Когда из кухни потянуло соблазнительным ароматом готовящегося мяса, Рон невольно глубоко втянул носом воздух. Появилось ощущение, что овсянка не столько утолила голод, сколько разожгла его ещё сильнее.

— Бли-и-ин, хочу такой завтрак! — протянул парень и тут же осёкся. Девушки переглянулись, Гермиона несколько смущённо улыбнулась.

— Если хочешь, завтра приготовлю.

— Или я, — усмехнулась Ханна. — Если не просплю.

— До завтра ещё вечность, — проворчал Рон, и подруги еле заметно хихикнули.

Любопытство взяло верх. Ханна потихоньку прокралась к кухне и незаметно заглянула внутрь.

Малфой сидел на стуле, откинувшись на спинку, и читал «Ежедневный пророк», а его длинные ноги крест накрест лежали на рядом стоящем стуле. Размер его туфель пугал.

«Сорок пять-сорок семь, должно быть?» — мелькнуло у Ханны в голове, и девушка тут же перевела взгляд на шкворчащую на плите сковороду. «Как такое возможно?»

— Пришла на запах, Поттер? — ехидно произнёс он, убирая от лица газету.

— Слежу, чтобы ты дом не спалил, — проворчала она, входя в кухню и заглядывая в сковороду. Приличный кусок мяса обваленный в специях был окружён ореолом из трёх идеально круглых глазуний.

— Похоже, готово, — произнесла девушка и выключила плиту.

— Только не делай вид, что участвовала в приготовлении, — ухмыльнулся Драко, откладывая газету на стол. — Акцио столовая тарелка.

Из приоткрытого шкафчика выскочила плоская большая тарелка и прямиком попала в его вытянутую свободную руку.

— Акцио вилка. Акцио столовый нож.

Драко расставил приборы на столе, чётко выверив с помощью пальцев расстояние от края и между приборами. Ханна молча наблюдала за этим действом.

— Не замечала, чтобы в Большом зале ты так заморачивался, — усмехнулась она, и Драко вскинул на неё заинтересованный взгляд.

— Наблюдала за тем, как я ем в Большом зале? — ехидно ухмыльнулся он, и Ханна захотела откусить себе язык.

— Мечтать не вредно, — выпалила она.

Драко улыбнулся, словно сам себе, и, левитировав сковороду к столу, осторожно, чтобы не нарушить эстетику блюда, переместил его в тарелку.

— Хочешь попробовать, Поттер? — злорадно ухмыльнувшись, спросил он.

— Я сыта, — выпалила Ханна. — Приятного аппетита.

И, схватив со стола газету, быстро покинула кухню. Через пару секунд перед Малфоем возник Кикимер.

— Что-нибудь ещё, милорд? — с надеждой спросил домовик.

— Надеюсь, ты понимаешь, что они ничего не должны заподозрить? — строго бросил Драко.

— Разумеется, милорд! — усмехнулся Кикимер.

— Я доволен тобой. Моя мать обязательно о тебе узнает.

— Благодарю! — низко поклонился домовик.

— Пока ты свободен, позову через пятнадцать минут.

Эльф исчез, а Малфой приступил к еде.

Ханна в раздражении влетела в гостиную.

— И где ты была? — спросил Рон, перемещавший кресло из одного угла комнаты в другой.

— В кухне.

— Зачем? — удивилась Гермиона, продолжая руководить ловкой перьевой метёлкой убирающей пыль.

— Странно это… — задумалась Ханна. — Чтобы Малфой сам разгрёб кладовку, готовил себе еду? Что-то тут не так.

Друзья молча переглядывались.

— И правда, странно, — протянула Гермиона.

— А это точно Малфой? — подозрительно сузил глаза Рон.

— Как проверить? — шепнула Ханна.

— Сыворотку правды ему подмешать? — прошептала Гермиона.

— Разговаривает, вроде, как обычно, — засомневалась Ханна. — Всё такой же индюк.

— За ним бы проследить, когда он один остаётся, — убедительно приподнял брови Рон.

— Как? — шепнула Грейнджер.

Тишина. Мозги кипели.

— Кикимер! — выдохнула Ханна.

— Точно! — хором шепнули Рон и Гермиона.

Ханна щёлкнула пальцами. Недовольный домовик возник перед ней.

— Что угодно? — нехотя проскрежетал он.

— Знаешь, что у нас новый постоялец? — сразу перешла к делу Ханна.

— Кикимер знает обо всём, что происходит в этом доме.

— Отлично! Нам нужно за ним проследить. Мы подозреваем, что он не тот, за кого себя выдаёт.

— Не понимаю… — скрипнул Кикимер.

— Короче. Тебе нужно следить за тем, что он делает, оставаясь в одиночестве.

— Кикимер не шпион, — недовольно проворчал домовик.

— Пожалуйста, сэр! — с мольбой произнесла Гермиона. — Это очень важно!

— Мистер Малфой истинный чистокровный джентльмен. В этом нет смысла.

Поттер глубоко вздохнула.

— Что тебе велел профессор Дамблдор? — сурово сдвинув брови произнесла Ханна.

Кикимер с досадой хмыкнул.

— Велел служить вам. Вы — моя хозяйка.

— Кикимер, пожалуйста, не заставляй меня тебе приказывать! — страдальчески произнесла девушка. — Я не хочу быть хозяйкой, но мне нужна помощь.

Эльф некоторое время молчал.

— Кикимер проследит, — неохотно протянул домовик.

— Спасибо! — воскликнула Гермиона, и Кикимер исчез.

— Ну вот! Осталось дождаться, — улыбнулась Ханна. — Пойду гляну, что он делает.

Войдя в кухню, Ханна обнаружила полный порядок. Было вымыто всё, даже сковорода сияла. Девушка скривилась.

— Очень-очень странно. Малфой готовит и моет сковородки. Ты ли это?

***

До самого вечера Драко никто не видел. Кикимер сообщил, что молодой человек закрылся в своей комнате с книгой.

Ханна была уверена, что просто необходимо его допросить, чтобы быть в курсе происходящего. Но так и не решилась подняться в комнату Малфоя. Всё равно он, скорее всего, ничего полезного не скажет, только и будет делать, что острить и подшучивать, а ей так не хотелось портить себе настроение.

Драко не читал взятую в библиотеке книгу. Он ходил по комнате туда сюда, стоял у окна, глядя на дома и деревья, лежал на кровати, уставившись в потолок. Было тревожно. Что, если эти неизвестные ему волшебники, из так называемого Ордена Феникса, не поверят, станут подозревать его в шпионаже или ещё в чём-нибудь. А если… назовут Драко трусом, бесполезным, а переданную информацию ложью?

К вечеру Драко уже был зол на каждого человека в этом «обществе», начиная с Поттер и заканчивая Дамблдором. Но даже самому себе Малфой не собирался признаваться в том, что ему страшно. Время тянулось так невыносимо! Около трёх он послал Кикимера за кружкой кофе с молоком, раз уж нет сливок. Приятный горячий напиток немного подбодрил. Драко хотелось лишь одного, чтобы этот день поскорее закончился.

Было уже около восьми, когда раздался первый звонок внизу. А минут через десять в дверь Драко громко постучали. Малфой со снисходительным выражением лица открыл.

— Идём, — бросил Рон. — По твою душу пришли.

Малфой ничего не стал отвечать. Ему нужны силы для тяжёлого разговора с неизвестными, мало ли кто это. Но уже подходя к гостиной, он услышал множество знакомых голосов и это неприятно насторожило. Войдя в просторную комнату Драко и вовсе испытал полнейшее разочарование. Всё рыжее семейство Уизли в полном составе. Стоило Малфою пересечь дверной проём, и все взгляды устремились на него. Драко гордо выпрямил спину.

— И ангел зла взошёл из преисподней к нам на землю, — эпично произнёс один из близнецов, и миссис Уизли тут же многозначительно кашлянула и прошипела:

— Не паясничай, Фред!

— Я Джордж! — обиженно воскликнул парень.

— Не морочь мне голову! — закатила глаза Молли.

— Мадам, вы превзошли себя! — с улыбкой поцеловал Фред руку матери.

Драко чувствовал себя глупо, словно оказался в цирке вместо музея.

— Как вы устроились, мистер Малфой? — раздался учтивый голос Артура Уизли, но взгляд у него явно был подозрительный.

— Сносно, — выдавил Драко, оглядывая гостиную и замечая, что здесь нет ни Поттер, ни Грейнджер, чтобы разбавить эту клоунскую атмосферу.

— Присядь, Малфой, — услышал он за спиной и резко обернулся, встречаясь взглядом с круглой оправой очков Ханны. — Вход не загораживай, — шепнула она.

Лёгкое раздражение защекотало где-то в горле. Так и хотелось что-нибудь ответить. «Пожалуй, несвоевременно», — решил Драко и сел в ближайшее кресло, широко расставив ноги и облокотившись на колени.

— Ханна, детка, вам помочь? — доброжелательно произнесла Молли.

— Спасибо, миссис Уизли. Мы с Гермионой и Джинни справляемся. Ужин почти готов. Уверена, мракоборцы будут голодны.

— Мракоборцы? — Драко устремил взгляд на девушку, чувствуя, как уровень волнения резко повысился.

— Да, Малфой, мракоборцы, — без эмоций ответила Ханна. — Рон, можно тебя?

Друзья ушли. Братья Уизли буравили его взглядами, но Малфой держался спокойно.

— У нас много вопросов, — начал Артур, и Драко взглянул на Уизли-старшего. — Надеюсь, вы понимаете, что в ваших же интересах ответить на все честно, дабы мы смогли принять рациональное решение.

— Разумеется, — недовольно бросил Малфой, прекрасно понимая, что здесь ему никто доверять не собирается.

— У тебя фиговая репутация, Малфой, — заметил, видимо, Джордж.

— Очень фиговая, — подтвердил Фред.

— Такая фиговая, что слов нет.

— Это даже не репутация…

— Это дырка от репутации.

— Зато у вас репутация хоть куда — два реквизитных кролика из шляпы. Тоже мне достижение, — не удержался Драко.

Молли и Артур переглянулись.

— Неплохо, Малфой, — усмехнулся Фред.

— Неплохо, — кивнул Джордж.

— Бодаешься, значит живёшь.

Громко прозвонил звонок у двери.

— Я открою! — прокричал Рон из коридора.

— Ну вот, — подытожил Артур. — Сейчас все соберутся, и мы вас выслушаем.

В коридоре послышались шаги и неспешный разговор. Драко напрягся, выпрямился, откидываясь на спинку кресла.

Первым в гостиную, прихрамывая, вошёл Аластор Грюм. При виде его у Малфоя мурашки пронеслись по спине.

— Приветствую! — прохрипел Грозный глаз, и, обведя гостиную неопределённым взглядом, уставился на Драко. Тот изо всех сил старался не потерять самообладания и спокойно встал с кресла.

— Это что, сын Малфоя? — немного недовольно произнёс мракоборец. — Это его Дамблдор прислал?

— Кого-кого? — раздался за его спиной любопытный женский голос, и из-за плеча Грюма выглянула симпатичная девушка с сиреневыми волосами.

— Серьёзно? Малфой? — послышался ещё один мужской голос.

Драко начал беситься. Кажется, он в полной мере ощутил, каково живётся зверям в клетках. Тем временем девушка оказалась прямо перед ним.

— Ну, здравствуй, дражайший кузен! Я — Тонкс.

Малфой прищурился, очень-очень смутно припоминая, в какой связи слышал это имя раньше.

— Кузен? — немного опешил Драко. — У меня нет кузин.

— На самом деле есть. Андромеда Блэк — моя мать.

— Нимфадора, сейчас не время для семейных разборок, — бросил Грюм.

— Я просила тебя… — выдохнула девушка. — Тонкс! Просто Тонкс! Неужели так сложно?

Драко рассматривал девушку. Он и понятия не имел, что у тётки Андромеды, от которой отреклась вся семья, есть дочь. Эту щекотливую тему в его семье всегда обходили стороной.

— Значит, ты дочь предательницы крови, — высокомерно приподнял он подбородок, а Тонкс уставилась на парня с открытым ртом, потеряв дар речи. — Не уверен, что рад знакомству.

— Полегче, парень, — мягко произнёс знакомый мужской голос, и бывший профессор Хогвартса вошёл в гостиную. — Выбирай выражения, ты всё-таки за помощью пришёл. Побольше такта.

— Профессор Люпин! — надменно протянул Драко. — Хогвартс до сих пор полнится легендами о вас. А правда, что в звериной плоти есть свои преимущества?

— Слышь, ты! — внезапно палочка Тонкс воткнулась Малфою под рёбра. — Как ты смеешь, мерзкий Хорёк?! Это ты скажи, каково в шкуре мелкого, жалкого зверька?!

Драко осознал, что не дышит. Откуда эта ведьма знает про хорька?

— Не стоит, Тонкс, — осторожно коснулся её руки Римус, и девушка моментально смягчилась, опуская палочку. — Молодой человек любознателен, это прекрасное качество. Искренне надеюсь, что вы никогда на себе не ощутите всех прелестей пребывания в звериной плоти.

— Добрый вечер, мистер Бруствер, — послышался голос Поттер.

— Здравствуй, Ханна. Как ты? — пробасил незнакомый голос.

— Спасибо, неплохо, сэр. Прошу всех в столовую, — чуть повысила голос девушка, и гости стали продвигаться в коридор. Малфой так и стоял у своего кресла в замешательстве, когда Поттер резко дёрнула его за запястье. Драко пришёл в себя и обратил к ней взгляд.

— Малфой, ты спятил? — в её глазах был такой ужас, что парню стало не по себе. — Пришёл просить помощи и грубишь тем, кто может тебя спасти?! Ты в своём уме?

— Да на что способно сборище жалких инвалидов? — выпалил Драко, но не забыл при этом понизить голос до шёпота.

— Что? — возмутилась Ханна, отталкивая его руку, которую до сих пор сжимала.

— Безногий, безглазый инвалид, — отогнул один палец на руке Драко. — Оборотень! — отогнул второй. — Неуравновешенная девчонка и кучка Уизли! Это что, и есть ваш хвалёный Орден?!

— Какой же ты кретин! — закатила глаза девушка. — Все они сильные волшебники. Смелые! Убеждённые! Дружные! Нас связывает общая цель! И это ещё не все, есть и другие…

— Похоже, я обратился не к тем! — разочарованно бросил Малфой, отходя к окну.

Ханна глубоко вздохнула.

— Не будь таким отсталым, Малфой. Предрассудки тормозят твоё развитие.

— Ты сама отсталая, Поттер! — психанул парень.

— Профессор Снейп тоже в Ордене, — выдохнула Ханна.

— Что? — Драко резко развернулся, с сомнением глядя ей в глаза. Похоже, он ушам своим не поверил. — Снейп?!

— Не уверена, что я могу тебе об этом говорить, но он тоже должен прибыть на совет. Идём. Все собрались ради тебя! Возьми себя в руки! Прекрати выпендриваться! — увещевала Ханна. — Расскажи всё в подробностях. И не кривляйся! Тебе и так не доверяют, а ты ещё всё усугубляешь.

— Хватит уже командовать! — нервно дёрнул плечом Драко и вышел из гостиной.

Ханна всплеснула руками и последовала за ним.

Глава 5. Совет Ордена Феникса

Драко замер у входа в столовую. Ханна подошла почти вплотную.

— Не бойся, — шепнула она. — Они все хорошие люди. Они поймут.

— Кто бы сомневался… — выдохнул Драко и с трудом сглотнул. В горле пересохло.

Ханна пошла вперёд и лишь на мгновение взяла его за руку, чтобы парень последовал за ней. Его сердце словно рассыпалось на осколки. Два шага и обратного пути нет. Девушка выпустила его пальцы и кивнула на свободный стул по правой стороне длинного стола.

На Малфоя никто не смотрел, все мирно ужинали, потихоньку переговариваясь. Драко немного успокоился, но тут же поймал на себе взгляд младшей Уизли. Она моментально отвернулась, но Драко успел ощутить странное неудобство. Он сел на стул, и Ханна поставила перед ним тарелку с горячим.

— Ешь, — шепнула она прямо ему в ухо, и мурашки приятно пробежали по шее и плечам.

Драко был голоден, но кусок в горло не лез. Он выпил несколько глотков воды, украдкой поглядывая на собравшихся. Но тут Поттер села напротив, и стало совсем неуютно.

— Я получил весточку от профессора Дамблдора, — вдруг заговорил мистер Бруствер, и все взгляды устремились в его сторону. — К сожалению, все мы знаем, что никаких подробностей никто из нас не получил, поскольку приспешники Сами-знаете-кого перехватывают сов. А посему, мистер Малфой, мы ждём от вас информации. Кто-нибудь из вашего окружения знает, где вы?

Наконец, наступил нужный момент. Драко уверенно посмотрел в глаза мракоборца.

— Нет, сэр.

— Ваши родные?

— Нет.

— Кто надоумил вас обратиться к директору Хогвартса?

— Никто.

— Но почему именно к нему?

— Он никогда не скрывал, что является противником Тёмного Лорда.

— Как вы добирались?

— Трансгрессировал в Хогсмид рано утром. Дальше пешком.

— Ты уже трансгрессируешь? — не удержалась Гермиона.

— Да! — брезгливо бросил он, и девушка недовольно уставилась в свою тарелку.

— Вас могли выследить.

— Могли. Но, судя по всему, моего исчезновения не заметили.

Кингсли сделал паузу и некоторое время всматривался в лицо Драко. Парню было ужасно не по себе, но он упорно не отводил взгляда от настойчиво рассматривавшего его мракоборца.

— Перейдём к сути, — вдруг заговорил Грюм. — О чём вы, мистер Малфой, рассказали Дамблдору, что он не смог сообщить нам в посланиях?

Драко собирался с духом. Это было сложно под натиском взглядов чужих ему людей. Никто здесь не был ему близок, он никому не мог доверять. Но вдруг его взгляд остановился на ней. На той девочке, что отвергла его дружбу ещё в детстве. На той, что сейчас смотрела с таким сочувствием. Она ждала, как и все. Но было в её взгляде что-то иное. Ханна искренне хотела помочь. И он обратился к ней, просто не мог иначе.

— Тёмный Лорд готовит нападение на Хогвартс, — уверенно заговорил Драко, и её глаза расширились. Возгласы возмущения и волнения наполнили комнату.

— Зачем ему это? — спросил Грюм.

— Он хочет убрать Дамблдора. Пока жив директор, Ханна Поттер под защитой могущественного мага.

— Мы все её защищаем! — с жаром проговорила Тонкс. — Это — главная цель!

— Нет! — решительно возразила Ханна. — Наша цель — уничтожить Волан-де-Морта! Со мной или без меня!

Она посмотрела Драко в глаза, и что-то рухнуло у него внутри.

— Как он собирается это сделать? Когда?

Драко опустил глаза. Сердце рвалось из груди, руки дрожали, но он сжал пальцы в кулаки и медленно положил их на стол, снова бросая взгляд на Ханну.

— Это мне решать! — выпалил Драко.

За столом поднялся гул:

— Что? Как тебе? Это немыслимо! — все братья Уизли повскакивали со своих мест.

— Тишина! — громко произнёс Грюм. — Поясни, сынок, я что-то не понял. Что значит, тебе решать?

Малфой взглянул в здоровый глаз мракоборца.

— Как сказал, так и есть. Это моя задача — убить Дамблдора. Как я это сделаю, решать мне. Но я должен сделать это как можно быстрее. У меня на всё учебный год, не больше.

— Почётная миссия, ничего не скажешь, — усмехнулся Грозный глаз. — А ты понимаешь, сынок, что для тебя это сродни самоубийству?

— С чего вы это взяли? — с недоверием произнёс Драко.

— У тебя бы не вышло, вот в чём дело, — с тоской произнёс Люпин. — Неужели ты полагаешь, что такой великий волшебник, как Дамблдор, допустит это?

— По-вашему, я слабак? — сквозь зубы процедил Драко. В сердце клокотала мерзкая досада. — Если хотите знать, у меня уже есть план.

— Не заводись, Малфой, — бросил Рон.

— Не встревай, — рыкнул Драко. — Взрослые разговаривают.

— Нет смысла артачиться, Драко, — заговорил Артур Уизли. — Поймите правильно. Вам дали невыполнимое задание. Вы обречены на провал. Сами-знаете-кто неспроста выбрал вас. Ведь ваш отец не достиг цели, попал в Азкабан. Вы — всего лишь марионетка мести за ошибки Люциуса. Сами-знаете-кто отправляет вас на заклание.

— Вздор! — повысил голос Драко и поднялся во весь рост. — Думаете, я не смог бы? Думаете, у меня не хватило бы ума? Ошибаетесь!

— Малфой, пожалуйста, успокойся! — Её тихий голос почему-то ввёл в ступор. — Никто не говорит, что ты слаб и неспособен. Я уверена, ты здесь не поэтому. Просто ты — не убийца. Тебе не нужна ничья кровь на руках, правда? — Она с надеждой смотрела ему в глаза, и обида вдруг растворилась. Тишина давила. Драко хотелось просто прекратить всё это. Так он и знал. Знал, что его сочтут слабаком.

— Это так? — спросил Кингсли. — Ханна права? Вы обратились к Дамблдору, потому что не хотите его смерти?

Драко с трудом сглотнул.

— Да. Это так. Я никому не желаю смерти. В том числе себе и своей матери. Я… надеялся, что нам помогут. Но, похоже, вы не верите…

— Не делай поспешных выводов, Драко, — спокойно произнёс Люпин. — Мы с тобой общаемся, чтобы разобраться. Присядь.

Драко медленно опустился на стул, а Люпин, немного помолчав, заговорил снова:

— Ты говоришь, что у тебя уже есть план. Значит, ты был намерен выполнить поручение Волан-де-Морта?

— Да.

Снова поднялся шум, выкрики. Братья Уизли вопили:

— Хотел убить Дамблдора? Мерзавец! Слизняк! Да кто ты такой?!

Драко молчал, уставившись в стол перед собой. Казалось, ещё мгновение и он взорвётся, просто выхватит палочку и отправит в паралич всех рыжих горлопанов.

— Да перестаньте! — воскликнула Ханна. — Вы же не выслушали Драко до конца!

Малфоя охватило огнём, словно сердце лопнуло и залило кровью всё внутри: лицо, шею, грудь, ладони. Он полыхал, как костёр. Драко медленно поднял на неё глаза и увидел, что с ней происходит то же самое. Её лицо раскраснелось, а глаза огромные и напуганные. Она кашлянула, пытаясь прийти в себя.

— Если… у тебя есть план. Если ты был намерен его исполнить, почему передумал? Почему ты здесь?

У него стучало в висках, дыхание прерывалось.

— Это моё личное дело, — грубо ответил он. — Личное, ясно?! Если собираетесь выпытывать, лучше закончить разговор прямо сейчас.

— Успокойся, Драко, — снова вступил в разговор Люпин. — Личное, так личное. Нас интересуют твои намерения. Раз ты передумал убивать Дамблдора, звучит ужасно нелепо, но это так, значит ты решил помочь нам совладать с Волан-де-Мортом?

— Нет! — жёстко заявил Драко. — Я решил вовсе не это.

— Что же тогда? — проскрипел Грюм.

Драко откинулся на спинку стула, готовясь к новой атаке в свою сторону.

— Я хочу устраниться. Хочу, чтобы мне и моей матери обеспечили безопасность. Я не хочу ни в чём участвовать.

Разочарованные вздохи, осуждающие взгляды. Он украдкой взглянул на Ханну. Девушка сидела напротив, скрестив руки на груди и закрыв глаза. Выражение её лица прочитать было невозможно. Драко стало не по себе, как будто он ляпнул какую-то глупость.

— Вы должны понять, молодой человек, — заговорил Бруствер. — Времена не те, когда можно устраниться и делать вид, что ничего не происходит. Я понимаю, вы, в первую очередь, думаете о своей семье. Но вы должны знать. Если Волан-де-Морт поставил себе целью убить профессора Дамблдора, значит он рассчитывает ослабить защиту Ханны. Мы жизнь готовы отдать…

— Мистер Бруствер! — в ужасе выпалила Поттер.

— Прости, Ханна, но это так. Мы должны защищать её всеми силами. Если вы не совершите убийство, Тёмный Лорд найдёт того, кто займёт ваше место. Хотите устраниться? Сделать вид, что всё в порядке? Что никто не умирает в попытках защитить вас и вашу мать? Что ж, ваше право. Мы благодарны вам за информацию.

Бруствер замолчал, а Драко остался в полном недоумении. Он смотрел на каждого сидящего за столом, на стоящих у стен братьев Уизли. Все эти люди испытывали что-то вроде разочарования. Драко видел это.

— Так вы… защитите мою семью? — надменно вздёрнул он подбородок.

— Конечно, сэр! — прохрипел Грюм, зловеще ухмыляясь. — Только вы должны понимать, в каком вы теперь… статусе.

Всё внутри похолодело. Драко бросил на мракоборца испепеляющий взгляд.

— Неужели вы думаете, что просто уйдёте отсюда? — скривился Грозный глаз.

— Подождите! — воскликнула Ханна. — Это неправильно! Мы не можем брать пленников! Это… нечестно!

— Что же вы предлагаете, мисс Поттер? — ухмыльнулся Грюм. — Этот малец может совершенно спокойно выдать Тёмному Лорду всех нас! Он может быть шпионом, и всё, что он говорит, никто не может подтвердить! Если Волан-де-Морт станет угрожать его матери, Малфой выдаст и нас, и нашу штаб-квартиру. Прежде всего вы, дорогая, окажетесь под ударом! А нам это не нужно!

— Я не собираюсь никого сдавать! — уверенно бросил Драко.

— Пока! — прошипел Грюм.

— Дайте ему время подумать! — воскликнула Ханна. — Малфой имеет право определиться. Выбрать сторону.

— Я ничего не буду выбирать! — повысил голос Драко.

— Тебе придётся! — вскочила на ноги Ханна. — Неужели не понимаешь? — В её голосе появилось сочувствие и надежда. — Ты уже выбрал, только не осознал ещё.

Ханна обратила взгляд к мракоборцам. Краска заливала её лицо.

— Я уверена, Малфой примет решение. Пусть он останется здесь, мы сможем его убедить.

— Много на себя берёшь, Поттер! — прорычал Малфой, резко поднимаясь на ноги и нависая над столом. — Кто ты такая, чтобы решать за других?!

— Я беру столько, сколько смогу унести, — дерзко вздёрнула она подбородок.

— Думаешь, ты избранная? — громко и возмущённо говорил Драко. — Думаешь, сможешь изменить мир?! Уверена, что шрам на твоём лбу даёт тебе это право? Ты слишком самонадеянна, Поттер!

— А ты слишком… упёртый! — сквозь зубы шипела Ханна.

— Они и в школе так общаются? — прошептала Тонкс, чуть склонившись к Гермионе.

— Да. Всегда так, — закатила глаза девушка.

— Я здесь не останусь, раз пошла такая пляска! — Малфой вышел из-за стола, и тут перед ним возник Билл Уизли.

— Никуда ты не пойдёшь, — спокойно произнёс парень.

— Я в плену?! — усмехнулся Драко.

— Нет, сэр, — ехидно ухмылялся Грюм. — Мы лишь просим вас здесь погостить.

— Ты слишком взволнован, Драко, — проговорил Люпин. — Тебе нужно успокоиться и подумать. Сейчас ты немного разгорячён. Когда слегка остынешь, сможешь взвесить все за и против.

— Подумаю об этом где-нибудь в другом месте, — бросил Драко, пытаясь обойти Билла и сталкиваясь нос к носу с Фредом, Драко заметил, что его пиджак в более крупную клетку. — С дороги! — фыркнул Драко.

— Малфой, остановись!

Её голос вынимал из него все внутренности. Он ненавидел этот голос, быть может потому, что слишком хотел его слышать и презирал себя за это.

Ханна быстро обошла стол и протиснулась между ним и братьями Уизли, загораживая Драко своей маленькой спиной. Это было так странно, видеть её макушку прямо перед носом.

— Мальчики, пожалуйста! — с мольбой произнесла она. Билл и Фред сделали два шага назад.

— Дрессированные Уизли, — усмехнулся Драко, и Ханна резко обернулась.

— Замолчи, Малфой! Ты, похоже, не понимаешь, что тебе некуда идти.

Он лениво опустил взгляд. Эти смешные круглые очки. Ему так хотелось просто сорвать их и выкинуть. Почему она не сменит оправу?

— Я не беспризорный и не сирота. Я найду, куда пойти, — с презрением выдавил он.

— Тогда тебе придётся служить ему. И ты станешь рабом, мальчиком на побегушках, как твой отец! — бросила ему в лицо Ханна.

— Не смей! — сквозь зубы зашипел он. — Не смей говорить о моём отце!

— Малфой! Спустись с небес на землю. Того мира, к которому ты привык, больше нет. Или ты прислуживаешь Тёмному Лорду или борешься с ним! Впрочем, есть третий вариант. Как жалкая букашка зарыться под землю. Выбор за тобой!

— Между ними определённо что-то есть, — загадочно прошептала Тонкс, и Гермиона пожала плечами. Разве могли эти взгляды, которыми прожигали друг друга Ханна и Драко, совсем ничего не значить?

— Думаю, мистер Малфой, вам хватит трёх дней, чтобы определиться, — произнёс Бруствер. Ноздри Драко вздулись от гнева. — Вы можете оставаться здесь сколько пожелаете. Никто не вышвырнет вас отсюда. Но если решите вернуться под крыло Волан-де-Морта, мы будем вынуждены стереть вам память. Мы не имеем права рисковать.

Драко с вызовом взглянул ему в глаза.

— Делайте, что хотите, мне плевать. Отойди, Поттер!

Ханна сделала шаг в сторону, и Малфой быстро направился к выходу. Она провожала его спокойным взглядом, а внутри всё кипело, бурлило и кричало. Хотелось отмутузить его кулаками и, может даже, пнуть ногой, проорать ему в лицо: «Остановись, дурак!» Но она села на стул, на котором пять минут назад сидел он.

Драко на полном ходу вылетел из столовой и с грохотом понёсся вверх по лестнице. Он добежал до первого пролёта и остановился, изображая удаляющиеся шаги, при этом тихо спускаясь вниз. Он подкрался ко входу в столовую и замер.

— Полагаете, это правда? — говорил Артур. — Сами-знаете-кто готовит убийство?

— Да. Убийство Малфоя-младшего, ибо он не справится, — отвечал Бруствер. — Парень умён, напорист, но он не убийца.

— Думаете, Сами-знаете-кто рассчитывает, что профессор убьёт студента? Это немыслимо! Полный бред! — продолжал Артур.

— Нет-нет! Совсем не так! — вступил в разговор Грюм. — Малфой оплошает, и Лорд сам его прикончит или будет пытать за провал операции.

Драко почти не дышал. Таких выводов он даже предположить не мог.

— Мы должны сделать всё возможное, чтобы его защитить! — воскликнула Ханна, и у Драко пол поплыл под ногами. — Он, конечно, ведёт себя как полнейший придурок, но ведь он поступил… смело. Взбунтовался против Волан-де-Морта. Ему это вообще не свойственно…

— Он может быть шпионом! — выпалила Тонкс. — Возможно, это план Тёмного Лорда — внедрить его к нам, узнать всё о нас, об этом месте, найти наши слабые места…

— Я в это не верю! — снова заговорила Ханна. — Посмотрите, он даже не пытается втереться к нам в доверие. Ведёт себя нагло, вызывающе. Есть, конечно, некоторые странности…

— Что за странности? — заинтересовался Римус.

— Ну… он сам убрал свою комнату. Готовит, моет посуду…

— Малфой? — удивился Грюм. — Это и правда странно.

— Кикимер присматривает за ним, думаю, мы скоро всё выясним.

— Три дня, Ханна, — заключил Кингсли. — Через три дня парень должен определиться. Не думаю, что Орден Феникса для него.

— Мы совсем не знаем его, сэр, — нерешительно произнесла девушка. — Вдруг он… раскроется с лучшей стороны?

— Поттер, откуда взялись эти розовые очки? — возмутился кто-то из близнецов. — Он всё тот же эгоист, думающий только о себе!

— Я бы не стала делать поспешных выводов. Да! Он та ещё язва и невыносимый… циник. Но ведь он никогда не попадал в такие передряги! Защищается, как может.

— Она права, — мягко заговорил Люпин. — Парень действительно оказался в нетипичной ситуации. Ему страшно, но он держится. И достойно. Надо это признать. Я бы не стал ограничивать время его пребывания здесь. Это нелёгкое решение. Торопиться не стоит.

— Я согласна с Римусом, — вдруг заговорила миссис Уизли, которая всё это время лишь наблюдала за происходящим. — Он совсем ещё ребёнок, а ему уже приходится принимать самостоятельные решения. Малфой, конечно, жуткий грубиян, как и его отец, но я считаю, он заслужил шанс измениться к лучшему.

— Смотрю, этот мелкий пакостник, коим Малфой всегда являлся, не вызывает у вас никаких подозрений! — проворчал Грозный глаз. — Это странно.

— Подозрений полно, — заявил Фред.

— Да, но ни одного доказательства, — добавил Джордж.

— Ведёт себя нормально…

— Для Малфоя.

— И, кроме того, нам известно… скажи, Джордж!

— Известно, что его разыскивают Пожиратели.

Драко ощутил, как всё внутри похолодело.

— Откуда это известно? — строго спросил Бруствер.

— Они рыщут по Косому переулку, — ответил Фред.

— Уже второй день, — добавил Джордж.

— У нас они не были, но допрашивали Олливандера.

— А он сказал, что Драко Малфой, якобы, им что-то должен.

— Кто это был? — продолжал допрос Кингсли.

— Олливандер узнал только Роули и Трэверса, было ещё двое, но они оставались снаружи.

— Что же вы раньше молчали? Парня нужно предупредить! — возмутился Кингсли.

— Я поговорю с ним, — тихо произнесла Ханна.

— Что ж, — подытожил Грюм. — Малфою лучше оставаться здесь. Мы не можем вышвыривать парня в никуда. Тем более он сам попросил помощи. Пусть остаётся, и лучше бы он даже не думал куда-то сбежать. Плохо, что мы не знаем ничего о его матери.

— Это забота Северуса, — с сомнением проговорил Артур.

— Согласен, — ответил Грюм. — Что ж, детки, мужайтесь. Уж простите, что не спрашиваем вашего мнения.

— Мы понимаем, сэр, — ответила Гермиона.

— Вот и лады! Нимфадора, разговор есть.

— Аластор, ты издеваешься? — вздохнула девушка.

— Римус, к тебе тоже. Ваша задача, по очереди навещать ребят, присматривать, так сказать, чтобы они тут головы друг другу не откусили.

— Ясно! — с готовностью ответила девушка.

— Мы двое? И всё? — сомневался Римус. — Думаю, Артуру и Молли это будет не в тягость.

— Согласен.

— Конечно, Аластор! Это ведь наши дети, — заметил Артур.

— Мама, можно я тоже останусь?! Ну, пожалуйста! — вдруг пропел нежный голосок. Драко немного озадачился. Это что, младшая Уизли?

— Дорогая, здесь и так полно народа! А мне нужна помощь в Норе, — сетовала Молли.

— Почему Рону можно, а мне нельзя? — недовольно произнесла девочка.

— Рону уже шестнадцать, дорогая.

— Ну и что?!

— Миссис Уизли, мы за ней присмотрим, — произнесла Гермиона. — Будем жить в одной комнате, болтать по вечерам.

— Ну, хорошо. Только не надолго. После дня рождения Ханны — домой!

— Спасибо! — радостно взвизгнула Джинни.

В столовой началось движение, застучали стулья. Драко приготовился трансгрессировать.

— Северус! — вдруг воскликнул Артур. — Мы уже думали ты не явишься!

Глава 6. Первые травмы

Драко весь напрягся. Нужно не упустить момента и исчезнуть, но и подслушать разговор тоже необходимо.

— Меня задержали дела, — безразлично произнёс голос профессора зельеварения. — Я вижу, наш гость отсутствует.

— Он немного переволновался, — ответил Артур. — Ушёл в свою комнату.

— Что вы решили? — монотонно спросил Снейп.

— Мы предоставим Малфою убежище, — заговорил Кингсли. — Он должен определиться, чью сторону примет.

— Ясно.

— Как Нарцисса Малфой? — спросил Грюм.

— Она справится. Мне нужно видеть Драко. Куда его поселили?

Воцарилась тишина. Драко насторожился.

— Где он? — чуть громче проговорил Снейп, и раздался тихий голос Ханны.

— В кладовке.

«В кладовке? — Малфой вспыхнул от злости. — Вот гадина!»

— Чего ещё от вас можно было ожидать, мисс Поттер, — недовольно протянул Снейп.

— Он вёл себя слишком нагло! — возразила Ханна.

— Вы ведёте себя немногим лучше, — бросил профессор.

— Северус… — начал Артур.

— У меня нет времени.

Раздались мягкие быстрые шаги, и Драко трансгрессировал. Оказавшись в своей комнате, быстро огляделся. Внутри всё бурлило от негодования.

«Кладовка значит, ну, Поттер!»

Раздался стук в дверь.

— Да! — громко произнёс Драко, и дверь тут же открылась. Снейп стоял на пороге, как всегда непроницаемый и безразличный.

— Мистер Малфой.

— Профессор.

— Вижу, вы не удивлены.

— Меня предупредили, что вы будете. И я… немного разочарован. Вы, среди этих жалких людишек…

Снейп глубоко вдохнул.

— Я бы, на вашем месте, воздержался впредь от комментариев. Извольте уважать место, где вы находитесь. Держите своё недовольство в узде. Это полезное свойство.

Драко подавил раздражение.

— Да, профессор.

— Это вам, — Северус положил на прикроватную тумбочку конверт. — Ответ пишите немедля. У вас пять минут. Я передам его вашей матери. Где вы находитесь и людей окружающих вас, не упоминать.

— Да, профессор.

— Поторопитесь.

Снейп вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.

Драко бросился к конверту, развернул дрожащими от волнения руками. Письмо было кратким, а почерк матери выдавал спешку.

Сынок! Как я рада, что ты в безопасности! Лорд был крайне недоволен твоим исчезновением, допрашивал меня, но без пристрастия. Ему слишком нужны деньги твоего отца, чтобы вести эту войну, а потому он не осмелился причинить мне вред. Если можешь, не возвращайся, молю тебя! Лучше мне никогда больше не увидеть тебя, моё солнышко, чем подвергнуть этим адским страданиям. Не хочу тебе участи твоего отца. Держись от нас подальше! Да хранит тебя Мерлин!

С любовью, мама.

Ком в горле душил. Грудь сдавило так, что стало больно. Драко не замечал, как тонкие струйки сбегали по щекам. Он не хотел терять ни секунды. Достал из рюкзака маленькие свитки для писем, переносную чернильницу и перо. Малфой писал быстро, размашисто.

Спасибо тебе, мама! Я сделаю всё возможное, чтобы мы снова были вместе. Я люблю тебя!

Драко

Он вытер лицо рукавом голубой рубашки, и профессор тут же вошёл без стука. Драко протянул ему конверт.

— Учтите. Письмо передам по возможности. Не ждите скорого ответа, — спокойно произнёс зельевар.

— Благодарю, профессор, — выпалил Драко, тут же с досадой плотно сжимая губы.

Снейп удивлённо приподнял бровь.

— Общение с Поттер как-то странно на вас влияет, — проговорил зельевар, пронзительно изучая Малфоя взглядом. — Вы здоровы?

— Абсолютно! — немного раздражённо ответил Драко.

— Вы приняли решение?

— Мне… нужно подумать, сэр.

— Разумеется.

Снейп какое-то время в упор смотрел на своего воспитанника.

— Если вздумаете выходить, не делайте этого в одиночку. Используйте маскирующие чары. Вас разыскивают.

— Я могу выходить? — засомневался Драко.

— Вы не в тюрьме, мистер Малфой, но предосторожность не помешает. И комната… — Снейп окинул взглядом обстановку. — Как вам удалось?

Драко невольно усмехнулся.

— Позвольте не отвечать, профессор.

— Ну-ну… — протянул Снейп. — Желаю здравствовать.

Профессор резко развернулся и стремительно покинул комнату. Драко закрыл за ним дверь и, присев на кровать, снова развернул письмо.

***

Ханна носилась по столовой, собирая посуду и гремя ею изо всех сил.

Джинни, Гермиона и Рон нерешительно копошились в сторонке, аккуратно переставляя тарелки в мойку и бросая озадаченные взгляды на подругу.

— Ханна, успокойся, — тихо заговорила Гермиона. — Чего ты так разошлась? Даже Рон…

— Знаете, вы лучше идите! — бросила Ханна. — Не попадайте под горячую руку.

— Просто забей! — присоединился Рон. — Ты ничего не можешь сделать. Это же Малфой…

— Рон! Если не хочешь сейчас быть парализованным, лучше уйди! — с трудом сдерживая раздражение, проговорила девушка.

— Ты меня извини, — продолжал Рон, — но Малфой не изменится, хоть бы и гиппогриф свалился ему на голову.

Ханна молча уставилась на друга. Казалось, у неё дым повалит из ушей.

— Ладно! — сдался Рон.

— Нам лучше уйти, — шепнула Джинни. — Ханна, если захочешь поговорить…

— Спасибо, Джинни, — выдохнула девушка. — Только ты меня понимаешь.

— Эй! — воскликнула Грейнджер. — Это несправедливо!

— Гермиона, пожалуйста! Оставьте меня одну! — простонала Ханна, устало садясь на стул.

Друзья молча вышли, оставив девушку наедине с горой посуды и беспорядком на столе. Она смотрела в одну точку, пока не заметила тарелку с остывшей нетронутой едой. «Он даже не поел. Весь день голодный с самого утра. О чём я думаю?!»

Ханна тряхнула головой. Она не злилась на Малфоя и на друзей не злилась. Она злилась только на себя. Весь этот вечер был не таким, каким она его представляла. Всё вверх дном! Ханна с самого начала собиралась добиться того, чтобы Малфой ушёл из этого дома. Но сама сделала всё для того, чтобы он остался.

— Дура. Какая дура, — прошептала она, снова бросая взгляд на остывшую еду в тарелке. В голове крутились его слова, её собственные слова. Как она защищала его! С каким рвением. Что на неё нашло?! Ханна зажмурилась.

— Дура! Дура! Я слишком много на себя беру…

Она швырнула салфетку в стену. Прерывисто выдохнула и, сняв очки, с силой потёрла глаза ладонями, одновременно массируя уставшие веки и смахивая набежавшие слёзы. Ну зачем? Зачем она его защищала? Как так вышло?

— Тебе пора их выкинуть, — усталый голос Малфоя словно ударил током прямо в сердце. — Они просто уродливы.

Ханна быстро нащупала очки на столе, замечая в дверном проёме расплывчатую фигуру. Надев их, уверенно вздёрнула подбородок.

— Ну вот, опять это убожество на своём месте, — ухмыльнулся он.

— Чего ты припёрся? — бросила Ханна, резко поднимаясь со стула и берясь за тарелки. — Хочешь ещё раз рассказать о том, какой-ты трусливый жук?

— У тебя плохо с головой? Я не ел с самого утра. А о том, какой я, вообще не тебе судить, — безразлично произнёс Драко. — Твоё мнение меня меньше всего волнует.

Ханна раздражённо выдохнула.

— Твоя еда на столе, — кивнула она на тарелку, унося стопку посуды в кухню.

Драко подошёл ближе, взял тарелку за край, покрутил перед собой.

— Всё холодное, — недовольно поморщился он.

— Странно, всего-то час прошёл, — хмыкнула Ханна, собирая со стола приборы. Малфой собрал всю свою волю в кулак.

— Как это сделать горячим?

Девушка открыла рот, да так и замерла.

— То есть?

— Что непонятного я сказал? — психанул Драко. — Я не могу есть холодное! Это вредно для желудка.

— Я в курсе…

— Ну?

— Что, ну?

— Как это сделать горячим?

Ханна подавила смешок, собирая губы бантиком, чтобы улыбка не смела расползаться.

— Есть два способа разогреть пищу, — спокойно заговорила она. — Первый, переложить еду на сковороду и разогреть на плите. Второй, микроволновка.

Драко молча смотрел в тарелку.

— Микро… что?

— Познакомить тебя с миром маглов?

— Ну, не-е-ет! — с опаской протянул Драко. — Вот это не надо! Я себя не на помойке нашёл!

— Это магловское выражение, Малфой, — усмехнулась Ханна.

— А вот и нет! — возмутился он.

— А вот и да! Так папа Гермионы выражается.

Драко с отвращением скорчился.

— В любом случае, даже не предлагай мне эту мерзость. Магам нельзя пользоваться магловскими приспособлениями. Ты полукровка и тебе этого не понять.

— Это же не значит, что нужно отказаться от полезного и нужного. Дай сюда.

Ханна так внезапно схватилась за край его тарелки, что Драко неожиданно для себя её выпустил.

— Эй!

— Идём! — она рванула в кухню.

— Верни мне мой ужин! — потребовал он. — Только попробуй его поставить на эту микро… хрень!

— Не «на», а «в» микроволновку, не трусь, Малфой! — усмехнулась Ханна и открыла белоснежный шкафчик, стоявший в кухне. Быстро сунув туда тарелку, захлопнула дверцу.

— Немедленно вытащи! — злобно требовал Драко.

Ханна нажала две кнопки, шкафчик пикнул и загудел.

— Он сейчас рванёт! — Малфой попятился.

— Я, по-твоему, самоубийца? Даже твоя непроглядная отсталость не доведёт меня до такого состояния, — улыбнулась Ханна.

— Оно там крутится! Зачем? — с нескрываемой тревогой произнёс Драко.

— Чтобы разогреть со всех сторон.

Раздался звонок. Малфой вздрогнул. Свет в шкафчике погас.

— Вот и всё! — Ханна достала тарелку из микроволновки и протянула Драко. Он резко отскочил назад и с недоверием уставился на блюдо.

— Я не буду это есть! — уверенно заявил он.

— Что? — возмутилась девушка, расширенными глазами буравя его недоверчивое лицо.

— Откуда я знаю, что эта штука сделала! Может она внедрила туда яд!

— Малфой! Это абсолютно безопасно! — не веря своим ушам отвечала Ханна.

— Не ври! Ты сама не знаешь, что она делает! Просто веришь своим любимым маглам. Я — не верю! Я — не идиот!

— Значит, когда тебе не подают всё готовое на тарелочке — ты не доволен! Когда подают, ты опять не доволен! А ну-ка жри!

Ханна резко дёрнулась в его сторону, подсовывая тарелку ему под нос. Малфой отскочил в сторону, впечатываясь в стену.

— Отвали! Ненормальная, что ли? — крикнул он, с трудом скрывая растерянную усмешку. — Сама жри это недоразумение, я это не трогал!

— Ты туда дышал! Я тебя заставлю съесть то, что я готовила, ясно тебе?! — наступала Ханна.

— Смотри не подавись! Заставлялка нашлась! Руки коротки! — отступал Драко.

— Ах, так! — Ханна размахнулась, Малфой уклонился и услышал заливистый смех девушки. Вскинул взгляд на хохочущую Ханну. Ради этого стоило и тарелкой по голове получить. — Думал, я кину в тебя едой, которую своими руками готовила?

— Кто тебя знает, ты же чокнутая!

— А вот и кину!

Резкий замах и Драко, отскакивая назад, наткнулся на беспорядочно стоящие стулья. Перед глазами девушки промелькнули его длинные руки, потом ноги, а он успел заметить ужас в её глазах. Потолок.

— Твою… ма-а-ать! — сквозь зубы простонал он, хватаясь за затылок.

— Драко… — выдохнула Ханна, быстро ставя тарелку на стол, отшвыривая в сторону стулья и опускаясь возле него на колени. — Не двигайся! Ноги, руки чувствуешь?

Она осторожно и ловко запустила пальцы в его волосы, ощущая приличную шишку, сморщилась, словно самой было больно.

— Прости! — шепнула она. — Я не хотела.

Малфой молчал. Он просто смотрел на её взволнованное лицо, и единственное, чего хотел, как и всегда, стащить с неё эти нелепые очки.

— Выживу, — тихо ответил он.

Еле заметная улыбка уже почти тронула её губы, когда раздались шаги в коридоре. Паника на двоих. Глаза забегали.

— Что тут грохотало? — влетела в столовую Гермиона.

— Ваша бешеная предводительница пыталась меня убить, — проворчал Малфой. — Отвали, Поттер!

— Да пошёл ты! — психанула девушка, вспомнив, что пора отдёрнуть руку от его головы.

Гермиона и Джинни с загадочными ухмылками наблюдали за тем, как Ханна поднимается с колен, теряется, ищет, что бы взять в руки и быстро уходит в кухню, а Малфой распихивает в стороны стулья, встаёт с пола, снова хватается за затылок, втягивая воздух сквозь зубы от боли.

— Ты в порядке? — с участием спросила Гермиона, подходя к Драко.

— Да! — брезгливо бросил он и вышел из столовой, обойдя Джинни и не удостоив её даже взгляда, тогда как девушка глаз с него не сводила.

«Какой высокий!» — почему-то это всё, что родилось в её голове в тот момент.

— Ханна! Что это было?! — спросила Гермиона вернувшуюся за остатками посуды девушку.

— Ничего, — бросила та. — Он опять выёживался. То буду есть, то не буду, достал уже! Хотела кинуть в него тарелкой, а он… увернулся… неудачно.

— Кинуть тарелкой? — с сомнением подняла брови Гермиона.

— Я всего лишь припугнула, но ты же знаешь, какой он трус.

— Н-н-ну да… Тебе помочь?

— Я уже заканчиваю. Сейчас зачарую мойку, чтобы посуда мылась. Можете стулья расставить по местам.

— Хорошо.

— Можно я? — предложила Джинни. — У меня отлично получается!

Выхватив палочку, младшая Уизли быстро задвигала стулья под стол, не сходя со своего места.

— Дело практики, — улыбалась она.

Ханна улыбнулась в ответ, но перед глазами всё ещё был растянувшийся на полу Малфой. Его взгляд. Он был не такой, как всегда. Такой необыкновенно спокойный, такой… добрый? Может, показалось? Ханна вздохнула. Он опять остался голодным. Надо бы обсудить с ним, чем закончился совет Ордена, но, наверное, не сегодня. У него и так был тяжёлый день. Она надеялась, что у Малфоя нет сотрясения.

— Кикимер! — громко произнесла Ханна.

***

Малфой лежал на кровати лицом к окну в полной темноте. Слабого света неполной луны было недостаточно, чтобы осветить комнату, и Драко это устраивало. Шишка на затылке почти не болела, материализованный кусок льда вполне справлялся с задачей.

Парень думал о сегодняшнем дне. О её словах. Поттер сказала, что он уже принял решение, и сейчас Драко это осознавал. Все люди, которых он сегодня увидел, защищают её. Разве он не хочет того же? Чтобы Девочка-которая-выжила просто жила, не зная бед. Но это невозможно. Беды сыпятся ей на голову одна за другой. Но сегодня она засмеялась. Драко невольно улыбнулся. У неё красивый смех. Только нужно найти подходящее заклинание и испепелить её очки. Развеять по ветру, чтобы никакое Репаро не помогло их восстановить.

Тихий стук в дверь. Драко заволновался. Кому понадобилось прийти? Он взмахнул палочкой, не вставая с кровати. Кикимер тихо вошёл в комнату, и Драко испытал лёгкое разочарование.

— Мисс Поттер велела сказать, что еда подогревалась на плите. Не знаю, зачем. Как будто её можно разогреть ещё где-то, — проворчал эльф.

В его руках был серебряный поднос. На нём тарелка с рисом и поджаренным мясом, салат в отдельном салатнике, несколько ломтиков хлеба, булочка, стакан сока и два яблока.

— Поставь здесь, — кивнул парень на прикроватную тумбочку.

— Зажечь свет, милорд?

— Нет. Не надо. Я позову, когда понадобишься.

— Да, милорд, — поклонился Кикимер и вышел, закрыв за собой дверь.

Драко повернулся на живот и, положив подбородок на руки, просто смотрел на этот незамысловатый натюрморт.

Малфой всегда был на другой стороне, вот в чём загвоздка. Он всегда был против неё, что бы Поттер ни сделала, что бы ни сказала. Теперь он может попытаться принять её сторону. Здесь её доброта, забота, её смех. Правда… и её вечные упрёки и нравоучения тоже на этой стороне, и без них это уже будет не Ханна Поттер. Он всегда видел, как она любит своих друзей, как все они помогают и заботятся друг о друге. Неужели и он теперь здесь? На её стороне? Разве этот натюрморт не доказательство? И смех, и ужас в глазах: "Прости, я не хотела!» А как она его защищала…

Драко сел, осторожно прислонившись к спинке кровати, стараясь не касаться её головой, и взял в руки тарелку. Это было не просто вкусно. Это было удивительно, словно он дома.

***

Это была битва. Битва не на жизнь, а на смерть. Ханна воевала с собой полночи, а потом всё утро, почти до самого обеда. Разве можно было признать, что она ужасно тревожится. Допустим, ночью Малфой, всё-таки, должен был спать. Судя по серебряному подносу в кухне, он поел — это немного успокаивало. Но почему тогда не появился утром?

