Мне бы в маги! Книга восьмая.

Глава 1

Мне бы в маги 8

От автора:

Уважаемые читатели! Напоминаю, что данная книга является исключительно художественным произведением. Все описанные в тексте события, локации и персонажи — это чистый авторский вымысел, созданный ради развития сюжета и раскрытия главного героя. Я не преследую цель кого-либо оскорбить, задеть чьи-то чувства или спровоцировать межнациональную рознь. Любые совпадения с реальными людьми, группами лиц, местами или событиями, как полные, так и частичные — абсолютно случайны.

Глава первая

Мир продолжает жить, но жизнь ли это для других?

Пролог.

Монах Игорь трясся на скрипучей телеге и страдал от полуденного зноя. Впрочем, страдали все, кто в это субботнее утро оказался в пути под палящим солнцем. Выбор был сделан осознанно, а потому он не роптал, а стойко переносил все тяготы путешествия. Да и мысли о том, что настоятель монастыря наконец-то выделил ему землю со старым домом для обустройства уединённого скита, грели душу.

Спустя три часа он слез с телеги и зашагал по пыльной дороге, что вскоре сменилась узкой лесной просекой. Лес, щебет птиц и ни души вокруг делали это утро невероятно прекрасным. Если б ещё послушник Никодим отправился с ним, то было бы вообще замечательно, но юноша слег с горячкой накануне. Так что остался лежать в лазарете.

Старый хутор «Радужный» встретил его тишиной и избами, что по большей части были давно заброшены, поскольку добраться досюда было весьма непросто. Раньше было всё иначе: сюда вёл хороший тракт, но местный барин из-за давней тяжбы велел его перекопать.

«Как всегда, ни себе ни людям», — подумал монах, вспомнив, как ему об этом рассказывала единственная здешняя обитательница, вдова Марфа Лаврентьевна. Ей было тридцать три, и выглядела она так статно и румяно, что Игорю, давшему обет целомудрия, всегда было очень неловко находиться рядом с ней. От греха подальше.

Отогнав эти мысли и открыв покосившуюся калитку, он на миг замер и глубоко вдохнул лесной воздух.

— Эх, благодать-то какая! — И в этот момент калитка отвалилась, больно ударив его по ноге. — Ох, прости Господи… — выдохнул новоиспечённый отшельник. Каковым он себя не считал. Он просто хотел тишины.

«Да уж, до крепкого забора, ухоженного огорода и тёплой кельи тут далековато», — мысленно проговорил Игорь, оглядывая своё имущество. Но, как говорится, глаза боятся, а руки делают. Улыбнувшись своим мыслям, он приободрился, отодвинул сломанную створку и, переодевшись в рабочее, принялся за труд.

До самого вечера он косил траву, разбирал гнилые доски, переносил одно, таскал второе, третье поднимал и убирал. Всё как у всех, кому досталось запущенное хозяйство.

Вечером, сидя на крыльце, он попивал травяной взвар с пирожками, которые ему любезно принесла соседка, при этом как бы невзначай попросившая зайти вечерком и помочь. Мол, нужны крепкие мужские руки, а то сама она не справится с дверцей на печке, что слетела с петель. Как человек отзывчивый, он, конечно, согласился. Ещё бы не согласился — она смотрела на него своими двумя большими округлыми глазами. Да тут кто угодно согласится.

Допив взвар, Игорь поднялся, вошёл в дом и принялся собирать инструмент, который мог ему пригодиться. С учётом того, что до пострига он славился как лучший плотник на всю губернию, уж с дверными петлями он точно справится.

Поставив тяжёлый деревянный ящик на стол, что был тут единственным, как и одна-единственная горница на первом этаже, он сложил туда молоток, долота, клещи. Зачем клещи? Клещи всегда нужны. Это даже не обсуждается. И когда всё было готово, он с трудом смог этот ящик поднять.

А вот дальше всё пошло по одному месту. Гнилые половицы под ним не выдержали, и он рухнул сквозь пол. Грохот, ящик, упавший на голову, крутая лестница, непонятно откуда взявшаяся, удар головой, локтем и как итог — потеря сознания от удара обо что-то жёсткое.

Очнулся он как будто через час, и то благодаря помощи соседки, что пришла его проведать, так как не могла понять, куда тот запропастился.

— Отец Игорь, родимый, с тобой всё хорошо?

— Нет. Я сильно приложился головой, — проговорил он, кое-как при помощи женщины поднимаясь на ноги. — Кажется, я разбил себе голову.

— Не разбил. Шишка, конечно, знатная, но голова твоя цела, — успокоила она его.

— Похоже, я даже ничего не сломал себе, — он весело усмехнулся. Поскольку падение было жёсткое, но всё было цело. Болело, но цело. А это уже хорошо.

— Что это за место? Погреб?

— Не знаю, — сосредоточившись на окружении, монах нахмурился. — Хм, пойду схожу за лучиной.

Быстро отыскав масляный фонарь, он спустился вниз. И нет, это не был погреб в классическом стиле. Они стояли у подножия каменной лестницы в коридоре, что вёл куда-то неуклонно вниз.

— Может, это французы в двенадцатом году тут свои сокровища спрятали? Я про такое слыхала, — Марфа Лаврентьевна встала за спину монаха. Темнота подземелья её пугала.

— Возможно. Мне так и не удалось ничего про этот дом выяснить. Вроде как отшельник какой. Но кто он и что он увы мне то неведомо.

Игорь с детства был человеком любопытным, и даже строгая монастырская жизнь никак это чувство не убила, а только, наоборот, развила его больше.

— Думаю, надо посмотреть, куда он приведёт.

— А это не опасно? — Марфа взяла его за руку.

— Если столько лет простоял, и даже вода сюда не затекла — вон какой пол сухой, — указал он фонарём, — то точно ничего не будет. Если, конечно, не станем стучать, копать или чего такого.

— Ты мужчина, тебе виднее.

Они двинулись по коридору. Шагов через сорок он свернул, чтобы затем перерасти в новый тоннель. Так они оказались перед коваными дверьми, что были приоткрыты. Судя по увиденному, здесь произошло смещение земляных пластов, и каменная кладка не выдержала, появилась трещина. Его сил хватило, чтоб её расширить и пройти внутрь. Марфа также не захотела оставаться одна в тёмном коридоре, ведь фонарь был всего один, и полезла следом.

Оказавшись по ту сторону, они поняли, что это небольшая, пустая и ничем не примечательная комната. А вот в её центре находился каменный пьедестал. На нём что-то стояло, укрытое старой рогожей. Однако невероятный свет пробивался даже через неё.

Аккуратно сдёрнув грубую ткань, они обнаружили огромного размера кристалл, размером с хороший бочонок. Он светился и переливался всеми цветами радуги. Вот почему свет казался невероятным.

— Это что, алмаз? Может, прежний барин прятал его здесь до лучших времён? — глаза Марфы загорелись. Она мигом представила, как продаст его за тысячи рублей ассигнациями и уедет из этой глуши в Петербург, а то и в сам Париж! Купит роскошное поместье, нарядится в шелка, и прислуживать ей будут десятки дворовых, а не она сама будет спину гнуть.

— Да, похоже на алмаз, но уж больно странный он какой-то. Бесовщина, не иначе, — подтвердил он её слова, чем, сам того не ведая, ещё больше разжёг в ней алчность.

Она оглядела пол в поисках чего-то тяжёлого, и подходящий булыжник нашёлся прямо под ногами. Пока монах рассматривал то, что сделает её счастливой барыней до конца жизни, она быстро подняла камень и со всего размаха ударила того по затылку.

Игорь рухнул на каменный пол, потеряв сознание. Сначала женщина испугалась, что насмерть убила святого человека, но тот через миг начал приходить в себя со стоном боли. Добивать она побоялась, а потому бросилась к кристаллу, и когда Марфа схватила его, то…

— Что? Что происходит? Ох, Господи… Как же больно. — Держась за затылок, Игорь поднялся и на пошатывающихся ногах подошёл к постаменту. Вот только кристалл стоял на месте, а вдовы Марфы Лаврентьевны нигде не было.

Вот тогда он всё понял. Это не просто алмаз, это магия, что-то страшное и не поддающееся разуму. И держать это у себя на земле он не захотел. И уж точно исчезать, как эта алчная женщина. Жалеть он её не стал — сама свою душу загубила.

Поэтому, вернувшись на поверхность, он оседлал одолженную в деревне лошадь и поскакал в уездный город. Добравшись туда на ночь глядя, он сразу направился к архиерею и всё ему объяснил. Тот был человеком образованным и притом знал, что отец Игорь — монах трезвенник и такое выдумывать точно не станет. Поэтому отнёсся к рассказу со всей серьёзностью и тут же послал нарочного к губернатору.

И уже к утру третьего дня, когда важные чины всё увидели собственными глазами, вокруг заброшенного хутора «Радужный» стояли казаки и жандармы из Третьего отделения канцелярии Его Императорского Величества — ведомства, о котором простому люду и знать-то не положено.

Так на месте старого дома появился строго охраняемый секретный объект. Людей из округи переселили, так как огласка Империи была не нужна. С тех пор прошло двести лет, сменилась власть, наступил новый век, но и по сей день лучшие умы России пытаются понять, что это за кристалл и куда исчезают люди.

***

Москва, территория Кремль, Боровицкая улица

Отделение полиции.

Очнулся я в камере. Такую покраску стен и вонь ни с чем не перепутаешь. Я точно дома. Как меня угораздило вернуться на Землю, я без понятия, отчего, кстати, я пребываю в таком ахере, что слов в русском языке не хватит описать, если только матерными, и то, боюсь, в описании их будет 99 процентов.

Но не только это меня выбило из колеи и душевного равновесия. В момент переноса, когда я прыгнул в портал, моё тело и душа пронеслись через огромное пространство… как бы объяснить, будто есть две двери: одна, через которую я вошёл, и другая на противоположной стороне, через которую я вышел, а между ними коридор, точнее, этот зал размерами с самолётный ангар.

Так вот, не помещение меня поразило, а то, что я в нём увидел, когда пронёсся на бешеной скорости. Души, сотни искорёженных душ в образе гномов, по большей части, конечно. Однако были тут и другие. Причём я разглядел таких тварей, что на людей или гномов ну никак не походили. Похоже, о них и говорили гномы, мол, вырвутся, если убрать Слезу Тенебры. Да уж, не хотел бы я с ними столкнуться.

Возник закономерный вопрос. Какого хрена? Какого хрена они не отправились на перерождение? Почему не улетели? Кого все ждут?

Лёжа, я попытался связаться с Константином, но связи не было. Если я и вправду на Земле, то здесь правит его сестра, а вот с ней после нашей последней встречи мне как-то видеться не хочется.

«Саша, ты дебил?» — обратился я к себе, когда меня осенила мысль: а магия-то при мне? Вот что надо было проверять, а не думать об душах затерянных в мирах.

Создав огненный шар, я быстро вырубил его и облегчённо выдохнул.

— Фу-уф. Работает.

— Парень, это что было? Шаровая молния? Ты её видел? — послышался голос откуда-то слева.

Приподнявшись на локтях, я вновь себя обругал. В камере я находился не один. Тут сидел какой-то старичок. В спортивных штанах «Адидас», в батнике, поверх которого надет клетчатый пиджак. Седые волосы прилизаны и уложены набок. На ногах надеты тапочки. На вид лет под шестьдесят, а повадками, наверно, не больше пятидесяти.

— Ага, — буркнул я, вставая и садясь на нары. Облокачиваясь спиной о стену.

— Откуда она здесь?

— Разряжённый озон соприкасается с электричеством в лампах, резонирует, заряд переводится…

— Ты чё, умник? — набычился старик. — Ты чего тут лечишь?

— Журнал в туалете читал, вот и говорю, чего запомнил.

— А-а-а, понятно. Ну ладно. Я уж думал, ботан какой. А чего ты так выглядишь?

— Да мусора побили. Я там за девушку вступился, так меня отлупили, а девка та ещё и заяву накатала. — Ух, и врать горазд я. Никогда бы не подумал.

— Бабы, они такие, — философски согласился он.

Тут дверь открылась, и к нам зашли сразу четыре ментовские рожи. Ну, если три ещё можно с натяжкой назвать лицами, то последняя, что едва влезала в проём, — точно рожа. Вообще, я к ментам отношусь хорошо, но вот за то, что меня избили ни за что, так как в моих карманах ничего не было, я теперь отношусь к ним не очень хорошо.

— Вы дебилы! Какого хрена тут делают эти вонючие бомжары? Мы в центре Москвы работаем или в грёбанном Электрогорске? А если сегодня начальство заявится? Почему стены не крашены? Вы что, ушлёпки, захотели сменить место работы? Например, в Химки? Или Мытищи? Уроды тупорылые, чтоб через пять минут их здесь не было! — проорал подполковник и вышел прочь, краснея от натуги.

— И чего делать будем? — спросил сержант.

— Сейчас в машину погрузим и сбросим где-нибудь за Третьим кольцом, — ответил ему второй сержант.

— А я вам говорил: придёт Ковалёв и начнёт орать, — попенял третий. Кто он в звании, я не увидел.

Нас вывели и погрузили в уазик. Но он был какой-то большой, не такой, к которым я привык. Чем-то на американский внедорожник похож. Это ж сколько лет прошло? Хмм. Ах да, десять лет ровно, как я помер под фурой.

Когда нас довезли до какой-то станции метро и быстро выкинули, я поначалу вообще растерялся. Что делать, куда податься? И тут старик решил, видимо, проявить участие в моей судьбе.

— Пацан, у тебя деньги-то есть, или ментяры позорные всё забрали?

— Забрали, — честно соврал я.

— Держи, — протянул он мне сотку рублей, выудив её жестом фокусника из ботинка. — Тупые они и молодые, шмонать не умеют. То ли дело на зоне, вот там — да. Ладно, бывай, пацанчик, и не делай больше добра людям. Только сам пострадаешь.

Махнув рукой, он скрылся в толпе.

— Ну ты и воняешь, — проговорила девушка, что прошла мимо меня. Заткнув нос, она ускорила шаг.

Вот и что мне делать? Куда податься?

— «Саша, ты дебил? Домой. Вали домой».

— «Нет, это ты дебил, кто бы ты ни был, кто со мной разговаривает. Я в чужом теле. Припрусь к матери, что похоронила меня, и скажу: „Привет, я вернулся с того света“?»

— «Туше».

— «Тушёнка хренова, думай в следующий раз, прежде чем на меня наезжать».

Диалог с самим собой немного, но взбодрил.

Так, для начала нам нужно помыться. Умыться, переодеться и плотно поесть. Затем стоит подумать, как найти Осколок Сердца Стаи и почему все эти души там томятся. Думаю, найдя его, получу все ответы.

— Алекс, я есть хочу! — пропищал кто-то, отчего я дёрнулся.

И не только я. Проходящая мимо парочка, кривя лица, вскрикнули испугавшись, при этом дёрнувшись сторону от моего крика. После постарались удалиться как можно дальше. А то вдруг ещё денег попрошу или обниматься полезу. Ведь я такой красивый.

— Твою ж налево! Про тебя-то я вообще забыл. Ты там как?

— Нормально, но есть хочется.

— Ты чего на дирижабле не остался? Чего с остальными не ушёл?

— Так ты же сам меня просил помочь. Ты чего, забыл?

— Ой, прости. Запамятовал. Так, ладно, потерпи пока, малой. Мы в другом мире, и здесь магией пользоваться опасно. Заметут, и дело начнут шить.

— Это что, твой родной мир?

— Похоже на то, но не факт. Может, параллельный какой или еще чего. Может, вообще моя галлюцинация. Так, всё, пока не высовывайся. А то меня в тюрьму, а тебя — на опыты.

Он смолк, а я пошёл прочь от скопления людей. Нужны бабки. Иначе меня ни в одно приличное место не пустят. А с деньгами всем будет пофиг как я выгляжу.

***

Макс сидел на искорёженном теле голема. В руках он держал пакет с пирожками, а возле ног на земле стоял кувшин с пивом. Лёгким, но хоть таким. А то скукота смертная.

Рядом с ним сидели ещё трое сослуживцев. Все они являлись частью отряда, посланного их королём Георгом для охраны башни. Вот только от кого охранять, они так и не поняли. Так как находятся тут почти месяц, но ни одна душа сюда так и не пожаловала. Да к тому же обоз с едой что-то задерживается на два дня. Благо пива полно, так бы вообще печаль была.

— Как думаете, это правда, что здесь умертвили триста душ?

— Триста? — переспросил Валдай. — Я слышал, что в каждой такой башне для заряда накопителя убили пятьсот душ. И ещё двести нужно для каждой активации.

— Чушь всё это, — отмахнулся кувшином Жакоб. — Он уже заряжен, и больше не надо. А душ тут угробили не триста, а три тысячи. Ты видел, какие там клетки? Там легко все пять можно поместить. Они же тут не троллей держали.

— Это да, — согласился Валдай, а с ним и остальные. — Я слышал, таких башен по всему миру тысячами находят. Это ж что за тварью надо быть, чтоб столько народу погубить. А главное, ради чего?

— Вот этого никто не знает, — ответил Макс. Так как он был в родственных отношениях с командиром, и тот ему об этом по секрету рассказал. — Кто строил — знают, кто похищал — догадываются, а вот кому это нужно было — так и не понятно пока.

— Макс, а нам тут вообще сколько торчать? — поинтересовался Жакоб, а все остальные притихли. Так как всем платили не особо много, а торчать здесь, на холоде в горах, хорошего мало.

— Пока маги не разберутся, как его активировать, а после, говорят, сюда поставят големов. Заказ гномы уже приняли.

— Ещё бы не приняли, — хохотнул Валдай. — Почти все королевства им сделали заказ. С болотными-то никто связываться не хочет. Там золото заберут, а взамен кукиш с камнем, и всё. Попробуй ты по их болотам полазить: как войдёшь, так и сгинешь.

Пока он говорил, то наблюдал странное: лицо Макса из усталого стало удивлённым, а затем резко испуганным.

— ДРАКОН! — закричал Макс и вскочил с голема, опрокидывая кувшин и раскидывая пирожки по снегу.

Сначала их накрыла тень зелёного ящера, что сделал круг, а затем пламя ударило в башню. Хватило и удара, чтоб она начала трескаться. Но разрушительная мощь была направлена именно в кристалл. Однако охрана была не просто так поставлена, а потому люди начали палить по крылатому чудовищу из артефактов. Пятёрка магов, что была прикомандирована к отряду, дрыхла в доме, где раньше жили маги, что строили башню. Выбежав на улицу на крики, они сходу начали палить в небо, но их магия оказалась слабой и не могла нанести ему урона.

Летающая смерть сделала новый заход, и пламя ударило на этот раз в магов, сжигая их. Выставленные щиты лопнули, как стекло от удара молотка.

Новый заход, и пламя врезалось в магический камень, и тот начал идти трещинами. Этого вполне достаточно для его разрушения.

Однако вековая неприязнь к людям и то, что им, великим созданиям, пришлось договариваться, сыграли свою роль. Дракон с гордым именем Икарус не стал убегать, сделав дело, а добил всех тех, кто его атаковал. Так отряд из сорока человек перестал существовать, оставив после себя только горстку обугленных тел. Но и они исчезли, когда артефакт сдетонировал.

Башня стояла на горе, под которой было несколько деревушек, и когда вместилище душ взорвалось, снег лавиной пошёл вниз. Время было вечернее, и потому все, кто жил в деревнях, по большей части собирались отойти ко сну, ввиду чего и пропустили сход лавины. После того как всё разгребут, будет найдено двести семнадцать тел, хотя по спискам тут жило чуть больше тысячи.

И таких случаев в последние месяцы становилось всё больше и больше. Где-то гибли только отряды, а где-то — целые поселения, если башня стояла близко. Всё-таки заточенная в этих проклятых гранях энергия душ очень велика, и при резком освобождении она создавала огромную, мощную, и крайне опасную ударную волну, уничтожая всё на своём пути в радиусе трёх километров. Но повелителям небес было плевать. Они выполняли уговор, а если что, то вся вина на Алексе.

Глава 2

Глава вторая.

Добро пожаловать домой!

Это писец! Нет, ну честно. По-другому у меня нет слов. Захожу в ломбард недалеко от метро «Китай-город», а они нос воротят. Я им, главное, камушек показываю, рубин с перепелиное яйцо, а они только: «Пошёл вон, бомжара!» А ведь там стояла красивая молодая женщина. Да уж, похоже, я немного ошибся. Придётся искать заведение менее респектабельное.

Идти, вместо того чтобы лететь или бежать с ускорением, было где-то даже приятно. Москва сильно изменилась, ох как сильно. Исчезли рекламные вывески, надписи на английском почему-то сменились на русские. Добавилось много русского колорита. Прям приятно на душе.

— Эй, парень, — тормознул я молодого паренька, одетого в широкие шорты и футболку размерами больше раза этак в четыре, чем ему нужно. В принципе, мне пофиг — может, за братом донашивает. Всякое бывает.

От моего «эй, парень» он шарахнулся, увидев, кто к нему обращается, но не убежал.

— Денег нет, всё на карте.

— Рад за тебя. Мне твои деньги не нужны. Лучше скажи, какой сейчас год?

— По григорианскому календарю — две тысячи двадцать шестой год от Рождества Христова, июль месяц.

— Хера ты выдал.

— А ты что, не из этого мира? Почему год спрашиваешь?

— Дурак?

— Нет.

— Ну тогда чего чушь городишь? Какой из другого мира? Их не существует. Больной ты парень, тебе бы девчонку найти и одежду нормальную. Сам худой весь, а одежда… — я махнул рукой и не стал продолжать.

— Это от Юдашкина лук! — крикнул он мне в спину.

— Лук — это полезно, кушай, в нём витаминов много, — ответил я, не оборачиваясь.

Всё это я выдал под эмоциями из-за двух причин. Первая: вот как он так спросил и сразу в точку попал? Это писец какой-то. Второе: тут прошло двадцать шесть лет, а не десять, как я думал изначально. С чего я вообще решил, что время в мирах течёт одинаково?

За размышлениями о непостижимом для меня… я же так в институт-то не поступил. Да и в орден не поступил. Капец, везде я неуч.

В общем, дошёл я к вечеру до ломбарда, что стоял на Большой Сухаревской площади. Время уже было позднее, почти девять, но там кто-то был, а потому я постучался, и — о чудо! — мне открыли.

— Вечер добрый. Вы сразу извините за мой внешний вид (костюм-то я переодел, но вот остальное, например, запах, волосы, которые я смочил водой, и помыл лицо, но это не сильно помогло) — день выдался неудачный.

— Бывает, молодой человек. Вы что-то хотели?

— Да, мне нужны деньги.

— А есть что предложить?

Я положил в лоток приёмника золотую монету с лицом Георга. Глаза мужчины, явно опытного в делах ломбардных, загорелись. Обычный человек, может, и не заметил бы, а вот я — да. Зрачки расширились, пульс усилился, а на лице появилась испарина. Его понять можно, всё же монета необычная — это раз. Весит такая ровно пятнадцать грамм, весьма тяжёлая по местным меркам. Так ещё и пробы высшей. Он, конечно, этого не знал, но тут могу ошибаться. Однако монету он постарался взять так, будто это грязная копейка, найденная мною у метро. Да уж, актёр из него так себе.

— Это король Георг Семнадцатый, — ляпнул я, чтоб хоть как-то заполнить повисшую тишину. Я всегда болтаю, когда нервничаю.

— Молодой человек, вам бы историю поучить. Такого монарха не существовало.

— Может, я цифру перепутал, — пожал я плечами.

Монету он изучал почти полчаса. Вот что можно полчаса смотреть?

— Могу ли я надпилить её? — спросил он, с интересом наблюдая за мной.

— Да, пожалуйста.

Проведя нужные манипуляции, он вновь положил её на весы.

— Пятнадцать грамм. Семьдесят пять тысяч рублей. Можно ваш паспорт?

— Нету. Меня обокрали, даже домой доехать не на что. Так бы вряд ли продал её. От деда досталась.

— Тогда, боюсь, мы с вами не договоримся. Закон, понимаете ли, — развёл он руками, но монету не выпускал и в приёмник не возвращал.

— Какое ваше предложение? Только сильно не душите, я и пешком дойду, организм молодой, справится.

— Рад за вас, а вот я свой век почти отжил. А что касаемо монеты… Могу предложить тридцать тысяч.

— Пф-ф, давайте её сюда. Вы, видимо, плохо расслышали.

— Попытка не пытка, — улыбнулся он, но как-то не по-доброму. — Шестьдесят тысяч. Больше не дам.

— Хорошо.

— Послушай, парень, как тебя зовут?

— Парень, — он понятливо улыбнулся.

— У тебя ещё есть такие монеты?

— Нет.

Он уловил мой настрой и не стал более ко мне приставать. Получив деньги, я покинул сие недоброе заведение и отправился вдоль Садового кольца, попутно пытаясь поймать такси. Вот только оно ни фига не ловилось. Машины с шашечками проезжали, видели меня, но не останавливались. Какого чёрта? Они же не могут унюхать меня из машины. А так в темноте я выгляжу вполне себе ничего.

Пройдя ещё какое-то время, рядом со мной тормознула вишнёвая «шестёрка». Открылось окно, причём плавно, что странно. Как можно так плавно опустить окно? И понял: электромоторы установлены. После я заметил и остальные детали в машине: кожаный салон, европанель, литые диски, крутая магнитола с экраном. Вложено, конечно, денег немало, но… не моё.

— Эй, парень, тебе куда?

— Мне бы туда, где можно помыться, умыться, поесть. День выдался не очень.

— Это заметно. А деньги есть?

— Есть, — показал я пятитысячную купюру.

— Садись, только смотри, чтоб твоя жопа на целлофане была. Я специально постелил.

— Понял.

Сев на переднее сиденье, стараясь не двигаться, чтоб ещё больше не разило от меня запахом, я открыл окно до предела. Хоть как-то запах перебьёт.

— Чего с тобой произошло-то? — заговорил он, сворачивая на проспект Мира.

— Да с пацанами неудачно зацепился. Девке решил помочь, а там стражи порядка пожаловали, да и загребли меня, так как она пожаловалась, что я её парня избиваю. Ночь провёл в обезьяннике, а там помыться не давали, сам понимаешь.

— Ох, понимаю тебя, дорогой. Меня, кстати, Ашот зовут.

— Алекс.

— Иностранец, что ли?

— Нет.

— Так значит, Санёк?

— Ну да. Привычка. Просто все зовут так. Прозвище, короче.

— Мне отец всегда говорил: не лезь, Ашотик, в чужие разборки, всегда крайним останешься.

— Мудрый он у вас был.

— К сожалению, да, был. Но мудрость его стараюсь хранить и соблюдать. Но не будем о грустном. Ты как, местный иль издалека приехал?

— Издалека. Москву повидать.

— Москва — город больших возможностей. Я вот таксую для души, с людьми пообщаться, город посмотреть.

— А основная работа?

— У меня три точки на рынках. Фруктами торгую. Арбуз у меня — закачаешься. Сейчас как доедем, я тебя угощу.

— Спасибо. Давно не ел арбузов. Кстати, а кто сейчас президент?

— Кто-кто, В. В. Путин.

— Ого, — неподдельно удивился я. Когда я дембельнулся, он как раз стал президентом. Это что же получается, он уже двадцать шесть лет у руля?

— И как живётся при нём?

— Мне хорошо. Слушай, хорошо живётся. Но ты же знаешь, всегда найдутся недовольные. Не был бы он, был бы другой, и опять же бы нашлись те, кто недоволен. Как говорится, всем мил не будешь.

— Это да.

— Но он молодец, многое удержал в руках. А кстати, вот мы и приехали.

Машина остановилась у подъезда с неоновой вывеской — хостел «Две вишенки». Я протянул ему пятитысячную, а он, к моему удивлению, выдал сдачу — три пятьсот.

— Мы, армяне, не обманываем друг друга.

— Так я не армянин, — обратил я его внимание на такую маленькую, казалось бы, деталь.

— Все мы в душе армяне. Всё-таки мы один из самых древних народов на земле. Так что есть шанс, что и в твоей крови живёт армянин. У нас кровь, знаешь, какая сильная.

Пройдя к багажнику, он вынул оттуда арбуз.

— Держи, кушай на здоровье, не обляпайся.

Распрощавшись и поблагодарив за угощение, я вошёл внутрь. Внутри всё выглядело… как в дешёвом кино. За стойкой обнаружилась женщина лет пятидесяти. Кудрявые волосы, обесцвеченные, а точнее сожжённые, ярко-красная помада, фиолетовые тени, розовое платье и здоровенные перламутровые бусы.

— Вечер добрый, мне бы комнату переночевать. С душем, если можно.

— Койко-место — полторы, отдельная комната — пять, — ответила она, даже не взглянув на меня, продолжая листать какой-то журнал.

Я протянул пятитысячную купюру, и только тогда она удостоила меня взглядом.

— Голубчик, у нас есть прачечная, за отдельную плату твои вещи могут постирать.

— Хм, спасибо. Только я сам. А вот от ужина не откажусь. — Положил я ещё тысячу на стол.

Мне дали ключи, проводили в комнату и оставили, сообщив, что еда будет меня ждать в столовой, мимо которой мы только что прошли. Ну как столовая… Один столик с четырьмя стульями. На котором стоял чайник, а рядом вазочка с сахаром-рафинадом и пакетики чая.

Сам номер был проще простого: стул, стол и кровать. На стене пара крючков и небольшой комод. Вот и всё убранство.

Поставив арбуз на стол, я принялся снимать с себя всё, а после отправился в душ, в котором провёл почти полтора часа. Это были лучшие полтора часа за последнее время.

Мысли как-то сами перепрыгнули на то, что сотворил в Зале Вечного Сна. Там, где покоятся короли, я убил множество гномов. Как-то оправдывать себя я даже не пытался. Что сделано, то сделано, остаётся только принять и достичь цели, чтоб эти жертвы были не напрасны. Пройдут века, обиды забудутся, а вот суть проделанного останется. В общем, историки нас рассудят. Может, обо мне кино снимут.

В этот момент зазвонил телефон, и я голый выбежал из душа.

— Молодой человек, ужин ваш готов.

— Ага, спасибо, сейчас буду.

Какое громкое слово «ужин», под которым я, да и вообще, думаю, все нормальные люди подразумевают вечер, стол со скатертью, кусок стейка и салат или запечённая картошка с курицей. Общение с семьёй или близким человеком. Тут же — пластиковый стол, заваренный «Доширак» и чай «Нури».

***

Где-то в районе Кутузовского проспекта.

— Давид, ты уверен, что у него ещё были подобные монеты? — Мужчина в кожаном пиджаке, сшитом на полтора размера больше, чтобы не топорщилась кобура, задумчиво крутил в пальцах золотой кругляш.

Необычную монету. О таких вещах в определённых кругах, и в том числе в его Отделе, ходили легенды. Сергей в легенды не верил, а вот своим глазам — да.

— Да, Серёженька. У паренька сразу глазки забегали, когда я спросил, есть ли у него ещё.

— И сколько хочешь за монету?

— Пять миллионов.

— Побойся Бога, Давид. Откуда такие цифры?

— Серёженька, я хоть и старый еврей, но интернетом пользоваться умею. Поэтому прекрасно понимаю, для кого ты эту монету берёшь.

Сергей тяжело вздохнул, не переставая вертеть золото.

— Хорошо. Тебе переводом или наличкой? Или криптой?

— Криптой. Светиться нынче не хочется. Уж больно цепкие ваши стали.

— Потому что вы у нас зарабатываете, а деньги выводите. Так нельзя, — укоризненно погрозил Серёжа пальчиком.

А после потянулся во внутренний карман, казалось бы, за флешкой, но вместо неё плавно вынул пистолет с прикрученным глушителем.

Раздался сухой хлопок. Давид рухнул на пол с аккуратным отверстием ровно по центру лба.

— Прости, Давид. Но ты даже не понимаешь, куда влез, — без тени эмоций произнёс Сергей.

Пройдя на кухню, он открыл конфорки и до упора выкрутил ручки, выпуская газ. Затем положил закрытую консервную банку в микроволновку, выставил таймер на десять минут, нажал на старт и спокойно покинул квартиру старого еврея.

Сев в машину, он открыл планшет и быстро передал кому надо фото монеты и парня. Затем отдал приказ, чтоб начали его поиски. Нынче найти человека куда легче. Вся Москва увешана камерами. Да и люди сами добровольно навешали на себя жучков в виде смарт-часов, смартфонов, наушников с геолокацией. Красота просто. Даже заставлять никого не надо — сами всё купят и на себя повесят.

Сергей был человеком амбициозным и потому решил сыграть в свою игру. Однако дело тут было совсем не в деньгах.

Достав смартфон последней модели (смысл брать кнопочный — если кому надо, и так всё узнают, уж он это знает, как никто другой), он на память набрал номер.

— Привет, Кривцов.

— Здорово, начальник.

— Дело есть. Сейчас пришлю фото. Найди мне этого парня. Лям дам, если привезёшь живым.

— А если…

— «А если», то тебя не найдут. Не шучу. Он мне нужен живым.

— Тогда два.

— Два так два. Но смотри, чтоб быстро.

Сбросив вызов, Сергей поехал к знакомому оценщику. Давид, конечно, был опытным скупщиком, но нужен более надёжный товарищ.

***

Утром я проснулся рано. Умывшись и переодевшись (благо я видел людей в костюмах, так что моя одежда не вызовет вопросов), я принялся думать, что мне делать.

Взял в руки камушек, переданный патриархом драконов. Хм. Холодный. Значит, до Осколка памяти далековато. Мог бы хоть сказать, какой у него радиус.

— Фантик, ты случайно не в курсе?

— Случайно нет.

— Плохо, но не смертельно. Ладно, начнём с покупки ноута. Ты начнёшь рыскать в инете инфу о кристалле.

— Так чего тогда расселся? Вставай и пошли.

Я только улыбнулся. Да уж, кому-то эклеры, а кому-то подавай эклеры и новую информацию. Желательно в огромном количестве.

М-да, что-что, а вот цены изменились круто. Той суммы, что у меня осталась, не хватит на нормальный ноут и на то, чтоб снять квартиру. В том клоповнике я больше ночевать не намерен. Возвращаться в тот же ломбард желания не было, поэтому пошёл искать другой. Так как он точно не хороший человек. Это прям чувствовалось.

В этот раз в качестве скупщика попался армянин. И был он скучным донельзя. Потому как я перед этим расплавил монеты, превратив их в бесформенный кусок металла. Попенял на себя за то, что сразу этого не сделал с первой монетой.

Выручил почти четыреста тысяч. Мог бы и больше, но без паспорта цена сильно падала. Но да ладно. Так лучше, чем грабить банк или инкассаторов. Купив ноут, отправился снимать квартиру, и опять пипец. Нужен паспорт.

Но тут на помощь пришёл Шушун, что помог найти мне паспорт человека с лицом, очень похожим на меня. Я продумал отмазку, мол, паспорт потерял, но есть приложение, через которое я покажу. Фантику хватило всего двенадцати часов, чтоб научиться писать программы, работать в фотошопе и много чего ещё. Пока сидели в одном из подъездов, он учился, а я…, а я просто наблюдал за городом. Пытался понять, соскучился я или нет.

Он то и дело пытался мне объяснить, что в этом мире правят нынче какие-то нейросети. Но я ни фига не понял, а только сказал: «Спасибо, дорогой, на тебе эклер и сосиску в тесте за твои старания». Эклер взял, а вот сосиску есть отказался, мол, такое дерьмо он в себя не пустит. Прям так и сказал. Где только нахватался таких слов? В интернете наверняка. Вечно там всякой бяке учат.

Откусив сосиску, я так же её выплюнул. Химия — писец. Вместо этого купил пряников и воды. Которая, кстати, была отвратительная. Да и фиг с ней.

Шушуна оставил в снятой квартире, так как соседка уверяла, что за такие деньги никто сюда не сунется без спроса. Во-первых, охрана. Во-вторых, если что, сигнализация в виде тревожной кнопки: за четыре минуты приедет наряд полиции. То-то она нас чуть ли не облизывала, когда я согласился и заплатил наличкой, сказав, что мне не нужны договоры и квартира нужна всего на недельку.

Он, кстати, и сам был этому только рад. Так как уже осознавал, что этот мир огромен и тут столько всего, что он станет мировой звездой среди своих, когда мы вернёмся и Фантик начнёт делиться. При этом, говорил, будет делать это дозированно, чтоб не рехнулись от удовольствия.

— Сам-то не рехнёшься?

— Рехнусь, но буду стараться остаться прежним, — пискляво хохотнул он.

Лучше бы уж чьим-то голосом. А то прям по ушам бьёт.

В общем, насыпав ему полный стол еды, отправился на вокзал. Мой путь лежал в Павловский Посад. Пора повидать семью.

***

Кривцов, известный в узких кругах под погонялом Кривой, вошёл в полумрак ломбарда. По-хозяйски перевернув табличку на «Закрыто» и щёлкнув замком, он тяжело оперся о прилавок и вопросительно уставился на Армена Саркисяна.

Армен сидел в своём кресле, как старый персидский кот — спокойный, вальяжный, неспешно перебирая пальцами янтарные чётки.

— Добрый день, господин Кривцов. Чай, кофе? Может, домашней пахлавы? Жена только утром испекла.

— Да-да, добрый. Обойдусь без пахлавы, — отмахнулся бандит. — Давай, вещай уже. Раз вызвал, значит, есть что сообщить важное.

— Всё так. Вы невероятно проницательны, Андрей, — мягко улыбнулся старый оценщик.

— Армен, не делай мне нервы. Там такие люди этого пацана ищут, что тебе лучше с ними вообще в одном предложении не оказываться.

— Все мы люди. Все мы под Богом ходим, — Армен философски вздохнул, не прекращая перебирать бусины. — Живём одну жизнь. Кто-то дольше, кто-то меньше. Главное — оставаться человеком, а суета эта — она только давление поднимает.

Кривцов человек был не очень сдержанный и потому часто влипал в неприятности. Из-за этого, как и из-за кривых методов ведения дел, он и получил своё погоняло, а вовсе не из-за фамилии, как многие думали.

Андрей раздражённо выхватил ствол из-за пазухи и наставил его прямо на армянина.

— Нервы у меня не железные, говори по делу и прошу избавить меня от этих ваших философских горных высказываний.

— Тебе бы, дорогой, ромашкового чаю попить. На моря тёплые скататься, здоровье подлечить.

Армен прекрасно чувствовал людей и ту тонкую грань, где уже действительно пора было заканчивать игру. Он спокойно, даже лениво отодвинул дуло ствола пальцем и достал из-под полы бархатный мешочек.

— Был сегодня с утра один мальчик. Похож на фото, что ты прислал. Принёс восемьдесят два грамма золота, — с этими словами он выложил на сукно бесформенный, оплавленный кусок металла.

Андрей жадно схватил кусок, пристально уставившись на него.

— Как ты можешь разглядеть по остаткам граней, это были монеты, — с лёгкой грустью в голосе пояснил Армен. — Он их расплавил.

— Бля… вот идиот! — Кривцов аж побледнел от злости. — Каждая такая монета на чёрном рынке в пять мультов оценивается. Тридцать миллионов сдать как лом! Идиот, убью придурка!

— Куда он отправился, знаешь? — процедил сквозь зубы бандит, пряча оружие.

— Куда пошёл — не сказал. Но направление подсказать могу, — Армен пожал плечами. — Пока я проверял металл и готовил наличку, он интересовался, как сейчас быстрее добраться до Курского вокзала: на такси или спуститься в метро. Видимо, давно в городе не был. Дальше, я думаю, твоих связей хватит выяснить.

Кривцов швырнул кусок золота обратно на стол и, не прощаясь, вылетел на улицу. Сев в тонированный чёрный «Гелендваген», он в сердцах со всей дури стукнул кулаком по приборной панели.

— Всё нормально, босс? — басом поинтересовался водитель, не отрывая взгляда от раздражённого лица Кривцова.

Кирилл по прозвищу Зубило был человеком-горой: бывший чемпион России по греко-римской борьбе, с характерными переломанными ушами, бычьей шеей, а ныне — самая надёжная правая рука Андрея.

— Этот баран расплавил монеты и сдал как лом! — рявкнул Кривцов. — Прикинь, Зубило, шесть монет минимум! Тридцать мультов в печь! И самое паршивое — даже убить гниду нельзя. Заказчик требует живым.

— Убивать нельзя — значит, не будем, — философски, под стать Армену, согласился Кирилл, невозмутимо пожёвывая зубочистку. — У него наверняка есть ещё заначка. Глядишь, этот пассажир — наш золотой билет в светлое будущее, босс.

— Всё, погнали на Курский. Давай без пробок. И пацанов наших подтянуть надо.

— Зачем целую бригаду-то? Сами не скрутим? — басовито удивился Зубило.

— Чтоб обтяпать всё чисто и наверняка. Мало ли, менты встрянут, или ещё кто на хвост упадёт. Товар слишком ценный.

Ничего не ответив, Зубило лишь кивнул, завёл рычащий мотор «Гелика» и резко вырулил из переулка на проспект.

Где-то в центре Москвы.

Сергей сидел за угловым столиком ресторана и ел наваристый харчо. Одной рукой он орудовал ложкой, а другой привычно листал ленту рилсов на смартфоне. Как сотрудник спецслужб и опытный охотник за артефактами, он даже за обедом по привычке продолжал мониторить информацию.

Очередной свайп — и на экране смартфона появилось видео с камеры наблюдения, явно переснятое кем-то на телефон прямо с монитора. Судя по ракурсу, обшарпанным стенам и решётке — типичный обезьянник в каком-то районном отделении полиции. В углу на нарах сидел помятый старик, а вот на полу лежал какой-то бомж.

Сергей уже хотел смахнуть ролик дальше, как вдруг прямо над головой этого парня из ниоткуда вспыхнул огненный шар.

Настоящий. Никакого дешёвого монтажа, блики на стенах легли слишком уж естественно. Парень на видео вздрогнул, и шар тут же погас.

От неожиданности Сергей дёрнулся. Ложка сорвалась, и горячий жирный бульон плеснул прямо на дорогие брюки.

— Сука! — сквозь зубы выругался он, резко вскакивая и едва не опрокинув стул.

Всё дело в том, что в свете огненного шара он узнал лицо парня, что сдал монету Давиду.

Посетители за соседними столиками испуганно обернулись, но Сергею было плевать на испорченные брюки и манеры. Выхватив из внутреннего кармана пятитысячную купюру, он бросил её на стол и стремительным шагом направился к выходу, на ходу набирая номер техников.

Если этот ролик завирусится и выйдет в топы, в Москву слетятся такие стервятники, что мало не покажется. Эту запись нужно было срочно вычистить из интернета. Вместе с теми, кто её туда выложил.

Глава 3

Глава третья

Как такое возможно?

— Дня добренького, парниша. Клёвый прикид. Сигареткой не угостишь? — вот с такими словами ко мне подвалили трое ребят.

— Здорово, пацаны, не курю. И вам не советую.

— А чё это ты нам советуешь? Минздрав, что ли? — крутя в руках монету, поинтересовался парень лет двадцати.

Худой. На лице и на руках шрамы. Видно, часто встревает в ситуации. Заметил и пару наколок. Похоже, на малолетке посидеть успел.

Народ, что стоял с нами, быстро ретировался. Даже взрослые мужики сделали вид, что ничего не происходит.

Удар между ног. Тому, что стоял напротив. Боковой тому, что слева, а после — двоечку тому, что справа.

— Эх, пацаны, говорю же: сигареты — зло. Вон вы какие слабые, на ногах не стоите.

Переступил через пацана и встал у дверей. Тут один из мужиков показал мне большой палец.

— Чего ты мне свой палец топыришь? Они бы меня сейчас тут порезали, а ты бы сделал вид, что ничего не видел. Трус, — сплюнул я ему под ноги и вышел в открывшиеся двери.

Оказавшись на вокзале, я не стал брать такси, решив пройтись. Город изменился. Появились дороги в деревнях между частными домами. А в моё время тут были лунные кратеры повсюду. Но гопота как была, так и осталась. Что-то в этом мире, похоже, неизменно.

Через полтора часа я дошёл до Щекутовского кладбища. Если меня и захоронили в пустом гробу, то только тут.

Купил цветов, водки и шоколадку. Стандартный набор посетителя сего места.

— Здрасьте, а не подскажете, где тут книга мёртвых? Сослуживца хочу навестить, — обратился я к сухонькому старику, что сидел на лавочке у пропускного пункта.

— Здравствуй. Дело хорошее ты задумал. Да только я и есть эта твоя книга мёртвых. Говори, кого ищешь?

— Вы чего, всех помните?

— Всех не всех, а ты паренёк молодой, а значит, друг твой тоже. Такое остаётся со мной навсегда.

— Александр Астапов. В 2001 где-то похоронили, может, во втором.

— Оу, парень, а ты чего, уже с утра принял? Вроде глаз твой чистый.

Тут до меня дошло. Я выглядел на двадцать — двадцать пять. Получается, что он умер, когда я только родился.

— Ой, что-то я перепутал. Простите. В 2022-м.

— Нет таких тут.

— Вы уверены?

— На 99,9, — усмехнулся он, закуривая сигаретку.

— Можно я всё же пройду? Вдруг вы запамятовали, а он тут лежит. Нехорошо как-то будет. Издалека приехал, и вот так вот уехать.

— Правильно говоришь, нехорошо. Иди, парень, иди. Да только всё не пей, другу своему налей. Стаканчик-то есть?

— А-а-а…

Старик поднялся, зашёл в кибитку, вытащил гранёный стакан.

— На вот, держи. Ты ж не алкаш в одного беленькую пить.

— Спасибо вам. Верну.

— Не надо. Будет время, сам соберу.

Я пошёл по рядам между надгробиями. Могил тут, конечно, видимо-невидимо. Первое, что поразило, так это множество надгробий с датами девятнадцатого века. Второе — это что здесь захоронены не только наши, но и французы. Это, похоже, после их похода на Москву. Да уж, старенькое кладбище. Причём действующее, до сих пор принимают народ. Когда я подходил, как раз парковались несколько машин.

Ещё одна особенность — очень много свежих захоронений молодых, совсем ещё пацанов. Похоже, Россия ведёт сейчас войну. Надо бы спросить у Фантика, чего там. Я пошёл между рядами вглубь.

Бродил до самого вечера. Нашёл несколько могил, старых и не очень, с фамилией Астаповых, но вот знакомых имён не обнаружил. И тут меня одолели два чувства: облегчение, что нет тут родителей, и второе — удивление, почему нет меня?