Глава 7. Накал

Время тянулось, и Ханна даже не смогла впихнуть в себя вкуснейшую отбивную и яичницу, с особым старанием приготовленные Гермионой. Грейнджер, похоже, это не так сильно тревожило, как радовала довольная физиономия Рональда. Девушка много говорила о вчерашнем совете, разрабатывала план давления на Малфоя, чтобы он побыстрее определился, а не болтался в подвешенном состоянии, словно голова Почти Безголового Ника.

Часам к двенадцати раздался звонок, и Ханна бросилась открывать, радуясь удачной возможности отвлечься от мысли, что Малфой мучается после сотрясения мозга.

Тонкс, словно ураган, влетела в кухню и, без всякого стеснения, застучала крышками каждой кастрюли и сковороды.

— Ну, как вы тут, детишки? — улыбалась она, изучая заманчивую порцию мяса и яиц в сковороде.

— Хорошо, — выдала Джинни. — Мы отлично провели вечер.

Она подмигнула Гермионе, ибо они полночи обсуждали странное поведение Ханны во время совета. У них уже возникли кое-какие подозрения, но вряд ли это стоит обсуждать в открытую.

— Отлично, — немного рассеянно бросила Тонкс и ткнула указательным пальцем в сковороду. — Я могу это уничтожить? Со вчерашнего вечера не ела.

— Конечно! Угощайся! — обрадовалась Гермиона, а Ханна закусила нижнюю губу. Не станет же она намекать, что Малфой, вообще-то, не завтракал.

«Мне нет дела! Нет никакого дела!» — повторяла она сама себе, в то же время ломая голову над тем, что бы он хотел на обед. «Да какая разница, чего бы он хотел?! Мерлин!» Её это уже злило. Почему нельзя подумать о чём-нибудь другом? Например о том, что думает о сложившейся ситуации профессор Дамблдор.

— Ну, как вам новый постоялец? — лукаво прищурилась Тонкс, глядя на Ханну и отправляя в рот кусок мяса.

— Нормально, — выдохнула Поттер.

Гермиона и Джинни переглянулись, что не укрылось от внимательных глаз Тонкс.

— Что-то не так? — подозрительно спросила девушка, а кусок яичницы завис в паре дюймов от её рта.

— Всё хорошо! — выпалила Гермиона.

— Так! Ну-ка колитесь, юные леди! Что произошло?

Девушки молча переглядывались.

— Что вы с ним сделали? — почти выкрикнула Тонкс.

— Да ничего! — тем же тоном взвизгнула Ханна. — Он просто упал, ударился головой и ушёл! С тех пор не появлялся… — выдохнула она.

Ханну вдруг объял такой ужас, словно дементор снова высасывал её душу.

— Я сейчас! — выпалила девушка и бросилась бежать наверх. Остальные проводили её загадочно-изумлёнными взглядами и, переглянувшись, не смогли сдержать улыбок.

Ханна летела по лестницам. Дыхание замирало. Ей казалось, что за ней гонится стадо бешеных кентавров, а она сама — мерзавка Амбридж.

Ну как она могла до сих пор не поинтересоваться, что с ним? Даже Кикимера не послала пошпионить. Гордыня? О, да! Это она! Ханну трясло от злости на саму себя. Не важнее ли человеческая жизнь её личной неприязни и обид? Ведь для неё всегда было первостепенным знать, что те, кто с ней рядом в добром здравии, что у них всё хорошо.

Ну почему она должна за него беспокоиться? Кто он такой? Ах, да! Его прислал сюда Дамблдор, фактически под её ответственность, а она… Она волнуется вовсе не поэтому, что больше всего и выводит из равновесия. Жуткая досада была даже страшнее, чем страх за Малфоя. И оказавшись у его двери Ханна выдохнула, с трудом приводя себя в спокойное состояние.

Она тихо постучала. Тишина. Ханна постучала настойчивее.

— Что-о-о? — прозвучал раздражённый голос Драко.

— Малфой! Надо поговорить! — громко произнесла она. Снова тишина. — Малфой!

— Не сей-час! — монотонно протянул он.

— Открой дверь!

— Поттер, уйди. Не сейчас, — также без эмоций произнёс он. Ханна очень разволновалась.

— Как твоя голова?

Тишина.

— Малфой, я вхожу!

— Да-же не ду-май, — этот монотонный голос взбесил.

— Я должна отчитаться, что с тобой всё в порядке! — громко выпалила она и дёрнула ручку.

— Поттер, не смей! — выкрикнул он.

— Алохомора!

Дверь распахнулась. Она лишь на мгновение увидела посреди комнаты огромный карточный дом, этажей в двадцать.

— Закрой дверь! Сквозняк! — в ужасе выкрикнул Драко, и свежий поток воздуха подхватил карточный домик, который вспорхнул сотнями разноцветных бабочек и разлетелся в разные стороны.

— Хвосторога тебя раздери, Поттер! Какого хрена?! — простонал парень.

Ханна огромными от негодования глазами смотрела на Малфоя, который разочарованно взирал на усеянный картами пол.

— Значит… — выдохнула она, чувствуя полную потерю дара речи от возмущения. — Я там думаю… что хренов слизеринец помирает от сотрясения мозга… — она шумно выдохнула, — а он… он… карточный домик строит!!! — выкрикнула она.

— Шесть. Часов. Работы. Поттер. Шесть часов невербальной магии, идиотка! — прокричал Малфой. — Ты сможешь хотя бы две карты левитировать так, чтобы они составили прочный угол?

— Что за бред? — сузила глаза Ханна. Её просто распирало от злости.

— Это тонкая работа, Поттер! Ты хоть представляешь, какие безграничные возможности даёт невербальная магия?

— Карточный домик! — скрещивая руки на груди, скептически хмыкнула девушка.

— Это тренировка, Поттер! — безнадёжно выдохнул он. — Ты иногда бываешь такой тупой…

— Кто бы говорил, — спокойно произнесла Ханна. — Передам Тонкс, что ты в норме.

Она повернулась и направилась прочь по коридору. Малфой выглянул за дверь.

— Если ты думала, что я помираю, почему не пришла проститься? — ехидно произнёс Драко и с укором вздохнул: — Бессердечная…

Ханна вспыхнула и молча понеслась вниз по лестнице. Драко расплылся в белоснежной улыбке. Сунув руки в карманы брюк, окинул взглядом усыпанную картами комнату.

— Финита.

И карты испарились.

***

Тонкс, с лёгкой загадочной улыбкой на устах, грызла зубочистку. Гермиона и Джинни выжидательно смотрели на молчаливую Ханну.

— Чего вы ещё ждёте? — не выдержала она. — Я уже всё сказала!

— Что тебя так разозлило, дорогая? — осторожно обняла её за плечи Тонкс. — Мало ли почему он решил не появляться.

— Я не злюсь, — сквозь зубы процедила Ханна.

— Ну, хорошо. Тем не менее, мне нужно увидеть кузена лично, как бы мне это ни было неприятно. Ты не догадалась его позвать?

Ханна закатила глаза.

— Кикимер! — устало произнесла она.

Эльф тут же возник в кухне.

— Позови, пожалуйста, Малфоя. Скажи, из Ордена пришли о нём справиться.

— Да, мисс Поттер, — проворчал домовик и исчез.

Сердце Ханны забилось быстрее. Опять он явится. Опять! Опять! Она невольно зажмурилась.

— Идите в столовую. Я займусь обедом.

Девушки вышли, а Ханна свалила в мойку кучу овощей для будущего рагу и зачаровала их на мытьё и чистку. Сама тихонько подошла к двери и прислушалась. В столовой девушки негромко болтали.

— Она ни за что не признается, — тихо говорила Гермиона. — За пять лет, кроме агрессии и перепалок, между ними ничего не было.

— Всё потому, что они считают невозможным сблизиться, думают, их не поймут, — с сочувствием произнесла Тонкс.

— Они правы, если так, — ответила Джинни. — Представляю, как бы взбесился Рон, а Фред и Джордж были бы очень разочарованы.

Ханна прислонилась спиной к стене, запрокидывая голову: «Они правы».

— Я вообще молчу о Гриффиндоре. Если Ханна, после всего, что происходило в прошлом году, свяжется с Малфоем… это разобьёт всем сердце, — вздохнула Гермиона. — Он со своими дружками столько крови у нас выпил.

— А если у них чувства? — с надеждой воскликнула Тонкс, и Ханна почувствовала, как трепетно замирает сердце. — Вы понимаете, что они, возможно, страдают?

— По Малфою этого не скажешь, — хмыкнула Джинни.

— Я бы не сказала… — усмехнулась Тонкс.

— У нас гости! Привет, Тонкс.

Голос Рона вывел Ханну из оцепенения. Она бросилась к переполнившейся водой мойке.

— Вот, блин! — шепнула она, торопясь закрыть кран.

Ханна принялась с невероятной скоростью резать овощи и закидывать в большую кастрюлю с готовым мясным бульоном. Ужасно хотелось послушать, что говорят друзья, даже обожглась в спешке. Хотя, вряд ли подруги станут обсуждать её отношение к Малфою при Роне.

— Чего надо? — вдруг раздался протяжный нарочито утомлённый голос Малфоя, и у Ханны вдруг сердце рухнуло вниз.

— Ваше сиятельство! — насмешливо воскликнула Тонкс. — Благодарю, что почтили меня своим присутствием!

— Чего надо? — повторил он.

— Лишь хотела удостовериться, что вы в добром здравии, — издевательски лебезила Тонкс, и до слуха Ханны долетели еле слышные смешки друзей.

— Убедилась?

— Да, монсеньор! Благодарю вас!

Ханна зажала рот рукой, давясь со смеху.

— Что-то ещё? — бесстрастно спросил Малфой.

— Ну что вы! Как можно утруждать вас, милорд?!

— Тогда тебе пора.

— Малфой, не перегибай палку, — бросил Рон.

— Ничего, — усмехнулась Тонкс. — Приятно знать, что мнение о кузене только подтвердилось. Значит, мой диагноз верен.

— Целительница нашлась, — брезгливо усмехнулся Малфой. — Где мой завтрак?

Ханна услышала звук отодвигающегося стула.

— Какой завтрак, Малфой? — ухмыльнулся Рон. — Обед через полчаса.

— И что это значит? Что моего завтрака уже нет?

— Извини, но это так! — выпалила Гермиона.

— Гриффиндорцы были так голодны, что сожрали мой завтрак? Бедняжки! — издевательски сочувственно протянул Малфой.

— Угостили друга с Пуффендуя! — усмехнулась Тонкс. — М-м-м! Это было очень вкусно! Не сожалею, что тебе не досталось.

— Пуффендуй? — брезгливо произнёс Малфой. — Самый жалкий факультет из всех возможных.

— Да кто ты такой? — воскликнула Тонкс. — Что ты за…

— Только такие неудачники, как ты и Диггори, попадают на Пуффендуй! — высокомерно произнёс Малфой.

Внутри Ханны что-то взорвалось. Кровь ударила в голову и она ворвалась в столовую, направляя свою палочку на Малфоя.

— Да как ты посмел, мерзкий слизняк! — прорычала она.

Драко медленно поднялся, доставая свою палочку из кармана.

— Ханна… — предостерегающе произнесла Тонкс.

— Немедленно принеси свои извинения! — потребовала Ханна. — Седрик был лучшим! Он — герой!

— Он что, был твоим парнем? — усмехнулся Малфой, наставляя палочку на Ханну.

— Он был моим другом, идиот! Тебе не понять! Извинись!

— Перед кем? Перед этой дурой? — ткнул он палочкой в сторону Тонкс.

— Перед всеми, уродец! Говори!

— Да пошла ты! Я за своё мнение извиняться не собираюсь.

— Твоё мнение неправильное!

— Как вы все меня достали! — прорычал он, резко разворачиваясь и делая шаг к выходу. Девушки и Рон уже держали палочки наготове.

— Тебе нельзя отсюда уходить, — строго сказала Тонкс. — Тебе дали время сделать выбор…

— Вы уже всё решили, — брезгливо бросил Драко. — Мне нечего здесь делать.

— И идти тоже некуда, Малфой! — требовательно произнесла Ханна. — Тебя ищут Пожиратели. Ты должен остаться! Твоё мнение ошибочно и ты должен это признать! Седрик был смелым, сильным, настоящим другом и погиб от рук Волан-де-Морта. Не смей оскорблять его память!

— Отвали, Поттер! — прохрипел Драко и двинулся к выходу.

— Ах так! Коллошу!

Малфой чуть не грохнулся, резко остановившись на месте. Ботинки намертво прилипли к полу.

— Будешь бить в спину, Поттер?! Ну и кто ты после этого? — в гневе прорычал он.

Она стремительно приблизилась, обойдя его и остановившись шагах в пяти.

— Жалкий змеёныш! Я заставлю тебя извиниться! — Ханна вся кипела от злости, её щёки горели, а руки дрожали.

— Ханна, не надо! — зашептала Джинни.

— Правда, Ханна, остынь, — тревожилась Тонкс. — Он же просто провокатор.

— Он своего добился! — зловеще усмехнулась девушка. — Финита!

Парень сделал шаг назад. Малфою казалось, что эти зелёные глаза просверлят в нём огромную дыру. Ханна Поттер. Почему она с годами стала ещё невыносимее, ещё острее на язык, ещё… притягательнее? Но сдаваться он не намерен.

— Я тебе эти очки сейчас в череп вотру, дура! — сквозь зубы прорычал Драко.

— Посмотрим, в каком месте они у тебя окажутся! Ваддивази! — выкрикнула Ханна.

Драко не успел рот открыть, как её очки с силой ударили его в лицо. Он инстинктивно схватился за глаза, ощущая круглое недоразумение прямо на своём носу.

— Идиотка! — прорычал он, а вокруг уже звучал еле сдерживаемый смех.

— Не смей трогать! Иначе вечное приклеивание применю! — прокричала Ханна.

Малфой опустил руки. Его грудь тяжело вздымалась, ноздри дрожали. Он хотел бы убить её прямо сейчас, но… было что-то ещё, что точно не вязалось с этим желанием. Перед глазами всё расплывалось. Какое же ужасное у неё зрение! Как она живёт с этим?

— Итак, Малфой! Я последний раз тебя прошу…

— Просишь?! Это ты так просишь? — возмущённо воскликнул он.

— Ты не оставил мне выбора! — простонала она и подошла ближе. Ханна смотрела ему в глаза, понимая, что он плохо её видит, щурится. — Послушай меня, пожалуйста! — с мольбой заговорила она.

— Ты не оставила выбора, — холодно бросил он. Ханна тяжело вздохнула.

— Малфой! Седрик был хорошим человеком, — тихо заговорила она. — Он погиб безвинно, по прихоти Волан-де-Морта. Диггори не был неудачником. Он просто… был честен и справедлив. Он был лучшим на своём факультете, как и Тонкс.

Ханна вдруг протянула руки к лицу Драко и сняла свои очки. Малфой зажмурился. Глаза устали от этих мутных стекляшек. Когда он наконец открыл глаза, перед ним был изумрудный взгляд, полный надежды.

— Это не игра, Малфой. Люди умирают. Вспомни, как рыдал его отец. Я должна была быть на месте Седрика.

Они смотрели друг другу в глаза. Что-то кололо Драко внутри с такой силой, что ком поднялся к горлу, останавливая дыхание.

Тонкс пихнула Гермиону плечом, многозначительно приподнимая брови. Рон покосился на девушек очень подозрительно, а Джинни смущённо переводила взгляд с Ханны на Малфоя и обратно. Молчание длилось пару минут.

— Малфой… — снова начала Ханна.

— Я понял, — раздражённо бросил он.

— Извинишься? — с сомнением спросила она.

Тишина. Это выше его сил, и Ханна это понимает.

— Нет! — решительно ответил Драко.

— Ладно, — кивнула она. Только теперь Ханна опустила глаза. — Профессор Люпин будет сегодня? — обратилась девушка к Тонкс.

— Да, ближе к вечеру, — немного растерялась Тонкс.

Ханна кивнула и ушла в кухню. Все резко выдохнули. Малфой бросил на Тонкс неопределённый взгляд и, гордо приподняв подбородок, отправился в свою комнату.

— Вы это видели?! — зашипела Тонкс. — Видели, как между ними воздух искрился? А?

— Что?! — возмутился Рон. — Что за бред? Что там искрится? У Малфоя башка будет искриться, когда в неё Инсендио прилетит!

— Рональд, это уже чересчур! — закатила глаза Гермиона. — Дамблдор…

— Да плевать мне!

— Готова поспорить, ещё пара недель, и они начнут встречаться! — азартно улыбалась Тонкс. — Она его приручит!

— Никогда! — прорычал Рон. — С этим гадом? Да никогда она этого не допустит, даже в мыслях!

— Спорим? — усмехнулась Тонкс.

— Спорим! — гордо поднял голову Уизли.

— Да вы что?! Это вам квиддич, что ли? — зашипела Гермиона.

— Он смотрит на неё так… — вдруг прошептала Джинни.

— Даже слышать не хочу! — психанул Рон.

Всхлип.

— Она плачет! — Гермиона бросилась в кухню.

***

Ханна вжалась в стену. Дыхание прерывалось, сердце стучало так бешено, что стало жарко. Этот внимательный взгляд серебристых глаз так и замер перед ней. Ханна шире расстегнула ворот своей мальчишечьей клетчатой рубашки, с трудом выдохнула, сняла очки и сползла на пол. Слёзы хлынули в три ручья.

Как же тяжело с ним рядом. Как невыносимо больно от его непроглядной тупости, от этих предрассудков.

— Ханна! — жалобно протянула Гермиона, бережно обнимая подругу. — Что с тобой происходит?

— Я его ненавижу! Ненавижу! — прошипела Ханна, заливаясь горькими слезами. — Он так меня достал! За что мне это наказание? Мало мне своих проблем, ещё и этот… и эти его… глаза бесстыжие!

Гермиона с трудом сдержала улыбку, ласково гладя подругу по плечу.

— Всё будет хорошо! Мне кажется, ты смогла до него достучаться.

Ханна с надеждой взглянула Гермионе в глаза.

— Ты думаешь?

— Конечно! И ему… ужасно не идут твои очки!

Девушки рассмеялись, и Ханне вдруг стало легче.

***

Как же ему хотелось уйти. Сбежать из этого проклятого дома, чтобы больше не чувствовать эту ненависть к самому себе.

«Слабак! Слабак! Что она сделала со мной?»

Драко хотел выть. Этот укоризненный, внушающий что-то невероятное его душе взгляд зелёных глаз. Что это? Что за чувство? Когда хочется с досады вырвать свой язык, чтобы он больше никогда не смел произносить… Что это? Это то, что называют стыдом? Это оно? Ничего ужаснее он не испытывал в своей жизни. Когда отца упрятали в Азкабан, Драко думал, что испытывал стыд. Нет! Это совсем другое. Стыд — это сейчас. Стыд — это больно. Так хочется отыграть назад и не сказать того, что сорвалось с губ. Никогда с ним такого не случалось. Диггори этот! Чего он его приплёл, ведь не хотел!

Свежий воздух. Ему так нужно на свежий воздух! Середина июля. В поместье сейчас просто рай. Сад весь в цветах. Тёплое, чистое озеро. А он вынужден задыхаться здесь. Драко не замечал, как пролетало время, пока в его дверь не постучали.

Глава 8. Вспышка

Драко поднял глаза и уставился на деревянный резной прямоугольник перед ним. Тихий нерешительный стук раздался снова, и Малфой закрыл глаза, пытаясь собраться с силами. Ему стало казаться, что ещё одну атаку он просто не выдержит. Но вдруг, из коридора послышался мягкий спокойный голос профессора Люпина:

— Драко, если ты не в настроении разговаривать, я зайду в другой раз.

Малфой тут же поднялся и открыл дверь. Внимательный взгляд профессора встретился с холодными серыми глазами.

— Здравствуй, Драко. Не возражаешь, если я войду?

Парень отошёл в сторону, пропуская Люпина в комнату. Римус огляделся, лёгкая ухмылка тронула его губы.

— Ты неплохо устроился. Здесь стало уютно…

— Что вам угодно, профессор? — сдержанно, но немного раздражённо спросил Драко.

Люпин внимательно смотрел юноше в глаза, пока тот не почувствовал неловкость. Драко отвёл взгляд, и тогда профессор произнёс:

— Давай присядем, Драко.

Малфой молча сел на кровать, Римус на стул напротив.

— Тебе может показаться странным то, что я скажу. Но я очень хорошо тебя понимаю.

— Конечно! — иронично хмыкнул Драко.

— Представь себе. Я знаю, каково вдруг остаться одиноким. Тебе кажется, что кругом враги, и ты должен держать оборону. Это очень тяжело.

— Откуда вам знать? — дерзко бросил Драко. — Вы даже со Снейпом как-то умудряетесь общаться.

— Ну! Так было не всегда. А с профессором мы общаемся с большим трудом, — ухмыльнулся Люпин. — Но дело не во мне. Профессор Снейп сам отгораживается от людей. Прямо как ты сейчас.

— А что я, по-вашему, должен делать? — лениво усмехнулся Драко. — Подружиться с гриффиндорцами? С этими занудами, которые вообще ничего не смыслят в великом предназначении магов? Да они, скорее, маглы!

— И что же? Ты предпочитаешь войну? Хочешь остаться в одиночестве? И они вовсе не зануды, насколько я знаю, волшебство для ребят очень важная часть жизни.

— Но не вся жизнь! Они как дети, нелепо пытающиеся самоутвердиться за счёт других…

— Вот тут я с тобой не согласен, — ухмыльнулся Люпин. — Ханна никогда так не поступает. Она всегда стремится поступать правильно…

— Постоянно пытаться кого-то унизить — это правильно?! — вскакивая воскликнул Драко. — Ведёт себя словно… словно возродившийся пророк! Корчит из себя всеведущую!

— Ты вообще о Ханне сейчас говоришь? — с сомнением наблюдал Люпин за хождением Малфоя по комнате. — Она, возможно, бывает импульсивна немного. Но пытаться кого-то унизить? Ханна не из тех, кто добивает упавшего.

— Кто тут упавший? — взвился Драко.

— Я не о тебе, Драко. Я говорю о ней. Ты же, напротив, повёл себя храбро. Я даже восхищён твоим поступком.

Драко как-то моментально успокоился.

— Поверь, все мы ошарашены твоей смелостью и, скажем так, ведём себя исходя из твоего поведения. Ты дерзишь — мы отвечаем, ты кричишь — мы можем крикнуть в ответ. Попытаешься ударить? Тут уж не обессудь. Но Ханна, как буфер между нами и тобой. Мне трудно сказать точно, почему. Возможно, она старательно выполняет указания профессора Дамблдора, как всегда. А может быть, в ней говорит частичка её матери. Её доброта, сострадание, стремление понять каждого, кто попадает в её круг, кто оказался в трудной ситуации.

— Понять… — горько ухмыльнулся Драко, садясь на кровать. — Что она может понять? Ей не приходилось уходить из дома, бросать мать в безвыходной ситуации, тревожиться за отца…

— У неё всё намного хуже, поверь. У неё нет ни отца, ни матери. Она росла в семье, которая её не любила… Ты прав. Ей тебя сложно понять. Но для неё семьёй становится каждый, кто смотрит с ней в одну сторону.

Профессор поднялся и неспеша направился к двери.

— Я не настаиваю, просто советую. Попробуй ты понять её. Тебе станет немного легче.

Он открыл дверь и обернулся.

— Я буду приходить часто, Драко. Не думаю, что тебе ещё захочется поговорить, но знай — у тебя здесь нет врагов. Не будь врагом самому себе.

Профессор вышел и закрыл за собой дверь. Драко лёг на кровать и долго обдумывал слова Люпина. Кажется, это был единственный человек во всей кучке этих придурков, которого Малфой не считал таковым. С первого же дня ему показалось, что профессор ко всему относится спокойно. Даже к нему. Интересно, почему?

Уже совсем стемнело, когда Драко, гонимый голодом, решил спуститься в кухню. Половина двенадцатого. Гриффиндорцы уже должны спать, как ему казалось. Здесь было чисто. Ни посуды, ни еды. Драко начал открывать шкафы по одному, то и дело натыкаясь на разную посуду, потом на мешочки, баночки, коробочки, в которых всё было в неготовом виде.

— Фиг с ним! — психанул он. — Акцио еда.

В углу распахнулся большой белый шкаф, в котором загорелся свет.

— Что за…

Из шкафа веяло холодом, причём довольно сильно. На стеклянных полочках стояли кастрюльки, миски, наполненные чем-то съестным, лежали овощи и фрукты в прозрачных подозрительных мешках. Драко закрыл шкаф, подумал немного, снова открыл. Холод сильно смущал. Он опять его закрыл и открыл. Этот мигающий свет раздражал.

— Микрохренотень… только наоборот, — озадаченно прошептал он, долго разглядывая внутренности шкафа.

Его привлекла маленькая дверь в верхней части шкафа. Драко долго думал, стоит ли её открывать? Вдруг там что-то опасное, раз закрыто отдельной дверью? Но любопытство взяло верх. Он потянул ручку, дверь хрустнула и с трудом открылась. Внутри всё было покрыто льдом и снегом. На полке стояли какие-то непонятные стаканы с крышками и заледеневшие куски непонятно чего.

— Зима в шкафу, — шепнул он, прикладывая указательный палец к инею свисающему с потолка. Он медленно стал таять, а Драко с интересом наблюдал, как образовавшаяся капля воды плавно сползает вниз. — Неужели они заперли зиму в этот шкаф? Что за магия?

— Малфой!

— Мерлин и Моргана! — подпрыгнул он на месте, хватаясь за палочку. — Поттер! Я тебя прибью когда-нибудь!

— Слишком высокие для меня звания, Малфой. И, боюсь, я прибью тебя первой. Ты даже не слышал, как я вошла. Интересует холодильник?

— Не особо, — постарался непринуждённо ответить Драко, но иней в шкафу как-то странно притягивал взгляд.

— Это не зима, Малфой, — Драко почувствовал, как кровь устремляется к лицу, но промолчал, сдерживая возмущение. — Это холодильник. Он сам генерирует холод, и вода, попадающая внутрь, замерзает. Есть оттуда тоже не будешь, как и из микроволновки?

Драко дёрнул плечом. Уж очень ему казалась соблазнительной кисть винограда в прозрачном мешке. Ханна уловила его взгляд и, чуть оттолкнув Малфоя в сторону, достала пакеты с фруктами. Захлопнула дверь холодильника ногой и стала молча мыть виноград, пару яблок и апельсин. Драко сел на стул у маленького стола.

— Ещё есть овощное рагу, если хочешь.

— Это вроде того картофельного месива? — насмешливо спросил он.

— Ага. Только там ещё много чего намешано.

— Что-то не очень хочется.

— Дело твоё.

— Ладно, давай.

Ханна украдкой улыбнулась, но, восстановив серьёзную мину, поставила блюдо с фруктами на стол и отправилась к холодильнику. Драко, как бы нехотя, сорвал с веточки крупную зелёную ягоду. Она приятно лопнула на зубах, орошая сладостью язык. Драко невольно с наслаждением закрыл глаза, а рука потянулась за следующей.

Он задумался о том, почему раньше еда не казалась такой вкусной? Ответ, кажется, был очевиден. Драко никогда прежде не голодал. Никогда! Даже когда через пару часов после ужина в Большом зале студенты начинали ныть, что им чего-то хочется, Драко просто вытряхивал на общий стол запасы приготовленные Нарциссой: печенья, конфеты, пирожки и прочие сладости, которыми можно было накормить весь курс. Но тогда ему всё это казалось обыденным. А сейчас он, как последний маглорождённый гриффиндорец, вынужден чего-то ждать, побираться. Но зато это так вкусно!

А может… дело в ней? Драко осторожно наблюдал, как Ханна ходит туда-сюда, ставит на плиту кастрюльку, а девушка только и думала, как бы ни одного взгляда не бросить в его сторону, глядя всё время перед собой.

Драко уже съел пол кисти винограда, когда суповая тарелка с ароматным рагу оказалась перед ним. Ханна тут же принялась мыть кастрюлю, а Драко погрузил ложку в разноцветное блюдо, в котором красовались, правильной кубической формы, кусочки мяса.

— Грейнджер готовила? — подозрительно спросил Драко, чем вызвал очередную улыбку Ханны.

— Нет, я. Она мясо нарезала.

— Как знал, — ухмыльнулся он, приступая к еде. — Чего не спишь?

Горячая волна прокатила с гловы до ног. Ханна незаметно выдохнула. Сейчас! Скажет она, что ждала, пока он наконец появится!

— Читала. Пить захотелось.

— Чего же не пьёшь? — насмешка в голосе почему-то её не бесила. Ханна сама не знала, почему.

— Ну так твоё величество перегородило своим телом пол кухни…

— Да конечно! — усмехнулся Драко. — Признайся, что тебя совесть замучила.

— Совесть?! — возмутилась она. — Вообще-то, это ты облажался!

— А я не отрицаю. У тебя реакция была более чем неадекватная, потому совесть и мучит! — И Драко отправил очередную ложку в рот.

Ханна шумно вздохнула.

— Вот тебе что, правда охота в этом ковыряться? Обязательно выяснять, кто прав, а кто правее? Серьёзно!

— А в чём проблема? Ты смелая только когда твои соратники под рукой? Типа психованной Тонкс.

— Малфой, не тупи! — устало закатила она глаза. — Я вообще не хочу конфликтов, но ты же провоцируешь!

— Неужели?! — усмехнулся он, и при этом его глаза так расширились, что ей стало не по себе. — Я не успел сюда войти, ты уже накинулась, как хищная горгона!

— Я?! — возмущённо воскликнула Ханна.

— Да, ты! Тебя совершенно не волновало, что со мной произошло, почему я здесь! Тебе было важно, чтобы я свалил!

— Допустим! — повысила она голос. — Но я… взглянула иначе… уже. Слушай!

Ханна опустилась на стул наискосок от Драко. Он даже опешил слегка. Это было как-то слишком… доверительно. Слишком близко.

— Я не хочу проблем, — быстро заговорила девушка, и щёки её стали постепенно заливаться краской. — Как бы парадоксально это ни звучало, нам придётся жить вместе, на одной территории. Знаю, как тебе тяжело! Но и ты пойми. Пять лет тебе надо было до меня докапываться, заметь, ты всё время первый начинал! Неужели думаешь, я могла бы тебя принять с распростёртыми объятиями в этом доме?!

Драко уже был раздражён, внутри всё кипело, а остатки еды не лезли в глотку. Он резко отодвинул от себя тарелку.

— А что если так, Поттер! — громко произнёс он, прожигая взглядом её изумлённое лицо. — Ты не думала, что теперь всё иначе? Нет! Ты предпочла оставить всё, как есть!

— Это не так… — неуверенно мотнула она головой.

— Не корчи из себя мою покровительницу, ясно?! Или мы на равных, или катись знаешь куда?!

— На равных?! — Ханна резко поднялась, опираясь ладонями на стол. Опять эта глупая ситуация — он сидя почти одного роста с ней, и Ханна чуть приподнялась на цыпочки, нависая над столом. — На каком основании? Ты тут на птичьих правах! Ты даже решение не принял, и сам заявил, что не собираешься. На каких равных?!

Малфой медленно поднялся во весь рост, и Ханна почувствовала, как пространство вокруг сжимается. При всём своём желании быть на равных, она может сделать только два шага назад, чтобы не запрокидывать голову.

Драко смотрел на неё пару минут. Его взгляд был наполнен гневом, возмущением, и Ханна лихорадочно соображала, что он задумал, что может сделать? Палочка уже нащупана в кармане широкой длинной юбки.

— Ладно! — резко выдохнул он примирительным тоном, у Ханны даже нижняя челюсть отвисла. — Хочешь бодаться дальше? Вперёд! Хрен я буду плясать под твою дудку! Завтра я выхожу в город.

С этими словами Драко ринулся к выходу.

— А-ну, стой! — выкрикнула она. — Ты не можешь…

— Могу. Я не в тюрьме. Снейп…

— Снейп не мог тебе позволить! Он не идиот, хоть и… со странностями.

— Ты мне не указ.

— Малфой! Не будь придурком! Это опасно!

— Значит, ты идёшь со мной, мамочка! — ехидно ухмыльнулся он, уже поднимаясь по лестнице на второй этаж.

— Одумайся, я тебя прошу! — с мольбой простонала Ханна, понизив голос, чтобы не разбудить друзей, и Драко резко обернулся, наклоняясь вперёд, чуть ли не сталкиваясь с ней лбами.

— Отвали от меня!

Ханна отпрянула и потеряла равновесие, носки туфель соскользнули вниз.

— Ах!

И его сильная рука болезненно ухватила её за запястье. Драко изо всех сил дёрнул девушку на себя, обхватывая второй рукой за талию. Она лишь почувствовала, что её ноги не касаются ступенек, а потом… тепло его рук, жёсткость худощавого живота и груди. Её дыхание остановилось, а он дышал глубоко и редко. Её лоб на уровне его подбородка. Ханна нерешительно подняла глаза к его губам, сомкнутым в суровую складку. Сердце рвалось из груди, и в голове поднялся шум, похожий на звон сотен колокольчиков. Она словно тонула в аромате его одеколона, проникающего в глубину души...

Драко медленно повернулся, поставил её на свою ступеньку и осторожно разжал руки. Ханна рискнула поднять глаза выше, встречая его немного встревоженный взгляд.

— Сп-спасибо, — тихо произнесла она.

— Не за что, — почему-то шепнул он и тут же откашлялся, меняя тон на решительный. — Ты пойдёшь или нет?

— Ладно, — опустив глаза ответила она. — Только тебе нужна маскировка.

— Я знаю, — бросил Драко и молча зашагал наверх.

Ханна выдохнула и медленно опустилась на ступеньку, прислоняясь головой к перилам. Левая рука горела от его хватки. От этого жжения тепло растекалось по всему телу. Она как будто ещё чувствовала его объятие, его дыхание на своей макушке.

Девушка с упоением закрыла глаза. Нужно пойти спать, но Ханна медленно спустилась вниз, помыла его тарелку, чувствуя себя так, будто выпила полпинты сливочного пива. Идти с ним завтра? Как? В чём? Ханна вдруг протрезвела и поняла, что опять не выспится сегодня.

***

Драко лежал лицом в подушке. Но этого было мало. Он хлопнулся в неё с размаха ещё пару раз, прежде чем прошипел.

— Не за что! Кретин!

И снова приподняв голову, резко встретился лицом с подушкой. Мгновенно перевернулся на спину и стал нервно расстёгивать пуговицы рубашки.

Его пугало осознание того, что он вдруг перестал видеть её очки. Они не раздражали Драко, словно их не было вовсе! Он видел только её удивительные изумрудные глаза с чуть подкрашенными ресницами. Испуганные глаза, ужас теряющего опору под ногами человека.

Нет. Это не она потеряла равновесие. Он сам его окончательно потерял, когда эта маленькая хрупкая девочка оказалась в его руках. Такая тоненькая талия… Драко зажмурился. В груди горело что-то. Он словно чувствовал её тепло сквозь ткань рубашки прямо сейчас. А завтра он и она, вместе, выйдут из этого дома. Зачем? Нужна ведь хоть какая-то причина! Вот болван! Он же никуда не собирался, просто хотел её подразнить! А она… согласилась.

Драко снова уткнулся лицом в подушку, вонзившись в неё со всей силы пару раз. Сил уже нет! Как всё это вымотало! Ещё и ночь бессонная предстоит. Ну уж нет!

Малфой поднялся, открыл рюкзак и достал оттуда небольшой кожаный кейс. Он внимательно изучил его содержимое. Достав флакончик с надписью «сон», Драко не задумываясь его опустошил. Ему нужны силы, а мысли просто бурлят.

Он упал на кровать, так и не раздевшись. Пять минут, и Драко провалился в сон.

***

Ханна встретила рассвет на широком, уютном подоконнике. Она сидела, обхватив колени, и наблюдала, как исчезают звезды и светлеет небо. Слушала возобновивших пение птиц. Ей казался удивительным этот рассвет, и спать совершенно не хотелось. Девушка в очередной раз взглянула на посиневший след пятерни на руке. Ничего глупее она в жизни не испытывала. Радоваться синякам? Она что, больная? Но Ханна налюбоваться не могла этими красивыми овальными пятнышками. Даже боль от прикосновения к ним была какой-то ненормально приятной. Его взгляд всё ещё грел память. Он не дал ей упасть, подхватил в последнюю секунду. Рука Малфоя сжимала её руку…

— Ханна, ты точно больная! — вздохнула Поттер, свешивая ноги с подоконника. Уже восемь, солнце сияет. Спать так и не захотелось.

Глава 9. За порогом

«Придётся надеть что-то с рукавами, — размышляла она. — Друзья сразу заметят синяки. Тем более такие. А в город в чём идти? Вообще не в чем».

Ханна выглянула в коридор. По дому разносился приятный аромат, очевидно, Гермиона пекла блинчики.

«Странно, что-то она увлеклась кухней последние пару дней», — подумала Ханна и, вернувшись в комнату, накинула клетчатую рубашку с длинными рукавами поверх футболки.

Быстро умывшись, Ханна тихо постучала в комнату Гермионы.

— Кто там? — весело выкрикнула Джинни.

— Это я!

— Алохомора!

С тех пор, как Малфой появился в доме, все стали запираться в своих комнатах, не договариваясь.

— Доброе утро! — улыбнулась Ханна, заглядывая в комнату.

— Входи скорее! — замахала руками Джинни, всё ещё сидящая на кровати в трусиках и топике, аккуратно раскрашивая ногти на ногах своей палочкой. — Что-то тебя совсем не видно, Ханна, всё время уединяешься, не найти. Кухня-комната, комната-кухня. Это из-за Сириуса, да? — с участием спросила подруга.

— Да нет, просто… народа полно, вот и торчу в кухне, — усмехнулась Ханна. — Тебе ли не знать.

— Да, мама живёт в кухне! — закатила глаза Джинни. — С этими проглотами иначе не выходит.

— Слушай… — неуверенно заговорила Ханна. — Ты не могла бы мне… платье одолжить? С рукавами.

Брови Джинни поползли вверх.

— Платье? — удивлённо выдохнула она.

— Да, мне… в город нужно.

— В платье? — скептически ухмыльнулась девушка.

— Джинни!

— Зачем? Ты же их не носишь!

— Ну, всё случается… впервые.

— С рукавами у меня нет. Зачем оно нужно в июле? — озадаченно рассматривала Ханну подруга.

— Ладно, проехали! — усмехнулась Ханна. — Пойду в джинсах, как обычно.

— Ханна… А зачем тебе рукава? Что-то хочешь скрыть? — подозрительно ухмыльнулась Джинни.

— Это мелочи, — дёрнула плечами девушка.

— Покажи! — потребовала подруга.

Ханна вздохнула и приподняла рукав.

— Ой, и правда, какие-то они странные, где можно так удариться?

— Да… ерунда, прокатилась по ступенькам.

— Ужас! — вздохнула Джинни. — Ну, можно спрятать иначе.

Девушка покопалась в косметичке и достала несколько разноцветных браслетов из бисера.

— Они классно будут смотреться с платьем в цветочек. Тебе пойдёт.

Подруга быстро нацепила сразу четыре браслета Ханне на руку, и синяки скрылись.

— Можно, конечно, замазать или маскирующие чары наложить…

— Нет… — вдруг шепнула Ханна и виновато улыбнулась. — Не надо. Так симпатично.

— Как хочешь.

Джинни достала из своей мешковатой сумки платье. Ханна никогда не носила такой светлой, яркой одежды. Даже живя у Дурслей. Тётя Петуния предпочитала одевать племянницу во что-нибудь серое и неброское. А это платье, с крылышками вместо рукавов и широким подолом-солнцем, казалось Ханне сказочно красивым.

— Это слишком, — усмехнулась она.

— Самое простое, — приподняла брови Джинни. — Остальные ярче и более…

— Ладно-ладно! Всё хорошо! Спасибо! — улыбнулась Ханна, прижимая платье к груди, и быстро вышла.

Джинни подозрительно прищурилась.

***

Очередной блинчик шлёпнулся на широкую тарелку. Гермиона с лёгкой улыбкой на губах мурлыкала себе под нос песенку:

— Рональд Уизли — наш король,

Рональд Уизли — наш герой.

Перед кольцами стеной

Так всегда и стой…

Она закусила нижнюю губу и усмехнулась сама себе.

— Так-так-так, Грейнджер! — раздался насмешливый голос, и Гермиона выронила из рук лопатку.

— Малфой! — выдохнула она. — Какого Мерлина?!

— Ты спёрла мою песню.

— Она уже давно не твоя. Не помню, чтобы кто-то говорил об авторских правах…

— Да плевать, — лениво ухмыльнулся он. — Подавитесь!

— Как любезно! — скривилась Гермиона.

Драко оскалился во все свои белоснежные зубы. Девушка заметила, что выглядит слизеринец как-то странно. Какой-то не такой. Только через минуту до неё дошло, что он в тёмно-синих джинсах и клетчатой рубашке с короткими рукавами.

— Малфой… ты головой ещё раз не ударялся случайно?

— Откуда такие заботливые предположения?

— Ты оделся, как… магл.

— Ну и отлично, значит успешно сольюсь с вашим стадом, — иронично улыбнулся он.

— Придурок, — пробубнила себе под нос Гермиона и вскрикнула, обнаружив, что сожгла блинчик.

Затем появился Рон. Он демонстративно задел Драко плечом, входя в кухню.

— Привет, Гермиона, — проворчал он.

Малфой скрестил руки на груди, но остался на месте.

— Доброе утро, Рональд, — несколько официально произнесла Грейнджер, заканчивая отскребать гарь от сковороды. — Завтрак?

— Да, спасибо.

Рон налил себе кофе, взял тарелку и сел за стол.

— Невежливо, Грейнджер, — усмехнулся Драко.

Она вопросительно уставилась на Малфоя.

— Мне завтрак не предложила.

Гермиона почему-то стушевалась, глаза забегали, но через пару секунд девушка взяла себя в руки.

— Садись, ешь, если хочешь.

Драко хмыкнул, взмахнул палочкой, призывая кружку из шкафа. Налил себе кофе.

— Сахар есть?

Гермиона кивнула на сахарницу, стоящую на столе. Драко нехотя наколол на вилку два блина, небрежно бросил на тарелку и вышел в столовую.

— Тоже мне король. Кухня нам не по чину, — кривлялся Рон, задирая подбородок и пытаясь изобразить Малфоя.

Гермиона прищурилась.

— Зачем он так оделся? Это странно.

— Хрен его знает. Вкусные блинчики!

— Спасибо! — смущённо улыбнулась Гермиона.

Друзья завели неспешный разговор, к которому Драко уже не прислушивался. Он чувствовал себя странно в этих дурацких джинсах. Блейз почему-то утверждал, что эти дубовые штаны нравятся девчонкам, особенно с заднего ракурса, но Драко подозревал, что наоборот — с переднего. Эти мысли позабавили и, пока он расправлялся с блинчиками, без особого удовольствия, по причине приложенной руки Грейнджер, успел подумать над тем, что добавить в свой образ для лучшей маскировки. Джинсы — это, конечно, круто, но белоснежную шевелюру в штаны не заправишь.

Драко краем глаза увидел светлую фигуру в дверном проёме и решил не реагировать. Младшая Уизли ему не интересна. Только бы не прикопалась. Запарили со своими замечаниями.

— Так не пойдёт, Малфой! — этот назидательный тон моментально всколыхнул волну гнева внутри. Драко был готов просто её послать. Он лениво бросил на Ханну взгляд и… слова где-то заплутали, а потом растворились.

Драко сам не заметил, как его взгляд плавно и с любопытством обвёл девушку с головы до середины бёдер, так как остальное, к его досаде, было скрыто столом.

Ханна почувствовала вспышку в груди от этого внимательного, оценивающего взора. Стало жутко не по себе. Она сама-то себя в таком виде не представляла. Неужели она больше не похожа на мальчишку-очкарика? Белое платье в цветочек, с широким, подчёркивающим талию поясом и крылышками на плечах, изменило её настолько, что сняв очки Ханна стала бы другим человеком.

Пара мгновений, и Драко собрался с мыслями.

— Как, не пойдёт? — раздражённо произнёс он. — Чем ты недовольна, Поттер? Я и так на себя не похож!

— Ага! — иронично хмыкнула Ханна. — Каким местом ты на себя не похож? Передумал идти?

— Ещё чего! — с вызовом усмехнулся Драко. — Даже если тебя затопчет взрывопотам, меня это не остановит.

— Кто бы сомневался, — закатила глаза девушка.

— Ханна! — восхищённо выдохнула Гермиона. — Ты куда-то собираешься?

— Да, — нехотя бросила Ханна. — Малфоя нужно выгулять.

— Поттер, не борзей, — с угрозой произнёс Драко. — Ты мне там нахрен не нужна. Можешь сидеть в этой дыре, покрываться пылью.

— У меня нет выбора, Малфой, — вздохнула Ханна. — Тебе нельзя покидать дом одному. Хочешь, пусть Рон с тобой пойдёт?

— Куда это я пойду? — Рон тут же замер на пороге, удивлённо уставившись на Ханну.

— Никуда, — бросил Драко. — Из двух зол выберу меньшее. Ты готова, нет?

— Деловой! — усмехнулась Ханна и пошла в кухню завтракать.

Все трое проводили взглядами её стройные ножки, до колена скрытые плавно колышущимся платьем.

— Всем привет! — в столовой возникла улыбающаяся Джинни в ярко-зелёном струящемся платье.

Гермиона потупилась. Ей уже стало неловко от своих потёртых джинсов и разноцветной футболки.

— Привет! — выпалила она.

— А ты куда намылилась? — недовольно бросил Рон.

— Гулять. А вы разве не идёте?

— Похоже, что мы куда-то идём? — ворчал Рональд. — Ханна выгуляет Малфоя и домой.

— Слышь! Ты ещё не совсем инвалид на голову? Могу обеспечить! — прорычал Драко.

— Ой! — выдохнул Рон, закатывая глаза. — Как страшно! Ты лучше подумай о том, что со своей башкой делать. Высунешь свою хорьковую голову за порог, тебе её тут же и оттяпают.

— Не твоя забота, жалкий увалень, — презрительно бросил Драко.

— Видишь ли, так сложилось, что, увы, моя, — скрестил Рональд руки на груди. — Распоряжения Дамблдора у нас не обсуждаются. Ханну и так не узнают… в таком виде. А вот тебя…

— Я знаю, что делать! — вдруг воскликнула Ханна, неожиданно ворвавшаяся в столовую. Она взмахнула палочкой, и Малфой отшатнулся, получив волновой удар в лицо.

Комнату потряс взрыв смеха.

— Класс! — хохотала Джинни. — Драко Уизли!

Гермиона заливалась, запрокидывая голову, а Рон словно обиделся. Ханна серьёзно созерцала свою работу.

Платиновые пряди слизеринца стали абсолютно рыжими с золотистым оттенком, а лицо рябым от веснушек.

— Что ты сделала? — выдохнул Малфой и рванул в прихожую, провожаемый смехом Джинни и Гермионы.

— Почему так-то? — недовольно произнёс Рон. — Сделала бы из него брюнета…

— Согласись, просто покрасить волосы мало, — устало произнесла Ханна.

— Дура набитая! — раздался адский вопль вдалеке. — Я тебя урою!

— Малфой, успокойся! — безразлично крикнула Ханна и снова обратилась к Рональду. — Веснушки хорошо маскируют.

— Ты сделала из меня жабу! — орал Малфой.

— Несколько часов, и всё пройдёт! — прокричала Ханна, переводя взгляд на Рона. — Сам бы он никогда этого не сделал, поэтому его никто теперь не узнает, даже мать родная.

— Поттер! — сквозь зубы рыкнул Малфой, влетая в столовую и наставляя на Ханну палочку.

— Даже не думай, парень! — встревоженно произнесла Тонкс, появившаяся из-за спины Ханны. Видимо, девушка явилась через камин в кухне. — Ты кто такой?

— Это Малфой, Тонкс! Всё в порядке! — быстро проговорила Ханна.

— Малфой? — подозрительно спросила девушка, не веря своим глазам.

— Нечего на меня таращиться! — психанул Драко, и Тонкс сразу расслабилась.

— Точно, Малфой, — разочарованно произнесла она, опуская свою палочку.— Хорошая маскировка. Куда собрались?

— Малфой мне поможет продукты принести, — ответила Ханна.

— Я не… — начал Драко, но Ханна изо всех сил выпучила глаза и еле заметно замотала головой, намекая, чтобы он заткнулся. Драко нахмурил рыжие брови.

— В магазин идёте? — засомневалась Тонкс, уставившись на Драко.

— Да, — нехотя выдавил он.

— Ладно, — дёрнула плечом Тонкс. Она окинула Ханну внимательным взглядом и украдкой ухмыльнулась.

— Можно мне с вами? — неуверенно спросила Джинни, и тут Гермиона всполошилась:

— Нет-нет! Ты мне нужна!

— Но я думала…

— У меня к тебе пара вопросов, дорогая! — поторопилась вмешаться Тонкс. — Останься, пожалуйста!

— Я с вами пойду, — вдруг бросил Рональд. Гермиона и Тонкс переглянулись.

— Для тебя задание есть, Рон. Тебе лучше остаться, — уверенно сказала Тонкс, активно соображая, чем бы озадачить парня.

— Всё, мы уходим! — Ханна быстро направилась в прихожую.

Драко потащился за ней. Ужасно хотелось сунуть руки в карманы, но эти отвратительные штаны оказались слишком узкими. Тогда Драко зацепился большими пальцами за петли для ремня. Что ещё оставалось? Возле зеркала он на секунду бросил на себя взгляд.

— Вот урод… — выдохнул он, закинул на плечо свой рюкзак, и замок щёлкнул.

Оказавшись на крыльце, двое замерли, оглядываясь по сторонам, но у каждого были свои причины. Ханна изучала обстановку на безопасность, а Драко из любопытства.

Они стояли минут пять. Когда девушка зашагала вниз по лестнице, Драко вальяжно последовал за ней. Молодые люди шли по тротуару, каждый сам по себе. Ханна впереди, Драко позади. Мимо проезжали автомобили, проходили пешеходы.

Драко нравилось, что на него никто не обращает внимания. В Косом переулке на него всегда все пялились, сколько он себя помнил. Он только не мог точно сказать, было ли дело в отце, или сам Драко был чрезвычайно привлекателен. Он предпочитал думать, что второе, хотя первое покоя не давало.

Сейчас ему нравилось просто идти по улице, дышать, пусть и не очень свежим, городским воздухом, видеть кого-то, кроме… неё. Драко бросил взгляд на ремешки её босоножек, аккуратно охватывающих маленькую ногу. Колышущийся подол платья, тонкая талия, забавные крылышки на плечах. Так ли он не рад её видеть? Браслет на левой руке. Странный какой-то, разноцветный. Их несколько? Странно. Маглы так носят? Она никогда не надевала украшений. Даже жалких серёжек. Странное чувство поднялось в груди, сдавливая и затрудняя дыхание.

— Что с рукой? — безразлично бросил Драко. Ханна вздрогнула.

— Ничего, — также безразлично ответила она.

Драко взглянул на свою руку, потом на её. Браслет как раз шириной с его ладонь. Парень прикусил губу. Стало тревожно.

— Синяки спрятала? — с усмешкой спросил он, хотя на душе скрёбся десяток кошек.

Ханна, резко остановившись, обернулась. Она с трудом сдержала улыбку, снова увидев его веснушчатое лицо, как будто что-то родное было в этих чертах и рыжих волосах.

— Всё нормально, Малфой, — спокойно ответила она.

— Тогда зачем эти цацки?

Ханна не смогла сдержаться и улыбнулась.

— Опять магловское слово.

— Оно не магловское!

— Мой дядя Вернон так называет украшения тёти Петунии.

— Пофиг, — бросил он. — Пусть будет магловское. Так, что с рукой?

— С каких пор тебе это интересно? — недоумевала девушка.

— Это я сделал?

Ханна вдруг ощутила, как необъяснимая нежность разливается в груди. Он смотрел на её руку встревоженно, может быть, даже виновато. Девушка глубоко вздохнула.

— Да, это ты сделал, когда не дал мне разбить голову или сломать себе что-нибудь. Сожалеешь?

Драко перевёл взгляд с её руки на лицо.

— Нет.

— Пара синяков, ничего страшного.

— Зачем тогда спрятала, раз ничего страшного? — ухмыльнулся он.

— Не хотела объясняться с друзьями. Это всё неважно. Идём.

Ханна отвернулась и направилась дальше по улице. Драко в два шага догнал её и пошёл рядом. Непреодолимое желание взять её за руку заставляло сердце стучать в висках. Но это невозможно. Невозможно. Так глупо…

— У тебя магловские деньги есть? — вдруг спросила Ханна. Драко остановился. Девушка тоже.

— Нет, только галлеоны. Поменять надо.

— Не выйдет. Нам нельзя в Гринготтс. Ничего, у меня есть. Отдашь потом.

— У тебя на мои запросы денег не хватит, Поттер, — усмехнулся Драко.

— За меня не беспокойся. Я знала, с кем по магазинам иду.

— Ну, смотри. Я тебя за язык не тянул! — ухмылялся слизеринец.

Возле супермаркета молодые люди остановились. Вокруг было слишком много людей и машин. Драко был взволнован, как ни старался это скрыть, и Ханна это чувствовала.

— Слушай, если сомневаешься, можем туда не ходить, — участливо произнесла девушка, на что получила недовольный взгляд в ответ. — Сам подумай, там всё иначе…

— И что? Можно подумать, это место чем-то отличается…

— Отличается, Малфой. Это не Косой переулок, где каждый магазин имеет свою специфику. Здесь всё в одном месте от продуктов до телевизоров.

— Чего? — приподнял рыжую бровь Драко.

— Ох! Потом объясню! — закатила глаза Ханна. — Отдай мне свою палочку.

— Что? — возмущению Малфоя не было предела. — Ты что, предлагаешь мне практически расстаться с жизнью?

— Вот, кто тебя знает, что ты выкинешь! — воскликнула Ханна. — Вдруг на тебя случайно наскочит магл или упадёт что-нибудь, а ты начнёшь палочкой размахивать и отправлять недругов в паралич!

Драко усмехнулся. Ему явно понравилась эта идея.

— Сдай палочку, — требовательно произнесла девушка, протягивая к нему руку. — Знаю, ты мне не доверяешь, но мне доверяет Дамблдор. А уж если Снейп…

Драко шумно выдохнул.

— Какая же ты зануда. Я не буду использовать магию! Тебе что, непреложный обет дать?

— Что? — удивилась Ханна.

— Неважно! Потом объясню, — съязвил он.

— Короче, Малфой. Или отдавай палочку, или возвращаемся.

Драко нервно протянул Ханне свою волшебную палочку, и девушка не раздумывая сунула её в карман своего платья, положив рядом со своей.

— Теперь идём. Надеюсь, ты не станешь там слишком сильно волноваться, — ухмыльнулась Ханна.

— Ой, было бы из-за чего! — скептически выдохнул Драко.

Но спустя минуту, Малфой уже передумал входить. Он в полной растерянности смотрел на стеклянную стену, которая сдвигалась и раздвигалась перед входящими и выходящими людьми.

— Малфой, прекрати! — шипела Ханна. — Она тебя не прихлопнет! Её задача открываться перед тобой, понимаешь? Присмотрись, она ещё никого не прихлопнула.

— Не хочу быть первым, — бросил Драко. — Есть другой вход?

— Нет, Малфой! Нет другого! — устало вздохнула девушка. — Не будь трусом.

— Соблюдать осторожность, не значит быть трусом, Поттер! — проворчал он.

— Ну, смотри! Демонстрация невиданной смелости! — закатила глаза Ханна и направилась к двери.

Драко скрестил руки на груди, изо всех сил изображая безразличие. Ханна подошла к двери и остановилась на приличном расстоянии. Стеклянная стена не двигалась. Пара шагов, и она раздвинулась. Ханна стояла перед открытой дверью и выжидала.

— Видишь, она ждёт пока я войду, — обернувшись сказала Поттер.

Она постояла немного. За это время несколько человек вошло и вышло, подозрительно косясь на странную девушку. Затем она сделала ещё шаг и, остановившись на пороге, повернулась к Драко. Стена не двигалась с места.

— Убедился? Почему меня до сих пор не прихлопнуло?

— На тебе отталкивающие чары? — предположил он и прошептал. — Отдай мою палочку!

— Малфой, не тупи! — заныла она. — Это уже слишком!

— Парень, ты из деревни, что ли? — раздался над его ухом насмешливый бас. — Это из какой же ты глуши?

Мужчина лет сорока, в хорошем деловом костюме и с дипломатом, искренне улыбался, глядя на парня сверху. Драко, оказывается, уже привык, что на всех свысока смотрит он.

— Не ваше дело, сэр! — язвительно ответил он.

— Да брось! Ты уже утомил девушку! — мужчина встал рядом с Ханной, и она стала совсем похожа на ребёнка рядом с этим гигантом. — Просто сделай пару шагов и убедись — это безопасно.

Драко сам не понял, почему этот магл в костюме вызвал у него доверие. Видимо, его презентабельный вид был достаточно убедителен. Драко сделал несколько шагов и быстро миновал стеклянную стену.

— Ну вот! Всё и наладилось, — усмехнулся мужчина и продолжил свой путь вглубь магазина.

— Спасибо, сэр! — улыбнулась Ханна, и магл доброжелательно махнул ей рукой. Девушка вздохнула. — Слушай, если ты и дальше будешь чудить, мы так до основной цели не доберёмся.

— Основной цели? — нахмурился Драко. — Какой?

— Дома еда заканчивается. Может, ты не в курсе, но продукты имеют такое свойство. Кто-то там хотел сливки к кофе? И яичницу? Так вот: сливок нет, молоко кончилось, яйца тоже. Хлеба нет, масла…

— Так, я понял. Ты меня сюда потащила, как вьючное животное. Только я не помню, чтобы соглашался.

— Сам посуди. Ты, всё-таки, теперь член нашей семьи, плевать, что это для тебя ничего не значит, но ты живёшь с нами. Может быть, скоро свалишь, но пока было бы неплохо, если бы ты немного помог. Гермиона и Рон несколько дней назад ходили за продуктами. Наша очередь.

— Наша, — усмехнулся Драко. — Малфой и Поттер. За продуктами. Семейка, блин!

— И не говори. Обхохочешься, — закатила глаза Ханна.

— Ладно, куда идти? — обречённо вздохнул он.

Ханна кивнула в сторону странных металлических устройств на колёсиках. Это был длинный плетёный поезд, который очень озадачил парня.

— И что это за хрень?

— Нам нужна тележка, сюда будем складывать продукты, и вообще всё, что нужно. Главное не переборщить, иначе не донесём.

— Поттер! Мы же волшебники, забыла? — прошептал он.

— Малфой, мы в магловском районе, забыл? Если нас заподозрят…

— Ладно, пофиг! Тебя не переспоришь, — раздражался Драко.

— Да уж. Это ни к чему.

Молодые люди вошли в торговый зал, который до этого был скрыт стеной из пронумерованных шкафчиков.

— Твою ж… мать! — выдохнул парень.

Огромный зал был наполнен до отказа рядами полок, заставленных товарами. Их было так много, что глаза разбегались.

— Малфой, рот прикрой, — усмехнулась девушка.

— И как тут возможно что-то найти? Ничего же не понятно! — в его глазах читался неподдельный ужас.

— Первый раз, да, приходится плутать. Но поверь, тут всё логично. Скоро научишься. Начнём с необходимого.

Ханна быстро шагала по широкому проходу, толкая перед собой тележку и минуя ряды один за другим. Малфой следовал за ней, только успевая крутить головой туда-сюда. Он так и не видел ни в чём логики. Разноцветность мелькала перед глазами, и это всё, что он видел — невероятное разнообразие упаковок.

Чем дальше они шли, тем холоднее становилось. Драко уже ощутил, как мурашки покрывают плечи и спину, когда перед ним растянулся огромный белоснежный холодильник. Здесь было слишком много всего. Парень невольно зажмурился.

— Выбирать будешь или предоставишь мне? — усмехнулась девушка.

— Сама разбирайся, — раздражённо бросил парень.

Ханна поставила в тележку пару бутылок молока.

— Сливки брать?

— Да.

— Какие?

— Что значит, какие? Сливки есть сливки.

— Н-да уж… их тут четыре вида, Малфой.

— Бери те, что лучше, откуда я знаю! — психовал он.

— Ладно. Сыр нужен?

— Да.

— Какой?

— Опять, какой? — возмутился Драко.

— Тут сортов десять, Малфой.

— Блин! Как ты без меня это делала всю жизнь? — нервничал Драко. Он уже жутко замёрз.

— Даже не знаю, — усмехнулась Ханна. — Удивляюсь, как я без тебя жила всё это время?!

Драко вдруг ощутил укол в груди. Её дружеская интонация почему-то задела. Он сам не знал почему.

— Бери всё самое дорогое и не ошибёшься. Я угощаю, — ухмыльнулся он. — Только давай быстрее, эта зима меня уже достала.

Ханна сложила в тележку сыр, масло, сливки и творог. Пройдя чуть дальше, выбрала ветчину и хлеб. Стало немного теплее, но в овощном отделе всё равно было ещё холодно. Девушка прихватила пакет картофеля, несколько помидоров, огурцов, лука.

Драко с сомнением созерцал наполнение тележки.

— Я не понял, ты реально хочешь, чтобы я всё это волок? — возмутился он.

— Так говоришь, как будто меня здесь нет. Вместе поволокём.

— Убирай эту здоровенную фигню отсюда.

— Малфой, без картошки ничего не приготовишь. Вообще! Ты издеваешься? Я и так беру только нужное!

— Сама потащишь!

— Ну и хрен с тобой, слабак! — психанула Ханна. — Рон никогда не жалуется на тяжести!

— Ой, не ври, а! Я сам слышал его нытьё.

Ханна издала утробный рык.

— Тогда, всё. Возьмём ещё яйца и домой.

Девушка в раздражении стремительно понеслась по проходу, а Драко, протяжно выдохнув, попытался снова сунуть руки в карманы джинсов, но безуспешно. Он шёл, не торопясь, заглядывая между рядами, стараясь понять, что там находится. Разноцветные пакеты и коробки притягивали. В них наверняка что-то интересное. Возможно… вкусное, что можно взять с собой на всякий случай.

Вдруг, на одной из коробок, Драко обнаружил нарисованный торт. Упаковка была маленькой. Странно, неужели в такую маленькую коробку может поместиться целый торт? Как это маглы ухитрились? Рядом пакетики с разными конфетами, пастилой, кексами. Вот, куда он хотел попасть второй день. В Сладкое Королевство!

Ханна уже почти добежала до кассы, когда обернулась, чтобы добавить ещё пару фраз о тунеядстве слизеринца. Не обнаружив парня, почувствовала, как её сердце рухнуло куда-то в низ живота, а дыхание замерло.

— Малфой, — выдохнула она. — Куда ты свалил, придурок?

Она тут же вспомнила, как они с Гермионой потеряли здесь Рона, когда пришли первый раз. Сначала искали его вместе, потом разделились и друг друга тоже потеряли. В итоге нашли Рональда в отделе сладостей, когда он набивал карманы леденцами на палочке, шоколадками и ломал голову над тем, куда бы пихнуть коробку с вафельным тортом.

Ханна сделала глубокий вдох, в надежде, что Малфой не вздумает выйти из магазина без неё. Ещё не хватало бегать, искать его по всему Лондону. С другой стороны, он вряд ли рискнёт уйти без своей палочки. Успокоив себя этой мыслью, решила сразу начать с отдела сладостей. В первом ряду его не оказалось, во втором тоже, в третьем завис какой-то рыжий парень… Ханна тут же пришла в себя. Она его не узнала!

— Ну, и куда ты смылась? — сосредоточенно спросил Драко, продолжая складывать в рюкзак какие-то коробочки, видимо, с печеньем.

— Это не я смылась, а ты отстал, — стараясь скрыть волнение проговорила Ханна.

— Да-да. Ребёнка нашла. Психовать надо меньше, Поттер.

— Так! Давай разгружай свой рюкзак в тележку, и смотри, не прихвати ничего.

— Уверена? — ехидно спросил он, щуря игривые глаза.

— Малфой, ты достал! — вздохнула она.

— Как скажешь.

Драко стал перекладывать в тележку упаковки с печеньем, конфетами, маффинами, шоколадные батончики на любой вкус, леденцы, мармелад.

— Знаешь, у вас с Роном намного больше общего, чем кажется, — усмехнулась Ханна.

— И не говори. Особенно, если учесть, что ему это на один раз, а мне на два месяца хватит.

— Аскет! — закатила глаза Ханна. — Всё? Все запасы извлёк? Уверен, что тебе всё это нужно?

— Абсолютно!

Подойдя к кассе, молодые люди стали монотонно и долго выгружать товары из тележки. Симпатичная кассирша лет двадцати, с озорными карими глазами, то и дело бросала взгляд на рыжеволосого рябого парня. Драко, видя её явный интерес, недоумевал, как такое возможно? Он же похож на пугало с огорода Уизли!

— Сладкая вечеринка намечается? — улыбнулась кассирша, не сводя с него глаз и складывая гору вкусностей в большой бумажный пакет.

— Ага, — ухмыляясь протянул Драко. — Что-то вроде.

Ханна бросила испепеляющий взгляд на кассиршу, потом на Малфоя.

— Чаепитие с подзатыльниками! — нервно бросила Ханна.

Драко скривил губы, а Поттер резкими движениями ставила большие пакеты в тележку.

— Ваша девушка? — шепнула кассирша.

— Моя мамаша! — с улыбкой прошептал он, и девушка за кассой весело рассмеялась.

Ханна чуть не завыла от злости. Хотя… с чего бы? Кто он ей? Пусть себе флиртует. Ей какое дело?!

Через пару минут двое с тележкой озадаченно стояли у выхода.

— Так, — выдохнула Ханна. — Допустим, ты сложишь обратно в рюкзак свои сладости. Остаётся ещё пять пакетов. Кому в зубы?

— Забей, Поттер. Разберёмся. Палочку отдай.

На краю автостоянки они молча перекладывали кучу коробок и пакетиков в его рюкзак. Ханне уже тогда показалось странным, что туда поместилось так много сладостей, может, показалось? Малфой взял один большой пакет, проверяя вес, второй, так все по очереди.

— Ты бери эти два. А я эти два, — распорядился он.

— Пятый куда? — ухмылялась Ханна.

— Картошка твоя дурацкая, — проворчал он, заглядывая в пакет. — Тут ещё лук, помидоры. Это что? Банка какая-то. Это точно нужно?

— Конечно! — возмутилась Ханна. — Не твоими же шоколадными батончиками ужинать.

— Ладно, — выдохнул Малфой и стал перегружать пакеты с овощами в свой рюкзак. Ханна разинув рот наблюдала, как картошка, помидоры и всё остальное исчезало необъяснимо куда. — Что там ещё? — он заглянул в пакеты у неё в руках. Достал оттуда молочные бутылки. — Рыбу не возьму. Не хватало, чтобы там всё провоняло.

— Юноша… — вдруг раздался поражённый женский голос. Драко и Ханна с ужасом уставились друг на друга, а потом на полную женщину лет пятидесяти-пятидесяти пяти в просторном балахоне и лосинах. — Как вы это… как? Это же невозможно! Я за вами… наблюдала…

— Мадам, вам что-то померещилось, — с очаровательной улыбкой заговорил Драко. Ханна дар речи потеряла.

— Нет-нет! — возразила женщина. — Я уверена, вы в эту маленькую сумку столько всего положили! Как вам удалось?

— Мадам, ничего такого не было! Или вы хотите сказать, что существует волшебство? — с недоумением говорил Малфой, а Ханна огромными глазами смотрела то на него, то на женщину. — Если бы это было так, согласитесь, жить было бы намного проще…

— Но… я же видела…

— Простите, мадам, но вам просто показалось. Так не бывает, вы должны это признать! Иногда нам что-то мерещится…

— Да… — выдохнула она. — Наверное. Извините…

Женщина попятилась, её недоумению не было предела. Когда она села в свою машину, улыбка напрочь сползла с лица Драко.

— Всё твоя дурацкая картошка, — бросил он. — Идём уже.

Молодые люди молча двинулись в обратном направлении, неся по пакету в каждой руке. Некоторое время оба были напряжены. Но Ханна не могла это так оставить.

— Как это возможно? — возмутилась она. — Что за заклинание?

— Подрастёшь — узнаешь, Поттер, — скучающим тоном ответил Драко. — Я просить не привык, но… не говори никому.

— Что тут такого? — улыбалась Ханна.

— Тебе трудно, что ли? — вздохнул Драко.

— Ну, ладно, — с досадой ответила девушка. Но минут через пять не удержалась. — И тебе не тяжело?

— Нет. Я не чувствую веса.

— Классно, — шепнула она. — И сколько ещё картошки туда влезет?

Малфой не сдержал смешок.

— Ты всё картошкой меришь?

— Ну, давай не картошкой! У тебя там была коробка с яблочным пирогом…

— Штук сто точно войдёт.

— Почему тогда мы всё туда не сложили? — возмутилась Ханна. — Зачем было ныть?

— Я не собирался тебя, Поттер, посвящать в свои дела! И твоих друзей не собираюсь! Знаешь, и помалкивай! Ясно?!

— Малфой, ты зануда.

— На себя посмотри.

Они снова молчали. Ханна почему-то вспоминала кассиршу и её игривый взгляд.

— А ты, Малфой, вовсе не такой уж разборчивый в общении, — усмехнулась она. — В другое время пригласил бы ту девушку на сладкую вечеринку?

— Почему бы и нет? — усмехнулся Драко, бросая внимательный взгляд на её моментально нахмурившийся профиль. Что-то очень приятное разлилось у него внутри. Это было почти то же самое, что дразнить её за боязнь дементоров, что-то щекочущее нервы.

— И тебя не смущает, что она из маглов? — всё ещё пытаясь сохранять спокойствие, с усмешкой спросила Ханна.

— Какая разница? Я ведь не собираюсь на ней жениться.

Девушка больно прикусила губу.

— Я же общаюсь с тобой и этой твоей подружкой Грейнджер. Поговорили и разошлись. Что такого?

Драко заметил, как уголок её губ дрогнул. Ханна не злилась. Поняла — злиться не за что. И почему-то ему стало так весело.

— Надо было стереть память той тётке на стоянке, — усмехнулся он.

— Наверное, — улыбнулась Ханна. — Только за колдовство мы бы вылетели из школы.

— Представляю, что о ней подумают друзья и соседи, если она начнёт болтать.

— Тут уж Министерство магии возьмётся за дело, не сомневайся.

— Я слышал, ты однажды… раздула, как воздушный шар, свою тётку. Это правда?

— Ты знаешь? — усмехнулась Ханна. — Откуда?

— Шутишь? Это был скандал! Повезло, что тебя из Хогвартса не выперли.

— Точно! — улыбалась Ханна.

В её сердце вдруг, словно что-то надломилось. Стало немного грустно. Они почти дошли. Девушка посмотрела на всё ещё рыжего Драко. Он отвёл взгляд. Как не хотелось возвращаться… Что ждёт их дома?

Глава 10. Прогулялись...

— Рон, пожалуйста, сядь! — Гермиона, сдвинув брови домиком, с сочувствием наблюдала за другом, вышагивающим по гостиной туда-сюда.

— Меня уже тошнит, — вздохнула Джинни. — Рон, сядь!

— Меня просто поражает ваше спокойствие, — выпалил парень. — Ханна там с этим типом, неизвестно, что он может выкинуть, а вы сидите! Это было глупо, Тонкс, нельзя было их отпускать одних!

— Не рассказывайте мне, мистер Уизли, что глупо, а что умно, — спокойно ответила девушка. — Им нужно перемирие. Думаю, оказавшись один на один с реальностью, Малфой станет… более покладистым.

— Я тоже так думаю, — выпалила Джинни.

— Эксперт! — хмыкнул Рон.

— Представь себе! — скрестила руки на груди сестра.

— Рональд, мы тоже волнуемся, поверь! — говорила Гермиона. — Но если бы ты с ними пошёл, точно что-нибудь случилось бы. Вы же грызётесь чуть ли не до драки.

— И однажды, я ему наваляю. Пусть уже повод даст. Одна только эта песня дурацкая чего стоит.

— Да брось! Мы её отлично переделали, — усмехнулась Джинни. — Ты, главное, на стадионе не оплошай.

— Вот спасибо, за поддержку! — иронично растянул улыбку Рон.

— В самом деле, Рональд. Ты напрасно так волнуешься, — вступил в разговор профессор Люпин. — Всё-таки вы уже не дети, пусть ещё и не взрослые. Малфой, конечно, немного испорченный парень: избалованный, грубый и, может быть, он делал подлости в прошлом. Но и он меняется.

— Мне тоже так показалось, — несмело произнесла Гермиона, получив укоризненный взгляд друга в ответ.

— Уверена, если им дать возможность немного побыть наедине, — с азартом заговорила Тонкс. — Они быстрее сблизятся. Может даже… встречаться начнут. Их тянет друг к другу — это видно!

— Тонкс… — с ухмылкой покачал головой Римус.

— Что?!

— Зачем торопить события? Они дети ещё.

— Знаешь, иногда первая любовь…

— Слушать не хочу! — психанул Рон.

— Ты не признаёшь очевидного! — усмехнулась Джинни.

— Что вам там очевидно? Сдурели совсем! — выкрикивал Рон.

— Я согласен с Роном, — ухмылялся Люпин. — Даже если возникнет симпатия, дальше дело не пойдёт. Они… слишком разные.

— Это не препятствие, Римус! — простонала Тонкс. Она так взглянула на профессора, что щёки Гермионы и Джинни порозовели.

— Ничего хорошего не выйдет, Тонкс, если люди разные. Будут конфликты, непонимание…

— Любовь всё преодолевает, как ты не понимаешь?! Это же так просто! — воскликнула девушка.

Рональд громко кашлянул.

— Я, конечно, извиняюсь, но вы о чём? Какая к Салазару любовь?!

— Мы гипотетически, Рон, — спокойно ответил Римус, а Тонкс раздражённо стиснула губы.

— Хорошо, что гипотетически! Ханна и Малфой с первого курса враждуют!

Тут в прихожей раздался грохот, что-то покатилось, и смех двоих наполнил дом.

— Вот я так и знал, Поттер! Ты — дура! — послышался голос Малфоя.

— Сам дурак! — хохотала девушка.

Друзья вылетели в коридор, Тонкс и Римус вышли следом.

Ханна стояла у двери с разорванным пополам бумажным пакетом, а пол был усеян картофелем.

— Не откусывай больше, чем сможешь прожевать! — усмехнулась она.

— Сама собирай эту хрень, — улыбался Малфой, вальяжно проходя в кухню и роняя свои два пакета на стол в столовой.

— Репаро! — со смехом произнесла Ханна, заставляя пакет восстановиться, а картошку собраться в него. Ещё два пакета стояло на полу у двери. Рон подошёл и взял их в руки.

— Что-то я не понял, как вы умудрились пять пакетов дотащить? В зубах, что ли?

— Почти, — с трудом сдерживала смех Ханна. — У Малфоя, оказывается, очень длинные руки.

— Не заговаривайся, Поттер! — прокричал из столовой Драко, уже прикладываясь к стакану с холодной водой. — Скажи правду.

— Ладно-ладно! Мы на такси доехали. Малфой «угощает», — улыбалась Ханна.

— Мы тогда тоже в следующий раз поедем на такси, — заявила Гермиона.

В этот момент профессор ощутил, как робкая рука, коснулась его пальцев, и тихий шёпот заставил сердце сжаться.

— Посмотри на неё, Римус. Она смеётся. Не вспоминает о Сириусе со слезами. Боль ушла. Это он сделал. Этот дерзкий мальчишка. А ведь они… такие разные! Нельзя отрицать очевидное. Римус, дай нам шанс…

— Не надо, Тонкс, — мужчина бережно отнял у неё свою руку. — Больше не стоит это обсуждать.

— Римус…

Люпин направился в столовую, куда уже переместилась вся компания молодых людей. Девушки разбирали пакеты, а парни делали вид, что друг друга не знают. Тонкс потёрла ладонями лицо, выдохнула, вздёрнула подбородок и вихрем влетела в столовую.

— Ну, как сходили, детки? — и тут же усмехнулась, снова увидев веснушки на лице кузена. — Ханна, это невыносимо! Когда закончится эффект?

Девушка бросила взгляд на часы.

— Через полчаса где-то.

— Быстрее бы уже, — проворчал Драко.

— Ладно тебе! — ухмыльнулась Ханна. — К тебе девицы и в таком виде липнут, убедился? Рыжим быть не так уж и плохо.

— На рыжих только кассирши и липнут, — брезгливо бросил он.

— Да? Чего же ты тогда с ней заигрывал?

— Кто, я?! — возмущённо воскликнул он.

— Нет! Я, Малфой! — закатила глаза Ханна.

— А с кем мне заигрывать? С тобой что ли? — усмехнулся он. — Одна картошка на уме!

Джинни прыснула, а Гермиона зажала рот рукой. Ханна вспыхнула, но тут же нашлась:

— Лучше уж думать о картошке, чем о тебе! Белобрысые хорьки не в моём вкусе.

— Также, как очкарики не в моём!

— Ребята, ребята! — усмехнулся Люпин. — Сбавьте обороты. Вы такие весёлые пришли, не нужно всё портить.

— Вы правы, профессор, — виновато улыбнулась Ханна.

— Надеюсь, вам удалось избежать непредвиденных ситуаций? — заинтересованно спросила Тонкс.

Ханна и Драко невольно переглянулись. Конечно, оба подумали о женщине на стоянке. Но говорить об этом они точно не собирались.

— Всё хорошо! — выдохнула Ханна, снова начиная копошиться в пакете с продуктами. Драко лениво рассматривал свои ногти.

Тонкс внимательно следила за парочкой, словно за заговорщиками.

— Ну-ка, колитесь! — усмехнулась она. — Что натворили?

— Чего ты прицепилась? — недовольно произнёс Драко. — Всё нормально было.

Тонкс склонилась к нему через стол. Драко отвёл взгляд.

— Врёшь, мой дорогой кузен!

— Отвали! — лениво бросил он.

— Да нет! На самом деле, всё было в порядке, — занервничала Ханна. Она начала теребить браслет на руке. Дыхание участилось. — Просто в какой-то момент я… разозлилась и… ушла. Потеряла Малфоя в торговом зале и бегала, искала, как ненормальная.

Ханна сама не заметила, как нервно снимала один браслет за другим и складывала на стол.

— Но вообще-то, было всё хорошо, если не считать того, что мы цапались всё время… почти.

— Брось, Поттер. Никто не цапался. Подумаешь, повздорили… пару… раз…

Его взгляд остановился на её руке. Синие пятна напугали. Это как же надо было её схватить? Зачем она эти цацки сняла? Драко перевёл взгляд на её лицо и понял, что Ханна уловила направление. Она спрятала руку за спину.

— Мне нужно переодеться! — выпалила Ханна. — Не хочу испачкать платье.

Она попыталась выйти, обходя Рона у двери.

— Что с твоей рукой? — вдруг спросил Уизли. Драко закрыл глаза. Начинается…

— Ничего, — пожала плечами Ханна.

— Покажи-ка! — потребовал он.

— Зачем?

— Может, там что-то серьёзное?

— Просто ударилась.

— Ну, так дай посмотреть, — усмехнулся Рон. — Что тут такого? Что мы твоих синяков после квиддича не видели?

Ханна перестала дышать. Как она могла так сглупить? Совершенно забыла о синяках! Девушка нерешительно протянула другу руку. Рон осторожно взял её за запястье, только чуть выше. Драко видел, как Рон прищурился, погрузился в размышления.

— Это не удар… — тихо произнёс он.

— Рон, это ерунда, — усмехнулась Ханна.

— Это пятерня, — и он положил свои пальцы чётко поверх синяков, обхватив её руку. Рон посмотрел Ханне в глаза. Она видела, как гнев поднимается в нём.

— Я всё объясню… — шепнула она.

— Это он сделал? — кивнул Рон в сторону Драко.

— Рон, послушай! Это недоразумение! — чётко проговорила она. — Он не хотел… Остановись!

Но Уизли уже кинулся на Малфоя, перепрыгивая через стул, стоявший на пути. Драко мгновенно принял боксёрскую стойку, а Ханна в ужасе вскрикнула.

— Молодёжь, угомонитесь! — громко произнесла Тонкс, и Рон замер на месте, удерживаемый чарами.

— Я ему морду расквашу! — сквозь зубы прорычал он.

Драко, стоящий в двух шагах от Рона, исподлобья взирал на противника. Его не злило, что рыжий заступается за подругу. Злило, что он даже не думал разбираться в ситуации.

— Малфой схватил меня, когда я падала с лестницы! — громко проговорила Ханна. — Он помог мне! Рон! Это недоразумение!

— Это правда, Драко? — спокойно спросил профессор.

— Да, — бросил он. Веснушки на его лице вдруг стали растворяться, волосы посветлели.

— Рональд, — строго произнесла Тонкс. — Я сейчас тебя отпущу. Ты в порядке?

— Угу! — промычал Рон.

Драко сделал два шага назад. Тонкс сняла чары, и Рон по инерции пролетел вперёд те самые два шага.

— Из-за тебя в этом доме все проблемы! — злобно бросил Рон Малфою в лицо.

— Как же здесь без меня было скучно! — с ухмылкой ответил Драко. — С дороги!

Рон чуть посторонился, и Драко стремительно рванул прочь из столовой, зацепив Уизли плечом.

— Почему ты нам не сказала? — с недоумением спросила Гермиона. — Мы ведь друзья! Ты отдалилась после… — Грейнджер замолчала.

— После гибели Сириуса, ты хотела сказать, — продолжила Ханна. — Зачем вам мои проблемы? Кому нужно моё нытьё?

— Ханна, — заговорил Рон. — В такие моменты и нужны друзья. Если бы ты сразу рассказала про это, — кивнул он на её руку. — И конфликта бы не было.

— А его и не должно было быть! — воскликнула Ханна. — Это ты слишком вспыльчив, даже не выслушал! Потому и не сказала. Не хочу в этом ковыряться. Мне нужно переодеться, — нервно бросила девушка и схватила со стола браслеты. Она подошла к Джинни. Было страшно неловко, Поттер протянула подруге её украшения.

— Прости, Джинни. Я знаю, врать неправильно. Но мне казалось, что так будет лучше.

Джинни молчала. Ханна положила браслеты на её ладонь и пошла в свою комнату.

— Ну, всё! — выдохнула Тонкс. — Теперь они будут избегать друг друга.

— Вот и хорошо, — проворчал Рон. — Я и так знал, что всё это полная чушь. Поймал он её, подумаешь! Сколько раз мы попадали в переплёт, что теперь, пожениться, что ли?

— Рон! — простонала Гермиона. — Ну, при чём здесь…

— Нет! А на что она намекает? Малфой — худшая компания из всех возможных!

— Тем не менее, — заговорил Римус. — Вы должны наладить взаимоотношения. Ханна очень старается, но вы не помогаете.

— Неправда! — воскликнула Гермиона. — Мы уже почти можем… его терпеть. Но он же сам хамит и…

— Попробуйте не отвечать, — улыбнулся профессор. — Кто знает, может быть то, что вы отвечаете и подстёгивает его интерес к спору, дерзости, конфликту.

— Глотать все его шуточки и замечания? Извините, профессор, но нет! — усмехнулся Уизли.

— Вас много — он один. Не удивляйтесь потом, что Ханна встанет на его сторону.

— Она не может встать на его сторону! Это абсурд! — воскликнул Рон.

— Сейчас, Рональд, ты был не прав, а Малфой, заметь, ни слова не сказал в своё оправдание, — говорила Тонкс. — Думаешь, она не заметила?

— Бред какой, — шепнул Рон.

— Нам пора, Тонкс, — мягко сказал профессор. — На вашем месте, я не трогал бы их сегодня. Но потом… постарайтесь не оставлять Ханну одну. Будет лучше, если они не будут общаться.

— Но, Римус… — уже была готова возмутиться Тонкс.

— Постарайтесь сделать так, чтобы Драко влился в вашу компанию. За ним нужно тщательно следить. Это пожелание профессора Дамблдора.

— Мы постараемся, — серьёзно кивнула Гермиона, словно готовилась к спецоперации.

Римус и Тонкс покинули дом. Молодые люди молча сидели в столовой. Плана не было. Они никогда не предполагали, что получат задание подружиться с Малфоем.

***

Войдя в свою комнату, Ханна сразу же стянула с себя платье и в одном белье упала на кровать. Она вдруг ощутила такое блаженство, поняв насколько устала. Ночь без сна, столько волнений и тревог. Она, словно со стороны, наблюдала за расслаблением своего тела. Чувствовала, как тяжелеют веки.

Ханна положила очки на тумбочку, осторожно потёрла глаза, чтобы тушь не размазалась. Она снова бросила взгляд на синяки, вспомнила его руки, его тепло, как крепко он держал её.

Весь этот день кружился в памяти, как электрический торнадо, то и дело озаряя яркими вспышками его глаза, улыбку, его голос, смех и ехидную ухмылку. Виноватый взгляд. Малфой не хотел причинить ей боль. Они полдня провели вместе и не убили друг друга. Вместе смеялись, шутили, пусть и цеплялись к каждому слову. Ханна поняла, что с ним может быть легко. И он вовсе не глуп, как ей раньше казалось.

Она засыпала с мыслями о Драко, видела только его. В памяти всплывали исчезающие с его лица веснушки, белоснежные пряди прикрывшие его глаза, когда он уже был готов отражать атаку её друга. Ни ссора с Роном, ни обиженная Джинни её не трогали. Она бы так хотела встать и пойти наверх, сказать, что не хотела для него неприятностей, потому и спрятала следы его пальцев. Встать, одеться… Но сон взял своё.

***

Почему-то Драко знал, что теперь долго её не увидит. Покидая столовую, чувствовал её взгляд и нисколько не злился. Он понял, почему она так поступила. Любая девчонка постаралась бы скрыть этот ужас.

Он освободил рюкзак от сладких припасов, забив ими до отказа все ящики комода. Там, в супермаркете, ему хотелось попробовать всё это. Того и другого, хоть по чуть-чуть. А сейчас… ему ничего не хотелось.

Драко испытывал невероятное желание: сказать ей, что сожалеет. Сожалеет, что сделал ей больно. Он сам всегда боялся боли, но никогда прежде не думал, что сам может причинять боль. Это было легко: раздавить жука, оторвать ящерице хвост, насадить кузнечика на иглу. Драко просто не думал, пока гиппогриф не ударил его своими лапами. Он понял тогда, что не знал боли, стал бояться не только испытывать её, но и причинять другим. Может, ещё и поэтому он не хотел принимать метку Пожирателя Смерти.

Рассуждения закончились. Непреодолимая тяга сделать что-то… внезапное, напрочь отключила часть сознания, отвечающую за эгоизм. Драко был уверен, что пожалеет о своём решении, но не стал обращать внимания на уколы самолюбия. Трепет, потрясающий душу, был слишком сладок, чтобы остановиться.

Он тихо крался по коридорам, спускался вниз, на второй этаж. Он слышал спор трёх голосов вдалеке, возможно, в гостиной. Драко остановился у двери в её комнату, сердце рвалось из груди, грозясь сбежать. Он прерывисто выдохнул, прислушался.

— Гоменум ревелио, — шепнул он.

Стена отразила силуэт девушки лежащей на кровати. Драко снова выдохнул и тихо нажал ручку. Поразительно, но дверь сразу открылась. Он заглянул в щель. Ханна спит. Лучше и придумать нельзя.

Драко тихо вошёл в её комнату. Ему нужна всего пара секунд. Он быстро положил небольшую коробку на тумбочку, рядом с её очками. Тихий вздох. Парень замер. Ханна повернулась в его сторону, стискивая простыню между ног и прижимая её к почти обнажённой груди. Такое спокойное лицо, тёмные растрёпанные волосы, несколько прядей на лбу. Но они не скрыли её шрам.

Драко смотрел на неё, хотя бы сейчас без очков. Чуть приоткрытые губы, изящное плечо, рука, изгиб талии, бедро. Его сердце пропускало удары. Она красивая… Но эти синяки. Драко присел на корточки. Если она сейчас проснётся, будет катастрофа. А ему плевать. Он хочет коснуться губами этих синих пятен на её руке. Смягчить боль, хоть немного.

«Уходи, Драко! Быстрее!» — шумело в голове.

Он резко поднялся и вышел из комнаты. Бежал по лестнице вверх, ругая и коря себя за эту слабость. Он уже жалел. Думал вернуться, забрать коробку. Остановился, сделал шаг назад. Голоса гриффиндорцев стали ближе, и Драко трансгрессировал в свою комнату. И потом его три дня никто не видел.

***

Ханна проснулась на закате. Она лежала, глядя в потолок. Выходить не хотелось, но чувство голода потихоньку начинало подгонять. Девушка повернулась, привычным движением нащупала очки и замерла. Это ещё что? Быстро надев очки, Ханна села и смотрела на скучную бесцветную коробку сложенную из пергамента. Неужели друзья решили сделать сюрприз? До дня рождения ещё полторы недели. Странно.

Девушка потянула к себе коробку, поставила на обнажённые колени, осторожно распечатала. Жар ударил в грудь, разливаясь по всему телу. Шоколадные батончики, упаковка печенья, конфеты, пакетик мармелада. Маленький клочок пергамента сложенный пополам. Руки дрожали, сердце скакало, как безумное. Ханна не решалась прочесть. Она глубоко вздохнула, взяла в руки листок.

Твоя доля, Поттер. И даже не думай себе там что-то сочинять. Деньги потом отдам.

Д. Малфой.

Ханна взяла конфету и, поставив коробку рядом, упала на кровать. В голове пульсировало, дышать невозможно.

«Он был здесь. Был в моей комнате. А я в таком виде!!!»

Девушка закрыла глаза. Волнение горячило щёки. Шоколад таял на языке.

«Я не буду ничего сочинять. Это просто моя доля».

Ей вдруг стало так весело, что хотелось визжать и кататься по кровати. Какой был удивительный день! Теперь у неё есть припасы. Можно пару дней не выходить, ничего ни с кем не обсуждать, не оправдываться. Всё что ей нужно, сохранить это счастье. Сейчас.

Глава 11. Неожиданности

После гибели Сириуса Ханна ушла в себя. Она не хотела разговаривать, не хотела никого обременять своим горем. И в этот раз девушка решила не делиться тем, что с ней происходит. Была уверена, что её не поймут. Особенно Рон. И с Джинни она не помирилась.

Гермиона несколько раз пыталась разговорить подругу. Приходила, сидела в её комнате, рассказывая последние новости, но понимала, что Ханна витает где-то в облаках. Грейнджер вздыхала и уходила, напоминая подруге о том, что у неё есть друзья, на которых можно положиться. Все они ждали, когда Ханна придёт в себя.

Малфоя же никто не тревожил, кроме профессора Люпина. Он ежедневно стучал в дверь Драко, но тот никогда не открывал. Их диалог был краток.

— Драко, ты в порядке?

— Да, сэр.

— Тебе что-нибудь нужно?

— Нет, сэр.

На этом всё.

Малфоя не волновало, что происходит в доме. Кикимер приносил ему книги, еду, и Драко с прискорбием понимал, что его жизнь не изменилась с уходом из дома. Скука. Всё та же скука. Он строил карточные домики до потолка, а потом с удовольствием наблюдал их падение. Читал книги одну за другой. Но через день после похода в супермаркет Драко, набравшись смелости, задал Кикимеру вопрос.

— Что делает Поттер? — безразлично бросил он, и даже живот скрутило от волнения.

Кикимер подозрительно прищурился.

— Мисс Поттер не покидает свою комнату, милорд.

Драко немного напрягся.

— Ест хоть?

— Мне неизвестно, милорд. Мисс Поттер никогда не зовёт Кикимера… без нужды.

— А остальные?

— Всё как всегда, сэр.

— Можешь узнать… Ладно. Не нужно…

Драко потёр лицо ладонями.

— Милорд, я могу узнать всё, что вам угодно в пределах этого дома.

— Нет. Ничего не надо. Ступай.

Драко погрузился в раздумья. Он с досадой осознавал, что тревожится за неё. Ему не всё равно, ест ли она, спит ли, болит ли её рука. Он знал, что синяки не болят, если их не трогать, но всё равно было не по себе.

Его терзало любопытство, что она почувствовала, обнаружив коробку? С одной стороны, Поттер могла обидеться на то, что её доля слишком мала или на то, что он вообще бросил ей эту подачку. А может, ей всё-таки было приятно? Хотелось бы надеяться на это, но разве он может предугадать её реакцию? Драко считал, что они вообще не способны понимать друг друга.

Честно говоря, Ханна думала примерно также. В тот же вечер она, сидя на своём любимом подоконнике, позвала Кикимера. Эльф появился незамедлительно.

— Что вам угодно, мисс? — проворчал он.

Ханна вздохнула, поёжилась немного.

— Малфой у себя? — по-хозяйски спросила она.

— Да, мисс.

— Чем занимается?

Кикимер насторожился. Милорд не раз говорил, чтобы тот не распространялся на его счёт.

— Читает в основном.

— Он выходит?

— Не уверен, мисс.

— Ест что-нибудь? — нерешительно спросила она.

— Всё время жуёт, — начал раздражаться Кикимер. — Как ни посмотрю, только и делает, что тянет из комода то одно, то другое. Молодёжь совершенно не печётся о своём здоровье. Столько сладкого! Разве так можно? Вы видели, какие зубы у молодого господина? Это же чистый жемчуг… — с благоговением заговорил эльф. — Если бы моя госпожа знала, какой гость посетил её дом…

Ханна с любопытством смотрела на домовика. Её глаза сузились, девушка закусила губу, чтобы ни словом не спугнуть размышления Кикимера.

— А какие манеры, выправка. Кикимер видит чистую кровь благородных Блэков. Молодой господин не чета всем другим в этом доме…

Он вдруг замер, словно вспомнил о чём-то, и немного растерянно взглянул на Ханну.

— Продолжай, — ласково произнесла она, и Кикимер совершенно растерялся.

— Что вы хотите узнать? — прохрипел он.

— Ты часто показываешься на глаза Малфою?

— Мисс Поттер велела следить за господином.

— Значит, нет?

— Кикимер делает то, что хозяева велят.

— А кто твой хозяин?

— Дамблдор велел служить вам, — с некоторой досадой произнёс эльф.

— Кикимер… — строго начала Ханна.

— Кикимер должен поддерживать порядок, у Кикимера много дел…

— У тебя нет никаких дел! Ответь мне, как часто ты показываешься Малфою?

— Такой благородный юноша! Кто Кикимер в сравнении с ним?

— Ясно, — выдохнула девушка. — Ответа я не дождусь. Иди. Что с тебя взять?

Кикимер тут же исчез, а у Ханны появились планы на ближайшее время.

***

Прошло два дня с момента ссоры в столовой. Брат и сестра Уизли проводили вечер в гостиной за волшебными шахматами. Гермиона читала у камина. Проиграв третий раз, Джинни вздохнула и поднялась с кресла.

— Ну всё! Хватит с меня! Я иду к Ханне.

— Правда? — с надеждой взглянула на неё Гермиона.

— Ну, конечно! Какой смысл дуться? Она же попросила прощения. Это уже даже с моей стороны невежливо. В конце концов её дело, что там у неё с Малфоем происходит.

— Секундочку! — прищурился Рон. — Ничего не происходит!

— Рональд! — закатила глаза Гермиона.

— А по-твоему, почему она не выходит? — возмутилась Джинни. — Думаешь, из-за этих синяков? Да она просто не хочет обсуждать с нами их отношения!

— Отношения? Да какие у них могут быть отношения? Он же придурок!

— Вот и причина, — вздохнула Гермиона, пытаясь вернуться к чтению.

— Причина чего? — недоумевал Рон.

— Причина в тебе! — воскликнула Джинни. — Ханна знает, что ты будешь её осуждать. А он нравится ей, понимаешь? И выслушивать всё время твоё недовольство просто не хочет. Видели, какая она весёлая вернулась из магазина? Они поладили! А мы всё испортили.

— Нечего там портить! — Рон вскочил с кресла. — Мало ли почему…

— Рональд, пожалуйста! — с мольбой заговорила Гермиона, откладывая книгу. — Ты должен постараться это принять. Не злись на неё, не упрекай! Не говори всё время о том, какой Малфой гад и всё такое. Нам уже и Дамблдор велел найти с ним общий язык. Но пока ты так усердно злобствуешь, ничего не выйдет. Но это полбеды. Мы так подругу можем потерять. Она совсем перестала нам доверять.

— Дело в Сириусе! — воскликнул Рон.

— Нет! Дело уже давно не в нём! — возразила сестра. — Между ней и Малфоем что-то происходит, а мы словно не можем это принять. Но я, кажется, уже готова, только бы не потерять её.

— Я тоже, — тихо согласилась Гермиона. — Если мы перестанем им мешать, возможно, это будет что-то настоящее. Согласись, Малфой повёл себя странно. Отказался служить Сам-Знаешь-Кому, хотя вся его семья предана Тёмному Лорду. Что, если дело в Ханне? Если он из-за неё так поступил?

— Это последнее, во что я поверю. У него просто кишка тонка Дамблдора убить. Струсил, вот и удрал, — скептически ухмылялся Рон.

— Ну всё, Рональд! — воскликнула Джинни. — Скажу маме, чтобы тебя домой забирали!

— Что?!

— Ты мешаешь операции по наблюдению за Малфоем. Такими темпами мы никогда с ним не найдём общий язык. Помнишь, что Люпин сказал?

— Ты этого не сделаешь! — с опаской ухмыльнулся Рон.

— Сделаю! Будь уверен! Я иду к Ханне, а ты подумай до завтра.

— Я — единственный мужчина в доме!

— Малфой тоже!

— Да какой он мужчина?!

— Рональд! — строго произнесла Гермиона. — Джинни права. Ты должен прекратить вставлять всем палки в колёса. Ты прав! Доверять ему вот так сразу, конечно, нельзя. Но и всё время подозревать и конфликтовать тоже неправильно. Соберись уже! Нам нужно с ним поладить. Так Дамблдор велел.

Рон шумно выдохнул.

— Ох, и достали вы меня! — психанул он и вылетел из гостиной, но тут же остановился в коридоре. К нему быстрым шагом приближалась Ханна. Её волосы, как всегда, были взлохмачены, джинсы, широченная рубашка — всё как обычно.

— Привет, Рон, — попыталась улыбнуться она.

— Привет, — немного растерялся он. — Ты как?

— Нормально. Идём. Надо поговорить, — серьёзно заявила девушка.

— Ладно, — удивлённо ответил Рон, и друзья вошли в гостиную.

— Ханна! — хором воскликнули подруги и весело улыбнулись.

— Привет, — немного смутилась Ханна. — Ребята, вы меня простите…

— И ты нас прости! — выпалила Джинни. — Мы все, наверное, немного перестарались…

— Да, наверное. Но мне надо вам кое-что сказать. Малфой выходит из комнаты?

— Вроде, нет, — дёрнула плечом Гермиона.

— Но книги где-то берёт. Голодать он не станет, уж очень печётся о своём здоровье.

— В смысле? — прищурился Рон.

— Ну… он отказывался есть холодное, якобы для желудка вредно, и как бы ни дулся, всё равно в кухню приходил, даже ночью. Не замечали, еда не исчезает?

— Мы думали… это ты втихаря приходишь, — смущённо ответила Джинни.

— Нет. Это не я. Кажется, я поняла в чём дело.

***

Весь следующий день друзья ни на минуту не покидали кухню. Если кто-то уходил, то один из них оставался точно. Они готовили, болтали, играли в волшебные карты. Всё здесь! Неприятных тем больше не касались. Друзья ждали.

День пролетел незаметно, но ничего не произошло. Малфой так и не появился. Ребята не обсуждали ни его, ни его поведение. Но Ханне было не по себе.

Просидев два дня на конфетах и печенье, она ощутила, как сильно хочется просто варёной картошки. Её это ужасно смешило. Постоянно вспоминалась фраза Малфоя: «У тебя одна картошка на уме». Она отлично представляла каково это, сидеть на сладостях и запивать их водой. Долго так не просидишь. А учитывая страхи Малфоя, он очень скоро должен был появиться.

Наступила ночь. Ханна уже нервничала. В итоге, друзья погасили свет и разошлись по комнатам. В доме воцарилась тишина… но неидеальная.

Тихий стук в кухне. Слабый свет свечи. Осторожные шаги и шелестящее ворчание.

— Попался! — воскликнула торжествующая Ханна, сбрасывая с себя мантию невидимости.

Кикимер вздрогнул и выронил серебряную ложку.

— Для кого эта еда? Отвечай немедленно! — ткнула она пальцем в серебряный поднос, заставленный горячей пищей.

— Это… это для меня… — неуверенно проскрежетал Кикимер.

— Не ври! Ты никогда для себя не берёшь хозяйскую посуду! Это для Малфоя?! Отвечай!

Домовик весь скрючился, его уши ещё больше обвисли, губы задрожали.

— Мой господин голоден. Кикимер не может на это смотреть…

— Что значит, господин? Кому ты служишь?

— Лорд Малфой, мой прекрасный господин. Он так добр к Кикимеру, — с восторгом говорил эльф. — Кикимер не мог смотреть, как хозяин страдает…

— Страдает? Он что, болен? — с ужасом воскликнула девушка.

— Если мой лорд не будет правильно питаться, то непременно заболеет. Он не может всё время есть сладости. Простите старого Кикимера! Позвольте, я отнесу ему еду!

Ханна опустилась на стул и безотрывно смотрела на расстроенного домовика. Он был так трогателен в своей преданности. Никогда она не видела Кикимера таким. Очевидно, Малфой и правда очень много для него значит.

— Почему ты это делаешь? — с недоумением спросила она, и эльф с достоинством приподнял свой крючковатый нос от груди.

— Старый Кикимер призван служить благородному семейству Блэков. Лорд Малфой из семьи Блэков. Кикимер не может иначе.

Ханна вздохнула, отвела взгляд.

— Иди спать, благородный эльф. Я отнесу.

Кикимер с сомнением покосился на девушку.

— Отнесу прямо сейчас! — убедительно произнесла она.

Ханна аккуратно сложила мантию, сунула её за пояс джинсов и взяла в руки поднос. Она поднималась по лестнице, а сердце замирало. Как ни старалась она убедить себя в том, что поступает глупо, ничего не могла поделать. Ханна хотела его увидеть.

Становилось больно в груди от осознания того, что она страшно скучает. Ей не хватает его шуток, дурацких замечаний, ехидной ухмылки. Хотелось снова, как в тот день, говорить с ним, спорить, смеяться. Пока она дошла до верхнего этажа, успела тысячу раз себя обругать. Надо было позволить Кикимеру это сделать. Теперь отступать некуда и Ханна постучала в его дверь.

— Да где же ты возился?! — раздался громкий недовольный голос. Внутри всё сжалось, и дверь распахнулась.

Драко замер на пороге. Почувствовал, как вспыхнуло лицо, а в животе что-то оборвалось.

— Поттер, — выдохнул он.

— Я поймала твоего лазутчика, — усмехнулась девушка.

— Есть чем гордиться, — ухмыльнулся он. — Ну, заходи.

Ханна вошла в комнату, и дверь за ней закрылась. Девушка поставила поднос на тумбочку и отошла к окну. Прислонившись к подоконнику спиной, заметила:

— Неважно выглядишь, даже странно, — улыбнулась она, глядя на его растрёпанные волосы и наспех наброшенную рубашку.

— Как я, по-твоему, должен выглядеть в час ночи? Тебя вообще-то не приглашали, — усмехнулся Драко, застёгивая пуговицы.

— Ты давай ешь, пока тёплое, — кивнула она на поднос. — На сладостях жить неплохо, но тоже не очень…

— По себе знаешь?

Драко сел к ней спиной на кровать и взял тарелку с супом.

Ханна отвернулась к окну.

— Да. Пара дней на конфетах, и уже хочется чего-то полноценного.

— Картошки? — предположил он, и они вместе засмеялись.

— Представь себе, — улыбалась девушка. — Однако, у меня к тебе вопрос. Сколько уже времени ты эксплуатируешь Кикимера?

— Я его не эксплуатирую, — спокойно ответил Драко.

— Конечно! — скептически хмыкнула Ханна.

— Он сам навязался, — продолжал парень. — Валялся в ногах, умолял быть его хозяином. Не мог же я отказать страждущему старику. Моё великодушие не знает границ.

— Малфой! — воскликнула она, поворачиваясь к Драко лицом. — Ты самый бессовестный человек, какого я встречала в жизни!

— Серьёзно?! — возмутился он и, поставив опустевшую тарелку на поднос, повернулся к ней. — Складывается впечатление, Поттер, что я вообще единственный человек на этой планете, доставляющий тебе неудобства.

Ханна вспыхнула и не сразу нашлась, что ответить, особенно вспомнив зловредного кузена Дадли.

— В Хогвартсе — так и есть.

— Ну ещё бы! Малфой бессовестный, потому что болтливый, не так ли? Что я тебе такого сделал, Поттер? — Драко поднялся на ноги.

— Ты меня достал за эти пять лет! — вздохнула девушка.

— Чем?

— Пакостями своими! Всё время лезешь, куда не просят. С тобой вечно одни неприятности! — воскликнула Ханна.

— Да ты сама всюду лезешь, собираешь шишки на свою лохматую башку! — перешёл на крик Драко.

— И что?

— Ничего!

— Вот и отвали!

— Сама вали отсюда! Дверь перед тобой!

— Ты ничего сам не можешь, Малфой! Всюду находишь себе прихвостней! И эту комнату ты бы в жизни не разобрал, если бы не Кикимер! — кричала девушка.

— Ты меня вынудила! Кто умеет гадить людям, так это ты! — орал он.