Вряд ли армия скрыла сам факт. Да и непричастны они были. Мы же уже всё, гражданские были. Ну как гражданские… и я, и Артур должны были продолжить службу через два месяца, как вернёмся.

— Нашёл?

— Не-а. Видимо, не здесь. Завтра пойду на другое.

— Так к родным бы его зашёл да спросил. Чего попусту время молодое тратишь? Мёртвые — они лежат и не убегут. Поэтому ты живи, парень, живи. И не трать время попусту.

— Спасибо тебе, отец, — протянул я ему пакет. — На вот тебе. Мне не пригодилось.

— Благодарствую.

Взяв такси, я направился в город, точнее, в деревню Евсеево. Время — семь часов вечера. Народ только с работы вернулся.

Оказавшись на Янтарной улице, дом 16, я стоял с открытым ртом. Картина, открывшаяся передо мной, поразила меня до глубины души. Возле дома стояла иномарка, какая-то китайская, судя по названию. Рядом с ней мой отец, поседевший, крутил домкрат и ругался на что-то. Как я понял, у него колесо спустило, и он собрался его поменять.

А рядом с ним в инвалидном кресле — я. Точнее, моё тело. Сижу, смеюсь, болтаю. За моей спиной… точнее, Сашки. Ёпт. Сашка — это же я.

За спиной моего тела стоит красивая женщина лет сорока пяти, может, чуть моложе. Одета в лёгкое платье и гладит мужчину в коляске по голове. Затем она целует его и уходит в дом. Где-то я её видел. Лицо очень знакомое. Но дальше больше. После из дома выбегает мальчик лет двенадцати и о чём-то весело рассказывает ему. Тот улыбается, а затем говорит то, что выбило у меня землю из-под ног.

— Беги, сынок, и помоги матери.

— Конечно, пап.

Тут проезжает мимо мужичок на велике, с удочками.

— Здорово, Серёга! Здорово, Санёк! Как вы, ничего?

— Нормально, Егорыч, — ответило моё тело.

Я, видимо, так пристально смотрел, что Кантемир почувствовал это, и когда наши глаза встретились, он меня узнал. Как пить дать, узнал. Твою налево.

Я был готов ко всему: что он закричит, наорёт матом. Ещё бы, я в его теле, здоровом и магически крепком, а он — инвалид.

Да только он оказался непростым парнем: сумел не только выжить, но ещё и семью завести. А это достойно уважения.

И вот, значит, жду я его реакции, а он вдруг говорит:

— Вы что-то хотели?

Не узнал? Серьёзно? Неужто я так изменился?

— Да, простите, вы Александр Астапов?

— Да, всё верно, а вы?

А что я?

— Я Радмир Каширин. Вы знали моего отца, Артура Каширина, — от вранья на сердце стало больно. Но не говорить же ему, раз он меня не узнал. Надо бы помягче как-то это проделать.

— Что? Как сын? Я не знал, что у него был сын.

— Внебрачный. Мать забеременела, когда он в армию ушёл.

— Он за два года ни разу об этом не упомянул, — он подъехал ко мне. — Что-то ты на него совсем не похож.

— Да я больше в бабушку пошёл.

Конечно, я рисковал. Если и Артур выжил… В общем, тут надо быстро и осторожно.

— А тут ты какими судьбами? Бать, погляди, сын Каширина в гости пожаловал! Помнишь сослуживца моего? Которого сбило фурой, как и меня.

— Земля ему пухом, — проговорил мой отец, поднимаясь с земли и отряхивая колени. Затем подошёл, поздоровался и снова вернулся к ремонту колеса.

— Да я так. Страну повидать решил. Деньги появились, решил, пока молодой, поглядеть, как люди живут.

— А чего не за границу?

— Так сначала своих погляжу, а там и до других дело дойдёт.

— Красавчик.

В этот момент он заглянул мне за спину. Обернувшись, обнаружил два «Мерседеса», квадратных, как гробы. Знаменитые «Гелики». Сфера дёрнулась. Ага. Значит, по мою душу. Быстро они. Интересно, что меня выдало? Монета? Огненный шар в камере? Ломбард, где я забыл, что там камеры? Может, Шушуна нашли? Эти и ещё с десяток мыслей пролетели в голове.

— К тебе? — поинтересовался Сашка, не сводя пристального взгляда с дорогих машин, из которых так никто и не вышел.

— Ага. Охрана моя.

Тут он по-иному на меня глянул.

— Ты уж прости, пацан. Никогда бы не подумал, что у Каши такой сын красавчик родится. Весёлый он был парень, хоть и старался каждый раз серьёзным казаться.

— Да, мать рассказывала. Я вот что… Отъеду по делам. А завтра в гости заскочу по-людски. Поболтаем, посидим. Если вы, конечно, не против?

— Конечно, заезжай. Я никуда не уеду, — издал он ироничный смешок.

Пожав ему руку, двинул к машинам. Открыв дверь, увидел, что заднее сиденье пустое, а спереди сидят двое бандитской наружности.

— Здорово, братва. За мной?

Они удивились, но один из них кивнул.

Я ещё раз помахал Сашке и сел внутрь. Машины с визгом тронулись с места.

Мы выехали из деревни на Носовихинское шоссе, но уехали недалеко. Машины свернули на просёлочную дорогу, заехав глубоко в Чуркину поляну.

Выйдя из машины, я отошёл так, чтобы фары не слепили глаза. Место было глухое. Воздух здесь стоял тяжёлый, абсолютно неподвижный, словно застыл в ожидании того, что будет. Был он к тому же без малейшего намёка на ночную лесную свежесть — только едкий бензиновый душок выхлопных газов от двух мощных движков наполнял поляну вокруг нас.

Они же… шесть мужиков, одетых в дорогие джинсы и обтягивающие футболки, все крепкого телосложения, с модными стрижками. И почему не старый добрый полубокс? Видимо, мода сейчас такая — промелькнуло в голове. Встали плотным полукругом, отрезая пути к отступлению.

— Так, ребят, давайте пока разговор не вышел из-под контроля, вы скажете, что вам нужно и чего вообще происходит?

Вперёд неспешно выкатился не самый здоровый, а значит, самый умный среди них, а потому — их старший, поигрывая желваками.

— Андрей, — коротко представился он. — Тебя серьёзные люди ищут, пацан. Заказчик вежливо просил доставить тебя живым. Но, сечёшь фишку, никто не говорил, что если у тебя будет сломана нога или рука, это как-то повлияет на нашу договорённость. Ключевое — «живым».

— Андрей, ну зачем сразу угрожать? Вы как-то не очень диалог начали. Говорю же, скажите, что вам нужно. Возможно, я это отдам, и мы обойдёмся без насилия.

— Ты, похоже, пацан с мозгами, — усмехнулся Андрей. — Может, и вправду обойдёмся без крайностей. Тем более в тачку сел сам, сейчас качели не устраиваешь. Значит, в блудняк нас не втянешь.

— Зачем мне это? Вы вон какие здоровые, да ещё с пушками. Мне жить хочется. И при этом желательно целым и невредимым.

— Правильно мыслишь. Поэтому будь так добр, шепни, где монеты заныкал.

— А что вам с этих монет? Нет, вы не подумайте, что я не отдам — я отдам. Просто очень интересно.

— Да потому что ты сказочный лох, — хмыкнул Андрей. — Одна такая монета на чёрном рынке в пять мультов минимум ценится.

— Гонишь? — мои брови без всякого притворства взлетели вверх. — Как пять лимонов? Скупщик же…

— Обули тебя, как фраера ушастого. Но это ладно, ты, придурок, ещё и товар в лом переплавил!

— Хрена себе! Это что же получается, тридцать… точнее, с учётом первой монеты я мог заработать тридцать пять?! Твою налево! — всплеснул я руками, схватившись за волосы.

Парни, что окружили меня, стояли и ухмылялись. Я же стоял и думал, что я действительно как лох.

— Давай, не тяни резину. Где монеты?

Встряхнув головой и отогнав лишние мысли, я сосредоточился на происходящем. С перекупами потом разберусь. Возможно. Пока же надо решить вопрос с братками.

— Вы про эти монеты? — жестом фокусника я достал мешок прямо из воздуха. Звон монет подействовал на них, как удар обухом. Глаза загорелись, они уже, похоже, мысленно представили, как их тратят.

Вот только дальше всё пошло не по плану. Не по их плану.

Взмах руки, и «Гелик» вспыхивает огнём. Они шарахнулись в стороны, а я создал воздушный таран и кинул его в окруживших меня братков. Их отбросило метров на пять.

Пока они пытались вдохнуть, я кинулся к машине и… закрыто? В смысле закрыто? Я же видел, что он ключом ничего не закрывал. В этом был мой план: пока будут приходить в себя, сесть и уехать. Вот только она была закрыта. Какого хрена?

Дёрнув посильнее, я случайно не рассчитал силу и оторвал ручку двери. Крик Сферы. Я покрыл себя доспехом земли, в который начали попадать пули. Конечно, причинить какой-то вред они не смогли.

Вырвав ветром у них стволы, я настроился на диалог и никак не ожидал, что у одного из них будет ручная граната. Которую он тут же кинул мне под ноги.

— Идиот, — только и сказал я, накрыв её ногой, обёрнутой камнем.

Мою ногу даже не дёрнуло. Силы гранаты не хватило. Вот если бы меня тролль боднул, я бы улетел далеко, а РГД… пф-ф, детские игрушки.

Всех, кроме Андрея, я похоронил заживо. Пятерых крепких братков земля просто проглотила за долю секунды. А после я обратился к нему:

— Слушай меня внимательно. Отвечаешь чётко и быстро. Иначе твои друзья скончаются от нехватки воздуха. Ясно?

Андрей сидел на земле, белый как мел. В его глазах плескался абсолютный, животный ужас. Он впервые в жизни видел человека со сверхспособностями, и его мозг просто отказывался осознавать то, что земля по одному моему жесту сожрала всех пацанов. Его колотило от паники.

— Ты кто такой?! — срываясь на истеричный крик, выдавил он.

Я пнул его ногой в живот. Отчего он сложился пополам, приняв позу эмбриона, но страх брал своё — он продолжал скулить и дёргаться, теряя адекватность.

Пришлось быстро привести его в чувства. Коротким, неуловимым движением водяное лезвие отсекло ему палец.

Андрей дико взвыл, схватившись за окровавленную кисть.

— Заткнись и слушай дальше! — рявкнул я. — Тупой, что ли? Сказал же: отвечаешь, а не задаёшь вопросы. Кто меня ищет?

Когда он поднял на меня глаза, полные боли и злости, я уж было хотел пнуть его ещё раз, но разум возобладал.

— Сергей. Он откуда-то из конторы, — прохрипел он.

— Ага. Ясно. И чего ему от меня нужно?

— То же, что и нам — монеты.

— Ничего не меняется. Никакой чести офицера, похоже, не осталось. Всю продали. Похоже, и страну тоже.

— Тебе-то что о ней знать? — огрызнулся он.

— Ключи от машины давай. Только давай без геройства. Тебе ещё друзей откапывать.

— Так не у меня ключи. Они у Зубила.

— Это который из них?

— Тот, что со сломанными ушами.

Выудив мужика, я сломал ему руки, так как он потянулся к пистолету. Затем пришлось самому лезть в карман. Потому что дурак, не подумал. Руки-то у него сломаны.

Вместо ключа я вытащил какой-то брелок от сигналки. Но когда я подошёл к машине, она пикнула, и дверь легко поддалась.

— Круто. Считай, и не замёрзнет зимой. Не придётся с кипяточком бегать, замок размораживать.

— Да кто ты такой? — повторил вновь вопрос Андрей.

— Волшебник из страны Оз. У тебя осталась пара минут, и твои помрут. Больше ко мне не суйся. Лучше вообще затеряйся где-нибудь на пару лет, пока я тут дела не сделал. В следующий раз не отпущу.

Сказав это всё с пафосом, я залез в «Гелик». Ну залез, и что? Будто я водить умею на автомате. «Шестёрку» водил немного, и всё. Что делать дальше, я без понятия.

Открыв дверь, крикнул:

— Слышь, Зубило, поди сюда. Да не ссы, не обижу, — добавил, видя, как он мнётся.

Вообще, смешно, конечно: в нём весу килограмм сто сорок и росту метр девяносто пять где-то. Когда он подошёл, то провёл быстрый ликбез по тому, как вести автомобиль, что назад, что вперёд.

— На вот, выпей. Руки свои восстановишь. Упс, у тебя же это… сломаны они. Давай помогу.

Вылез из машины и залил ему в рот малое зелье.

— Всё, бывайте, не поминайте лихом. И помните о том, что я сказал.

Дав по газам, я чуть не улетел в кювет. Так как дури в машине — я валяюсь! Кое-как выровняв автомобиль, поехал по дороге, что через полчаса вывела меня на шоссе. Благо был поздний вечер, и машин было не так много. Поэтому я не спеша поехал в Москву. А сюда я ещё вернусь. Но завтра.

***

Когда Кривой и Зубило поняли, что пацан не вернётся, они бросились откапывать своих. Благо земля была рыхлая. Но откопали не всех: двое так и остались в земле. Откопав им лица, они поняли, что те задохнулись.

Сейчас четверо шли и обсуждали случившееся.

— Кривой, это что за хрен с горы был такой? Что, мать его, за супермен?

— Васька, ты дурак? Супермен летал и из глаз лазерами бил. Этот вон как маг из книги, землёй управлял. Геомант, значит.

— Тебе, Петруша, откуда знать? — поразился Кривой.

— Так книги читать люблю в жанре фэнтези. Когда из спортзала прихожу.

— И с чего ты решил, что он гео-хренов-маг?

— Так ты на Зубило посмотри. Если вы говорите, что он ему руки сломал силой мысли, а после что-то дал выпить… Это наверняка зелье исцеления было. Вон у него даже уши нормальные стали.

Зубило тут же дотронулся до ушей.

— И точно. Нормальные, — подтвердил он. — У меня ещё и зуб, кажется, вырос. Реально маг, — на выдохе проговорил он.

— Так, заткнулись все. Лучше давайте покумекаем, что нам делать.

— Валить из Москвы надо, — предложил Петруша.

— Согласен, — ответил Зубило, и Васька также согласно закивал.

— Да, тут вы правы. Он похоронил нас, отрубил мне палец, сломал Зубиле руки и при этом даже не моргнул. Вот же сука Серёженька. Решил нашими руками такого отморозка брать.

— Босс, ну точно валим?

— Нет. Думаю, он не просто так к тому колясочнику приезжал. Они знакомы. Если мы его в заложники возьмём, а после по-тихому свалим, тот точно монеты отдаст. Только теперь не только монеты, но и эти волшебные пилюли.

— Может, ну его?

— Что, Петруша, сдрейфил?

— Был бы он обычный, но ты же сам видел, что он не человек. Мы ж не торчки какие-то. Нас не заглючило, он реально всё это делал. Ну нахер, парни, я не с вами.

— Уверен? — Кривой наставил ствол.

— Да стреляй, братан. Этот пацан так и так завалит. Если он за монеты наших закопал заживо, то за знакомых точно на ленточки порвёт.

— Вали. Принесёшь три ляма. В бригаде тебя больше нет. Или ты знаешь, что будет.

— Завезу в офис, — Петруша развернулся и пошёл прочь.

Вот только Кривой и не думал его отпускать, выстрелив в спину.

— Нам лишние языки ни к чему.

Васька и Зубило жили этой жизнью слишком давно, чтоб реагировать как-то. Да и Кривого они знали слишком хорошо.

— Всё, пошли, поймаем тачку, а после завалимся к этому колясочнику. Потрещим по душам.

***

— Саш, всё хорошо? — Марина положила руку на грудь мужу. — Ты чего не спишь?

— Да мысли всё гложут. Будто я его уже где-то видел.

— Ты про сына Артура? Твоего сослуживца?

— Да. Понимаешь, он на него вообще никак не похож.

— Так ты же сам говорил, что он в мать пошёл.

— Так-то оно так, но хоть что-то от отца должно было передаться. Ты вон на Даньку нашего глянь. Копия моя.

— Ой, прям-таки и копия, — женщина легонько стукнула мужа в плечо и игриво прикусила за ухо.

Они уже было настроились на любовный лад, как вдруг со стороны прихожей донёсся странный металлический шорох. Звук был тихим, но в ночной тишине пугающе отчётливым — кто-то явно ковырялся в замке входной двери.

— Это кого там на ночь глядя принесло? — тревожно прошептала Марина. Она бесшумно вскочила с кровати, накинула халат и выскользнула в гостиную, чтобы осторожно выглянуть в окно.

— Кто там? — так же тихо, но напряжённо спросил Саша, так как жена долго не возвращалась. Ответа не последовало, но через минуту она вернулась в спальню.

— И?

— Да непонятно. Выглянула из гостиной в окно — стоят трое. Явно бандитского вида. Но пока кралась в прихожую, чтобы в глазок посмотреть, они уже испарились. Видимо, спугнуло что-то. Только и заметила, как какая-то машина отъехала.

Скинув халат, она легла в постель и прижалась к мужу.

— Может, дом перепутали? — предположила она.

— Может, — вслух согласился он, хотя интуиция просто кричала об обратном.

Слишком много странностей. Сначала объявляется этот сын погибшего Артура, причём абсолютно на него не похожий. Затем выясняется, что парень при деньгах и ездит с личной охраной. Но почему тогда он не подъехал к дому сразу, на машинах? Мутная какая-то история. И теперь эти трое ночных визитёров «бандитской наружности», ковыряющиеся в замке. Отец, видать, после возни с колесом забыл калитку на щеколду кинуть, вот они во двор и просочились.

Надо бы отцу звякнуть с утра. Пусть стволы поближе положит. Мало ли чего. Бизнес у них, конечно, небольшой, вряд ли серьёзные рэкетиры позарятся, но кто знает.

Лучше перебдеть. С этими мыслями он в итоге и уснул — в таком напряжённом состоянии ни о каких любовных утехах уже и речи не шло.

***

Еду себе, никого не трогаю, а сердце-то так: тук-тук. Тук-тук.

— Ты чего, родное, что не так? — спросил я вслух сам себя. И меня как молнией поразило.

Они же видели, куда я приехал. К кому, точнее. Резко развернул автомобиль, и, заметив, как из проезжающей машины, которой пришлось вильнуть, дабы в меня не врезаться, мне показали средний палец, я только одними губами проговорил: «Простите». Только потом осознал, что машина тонирована и меня не видят. Наверняка меня клянут на чём свет стоит.

Вернулся я в самый раз. Эти три идиота? Интересно, почему три. Где ещё трое? Впрочем, бандиты они и есть бандиты, сожалеть не буду. Пытаются пробраться в мой дом. Ну, то есть в дом Сашки.

Сковав их льдом, поднял ветром над домом, а сам дал по газам. Так как увидел в окне шевеления. Затем, когда жена Саши (а это была, скорее всего, она) ушла, перенёс три кокона на соседнюю улицу. Благо народу никого. Да и дом куда я их поместил недавно сгорел. Как всё удачно складывается.

Разморозив их, я уставился на троих балбесов, что не послушали моего совета.

— Я вас предупреждал? Предупреждал. Тебе, баран, даже руки восстановил, да и уши, смотрю, тоже восстановились.

Все трое были синие от холода. Ещё бы, даже пара минут проторчать во льду это ого-го, а я их продержал все пять.

— Сами виноваты. Да и, думаю, понимаете, какую жизнь вы выбрали и что конец у вас один.

Три шарика чёрного огня вонзились им в грудь, пробивая сердца.

— Не стоило вам к нему соваться.

Сожалел ли я? Нисколько. Вообще ничего, ни одна струнка души не дёрнулась. Они задумали плохое, но плохое случилось с ними. Такова жизнь. Меня больше волновало, что моя магия значительно потемнела. Вот это проблема так проблема.

Глава 4

Глава четвёртая.

Извиняться не буду!

Эос. Момент, когда Алекс использовал телепорт.

— Народ, сваливаем! — закричала Ксю.

Торбус бросился к консоли управления.

— Великий Наковаль! Да чтоб жила истощилась! — нажимая на все рычаги подряд, он заводил двигатель дирижабля, что только-только закончил полное развёртывание.

Стоило им подняться, как по ним ударили маги огня. Защита дирижабля была на высоте, и даже сотня магистров её не пробьёт. Откуда у Алекса такие артефакты, он, конечно же, не сказал. Но обещал, что когда-нибудь он ему расскажет, а точнее — подарит что-то, что будет куда круче. Гномья натура взяла своё, и он не стал более расспрашивать.

Спустя два часа.

Трорг, Бард, Оксана и Торбус летели в сторону Бесстрашного. Надо было объединиться с Фредом, Соломоном и Шкваркой. Так как в Альтерию, к Велесову и Игнату с Морганой, им путь заказан.

Сидеть в тишине никто не желал, но и начать разговор тоже. Первым решился Торбус.

— Так, друзья мои хорошие, предлагаю обсудить случившееся.

— Что именно? — спросил Бард, внутренне обрадовавшись, что не он начал разговор. Уж больно его терзало увиденное.

— То, что Алекс, похоже, сбрендил. Магию его видели? Она потемнела. Прямой признак того, что он сходит с ума.

— Чушь, — возразил Трорг. — Он не сделал ничего такого, если ты про убийство гномов. Наоборот, в бою он контролировал ситуацию полностью. Мне бы такую силу, давно стал бы вождём вождей.

— Я, кажется, знаю в чём дело, — встряла Ксю. — В один момент заметила, что ему кто-то что-то написал. Именно тогда его лицо изменилось и он начал то, что начал. Думаю, в этом вся причина. Вот только кто? Я пыталась ему писать, чтоб выяснить что с ним, но он недоступен.

— Видимо, что-то очень важное, раз он отвлёкся посреди боя на чтение писем, — скривился Торбус.

Где это видано — читать паучок в самый разгар сражения? Алекс, конечно, крут, но не настолько же. Хотя настолько. Ему вообще было всё до камня. Магистры, мастера все били по нему, а тому — что комары кусают, не более. Хорошо, что он на правильной стороне. Иначе миру пришёл бы конец.

— Сейчас узнаем.

Бард достал ткач и написал Мур-Муре. Та не ответила мгновенно, что странно. Обычно сообщения доходили сразу, и она отвечала незамедлительно. Но тут пришлось ждать почти полчаса. В течение которых дирижабль опять летел в молчании.

Ткач издал звук колокольчика, и Бард тут же прильнул к экрану.

— Чтоб мне больше мёда не видать... — он развернул ткач, где было несколько строчек.

Но ключевая: Тлака убила Робина Карловича, близкого друга Алекса.

— Что за Тлака такая? — Оксана перечитала раз-два, а после посмотрела на медведя.

Бард пересказал всё, что с ними случилось на турнире. По сути, они думали, что эта история давно позади. Но та как-то сумела вернуться и сейчас начала мстить Алексу за то, что не дал ей стать богиней. Потому как она являлась проводницей.

Пролетая мимо городов, принадлежавших Ханай и расположившихся возле обширных лесов, команда наблюдала страшную картину. Леса пылали огнём. А посреди леса — огромная проплешина, будто маг уровня архимагистра создал порыв ветра, вырывая вековые деревья. Причём волна была такой силы, что два городка, расположенные в нескольких километрах друг от друга, пострадали от землетрясения, как и Слизкий.

— Что тут произошло?

— Без понятия, — ответил гному медведь за всех. — Но нам обязательно надо это выяснить! Ускоряйся. Началось что-то очень страшное!

Дирижабль включил форсаж, и скорость стала превышать все мыслимые и немыслимые для гнома пределы.

***

— Фантик, привет.

— Здорово, Алекс. Как житуха, навестил себя?

— Эм, чего?

— Ничего. Сижу, ем чипсы, пью колу. Химия, конечно, но эта химия прямо вот огонь. Чипсы с крабом — вообще бомба.

— Эй, кто украл моего друга, и ты вообще кто такой?

Мы общались по видеосвязи. Да, я слышал, что камера искажает лицо, делая его чуть полнее, но, ёптырдын! Фантик выглядел не как мячик для большого тенниса, а как, мать его, спелый грейпфрут. Меня не было всего сутки. Да даже меньше. Боги, что с ним станет, когда мы разберёмся со всеми делами — боюсь себе представить.

— Всё ок. Ты, наверное, хотел узнать про осколок?

— Ага, — делая глоток кофе, я почесал затылок.

Блин, надо было соглашаться на помывку головы. Да-да, я наконец-то подстригся. Под свой любимый полубокс. Парикмахерша, конечно, долго горевала и чуть ли не лила слёзы, состригая мои локоны, но я был категоричен. Ввиду чего чувствую себя сейчас на сто из ста.

— В общем, была мутная история где-то в девятнадцатом веке. Люди исчезали здесь, в Подмосковье. Но это всё из разряда легенд. Вообще, здесь всего так до*уя, что тяжело разобраться, где правда, где враньё.

— Эй-эй, а ну-ка без мата.

— Мат — это признак высокого интеллекта. Если, конечно, он русский, — воздел свой маленький пальчик вверх Фантик.

— Я тебе уши откручу. Так, стоп, а где ты взял чипсы и колу?

— Доставку заказал. Купил фейковую личность, взял микрокредит на тебя, точнее — несколько. Консьержа снизу твоим голосом попросил занести в квартиру, у него, оказывается, на случай приезда пожарных есть ключ. Вот и всё.

— Теперь понятно, почему ты ничего не нашёл — не тем занят.

— Ой, не будь таким душным. Сейчас поем и продолжу поиски.

— Слушай, ты, розовая сахарная вата. Если ты всё это перенесёшь в Эос, я тебя… Слушай, наверное, я лучше тебя тут оставлю.

— Правда? — обрадовался он.

— Так, всё, отвали, моя деревня. И вообще, ты только что съел пачку чипсов, пока со мной говорил. Какое «поем» ты имел в виду? Хватит жрать, давай приступай к работе.

— Ладно, не горячись. Всё будет топчик, — пропищал он и отключился.

Сидя в кафе за завтраком и кофе, я мотал головой. Капец Эосу, если Фантик туда вернётся. Тогда все мои футболки, пончо, байкерские цвета на мантиях магов, да даже женское бельё с БДСМ — всё это померкнет на фоне того, что он устроит.

Доев, я вышел на улицу и обнаружил, что машины нет. Эм, и куда делась тачка? Не могла же она сама по себе взять и уехать. Погоди, или могла? Да ну нафиг.

— Эй, парень, твой «гелик» был? — спросил меня таксист, что стоял на том самом месте, где должна была стоять моя тачка.

— Допустим.

— Её эвакуировали. Здесь парковаться нельзя. Ты чего, знак не видел, что ли?

— Видимо, пропустил.

— Садись, довезу до штрафстоянки.

Машина была нужна, расстояния были огромные, и идти покупать новую… вряд ли выйдет. Наверняка оригинал паспорта потребуется.

Пока ехали, разговорились, и я понял, что такая схема в Москве работает на каждом углу. Но, я имею в виду, таксист, конечно же, не такой. Просто увидел, что хорошую машину эвакуируют, и решил помочь хозяину.

Также он поинтересовался, откуда у такого молодого такая тачка. На что я лишь сказал, мол, папа подарил, когда армию закончил. Он поначалу скривился, так, незаметно, но, услышав про армию, показал большой палец.

— Сейчас мало кто туда идёт.

Почему и как, он договорить не успел, так как мы подъехали. Дальше, заплатив какие-то немыслимые суммы, я забрал машину. Они даже документов не спросили. Увидели, что сажусь и что оплатил наличкой, и всё.

Теперь же стоило понять, что делать дальше.

А что делать дальше? Дальше мне нужны деньги. Потому как я хочу помочь Кантемиру. В том, что это он, я уже не сомневался. Потому как почитал в инете о том, что с нами случилось. Тогда об этом во всех газетах писали. Случай это необычный: я пролежал в снегу пять дней, прежде чем меня нашли всего переломанного. Ни один врач так и не смог объяснить, как я выжил.

Поэтому я решил помочь ему. Пусть наймёт лучших врачей… Стоп. Каких, к чёрту, врачей? У меня же с собой Высшее зелье есть! Я что, тупеть начал, как сюда вернулся? Опять мыслю земными категориями.

Ох. Как представил, сколько это по местным деньгам. Если монету скупают по пять мультов, то у нас она стоит тысячу. Получается, на выходе — пять миллиардов. Жесть какая. В принципе, за то, что оно может сотворить, это уже не такие и большие деньги.

Что ж, мой путь лежит опять в ломбард, но что-то я не хочу туда соваться. Меня ведь из-за них поймали. Тогда куда соваться?

— Фантик, слушай меня внимательно. Первое: выясни, почему наши монеты так тут ценятся. Второе: надо понять, как продать, чтоб получить большую сумму и притом меня не кинули.

— Да всё просто: продадим через аукцион, деньги закинем в крипту, а там в банк на офшоры на Кайманах. Карточку сделаем — и всё. Фиг отследят. Только в России тяжело будет потратить, санкции, все дела. Но при желании можно сделать карточку в Казахстане.

— Да как в тебя всё это помещается? У тебя голова как грецкий орех. И вообще, что такое крипта?

— Долго объяснять. Мне делать или нет?

— Делай.

— Сколько монет?

— Давай десять. Чтоб сильно не привлекать внимания.

— Лучше при таких суммах по одной продавать, так точно проще.

— Как знаешь, главное, чтоб у меня были деньги.

— Хорошо, тогда я тебе сообщу адрес, положишь в камеру хранения, клиент заберёт, подтвердит сделку, тогда деньги разблокируются на твоём счету.

— Ничего не понял, но очень интересно. Всё, Фантик, делай.

Далее я катался по всей Москве, поражаясь, как это удобно — ездить на автомате. Монеты я развозил по всему городу, и не по каким-то тёмным местечкам. А все камеры находились в огромных магазинах, торговых центрах. Всё открыто и доступно. Как такое возможно, ума не приложу.

Чтоб сильно не палиться, купил себе бейсболку и солнечные очки. Понимаю, маскировка так себе, но лучше так, чем никак. Заодно костюм переодел: купил джинсы, футболку и кроссовки.

Нет, я знал, что у людей деньги есть, но то, что монеты выкупят за один день… Такого я точно не ожидал. И теперь у меня на счету в непонятном банке, в непонятной крипте пятьдесят миллионов. Почти. Там чуть меньше — какие-то площадки взяли свой процент. Но даже так там было достаточно, чтоб прожить целую жизнь, не думая о деньгах.

Жесть какая. На кой им эти монеты? Да, золотые. Может, проба выше обычного. Но всё равно не может столько стоить. Чушь какая-то.

— Фантик, здорово… Да твою мать! — выкрикнул я в сердцах.

Так как прошло всего ничего с нашей утренней беседы, а он уже процентов на двадцать поправился.

— Так, давай ты завязывай с чипсами.

— А, да, я тоже так подумал, — ответил он, раскрывая «Баунти» и закидывая дольку в рот.

— Ты выяснил, зачем нужны монеты?

— Не-а. Мощности ноута не хватает. Мне бы ещё парочку. Сейчас один дата-центр сломаю, и вычислительных мощностей будет хватать. Тогда смогу взломать базы данных конторы и найти всё, что нужно.

— Аккуратнее там будь. Они тут тоже не лыком шиты.

— Запарятся меня ловить! Фантик — неуловимый мститель. Я вскрою всю правду и покажу её народу! Чтоб они…

— Чтоб они что?

— Так, Алекс. Кажется, за мной пришли. Спасай меня, мусора загребут — хрен отмажемся!

— Вот же…

Запрыгнув в машину, я погнал по адресу. Когда я приехал, там стояло сразу шесть внедорожников.

Судя по тому, как здоровые парни в чёрных костюмах всё бегали, они его ещё не нашли. Значит, у меня есть шанс. Ноут Фантик взять не мог, а вот проскользнуть смог и сейчас стоял на балконе никем не замеченный.

Подхватив его ветром, притащил к себе. Затем быстро сел в машину. А Фантика посадил на заднее сиденье.

— В ноуте инфы не осталось, можешь не переживать. А то вижу по лицу, как ты на меня смотришь.

— Не в этом дело. Просто ты напугал меня. Ладно, поехали, надо новую квартиру найти.

— Ага, и чтоб канал пошире был, а то сотка мегабит — это ужас какой-то.

— Да-да, сделаем. Только ты давай-ка как-то поаккуратнее. Ладно я рядом был, а так бы мог и попасться.

Я уж было собрался отъехать, как вдруг дверь машины открылась:

— Кривцов, ты что тут забыл?

Повернувшись, я встретился с ним взглядом. Мне он знаком не был, впрочем, как и я ему. Наверное.

— Ты не Андрей. Так, погоди, ты же тот парень, что…

Мой удар в нос, приправленный слегка магией ветра, возымел эффект разорвавшейся бомбы. Он отлетел, но сознание не потерял, и тут же начал не палить в меня, а орать в рацию:

— Обнаружена цель, все…

Договорить я ему не дал, послав камешек в лоб, чтоб вырубить. Затем закрыл дверь и дал по газам. Пора сваливать.

Выскочив со двора, я вклинился в плотный поток и выехал на Третье кольцо. Движок ревел, я петлял между машинами, сбрасывая возможный хвост, пока не свернул на шоссе Энтузиастов. Адреналин всё ещё бурлил в крови, когда я притормозил у станции метро, планируя спуститься вниз и затеряться в толпе.

Но шушун, высунув мордочку из пакета (так как я был одет в футболку и спрятать его было негде), категорично заявил, что это верх идиотизма: там везде камеры с системой распознавания лиц, и меня срисуют в два счёта. Спорить с пушистым крипто-гуру я не стал. Поэтому, натянув пониже бейсболку и нацепив солнечные очки, бросил засвеченную тачку и быстрым шагом двинул в сторону ближайшего парка, стараясь слиться с прохожими.

Попетляв по аллеям для верности, я вышел к дороге и поймал попутку. Молчаливый мужик на старой легковушке за пятитысячную купюру вывез меня за МКАД. Там я снова сменил машину, чтобы окончательно оборвать ниточки, и так, перебежками, добрался до Балашихи.

Первым делом мы завалились в неприметный магазинчик «Скупка», где я купил мощный ноут, который мой пушистый кругляш тут же взялся настраивать. И вот тут я реально выпал в осадок. Клавиатуры он вообще не касался! Просто сидел рядом, слегка прикрыв глаза, а строчки кода на экране бежали сами собой. Как он мне объяснил позже, когда закончил: он соединяется напрямую через модуль блютуз силой мысли или какой-то своей специфической магией. Природный хакер, не иначе.

Пока мы тряслись в очередной попутке, этот гений удалённо забронировал нам машину в каршеринге, оплатив её с левого счёта. Не «гелик», конечно, но тоже сойдёт. Эх, как мы быстро привыкаем к хорошему.

Пересев за руль, я наконец смог немного выдохнуть. Теперь, когда мы снова были на своих колёсах, то погнали по новому адресу — в спальный район Томилино, где Фантик уже успел снять нам неприметную квартиру на железобетонную подставную личность. Только закрыв за собой дверь, я понял, насколько сильно вымотался за этот сумасшедший день.

— Алекс, подключи телефон к ноуту. Я установлю тебе банк-клиент и подключу NFC. Сможешь оплачивать телефоном все покупки. Также у тебя есть очки «Читай-пиши», поэтому скину тебе инструкцию, как пользоваться банк-клиентом и прочими гаджетами. С ними ты быстро всё усвоишь и перестанешь тупить.

— Хорошо. Я пока в душ.

Следующие четыре часа я всё читал и читал. К вечеру у меня разболелась башка. Потому как столько информации, сколько я в себя закачал, ни один нормальный человек бы не выдержал.

— Пойду прогуляюсь. Башку проветрю.

— В «Магнит» заскочи. Возьми чего-нибудь пожевать.

Достал из кольца сыр, хлеб, копчёную колбасу и эклеров.

— На вот, поешь нормальной еды. А то скоро придётся коляску покупать, а тебя в ребёнка переодевать. Уже больно толстый ты стал.

— Это вообще-то буллинг.

— Что?

— Говорю, чего обзываешься? Мне, может, это неприятно. С детьми так нельзя.

— Так, стоп. Фантик, — схватив его за загривок, поднял на уровень своих глаз, — ты забыл, кто я такой?

— Упс, — он провёл короткими пухлыми пальчиками по рту, делая движение, будто закрывал рот на замок. — Простите, Алекс. Это так местная культура на меня влияет.

— Ну-ну. Смотри у меня. И помни, кто я такой и на что способен. У нас есть цель — спасти Эос. Если ты предашь меня ради чипсов или фастфуда, я очень огорчусь. Не подставь, и хватит таращиться в сериалы. Нужна развлекуха — закачай всё на жёсткий диск или чего там нынче придумали, возьмём с собой. Не переживай, мы затаримся прилично, прежде чем свалить.

Погладив напоследок по розовой шёрстке, вышел из дому.

Я шёл по району и не мог понять. Я словно в какой-то Ашхабад попал. Нет, я к религии терпимо отношусь, особенно после того, как узнал, что боги существуют.

Однако тут какой-то капец. Столько нерусских. А на детской площадке женщины все в платках. Я будто в Душанбе прилетел, а не в подмосковном посёлке нахожусь.

Тут и там я встречал компании из пяти-десяти человек. Все с бородами: у кого большая, у кого маленькая. Смотрели на меня как стая шакалов. Что тут происходит? Куда я попал? Это точно мой мир?

Так я и шёл, постоянно косясь на все эти бандитские рожи. Нет, я честно верил, что спокойно прогуляюсь и пойду домой. Но стоило мне войти в подъезд, как мне преградили дорогу.

— Эй, братишка, ты тут новенький, да?

— Свалил!

— Ты чё грубишь, да? Проблем хочешь? Я с тобой по-нормальному говорю, да.

Их было трое: двое спереди, а третий зашёл вместе со мной и встал за спиной.

Удар в печень заставил говорящего согнуться, издавая звук боли. Тут же ударил локтем того, что стоял сзади, затем резко сблизился с последним, пробил лбом в нос, сломав его.

— Ещё раз тут появитесь — вас никто больше не найдёт.

— Да мы тебя на куски порежем! — начал угрожать мне тот, что лежал на полу за мной.

Развернувшись, ударил ногой в голову.

— Бараны тупые, — только и сказал я, начав подниматься на свой этаж.

Если я думал, что на этом вопрос будет закрыт, то я глубоко ошибался. «Нет, этот мир точно свернул куда-то не туда», — подумал я, наблюдая часа в два ночи с балкона, как несколько бородачей окружили двух девушек и торопливо повели их в сторону садика.

— Алекс, будь осторожен и не оставляй следов. Хотя ориентировка на тебя уже во всех отделениях полиции.

— Можешь с этим что-то сделать?

— Не-а. Пока нет. Да и я занят другим. Кажется, я что-то нащупал. Придёшь — расскажу.

— Хорошо. Скоро вернусь.

На улице было почти никого. Так, редкие прохожие. Добравшись до садика, я перемахнул через забор никем не замеченный. Так же и вернулся.

— Как всё прошло?

— Чисто.

— Ты уверен?

— Да. Я медицинскую маску надел, так что девчонки меня не узнают.

— Как ты любишь говорить: ну-ну.

— Давай уже, говори, что не так, — сев за стол, я скрестил руки на груди.

— Да ничего такого, — он подошёл (хотя я бы сказал — подкатился) к ноуту и толкнул его ко мне, поджав свои жирные ножки. — Не считая того, что тебя уже окрестили как «Белый Мститель».

— Чего? Ты чего такое несёшь? Какой к демонам мститель?

***

Рабочий посёлок Томилино. Детский сад-ясли «Ласточка». Час назад.

Макс и Влад сидели на крыше первого корпуса и размышляли, какой бы снять контент, чтоб прославиться и начать грести бабло от рекламодателей. Пока в их подростковые головы не пришло ничего умнее, как залезть сюда и начать кривляться на камеру смартфона.

— Макс, нам нужен норм контент, а не этот кринж. Нас засмеют свои же.

— Так думаешь, зачем я балаклавы у отца стащил? Наденем, и никто не узнает. Также перчатки надо надеть, если отпечатки пропалят — нам конец. После одежду бы тоже лучше сменить, а лучше сжечь.

— Ты откуда всё это знаешь? — удивился Влад.

— Сериалы. Откуда ещё? Да и книги много пишут. Да вон даже на ютуб залезь — там этого полным-полно.

— Помогите! — раздался женский голос, и парни тут же притихли.

Подползя к краю крыши, они увидели, как несколько мужчин тащат за руки-ноги двух девушек. Когда они скрылись под крышей веранды, Влад, чей отец был сотрудником Росгвардии, тут же набрал отца и всё ему объяснил. Отец сказал не лезть и что через несколько минут прибудет наряд.

Парни убегать не стали и решили всё снять на телефон, чтоб после их запись послужила в суде доказательством. Однако то, что случилось дальше, стало не доказательством, а контентом, благодаря которому о них узнали все.

Молодой парень в черном спортивном костюме легко, одним прыжком перемахнул через трёхметровый забор. Затем он вошёл под крышу, откуда тут же раздался мат и крики боли.

Не прошло и минуты, как парень оттуда вышел и спокойно перепрыгнул через забор.

Максу и Владу настолько стало любопытно, что они быстро спустились по лестнице и забежали внутрь. То, что они обнаружили, никак не укладывалось в голове. Две девушки сидели в обнимку в углу и рыдали, но беззвучно. И больше никого не было. Вообще никого. Только какая-то серая пыль под ногами. Словно пепел.

Что парень сделал, девушки так и не смогли рассказать ни парням, ни сотрудникам полиции, ни психологам, что с ними работали. Хотя они чётко помнили, что было.

Появился парень и с какой-то нечеловеческой скоростью уложил всех на пол, сломав кому челюсть, кому руки. Затем он как-то интересно повёл пальцами по воздуху, и яркая вспышка озарила свет веранды. А после ничего, точнее, никого не было.

***

— Вот такие дела, Алекс. Народ тебя уже прозвал «Белый Мститель», и многие пытаются понять, кто ты такой.

— Твою налево. Ещё этого мне не хватало. Ищи другую квартиру. Сваливаем отсюда. Иначе я так и не решу вопрос, а только и буду разгребать одно дерьмо за другим.

— Так и будет, — согласился Фантик. — Как снежный ком на вентилятор налетит, и хрен отмоемся.

Собрав вещи в кольцо, мы покинули квартиру. Решили переночевать пока в машине. Точнее, в палатке, которую я поставил, приехав в лес. Мысль была одна: дело-то я сделал доброе, но зачем убил их, так объяснить себе я не смог. Словно какое-то помутнение.

В итоге вывел для себя одно: новая Россия мне не нравится, а потому надо будет что-то с этим сделать. Переключить внимание мира на что-то другое, чтоб они сплотились вокруг какой-то цели, а не грызли друг друга. Народ должен быть един. Вот придёт к ним тварь иномирная, и что они будут делать? Надо дать им цель объединиться. Осталось придумать, какую. В принципе, Пожиратель Миров подойдёт.

Как только эта мысль осела в голове, я озвучил её Фантику, и он начал подготовку, чтоб сливать это всё в интернет. Начнём с бэк-истории, легенд и прочего, а там поглядим, как карта ляжет.

***

Небольшое послесловие от автора: Друзья, хочу сделать небольшую, но важную ремарку к этой главе. Моя книга — это боевое фэнтези, мир придуман от начала и до конца лично мною. Сцена, описанная выше, нужна исключительно для того, чтобы показать контраст восприятия Алекса и его оторванность от современных земных реалий после Эоса. Всё написанное — чистый вымысел. У меня нет ни малейшего желания разжигать межнациональную рознь или кого-то задевать. Если вы увидели в тексте совпадения с реальными людьми, новостными сводками или конкретными дворами — знайте, это вышло совершенно случайно. Читаем фэнтези и наслаждаемся историей!

Всем добра!

Глава 5

Глава пятая.

Так и знал, что всё дело в личной выгоде!

Сергей не спал вторые сутки. Голова раскалывалась. На лбу красовался такой здоровый синяк, что ему пришлось надеть бейсболку, чтоб хоть как-то его скрыть. В отделе только ленивый над ним не подшучивал. Надо же, какой-то пацан одним камешком вырубил оперативника со стажем!

Сейчас он находился в конторе и направлялся по коридору к коллеге, который также был назначен на это дело. Вообще, по поиску монет работали двое оперативников, каждый со своей группой, причём неофициально. Всё это дело курировал лично директор ФСБ.

Подходя к двери, он мимолётно прочитал табличку: «Старший оперуполномоченный по особо важным делам Сёмочкин А. В.».

Открыв дверь, старший оперуполномоченный Сергей Шилов сходу сел в кресло и закурил.

— Здорово, Тёмыч. Есть чего на парня? Три дня прошло.

— Не-а. И открой окно.

Он улыбнулся, встал и, открыв окно, сел на подоконник.

— Кто он такой, как думаешь?

— Найдём — спросим, откуда такой красивый на наши головы взялся.

— Не только красивый, но и умный. Спецы смогли вытащить какую-то инфу из ноута. Там почти все данные уничтожены, но кое-что всё же удалось выяснить. Этот парень насоздавал себе кучу личностей. Причём чистые, почти без следов. Наши до сих пор в шоке, сколько он дыр обнаружил в софте. Также, прикинь, это он все эти монеты на аукцион выставил.

— Да уже догадался, — пробурчал Артём, дописывая что-то в папке и убирая её в стол под замок. Затем встал и включил чайник.

Затянувшись, Шилов спросил:

— Ну и что делать дальше будем? Шеф-то наверняка уже слышал, что монеты появились.

— А что будем делать? Искать будем. Вот как так-то? За семнадцать лет службы, из которых одиннадцать я гоняюсь за этими монетами, этот парень за раз продал больше, чем я вообще слыхал о них. И главное — настоящие ли они? Может, подделка.

— Не-а, — не согласился он, туша сигарету. — Спецы говорят, тот аукцион специально под них создан был, и организаторы давали гарантию возврата средств в случае обмана. Потому и комиссию брали конскую.

— Вот скажи, зачем нашему шефу эти монеты?

— Вообще не в курсе, — легко соврал оперативник. — Как-то в бане с ним были, он напился, и прикинь — даже тогда не проговорился.

— Старая школа. Хрен ты его на водке разговоришь, — Артём насыпал чаю и заварил. По кабинету пошёл запах цитрусов.

— Что же, сука, с ним делать? Какой-то он неправильный. Вот реально, откуда он камень достал, чтоб в меня садануть? А ещё удар такой силы был, что меня, мужика под сотку килограмм, откинуло, как доходягу какого-то. Не вяжется хакер и каратист в одном лице. Может, их двое было?

— Зря ты так. Айтишники нынче другие пошли. И боевыми искусствами занимаются, и саморазвитием. Время грязных растянутых свитеров, рубах, замызганных в кетчупе, и немытых голов, коими мы их всегда привыкли видеть, прошло. Сейчас такие ребята и задачку решат, и в глаз дадут. Сам же понимаешь: платят им хорошо, а когда деньги есть, начинаешь задумываться над тем, чтоб пожить подольше.

— Пожить подольше — это хорошо, конечно. Сам бы не отказался.

— Так, всё, Серёга, давай выметайся, иди работай, а я поехал.

— Куда? — спросил он, не успев скрыть любопытства.

— В навигаторе Кривцова нашли пару адресочков, скатаюсь, узнаю, что там да как, заодно проветрюсь. Засиделся что-то я с этими бумагами.

— Далеко, что ли?

— Нет, в Павловский Посад поеду, в какую-то там деревню. Кстати, Кривцов же твой был человек, не выяснил, откуда у нашей цели его «гелик»?

— Не отвечает на звонки. Раз пятьдесят уже звонил.

— Понятно. Ладно, всё, как доеду, узнаю — в чат всё скину.

Провожая взглядом спину коллеги, Шилов думал: «Что-то, Тёмыч, ты темнишь». Развернувшись, он направился в свой кабинет. Монету, что он забрал у Давида, он так и не передал, желая всё же разобраться, зачем они нужны и почему такой кипиш из-за них.

***

Следующие три дня мы провели в лесу. Причём не там, где изначально заночевали, а в другом месте. Естественно, машину мы бросили.

Тем временем в интернете уже забыли о том, что случилось в Томилино. Ещё вроде позавчера всё бурлило: кто он такой, «Белого Мстителя» в президенты, ну и так далее, а сегодня уже всё. Всем плевать, у них гречка и туалетная бумага. Ах да, ещё бензин. Вот понять не могу, как в одной из самых крупных стран с богатыми ресурсами может быть проблема с бензином? Это для меня какая-то дикость.

Без дела я, конечно, не сидел. Всё это время я читал, учил, осваивал современные технологии, что изменились за эти годы. И, конечно же, играл. Но вот что обидно: новые «Герои» оказались отстоем. Вторая и третья части «Героев меча и магии» останутся в моём сердце навсегда.

Ещё спустя день мы выбрались из леса, и я отправился за покупками. Ездил по разным магазинам, надев медицинскую маску, и скупал всё. Но так, чтоб не привлекать внимания.

Это всё было утомительно. Вот тогда-то Фантик и предложил тупо всё заказать, оплатить онлайн, чтоб не было проблем: мол, нам всё привезут в одно место, и не надо будет кататься по всей Москве. Почему он сразу не предложил, я не понял, но щелбан ему отвесил, чтоб был повнимательнее, а то в этих своих сериалах капец он залип.

Вообще, мы не просто так сидели все эти дни. Мой круглый розовый пушистый друг искал инфу на девушку по имени Медведева Светлана Вячеславовна, дочь Комарова Вячеслава Анатольевича.

— Светлане тридцать один год. По образованию химик-технолог. Работает преподавателем в московском университете. В разводе. Фамилию после не сменила. Дети — дочь Анастасия, шесть лет. Её отец, учёный, физик-теоретик, пропал в 2019 году. Числится пропавшим без вести. Мать Светланы умерла от болезни, не смогла пережить пропажу мужа.

Дальше — больше. Бывший муж Светланы Николай оказался наркоманом, развод был тяжёлым. Он даже воровал дочь. Дважды. Пока ему не объяснили, что так делать нельзя. Кто — неизвестно, но с тех пор он более не доставлял ей проблем и вообще исчез с радаров. Зарабатывает не так чтобы много, но в последнее время её траты увеличились. Появились покупки как в технике, так и в одежде. Несколько раз заказывала мебель домой. Недешёвую. Часто обращается к психологу. Дочь также водит к психологу, но другому. Ни с кем не встречается, на свидания не ходит.

— М-да уж, — покачал я головой и сделал глоток двойного эспрессо. — Нелегко девушке пришлось. Кстати, а откуда деньги?

Кофе — это жизнь. Вот чего-чего, а его я закуплю на тысячу лет вперёд. А лучше — на десять тысяч. Лишь бы вместимости кольца хватило.

Пока я пил кофе, он вводил меня в курс дела. Причём каждый раз, когда он что-то узнавал новое, то начинал с самого начала. Была у него такая привычка. И вот сейчас мы сидели перед подъездом той самой Светланы, что уверяла, будто её отца похитило государство. Якобы узнал секрет и хотел о нём поведать миру, но они его похитили и, скорее всего, убили или посадили в закрытую тюрьму.

Именно такие ролики с новостных каналов нашёл Фантик в инете. Что примечательно: таких случаев мы нашли четыре, но в трёх других дети учёных молчали и никаких заявлений не писали. Из всех данных, что он получил, именно это больше всего его заинтересовало. Триггером стало словосочетание объект «Радужный».

Когда он мне это сказал, я и сам воспрял духом. Ведь это след. Может, конечно, быть совпадение, но, как по мне, это Светочи. Ух и любили они всё со словом «радуга».

— Вот это выяснить не получилось, так как ей явно кто-то платит наличкой. Может, чтоб молчала, а может, что ещё. Тут не скажу. Не смог найти инфу.

— Когда она дома будет?

— Через два часа. Поэтому предлагаю тебе съездить купить нормальные вещи, чтоб выглядеть представительно. Заодно купим принтер и бумагу. Сделаем тебе визитки. Будешь ими представляться, в данном случае станешь журналистом, что расследует это дело, мол, у тебя есть зацепки.

— А что, может и сработать, — согласился я и завёл машину.

Через три часа я, весь такой красивый, с тортиком и шоколадным яйцом для дочери Светланы, позвонил в домофон.

— Здравствуйте, вы к кому?

— Добрый вечер, Светлана. Я Александр, журналист из телеканала РЕМ-ТВ. Можно у вас взять интервью? Я много времени не займу.

— Извините, Александр, но у меня нет времени.

Проговорив это, она уж было хотела отключиться, но мои слова не дали ей этого сделать.

— Я знаю про кристалл!

Сказал я это наобум, но, кажется, попал в точку. Её глаза округлились, а следом дверь открылась, и я вошёл внутрь.

Однако внутрь вошёл не я один. Следом вошли два амбала. В джинсах, чёрных футболках и со сбритыми затылками. На шеях золотые цепочки толщиной с мизинец. Какие-то братки из девяностых.

Я уже знал, что так нынче не одеваются. Теперь в моде костюмы от разных там Юдашкинов и прочих знаменитостей. Оружие нынче нет смысла носить. Всё решают в кабинетах, и если тебе нужно решить вопрос, например, с отжатием завода — то вместо братков есть всякие ЧОПы.

Кстати, надо будет закупиться журналами и прочей фигнёй для Жужжали. Пусть порадуется.

— Вам какой? — зайдя в лифт, поинтересовался я у них.

— Седьмой, будьте любезны.

Хрена себе он выдал!

Я думал, он даже не ответит мне. А он вон какой вежливый. И что вообще неудивительно, мне также на седьмой. Ох, чует моё сердце, в одну квартиру мы идём.

— А вы случайно не к Светлане?

— К ней, — парни насторожились. Но я поспешил их уверить, что не представляю опасности.

— Я тоже. Вот на свидание хочу позвать, — продемонстрировал им торт. Увидев сладость, они расслабились. — Мы коллеги на работе.

— Тоже химик?

— Да. Кандидат… доктор химических наук.

— Уж больно ты молод, — заметил один из них.

— Ум — он же не возрастом измеряется. Детство за книжками провёл по настоянию матери. А хотелось бегать в футбол с пацанами со двора.

Они понимающе кивнули.

— Моя тоже книжками меня кормила. Даже институт на юриста закончил. Но, как говорится, мы предполагаем, а судьба располагает.

Вот стою, общаюсь, и никак в голове не укладывается наш разговор при их специфичной внешности.

Мы вышли из лифта.

— А вы к ней по какому поводу? Ну мало ли, вдруг у нас конфликт интересов.

Братки переглянулись.

— Не парься, пацан. У нас чисто деловые отношения.

Я показательно расслабился и потянулся к звонку двери. Прозвучал звонок, а после дверь открылась, и оттуда выглянула Светлана в домашнем халате, надетом на красивое, скажу вам, тело. Я бы даже сказал, спортивно-красивое. Только вот лицо уставшее.

— Александр? — Затем она перевела взгляд на братков и тут же изменилась в лице. Но нет, не испугалась. — Николай, Пётр. Что-то случилось?

— Здравствуйте, Светлана. Проблемы на производстве. Вы срочно нужны.

— Светлана, закройте, пожалуйста, дверь. У меня личный разговор с этими замечательными ребятами. Только вот тортик возьмите и шоколадные яйца для вашей дочери.

Я чувствовал, как её пульс подскочил при виде братков. Значит, что-то тут не так. В принципе, я уже начал привыкать. Поэтому решил сразу всё взять в свои руки.

Светлана нерешительно закрыла дверь, а я повернулся.

— Так, товарищи, давайте проясним. Первое: вы явно не из института. Так о каком производстве идёт речь?

— Саша, ты бы не лез в чужое дело. Глядишь, всё у тебя будет хорошо, — проговорил тот, кто явно был Колей.

— Может, спустимся чуть ниже и поговорим? — предложил я и, не дожидаясь, пошёл к лестнице.

Они переглянулись и пошли следом.

— Парень, оно тебе надо?

Два удара в грудь, и вот эти амбалы, схватившись за грудь, пытаются вздохнуть, сидя на чистом полу. Хм, а тут убираются хорошо. Видимо, управляющая компания не только ворует деньги, но и что-то делает.

— Повторю свой вопрос. Что за производство? Во что вы её втянули?

Николай первым пришёл в себя, чтоб через секунду снова начать задыхаться. А вот нечего тянуть ко мне свои ручища.

— Так, Пётр, может, ты посообразительнее будешь?

— Она сама к нам пришла. У неё проблемы были с мужем. Наш босс их решил. За это она на нас работать начала.

— Это ты, конечно, молодец, но я задал вопрос: что за производство? Будь так любезен и ответь. Пока я головы не размозжил.

— Мы не в курсе. Честно. В нашу задачу входит только доставка Светланы до объекта и обратно. Мы частные охранники, и всё.

— Да? А чего одеты как братки из девяностых?

— Так форс-мажор же случился на производстве. А мы с Николаем ехали на вечеринку «кому за тридцать». Там тематика сегодня — девяностые, вот мы и оделись соответственно.

Упс.

— Ясно всё с вами. А теперь слушайте внимательно, — я схватил обоих за грудки и пару раз хорошенько приложил о стену, выбивая из них остатки воздуха. — Сейчас мы вместе поднимаемся наверх. Вы звоните в дверь и максимально вежливо сообщаете Светлане, что тревога оказалась ложной и ехать ей никуда не надо. Мы поняли друг друга?

Для пущей убедительности я вырвал железную балясину из перил и завязал её в узел.

— Д-да, поняли, — прохрипел Николай, косясь на искорёженный металл. — Только, боюсь, этим всё не кончится, и Светлана из-за твоих действий может пострадать.

— Я решу вопрос. Главное — вы всё сделаете красиво, а потом свалите с дороги и останетесь целы. Хорошего похода в клуб, много не пейте.

Я подтолкнул их к лестнице, и мы направились на седьмой этаж. Пора было пообщаться.

Николай нажал на звонок. Дверь открылась, и на пороге снова появилась Светлана, напряжённо глядя на братков.

— Светлана Вячеславовна, — натянув самую вежливую улыбку, проговорил Николай. — Произошла ошибка. Тревога оказалась ложной, вам никуда ехать не надо. Извините за беспокойство.

С этими словами они развернулись и поспешно, стараясь не бежать, скрылись в кабине лифта.

Светлана проводила их ошарашенным взглядом, затем посмотрела на меня и, чуть помедлив, пригласила внутрь. Она не сильно мне поверила, что всё так просто разрешилось, но что-то в моём спокойном виде её убедило. Хотя, скорее всего, дело в том, зачем я пришёл.

Мы сели на кухне, а её дочь ушла к себе в комнату. Перед этим сказав мне спасибо за гостинец. Какая вежливая девочка.

— Слушаю вас, — она скрестила руки и оперлась спиной на закрытую дверь кухни.

— Вы, наверное, уже поняли, что я никакой не журналист.

Она на это только издала смешок и скривилась в улыбке.

— Вы считаете, что вашего отца похитили или убили. Всё из-за того, что он якобы нашёл что-то или работал над чем-то. И, как я могу догадаться, этим чем-то был кристалл. Вот такой.

Я протянул ей листок, что распечатал мне Фантик, нарисовав его с помощью нейросети. Когда я ему показал запись из пустынного города, где мы с Бардом отыскали осколок памяти.

— Сама его не видела, но, судя по этому изображению и тем оговоркам, что говорил отец, он именно такой. Откуда он у вас? Вы его видели?

— Ага. Скажите, а где ваш отец работал? Я не имею в виду официальное место работы. А то, где он точно не числился.

— Не знаю. Какой-то секретный объект.

— То есть у вас нет никакой информации?

— Нету. Это же государство. Там всё секретно.

— Хорошо. А вам что-нибудь говорит слово «Радужный»?

— Это сказка или миф.

— Вы могли бы мне рассказать? А то перерыл всю сеть, но так ничего не нашёл.

— Ещё бы, — она усмехнулась. — Государство вычистило всю сеть. Как бы ни говорили, что всё остаётся в сети. Но нет. При желании и средствах даже из интернета можно убрать то, что нужно. Главное — очень захотеть этого.

Она отошла от двери и села за стол. Затем рассказала мне сказку про монаха, который нашёл кристалл, что обладал магией. Любой, кто до него дотронется, исчезнет.

Когда она закончила, то на её лице появилась такая красивая, милая улыбка.

— Александр, вы так слушаете, будто верите во всё это.

— Магия существует, — сказал ей я. — А ещё я бы хотел уточнить: ваш отец это поведал вам?

— Да. Когда я была маленькая.

— А он случайно не говорил, где это было? Ну, тот монах, что нашёл кристалл.

— Нет. Этого он не говорил.

— Печалька. Но всё равно вам спасибо. И да, скажите, пожалуйста, что за производство?

— О чём вы?

— Ну, эти два типа. Они хотели, чтобы вы поехали на производство. С учётом, что вы химик, а они выглядели как братки, у меня закрадываются нехорошие мысли. Нет, понял я, что они клоуны, ну точнее, переоделись для ночного клуба, но всё равно. Наш с ними разговор…

— Вы точно не журналист.

— Нет, не журналист. Скажем так, человек с большими связями. С очень серьёзными связями и могу решать вопросы. Вы мне помогли, а я вам, скажем так, подлянку сделал. Ведь у вас наверняка из-за меня будут проблемы. Поэтому я хотел бы решить ваши проблемы, так как чувствую себя виноватым.

— Простите, Александр, но вам лучше не соваться. Там очень опасные люди.

— Как понимаю, у вас был наркоман-муж, он вас доставал. Вы обратились к бандитам, и они с ним разобрались, а после вы начали применять свои профильные навыки. Наркотики варите?

Она неохотно кивнула.

— Понятно. Не переживайте, помогу вам, а вы поможете мне. Попробуйте вспомнить или покопаться в бумагах отца, компьютере, может, всё же где-то есть объект «Радужный», направление хотя бы какое-то. Мне это очень нужно.

— Зачем?

— Этот кристалл принадлежит моему знакомому, и его надо вернуть, — честно ответил я.

Видимо, мой тон, моё выражение лица её убедили. Но тут она резко поднялась и взглянула в окно.

— Саша, бегите.

Вместо вопроса «зачем?» я тоже взглянул в окно. Два внедорожника припарковались у подъезда, и оттуда вышли братки. Включая Петра и Николая.

— А быстро они. Даже часа не прошло.

Открыв окно, крикнул:

— Коля, Петя, я спускаюсь! — помахал им рукой и закрыл окно.

— Не переживайте, Светлана, я сейчас решу вопрос и буду ждать вашего звонка. Постарайтесь что-нибудь найти. А вот это вам за неудобства, вы же только что потеряли работу, — положил я два миллиона на стол.

Под её удивлённым взглядом покинул квартиру и начал спуск.

Выйдя из подъезда, я сразу направился к ним. Среди амбалов обнаружился молодой парень лет двадцати пяти. Светло-голубые джинсы, белая футболка, голубоватый пиджак. Золотой браслет, в руках яблокофон последней модели, как у меня. Волосы уложены в модельную стрижку. Типичный мажор.

— Так, его в машину, в другом месте поговорим, — скомандовал мажорчик после того, как осмотрел меня.

— С чего вы взяли, что я сяду к вам в машину?

— Кто тебя спрашивать будет. Я сказал — ты выполнил.

— Ой ли? А если так? — я согнул пальцы за спиной, и колеса двух внедорожников лопнули.

На лицах амбалов появился испуг, они тут же заозирались. Чего это они? А-а-а, думают, у меня снайперы. Хм, подыграем.

— Если хотите уйти отсюда целыми, советую свалить. У вас десять секунд. Потом в вас появятся дырки, несовместимые с жизнью. И если ещё раз сюда явитесь — вас больше не найдут.

— Ты знаешь, кто я такой?

— Кто?

— Дмитрий Смирнов.

— Рад за тебя. Но повторюсь. Свалите, и более сюда не приезжайте, она больше с вами не работает. И да, поверь, с нами вам лучше не связываться. Силёнок не хватит.

— Так, закиньте этого придурка в багажник и рот закройте ему. Поговорим с ним у себя. А вы, Коля и Петя, вызывайте эвакуатор. Или сейчас сами колёса клеить начнёте.

— Да что так народ-то отупел!

Сделал вид, что смотрю куда-то и киваю, и в этот момент раздался звук прожигаемого воздуха. Они обернулись и увидели, как кумулятивное копье, очень похожее на выстрел РПГ, летит в их машину.

Все побежали врассыпную, а я сам стремительно направился к машине. Сев в которую, сделал вид, что уехал. На деле прокатился кружок вокруг дома и вернулся. Вдруг они решат всё же навестить Светлану. Но оказались умными, и вместо этого отправились куда-то в другую сторону. Чем спасли себе жизнь.

Не все идиоты. Это уже радует.

Посидев минут двадцать, я отправился в сторону Павловского Посада. Решив, что пора поговорить с Кантемиром.

***

Старший оперуполномоченный Сёмочкин А.В., когда подъехал к дому Александра Астапова, терзал себя смутными сомнениями, что ему уж больно знакомы эта фамилия и имя. Только увидев парня в коляске, он вспомнил, откуда ему знакомо всё это. Старый армейский друг. С кем они столько раз дрались, и причём в итоге стали друзьями. Как, впрочем, это часто бывает.

Выйдя из машины, он улыбнулся, и тут же подошёл и обнял Сашку.

— Братуха, сколько лет, сколько зим! Как так-то, а? Ты, оказывается, рядом живёшь, а я и не знал.

— Простите, но я вас не узнаю.

— Ах да, я слышал от ребят, что ты потерял память в тот день. Вообще та ваша история невероятна. Да главное — жив. Я Артём, мы служили с тобой. Сёмочкин я.

Лицо Александра тут же смягчилось.

— Привет, Артём, но не помню тебя. Ты уж пойми.

— Да ничего, зато я тебя помню и твоего дружбана Артура. Пусть земля ему будет пухом.

— Его я, кстати, тоже не помню. Меня тогда фурой в обрыв выкинуло, а я ещё и затылком об камень, что под снегом спрятался, приложился от всей души. Ой, да ты входи в дом, хоть пообщаемся, может, благодаря тебе что вспомню.

Артём вошёл в дом. Жена Александра Марина быстро и умело накрыла стол. Первый час они просто беседовали. И Артём рассказывал всё, что помнил об армии, о том, где сейчас служат остальные ребята. Затем он плавно перешёл к теме своего приезда. Мол, что ехал он сюда по делу, а то, что они встретились, — это чистая случайность.

— Саша, тебе этот человек знаком? — опер протянул фотографию.

— Да, я его знаю. Ну как знаю. Он приходил ко мне.

— И кто же это?

— Он представился сыном Артура Каширина.

— Да ладно. Ты сейчас не шутишь?

— Нисколько. Сам удивился. Ведь он на него не похож.

— Погоди, но ты же сказал, что не помнишь…

— Не помню, но фото Каши у меня в шкафу есть. Да и другие фотки с армейки имеются. Так что думаю, даже ты там где-то найдёшься. Давно я туда не заглядывал.

— А ну, покажь. А то я свой альбом пролюбил. Дом у меня сгорел в деревне.

Следующий час они рассматривали фотки, а Саша дописывал, когда Артём подсказывал, кто есть кто.

И вот, когда он уже хотел спросить, зачем сын Артура приходил, дверь на кухню открылась и вошла Марина. Затем улыбнулась и произнесла: — А у нас гости, — и отошла в сторону.

— Добрый вечер, извините, что так поздно, — проговорил парень с фотографии на столе.

— Замри, руки вверх! — Артём молниеносно вытащил и наставил на парня пистолет.

— Здарова, Сёмка, а ты постарел, — расплылся парень в улыбке.

— Меня так только один человек в жизни называл, и были у него здоровенные такие яйца.

— Нормальные у меня яйца, как у всех. А ты, Сёмка, оружие убери и лучше сало давай нарезай. Будем историю слушать. Мою историю. А Светоч после расскажет свою. Да, Кантемир? — повернулся молодой парень к хозяину дома, что раскрыл рот и не мог вымолвить ни слова.

Глава 6

Глава шестая

Как такое возможно!

Дмитрий Смирнов являлся сыном Иннокентия Смирнова — олигарха, чьё имя открывало любые двери, а связи уходили на самый верх. Дима с детства привык получать всё по щелчку пальцев. Для него не существовало слова «нет». Закон, мораль, чужие границы — всё это легко разбивалось о бездонный отцовский счёт. Так, насмотревшись криминальных сериалов, он решил поиграть в Пабло Эскобара и завёл собственный картель, словно экзотическую ручную зверушку.

И надо сказать, в последнее время дела шли неплохо: новый талантливый химик в лице Светланы, что по совместительству являлась его преподавателем в университете, плотно сидела у него на крючке и дело своё знала. Однако того, что произошло сегодня, Дмитрий никак не ожидал. Точнее, его ошарашило то, что не выполнили его приказ.

Получается, какая-то конкурирующая бригада пронюхала о ней и решила нагло отжать ценный актив? Как же он визжал на своих дуболомов, которые не смогли справиться с одним-единственным наглым пацаном в дешёвом костюме! Умом-то он понимал, что тот был не один и его прикрывали не только снайперы, но и гранатометчики, что только добавляло весу конкуренту или отмороженности. Но это лишь злило ещё больше. Это кем же надо быть и какую «крышу» иметь, чтоб не побояться использовать боевое оружие посреди бела дня?

Именно с этими яростными мыслями он распахнул двери и завалился в роскошный кабинет отца на верхнем этаже трёхэтажного особняка в элитном районе Москвы — Барвихе.

— Отец, у меня проблемка.

— Слышал уже. Мне недавно звонили из главка, — Иннокентий Смирнов неспешно откинулся в кресле из кожи ската. — Говорят, ты там войнушку устроил. Не стоило. Ты привлёк лишнее внимание к нам. Сейчас это не нужно.

— Нет, там всё не так, отец. Приехал за своей работницей, помочь ей решить проблемы. Только вот эта проблема оказалась с зубками. Звякни кому надо. Пусть твои прикормыши притащат мне этого урода. Хочу лично с ним пообщаться, — Дима по-хозяйски подошёл к бару из вишнёвого дерева, что ранее принадлежал королю Людовику, достал бутылку коллекционного «Макаллана» стоимостью в хороший автомобиль и плеснул себе в стакан. — А ты, кстати, что так хорошо выглядишь? На диету сел, что ли? Или любовницу молоденькую завёл?

Отец и вправду выглядел пугающе молодо с их прошлой встречи. Ему было шестьдесят два, но сейчас максимум можно дать полтинник. Исчезла одышка, разгладились глубокие морщины, а взгляд снова стал хищным и цепким, как в лихие девяностые.

— Да нет, сынок. Представляешь, мне всё же удалось купить одну из монет. Ой, ладно, не буду скрывать, я скупил три монеты на закрытом аукционе.

Дмитрий замер, так и не донеся бокал до рта. Он слышал от отца эту байку тысячу раз. Мол, существуют древние монеты, которые хранят в себе неведомую силу, и есть особые учёные, что научились эту силу извлекать, смешивая с другими ингредиентами и получая эликсир молодости. Дима всегда считал это блажью стареющего богача. Ещё бы, кто захочет умирать, имея столько денег.

И сейчас он поразился не тому, что байка оказалась правдой. В груди кольнуло отнюдь не сыновнее счастье: он вдруг осознал, что отец не умрёт в ближайшие лет десять, как Дима тайно планировал, примеряя на себя корону империи Смирновых. Проблемы с конкурирующей бригадой моментально ушли на второй план.

— То есть… это всё правда?

— Да, сынок. Безумные деньги, но оно того стоит. Поэтому одну монету я оставил для тебя. Если вдруг что случится с тобой — всё-таки ты у меня парень рисковый, любишь поиграть в гангстеров. Она спасёт тебя с того света. Или же поживёшь подольше.

— Покажешь?

— Нет, конечно. Во-первых, их уже нет, они обращены в эликсиры. Которые спрятаны очень далеко и надёжно. Во-вторых, есть специальный человек, который даже на край света примчится с ней, если что случится.

— Понятно. Спасибо, отец, не ожидал. Честно, если б не твой вид, подумал бы, что ты сбрендил на этих монетах, — Дима залпом выпил виски, пытаясь скрыть разочарование. — А что насчёт того придурка с гранатомётами?

— Фото есть?

— Ага. Успел его щёлкнуть на мобилу, пока он права качал, — Дмитрий передал отцу телефон.

Иннокентий лениво взглянул на экран, и вдруг его брови поползли вверх, а хищные глаза сузились.

— Что такое, отец?

Вместо слов Смирнов-старший развернул к сыну огромный экран моноблока. Там было открыто зашифрованное письмо от его друзей из МВД: размытое фото человека в маске, который, как предполагалось, и был истинным владельцем тех самых монет, выставленных на аукцион.

— Тебе не кажется, что эти два человека — одно лицо? Тот же возраст, причёска, телосложение, а главное — чётки. Уж больно они необычны, — тихо, но с металлом в голосе произнёс Иннокентий.

— Твою мать…

— Дима. Бери наших лучших людей. Бери кого угодно. И притащи его мне живым. Сделаешь это — и получишь абсолютно любые деньги на развитие своего маленького бизнеса. Я засыплю твой картель так, что ты станешь королём улиц.

Дмитрий резко вскочил, почувствовав, как в крови закипает адреналин и жажда власти.

— Сделаю, отец. И даже знаю, как.

***

Мы сидели на кухне за накрытым столом, ведь я пришёл с полными пакетами еды и выпивки. Сейчас стол ломился от еды, а Артём то и дело недоверчиво косился на меня. После нескольких вопросов про армию он не то чтоб уверовал, что я и есть тот самый Сашка Астапов, но оружие убрал. Уже хлеб. Выпив по первой, Кантемир заговорил первым.

— Мне было четырнадцать, когда мой отец ушёл на войну с проводником в очередной мир, только в этот раз он не вернулся. Что там и как произошло, никто мне так и не рассказал. Во мне бурлил подростковый максимализм…

— Правильно говорить «юношеский максимализм», — поправила его Марина.

— Конечно, родная, — он поцеловал её, а после продолжил: — И я решился пройти через ничейные земли и уйти в мир, жить не отшельником, а обычным человеком. Не хотелось более жить в лесу, вдали от всех. Набрал в хранилище артефактов, эликсиров, разных зелий исцеления и отправился в путь. Всё-таки я уже был магом и владел некими плетениями.

Только вот, когда прошёл через монстров и тварей немыслимых рангов, облажался на том, что доверился мальчишкам, пообещавшим отвести к лекарю. Там-то, дома, я общался только с родными по крови, и все друг другу доверяли, а тут…

В общем, меня раздели, обули и забрали всё. А после… если верить словам Саши — а не верить ему у меня поводов нет, особенно с учётом, что у него чётки моего отца…

Он вёл рассказ, а Марина, что сидела с нами, молча слушала. Видимо, он ей давно всё рассказал.

— Я нашёл их на турнире «Зов крови», и не только их. Элементаль твоего отца тоже во мне. Плюс я нашёл книгу Светочей и тело твоего отца. Он в одном из осколков миров, что используется для турнира.

— Ожидаемо. Архитектор собирает все уничтоженные миры. А на турнире-то победил?

— Ага.

— В каком ранге был?

— Ученик.

— Серьёзно? А ты парень не промах, — он дёрнул головой, восхищаясь моим достижением. — Нет, реально ты крут.

Мы чокнулись и выпили.

— Погоди, погоди, ничего же не понятно, — замахал руками Артём. — Получается, вы сейчас в телах друг друга?

— Ага, — сказали мы и снова налили водки.

— Мне, кстати, это больше нравится, — его жена вновь прильнула к мужу и поцеловала.

— Мне тоже оно больше нравилось, — сказал я, и мы в голос заржали, отчего Марина на нас цыкнула, так как Данька спит.

— Так, ещё раз: ты, Сашка, — маг? Саша Астапов, мой армейский друг. Можешь файрболами кидаться? Правильно я понимаю?

— Всё так, Сёмка. Всё так. И не только ими.

— И прям вот магию можешь творить, как в кино?

Я поднял руку и создал четыре шарика из разных стихий, что меняли форму по одному моему желанию, становясь то квадратами, то пирамидками. А после они облетели вокруг каждого, чтоб по итогу взорваться маленькими фейерверками.

— Честно, кому расскажу — не поверят. Давай-ка ещё по одной. Крыша едет от всех этих миров, магии, драконов и прочего, — Артём поднял рюмку и выпил залпом. А мы чего? Мы ничего, тоже выпили.

— Кантемир, давай дальше рассказывай.

— Да-да, что там дальше? Ты как в его шкуре оказался? — Артём подался вперёд, не сводя глаз с Сашки, то есть с Кантемира.

Тот кашлянул, бросил быстрый взгляд на Марину — та едва заметно кивнула, мол, давай, не в первый раз, — и заговорил с лёгкой улыбкой на лице. Столько лет уже прошло, всё давно пережито.

— Очнулся в сугробе. Зима, лес, снег по пояс. Башка трещит, тело болит, ничего не соображаю. А ведь за миг до этого я был совсем в другом месте. Лето, тепло, трава повсюду зелёная. Меня те мальчишки мутузили, думали, что что-то скрываю, а когда поняли, что нет у меня ничего, то отволокли куда-то. Но я потерял сознание, а когда очнулся… Вот только очнулся тут.

— Они тебя в канаву сбросили умирать, — подсказал я, вспомнив, где сам открыл глаза.

— Ну вот, я, наследник великого рода, и умер в канаве, получается. Стыдоба. Эх, прав был дядька Ярослав. Доверчивый я.

— Дальше-то что? — поторопил его Артём, который ввиду своей работы не любил, когда разговор уходит от темы.

— Как уже говорил — снег, мороз, тело чужое. Вообще понять ничего не могу. Да к тому же встать не получается, ноги отчего-то не слушаются. Потянулся на автомате к кольцу с зельями, а его нет. Только потом вспомнил: мальчишки сняли.

Он перевёл дух, мы разлили ещё по одной, и он залпом опрокинул рюмку, а после продолжил:

— Первые минут десять вообще не понимал, где я, кто я и почему ноги не слушаются. А потом холод начал пробирать, пришлось шевелиться. Выполз кое-как на дорогу, благо недалеко была. Дальше — провал. Вижу только свет фар, фуру, машины, автобус, людей. Ну, это я сейчас понимаю, что машины обычные были, а тогда меня такая паника взяла, подумал — монстры огромные такие, что сознание просто-напросто вырубило.

— Это нас с Артуром та фура снесла, что чуть не впечаталась в автобус с людьми, — вставил я. — Мы тогда домой возвращались после дембеля. Ждали автобус на остановке, а фуру на льду занесло прямо на нас.

Выпили за Артура. Его тело, кстати, похоронили.

— Очнулся уже в больнице. Врачи сказали — чудом выжил, а вот каким чудом, они так объяснить и не смогли. Только вот тогда и решил, что прикинусь, мол, ни имени своего не помню, ни откуда родом. Притворюсь, что вообще пустота в голове. В общем, моя уловка, что память отшибло наглухо, прокатила. Врачи списали на травму, а мне только того и надо было. Я же вообще не понимал, куда попал. В Эосе же всё другое: люди, орки, гномы, а тут — машины, телефоны, палата на шесть коек. Я поначалу думал, что в бреду. Потом решил: раз уж так вышло, буду молчать и приспосабливаться.

Месяцы прошли, прежде чем я окончательно осознал, что это не сон и не галлюцинация, а другой мир. Так и выжил.

Он плеснул себе ещё водки, но пить не стал — просто повертел рюмку в пальцах.

— А потом родители нашли. То есть твои родители, — Сашка (Кантемир) кивнул на меня. — Приехали в больницу, плакали, обнимали. Я им никто, а они мне — чужие люди. Но деваться некуда, пришлось играть роль сына, что потерял память. Они, кстати, не в курсе, так что языки за зубами держите. Только Марина всё знает.

— Тяжко было? — понимающе кивнул я.

— Поначалу пипец как тяжело: каждый день боялся проколоться. Корил себя за то, что покинул родной очаг. Да и к тому же инвалидность, прям вот так подмывало повеситься или утопиться. А потом ничего, привык. Они хорошие люди. Я им благодарен. И вот, — он развёл руками, — живу. Жена, сын, небольшое производство по изготовлению кухонных гарнитуров да шкафов. Кто бы мог подумать. Маг великого рода, и кухни делать буду.

Артём выдохнул, откинулся на стуле и только головой покачал.

— Это жесть, пацаны. Это такая жесть, что я даже не знаю, чокнуться нам ещё раз или вам к психиатру пора. Или мне к нему. Хотя я и так каждый год к нему хожу.

— Не поможет, он сам свихнётся, — хмыкнул я, поднимая рюмку. — Давай. За нас. За обоих, что выжили.

— А у тебя как там дела?

— Я тебе после кристалл оставлю, там всё, что со мной произошло. Посмотришь и на мир, и на родственничков своих. А так, времени у меня немного, миру Эос грозит опасность. Я сюда пришёл не просто так. Мне нужно… — тут мой взор зацепился за инвалидное кресло, стоявшее в коридоре. — Так, погодь. Всё это потом. Держи, — протянул я Кантемиру высшее зелье.

Артём охнул, ведь оно появилось в моей руке прямо из воздуха. Одно дело — смотреть на фокусы со светящимися шариками, и совсем другое — видеть, как материальные предметы достают прямо из пустоты.

Он с улыбкой взял его в руки, покрутил. Затем весело хмыкнул.

— Знаешь, любимая, что это?

— Лекарство от кашля?

— Нет, милая. Это высшее зелье исцеления, о котором я тебе рассказывал не один раз. Если тебе отрезать голову, а после её приложить и влить его в тебя, ты снова станешь целой и невредимой. Отрубленные ноги отрастут, почка снова станет как новенькая.

— П-п-погоди. Ты что же хочешь сказать… Если сейчас тебе его принять, то станешь нормальным… Ой, прости, я не то хотела сказать, — бросилась она к нему на шею.

— Маришка, да ты чего. Я всё понимаю.

— Пей давай! — резко заявила она, когда отлипла от него, вытирая слёзы.

— Ага, пей давай, — согласился с ней Артём.

— Да погодите вы. Вы понимаете, что за этот флакон можно получить несколько миллиардов рублей? Тем более вон Артём в конторе работает, точно сможет найти нам прикрытие, чтоб не убили ради него, а заплатили. Всё же заживём как люди. Другим поможем. Не всем же повезло, как мне, иметь нормальную семью.

— Ты пей давай. Деньги — не проблема. Кстати, на вот, держи, — протянул я карточку. — Там сорок девять мультов в крипте. Тебе на жизнь хватит. Да если надо будет, я тебе ещё зелий подкину. У меня… короче, пей давай.

И он выпил, поняв, что оно не единственное, и что я маг с запасами, как и он раньше. Окончательно отбросил сомнения.

Первое, что начало меняться — это лицо. Морщины ушли, брови потемнели. Волосы на висках и затылке начали обильно расти. Затем он начал водить языком во рту, ещё бы, зубы начали восстанавливаться.

— Ешь! — придвинул я ему тарелку с остатками жареной курицы. — Марина, ещё еды. Восстановление пойдёт быстрее, если будет из чего брать энергию. Маны в мире у вас много, но сферы у него нет.

Она ничего не поняла, но метнулась к холодильнику и приволокла холодец с холодными пельменями.

В следующие полчаса он ел как не в себя, но всё уходило на восстановление. Когда действие восстановления закончилось, он сидел перед нами, скинув как минимум лет десять.

— Так и зачем я тебе, такому красавцу, теперь нужна-то? — рассмеялась жена Кантемира, разряжая обстановку.

Мы посмеялись и, конечно, ждали, когда он встанет. Я был уверен, что он встанет. И зелье не подвело. Кантемир в моём теле неуверенно, но с каждой секундой всё лучше и лучше стал ходить по комнате.

Сколько визга издала его жена — я даже уши закрыл. Отчего и сын проснулся.

А когда он зашёл на кухню и спросонья увидел отца стоящим на ногах, то не сразу понял, что происходит, а затем как разрыдался и бросился к отцу. Так прошёл час. Лучший час за последние годы в моей жизни.

После Марина увела его спать, а мы продолжили разговор, в котором я подробно объяснил, зачем я здесь, что происходит в Эосе, и что может случиться с этим миром, если его никто не защитит, когда придёт проводник и призовёт пожирателя.

— Ты в каком ранге сейчас?

— Магистр.

— Эмм, магистр?

— Ага.

— Так радужные маги же…

— Вот такой я особенный. Ладно, там ещё много чего со мной произошло, так что моя сфера не такая, как раньше у тебя была. Плюшки у меня от кое-кого сверху.

— Эй, стоп. Ты хочешь сказать, боги существуют? — Сёмка сидел с вытаращенными глазами.

— Там всё сложно. Представь мага с силой, способной стирать планеты или создавать их. Вот кто он для тебя будет?

— Ну, сильный маг…

— Да нет, Артёмушка, как есть бог будет. Потому как возникни я сейчас перед народом, да покажи всю свою мощь, да произнеси слова, что явился сюда, дабы паству свою покарать за жизнь неправедную — как думаешь, сколько народу поверит, что я бог? Правильно, дофига. Да, наш мир пропитан фэнтези-фильмами и книгами, наукой и атеизмом. Всё так. Но всё это до того момента, пока некое существо не сотрёт тот Эльбрус у них на глазах или поднимет воды океана.

— А ты так сможешь?

— Что именно?

— Ну, Эльбрус стереть?

— Хм, думаю, половину точно снесу. Но потом придётся ману восстанавливать дня три.

Теперь Кантемир на меня таращился глазами, размером чуть ли не с яблоки.

— Ты что за монстр такой там стал?

— Ух, ты даже не представляешь, как магистры плакали, когда я их в ранге ученика пинал. Сейчас уже, думаю, и с архимагом потягаюсь. Правда, вот недавно Грета Холодная мне показала, кто есть кто. Но я маг без году неделя, ещё научусь и покажу им, кто есть я, — с этими словами я гордо выпятил грудь и подбородок.

Мы немного посмеялись, я ещё рассказал про мир, про то, что надо сделать. После Кантемир ушёл к жене, а мы с Артёмом вышли на улицу.

— Так, Саша. Маги, драконы — всё это здорово. Но давай вернёмся к делам земным. Где банда Кривцова?

— Мертвы.

— Ты убил?

— Да. Я их отпустил и сказал, чтоб валили из города, чтоб ко мне не лезли. Забрал машину и уехал. Потом вспомнил, что меня они искали тут, у Кантемира. В самый последний момент успел. Они уже в дом лезли. Ты же понимаешь, что было бы, войди они сюда.

Артём понимающе кивнул.

— Это всё?

— Нет. Слыхал про случай в Томилино?

— Нет.

Я пересказал ему ситуацию, он посмотрел на меня. Помолчал и затем сказал:

— Может, так и надо. Может, тогда будет порядок, когда мы будем не сажать их, а убивать на месте. Без суда и следствия. Поймали за руку — и казнить. Вот тогда бы чиновники десять раз подумали, воровать у народа или нет.

— Артём, мне нужна твоя помощь. Мир, в котором я живу, как я уже сказал, в опасности.

— Что от меня нужно?

— Некий объект «Радужный». Он секретный. Найти инфу по нему не могу.

— Думаешь, там то, что ты ищешь?

— Ага.

— Знаешь, до сих пор будто в бреду. Вот вообще не верится во всё это.

— На вот, выпей это, — протянул я ему флакон. — Вот, «Великое очищение».

— Что это?

— Пей, не умрёшь.

Он принюхался, а затем залпом выпил. Не прошло много времени, как его согнуло. Я видел, как ему было хреново, и вспомнил, как сам однажды принял его в первый раз. Тогда Соломин со Шкварком решили надо мной так подшутить.

— Ты зачем мне это дал? — вытирая рот рукавом сорочки, он зло смотрел на меня.

— Держи, — протянул я ему зелье «Доброе утро».

— Нет уж, спасибо.

— Пей, говорю.

Он с неохотой принял и сначала раз пять принюхивался.

— Да пей, всё нормально.

Когда он выпил, то его глаза прояснились, лицо посветлело, а пот с лица сошёл.

— Очешуеть.

— Оно помогает выгнать весь алкоголь из тела. Плюс слегка омолаживает твою печень. Считай, тебе опять восемнадцать. То есть ей. Ты как был старый, так и остался.

— Ну, не всем же так везёт, как тебе.

— А хочешь отправиться со мной, когда всё закончится? У нас там весело.

Он замер.

— Не шутишь?

— Нет. Не думаю, что возникнут с этим проблемы. Разлом между мирами обычный. Так что проблем, думаю, не будет. Но это не точно. Так что придётся рискнуть.

— Да ради вечной жизни — легко.

— Боюсь, вечной жизни тебе не видать. Сферы-то у тебя нет. А вот лет пятьсот — легко. Имея то золото, что имею я, это будет не проблема.

— Ладно, это дела будущего. Ты скажи, зачем всё это сделал?

— Время, Артём. Всё упирается во время. Нужно, чтоб ты уже сегодня смог найти мне информацию и был в форме. Если вдруг у тебя возникнут проблемы и попадёшь в засаду, вот тебе зелье исцеления — от пулевого ранения спасёт, но не в голову. Да, и вот тебе монеты, за которыми вы так гоняетесь. Ты, кстати, знаешь почему?

— Нет. Так и не понял до сих пор. Не доверяют мне.

— Почему?

— Так инфа просочилась, что я от ГРУ. Типа подсадной.

— А ты подсадной? — он на это только улыбнулся.

Ну да, из нашей части выходили люди военные, а не гражданские. По крайней мере те, кто смог как-то отличиться и привлечь рекрутёра.

— Хорошо, я тогда поехал, их будить не буду. Мне после этой волшебной водички спать вот вообще не хочется. Если что узнаю, напишу.

— Спасибо, Артём. Честно, спасибо. Что веришь, что помогаешь.

— Так я не только ради дружбы, ты же сказал, что и наш мир в опасности.

— Всё так и есть. Но всё равно спасибо.

Тут мне на телефон пришло сообщение.

Я разблокировал телефон, открыл сообщение и увидел фото Светланы, а снизу надпись: «Жду тебя по такому-то адресу».

— Кажись, мне нужна твоя помощь.

Вынув «Великое очищение», я залпом выпил его, а после — «Доброе утро». Меня тут же вывернуло. Весь алкоголь вышел вместе с едой. Обидно, однако. Когда я разогнулся, то передо мной стоял смеющийся Артём.

— Чё ты лыбишься, Сёмка?

— Не думал, что данная картина может доставить удовольствие, — сказал он с довольной рожей, да такой, что аж врезать захотелось. — Так, шутки шутками, давай рассказывай, что случилось.

— На стрелку позвали. Пойдёшь?

— Легко, — достал он пистолет. — Мы же бригада!

— Какая ещё бригада?

— Ой, всё, забыли, ты же не смотрел величайший сериал про бандитов, — сказал он и пошёл к машине.

— Зато ты, офицер, смотришь такое, — поддел его я и сел на переднее сиденье.

Глава 7

Глава седьмая.

Да когда же до вас дойдёт?

Кантемир проснулся, встал, позёвывая, и прошёл на кухню. Взял стакан, налил воды и залпом выпил. Почёсывая задницу, достал из холодильника банку с солёными огурцами и с удовольствием хлебнул рассола. Затем зажевал это дело куском колбасы с тарелки и неспешно направился в туалет.

Внезапно за его спиной раздался звон разбитого стекла.

Он резко обернулся и увидел застывших родителей, сидевших всё это время за столом и пивших чай.

— О, доброе утро. Не заметил вас.

— Сашенька…, а ты ничего не хочешь нам сказать?

И только тут до него дошло, что он стоит перед ними на своих двоих.

— Эмм… Сюрприз? — выдавил он.

Оба родителя синхронно рухнули в обморок.

— М-да. Дела. Марина, у нас валидол есть?! — крикнул он вглубь коридора и начал торопливо наливать в стакан воду, чтобы привести отца с матерью в чувство.

***

— Куда едем? — спросил Артём, когда мы сели в машину.

— Какая-то Барвиха.

— Не «какая-то», там у нас вся элита живёт, — хмыкнул он.

Мы не сразу отправились по указанному в сообщении адресу. Несмотря на то, что у Артёма машина со спецсигналами, ехать туда было два часа минимум. Поэтому по пути мы намеренно заехали покушать.

Когда за столом я спросил его, а не рискует ли Светлана из-за нашей задержки, он напомнил мне, что я совсем забыл армейское обучение.

— Им нужно от нас, а не нам. Это первое, — рассуждал Артём. — Второе — пусть понервничают. Они и так не понимают, с кем связались. Ты их здорово напугал. В-третьих, отец этого юного отморозка — олигарх, и там наверняка будут серьёзные парни, но больше для понтов. Поэтому никто стрелять просто так не будет, попытаются напугать. Ты, кстати, уверен, что нам подкрепление не нужно?

— Так там же написано: приходить для «поговорить», — пожал я плечами.

— Когда так пишут, точно говорить не будут. Наезжать — да, продавливать, но никак не искать компромисса.