— Да?

— Да!

— Чем же я так тебе нагадила, что ты пять лет жить мне спокойно не даёшь? Ни мне, ни моим друзьям?

— Чем я тебя не устроил, Поттер?! — Драко стремительно направился в её сторону. — Чем так нехорош для тебя? — Он резко выбросил руки вперёд, прижимая Ханну к подоконнику и впиваясь в него пальцами. Ханна вжалась в узкий край спиной. Свирепое лицо Малфоя оказалось прямо пред ней. — Неподходящий друг для избранной?!

Его сердце бешено билось, дыхание сбивалось. Драко хотелось схватить её за плечи и тряхнуть хорошенько.

Ханна упрямо смотрела ему в глаза, запрокинув голову.

— Ты сразу показал, что люди для тебя — мусор! Грязь под твоими ногами. Такие как Рон, Гермиона, такие, как я. Мне не нужен был такой друг, Малфой! Если бы ты вёл себя иначе, не был таким высокомерным, может… всё было бы по-другому…

Ханна вдруг осознала, что чувствует запах его одеколона. Чувствует обволакивающее тепло. Она видела, как взгляд его серебристо-серых глаз смягчился, злость растворилась. Ей стало страшно от того, что он так близко. Это фатально. Неправильно. Ханна с ужасом поймала себя на мысли, что хочет осторожно убрать чёлку с его глаз. Испугалась этой мысли больше, чем дементора на третьем курсе.

— Отойди от меня, — тихо потребовала она, с трепетом ловя его взгляд на своих губах.

— Нет! — решительно ответил он. — Не думай, что ты одна всё решаешь.

Она вздрогнула, когда его рука обвила её талию. Дыхание сбилось, а руки впились в его предплечья в попытке оттолкнуть.

— Пусти меня… — выдохнула она, желая лишь одного, чтобы он коснулся её губ, хотя бы на секунду. Ханна видела что-то новое в его взгляде, чего не видела никогда в жизни. Он всё ближе. Её веки потяжелели, тело предательски ослабело, его дыхание опалило лицо. Ханна чувствовала грудью биение его сердца.

— Как скажешь, Поттер… — шепнул Малфой и резко отстранился, отошёл на несколько шагов и отвернулся.

Ханна выдохнула. Почувствовала себя растерянной, глупой, словно на неё наложили заклятие Конфундус. Смотрела ему в спину, пытаясь понять, что он чувствует? Зачем это сделал? Но он просто стоял к ней спиной, нервно сжимая кулаки.

— Давай, шагай, Поттер, — бросил он. — Завтра увидимся.

Она молча прошла мимо, открыла дверь, нерешительно обернулась. Малфой смотрел в пол. Ханна так и не поняла, что с ним. Он выглядел ужасно уставшим.

Девушка вышла, закрыв за собой дверь и, пройдя несколько шагов, услышала мощный удар и звук бьющейся керамики. Похоже, он запустил в стену светильник или вазу.

Ханна бросилась бежать. Нет. Она летела! Перед глазами его взгляд. Невероятный, полный нежности взгляд. Его тепло окутывало с головы до ног. Его запах. Пальцы хранили напряжение его рук.

— Что мы делаем? Что это? Я схожу с ума!

Ханна упала на кровать в своей комнате, обняла подушку, изо всех сил прижав её к груди.

— Что мне делать? Я хочу к тебе… — с тоской прошептала девушка.

А он долго-долго стоял у окна, уперевшись лбом в прохладное стекло. Как же хотелось, чтобы она вернулась. Взять в ладони её аккуратное маленькое лицо, снять эти дурацкие очки и просто… быть с ней, прикоснуться к её губам… и молчать. Хоть раз в жизни не спорить. Просто молчать.

И лишь спустя некоторое время он заметил на полу небольшой свёрток серебристой материи.

Глава 12. Ближайшие планы

Ханна была уверена, что сон обойдёт её спальню. Снова. Но нет. Этот тёплый взгляд согревал душу. Ей было так хорошо. По всему телу разливалась истома, подаренная прикосновением его рук.

«Всё это неправильно. Так не должно быть», — повторяла она самой себе, словно овечек считала.

Девушка представляла, что было бы, если бы она не стала противиться? Если бы поступила иначе, не стала бы отталкивать Драко. Осмелился бы он её поцеловать? Он был так близко! Мурашки носились по всему телу от этих мыслей. Ханна утопала в мечтах, которые доселе были ей неведомы. Как это было бы, если бы она сдалась, обняла в ответ? Она заснула с улыбкой на губах, обняв подушку. Ей так хотелось, чтобы это был он в её объятиях.

Ни разу Ханна не задумалась о том, что будет завтра. Она была опьянена, и всё, чего хотела, чтобы это повторилось. Была уверена, что больше ни за что не создаст препятствий на его пути. Ни-за-что!

Драко же, напротив, долго не мог заснуть, думая о том, что было бы, если бы она не остановила его. Было досадно. Ведь он видел, как она смотрела на него, как её ресницы сомкнулись. Ему не нужно было останавливаться. Но она сказала: «Пусти меня». Никогда в жизни он ничего не сделает против её воли, против её желания, даже если желание очевидно.

Драко всё понял. Она хотела, чтобы он пошёл дальше. Но её слова не пустой звук для него. Поттер должна это понять. Её мнение важно, пусть ему противно это признавать, но по-другому нельзя. Девочка-Которая-Выжила не может быть куклой в его руках. Это невозможно.

Свёрток материи, что он нашёл у окна, казался странным. Необычная ткань, такая лёгкая, невесомая, красивая. Ему было ужасно любопытно, что это? Может быть, платье? Неужели Поттер начнёт носить платья? Драко подумал, что ему нравилось, как она выглядит в платье. Ханна становится женственной, такой хрупкой и нежной. Её взлохмаченные волосы сразу перестают раздражать, словно обретают форму. А очки… Нет! Её дурацкие очки он всё равно терпеть не может.

Тёмная ткань с серебристым орнаментом завораживала. Хотелось взглянуть, представить, как она будет выглядеть в этом тонком платье. Возможно, она хотела бы, чтобы это было сюрпризом, но ему слишком любопытно. Драко осторожно развернул материю, встряхнул и в недоумении смотрел на неё некоторое время. Это мантия. Логично. Волшебница, конечно, может носить мантию, тем более такую нарядную. Правда не понятно, мужская она или женская? Не определишь. И куда в такой можно пойти?

Драко подошёл к зеркалу, висевшему на стене в углу. Осторожно взяв мантию за ворот, бережно набросил на плечи… и его брови поползли вверх, а глаза расширились до предела.

— Что за хрень? — прошептал он, созерцая оставшуюся от него голову. — Это то, что я думаю?

Драко приподнял воротник, набрасывая его на голову, и полностью исчез. Правда, он не видел в поясном зеркале, что из-под мантии торчат его туфли и часть голеней.

— Чтоб меня гиппогриф затоптал… Так это… не сказка. Это та самая мантия-невидимка! Поттер! Ах ты маленькая лиса! Обладательница одного из Даров Смерти. Вот как ты проворачиваешь свои делишки. Ясно! Какой же надо быть дурёхой, чтобы потерять такое?! — Возмущение затопило его с головой. Драко снял мантию, снова надел, продолжая не верить своим глазам. — Или ты… нарочно её оставила?

Малфой вспыхнул. «Нет. Не может быть. Зачем ей отдавать её мне? Просто потеряла». Но эта мысль терзала его ещё очень долго. Да или нет? Случайность или замысел? Проверка? Она его проверяет. Возможно. Вернёт он её или нет? Чего она добивается? Может, просто потеряла?

У Драко ночь прошла без сна, потому он опять не пришёл к завтраку, заснув лишь утром.

***

Проснувшись, Ханна резко села в постели, и тут же на неё нахлынуло волнение. Воспоминание вчерашней встречи с Малфоем рухнуло на голову грудой кирпичей. Что теперь делать? Как себя вести? Сделать вид, как будто ничего не произошло? Да. Скорее всего, так лучше. Ничего не было! Ни объятий, ни взглядов, ни биения его сердца. Ханна упала на подушку, поняв, что вчерашняя нега снова заволакивает сознание, погружает в эту атмосферу так живо, что становится жутко.

«Нужно прийти в себя! Забыть! Выкинуть из головы! Это просто наваждение, нельзя допустить, чтобы это повторилось. Слишком много сложностей возникает. В конце концов, кто сможет понять такое? Да меня друзья возненавидят… возможно! Рон так вообще перестанет со мной общаться… наверное. А-а-а! Да пошло оно всё… лукотрусу в дупло!»

Ханна решительно нацепила очки, поднялась с постели, заправляя её взмахом палочки. Оделась как обычно: джинсы и любимая серая футболка. Бросила взгляд на уже пожелтевшие синяки и, закатив глаза, махнула рукой. Всё равно ситуацию не исправить, что бы она не надела, будет выглядеть так себе.

Девушка бодро спустилась в столовую, из кухни доносились голоса друзей.

— Ну что? — это был первый вопрос заданный Роном.

— А чего сразу так? — усмехнулась Ханна. — Доброе утро!

— Привет! Так, что?

— Ты его застукала? — с нетерпением спросила Гермиона.

Ханна колебалась всего полсекунды.

— Нет. Не застукала.

— Блин! — выдохнул Рон. — Значит, зря мы тут торчали целый день. Сегодня тоже будем?

— А оно нам надо? — усмехнулась Ханна. — Какая разница, ест этот хорёк или нет.

Она вдруг почувствовала, как жар прокатил по всему телу. Она испытала что-то похожее на отвращение, но не к Малфою, а к себе самой. Ханна не хочет так его называть. Ей это… противно? Девушка выдохнула.

Друзья вопросительно переглянулись. Джинни откашлялась.

— Сегодня мама с папой придут нас проведать. Малфою в любом случае придётся спуститься. Рон, ты уже собрал свои вещи? — ехидно спросила она.

— Вот… даже не начинай! — рявкнул брат. — Я никуда не поеду. Хочешь, сама сваливай.

— Ты должен пообещать, что будешь паинькой и не станешь больше провоцировать конфликты с Малфоем, — потребовала Гермиона.

— Кто провоцирует? Он сам всё время начинает! — возмутился Рон.

— В самом деле, Рон, — вздохнула Ханна. — Нам нужно попытаться…

— Ладно! Я понял! Все против меня. Не знаю, чем он вас всех очаровал.

— Не в этом дело, Рональд! — простонала Гермиона. — Дамблдор…

Тут раздался звонок в дверь, и Ханна побежала открывать. Когда перед ней оказался совершенно незнакомый седовласый мужчина, она резко захлопнула дверь, но незнакомец успел просунуть ногу в щель между дверью и косяком. Ханна уже была готова закричать, когда знакомый голос профессора Снейпа произнёс:

— Плохо, что вы не спросили пароль, мисс Поттер. Могли бы догадаться.

Ханна вспыхнула. Кто бы мог предположить, что этот седоволосый, бородатый мужчина в классическом костюме насыщенно-серого цвета, зельевар Хогвартса. Только присмотревшись, она с трудом узнала его. Идеальная маскировка!

— Простите, профессор, — выпалила она, уходя в сторону столовой.

— Не спешите, — тихо произнёс он. — Профессор Дамблдор передал вам послание.

Ханна взволнованно протянула руку, и Снейп положил конверт на её ладонь.

— Полагаю, ответа он не ждёт. Это инструкции для вашей… компании.

— Спасибо, профессор, — Ханна с любопытством смотрела на профессора, что его явно раздражало.

— Мне нужно поговорить с мистером Малфоем. Где он?

— У себя, — бросила Ханна. — Я могу идти?

— Идите.

Профессор тут же трансгрессировал. Оказавшись перед дверью воспитанника, немного помедлил, прислушиваясь. Затем негромко постучал. Не получив ответа, забарабанил громче, на что последовал разъярённый крик.

— Идите ко всем рунеспурам вселенной!

— Вы пьяны, мистер Малфой? — недовольно произнёс профессор.

В комнате раздался грохот, тихие ругательства, и через минуту сонный, взлохмаченный и босой Драко, в брюках и криво застёгнутой рубашке навыпуск, распахнул дверь и замер, не понимая, что за явление перед ним.

— Вы уверены, что здоровы? — немного раздражённо спросил Снейп, и Драко тут же пришёл в себя.

— Извините, профессор. Я думал, это… эти придурки.

— До сих пор? — чуть приподнял бровь Снейп и вошёл в комнату. — И долго вы ещё собираетесь с ними… цапаться?

— Я не цапаюсь, это им до всего есть дело.

— Вам письмо от директора, мистер Малфой. И от матери. С ответом не спешите. В ближайшее время я не попаду в ваше поместье. Не всегда имею возможность служить вашей совой, — иронично ухмыльнулся он. — Слышал, вы покидали дом и довольно успешно.

— Да, сэр. Ходил в магазин.

Снейп проницательно посмотрел на Драко, словно читал его мысли.

— Вы наладили отношения с Поттер? — почти безразлично спросил декан, но Драко заметил каплю сарказма в его голосе. Парень почувствовал, как жар расползается по всему телу, при воспоминании этой ночи.

— Не совсем, — выпалил он. — Но я этим занимаюсь.

Уголок губ профессора чуть приподнялся в ухмылке, хотя выражение лица осталось тем же — безразличным.

— Советую ускорить процесс. У профессора Дамблдора появились планы относительно вас двоих. В письме всё подробно.

Профессор направился к выходу, у двери повернулся вполоборота.

— Учитесь контролировать вашу импульсивность, мистер Малфой. Полезное качество. Возможно, в будущем вам очень понадобится умение сохранять самообладание.

По спине Драко почему-то пробежали мурашки от этих слов.

— Я постараюсь, профессор.

— Всего хорошего.

И Снейп вышел, закрыв за собой дверь.

Драко сел на кровать, осмотрел письма. Решил, что профессор, однозначно, подождёт. Он развернул маленький конверт от матери — без подписи, без фамильного герба. Было немного не по себе от этой конфиденциальности. В этот раз почерк матери был размеренным, совсем как обычно.

Здравствуй, сынок!

Знаю, у тебя всё хорошо, и где бы ты ни был, уверена, все Ангелы Хранители тебя берегут.

В нашем доме всё по-прежнему. Твоя тётя продолжает изводить меня допросами, старается хитростью разведать о тебе хоть что-то. Хвала Мерлину, что я не знаю, где ты. Тёмный Лорд часто посещает наши домашние хранилища. Артефакты твоего отца исчезают один за другим, но я даже рада. Чем меньше тьмы здесь будет, тем лучше.

Твой отец, к сожалению, не так благополучен, как хотелось бы. Он болен. Лечение ему предоставляют минимальное. Твой отец слабеет, стареет прямо на глазах. Мне удалось его увидеть лишь раз за это время и то с трудом, пришлось внести огромную сумму в бюджет Министерства. Поверишь или нет, но он рад, что ты скрылся. Напрасно ты был к отцу так суров.

У меня же всё хорошо. Благо, Северус всегда рядом. Не представляю, как ему это удаётся, но я так счастлива, что могу хоть иногда получать от тебя весточку. Твоё письмо так тронуло меня, что я проплакала весь вечер того дня, от счастья и умиления.

Береги себя, мой родной! Очень надеюсь, что ты хорошо питаешься и есть крыша над головой.

С Любовью, мама.

Драко потёр лоб ладонью, с облегчением вздохнул. Новости были не так уж плохи, если подумать. За отца он мало тревожился. Раз мать озабочена его состоянием, значит сделает всё возможное, чтобы помочь.

На письмо директора Хогвартса он смотрел с опаской. Мало ли, что там. Что мог придумать этот чокнутый старик? Довольно уже того, что он заслал его в эту дыру, в эту потрясающе «приятную» компанию. Но прочесть всё равно надо. Делать нечего.

Драко раскрыл письмо, и его брови возмущённо поползли вверх…

***

Молчание угнетало. Друзья сидели в гостиной, но говорить не хотелось.

— Да ладно, — вдруг обнадёживающе выдохнула Ханна. — Я не думаю, что это будет так уж сложно.

— Издеваешься? — воскликнул Рон. — Знаешь, как это называется? Сводничество!

— Рон, это называется — разведка! — устало вздохнула Джинни.

— Почему так? Нельзя было по-другому, что ли? — не унимался Уизли.

— Потому что профессору виднее! — выпалила Гермиона. — Он мудрый маг, он… во многом разбирается, в том числе в отношениях, — Грейнджер зажмурилась и не зря.

— Ненавижу это слово! — воскликнул Рон.

— Ну, прости! — простонала она.

— Не знаю, — вздохнула Ханна. — С одной стороны, это даже здорово, но с другой… Да нет. Думаю, я справлюсь.

— Это нечестно, — качал головой Рон. — Это какой-то бред. Дамблдор спятил.

— Не смей так говорить! — сквозь зубы зашипела Ханна. — Профессор — самый могущественный волшебник! Он знает, что делает!

— Здрасьте вам! — раздался протяжный и надменный голос. Все обернулись ко входу в гостиную.

— Тебе того же, Малфой, — проворчал Рон.

— Чего кисните? Дамблдор устраивает вечеринку? Все приглашены?

— Ну, да, — ответила Гермиона. — Тридцать первого идём в парк аттракционов.

— Что вообще за бредовая идея? — возмутился Драко.

— Вот тут я согласен, — хмуро проворчал Рон.

— Это подарок… ко дню моего рождения, — тихо произнесла Ханна. — Нельзя отказаться. Профессор, видимо, искренне хотел меня порадовать. Давайте потом это обсудим, хорошо?

Она прекрасно осознавала, что старается не смотреть в сторону Драко. Вообще. Ханна не могла глаз поднять. Казалось, что если она увидит его, всем сразу станет ясно, что что-то произошло. Как раз это всех и насторожило, Гермиона и Джинни переглянулись, а Рон в упор смотрел на Ханну, как на исследуемого глизеня через лупу.

Девушка чувствовала себя неловко. Она просто встала и вышла из комнаты, неосторожно обойдя в дверях Драко и задев его плечом. Он заметил её смятение, и хоть сам вида не подавал, почувствовал, как внутри замерло что-то, когда их плечи соприкоснулись. Он на мгновение обернулся, чтобы проводить её взглядом, но внимательные подружки заметили.

— И что делать? — бросил Драко. — У меня пачка билетов в конверте.

— У нас тоже, — кивнула Гермиона. — Ничего не делай. Шесть дней осталось, там посмотрим.

Ханна исчезла и вышла из своей комнаты только к вечеру, когда старшие Уизли пришли, чтобы их навестить. Она с блаженством обняла Молли. Эта светлая, чудесная женщина была так близка Ханне. Девушке казалось, что источаемой ею любви, хватит на весь мир, а сама Молли всегда хотела отдать всю нежность и заботу без остатка маленькой девочке, лишившейся родителей. Она сразу заметила, что с Ханной что-то не так. Усадив её в кухне на табурет и присев напротив, Молли завела тихую, «секретную» беседу.

— Ханна, детка, что с тобой происходит? — девушка опустила глаза, чувствуя, как пожар охватывает её изнутри. — Поверь, если для тебя важно сохранить всё в тайне, я не стану настаивать. Почему-то уверена, что дело в этом мальчике, но ты можешь не отвечать. Просто хочу, чтобы ты знала. Это нормально, то, что с тобой происходит. Это этап взросления. Чувства играют, душа рвётся в полёт! О! Это восхитительное время! — мечтательно подняла глаза к потолку Молли. — Ты ведь знаешь, что мы с Артуром познакомились и стали встречаться ещё в школе, примерно в твоём возрасте. Не бойся своих чувств, они естественны. Дерзкие мальчики часто нравятся девочкам, уж я-то знаю! — улыбнулась она, а Ханна покраснела до корней волос. — Мне кажется, и ты ему нравишься. Немного времени и возможно…

— Миссис Уизли. Всё это, конечно… мило. Но… — Ханна шумно выдохнула и прошептала. — Это же Малфой! Будь это кто-то другой…

— А чем он хуже других? — нахмурилась Молли. — То, что вытворяет его отец, не делает мальчика плохим человеком. Он поступил очень смело и лишать его симпатии из-за того, что он плохо воспитан, даже как-то… жестоко! — Молли помолчала немного. — Конечно, если ты считаешь, что он не меняется и остаётся таким же… хамом, грубым и бессовестным…

— Я так не считаю, — замотала головой Ханна. — Он меняется, я вижу, но…

— То, что тебе страшно, тоже нормально, — улыбнулась Молли. — Время покажет. Не торопись и не делай окончательных выводов слишком быстро, вот, что я хочу сказать. Просто пойми. Всё что происходит — естественно! Позови-ка Драко, детка. Нам с Артуром нужно бы его повидать.

Ханна кивнула и вылетела из кухни. Уже выходя из столовой, она буквально врезалась во входящего в комнату слизеринца.

— Смотри, куда идёшь, Поттер! — выдал он на автомате, но в его голосе не было раздражения или злости. Ханна подняла глаза, встречаясь с его взглядом.

— Извини, — бросила она и отправилась в свою комнату.

— Мистер Малфой, добрый вечер! — услышала она за спиной голос Артура.

— Сэр, — вежливо ответил Драко, и у Ханны мурашки побежали по спине.

Он изменился. Да. Он очень изменился.

Дни проходили тягостно. Общаясь с друзьями, проводя время в обычных делах, Ханна ощущала какую-то удручающую пустоту.

Малфой приходил только поесть, почти не общался ни с кем и, даже если делал попытки кого-нибудь задеть, встречал лишь слабые отговорки: «Малфой, не заводись», «Малфой, не провоцируй» или тоскливое закатывание глаз. Стало так скучно, что хоть вой.

Ханне казалось, что он больше вообще не смотрит в её сторону, и это угнетало. Она украдкой поглядывала на него, пока он ел или успевала застать его в библиотеке, роющимся на полках в поисках чего-нибудь интересного. Малфой просто её игнорировал. Так она думала.

А он еле заметно смотрел на неё, когда она ела или убирала со стола, готовила, читала в гостиной, когда… она спала. Мантия-невидимка стала для него забавной игрушкой, позволяющей незаметно следить за ней целый день. Он видел, как она тоскует, но не представлял, что с этим делать. Уповал лишь на то, что этот дурацкий поход в парк аттракционов что-нибудь изменит.

Глава 13. Ночь рождения

Это была идея Рона — встречать день рождения Ханны. Уже было время ложиться спать, а компания только собиралась начать веселье. Друзья решили устроить маленький пикник в гостиной после полуночи.

— Раз новый день уже наступает, значит и день рождения тоже, — с азартом говорил он. — Можем начинать праздновать, как только часы пробьют двенадцать.

Ханну тронула эта идея. Это было забавно и приятно. Шестнадцать лет бывает лишь раз в жизни.

— По-хорошему, нужно дождаться, когда наступит время рождения Ханны, — со знанием дела говорила Гермиона. — Если она родилась утром или днём, то праздновать рано.

— Тогда это уже будет не день рождения, а час рождения, — заметил Рон. — Кто обращает внимание на время? Если она, например, родилась без пяти двенадцать, её день рождения что, длится пять минут?

Ханна и Джинни засмеялись.

— И правда! — согласилась сестра. — Это несправедливо! Мне больше нравится идея отмечать с полуночи.

— Я и не говорю о том, чтобы не отмечать, — немного огорчённо произнесла Гермиона.

— А Малфой? — вдруг выпалила Джинни, и Ханна почувствовала, как сердце устремляется куда-то вниз.

— При чём тут Малфой? — нахмурился Рон. — Он нам не друг, мы его не будем приглашать.

— С другой стороны, он ведь тоже здесь живёт, — несмело заметила Гермиона. — Невежливо его не пригласить.

— Это день рождения Ханны. Ей и решать, — уверенно заявила Джинни, и все взгляды устремились на девушку.

Поттер почувствовала себя странно. Она предпочла бы не делать такой сложный выбор. Ведь не все друзья поддерживают идею пригласить Малфоя. Девушка и сама плохо себе представляла, что из этого может выйти, тем более хорошего. Ханна просто неопределённо пожала плечами, но так и не ответила.

Время потихоньку приближалось к половине двенадцатого. Ханна была как на иголках, не могла сидеть на одном месте, думать, готовить. Ничего не могла. Она всё ещё не решила, что делать. Чувствовала себя виноватой за то, что за ужином так и не решилась завести разговор о ночном празднике. Малфой молча поел, вымыл свою тарелку и просто ушёл, так ни разу и не взглянув в её сторону. Ей было обидно. Но ведь она не могла знать, что он глаз с неё не сводит, когда она этого не видит. Тем более нельзя было узнать, что он думает. Он ни с кем не разговаривал в последнее время.

Напряжение было настолько угнетающим, что даже Рональду было не по себе. Ему хотелось каким-то образом ослабить это напряжение. Подумал, если он затеет драку, например, девчонки тут же встанут на сторону Малфоя. Может даже поссорятся с другом из-за этого, но зато атмосфера холодной войны разрядится. Но для драки нужен повод, а его никак не находилось. Хоть бы этот мерзкий слизеринец какую-нибудь гадость ляпнул или задел кого! Но нет! Он возомнил из себя каменный столб, молчаливый и холодный, такой, что аж тошно. Рон внутренне бесился, но ничего не предпринимал.

Гермиона и Джинни всё видели, но боялись даже заикаться о том, что нужно дать возможность Ханне и Малфою остаться наедине. Тонкс и Люпин устранились, лишь наблюдая за ситуацией со стороны.

Это было делом двоих. Только они могли как-то сгладить сложившуюся колючую ситуацию. Но оба молчали, избегали друг друга и прятались по углам.

Но сейчас, лёжа на кровати в своей комнате, Ханна испытывала дикую муку. Почему в свой день рождения она не может себе позволить пригласить того, кого хочет видеть? Она не представляет, что может произойти, но это желание выше, чем её страхи и сомнения. В их компании Малфою будет неловко, он даже, скорее всего, откажется. Но не попытаться она не может. Нужно сходить на разведку. Если он уже спит, то и проблема отпадёт сама собой. Она просто проверит. Удостоверится, что он спит, и уйдёт.

Девушка вскочила, поправила клетчатое платье и, открыв шкаф, пошарила рукой в самом углу полки, где обычно лежала мантия-невидимка. Сердце оборвалось. Её нет. Ханна перестала дышать, а потом сердцебиение заставило грудь пульсировать изнутри, словно сломанный насос.

— Где она? — выдохнула девушка. — Как же так? Куда я… Когда…

Дыхание участилось, в голове, словно вспышки, выпрыгивали воспоминания. Последний раз она надевала её, когда поймала Кикимера в кухне. А потом… Потом она свернула её и заткнула за пояс. И когда вернулась в комнату… Ханна закрыла лицо руками, стаскивая очки. Слёзы заволокли глаза. Нет-нет! Неужели она потеряла её? Как она могла? Это же самая ценная вещь, что у неё есть! Растяпа! Дура! Это всё Малфой!

Ханна застыла на месте, резко надела очки и бладжером вылетела из комнаты. Она неслась вверх по лестнице, не помня себя от волнения. Не представляла, что скажет, как будет добиваться правды. Что, если он украл мантию, когда обнял её? Но зачем? Малфой не знает, что это. Точнее, не знал. А если она её потеряла раньше или позже? Где искать? Почти неделя прошла! Да как же так можно было?! Страшная досада просто убивала.

Она тяжело дышала, стоя у его двери и не решаясь постучать. Мелкая дрожь сотрясала всё тело. Это ведь не шутки, не носовой платочек потеряла, растеряха несчастная! Наконец, она выдохнула, шагнула к двери и настойчиво постучала. Тихий звук шагов по ковру. Он не открыл. Выжидал чего-то. Ханна не могла дышать, горький ком сжимал горло.

— Ну что же ты не открываешь? — прошептала она и нетерпеливо постучала снова.

Замок щёлкнул, дверь неспешно отворилась. Малфой, похоже, и не собирался ложиться спать. Он был в белоснежном джемпере, с тонкой синей полосой на треугольной горловине, и синих классических брюках, волосы аккуратно причёсаны, как будто он собирался идти куда-то. В его взгляде читался откровенный вопрос.

— Привет! — выдохнула Ханна.

Он просто молча кивнул, но было в этом что-то удивительно почтительное. Она ещё не видела такого. Малфой явно ждал чего-то, морщинка между бровей выдавала лёгкое волнение. Ханна не могла подобрать слов. Что-то держало и не давало начать задавать вопросы по существу. Девушка колебалась, а молодой человек не решался сбивать её с толку. Ей ведь что-то нужно, раз она пришла. Он как-то машинально окинул её взглядом с головы до ног. «Значит, ты всё-таки девушка, Поттер. Пора уже это уяснить», — внутренне усмехнулся Драко.

— Что-то случилось? — неожиданно спросил он.

Ханну словно ледяным душем окатило, даже мурашки пробежали по спине.

— Нет! — выпалила она и тут же про себя выругалась. Ещё как случилось! Почему же тогда она не может спросить? Она почти уверена, что её мантия у него.

— Зачем же ты пришла?

— Ты куда-то собираешься? — изображая безразличие, спросила Ханна.

— Дамблдор нам придумал развлечение на завтра.

— Ну да, — Ханна опустила глаза. Не может она спросить! Да что ж такое! — Слушай… мы тут решили начать отмечать… уже. Ты придёшь?

— То есть, как? Сейчас? — усмехнулся Драко. Волнение, нахлынувшее на него, ни в коем случае не должно выбраться наружу. Она его приглашает? Ночь уже вступила в свои права.

— Ну… да, — дёрнула она плечом.

— Пять минут до полуночи, Золушка, — ухмылялся Малфой.

— Ну так, самое время, — улыбнулась Ханна. — Приходи, если захочешь. Подарок необязателен.

Он смотрел на неё некоторое время, и девушка не могла понять выражения его лица.

— Я плохая компания для вас. Уизли начнёт истерить.

— Это мой день рождения. А вообще, как хочешь, я не навязываюсь. Это просто… как визит вежливости, раз уж мы в нейтралитете.

— Нейтралитет? С каких пор?

— С той ночи, — неожиданно охрипшим голосом просипела она и откашлялась. Ханна окончательно смутилась. — Меня ждут, — бросила она и решительно ринулась прочь.

Ладно! Она спросит как-нибудь потом, может, так даже лучше. Ханна направилась в гостиную, а Драко тихо закрыл дверь и, прислонившись к ней спиной, закрыл глаза.

«Нейтралитет. Визит вежливости. И приглашение… из вежливости». Он раздосадованно вздохнул. Не такого он ожидал. А чего он, собственно говоря, ожидал? Что она должна была сказать? Поттер никогда в жизни не признается, что хотела бы его видеть. Может, даже себе не признается.

Драко взъерошил аккуратно причёсанные волосы. «Хрен я куда пойду!» Он резко сдёрнул с себя джемпер, оставшись в белой футболке и брюках, бросил его на стул, рухнул на кровать и зарылся с головой в подушки.

***

Друзья уже ждали Ханну в гостиной. Когда девушка вошла, они хором запели традиционную песенку «С Днём рожденья тебя». Девушка улыбнулась, и после последних слов друзья весело обнялись и стали заваливать новорожденную подарками. Милая блузочка от Джинни и Молли. Перчатки для квиддича от Рональда. Книга от Гермионы, естественно. Она не оставляет надежды, что хотя бы о боксе Ханне будет интересно читать.

Кикимер, что-то ворча себе под нос, левитировал торт с шестнадцатью свечами в гостиную и бережно опустил на стол. Ханна усмехнулась, зажав рот ладонью, чтобы не рассмеяться. Торт был явно сделан наспех и напоминал кучу непонятно чего, залитого белоснежной подливкой, но выглядел всё равно аппетитно. Воцарилась тишина.

— Загадай желание! — прошептала Джинни.

Ханна закрыла глаза. Первое мгновение она не знала, что пожелать. Но вдруг перед глазами возник его взгляд. Такой близкий, тёплый, лёгкий ветерок его дыхания на лице. Его руки, плавно обвивающие талию. Она неосознанно зажмурилась, словно её желание было самым-самым заветным в этой жизни. Девушка набрала побольше воздуха в лёгкие…

Странный шум в кухне. Все замерли. Кикимер исчез.

— Кто должен был закрыть камин? — прошептала Гермиона.

Тишина. Друзья выхватили свои палочки.

— Кто…

— Какая уже разница? — зашипел Рон.

— Вы что, не закрыли камин? — с ужасом просипела Джинни. — Обалдели?

— Тише! — шикнула Ханна и быстро, но очень тихо, направилась к выходу.

— Куда! — Рон не успел схватить её за руку и тут же рванул следом.

Обогнав её в коридоре пошёл впереди.

— Ничего, — успокаивала себя Гермиона. — В Отделе Тайн мы почти справились. Почти сами.

— Да уж… почти, — вздохнула Ханна.

В столовой было темно. Что происходило в кухне — не видно, но там явно кто-то возился.

— Все вместе зажигаем палочки и используем парализующие заклинания, — шепнула Ханна. — Готовы?

— Да, — ответили друзья.

Они глубоко вдохнули, как по сигналу.

— Люмос максима! — хором выкрикнули четверо, тут же выбрасывая руки вперёд в надежде поразить противника.

— Вы охренели?! — тут же прокричала возмущённая Джинни.

Перед ними, растянув Кикимера как на дыбе, растерянно ухмылялись близнецы Уизли. Фред держал его за руки, а Джордж за ноги, видимо, надеясь, что так эльф не сможет удрать, потому как не в состоянии щёлкать пальцами.

— Мисс Поттер, велите этим троллям меня отпустить! — свирепо хрипел домовик.

— Ты что себе позволяешь, вредный старикашка? — возмутился Фред.

— Как разговариваешь с чистокровными волшебниками? — добавил Джордж.

— Да кто вы такие? Жалкие предатели крови!

— Похоже, ему пора преподать урок, как думаешь, Джордж?

— Я с тобой полностью согласен, Фред.

— Прекратите немедленно! — завопила Гермиона. — Отпустите его сейчас же!

— Грейнджер, ты в своём репертуаре, — усмехнулся Фред.

— В самом деле, ребята, — улыбнулась Ханна. — Отпустите его.

— Благодари свою милостивую хозяйку! — назидательно произнёс Фред, отпуская одну руку домовика. Тот тут же щёлкнул пальцами и исчез.

— Вы просто ужасны! — возмущённо воскликнула Гермиона и, резко развернувшись, умчалась в гостиную.

— Сюрприз не удался, — пожал плечами Фред. — Мы думали, вы тут все дрыхните…

— Мы бы тут навели шороху! — засмеялся Джордж.

— Бандиты! — усмехнулась Джинни.

— Не сомневаюсь! — улыбалась Ханна.

— С днём рождения, сестрёнка! — Фред крепко обнял девушку.

— Поздравляем! — обнял её Джордж.

— Спасибо! — выдохнула она. — Идём в гостиную.

— Торт сейчас растает! — прокричала из гостиной Гермиона.

Все бросились в гостиную. Свечи почти догорели.

— Быстрее! Задувай! Только желание не забудь! — прокричала Джинни.

Ханна вспомнила своё желание, невольно улыбнулась и задула свечи. Друзья захлопали в ладоши.

— А где же наш белобрысый недруг? — подмигнул Джордж Ханне.

— Мы его не приглашали, — проворчал Рон.

— Вообще-то… — несмело начала Ханна, тут же ловя недовольный взгляд друга. — Я пригласила. Из вежливости. Он всё-таки здесь живёт…

— И где же он? — заглянул под диван Фред и прокричал. — Малфой! Вылезай! Опасность миновала!

Джинни прыснула, а Гермиона закатила глаза.

— Видимо, решил, что это не по нему. Серьёзно! Ну что ему здесь делать, с нами? — разошёлся Рон.

— Чем мы, интересно, так нехороши для его высочества? — улыбнулся Джордж, многозначительно глянув на брата.

— И то правда! — таким же взглядом ответил Фред.

Джордж дёрнул бровями, Фред улыбнулся, и они мгновенно исчезли.

— Что они затеяли? — нахмурился Рон.

— Кажется, я догадываюсь, — скривилась сестра.

— Мне всё это не нравится, — тихо произнесла Гермиона. Ханна вздохнула.

В то же мгновение в гостиной возникли близнецы, крепко держащие под руки изо всех сил вырывающегося Малфоя.

Ханна в ужасе зажала рот обеими руками. Драко был весь растрёпанный, белая футболка задралась, обнажая его худощавый живот, волосы в разные стороны, на ногах только брюки и белые носки.

— Пошли ко всем хреновым праотцам, придурки! Какого рожна?! Вы не имеете права врываться в личное пространство человека! Уроды рыжие! — рычал Драко.

— Брось, Малфой! Угомонись! — хохотал Фред. — Тебя вежливо пригласили в гости!

— Вежливо?! В гробу я видал вашу вежливость! — выкрикнул он.

Он с силой вырвался из их рук, хотя, есть вероятность, что братья Уизли сами его отпустили, и отскочил на почтительное расстояние в сторону двери, где путь ему преградили Джинни и Гермиона, не нарочно, конечно.

— Ну, спасибо, Поттер! — прорычал он. — Поздравляю! Праздник удался!

— Зачем вы это сделали?! — тут же взорвалась девушка. — Вас никто не просил!

— Невежливо отказывать девушке! — совершенно невинно улыбался Джордж.

— Что вы говорите?! — Малфой ядовито улыбнулся. — Отказывать девушке?

— Малфой! Это ошибка! Извини, я не думала… — расстроенно заговорила она.

— Не извиняйся перед ним! — потребовал Рон.

— Но так же нельзя! — возмущённо воскликнула она.

Близнецы подозрительно переглядывались, но на них никто не обращал внимания.

— Хватит с меня! — бросил Драко и, резко развернувшись, стремительно направился к выходу. — Пошли вон! — рыкнул он на девушек, которые тут же отскочили в разные стороны.

— Малфой, не груби! — весело прокричал Фред.

— Заткнись! — выкрикнул Драко и вылетел в коридор.

— Малфой, подожди! — воскликнула Ханна и бросилась следом. — Ну, что вы наделали? — простонала она обернувшись к близнецам. Они синхронно пожали плечами, но улыбки с лиц так и не сошли. Ханна закатила глаза и выбежала в коридор.

Его белые носки сверкнули на лестнице.

— Малфой, подожди! — снова крикнула она, но он не отреагировал. — Пожалуйста, остановись, дай мне объяснить!

— Что тут объяснять, Поттер? — внезапно остановившись, выдохнул Драко. — Твои дружки просто идиоты!

— Ну… не говори так, пожалуйста, — примирительно произнесла она, останавливаясь напротив него на лестничном пролёте. — Они, конечно, не правы. Наверное, подумали, что так будет… интереснее…

— Интереснее? — шокировано выпалил он. — Я вам что, клоун? Нахрен! Я убираюсь отсюда! Плевать, что со мной будет дома, лучше уж там сгинуть, чем терпеть унижения от твоих придурошных друзей.

— Пожалуйста, успокойся, — почти прошептала она. — Честное слово, я не думала, что так получится. Они просто пошутили! Ты ведь должен это понимать! Я на самом деле хотела тебя видеть, но только не так… Я надеялась… что ты придёшь.

— Зачем? — иронично ухмыльнулся он. — Что мне делать среди вас?

Ханна опустила глаза. Волнение зародилось в груди, поднимаясь к горлу и затрудняя дыхание.

— Если ты и дальше будешь… нас избегать, так и не поймёшь, что в этом нет нужды. Мы могли бы… поладить…

— С кем? С Уизли? Им не нужно со мной поладить, разве ты не видишь? — возмущённо взмахнул он рукой в сторону гостиной.

— Со мной… — выдохнула она. — Если бы ты захотел, мог бы поладить со мной.

Драко потерял дар речи. Критическое мышление вполне давало понять, что она не виновата в сложившейся ситуации. Поттер ни за что не поступила бы с ним так. Эти чокнутые близнецы всегда ведут себя глупо. Причём здесь она?

— Ханна! — раздался неуверенный голос Гермионы. — У тебя всё в порядке?

— Да! — громко ответила девушка, немного сморщив нос от того, что пришлось кричать Малфою в ухо. Он закатил глаза и скрестил руки на груди. Эта обтягивающая его плечи и грудь футболка почему-то притягивала взгляд. Ханна почувствовала, что пора прекратить любоваться его выпирающими ключицами.

— Давай вернёмся… — нерешительно начала она.

— Ни за что! — усмехнулся он. — Без меня!

Коварная насмешка тихонько вползла в мысли девушки. Ей стало весело от того, что произошло в её душе. Словно она придумала забавную игру.

— Трусишь? — тихо спросила она.

Драко ощутил, как в груди вспыхивает возмущение.

— Ещё чего!

Она с вызовом посмотрела ему в глаза.

— Ты трусишь! Думаешь, не хватит духа с ними сладить. Их трое, ты — один.

— Да хоть десять! Только мне нафиг не сдалось с ними пререкаться. Уизли не стоят моего драгоценного времени. Слушай, ты меня на слабо не бери! Мне не тринадцать. Я — не ребёнок! Я бы пришёл, только… чуть позже, но после такого! Извини, но мне это не интересно, даже в твой день рождения.

Ханна глубоко вдохнула, отводя взгляд. Он ведь прав. Выходит, что Фред и Джордж всё испортили. Она понятия не имеет, как это исправить. Внезапно, внизу раздался грохот приближающихся шагов, и на лестнице появились близнецы в сопровождении Джинни. Они, как всегда невинно улыбались, словно ничего и не сделали. Малфой сжал кулаки. Как же хотелось просто треснуть и тому, и другому!

— Слышь, парень, хорош дуться! — произнёс Джордж.

— Не порти девушке праздник! Девчонки старались, — добавил Фред.

— Подумаешь, пошутили.

— Не будь занудой.

— Иди, напяливай башмаки и возвращайся.

— А то торт уже в кисель превратился.

Ханна нерешительно взглянула на Драко. Он хмуро смотрел в пол.

— Хрен с вами, — устало бросил он и исчез.

— И что это значит? — дёрнул плечом Фред.

— Это значит, что вы болваны! — психанула Джинни.

— Да брось! И ты туда же! — протянул Джордж.

— Что вы все скисли? — недоумевал Фред.

— Да потому что они неделю не разговаривали! — воскликнула Джинни возмущённо взмахивая рукой в сторону Ханны. — А вы со своими выходками! Малфой и так как на иголках вечно!

Ханна удивлённо смотрела на подругу. Ей было так приятно, что хоть кто-то адекватно понимает ситуацию.

Через десять минут, все собрались в гостиной. Близнецы вручили Ханне загадочный пакет, набитый всевозможными вредилками. Торт нарезали, чай разлили по чашкам. А когда в гостиную вошёл Малфой, сердце Ханны словно утонуло. Искорки в её глазах нельзя было скрыть, но все держались сдержанно, не хватало сейчас что-нибудь испортить. Он сел в кресло в углу, не присоединяясь к общей компании, и именинница левитировала ему кусочек торта на блюдце и чашку. Он молча кивнул. А потом… Фред и Джордж захлопали себя по карманам.

— Пошалим, детки? — несколько раз приподняв брови, усмехнулся Фред, и на столе стали появляться бутылки со сливочным пивом.

— Детский сад, — усмехнулся Малфой.

— А нечего напиваться, — подмигнул Джордж. — Зелёные ещё!

— Я не буду! — заявила Ханна. Ей казалось, что немного захмелев она может натворить чего-нибудь лишнего.

Потянувшуюся к бутылке Джинни хлопнули по ладошке.

— Эй! — возмущённо воскликнула она.

— Это для взрослых! — строго заявил Фред. — Тебе сколько лет, девочка?

— Пятнадцать, — проворчала она.

— Вот и пей свой чаёк! — погладил её по голове Джордж.

Она злобно дёрнулась, а братья захихикали.

— Ну! За нашу новорожденную, — поднявшись на ноги произнёс Фред. — Ты наша любимая сестрёнка, и мы желаем тебе всего-всего самого-самого! Главное, не будь занудой! Остальное приложится.

Ребята отхлебнули из бутылок.

— Я рада, что вы все здесь, — искренне растрогалась Ханна. — Спасибо вам.

Никто не замечал его взгляда. В свете зажжённых свечей и полумрака Малфой почти исчез. Он не лез в их разговоры, шутки, просто наблюдал за происходящим. Он сотни раз видел, как общается вся эта компания, и его это бесило. Всегда. Но сейчас, несмотря на дурацкую выходку близнецов, Драко вдруг понял, что это семья. Эти смешные, непонятные люди любят друг друга. Между ними всё просто и ясно. Он ощущал тепло, которого ему всегда не хватало. Нет, ему не хотелось, чтобы сейчас кто-то его потревожил, что-то спросил или подшутил. Не хотелось отвечать, обороняться. Драко просто был там, где хорошо.

Ханна улыбалась, смеялась, друзья подшучивали над её любовью к квиддичу и боксу. Драко смотрел на неё, ловил несмелые взгляды, которые она дарила ему. Что-то замирало внутри, жар разливался в груди, постепенно захватывая лицо, дыхание прерывалось. И всё же, разговаривать не хотелось, нужно было во что бы то ни стало хранить эту тёплую, милую атмосферу.

Через час обнаружилось, что Рональд уснул в кресле. Близнецы хихикая и отбиваясь от Гермионы, нарисовали ему смешные кошачьи усы и козлиную бородку, а на голове завязали пару десятков мелких хвостиков противными тонкими резинками. Малфой тихонько посмеивался, но старался сделать вид, что его здесь нет, дабы самому не стать объектом шуток.

Джинни активно участвовала в издевательстве, а вот Грейнджер явно была недовольна, что не укрылось от внимательных взглядов Ханны и Драко. Они переглянулись, когда близнецы без церемоний подхватили брата подмышки и под колени, выволакивая его из гостиной в коридор.

— Да что же вы за изверги?! — причитала Гермиона, пытаясь уберечь от удара об косяк его голову.

— Ему ничто не повредит, — смеялся Джордж.

— Надо же так надраться с одной бутылки! — хохотал Фред.

— Два часа ночи, болваны! Он просто устал! — оправдывала друга Гермиона.

Джинни чмокнула Ханну в щёку.

— С днём рождения! Пойду помогу его уложить! — кивнула она в сторону брата. — Вряд ли Гермиона решится стащить с него ботинки. Спокойной ночи!

— Конечно, до завтра! — улыбнулась Ханна. Но её улыбка тут же растворилась, когда в комнате стало тихо. Вдалеке ещё раздавались хихиканья и возгласы, но девушка уже не думала об этом.

Он сидел в кресле молча. Когда её друзья ушли, стало очевидно, что он наконец-то расслабился, вытянул ноги и свесил свои длинные руки с подлокотников. Тишина смущала. Ханна не выдержала.

— Видишь, всё оказалось не так уж плохо, — ухмыльнулась она.

— Да. Обошлось. Это обнадёживает.

— Думаю… они уже не вернутся.

Снова воцарилась тишина. Ханна сидела на диване у входа в гостиную. Малфой в своём углу. Она думала, что сейчас самое время спросить, не находил ли он её мантию. Но почему-то это казалось неудобным. Как будто она его только за тем и пригласила, чтобы это выяснить. На самом деле, всё не так.

Неожиданно Малфой поднялся. Она устремила на него взгляд. Наверное, решил, что пора уходить. Лёгкая досада сдавила грудь. Ханна отвела взгляд. Но тут он остановился возле дивана и сел рядом. Девушка обернулась, её внимание сразу привлекли его руки. Он держал маленькую коробку. Драко просто протянул ей подарок. Молча. Ханна не верила своим глазам. Сердце забилось с бешеной скоростью. Волнение окрасило щёки в нежно-розовый цвет. Она смущённо бросила взгляд на его лицо. Драко не смотрел ей в глаза, но бледность его кожи и чуть красноватые пятна на щеках, выдавали его волнение. Ханна осторожно взяла коробку. Развернула.

Широкий симпатичный браслет сверкал прозрачными кристалликами разной величины. Ханна видела такие в супермаркетах и прекрасно знала, что это очень дешёвая вещь. Но дело ведь совсем не в этом. Он сделал это! Драко Малфой — величайший эгоист и насмешник — приготовил ей подарок. И ей совершенно всё равно, как он его раздобыл.

— Какой красивый, — шепнула она. — Спасибо!

— Синяки прятать, — усмехнулся он и, протянув руку, взял браслет. Он осторожно надел его ей на руку. — Извини, но это фигня какая-то. Совсем на настоящий не похоже.

— А мне нравится, — улыбнулась она. — Надену его завтра на прогулку.

Она весело взглянула ему в глаза. Драко улыбался. Сдержанно, спокойно. Как никогда прежде. Ханна стремительно подалась вперёд, Драко вздрогнул. Лицо девушки в одно мгновение оказалось рядом, и её губы осторожно коснулись его щеки, задержавшись на несколько секунд.

Вовсе не сливочное пиво ударило ему в голову. Дыхание сбилось. Тепло губ замерло. Она не двигалась. Не отстранялась. Драко медленно склонил голову, встречаясь с её взглядом. Её ресницы взволнованно трепетали. Он чувствовал веяние её дыхания возле уха. Мурашки прошли по шее, спускаясь вниз по спине.

Малфой, словно под гипнозом, поднял руку и, взявшись двумя пальцами за дужку, осторожно снял её очки. Ханна смущённо улыбнулась. Он коснулся тёплыми губами её щеки. Сердце зашлось. Ханна тихо вздохнула. Еле слышный удар, очки упали на пол, а его рука медленно проскользнула по её шее, зарываясь в волосы на затылке. Мороз по коже. Нежный поцелуй возле уголка губ. Трепетный, нерешительный. Его ресницы дожат. Она закрывает глаза сдаваясь, разрешая, никакого сопротивления.

— Ты не пожалеешь? — с надеждой шепчет она.

Вдох. Его губы овладевают ею. Яркие вспышки ослепляют, Ханна чувствует, как взлетает, всё внутри дрожит. Он горячий, влажный, сладкий. Голова кружится.

Её тихий стон взрывает что-то у него в груди. Драко крепко обнимает её, притягивает к себе и она в один миг оказывается у него на коленях. Он пьёт её, задыхается, она отвечает, обвивая его шею руками. Его тяжёлый выдох, губы захватывают её глубже. Он стонет тихо, протяжно, с наслаждением. Ханна осознаёт, что слышит посторонний звук. Шаги в коридоре. Резкий холод. Девушка плюхается на диван. Его нет. Он исчез.

Ханна обескуражена, почти в шоке. В гостиную влетает Гермиона.

— Мерзавцы. Идиоты. Как так можно! — шипит она сквозь зубы, только потом замечая Ханну. — Я не смогла ничего сделать, представляешь? Не знаю, что они сделали! Ни отмыть, ни…

— Эти пакостники знают много заклинаний, — тихо произнесла Ханна, стараясь восстановить дыхание. Девушка нащупала на полу свои очки. — Будем убирать?

— Конечно, не оставлять же на завтра. А это что? — прищурилась Гермиона.

Ханна приподняла руку, украшенную браслетом.

— Малфой подарил? — широко распахнула глаза Грейнджер.

Ханна кивнула.

Подруга сдержала радостную ухмылку.

— Мило. Жаль, что ужасно непрактично.

Ханна улыбнулась в ответ, утопая в греющем душу ощущении, что это её лучшая Ночь Рождения.

***

Он упал на кровать, растирая лицо ладонями изо всех сил. Её глаза, её губы, вздохи. Сердце билось через раз, потом взрывалось от сладкой муки. Как теперь дальше жить? Похоже, пути назад нет. Драко больше себе не принадлежит.

Глава 14. «День икс»

Уже светало. Ханна сидела на кровати, прижавшись спиной к горке из подушек. Она вертела в руках незамысловатое украшение, думая о том, что вовсе не этот браслет стал для неё настоящим подарком.

Девушка не представляла, что всё будет так. Трепет поселился в каждой клеточке её юного тела. Томление, согревающее, сладкое, какого она прежде не испытывала. В каждом сияющем стёклышке она видела блеск его глаз, его молчаливую покорность. Это было так странно. Она с блаженством прикрыла веки, расслабляясь, глубоко вдыхая, ощущая его запах, которым пропиталась её одежда, её руки. Ханна была счастлива.

Но только… что же теперь? Что всё это значит? Наверное, она нравится ему. Тогда, в его комнате, он дал понять, что переживает из-за её детского отказа с ним дружить. Неужели всё это время он подпитывал эту вражду от обиды? Теперь, когда они стали ближе, изменится что-нибудь? Чего он хочет? Что будет дальше? Возможно, завтра он снова уйдёт в себя, закроется, как в прошлый раз, и сделает вид, что ничего не произошло. Что делать ей самой? Должна ли она поговорить с ним об этом поцелуе?

Волнение накрыло с новой силой, стоило вспомнить движение его губ. Этот огонь. Его объятия. Напугала мысль, что он значит для неё намного больше, чем казалось. Нет, он ей не враг. Но может ли она считать его другом? Он не отдал ей мантию, а она почти не сомневается, что она у него, Малфой постоянно с ней спорит и конфликтует. Сейчас, после того, что случилось, возможно, всё будет иначе. Или нет?

Вопросов лавина, но ответов нет. Что она может с этим сделать? Нужно поговорить, определиться. Может, для Драко это просто было минутное влечение под действием сливочного пива? Ханна с досадой выдохнула и, резко отложив браслет и свои очки на тумбочку, раскидала подушки в разные стороны и нервно плюхнулась на бок, уставившись в совсем уже посветлевшее окно.

Она ловила себя на мысли, что веки временами смыкаются, но не от усталости, а от того, что внутри звучит его дыхание, его тихие, сладкие стоны, горячие, настойчивые поцелуи. Ханна представила, что она в его объятиях и к пяти утра, наконец, заснула.

***

Ему было не по себе. Драко всё утро торчал перед зеркалом, не представляя, какой вид принять, чтобы выйти из дома. Так хотелось остаться собой, чтобы она не смотрела на него, как на незнакомого. Рыжие для неё привычнее всего… Да не хочет он быть рыжим! Каким угодно, хоть сиреневым, как Тонкс, но только не рыжим! Белый джемпер он отмёл, как слишком броский, синее и голубое тоже. В конце концов Драко безнадёжно лёг на кровать и вообще ничего не делал. Он не спал этой ночью. Вообще. Просто не мог. Ему казалось, что всё ещё держит в руках стройную, нежную девушку, которая когда-то была ему просто ненавистна.

Что-то изменилось. Так хотелось сделать что-то, чтобы впечатлить, понравиться, чтобы она улыбалась, как этой ночью. Он знал, что подарок был просто полный отстой, но сам факт. Драко никогда никому не делал подарков, кроме матери. Настоящих подарков, от души. Те дорогие вещи, которые он дарил своим друзьям и сокурсникам, всегда были заботой Нарциссы. Ему обычно было наплевать, будь то Крэбб или Гойл, даже Паркинсон. Да, они ему ближе остальных, но заморачиваться насчёт подарков? Ему что, делать нечего? Но только не теперь. Драко вздохнул, вспоминая, как её маленькие пальцы безвольно проскользнули по плечам, как она прижалась к его груди, словно боялась, что он исчезнет. И надо же было кому-то так быстро вернуться! Завыть хотелось от досады. Всего-то минута! Но зато он знает — Ханна не оттолкнёт его больше. Она хочет этого не меньше, чем он. Хочет быть с ним. И раз она привыкла к рыжим… что ж, он будет рыжим.

Драко не стал больше ломать голову. Он надел ту же клетчатую рубашку и джинсы. На этот раз они уже не показались такими деревянными, он даже умудрился впихнуть кончики пальцев в карманы. «Похудел, что ли? — задался он вопросом. — Куда ещё то? Мать бы этого не перенесла». Драко почувствовал, что скучает. Ему её не хватало. Хоть бы узнать о ней что-нибудь. Но он не питал надежд, подозревая, что Снейп, скорее всего, ещё долго не появится в этом доме.

Решив больше не задерживаться, Драко не спеша прогуливался по лестнице. Он шёл медленно, чувствуя, как сердце замирает, при мысли, что она там, внизу. У неё день рождения и нужно вести себя как-то иначе. Или не нужно? Если что-то будет не так, все сразу что-нибудь заподозрят. Свернув на пролёт между третьим и вторым этажом, Драко замер.

Ханна сидела на лестнице. Он видел её напряжённую спину, в кои-то веки красиво уложенные пряди. Внизу, наверное, в столовой, слышались весёлые разговоры. Почему она здесь?

Драко казалось, что лестница скрипит достаточно сильно, но девушка не реагировала. Он остановился за пару ступенек позади.

— Привет, Поттер, — спокойно произнёс он. Она вздрогнула и резко обернулась.

— Привет, Малфой, — выдохнула девушка, совершенно растерявшись. Ханна всё утро репетировала речь, но все слова куда-то испарились. Она уставилась на свои коленки, прикрытые зелёной юбкой-шортами в мелкую складочку. Драко заметил и её новую блузку… и свой браслет на левой руке. Сердце билось так медленно, что дыхание почти замерло. Он спустился ещё на пару ступенек и сел рядом. Его ноги оказались на две ступеньки ниже, чем её, Ханна невольно улыбнулась.

Они сидели молча. Казалось, у каждого в голове была целая гора вопросов, но никто не решался заговорить. Волнительная дрожь пробежала по телу. Ханна набрала в грудь побольше воздуха. И вдруг, ощутила его дыхание над самым ухом. Мурашки пронеслись по спине.

— Наконец-то причесалась, Поттер, — с усмешкой тихо прохрипел Драко. — Тебе идёт.

Ханна ухмыльнулась и, обернувшись, взглянула в его прищуренные глаза.

— А ты почему до сих пор не рыжий?

— Рано. Мы же неизвестно когда выйдем из дома.

— Я помогу? — насмешливо спросила Ханна.

Он дёрнул плечом.

— Без проблем. В прошлый раз неплохо получилось. Даже кассирши приставали.

Ханна отвернулась и тихонько засмеялась. Дыхание перехватило, когда он неожиданно взял её за руку. Она сжала пальцы. Никогда не думала, что это так приятно, так хорошо. Его тёплая рука, словно сжимала не только её ладонь, но и взволнованное сердце.

— Почему ты здесь? — тихо спросил он. — Что не так?

— Всё не так, — вздохнула она. — Я не понимаю, что происходит. Не по себе. Я представляю, что будет, если Рон узнает, и что устроит Тонкс… Близнецы ставки сделали… и всех подбили.

— Насколько высоки ставки? — усмехнулся Драко.

— Даже знать не хочу.

— Облом им. Всем.

— То есть?

— А они не узнают ничего.

Ханна снова взглянула ему в глаза. Его спокойствие немного смущало.

— Считаешь… это правильно? Скрываться.

— Абсолютно. Сейчас не то время, чтобы афишировать…

Она помолчала немного.

— Афишировать что?

Теперь он молчал, осторожно перебирая её маленькие пальцы своими.

— Ты ведь со мной? — он долго смотрел ей в глаза, пока Ханна не смутилась совершенно. — Или нет?

Она отвернулась.

— Что значит, с тобой? — шепнула она.

Внезапно на лестнице раздались громкие быстрые шаги. Хлопок, и Драко исчез. Она выдохнула. Невозможно привыкнуть к этим выкрутасам.

На втором этаже раздался стук в дверь.

— Ханна, ты там? — громко спросила Джинни.

— Я здесь! — крикнула девушка и пошла вниз по лестнице.

— Привет, именинница! — воскликнула подруга, обнимая Ханну. — Гуляла по дому? Классно выглядишь! — И, тут же наклонившись к её уху, прошептала. — Малфою понравится. Красивый браслетик!

Ханна смущённо улыбнулась. Ей нравится, что Джинни её поддерживает, но в то же время не расспрашивает и не высказывает своё мнение. Девушки пошли на первый этаж.

— Тонкс и профессор Люпин уже здесь. Мама с папой тоже. Все хотят тебя поздравить. Мне кажется, одних нас в Торп-парк не отпустят. Говорят там… слишком опасно. Мама костерит Дамблдора как только может, хотя, может она не очень много, — усмехнулась девушка и многозначительно подняла указательный палец вверх. — Кто же станет оспаривать решения самого Дамблдора?!

Ханне стало весело. У неё столько чудесных друзей, она живёт в замечательном доме, в котором хватит места всем, даже… тому, кто когда-то был её врагом. Она до сих пор не верит, что всё происходит по-настоящему. Что случилось с парнем, который столько лет не давал ей спокойно жить? Доставал так, что хотелось врезать! А теперь она думает о нём непрерывно, каждую минуту, возвращаясь к нему снова и снова. Драко Малфой спросил, с ним ли она? Ханна сказала бы даже больше: она растворилась в нём. Всего за пару недель её жизнь перевернулась, стоило ему войти в этот дом, поселиться с ней под одной крышей. Ей кажется, что она узнала его другого, которого никто не знает.

Девушки вошли в кухню. На Ханну обрушился шум десятка голосов. Джинни умолчала о том, что здесь были и Фред с Джорджем, и Билл Уизли, и Грозный глаз. Рональд запустил в воздух громко хлопнувшее конфетти, и Молли, тут же взмахнув палочкой, укрыла стол большим зонтом, чтобы разноцветные кружки не нападали в еду. Надо сказать, что разнообразной выпечки было не счесть. Молодые люди таскали печенья, пирожные и куски торта, кружа вокруг стола. Все стали по очереди обнимать и поздравлять Ханну с шестнадцатилетием.

Старшие товарищи упорно увещевали молодёжь, чтобы как можно меньше лезли на опасные аттракционы.

— Мама! — вздыхала Джинни. — Дамблдор прислал нам билеты. Пойдём на те, которые есть.

— Знаю я его! — сокрушалась Молли. — Наверняка он даже не смотрел, куда вас отправляет, он ведь не родитель!

— Дорогая, ну что ты так переживаешь?! Ребята отлично развлекутся, будет масса впечатлений… — пытался её успокоить Артур.

В это время в столовой появился слизеринец. Тишина возникла всего на секунду, но это было так заметно, что Драко непроизвольно скривился.

— Король прибыл, — ухмыльнулся он.

— Здра-а-а-асте, ваше величество! — нашлась Тонкс.

Драко лениво взмахнул рукой в приветственном жесте.

— Не утруждайся, кузина, можешь не кланяться.

Ханна прикусила губу, с трудом сдерживая улыбку. Впервые в жизни она испытала это странное ощущение, когда хочется просто побежать и броситься ему на шею. Она почувствовала, как краска заливает лицо и отвернулась, чтобы Малфой этого не заметил. Но было уже поздно. Он и не представлял, что видеть её теперь станет такой мукой. Быть так далеко и делать вид, что они друг другу чужие, как и прежде.

Но обстановка уже сама собой разрядилась. Профессор Люпин взял слово:

— Учтите, что вы будете находиться среди маглов. Важно ни в коем случае не выдать себя. Волшебные палочки… лучше оставить дома.

— Что? — хором воскликнули возмущённые подростки.

— Ни за что! — зло выкрикнул Рон. — Уж лучше я тогда никуда не пойду!

— И я, — как-то неловко поддержала Гермиона и сама же смутилась.

— Я сказал «лучше», но решать вам. В любом случае, пользоваться ими нельзя, сами знаете, что вам будет за колдовство вне школы.

— А если на нас нападут? — вдруг спокойно произнёс Драко. Всем стало не по себе.

— Для самообороны, в случае… опасности для жизни, можно, но лучше этого избежать. Надеюсь, вы не пойдёте в таком виде? Вас узнают.

— Поттер разберётся, — недовольно бросил он. Ханна даже поверила, что он это всерьёз. Хитёр же всё-таки! Как ему это удаётся?

— Я думаю, Драко нужно поесть, — заботливо произнесла миссис Уизли. — Ханна тоже не успела. Позавтракайте, а мы в гостиную, дождёмся вас и проводим на автобус.

— Автобус? — брезгливо поморщился Малфой. — А получше ничего не нашлось?

— На метле слишком приметно, — усмехнулась Тонкс.

— Если ты там не бывал, трансгрессировать не выйдет, сынок, — скривился в усмешке Грозный Глаз.

Драко раздражённо фыркнул, скрещивая руки на груди.

— Мальчики и девочки, на выход! — скомандовала Молли.

Ханна вышла в кухню, заварила две больших кружки чая. Она не заметила, когда Драко оказался рядом, и обернувшись вздрогнула, почти столкнувшись с ним нос к носу.

— Хочешь, чтобы я тебя кипятком облила? — с огромными от ужаса глазами прошептала она.

— Плохо играешь, Поттер, — ухмыляясь прищурился он.

— Зато ты слишком хорошо, — закатила она глаза, садясь к маленькому столу.

— Это не моё решение. Тебя смущает их пари, мне всё равно.

— Как это может быть всё равно? Это оскорбительно! — стараясь не кричать, хрипела она. — Словно это тараканьи бега, а не человеческие жизни. Так нельзя.

— Согласен. Но это уже состоявшийся факт.

Драко отпил из кружки и откусил кусок пирога со сладким джемом. Он невольно прикрыл глаза от удовольствия, потом только вспомнив, что это стряпня Уизли. «И фиг с ним!» — решил он и продолжил поглощать райскую пищу.

Ханна смотрела на него украдкой, с трудом сдерживая улыбку. Это было так странно сидеть с ним за одним столом и пить чай. Стоило ему взглянуть на девушку, она тут же опускала глаза, прячась за свою кружку.

Вдруг стало смешно. Драко расплылся в улыбке, словно вспомнил что-то. Потом неожиданно встал и направился в столовую со своей кружкой.

— Ты чего? — удивлённо спросила она.

— Нас расколят, Поттер, — усмехнулся он. — Мы похожи на старую супружескую пару, типа моих предков.

Ханна усмехнулась.

— Вряд ли твои предки также мило пьют на кухне чай.

Он внимательно посмотрел ей в глаза.

— Извини, но ты не можешь этого знать. Моя семья — это мир, в котором посторонним нет места.

Ханна помолчала немного. Стало отчего-то очень-очень горько. Она отвернулась, прислонившись спиной к стене.

— Намёк понят, — вздохнула она.

Драко зажмурился и устало запрокинул голову.

— Я не то хотел сказать.

— Неважно. Ты прав. Иди в столовую, пока нас не засекли.

Драко с досадой выдохнул и ушёл. Она слышала, как его кружка с раздражённым грохотом опустилась на стол. Ханна уверена — он жалеет, что ляпнул не то, но всё равно обидно. Да, у неё нет семьи, на примере которой, она могла бы постичь ту интимность ситуации, в которой сама оказалась всего пять минут назад. Она не любила родителей Драко. Слишком много неприятностей доставил ей его отец. Но Ханне не хотелось казнить сына за грехи отца. Он, кажется, уже начал меняться… Хотя, может быть, это только кажется?

В столовой раздался шум.

— Долго ещё возиться будете? — воскликнул Рон. — Мы так до вечера проковыряемся!

— Ханна, быстрее! — нетерпеливо прокричала Джинни.

— Иду! — постаралась весело крикнуть Ханна. Даже получилось. Она бодро вышла из кухни и сразу направила на Драко палочку. — Малфой, ты готов?

Не успел он и рта раскрыть, как ударная волна поразила его в самое лицо.

— Я вообще-то ещё не ответил, Поттер! — яростно воскликнул он и на глазах стал меняться. Его волосы стали чёрными как смола, а на лице отросла тёмная трёхдневная щетина.

— Неплохо! — удовлетворённо пожала плечами Тонкс. — Но надо было его в розовый покрасить.

— Тебя надо в нормальный! — проворчал Драко. — Может, хоть на человека будешь похожа.

— Посмотреть на себя не хочешь? — усмехнулась Джинни.

— Чего я там не видел, меня стошнит от этих веснушек.

— Милый, ты жгучий брюнет, — усмехнулась Молли, явно довольная работой Ханны. — И борода тебе к лицу.

Малфой резко развернулся и направился в прихожую. Присутствующие захихикали.

— Поттер! — прокричал он крайне возмущённо. — У тебя вкус вообще есть? Эта дурацкая борода не подходит к моей рубашке! Я похож на… на…

— На кого, Малфой?! — со смехом выкрикнула девушка.

— Хрен знает на кого! Блин! Я оделся под рыжего!

— Всё поправимо! Возвращайся! — крикнула Ханна.

— Нет уж! Я пошёл переодеваться! — в коридоре раздался хлопок.

— И сколько его ждать? — простонала Гермиона и устало опустилась на стул.

— Вы о своём задании помните? — вдруг вкрадчиво заговорил Грюм. — Я вижу, дела уже не так плохи.

У Ханны дыхание перехватило. Она и забыла, что весь этот поход не просто развлечение. Стало очень не по себе.

— Помним, — буркнула она.

— Будьте внимательны. Вряд ли там окажутся Пожиратели смерти. Это почти исключено, но держите ухо востро, — увещевал Грозный Глаз.

Молодёжь вздыхала, закатывая глаза. Близнецы посмеивались. Молли нервно кусала губы.

— Альбус, Альбус! — качала она головой. — Твои выкрутасы мне не по нутру.

В это время черноволосый и слегка обородевший Драко вошёл в столовую, в тех самых синих брюках и белом джемпере.

— Это у кого тут вкуса нет?! — с восторгом всплеснула руками Молли. — Артур, ты посмотри!

— Мистер Малфой, вы должны немедленно извиниться, — в шутку погрозил ему мистер Уизли.

— Это моя заслуга, а не её, — проворчал Драко.

— Больно мне нужны его извинения, — закатила глаза Ханна.

— Мы идём или нет?! — воскликнул Рон. — Сколько можно?!

Дружно общаясь и смеясь, вся компания двинулась на выход, правда, Тонкс и Люпин покинули квартиру через камин, после чего, Ханна его закрыла. В доме оставался только Кикимер.

Драко замешкался у зеркала, пытаясь что-то сделать с чёлкой, которая в чёрном виде ему совершенно не нравилась. Ханна остановилась рядом.

— Идём? — нерешительно произнесла она.

Он посмотрел на неё очень внимательно.

— Дуешься? — ухмыльнулся он.

— Нет, просто я на тебя зла, — мило улыбнулась она.

— Эй, голубки! — вдруг послышался с крыльца голос Фреда. — Вы что, решили остаться одни? Всех, значит, выпроводили…

Ханна вспыхнула, а Драко ехидно ухмыльнулся. Девушка рванула на выход, он за ней. Оказавшись на улице, обнаружили, что вся компания двинулась к дороге. Ханна обернулась, чтобы запереть дверь и наложить защитные чары. Почувствовала, что Драко еле заметно тронул её запястье.

— Не дуйся… — шепнул он.

Она посмотрела в его лукавые серые глаза и не смогла сдержать улыбку.

— Так уж и быть. Не буду, — тихо ответила она.

Они медленно зашагали к остальным. Ханна впереди, Драко поодаль.

— Вот увидите, сегодня «День икс»! — с азартом прошептал Джордж. — Завтра они уже будут вместе.

«Они уже вместе», — с лёгкой улыбкой на губах думала Грейнджер.

Глава 15. Праздник для всех

Когда Поттер и Малфой приблизились к общей компании, все как-то разом умолкли, как будто их двоих и обсуждали секунду назад. Грозный Глаз уже куда-то испарился, остались только взволнованные провожающие Уизли. Фред и Джордж молниеносно материализовали на своих головах по шляпе-котелку и, синхронно их приподняв, выпалили:

— Желаем здравствовать!

— Вы разве не с нами? — удивилась Джинни.

— Увы! — усмехнулся Фред. — Наше чудное детище требует непременного присутствия хозяев.

— Уверен, у магазина уже выстроилась очередь ожидающих! — радостно заявил Джордж.

— Да, всем не терпится поскорее отрастить себе бородавку на заднице, — ухмыльнулся Драко.

— Отличное предложение! — воскликнул Фред.

— Надеюсь, ты не потребуешь денег за авторство?! — усмехнулся Джордж.

Драко немного опешил. Но потом скривился в ухмылке. Белоснежная улыбка в чёрной щетине выглядела особенно зловеще.

— Только в том случае, если ни разу не стану жертвой ваших пакостей.

— О! Это слишком суровое требование! Не докажешь, что ты автор! — разошёлся Фред.

— А у меня есть свидетель, да, Поттер? — подмигнул он девушке, и та мгновенно зарумянилась.

— Я-то при чём?! — возмутилась она.

— Брось, Ханна! — рассмеялся Джордж. — На чьей ты стороне?

— Прекратите сейчас же! — с усмешкой произнесла Молли. — У Ханны день рождения. Испортите девочке праздник своими дрязгами.

— Ладно, Малфой! — выдохнула она, розовея ещё больше. — Буду твоим свидетелем.

— Предательница! — хором воскликнули близнецы.

Ханна показала им язык и с усмешкой отошла к Гермионе и Джинни. Малфой самодовольно скрестил руки на груди.

— Не радуйся! Я могу и передумать! — выкрикнула девушка.

Он скептически закатил глаза.

В этот момент мистер Уизли поднял руку, взмахивая палочкой. В пространстве, с жутким скрежетом, возник «Ночной Рыцарь» — трёхэтажный фиолетовый автобус. У Ханны, да пожалуй у всех гриффиндорцев, остались неизгладимые впечатления от путешествия на нём.

— Быстрее, — засуетилась Молли. — Пока маглооталкивающие чары действуют!

— Что за монстр? — брезгливо бросил Драко.

— Наш транспорт, — констатировал Рон и скривился. — Поверь, это самый отвратительный вариант из всех возможных. Советую приготовить бумажный пакет.

Через пару секунд в дверях появился худощавый парень.

— Я Стэнли Шанпайк… — Он замешкался на мгновение и подозрительно прищурился. — Как-то вы не похожи на нуждающихся в помощи.

— О! Мистер Шанпайк! Это особый случай, честное слово! — заторопился Артур. — Вот.

Мистер Уизли протянул кондуктору конверт. Пока Стэн разворачивал письмо, глава семейства пояснял:

— Директор Дамблдор с превеликим почтением просил доставить детей в графство Суррей.

— Наш маршрут не лежит в ту часть Лондона, — прищурился парень. — Но раз просит сам профессор…

Мистер Уизли тут же протянул кондуктору звенящий монетами мешочек.

— Это за всех.

— Ладно, заходите, молодёжь, — милостиво кивнул кондуктор. Уизли запрыгнули первыми, затем Гермиона, Малфой, явно недовольный таким раскладом, и потом Ханна.

— Осторожней там! — встревоженно прокричала Молли. — Рональд, не объедайся незнакомой пищей! Джинни, не знакомься с подозрительными людьми! Ханна, детка, береги себя! Гермиона, присмотри за ними, ты такая умница!

— Да, миссис Уизли, конечно! — радостно произнесла Грейнджер.

— Мамаша, — усмехнулся Драко.

— Помолчи! — деловито вздёрнула она подбородок. Малфой только хмыкнул.

— Не свалитесь с каруселей! — со смехом прокричал Джордж.

— И с качелей, и с колеса обозрения, и не утоните…

— Фред, хватит! — шикнула Молли. — Я и так на взводе, не бесите меня! Сами знаете, чем это грозит.

Братья изобразили застёгивание ртов на молнию и исчезли.

— Артур! — возмутилась она.

Супруг только пожал плечами.

— Молодёжь, займите свои места! — скомандовал Стэн. — Кажется, мы с вами незнакомы, мистер… как вы сказали вас зовут? — обратился кондуктор к Драко. Остальных ребят он хорошо помнил.

— Я не представлялся, — ухмыльнулся Драко и уселся на сидение у окна.

— Что это за парень? — подозрительно прошипел Стэн у самого уха Гермионы, она немного брезгливо отстранилась.

— Это-о-о, кхм, кузен Ханны — Дадли.

Ханна с ужасом выпучила на подругу глаза, а потом густо покраснела, наблюдая, как Малфой расплывается в широченной самодовольной улыбке.

Стэн склонил голову на бок, наморщил нос. Перевёл взгляд с девушки на парня и обратно.

— Да, сходство очевидно, — протянул он, и Джинни, сидящая у противоположного окна, согнулась пополам, давясь беззвучным смехом. Стэн не обратил на это ни малейшего внимания, только выпалил. — Занимайте места и держитесь!

Двери автобуса захлопнулись. Молодые люди быстро расселись. Молли последний раз махнула детям рукой.

— Артур, что же будет? — взволнованно произнесла она.

— Не волнуйся, милая. Маглы обычно довольно прочно строят. У них ведь нет магических способностей, чтобы зависнуть в воздухе при падении или применить заклинание головного пузыря…

— Артур! — возмущённо воскликнула она. — Ты знаешь, как успокоить!

Супруг виновато пожал плечами.

Автобус сорвался с места. Драко вцепился во впереди стоящее кресло, чуть было не впечатавшись в него лицом. Он резко обернулся, чтобы как можно злее посмотреть на своих спутников. Но им явно было не до него. Они все вцепились в кресла и поручни. Рон уже начал зеленеть, Гермиона держалась изо всех сил, плотно стиснув губы и зажмурившись. Джинни с восторгом улыбалась. Похоже, её навыки ловца в квиддиче были очень кстати. Ханна даже ухом не вела. Она упорно смотрела перед собой, явно о чём-то размышляя. Мимо проносились неизвестные улицы, которые невозможно было разглядеть.

— Ремонт дороги, — со скукой в голосе констатировал Стэн.

Вдруг, из кабины водителя раздался противный скрежещущий голос сушёной головы.

— Эрн, сворачивай!

Автобус резко дёрнулся, и девушки с визгом покатились со своих мест, цепляясь за всё, что под руку попадётся. Малфой ощутил резкую боль в плече. Поттер вцепилась в него ногтями. Он на секунду скривился, резко втягивая воздух сквозь зубы.

— Прости, — с виноватым выражением лица, еле заметно, шепнула Ханна.

— Держись крепче, — ухмыльнулся он. Оба оглянулись, чтобы удостовериться, не заметил ли кто-нибудь.

— Эрни! Давай быстрее! Нас уже ждут в другом конце Лондона. Кому-то приспичило! — прокричала визгливая голова.

Раздался грохот, вокруг потемнело, девушки вскрикнули, Драко прикусил язык, настолько резкий рывок с перегрузками его сотряс. Сзади раздался жуткий стон Рона.

— Остановите… Я сойду… Нахрен этот парк!

— Да пожалуйста, — усмехнулся кондуктор. — Мы на месте. Дальше пешочком. Думаю, найдёте. Это жуткое заведеньице трудно не найти. Будем рады видеть вас снова.

— Ну уж нет! — почти хныкал Рон. — Говорил же, что больше сюда ни ногой. Какого хрена?!

— Видно, Дамблдор решил посадить нас на аттракционы заранее, — усмехнулся Драко, теряя равновесие и изрядно покачиваясь. — Не ной, Уизли. Всё ещё впереди!

— Иди ты к Салазару! — прохрипел Рон.

— Ты, похоже, не в курсе, что это мечта каждого слизеринца, — продолжал потешаться Драко.

— Кончайте трепаться, сопляки! Освободите автобус! — нетерпеливо выпалила сушёная голова на лобовом стекле.

Молодые люди злобно переглянулись и вывалились из автобуса, сталкиваясь плечами. Девушки вышли следом. Не успела нога Ханны оказаться на тротуаре, как раздался хлопок и автобус скрылся. Поток воздуха взметнул вверх столб пыли, заставив молодых людей закашляться. Придя в себя, они огляделись. Перед ними простиралась грунтовая дорога, похожая на обходной путь. Где-то неподалёку слышался скрежет каких-то механизмов, визг, смех, весёлая музыка. Молодёжь сомневалась, стоит ли двигаться дальше.

— Дамблдор велел идти туда, — наконец выдохнула Грейнджер. — Мы должны ему доверять.

— Самое тупое утверждение, что я слышал в своей жизни, — ухмыльнулся Малфой.

— Знаешь, что! — воскликнула Ханна, мгновенно закипая. — Вот… Ты можешь говорить что угодно, про кого угодно! Но профессора Дамблдора не смей задевать, ясно?!

Она угрожающе воткнула свой указательный палец ему в грудь. Драко удивился сам себе. В другое время он бы разозлился, начал спорить и доказывать, что Дамблдор самый неадекватный из всех директоров Хогвартса за всю его многовековую историю. Но он только чуть ссутулился и лениво ухмыльнулся.

— Ну. И что ты сделаешь, Поттер?

— Тогда и узнаешь. Не рекомендую, — сердито произнесла девушка.

— Я, кажется, поняла! — разрядила обстановку Джинни. — Нам туда. Смотрите, там паркуют машины, значит вход в парк с той стороны.

Компания не спеша двинулась в выбранном направлении. Подходя к парку, они уже почти бежали. Весёлый гам манил, дразнил воображение. За высокими деревьями, окружавшими парк, было видно что-то разноцветное, быстро движущееся, летящее, визжащее. Сердце захватывал необыкновенный азарт. Хотелось испытать всё, всю палитру впечатлений, несмотря на то, что ребята даже не предполагали, к чему готовиться.

Гермиона крепко держала Ханну и Джинни за руки. Девушки весело вошли в главные ворота. Глаза разбежались от обилия витиеватых разноцветных конструкций из металла и пластика. Всё вокруг непрерывно двигалось, лязгало.

— Это слишком, — раздался за их спинами озадаченный голос слизеринца. — Эти маглы — самоубийцы.

— Им явно не хватает адреналина, — усмехнулся Рон. — Не каждый может позволить себе оседлать метлу.

— Слава Салазару, — презрительно хмыкнул Драко. — Ещё не хватало, чтобы маглы…

— Малфой, держи себя в руках, — шикнула Гермиона. — Не произноси этих слов. Мы можем вызвать подозрение. Просто «люди», хорошо?

— Как скажешь, мамочка! — противным голоском пропищал Драко, что никак не вязалось с его внешностью, особенно со щетиной. Ханна и Джинни покатились со смеху, но Рон усердно насупился, чтобы не выдать своего веселья. Гермиона сердито сузила глаза.

— Не называй меня так!

Она стремительно пошла вперёд, увлекая подруг за собой.

— Скажи же, наседка и есть! — кивнул Малфой Рону, на что тот молча зашагал за девушками. — Ну и зануды! — выдохнул Драко.

Ребята некоторое время ходили кругами, осматриваясь. Гермиона изучала большой стенд с картой расположения аттракционов. В это время Рон уже нашёл маленькую забегаловку, где купил себе огромный хот-дог с кетчупом и горчицей.

— Тебе мама что говорила? — возмутилась Джинни. — Ты посмотри на эти горки! Не боишься, что тебя вывернет?

— Не командуй, а! — отозвался брат.

— Что ж! — подытожила Гермиона. — Ближе всех к нам находится аттракцион «Буря в стакане воды», на него и билеты есть. А у тебя, Малфой?

— Да. Есть такое, — просмотрев свои билеты, ответил Драко.

— Тогда пошли!

Под красивым белоснежным зонтиком на круглом поле, похожем на деревянный стол, стоял гигантский чайный сервиз. В центре — высокий белоснежный чайник расписанный голубыми цветами и вензелями. Его окружало шесть таких же белых чашек с росписью.

— Как красиво! — воскликнула Джинни. — Мне кажется мама не отказалась бы от такого сервиза, только чашечек надо побольше.

— Да, на вашу ораву… — хотел поиздеваться Драко, но тут ощутил, как его дёрнули за рукав. Он обернулся и тут же столкнулся с суровым взглядом Ханны. Она осуждающе покачала головой, и парень про себя выругался. Ну просто невозможно общаться с ней и издеваться над её друзьями. От привычки не так-то просто избавиться. Драко с досадой выдохнул и отвернулся.

— Можем кататься по одному и по двое, — изучив описание аттракциона, заявила Гермиона. — Джинни, идём со мной!

— Да, конечно! — обрадовалась подруга.

— Чёт мне не охота, — скривился Рон. — Я только поел.

— Слабак, — усмехнулся Драко и схватил Ханну за запястье. — Пошли, Поттер.

— Эй! Полегче! — возмущённо воскликнула она. От такого поворота событий сердце резко рвануло в пятки. Ханна была уверена, что для конспирации Малфой вообще с ней общаться не будет, а тут такие выпады.

— Я пока посмотрю! — прокричал Рон, когда друзья усаживались и пристёгивались к сидениям внутри чашек.

Ханна была напряжена, ожидая начала движения аттракциона и одновременно не понимая, что делает Драко.

— Я думала, мы будем… э-э-э, конспирироваться. Разве нет?

— Я, по-твоему, должен был пригласить Уизли? — нарочито широко распахнул глаза Драко. — Конспирация конспирацией, но не доходить же до бреда.

— Мог бы один пойти, — проворчала она. — И я бы пошла одна.

— Тогда бы я не увидел твою визжащую мордашку, — улыбнулся Драко, и Ханна не смогла сдержать усмешку.

— Подумаешь, чашки! Вряд ли в них есть что-нибудь особенное, доводящее до визга.

Тут огромный стол вздрогнул и плавно медленно закружился. Чашка чуть повернулась.

— Будем крутиться, как малыши, — закатила глаза Ханна. — Не заснуть бы.

Стол закружился быстрее и чашка начала раскручиваться. Она сделала резкий поворот и сместилась куда-то в бок. Дыхание перехватило и молодые люди вжались в сидение.

— Ой-ёй, — усмехнулся Драко, видя, как глаза девушки расширились.

Стол вращался всё быстрее, чашки стало швырять и крутить то в одну сторону, то в другую. В этот раз Драко так вдавило в сидение, что появилось ощущение, будто все внутренности прилипли к спине.

— Твою мать! — выкрикнул он.

Ханна засмеялась и тут же испытала те же ощущения.

— Блин, меня расплющило! — прокричала она. Теперь расхохотался Драко.

Из соседней чашки доносились визги Джинни и Гермионы. Веселье и страх одновременно мелькали на их лицах, но Ханне не удавалось рассмотреть подруг, слишком порывисто кружились чашки. Зато она видела, как ярко сияли серые глаза Драко. Непривычно чёрные волосы и щетина делали их ещё ярче, почти голубыми. Он то крутил головой пытаясь поймать равновесие, то зажмуривался, то весело улыбался глядя ей в глаза. Ханна всё время поправляла норовившие слететь очки.

— Тебе Вечное приклеивание нужно! — смеялся Драко.

— Сейчас! А спать что, тоже в них?

— Нет, их вообще надо выкинуть! Что мне в тебе не нравится, так эти дурацкие окуляры!

Чашки вдруг стали замедлять ход. Они кружились всё медленнее, потом остановились вовсе, а потом и стол замер.

— Это было классно! — подпрыгнув на месте, взвизгнула Джинни. — Не помню, чтобы при игре в квиддич бывали такие перегрузки.

— Да, особенно когда кишки к позвоночнику прилипают, — усмехнулся Драко.

— Точно! — хором воскликнули девочки.

Рон угрюмо взирал на веселящихся.

— Блин, я, похоже, что-то классное пропустил.

— Правда, Рон! Это было здорово! У тебя ведь есть билет. Иди, мы тебя подождём! — весело щебетала сестра.

— Да ну нафиг! — как-то грустно говорил он. — Одному не прикольно.

— Ну… давай возьмём ещё билет, — розовея предложила Гермиона. — Я с тобой пойду.

— Серьёзно? — он так обрадовался, что Грейнджер просто расцвела.

— А где тут билеты покупают? — озадачила всех Джинни.

— А я видела! Там на стенде указано. Идём, Рональд!

Гермиона так оживилась, что не могла не вызвать умилённую улыбку Ханны. Она давно подозревала, что подруга неравнодушна к Рону. Грейнджер потянула его за рукав.

— Я с вами! — крикнула Джинни. — Хочу купить какую-нибудь вкусняшку.

— Ханна, вот! — Гермиона сунула подруге в руку пару билетов. — Сходите ещё куда-нибудь, встретимся на этом месте через двадцать минут, хорошо? — в её голосе было что-то обнадёживающее и немного драматичное, как будто от этих аттракционов вся жизнь зависела.

— Ладно, — немного растерянно выпалила она.

Друзья быстро удалились. Драко заглянул через её плечо.

— Ну, что там у тебя?

Почувствовав его дыхание за ухом, Ханна очень разволновалась, мурашки пробежали по спине.

Её близость волновала. Драко не думал, что будет так рад этому уединению среди толпы маглов, которые куда-то спешили, кричали, смеялись. Он их просто не замечал.

— «Летучая рыба» и «Ходячие мертвецы». Звучит просто ужасно, — прочитала она на билетах.

— Тогда на рыбу. Где это?

— Сэр! — обратилась девушка к оператору «чайного сервиза». — Подскажите, пожалуйста, как пройти к «Летучей рыбе».

— Прямо по дороге, потом за киоском с шарами направо, — с ужасной скукой в голосе произнёс магл.

— Спасибо, сэр, — скромно улыбнулась Ханна и шепнула: — Идём!

Молодые люди быстро зашагали по широкой дороге, ведущей вглубь парка. Вокруг всё пестрело, гудело, веселилось, и этот дух праздника и хулиганства наполнял их доверху.

— Эти маглы чокнутые, — словно сам себе под нос ворчал Драко. — Сколько человек в год гибнет на этих игрушках?

— Не говори глупостей! — возмутилась девушка. — Всё построено очень надёжно.

— Ещё скажи, что вот с той фигни никто ни разу не рухнул! — усмехнулся он, поднимая голову вверх и глядя на «Колесо обозрения».*

— Ну не выдумывай! — устало вздохнула Ханна. — Ты же видишь, там закрытые кабинки. Оттуда не выпадешь, даже если захочешь.

— А если оно само рухнет? — продолжал дразнить он.

— Ну, не катайся на нём, раз боишься.

— Кто тут боится?! — обиженно протянул он.

Ханна украдкой усмехнулась. Как же ей нравятся его шутки и эта лёгкость, с которой они могут общаться. Сейчас уже не верилось, что раньше это было просто невозможно. Они шли рядом, разговаривали, улыбались. Весь прочий мир как будто не существовал.

Когда они наконец приблизились ко входу в аттракцион, их взору предстала запутанная железная дорога из массы завитков и поворотов, в которых, казалось, можно заблудиться. По этой дороге быстро нёсся оранжевый поезд с огромными глазами, в котором весело визжали пассажиры. На самом крутом повороте в виде петли визг усилился и одновременно на землю посыпались какие-то мелкие предметы, потерянные посетителями аттракциона.

— Тебе нужно Вечное приклеивание, Поттер! — настойчиво произнёс Драко, без тени шутливости. Ханна немного подумала.

— Придётся их снять, — грустно вздохнула она, снимая очки и крутя их в руках. Она подняла глаза и поняла, что мало что интересного без них увидит. Но хоть ощущение полёта останется.

— Так не пойдёт, — выпалил Драко и рванул назад. — Я сейчас!

— Ты куда? — в ужасе выкрикнула она, боясь, что он может потеряться в парке один.

Она подождала пару минут и уже хотела идти за ним, когда Драко вернулся, неся в руке большой воздушный шар зелёного цвета на длинной толстой верёвочке. Ханна смотрела на него во все глаза, не мигая. Это было такое по-дурацки милое зрелище: черноволосый, бородатый Драко Малфой с воздушным шариком. Ханна зажала рот рукой, а когда на его лице расцвела белоснежная улыбка, девушка от души рассмеялась.

— Малфой, ты ошалел? — хохотала она. — Зачем тебе шар? Или это мне? И куда его?

— Вот ты тугодум, Поттер, — усмехнулся он, потом сунул ей в руку шар и оторвал от него большую часть верёвки. Ханна прикусила губу, неужели вот это и называется «ухаживание»? Он бесцеремонно стащил с неё очки и стал тщательно привязывать по кусочку верёвки на каждую дужку. Управившись минут за пять, нацепил их обратно и скомандовал:

— Повернись.

Ханна послушно повернулась к нему спиной, и Драко осторожно, лишь пару раз дёрнув её за волосы, завязал узелок на затылке. Девушка потрясла головой. Очки держались очень крепко и точно не свалились бы.

Она обернулась, Драко хлопнул себя ладонью по глазам и с досадой выдохнул:

— Ужас! — но потом расплылся в улыбке. — Зато всё увидишь.

— Спасибо и на этом, — усмехнулась Ханна, и они подали билеты оператору.

— Шар лучше убрать, — закатил глаза усатый сорокалетний работник парка.

Ханна в последний раз с сожалением взглянула на яркий зелёный шарик в руке и, вздохнув, разжала пальцы. Шар устремился вверх.

— Не плачь, деточка, — ласково, но шутливо произнёс Драко. — Я тебе ещё один куплю.

Ханна прыснула, и ребята сели в самый первый вагончик с мордой гигантской оранжевой рыбы. Все места заполнились пассажирами, и поезд тронулся. Он медленно выехал из-под навеса и стал плавно взбираться в довольно крутую гору. Драко вдруг овладело очень дурное предчувствие.

— Зря мы сюда залезли, — шепнул он.

— Что? — удивлённо произнесла Ханна.

Они поднимались всё выше, и девушка видела, как Драко изо всех сил стиснул руками поручень перед собой. Его лицо было напряжено. Ханна осторожно накрыла его пальцы своей ладошкой. Малфой вздрогнул от неожиданности.

— Всё будет нормально, — с улыбкой шепнула она, и поезд замер на вершине горы.

— Нет, — выдохнул он, обозревая вид открывшийся на парк с высоты пятиэтажного дома. Поезд сорвался с места и понёсся вниз, бешено набирая скорость.

Дружный визг разрывал барабанные перепонки. Внутри всё скручивалось от ужаса. Ханна и Драко изо всех сил вцепились в поручень. Она никогда не слышала, как он душераздирающе кричит, хотя сама визжала не меньше. Одно дело, когда ты сам руководишь метлой и летишь туда, куда требуется, а этот совершенно неконтролируемый процесс просто переполнял эмоциями: страхом, возмущением, в то же время восторгом, адреналином. Поезд то взлетал вверх, то нёсся вниз, то резко поворачивал, швыряя пассажиров из стороны в сторону. Перед глазами мелькала извилистая дорога. На очередной крутой петле Дарко зажмуриваясь выкрикнул:

— Я его убью!

— А я помогу! — прокричала Ханна. Поезд резко полетел вниз, и оглушительный крик сорвался с её губ.

Потом движение резко замедлилось и стало ясно, что они на финишной прямой. Драко выдохнул, Ханна расслабилась, опуская руки. После остановки они ещё пару секунд приходили в себя. Пассажиры смеялись, обсуждали это невероятное приключение. Когда все вышли, Драко выбрался из вагона и подал Ханне руку. Она смущённо её приняла и выбралась на твёрдую землю. Только он не отпустил девушку. Они так и пошли вдоль платформы, держась за руки. Плечом к плечу спустились по лестнице. Их переполняло приятное волнение, словно они стали ещё ближе. Между ними выстраивался незримый мостик. Он был ещё хрупкий и зыбкий, но он был. Молодые люди это чувствовали.

— Давай сбежим от твоих друзей? — вдруг как-то очень тихо произнёс он. Сердце девушки замерло. Она прерывисто выдохнула.

— Нельзя, Драко.

Он остановился, сжимая ещё крепче её руку. Ханна осеклась, смутилась ещё больше.

— Нам нельзя обособляться. Это… может быть опасно. Мы должны вернуться к месту встречи. Прости.

Ханна чувствовала себя так, словно стала предательницей. Ей так хотелось остаться с ним вдвоём, забыть обо всём и обо всех. Но она не может. Просто нельзя!

— Да ладно! — Драко постарался сделать вид, словно его совершенно не задел её отказ. Он вдруг поднял руки и развязал верёвочки её очков. — У тебя и билетов нет. А я хочу забраться туда, — кивнул он на колесо обозрения, возвышающееся над парком.

Драко зашагал вперёд. Ханна понимала, как и он, что так лучше, так правильно, но было безмерно жаль, даже плакать хотелось. Она сделала несколько успокаивающих вдохов и последовала за ним.

Встретившись с друзьями у «Чайного сервиза» Ханна и Драко поняли, что друзья тоже уже побывали где-то. Они были все вымокшие.

— Мы были на Румба Рапидз. Спускались по реке, преодолевали пороги, — торопливо рассказывал Рон. — Вот это было круто!

— Ты на летающем поезде не ездил, — ухмылялся Драко. — Вот, где адреналин.

— Да ну! — махнул рукой Рон.

— Куда теперь пойдём? — снова разрядила обстановку Джинни.

— Мы ещё много где не были, — задумалась Гермиона. — Кто куда хочет? Я видела, здесь есть пляж.

— Серьёзно? — скривился Рон, его это явно не вдохновило. — Это купальники нужны, плавки всякие.

— Купим, какие проблемы? — усмехнулась Джинни. — Идём в магазин! Я за пляж.

— Давайте сначала на «Колесо обозрения»! — выпалила Ханна и была уверена, что Драко понравилось её внимание к его словам. — Разок прокатимся, посмотрим с высоты на окрестности, а потом на пляж. И мы ещё не были на «Ходячих мертвецах».

— Это наверняка что-то ужасное! — с азартом в глазах прошипела Джинни, растопыривая пальцы в зловещем жесте и изображая вонзающиеся во что-то когти.

— Какая опасная девочка, — закатил глаза Драко.

— Ты меня недооцениваешь, Малфой, — злорадно ухмыльнулась она.

— Ну, так что? — с надеждой в голосе спросила Ханна. Друзья переглянулись.

— Желание именинницы закон! — улыбнулась Гермиона, и молодёжь весело зашагала к «Колесу обозрения».

У Ханны постоянно было ощущение, что Малфой пытался отдалиться от их компании. То останавливался почитать, то посмотреть на какой-то аттракцион. Она всё время оглядывалась, ждала, иногда звала, чтобы не отставал. Друзья тоже останавливались, подозрительно переглядывались. В конце концов они добрались до аттракциона. Гриффиндорцы уже ждали подъезжающую кабинку, когда Малфой обнаружился где-то за оградой, завязывающим шнурок.

— Малфой, быстрее! — прокричала Гермиона.

— Что ты там застрял, картошку копаешь? — усмехнулся Рон.

Ханна разъярённо рванула за ограду и схватила его за руку.

— Ты нарочно, да? — воскликнула она, обнаружив, что друзья уже поднимаются наверх.

— Конечно, нарочно. Странно, что ты меня не поддержала, — усмехнулся он.

— Да поддержала, — еле слышно вздохнула она, но Драко всё равно услышал. Они вошли в следующую кабину. Друзья махали им руками и недовольно качали головами, а потом как-то не договариваясь отвернулись, увлекшись осматриванием окрестностей парка.

Ханна прижалась лбом к стеклу и безучастно взирала на открывающийся пейзаж, на становящиеся всё меньше и меньше аттракционы, деревья, реку, где-то далеко-далеко простирающийся Лондон.

— Завораживающее зрелище, да? — спросил Драко. В его голосе был покой, умиротворение. Её удивил его тон. Она обернулась. Эти чёрные волосы, щетина, немного уставший взгляд, сжали её сердце. Прислонившись спиной к стеклу, Ханна смотрела на него и не узнавала мальчика, с которым вместе училась в Хогвартсе уже пять лет.

— Ты изменился, — тихо произнесла она. — Я тебя не узнаю.

— Ну так! — усмехнулся он, взъерошивая чёлку. — Твоя работа.

— Я не об этом, — улыбнулась она.

Что-то вроде смущения отразилось на его лице. Драко подошёл ближе, облокотился на стекло рядом с ней.

— Это хорошо или плохо?

Она подумала немного. Сняв очки, достала маленький платочек из кармана и начала их протирать.

— Это удивительно, — шепнула она, сама не замечая того, что изучает его лицо, нос, брови, губы, подбородок — знакомые, когда-то непреодолимо далёкие черты. Она почувствовала прикосновение его руки к своей и с опаской оглянулась, не заметят ли друзья. Их кабинка уже поднялась высоко, почти до самого верха. Они пропали из вида. Снова взглянув на Драко, смущённо улыбнулась, в груди ёкнуло от того, что его лицо оказалось совсем близко.

— Ты на себя не похож, — шепнула она. — Кажется я… сильно перестаралась.

— А ты закрой глаза, — прошептал он, и Ханна почувствовала его близость.

Дыхание перехватило, стало тепло внутри. Ресницы устало сомкнулись.

Драко трепетал. Ханна чувствовала, как его дрожащая рука осторожно проскальзывает по её талии, притягивает девушку к его груди. И горячие губы нежно соприкасаются. Ханна порывисто подалась вперёд, ближе к нему, осторожно обвивая его торс руками. Как же она скучала! Ей было так мало. Его губы всё смелее, он захватывает её, двигается порывисто, резко, дыхание тяжелеет, он вздыхает так сладко, что у неё кружится голова, и Ханна стонет, отвечая ему, принимая его ласку. Резкий толчок. Они замерли. Девушка распахнула глаза, Драко немного отстранился. Ханна поняла, что колесо остановилось.

— Что-то случилось, — шепнула она.

— Да. Механизм вращения волшебным образом остановлен, — с улыбкой хрипло произнёс он.

— Ты? Ты колдуешь? Сейчас? А если…

— Никто не узнает. Не зря же я практиковался.

И он порывисто овладел её губами, вырывая томный вздох из её груди. Ханна чувствовала, как земля уплывает из-под ног, это так чудесно, быть с ним, чувствовать его, знать, что между ними происходит что-то особенное, чего с ней никогда не случалось. Его длинные трепетные пальцы проскальзывают по её спине, шее. Он прижимает её к стеклу, со стоном прильнув к девушке всем телом.

Драко понимает, что теряет голову, контроль. Снова резкий толчок, и они отшатываются от стены, теряя равновесие. Драко не отпускает её, но уже слишком поздно, кабина опускается попадая в поле зрения соседних. Ханна осторожно упирается ладонью и кулаком, сжимающим очки, ему в грудь.

— Нас могут увидеть, — с досадой произнесла она.

— Я не хочу прятаться, — шепнул Драко, осторожно касаясь губами её щеки. — Я хочу идти с тобой за руку по этому парку, чтобы твои друзья видели…

— Ты не понимаешь… — вздохнула Ханна. — Для тебя это опасно. Возможно… тебе придётся вернуться, и связь со мной… всё испортит.

Драко нахмурился.

— О чём ты говоришь?

Ханна закрыла глаза, устало прислонилась к стеклу.

— Драко, у нас есть цели. Они очень серьёзные. Дамблдор…

— Дамблдор? Ты сейчас о нём? — Драко с досадой взмахнул руками. — Причём здесь наши отношения?

Кабина уже приблизилась к земле.

— Мы обязательно это обсудим, только потом, хорошо? — Она с надеждой смотрела ему в глаза. Он не мог взгляда от неё отвести.

— Ты красивая без них, — тихо произнёс Драко, и на его щеках выступили розовые пятна. Ханна смущённо опустила глаза и надела очки.

— Вынуждена тебя разочаровать.

Кабина открылась. Ханна и Драко снова встретились с друзьями.

— А теперь на пляж! — нетерпеливо выпалила Джинни.

*На самом деле, в Торп-парке, на данный момент, нет колеса обозрения. Было ли оно там раньше, неизвестно. Но мне очень хотелось, чтобы в этой истории оно было обязательно! :))

Глава 16. Решения

В небольшом магазинчике возле аквапарка они возились не очень долго. Так казалось девочкам. Рон и Драко изнывали от тоски. В этом они были единодушны. Парни в считанные минуты выбрали себе пёстрые пляжные шорты и уныло молча сидели под зонтиком у магазина, потягивая лимонад из стеклянных бутылок. Говорить им точно было не о чем.

Когда девочки, наконец-то, соизволили явиться, довольные и загадочные, Рон уже дремал, разомлев от жары.

— Запечённый Уизли, подъём! — выкрикнул Драко, и Рон с перепугу чуть не свалился со стула.

— Спятил, Малфой? — прохрипел он. — Совсем уже…

— Мальчики, поторопимся! — весело пропела Гермиона. Её улыбка тут же растворилась и она зашептала. — Ханна, чары рассеиваются!

Чёрные пряди Драко, и в самом деле, как будто поредели, перемежаясь белоснежными бороздами.

Рон прыснул.

— Зебра, блин!

— Заткнись, придурок! — бросил Драко. — И что теперь?

— Бежим!

Ханна вдруг схватила его за руку и понеслась в известном только ей направлении.

Они бежали так быстро, что дыхание замирало.

— П-поттер, стой! Куда ты… несёшься… — еле дышал Драко.

— Там п-пляжные кабинки, быстрее!

Они влетели в одну из кабинок и заперлись. Борода с его лица почти исчезла, волосы торчали чёрно-белыми клочьями. Ханна направила на него палочку.

— Подожди! — Драко схватил её за плечи.

— Мы не можем тут торчать, нас заметят! — быстро зашептала она.

— Это глупо! — шипел он. — Ты можешь себе представить, что в магловском парке, среди дня будут шнырять Пожиратели Смерти? Я знаю их повадки! Они выйдут в рейд на закате, прочешут магический Лондон и только потом, к ночи, выйдут за пределы города. Эта маскировка — полная бессмыслица! И потом, нам ведь нельзя колдовать вне школы.

Она смотрела на него, как на ненормального.

— Малфой, ты спятил? — прохрипела она. — Даже не надейся! Тебе нельзя из дома выходить в таком виде, а мы в общественном месте, где тебя видно за милю! Тем более… с такой внешностью!

Он расплылся в белозубой улыбке.

— С какой?

Ханна вспыхнула.

— Приметной, — выдохнула она, опуская глаза.

— И только? — дерзко приподнял он подбородок.

— Ты что вытворяешь? Зубы заговариваешь? — воскликнула она.

И вдруг, Драко резким движением сорвал с себя джемпер, оставшись в одних брюках. Ханна резко выдохнула, уставившись на его впалый живот.

— Ты… что делаешь? — не своим голосом пискнула она.

— Переодеваюсь, — дёрнул он плечом. — Купаться пойдём?

Он принялся за ремень, и Ханна, под его весёлый хохот, вылетела из кабинки.

— Вот… болван… — шипела она. — Придурок. Гадёныш.

— Где он? — наконец подбежали друзья.

— Переодевается, — проворчала Ханна.