— Ничего не меняется в матушке-России, — усмехнулся я.

— Будто у вас по-другому.

— По большей части — да. Там же просто так рот не откроешь. Убьют тебя и всё. Маги — народ такой.

— И что, можно убивать кого захочешь?

— Нет, конечно. Для этого есть магические суды и совет, где заседают очень могущественные маги, что не допустят беспредела. Но всё равно народ за языком следит. Да и маги не борзеют. Там есть где выпустить энергию. Хочешь подраться — езжай на новый материк или вступай в орден. Или вообще вон к демонам в наёмники иди, они постоянно воюют.

— Весело у вас там.

— Ты даже не представляешь, насколько. А культы, секты, боги и другая нечисть из других миров… Целый, мать его, винегрет и калейдоскоп событий.

Мы расплатились и снова сели в машину.

Как бы это ни невероятно звучало, но мы приехали прямо к особняку Смирновых. Территория оказалась огромной — настоящий лес с парковыми зонами, обнесённый глухим трёхметровым забором, поверх которого щетинились камеры видеонаблюдения.

— Богатые-то они такие богатые, — хмыкнул я, разглядывая эту неприступную крепость через стекло, — а народа своего боятся. Раз такие заборы ставят да целую армию вооружённой охраны нанимают.

— Знают, что однажды люди просто не выдержат, — мрачно кивнул Артём. — И всё, никакие деньги тогда не спасут. Случись что, такие вот олигархи первыми попадут под стихию. Сметут и не заметят.

Артём припарковал машину.

— Писец, вообще страх потеряли, — проговорил он сквозь зубы, глядя на самоуверенных амбалов за воротами. — Заложников прям у себя держат.

— Ничего, друг мой. Сейчас я тебе покажу, что такое магия и как мы решаем такие вопросы.

— Только не убивай никого. Может, так решим вопрос.

— Артём, послушай. Если мне будет угрожать опасность, я их всех того. Понимаешь, они бандиты. Нормальные люди в заложники не берут. Поэтому финал для них будет один.

— Понимаю, но всё же дай мне решить вопрос.

— Да пожалуйста. Мне не жалко. Только помни: если тебе или ей будет угрожать серьёзная опасность, оттуда никто живым не уйдёт. Понимаешь, так меня учил мой наставник. Не оставлять за спиной врага. Ни слабого, ни сильного. Никакого.

— Жёсткий он у тебя.

— Через войну прошёл да жил в лесу, где тварь за каждым углом. Ты бы видел, как он круто обучает. Меня как-то в землю закопал по шею, а там в лесу такие монстры бродят, что ужас. Ранг мастера, не меньше. А после, когда стихию огня приручали, так он меня поджёг. При этом я жрал зелье. Вот только, когда заживо горишь, это зелье как-то до фонаря.

— Весёлый.

— Ещё какой.

Мы вышли из машины. Нас встретил типичный дворецкий. Мы словно в каком-то дешёвом сериале оказались.

Двигаясь за мужчиной, мы пошли на задний двор. Там в окружении охраны сидел мужчина в красном халате поверх рубашки то ли с галстуком, то ли с шейным платком — выпендрёжник, короче. Сам в белых брюках, на ногах — красные туфли под цвет платка. Весь такой из себя английский джентльмен. Только вот русскую морду мужика никак не скрыть за красивыми шмотками и причёской из барбершопа. Типичный Иваныч, что был директором какого-то завода, который разорил, а после продал.

Сынок его сидел там же за столом. Морда нахальная, прям чувствует себя хозяином положения. Наверняка ещё «беленькую» занюхивает.

Что печально, Светланы нигде не было. Это облегчило бы мне работу. Зато старые знакомые имеются. Николай и Пётр. Судя по их лицам, где имеются следы побоев, они стали козлами отпущения.

— Доброе утро, господа. Присаживайтесь. Чай, кофе. Может, завтрак?

— Мы позавтракали, спасибо, — повёл разговор Артём, а я молчал и рассматривал людей.

Причём одет я был в спортивный костюм, на голове кепка и очки. Прям чувствовал себя комфортно-прекомфортно.

— Раз так, то давайте перейдём к делу. Для начала уладим вопрос по поводу Светланы, — начал было Артём.

— Ой, всё, Тёма, нет у меня времени на этих идиотов.

Я щёлкнул пальцами, и пятеро людей с автоматами ушли под землю. Те, что стояли на стенах и были в зоне видимости и досягаемости, улетели за забор. Причём камеры я сжёг, когда мы сюда шли. В итоге остались только Пётр, Николай да отец с сыном.

— Так, где Светлана? — спросил я ошарашенную чету Смирновых.

Поднял руку, мол, собираюсь щёлкнуть пальцами. Сработало.

— Она в доме, в подвале, — ответил Иннокентий Смирнов.

— Пётр, сбегай за ней. У тебя пять минут. Потом ты умрёшь. Метку я на тебя повесил.

Он так умчал, что я ненароком подумал, не ученик ли ветра он. Приличную скорость набрал.

— Далее. Раз вы один из богатейших людей, а ещё недавно выпили зелье исцеления… Чувствую в вас крохи маны. Значит, вы как-то научились извлекать крохи маны из монет. Хм, мог бы и так догадаться. Вы, наверное, полагали, что захватите меня и получите вот это, — я выудил из кармана целый сундук монет, который пафосно раскрылся, как в кино, обнажив своё золотое нутро.

Что Дима, что его отец тут же забыли, кто перед ними, алчно уставившись на золото.

В этот момент раздались звуки выстрелов, но все пули угодили в радужный барьер, что возник вокруг меня и Артёма. Затем сундук исчез так же, как и появился.

Пятёрка вооружённых людей, что стреляла в нас из укрытия, так же ушла под землю. Я даже к ним не повернулся.

— Что ты хочешь за него? — Кеше было плевать на своих людей.

В сундуке почти семьдесят тысяч монет. Представляю, что в его голове сейчас творится, какие там подсчёты ведутся.

— Я? Ничего. Деньги мне ваши не нужны. Тёма, тебе нужны деньги?

— Хм. С учётом того, куда я собрался, то нет.

Повернувшись к олигарху, я улыбнулся.

— Вот видите, ваши деньги нам не нужны. Зато мне нужна информация. Откуда вам известно об этих монетах? Ответьте честно, и десять монет останутся на столе после нашего ухода.

Мог бы пообещать сундук, но он бы не поверил.

— Двадцать, — начал он торг.

— Одиннадцать, и это моё последнее слово. Не согласны — я убью вас, а после договорюсь со Смирновым-младшим. Думаю, уж он не откажется принять ваше наследство да пожить сотку лет-другую. Примерно столько дадут ему одиннадцать монет. Смотря, конечно, насколько чисто вы обрабатываете ману. Так, время отвечать на мои вопросы.

Иннокентий тяжело вздохнул и заговорил:

— Когда я стал долларовым миллиардером, это не открыло никаких дверей. Точнее, те, которые мне были нужны. Только действуя по указке власти точнее тех, кто ей управляет, меня спустя семнадцать лет допустили в особый круг. Так вот, там говорилось, что время от времени в мире появляются люди, что когда-то жили здесь, но исчезли. Некоторые появляются спустя десять лет, другие пятьдесят, а были и те, что через сто семьдесят вернулись — кто как. Однажды появилась женщина, исчезнувшая ещё в девятнадцатом веке. Все они рассказывают небылицы. Про магию, орков и гномов из сказок больше похожих на книгу «Властелин колец». Всякую чушь несут. Но именно у них встречаются те самые монеты.

— Ага. Интересно. Это как же они к нам попадают? — задумался я. — Наверняка кристалл. Это что же в нём такое есть, и почему он такое творит? Надо срочно выяснить. — Пробормотал я, не боясь, что меня услышат. Затем вновь бросил ленивый взор на олигарха: — То есть, как они угодили в другой мир, вы не знаете?

— Да что ты несёшь, придурок? Какой другой мир?! — влез Дмитрий.

Дмитрий тут же оказался по шею в земле, но благоразумно заткнулся, а я вдруг отметил, что моя магия была какой-то слишком тёмной. Земля, которой я управлял, — как чернозём. Хм. Может, это просто земля тут такая добрая? Вряд ли настолько моя магия потемнела. На всякий случай я вырезал пласт земли и поднял на уровень глаз, разглядывая.

— Фу-х, — показательно-облегчённо выдохнул я, убедившись, что это обычный плодородный грунт. — Думал уже, всё, в Тёмного Властелина превращаюсь. — И затем даже издал нервный смешок.

— Скажите, Кеша, а вам что-то слово «Радужный» говорит? Может, дом какой или объект? — задал вопрос Сёмочкин.

— Нет. Впервые слышу.

В этот момент к нам привели Светлану. На её лице красовался синяк.

— Кто?

Все быстро поняли мой вопрос, и Пётр указал на Дмитрия, голова которого тут же ушла под землю.

Взяв со стола конфетку, я развернул её и закинул леденец «Барбарис» в рот.

— Светлана, это мой друг Артём. Он сейчас вас проводит до машины, а мне нужно перекинуться несколькими словами с уважаемым Иннокентием Смирновым. К слову, Кеша, будьте так любезны извиниться перед девушкой.

— Да-да, конечно. Простите нас, Светлана, такое больше не повторится, — спешно проговорил он, при этом косясь на мои пальцы.

Когда они ушли, и за столом мы остались вдвоём, я спросил:

— Кто может знать, где хранится огромный кристалл? — я создал иллюзию с помощью кристалла ЗПС. — Вот такой видел?

Он кивнул, отчего я офигел. Так как точно этого не ожидал.

— Видел на картине в закрытом клубе.

— Адрес клуба и фамилии его членов — тех, кто, по-твоему, может что-то знать. У тебя минута, — протянул я ему телефон, куда он, несмотря на то, что старик, умело закинул инфу через приложение мессенджера.

— Удачи, Кеша. И не дури. Иначе тогда я рассержусь.

Я встал и пошёл к машине.

— Погоди, оставь монеты! Мы же договорились!

Развернувшись, я смерил его тяжёлым взглядом.

— Знаешь, думал оставить тебя в живых. Если бы ты попросил освободить хотя бы сына. Но ты… Ладно, таким, как ты, нет смысла что-то говорить, — вновь развернувшись, я закопал его под землю. Как говорится, горбатого могила исправит.

Затем вспомнил о парочке из девяностых.

— Пётр, Николай. Валите отсюда, пока я добрый. И если прислугу увидите, скажите, чтоб тоже уходили — они все уволены. Скоро здесь произойдёт землетрясение. Поэтому в доме лучше никому не оставаться.

Они быстро кивнули, выдав слова благодарности, а после побежали в дом.

Когда я подходил к машине, то был полностью погружён в мысли. Время уходило, а найти Осколок всё не получалось. Он вообще может быть не в России. А если и тут, то в какой-нибудь Сибири или на Чукотке.

Артём и Светлана стояли у машины и о чём-то говорили.

— Всё нормально?

— Да, Тёмыч, всё ровно. Получил зацепку. Шанс найти искомое увеличился.

— А хозяин как?

— Он сделал неправильный выбор.

На это Сёмочкин ничего не сказал, открывая дверь Светлане и галантно помогая ей сесть в машину.

Я же развернулся к огромному дому, сплёл плетение, что позволяло земле становиться мягкой и податливой. Знания строителя, что находились в моей голове, подсказали, что этого вполне достаточно, чтоб сваи под домом и, в данном случае, фундамент дали трещину, заставив конструкцию дома зашататься.

Так я хотел выманить всех слуг из дома. А то, что они там есть — это сто процентов. Ага, вот и они! С криками бегут из всех щелей, как тараканы.

Подождав ещё минут пять, я вновь начал менять землю под домом, превращая её в зыбучие пески. Развеял плетение только тогда, когда дом с шумом и гамом полностью скрылся под землёй. Почти полностью. Так как где-то на второй минуте мне банально стало жалко ману.

Повернувшись, я было хотел улыбнуться, но увидел, как Артём медленно сползает по машине, а на его груди белая сорочка стремительно становится красной. Резко повернувшись, заметил на крыше соседнего здания стрелка с винтовкой. Взмах рукой — и он осыпается пеплом.

— Жаль, что так и не увидел другой мир, — выплёвывая кровь, закашлялся Артём.

Я сел рядом на корточки. Достал из кольца бутылку лимонада «Тархун» и спокойно принялся пить.

Тут это увидела Светлана, закричала, выбежала из машины и бросилась к Артёму.

— Надо вызывать скорую! Надо зажать рану!

— Успокойтесь, Светлана. Предлагаю постоять и подождать.

— Вы с ума сошли?! Он сейчас умрёт! Нужно срочно звонить в 112!

— Да звоните, а я пока на этого идиота посмотрю. О, смотри-ка, сообразил, — от моего ехидного тона девушка заткнулась и уставилась на оперативника.

Тот, превозмогая себя, дрожащими руками достал из кармана фиал с зельем исцеления. Она было хотела ему помочь, хоть и не знала, что это, но я не дал.

— Пусть сам. Пусть привыкает! — сказал я твёрдо, и она послушалась. — А вы смотрите на магию воочию и потом не говорите, что не видели.

Когда Артём всё же смог выпить содержимое, я прям возгордился: какой у меня друг, с какой огромной силой воли и выдержкой! Рана на груди быстро зарастала, а кровь впиталась обратно в кожу. Не прошло много времени, как он пришёл в себя.

— Как? Как это возможно? — девушка была настолько в шоке, что просто взяла и начала щупать его за грудь.

— А вы чего себе позволяете, Светлана? Вообще-то некрасиво лапать мужчин, с которыми даже на свидание не ходили. Понимаю, у вас мужа нет, но надо же иметь какие-то рамки приличия. Мой друг из приличной семьи. Поэтому прошу вас прекратить домогательства.

Только тут она поняла, как это выглядит.

Артём поднялся на ноги, а после крепко обнял меня.

— Да ладно тебе, — смущённо произнёс я.

— Это не за моё спасение, Санчо, это мне тебя так жалко. Судя по рассказанному тобой и тому, как ты сейчас себя повёл, твоя учёба была тот ещё ад.

— Ох, Тёмушка. В аду я бы отдохнул, выспался. И был бы самый счастливый в мире. А вот когда тебя пятьсот раз скидывают со скалы вниз, чтобы научился летать… Вот где жесть. Но я благодарен наставнику.

Наша спутница только головой влево-вправо вертела, смотря то на меня, то на Артёмыча.

— Что здесь происходит?

— Я вас вчера немного обманул. Чуточку. Никакой я не журналист. И нет, не бандит. Наркотиками не зан… не будем об этом. В общем, я волшебник из другого мира. Но родом отсюда.

— Что?

— Давайте садиться в машину и поедем. У вас, наверное, дочка беспокоится.

Стоило мне её упомянуть, как она тут же выпросила телефон у нас и начала названивать соседям.

Сидя в гостях у Светланы, я с Фантиком рылся в инете. Он за своим ноутом, я за своим. Артём же сидел белый как снег, потому как его больше впечатлил шушун, чем магия. Да и хозяйку дома тоже. Когда она вошла, то сначала пискнула, но сама же закрыла себе рот.

Только вот дочь всё равно прибежала. Однако увидев Фантика, тут же побежала к нему и начала гладить.

— Девочка, мне очень приятно твоё внимание, но будь любезна, сходи вон к тому шкафу и насыпь ещё конфет.

— Конечно!

— Меня, если что, Фантиком зовут.

— Алёна.

Только оказавшись у буфета, она замерла, поняв, что это не хомяк. Потому как он говорит, да и выглядит совсем по-другому.

— Алёнка, конфеты, — напомнил ей шушун. — Тащи, а я тебе покажу супер-пупер мастер-класс по взлому систем.

Ничего не поняв, она схватила пакет с конфетами и уселась рядом.

— Так, понятно. Фантик, прежде чем нажрёшься и раздуешься до размеров баскетбольного мяча, ты мне инфу на этих людей найди.

— На одного уже нашёл.

— На кого же?

— Начальника Артёма. Он член клуба. Как и его отец, кстати.

— Мой отец? — удивился Артём.

— Нет. Отец вашего руководителя ФСБ. Хотя, как я нашёл инфу, ты у нас утка подсадная ГРУшная с яблоками.

— Ты где это нашёл?! — всполошился Сёмочкин.

— Так на серваке ГРУ. Хочешь, удалю?

— Не надо. Лучше скрой так, чтоб никто найти не мог. С другой стороны, мне уже пофиг. Так как я твёрдо намерен свалить из этого мира. Меня тут ничего не держит. Семьи нет. Начальство прогнило. Если что, я про то, в котором типа работаю.

— А нам можно? — с надеждой в голосе спросила Светлана.

— В другой мир? Вы же даже не знаете, что там и как.

— Александр. Если там есть такие милые создания, любящие конфеты, там уж точно получше, чем здесь, — заявила она, считая, что это как-то должно меня убедить.

— Посмотрим. Ещё не знаю, как буду сам возвращаться, но думаю, это придёт. Если опять через туалет…

— Туалет?! — спросили они оба разом.

Когда я рассказал историю своего появления, они хохотали в голос. Даже как-то неприлично.

— Так, похоже, никто не хочет в другой мир. Я так и думал. И вообще, не забывайте: я могущественный маг. Фантик, подтверди, что я крут?

— Круче только солнце, и то не факт! Он не раз аватар богини валил. Алекс крут, и точка! — сказал шушун голосом Артёма.

— Знаешь, Сашка, за всю свою долгую жизнь я столько не удивлялся, сколько за эти два дня.

— То ли ещё будет. Лучше давай думать, как с твоим начальником пересечься.

— Вот это ты замахнулся. Он тебе не олигарх. У него охрана — одни спецы, и её больше раз в десять.

— Да не проблема.

— Саша. Ты же не псих, что свихнулся от силы? Парни-то тут при чём? Они свой долг выполняют.

— Хм… Да, прости. Забылся. В общем, убивать не буду. Если дёрнутся, то оружие заберу да вырублю. Если что и пострадает, то это их самолюбие.

— Вот это прям даже приветствуется, а то уж больно много мнят о себе. А знаешь, Алекс, у меня возникла идея. Фантик, ты любой голос можешь подделать?

— Да.

— А номер телефона? Ну, чтоб у абонента высветился тот, который нужен.

— Тоже не вопрос. Ваши технологии допотопны и просты.

— Ага. Ты главное сейчас звякни по этому номеру, — Артём протянул ему телефон. — Этот товарищ, как и я, занимается поиском монет. Официально мы ищем людей, что якобы разворовывают добро государства. По факту — занимается изыманием. У меня есть подозрение, что он в курсе, что такое «Радужный», точнее, где находится этот объект.

— Он где-то в сторону Подольска, — тихо произнесла Светлана.

— Откуда инфа?

— Как ты и просил, Саша, я покопалась в бумагах отца, но ничего не нашла. Затем вспомнила, что отец постоянно ездил в том направлении. Мать ещё тогда подумала, что у отца любовница. Начала за ним следить. Но после одной поездки поняла, что это не так. Он и вправду ездил по работе. В те месяцы, когда ещё они были вместе.

— Хм, это сужает поиски.

— Не смотри на меня так, уже занимаюсь, — отозвался Фантик.

— Да я и не смотрел. Лишь только на то, что конфеты уже кончились, а ты размером со страусиное яйцо стал.

— Захочу — похудею. Пока не хочу.

— Мне бы так, — завистливо произнесла Светлана.

— В мире, откуда я пришёл… Понимаю, для вас это дико звучит, но у нас есть маги жизни. Придёшь к нему — и всё сделают за пять золотых.

— Фига цены у вас! Пять монет — это почти двадцать пять лямов. Здесь куда дешевле, — присвистнул Артём.

— Здесь в тебя нож воткнут, а после пылесосом откачивают. А там он пальцами проведёт, и всё лишнее в грудь уйдёт. Хотя вы, уважаемая, можете и здесь сделать. Могу даже денег дать.

— Нет, спасибо. Я врачей до жути боюсь.

— Так, первая инфа есть. Также диалог, какой построить с вашим коллегой, я придумал, — перебил нас шушун. — Всем замереть и не дышать. Слова не говорить. Если что — пишите на бумаге, я прочту.

Светлана вывела Алёнку из кухни, а Фантик нажал вызов.

***

Сергей Шилов сидел и читал рапорт о том, что случилось в Томилино. Драка с парнем, что подходит под описание, а после — исчезновение группы людей. Судя по видео, что выложили подростки, там тоже фигурировал этот странный парень.

От чтения отвлёк звонок. Глянув, кто его вызывает, он тут же подобрался.

— Добрый день, Ренат Исхакович.

— Шилов, ты знаешь, где Сёмочкин?

— Да. Он сказал, что поехал проверить адрес, по которому наша цель отправилась.

— И как?

— Пока никак, ещё не вернулся.

— А мне вот стало известно, что он нашёл того парня и забрал у него почти тридцать монет.

— Кто вам это сообщил?

— А не много ли ты на себя, Шилов, берёшь?

— Простите. Голова забита всяким, да и не спал давно, забылся.

— В общем, он что-то узнал важное. И сейчас направляется в «Радужный». Зачем — не знаю, но если он туда доберётся, то монеты у него изымут, и нам они не достанутся. Его нужно перехватить. Тебе всё ясно?

— Так точно.

— Сделай всё тихо. И да, будь осторожен. Мне только что подтвердили: он из ГРУ. Так что его навыки весьма впечатляют.

— Принял.

Сергей повесил трубку. Хм, а где я его перехвачу? Блин, надо было спросить, где этот «Радужный» находится и что это такое вообще.

Но от размышлений отвлёк стук в дверь. Сразу после этого вошёл Ренат Исхакович.

Сергей вскочил, отдал честь, а после спросил:

— Вы, кстати, не подскажете, где находится объект «Радужный»? А то я не в курсе.

— В смысле? Ничего не перепутал?

— Так вы же…

— Не заслужил ещё уровень допуска.

— Ну, вы только что звонили и просили вычистить Сёмочкина, что намусорил у нас, и который собирается в «Радужный» с монетами.

— Чего ты несёшь? В смысле вычистить Сёмочкина? Я тебе не звонил и приказа такого дать не мог.

— Как же? Вот, смотрите, — Сергей протянул телефон высокому начальству.

— А ну-ка, пошли ко мне в кабинет, — глава ФСБ резко развернулся и вышел прочь.

Сергей Шилов поспешил следом. В голове был сумбур, но одна мысль была чёткой. Кто-то хотел его развести.

Глава 8

Глава восьмая.

Вот и ты!

Архимаг Грета Хладная только что вышла из зала советов, где было единогласно принято решение выступить на стороне драконов и Алекса Астапова. Не только из-за устрашающей силы драконов или того, о чём просил сам Алекс. Дело оказалось совсем в другом.

Ключевую роль сыграло то, что у многих магов похитили родных и друзей. Всё это выяснилось после того, как Грета лично узнала, что её племянницу выкрали маги из ордена «Длань смерти».

Как оказалось, они и другие наёмники взяли масштабный заказ на похищение разумных и пробуждённых. Хватали всех, кто имел магическую сферу. Даже если она была совсем крошечной. Ведь наличие сферы означало одно — у тебя высокоэнергичная душа. Именно то, что и было нужно врагу для заполнения ретранслятора.

— Маратиус, спасибо, что зашёл. В общем, сейчас вольные маги разобьются на отряды и отправятся на поиски башен и уничтожение членов «Длани смерти». Я остаюсь на охране города. Ты собери всех учителей-мастеров, кто остаётся в городе, мы будем защищаться. Кажется, Грегору не понравилось, что мы уничтожили башни, которые он считал своими по праву.

— Всё сделаю. Вы только скажите, это правда, что там в основании триста душ?

— Да, всё так.

— Хорошо. Тогда я быстро соберу тех, кто согласился объяснить армиям Альтерии, что им тут не рады. А коли захотят подраться… что ж, они сами будут виноваты.

— Сильно только не бейте их. Если наглеть уж начнут — тогда да. Будет кто с ними сильный — я сама приду.

— И испортите нам всё веселье.

— Иди уже. Работы непочатый край.

Когда начальник стражи Маратиус вышел из кабинета, Грета принялась связываться с магическим советом. Надо понять, чью они выберут сторону. Они не могут не знать о башнях. А ещё ей очень интересно, с чего это вдруг выступили драконы. Какого демона они начали войну со всеми?

При этом в магической сети всё больше народу считает, что это их подговорил Алекс Астапов. Мол, это он виновник массовых убийств. Куда же он запропастился? Этот несносный мальчишка. Надо срочно найти его. Иначе, когда он объявится, врагов у него прибавится многократно. Ох, надеюсь, он вернётся с хорошими новостями.

Она уже хотела связаться со своим другом-гномом, к которому отправила Алекса, чтоб узнать, где Астапов, как вдруг в двери без стука вошёл Маратиус.

— У нас маленькая проблемка, госпожа.

— Это какая?

— Там, как бы, армия альтерийцев прибыла во главе с графом Орловым.

— Хм, а вот это уже невесело. Пойду поздороваюсь.

— Так это… он там, в дверях. Ждёт аудиенции у вас.

— Даже так?

— Так он ещё и тортик принёс.

— Хм. Кажется, мне становится это интересно. Зови.

Когда граф Орлов вошёл, он уважительно поклонился и, слегка кашлянув, прочищая горло, проговорил:

— Ваше Величество, может, своего братца образумите?

— Что, Грегор нашёл новую игрушку и думает, она ему по зубам? Ладно уж, граф, садись. Будем думать, как решать вопрос.

— А у меня тортик вишнёвый. Из пекарни Астапова.

— Астапова, говоришь? Он ещё и пекарни открыл?

— Ещё какие!

— Ну, тогда, точно придём к соглашению. Давай уж, рассказывай, чего там такого в мире происходит и как во всём этом фигурирует Алекс.

— В общем всё началось с того, что он побил моего сына…

***

— Артём, здорово.

— Здорово, Серый.

— А ты где?

— Да тут по делам мотаюсь. Нашёл зацепку по тому парню. Хочу проверить.

— А что, в Павлике нашёл что?

— Не-а, глухо там. Кстати по камерам что местные дали. Тот парень с Кривым умотал. Сел в тачку и укатил.

— Ясно. Тут это… шеф вызывает на срочную планёрку.

— Твою мать. Слушай, прикрой меня. Я тут в одно место съезжу, прикрой меня, хорошо?

— Да не вопрос. А куда, если не секрет? А то мало ли, кто ещё искать будет.

— Да в Барвиху. Прикинь, дом олигарха Смирнова снесли.

— Так погоди. Ты же сказал, зацепка есть.

— Да прикинь, тут знакомые попросили помочь с этим делом. А они, мол, там как-то всё странно, непонятно. Парень какой-то в гости приходил. Слуги, то ли сторожа, то ли ещё кто, говорят, это он дом разрушил. В общем, непонятная какая-то история. Вот еду выяснять.

— Ясно. Как что узнаешь — позвони. Я тебя перед шефом прикрою.

— Спасибо, Серёг, с меня проставон.

Сергей повесил трубку и взглянул на шефа.

— Как-то так.

— Похоже, не врёт. Судя по трекеру телефона, он и вправду едет в сторону Барвихи. Тогда кто тебе звонил?

— спецы уверяют вы.

— Ясно. Значит, против нас играет некто с очень большими возможностями. Мой номер есть у очень ограниченного числа людей. Хм. Значит, тебя хотели выманить и чтоб ты отправился в «Радужный».

— А что там?

— То, чего знать тебе не положено. Но в твоём случае нам придётся сделать исключение. Только скажу сразу: если я продолжу, обратного пути не будет. Уверен?

— Да, шеф.

— Это секретный объект, внутри которого спрятаны инопланетные технологии. Они из другого мира. Поэтому ты сейчас направляйся в сторону Подольска. Я обговорю, чтоб к тебе приставили отряд из «Альфы». Они будут по гражданке. Поэтому не переживай. Но главное — не спались. Увидишь знакомые лица — не реагируй ни на своих, ни на чужих. Просто езжай, куда сказано, и всё.

— Понял. Принял.

Когда Сергей покинул кабинет, его место занял начальник отдела IT.

— Фото, которое он прислал — нейросеть?

— Нет. Настоящее.

— Получается, у него и вправду столько монет. А что по поводу Смирнова?

— Это маг из другого мира. Видео достали из облака. Там как на ладони, сундук с монетами видно чётко.

— Ясно. Занятный персонаж этот парень. Что ж, следите и докладывай мне лично. И да, смотри, чтоб из твоего отдела никто не пронюхал.

— Так точно. Будет сделано.

— Свободен.

***

— И что нам это дало? Сергей не в курсе, где «Радужный». Нет у него такого допуска.

— Нету, — согласился Фантик с Артёмом. — А вот у вашего начальника есть. Ему по статусу полагается. Но вообще, это ему отец передал знания о монетах и «Радужном». Потому как структура, охраняющая кристалл, ни в каких отчётах не фигурирует. Они настолько засекречены, что я никакой инфы не нашёл ни на одном сервере. А это дорого стоит.

— Кругляш, ты думаешь, он посвятит в детали Шилова?

— Алекс, не называй меня так. Это буллинг.

— Какой, к демонам, ещё боулинг? Ты круглый, вот и будешь теперь не Фантик, а Кругляш.

Тут вошла Алёнка и взяла его на руки.

— Не обижайте его. Он просто любит сладкое. Я тоже люблю, но мне мама не разрешает много есть конфет.

— Так, всё. Кругляш, а ну отвечай.

— Конечно, посвятит. Ведь Сергей ему рассказал о тридцати монетах, а это как психологический крючок сработает. Они не знают, с кем столкнулись, но сама возможность, даже мизерная, что имеется столько монет, сработает.

— Блин, может, мне просто в гости к нему заехать да вытащить всё? На кой-мне все эти шпионские игры? У меня там планета в опасности.

— Сашка, ну серьёзно. Я ж уже говорил: там нормальные пацаны служат. Они же не будут отсиживаться в стороне.

— Ладно-ладно. Достали, блин, неженки. Что дальше делаем?

— Пьём чай, — ответил шушун и потянулся к конфетам.

— Фантик, не беси меня.

— Да я телефон отслеживаю Сергея. А после проверю то место по спутникам, куда он отправился.

— Хорошо. Живи. Я тогда пойду по магазинам прогуляюсь.

— Не надо. Я всё уже сделал. Всё, что нужно, заказал для нашего мира. Всё, что мы с тобой обговорили: еда, платы, компьютеры, одежда, журналы и прочее. Всё свезено на склад. Так вот тебе адрес, — мой телефон пискнул. — Езжай и забирай всё. Будет инфа по «Радужному» — скину.

— Молодец. — Погладив его, я после одарил шушуна щелбаном. — А это для профилактики.

Пока я мотался по Москве, Артём в это время решал свои семейные вопросы. Затем я отправился к Кантемиру, с которым мы также обстоятельно поговорили. Он долго думал, что делать. Остаться тут или отправиться в родной мир. В итоге решил рискнуть после того, как поговорил с женой и ребёнком. Да, Даньку тоже спросили, хочет ли он. Потому как парню придётся бросить всех друзей раз и навсегда. Но дело тут не в магии и новом мире полным чудес, вся загвоздка в том, что это переход в мир, который может погибнуть.

Вот это проблема так проблема. Но они решили рискнуть.

Также он попросил оставить ему пару средних зелий, чтоб убедить родителей. Я оставил не пару, а двадцать. Это и мои родители тоже, и уж они пусть получат лучшее. Высшие зелья не оставил, так как их осталось совсем мало. Но им и средних хватит за глаза. С ними они точно проживут ещё лет пятьдесят, при этом не вспоминая о болезнях в коленях.

Затем я посоветовал им готовиться: когда придёт время, действовать придётся быстро. Поэтому лучше всего в ближайшие дни, сегодня-завтра, находиться в Москве. Времени на переход между мирами может оказаться очень мало.

Ох, надеюсь, в этот раз не через туалет. Мы туда все не поместимся.

Когда я сидел в кафе, меня набрал Фантик.

— Алекс, есть.

— Ты мне ещё покомандуй. Сам знаю, когда мне есть, а когда не есть.

— Да при чём тут еда? Говорю, адрес есть. Нашёл, где «Радужный».

— И где же он?

— Телефон Сергея долго находился в одном месте — Приокско-Террасный государственный заповедник. Я, конечно, предположил, что это может быть подстава. Но затем пробежался по округе, и вот там нашлась деревня Родники, городской округ Серпухов, Московская область. Координаты: 54.895541, 37.648190. Именно тут когда-то давным-давно стоял хутор «Радужный». Но это было очень давно. Тебе нужно открыть приложение навигатора и вбить эти данные, — заговорил он голосом навигатора.

— Слышь ты, Алиса в шарике. Скинь геолокацию и всё. Думаешь, самый умный? Вот я тебя сейчас отправлю в мир без инета и вкусняшек. Посмотрим, как тебе весело будет. А то, смотрю, распоясался. Умничать начал. Нахватался всякой бяки.

— А чего я? Я ничего. Просто действую по инструкции.

— Так, всё, скидывай, я поехал.

— Артёму кидать?

— Нет. Пусть занимается делами. И прикрой его, если вдруг по его душу чего начнётся.

— Сделаю.

— И за мной следи, если вдруг мне твои супер-пупер навыки потребуются.

— Конечно, босс. Всё чики-пуки будет.

— Ох, Фантик, допрыгаешься ты у меня. Отправлю в монахи, будешь аскетизм продвигать и всё сопутствующее с ним.

Ехал я туда часов шесть. Я чуть не сдох от скуки. Но это чёрт с ним — в один момент у меня тупо кончился бензин. Встав на трассе, принялся думать, что делать. Что-что… идти пешком! Ну, я и пошёл. Хотя как бы было здорово пролететь. Да хотя бы на вон том вертолёте что только что пролетел надомной.

Время было уже позднее, часов десять вечера. Для меня это не проблема, а вот бомжи, на которых я наткнулся в лесу, знатно так «испугались», когда из-за куста вышел я — весь такой красивый, с шариком огня, что светил прямо надо мной. Бедняги так перепугались, что все как один упали в обморок. И ведь, как бы они ни упирались потом, рассказывая эту историю, им никто не поверит.

Ещё на подходе к реке Тоденке я почуял, что здесь что-то не так. Пришлось затихариться. Надо было понять, что именно меня смущает.

Когда понял, то первое желание было свалить нафиг как можно дальше. Я почувствовал магию. Настоящую магию в лице могущественного мага, который сейчас находился где-то в километре от меня. На меня такой страх напал, аж до дрожи. Чётки в руке нагрелись и обожгли ладонь. Тем самым они привели меня в чувство, и страх отошёл на задний план. Нет, окончательно он меня не покинул, но собраться я смог.

Это что же получается, у них тут артефакты или маг теней? Может, даже тьмы. Это не очень здорово. Если маг, то мы с ним обязательно схлестнёмся, а значит, пострадают люди. Ничего, Артёма нет, значит, не увидит. А чисто для своей совести постараюсь причинить как можно меньше урона.

Я шёл медленно. Постоянно сканируя окружение. Но всё было тихо. Кроме того, что где-то там сидит маг. Теперь я был уверен. У меня возникла мысль, что он появился здесь из нашего мира, то есть из Эоса. Но что он тут делает — непонятно. Если это маг, то у него точно есть золото, тогда зачем им бегать за монетами? Логично, незачем. Тогда что он тут делает?

Погасил шар огня я ещё тогда, как только почувствовал магию. Потому как огонь видно издалека. Тем более в такой темноте.

Активировал ночное зрение с помощью порошка, заодно поморщившись, вспомнив, из чего он сделан.

Двинулся вперёд. Прошёл по воде, аки один известный маг. Далее вошёл в деревню. Да-да, просто вошёл. Потому как здесь была всего одна улица, что проходила её насквозь, и две тупиковых. Домов штук двадцать-тридцать, ветхих, будто заброшенных, и всё. Больше ничего.

Сев на лавку возле забора, такую старую, зелёной краской покрашенную, набрал Фантика.

— Круглый, а ты уверен, что здесь? — Я включил камеру, сфоткал и отправил ему фотки местности.

— Темно, ничего не видно.

— Да тут и смотреть-то не на что. Обычная деревня, что умерла сотню лет назад. Максимум, кто тут живёт — пара стариков, что не решили переехать в город.

— Похоже, я ошибся.

— «Похоже, я ошибся», — передразнил я его. — Ты бы знал, как я сюда добирался. Короче. Я возвращаюсь. Придётся к нему в гости наведаться. Говорил же, надо было сразу так.

— Алекс, — позвал он меня, когда я уже почти оборвал связь.

— Что?

— Погоди. Только что я наконец-то получил доступ к одному закрытому аккаунту на сервере одного из членов клуба.

— И?

— Есть настоящий адрес «Радужного».

— И где же?

— В семидесяти трёх километрах от Мытищ. Послал тебе метку.

Когда я открыл карту на телефоне, то выругался от всей души.

— Ты серьёзно?

— Да. Теперь сто процентов.

— Понятно всё с тобой, не ешь там много на ночь. Погнал туда. Буду к утру. Я без тачки. Сможешь мне её сделать?

— Да. Будет ждать тебя на шоссе. Адрес пришлю позже.

Отключив связь, я сломал телефон. Точнее, сжёг его.

Так-с, значит, мои друзья схвачены. Как я это понял? Шушун говорил голосом Морганы. Он никогда этого не делал, а значит, что-то не так. Это первое. Второе: метки, что я повесил на Сёмочкина и Светлану, не активны. Получается, пока я сюда добирался, их выследили и схватили. Это ожидаемо, не стоило думать, что здесь одни идиоты работают.

Вопрос: где они сейчас? Почему метка не работает? Да, у неё есть радиус действия, но до Москвы точно бы хватило. Так тогда что?

Скорее всего, они где-то здесь. Тем более, коли я чую мага. А такой адрес они выдали специально, чтоб я свалил подальше. Боятся, что ли? Уж больно как-то по-детски выглядит. Ведь я всё равно бы вернулся. В чём смысл оттягивать неизбежное? Ничего, сейчас мы поиграем в диггеров и спросим, с чего они такие странные.

Приложив руки к земле, я начал раздвигать её. Когда глубина достигла восемнадцати метров, показались первые бетонные перекрытия. Сплетя заклинание землетрясения, я уж было хотел начать их пугать, как вдруг из дома напротив вышел мужчина.

Одет был в джинсы и белую футболку. Седая борода, на голове минимум волос, с небольшой плешью. Ростом метр восемьдесят, морщинистое лицо. Но всё это не главное. Главное другое — он маг. Сильный маг. Вот чью сферу я почувствовал.

— А ты не скрываешься, — отряхивая руки, я поднялся. — Чего сферу не приглушил? Я тебя за километр срисовал.

— Так чего мне скрываться? Этот мир магией не обладает. Местные люди, населяющие его, слепы к магии.

— Да уж, не всем удача улыбнулась. Зато технологии по самоуничтожению они развили очень хорошо. Ты с Эоса?

— Ага. Как и ты.

— Не угадал. Я местный.

— Врёшь? — сказал он, больше удивляясь, чем обвиняя во лжи.

— Нет, не вру. Душа моя пролетела сквозь пространства вселенной, сохранив память. Представляешь?

— Слыхал о таком. Но никогда не думал, что встречу переселенца.

— Алекс.

— Вернон.

— Приятно познакомиться. Вернон, ты, как я понимаю, работаешь на местных?

— Вынужденно.

— О как.

— С сестрой сюда случайно угодил, они на неё ошейник-блокиратор надели, да и на меня тоже. Так что приходится служить.

— Понятно. Кристалл видел?

— Да, внизу. Только я с ним уже лет восемь вожусь, так и не пойму, что это.

— Эльдрима знаешь? Чёрненький такой, с крылышками.

— Патриарх драконов… Так вот что мне не давало покоя. А я всё думал, что же это такое, что за знания там непостижимые такие.

— Да-да. И без метки он не работает, — показал я камушек, что мне вручил дракон.

Кстати, даже сейчас он оставался холодным.

— Точно он здесь?

— Сто процентов.

— А ты чего вышел-то, не поболтать же? Наверняка послали разобраться со мной.

— Послали. Вот только с тем же успехом я могу оторвать себе голову, эффект будет тот же.

— Тут ты прав, — открыл я сферу на полную.

— Пробуждённый магистр? Невероятно. Никогда не слышал о таком. Да и сила твоя какая-то уж больно могучая.

— Из Светочей буду.

— А-а-а. Тогда понятно. Ты уж это, не ломай тут ничего. Там и твои же друзья, как я понимаю. Придавит ещё.

— Не буду. А вообще, приятно пообщаться с образованным человеком. Пошли, проводишь. Пообщаемся с начальством. Ты, кстати, домой хочешь?

— Даже очень.

— Ну значит, вернёшься. Мы своих не бросаем. Сейчас только кристалл заберу, и поедем в Москву.

Мы вошли в дом. Вернон нажал кнопку, что пряталась за фотографией. Пол разошёлся, и загорелся свет вдоль ступеней, что вели вниз. Спускаться пришлось недалеко. Затем мы вошли в лифт, который, как только двери закрылись, заблокировался и на скорости полетел вниз. А после под нами сдетонировал направленный взрыв.

С потолка вылезли две турели и начали палить бронебойными по дверям. Толстенные двери лифта разорвало как бумагу в клочья.

Я повернулся к Вернону.

— Как-то негостеприимно, не находишь?

— Они вообще о вежливости ничего не ведают.

Покачав головой, я ударил воздушным тараном, выбивая остатки дверей. Затем послал два огненных заряда, расплавив турели.

— Блин, надо было с собой забрать. Другу подарить хотел нечто подобное. Любит он такие игрушки. Мы с ним КПВТ нашли на турнире, ты бы видел, как он страдал, когда его разорвало.

— Зов крови?

— Ага. Я в паре с бардом Медовое Брюхо участвовал. Кстати, мы победили. Я тогда ещё в ранге ученика был.

Вернон только поднял большой палец, а после погладил себя по голове, приговаривая:

— Вернон умный. Вернон понял, кто пришёл.

— Согласен. Поэтому Вернон жив.

— Нам, кстати, направо, — показал он.

Когда из этого «направо» выбежали пятеро вооружённых солдат с автоматами и начали палить, Вернон исчез, чтоб мгновенно возникнуть за их спинами. А после маг теней обрушил на них теневые кинжалы, что легко пробили броню. Солдаты умерли мгновенно.

— Ты бы это, не убивал. Всё-таки…

— Твари они. Держат в застенках столько людей и не выпускают никогда. Это тюрьма, где люди живут до конца своих дней. Над ними проводятся опыты. А эти всё это видят и ничего не делают.

— Хм. Если так, то к тебе нет вопросов.

Мы двинулись дальше.

— Мы к кристаллу или освобождать своих?

— Сначала кристалл заберём. Наших они точно не тронут, потому как если они пострадают, то умрут все. Включая Москву, — сказал я это, прямо глядя в объектив камеры наблюдения.

Двери, что охраняли кристалл, как и турели с солдатами на блокпостах, снесли мы быстро. Он разбирался с живыми, а я — с преградами и оружием.

Дальше мы шли, но уже почему-то никто нас не останавливал. Спустившись ещё на пару этажей ниже, а после сломав несколько дверей, мы наконец-то оказались в нужном хранилище.

Когда двери открылись, я понял, в чём дело. На стенах, полу, дверях, да вообще везде были начертаны защитные руны. Именно они экранировали кристалл от меня. Сейчас же он так фонил, что я бы почуял его без всяких камушков.

М-да уж. Подойдя к нему, я прикоснулся. Впитать знания не успел, так как раздался голос из динамиков:

— Алекс, вас ведь так зовут? Впрочем, неважно. Вы сейчас же отойдёте от кристалла.

— Хорошо, отошёл, — я убрал его в кольцо.

— Верните кристалл на место!

— А то что?

— А то ваши друзья умрут.

— Если вы их расспросили хорошенько, то должны знать, что я с ними познакомился совсем недавно. И использовал их лишь ради достижения своей главной цели — а именно, поисков кристалла памяти. И да, он мой. Вам он не принадлежит. Именно мои родичи спрятали его здесь.

— Может, и так. Но мы считаем его своей собственностью.

— Ну и ладно, забирайте, — я достал и поставил кристалл на место.

Вот только он мгновенно поблёк и осыпался стекляшками.

— Что вы с ним сделали?!

— Я? Ничего, просто опустошил его. Кстати, скажите спасибо. Ещё лет десять, и он бы взорвался. Поверьте, у вас бы тут такое веселье началось. По всей Земле начали бы открываться порталы, откуда к вам полезли бы такие твари, что ни одно земное оружие с ними бы не справилось. Вы даже не представляете, что там было внутри.

Возникло молчание.

— Допустим, вы правы. Однако…

— Предлагаю без «однако». Вам же нужны монеты? Так вот, я выкуплю своих знакомых, допустим, по сто монет за каждого.

— Тысяча, — тут же ответил голос, а мы с Верноном переглянулись.

— Тысяча так тысяча.

— У вас есть такие деньги?

— Вы же знаете, что есть. Вот зачем всё это?

— Возможно, то была иллюзия.

— Слово мага, что ящик с золотом не иллюзия, — меня тут же окутало белое сияние. — Всё? Давайте закончим. Мне ещё домой надо. Дел по горло.

Вот только они почему-то решили сделать наоборот. Похоже, весь этот разговор был лишь для отвлечения. Земля затряслась, а после раздался мощнейший взрыв. И сотни тонн земли, если не тысячи, обрушились на нас, погребая под собой.

В последний миг я создал радужный барьер, но он тут же схлопнулся.

— Сук… — только и успел сказать я перед тем, как земля засыпала нас.

Глава 9

Глава девятая.

Дом милый дом.

В командном пункте секретного объекта «Радужный» царила напряжённая тишина. На десятках экранов с разных ракурсов транслировалась одна и та же картина: небезызвестный парень играючи, словно в какой-то компьютерной игре, заставлял землю разойтись. За годы действия кристалла они уже видели магов воочию, но такого уровня — никогда.

Начальник базы, Валерий Степанович, представитель уже седьмого поколения династии, возглавлявшей этот объект, тяжело опёрся кулаками о стол. Он руководил объектом не первый год, состоял в одной упряжке с главой службы безопасности Ренатом Исхаковичем и другими сильными мира сего, и повидал многое. Но происходящее на мониторах заставляло его нервничать. Сильно нервничать.

Угроза была реальна. Так ещё без его спроса сюда притащили гражданских. Не всех из них, конечно — один точно был из Эоса, но вот остальных зачем, он так и не понял.

Камера переключилась, показав, как из муляжа дома вышел Двенадцатый — Вернон.

Валерий Степанович покосился вправо. Там, под прицелом двух автоматчиков, стояла Тринадцатая, Илана — маг из другого мира и родная сестра Вернона. Она в очередной раз болезненно поморщилась и поправила тяжёлый металлический ошейник-блокиратор, который уже до крови натёр ей шею. Блокиратор был у них в единственном экземпляре, так бы надели на всех. Но увы, чего нет, того нет. Поэтому большинство приходилось держать в искусственной коме.

— Он тебе знаком?

— Нет.

— Он силён? — сухо спросил начальник базы, кивнув охране, чтоб те подтолкнули её ближе к экранам.

Илана вновь поморщилась, а после мрачно усмехнулась, не отрывая взгляда от симпатичного парня в спортивном костюме.

— Очень силён. Вы видели, как он плёл заклинание? Мой брат не вступит с ним в схватку. Это самоубийство, — её голос дрогнул, выдавая неподдельный трепет. — Вы даже не представляете, насколько и на что вообще способен маг такого уровня. Это не просто маг, это один из гениев. Он только сплёл заклинание глубокого круга, и на это у него ушло меньше секунды.

— За сколько бы ты справилась? Просто хочу понять его уровень.

— Секунды четыре, может, три. Брат — точно за три.

— Ясно.

— Вам лучше с ним не шутить.

Её слова прервал звук из динамиков. Система прослушки чётко уловила разговор на поверхности.

«— Пробуждённый магистр? Невероятно… Да и сила твоя какая-то уж больно могучая. — Из Светочей буду».

Услышав это, Илана побледнела так, что стала похожа на призрака. Её руки безвольно опустились вдоль туловища, забыв про натирающий ошейник. Следом её ноги подкосились.

— Мы все умрём, — произнесла она дрожащим голосом.

— Кто такие Светочи? — нахмурился Валерий Степанович, заметив её реакцию. — Дайте ей воды.

Сделав глоток, она повернулась к своему пленителю.

— Самый сильный род магов из всех когда-либо существовавших в нашем мире, — прошептала она, и по её плечам пробежала крупная дрожь. — О них ходят древние легенды. Говорят, что когда-то давно они управляли целыми мирами. Контролировали, кто выживет, а кто нет.

— Управляли мирами? И как же он, чёрт возьми, оказался здесь? Неужто из-за кристалла?

— Возможно, — Илана сглотнула, всё ещё неверяще глядя на парня по ту сторону экрана. — Но в тех же легендах говорилось, что для них не существует преград. Они могущественные маги, что могли свободно путешествовать между мирами. К тому же их нельзя убить. Они всегда возвращаются. Это, по-моему, не легенда, кстати. А если он тут… Похоже, легенды не врали. Вот только…

— Вот только что?

— Тут дело вот в чём, — хищно улыбнулась Илана. — Если он не врёт, и он вправду из Светочей, то разговоров не будет. Он пообещает и даже сдержит слово, но все, кто причастны к похищению тех, кто ему дорог, умрут. Понимаете? Если верить всё тем же легендам, они убивают всех, кто перешёл им дорогу, и никогда никого не оставляют за спиной. Даже если враг в другом мире. Таково их кредо.

Валерий Степанович несколько секунд молча смотрел на экран. Взгляд начальника базы стал тяжёлым, а губы сжались в тонкую линию. Решение было принято. Он протянул руку к пульту и нажал красную кнопку связи.

— Внимание всему персоналу. Код «Омега». Немедленная эвакуация. Комплекс готовится к полному уничтожению.

Сообщение пронеслось по зашифрованному каналу. Объект «Радужный» тут же ожил, словно муравейник. Склады с секретными материалами вскрывались, всё ценное спешно упаковывалось и готовилось к эвакуации. Спящие объекты на грузовых лифтах поднимались и загружались в специальные машины, замаскированные под скорые помощи.

— Валерий! — тут же раздался из настольного динамика резкий голос Рената Исхаковича, который, как оказалось, всё это время наблюдал за происходящим по защищённому каналу из Москвы. — Отставить подрыв! Ты в своём уме? Там кристалл, инопланетные технологии, архивы в конце концов! Мы не можем просто взять и закопать всё это!

Но начальник базы был непоколебим.

— Ренат Исхакович, вы слышали Тринадцатую? Если мы не убьём его прямо сейчас, то скоро он придёт за нами. За всеми нами. То, что он творит, не поддаётся никаким измерениям. У нас даже нет для таких, как он, классификации.

—Задействуйте тяжёлое вооружение, пустите газ, заблокируйте шлюзы! Не вздумай уничтожать кристалл! Только он связывает наши миры. Валера, нам известно, что у него тысячи золотых монет, одумайся! Это сотни лет жизни! Тебе такое не простят!

— Если он выберется это будет уже неважно.

Прошло десять минут тягостного молчания. В это время Валерий Степанович наблюдал, как легко уничтожается самое современное оружие, а толстенные двери просто рвутся, будто они из картона.

— Увы, Ренат. Как я погляжу, никакие шлюзы его не удержат. Такого врага нельзя оставлять в живых, — холодно отрезал Валерий Степанович. Затем развернулся к сотрудникам сидевшими за пультами и своим заместителям: — Выводите меня на интерком. Потяну время. Предложу ему сделку, поторгуюсь за монеты. А вы — вывозите всё, делайте что угодно, но объекты, включая Тринадцатую, должны быть перевезены в запасной бункер.

— Мне нужно три минуты, чтобы вывести всё необходимое, — быстро сориентировавшись в ситуации, сообщил Кирилл Матвеевич, правая рука Валерия Степановича.

— Думаю я дам тебе три минуты, а после активирую детонацию. Мы похороним его здесь, — добавил он уже после.

***

Когда радужный барьер лопнул, я создал для нас небольшое пространство, в котором мы оказались с Верноном, и зажёг небольшой шар огня. В принципе, в этом не было надобности. Я и он прекрасно видели в темноте.

— Так, метки моих друзей вновь возникли. И они очень высоко над нами.

— У тебя хватит маны, чтоб нам выбраться? Хотя чего такого спрашиваю, конечно, хватит.

— А нам не нужно пробираться сквозь землю. Мы воспользуемся знаниями драконов.

Проведя пальцем по воздуху, я словно разрезал его тупым ножом. Края были неровные и отдавали перламутровым цветом, я бы даже сказал, радужным. Захотелось оставить себе эти знания, но я знал, что их придётся вернуть.

— Прошу, маг теней первым.

Он вошёл, не думая, что я ударю в спину. И это правильно. Не имею такой привычки. А следом отправился и я. Пора своих вызволять.

Когда я вышел из портала на поверхности, вокруг царил хаос эвакуации. Маг теней уже метнулся вперёд, перескакивая от одного солдата к другому и мгновенно возникая у них за спинами. Часть охраны была мертва. Другая палила на чём свет стоит. То ли подготовка у них хромала, то ли практики не хватало.

— Хватит! — заорал какой-то седовласый мужик зычным голосом.

Но его никто не слушал. Стрельба стояла такая, что и себя-то не услышишь.

Я мгновенно отыскал взглядом своих. Один из воинов решил выторговать себе жизнь и направил пистолет в голову Артёма, стоявшего на коленях. Только одет он был как-то странно. В гражданку, как Артём, что ли. Наверно, тот самый Сергей.

— Остановитесь, или он умрёт!

Ох, идиот. Не понял до конца, с чем столкнулся. Пистолет в его руке мгновенно расплавился, а он истошно заорал. Следом я послал в него водяную сеть, которая прошла сквозь него, как через сито. Да уж, зрелище не из приятных.

Сразу после этого я взмахом руки накинул на Артёма, Светлану, Алёнку и Фантика непроницаемый радужный купол. Теперь они были в абсолютной безопасности от шальных пуль и осколков.

В это время Вернон освободил свою сестру, а та, будучи, как и брат, магом теней, рванула к тому самому старику-командиру. Вмешаться я мог, и даже спасти его мог, но не хотел.

В нас стреляли, кидались гранатами, но всё было тщетно. Чтоб зачистить всех, Вернону и его сестре хватило каких-то четырёх минут. Убедившись, что врагов не осталось, я снял защитный барьер со своих. После этого маги теней отправились будить тех, кто находился в коме. Это я узнал чуть позже, и поэтому-то сильно удивился, когда увидел, как из карет скорой помощи выходят гномы. Люди. И даже один эльф.

— Папа! — закричала Светлана.

Только теперь, когда бойня закончилась, она кинулась к ничего не понимающему мужчине в пижаме, что протирал глаза и шёл так, будто проспал несколько лет. Хотя, может, так оно и было.

Я же повернулся к своим: — Артёмушка, Фантик мой. Как так получилось, что вы тут?

— На каждый болт… ну, ты понял, — вздохнул Артём, поднимаясь с колен. — «Альфа» на мою голову свалилась. Перехватили у матери. После вертолётом сюда доставили. Как я понял мы тут и должны были остаться до конца дней своих.

— А меня взломали, гады! — возмутился шушун.

— Он на запрещённом сайте был, — тут же заложила его Алёнка.

Я внимательно посмотрел на девочку, которая, по моему мнению, должна была сейчас сжаться в комок и плакать. Ведь рядом столько трупов, только что гремели взрывы, а ей хоть бы хны. Вот что кино и игры с психикой детей делают. Ужас. На всякий случай я незаметно сжёг искорёженные тела за её спиной, чтобы не портить пейзаж.

— Я ему говорила, что там вирусы бывают, — как ни в чём не бывало продолжила Алёнка. — А он сказал, что он сам любой вирус напугает!

— Ясно, — хмыкнул я. — Значит, кто-то садится на диету. Как информационную, так и материальную.

Ко мне подошли Светлана и её отец. Следом приблизились Вернон с сестрой.

— Это моя сестра, Илана.

— Алекс, — помахал я ей.

— Спасибо, что спас нас.

— Пока ещё не спас, — указал я на приближающийся военный вертолёт.

— Да он не проблема для тебя. А у тебя жена или девушка есть?

— Хочешь познакомиться?

— Ты симпатичный. Только вот причёска мне не очень.

— Есть такая Моргана Эшфорд так вот думаю она будет против нашего знакомства.

— Упс… — только и выдала Илана, на что я улыбнулся. Чёрную Вдову знают все. Эх как же я соскучился.

Вертолёт завис в воздухе, направив оружие прямо на нас. Все, кто не мог себя защитить, тут же спрятались за нашими спинами. Мы же вчетвером (четвёртым, к слову, был эльф) вышли вперёд.

На моём телефоне раздался звонок.

— С вами говорит директор ФСБ Ренат Исхакович.

— Здравствуйте. Я весь во внимании, — ответил я и создал вокруг себя водяную завесу, чтоб рёв винтов вертолёта не мешал нормально поговорить.

— Верните нам кристалл и всё, что вы забрали.

— Послушай ты, придурок, который не понимает, с чем столкнулся. Если ты сейчас же не уберёшь его, то он будет уничтожен, а пилот погибнет. После этого я отправлюсь в город, и, поверь мне, для этого машина мне не нужна. Я тебя на любой глубине достану.

— Зря вы так, — звонок сбросили, и вертолёт ударил по нам.

Честно, я немного испугался. Всё-таки десять тысяч выстрелов в минуту — это ого-го. Тем не менее, сделать он их не успел — пушку я вырвал сразу. Будет барду подарок от меня. Хех. Вот он обрадуется.

После этого я погрозил пальчиком пилоту и, резко взмыв вверх, вмиг оказался возле него. Разбив стекло, я проник в кабину и сел внутрь. Тут же создал вокруг нас воздушный барьер, отсекая звуки двигателя. Уж больно он шумный.

Пилот дёрнулся и выхватил пистолет, но я снова погрозил ему пальчиком. Тот благоразумно его убрал. Умный парень.

— Тебя как звать?

— Сергей Комаров.

— О как. Фамилия у тебя прям под стать пилоту. Вот был бы ты Стрижовым, было бы ещё круче. Но да фиг с ним. В общем, скажи: всю эту толпу на вертолёт погрузить можно? — ткнул я пальцем вниз.

— На этот нет. А так да.

— Тут где-то поблизости есть вертолётная площадка. Знаешь где?

— Да. Скрытый аэродром. «Там есть то, что нам нужно», — сказал он, не дожидаясь моего вопроса.

— Рад, что мне не приходится угрожать. Умный ты парень, Серёга. В общем, давай туда, заберём вертолёт. Нам нужно забрать народ, а после отвезёшь нас. Сделаешь это без сюрпризов — одарю по-царски, а если нет…

— Убьёшь?

— Нет, дурак, что ли. Могу, конечно, но нет. Я тебе просто артефакт не подарю. Ты же уже понял, что мы из другого мира? — пилот молча кивнул. — Ну что, поработаешь таксистом?

— Я бы с радостью, но на подлёте к Москве нас собьют. Сюда ещё три единицы летят.

— Что-то ваш Ренат совсем забыл о секретности. Не переживай о них. Они ничего нам не сделают. Погоди, я быстро.

Я спрыгнул вниз, к своим.

— Так, народ, собирайтесь кучно, сейчас пригоним сюда транспортный вертолёт и всех погрузим.

Многие уже более-менее пришли в себя. Я поставил стол, выложил еды и воды, чтоб народ подкрепился, а после сжёг всё, что накопили эти люди. Архивы, артефакты. Понятно что у них есть копии, не всего, но есть. Но хоть так пусть мучаются гады такие. Они точно не военные. Теперь я в этом уверен на все сто. Государство с этим никак не связано. Это, так сказать, личная лавочка.

Долетели мы быстро. Разобравшись с охраной, мы забрали транспортный Ми-8 и уже не так быстро вернулись назад.

Выпрыгнув наружу, я улыбнулся и гостеприимно указал на нутро вертолёта: — Загружаемся!

Когда все погрузились — благо, места хватило, — наша толстая птичка начала подъём. Сам же я занял место в кабине. Там обзор лучше.

— Куда летим? — спросил Серёга.

— Следуй за огненным шариком.

Небольшой шар размером с грейпфрут возник в воздухе в нескольких сотнях метрах от нас. Он был настроен на Кантемира, поэтому насчёт навигации я не переживал. А вот о вертолётах, что направились в нашу сторону, я немного беспокоился. Эти парни точно не знают, на кого летят. Им сказали, скорее всего, что мы террористы, угнавшие борт.

— Как думаешь, получится их образумить?

Сергей лишь отрицательно помотал головой.

— Понятно. Постараюсь быть аккуратнее.

Всё прошло куда проще, чем я думал. Я просто дистанционно вырвал у них пулемёты и сломал ракеты. Пилоты немного повисели у нас на хвосте, а после благоразумно ушли в сторону аэродрома. И правильно, что не пошли на таран.

Но на этом сюрпризы не кончились. По нам начали палить системы ПВО. Которых, ого-го, вокруг Москвы пипец как немало. Они били и били. Барьеры, конечно, держали удар, но в итоге мы всё же благополучно добрались до площади Ильича, где и забрали Кантемира с семьёй.

Я мог бы всё это проделать через порталы, но маны на это уходило — просто пипец. Всё-таки драконья магия другая, слишком прожорливая. Эх, жаль. Придётся потом всё отдать. Ну, может, чуток знаний оставлю себе.

Приземлившись, я без лишних разговоров загнал их в вертолёт, и мы снова взлетели. За нами по земле уже мчались сотни полицейских машин. И не только они. Я заметил множество внедорожников с мигалками. Понятно, товарищи из конторы всё не унимаются.

Интересно, как он собирается замять всё, что я натворил? Нынче все с камерами ходят. Точнее, со смартфонами. Поэтому-то вертолёт с огнями явно привлекает внимание. Хотя скажут: нейросеть, и все дела. Сейчас, как мне сказал Фантик, уже тяжело отличить, что правда, а что нет. Пофиг. Их проблемы. Которых я им, конечно, сделаю побольше.

Когда мы подлетали к Красной площади, количество ракет, бивших по нам, увеличилось в разы. Но всё было тщетно. Поскольку я не использовал барьеры защиты, чтоб не тратить ману, я применил заклинание, что само искало объекты и выжигало их. При минимальных затратах маны — очень высокий КПД. Светочи всё-таки весьма опытные товарищи. Явно набрались опыта, путешествуя по мирам, похожим на этот.

Новые руны, поставленные Велесом, работали круто. Только сейчас я это, кстати, в полной мере понял, когда смог контролировать сразу семнадцать шаров, что метались вокруг нас и встречали ракеты.

Оказавшись внизу, на площади, я сразу уловил момент разрыва реальности. Точку перехода, что связывает миры. К тому же, она истончалась, что значило: пора поспешить. Время уходит.

На площадь стали съезжаться машины, бежали военные с автоматами, даже откуда-то вылезли пулемётчики. Пипец. Может, они ещё и танк подгонят? Твою налево, вот и танк едет к нам.

Когда наступила тишина, я вышел вперёд. На всякий случай прикрыл огромную толпу радужным барьером. Вдруг кто выстрелит. Так просто открыть портал я не мог. Потому как между мирами находится отстойник, в котором собрались тысячи душ, которые сожрут их, стоит им туда сунуться.

Из толпы вышел мужчина. В чёрном костюме. В хорошей форме, но видно, что годы берут своё. Однако он явно не выглядел так, как должен был. Значит, пьёт зелья исцеления, а всем говорит, что диета и спортзал. Ну-ну.

— Вы же уже поняли, что силой тут ничего не решить. А ядерный удар по собственной столице вы вряд ли санкционируете, — спокойно произнёс я. — Поэтому дайте нам спокойно уйти. В таком случае никто больше не пострадает.

Он смерил меня долгим, тяжёлым взглядом человека, привыкшего решать судьбы. Ни тени паники, лишь холодный расчёт. Ещё бы. Мечты о вечной жизни улетучиваются, а сделать он ничего не может. Как говорил Атол: обидно, однако.

— Перемещений больше не предвидится? — он не сводил с меня взгляда.

Также я заметил, что в его руке включён телефон. Снимает меня, что ли?

— Вы про то, что люди из нашего мира перестанут появляться в вашем? Или ваши отправятся в наш?

— Именно.

— Нет, не будет такого. Кристалл разрушался, это и служило катализатором пробоев реальности. Но теперь всё в норме. Я его забрал и деактивировал. Так что мечты о вечной жизни, увы, — я издевательски подмигнул, наслаждаясь тем, как едва заметно дрогнул мускул на его лице.

— Любой инцидент можно урегулировать, — процедил Ренат Исхакович, явно не собираясь упускать выгоду даже на краю пропасти.

Какой же он всё-таки…

— Мы готовы обсудить взаимовыгодный обмен. Активы, гарантии безопасности… Монеты. Раз уж это наш последний контакт. Нам они очень нужны.

— Не нам, а тебе и твоим одноклубникам, — отрезал я. — Вы не помогаете учёным — тем настоящим людям, кто и должен жить, чтоб улучшать жизнь людей. А вы думаете только о себе. Вот и всё.

— Не стоит быть столь категоричным…

— Хватит. Не беси меня. И да, контакта больше нет. Нить, что связывала наши миры, оборвана.

Тут к нам вышел ещё один человек — постарше, с военной выправкой, которую не скроет никакая гражданская одежда. По нему сразу было видно: чист. Ни грамма химии, ни капли чужой энергии. В нём не было ни крохи магии. Можно сказать, это служит доказательством того, что он не с ними.

— Исхакович! Какого черта здесь происходит? — голос генерала рокотал, он явно был взбешён тем, что происходит. Притом он точно не в курсе всего масштаба. Почему? Непонятно. Ведь Артём работал на него. Значит, тот должен был знать о монетах. — Что ты здесь устроил, и кто, мать твою, этот субъект?

— Здрасьте. Вы, как я понимаю, возглавляете ГРУ?

— Допустим. А ты что за хрен с горы? Ты чего мне тут устроил? Вы чего тут устроили?

— Оу, я волшебник из другого мира.

Вы бы видели его лицо! Отлаженная система мировосприятия генерала явно дала сбой.

— Вам что-нибудь известно о монетах, из которых варят зелья омоложения? Хотя на деле это просто — Вам что-нибудь известно о монетах, из которых варят зелья омоложения? Хотя на деле это просто зелья исцеления, слабые, но всё же.

Они переглянулись, и было отчётливо видно, что оба давно играют в подковёрные игры, причём друг против друга. Вопрос в другом: он так же монеты искал для себя, или всё же для народа? Эх, жаль, нет времени выяснять. С удовольствием поиграл бы с ними.

«Но надо домой, уже темно», — вспомнил я слова из песни Виктора.

— Допустим.

— Что ж, тогда вам будет легче принять информацию. Когда-то давно я переместился в другой мир и стал магом, — пояснил я. — Звучит как бред, но так и есть. И не смотрите вы на то, как я выгляжу. Зелья исцеления и омоложения у нас — как у вас шоколадку купить в магазине. Вон, ваш коллега Ренат часто ими пользуется, оттого и выглядит так бодрячком.

Вообще, вся информация, которую от вас так старательно скрывали, которую вы так долго искали, сейчас загружена в сеть и выпущена на всеобщее обозрение. Можете на досуге почитать. Больше не надо засылать друг к другу шпионов. Лучше сосредоточьтесь на защите народа и его развитии. Поверьте, это лучше, чем обдирать его и обманывать. Тем более с учётом того, что вас ждёт.

Я сделал паузу, обводя взглядом замерших силовиков.

— Сейчас я отправляюсь домой. А вот он, — я небрежно ткнул пальцем в сторону директора ФСБ, — поняв, что меня не прибить и не запугать, пытается выторговать себе напоследок хоть что-то. Типичный подход тех, кто у власти. Не находите? Я это понимаю, но не принимаю. Поэтому вся ваша секретная база данных и ушла в сеть. Но подслащу вам горькую пилюлю. Я ведь не злодей. Ой, нет, сначала огорчу. К вашему миру направляется такая космическая дрянь, которая в ваши протоколы безопасности не укладывается. Зовётся «Пожиратель миров». Всю инфу я так же слил. Изучайте.

Я усмехнулся, глядя на их окаменевшие, вытянувшиеся лица.

— А теперь десерт. Я слил в открытый доступ всё, что знаю о магии, растениях и местах силы. Теперь монополии нет. Знания доступны всем, и народ сможет сам варить зелья. Наверное. Тут уж я умываю руки, я всё-таки не маг жизни или природы. Поэтому развлекайтесь.

— Сделка по монетам остаётся в силе? — прервал меня Ренат Исхакович, пытаясь до последнего выжать максимум из этой катастрофы.

Ох, как же он меня бесит. Вот честно.

— Фу таким быть. Убил бы вас, но на ваше место придёт такой же. Так что не вижу смысла. А что касаемо монет… Поверьте, они вам больше не помогут. После того, что я вывалил в сеть, вам понадобится не золото, а очень хороший адвокат. И то не факт, что он вас спасёт. Уж больно сильно вы накосячили. Однако, если поступите умно и поможете людям подготовиться, поделившись накопленными знаниями, которые я не успел вытащить у вас, то появится крошечный шанс всё исправить. Постарайтесь, и вам это зачтётся. Может, даже награду какую дадут. Вы это любите — дарить друг другу ордена.

Я отвернулся от него, потеряв интерес.

— А вам, — я повернулся к генералу разведки и протянул небольшой флакон, — держите, выпейте. И сразу поймёте, что всё сказанное мной — чистая правда. Вы, как я погляжу, человек чести. А я, как ваш несостоявшийся сотрудник, так и не заступивший на службу, буду рад знать, что вы останетесь на стороне народа. Надеюсь, я в вас не ошибся.

Пить он, естественно, не стал. Лишь молча сжал флакон в руке.

— Вот и правильно. Рад что не ошибся в вас. Вы настоящий молодец, — одарил его своей фирменной улыбкой. — Отдадите в лабораторию, может, ваши умники смогут это синтезировать. Поможете людям. Надеюсь, что вы так поступите. Так, всё, нам пора, а то я тут с вами заболтался. Президенту привет!

«Но надо домой, уже темно», — вспомнил я слова из песни Виктора.

Ренат было хотел меня остановить, но сам вовремя остановился, поняв бессмысленность затеи. Силовики начали шептаться, но когда я играючи разрезал полотно пространства, мгновенно смолкли.

Тут мой взгляд упал на Серёгу, который всё это время ошарашенно наблюдал за нами из открытой двери вертолёта. Я же обещал ему подарок.

— Серёга! — окликнул я пилота. — Я могу дать тебе зелье, которое ты сейчас же выпьешь и станешь лет на двадцать моложе. Могу дать артефакт, что стреляет магией. А могу предложить переход в мир магии, где ты будешь летать на настоящем боевом дирижабле. Честно признаюсь, мне там пилоты нужны.

Думал он примерно полсекунды. Спрыгнул на брусчатку и твёрдо сказал:

— Мир магии.

Да, это было немного некрасиво с моей стороны — не сказать про опасность, но, думаю, я справлюсь, и всё у него там будет хорошо.

Мои друзья и новоиспечённый пилот зашли в портал. Я помахал остающимся рукой и всё же напоследок с издёвкой кинул мешочек с золотыми монетами прямо на брусчатку.

— Удачи! И да пребудет с вами Сила!

Когда мы все оказались в тёмном зале, портал за нашими спинами схлопнулся. Я шагнул вперёд, навстречу мёртвым душам и тварям из теней, что тут же рванули в нашу сторону.

— Понеслась!

Глава 10

Глава десятая.

Ну почему у нас не так?

— Не выходить за пределы барьера! — кричал я народу, что с ужасом глядел на тварей, бьющихся о барьер.

Впрочем, это было излишним: люди и так в ужасе прижимались друг к другу. Кроме некоторых. Например, двух гномов. Такое ощущение, будто они здесь уже бывали. Им страшно, но не так, как другим. Но я продолжал кричать, стараясь перекричать ор тысяч глоток тварей, орущих и желающих нас сожрать. Стоит хоть на чуток выйти, и тут же наступит конец.

Атаковать этих тварей всех разом я не мог. Поэтому мне пришлось уйти в глухую оборону. Ввиду чего твари мешали друг другу и не могли бить разом. Илана и Вернон тоже было попытались бить магией теней, но она здесь оказалась бесполезной. Только мой радужный барьер и спасал нас.

Твари на пару с искажёнными душами били и били по куполу, орали, делали всё, чтоб дорваться до нашей плоти, но моя сила была иная, и защиту пробить у них не получалось. Отчего атаки становились только яростнее, а мои чётки всё нагревались с каждым шагом.

Ещё раз обернувшись и окинув взглядом идущих за мной, я хмыкнул. Судя по их выражениям, не все уже были так счастливы, выбрав переход в этот мир.

Когда напор стал угрожающим и идти вперед стало сложновато, я по совету Кантемира создал радужных химер, что возникли вокруг нас и начали стремительно атаковать чудовищ, будто те им всю жизнь мешали, а тут выпал такой случай поквитаться.

Напряжение с защиты немного спало, но это не сделало наш проход более безопасным. Приходилось строго следить за всем, чтоб, не дай боги, моё плетение нигде не было нарушено. Всё потому, что к середине прохода нечто начало бить магией прямо по плетению. Смысл этих ударов был не в том, чтобы пробить щит силой, а в том, чтобы ювелирно разрушить, расплести саму защиту. Кто это делал, я не знал, и потому просил всех поторопиться.

И вот, спустя долгие и невероятно тяжёлые двадцать минут, мы оказались возле выхода из разлома.

Я сместился в сторону, пропуская народ и прикрывая отход. Но просто так нам уйти не дадут, а потому надо что-то убойное. Вспомнив одно заклинание, переданное мне Светочами, я решил попробовать его. Создал перед собой кристальную взвесь — это реально было очень сложно сделать. Здесь нет воды, и вытягивать её приходилось чуть ли не из наших собственных тел. Ведь творить магию на земле, то есть в Эосе, куда проще, а здесь…

Но это чёрт с ним. Привычное дело. Но вот что интересно: Кантемир, пробывший в моём родном мире столько лет, не забыл, как плести заклинания, указав на один изъян в моём плетении. Причём он о нём мне вовремя подсказал.

Теперь точно всё получится.

— Ставь её полусферой и замени этот стежок на вот этот, — ткнул он пальцем. — И уходим! Она отобьёт всё желание атаковать и не даст тварям теней пройти следом.

Сотня капель воды зависла в воздухе полусферой. Следом я мгновенно заморозил их, превратив в линзы, пропустил сквозь образовавшиеся ледяные грани свет огня и обрушил весь этот смертоносный поток на напирающую толпу. Удар света был такой силы, что искажённых душ и тварей отшвырнуло почти на полсотни шагов. Некоторые, что были в первых рядах, и вовсе растворились. Выигранного времени мне вполне хватило, чтоб активировать разлом.

Первыми я пустил магов теней, чтоб они прикрыли, так как гномы наверняка не обрадуются гостям, приняв нас за нехороших таких созданий.

Когда все прошли сквозь разлом, я, убедившись в том, что нахожусь один, обратился к искажённым теням и мёртвым душам, воздев чётки вверх, что, похоже, решили сжечь меня, настолько они были горячие.

— Понимаю, вы озлоблены, и тому виной драконы и их магия, не давшая вам уйти на перерождение. Но что случилось, то случилось, в том нет моей вины. Я закрываю это место, а вы все отправляйтесь на перерождение. Пусть ваш путь будет лёгок, а новый мир встретит радушно. Удачи вам, и да поможет вам Константин!

Волна радужного света, вырвавшись из артефакта в моей руке, озарила на миг пространство. А через миг никого и ничего вокруг меня не было. Всё. Всё закончено. Слеза больше не нужна.

Шагнув в разлом, я оказался в зале Вечного сна. И, словно закрывая молнию на палатке, я запечатал проход. Слеза Тенебры, до этого висевшая в воздухе, ярко блеснула и, мягко слевитировав, легла мне на ладонь.

— Теперь и ты послужишь благому делу, — прошептал я и, убрав артефакт в пространственное кольцо, обернулся к разинувшим рты гномам.

Хм. А тут весело. Вон сколько гномов пригнали. Да и воинов немало. Все такие красивые, в доспехах, с секирами и молотами.

— Уважаемые гномы. Я прошу простить за то, что произошло ранее, но вы должны понять: так нужно было поступить во благо Эоса. Души, что покоились в разломе, отправлены на перерождение. Как и души ваших королей, и всех тех, кто когда-либо угодил в ловушку пространства между мирами. Никто больше не потревожит покой усопших. В том моё вам слово.

— Алекс Астапов. Ты нарушил много наших законов. Убил многих гномов. Но то, что ты сейчас сказал… — произнёс гном, пробираясь ко мне сквозь толпу своих собратьев, готовившихся атаковать нас в любую секунду. — Немыслимо. И если это так, возможно, мы сможем уладить наше недопонимание. На то воля короля. Следуй за мной. Он хочет тебя видеть.

— Я с радостью познакомлюсь с вашим королём. Только сейчас прошу не пугаться и не атаковать нас. Я открою портал, чтоб те, кто прибыл со мной, смогли отправиться в безопасное место. Даю слово мага, что не причиню вам вреда своими действиями и не замышляю против народа гномов зла.

Меня окутало белое сияние, а следом возник портал, ведущий в город Хрустальный.

— Вернон, присмотри за всеми.

— Сделаю, Алекс.

Я повернулся к спасённым людям:

— Вы все, с кем я не знаком, можете быть свободны, как только окажетесь в городе. Отправляйтесь, куда хотите. Все остальные — стойте и никуда не уходите. Я скоро вернусь. Илана, если возникнут проблемы, обращайтесь к архимагу Грете Хладной, она бургомистр города и за вами приглядит. Отведи всех в таверну и накорми, — я вручил ей кошель с золотом. — Этого должно хватить.

— Хорошо, мой господин, будет исполнено, — ответила она, на что я только хмыкнул.

Никто спорить не стал, ещё бы: ни мои, ни те, кто находился в коме на Земле. Они все пребывали в глубочайшем шоке. Первые не верили, что спаслись, а вот вторые — что всё, что я сказал, правда.

Особенно мои друзья, они прям… Одно дело слышать о переходе, и совсем другое — воочию увидеть гномов, другой мир и вообще всё это. Ох, надеюсь, они не проклянут меня. Особенно после такого смачного перехода между мирами.

Когда все ушли в портал, я бросил взгляд на место силы, что стояло в отдалении, и терминал, светящийся радужным светом.

— Скоро вернусь, — бросил я и пошёл за гномом сквозь расступившуюся толпу.

Ох, их бы воля — точно бы напали всей толпой. Двигаясь по коридорам, мы вышли на поверхность, где сели в богато украшенную карету. Ехали мы молча, я же всё время крутил чётки, как сумасшедший. Так как маны было ох как мало. Межмировой прорыв и создание портала выпили меня почти до дна. Не представляю, что за резерв у драконов, если они, судя по полученной памяти, могли скакать между мирами раз за разом. Жуть какая. Мне бы так.

— Уважаемый…

— Друмаил Дуболом. Голос короля и его карающий меч.

Он был силён. Магистр огня. Теперь понятно, почему он занимает такой пост. Редкий дар и невероятно огромная сфера для гнома.

— Сколько гномов погибло, защищая от меня Слезу?

— Семнадцать.

Я отвёл взгляд. Понимаю, они выполняли долг, да и я туда не просто так пришёл. Но всё же это число больно ударило по сердцу.

— Могу ли я как-то возместить нанесённый ущерб? Понимаю, звучит не очень, но так уж вышло.

— Возместить — нет, а помочь — да. Многие лишились своего единственного кормильца.

Я передал сумму в семнадцать тысяч.

— При всём уважении, но я проверю, чтобы они дошли до адресатов.

— Не знаю, что вы о нас думаете, но… впрочем, как вам заблагорассудится. Можете проверять.

— Не принимайте на свой счёт, — вздохнул я. — Мир, откуда я прибыл, оставил свой отпечаток. Скажите, а с чего вдруг король решил со мной встретиться, вместо того чтобы казнить?

— Кого надо, уже казнили. Вам следовало сразу прийти к нему, а не бегать по кланам и советам в поисках способа, как сюда пробраться.

— Может, мне ещё и кирку ему надо было отдать?

— Нет. Тут он полностью согласен с вашим решением. Но по поводу ваших действий вы должны были идти к нему. А те, кто навёл вас на такой путь… Впрочем, мы ещё разбираемся, как так вышло. Потому как, если бы не король, сейчас мы бы вас атаковали и постарались убить, не слушая никаких ваших доводов. Но король Бьёрн мудр и смог распознать игры тех, кто желает навредить народу гномов.

Через два часа мы уже шли по коридорам дворца. Да уж, роскошь, как она есть, во всей своей красе. Но тут дело не в золоте, хоть и оно тут имеется. Нет. Тут дело в изяществе. Камень тут словно песня, притом о том, какой он красивый и величественный. Не знаю, что за мастер это делал, но он гений. Я не смог сдержать удивления и замер, разглядывая сначала сам дворец, а после и всё, что было внутри коридоров — широких, высоких, некоторые высотой метров под двадцать. Вот это замок короля так замок! Даже у Георга в разы хуже. А у князя демонов так и вовсе халупа крестьянина.

Но мои мысли были заняты не только красотой, но и тем, что мне нужно вернуться в зал Вечного сна. Место силы ещё не закрыто. Надеюсь, в этот раз проблем не возникнет. Мог бы и тогда это сделать, но всё было ни к месту. Эх, мне бы ещё алхимика найти какого. Необходимо сделать как можно плавнее переход друзей в новый мир. А то начало так себе. Хотя бы с языком нужно помочь. Надеюсь, такие эликсиры имеются. Плюсом надо озаботиться жильём.

Но додумать я не успел, так как двери открылись, и меня пригласили внутрь. Разговор, как мне сказал Друмаил, будет конфиденциальный. Слишком многим я насолил и обидел своим вероломным поступком, ворвавшись в святая святых. Слух о том, что я сделал, уже прошёл по всему королевству.

Что из себя представлял король гномов? Первое: он молод. Реально молод. Второе: он был рыж. Как начищенная медь. Сейчас одет в кожаные штаны и белую рубаху с короткими рукавами, обнажая свои каменные мышцы. Поверх надет кожаный фартук, подобный тем, что у кузнецов, только с кармашками, в которых имелись разного вида инструменты. Крохотные такие молоточки. В данный момент он работал над какой-то статуей. Я-то думал, меня приведут в зал приёма гостей, ну или в кабинет, а привели в королевскую мастерскую. Необычно, однако.

— Ваше величество, хочу представить вам Алекса Астапова. Того, кто вломился в усыпальницу наших предков. Убил стражу, стравил два клана…

— Хватит, сам знаю, чего он натворил, — отмахнулся король.

— Ваше величество, — склонил я голову, хмурясь на Друмаила за такое представление.

Да уж, после такого представления разговор меня ждёт так себе.

— Бьёрн Железное Ухо, — произнёс король. — Можно просто Бьёрн.

— С чего мне такая честь?

— Ты избавил меня и мой народ от проклятия. Хоть и… — тут он глянул на Друмаила, и тот понимающе откланялся.

Дождавшись, когда за советником закроется дверь, король продолжил:

— Говорю, избавил меня от проклятия и траты золота на постоянную охрану разлома. Хоть вы и сами виноваты. Это же из-за вас, Светочей, этот разлом появился. Говорил мой дед: не стоит этого делать.

— Но взамен вы получили место силы и доступ к энергии мира. Ваши маги, прошедшие через него, сильны, и потому жаловаться вам не на что. Кстати, его я сегодня заберу, а источник силы запечатаю.

Он замер.

— Он здесь?

— Кто?

— Пожиратель Миров, или как он там зовётся.

— Да-а, — протянул я поражённо.

При этом король говорил со мной, но продолжал стучать по статуе, выбивая долотом аккуратные осколки. Странное это дело. Ведь статую можно создать магией земли, а он всё вручную делает. Причём красиво делает.

— Он уже здесь. Точнее, близко. Короче, там непонятно. Сам не знаю, если честно, но всё случится скоро.

— Странно это. Он должен был прибыть примерно через двадцать семь тысяч лет. Похоже, твои предки ошиблись с датой прихода.

— Вы поразительно много знаете.

— И про башни тоже в курсе.

— Это как так? Знаете, — я обошёл статую, чтоб не мешаться. — В отличие от вас, другие короли ни сном ни духом. Даже князь демонов, с которым я говорил, понятия не имеет, что башни — это не просто оружие, а способ прорваться к местам силы. Он полагает, ему просто заплатили за разрешение строить.

— Потому что моя бабка, что являлась бабкой прабабки, была замужем за одним из Светочей. Мы, можно сказать, с тобой родня. Дальняя, но родня.

— Гном и человек?

— А что тут такого? Расы-то разные, а так полностью совместимы, если ты не знал. Не так уж и много у нас различий. Рост, да и всё в принципе. К слову, именно поэтому-то среди гномов нет-нет да рождаются маги других стихий. Ты что, в ордене не учился?

— Достали вы меня уже с этим орденом, — вздохнул я, а затем весело хмыкнул.

— Что не так? — уставился на меня Бьёрн.

— Нос.

— Что нос? — удивился король, так и не донеся долото до статуи.

— Ни у кого нет такого носа, как у гномов.

— Ха! — впервые он искренне улыбнулся за весь наш разговор. — Твоя правда, человек. Пошли медовухи выпьем, и ты мне расскажешь, что там произошло, и почему ты не пришёл ко мне за разрешением. Я бы тебя пустил.

— Рунегар Златоуст сказал, что мне туда не попасть.

— Он тебе не это сказал. Он сказал, что тебе не отдадут Слезу.

— Так вы в курсе?

— Я король гномов, я в курсе обо всём, что творится в этих землях. А также под ними и над ними. Это не ради пафоса тебе говорю. А так, чтоб ты знал, с кем и о чём говоришь.

— Как тогда получилось…

— Не знаю. Кто-то подкупил членов совета. Причём просьба ко всем, кого мы допросили, была одна: ты по итогу обязан был с нами поругаться. Серьёзно поругаться.

Удайся им всё, и мы бы бросили против тебя все силы за осквернение нашей усыпальницы, воровство Слезы Тенебры, кражу летающего корабля, кирки. Но Друмаил вовремя успел выяснить, что к чему. Нет, всё же стоило тебе прийти ко мне.

Впрочем, и я хорош. Сам должен был предугадать, что ты придёшь к месту силы, раз побывал у эльфов. Но эти нехорошие… у них вышло отвлечь меня, чем — не скажу. Да и не суть. Получилось, как получилось, главное — разрешилось.

— Раз вы так осведомлены, может, тогда знаете, как болотные гномы кристаллы научились делать, которые напитываются душами разумных и используются в башнях?

— Это опять ты виноват. Ну, не ты конкретно, а твой род Светочей. Когда мы разделились на два народа, Светочи передали не только нам под защиту, но и им место силы. Как они вас убедили — того не ведаю. Но именно благодаря этому они смогли создавать те кристаллы. Если мы взращивали магов, даруя им частицу энергии мира, то они, похоже, пошли по другому пути.

— Откуда вы всё это знаете? Ну, я про ретрансляторы.

— Да доставили мне такой один, подарочек от Греты. Из башни, что построили здесь в горах. Вот и знаю. Их почерк, как пить дать.

Мы сели за стол, он разлил медовуху, а я достал чипсы. У меня этого добра теперь на многие годы хватит. Пока свои не научимся делать с разными вкусами.

— Так значит, вы за ними не гоняетесь?

— Нет уж, спасибо. Благо, Великая наковальня отвела от меня желание владеть миром. Мне башни без надобности, и в эти склоки я не полезу. Пусть сами убивают друг друга. Мне так даже выгоднее.

— О чём речь?

— А-а-а. Так ты же не в курсе. Мир сошёл с ума из-за этих башен. Теперь о них знают все, кому не лень. В сети такой ураган страстей творится на этой почве. Все мои венценосные братья и сёстры пытаются подгрести под себя как можно больше. Чуть ли не хвастаться стали, кто сколько смог захватить и отхватить. А тут прилетели драконы и начали их громить. Попутно уничтожая всех, кто охранял башни. А так как многие были уже заполнены, то случились несанкционированные взрывы, причиняющие немалый вред поселениям, что имелись неподалёку от башен. Причём делают они это от твоего имени.

— Что? Нет, я понял, что…, но в смысле «от моего имени»?!

— Вот так вот. Все, кто приходил к патриарху за объяснениями, получили один и тот же ответ. Мол, у них договор с Алексом Астаповым. Они разрушают башни, а он возвращает им что-то. Коли есть претензии, то пусть валят к тебе.

Сам же понимаешь, с драконами спорить — это чревато. Да, их не так много, но война с ними сильно ослабит любое королевство. А объединяться против патриарха Эльдрима желающих пока не нашлось.

— Вот же чешуйчатый петух! Ну я ему устрою… Решил, значит, под моим именем с жителями Эоса счёты свести. Кровь старая заиграла. Драконом себя крутым возомнил. Ладно, порешаем вопрос. Ну хрен хвостатый. Я ему устрою.

— Типичный Светоч, как он есть. Наглый, сильный и бесстрашный. Как дед и рассказывал про вас.

— Ты только потому, что я из Светочей, так открыт со мной?

— Конечно. С чего бы ещё? Будь ты обычным взломщиком, давно бы казнили за усыпальницу, даже зная про заговор. И не смотри на меня так. Ты знаешь, что ты не бессмертный. Послал бы десяток магистров, их сил вполне хватило бы. Но мы с тобой родня, так что решил поговорить.

— Да я верю, верю. Просто, честно говоря, не ожидал такой встречи. Думал, сейчас придётся изворачиваться, оправдываться, а после с силой вырываться отсюда. Уже приготовил, так сказать, сюрпризы.

— Себе оставь. Поверь, они тебе ещё пригодятся. Тебе нужно отыскать ещё три места силы, если я правильно помню легенду.

— А ты не знаешь, где они?

— Не-а. Это знал только ваш глава рода Астер. Твой отец.

Хм, тут я понял, что он многое знает, но не всё. Например, что я только телом Светоч. Пусть так и остаётся. Иметь его во врагах я бы не хотел.

Мы выпили, похрустели чипсы.

— Смотри, Алекс, тут такое дело. Я более или менее в курсе всего, что происходит, но не понимаю, зачем ты закрываешь все места силы и ослабляешь защиту планеты? Что тебе это даст?

— Честно?

— Будь так добр.

— Сам до конца не понимаю. Но суть такая. Когда я их закрою и соберу все метки, то стану администратором и смогу управлять защитой планеты. Это то, что я успел выяснить. Также, как я уже сам понял, мне нужна будет вся эта сила, когда придёт Пожиратель. Только так.

Постоянно находиться в глухой защите не выйдет. С его силой он разобьёт защиту мира рано или поздно. И, скорее всего, рано. Ведь те, кто ждёт его прихода, будут ему в этом активно помогать. Мне же придётся сражаться как с ним, так и с его последователями, которых тут почему-то больше, чем один.

Башни же, как я уже понял, нужны не только для разрушения барьеров вокруг мест силы, но и затем, чтоб запутать след. Кто-то знает, где все места силы, или, по крайней мере, часть из них, но при этом он предугадал, что я смог бы идти по их след. Вот и настроили их тысячами, затрудняя мне поиск.

— Что-то такое я предполагал. Ты вообще в курсе, что за Пожиратель Миров такой?

— Не-а. Но само его название, думаю, говорит за себя. Тебе, кстати, такой как Карл Айрон не знаком?

— Не слышал. А кто он?

— Тот, кто сделал заказ на башни. На него работает некая Астрид Грейвс, архимаг смерти, что устроила бардак в землях эльфов.

— Поручу Друмаилу. Что узнаю — пришлю.

— Спасибо. Если и про места силы что-то выяснишь — тоже пришли, в долгу не останусь.

— Что ж, Алекс. В таком случае народ гномов тебе мешать не будет. Нужна будет помощь — скажи. К башням мы не полезем, в том тебе моё слово. Теперь вернёмся к делам насущным. Верни дирижабль.

— Не-а.

— Он мой.

— Не твой. То есть не ваш, ваше величество. У вас его выкрали, а он мне достался от воров как боевой трофей.

— С чего ты на «вы» перешёл?

— А чего вы хотите у меня мою игрушку забрать.

— Вот же ты Светоч! Раз уж мы дальняя родня, давай на «ты», пока вдвоём, конечно.

— Повторюсь. Я его нашёл, и это мой боевой трофей, но у меня есть к тебе предложение. Выгодное.

— Слушаю.

— Хочу запустить воздушную линию перевозок, чтоб использовать вместо телепортационных площадок. С вас — постройка дирижаблей. Все заказы будут идти только через гномов с Западных пик.

Он задумался на миг, а после кивнул.