Тут Драко вальяжно вышел из кабинки в ярко-синих, почти до колена, шортах, разрисованных ядовито-жёлтыми пальмами. Он был такой белый, словно облитый молоком. Ханну поразил даже не он, а взгляд Джинни. Она посмотрела на него так, что у Ханны что-то взорвалось внутри.

— А-ну, вернись обратно, — прорычала она. — Маскировка!

— Не-а! — широко улыбнулся он и направился к берегу.

— Гад слизеринский, — прошипела она.

Гермиона хватала ртом воздух.

— Что… он… делает?

— Борзеет, — с досадой бросил Рон. — Я пошёл.

Он закрылся в кабинке. Девушки переглянулись и тоже отправились переодеваться.

Ханна нервно стаскивала свою юбку-шорты, блузку, бельё. Она уже была обнажённой, когда из-за двери послышался тихий шёпот.

— Открой, Поттер!

Сердце рухнуло вниз и она молниеносно напялила свой тёмно-зелёный закрытый купальник, злобно ворча:

— Проваливай, Малфой!

— Какая ты злая! — растягивая слова шептал Драко.

— Отойди от кабинки, или я… Я вижу твои ноги. Одно лёгкое движение, и они станут похожи на обезьяньи.

— Не забывай, Поттер, я могу сделать то же самое! — шипел он.

— Проваливай! — отчаянно выкрикнула она.

Драко снова залился хохотом. Она резко распахнула дверь с такой силой, что Малфой потерял равновесие и плюхнулся на песок. Ханна, гордо подняв голову, вышла из кабинки, прошествовала мимо него, не удостоив и взгляда. Драко вытянул и скрестил ноги, лёг на песок опираясь на локти.

Он следил, как её маленькие ступни вышагивают к воде, как плавно движутся её обнажённые бёдра. Это была просто супер идея — пойти на пляж! Младшей Уизли нужно купить мороженое в благодарность.

— Чего расселся, пошли, — проворчал Рон, вышедший из кабинки почти в таких же шортах, только красных, в жёлтых экзотических цветах.

Девушки уже стояли у берега, не решаясь пойти в воду. Народа было немного — это очень радовало. Ханна как-то совершенно случайно оглянулась и замерла. Её друг и её… наверное парень? вышагивали рядом — красивые, подтянутые, казавшиеся совсем уже взрослыми мужчинами, мальчики. Это было завораживающее зрелище. Они так не похожи — рыжий и платиновый блондин, один, мощный, пестрящий веснушками, будто юный лев, и второй белоснежный и гибкий, словно могучий питон.

Ханна встряхнула головой, отгоняя наваждение, когда вдруг поняла, что Драко молниеносно набрал скорость, с шага перешёл на бег и широко расставив руки кинулся на девчонок. Они хором завизжали, разбегаясь в стороны, но у него была лишь одна цель. Драко подхватил Ханну за талию и, словно пушинку, закинув на плечо, понёсся в воду.

— Очки! — выкрикнула она, и молодые люди рухнули в воду с головой.

Она выскочила, задыхаясь и отплёвываясь.

— Ненормальный! — прокричала она, шлёпая его по плечу, торчащему из воды.

— Потеряла?! — торжествуя воскликнул он. — Наконец-то! Аллилуйя!!!

— Ищи давай, придурок! — возмущённо кричала она. — Ты же знаешь, я без них как крот!

— Успокойся ты Поттер. Идём! — он потащил её дальше в воду. — Плавать умеешь?

— Умею! — злобно бросила она.

— Давай, давай! — зашептал он, заходя глубже. — Иди сюда.

— Я не вижу, Драко, — простонала она. — Я вижу только твои расплывчатые черты.

Он остановился. Вернулся к ней.

— Так видишь?

Драко смотрел на неё сверху, она смешно щурилась, но было очевидно, что дело не так и плохо.

— Вижу. Но если ты отойдёшь на пару ярдов…

— Я понял. Ладно.

За их разговором с берега наблюдали друзья.

— Придурок, — ворчал Рон. — Ханна очки потеряла. Он что, не в курсе, что она совсем плохо видит?

— Я думаю, мы не должны мешать, — тихо ответила Гермиона.

— Но…

— Рональд. Ты забыл, что Дамблдор велел? Они должны сблизиться. Если мы всё время будем вмешиваться…

— Да помню я, — психанул он и сел на песок. Гермиона нерешительно опустилась рядом. Джинни наблюдала за Ханной и Драко.

— Мне кажется, между ними уже есть что-то… — загадочно произнесла она. — Он нарочно опоздал на колесо. И остановилось оно… неспроста.

— Кажется, ты проиграл, — вздохнула Гермиона.

— Да и плевать, лишь бы она не проиграла. Это же Малфой, мать его…

В это время Ханна и Драко исчезли из вида. Мимо проплывал разноцветный катамаран, который остановился прямо перед ними.

Рон занервничал, приподнялся.

Драко осторожно обнял её под водой. Мягко коснулся губами щеки.

— Это же плёвое дело, очки найти, Акцио на что?

— Драко, — устало вздохнула она. — Маглы вокруг, какое Акцио?

Он виновато улыбнулся, Ханна взглянула на берег. Катамаран всё ещё скрывал их своим разноцветным бортом.

Девушка нерешительно обняла его за плечи, смотрела в глаза, ей так нравились его растрёпанные мокрые волосы. Нравилось чувствовать его тепло в прохладной воде.

Его взгляд вдруг стал таким серьёзным, сосредоточенным.

— Это лучший день в моей жизни, — прошептал он, осторожно касаясь её губ. Всего лишь секунда блаженства, но этого так много!

Катамаран зажужжал, она нехотя опустила руки и поплыла к берегу. Было немного страшно. Перед глазами пелена, она даже не могла точно определить расстояние, но почему-то не злилась на него, прекрасно отдавая себе отчёт, что без очков нравится ему гораздо больше. Выбравшись на берег позвала Гермиону, которая тут же вскочила и бросилась к подруге. Увидев подбегающую, Ханна немного успокоилась.

— Я не знаю, как теперь быть, — прошептала она. — Палочкой пользоваться нельзя, кругом маглы. Но я без них просто беспомощна!

— Успокойся, — ласково заговорила Гермиона. — Мы обязательно что-нибудь придумаем.

Она замолчала, сосредоточенно глядя в сторону воды.

— Что он делает? — с недоумением спросила она.

— Что?

— Идёт согнувшись, опустив руки в воду, и шепчет что-то, как ненормальный. Мерлин, он что спятил?

— Нашёл! — его торжествующий выкрик заставил её вздрогнуть. — Поттер, ты снова можешь быть уродиной!

Ханна прикрыла рот рукой, с трудом скрывая широкую улыбку. Гермиона смотрела на неё очень удивлённо. Тут Драко подбежал ближе и сунул ей в руки очки.

— Как ты это сделал? — возмущённо зашипела Гермиона. — Без палочки?

— Не во всём ты лучшая, Грейнджер! — приподнял брови Драко.

Ханна надела забрызганные водой очки и неспеша пошла к своей сумке, чтобы их протереть.

— Спасибо, — бросила она на ходу.

— И всё? — недовольно воскликнул он. — А поцелуйчик?

— Обойдёшься, — проворчала она.

Гермиона закатила глаза — ужасно любопытно, они и правда конфликтуют или притворяются?

Они впятером лежали на песке, с удовольствием поедая чипсы и запивая их лимонадом. Поначалу Драко с большим недоверием смотрел на странную еду. Но эти дольки так аппетитно хрустели, что он не удержался.

— Уверен, эта еда ужасно вредная. Разве можно сделать такие тонкие кружки из картошки? С ними точно что-то не так.

— Малфой, не парься, — бросил Рон. — Какая разница. Маглы все это едят.

— Вообще-то, Драко прав, — вдруг заявила Гермиона, и у Рона глаза на лоб полезли. Она тут же осеклась, прикусив губу. — Я имею в виду, что жареное вообще не на пользу, дело не в… толщине картофельных долек.

— Грейнджер, а тебе всегда надо умничать? — как-то по-доброму спросил Драко. — Если бы ты поменьше умничала, с тобой было бы приятнее общаться. Скажи же, Уизли?

Гермиона шумно выдохнула, стараясь сдержать возмущение.

— Я, между прочим, была на твоей стороне, почему…

— Да просто тебе же так будет проще. Вы что, ей об этом не говорили? Вы же друзья! Или нет? — усмехнулся Драко.

— К твоему сведению, — вздохнула Ханна. — Гермиона всегда говорит по делу и много полезного. Если бы ни она, неизвестно, где бы мы все были.

Гермиона с благодарностью взглянула на подругу.

— Да я не об этом, — закатил глаза Драко. — Я о том, что вовсе не обязательно комментировать всё, что говорят окружающие. Или ты хочешь привлечь чьё-то внимание?

Драко покосился на Рональда, который, казалось, вообще ничего не слушал, а думал о своём. Гермиона вспыхнула и уставилась на Драко огромными от гнева глазами.

— Тут нужна другая тактика… — он расплылся в улыбке, и Грейнджер, резко поднявшись пошла к воде.

— Я с тобой! — крикнула Джинни и тоже вскочила. — Рон!

— А? — Он как будто проснулся.

— Идём! — многозначительно дёрнула бровями сестра.

— А, да… — Уизли нехотя поднялся и пошёл за девушками.

— Ну зачем ты так? — огорчённо произнесла Ханна, когда они остались одни.

— Как, так? Твоя подруга — тормоз. Если она хочет привлечь его внимание, надо это делать, а не умничать. Его этим не взять. Уизли это раздражает, не замечала? Он чувствует себя никчёмным рядом с ней. А ведь она ему нравится.

— Правда? — Ханна изумлённо уставилась на Драко.

— Ты не видишь, как он на неё пялится? — недоверчиво спросил он. — Хотя, это не удивительно. Ты вообще в основном сосредоточена на чём-то своём.

Ханна внутренне содрогнулась. Неужели он заметил?

— Просто… знаешь, мне кажется, и меня это очень тревожит, что у меня есть какая-то связь… С… Волан-де-Мортом.

Он почувствовал, как внутри всё холодеет, сердце замирает.

— Что? — выдохнул он.

— Там, в министерстве, когда погиб Сириус, он… проник в моё сознание, и с тех пор мне очень не по себе.

Драко с трудом держал спокойное выражение лица. Он испытывал какое-то новое, совершенно незнакомое чувство. Так захотелось обнять её и сказать, что всё будет хорошо, что он будет рядом и всегда готов ей помочь.

Ханна виновато улыбнулась.

— Не бери в голову. Это мои проблемы. Я бы не хотела тебя во всё это впутывать, но жизнь такова. Ты ушёл из дома, я потеряла так много. Всё… так быстро меняется.

Она смотрела на друзей, плескавшихся в воде, словно дети. Нежная улыбка застыла на её губах. Драко не мог отвести от неё взгляда.

— Ты не уродина, — вдруг тихо произнёс он.

Ханна взглянула ему в глаза, и её улыбка осталась такой же нежной, может быть даже ещё теплее.

— Я поняла, что ты пошутил. Я ведь знаю тебя так давно.

Он отвёл взгляд. Ему понадобилось несколько минут, чтобы собраться с духом. Драко взглянул ей в глаза.

— Я хочу помочь. Знаю, это, может быть… глупо и толку от меня никакого, хрен знает. Но если… я могу…

Её сердце заныло. Вот чего хотел профессор. Он всё верно рассчитал. Стало так плохо, что захотелось плакать. Она не может подвергать его риску. Не может! Лучше бы он никогда не приближался к ней. Каждый, кто с ней соприкасается — страдает.

— Тебе не нужно этого делать, — торопливо заговорила она. — Даже не думай. Дамблдор…

— Идём на горки! — весело воскликнула Джинни, забрызгивая парочку водой со своих мокрых волос. — У нас ещё билеты остались.

Она даже не заметила серьёзности на их лицах. Или сделала вид, что не заметила.

Драко моментально пришёл в себя, тряхнул чёлкой и улыбнулся.

— Горки? Уизли, тебе что, восемь лет?

— О-о-о! Ты ещё не видел эти горки! — коварно улыбнулась она.

Он, замерев и широко распахнув глаза, летел по узкой разноцветной трубе. Драко понял, что нет смысла цепляться за скользкие стены руками. Перед глазами мелькало, страх сковал все внутренности. Свет в конце, голубая вода. Крик. Он задержал дыхание и на бешеной скорости влетел в воду. В бассейне его ждали гриффиндорцы, хлопая в ладоши и выкрикивая слова восторга.

Вынырнув и взмахнув мокрыми волосами, отбрасывая их назад, Драко победно вскинул руки.

— И-и-и-ха! Полетели!

Гриффиндорцы рассмеялись и поспешили выбраться из бассейна.

Уже вечерело, когда они наконец вдоволь накатались и нахлебались воды. Голод был просто зверский. Ребята быстро шагали в торговый центр, чтобы поскорее перекусить. Проходя мимо большой красной пирамиды, услышали какой-то адский смех и истошные вопли. Вывеска гласила: «Ходячие мертвецы». Парни с азартом переглянулись. У Джинни заблестели глаза. Ханна и Гермиона были совершенно в другом настроении. Им уже хотелось просто отдохнуть, поесть и спокойно поболтать. Но нет.

— Последний аттракцион? — подмигнул Рон Ханне. — На него и билеты есть. А то наедимся, и опять будет облом.

— Да, давайте сходим?! — простонала Джинни.

Драко молчал. Он почему-то снова погрузился в их с Ханной разговор, обдумывал её слова, не до конца понимая их смысл.

— Ну, хорошо, — устало закатила она глаза, и компания вошла в пирамиду.

— Добро пожаловать в наш исследовательский центр, — раздался приятный женский голос. — С превеликим удовольствием приглашаем вас на экскурсию. Наша научная лаборатория…

Кругом всё сияло и мелькало множеством лампочек, кнопок и клавиш. Драко замер на месте изумлённо озираясь. Даже волшебный потолок Хогвартса не мог его поразить до такой степени. Он, словно заворожённый, следовал за Ханной, тащившей его за руку, пока не пришло время сесть в вагончик, который плавно стал двигаться вперёд по сияющему огоньками коридору.

Приятный голос продолжал вещать:

— Здесь вы познакомитесь с чудесами современной техники и электроники. Будущее открывается перед вами прямо сейчас.

— Тут охрененно круто, — невольно выдохнул он. — Это всё электрическое?

— Ты как будто вчера родился, — усмехнулся Рон, сидящий на заднем сидении в одиночестве. Джинни и Гермиона посередине, а Драко и Ханна в голове поезда.

— Я, в отличие от тебя, чистокровный волшебник, чтущий традиции магического мира…

— Тише вы! — зашипела Гермиона. — Где находитесь забыли?

Драко скорчил брезгливую рожу, Ханна закатила глаза.

В это время вагончик въехал в узкий, мигающий разноцветными огоньками туннель, словно обмотанный рождественской гирляндой. Ханна безотрывно следила за восторженным лицом Драко. Каким красивым он ей казался!

— Мы приближаемся к главной лаборатории, — произнёс приятный голос.

Вдруг, раздался громкий хруст. Свет погас и наступила полная тишина. Все замерли.

— Это… что… — раздался громкий голос Драко.

Зазвучала оглушительная сирена, замигал красный свет, и красивый голос стал тревожным и суровым.

— Внимание, произошёл сбой в работе реактора. Срочная эвакуация, утечка радиации…

— Что? — в панике воскликнул Рон.

— Какая ещё утечка? Это вообще что? — завопил Драко.

— Мальчики, спокойно! — повысила голос Гермиона. — Это аттракцион, забыли? Здесь не может быть ядерного реактора.

— Внимание, аттракцион будет закрыт, всем срочно эвакуироваться, утечка…

Свет стал мигать то красным, то синим, то зелёным. Раздался пронзительный визг Джинни:

— Я не хочу тут умирать!

— Не покидайте поезд, он возвращается к платформе, — провозгласил голос.

Поезд дёрнулся и стремительно понёсся вперёд.

— Он должен ехать назад! — выкрикнул Рон. — Какого хрена делается?

— Да прекратите панику! — заорала Гермиона. — Это часть аттракциона! Всё так задумано, расслабьтесь!

Ханне стало не по себе. Драко вцепился в её руку.

— Поклянись мне, что поможешь его убить! — прошипел он.

— К-кого? — промямлила она.

Он злобно взглянул ей в глаза.

— Дамблдора триклятого! — заорал Драко.

— Малфой! — возмущённо выкрикнула она, и вагон, резко остановившись поехал назад, моментально сворачивая в какой-то неизвестный коридор.

— Куда мы? Куда? — завывал Рон. — Чего нас сюда понесло?

Джинни растерянно крутила головой, а Гермиона, плюнув на всё, скрестила руки на груди и старалась дышать размеренно. Вокруг всё мигало, сдвигались стены, полумрак озарялся какими-то вспышками и искрами, появились разломанные панели управления, а потом… кровь размазанная по стенам. В углу крохотной комнаты, как показалось Драко, валялось чьё-то тело.

— Как, ты говоришь, называется это проклятое место? — задыхался Драко.

— Ходячие мертвецы! — монотонно произнесла Гермиона.

— Значит сейчас, они… — дыхание замерло.

Они въехали в коридор, в котором вдоль стен лежали окровавленные люди. Неожиданно, они начали двигаться, подниматься один за другим, и стройный хор пронзительных криков наполнил пространство.

Гермиона вжалась в сидение вагона. Даже ей стало не по себе.

— Это аттракцион, просто аттракцион, — уговаривала она себя, и когда Рон вдруг вцепился в её плечи, тоже завопила. — Рональд, придурок!

— Скажи, что это всё не по правде! — молил он не своим голосом.

— Это всё не по правде! — прокричала она.

«Мертвецы» бродили по залам, стремились подойти к вагончику, лезли в него окровавленными руками, а молодёжь визжала, как резаная.

В какой-то момент наступила полная тьма. Тишина. Во мраке раздался всхлип Джинни. Загорелся яркий свет и ребята поняли, что приближаются к платформе, а «мертвецы» исчезли. Снова стало красиво и празднично. Лица были просто ужасные, у всех пятерых. Испуганные, возбуждённые и… восторженные.

Прозвучал приятный голос, и все вздрогнули:

— Питание восстановлено. Благодарим вас, что посетили наш центр. Ждём вас снова.

— Идиотка! — завопил Драко на этот неведомый источник голоса. — Чтоб ты там скопытилась!

Дружный смех разорвал тишину, и ребята, еле живые от впечатлений, вывалились из вагончика.

Они весело шли по сумеречному парку, ярко сиявшему разноцветными огнями. Кажется, здесь стало ещё веселее. В летнем кафе, они заказали целую кучу разных вкусностей, ели бесцеремонно пачкаясь и смеясь. Даже Драко, словно стал одним целым с гриффиндорцами. Они ругали и благодарили Дамблдора за такой потрясающий день, шутили друг над другом, не замечая, как летит время.

Но надо было возвращаться. Ребята не спеша направились к выходу из парка. Гермиона уже проверяла, на месте ли мешочек с галлеонами, чтобы оплатить проезд на «Ночном Рыцаре». Джинни устало зевала.

Неожиданно Ханна обнаружила, что Драко исчез.

— Где Малфой? — выдохнула она.

Друзья замерли, озираясь.

— Поттер! — раздался хриплый шёпот откуда-то из-за кустов. — Сюда!

Гриффиндорцы переглянулись и, невольно пригнувшись, бросились бежать на голос.

— Какого хрена? — зашипел Рон, увидев Малфоя. Глаза Драко были расширены и испуганы.

— Они здесь, — шикнул он. — Пожиратели Смерти. Трое. Бенедикт Трэверс, Родольфус Лестрейндж и Антонин Долохов. Блин, они даже не в униформе, как обычно бывает. Они оделись как маглы! Они знают, что мы здесь! Надо сваливать срочно!

— Говорили тебе — нужна маскировка! — зло прохрипела Ханна.

— Сейчас нельзя! — шипела Гермиона. — Нас тут же засекут! Блин! Что делать?

— Уходите к дороге, — распорядился Драко. — Идите по двое, я пройду кустами. Они ищут меня…

— Неизвестно, кого они ищут, — уверенно произнесла Ханна. — Может… меня. Так. Гермиона, бери Джинни, Рон со мной. Драко, успеха!

— Драко? — удивился Рон. — Это как понимать?

— Не время! — рыкнула Гермиона и схватила Джинни за руку. — Идём.

Девушки исчезли.

— Я требую объяснений, немедленно! — прохрипел Рон, шокировано глядя на подругу.

— Уизли, она оговорилась, хрена с два тут есть что объяснять! — психанул Драко. — Валите отсюда! Быстро!

Ханна бросила на Драко благодарный взгляд и понеслась к дороге. Рональд злобно выдохнул и последовал за ней.

Драко осторожно выглянул из-за кустов. Дождался, пока гриффиндорцы покинут парк. И тут увидел, что трое крепких мужчин быстрым шагом приближаются к выходу. Они их заметили. Драко покрылся испариной. Пригнулся, дождался, пока Пожиратели пробежали мимо и, ломая кусты, кинулся следом.

— Стой, Поттер! — услышал он вдалеке знакомый голос Лестрейнджа и понёсся что есть духу.

Он на бегу взмахнул палочкой меняя внешность. Волосы мгновенно порыжели, отросла борода, а лицо покрылось веснушками.

— Остолбеней! — выкрикнул он изменённым голосом, и Пожиратели моментально запустили в него несколько проклятий.

Гриффиндорцы приготовились к обороне, встав полукругом, но тут же ринулись Драко на помощь, выкрикивая заклинания в спину Пожирателям. Драко приближался к друзьям, не теряя из вида Ханну. Они искали её. Его там, конечно, никто не ждал.

— Один из Уизли! — крикнул Трэверс, направляя палочку на Драко. — Круцио!

— Протего максима! — еле успел выкрикнуть Драко.

Ханна побежала к нему, бросая в сторону Пожирателя заклинание:

— Петрификус Тоталус!

Мужчина рухнул, и тут раздались хлопки трансгрессии. На дороге возникли близнецы Уизли, за ними Римус, Тонкс и Грюм.

— Домой, детки! — прохрипел Грозный глаз, хватая под локоть Рона и растворяясь в воздухе.

Фред и Джордж, обхватив за плечи сестру и Гермиону, исчезли.

— Ханна! — крикнул профессор, хватая её за руку и трансгрессируя.

— Кузен! — улыбнулась Тонкс.

— Я сам! — выдохнул он.

— В другой раз, — вздёрнула она подбородок и грубо вцепилась в его предплечье.

Хлопок. И вот они все между какими-то домами. Молча пройдя по уединённой улочке, оказались прямо на Площади Гриммо, 12.

— Ого, — невольно выдохнул Драко. — И как это понять?

— Дома поговорим, — подмигнула ему Тонкс.

Глава 17. Только не ты

Молодые люди всё ещё были немного ошарашены. Они расселись вокруг стола, нехотя попивая чай из праздничного сервиза. Тонкс возилась в кухне. Даже Фред и Джордж как-то стушевались. Профессор Люпин и Грозный Глаз что-то тихо обсуждали в коридоре.

— Как вы там очутились? — наконец не выдержала Ханна, обращаясь к близнецам.

— Думаете, Орден Феникса отпустил бы вас одних в магловский парк? — усмехнулся Фред.

— Да в какой угодно парк, в то время, когда ищейки Сами-Знаете-Кого рыщут повсюду, — добавил Джордж.

— Невероятно, что мы вас ни разу не заметили, — прищурилась Гермиона. — Откуда столько опыта в конспирации? Вас всегда за милю видно!

— А мы и не были в парке, — с досадой скривился Фред. — Как ты верно выразилась, мы слишком заметные, я бы не преминул там ускорить какую-нибудь карусельку.

Джордж прыснул.

— Увы, нам доверили лишь следить за окрестностями. В парке были профессор и Тонкс.

Ханна вспыхнула. Если за ними всё время следили, значит, могли увидеть… Дыхание замерло, и она робко бросила взгляд на Драко, лицо которого было совершенно невозмутимо. Похоже, ему всё равно, что кто-то из Ордена мог увидеть их вдвоём. Её лицо полыхало. Девушка и не заметила, как Джинни буравила её взглядом.

— Итак! — вдруг громогласно произнёс входящий в столовую Грюм, и все ещё больше внутренне напряглись. — Во-первых, вы, мистер Малфой. Какого Салазара вы шлялись по парку без маскировки? — Драко только успел вдохнуть, но рот открыть уже не успел. — Ваше счастье, что эту белобрысую шевелюру никто и не думал искать. Во-вторых, мисс Поттер, было крайне опрометчиво отделяться от группы, тем более с мистером Малфоем. После того, что произошло в Отделе Тайн вы должны быть ПРЕ-ДЕЛЬНО осторожны!

— Аластор… — мягко произнёс Люпин, пытаясь снизить всё повышающийся тон Грозного Глаза. Тот недовольно сморщился, но стал говорить немного тише.

— Профессор Дамблдор, конечно, никаких ограничений на развлечения не вводил, но всё же, всем вам следовало быть хоть чуточку посдержаннее! Шума, как от восьмилетних детей! А вам уже всем по шестнадцать, позвольте напомнить! Кроме вас, мисс Уизли, и тем не менее…

— Аластор… — снова протянул Римус. Грюм раздражённо откашлялся.

В это время Тонкс вошла в столовую с горой пирогов на большом блюде.

— Вы нас извините, но мы поедим, — выпалила она. — Вы там наелись, а нам приходилось голодать. Римус… — она ловким движением прокатила блюдо по столу, как заправский ковбой в салуне. Люпин улыбнулся и не стал отказываться. Старшие уселись к столу и принялись за чай. — Да ладно. Они же дети, — усмехнулась она. — Тем более никогда так не развлекались, это было очень классно! Особенно мне колесо обозрения понравилось. Какая высота! — В глазах Тонкс промелькнули хитрющие искры, и Ханна была готова как жидкость утечь под стол, только бы не видеть её ехидную ухмылку.

Драко почувствовал, как сердце рухнуло вниз, когда профессор Люпин, с трудом сдерживая улыбку, многозначительно на него посмотрел. Никогда не думал, что способен смущаться из-за девушки. Бросив якобы случайный взгляд на Ханну, понял, что ей не легче.

— Ладно, — резко выпалил он. — Мы всё поняли. В следующий раз…

— Следующего раза не будет, — мягко произнёс Люпин.

— Что? — хором выкрикнули молодые люди, включая Фреда и Джорджа.

— Вы всей компанией должны переместиться в Нору, под присмотр Молли и Артура.

— Да ни за что! — воскликнул Драко, вскакивая со стула. — Это место не раскрыто, нам здесь нечего бояться. Нас не найдут, а вот дом Уизли под присмотром Тёмного Лорда!

— Как? — с ужасом выдохнула Джинни. Рон заёрзал на стуле, а Гермиона растерянно заморгала ресницами.

— Но наш дом скрыт чарами, — возразил Фред. — Этого быть не может.

— Да уж конечно! — ехидно ухмыльнулся Драко. — Ваш братец, министерский прихвостень…

— Заткнись лучше! — с угрозой выпалил Джордж.

— Подожди-подожди, — жестом остановил его Римус и снова обратился к Драко. — Что тебе об этом известно?

Драко тяжело вздохнул.

— Многие дома волшебников, и не только, находятся под наблюдением. Особенно тех, с кем водит дружбу Поттер. Родители Грейнджер, Уизли, Лавгуд, Лонгботтом и многие другие. Я слышал об этом… на собрании. Нам лучше оставаться в этом доме. Здесь безопаснее. И… я хочу поговорить с профессором Снейпом. Как с ним связаться?

В столовой царила тишина. Все были растеряны.

— Почему ты раньше молчал? — недовольно воскликнул Рон. — О чём ещё ты не рассказал?

— Рональд, не волнуйся, — спокойно заговорил Люпин. — Драко, скорее всего, просто не в курсе, какая именно информация нам нужна. Я постараюсь связаться с профессором Снейпом и передам твою просьбу.

Драко кивнул и сел.

— Ладно! — выпалила Тонкс. — Думаю, пока что, временно, детям лучше побыть здесь. Слежки за нами не было. Пожиратели не успели нас отследить, были слишком обескуражены. Вы молодцы! Отлично сражались! Ух! Как поздно-то!

— Да. Денёк выдался. Да ещё такая жара, — недовольно проворчал Грюм. — Ханна, завтра около десяти утра профессор Дамблдор выйдет с тобой на связь через кухонный камин. Не проспи!

— Да, сэр, конечно, — выдохнула она, всё ещё ощущая, как беспощадно горят её уши.

— Так, мистер Малфой… с вами выяснили. Мисс Уизли. Завтра вам велено вернуться домой.

— Но ведь… — со страхом залепетала она.

— Приказ Молли! — повысил он голос, и Джинни с досадой выдохнула.

— Сегодня мы останемся здесь, — спокойно проговорил профессор Люпин. — Я и Тонкс. На всякий случай. Слежки не было, но всё равно, есть риск. Идите отдыхать, завтра обсудите всё случившееся. Спокойной ночи.

Ребята попрощались с Фредом и Джорджем, со старшими, и молча разошлись по комнатам. День закончился как-то не очень весело.

Ханна упала на кровать. Единственным желанием было уткнуться лицом в подушку и хорошенько прокричаться. Как же досадно, что все теперь будут в курсе, что происходит между ней и Драко. Она была почти уверена, что Тонкс «по-секрету» обсудит это и с Гермионой, и с Джинни, скажет профессору Люпину, а там и до близнецов дойдут слухи. Как же это всё не вовремя!

Она вертелась с боку на бок. Сна ни в одном глазу. День рождения казался каким-то незавершённым, недосказанным. Она думала о том, спит ли Драко, чем занят? Может быть, лёг и тут же заснул? День был такой насыщенный. Ханна вспоминала прикосновение его губ, объятия, а кругом голубое безоблачное небо. Она долго смотрела в потолок, пока не раздался тихий стук в дверь. Девушка тут же вскочила и распахнула дверь. Но за ней никого не оказалось. Ханна нахмурилась, вышла в коридор, чуть оттянув книзу свои короткие шортики. Недалеко от лестницы в кресле сидел профессор и читал.

Он поднял голову, заметив Ханну.

— Что-то случилось? — тихо спросил он. — Нужна помощь?

— Нет, профессор. Всё хорошо, — оглянувшись назад ответила Ханна. — Я просто… пойду попью.

— Конечно, — добродушно улыбнулся он и вернулся к чтению.

Ханна спустилась на первый этаж. В коридоре, точно в таком же кресле, как и профессор, расположилась Тонкс, правда её ноги были перекинуты через подлокотник, а спина опиралась на второй. Девушка отложила книгу.

— Ханна! — радостно воскликнула она, поднимаясь, и быстро подошла к девушке. — Не спится?

— Да, пить хочется, видимо… чипсов переела.

— Ну, идём! — подмигнула ей Тонкс, и девушки вошли в кухню.

Ханна налила себе тыквенного сока, выпила полстакана и взглянула на внимательно следящую за ней Тонкс. Та расплылась в широкой улыбке и подмигнув шепнула.

— Не волнуйся, я никому не скажу.

Ханна обессиленно опустила стакан на стол.

— О чём? — потеряв голос и откашливаясь прохрипела она.

Тонкс расцвела, и её сиреневые волосы стали ярко-розовыми.

— О колесе… и о реке, и вообще… Это здорово! — шепнула она. — Но я не доставлю Фреду и Джорджу этого удовольствия. Сохраню в своём сердечке, — с восторгом закатила она глаза.

— Спасибо… — неуверенно шепнула Ханна. — Спокойной ночи.

— Ага! — игриво улыбнулась Тонкс. — Спокойной!

Ханна быстрым шагом поднялась наверх, кивнула профессору, пожелав спокойной ночи. Закрыв дверь и швырнув очки на тумбочку, с досадой бросилась на кровать, воткнувшись в подушку лицом, но покричать так и не решилась, хотя очень хотелось!

Она пришла в себя от странного ощущения. Сначала Ханна замерла, полежала немного на животе, потом резко перевернулась и села, прижимаясь к спинке кровати и подтягивая к себе колени. Затихла, прислушалась, тщательно изучая взглядом комнату. Чувство тревоги нарастало. Неотступное ощущение, что кто-то на неё смотрит, почти пугало. Она взяла в руку палочку, так и не дотянувшись до очков.

— Кто здесь? — еле слышно шепнула она.

Чуть погодя сместилась к краю кровати, пытаясь нащупать очки. Тихий вдох был настолько явным, что Ханна вздрогнула.

— Малфой, хватит! — сквозь зубы прошипела она. — Я тебя слышу!

Первое, что она увидела — это кроссовки, которые он до сих пор не снял после похода в парк. Потом среди пустоты появился его хитрый серебристый глаз. Горячая волна медленно охватывала всё её тело.

— Так и знала, что она у тебя, — закатила глаза Ханна. — Почему сразу не отдал?

Мантия-невидимка тут же оказалась в его руках, а потом была небрежно брошена на кровать.

— Надеялся, что ты сама за ней придёшь, — ухмыльнулся Драко, прислоняясь к письменному столу, практически садясь на него. — Да видно, не так уж она тебе нужна.

— Нужна, но обнаружила пропажу только вчера ночью. Каюсь. Где ты её нашёл? — устраиваясь у спинки кровати, спросила Ханна.

— В своей комнате, у окна.

Ханна почувствовала, что и без того горящее лицо, заполыхало ещё сильнее от воспоминания несостоявшегося поцелуя. Она глубоко вздохнула и, надев наконец очки, взглянула Драко в глаза.

— И часто ты ею пользовался?

Парень ехидно ухмыльнулся.

— Каждый день. Точнее… каждую ночь.

Ханна запрокинула голову, закрывая глаза от досады.

— Вот даже не говори, где ты в ней бывал.

— Ну-у-у…

— Не говори! — строго потребовала она, понимая, что не испытывает злости, лишь целое море смущения. Его улыбка просто обезоруживала.

— А где тебя ещё увидишь, без этих смешных очков? — пожал он плечами. — Только здесь, когда ты спишь.

— Вот… это вообще не смешно, — выпалила она, сердито натягивая простыню на свои голые ноги.

Драко вдруг сорвался с места, в два шага оказался рядом и, плюхнувшись на кровать и скинув кроссовки, уселся рядом с ней.

Ханна возмущённо хлопала ресницами, не успев даже проанализировать сложившуюся картину.

— И как это называется? — выдохнула она, поплотнее укутываясь в простыню. — Свали отсюда немедленно!

— Это называется, у меня уже ноги отваливаются, — лениво вздохнул он и потянулся, высоко поднимая свои длинные руки.

— Малфой! — возмущённо прошипела она.

— А куда делся Драко? — хитро прищурился он.

— Слезь с моей кровати! — нерешительно пихнула она его ладонью, ощутив, что рядом с ней несдвигаемый объект. — Драко так себя не ведёт! Только Малфой!

— Блин, у меня раздвоение личности, — усмехнулся он и стал медленно сползать на матрас вытягивая ноги.

— Да ты что делаешь?

— Отдыхаю, Поттер! Да не трусь ты! Я тебя не съем. Надо поговорить.

Ханна поражённо взирала на растянувшегося на её кровати парня, не имея ни малейшего представления, что с этим делать. Она с трудом начала дышать.

— И… о чём же? — наконец выдавила Ханна.

— Как ты думаешь, Уизли и Грейнджер поженятся? — на полном серьёзе спросил он, и Ханна не выдержав воскликнула:

— Ты что, больной?

Драко засмеялся зажав себе рот.

— Тихо, Поттер, там Люпин…

— Придурок ненормальный! Ты серьёзно? — Она отвесила ему щелбан. — Рон и Гермиона? Ты об этом пришёл поговорить? — Ещё один щелбан.

— Прекрати, — захрипел он, продолжая тихо смеяться. — Сейчас закричу. Насил… — повысил он голос. Ханна тут же зажала ему рот ладонью.

— Заткнись, чудище белобрысое! — прошептала она. — Ещё звук и я…

Драко обхватил её шею руками и внезапно притянул к себе. Его горячие губы захватили её, и Ханна была готова поклясться, что потеряла сознание на несколько секунд. Перед глазами всё перевернулось, и она сползла к нему ближе под натиском его рук.

Он отпустил её так же резко, и она быстро отодвинулась на другую сторону кровати. Немного отдышавшись, Ханна тихо заговорила.

— Тонкс нас видела…

— Я понял.

— Говорит, что никому не скажет.

— Верь ей больше. Ей надо память стереть.

— Ха-ха. Смешно, — скривилась Ханна и снова вздохнула. — Так о чём ты хотел поговорить?

Драко повернулся на бок и приподнялся на локте.

— Я не знал, что всё обстоит настолько серьёзно. Тебя ищут Пожиратели Смерти. Они делают это целенаправленно, почему?

Ханна повернулась к нему лицом, села скрестив ноги под простынёй.

— В пророчестве сказано, что я и Волан-де-Морт представляем опасность друг для друга. Я уверена, что моя задача… убить его, но… я просто не представляю, как это возможно? Он — великий тёмный волшебник, я — всего лишь студентка Хогвартса, моих знаний и сил не хватит, чтобы с ним справиться. Но он… убил моих родителей, и я должна…

— Подожди. Ты что хочешь сказать? Именно ты должна его убить? Сама? — В его глазах было море удивления. — Но это же и правда бред. Это невозможно!

— Ты меня очень обнадёжил, — вздохнула Ханна, снова прислоняясь к спинке кровати и выпрямляя ноги. — Но пока со мной профессор Дамблдор, есть шанс, он во всём поможет, я уверена.

— Дамблдор слабеет, — тихо проговорил Драко. — Он стар, немощен.

— Не скажи, — усмехнулась Ханна. — Он очень могущественный волшебник. Неспроста же Тёмный лорд поручил тебе убить его, хоть это и невероятно.

— Ты думаешь я неспособен? — возмущённо воскликнул Драко. — Думаешь, я слабак?

— Драко, — с нежностью взглянула на него Ханна. — Ты не убийца! Забудь об этом! Что ты можешь сделать? Стукнешь его камнем по голове? Используешь непростительное?

— Сначала это будет проклятье…

— Что? — Ханна уставилась на Драко широко распахнутыми глазами.

— Проклятье, чтобы его ослабить, а потом можно добавить яд.

— Так, перестань говорить глупости! Какой ещё яд? — со страхом шептала она.

— Яд можно подмешать куда угодно. Если я сам не справлюсь, могу привести Пожирателей в Хогвартс…

— Замолчи… — Ханна трепетно прикрыла его рот рукой и с ужасом смотрела на азарт в его горящих глазах. — Никогда, слышишь, никогда этого не повторяй! Ни на что не соглашайся! Дамблдор хочет использовать тебя — это неправильно, никто не должен страдать из-за меня, ни ты, ни профессор, ни мои друзья. Умоляю, не делай ничего из того, что говоришь.

Она вдруг почувствовала, как его губы шевельнулись нежно касаясь кожи её ладони. Ханна отдёрнула руку. Драко перехватил её, неожиданно поднялся и вдавил девушку в кровать. Она задрожала, его близость пугала и в то же время пьянила, лишая сил. Он крепко держал её запястья, Ханна не дышала.

— Я могу помочь, — неожиданно прошептал он. — Я сделаю всё, что скажешь. Всё, если это спасёт твою жизнь.

Его взгляд плавно скользил по её лицу, глазам, губам, шее. Ханна трепетала. Значит, так чувствует себя женщина рядом с мужчиной? Слабой, зависимой и в то же время всемогущей.

— Я хочу лишь одного, — тихо заговорила она. — Чтобы ты был в безопасности. Был подальше от меня, от войны, от Тёмного лорда. Хочу, чтобы ты был счастлив! — Последние слова она произнесла шёпотом, дрожащими губами, слёзы застилали глаза. — Зачем ты пришёл сюда? Все мы — солдаты. Только не ты, пожалуйста…

Мольба в её голосе пугала и придавала сил. Драко отпустил её руки, сначала одну, потом вторую, но не отстранился, а приблизился, осторожно устроив колено между её бёдер, снял с неё очки и положил рядом. Взяв её лицо в ладони, трепетно коснулся губ, осторожно и нежно.

— Слишком поздно, Хани,* — тепло улыбнулся он. — Теперь я никуда не уйду.

Драко снова прильнул к её ждущим, манящим губам, и робкое движение её рук вскружило голову. Она проскользнула по его груди, плечам, обвивая шею, Драко прижался к ней крепче, чуть подаваясь бёдрами к её животу. Ханна вздохнула в попытке сдвинуть ноги. Его глаза сияют в слабом свете ночника. Она никогда не видела в нём прежде столько доброты, столько нежности.

— Не бойся, — тихо прошептал он, и игривая улыбка тронула его влажные губы. — Ты ещё маленькая…

Поцелуй, ещё один, Ханна тихо стонет, Драко вздыхает, упиваясь её податливостью. Но она доверяет ему, он это чувствует. Его дыхание тяжёлое, томящее.

— Ты не справишься, — шепчет она. — Тебе лучше уйти.

— Я сильнее и терпеливее, чем ты думаешь, — ухмыльнулся он, спокойно отстранился, лёг рядом, осторожно притягивая её к себе за талию, и Ханна с блаженством устроилась на его плече. Маленькая ладонь скользнула к нему на грудь, и Драко показалось, что он готов умереть за неё, если будет нужно.

Они были счастливы, и оба думали об одном и том же: «Это лучший день в моей жизни».

*Honey (мёд — англ.) — производное от имени Нannah (Ханна).

Глава 18. Вопросы

Это было что-то странное, между сном и реальностью, когда спишь вполглаза в непривычной обстановке — в новом доме или… рядом новый человек. Ханна иногда приоткрывала глаза. Обнаруживая рядом, на соседней подушке, платиновые пряди, опускала глаза ниже, видела сомкнутые светлые ресницы, красивый нос, плотно сжатые губы. Улыбка сама собой рождалась на её лице, и девушка трепетно убирала с его лба чёлку, падающую на глаза. Драко вздыхал, забрасывал на неё свою длинную худощавую руку и, притягивая Ханну к себе, шептал:

— Спи, Хани, ещё рано.

Она млела от его тепла, нежно обнимала юношу за плечи и снова впадала в зыбкий сон.

Ей казалось, что они всё ещё в Торп-парке, несутся то вверх, то вниз на «Летучей рыбе», а потом на неимоверной скорости влетают в прозрачную голубую воду. Она не может всплыть, не понимает, где поверхность. И тут к ней тянутся худые руки с длинными красивыми пальцами. Они подхватывают её за плечи и поднимают к свету. Ханна видит улыбку Драко и слышит его победный крик: «Нашёл!» Он касается её губ, нежно, трепетно, она закрывает глаза. И вдруг, чувствует холод, её окутывает тьма. Ханна открывает глаза и видит себя, как будто со стороны, лежащей посреди иссечённого стеклом Атриума, вокруг неё море осколков, острых, опасных. Она смотрит на себя и снова слышит этот коварный голос: «Какая же ты слабая. Какая уязвимая… Ты глупа, Ханна Поттер, и ты потеряешь… всё…»

Ханна тут же открыла глаза. Перед ней его лицо, спокойное, красивое, пусть и угловатое. Слёзы сжали горло. «Ты потеряешь всё», — пронеслось в её голове.

— Только не ты, пожалуйста! Только не ты… — беззвучно прошептала она, не сводя глаз с глубокой морщинки, прорезавшей его лоб. Она сделала попытку отодвинуться, но тут же ощутила, как его руки стискивают её, возвращая в объятия.

— Поттер, — проворчал он. — Чего тебе неймётся? Спи ты, Девочка-которая-выжила.

Ханна с грустью улыбнулась и некоторое время лежала, глядя на его макушку перед глазами, потому что он уткнулся своим лицом ей в грудь. Полудрёма наконец взяла верх, но ненадолго.

Громкий стук в дверь. Они одновременно распахнули глаза и уставились друг на друга. Драко и Ханна в полной растерянности хлопали глазами, не понимая, что происходит и почему они оба в одной кровати. Снова громкий стук, и молодые люди подхватились с места, как ошпаренные.

— Кто там?! — выкрикнула Ханна.

— Ханна, ты что, обалдела? Без пяти десять! — прокричала Джинни. — Дамблдор…

— Сейчас! — выпалила она и забегала по комнате в поисках джинсов.

— Какие классные шортики, — прислонившись к столу, расплылся в ухмылке Драко.

— Нашёл время! — проворчала Ханна. Стук раздался снова.

— Ханна открой немедленно, ты опаздываешь!

— Да бли-и-ин, сейчас! — простонала девушка, натягивая штаны и тут же швыряя Мантию-невидимку, так и лежавшую на углу кровати, в Драко. — Сваливай сразу же за мной, ясно? Что ты стоишь? Кроссовки надевай!

— Так себя ведёшь, как будто нас застукали в блуде, — ворчал Драко, завязывая белоснежные шнурки, сидя на кровати.

— Я даже не знаю, как назвать то, в чём нас застукали, — так же хмуро произнесла Ханна, натягивая серую футболку прямо поверх пижамной майки, тут же ловя и поправляя очки.

Драко вдруг резко схватил её за запястье и притянул к себе. Ханна замерла, глядя ему в глаза.

— Ты металась всю ночь… — немного встревоженно прошептал он. — Часто видишь кошмары?

На её лице отразилось страдание. Ханна закрыла глаза, пытаясь вспомнить, что же ей снилось. А когда открыла, его губы тут же накрыли её. Дыхание замерло, и сладкий поцелуй унёс прочь из реальности. Он нежно обвил её талию, проскальзывая ладонью вверх по спине. Ханна обняла его стройный торс. Всё стало настолько неважно…

— Ханна! — сердито прокричала Гермиона. — Ты издеваешься? До десяти одна минута!

Как же не хотелось её отпускать. Драко казалось, что Дамблдор опасный волшебник, странный и непредсказуемый. Если бы он мог избежать общения с ним, лучше бы так и сделал. И её отпускать на встречу с ним Драко совершенно не хотелось.

Девушка усилием воли заставила себя выскользнуть из нежных объятий.

— Драко, пожалуйста, уходи уже! — простонала она, подходя к двери и поворачивая щеколду.

Он вздохнул и набросил мантию-невидимку на голову.

— Кроссовки! — прошипела Ханна, с трудом сдерживая смех, и они тут же исчезли.

Распахнув дверь, Ханна наткнулась на подруг.

— Ты что? Тебя же предупредили! — взволнованно заговорила Гермиона. — Как можно проспать в такой день?

— Гермиона, пожалуйста, — простонала Ханна. — Я долго не могла заснуть, потом часто просыпалась…

Девушки влетели в кухню, когда секундная стрелка на часах уже подходила к двенадцати. Стоило ей достигнуть цели, и в камине вспыхнуло зелёное пламя. Гермиона и Джинни тут же выскользнули в столовую, а оттуда в коридор. Им всегда казалось, что Дамблдор может видеть даже сквозь стены.

Доброжелательное лицо профессора возникло в камине. Ханна испытала на удивление двоякое чувство. С одной стороны радость, она всегда рада видеть своего друга и наставника, но с другой… она не хотела говорить с ним о Драко, и это очень огорчало.

— Здравствуй, Ханна! — приветливо произнёс Дамблдор.

— Добрый день, профессор, — смущённо улыбнулась девушка.

— С прошедшим праздником тебя. Прости, что вчера не поздравил, я был безумно занят.

— Ну что вы, профессор. Ваш подарок оказался просто замечательным.

— В самом деле? — Дамблдор наигранно удивился. — Мне казалось, что я мог немного перестараться.

Он так искренне и ласково улыбнулся, что Ханне стало совсем не по себе.

— Что-то не так, моя дорогая? Ты, как будто погрустнела. Видимо, что-то пошло не так, не считая конечно, нападения Пожирателей смерти. Я уже в курсе. Проблемы другого порядка?

— Нет-нет, сэр. Дело не в этом, — вздохнула Ханна, опуская глаза.

— Видимо, тебе не удалось поладить с Драко Малфоем. Это досадно, — вздохнул профессор. — Драко мог бы весьма поспособствовать в нашем деле.

— Нельзя сказать, что мы… не поладили, — заговорила она, чувствуя, как всё внутри начинает полыхать. — Малфой уже почти ни с кем не конфликтует, ребята его… терпят, и сам он…

Горячие волны, разливающиеся внутри, воскрешали в памяти каждый его поцелуй, каждое прикосновение, каждый тёплый взгляд, улыбку. Ей хотелось плакать.

Профессор смотрел на девушку очень внимательно.

— Ханна, — мягко произнёс Дамблдор. — Я понимаю, вы подружились. Возможно, у вас сложились… даже более тёплые отношения, чем ты предполагала, это прекрасно, — как-то очень по-доброму улыбнулся он. — И мы все знаем — в наше время эти связи делают нас сильнее, они ведут нас в будущее с надеждой, что всё будет хорошо. Драко… неплохой юноша. Он повёл себя мужественно, смело — это замечательно. Я почти уверен, что он принял решение.

Девушка тяжело вздохнула, хоть и пыталась это скрыть. Дамблдор терпеливо ждал некоторое время, пока Ханна, наконец смогла проглотить ком, застрявший в горле.

— Что он сказал? Я уверен, Драко раскрыл свой план… тебе. Пожалуйста, не бойся. Поверь, это ему абсолютно никак не навредит, — профессор снова искренне улыбнулся, и Ханна набрала в грудь побольше воздуха.

— Проклятье, яд, Пожиратели смерти, — на выдохе произнесла девушка, глядя на свои дрожащие пальцы, лежащие на коленях. — Он очень решителен, и это ужасно пугает. Сэр, пожалуйста! — с мольбой взглянула она на Дамблдора. — Не привлекайте его. Мы сделаем всё сами, всё что нужно! Пожалуйста!

Профессор продолжал вдумчиво смотреть девушке в глаза.

— Это ведь не от того, что ты считаешь его неспособным, правда? — с лёгким сомнением улыбнулся он.

Как же ей хотелось солгать! Сказать, что Малфой никуда негодный боец, что он подведёт, струсит. Что угодно! Только бы всё это его не коснулось. Но она собрала волю в кулак. Ханна Поттер не может и не должна обманывать человека, который столько сделал для неё.

— Нет, сэр, — шепнула она. — Он не просто способен… Драко… — сердце рухнуло вниз, и Ханна поперхнувшись закашлялась.

— Не волнуйся, девочка, — улыбнулся профессор. — Я понимаю. Значит мистер Малфой готов нам помочь. Это очень хорошо! Ты даже не представляешь, насколько это замечательно!

— Сэр, пожалуйста, — зашептала она. — Если есть шанс его не впутывать… можно?

Дамблдор нахмурился, задумался, опустив глаза.

— Ты ведь честна со мной, девочка. Я это глубоко ценю, даже больше скажу, я безмерно благодарен тебе. Потому не стану скрывать. Не могу обещать, что Драко избежит этой войны. Ты должна понимать, что это невозможно. Но он не будет один, это я могу тебе обещать.

Ханна глубоко вздохнула. Плечи её поникли, взгляд стал стеклянным. Дамблдор с сочувствием взирал на девушку.

— Не огорчайся, Ханна, — понимающе улыбнулся он. — На самом деле, всё не так страшно. Драко, я уверен, сам прекрасно осознаёт все риски, может взвесить свои шансы. Вы ведь даже не знаете, что всем нам предстоит. Не стоит бояться заранее, но быть внимательными, осторожными — обязательно.

Ханна кивнула.

— Спасибо, сэр. Я понимаю.

— Тебе спасибо, Ханна. Не тревожься. Всё будет так, как должно быть. Не знаю, веришь ли ты в судьбу, но я верю и надеюсь, что она будет к нам благосклонна. Вы так молоды, горячи, решительны — это просто восхитительно! — улыбался Дамблдор. — Уверен, мы пройдём этот путь до конца, и добро обязательно победит. Теперь расскажи, милая, у тебя всё ещё случаются… видения? Может быть, странные сны?

— Нет, сэр. В последнее время нет. Лишь воспоминания…

— Да… — печально произнёс Дамблдор. — Воспоминания — это та часть жизни, которая навсегда остаётся с нами. Порой, они отравляют нам жизнь. Но есть воспоминания, которые нас греют, придают сил, дарят надежду. Постарайся как можно больше хороших, тёплых воспоминаний сохранить в сердце. Тогда жизнь будет намного легче.

— Спасибо, сэр, — шепнула Ханна.

— Благодарю тебя, моя девочка. Ты даже не представляешь, как помогла всем нам. Надеюсь, вы с мистером Малфоем станете настоящими друзьями, — улыбнулся профессор и исчез.

Ханна была опустошена. Никакие увещевания и слова поддержки Дамблдора не могли ослабить тревогу, которая овладела её душой. Она встала с низенькой табуреточки и присела к маленькому кухонному столику, прислоняясь спиной к стене и закрывая уставшие от беспокойной ночи глаза. Ханна чувствовала себя предателем. Как теперь смотреть на Драко? Как говорить с ним? Он ведь только ей доверил свой план…

Она услышала тихие шаги, открыла глаза в полной уверенности, что это кто-то из подруг. Но это был он. Драко стоял напротив, ссутулившись и держа руки в карманах вчерашних брюк. Он не переоделся. Значит…

— Не смотри на меня так, — устало ухмыльнулся он. — Ты сделала то, что должна была.