— Дело. Согласен.

Мы пожали руки.

— Что касаемо Слезы, я сейчас её отвезу к эльфам. Пора заканчивать со скверной.

— Потом верни её нам.

— Если она не исчезнет в процессе, конечно. Далее, нет ли у тебя алхимиков, что зелья нужные могут приготовить?

— Какое нужно?

— Знание языка передать нужно.

— Привёл иномирцев?

— Ага. Пилота да парочку друзей.

— Вот же вы, Светочи, тащите всех, кого ни попадя! И так места мало в этом мире, а вы устроили тут сборную солянку.

— Эй, ты откуда про солянку в курсе? — опешил я.

— От верблюда! — хмыкнул король гномов, с явным удовольствием наблюдая за моей реакцией. — Думаешь, мы через разлом на Землю не ходили? Ходили, и не раз. Проблема только в том, что возвращались не все. Точнее, из сотни добровольцев вернулись двое. Зато они столько всего рассказали.

— Так вот откуда у вас тут технологии. А я всё думал, откуда у вас движки.

— А мы что? Мы ничего. Если вещь придумана хорошо, почему бы не взять на вооружение, — он выпил и улыбнулся. Весело так улыбнулся. — Гномы такие гномы.

— К слову, двоих ваших добровольцев я вытащил с Земли. Тех самых, что шли со мной через разлом. Их там схватили местные спецслужбы и заперли. Увы, других я не видел, — ответил я.

— Спасибо тебе за это. Неизвестность хуже. Поэтому оплачем и похороним как следует тех, кто не вернётся никогда.

Посидели, выпили, помолчали.

— Скажи. А что ты имел в виду про солянку? — спросил я, возвращаясь к теме.

— Так, а по-твоему, откуда здесь такое разнообразие народов и нечисти? Всё твои родичи со своей манией спасения. Ты так удивляешься, будто сам этого не знаешь.

— Не знаю.

— То есть слух про потерю памяти — правда?

— Да, всё так и есть. Очнулся в канаве с разбитой головой. С тех пор как пазл собираю по кусочкам. Поэтому Алексом и зовусь. Так как родного имени не помню. Хотя теперь-то уже знаю.

Мы просидели часа три, болтая о многом. Он рассказал столько всего, что я диву давался. При этом Бьёрн чётко дал понять, что многие секреты выдал мне только из-за наших предков-родственников, которым он дал много клятв. Мол, об этом даже его жена не в курсе, и уж тем более советники и главы кланов. Именно поэтому место силы охраняют только те, кто относится к королевской семье и не входит ни в один клан.

Так я узнал и то, что Светочи не просто так места силы раздавали. Местные народы должны были сами следить, чтоб никто не воспользовался этой магией в корыстных целях и не стал после громить города и уничтожать народы. Можно сказать, переложили ответственность на других. Пока сами занимались спасением миров.

Когда мы обсудили всё, что могли, и перешли к травлению баек, в мастерскую вошёл Друмаил.

— Ваше величество, как вы и просили: эликсиры «Колючий язык» и «Горячие уши», — произнёс советник и выставил на стол шкатулку с двадцатью флаконами с розовой жидкостью и один с зелёною.

Бьёрн чуть ранее объяснил мне, что человек, выпив эликсир «Горячие уши» (розовый), ощутит жжение в ушах, да такое, что мама не горюй. А тот, кто выпьет зелье колючего языка, почувствует жуткую колкость во рту. Язык колет словно иглами, зато после пациент понимает речь и знает язык Эоса как истинный носитель.

Поблагодарив его и пообещав держать в курсе, я отправился обратно к месту силы. Пора было закрыть его. А после связаться с гильдией и Эльдримом. Первые должны сообщить инфу о последнем известном месте, а второй получит по щам за свой произвол. Стрелочник чешуйчатый.

Глава 11

Глава одиннадцатая

Не стоило думать, что ответка не прилетит

Когда Алекс Астапов покинул мастерскую, Друмаил по знаку своего короля задержался. Дверь, на которой были нанесены руны молчания, с глухим стуком закрылась, отсекая коридорный шум и лишние уши. Бьёрн отложил стакан и взял в руки крохотный молоточек, желая продолжить работу над статуей. Смахнул каменную крошку с кожаного фартука и накинул его на шею.

— Слушаю вас, ваше величество…

— Все башни, что мы захватили, все кристаллы — всё уничтожить, не прятать, а уничтожить, — голос короля утратил недавнее дружелюбие, став по-гномьи, по-королевски твёрдым.

— Но, ваше величество, мы станем беззащитными перед другими королевствами.

— Того парня видел?

— И?

— Он сейчас пошёл морду бить…

— Я сам могу его одолеть, — перебил короля Друмаил, машинально положив ладонь на рукоять секиры, и тут же осёкся. — Простите.

— Вот ты торопыга, братец. Дослушай, кому он бить морду пошёл.

— И кому же? — с лёгким вызовом поинтересовался он.

— Бить он морду пошёл Эльдриму. Или ему ты тоже набьёшь? — король усмехнулся, глядя, как лицо брата вытягивается от упоминания имени патриарха драконов. — Так я и думал. Поверь, у него сил хватит. Он уже в той стадии, что и его отец Астер. Если не сильнее. Плюсом в нём его элементали. Те самые, — воздел молоточек король к потолку. — О чём он, кстати, со мной любезно поделился. Так, так сказать, как родич с родичем. Поэтому всё уничтожить, отряды вернуть. И да, собери совет кланов.

— Повестка?

— Нужно будет выбрать клан, что займётся постройкой девяти дирижаблей. Деньги уже… — Бьёрн довольно крякнул. — Золото уже в казне. Одно обидно.

— Что же, ваше величество?

— Ушлый этот Алекс, как и весь его род. Представляешь, всё запатентовал! — король в сердцах хлопнул широкой ладонью по столу. Отчего инструменты подпрыгнули, а некоторые упали на пол.

— Мы бы тоже могли, да вот чертежей-то у нас нет, — с сожалением проговорил Друмаил, косясь на стол, а точнее на непонятную снедь, что там лежала.

— Они все у него. Тот маг, оказывается, в землях демонов прятался, но недолго. Его некий гусь Густав сварил в собственной ванне.

— Так ему и надо. Так кому отдадим заказ?

— Тем, кто лоялен, и тем, кто непричастен к перевороту.

— То есть себе заберём?

— Конечно, Друмаил, брат мой, — Бьёрн заговорщицки подмигнул. — Частью работ поделимся, конечно, но основа вся наша будет. Только всё это мелочи.

— Корабли — мелочи? Там же…

— Да послушай ты. Я как узнал кое-что, то мы с ним условились, что любые постройки он будет заказывать у нас. Даже если это будет простой будильник. Даже если мы не знаем, как это сделать.

— Зачем нам это?

— Ты помнишь, когда мы послали разведчиков, что они так и не вернулись, а те двое вернувшихся так и не смогли ничего притащить? Их пространственные браслеты выворачивало наизнанку, стоило им оказаться в разломе.

— Ну, там что-то пытались объяснить из ордена Первородного камня. Честно, не вдавался в подробности. Скучно и неинтересно. Зануды они.

— А я вдавался. Но не в этом дело. Понимаешь, да, Алекс имеет кольцо внеклассовое, — проговорил по слогам король. — Он пробыл там почти неделю. И с деньгами у него проблем не было. Ты представляешь, что он нагрёб? — король наконец потянулся к оставленной на столе пачке и открыл её. — Вон, попробуй. Чипсы зовутся. Жуть как вкусно. Так вкусно, что чуть скидку ему в два процента не дал взамен на них.

Друмаил подозрительно принюхался, осторожно выудил золотистый ломтик, закинул в рот и громко хрустнул. Его глаза удивлённо расширились.

— А сколько дал? Колись, камень ты, конечно, крепкий, но я-то знаю, брюхо твоё — та ещё шахта тролля! — спросил с прищуром младший брат, потянувшись за вторым.

— Три, — Бьёрн ловко отодвинул пачку подальше от загребущих рук советника.

— Ха. Я бы дал четыре. И вообще, делись. Мы же семья, в семье надо делиться. Наверняка он тебе отсыпал!

— Отвали, шлак несчастный, самому мало, — огрызнулся король, прикрывая добычу рукой. — Иди с ним договаривайся. И вообще, проследи, чтоб он чего лишнего не спёр.

— Вот же ты жадный, брат.

— Иди уже. И про башни сделай сегодня же. После разберёмся с теми непокорными, кто решил нас поссорить с родом Светочей. И кирку мне притащи, хочу глянуть.

— Как пожелаете, ваше величество, — склонился Друмаил в поклоне не столько ради уважения, сколько ради того, чтоб стащить тарелку с чипсами.

Схватив её, он резко рванул к двери, прикрывая себя щитом огня, в который тут же прилетел булыжник! Закрывая за собой дверь, он довольно захрустел и пошёл догонять Алекса.

Может он и король, но скорость плетения у меня выше! —довольно подумал он про себя.

***

— Как дела, Марк?

— Всё хорошо, Алекс. Если не считать того, что ты тут устроил.

— Бывает. Кто-то играет против нас, и этот кто-то имеет длинные, сильные руки. Чего там по энергии?

— Полным-полна коробочка.

— Здорово. Тогда запускай процесс воскрешения профессора Эраста Фёдоровича. Пора ему вернуться к жизни.

Далее я наблюдал, как камень в чётках медленно гаснет, а радуга, окружавшая меня, стала более плотной. Постепенно. Прям вот постепенно, и это, кстати, немного пугало, передо мной появлялся человек. Кости, ткани, органы, нервы, кожный покров.

— А одежду сделаешь ему?

— Увы, нет.

— Ясно. Значит, что-нибудь придумаем.

Процесс занял почти два часа. В это время я рассматривал Зал Вечного Сна, а меня рассматривал Друмаил, хрустя чипсами, которые он попросил у меня по-дружески, пачек двадцать. Гном есть гном.

Когда процесс был завершён, я наблюдал растерянного Эраста.

— Привет, док.

— Алекс? Что происходит? Почему я голый?

— М-м, тут такое дело, вас как бы немножечко убили. Но теперь вы абсолютно живы, и у вас новенькое тело. Кстати, вот одежда, а то тут прохладненько.

Протянул ему пончо, футболку и спортивные штаны со шлёпанцами. Видок был у него ещё тот, когда он полностью оделся. Прям жених!

— Вы тут обождите немного, я сейчас кое с чем закончу. После всё объясню подробно и расскажу.

Подойдя к месту силы, приложил руку, забрал часть ключа и метку. Закачал в себя остатки энергии, которой, между прочим, было ещё прям очень много. Тут не то что источник, а целая пробоина была с аккумулятором превышающим тоже Древо матери раза в три. После убрал терминал. Как оно там дальше будет, не ведаю, но пока пусть всё это побудет у меня.

Осталось выяснить, где ещё три. Точнее два, ведь одно у болотных гномов. Придётся обращаться к гильдии.

По пути наверх ввёл в курс Эраста по поводу башен и почему так долго не мог его воскресить. Но он был не в обиде. Потому как для него всё пролетело как одна секунда. Да и новое тело куда лучше старого. Поскольку Марк убрал все болячки. Только животик оставил да пару морщин для солидности.

Кстати, по поводу разрушения башен. Посидел, почитал сеть, и такая злость меня взяла — ужас просто. Эльдрим точно перегнул палку. Да, он разрушил более сотни башен, но при этом убил тысячи ни в чём не повинных разумных.

А ещё здесь прошёл почти месяц с моего ухода. Хорошо, что не годы. Теперь понятно, почему со мной, пока я гулял по Москве, всегда пребывало чувство, что надо бы побыстрее.

Чего этот петух чешуйчатый добивался — не пойму. Зачем ему это? Он же знал, что я это так просто не оставлю. Обаятельно спрошу с него и остальных.

— Алекс, у тебя всё хорошо? — дёрнув меня аккуратно за плечо, спросил учёный.

— Да, а что такое?

— Твоя аура, — обеспокоенно проговорил он.

— Да, Алекс, немного поубавь, — продолжал хрустеть гном, сделав шаг назад.

Я обратился к сферам, и да, моя аура потемнела и вырвалась наружу, начав давить на спутников. Чтоб было понятнее, почему это не очень хорошо. Ну вот, например, в качалке ты весь такой сильный, здоровый, и подходишь к новичку, и показываешь ему, какой ты крутой, а если он не оценил, так ещё и давишь на него сверху штангой, чтоб понял, кто тут.

Меня извиняет только то, что это произошло неконтролируемо. Но беспокоило меня не только это, а ещё то, что она отдавала тьмой, такой вибрирующей, неспокойной, и, как уже сказал, давящей.

— Как твоё состояние?

— Да хреново, если честно. Драконы тут учудили, и теперь мир меня винит во многих бедах благодаря им. В магической сети меня вообще зовут врагом номер один Эоса.

— Тебе нужно поговорить с наставником. Надо тебя как-то стабилизировать. Ты молод, а количество вот проблем твоих, судя по рассказам, достойно архимагистра.

— Обязательно. Со всеми поговорю, и со Светочами тоже. Самого уже напрягает всё это. Ладно, это дело ближайшего будущего. Вы мне лучше скажите, как мне эти кристаллы, заряженные энергией, деактивировать? Всё-таки энергия трёхсот мёртвых душ — это очень много.

— Пока не скажу. Но идеи есть, поэтому мне нужно в лабораторию. Начну проводить исследования, которые оставил. И, кстати, спасибо тебе, что вернул меня к жизни. Понимаю, тебе это стоило многого.

— Мне это не стоило ничего, а вот нам всем — да. Но, думаю, энергии хватит, когда он придёт. Нет — так своей добавлю.

— А-а-а.

— Шучу. Ещё три места силы есть. Так что решим вопрос.

— Уважаемый Эраст, — внезапно посерьёзнел Друмаил, перестав жевать чипсы. — От лица короля я могу предложить вам лучшие условия, чем в Альтерии. У нас есть всё необходимое. Мы дадим вам дом, и инструменты, и всё, что вы попросите.

— А взамен? — прищурился кристаллограф.

— Вы поможете нам с некоторыми разработками. У нас есть затыки в определённых сферах, и свежий взгляд, естественно, с сохранением секретов, нам бы не помешал.

— Я думаю, это хорошая идея, Эраст. Тут вы будете под защитой. Бьёрн — хороший король, а его семья весьма разумна и прагматична. Уверен, что это действительно лучший вариант, чем возвращаться в Альтерию, где король желает власти и оружия, способного убивать тысячами.

— Да, ты прав. Но мне всё равно нужно вернуться домой, чтоб забрать мои инструменты, наработки, записи.

— Держите, — протянул я пространственный браслет. — Мои люди давно всё собрали и подготовили, аккуратно упаковав.

— Спасибо, Алекс. Вот за это огромное спасибо. Не любил собирать вещи, оттого и прожил столько лет в маленьком доме.

— Ну тогда удачи, жду новостей. А вам, Друмаил, отдельное спасибо за всё. И ещё раз простите, что так вышло, вины это не снимает, но я постараюсь загладить свою вину.

— Чип…

— Обойдёшься, — прервал его я. — Лопнешь, и попа отрастёт так, что на стул не поместишься. Да и не так дорог ты мне.

Гном заржал.

— Нет, ты точно наш родственник.

Мы ещё постояли немного, а после я взлетел и полетел в сторону Хрустального.

Первое, что бросилось в глаза, так это количество народу. Такое ощущение, что жителей стало в три раза больше, если не в пять. Да и сам город расширился.

Появилось несколько новых районов. Как так-то? Меня не было всего месяц по местным меркам, а тут такое. Похоже, это опять наш чудо-строитель Иван Мошкович отжигает. Вот же красавчик. Ух, надеюсь, у него будет такой же запал, когда будем строить мою столицу.

Считав метки, я быстро нашёл своих, они сидели в таверне «Три снежинки».

Войдя внутрь, застал огромное застолье и никого, кроме наших. А ещё тут сидели Грета и Маратиус.

— Всем привет, — помахал я рукой. — Это Эраст, мой друг. Тот, кто помог мне находить башни. Доброй души человек, и с большим сердцем, и очень отважный.

Обратился я на местном языке, и потому многие меня не поняли.

— Госпожа Хладная, Маратиус. Рад вас видеть. С вами мы поговорим чуть позже, — они оба кивнули, понимая сложность ситуации.

Затем обратился к брату и сестре.

— Вам спасибо большое. Могу ли я чем-то вам ещё помочь?

— Нет, Алекс, ты и так сделал куда больше.

— Да-да, Алекс, я бы сказала, что мы увидимся позднее, но у Морганы дрянной и весьма собственнический характер, так что нет. Увы, в следующий раз не увидимся. Но загадывать не буду.

— Хорошо, — улыбнулся я.

Они ещё раз попрощались со всеми, причём на русском, и покинули таверну.

— Кантемир, ты с семьёй куда? К своим? Советую. Мать твою, да она думает, что я на неё обижен, ну, то есть, ты.

— Да, я к ним. Всё объясню, она женщина умная, поймёт. Тем более узнав про внука, ей точно будет не до меня.

— Понимаю.

Я обвёл взглядом разношёрстную компанию.

— Что ж, в таком случае, — я поставил шкатулку и открыл её. Заговорил по-русски: — Берём зелья слева. Фантик, ты берёшь зелье справа. То, что зелёное.

— Я не хочу. Я знаю, что это, — Фантик демонстративно закрыл рот.

— Так, кажется, кто-то хочет ата-та.

— Вот чего ты сразу угрожаешь?

— Сан…

— Алекс. Обращайся ко мне впредь только так. Я же объяснял почему, — оборвал я и строго посмотрел на Артёма.

— Да-да, конечно. Так что это за жидкость?

— Эликсир «Горячие уши». Выпив его, вы научитесь говорить на местном языке. Не читать, только говорить и понимать.

— А тут сколько языков?

— Один. Плюс руны. Но они разные. Но тоже не проблема, есть артефакт, поможет научиться и читать, и писать. Всё, пейте.

Далее я наблюдал одну из самых весёлых картин за последние годы. Толпа землян сидела с красными ушами, словно их натёрли варежками, что все в снегу и льдинках. А шушун чуть ли не плевался и даже немного ругался: язык ему кололо, будто он кактус облизывает. Но, стоит отдать ему должное, он смог говорить чисто и чётко. Много там не надо, всего двадцать минут, за которые он успел передать больше семи тысяч слов. Вообще, эффект можно повторить, но этого вполне хватает.

— Итак, — обратился уже я ко всем на местном. — Судя по вашим улыбкам, всё прошло удачно.

— Это так круто! — воскликнула радостно Алёнка, что сидела рядом с Данькой. Похоже, успели подружиться.

— Итак, друзья мои хорошие, каков ваш выбор? Лично моё предложение — оставайтесь тут, в вольном городе. Дома здесь есть, денег я вам дам — хватит до конца жизни. Изучите мир, историю, народы, поймёте, что да как, а после решите, где захотите осесть.

— Уважаемая Грета, вы не против, если эти люди поселятся в вашем городе?

— Не против, и он не мой. Ты же знаешь. А что насчёт домов — это да. Мы только рады, если кто их займёт.

— Вот и славненько. Что касаемо тебя, Сергей, то ты, увы, отправляешься со мной.

— Как скажешь, Алекс, — легко согласился Комаров, кушая шашлык.

— А можно мне с тобой, Саша? — обратилась Светлана к Кантемиру. Умная понимает, что имена данные при рождение палить не стоит.

Он задумался, а после кивнул.

— Думаю, да, проблем не будет.

Так мы и сидели, думали, кто, куда и как. Фантик отправился со мной, пообещав, что пришлёт для Алёнки и Даньки своих братьев.

— Артём решил пока остаться в Хрустальном, освоиться, и тоже попросил шушуна. Привык он уже к умным колонкам.

Когда все разошлись, так как я объяснил, что у меня куча дел и с ними в ближайшие дни встретиться, увы, не смогу, я обратился к Грете. С которой у нас состоялся очень важный и длительный разговор.

Во-первых, все связи между Хрустальным и Альтерией разорваны. Георг рвал и метал, но поделать ничего не мог. Армия поддержала графа Орлова, напрямую отказавшись воевать против мирных жителей Хрустального. Я, конечно, усмехнулся этому, но с другой стороны — молодцы. Напали бы маги на столицу Альтерии, думаю, они бы все полегли там, защищаясь. Но вот так вот прийти в вольный город и убить магов, архимагов… Ладно, не случилось беды, и это есть хорошо.

Далее я ей подробно объяснил, зачем нужны башни и что грядёт. Почему этот Пожиратель ускорился, я без понятия, о чём ей и сообщил, так же не в курсе, что его привлекает.

А вот что удивительно — про места силы она не в курсе. Понимает, что есть некая энергия, отличная от маны, и что Эос живой, но его разум, его понимание — где-то в другом измерении. Так что для неё это стало сюрпризом.

Пришлось взять клятву о нераспространении. Которую она неохотно, но дала. Мне не нужны на хвосте ещё и архимаги, которые будут бегать и искать их, чтоб стать архимагистрами.

Когда Фантик по моей просьбе отписался всем нашим, сообщив о моём возвращении, попросил его немного обождать в Хрустальном вместе с Артёмом и Сергеем. Сам же в это момент отправился в царство драконов, а именно на пики Западных гор. Впрочем, гномы считали, что это их горы, а драконы благоразумно молчали, продолжая жить там.

Прежде чем отправился, к слову, со мной связался Лейтон и сказал, что смог выбить паузу в охоте на меня, и что он надеется на скорое моё прибытие в Вечнозелёный лес, дабы встретиться с королевой. Что касаемо скверны. Распространение смогли сдержать. Подсолнухи помогли, здорово помогли. Сняв напряжение с магов природы, что сдерживали её. Хорошие новости. Это немного приподняло мне настроение.

Портал не стал использовать, так как понимал, что сейчас при разговоре с патриархом мне понадобятся все силы. Знания, которые я почерпнул из последнего кристалла, чётко дали понять, какова суть драконов, и не только перламутровых, таких как Варгос, но и всех остальных.

Блин, если узнаю, что и он в этом замешан, что творил подобную дичь — писец котёнку. Мало не покажется.

В том, что я справлюсь с Эльдримом, я был уверен, а вот то, что с Варгосом — вообще не факт. Ведь знания магии драконов он так и не передал остальным, оставив эту силу себе как гарант, что его сородичи не станут бузить и сжигать города.

Оказавшись среди пиков, я поёжился. Тут шла метель, и ветер пронизывал до костей. Застегнув молнию до конца, включил обогрев. Удобно, однако. Каждый раз радуюсь, что не надел мантию местного пошива.

Долго оглядываться мне не дали. Я услышал хлопанье крыльев, и это несмотря на бушующий ветер.

Ёпстердей. Вот их тут… до фига, немало. Я думал, они вырождаются, а тут их почти две сотни. Откуда только взялись в таком количестве? Или…

Передо мной завис Эльдрим, а его голос раздался в моей голове.

— Чувствую, ты чем-то недоволен, Алекс? — Есть такое. — Чем же?

Вместо ответа я ударил плетением «Радужный резонанс». Самое эффективное против драконов, да и вообще против магов. Суть заклинания такова: я помещаю в чужую сферу сразу все четыре стихии, происходит магический резонанс. Если маг слабый, произойдёт дестабилизация маны, если сильный, как чёрный дракон, то это собьёт его с толку, причиняя душевную боль. Тем самым лишая концентрации.

Патриарх явно не ожидал атаки. Да причём такой. Это плетение было разработано для них. Кантемир хоть и не был сильным магом, но был очень начитанным молодым человеком. С учётом, что он никуда из земель Светочей не уходил.

Эльдрим с рёвом упал на снег, пролетев почти сотню метров. Он лежал на спине, раскинув свои огромные чёрные крылья. Вот только ничего пафосного сказать по типу «не стоило так делать» я не успел.

Меня тут же атаковали красные и зелёные драконы. Взмах крыльями, и два вала пламени ударили в радужную защитную сферу. В ответ я ударил ледяным градом, сбивая их концентрацию, а после взмыл вверх и применил плетение «Свинцовый туман». Сорвавшись с моих рук, вокруг нас, помимо снежной бури, образовалось облако тумана. Оно нагрело воздух, испарив снежинки, а земля напитала частицы капель воды.

Драконы, вдыхая его, чтоб вновь ударить пламенем, невольно проглотили землю. Крохи, но с учётом, сколько они вдыхают, мне этого вполне хватило.

Держа щит, я собрал частицы земли внутри них в небольшие камушки размером с напёрсток и запустил их в неконтролируемый полёт по телу. Они, как пули со смещённым центром тяжести, начали рвать органы изнутри. Сразу видно, не сталкивались они со Светочами. А так бы знали, что не стоит дышать чужим туманом. Возможно, они из молодого поколения. Эх историю надо знать. Иначе каждый раз будешь натыкаться на одни и те же грабли.

***

Варгос рассекал свинцовое небо. Рядом, на пределе сил взмахивая крыльями, летела Доротея. Они бросили свою тихую пещеру и возвращались в родные горы — зов патриарха грохотал в крови, призывая каждого. Враг вторгся в их земли. Враг убивал драконов.

Но когда Следящий бросил взор вниз, его сердце пропустило удар. В воздухе ещё висело кровавое облако, медленно оседая на девственный белый снег. Он увидел, как крошечная человеческая фигура играючи, с пугающей жестокостью превратила в фарш двух молодых сородичей. Его названого старшего брата словно подменили. Гнев и ледяное непонимание захлестнули перламутрового ящера. За что он с ними так? Неужели патриарх всё-таки был прав, и Алекс сошёл с ума, как и все Светочи до него, опьянённые собственной мощью?

Взгляд метнулся в сторону. Там, прямо на снегу, бился в конвульсиях сам Эльдрим. Могущественного дракона разрывала изнутри чудовищная, пульсирующая магия Светочей. Патриарх извивался, тратя все силы лишь на то, чтобы не взорваться.

Пока младший брат замер в небе, ошеломлённый картиной бойни, Доротея не стала ждать. Издав яростный рёв, она сложила крылья и смертоносным пике ринулась вниз. Она хотела одним сокрушительным ударом снести человека.

Но Алекс был слишком силён. Он даже не обернулся — он почувствовал атаку спиной.

Снег под ним взорвался. Исполинский земляной кулак вырвался из мерзлоты и с чудовищной скоростью врезался прямо в морду пикирующей драконихи. Раздался тошнотворный хруст. Беспощадный удар сломал её клык и выбил глаз, отбросив массивное тело назад, словно тряпичную куклу. Мать его будущих детей, потеряв сознание ещё в воздухе, рухнула на окровавленный наст.

Мир вокруг остановился. Такого предательства перламутровый дракон выдержать не мог. Что-то навсегда надломилось внутри, уничтожив ту слепую преданность, что он питал к человеку. Ведь они были братьями не просто на словах — они были связаны через саму суть. Алекс взрастил его, день за днём питая энергией собственной души, делясь самым сокровенным. И теперь эта связь мучительно кровоточила.

Его пасть раскрылась. Воздух вокруг чешуи задрожал от запредельного жара.

«Агни-Драко-Флатус!»

Ревущий конус ослепительного бело-голубого пламени вырвался из груди, мгновенно испаряя метель, и ударил прямо в грудь Алекса.

Дракон сам не мог поверить, что ударил на поражение собственного брата. Но вид разорванных сородичей и искалеченной Доротеи не оставил выбора. Если тот, кто подарил ему жизнь, сошёл с ума, превратившись в монстра, то только он — его названый младший брат — имеет право оборвать эту жизнь. Никто другой. Сжигая старшего брата в священном огне, он отдаст ему последнюю дань уважения.

Глава 12

Глава двенадцатая.

Исход!

Я почувствовал, как ещё два дракона приближаются ко мне со спины. Доротея и Варгос. Хм. Посмотрим, атакует ли он меня или же попробует поговорить. Что сильнее: душевная связь или преданность сородичам?

Его подружку я встретил жёстко, так как она была намерена меня убить. Это чувствовалось. Сфера внутри меня с её обитателями не ошибается. Что ж, пора наказать ту, которая считает, что люди — ничтожные букашки, рождённые служить высшим драконам. Вот только есть небольшой нюанс. Первый — она не высший дракон. Второй — мы, люди, как бы с этой позицией не согласны.

Удар получился хорошим. Убить не убил, а вот вырубить получилось. Так у неё шансов выжить больше. Теперь братишка. Твой черёд!

«Агни-Драко-Флатус!» — услышал я рёв Варгоса.

Медленно повернулся и принял удар. Что ж, он свой выбор сделал. А чего это другие драконы сидят в сторонке?

Сделав вид, что падаю и что его удар достиг цели, я спокойно сосредоточился и сплёл плетение жёлтого круга.

— «Терра-Аква-Вента-Град»! — камни, куски льда — всё взлетело вверх и, окружённое водяной взвесью, мешающей разглядеть снаряды, рвануло к нему, закрывая собой всё пространство передо мной.

Деваться ему было некуда, и единственное, что он смог бы сделать, — это закрыться крыльями. Всё-таки плетение жёлтого круга даже для него слишком опасно, но Варгос был не слаб и весьма поднаторел в магии. Мои наставления о постоянных тренировках он всё же не пропустил мимо ушей.

«Агни-Драко-Ала» — за спиной братишки развернулись два огненных крыла, давая ему тот самый спасительный рывок, позволивший в последний миг уйти из-под атаки.

— Неплохо, братик, неплохо. А что сделаешь с этим? — пустил я в него «Мерцающий клинок».

С моих рук с невероятным пафосом сорвался огромный, ревущий огненный шар. Варгос ожидаемо повёлся, он не стал тратить кучу сил на то, чтобы выставить мощный блок от родной стихии. Так уж, ради приличия, выставил небольшой щит. Эх, мал он ещё, и совершает главную ошибку — недооценивает своего противника. Но этот ревущий огонь был лишь гиперреалистичной иллюзией Света. Обманка прошла сквозь драконий щит вообще без сопротивления, скрывая внутри себя главную тайну плетения — тончайшее, невидимое лезвие спрессованного Ветра.

Обычно такой трюк сносит врагу голову, но сейчас это лезвие со свистом вошло прямо в его плоть, безжалостно прорезая крыло, отчего дракон начал стремительно падать. Регенерация у него, конечно, бешеная, но не настолько.

Так я ещё сверху добавил семью кумулятивными копьями, пустил в него ледяные иглы. Как бы он ни старался махать крыльями, чтоб уйти, и выставлять щиты, я был сильнее. При этом я прекрасно понимал, что он мог применить кое-что убойное, но почему-то он этого не сделал. Те два боевых заклинания — примени он их, и мы бы исчезли с лица Эоса. Как и эти горы вместе с Хрустальным и королевством гномов. Может, поэтому и не рискнул. А вот второе заклинание сожгло бы мне душу. Хм. Может, не всё с ним потеряно. Поглядим. А пока пусть остынет и вспомнит, кто тут папка!

Удар. Жёсткий, хлёсткий удар прилетел мне в спину. Я, словно брошенный камень, устремился вниз. Приземление на снежный массив вышло очень болезненным.

— Сука ты, Эльдрим! — рывок в сторону. Закидываю в рот среднее зелье исцеления и бью наотмашь наводящимися копьями вкупе с каменной шрапнелью. Спускаю трёх радужных химер, что, впившись в его сферу, начали выкачивать ману.

Но патриарх в этот раз был готов и смог быстро справиться с моей атакой, развоплотить их.

— Сегодня ты умрёшь, Светоч! А мы вернём себе власть!

Он резко сблизился, но вместо атаки магией ударил в грудь когтем, пробивая щит и пронзая мой живот, так как я не успел достаточно накачать щит.

От резкой боли в пробитом животе я никак не мог сосредоточиться. В глазах всё помутнело, и я почти вырубился, лишь ожог собственной руки хоть как-то помог удержать сознание наяву. И вовремя. Ведь второй лапой он попытался оторвать мне голову. При этом он поднимал меня всё выше и выше, а температура за бортом, наоборот, опускалась. «Сашенька, одеваться надо было потеплее», — напомнил я себе, чувствуя, как холод начинает пробирать до костей, а кровь на животе замерзает на глазах.

— «Радужный резонанс»! — выкрикнул я, так как сил не хватало на мысленное плетение, желая вновь вывести его из строя. Получись у меня, и с ним было бы покончено.

Вместе с криком изо рта вырвалась кровь, и я не смог сплести до конца. Пришлось действовать иначе. Полоснув мечом, сотканным из плотной воды, я отрубил коготь, отчего началось моё неконтролируемое падение. Кое-как вытащив из себя отсечённый драконий коготь, я влил в рот высшее зелье исцеления, а в следующую секунду на полной скорости врезался в склон. Сознание потухло. Но, к моей радости, всего на миг.

— Где ты?! — ревел патриарх, прожигая огнём место, куда я упал.

Но выпитое ранее зелье уже подействовало. Однако мне пришлось выпить эликсир ускорения, ещё одно высшее зелье и кое-чего ещё, пока находился под землёй. Закинул в рот кучу всего, чтоб рана в животе как можно быстрее затянулась. Если бы не новые руны Светочей, что поставил мне Велесов, думаю, мне был бы конец.

И вот я уже хотел вылезти из-под земли, глянуть, где он, чтоб ударить нежданчиком по чёрному засранцу. Как вдруг он нашёл меня первым, схватил за голову и выдернул из-под снега.

— Этот мир обречён, Алекс! Сила, что ты собрал со всех мест силы… я чувствую её! Тот, кто убьёт тебя, станет равен богам, и я заберу её! — ревел он в моей голове, продолжая сжимать её. — Тебе не стать тем, кем он желает тебя видеть! Всё это безнадёжно. Но сила мира послужит нам, и мы вернёмся на вершину пищевой цепи!

Говори, говори. Я же знаю, что ты знаешь куда больше. Тварь чешуйчатая.

Он давил и давил, его мышцы бугрились от напряжения. Однако убить меня было не так просто. Прямо из моей головы, покрытой камнем, как шлемом, полезли шипы, что с каждой секундой расширялись, словно домкрат, разжимая лапу с когтями дракона.

— Не знаю, о чём ты бормочешь, козёл, но лови!

Удар каменного кулака в челюсть. Затем я сплёл «Наждачный смерч», объединив воздух, землю и огонь. Заклинание создало небольшое торнадо, наполнив его микроскопической каменной пылью, которую я тут же уплотнил до алмазной твёрдости и раскалил бешеным трением. Эта штука работает как чудовищная промышленная пескоструйная машина — она сдирает любые магические щиты, броню и саму плоть слой за слоем за считанные секунды. И вложил я в него ох как немало энергии.

И нижние лапы Эльдрима начали стремительно кровоточить, а после истончаться, перетираясь в кровавую пыль.

Крича от боли, он продолжал орать в моей голове. Гад такой.

— Решил заполучить энергию мира? Думаешь, удержишь всё в себе? — проревел он. — Ты всего лишь наглая букашка под моими крыльями. Весь твой род — выскочки и наглецы! Посмевшие возомнить из себя что-то большее!

Говорил он не ради пафоса или как типичный злой герой из фильма, нет. Он, козёл такой, как и я, готовил заклинание, и ему нужна была ярость. Но боль, которую причинял «Наждачный смерч», конечно, не давала ему этого сделать.

На помощь к нему прилетел золотой дракон и вцепился мне в ноги. Он оказался силён, очень силён. Пожертвовав собой, приняв моё заклинание прямо в голову, он всё же успел дёрнуться и оторвал мне левую ногу по самое колено.

Крича от невыносимой боли, я выпал из окровавленных лап Эльдрима и рухнул в сугроб, обильно обагряя девственно-белый наст своей кровью. Снежная буря, до этого ревевшая в унисон с бьющимися драконами, начала медленно утихать. Ветер стих, а снежинки закружились плавно и лениво, будто сама природа замерла, прислушиваясь к тому, что произойдёт дальше.

В этой внезапной, звенящей морозной тишине надо мной возник Варгос.

— Что, сука, тоже хочешь силы? Решил стать богом?! Не выйдет! Не бывать этому, пока я жив!

От сводящей с ума боли я применил заклинание красного круга. Прорывая завесу редеющей метели, гору накрыли огненные метеоры — камни, объятые пламенем, размером с машину, начали падать с небес.

Драконы с рёвом бросились врассыпную, но некоторые всё же попали под раздачу, озаряя снег всполохами взрывов.

— Алекс, брат мой, за что ты напал на нас? Ты обезумел? Ответь, прошу, — голос Варгоса дрогнул, контрастируя с грохотом метеоритов.

Продолжая глухо стонать, я пытался дотянуться до зелья в кармане. Достать из пространственного кольца всё никак не выходило. Концентрации не было, мысли сбивались, всё путалось. Каждый миг я проваливался в тёмное небытие, а холод постепенно замораживал кровь на животе.

— Потому что вы, драконы, желаете только одного: власти и разрушения. И вы это доказали. — О чём ты, брат? — Варгос, нависший надо мной, резко развернулся и яростно заревел на двух приблизившихся сородичей. Снежинки завихрились от его горячего дыхания. — Варгос, добей его и стань нашим главой! Разорви эту жалкую человеческую связь! Тот, кто убьёт его, получит силу богов! Забери её, возглавь драконов, и мир падёт ниц! — напутствовал его патриарх, чей голос гулко разнёсся над утихающим пиком. Он откровенно презирал наше братство и теперь цинично пытался стравить нас, играя на жажде власти.

Эльдрим уже частично залечил раны: отрастил себе лапы, точнее, одну лапу. Вторая так и торчала уродливой культёй, отчего ему приходилось тяжело зависать в воздухе, непрерывно работая крыльями.

— Я сам решу, что мне делать! — взревел на патриарха перламутровый дракон. И, что удивительно, Эльдрим заткнулся. — Что, братишка, тоже понравилось убивать разумных? — хрипло спросил я.

Пальцы всё-таки нащупали флакон. Воспользовавшись моментом, пока меня не добивают, я выпил высшее зелье. По телу разлилось спасительное тепло, отгоняя мертвенный холод. Надо приходить в себя. Ещё бы ногу вернули — вообще было бы здорово. А то новую отращивать — тот ещё геморрой.

— О чём ты, какие убийства? Это ты пришёл сюда и убил моих сородичей. Искалечил Доротею, напал на патриарха. Я всё видел. — Ох, братишка… Как всегда, наивный чукотский юноша. Башни, я просил вас разрушить только башни. А вы вместе с тем убивали всех, кто их охранял. И зная, что люди могут ретироваться, наоборот, делали так, чтоб причинить как можно больше вреда. Но это ладно. Вы же знали, что кристаллы могут взорваться. Тысячи жизней погублено, если не больше, из-за ваших действий! — Не понимаю, о чём ты, Алекс.

Меня разобрал нервный кашель, перешедший в смех.

— Ты как малое дитя. Варгос, Варгос… Ты где был последний месяц? — Я был с Доротеей в нашей пещере. У нас будет сын. — Поздравляю. Но дело кое в чём другом, — я с трудом перевёл дух. — Ты знаешь, что я собираю энергию с мест силы и коплю её в себе для решающего удара, когда придёт Пожиратель Миров? — Да. — Хочешь её забрать? — Нет. Иначе мир погибнет, как ты сказал. А я тебе верю… точнее, верил. — Ну так я тебя ни разу не обманул. В отличие от твоей подружки и твоего ненаглядного патриарха. Он чувствовал во мне эту мощь. Он хотел лишь одного — убить меня, заполучить эту божественную силу и стереть с лица земли всех разумных, чтоб драконы вновь встали на вершину пищевой цепочки. Да, Эльдрим? Хочется вновь править и чтоб тебе служили? А вот хер тебе.

Слова ударили патриарха больнее магии. Чёрный дракон яростно взревел, разрывая морозную тишину, и рванул ко мне.

Но я, уже скопив достаточно сил от выпитого зелья, открыл прямо на его пути пространственный портал. Эльдрим влетел в него на полной скорости. И всё бы ничего для него закончилось, да только я резко оборвал подпитку. Портал схлопнулся с сухим, оглушительным треском, эхом прокатившимся по горам. Огромная половина туловища, идеально ровно отсечённая пространством, тяжело рухнула на снег в паре метров от меня, обдав лицо кровавыми брызгами.

— Вот так вот, тварь чешуйчатая. Будешь знать, как с панталыку малышню сбивать, — выплюнул я. — Алекс… ты можешь объяснить всё? — ошеломлённо прошептал Варгос, глядя на мёртвого патриарха. — А я что всё это время делал? — я взглянул на свою левую культю, от которой на морозном воздухе начал подниматься пар. Ткани понемногу регенерировали, отзываясь тупой болью. Я недовольно поморщился. — Теперь дня два буду на костылях ходить. Мог бы выпить ещё зелья, но как-то жалко, блин. Я уже их будто вместо воды пью, прям как жидкое золото.

— Послушай, брат. Собирай всех драконов и валите из этого мира. Вы ему больше не нужны. — Но? — Варгос, брат мой. Вы натворили дел, и вам этого не простят. Да, это делали от моего имени, но все быстро поймут, что к чему. Найдутся те, кто объяснит миру истинных виновников в массовых убийствах, и тогда вам всё равно не дадут спокойно жить.

Варгос коснулся меня мордой, а я передал ему знания.

— Я отдал тебе всё. Найди лучший мир для своих сородичей.

Откинувшись на снег, я взглянул в голубое небо. Тучи разошлись, а сфера погасла.

Пока я лежал, драконы сжигали тела своих сородичей, восстанавливались после удара моих метеоров. Забирали свои кладки и детёнышей. Сделали они это очень быстро, используя знания, что через короткую песнь передал им Варгос. И вот момент настал.

Бело-голубой разлом возник прямо в небе, пульсируя, словно второе солнце, и заливая окровавленные горные пики потусторонним светом. Лежать на промёрзшей земле и просто смотреть оказалось на удивление приятно. Перед моими глазами разворачивалось поистине величественное зрелище — исход целой расы.

Огромные ящеры взмывали ввысь, их мощные крылья поднимали настоящие вихри из снежной пыли. Драконы кружили вокруг портала грандиозным, неторопливым хороводом. Их чешуя всех возможных оттенков — от изумрудного и алого до золотого — завораживающе переливалась в лучах магии. Взрослые особи бережно несли в лапах тяжёлые яйца, а те, чьи детёныши уже успели вылупиться, терпеливо помогали птенцам. Малыши, неуклюже хлопая неокрепшими крылышками, то и дело пугались яркого сияния и норовили повернуть назад к скалам, но матери мягко, но настойчиво подталкивали их мордами прямо в спасительный зев разлома.

Они исчезали там один за другим, покидая этот мир. Вот у самого края портала тяжело зависла Доротея, а следом к ней подлетел и сам перламутровый дракон.

Напрягая слух, я всё же услышал их разговор.

— Жди, я вернусь. — Так нельзя, Варгос. Ты должен отправиться с нами. Ты наш патриарх. Без тебя мы все пропадём. Ты Следящий, и яйца не вырастут без твоей магии.

Она говорила сумбурно, лишь бы пробиться к его сердцу, к его совести.

— Я не могу бросить брата в такой момент! — Он убийца! — А ты предала меня!

Было видно, что эти слова резанули по сердцу, как нож.

— Я хотела только одного — быть с тобой. — Будем, но не сейчас. — Сейчас! — твёрдо заявила она. — Я остаюсь. С тобой! И я не предавала тебя. — Ты можешь погибнуть. — Если с тобой, то согласна. — Эй, влюблённые, закройте портал, фонит ужасно! — крикнул я на них, морщась от боли. Чужая энергия начала вырываться и пожирать ману Эоса. Тот мир, куда он их отправил, идеален для драконов, но губителен для магов.

Разлом с гулом схлопнулся, обрезая свечение, а я наконец-то позволил себе отключиться.

Очнулся я от ветра, что бил в лицо.

— Ты куда меня тащишь, злодей? — укоризненно бросил я Варгосу, что нёс меня в своей челюсти, и притом заслюнявил так, что хрен отмоешься. — В Хрустальный. — А-а-а, ну ладно. А ты чего пялишься, одноглазая? — Милый, прикуси чуток языкастого, не сильно, так, по-братски. — Ой, не умничай, а то второй глаз выбью. Вы мне ещё не за всё ответили. Давно надо было от вас избавиться. Я так и знал, что проблемы будут. А этот ваш Эльдрим и вовсе гнида конченая. Решил, значит, дождаться, пока я места силы закрою, энергии наберу, а после напасть. В боги вознамерился вознестись… Агрх, козёл! — выругался я от боли в груди. Всё же Варгос сжал меня чуток. — Я дракон, если вдруг ты лишился памяти или мозгов. — А ведёшь себя как козёл. Чего не мог остановить своих? В крылышки Доротеи укутался и про всё забыл, да? — Ты чего такой ворчливый, как старый дед? — Нога болит, вот чего. Вы же мне ногу оторвали, ящерицы бесхвостые.

Он приземлился на центральной площади. Аккуратно положил меня на камни возле фонтана. Кстати, прикольный такой фонтанчик. Там вместо воды маленькие капли льда переливаются. Круто.

— Видишь фонтан? — Ну? — Баранки гну. Такой же мне подаришь, когда себе столицу построю. Как же вы меня все бесите. Честное слово. Всё, вали. И это… скоро мне понадобишься. — Прости, брат, — боднул он меня своей большой головой.

Тем временем на площади принялся собираться народ. Кто из любопытства, а кто из чувства долга. Всё же дракон, а не абы кто. Доротея, кстати, осталась висеть в воздухе.

— За твою прощения просить не буду, она меня убить хотела. — Я поговорю с ней. — Ой, да что ты мне лапшу на уши вешаешь? Поговорит он. Опять в её крылышки уткнёшься и всё. Вырастаешь — подкаблучник хренов. Всё, вали отсюда. Пойду-ка пожрать. Надо ногу отрастить до вечера. — Ламал-ангарар Туэлю было, кстати, четыре тысячи лет. — Что за хрен с горы? — Золотой дракон, которого ты убил одним ударом. — Этот ушлёпок, что мне ногу оторвал? — Он. — Гад, оживить бы и ещё раз убить! У меня всего три пары кроссовок. Где мне теперь левый кроссовок найти?

Варгос и Доротея улетели, а я оглядел толпу.

— Где тут самый нормальный трактир? Ногу надо отрастить.

Как это связано, и так все знали, а потому моё заявление не прозвучало глупо. Толпа молча указала во все стороны сразу.

— Понятно. Ладно, сам найду. — Алекс, ты чего опять натворил? — спросила, шагнув из снежного вихря, архимаг Грета Хладная. — Эльдрима укокошил, да ещё нескольких самых наглых. Подставить они меня решили, да вот ответки не выдержали. Остальных драконов отправил в новый мир. Взбесили, гады такие. И да, нету у вас драконов больше… Ну, кроме этой парочки, но это уже мои проблемы.

И тут до меня дошло. Раз нет драконов, то цены на артефакты и ингредиенты взлетят в сотни раз!

— Погоди, мне срочно надо написать бизнес-партнёрам.

Грета Хладная оказалась не менее сообразительной и быстро поняла, что это значит. Тоже схватив паучка, она начала быстро кому-то писать. Я же писал Флёр Жужжаль и всем остальным, чтоб немедленно прекратили продажи всего, что мы продаём из костей драконов. Скоро мы сможем поднять куда больше. И может, тогда я перестану плакать, как это всё дорого.

Эх, где бы мне спонсора найти… И тут новая идея посетила мою голову, а именно — попросить у Гильдии. Пусть снабжают эликсирами. Надо бы сказку какую придумать. Глядишь, и поверят. Например, про город Слизкий, что там было и что нашёл. Вдруг им станет интересна плита из Мурамия. Да, это отличный план.

После мы с ней немного переговорили о случившемся, пока она сопровождала меня всё в тот же трактир «Три снежинки». Где, кстати, так и дожидались Сергей с Фантиком. Впрочем, Артём был там же, а ещё с ним был Иван Мошкович, что записывал их пожелания — как построить дом и что там сделать этакого.

Как я понял чуть позже, они оба осоловели от фразы: «Всё могу, всё, что вам в голову взбредёт, вообще всё. Но если это будет интересно мне, тогда дом для вас бесплатен». Вот они и пытались удивить его, рассказывая всё, что помнят из архитектуры и технологий нашего мира.

Я же в этот момент, поздоровавшись и отмахнувшись от расспросов, мол, где нога и почему я выгляжу как дистрофик (ещё бы, на регенерацию я скинул почти десять килограмм), принялся есть.

И не просто есть. Я вынул трёх поросят, которыми меня угостил барон Игорь Хальтермарш, и начал методично впихивать их в себя. Ел я почти до пяти утра и прервался только затем, чтобы пересесть на дирижабль, где снова принялся есть.

Попрощавшись с Артёмом и Иваном, я, как говорил ранее, пересел на дирижабль, где собралась остальная команда, и официально представил всем Сергея Комарова.

— Так, друзья мои. Я вам всё расскажу и покажу, но сначала вот вам новый человек в нашей команде — Сергей Комаров. Отныне он рулит дирижаблем. Фантик, вы-то уже в трактире успели познакомиться, так что проследи за его обучением. Он профессиональный пилот. Скоро вы увидите, что это такое в деле. А теперь пошли в баньку, там я вам всё расскажу. А ты, Сергей, как только поймёшь, что к чему, направляй наш аппарат в сторону Вечнозелёного леса. Фантик, покажешь дорогу. — Я тоже в баньку хочу, — простонал Сергей.

Я замер.

— А, чёрт с тобой, пошли. Заодно с командой поближе сойдёшься. А ведь что лучше для знакомства, чем мясо, пиво и банька! — Жить хорошо! — А хорошо жить — ещё лучше! — поддержал меня майор авиации Сергей Комаров.

Когда всё было рассказано и отвечено на пятьсот тысяч вопросов, мы наконец-то отправились в путь.

И то, что я увидел по прибытии, мне совсем не понравилось. Подсолнухи войны, которые вроде как должны были помогать, стали тварями и теперь пытались сломать терминал. Писец. Похоже, Лейтон что-то упустил в своём письме. Ну, ушастый, ну погоди!

Глава 13

Глава тринадцатая

Скверна это вам не ОРВИ!

— Стриж (это я решил Комарову позывной такой дать), зависни над тварями и ждите нас.

— Есть, ждать.

— Так, народ, вы уже здесь были, только в этот раз всё сложнее. Помните: они очень сильные и, как видите, бьют не только кулаками, но и всем, что под руку попадётся. Я выжгу сколько смогу, а потом атакуйте.

— Эх, Алекс, ты бы знал, как без тебя было скучно, — радостно оскалился Трорг.

— Ох, родной, скоро ты запоёшь совсем другую песню.

— Мне вот очень даже было ничего, — вынула мечи Ксю, а после подмигнула Сергею.

Вот этого я никак не ожидал. Когда вчера парились в баньке, я спросил Сергея, понимает ли он, что она не человек. Он тогда мне на полном серьёзе сказал, что всё детство зачитывался книгой «Чародей с гитарой». Можно сказать, это его мечта. Осуждать его не буду. Ксю хорошая, да и я попривык к этому миру. А если он так желает — что ж, кольца в руки да путёвка в загс. И удачи.

Прежде чем прыгнуть, я повернулся к Барду.

— Косолапый, кто больше убьёт, тот первым ест.

— Во-первых, так говорить пробуждённому медведю обидно, а во-вторых, ты маг, с тобой спорить нечестно.

— Да? Это с чего бы?

— Да ты магией ударил — сразу пятерых убиваешь.

— А-а, ты хочешь сказать, что мы типа не равны совсем. Ладно, понял. Тогда я буду драться как воин, и если больше набью, ты мне каждый месяц будешь дарить десять бочонков лучшей медовухи.

Он задумался.

— Согласен.

— Магию применять для атаки не буду.

— Я уже понял.

— Да я так, уточнил, родной. Стриж, опускай аппарель!

Если они ждали, что я покроюсь каменным доспехом и возьму в руки водяной или огненный меч, они глубоко заблуждались. Выудив из кольца шестиствольный пулемёт и дёрнув затвор…

— Получайте, твари! — и я нажал на спуск.

Пулемёт выдавал десять тысяч выстрелов в минуту. Вот только патронов было не так много. Однако магический глазомер и увеличенная реакция позволили мне выкосить чуть ли не сотню тварей, прежде чем лента закончилась.

— Ну, сто семь есть. Посмотрим, сколько ты набьёшь. Ах да, это тебе подарок, кстати, — добавил я, вручая пулемёт мишке.

Здоровенный медведь убрал молот, резко схватил меня, отчего пулемёт упал на пол, звонко звякнув, и крепко сжал в объятиях.

— Я знал. Я знал, что ты не забыл!

— Отпусти, мохнатый. Задушишь, мать твою за ногу!

Кое-как отдышавшись, я наконец-то выпрямился.

— Алекс, скажи, кого мне нужно убить, чтоб ты мне подарил такой же? Дракона, короля, бога, может, какого? Ты только укажи, я его тут же того… — жадно разглядывая пулемёт, Трорг чуть ли не трясся от зависти.

— Мой большой зелёный клыкастый друг. Для тебя я тоже прихватил подарок, — произнёс я, выудив из кольца Striker-12, заряженный «огненным дыханием».

— Что-то не очень он. Мелковат как бы.

— Это ты его в действии ещё не видел.

Минута всего ушла на то, чтоб показать, как им пользоваться. Орк — весьма сообразительный парень.

— А теперь готовься, но смотри, чтоб никого не было по направлению, куда стреляешь. Ясно?

— Да не учи, давай поляну расчищай, — поглаживая длинный ствол, орк переминался с ноги на ногу.

Хоть я и расчистил немного поле, тварей всё равно было по две штуки на квадратный метр. Поэтому, создав кольцо огня в самом центре, я начал его расширять. И вот тут меня ждал первый сюрприз. Подсолнухи, намертво вцепившись в землю, не хотели гореть. Взглянув на них магическим зрением, я обнаружил, что они выкачивают воду из земли, тем самым не давая огню сжечь себя. Пф-ф. Мне-то как бы на ваши эти уловки по барабану. Сменив плетение, я начал замораживать воду, что впитали типа умные подсолнухи. Ну-ну. А то, что вода, превращаясь в лёд, расширяется, этого они не учли. Оттого начали трескаться, и следом поднялся такой визг, что смог перекричать ветер.

Я начал медленный спуск. Ходить ещё было неудобно: нога хоть и отросла, но слушалась так себе. Мне бы ещё денёк отлежаться и отожраться, да-да, не культурно поесть, а именно что отожраться, тогда точно было бы норм. Но чего нет, того нет. И вообще ужас какой-то, вешу килограммов восемьдесят при моём-то росте. Как палочник выгляжу. Ладно, сосредоточимся на очищении.

Когда они поняли, что вода становится губительной для них, то те, сменив поведение, бросили это дело и принялись кидаться камнями. Да так умело и сильно, что один чуть не пробил мне голову. Скорость, конечно, впечатляла.

— Ну, гады, вам конец! — задрав голову, я махнул своим: — Айда валить засранцев!

Радовались они, как маленькие дети, а Серёга из иллюминатора дирижабля с Фантиком и Торбусом что-то жевали и смотрели, будто боевик в кинотеатре, при этом весело обсуждая происходящее.

Трорг спрыгнул и первым делом направил свой дробовик-пулемёт на приближающегося недоподсолнуха и нажал на спуск. Оружие выплюнуло огненную струю вкупе с дробью. Эффект превзошёл все ожидания, как мои, так и орка. Струя огня выжгла часть лица, туловища и рук, а дробь разломала горелую плоть в труху.

— Великие ДУХИ! — взревел зелёный гигант. — Любуйтесь своим потомком! Я воин ОГНЯ!

И снова нажал на спуск.

Теперь Бард наблюдал с некой долей зависти. Тем более он дрался молотом. Так как патронов для пулемёта нету, а те, что есть, я оставил, дабы сделать копии побольше. Так как я это притащил из другого мира, то есть шанс на приход товарищей из магического совета, мол, не надо тащить в этот мир игрушки из других миров. Ха. Обойдётесь. Теперь вы мне точно ничего не скажете и не заберёте.

В отличие от этих двух, Ксю уже вовсю рубилась, ловко уворачиваясь от острейших веток, пытающихся её проткнуть. Судя по скорости, выпила эликсир. Умница. Это куда дешевле, чем высшее зелье. То есть я хотел сказать: она моё золотце. Спасибо ей большое, что бережёт мой карман.

Бой шёл уже какое-то время, когда я услышал хлопанье крыльев. Задрав голову, я принялся наблюдать за Варгосом, что пламенем плавил тварей где-то в отдалении.

— Ты чего припёрся? — обратился я к нему мысленно через духовную связь.

— Помочь вам, бедолаг… — он недоговорил, получив камнем в морду.

— Ха. Может, это, свалишь, пока не подбили?

Он не ответил, извергнув белое пламя на обидчика, а затем в моей голове раздалось всего одно слово:

— Бегите!

Это что же там такое, что даже Варгос, сильный и могучий, весь такой из себя крутой, кричит нам бежать? И это зная мою силу! Мне так стало любопытно, что я не сдвинулся с места.

Сам он взлетел как можно выше, а я так и продолжал ждать, чтоб через миг выругаться. Толпа подсолнухов была таких масштабов, что пустого пространства между ними не было. Одна живая стена из тварей.

— Мамочки…

— Народ, быстро в дирижабль!

Я не то чтобы тварей испугался, а того, что за их спинами шли две, размерами с Тартара. И вот кто это такие? Я ведь даже с Марком поговорить не успел, нас всё время атаковали.

Мы зависли на высоте более семидесяти метров, так как те два здоровяка умело кидали в нас камни. А я что? Я ничего. Я тоже на них сбросил камни. Притом объятые пламенем. Да, дорого. Да, башка заболела от перенапряжения. Слаб я ещё, но нечего кидаться. Кто в нас камнем кидается, от камня и поляжет. Почти. Эти два переростка не только ловко бросали снаряды, но и ловко бегали, а потому увернулись. Уйдя перекатами. Ниндзя хреновы.

— Может, из моей крошки?

— Бард, дорого, я же говорил: нет патронов. Надо к алхимикам завалиться.

— Вот так всегда. Всё лучшее гладкокожим, а пробуждённые на втором плане, — он привалился к стене и принялся кушать медовые пирожки.

А всё дело в том, что патронов на дробовик я нашёл очень много, целый склад очистил в бункере Радужного.

— Ксю, ты как? — Сергей, пользуясь тем, что никуда лететь не надо, подошёл к лисе.

— Нормально. Немного трясёт, но это действие от эликсира. А так всё вроде нормально.

— Ну и слава богу, что всё хорошо. Будь осторожнее там.

— Опасность, воздух! — закричал Сергей, первым заметив летящих в нас тварей.

Так как в этот момент все трое любовались этой парочкой, я, резко развернувшись, создал огненную сеть и отправил её навстречу птицам. При этом сильно выругался. Получается, скверна теперь заражает и птиц, делая их разносчиками. Вот это уже действительно хреново.

А главное, я так и не понял, что делать со слезой. Я сжимал её, отдавал магию, была даже мысль швырнуть её в подсолнуха, но не стал этого делать. Вот почему нельзя было дать инструкцию? Да и гномы ни хрена не знали. Они-то всю жизнь думали, что она защищает от разлома, точнее, от искажённых душ, что всё время хотели вырваться оттуда. Ох, учился бы я в ордене, может быть, и знал бы. Тьфу ты. И я туда же.

— Торбус, Стриж, уводите нас отсюда!

Они бросились к пультам управления, а я с ужасом наблюдал количество птиц, что поднимались с деревьев. Я-то думал, это листья, ан нет. Птички, мать их ети. Так ладно к нам, они ещё и на Варгоса бросились, и тому сейчас явно было не весело. Его клевали и царапали когтями. Да, кожа у него толстая, но, как говорится, по зёрнышку клюёт… или как-то там говорится, неважно.

Пришлось идти ему на выручку. Спрыгнув, полетел к нему. Оказавшись рядом с ним, создал огненные шары, что каруселью начали кружиться вокруг него, сбивая мелких тварей.

— Ты чего расслабился, братишка? Думал, что такой здоровый и только с такими же драться придётся? Напомню: чем больше шкаф, тем громче падает, и даже толпой можно забить любого бойца! — философствовал я, атакуя птичек.

Он, конечно, не мне отвечал, пытаясь сбивать их когтями, лапами и метая струи огня во все стороны.

— Кстати, а где твоя подружка? Чего не доглядела за тобой?

— Не смешно, Алекс. Твоя магия такова, что она до сих пор не регенерировала.

— А вот нечего было в спину бить меня, любимого, — продолжая создавать огненные шары, я попутно свил вокруг себя сферу огня.

Пробиться они ко мне не могли, а потому вновь принялись атаковать Варгоса.

— Давай вали отсюда, а то всю ману потрачу на тебя, — проворчал я.

Но братишка меня удивил. Он резко взмыл вверх, а после камнем устремился вниз, бешено раскручиваясь вокруг своей оси. Во все стороны от него ударил тугой поток воздуха. И чем сильнее дракон раскручивался, тем яростнее нёсся этот ветер, до краёв наполненный раскалёнными огненными искрами. Со стороны это выглядело так, будто в небе зажгли гигантский бенгальский огонь. И каждая такая искра, соприкасаясь с заражённой птицей, тут же разрывала её в клочья.

— Вот это «Лебединое озеро»! Вот это ты зажёг. Удивил, чешуйчатый.

— Круто?

— Вообще огонь, братишка! Где такому научился?

— Доротея.

— Ой, вот только не надо теперь её выгораживать, мол, и в ней есть что-то хорошее. Ладно. Молодец. А теперь давай, пройдись по тварям внизу. Надо бы проредить их. Мы сейчас сообразим, что делать, и вновь попытаемся спуститься.

Он принялся поливать их огнём, так как его сфера изрядно опустела. Или что там у них вместо неё? Сам же я вернулся на дирижабль.

Навстречу ко мне вышел гном.

— Алекс, корпус повреждён, нам нужен ремонт, срочно. Второе — Лейтон написал, они летят к нам.

— Они?

— Да, королева послала летающую гвардию на помощь.

— Ясно. Через сколько будут? — на что он пожал плечами. — Понял.

Достав бутерброд, свесил ноги с края платформы, наблюдая, как копятся твари внизу. И уже не только подсолнухи, но и искажённые эльфы, олени и прочие гады. Как бы Варгос ни поливал их, им всё нипочём. Да к тому же они ещё и друг друга прикрывают. Нам же пришлось немного взлететь повыше. А то те двое подсолнухов наловчились кидаться более мелкими камнями, отчего дальность их выросла. Умнеют, сволочи.

Прошёл почти час. Дракончик свалил домой, так как ослабел и опустел, а я, сидя в компании друзей, жевал бутеры и пил кофеёк. Который опять же зашёл только мне и орку. Даже Серёга отказался, мол, хочет жить долго и счастливо, и особенно здоровым, узнав, что пробуждённые живут очень долго. Я на это только покачал головой и сделал смачный глоток кофушки с большим куском пломбира в нём.

И вот, живя свою лучшую жизнь, я наблюдал, как к нам мчится почти взвод орлов, а сверху на них эльфийские лучники да несколько магов. Ну ладно, не несколько, а большая часть. И все магистры.

Так как внутреннее пространство дирижабля позволяет вместить с лёгкостью до пяти сотен человек, то, активировав проход, я встретил гостей внутри.

— Здорово, Лейтон, — обнял я эльфа, а он — меня.

Это было важно для меня. Так я мог понять: он рад мне как друг или всё-таки выбрал эльфов. Может, это и некрасиво звучит, ну вот такой я.

— Алекс, это чего на голове у тебя такое? — сходу выдал он. — Заболел, что ли? Где твои роскошные волосы?

— Отвали, ушастый.

— А если серьёзно, как там всё прошло? — не унимался Лейтон. — Как ты вообще смог достать Слезу Тенебры?

Я лишь отмахнулся.

— Потом. Всё потом расскажу, история долгая. Ты мне лучше вот что объясни: ты же писал, что всё хорошо! Мол, наши солнечные воины помогают, и вы даже научились сдерживать их.

— Так и было. Буквально до вчерашнего вечера. А сегодня утром лес будто взбесился: сотни отрядов сообщили, что их атакуют, да так, что пришлось отступать за стены.

— Какие ещё стены?

— Мы договорились с гномами и возвели стены вокруг Вечнозелёного леса.

— Так там же целые города внутри!

— Нам пришлось бросить их. Народ вывезли, а вот города… ничего, отстроим новые, краше прежних.

— Понятно. Что ж, в таком случае представь мне своих товарищей.

— Таланиэль из рода Аэ’Линдер, командующий отрядом небесных всадников, — назвался высокий эльф, магистр жизни. С длинным мечом в ножнах, в серебристых доспехах и с весьма острым носом. Прям Буратино. — А это Финдалиэль из рода Тир’Анкаран, лучший воин и стратег.

— Ну а я Алекс Астапов. В общем, друзья ушастые… — я сделал паузу и с радостью наблюдал, что ни один мускул не дрогнул на их лицах, а руки остались там, где и были. — Прошу простить, хотел лишь проверить, адекватны ли вы, или всё же слепо ищете козла отпущения, не пытаясь разобраться.

— Этот вопрос решён. Лейтон из рода Фин’Анмадрес сумел убедить королеву и Высший совет в твоей непричастности и что твоя цель выше.

— Ты чего, ушастый, проболтался обо всём?

— Не-а.

— Смотри у меня. А то подарки, что я притащил из другого мира, не получишь. Вон на Трорга глянь. Какой довольный. Они с Бардом уже опробовали свои подарочки. Трорг, я хороший? — крикнул я орку, что присел у огня и наглаживал свой дробовик.

— Лучший человек, что был в Эосе когда-либо рождён!

— Вот-вот, — кивнул я. А затем протянул Лейтону: — А я-то думал, ты Тёрн, а ты там, оказывается, какой-то Фин’Анмадрес.

— Потом. Ты лучше подарки покажи.

— А вот фиг тебе, — я скрутил фигу и сунул ему под нос. — С тварями разберёмся, и после покажу, и даже, может, одарю.

— Господин Астапов, — начал было официально Таланиэль.

— Будь проще. Просто Алекс.

— Хорошо, Алекс. Лейтон сообщил, что у вас есть план. Артефакт Слеза Тенебры, который может нам помочь… это так?

— Всё верно, — вынул я Слезу, и наконец-то маска невозмутимости с эльфов, стоящих поблизости, слетела.

— Что это?

— Без понятия, ребят, но мне сказали, что именно она может помочь. Как — не знаю, поэтому-то думал, вы в курсе.

— Мы даже не знали о её существовании.

— Принял. Значит, мне нужно к терминалу. А вас, господин Финдалиэль, попрошу разработать в короткие сроки план. С учётом того, если временно меня вывести из уравнения. Есть такие переменные, как Бард…

Далее я начал объяснять сильные и слабые стороны своих товарищей. На что получил столько укоризненных взглядов и заявлений, что это не так. Но, к слову, наш эльфийский стратег оказался очень умным парнем и не слушал их. А уже через полчаса выдал план, как мы будем действовать. Эх, если бы не его долг сородичам — к себе бы переманил. Мне такие нужны.

— Всё, готовимся. Как только мы расчистим площадку и Алекс войдёт в портал Древа, будьте готовы к отступлению. Если он вернётся и скажет, что так и не понял, как использовать артефакт, — сразу уходим. Всем ясно? — толпа молча кивнула.

— Тогда на выход!

Что мне особенно понравилось — все мои ребята без лишних вопросов приняли командование эльфа.

Первыми в бой вступили эльфы на орлах. Спустившись на высоту, недосягаемую для наземных монстров, маги начали плести сети из лиан. Причём лианы эти были непростые: вырываясь прямо из чистого, ещё не тронутого скверной островка земли вокруг терминала, они сплетались в прочные решётчатые барьеры. Эти живые стены медленно, но верно раздвигались в стороны, оттесняя монстров и освобождая нам плацдарм.

Дабы немного проредить толпу и выиграть время, я выбрался из дирижабля на воздух и обрушил вниз ледяной град. Землю на несколько сотен метров вокруг сковало толстой ледяной коркой. Теперь, даже если к тварям потянется подкрепление, добраться до нас им будет ой как непросто.

Затем я попытался возвести высокие ледяные стены, как делал это в прошлый раз, но гигантские подсолнухи снесли их в два счёта. Твари, поглощённые скверной, вообще стали пугающе сильными. Признаюсь честно, мне даже стало немного не по себе, когда один искажённый воин с одного удара кулака пробил насквозь метровую глыбу льда.

А вот дальше всё пошло не по плану. Взобравшись на ледяную стену, эти два гиганта-подсолнуха приняли позу мортир и, нацелив свои корзинки в небо, принялись запускать семена, словно из пулемёта. Были они чёрные, размером с мой кулак. И если вначале я переживал, что нас собьют птички, то после я только об этом и мечтал. Ввиду случившегося дальше.

Семена оказались непростыми. Стоило такому снаряду сблизиться с орлом, как из него выстреливали длинные белёсые нити. Они намертво опутывали шею орла, подтягивали к ней само семя, а затем из него что-то мерзкое ползло прямо внутрь горла несчастной птицы.

Я и глазом моргнуть не успел, как семь заражённых орлов сбросили своих всадников вниз, прямо в толпу тварей, чтобы затем стремительно измениться — как внешне, так и в магическом плане. Теперь это были огромные, угольно-чёрные монстры с невероятно длинными когтями.

Они резко сближались с другими наездниками, скидывали эльфов вниз, а самих орлов безжалостно рвали когтями и пробивали им головы мощными клювами. Орлы, конечно, тоже оказались птицами не из робких и смогли дать жёсткий отпор. Но с каждой секундой всё новые и новые твари появлялись среди наших летучих всадников.

Только когда потери достигли пятой части группы, эльфы наконец сориентировались и поняли, как им противостоять. Они связывали заражённых птиц магическими лианами прямо в воздухе, а здоровые орлы на лету рвали беспомощных врагов, отрывая им крылья. Когда с ними было покончено, а я атаковал двух переростков-стероидников кумулятивными копьями, отвлекая их от орлов, в дело вступили лучники.

Они принялись поливать тварей вокруг терминала плотным дождём. И, как я быстро заметил, стрелы оказались непростыми. Я с удовольствием наблюдал, как они осыпают землю снарядами с наконечниками из зачарованного света. Попадая в цель, этот свет заставлял скверну внутри тварей буквально закипать, дымиться и осыпаться серым пеплом. Судя по тому, как они каждый раз выцеливают тварь покрупнее, стрелы эти — штучные.

Магистры жизни во главе с нашим «Буратино» Таланиэлем тоже показали класс. Они раскинули над полем боя настоящую «сеть жизни» — тонкие, пульсирующие зелёные нити. И вот тут крылся самый шик: когда тварь касалась этой сети, она не умирала, а временно «засыпала». Её тело под воздействием магии жизни пыталось исцелиться, что вызывало у скверны жесточайший сбой программы. В итоге очнувшийся монстр с рёвом бросался атаковать своих же. Заклинание оранжевого круга. Одна такая сеть стоила магистру четверти сферы. Потому как плетение уровня архимага.

Когда я спросил, а где все эльфы-архимаги, то мне пояснили: стоят на границе, чтоб твари не прорвались в более крупные города.

Вернувшись к ожидавшим меня друзьям, я быстро проговорил:

— Наша очередь.

Создав воздушную платформу, на которую погрузились гном, орк, медведь и лиса, мы бросились вниз. Лианы крепко держали тварей, не давая им подойти к терминалу. Многие эльфы…

— Держитесь! Кто сдохнет, не получит подарков!

— А у тебя ещё что-нибудь есть? — спросил медведь.

Я только загадочно улыбнулся и спрыгнул на чистую землю. На всякий случай послал во все стороны ледяные иглы, чтоб хоть немного сбавить напор. Я прекрасно понимал, что даже при всей моей силе и мане мне не продержаться тут и получаса. Толпа есть толпа.

Сжав чётки, я вошёл в радужную круговерть терминала.

— МАРК, МАТЬ ТВОЮ НАЛЕВО, КАКОГО ХРЕНА ТУТ ПРОИСХОДИТ?! Ты чего вообще связь не ловишь? Ты чего тут натворил, почему наши перешли на сторону врага?

— И тебе привет. Во-первых, энергии было мало. Во-вторых, маг, куда выше тебя уровнем, вернулся сюда и уничтожил семена. Точнее, модифицировал их. В-третьих, чего разорался?

— Да так. Просто. Настроение отличное.

— Вы, люди…

— Люди, люди. Ты лучше скажи: это была женщина?

— Да. Та же, что и запустила всё это безобразие.

— Понятно. Дура тупая.

— Не соглашусь. Как мне показалось, она весьма одарённая. А значит, тупой дурой, как ты выразился, быть априори не может.

— Может, может. Мы же люди, а мы бываем такими умными идиотами, что аж жуть берёт. И наоборот. Впрочем, я понял. Ты знаешь, что мне делать с этим? — мысленно продемонстрировал я ему Слезу Тенебры.

— Нужен анализ.

— Не вопрос, — вынул я из кольца Слезу.

По ней пробежал сканер, а через секунду он выдал:

— Нужна жертва. Лейтон подойдёт!

— ЧЕГО?! — но нового вопроса задать я не успел.

— Алекс, снаружи смертельная опасность, выходи!

Меня принудительно выкинуло из терминала, чтоб я мог лицезреть уже не двух, а трёх огромных тварей. Два подсолнуха, что всё никак не сдохнут даже под стрелами света, и ящерица, что превосходила размерами их обоих.

— Ух ты, страшная тварь! — проговорил Трорг и побежал к ней, на ходу вооружаясь «Страйкером»!

Закричать «Остановись!» я не успел, так как орк уже пролетел мимо меня, сбитый хвостом. Может, она и ползала медленно, а вот махала им очень, и даже очень ловко.

— Кажется, будет весело, — улыбнулся я эльфам и взмыл вверх.

Глава 14

Глава четырнадцатая

Новая жизнь!

Удар гигантского хвоста отбросил орка метров на тридцать. Я, зависнув в воздухе с уже готовым плетением, с интересом наблюдал, как зелёная туша пробила толпу тварей, а после — несколько заражённых кустов, которые ещё каким-то образом остались после всего того, что мы тут творим. Затем Трорг вспахал спиной землю и скрылся в облаке поднявшейся пыли. Я уж было дёрнулся к нему, прикидывая, сколько исцеляющих зелий придётся влить в этого торопыгу — всё же ящерица огромная, сильная, страшная и вообще ужас-ужас, — но помощь не понадобилась.

— Живой? — крикнул я.

Но орк мне не ответил. Из оседающего облака пыли я услышал низкий, вибрирующий рык. Мой приятель не просто встал. Он по-киношному поднимался медленно, тяжело, а его глаза полыхали первобытным, неконтролируемым багровым пламенем.

— Вставай давай! Не до понтов нынче! — крикнул я, атакуя тварей вокруг него. А то пока он встанет, его сожрут.

Далее Трорг начал что-то там орать, взывать к духам, потряхивая дробовиком, и вот тогда его аура стала видимой. А за его спиной воздух поплыл, становясь густым туманом, из которого шагнули исполинских размеров орки с топорами.

Трорг, взревев, бросился к ящерице, а десятки призванных воинов начали молотить всех вокруг него, давая ему пространство для сражения с той, что посмела его ударить. Ну да, тварь такая. Могла бы и перевернуться на спину, задрать лапки, раз орк пришёл, а она, гадина такая, дерётся. Непорядок.

Вооружившись дробовиком, он начал поливать «огненным дыханием» ящерицу прямо в морду. Особого вреда это ей не причинило, но обратить внимание на наглую букашку в виде двухметрового орка пришлось. Удар хвостом — но в этот раз Трорг был готов и вовремя пригнулся. А вот один из духов пал, попав под удар. Хм, любопытно. Не знал, что духи боятся физических ударов.

Пока он её отвлекал, я начал полосовать ящерицу водяными лезвиями, не забывая поглядывать, как там дела у остальных.

Например, наш друг Бард бился рядом с лисой. Каждый удар его молота сопровождался криком, что Алекс — злой и жадина, потому как потратил все патроны. И что ему, бедному, теперь очень долго придётся догонять меня, чтоб сравнять счёт. На его ворчание обратил внимание один здоровенный подсолнух, выстрелив в него семенем, желая превратить мишку в тварь, подобную себе. Вот только щит вспыхнул синим и заблокировал семя, не дав тому испортить внешность нашего косолапого.

— Будь осторожен, друг мой, а то пулемёт перейдёт к Торбусу! — продолжал я поливать серпами воздуха и лезвиями воды ящерицу, что всё никак не хотела умирать. Дура, блин. Не в смысле дура, а в смысле, что здоровая, как тридцать бегемотов.

— Серьёзно? — изумлённо обрадовался гном. И тут же выдал: — Бард, иди вон с ящерицей сразись, пусть она тебя прибьёт! А то всё как трус — мелочь только гоняешь! Возьми соперника себе по силам, а то так и не прославишься!

Но дальше гному было не до разговоров: ему пришлось отмахиваться от искажённого оленя. Медведь же и вправду направился к ящерице. Похоже, слова Торбуса задели его за живое.

— Убью ящерицу — это будет сразу за пятьдесят!

— Хорошо, дорогой! — согласился я, чтоб хоть как-то поднять ему настроение.

Лучники, сидящие на орлах, не сидели без дела и, сократив дистанцию, начали атаковать. Они выпустили последние стрелы света единым залпом по стероидному подсолнуху, а я добил по нему радужной химерой, что так удачно пожрала его внутреннюю энергию, не дав отрегенерировать. Здоровенная тварь осыпалась пеплом, но это был не конец. Ведь ещё оставался один.

Тем временем мимо меня пролетел орк. Опять. Это уже четвёртый раз. За последние три минуты. Только теперь он поднимался куда медленнее, а его аура горела уже не так ярко. А вместе с ней, видимо, закончилась и скорость. Ведь поначалу, я помню, он ловко уворачивался.

Я уж было хотел сосредоточиться на ящерице, но вовремя прервал плетение, так как непонятно откуда взявшийся Лейтон приземлился прямо к ней на голову — видимо, упав или спрыгнув с орла. Он, не пытаясь встать, вонзил в неё два необычных кинжала (в навершии каждого имелся высший накопитель), а после ловко спрыгнул, стремительно убегая от неё.

— Отходим! — заорал он, убегая со всех ног и совершенно не обращая внимания на искажённого енота, что попытался укусить его за ногу, просто пнув того, как футбольный мячик. Причём все эльфы, что крошили ящерицу и других тварей, ещё до того, как Лейтон спрыгнул с неё, уже дали дёру.

То ли я тормоз, то ли ещё чего, но среагировать я не успел. Ладно, я не тормоз. Я просто нутром почувствовал, что сейчас будет очень нехорошо, и потому-то прикрыл своих: Ксю и Торбус укрылись за щитом Барда, а я накрыл себя и их радужным щитом.

А вот дальше началось непонятное.

Первое: ящерица начала дёргаться и пытаться лапами вытащить два светящихся зелёным кинжала из головы, но её короткие лапы, увы, не могли этого сделать. Дальше — больше. Кинжалы начали с каждой секундой светиться всё ярче и ярче, а её тело принялось покрываться трещинами, будто чаша из глины потрескалась на жарком солнце. Из ран полился ослепительно белый свет, и следом раздался взрыв, разметавший всё и всех вокруг.

Взрыв был такой силы, что меня, да что меня — всех нас, включая заражённых, разметало в разные стороны. Даже второй стероидный подсолнух, и тот не удержался, опрокинувшись навзничь.

Я, кстати, первым это заметил и воспользовался ситуацией, намертво приковав его к земле. А после начал посылать водяные лезвия, шинкуя его на отруби. Эльфы-маги тоже оказались парнями смышлёными и помогли мне, накинув магических лиан для его удержания.

Кстати, мы смогли так быстро одолеть его ещё и благодаря тому, что один из эльфов подобрался вплотную и отсёк ему ноги мечом. Мечом, что ярко вспыхнул алым при ударе. Хочу такой меч! Потому как этого подсолнуха не брали мои лезвия — на секундочку, плетения голубого круга! А тут какой-то меч. Нет, я однозначно хочу себе такой.

— Эй, ушастый, продай меч! — крикнул я ему.

— Обменяю! — крикнул он в ответ, ловко отпрыгивая от трёх белок-мутантов, что спрыгнули с дерева и летели прямо к нему. Один ловкий взмах — и шесть частей белок упали наземь.

— Есть иномирная еда! Футболки! Очки солнечные! Дошик есть, лапша такая — заваришь пять минут, и готово!

— Не-а, я не ем, пост держу, медитации и всё такое. Просветления жду.

— Ты странный эльф какой-то, — поразился я его манере речи и вообще тому, чем он занимается прямо посреди боя, и не только.

— Есть немного, часто слышу. — Отмахиваясь мечом от надоедливого енота, что вновь прибежал, выбрав его своей целью, эльф отрубил ему голову и, пнув её, приблизился ко мне. — Хочу ту штуку, как у орка, что огнём плюётся.

— Замётано! — подлетев к нему, мы ударили по рукам.

Он вручил мне меч, а я ему — новенький дробовик с полной обоймой. У меня их в кольце дофига и больше, хе-хе. А вот артефактного оружия нету. Зато теперь есть!

Тем временем Торбус, молотя одних молотом, других закапывал под землю на мой любимый манер. При этом ворчал, что из-за моего льда ему приходится тратить маны на это дело куда больше.

Я же, вновь поднявшись на высоту, присвистнул. Тварей становилось всё больше. Да, рейд-боссов более не было, а вот мелочи увеличилось на порядок, будто весь лес бежал к нам. Они словно почувствовали, что мы скоро всё изменим, и решили не допустить этого. Ну-ну. Как бы нам не захлебнуться, пора бы что-то решать.

— Ксю, ты там как?

— Нормально, не отвлекай, — отмахиваясь сразу от двух искажённых эльфов, она отпрыгнула, чтоб затем вновь резко сблизиться. Шаг влево, взмах, шаг вперёд и вправо, и снова взмах. Твари повержены, но уже через мгновение их место заняли новые.

Ещё раз оглядев поле битвы и поняв, что пока вроде все справляются и моя помощь не нужна, я послал два ледяных града навстречу самой большой толпе, а уже после спустился за стену из лиан, защищавшую терминал.

— Марк, твою налево через плечо! Что значит «нужна жертва»?!

— Успокойся, Алекс. Я выразился фигурально. Жертва нужна не в привычном тебе смысле. Слеза Тенебры — это биосферный терраформер. Она не просто уничтожает Скверну, как ты думаешь. Нет, она действует по-другому.

— И как же?

— Она переписывает живую ткань мира по заданному шаблону. Но для запуска ей нужны два источника-донора, с которых всё начнётся. Мужская и женская особь — какой расы, неважно, но их энергетические матрицы станут эталоном для новой расы. Нового мира и новых начинаний в этом мире.

— Ты сейчас серьёзно? Мы тут воюем, нас сейчас сомнут к демонам, а ты мне про матрицы талдычишь!

— Ты спросил, я ответил.

— То есть мне надо сюда двоих привести, так?

— Да. Желательно с одной матрицей.

— Да понял уже.

— Их союз, их противоположности — жизнь и природа, магия единого народа — запустят каскад. Энергия, прошедшая через них, выжжет Скверну, изменив всё: растения, насекомых, животных. Вся природа видоизменится.

— Да понял я уже. И кто эти Адам и Ева?

— Лейтон подойдёт. И та, что бьётся рядом с ним и всё глаз с него не сводит, — Марк указал на одну из эльфиек, сражающихся неподалёку. — Её матрица совместима. Это будет… любопытно.

— Пипец ты злой учёный. Ладно, сейчас чего-нибудь порешаем.

Стоило мне снова оказаться снаружи, как в нос ударили запах тлена и звуки боя: грохот магии и звон мечей. Найдя взглядом Лейтона и ту, что билась от него неподалёку, я рванул к ним.

Быстро разметав всех вокруг водяным тараном, я окружил Лейтона и её куполом из льда.

— Так, вы двое мне нужны.

— Зачем, Алекс? — тяжело дыша, мой друг уселся на пол, пользуясь моментом.

Эльфийка, несмотря на весь свой внешний вид — пепел, пыль, грязь, чьи-то кишки и прочее, — выглядела очень красивой.

— Тебя как звать?

— Иллиэлиса.

— Короче так, друзья мои. Вы оба нужны для того, чтоб активировать Слезу Тенебры. Ваши матрицы…

— Наши что?

— Да-а-а, мать твою, — воздел я руки к потолку нашего ледяного иглу. — Ваши сферы идеально подходят друг к другу и для активации артефакта. Только хочу сразу предупредить: вы оба, скорее всего, изменитесь навсегда. Готовы, или мне других пойти искать?

Они переглянулись и, не раздумывая, кивнули. Я уж было хотел снять купол, но притормозил.

— А у вас чё, это самое? Типа любовь?

— Это самое, — нервно усмехнулся Лейтон.

— На свадьбу позовёшь?

— Считай, уже позвал.

— Круть, я тебе телик подарю.

Эльф поднялся, выпил малое зелье исцеления, чтоб взбодриться.

— Ты там чем занимался? Мир спасал или по магазинам ходил?

— Ох, дорогой, тебе там понравилось бы. Скоро этот мир изменится до неузнаваемости.

— Видя, как горят твои глаза, что-то мне уже как-то и не хочется.

— Пошли-пошли. Потом всё покажу.

Развеяв иглу, я подхватил их ветром и сам взмыл в воздух, перелетев ближе к терминалу.

— Стойте тут и никуда не уходите, — подмигнул я им и вошёл в терминал.

— Дальше что?

— Заряди Слезу энергией мира и отдай им. Пусть они сольются с ней воедино!

— Принял.

Понимая, что сейчас будет что-то грандиозное, на всякий случай проверил кристалл записи. Пишет. Хорошо.

— Вот, держите, — протянул я им Слезу после того, как заполнил её энергией мира по самое не хочу.

— Что нам делать?

— Возьмите её вдвоём и не отпускайте, а после слейтесь с ней. Когда почувствуете, что готовы, опускайте её, словно семя в землю.

На всякий случай я сделал шаг назад и прикрылся щитом. На изумлённый взгляд Лейтона и Иллиэлисы выдал:

— А вдруг взорвётся! Мне жить хочется!

Эльф на это только помотал головой, а после второй рукой прикоснулся к артефакту.

Когда Слеза засветилась так, что смотреть на неё стало невозможно, они поместили её в землю. Твари, что были на поле вокруг нас, в небе, и те, что бежали к нам по ледяной поверхности, резко развернулись и бросились наутёк. Вот только ярчайшая вспышка синего света не дала им этого сделать. Свет — самый быстрый во Вселенной, и сейчас он помчался во все стороны, на ходу меняя поражённый скверной мир.

Твари, трава, деревья, листья на них, насекомые, даже куски разорванных тварей — всё становилось синим, как иней.

В моей голове зазвучали слова Марка:

— Происходит терраформирование — хлорофилл заменяется криопротеиновым аналогом. А искажённые создания, попавшие под волну, изменят свою природу. Но это не всё. Те, кто был магами жизни и природы, станут магами льда. Это будет новая раса. И да, это был единственный способ.

— Погоди, то есть эльфов больше не будет?

— Будут, но они станут несовместимы — это раз. А два — изменятся только те, что примут изменения. И те, конечно же, что уже были поражены скверной.

Марк ещё что-то говорил, но я уже не слушал, заворожённо наблюдая за трансформацией. Лейтон и Иллиэлиса на моих глазах из обычных светлых эльфов превратились в синевато-голубых. Их зелёные глаза стали синими, как чистый лёд, белоснежные волосы приобрели глубокий голубой оттенок, а кожа словно покрылась лёгким морозным инеем с мелкими мерцающими вкраплениями льдинок.

Выглядело это, конечно, красиво. Надеюсь только, что характер у них после этого не станет таким же мерзким, как у Кая. Эльфы и так, прямо скажем, народ непростой, а если к их природному снобизму ещё и лёд в душу примешать — это ж вообще труба будет.

Следом я наблюдал, как некоторые орлы и их всадники принимали изменения, соглашаясь стать новым началом. Затем быстро оглядел своих. Фу-х. Они остались прежними и не стали меняться. Это хорошо. Не хватало мне ещё голубого мишки с гномом.

В итоге бóльшая часть эльфов, прилетевших нам на помощь, изменилась, приняв новую суть.

— Ну что, друзья мои, поздравляю. Теперь вы есть новая раса — Тенебримцы. И ваша богиня Тенебра рада принять вас в свои объятия, — сказал я это просто чтобы сказать.

Но над нами вдруг появился лик красивой женщины, созданный из свинцовых облаков. Она бросила на нас взгляд любящей матери и одарила мягкой материнской улыбкой.

— Оху…

Лейтон и все, кто принял новое начало, почтительно склонились перед ликом богини, принимая её.

Затем облака рассеялись, а мой друг, поднявшись и, кажется, даже ставший чуток выше, повернулся ко мне.

— Мы, новый народ, провозглашаем тебя, Алекс, другом. Отныне и до скончания веков мы поможем тебе в любой твоей просьбе. А сейчас всех вас, кто не принял новый порядок и новый мир, прошу покинуть наши земли.

— Да не вопрос. Только ты не против, если терминал останется здесь?

— Это место станет священным, и только ты и род Светочей будут иметь право приходить сюда. На том моё слово.

— А ты чего такой пафосный стал?

— Он отныне король Тенебримцев, — тихо пояснила мне Иллиэлиса, что стала ещё куда красивее себя прежней.

— А, ну тогда ладно. Как скажете. Но всё равно на свадьбу зовите, мы всей толпой придём. Так что учти это.

— Прощай, Алекс, скоро увидимся. А пока нас ждут дела.

— Да-да. Уже сваливаем. Народ, загружаемся в дирижабль и летим отсюда. Наше дело на этом закончено.

— А ты, Марк, — мысленно обратился я к терминалу. — Проследи, чтоб тут всё было ровно. После откроем здесь место силы.

— Принял.

— Что ж, не скучай.

— Уж теперь точно не буду, — сказал он с чисто человеческими интонациями в голосе.

Нет, он точно человек.

Мы погрузились в дирижабль, оставив обычных, недоумевающих эльфов взирать на окружающий их синий лес и своих изменившихся собратьев и сестёр, и полетели ремонтироваться.

***

Астрид Грейвс сидела за столиком уличного кафе, неспешно попивая чай, но её внешнее спокойствие было обманчивым. Внутри она пребывала в бешенстве. Хозяин запретил ей трогать Алекса под страхом смерти. Но боги видят, как она хочет его убить!

Эта тварь испортила ей такую энергобазу. Да она за эти месяцы получила столько мёртвой энергии и так расширила свой источник, что это легко можно сопоставить с минимум восьмью камнями силы, притом высшими. И сейчас всё это закончилось.

А ведь недавно, когда она смогла обратить непонятных созданий на свою сторону, её настроение взлетело чуть ли не до небес. Эти новые твари были чудо как хороши! Однако этот улыбчивый придурок быстро вернулся и всё испортил. Энергия, которую она из месяца в месяц собирала, теперь более не поступит к ней.

Что ж, если его тронуть она не могла, то тогда пострадает кто-то из его окружения. Осталось выбрать цель и позабавиться.

Астрид аккуратно поставила фарфоровую чашку на блюдце, грациозно поднялась и неспешно покинула заведение в столице Этерии. А буквально через минуту после её ухода часть клиентов за соседними столиками вдруг схватилась за горла. Люди начали падать на брусчатку, задыхаясь. Отравленные её выплеснувшейся от ярости магией смерти, они бились в жутких муках, начиная мучительно умирать прямо на глазах у впавшей в панику толпы.

***

Мы третий день пребывали в небольшом городе гномов Рудаград. Надо было починить дирижабль. Корпус сильно был повреждён, отчего управляемость была нарушена. Могло бы быть и хуже. Только опыт и быстрое умение обучаться Сергея Комарова спасли нас от тотального разрушения. Вообще, нужно было врубить щит, но мы благополучно об этом забыли.

Сейчас я сидел и писал Моргане. Мы до сих пор с ней не встретились, и я даже понятия не имею, когда мы сможем увидеться. У нас столько проблем возникло. Георг так злится на меня, что решил давить на пару с герцогом Каменевым на мою корпорацию. Как законными методами, так и не очень. То и дело грабили наши склады. Запугивали работников. Так что у неё постоянно была работа.

Впрочем, как у Велесова и Игната, моего наставника. Который также сообщил, что ему нужно со мной увидеться: у него есть важное для меня сообщение. Только как мне это сделать? Мне в Альтери нельзя. Да ещё Магический совет пожелал со мной пообщаться. Но это ладно. Королева эльфов изъявила желание встретиться. Мол, есть у неё для меня подарок. Вопрос: подарок или виселица? Так как прямо на её землях появился новый народ и, как я понял, новое королевство Тенебрия — пристанище магов льда и тени.