— Прости, — с трудом преодолевая ком в горле, шепнула Ханна, отворачиваясь и желая провалиться сквозь землю.

Она вздрогнула от того, что его тёплые руки коснулись её ледяных пальцев. Ханна обернулась. Драко сидел перед ней на корточках. Она удивлённо смотрела ему в глаза, не понимая, что происходит.

— Ты не должна меня защищать, — прошептал он. — Это я должен защищать тебя.

Ханна прерывисто вздохнула, теряя дар речи, волю, терпение и силы одновременно. Давно просившаяся слезинка соскользнула с ресниц, задержалась на оправе очков, щекоча кожу. Драко подался к ней и, опустившись на колени, обнял, прижав девушку к своей груди. Она нежно обняла его плечи, прижавшись щекой к платиновым волосам.

Они не заметили, как Гермиона влетела в кухню, замерла с раскрытым ртом и тут же на цыпочках попятилась назад, прикусив губу, как будто это могло сделать её движения ещё тише. Оказавшись в столовой она замахала рукой, пытаясь изгнать уже вошедших Рона и Джинни, при этом агрессивно прижимая указательный палец к губам.

— Я должен тебя защищать, — решительно выпалил он. — В том числе от этого чокнутого старика!

— Что? — возмущённо воскликнула Ханна, отстраняясь. Его глаза снова сияли прямо напротив неё. Он всё так же крепко держал её в руках, но ехидная ухмылка её задевала.

— Ты хоть поняла, что он тобой манипулирует? — уверенно спросил он и начал жеманно выговаривать. — Эти его ухмылочки, ласковые интонации, разговоры о будущем, о целях. Неужели ты не чувствуешь, что он тебя использует?

— Да, что ты такое говоришь? — Ханна попыталась его оттолкнуть, но безрезультатно. — Профессор знает, как лучше. Он очень мудр и… проницателен. Дамблдор столько для меня сделал! Для всех нас! Он ведь и тебе помог, признай! — Она порывисто схватила его лицо в свои ладони, заглядывая в глаза, и зашептала: — Если бы не он, война между нами никогда бы не прекратилась!

— Поверь, — сурово произнёс Драко. — Если ему будет нужно, она начнётся снова.

— Не говори так! — Ханна снова ласково обвила его шею, осторожно касаясь губами волос. — Этого не случится, правда?

— Как бы я хотел, чтобы этого не случилось… — вздохнул Драко.

— Нас могут увидеть, — с досадой прошептала девушка.

— Не всё ли равно, — улыбнулся он. — Мы, может, видимся последний раз.

И Драко почувствовал, как её руки сжимаются крепче, как она начинает глубже и реже дышать. И он чуть усиливает объятия, словно держит в руках драгоценность, которую боится упустить.

— Тебе нужно научиться доверять людям, — нежно прошептала Ханна у самого его уха. — Хотя бы тем, кто рядом с тобой.

Она осторожно отстранилась.

— Я уверена, что профессор Дамблдор всё делает только во благо. Не может быть, чтобы он…

— Поттер, ты просто поражаешь иногда своей наивностью, — усмехнулся Драко, но так по-доброму, что она даже не обиделась.

— А ты… своим скептицизмом, — улыбнулась она.

— М-м-м, какие мы слова знаем! — широко улыбнулся он. — Грейнджер заразна.

— Прекрати! — с улыбкой закатила глаза Ханна. — Признай, мои друзья не так уж тебя и раздражают.

— Ещё как раздражают, вечно появляются в самый неподходящий момент.

Они молча смотрели друг другу в глаза, пока её взгляд не скользнул к его губам, а его к её. Казалось, что между ними искрится воздух. Зелёные глаза Ханны затуманивались от его близости, и его ресницы вздрагивали, утяжеляя веки. Они словно дышали одним дыханием на двоих. Драко не выдержал первым, обхватил пальцами её подбородок и резко притянул к своим губам. Сладкий стон вырвался из груди Ханны, и его губы голодно захватили её, уничтожили, унесли прочь из этого дома, из этого мира.

— Ханна, ты здесь? — как-то чересчур громко прокричала Гермиона откуда-то издалека.

Драко поднялся на ноги и моментально оказался в трёх ярдах от Ханны, как будто всё это время рылся в стенном шкафу с посудой. Когда достал большую кружку, Грейнджер возникла в дверном проёме.

— Ах вот вы где. Ну, ты поговорила с Дамблдором? — с интересом спросила девушка.

— Да, — отворачиваясь бросила Ханна. Ей казалось, что после поцелуя у неё все губы влажные и горящие, и это, должно быть, очень заметно.

— Малфой, а ты что, в одежде спал? — подозрительно прищурилась Гермиона. — Это на тебя не похоже.

— Я могу спать как хочу, тебе-то что, — брезгливо бросил Драко. — Кофе будете, убогие?

— Сваришь нам кофе? — удивилась Ханна.

— Если скажешь, что делать, — закатил он глаза.

— Чем же это мы заслужили? — с широко распахнутыми глазами, усмехнулась Гермиона.

— Ну, так-то у нас вчера было боевое крещение, не заметили? Вы неплохо сражались.

Ханна с трудом скрывала улыбку, а Гермиона потеряла дар речи.

— Так. Ясно. Не хотите, как хотите! — дёрнул плечом Драко.

— Нет, я буду! — отозвалась Ханна.

— Ты ему доверяешь? — с сомнением спросила Гермиона.

Ханна пожала плечами.

— Каждый в этой жизни заслуживает шанса, — расслабленно улыбнулась она, а потом вздохнула. — Что ж, Малфой, будем учиться. Доставай турку.

— Чего?

— Ты не видел, в чём мы кофе варим? — подозрительно ухмыльнулась она.

Драко стал медленно открывать шкафчики, подолгу смотрел в одну точку, как будто нарочно тянул время.

— Это такой корявый стакан с ручкой? — уточнил он.

— Ох, это невыносимо! — закатив глаза, простонала Гермиона и вскочила со своего табурета у входа. — Иди уже отсюда, Малфой!

Она бесцеремонно отпихнула его в сторону и открыла нижний шкаф.

— Полегче, Грейнджер! — недовольно проворчал он.

Гермиона отвернулась, а Малфой расплылся в коварной ухмылке и занял её место у двери. Ханна глаз с него не сводила, а он подмигнул и беззвучно прошептал: «Сейчас будет кофе, моя леди».

Ханна, с широко распахнутыми глазами, зажала рот рукой. «Вот хитрец!» — пронеслось в голове. Так хотелось проучить его, чтобы не поступал так с её друзьями, но девушка вдруг поняла, что внутри неё появился какой-то необъяснимый переключатель режимов, который не позволял ей хоть что-то предпринять против него. От осознания своей беспомощности перед ним, Ханна даже немного огорчилась.

Тут в кухне появились Рон и его сестра, с довольно большой сумкой.

— Уже домой? — уточнила Ханна.

— Да… — с досадой протянула Джинни. — Мама велела до обеда вернуться. Вообще не понимаю, вот, что я там сейчас буду делать?

Девушка глубоко вздохнула. В это время Гермиона уже разливала кофе в две большие кружки. Ханна поднялась, достала из холодильника сливки и мёд, добавила в напитки.

— Малфой, а ты что, в одежде спал? — словно не веря своим глазам, спросила Джинни. — Что это с тобой случилось?

— Чего вы все пристали с этой одеждой, — недовольно проворчал Драко. — Может, я вообще не спал, а очень даже приятно провёл ночь, а, Грейнджер?

Он так вызывающе взглянул на Гермиону, что Ханна вспыхнула. Почувствовала, как сердце в одно мгновение нарастило обороты, буквально вылетая из груди.

— Ты это на что намекаешь? — злобно прищурившись, уставился на него Рон.

— Ни на что. Отвали, Уизли, — брезгливо ответил Драко. — Маленький ещё.

— Нет уж, ты ответь! — настойчиво потребовала Ханна, скрещивая руки на груди. — Что это за намёки?

— Расслабься, Поттер, — ухмыльнулся Драко, вытягивая ноги и отпивая из кружки. — Я никому ничего не обязан объяснять.

— Ты что, не понимаешь, что это оскорбительно! — в увещевательном тоне заговорила Гермиона. — Это прозвучало очень… некрасиво. Так нельзя!

— Откуда вы это взяли? — усмехнулся он, продолжая пить кофе.

— Оттуда! — повысил голос Рон. — Или ты не знаешь, что порочить девушку вообще беспринципно!

— А я ничего и не сказал! — резко бросил Драко, с грохотом ставя кружку на стол. — Вы тут все помешанные на какой-то чести, о которой даже речи не шло! Я ничего особенного не сказал! Это вы всё понимаете, как вам нравится.

— Мы все заметили твой взгляд! — сурово ответила Джинни. — Даже если это шутка, то она крайне неудачная! Ты должен это понять!

Драко уже жалел, что всё это начал, но отступать назад было поздно. Он видел, как Ханна гневно буравит его взглядом, и ему это ужасно не нравилось.

— Ты должен признать, что шутка была неудачной и извиниться! — потребовала Ханна. — Гермиона не может быть объектом для таких шуточек!

Что-то внутри него щёлкнуло от злости. Он резко поднялся на ноги и сделал угрожающий шаг к Ханне.

— А может, это не шутка! — прошипел он, и его щёки стали медленно покрываться алыми пятнами.

— Да как ты смеешь, мерзкий таракан! — возмущённо выкрикнула Гермиона и выхватила свою палочку.

Рон тут же схватил Драко за рукав и с силой дёрнул.

— Извинись немедленно! — потребовал он.

— Отвали, неудачник! — бросил Драко, вырываясь из его хватки.

— Это не смешно, Малфой! — повысила голос Ханна. — Ты ведёшь себя отвратительно! Что на тебя нашло? Какой бундимун поселился в твоей голове?

— Кто бы говорил, Поттер! — ухмыльнулся он. Ей на мгновение показалось, что в его глазах промелькнула досада, обида и даже, возможно, мольба. Он не знал, как выйти из ситуации. Но Драко тут же выпрямился, взглянул на неё свысока, совсем как раньше. Это было так больно!

Ханна тоже сделала к нему решительный шаг и прорычала:

— Немедленно извинись перед Гермионой!

— Отвали от меня, Поттер! Растявкалась, как твой крёстный-анимаг!

Сердце лопнуло. Он почувствовал, как похолодело всё внутри. Её глаза… прекрасные зелёные глаза, смотрели на него с такой болью. Ханна не верила, что он мог… вот так. Драко понял, что никогда прежде не хотел умирать. А теперь хочет. Отмотать назад, забыть, всё изменить.

Её ресницы дрогнули, взгляд погас, она отступила на шаг назад… на два шага. Она словно растворялась, исчезала навсегда. Стало так страшно, что ещё мгновение, и он никогда больше её не увидит. Хотелось броситься к ней, обнять, молить о прощении, но эти взгляды… осуждающие, убивающие. Драко стоял, как вкопанный, ненавидя себя всем своим существом.

Ханна всё видела. Всё понимала. Но это… Это был предел, после которого невидимый переключатель сломался. Она должна вырвать этого человека из своего сердца. Воспоминание прикосновения его губ болью отдалось в груди. Девушка тяжело выдохнула и, обойдя Драко, вышла из кухни.

— Бездушная скотина… — сквозь зубы, прошипела Гермиона. Её глаза переполнились слезами, и два прозрачных ручейка заскользили по щекам. Она бросилась вслед за Ханной.

Джинни последовала за ней.

Рональд долго стоял на месте.

— Все давно всё поняли, Малфой, — безнадёжно заговорил он. — Какого хрена?

— Отвали, Уизли, — с трудом проговорил Драко.

— Это даже для тебя слишком, — и Рон покинул кухню.

Драко чувствовал, как жжёт в глазах. Как внутри всё выворачивается наизнанку от боли и досады. Никогда ещё он не был так растерян. Никогда! Он обессиленно опустился на табурет, погружая пальцы в свою шевелюру. Хотелось рвать на себе волосы, а лучше, разбить себе морду. Разбить в кровь, чтобы боль физическая была сильнее, чем эта — невыносимая, убивающая боль потери.

***

Она просто сидела на кровати, прижавшись к спинке и подтянув к себе колени. Пустота. Снова пустота. Безжизненное лицо исчезающее в арке. Его улыбка, дружеские объятия. «Мы одна семья», — звучало в её голове. Сириуса больше нет. И Драко теперь тоже больше нет. «Ты потеряешь… всё».

Слезинка заскользила по щеке.

— Ханна, ну, пожалуйста! — с мольбой в голосе говорила Гермиона. — Ты не должна снова возвращаться в то состояние! Ты ведь понимаешь, что этот идиот ляпнул сдуру? Просто потому, что он — идиот, не знающий меры.

— Я знаю, — бесцветно произнесла Ханна.

— Он уже тысячу раз пожалел, — тихо вторила Джинни. — Мы же всё прекрасно понимаем…

— Я понимаю, — также безразлично ответила Ханна.

Гермиона и Джинни переглянулись.

— Нужно просто… сделать вид, что ничего не произошло, как будто Малфоя здесь нет и не было. Как во сне, знаешь? Станет легче, — с надеждой говорила Джинни.

Ханна скептически ухмыльнулась.

— Его и нет. И не было. И не будет.

Боль пронзила сердце. Ей хотелось упасть лицом в подушки и разрыдаться, но эти сочувственные взгляды…

Ханна натянула улыбку — вымученную, страдальческую.

— Всё в порядке, правда. Это же Малфой, чего от него ещё можно было ждать? Неужели понимания и участия? Смешно. — Она нервно хихикнула. — А можно мне побыть одной? — с надеждой спросила она.

Подруги опустили глаза.

— Мы можем помочь? — со слабой надеждой спросила Гермиона.

Ханна отрицательно мотнула головой. Девушки молча вышли, и Ханна сползла на подушку, свернувшись калачиком. Она с болью провела ладонью по соседней подушке, на которой этой ночью спал Драко.

— Что же ты делаешь? — с болью прошептала Ханна, и слёзы полились рекой.

Ни она, ни Драко не выходили из своих комнат. Джинни вернулась домой, а Гермиона и Рон грустные сидели в гостиной. Девушка читала, юноша играл в волшебные шахматы. Печальная тишина поглотила дом. Лишь к вечеру раздался звонок у дверей. Рональд поплёлся открывать.

***

Драко знал, что должен сделать. Но как он может сделать то, чего не делал никогда в своей жизни? Это всё равно, что взять и отрастить себе крылья, не прибегая к магии.

Извиниться… Как это вообще делается? Он даже у родителей никогда не просил прощения. Не было такой необходимости. Драко слышал, как это делает Ханна — извиняется. Даже у него она просила прощения, и каждый раз он испытывал от этого жуткую неловкость. Ведь у него тоже никто никогда не просил прощения. Это была нерешаемая задача.

Он мучился, мерея шагами комнату, глядя в окно, лёжа на кровати, снова расхаживая туда-сюда. Но хуже всего была невозможность простить самого себя. Что за демон выплюнул эти слова из его рта? Как? Зачем? Да, он хотел скрыть, что провёл ночь в её комнате, хотел перевести всё в шутку, но вышло хуже некуда. Это было так больно, как никогда в жизни.

Стук в дверь заставил сердце замереть, потом забиться с тройной силой. «Пусть это будет она! Пусть скажет, что всё поняла и не обижается!» Драко распахнул дверь.

— Добрый вечер, мистер Малфой. Вы хотели меня видеть.

На пороге стоял профессор Снейп.

Глава 19. Взрослые

Профессор был в своём обычном виде. Драко даже немного удивился и не сразу поздоровался. Мало того, он был разочарован, что это не Ханна. Молодой человек опустил глаза.

— Профессор, — только и вымолвил он.

— Вы, я вижу, немного не в себе, — вкрадчиво проговорил Снейп, входя в комнату и закрывая за собой дверь. Его взгляд был явно адресован волосам Драко.

Парень почувствовал себя неловко и направился к зеркалу. Взлохмаченная шевелюра, круги под глазами, измятый, до сих пор вчерашний, джемпер. Драко сам себя не узнал. Стало противно от этого жалкого, измотанного вида. Тут же призвав расчёску, Драко причесался. Профессор тем временем устроился в кресле, стоявшем в углу комнаты, и терпеливо ждал. Его чёрная мантия заполнила собой пространство и выглядела, мягко говоря, угнетающе.

Закончив приводить себя в порядок, Драко сел на стул напротив профессора. Оба молчали некоторое время. Снейп изучал измученное, но решительное лицо своего студента.

— Что ж, — наконец заговорил профессор. — Насколько я понимаю, вы приняли решение.

Драко глубоко вдохнул.

— Да, сэр, — шумно выдохнул он.

Профессор сложил домиком кончики пальцев перед своим лицом, облокотившись на подлокотники кресла. Он просто молча ждал.

— Я готов помогать Ордену всем, чем смогу, — решительно заявил Драко, и профессор на мгновение утомлённо прикрыл глаза. Драко стало страшно. Только сейчас он осознал, что пути назад нет. Профессор проницательно взглянул в глаза юноши.

— Вы уверены? — с нажимом спросил он, как будто и правда надеясь, что Драко передумает.

Но парень гордо приподнял подбородок. В его памяти возникло лицо спящей девушки. В её чертах страх, мука, боль. Так захотелось обнять её, разделить эту боль, чтобы Ханне стало хоть чуточку легче.

— Я уверен, сэр.

Лицо Снейпа приняло своё обычное, почти безразличное выражение.

— Ваша матушка с нетерпением ждёт вашего возвращения. И тётушка Беллатриса мечтает продолжить с вами занятия окклюменцией.

Глаза Драко расширились. Он в полном недоумении взирал на профессора.

— Но, сэр, Тёмный Лорд…

— О, я уверен, он будет доволен вашим возвращением.

— Что? — с трудом прохрипел Драко, чувствуя, как мороз расползается под кожей.

Профессор устало закатил глаза и расслабленно положил руки на подлокотники.

— Ваш побег из дома нашёл объяснение. Пусть оно неказистое, но вполне правдоподобное. А главное, Господина это устроило. Вы провели это время у женщины…

— Что за бред! — воскликнул Драко, вскакивая со стула.

— Вы влюблены, Драко. Ваш возраст, темперамент вполне для этого подходят. Тёмный Лорд, хоть и с презрением, но принял эту версию, понимая, что не все способны быть верными лишь одной цели. Даже Малфой не чужд… слабости.

Драко полыхал от гнева и ещё какого-то неведомого ему чувства.

— Вы ничего другого не могли придумать? — сквозь зубы цедил он. — Это полная чушь. Он не поверит…

— Уже поверил. Максимум, что вас ждёт — это выговор за безрассудство в неподходящее время.

— Профессор! — воскликнул Драко. — Он прочтёт мои мысли и узнает, где я был всё это время! Это невозможно! Я подвергну опасности Поттер, её друзей, этот дом, весь Орден! Так нельзя!

— Успокойтесь, Драко, — вздохнул Снейп, поднимаясь с кресла. — У нас есть ещё несколько дней. Я помогу вам попрактиковаться в окклюменции. Беллатриса будет уверена, как и Тёмный Лорд, что это её заслуга.

— Это самый худший план… — прошептал Драко.

— Единственный, если вы хотите помочь.

— Но я не понимаю, в чём тут помощь? Я просто вернусь к обычной жизни?

— Не совсем. Все будут думать, что вы вернулись к обычной жизни. Но это не может быть так. Ваш отец в Азкабане. Дом превратился в штаб-квартиру Пожирателей. Ваша мать в тревоге. Но вы должны вернуться, обучаться окклюменции и готовиться к учебному году.

— Я вернусь в Хогвартс? — шокировано выдохнул Драко.

— Безусловно.

Драко весь вспотел от волнения. Руки тряслись, а сердце выпрыгивало из груди.

— Чем же тогда… я буду… помогать?

Снейп приподнял свой волевой подбородок, Драко прямо смотрел ему в глаза.

— Вы осуществите свой план, мистер Малфой. Тёмный Лорд дал вам поручение, и вы выполните его, приняв метку Пожирателя Смерти.

Драко медленно опустился на кровать. В глазах потемнело.

— Но… я не понимаю… — еле слышно произнёс он. — В чём же тут помощь? Это же…

— Звучит, на первый взгляд, странно. Да. Но, посудите сами. Даже если Тёмный Лорд уверен, что вас постигнет неудача, но всё равно хочет, чтобы это сделали именно вы, мы должны воспользоваться этой ситуацией. Мы можем выиграть время. Много времени. Целый год, чтобы Поттер обрела ту силу, что должна обрести. Чтобы Дамблдор успел найти самые лучшие решения. Нам нужно время. Вы, Драко, подарите нам время, если займётесь этим. Будете готовить покушение на Дамблдора, совершать правдоподобные попытки…

— Сэр, это похоже на плохой спектакль… — скептически качал головой Драко.

— Именно! — чуть повысил голос Снейп. — Но не думайте, что это будет просто. Тёмный Лорд не дремлет. Он будет контролировать, требовать, возможно, наказывать за оплошности. За вами будут следить ваши же сокурсники. Вы должны забыть об этом доме, общение с гриффиндорцами и… Поттер. Она — враг Тёмного Лорда, а значит — ваш враг.

— Для чего же я должен был сблизиться с ней? — возмущённо воскликнул Дарко, вскакивая с кровати и быстро вышагивая по комнате. — Сначала требуете сблизиться, теперь отдалиться, в чём логика? Вы что, издеваетесь?

— Этого требовала ситуация, Драко, — настойчиво ответил профессор. — Вы должны были понять, насколько ситуация серьёзна. Этой девочке угрожает смертельная опасность, вы в этом убедились?

— Да, сэр, — вздохнул Драко, останавливаясь у окна, чувствуя, как печёт глаза.

— Но для выполнения плана, вы обязаны разорвать с ней связь, иначе она всё испортит. Поттер безрассудна. Она станет защищать вас, защищать Дамблдора, нарываться на неприятности, лезть везде, где её не просят, подвергая свою жизнь опасности, а нам это не нужно. У неё свои задачи, у вас свои. Я помогу вам абсолютно во всём. С завтрашнего дня, мы начнём практиковаться в окклюменции. Вы всё поняли?

— Да, сэр, — обессиленно ответил Драко.

— Вы уверены, что не передумаете? — с некоторым сомнением спросил Снейп. — Я должен покинуть эту комнату в полной уверенности, что вы готовы.

— Я готов, сэр, — обречённо подтвердил юноша. Он безотрывно смотрел на горящий электрический фонарь за окном, который постепенно расплывался перед глазами, превращаясь в сияющее оранжевое пятно.

Снейп подошёл к своему воспитаннику и положил свою огромную тяжёлую ладонь на его плечо. Драко порывисто смахнул набежавшие слёзы рукавом.

— Вы не будете одни, Драко, — необыкновенно мягко произнёс Снейп. — Это сложное время, но мы справимся.

Драко кивнул. Слышал, как открылась дверь, потом тихо захлопнулась. Юноша обернулся. Его глаза были красными, воспалёнными, губы дрожали.

— Хреновы манипуляторы, — сквозь зубы прорычал он. — Ненавижу вас всех…

Он открыл свой рюкзак, достал чистую одежду, бросил презрительный взгляд на своё отражение в зеркале.

— Я говорил тебе, Поттер, — безутешно прошептал он. — Если Дамблдор захочет, мы снова станем врагами.

***

Ханне было совершенно безразлично, кто приходил в их дом этим вечером, главное, чтобы её никто не трогал.

Она сидела на кровати, перебирая старые письма, записки, хоть какие-то крохи воспоминаний о Сириусе. То письмо, что он ей прислал на пятом курсе, похоже, единственное, что от него осталось. Почему-то сейчас ей хотелось уйти из этого дома, напоминающего о нём. Боль потери ощущалась с удвоенной силой. Она даже не осознавала, что эта боль была от утраты вовсе не Сириуса, а совершенно другого человека. Она заставляла себя думать о крёстном, чтобы не думать о Драко. Ханна решила стереть его из своей жизни, и это даже получалось. Она вспоминала, как он насмехался над ней, как всё время пытался задеть, подставить, сделать подлость, и это освобождало от тянущего чувства одиночества.

Ханна собрала все записки в большой бумажный конверт, спрятала в маленький чемодан и засунула под кровать. Есть не хотелось. Ханна взяла полотенце и отправилась в ванную. Встав под горячий душ, почувствовала себя лучше, немного свободнее. Но в памяти снова возникли глаза Драко, сияющие, тёплые, крошечные морщинки в уголках, лукавый взгляд. Она тяжело выдохнула. Отвлечься. Нужно отвлечься. Ханна не любила петь, но сейчас вдруг затянула уныло и безрадостно:

— C днём рожденья тебя!

С днём рожденья тебя!

С днём рождения, Ханна!

С днём рожденья тебя!

Он не сводил глаз с еле различимого силуэта за полупрозрачной шторкой. Её грустный голос разрывал сердце на части. Драко хотелось вынуть его и бросить к её ногам, чтобы больше не болело так. Она вдруг замолчала, вода выключилась. Драко незаметно прикрыл дверь и медленно поплёлся наверх. Он не готов с ней встретиться. Нужно привести себя в порядок.

Дождавшись, когда девушка закроется в своей комнате, Драко вернулся к ванной. Он думал некоторое время. Может быть, сейчас? Нет. Решительно вошёл в ванную, уверенный, что на свежую голову решение будет правильнее.

***

Ханне было всё равно, что влажные волосы торчат в разные стороны. Какая теперь разница? Она надела батистовую пижаму — длинные штаны и рубашку с рукавами в голубой цветочек — и решила, что молока, всё же, нужно выпить.

Решительно открыв дверь двинулась к лестнице, и через секунду дверь в ванную распахнулась. Драко шагнул ей навстречу и замер. Мокрые волосы, белоснежная майка и летние льняные брюки. Её взгляд замер на его широких жилистых плечах, но Ханна тут же отвела взгляд и, резко развернувшись, бросилась назад в свою комнату, пытаясь молниеносно захлопнуть дверь. Но его огромная нога уже оказалась между ней и косяком.

— Уйди, Малфой! — зло рявкнула Ханна, тут же отлетая почти до самой кровати, так как ему не стоило больших усилий просто толкнут дверь, чтобы войти.

Девушка схватила свою палочку, наставляя её на Драко. Малфой бросил своё полотенце на стол, чуть развёл руки в стороны, показывая, что он безоружен. Его освещал только свет фонаря, падающий в окно. Она не могла поверить, что он снова здесь.

— Что ты сделаешь, Хани? — тихо спросил Драко. — Парализуешь?

— Не смей меня так называть! Убирайся вон, — резко ответила она. — Нам не о чем говорить.

Драко терпеливо вздохнул, запрокидывая голову, стараясь подобрать слова, но, кажется впервые в жизни, ему вообще ничего в голову не приходило, он не знал, с чего начать. Так и не подготовился.

— Уходи! — настойчиво потребовала Ханна.

— Ладно, — выдохнул он, стараясь хотя бы сохранять спокойное выражение лица. — Я уйду. Очень скоро.

Ком застрял в горле. Драко вдруг осознал, что это, возможно, последний их разговор, последняя встреча. Ещё пара дней и это маленькое, счастливое лето навсегда останется в прошлом.

Ханна смотрела на него так, словно перед ней настоящий враг. Тот, чьи слова и поступки ничего не стоят. Его мысли всё также ядовиты, также приносят боль, как и прежде. Ничего в нём не изменилось. Всё ложь. Ей хотелось кричать, плакать, а ещё лучше запустить в него какое-нибудь болезненное проклятье. Он это видел и это тоже причиняло боль.

— Послушай, — спокойно начал он. — Снейп приходил. Через пару дней я… возвращаюсь домой. Я больше… ничего не сделаю…

— Отлично! — победно воскликнула Ханна, чувствуя, как сердце разрывается от боли, как в горле невыносимо давит. — Тебе здесь не место, Малфой! Среди грязнокровок и предателей крови.

— Поттер, я…

— Можешь ничего не говорить! Ты всё тот же. Не понимаю, как я могла подумать, что ты изменился. Я ошиблась! — еле сдерживая рыдания говорила Ханна. — Я думала… мы… А нас просто нет. И никогда не было!

Она опустила палочку, почувствовала, что столько времени без еды и нормального сна, видимо, сказываются. Голова закружилась. Ханна отвернулась, подошла к окну и вцепилась пальцами в подоконник.

— Ты уходишь — и хорошо, — тихо произнесла она. — Иди уже.

Тишина была такой оглушающей, тяжёлой. Она терзалась мыслью, почему он до сих пор здесь? Чего хочет? Ханна ждала, что он уйдёт, но так безумно этого не хотела, не верила, что всё закончилось так глупо, просто потому, что он — горделивый осёл!

— Я сожалею, ясно?! — его голос, громкий, дрожащий, кажется, сотряс стены её крепости, которую она возводила, прячась от него. — Не умею я признавать ошибки! Знаю, что это была глупость. Думаешь, не знаю?! И не буду оправдываться, потому что оправданий нет.

Тишина словно звенела, как будто эхо его голоса повисло под потолком. В её сознании появилось что-то новое, невероятное, то, чего там быть не могло. Безграничная радость, восторг, чувство, что свершилось чудо. Драко Малфой сожалеет?! Разве это возможно?

Ханна смотрела на тёмное звёздное небо, с трудом сглатывая слёзы, застрявшие в горле, когда его голос тихо зазвучал прямо у неё за спиной.

— Я сожалею, что обидел тебя, что… задел Сириуса Блэка. Знаю, так неправильно. Я… не хотел.

Она вдруг ощутила его дыхание на своей макушке. Мурашки пробежали по всему телу, сковала слабость, а сердце замерло. Его ладони осторожно легли на её плечи, робко, еле ощутимо. И она запрокинула голову, с ужасом осознавая, что его власть над ней сильнее, чем она хотела бы.

— Прости, — шёпотом выдохнул он.

Слезинки маленькими жемчужинами покатились по её щекам, и плечи задрожали. Драко не мог понять, что это значит. Он точно сказал что-то не то. Досада завладела всей его душой.

— Мне нужно уйти, — немного дрожащим голосом, но резко, заговорил он, безвольно опуская руки. — Я не знаю, что ещё сделать, чтобы… всё исправить. У меня осталось три, может, два дня. Потом я вернусь в… уже не свой дом. Всё будет, как раньше. Я сделаю всё, что они мне скажут. Так будет правильно. Просто знай, что я… не хочу тебя терять. Но так надо.

Она услышала, как он развернулся. Быстрые шаги.

— Драко, — выдохнула Ханна, резко обернулась и бросилась следом. Он остановился услышав шелест её маленьких ног по ковру. Толчок в спину, и её руки обхватили его, горячее дыхание под лопатками. — Что ты наделал, Драко?

Он взял её ладони в свои, испытывая такое счастливое волнение, как никогда прежде.

— Я должен был, — тихо ответил он. — Я должен… защищать тебя. Особенно… от самого себя.

Её руки ослабли, Драко повернулся, заключая её в объятия. Казалось, что прошла целая вечность после их ссоры. Эта лохматая макушка, очки воткнувшиеся в грудь, её дыхание у сердца — всё, что ему нужно в этой жизни.

— Прости меня, — с необъяснимым наслаждением шептал он. — Прости…

— Я простила тебя, Драко, — с нежностью шептала Ханна, заливая слезами его грудь. — Я простила. Прошу тебя, откажись! Не делай того, чего они хотят? Пожалуйста!

— Не могу, — тихо хрипел он. — Я не могу отказаться. Я должен это сделать.

Она отстранилась, подняла к нему заплаканное лицо. Никогда в жизни он не испытывал такой нежности. Драко ласково провёл пальцами по её щеке.

— Чего они хотят от тебя? — в тревоге шептала она. — Ты должен мне сказать!

— Это не имеет значения! — устало улыбнулся он. — У нас совсем не осталось времени, Хани. Я выйду из этого дома, и всё будет, как раньше. Это наша задача, твоя и моя. Чтобы никто никогда не понял, что между нами что-то было.

Ужас отразился в её взгляде.

— Что? — выдохнула она. — Это то, чего они хотят? Но это… это же подло! Профессор хотел, чтобы мы сблизились, зачем же теперь…

— Я говорил тебе… утром…

Ханна крепко прижалась к его груди. Ему хотелось навсегда остаться вот так, рядом с ней, держать в своих руках. Не отпускать. Беречь. Любить… Эта мысль поразила в самое сердце. Драко понял, что испытывает к ней то, чего никогда ни к кому не испытывал. Стало страшно и безумно весело.

Он трепетно приподнял её подбородок и снял, так мешавшие видеть её глаза, очки.

— Я должен вернуться туда, на ту сторону. Я буду твоим врагом до тех пор, пока это будет нужно. Буду врагом, если это спасёт твою жизнь, буду врагом пока ты не подрастёшь, Поттер. Не обещаю, что не испорчу всё, что только можно. Но ты должна помнить, что я это делаю… только ради тебя. Слышишь? Если я… обзову тебя, если ударю, оттолкну, причиню боль — значит так надо! Запомни это! Запомнишь?

Её глаза, переполненные слезами, сияли в темноте, как две звезды. Она молчала, только смотрела жадно и нежно, словно боялась, что видит его последний раз. Не верила, что всё это происходит, что им уготована разлука, возможно, надолго. Возможно, навсегда.

— Ты слышишь меня? — с нежной надеждой в голосе спросил он.

— Слышу.

— Веришь мне? — грустно ухмыльнулся Драко.

— Нет, — мотнула она головой. — Я не верю, что ещё немного и ты просто уйдёшь. Так просто уйдёшь…

— Думаешь, это просто? — вздохнул он. — Тёмный Лорд никогда ничего не должен узнать. Ты можешь понять? Я буду видеть тебя каждый день в Хогвартсе, а ты меня. Всё будет как раньше…

— Как раньше уже не будет, Драко. Ты понимаешь, что это невозможно?

— Мы должны постараться.

Он чутко коснулся её щеки губами, потом второй. Ханна ощутила лёгкое головокружение.

— Однажды мы сбежим, Хани, просто сбежим. Провались они все пропадом: Тёмный Лорд, Снейп, Дамблдор, твои друзья. Будем только мы… Когда-нибудь так и будет.

— Если мы не убьём друг друга, — шепнула она.

— Если мы не убьём друг друга, — усмехнулся он.

Они долго стояли обнявшись посреди комнаты и молчали, желая впитать всем существом последние минуты, последние часы, проведённые вместе. Оба знали, что расстаться будет сложно, даже больно.

Драко вдруг понял, что все его прежние решения были детскими и глупыми. А вот теперь, только теперь, он принял настоящее, серьёзное, взрослое решение. Взял на себя ответственность за неё, за девочку, которой нужно время. Но он не жалел ни о чём. Ни о том, что покинул родной дом, ни о том, что обратился к чокнутому старику Дамблдору, ни о том, что оказался здесь, рядом с ней.

Он отправился в свою комнату и вернулся с её мантией. Ханна бережно положила её в шкаф. Они, не договариваясь, забрались под одно одеяло. Драко прижал девушку к своей груди и нежно гладил её спину, а Ханна обнимала его плечи, ласково скользя по ним маленькими пальцами. Иногда он трепетно касался губами её макушки или щеки, боясь разрушить это тепло, которое грело их медленно истекающие кровью сердца. Это было счастье и боль одновременно, осознание неизбежности разлуки.

Этой ночью они спали крепко. Без снов.

Утром Ханна, с лёгкой улыбкой и спокойным сердцем, спустилась в кухню, где Гермиона пекла оладьи к завтраку. Подруга проницательно смотрела на Ханну некоторое время.

— Вы что, помирились? — с надеждой в голосе спросила она.

Ханна отрицательно покачала головой.

— Мы расстались, — шепнула она. — Он попросил прощения.

— Что? — прошипела Гермиона. — Не может быть!

Ханна снова кивнула. Грейнджер суетливо перевернула оладьи.

— Но почему вы расстались? Наоборот…

— Так захотел Дамблдор. Малфой получил задание, но ничего мне о нём не рассказал. Ничего. Мы просто расстались.

Гермиона с сочувствием вздохнула.

— Ничего, — ободряюще заговорила она. — Может быть, когда-нибудь всё наладится.

Ханна пожала плечами. Тут Рональд появился в кухне.

— М-м-м! У нас сегодня вкусный завтрак! — довольно промурлыкал он.

— Гермиона старалась! — улыбнулась Ханна.

— Ты как? — с сочувствием спросил Рон.

— Всё нормально, — кивнула она и улыбнулась. — Теперь мы снова втроём. Малфой через пару дней возвращается домой. Забудем о нём, как о страшном сне.

Уизли смотрел на неё недоверчиво.

— Ага, конечно! — ухмыльнулся он. — Страшный сон. Для тебя. Конечно!

— Не будем об этом, — смущённо улыбнулась Ханна. — Сделаем вид, что твои братья проиграли и Тонкс, и Гермиона. Выиграл только ты!

— Так вам всем! — невесело усмехнулся Рон.

Драко возник в дверном проёме, и все замерли.

— Здрасьте, вам, — ехидно ухмыльнулся он. — Меня обсуждаете?

Гриффиндорцы промолчали.

Драко вошёл в кухню, стащил оладушек с тарелки, достал кружку из шкафчика. Гермиона чуть посторонилась, когда он доставал турку из нижнего шкафа.

— Извини, — вдруг буркнул он, не глядя на Грейнджер. Её глаза, как и глаза друзей, расширились. — За вчерашнее, — уточнил он.

Гермиона хлопала ресницами, не представляя, как реагировать. Это не сон?

— Ладно, — выдохнула она и, спохватившись, сняла чуть подгоревшие оладьи со сковороды.

Драко молча сварил себе кофе и вышел, так и не взглянув на Ханну. Но она этого не заметила, потому что не смотрела в его сторону.

— Что это было? — в недоумении произнёс Рон, но ответом ему была тишина.

В этот день Драко больше не появлялся. Снейп явился вечером и сразу же направился в комнату Малфоя.

Ханна не могла спать, не могла есть, не могла дышать. Сердце то замирало, то выпрыгивало из груди. Она не понимала, что происходит, чего ждать, но она ждала всё равно. Ждала с надеждой и трепетом. Она уже надела свои шортики и майку, забралась на подоконник, чтобы полюбоваться звёздами перед сном. Дрожь в руках и где-то в животе не давала покоя. Она прерывисто дышала, боясь, что явятся непрошенные слёзы отчаяния, когда тихий стук в дверь оборвал всё внутри.

Она спрыгнула с подоконника и подлетела к двери. Замерла на мгновение, нерешительно поворачивая щеколду. Один шаг, и он в её объятиях. Его горячие губы, дыхание на щеке.

— У меня не осталось времени, — прошептал Драко, нежно касаясь её подбородка пальцами. — Завтра Снейп придёт последний раз. Инструктаж заканчивается. Послезавтра утром я уйду.

Ханна молча смотрела ему в глаза. Всё трепетало внутри от этого счастья — видеть его.

— Пойдём погуляем? — неожиданно улыбнулся он. Ханна улыбнулась в ответ.

— Ты серьёзно?

— Как тогда, помнишь? Когда я наставил тебе синяков, — усмехнулся Драко.

— Пойдём, — тут же выдохнула Ханна. — Сейчас переоденусь.

Они тихо крались по тёмному ночному коридору. У портрета Вальбурги Блэк вообще не дышали, чтобы её не разбудить. Несколько шагов, и они оказались в ночном Лондоне.

Глава 20. Последняя прогулка

Вдохнув полной грудью свежий ночной воздух, Драко и Ханна не спеша побрели по тротуару. Они молча шли рядом, испытывая лёгкое волнение от того, что оказались одни за пределами своего убежища. Никакой маскировки. Они хотели видеть друг друга такими, какие есть.

Её сердце дрогнуло, когда его пальцы осторожно сжали её ладонь. Ханна глубоко, но незаметно вдохнула, утопая в нежности и счастье.

Драко испытывал особенный трепет, похожий на страх, но в то же время, он был какой-то радостный.

— Ты должен мне сказать, — тихим голосом вдруг выпалила Ханна.

— Поттер, опять ты за своё, — закатил глаза Драко. — Тебя это не касается, ясно?

— Что значит, не касается? Ты сказал, что это ради меня! — с усмешкой возмутилась она.

— Смирись, Поттер. Это всё, что тебе нужно знать.

— А может, я помочь смогу!

— Ну, да! — усмехнулся он. — Помощница… Занимайся своими делами. Уверен, Дамблдор найдёт тебе развлечение. Вот ни секунды не сомневаюсь!

— Ты что-то знаешь? Драко, ты должен мне сказать! Я хочу быть готова…

— Да не знаю я ничего! — засмеялся он. — Или ты думаешь, Снейп посвящает меня во все детали? Хрена с два! Мы с тобой просто пешки, как ни крути! Все решения они принимают там — в кабинете директора Хогвартса.

— Опять ты за своё, — закатила глаза Ханна. — С чего ты решил, что нас используют? Мы участвуем в важном деле!

— Да! Но мы всего лишь винтики! — воскликнул Драко, но потом резко понизил голос. — По крайней мере я.

— Не говори так, — с сочувствием произнесла Ханна. — Возможно, то, что ты будешь делать, очень даже важно.

— Это важно! — уверенно ответил он.

— Ну, расскажи мне, пожалуйста! — Она резко развернулась и встала перед ним, преграждая путь. — Я должна знать! Хочу тебе помочь! Это касается Хогвартса?

Он смотрел на неё и вспоминал слова Снейпа: «Поттер безрассудна. Она станет защищать вас, защищать Дамблдора, нарываться на неприятности, лезть везде, где её не просят, подвергая свою жизнь опасности, а нам это не нужно!» Декан абсолютно прав.

— Поттер, — вздохнул Драко. — Если ты не отстанешь, я пожалею, что пригласил тебя на прогулку, ясно? У нас осталось не больше суток, а ты…

— Ну и фиг с тобой! — раздражённо выдохнула она и быстро зашагала вперёд.

— Давай ещё раз поругаемся на прощанье! — усмехнулся Драко. — По-другому у нас не получится.

— В этом вся прелесть! — почти прокричала Ханна, будучи уже шагах в десяти впереди. — Если мы будем вместе, весь мир перевернётся с ног на голову. Это — нереально!

— Вот и отлично! — радостно воскликнул Драко. — Так проще всего.

— Тогда скажи, какого Салазара ты… — возмущённо заговорила Ханна.

— Я? — засмеялся он. — Это ты провокаторша!

— Не надо! — скептически воскликнула Ханна.

— Ты за мной ходила, как хвост, уговаривала, увещевала…

— Это была моя обязанность, ясно? И никаких других целей у меня не было! — возмущённо говорила Ханна, остановившись под фонарём у подземного перехода. — Это ты всё время норовил нарушить моё личное пространство.

— Тебе это приснилось, — усмехался Драко, подходя всё ближе. — Тебя никто не просил бегать за мной по лестнице и падать, — отогнул он большой палец. — Приходить ко мне в комнату…

— Да? — возмущённо воскликнула она. — А кто вломился в мою комнату и оставил конфеты? Или записку за тебя Кикимер написал?

— Поттер, ты несносна! — Драко практически навис над ней, тут же получая тычок пальцем в грудь.

— А ты… ты… ещё несноснее, ясно?!

Они замерли на мгновение, глядя друг другу в глаза.

— Блин, этот дурацкий фонарь отсвечивает в очках! Я смотрю на два светящихся круга.

Ханна, согнулась пополам и расхохоталась.

— Ну, извини… — смеялась она.

Драко широко улыбался. Как ему нравился её смех! Что-то кольнуло в груди, но он прикусил губу, не желая выдать появления этого гадкого чувства. Понимания, что всё это вот-вот закончится.

Ханна вдруг замерла и внимательно на него посмотрела.

— Я поняла, — выдохнула она. — Они хотят, чтобы ты был шпионом, верно? Будешь разузнавать для Дамблдора информацию о Волан-де-Морте! Уверена, это так! Что же ещё? Только…

Драко молчал. Это предположение выбило его из колеи.

— Он ведь потребует, чтобы ты… стал Пожирателем Смерти! — с ужасом прошептала Ханна и выпалила: — Прошу тебя, не принимай метку…

У Драко внутри всё замерло.

Внезапно в подземном переходе раздались громкие женские голоса. Драко схватил Ханну за руку и потянул в темноту. Из-под земли выскочили две девушки, в ярких вызывающе-коротких платьях, в макияже и на высоченных каблуках.

— Молодые люди, стойте! — наперебой заверещали они, направляясь к парочке.

— Это кто? — напряжённо прошипел Драко.

— Даже боюсь предположить, — в ужасе зашептала Ханна, уже готовясь бежать.

— Да подождите, мы вас не съедим! — засмеялась блондинка с мелко накрученными кудрями. — У нас просьба!

— Бежим, — рявкнул Драко.

— Ребята, нам нужна помощь, вы не пожалеете! — засмеялась вторая.

Ханна потянула его за руку.

— Подожди…

— Ох, как повезло! — радостно воскликнула блондинка. — Мы уже за милю утопали. Слушайте, идём с нами! Пожалуйста! Там сегодня не протолкнуться! У них большой конкурс, нужно прийти с молодым человеком…

— Вы вообще о чём? — подозрительно прищурилась Ханна.

— Ой, да! — всполошилась брюнетка. — Мы не можем пройти в ночной клуб. Там сегодня условие — прийти с молодым человеком. А мы вдвоём, в округе пусто, как будто вымерли все…

— А мы собирались почти целый месяц, и такая неудача, — простонала блондинка. — А тут такой симпатичный мальчик! Ну, пожалуйста! Идём с нами! Мы только войдём в клуб, а потом можете уйти…

— Или остаться, если захотите! Пожалуйста!

Драко и Ханна удивлённо хлопали глазами.

— Это… что за клуб такой? — с волнением спросил Драко.

— Ой! Да танцевальный! — закатила глаза блондинка. — Мы же работаем дни и ночи — обычные медсёстры. Выбрались раз в тысячу лет, денег накопили, а тут такая западня! Как тебя зовут? — расцвела она в улыбке.

— Др…

— Дадли его зовут! — выпалила Ханна, получая в ответ неодобрительный взгляд Драко.

— У тебя такой цвет волос необычный, что за тон? — улыбнулась блондинка.

— Чего? — подозрительно спросил Драко.

— Какая краска для волос?

— Это не краска, — ухмыльнулся он, и Ханна почувствовала, как в груди вспыхнул огонь.

— Надо же! Какой чудный, невероятный цвет! — кокетливо подхватила его под руку брюнетка. — Ну, что? Поможете нам пройти в клуб? Хотите, мы вам заплатим?! У нас немного, но…

— Это плохая идея! — вздёрнув подбородок заявила Ханна.

— Твоя девушка? — подмигнула Драко блондинка.

— Кузина! — ещё шире заулыбался Драко, пока Ханна буравила его взглядом.

— А ничего, что нам до двадцати одного года ещё расти и расти?! — недовольно выпалила Ханна. — Нас всё равно не пустят!

Девушки критически осмотрели Ханну с ног до головы.

— Н-да… Тебя точно не пустят. А по нему и не скажешь, что ещё маленький, — игриво улыбалась блондинка. — Особенно в таком пиджачке. Верхнюю пуговичку на рубашке расстегнуть, и будет супер!

Ханна была готова зарычать, но Драко, похоже, эта ситуация очень забавляла.

— Ну, не могу же я кузину бросить на улице, — ухмылялся он, засовывая руки в карманы брюк. — Это даже невежливо.

— Ой, да разберёмся! — проворчала брюнетка. — Очки с неё снять, и уже человек!

— Согласен! — приподнял брови Драко.

Ханна сердито захрипела.

— Ладно, ребятки, побежали!

Брюнетка потащила Драко в подземный переход, а блондинка вцепилась в запястье Ханны.

— Я неподходяще одета, — ворчливо протестовала Ханна. — Насколько я знаю, в такие места не ходят в таком виде.

— Снимешь футболку из-под рубашки, завяжешь эти смешные клеточки под грудью и уже нормально будет, — размышляла блондинка. — Можно джинсики закатать до середины голени. Кеды вполне сойдут. Я тебе глазки подкрашу. Губки…

— Ни за что, — рыкнула Ханна. — Чужой помадой…

— Ладно, губки не будем! — засмеялась девушка.

Драко вышагивал впереди под руку с брюнеткой, явно о чём-то мило беседуя. Ханна думала, что у неё от злости пламя повалит из ноздрей. Какие бесцеремонные девицы! Поттер боялась потерять Драко из вида, и вовсе не потому, что существует опасность наткнуться на Пожирателей Смерти. Он со спутницей становились всё дальше. Блондинка ковыляла всё медленнее. «Как она вообще танцевать собирается на таких каблучищах?» — думала Ханна.

Пройдя квартал, они оказались на ярко освещённой улице. Блондинка затащила Ханну за угол.

— Так. Переодевайся бегом, пока они без нас в клуб не вошли. Фиг мы их потом найдём.

— Ваша подруга вас бросит? — заволновалась Ханна.

— Не должна, — игриво заговорила девушка. — Но знаешь, когда рядом симпатичный, а тем более красивый, мужчина, мало ли что может случиться…

Ханна торопливо сдёрнула рубашку, футболку, вернула рубашку на место и завязала кончики чуть выше талии.

— А у тебя хорошая фигурка! — одобрительно улыбнулась девушка. — Пояс опусти пониже. Так. Закатывай штанины. Жаль нельзя обрезать.

— Можно, — бросила Ханна.

— Да?! Окей! — девушка моментально извлекла ножницы из сумочки и откромсала штанины чуть выше колена. — Может ещё покороче?

— Ну уж нет! — выпалила Ханна.

— Очки! — потребовала блондинка, расчёсывая, а потом снова начёсывая волосы Ханны, придавая им объём.

— Я без них далеко не уйду, — проворчала Ханна.

— Ладно, снимешь возле входа! — бросила девушка. — Тебе никто не говорил, что они тебя ужасно портят? Твой парень, видимо, любит тебя, раз это терпит.

У Ханны сердце обрушилось в пятки.

— Он мне… не…

— Да брось! Он так на тебя смотрит… — подмигнула девушка.

Ханна ликовала! Тут же, не раздумывая, сняла очки и сунула в карман джинсовых шорт. Они вышли из-за угла и направились к ярко освещённому зданию, сияющему и переливающемуся разноцветными огнями. Девушек и правда было много, пропускали только тех, кто были в компании парней.

Драко бросил взгляд в сторону Ханны. Почувствовал, как сердце замирает, при виде этой улыбки, которую девушка не могла скрыть, её девичьей грации, этих сияющих предвкушением глаз. Ему на мгновение показалось, что никого нет вокруг, только она — эта когда-то далёкая девчонка.

— Мы вместе! — прокричала брюнетка вышибале, стоявшему у входа, затаскивая Драко за собой внутрь, в то время как блондинка, вела под ручку Ханну.

— Сколько ей лет? — пробасил лысый парень в чёрном костюме, подозрительно осматривая коротко стриженную девушку.

— Двадцать один! — уверенно заявила блондинка. — Она мелкая у нас, плохие гены!

Ханна злобно сверкнула на неё глазами.

— Это у тебя плохие гены, — бросила она, новая подруга расхохоталась.

— Ладно, проходите, — и вышибала без интереса отвернулся.

Внутри царило веселье, шум, громко играла музыка. Люди смеялись, танцевали. Их было так много, что Ханна растерялась. Блондинка тут же куда-то испарилась. Ханна не видела Драко. От этого становилось страшно. Та брюнетка, что была с Драко, стала казаться красивой, что если…

— Вот ты где! — выкрикнул Драко ей в ухо. Ханна резко обернулась.

— И где она? — с трудом скрывая недовольство, прокричала девушка.

— Кто? — искренне не понимая вопрос переспросил Драко.

— Та девица!

Парень расплылся в ехидной улыбке.

— Ревнуешь, Поттер?!

— Не дождёшься, — резко бросила она, проскальзывая дальше между танцующими.

— И куда ты? — ни на шаг не отставал он. — Решила остаться?

— Почему бы и нет? — дерзко бросила она, оборачиваясь. — Жаль, я денег не прихватила.

— Не проблема, — дёрнул он плечом. — У меня есть.

Ханна озадаченно уставилась на него.

— Откуда у тебя магловские деньги?

— Это моё дело, — гордо приподнял подбородок Драко.

Ханна подозрительно покачала головой, предполагая худшее.

— Думаешь, я их украл? — ехидно ухмыльнулся парень.

— Да кто тебя знает! Ты же взял откуда-то браслет…

В этот раз Драко закатил глаза.

— Мальчики и девочки! — раздался весёлый голос, и парочка оглянулась. Знакомая блондина протянула им по бокалу и подмигнула. — Клянусь! Там ноль алкоголя! Вам рано! Коктейль из свежих соков.

Ханна подозрительно смерила разноцветное содержимое взглядом.

— С кусочками фруктов — в благодарность! — Девушка отвесила забавный реверанс. — Потанцуешь со мной, Дадли?

Ханна не сдержалась и усмехнулась, делая глоток из бокала. Блондинка тут же посмотрела на неё укоризненно.

— Тебя не так зовут, правда?

Парень приложился к соломинке, торчащей из сосуда, и удовлетворённо хмыкнул.

— Неплохо. Я Драко. А танцевать я не буду.

— У тебя не только цвет волос необычный, — строила глазки девушка. — А я Люси, будет желание — звони!

Она без зазрения совести сунула бумажку ему в нагрудный карман.

— Приятного вечера! — Резко развернувшись, она прошествовала в центр зала и присоединилась к танцующим.

— Беспардонная, слов нет! — Ханна тут же целеустремлённо протянула руку к карману Драко, явно собираясь вытащить бумажку с номером телефона.

— Лазаешь по карманам, Поттер?! — с усмешкой возмутился он, отворачиваясь. — Это уже слишком!

— Тебе это не нужно!

— С чего ты взяла? Мы с тобой расстаёмся… — с наигранной грустью протянул он.

— Ах, так?! — вспыхнула Ханна. — Всего хорошего, мистер Малфой!

Она стремительно направилась в центр зала, протискиваясь между танцующими и оставляя свой бокал на чьём-то столике.

— Стой, Поттер, — захрипел Драко, почти уверенный, что потеряет её из вида уже через пару секунд.

Ханну закрутило в толпу. Она сама не заметила, как подстроилась под ритм. Её бёдра и плечи задвигались в такт. Вокруг всё расплывалось. Очки лежали где-то в кармане. Девушка была ужасно зла! Ей хотелось куда-то выплеснуть эту ревность, это недовольство, ощущение, что всё происходящее неправильно. «Коктейль точно был безалкогольный?» — задавалась она вопросом, чувствуя, как жар разливается внутри, как полыхают щёки. Или это просто злость?

Она быстро нашла Драко глазами. Он стоял в нескольких шагах от неё и наблюдал, как телохранитель. Просто потягивал коктейль, не производя никаких движений. Ханна не сводила с него глаз, продолжая двигаться, плавно поднимая руки, двигая бёдрами под красивую мелодию. Каждое движение словно освобождало от боли, уносило в другой мир, мир свободы, фантазии.

Ей казалось, что они могли бы быть вместе когда-нибудь, может быть, пусть это невероятно. Но ей так хотелось в это верить. Она закрыла глаза. Ритм уносил прочь заставляя движения становиться резче, свободнее. Пока она не ощутила прикосновение его рук к плечам. Глаза распахнулись. Она остановилась, глядя ему в глаза, горящие, искренние, страстные, как никогда прежде.

— Нам пора, Хани, — шепнул он. — На тебя смотрят. Мне это не нравится.

— Потанцуешь со мной, малышка? — раздался нетрезвый голос поблизости. Ханна обернулась.

— Простите, сэр, мы уже уходим, — вежливо ответила она.

— Твой парень никуда не денется! — Улыбался молодой человек лет двадцати пяти.

— Стивен, Стивен! Не приставай к девочке! — Откуда-то возникшая знакомая брюнетка, с улыбкой подхватила парня под руку и тут же агрессивно зашептала. — Дадли уводи её! Быстрее!

Видимо, у этого парня была дурная слава. Драко тут же бережно обхватил Ханну за талию и поволок к выходу. Она не сопротивлялась, но подозрительный шум в ушах всё-таки подсказывал, что коктейль был вовсе не детский.

Он ощутил страх, какого прежде не испытывал. Страх этого магловского мира, в котором она, должно быть, чувствует себя спокойно. Но для него — это чужой мир, полный опасностей, непредсказуемых маглов, в которых не запустишь подходящим к случаю заклинанием. Драко всё время приходится себе об этом напоминать и это ужасно напрягает.

Оказавшись на улице, парень огляделся и направился в сторону переулка, откуда появилась Ханна с блондинкой.

— Пора домой, Поттер, — с ухмылкой произнёс он.

— Малфой, ты трезвый? — вдруг выпалила она.

— Абсолютно, там было-то… меньше чем в сливочном пиве. А что? Ну-ка!

Он резко остановился, повернул девушку к свету фонаря и заглянул в глаза.

— Тебя что, развезло? — искренне удивился он. — Издеваешься?

— Нет! Всё со мной нормально! — твёрдо произнесла Ханна, зажмуриваясь от света. — Я просто уверена, что эта… Люси что-то туда всё-таки подмешала.

— Тебе плохо? — встревоженно спросил Драко, продолжая рассматривать её лицо.

— Да не-е-ет же! — раздражённо топнула она ногой. — Что ты привязался?

— Потому что я за тебя отвечаю!

— Вообще-то, это я за тебя отвечаю, пока ты живёшь в моём доме.

Ханна пошатнулась, тут же твёрдо встала на ноги.

— Идём домой, — скомандовала она и слишком уверенно рванула по улице. Драко подозрительно прищурился.

— Ты пьяная! — заявил он.

— А вот и нет! — сердито ответила Ханна. — Тебе мерещится. Или тебе удобно думать, что это так?

— Мне-то это зачем? — усмехнулся он. — Это не я тебя коктейлем угощал.

Ханна резко остановилась, оглянулась. Потом вдруг замешкалась, стала шарить по карманам, достала наконец очки.

— Вот и объяснение, — вздохнула она. Драко подошёл ближе.

— Зачем она это сделала, как думаешь? — грустно спросила Ханна.

— Пыталась тебя напоить?

Девушка кивнула.

— Ну, наверное, хотела помочь тебе расслабиться, разбудить твою… смелость.

— Зачем? — подозрительно сузила глаза Ханна.

Драко молча смотрел на отсвечивающие жёлтые круги. Его это смешило и раздражало одновременно. Он взял её за плечи и отвернул от фонаря.

— Чтобы ты меня не стеснялась.

— Я не…

— Тогда почему мы скрывались? Почему? Твои друзья всё видели! Зачем?

Ханна опустила глаза.

— Потому что я боюсь за тебя, — шепнула она. — Мы ведь не знаем, что предстоит. Ты чистокровный, ты на той стороне, а я… Я просто не понимаю, что с этим делать.

Драко бережно обнял её за плечи, прижал к своей груди, ласково касаясь губами её макушки.

— Я тоже не знаю, — прошептал он. — Теперь это уже и не важно. Всё равно всё закончилось… не начавшись. Идём.

Ханна вздохнула, и они обнявшись медленно пошли по улице. Ночной прохладный воздух окутывал свежестью. Звёзд было не видно, небо заволокли тучи. Мелко заморосил дождик. Разговаривать больше не хотелось. Что тут ещё выяснять?

Входя в квартиру, они всё-таки разбудили старую Вальбургу.

— Что вы шляетесь по ночам? — недовольно заворчала миссис Блэк. — Порядочные волшебники спят в это время.

— Простите, мадам, — ухмыльнулся Драко, задёргивая портьеру.

— Пожаловаться даже некому. Один только Кикимер у меня и остался, — ворчала старуха из-за портьеры.

С улицы послышался гром.

— Гроза… — вздохнула Ханна и взглянула на Драко. — Тебе нравится гроза?

Он одобрительно кивнул, и молодые люди поднялись в её комнату. Они уселись на подоконнике и долго смотрели, как большие капли струились по стеклу, как сверкали молнии, слушали раскаты грома.

— Я в детстве боялся грозы, — ухмыльнулся Драко. — Думал, что меня убьёт молнией.

— Правда? — удивилась Ханна. — Я почему-то тоже этого боялась. Да не почему-то, моя тётка любила пугать такими вещами. Молнией убьёт, столб упадёт…

— Гиппогриф долбанёт по башке… — продолжил Драко.

— До сих пор боишься? — усмехнулась Ханна.

— Не-а.

— Слушай, а чего ты полез к Клювокрылу? Выпендриться хотел?

— Ой, Поттер! Вот оно тебе надо? — устало закатил он глаза, снова обращая взгляд к стекающей по стеклу воде.

— Малфой…

— Ну, допустим! — взглянул он ей в глаза. — Вряд ли это произвело нужное впечатление.

— Да уж, впечатлил… И не стыдно было врать, что он тебя чуть не убил?

— Стыд и Малфой — два несовместимых понятия, — усмехнулся Драко. — Уж ты-то это должна знать.

Ханна нахмурилась.

— Если ты будешь шпионить для Дамблдора… — задумчиво заговорила она. — Он захочет, чтобы ты принял метку Пожирателя, чтобы Волан-де-Морт тебе доверял. Если возможно, ты должен отказаться! Я уверена — это клеймо до сих пор портит жизнь и Снейпу, и Игорю Каркарову, хоть они и не служат… Сам-знаешь-кому.

— Твоя наивность меня добивает, — невесело ухмыльнулся Драко. — Можно подумать, кто-то будет спрашивать моего мнения и разрешения. Я обречён, Поттер. У меня нет выбора.

— Значит, я права! — радостно воскликнула Ханна. — Ты будешь шпионом!

— Не пойму, чему ты радуешься? — с возмущением засмеялся Драко. — Ты хоть осознаёшь, в какой я, по-твоему, должен оказаться ситуации?

— Это значит, что нам не обязательно расставаться! — с надеждой произнесла она. — Ты — на нашей стороне!

Драко глубоко вдохнул и отвернулся.

— Не будем об этом, — твёрдо заявил он. — Ты должна принять ситуацию. Мы не можем быть вместе! Это опасно! И точка.

— Но это глупо! — воскликнула Ханна, спрыгивая с подоконника. Раздался гром. Драко вздрогнул, обращая к ней взгляд. — Почему? Почему мы не можем…

Драко спустился с подоконника, подошёл к ней ближе. Молния озарила комнату. Они жадно смотрели друг другу в глаза. Драко снял с неё очки, положил на стол. Ханна дрожала от волнения. Так хотелось выразить переполнявшие её эмоции. Рассказать ему о своих чувствах.

— Я… должна кое-что тебе сказать, — с волнением выдохнула Ханна. — Я…

Драко приложил указательный палец к её губам.

— Щ-щ-щ. Мы ничего не скажем. Как бы ни хотелось, ясно? Не делай того, о чём пожалеешь.

— Я не пожалею! — уверенно заявила она. — Я хочу, чтобы ты знал…

— Я знаю, — безнадёжно улыбнулся он. — И ты знаешь. Только… пусть всё останется как есть. Не усложняй нам жизнь.

Драко бережно обнял её.

— Нечестно, что они так с нами поступают… — шепнула Ханна. — Мы не должны им подчиняться!

Драко чувственно коснулся её губ, потом с нежностью взглянул в глаза.

— Знаю я тебя, Поттер, ты всегда нарушаешь правила, — улыбнулся Драко.

— А ты вообще не знаешь, что такое правила, Малфой, — усмехнулась Ханна.

Драко нежно целовал её лицо, шею, она отвечала ему трепетно, взволнованно. Её маленькие руки на плечах, головокружение. Его длинные пальцы в растрёпанных тёмных волосах. Он притягивает её к себе за талию, и она инстинктивно забрасывает ножку на его бедро, придвигается ближе, чувствует, как нравится ему. Драко выдыхает в её шею, разнося мурашки по всему телу, замирает, обнимая её крепче. Его губы снова овладевают её губами.

— Я должен уйти, — шепчет он. — Это уже становится опасно.

— Ну и пусть, — в сладкой истоме стонет она. — Я не хочу, чтобы ты уходил. Останься!

Она коснулась губами его шеи, колючего подбородка, неловко, со страхом. Он чувствует, как Ханна дрожит, волнуется. Драко отстранился, осторожно укладывая её голову на своё плечо.

— Как я буду там без тебя? — отчаянно жмурясь прошептал он.

— Я всегда буду рядом… — ласково ответила она.

— Каждый день будешь так близко, и так далеко…

— На уроках, в Большом зале…

— На поле для квиддича…

— В Запретном лесу… Я всегда буду рядом, Драко. Только дай знак…

— Хани… — с улыбкой выдохнул он. — Ты безрассудна…

— А ты… такой смелый…

Они заснули под утро, трепетно прильнув друг к другу, держась за руки.

Глава 21. На своих местах

Ханна проснулась, словно её толкнули. Она резко поднялась, опираясь на локоть. Солнце было высоко. Драко, видимо, уже давно ушёл. Девушка быстро поднялась, переоделась, побежала в ванную, привела себя в порядок, причесалась и, удовлетворённо кивнув себе в зеркале, почти вприпрыжку спустилась в кухню. Сегодня последний день, когда Драко находится в этом доме. Ей хотелось хоть как-то сделать запоминающимся этот день, день, когда они последний раз могут побыть вместе.

В кухне было многолюдно. Здесь были Тонкс и профессор Люпин, близнецы подшучивали над братом, а Рональд корчил им рожи. Гермиона закатывала глаза, не представляя, как прекратить этот беспредел.

Ханна влетела в кухню.

— Всем доброго дня! — с улыбкой выпалила она.

И компания почему-то застыла, все разинули рты, только профессор Люпин отвёл взгляд, уставившись на свои ботинки.

— Доброе утро, Ханна, — отозвался он. — Вижу, у тебя всё в порядке.

— Да, конечно! — дёрнула она плечом.

— Вот и славно. Ребята как раз собирались пойти по магазинам, уверен, ты захочешь присоединиться.

— Нет! — тут же выпалила она. — У меня были другие планы.

— Останешься одна? — с сомнением спросил Фред. — Брось, Кикимер не лучшая компания.

— Да! Зануда ещё тот, — согласился Джордж.

— Ханна, у тебя точно всё в порядке? — как-то подозрительно переспросила Тонкс, и девушке стало не по себе.

— Да, конечно, — уже менее уверенно произнесла она. — А что?

— Вот, блин, — выдохнула Тонкс.

— Я вам говорил?! — торжественно выпалил Рон.

— Да быть не может! — возмутился Фред, он явно был чем-то недоволен.

— Да вы чего? — засмеялась Ханна. — Что за сумасшедший дом?

— Ну… ты же знаешь… про спор, — нерешительно начала Гермиона. — Прости, но все ведь в курсе.

— Ой! Да всё я знаю, — закатила глаза Ханна, направляясь в кухню. Она достала турку, насыпала молотые зёрна, достала свою палочку из кармана, чтобы налить воды, а потом прокричала. — Ну? И в чём проблема? Чего скисли?

— Новый спор… — проворчал вошедший Рон.

— И в чём суть? Агуаменти, — ухмыльнулась Ханна.

Тишина озадачила. Девушка повернулась к другу. В дверях возникла Гермиона и вздохнув произнесла:

— Поспорили, будешь ли ты расстроена, когда Малфой уйдёт.

— Вообще-то рано судить о результатах, — ухмыльнулась Ханна, отворачиваясь к столу.

— Ну… он же утром ушёл. Снейп пришёл, и они… вместе ушли. Совсем.

Внутри, как будто что-то треснуло, раскалывая сознание пополам. Ханна замерла у плиты, кофе огромной пенной шапкой вырвался из турки, заливая пламя. Девушка резко повернула рычаг и, широко улыбнувшись, обернулась.

— Вот блин, кофе убежал. Экскуро. Утром ушли? Отлично! Наконец-то в этом доме снова будет мир.

Она чувствовала, как сердце рвётся из груди, как тугой ком стягивает горло.

«Даже не попрощался! Просто ушёл. Он ушёл».

Ханна с трудом сглотнула, подавила рвавшийся наружу всхлип, так и не позволив появиться ни одной слезинке. Она демонстративно перелила остатки кофе в кружку, добавила сливок и вошла в столовую под всеобщее молчание.

— Чего все завяли-то? — удивлённо воскликнула она. — Что, сильно много проиграли? Кто выиграл?

— Да… нет выигравших… кажется, — неуверенно произнесла Тонкс. — Ханна, ты прости, это глупость какая-то.

— За что? Это же просто шутка! — улыбнулась Поттер. — Может ещё кто-нибудь хочет кофе, я сварю?

Все немного расслабились, вернулись к разговору о предстоящем учебном годе, о том, что мётлы подорожали, учебники тоже. Ханна живо участвовала во всех разговорах. Скоро атмосфера была настолько обычной, что кажется, все и забыли с чего начался этот день. Только профессор Люпин поглядывал на Ханну очень внимательно, подолгу. Она это чувствовала, смущалась, но старалась вести себя как всегда.

Ближе к обеду Тонкс и Люпин покинули дом. Близнецы отправились в свой магазин. Гермиона и Рон собрались за покупками. Как бы они ни уговаривали Ханну, она так и не захотела составить им компанию, сославшись на желание навести порядок в комнате, которую занимал Малфой, «мало ли что там после себя оставил этот змеёныш».

Дверь за друзьями закрылась. Ханна прислонилась спиной к дверному косяку столовой, мысленно благодаря друзей за то, что в самую трудную минуту все они оказались рядом. Если бы не вся эта дружно переживающая за неё компания, вряд ли бы ей удалось перенести это так стойко, собрав всю волю в кулак. Её семья рядом, а это главное.

Ханна медленно поплелась наверх, с каждым шагом всё яснее осознавая, что его там нет. Он ушёл молча, и Ханна даже не могла решиться спросить у друзей, как это было? Сказал ли Драко хоть что-нибудь? Может быть, Снейп сделал распоряжения или дал задания? Они молчали, и она молчала. Он просто ушёл.

У двери в его комнату Ханна замешкалась, почему-то было желание сначала постучать, но она-то знает, что в этом нет смысла. Только девушка потянулась к дверной ручке, как она тихонько скрипнула, и в проёме возник Кикимер. Ханна отпрянула, а эльф, похоже, хотел немедленно испариться.

— Подожди! — с надеждой выпалила Ханна, и Кикимер замер на месте. Она не могла поверить своим глазам. Лицо домовика было ещё сморщеннее чем обычно, веки опухли. — Ты что, болен? — с сочувствием спросила девушка.

— Кикимер здоров, — с раздражением заговорил он, трясущимися губами. — Кикимер не знает, что такое хворь.

— Но ты выглядишь… неважно, ты что, плакал?

Домовик с достоинством приподнял свой скрюченный нос.

— Кикимер… не должен, он не должен… — его губы задрожали сильнее. Ханна почувствовала, как глубокая жалость сдавила её сердце.

— Он хорошо к тебе относился, да? — участливо спросила девушка.

— Хозяин был прекрасен, — захрипел домовик. — Хозяин никогда не вернётся. Позвольте старому Кикимеру уйти.

Ханна вздохнула.

— Конечно, иди.

Эльф заковылял прочь, оставив дверь открытой. Ханне казалось, что она сейчас, как никто, понимает старого домовика.

Девушка вошла и глубоко вдохнула, наслаждаясь ароматом, пропитавшим комнату. Она поскорее закрыла дверь, чтобы сохранить его хотя бы ненадолго. Постояв немного у двери, Ханна не спеша прошла дальше. В комнате была идеальная чистота. Не осталось ничего. Девушка открыла шкаф, заглянула в ящики стола, в тумбочку, с досадой вздохнула и присела на идеально застеленную кровать. Не верилось, что совсем ещё недавно, этой ночью, Драко обнимал её, целовал, шептал нежные слова. Может быть, ей всё это приснилось?

Она опустилась головой на подушку, накрытую покрывалом, его запах проник глубоко, в самую суть её девичьего существа. Так хотелось обнять его, до умопомрачения! Она перевернулась на спину, устремив наполняющиеся слезами глаза в потолок. Как же так? Даже не попрощался!

Под головой что-то хрустнуло. Пергамент? Ханна приподнялась, отогнула край покрывала. На подушке лежал сложенный пополам листок. Девушка с волнением его раскрыла.

«Знал, что ты придёшь, Поттер.

Даже не надейся, что это случайность. Я знал, что уйду сегодня утром, просто тебе не сказал. Не хотел этих слёз и соплей. «Прости — прощай» — это не для меня. И не для тебя. Можешь за это дуться сколько угодно. Согласись, так лучше, без этих прощаний. Интересно, кто же выиграл спор? Уизли наверняка довольнее всех. Вот блин, их так много, что придётся уточнять какой из них. Ладно, ты и так поняла, о ком я.

Раз ты здесь и нашла письмо, значит, дуешься. Но мне плевать. Будет лучше, если ты будешь не только дуться, но и злиться. Так что я тебя предупреждаю, на всякий случай, не подходи ко мне ближе, чем на милю. Не говори со мной, не думай. Вообще забудь обо всём. Я уже забыл, ясно? Наше время закончилось здесь, в этом доме. Хогвартс будет для нас тюрьмой, смирись с этим. Ты в своей камере, я в своей. И даже не пытайся что-то с этим сделать. Так надо. Не помню, что ты говорила, что делала. Не помню твоих глаз и растрёпанных волос. Всё забыл, кроме твоих отвратительных очков, такое не забывается. Расслабься. Пусть всё будет, как раньше. Чао, Хани».

Счастливая улыбка не сходила с её лица. «Ничего ты не забыл, Малфой… И я не забуду».

***

— Это невыносимо! — брезгливое выражение лица декана Драко выносил с трудом. Ещё никогда он не чувствовал себя таким уязвимым и беспомощным. — Вы должны скрыть этот бред не только от посторонних глаз, но и от самого себя, ясно вам?

— Да, профессор, — сквозь зубы процедил Драко.

— Попробуем ещё раз, — с трудом сдерживая раздражение, произнёс Снейп.

Драко приготовился к атаке. Профессор поднял руку, направляя на своего ученика волшебную палочку.

— Легилименс! — беспощадно бросил он.

Драко показалось, что его голова отделяется от тела. Боль пронзила глаза, и он снова видит её. Зелёные глаза, улыбку, игривый взгляд. «Малфой, зачем тебе шар?» — её весёлый смех, а потом нежный шёпот: «Ты на себя не похож…» и его ответ: «А ты закрой глаза…»

— Мистер, Малфой! Это никуда не годится! Вы хоть осознаёте, что творите? — устало вздыхал профессор, буквально валясь в кресло.

— У меня было слишком мало практики, сэр, — потирая виски, хрипел Драко.

— Если это увидит ваша… тётушка или, не приведи Мерлин, Сами-знаете-кто…

— Я понимаю! — зло бросил Драко.

— Заместите этот образ! Это должен быть кто угодно! Только не Поттер! Это просто отвратительно! — сморщился профессор. — Вы понимаете, что она вас подставит! Вам сказано было сблизиться, но не настолько же! — с досадой воскликнул он.

— Что значит, заместить? — прищурился Драко.

— Представьте… другую девушку. Любую, которую ОН никогда не узнает, не увидит, это будет правдоподобно. Ещё попытка!

Северус Снейп поднялся на ноги, и вот его рука снова направлена в сторону Драко.

— У меня уже нет сил, — шепнул Драко.

— Соберитесь! Тёмный Лорд в любой момент может решить взглянуть на ваши воспоминания. Приготовьтесь.

Драко погрузился в воспоминания, неожиданно вылавливая знакомый образ.

— Легилименс!

«У тебя такой цвет волос необычный… Я Люси…» — Он видит блондинку с мелкими кудряшками. Свет фонаря отражающийся в очках. Нет, этого нельзя допускать! Чувствует прикосновение её рук к плечам, дыхание на лице. «Я не хочу, чтобы ты уходил. Останься!» Снова мелкие кудри, игривая улыбка. Драко целует её, целует Люси. Его выбрасывает из воспоминаний.

— Прекрасно! — иронично произнёс Снейп. — Это именно то, что нужно. Всегда держите этот образ про запас.

— Я не касался этой женщины, — сквозь зубы проворчал Драко, чувствуя, как внутри всё полыхает от злости и стыда.

Профессор смерил его изучающим взглядом.

— По сути, меня это не касается. Главное, чтобы толк был. Ханна Поттер не должна всплывать в ваших воспоминаниях, Драко. Никогда. Довольно на сегодня.

Драко открыл глаза. Тяжесть на плече мгновенно вернула его в сознание того, что это был сон. Её маленький аккуратный нос сопел у его груди, взлохмаченные волосы щекотали шею. Он осторожно выбрался из кровати и несколько минут просто стоял и смотрел на спящую девушку.

Внезапно пришла мысль, что надо бы стащить её очки. Может тогда, она наконец сменит эту дурацкую оправу? Драко улыбнулся этой гениальной идее. Так хотелось коснуться губами её щеки. Но он просто вздохнул и вышел из комнаты, тут же натыкаясь на профессора Снейпа, спускающегося по лестнице.

— Любопытно, — многозначительно протянул декан. — Где же вы провели эту ночь…

Драко молчал.

— Собирайтесь, — холодно произнёс профессор. — Нам пора. Ваша матушка ждёт с великим нетерпением.

— Да, сэр, — бросил Драко и трансгрессировал в свою комнату.

— Мальчишка, — с сожалением вздохнул Снейп, направляясь на первый этаж.

Рон и Гермиона сидели в столовой и молчали. Профессор присел к столу, медленно барабанил по нему пальцами, пока Драко не появился в дверном проёме с рюкзаком за плечом.

Они молча проследовали в кухню к камину, оба зачерпнули по горсти летучего пороха.

— Малфой! — вдруг услышал он за спиной и, вздрогнув, обернулся.

Никогда он не видел Грейнджер такой. Она была взволнована, глаза на мокром месте.

— Ты что вот так просто и уйдёшь?

— Естественно, — ухмыльнулся он.

— А как же… Ты… даже не попрощаешься?

— Ну, пока, — ехидно бросил Драко.

— Да не со мной, тупица! С Ханной! — воскликнула она.

Жар разлился внутри. В груди сдавило. Он так надеялся просто уйти. Но ни один мускул не дрогнул на бесстрастном лице.

— Незачем, — холодно ответил он и вошёл в камин. — Малфой-Мэнор.

Его поглотило зелёное пламя.

***

Шелест длинного парчового платья взволновал душу. Драко помнит этот звук. Мать надела то платье, которое он так любил, в нём она напоминала средневековую королеву и была восхитительно красива. Драко гордился ею. Его мама — самая великолепная женщина в мире! Она, словно морская волна, влетела в гостиную, протягивая к сыну трепетные белоснежные пальцы, украшенные лишь обручальным кольцом, подаренным Люциусом Малфоем. Ком сдавил его горло.

— Мама… — выдохнул он утопая в нежности её объятий, прерывистом дыхании.

— Ничего не говори, — зашептала она. — Теперь даже у этих стен есть уши и глаза. Драко, родной мой!

Она прижала сына к груди, словно боялась, что он снова исчезнет.

— Как же ты похудел, милый, так вытянулся! — наконец немного отстранившись и держа его на вытянутых руках за плечи, улыбнулась мать. — Уверена, ты плохо питался. Ничего, дома всё будет иначе.

— Там, где я был…

— Нет-нет… — зашептала она. — Ничего! Я ничего не должна знать. Я знаю, Белла учила тебя защищаться. Я пытаюсь самостоятельно это освоить, но пока безуспешно. Практики совсем нет. Идём же, ты наверняка ещё не завтракал.

— Я думал, профессор прибудет вместе со мной, — немного озадаченно произнёс Драко, оглядываясь на большой камин гостиной.

— Северус — нечастый гость. Тёмный Лорд не жалует его.

— Но я думал…

— Нет, Драко. Северус не в чести. Господин с трудом его терпит. — Нарцисса остановилась и, заговорщически коснувшись руки сына, прошептала. — Его версия о том, что ты провёл время у женщины, показалась Лорду очень правдоподобной. Но я даже знать не хочу, где ты был на самом деле.

— Я… был у женщины, мама, это правда, — ухмыльнулся Драко, внезапно ощущая, как нежность переполняет его сердце. Нарцисса внимательно смотрела на сына.

— Ты так изменился, — как будто с сожалением вздохнула она. — Неужели так трудно было полноценно кормить моего ребёнка, я не понимаю?!

Драко сдержанно рассмеялся, и мать с нежностью улыбнулась.

— Она была слишком неопытна в этом деле, — ухмылялся он.

— Тише-тише, — снова зашептала мать. — Я не хочу знать, кто она. Боюсь, моё сердце не готово к этим событиям. Для меня ты всё ещё маленький, Драко. Всё тот же птенец, который то и дело вываливается из гнезда.

— Нашла птенца, — ухмыльнулся Драко. — Мама, мне шестнадцать! Я намерен изменить этот мир!

— О, поверь, Тёмный Лорд даже подскажет в каком направлении, — с досадой прошептала миссис Малфой.

Они вошли в просторную столовую. Здесь не было так приветливо, как прежде. Ни белоснежной скатерти на огромном длинном столе, ни золотых канделябров. Во главе, сложив ноги на соседний стул, сидела тётка Беллатриса.

— Какие гости! — радостно воскликнула она. — Нагулялся, ловелас?!

Она внимательно прищурилась, и Драко осознал, что пора защищаться. Образ Люси моментально возник в его голове.

— Да я бы ещё погулял! — дерзко ответил он. — Доброго дня, тётушка.

— В подоле не принёс? — расплылась она в ехидной ухмылке.

— Сейчас проверю, — серьёзно захлопал Драко по полам своего пиджака. — Нет, увы. Наследник отменяется.

— Наглец! — захохотала Беллатриса, поднимаясь со стула и направляясь к племяннику. — Мужчиной стал, да? Дерзить вздумал? Смотри, с Тёмным Лордом такие шуточки не пройдут. Будь осторожен, Драко! — Она грубо похлопала его ладонью по щеке.

Драко прикусил язык, чтобы не ляпнуть что-нибудь в ответ.

— Благодарю, за совет, — только и выдавил он.

Завтракали в полной тишине, пока Беллатриса не предупредила:

— Господин будет к вечеру, Драко. Настойчиво рекомендую быть готовым вступить в диалог по любому поводу. И не вздумай пытаться что-то скрыть от него. Это может быть чревато, ты понимаешь?

Нарцисса с трудом сдерживала гнев, потупившись глядя в свою тарелку.

Драко же расслабленно положил свои приборы, давая понять, что его трапеза закончена. Домовой эльф, возникший рядом, тут же убрал со стола и исчез.

— Я всё понимаю, тётушка, — вежливо произнёс он. — Я готов.

— Прекрасно! — с ликованием улыбнулась она. — Твоя миссия ждёт тебя. Ты не представляешь, как это волнительно чудесно, быть полезным Ему!

— Догадываюсь, — ухмыльнулся Драко. — Позвольте мне до тех пор удалиться?

Беллатриса взмахнула рукой в разрешающем жесте.

Драко быстрым шагом направился в свою комнату. Как же здесь было холодно. Одиноко. Он чувствовал, как душа его, словно отделяется от тела, стремясь туда, где тепло, где спокойно и безопасно. Где его согревал её взгляд, её руки, её улыбка.

— Что ж я так встрял-то, а… — вздохнул Драко, опускаясь в роскошное кожаное кресло.

***

Её внимательный взгляд безотрывно следил за движениями противника. Рональд был сосредоточен, Ханна видела только его глаза, выглядывающие из-за толстых кожаных боксёрских перчаток.

— Не хочешь нанести первый удар? — ехидно спросила девушка, выглядывая из-за своих перчаток.

— Ага, и буду считаться трусом, который бьёт девчонок, — проворчал он.

— Никого ты не бьёшь, — закатила она глаза. — Это спорт. Всё взаимно. Я бью тебя, ты меня и никто не в обиде.

— Блин, почему я? Соперник должен быть равным по силе, вон, Гермиона, например, — бухтел Уизли.

— Ну уж нет! — подняла руки Грейнджер, сидящая на диване, словно сдаваясь в плен. — Ни за что не заставите!

— Брось, Рон, — устало вздохнула Ханна. — Это на пользу! Вдруг придётся драться?

— Ну так бей первая! — возмущённо проговорил парень. — Чего тянешь-то?

— У тебя такой напуганный взгляд, что мне тебя жалко, — усмехнулась девушка.

— У меня напуганный? — громко возмутился Рон, опуская руки и выпрямляясь.

Удар в челюсть с правой. Парень отшатнулся, поднимая руки к лицу.

— Не забывай про защиту, — взволнованно выдохнула Гермиона.

— Нормально, — бросил Рональд.

— Я слабо ударила, — улыбнулась Ханна.

— Да вообще ничего не почувствовал, — тряхнул головой Рон, но взгляд у него стал ещё более сосредоточенным.

Удар в перчатку. Второй. Рон прижал руки ещё ближе к лицу.

— Атакуй! — потребовала Ханна. — Давай!

Ещё удар.

— Зло на мне срываешь? — проворчал Рон. — Я так и знал.

— Глупости не болтай! — выпалила Ханна.

Она выбросила руку вперёд, попадая другу в лоб.

— Атакуй, говорю!

Рон нерешительно ударил, Ханна уклонилась. Удар ему в бок. Рон кашлянул, опустил руки, удар в челюсть.

— Рон, ну ты что?! — воскликнула Гермиона, поднимаясь с дивана. — Держи защиту! Уворачивайся!

— Да не могу я девчонку бить! — возмутился он, прячась за перчатки и получая по ним два удара.

— Зачем тогда согласился?! — возмущённо выкрикнула Ханна, выпрямляясь и опуская руки.

Удар ей в лицо. Ханна покачнулась.

— Прости, прости! — запричитал Рональд, тут же пропуская удар в челюсть.

— Ребята, может, не надо?! — взмолилась Гермиона. — Блин, не надо было тебе дарить эту дурацкую книгу!

— Успокойся, Гермиона, — улыбнулась Ханна. — Мы не сахарные, не развалимся.

Удар ей в корпус, её ответный удар Рону в лицо. Удары посыпались один за другим. Она чувствует, что он сдерживается, бьёт слабо.

— Что ты как кисель?! — возмутилась девушка. — Какой интерес?

Она бьёт со всей силы в его левый бок и получает ответный в челюсть.

— Другое дело! — торжествует Ханна и снова бьёт изо всех сил в лицо.

Рон блокирует, снова блокирует. Гермиона прерывисто дышит.

— Надо было Малфою предложить! — ворчит она.

— Он ещё своё получит, — со зловещей улыбкой шипит Ханна. — Я его вызову на бой! Я ему устрою!

Её охватывает злость, она видит его серые насмешливые глаза, платиновую чёлку, бьёт, Рон падает на диван рядом с Гермионой.

— Всё! Хватит! — с ужасом выкрикнула девушка. — Рон, ты как?

— Я вижу звёзды, — безразлично ответил он, закрывая глаза. — Всё равно вижу.

— Ханна! — возмущённо воскликнула Гермиона.

— Ладно, хватит на сегодня, — вздохнула Поттер, зубами развязывая одну из перчаток.

— Полегчало? — с опаской спросил Рон.

— Так. Слегка, — улыбнулась Ханна. — Если ты мне поможешь потренироваться, я его завалю.

— У него слишком длинные руки, — простонала Гермиона. — Он тебя положит через две секунды.

— Посмотрим, — ехидно ухмыльнулась Ханна.

Глава 22. Дорога в Хогвартс

Драко именно сейчас в полной мере осознал, что он трус. Утешало лишь одно обстоятельство — все, кто находились рядом имели одинаковое выражение лица — страх. Даже тётка Беллатриса была какой-то пришибленной, скрюченной, хотя в другое время вела себя так, будто это она Волан-де-Морт и хозяйка всех и вся.

Пара десятков мужчин и женщин, находящихся в зале, то и дело бросали взгляды на юного Малфоя, то ли с сочувствием, то ли с недоверием, Драко не мог понять. Единственное, что у него хорошо получалось, это гордо держать голову, идеальную осанку и бесстрастное выражение лица — он тщательно тренировался перед зеркалом несколько дней.

— Твой отец гордился бы тобой, — с трудом сдерживая волнение, прошептала мать, стоявшая рядом. Драко еле сдержался, чтобы не закатить глаза. Было бы чем гордиться…

— Драко! — прошипел Тёмный Лорд, и по спине юноши прошли мурашки. — Подойди.

Драко сделал несколько уверенных шагов, оказавшись лицом к лицу с этой… «мордой», как он за глаза его называл.

— Сегодня торжественный день, мой мальчик! Ты вступаешь в наши ряды. Уже завтра начнётся твоя почётная миссия. Мы благословляем тебя. Подай мне свою левую руку.

Малфой вздрогнул. До последней секунды он надеялся, что эта участь обойдёт его стороной. Он, словно под Империо, вытащил алмазную запонку из манжеты рубашки, приподнял рукав. Сердце бешено рвалось из груди. «Только не это! Только не это! Как ей объяснять? Я не должен ей ничего объяснять! Стоп. Он услышит мои мысли. Драко, ты кретин!»

Волшебная палочка Тёмного Лорда коснулась кожи. В глазах потемнело, и Драко резко отдёрнул руку. Гулкий вздох прокатился по залу.

— Я не достоин, мой лорд… — еле слышно прошептал Драко.

— Ш-ш-што? — Красные воспалённые глаза уничтожали юношу свирепым взглядом. В зале повисла зловещая тишина.

— Я не заслужил такой чести, мой лорд, — необыкновенно уверенно произнёс Драко, хотя ощущал, что пол плывёт под ногами, а колени предательски дрожат. — Я… ещё ничего не совершил для нашего дела и не достоин высокого звания… Пожирателя Смерти. Ваш знак — высшая награда за подвиг, за верность, за успех…

— Какая скромность. — Тёмный Лорд расплылся в коварной улыбке, от которой холод пронзил всё существо Драко. Он видел с каким ужасом взирала на него тётка, стоявшая за плечом Господина. Её глаза были огромными, как никогда прежде, и Драко казалось, что она сейчас грохнется в обморок. Лорд же продолжал: — Значит, ты отказываешься принять знак наивысшего доверия твоего господина, юный лорд Малфой.

— Ни в коем случае, — приподняв подбородок ответил Драко. — Я хочу заслужить эту честь, выполнив свой долг. Я с гордостью приму дар моего Господина, когда миссия будет завершена. И потом… меня могут раскрыть, если кто-то из учеников заметит, это может поставить под угрозу мой план…

— Ты достойный сын своего отца, Драко, — ехидно прошипел хозяин.

Тёмный Лорд внимательно изучал лицо Драко, его взгляд погружался в самое нутро, в самую суть…

— Молодец, Беллатриса! Ты достигла успеха. Драко хорошо защищает свои мысли. Браво!

— Благодарю, мой Лорд! — с волнением склонилась в глубочайшем реверансе мадам Лестрейндж.

— Ты умён, Драко. Уверен, что не ошибся в тебе. Ты выполнишь свою миссию. Подай мне… твою руку.

Ком сдавил горло. Драко в последний раз взглянул на белоснежную кожу. Слёзы подступали к глазам, но он решительно стиснул зубы: «Всё ради неё».

***

Он сидел на кровати в своей спальне. Белоснежная ладонь, трепеща, скользила по левому предплечью. Внутри всё дрожало.

Громкий стук. Дверь распахнулась. Драко быстро одёрнул рукав.

— Тебе повезло, что гнев моего Господина не обрушился на тебя, словно поток лавы, глупец! — яростно прохрипела тётка. — Ты хоть представляешь, что творишь? Я думала, Салазару душу отдам!

— Успокойся, Белла, — раздался вздох миссис Малфой из-за её спины. — Драко и так пришлось нелегко.

— Сам виноват! Нечего было выступать! Ты добавил мне седых волос, маленький поганец!

Драко невесело ухмыльнулся.

— Простите, тётушка.

Беллатриса удивлённо уставилась на племянника, а изумлённый взгляд матери поразил ещё больше.

Драко прикусил губу, с досадой жмурясь.

— Не знаю, где ты провёл этот месяц, но эта… девица… явно на тебя повлияла, и не лучшим образом! — бросила Беллатриса и выскочила из комнаты, чуть не задев сестру.

Нарцисса плавно опустилась рядом с сыном и ласково обняла за плечи.

— Ты даже представить не можешь, как я горжусь тобой, мой мальчик, — с нежностью произнесла она. — Молю тебя, будь осторожен! Я говорила с Северусом, он поможет тебе…

— Зачем, мама?! — тут же взвился Драко. — Мне не нужна помощь!

Он взволнованно заходил по комнате.

— Драко, поверь, никогда не бывает лишним мудрый совет и помощь. Профессор…

— Да, я знаю. — Драко потёр лицо ладонями. — Я просто ужасно устал.

— Ложись спать, милый! Завтра трудный день. Как же мало мне удалось побыть с тобой, — с сожалением вздохнула Нарцисса.

— Обещаю, мама, закончится это дурацкое обучение, и я всегда буду с тобой рядом, — с нежностью улыбнулся Драко, беря мать за руки.

— Эта… женщина, — опуская глаза заговорила миссис Малфой. — Она имеет отношение к Хогвартсу?

— Ты ведь не хотела знать, — смущённо ухмыльнулся Драко.

— Я и не хочу знать, кто она. Лишь… будет ли она там? — Мать испытующе взглянула на сына.

Драко отвёл взгляд. Вряд ли он может говорить об этом. Пауза затянулась.

— Я поняла, — вздохнула мать и загадочно улыбнулась. — Она точно будет там. Что ж… значит, тебе не будет одиноко, Драко.

— Мы… расстались, — как-то неуверенно произнёс Драко, и мать, осторожно взяв в ладони его лицо, повернула к себе голову сына.

— Всё будет хорошо, дорогой, — шепнула она, целуя его в щёку. — Ложись спать. Завтра рано вставать, отправляться на вокзал…

— Спасибо, мама! — выдохнул он, обнимая мать и устраивая голову на её плече.

Её сердце пело от восторга.

— Как же ты изменился, мой мальчик. Ты — самое прекрасное, что есть в моей жизни! В нашей с твоим отцом жизни. Поверь! — И она снова взглянула сыну в глаза. — Твой отец будет горд тобой! Спокойных снов.

Драко не спал этой ночью. Он лежал, глядя в балдахин над кроватью, иногда бросая взгляд на часы, изредка потирая левое предплечье.

Прикрывая веки, он видел взгляд зелёных глаз за круглыми стёклами, невольно ухмылялся. Сердце дрожало от предвкушения и ожидания. Почему-то именно сейчас подумалось: «Интересно, как Поттер отреагировала на письмо? А если она его не нашла?» Внутри что-то оборвалось. Если Ханна его не нашла, должно быть, ужасно злится. Драко видел её в Косом переулке с друзьями, как раз по пути в Горбин и Бэркс, но даже рассмотреть её не смог и не понял выражения лица девушки. Сердце ускорило ход. Уже через несколько часов он увидит её. Каково это, знать, что она рядом, но не иметь возможности сказать ей что-то, посмотреть в её сторону… прикоснуться?

Драко пытался спать, но события этого дня бередили душу. Он больше не беззаботный мальчишка. У него есть цель.

***

За окнами уже проплывали равнины и холмы Шотландии. Чувствовалось, что лето закончилось, и золотая пора уже приблизилась к самым дверям увядающей природы.

Ханна смотрела в окно, Гермиона читала новую книгу, Рональд скучал.

Поттер казалась сосредоточенной и явно думала о чём-то очень серьёзном. Только она знала, что мысли её вовсе не серьёзны. На платформе она видела его. Видела, как он прощался с матерью, как она была взволнована, хоть и старалась это скрыть. Драко был угрюм — брови нахмурены, губы превратились в тонкую полоску, взгляд исподлобья. Ханна никогда не видела его таким. Где насмешливый взгляд, ехидная ухмылка? Было не по себе. Он ни разу не взглянул в её сторону, она была уверена, ведь не могла смотреть больше ни на кого.

— Тебе не кажется, что ты слишком много об этом думаешь? — ухмыльнулся Рон, глядя на Ханну. — С тех пор, как ты увидела Малфоя в Косом переулке, сама не своя.

Девушка глубоко вздохнула.

— Дело не в этом, — хмуро ответила она, продолжая смотреть в окно. — Меня беспокоит… не сам Малфой, а то, где он был.

— Ты о чём? — недоумённо спросил Рон, и Ханна, наконец обратила к нему взгляд.

— Всё это очень странно. Допустим, Дамблдор поручил Малфою шпионить за Волан-де-Мортом…

— Ты, наверное, шутишь! — ухмыльнулся Рон. — Зачем Дамблдору этот жлоб Малфой? Какой от него толк? Шпион должен, как минимум, бывать в стане врага, хоть иногда. А он будет в Хогвартсе почти целый год, каникул не считая. Какой из него шпион?

— Откуда я знаю? — нервно дёрнула она плечом. — Но то, что он был в Горбин и Бэркс о чём-то говорит? Сам рассказывал, что там масса загадочных тёмных вещей. И этот странный шкаф, который Малфой разглядывал, и все эти люди. Это неспроста.

— Что ты хочешь сказать? — прищурился Рон.

— Ханна хочет сказать, — вступила в разговор Гермиона. — Что Драко Малфой, возможно, стал Пожирателем Смерти.

— Ничего подобного, — проворчала Ханна, скрещивая руки на груди. Эта мысль просто уничтожала. — Я уверена, что Дамблдор дал ему какое-то очень важное поручение. Он следит за Пожирателями, втирается в доверие, ему легко это сделать, ведь его отец Пожиратель Смерти. Волан-де-Морт, может быть, даже доверяет ему…

— Бред какой-то, — усмехнулся Рон. — Малфой? Этот слабак — шпион? Пожиратель Смерти? Обхохочешься.

— Думай, что хочешь, — сердито бросила Ханна. — Пойду прогуляюсь.

С этими словами она поднялась, достала с верхней полки небольшой свёрток и вышла из купе. Гермиона и Рон переглянулись.

Ханна не спеша шла по вагону. Прошла ещё два. Навстречу попались лишь удивлённые её появлением сёстры Кэрроу. Ханна замерла у двери вагона слизеринцев. Драко стоял в проходе, убирая что-то в свою сумку, лежавшую на верхней полке для багажа. Ей хотелось просто смотреть на него. Осознавала, как безумно скучала весь этот нелёгкий месяц, когда он был так далеко. Хотелось подойти ближе, услышать его голос. Он так напряжён, кажется, ему уже давно не шестнадцать, а намного больше, глубокая морщина прорезала его задумчивый лоб.

Ханна достала из кармана перуанский порошок мгновенной тьмы и швырнула на пол. Вагон погрузился во тьму. Со всех сторон раздался визг, кашель, недовольные выкрики. Ханна тут же набросила на себя мантию-невидимку. Быстро пройдя по проходу, остановилась возле купе Драко и его друзей, Забини и Паркинсон. Крэбб и Гойл расположились в соседнем. Она оказалась слишком близко, в темноте и правда было плохо видно. В его глазах промелькнула паника. Малфой замер. Казалось, он смотрит прямо на неё. Но это невозможно.

— Драко, что такое? — взволнованно проговорила Паркинсон. — Сядь, всё в порядке, просто первокурсники шалят. Скоро будем в Хогвартсе.

Ханна, мгновенно встала ногой на сидение, потом на столик и вскарабкалась на полку для багажа. Чёрный дым рассеялся, и Драко опустился на своё место, продолжая озираться по сторонам.

— Хогвартс, — устало произнёс он, запрокидывая голову. — Думаю, это будет последний год обучения… для меня.

— Что ты имеешь в виду? — обеспокоенно спросила Пэнси.

— Ничего, — нахмурился Малфой, глядя в потолок. Ему вдруг на мгновение показалось, что сумка, лежавшая на полке, неестественно шевельнулась. Он буравил её взглядом некоторое время.

Ханна не дышала. «Неужели заметил? Вот блин!»

За окнами быстро темнело. Ханна лежала на своей полке. Было жутко неудобно, все конечности затекли, но она боялась пошевелиться. Зато она могла его видеть. Малфой был молчалив. Как ни старались слизеринцы хоть как-то его разговорить, всё было бесполезно. Он молчал о своих каникулах, о том что творится в его доме, на всё отвечал однозначно: «Это неинтересно».

Драко то и дело поднимал глаза вверх, убеждаясь, что сумка не двигалась со своего места. Ханна так долго смотрела на него, что начало клонить в сон от лежачего положения и качки. Когда поезд остановился, уже было совсем темно. Студенты взволнованно заспешили на выход.

— Идите, — бросил Драко друзьям. — Я тут кое-что проверю.

Когда все покинули вагон он опустил ролл штору на двери и, взмахнув палочкой, занавесил все окна в вагоне. Драко стоял к ней спиной. Ханна понимала, что пора бы уже прекратить прятаться, он всё равно уже раскрыл её присутствие.

— Тебе не говорили, что подслушивать нельзя, Поттер, — устало вздохнул он и обернулся. — Помочь тебе слезть или сама справишься?

Ханна молча спрыгнула на стол, потом на пол и сняла мантию. Они смотрели друг другу в глаза, стоя без движения. Просто смотрели, не представляя, о чём говорить. Оба были спокойны, к чему сейчас что-то выяснять. Ханна вдруг уловила мягкость, появившуюся в его взгляде. Драко словно успокаивался, глядя на неё.

— Темнота — твоя работа? — уточнил он.

— Да.

— Зачем?

Она неопределённо дёрнула плечом.

— Скучала, Поттер? — ехидно ухмыльнулся он, и ей показалось, что это лучше, чем то напряжение, что она видела раньше.

— Некогда было скучать, — бесстрастно ответила она. — Но, признаюсь, твой трусливый побег немного… озадачил.

— Ты это так называешь? — недоверчиво приподнял он бровь.

— Именно. — Ханна скрестила руки на груди. — Ты там писал о каких-то соплях. Неужели так боялся всплакнуть, расставаясь со мной?

Драко расплылся в широкой довольной улыбке.

— А ты всё-таки размазала сопли по моей подушке, — растягивая слова произнёс он.

Ханна вспыхнула.

— Хрена с два! — выпалила она.

— Конечно! — скептически закатил он глаза. — Я тебя вычислю в два счёта, Поттер.

— Слизняк! — прошипела она.

— Плакса! — усмехнулся Драко. — Вот потому и ушёл заранее, чтобы эти сопли не оказались на моей рубашке.

Ханна выхватила палочку, Драко попятился, но в глазах горели озорные искры.

— Вот, значит, как ты заговорил, — гневно захрипела девушка. — Ночью ты вёл себя иначе!

— Ночью было темно, можно врать сколько угодно, глаз не видно.

— Остолбеней! — выкрикнула Ханна.

— Протего! — тут же среагировал Драко.

— Петрификус тоталус!

— Протего максима! Хватит, Поттер! — хрипло выкрикнул Драко. — Злись сколько угодно, ничего не изменишь! Думаешь, мне всё это нравится?!

— Думаю, ты мог бы хотя бы попрощаться! — выдохнула она.

— Ты знала, что я уйду, — обречённо произнёс Драко.

— Но не так! — возмущённо ответила Ханна. — Близкие люди так не поступают.

— Нам нельзя… быть близкими! Как ты не поймёшь? — простонал он.

— Они сделали это с тобой, да? Заклеймили? Ты теперь один из них? Покажи руку!

Ханна решительно направилась к нему, Драко отступил на несколько шагов и упёрся спиной в дверь.

— Покажи! — потребовала она.

— Уходи! — рыкнул он. — Ещё минута, и нас начнут искать! Нам нельзя попадаться вместе, ясно?

— Покажи мне руку! — Ханна схватила его за запястье. Драко тут же вывернулся.

— Я не обязан тебе ничего показывать. Убирайся!

Руку жгло от её прикосновения. Эти глаза, губы, так близко, сердце захлестнуло жаркой волной.

— Уйди, Хани… — прошептал он. — Пожалуйста. Уйди.

Она замотала головой, протянула руку к его лицу.

— Я так… скучала, Драко! — Этот тихий стон взорвал всё внутри. Драко сделал шаг, обхватывая одной рукой её талию, а второй срывая ненавистные очки. Она с нежностью подалась к нему, проскальзывая ладонями по его плечам.

— Ты нас погубишь, — прошептал он у её губ.

— Мы уже погибли… — вздохнула она.

Он касается её губ жарко, сладко. Они стонут от этого блаженства, тоска рассеивается, сменяясь безудержным счастьем, на одно мгновение, на секунду, но кажется, будто проходят часы, и каждое его движение, каждый поцелуй врезается в память навечно.

Драко мучительно отрывает её от себя, и Ханна хватает его за руку, мгновенно поднимая рукава и пиджака, и рубашки почти до локтя. Чисто. Она не верит своим глазам, а он с облегчением вздыхает.

— Это временно, — качает он головой. — Мне всё равно не избежать. Он сделает это, очень скоро.

— Нет-нет, ты не должен допустить! — стонет Ханна, ласково проводя ладонью по его руке. — Ты смог сейчас, значит сможешь и потом. Я всё сделаю, я… буду помогать!

— Дурочка, — простонал Драко, опуская рукав. — Уходи. Мы всё испортим…

Шаги за дверью. Ханна хватает свою мантию, набрасывает на голову. Теперь он видит только её лицо, это так забавляет. Она выхватывает из его руки очки.

— Встретимся в Астрономической башне! — выпалила Ханна. — После полуночи!

— Я не приду! Слышишь? Я не приду! Это опасно! — почти с мольбой произнёс Драко.

Ханна улыбнулась и исчезла.

— Придёшь! — услышал он шёпот почти у самого уха. Дверь открылась, и в вагон вошла Луна Лавгуд.

— Драко Малфой, — констатировала она и, тут же развернувшись, отправилась на выход.

Драко с трудом дышал, всё ещё чувствуя её в своих руках, её вкус на губах. «Эта девчонка безрассудна!» Ему предстоит очень тяжёлый год.