Самое удивительное, что я прочитал на днях в сети (и это несмотря на то, что Скверна отступила!), — количество эльфов, пожелавших присоединиться к новому народу, составило чуть ли не треть. Что их так привлекло — без понятия. Но не только эльфы. Многие пробуждённые: люди, орки, да и вообще много кто ещё решился стать частью этого нового мира.

Ох, надеюсь, я не сделал ничего плохого, и это королевство не станет теми, кто решит, будто они — избранные, и что всем остальным стоит либо встать с ними в один ряд, либо умереть. Будем надеяться, что Лейтон станет мудрым королём, и я со своим королевством… мы, то есть, будем дружить.

— Алекс, у нас всё готово, — сообщил Торбус, а вместе с ним вошли и все остальные.

Стол я уже накрыл, так что народ тут же принялся за еду.

— Наконец-то. Так, друзья мои, нам пора навестить болотных гномов. Трорг, ты с нами?

— Нет, меня вызвали к себе старейшины. Просят срочно явиться.

— Что-то случилось?

— Не знаю, Алекс, не знаю. Сам впервые с таким сталкиваюсь. Совет шаманов лично хочет видеть.

— Такое часто случается?

— Не-а, — орк взял со стола кусок мяса и положил его на хлеб. — Они собираются только в двух случаях: когда избирают нового вождя кланов или когда орки объявляют кому-то войну. Но там присутствуют обычно вожди племён, но уж никак не рядовые бойцы.

— Есть мысли?

— Вообще нет.

— Что ж, тогда мы тебя подбросим, а сами отправимся пообщаться с гномами.

— Видят духи, как же я хочу с вами! Может, вы где задержитесь? Ну там, какое-нибудь другое королевство разрушите, а после туда пойдём? Я даже волшебное слово знаю: пожалуйста.

— Я бы с радостью, друг мой, но вот времени очень мало.

— Бард, Оксана, вы со мной?

— Особых планов не было, так что да, — Ксю подтянула к себе тарелку с фаршированными баклажанами.

— Я точно с тобой до конца, — Бард, сказав это, принялся наяривать пирожки вприкуску с лапшой. Пипец ему этот супчик зашёл. Никогда бы не подумал.

— Торбус, тебя брать не буду, ты на дирижабле останешься.

— Я и сам бы не пошёл.

— Чего так? — уставились мы все на него.

— Не хочу общаться с предателями, но и не это главное, а то, что…

— Да мы понимаем. Вот только… хотя, ладно, ты прав. Нечего обострять отношения между двумя частями единого народа, — согласился я.

Когда я встал, желая немного размяться и прогуляться по городу, мой паучок звякнул. Пришло сообщение.

«Привет, Алекс. Соскучился? А я вот всё никак не могу забыть твой „подарок“ на турнире. Знаешь, твой старый друг Робин так забавно хрипел перед смертью… А вот сейчас я придумала для себя новое приключение — заглянуть в гости к семье Кира. Очень уж там должно быть уютно, по словам мальчишки. Он так много о тебе говорил, какой ты хороший, какой большой дом им купил. Не представляешь, как мне хотелось свернуть ему шею. Пожалуй, буду вырезать их медленно, чтобы ты точно успел насладиться процессом, ведь у меня есть кристалл ЗПС. Ещё увидимся, милый. Надеюсь, когда ты найдёшь их, они будут ещё тёплые. До скорой встречи».

Кровь отхлынула от моего лица. Тлака.

— Алекс, с тобой всё хорошо? — взволнованно спросила Ксю. — Ты будто призрака увидел.

Отвечать ей не стал.

— Фантик, найди мне в сети всё известное про Кира. Парень из города Пузвиль. Только быстро! — я положил перед ним свой паучок. — Может, здесь есть инфа. Робин часто мне писал. Стриж, дуй на дирижабль! Как только он найдёт адрес, тут же отправляемся.

— Есть адрес! Деревня Вишенки, недалеко от деревни Рыба Есть Хорошо.

— Хм, мог бы и сам догадаться, что Робин их туда перевезёт… Всё, погнали. Трорг, увы, пока подбросить не могу.

— И не нужно. Мои подождут. Месть — дело важное, и я помогу тебе.

— Спасибо вам, — проговорил я оглядывая каждого.

А уже через час мы летели на всех парах. Она наверняка написала в момент, когда была уже у цели или около того. Потому как понимала, что я брошу всё.

— Стриж, врубай форсаж, плевать на энергию!

— Как скажете, босс.

И он врубил. Скорость стала такой, что я понял: мы или успеем, или разобьёмся.

Глава 15

Глава пятнадцатая

Рано или поздно так или иначе!

Кир мчался домой, чуть ли не сбивая ноги в кровь. То, что произошло с Робином Карловичем, жгло его изнутри. Но если он не успеет, то смерть целителя окажется напрасной. Сейчас он — без денег, без ничего, чуть ли не босой — бежал домой, в деревню.

Из Альтеранума путь до дома неблизкий, но у него был шанс. И шанс вполне немаленький — успеть первым добраться до семьи. Потому как это непонятное существо под видом шестилетней девочки пообещало убить его родных, выкрикнув эту угрозу ему в спину, когда он выпрыгивал в окно.

Робин пожертвовал собой, и поэтому он должен успеть. Должен спасти их.

Втайне Кир надеялся, что эта тварь обратит своё внимание на кого-то другого. Но, как говорил старый учитель: «Всегда думай о плохом и принимай решения, чтобы этого избежать. Если же ничего не случится, то и переживать не придётся».

Когда до дома оставалось всего ничего — каких-то двадцать километров, — прямо над ним пролетел корабль. Вот только он был странной формы и летел по воздуху. Удивляться времени не было. Нужно было домой. Он должен успеть. Там, дома, есть ткач, он обязательно напишет Алексу и попросит помощи. И тот не откажет. Он обещал.

Когда он добежал спустя шесть часов, то обнаружил, что в деревне никого нет. Да и деревни как таковой тоже нет. Подойдя к месту, где должен был быть его дом, в котором проживала семья, он упал на колени. Среди пепла остова жилища лежало обугленное тело, что явно принадлежало юной девочке, и было оно без головы.

— Что же ты… — услышал он за спиной, резко обернулся, и увиденное заставило его сердце сжаться.

— Прошу, не надо! Я не виноват! — закричал он и закрыл лицо руками.

***

Тлака Небесная Роса, как она звала себя, двигалась к деревне Вишенки. Она уже была здесь неподалёку, когда впервые встретила старика и этого болтливого, но весьма проницательного парня Кира. Она всё равно старалась быть собранной, так как он дважды чуть её не поймал за наигранными эмоциями и словами. Всё ему покой не давало то, что её кожа стала зеленеть.

«Где-то я тебя уже видел», — часто повторял он, когда мимолётно бросал на неё взгляд.

А в один прекрасный день изменения стали настолько сильными, что скрываться было уже невозможно. Войдя в комнату, которую они сняли в Альтерануме, ей пришлось действовать.

Однако старый дурак, верящий в Астапова, будто тот некий спаситель мира, оказался не таким уж и старым, и уж точно не дураком. Робин, оказывается, сразу узнал, кто она такая, и готовился к схватке. Его план был прост: не дать ей убить кого-то другого из окружения его ученика, чуть ли не внука, каким он считал Алекса.

Драка вышла на славу, постоялый двор «Щёчки Пони» после случившегося точно не подлежал ремонту. Там лучше всё снести и новое построить. Но Тлаке было на всё плевать с высокой сосны.

Бой дался очень тяжело, и это её немного приземлило. Если она едва справилась с магом в ранге учителя (ну, или слабенького мастера), то с Алексом ей и подавно не свести счёты.

Благо, один добрый мужчина, нашедший её сразу после того, как она убила Робина, и который также желал зла Алексу, поделился с ней секретом. Кто он такой, Тлаке было без разницы. У неё и своей силы хватало немало — не всё Алекс смог изъять сломанным артефактом, — но быть ещё чутка сильнее она никогда не откажется.

Суть секрета была вот в чём: как преобразовать природную энергию её родного мира, что сокрыта внутри неё, в местную. Или, как тут её называют, природные силы Эоса. Сделай она то, что он ей поведал, и тогда сможет не только применить её против своего заклятого врага, но и победить его.

Одно обидно — Кир успел улизнуть. Поначалу она не хотела возвращаться и тащиться в такую даль, чтоб причинить боль. Но вот беда. Как бы она ни думала, что сильна, но напасть на его друзей, таких как Моргана или Велесов, у неё не вышло, а применить то, что ей посоветовали, можно только один раз. Так что всё — для «любимого» Астапова.

Она было попыталась убить фею, но и тут её ждал сюрприз. Она еле ноги унесла! Та вообще непонятно кто такая — с силой архимага. Долбанная фея Флёр Жужжаль.

Но ничего, сейчас она расправится с семьёй Кира. И когда объявится этот несносный мальчишка, она сделает то, что задумала. После впитает всю собранную им энергию и станет куда сильнее. Поработит этот мир, а уж затем вернётся домой, и все, кто там есть, поплатятся.

«Ох, как же она с ним позабавится», — дриада мечтательно закатила глаза от образов, что сама себе нарисовала.

Её карета остановилась возле дома, явно недешёвого и весьма добротного. Пробыв здесь уже почти год, она понимала, что даже в такой глуши подобное строение стоит немало золота. Надо бы его сжечь. Да, точно. Но это потом. Сначала забавы.

— Тук-тук, — постучала Тлака. Услышав чей-то голос, сказавший: «Войдите», она открыла дверь.

Войдя, она оказалась в широком и длинном коридоре. Пройдя по нему до конца, очутилась в гостиной немалых размеров. Убранство здесь было не то чтобы богатое, но уж точно выше среднего. Вот только за столом сидели не брат с сестрой Кира и не его мать, а Алекс собственной персоной.

На миг бывшая проводница Пожирателя Миров испугалась, но быстро взяла себя в руки. У неё есть секрет.

— Успел, значит. — Ты даже не представляешь, что я пережил, пока сюда добирался, — проговорил этот парень, откладывая книжку.

Он стал выше, крупнее и явно сильнее с момента, когда она его видела в последний раз, — отметила дриада для себя, но это только раззадорило её.

А ещё она, как Проводник, ощутила в нём нереальное количество энергии мира. Вот только он её не поработил, не усвоил, а спрятал в некий карман. Ох, дурак, с такой силой он же легко мог стать богом! Тот мужчина ошибся. Силы мира в этом парне куда больше. Это осознание подняло её настроение до небес, ведь если она его убьёт — а она его точно убьёт! — эта мощь перейдёт к ней.

«Боги, наконец-то я встану с вами в один ряд, а уж потом, конечно же, над вами», — подумала Тлака и выставила руки.

Зелёные лучи выстрелили в Алекса, прожигая одежды насквозь. Парень не успел выставить щит, и оттого вылетел на задний двор, пробив собой стену дома.

— Да, милый, это тебе не магия местного разлива, — весело проговорила Тлака, шагая в новый проём в стене дома.

***

За два часа до того, как дриада вошла в дом.

Я, как и все остальные, стоял за спиной Стрижа, который, словно виртуоз-пианист, дёргал рычаги управления. Скорость, которую набрал дирижабль, была выше семисот километров в час.

Сергей пытался мне как-то объяснить: дело всё в корпусе, похожем на стрелу, да и тяга двигателей позволяет…, но я лишь отмахнулся. Знать не хочу. И так знаний в голове выше крыши. Главное — он уверен: корпус выдержит. Всё остальное неважно.

И вот, значит, летим мы на форсаже, которых здесь, оказывается, имеется не один, а целых два. И, видя, как я нервничаю, он его врубил со словами, мол, только недолго, иначе оборудование, а точнее корпус, может не выдержать нагрузки. Всё-таки корпус делали гномы, и да, он зачарован, но увы, двигатели и энергия для него — из другого мира. И уж не в обиду коротышкам, но технологии там куда современнее.

Вот тогда наша скорость увеличилась до девятисот километров в час.

Я помню, когда летал на самолёте с такой скоростью, мне казалось: мы ползём как улитки. Но однажды, когда мы летели с родителями на море, мимо нас пролетел другой самолёт. Вот он есть, а вот его уже нет. Скорость невероятная. Вот тогда-то я и прифигел. Это как на машине: едешь вроде всего сотку, а стоит взглянуть не вдаль, а вниз, рядом с машиной, и только тогда понимаешь — скорость невероятно высока. А мы тут почти под тысячу летели!

Впрочем, всё это было бы здорово, даже, наверное, приятно. Но всегда есть маленькое «но». В нашем случае этим «но» оказалась возникшая словно из воздуха стая ласточек, летевших куда-то по своим делам. То ли переселялись, то ли на тусовку собрались — неважно.

Важно другое. Серёга уже освоился и понял: это не просто птицы, а пробуждённые, поскольку те имели подобие одежды. Как он это на такой скорости разглядел — мне неведомо, потому как я, схватившись за поручни, закрыл глаза. Не хочу становиться свидетелем массового ДТП или как там оно зовётся — ВТП? Блин, вот чего не знаю, того не знаю.

Бард заревел, Ксю завизжала, и только Торбус с Троргом довольно кричали от возбуждения. Фантик… А это розовое чудо дрыхло как ни в чём не бывало. Капец. Вот кого надо в космонавты.

— Серый, а если на дороге это ДТП, то в воздухе как?

— Сплюнь, Алекс. Совсем дурак такое говорить?

— Сорян, не подумал что-то.

— АП.

— Что АП?

— То, что ты спросил. В воздухе это называется Авиационное Происшествие. И в следующий раз думай, когда такое говоришь, — покачал он головой, а в следующий миг заложил такой вираж, что все мы полетели кто куда.

Только моя реакция позволила мне прирасти камнем к железному полу. А вот все остальные сорвались с мест и начали ударяться кто обо что. Орк — об кресло, а так как его делали гномы, то сломался орк, а не кресло. Ксю — об магический фонарь. Результат тот же.

А всё дело в том, что ласточкам этот наш прикол не понравился, и, используя природные способности, явно дающие невероятно краткое ускорение, они нас догнали и попытались облить чем-то стекло.

«Вот же гады мелкие», — подумал я, швыряя в них поток воды.

Поняв, что с нами лучше не связываться, они улетели, а мы благополучно пролетели нужный адрес. Пришлось разворачиваться.

А что будет, когда дирижаблей станут сотни? Да уж, тогда так не погоняешь. Хотя с чего бы? Вон в мире ежедневно летает больше сотни тысяч самолётов, и ничего. Живут же как-то. А здесь планета в три раза больше Земли, если не в четыре.

Задолбаются гномы клепать мне дирижабли. Хе-хе.

Приземлившись в отдалении от дома, я отправился в гости. Меня встретил мальчишка лет тринадцати. Поначалу было подумал, что это Кир, уж больно они похожи, но потом вспомнил, что почти десять лет прошло. Значит, это его братишка.

— Привет.

— Здрасте.

— А Кир дома?

— Нету. Он с дедушкой Робином ушёл на круг. Только через три месяца будет.

Ага. Значит, они не в курсе, что наш общий друг погиб. Скверно. Не горазд я такие вещи сообщать.

— Я друг Робина.

— Знаю. Тебя, Алекс, все знают. Чемпион турнира.

— Ну, я не один победил. Со мной был мой друг Бард Медовое Брюхо. Кстати, вон он стоит, — указал я себе за спину, где приземлился дирижабль, и откуда все мои спутники смотрели в разные стороны в поисках Тлаки.

Мы как смогли описали её, а после Фантик нашёл видео в сети с ней. Кристалла ЗПС-то у меня нету, я его отдал Квилле с Квипом. Это я только недавно начал делать копии.

— А тебя как, кстати, зовут?

— Лео.

— Приятно познакомиться, Лео. А мама дома?

— Да, она с сестрой на кухне.

— Хм, судя по запаху, что-то вкусное готовят.

— Ага, сочники. По твоему рецепту.

— Можно войти?

— Ещё спрашиваешь, конечно можно!

Мальчишка открыл дверь и забежал в дом.

— Мама, у нас гости. Алекс Астапов!

— Всем здрасьте, — помахал я рукой женщине лет сорока пяти и девочке лет десяти.

Что странно, я ведь помню, что она была средней, и значит, должна быть старше брата. Как я узнал чуть позже, Мария — так звали сестру Кира — не смогла вырасти полноценно из-за детских болезней. Сил и знаний Робина не хватало, а платить почти две тысячи золотых магистру жизни никто не мог и не хотел.

Вопрос: почему у меня не попросили? Разве я бы отказал?

— Ох, что же вы! — запаниковала Юлина.

Фамилию я, к сожалению, их не знал. За что попенял себе.

— Могли бы хоть написать, что заедете. Мы бы убрались и приготовились к вашему приезду.

— Да это, скажем так, незапланированный визит.

— Что ж, давайте пройдём в гостиную. А ты, Маша, приготовь нам чаю.

— Простите, у меня нет времени, кое-что случилось. Поэтому, во-первых, Лео, сбегай за старостой и объясни, кто его зовёт поговорить. А вам, Юлина, нужно срочно собрать все ценные вещи, которые нельзя купить. Со всем остальным я помогу.

По моему тону она поняла, что я не шучу.

— Вам, кстати, Кир давно писал?

— Да как месяца два назад последний раз.

— Ясно. Тогда собирайтесь, а всё объясню, когда сюда придёт староста.

Благо, спорить она не стала, а поверила на слово. А ещё было хорошо, что ценных вещей у них не так уж и много. Поэтому собрались они быстрее, чем прибежал впопыхах староста.

— День добрый, уважаемый.

— Порки Михалевич.

— А я Алекс. Можно просто Алекс. В общем, ситуация такая. Сюда движется магесса уровня магистр, может выше. Тут я не уверен. Её цель — эта семья. Я бы мог взять их и увезти, но тогда эта особа вышла бы из себя, и всем в деревне пришлось бы туго. Понимаете, к чему клоню?

— Да, господин Астапов. Понимаю, и спасибо, что предупредили.

— Потому соберите всё ценное и уходите в сторону деревни гоблинов. Там вы будете в безопасности.

— Всё настолько серьёзно?

— Очень. Как видите, я прибыл сюда не один, с подкреплением, но даже нам придётся туго. Прошу, во избежание жертв. А так как отчасти виноват я, то все дома, что здесь были и которые пострадают, будут мною восстановлены за мой счёт.

— Это очень щедро с вашей стороны, но вы не обязаны.

— Ну, как хочешь, — улыбнулся ему я, видя, как вытягивается лицо старосты. — Да шучу я, старик. Всё оплачу.

Когда жители деревни собрались, мы погрузили их в дирижабль и отвезли в деревню гоблинов, а после Торбус и Стриж с Фантиком отправились в Хрустальный. Так как я был почему-то уверен, что всё просто не закончится. А значит, нам нужен Иван Мошкович. Заодно посмотрим его в действии.

Когда деревня опустела, я засел в доме Кира. Трорг и Бард — напротив. Ксю, обладая самым лучшим зрением среди нас, засела на холме, чтоб предупредить заранее о приходе Тлаки.

Пока её ждали, я увидел на диване книжку. Была она старенькая, весьма потрёпанная.

«Сказки».

Прочитал я одно-единственное слово на обложке. Хм, почему бы и не почитать, всё равно ждать. Крутя чётки чисто уже по привычке — маны и так под завязку, да и все накопители почти заполнены, — я принялся читать.

«Жил-был в незапамятные времена могучий маг Корнелиус из рода Маклейн. И прозвали его за суровый характер Несгибаемым. Ведь никто не мог повлиять на его решения: ни маги, ни короли, ни даже боги. Сила мага смерти росла не по дням, а по часам, и не было ему равных по силе, но он не жаждал власти, он грезил другими мирами.

Но однажды на их королевство напал страшный враг — могущественный некромант. Он пришёл, чтобы поработить земли, дышащие жизнью, и пополнить свою армию мертвецами, желая стать властелином мира.

Однако не суждено было сбыться планам некроманта. Встал на его пути Корнелиус. Схлестнулись они в великой битве, и одолел Несгибаемый злодея. А после прошёлся он железным кулаком да своей собственной магией смерти по землям некроманта, освобождая мёртвые пустоши от скверны. Раз за разом он убивал повелителя мертвецов, но тот каждый раз возрождался в своих замках, ведь филактерию его никто так и не смог отыскать.

Так шли год за годом. Сотни тысяч разумных гибли каждый год. Сердце Корнелиуса переполняли боль и отчаяние.

И вот, когда пали все армии живых, пали твердыни мертвецов, и остался у некроманта лишь один, последний замок, откуда больше некуда было бежать, предложил злодей Корнелиусу сделку. Пообещал злой колдун навсегда покинуть этот мир, если победитель сохранит ему жизнь. А в знак примирения и великого дара некромант призвал женщину.

Она была прекрасна, как россыпь ярких звёзд на ночном небосводе. Едва взглянув на неё, Корнелиус влюбился без памяти и согласился отпустить врага. Ведь в её глазах он нашёл те самые тёмные, загадочные звёзды.

Вот только был в том договоре страшный подвох, о котором прославленный маг смерти узнал лишь спустя годы. Оказалось, что красавица была смертельно больна, и лишь тёмная сила некроманта питала её и не давала умереть. Когда же эта остаточная магия иссякла, хворь начала брать своё.

Корнелиус изъездил сотни миров, отчаянно ища того некроманта, чтобы заставить спасти любимую, но всё было тщетно. Он так и не нашёл следа.

И не это стало самым страшным ударом. Когда прекрасная София из рода Лорейнов испустила последний вздох, её душа не осталась в их мире. А ведь каждый маг знал: проведи нужный ритуал, и душу можно вернуть, переселив в другое тело. Но в тот миг пришёл к их миру враг неведомой, чудовищной силы и поглотил душу Софии.

От горя и бессилия Корнелиус помутился рассудком. Он принёс страшную клятву: во что бы то ни стало найти и уничтожить этого неведомого врага, и вернуть душу своей возлюбленной».

Закрыв книгу, я только невесело хмыкнул. Да уж. Всё как всегда. Из-за одной женщины чувак уничтожил хренову тучу народа.

И тут пискнул мой паучок. К удивлению, цель оказалась недалеко: с того момента, как Оксана заняла позицию на холме, прошло всего полчаса.

— Цель приближается, — сообщила она. — Вижу девочку, на вид лет десяти, с зеленоватой кожей.

Предупредив её не лезть к ней, я приготовился к встрече.

Когда она вошла, я уже тогда почувствовал неладное. Что-то с ней было не так. Нет, я не почувствовал в ней силу — наоборот, она показалась мне очень слабой. Так на что она рассчитывала? С чего в ней такая уверенность?

Она ударила, и я пробил собой толстую каменную стену дома. Нет, я понимал, что она не слабачка, но вот так вот… Чем это она таким меня жахнула-то? Какая-то странная сила. Точно не магия природы. А ещё она испортила мне костюм. Плюсом я разозлился на себя, что не успел среагировать, так как думал, что мы поговорим, как в кино.

Вот же гадина. Только сегодня его из упаковки достал.

«Вот бы все мои враги как в играх были: умерли и оставили после себя лут. А тут… эх, не везёт так не везёт», — все эти не столь уместные мысли возникли в моей голове, пока я летел, кувыркаясь по земле. В итоге меня словил стог сена для скота.

Тлака аккуратно вошла в проём и медленно пошла ко мне. Глядя на неё, я никак не мог понять одну вещь: почему её атака, вынесшая меня сквозь стену, совершенно мне не навредила? Да, костюм испорчен в хлам, спина и затылок болят, но это следствие соприкосновения со стеной, да и на коже — ни единого следа.

Однако ей пришлось отвлечься на орка и медведя. Резко развернувшись, она вновь ударила с двух рук. Трорг метнулся за Барда, что выставил щит. И это первый раз, когда щит подвёл. Почти. Силу удара-то он сдержал, но вот сам сдох, потратив всю энергию на защиту.

Получается, ударь она ещё раз, и Барду конец? Нет, это не так. Щит ведь даже не дёрнулся. Да что с ней не так-то? Почему не бьёт на поражение?

Поднявшись и отряхнувшись, я решил отвлечь её от друзей, а то вдруг и вправду ударит.

— Слышь, дура, ты мне новенький костюм испортила! Но это ладно. А вот то, что ты старика Робина убила, этого тебе не прощу. Честно, так бы отпустил, но сегодня ты…

— Умру? — она ехидно улыбнулась.

— Не-а, — ответил я. — Робин бы такого не одобрил. Ты отправишься в другой мир. Очень плохой, где нет абсолютно никакой зелени.

Её лицо вдруг дрогнуло. Хм, а чего это она расстроилась? Неужто от того, что я сказал, что она не умрёт? Как же бесит эта неизвестность.

— Чего расстроилась?

Она не ответила, выставив руки. Я был готов к такому и, накинув доспех ветра, ушёл из-под её атаки, крича на ходу: — Бард, болван, я не просто так тут пафосные речи толкаю, свалили нахрен, пока она вас не кокнула! — и, сплетя заклание, попытался утащить её под землю.

Вот только земля её не принимала. Гадство. Всё-таки как маг природы она сильна, но вот эта её защита, блин, не понимаю. Что-то тут не так. Понять бы что, но пока нет времени. Парни в опасности.

Трорг достал свой дробовик и выпрыгнул из-за спины медведя.

Я смотрел на это, и мои мысли вдруг перетекли в другое русло. Я вдруг осознал, что Тлака даже не пытается защищаться. Она открылась! Дриада уж точно чувствует приближающуюся опасность от орка, но почему не предпринимает абсолютно никаких действий? Где атакующие лучи?

И тут до меня дошло. Пазл наконец сложился. Она хочет умереть! Ей нужен этот смертельный удар, чтобы высвободить ту самую внутреннюю силу мира, которую она накопила. ТВАРЬ!

Это осознание ударило меня словно молнией.

— НЕТ! СТОЙ! — заорал я во всю глотку.

Но было уже поздно. Трорг нажал на спуск.

Глава 16

Глава шестнадцатая

Так и надо!

Огненное дыхание вырвалось из ствола и ударило Тлаке прямо в спину. Выстрел получился сокрушительным. Её обожгло пламенем, и она рухнула лицом в грязь. Орк был опытным воином и не стал останавливаться, хладнокровно всаживая в неё заряд за зарядом. Вскоре тело стало похоже на подгоревший кусок мяса, словно изорванный бешеными псами.

— Ты моя красавица, — на зависть Барду орк ласково погладил своё оружие прямо у него перед носом.

На всякий случай я метнул кумулятивное копьё. Оно ударило в останки и буквально разорвало их пополам. Но я уже понял: это тело — просто кусок мяса, не более. Сама Проводник ушла под землю. Мои друзья этого не почувствовали, а вот я — да. Огромный пласт энергии рванул прямо в недра Эоса.

— Фу-х, я думал, будет сложно. Но вот же чертовка, чем таким била-то? Что-то знакомое, но вот всё в толк взять не могу, — Бард поднял щит и принялся его осматривать.

А я уже чётко понимал, что это было. Энергия мира. Такая же, какую я прячу внутри себя. Ей можно бить наотмашь, но при этом не наносить увечий. А это значит…

— ВАЛИМ ОТСЮДА! — заорал я и ломанулся с поля.

Дважды орать не пришлось: что мохнатый, что зелёный мгновенно устремились за мной.

Причина для паники была весомой. Тлака запустила метаморфозу. Процесс шёл с такой пугающей скоростью, что не успел я добежать до дома, как она уже вымахала до трёх метров в высоту. Её истерзанное тело на глазах покрывалось толстой древесной корой, а вместо двух рук из туловища вырвались восемь узловатых ветвей-щупалец. Лицо теперь жуткой маской просвечивало прямо сквозь кору.

Она превратилась в исполинское дерево, возвышающееся на огромных, пульсирующих корнях, которые продолжали стремительно расползаться во все стороны. Но если бы только она одна! Из земли на поле густо полезли другие побеги, чудовищно преображаясь на глазах. Томаты, кукуруза, картошка — всё, что росло на грядках, меняло форму и увеличивалось в размерах в геометрической прогрессии.

Поскольку на мне всё ещё висел доспех ветра, я влетел в дом первым. Вторым ввалился медведь. А вот Трорг успел скрыться лишь наполовину — его за ногу обвил один из длинных корней ополоумевшего дерева и с силой потянуло назад.

Орк — воин крутой, не растерялся, а, перевернувшись на спину, выстрелил. Огненное дыхание сработало отлично, оторвав корень, из которого брызнула зелёная кровь.

Он вскочил на ноги, а я помог ему ветром, придав ускорение, отчего он потерял равновесие и влетел в дом кубарем. Выставив стену из камня, я запечатал проём и побежал на выход.

— Бежим на улицу! Там растений меньше.

— А чего ты её не прикончишь? — заорал Бард.

— Магия на неё плохо сработает, пока она на стадии трансформации. Сейчас она потратит энергию своего мира, что в ней имелась во время перехода из осколка в новый мир, и вот тогда можно атаковать.

— Если она нас до этого не прикончит! — указал орк за спину на дерево, что стало уже выше дома.

— Может, и так. А потому бежим, и как можно дальше! Сейчас у неё остаётся немного сил, и она попытается за это время нас достать. Бегите, чего такие медленные!!!

К нам навстречу с холма прибежала Ксю. А так как мы бежали в противоположную сторону, то ей пришлось разворачиваться и бежать за нами.

Оказавшись в конце улицы, мы смотрели, как на нас бежит уродское древо с хищным лицом Тлаки, перебирая корнями. А вокруг неё шли крапива, рожь, томаты, картошка — кого тут только не было, даже кукуруза. Все они с хищными лицами желали одного — сожрать нас.

— АЛЕКС — ТРУС! — зашелестело красными листьями дерево.

— Пошла в жопу, дура тупая!

— Так по-взрослому, Алекс, — Ксю покачала головой, активируя мечи.

— А чего она обзывается? Я не трус, это тактический манёвр вообще-то был.

Когда до тварей оставалось всего ничего, Трорг выдал, как ему казалось, крутую идею.

— Есть идея. Мы втроём берём на себя мелочь, а ты — дерево. У вас личные счёты. Поэтому мы как бы лезть не хотим. Месть дело личное! — добавил, как ни в чем небывало.

— Ты орк или…

— Орк-тактик высшей категории, — весело осклабился Трорг. А Бард и Оксана кивали, мол, да-да, идея вообще бомба.

— Вот же вы… хорошо, отвлекайте мелочь, а я уведу её. Смотрите, чтоб они вас такой толпой под лавку не запинали.

— Пф-ф, Алекс. Чего ты несёшь? Нервничаешь, что ли?

— Если честно, есть такое. Ладно, я полетел.

Так как Бард был замешан в том, что она не получила желаемое, то всё её окружение направилось к медведю, а она сама отправилась за мной. На орка и лису навалилось чуть меньше десяти процентов. Везунчики, блин.

Наш план сработал, если это вообще можно назвать планом. Но я нифигашеньки этому не рад. Потому как она будет бить, и её удары будут жёсткими. А ведь я прикоснуться к своему запасу энергии мира Эос не могу. Слабый я ещё. Немного зачерпнуть — да, пожалуйста, но вот бить, как она — увы. Да и нужна энергия мира мне для другого.

Обидно будет, если не хватит чутка. Я прям представил себе, пока летел через дома, что припёрся Пожиратель Миров, и я с ним столкнулся. И вроде вот всё, почти добил его, ан нет, чуточку не хватило.

Да уж. Может, РГД в неё бросить?

Достал РГД из кольца, выдернул чеку и бросил. Раздался взрыв.

— И? Где крутой взрыв, как в кино? Почему только маленький хлопок, и всего корень отвалился? Эх, везде обман. Вот зачем я это вообще всё прихватил? Толку ноль. Лучше игр больше взял или книжек.

— Иди сюда, трус! Ты мне за всё ответишь! — взревела Тлака.

— Дерево ты и есть дерево, к такой бабе никто не захочет идти! — продолжая лететь, я думал, как мне с ней справиться. По сути, трансформация её закончилась, и можно начать поливать огнём… А почему бы, собственно, и нет? Чего это я так её испугался?

Опустившись на землю, выдал ей навстречу заклинание голубого круга: Агни-вента-прорыв.

Невероятный жар обдал лицо, стена огня шириной три метра и высотой пять устремилась к ней навстречу. Вложил я в заклинание немало, и хоть какой-то урон оно должно было нанести. Но чувство с именем «нифигашеньки» прям вот витало вокруг меня и жужжало, как пчела: «, Нифигашеньки не будет, Нифигашеньки не будет».

И точно. Волна огня прошла сквозь дерево, а она никак не отреагировала, только несколько корней дёрнулись в сторону колодца, что был неподалёку. У неё даже ни один листик не подгорел!

— Вот же… — запустил я ледяной град.

Следом в атаку полетели сотни ледяных игл, веера. Да я химер отправил, чтоб пожрали её ману! Вот только нет у неё маны. Может, и есть, но…

— Да какого хрена ты жрёшь моих химер, дура?! Они невкусные! — Иди сюда! Жалкий трус! Я поглощу тебя, и ты навеки станешь частью меня. Оплодотвори своей силой мои корни!

Я покрутил пальцем у виска: — Совсем сбрендила. Тебе десять лет от силы, но даже если бы ты была в своём прежнем теле — один фиг, нет уж. С такими бабами, как ты, моё место будет под каблуком! Нет уж, я буду как умный еврей и буду учиться на чужих ошибках, а потому — лови!

Создав одно из самых сложных плетений, на которое я втайне очень надеялся, я принялся наблюдать, как вокруг дерева появляются зеркала, а после луч огня разогревается до плазмы и начинает резать крону дерева.

Обугленные ветки падали на дорогу, чтоб через секунду быть сожранными корнями, и через миг начать расти на том же месте.

— Вот ты… не знаю даже, как её обозвать. Блин, надо бы читать побольше.

Обрушил на неё метеор, и, о чудо, она не смогла его отбить. Но на этом всё чудо и закончилось: эта деревянная Буратинка резко ухватилась корнями за крепкий забор и рывком подтянула себя к нему, уходя в последний момент от столкновения. Огромный булыжник ударил о землю, и она пошатнулась — имею в виду земля, — отчего я чуть не упал на пятую точку.

— Слышь, ты чего людям забор сломала? Кто за всё это платить будет?

— Ёпт. Так это же я буду платить. Я же старосте пообещал, — скривился я, глядя на несколько сломанных домов.

Тлака выкинула вперёд ветки, и с них сорвались листья, полетевшие в меня со скоростью кинжалов. А так как летели они по странной, словно самонаводящейся траектории, то несколько штук смогли обойти мою стену огня и болезненно порезать меня.

Приятного, скажу я вам, очень мало. Вот магия с применением энергии мира меня вообще как-то не устраивает. Нечестно это.

— Значит, боишься! Кстати, в «Героев меча и магии» играла? Нет? Ну и дура! Ну тогда лови ещё. АРМАГЕДДОН!

Теперь не один, а сразу три десятка чуть более мелких метеоритов начали падать на неё. Заклинание жёлтого круга потребовало от меня наивысшей концентрации, расход маны возрос впятеро, так как заклинание было явно не по Сеньке шапка. Лицо, спина — да я весь покрылся потом! И чего же я добился? Только несколько корней ей сжёг, да дважды она падала, но тут же вставала, да листья сшиб.

— Вот как же ты меня бесишь!

Так она ещё, решив достать меня окончательно, мгновенно отрегенерировала всё обратно. Будто и не было ничего.

Три дома заполыхали огнём. Твою налево! Вот уже ещё два. О боги, ну зачем так-то? Бросил заклинание дождя, чтоб хоть немного потушить, но понял, что это полностью бестолку.

Да ещё эта деревяшка резко сблизилась. В меня начали бить корни. Только доспех ветра помог мне уворачиваться, срезая их серпами ветра. А когда в меня понеслись сразу четыре острые, как иглы, ветки, я ушёл под землю.

Ну что я могу сказать по поводу данного манёвра? «Идиот»? Да, думаю, идеально подходит. Там вообще… как там это новое слово, которое я выучил? Ах да, трэш. Там полный трэш. Корней видимо-невидимо, ещё больше, чем снаружи. Вот вроде всё ничего, корни и корни, но как-то это мерзко так выглядит, когда они шевелятся во все разные стороны, словно змеи. А я ненавижу змей. Отвратные они.

Покрыв себя огнём, я вылетел из-под земли, словно ракета, но был перехвачен корнями, которым почему-то было плевать на огонь. Меня начали бить об землю. Об забор. Об лавочку, на которой обычно сидели бабушки и трещали, как жить плохо. Теперь мной ломают чей-то хозблок!

— Да задрала ты меня! — создав воздушный таран, я послал его в неё и срезал ветки, что меня держали. А затем создал круг огня и закрутил его вокруг неё.

Я питал и питал его маной, чтоб заклинание только усиливалось, чтоб никакая подпитка её не спасла…

Стоп. Подпитка? Твою налево! Так вот в чём дело! Эта тварь использует энергию мира напрямую из земли! Это не только атакующая её сила, она ею ещё и питается, что позволяет так быстро восстанавливаться. Вот в чём твоя сила. Ну-ну, сейчас мы посмотрим, кто кого…

— Мамочки! — вскрикнул я.

Внезапно из-за моей спины показались четверо монстров-кукуруз. Они навалились и схватили меня за руки и за ноги, а здоровенный обгорелый корень, вылетевший прямо из огня, с силой ударил меня в живот, заставив согнуться пополам.

А после ещё объявился монстр, что раньше был картошкой, и начал пробивать мне в печень.

Как же бесит эта энергия, что питает их! Но ничего, сейчас я что-нибудь придумаю. Ну, когда освобожусь.

Нарастив на себя доспех камня, я резко дёрнул руки на себя, с силой стукнув кукуруз друг о друга. А после ногами раскидал двух других. Картофан попытался свалить, но я успел послать ему огненный шарик в задницу, или что там у него. Отчего его другие маленькие картофелинки что висели снизу подгорели, и он заверещал.

— И кто тут трус? Толпой нападаете! Вы не овощи, вы шакалы!

Так, надо как-то лишить её подпитки. Иначе она меня доконает. Магия хоть на неё и действует, но скорость восстановления ужасает, и вряд ли дальше что-то изменится. А вот моя мана кончается. Не так быстро, но кончается.

Переодевшись в доспех ветра и скинув с неё ураган огня, я отлетел. Надо было подумать, что делать и как её лишить сил. Надеюсь, у моих там дела идут лучше.

***

Бард, Трорг и Оксана разделились. Как это произошло, никто не понял, но нахлынувшая толпа не давала времени на подумать.

Бард вбежал в дом в надежде, что там он скроется. Благо, потолки тут, у старосты, были высокие, и он смог спокойно развернуться. Закрыв двери и придвинув шкаф, медведь встал спиной к стене. Но долго ему так простоять не дали.

Из четырёх окон, что разбились чуть ли не в одно мгновение, полезли все: кукуруза, картошка, томаты… даже две репы умудрились пролезть. А размеры их впечатляли!

Выпив эликсир силы, пока было время, Бард немного ожил. Сил прибавилось, но всё это ненадолго. Минута, две, и действие закончится, и тогда ему конец.

К нему подлетели сразу две кукурузы. Он схватил их за горло — или что это у них там? — и принялся ломать. Однако, несмотря на то, что он их переломил, кукуруза умудрилась дать ответ. Из початков прямо в лицо медведю выстрелили плоды-зерновки. И били они больно, много и нещадно.

Отбросив их себе под ноги, он опустил толстые лапы сверху. Это помогло их утихомирить, но вот тыква, что с разбега врезалась ему в живот, смогла пробить и доспех, и саму плоть.

Бард охнул и согнулся, упав на пол. Но пока действовал эликсир, он всё же смог отмахнуться от набегавшей толпы. Поднявшись, он принялся махаться щитом, и на какое-то мгновение даже почудилось, что он побеждает. Вот томаты улетели в стену, окрасив её красным. Вот три чеснока улетели обратно на улицу, а их место тут же заняли редисы.

Однако патиссон-монстр, что скрытно крался по потолку, рухнул ему прямо на голову, да с такой силой, что Бард снова оказался на полу. И уже подняться было почти невозможно.

Теперь томаты, картошка, да и вообще все, кто смог поместиться в комнате, остервенело пинали медведя. От всей овощной души.

— Это тебе за рагу! Это тебе за суп! Это тебе, маньяк демонов, за икру! — прокричал в ухо Барду кабачок.

— Да я не люблю кабачковую икру! — закрывая руками лицо, проорал медведь, уже даже не пытаясь отмахиваться.

Он всё никак не мог понять, откуда такая невероятная сила у обычных растений. Да, они преобразились, но сила ударов у них была просто ого-го!

Вдруг раздался мощный хлопок, и часть стены попросту перестала существовать. Следом сквозь пыль в комнату ворвалась Оксана, начав нещадно кромсать овощи своими мечами. Вложенная в клинки магия жизни, парализующая всё, до чего только касалось лезвие, быстро заставила тварей отхлынуть от избитого Барда.

— Вставай! — крикнула Ксю.

Швырнув что-то прямо в гущу растений, она тут же выпрыгнула обратно в созданную ею пробоину в стене. Медведь не стал медлить и, напрягши все жилы, мышцы и даже избитый живот, выпрыгнул следом. За спиной грохнул взрыв, разметавший овощную братву во все стороны.

Едва они оказались на улице, лиса сунула Барду зелье исцеления, а сама в этот же миг принялась отбиваться от наступающей клубники и малины. Ягоды, как выяснилось, оказались куда свирепее овощей!

Бард, кое-как придя в себя, достал из пространственного браслета меч. Драться он им толком не умел, но просто махать во все стороны — дело нехитрое.

Они продержались так какое-то время, отбиваясь от плодово-ягодных монстров что спрыгивали на них с крыши аки десант, пока Ксю вдруг не осенило: — Стоп… А где орк?!

***

— Я — Трорг, великий воин! Я выжил в семи набегах! Принёс славную добычу, и никаким баклажанам меня не одолеть! — махая молотом, орк внутренне содрогался.

Твари были сильны, а вот его силы покидали с невероятной скоростью. Монстров было слишком много, и на место одного поверженного тут же вставали трое новых. В доме было тесно, но и тварям это доставляло немало неудобств.

Тогда он решил найти ещё меньшее пространство и отступил в погреб. В небольшом пространстве, пока огурцы с репой ломали дверь, он успел выпить зелье исцеления, принять эликсир выносливости и призвать духов для восстановления сил.

— Идите сюда, всех порву!

Вот только когда к нему вбежали рождённые Тлакой монстры-овощи, они все вдруг замерли.

Поскольку вдоль стены тянулись нескончаемые полки с замаринованными патиссонами, помидорами, огурцами… Чего там только не было!

— Ну вы и чудовища! — прошипел сквозь зубы арбуз и покатился на Трорга, желая разорвать этого изверга.

Но орк был готов. Выставив перед собой ствол дробовика, он без колебаний нажал на спуск. Двенадцать зарядов грохнули одним оглушительным залпом. Узкий проход в погреб мгновенно превратился в огненную мясорубку, разбрызгивая по стенам кипящий сок, ошмётки мякоти и обугленную кожуру передовых отрядов.

Однако это их не остановило. Растений в деревне было слишком много.

В тусклом свете погреба они видели самое страшное. Это были не просто полки с припасами — это был жуткий склеп. Стеклянные саркофаги, в которых в мутном маринаде вечно плавали скрюченные трупы их братьев и сестёр.

Веками, десятилетиями эти мерзкие, жестокие двуногие творили невообразимые зверства: безжалостно сдирали с них кожуру заживо, бросали в кипяток, хладнокровно расчленяли на мелкие куски для салатов и топили в уксусной кислоте. И теперь, взирая на выставленные напоказ трофеи человеческой кулинарии, зелёная орда обезумела.

Они больше не собирались быть пищей. Настал день великой жатвы, и теперь они наконец-то поквитаются за каждую убитую редиску и каждую картошку с которых заживо сдирали кожу.

Орк отбросил бесполезный теперь дробовик, вооружился кинжалами, что идеально подходили для боя в узком пространстве, и принялся в буквальном смысле нарезать салат.

Если ему суждено здесь пасть, главное — чтоб никто об этом никогда не узнал. А то смеху-то будет: могучего Трорга не разорвали в клочья свирепые тролли, не сожрала болотная ведьма, не затоптал насмерть пятиглавый зубр, а прикончил помидор на пару с чесноком!

Когда смерть уже была близка, он услышал, как кто-то ворвался в дом. В душе возникло облегчение. Это были Бард и Оксана. Но облегчение было недолгим:

— Трорг, бежим! Там армия крапивы наступает из перелеска, а с ними ещё кто-то! Кажется, это борщевик! — махнул ему Бард и устремился прочь, раздавив по пути раненую дыню, что тянулся к нему.

Раскидав остатки оживших растений, они выбежали на улицу и, выбрав дом повыше, решили забраться на его крышу. Ксю как раз успела написать Торбусу, чтоб те быстрее вернулись и забрали их из этого ужаса.

— Я понимаю, что овощи есть полезно, но, кажется, с этого дня я стану исключительно мясоедом, — сообщил орк.

А остальные — медведь и белая лиса — с ним мысленно согласились.

***

— Да когда же ты сдохнешь! — посылая в неё огненную сеть, я вновь отбежал, на ходу уворачиваясь от корней.

Меня уже трижды проткнули, и трижды я выпивал высшее зелье. Раны хоть и были тонкие, но вот появившиеся в теле ростки ох как мне не нравились. Сначала выпил три средних, но не подействовали, и только высшие зелья смогли вылечить меня от её яда. Лучше к ней вообще не попадаться.

Мана давно кончилась, и я осушил уже чуть больше сотни высших накопителей. Этого бы хватило, чтобы прикончить пару королевств или архимагистра какого-нибудь на тот свет отправить. Да я даже армию демонов мог бы стереть с лица земли! А ей хоть бы что. Вот вообще никак.

— Смирись, Алекс, — прошелестели листья. — Тебе меня не одолеть. Я, Тлака Небесная Роса — проводник, и тебе со мной не справиться.

— Справлюсь! Я ещё поглумлюсь над твоим трупом! Сделаю из тебя угли и буду жарить на тебе шашлыки!

Я послал три водоворота, наполненных ледяными осколками. Они неплохо так подрезали ей ветки, но те почти мгновенно отросли заново.

И тут до меня дошло. Проводник.

Если раньше я полагал, что проводник — это следствие появления пожирателя миров, то, возможно, тут имелось в виду дословно. Она — проводник энергии мира. И в данном случае она каким-то образом питается прямо от земли. Я где-то читал в той, прошлой жизни, что электричество можно получать прямо из земли. Может, и здесь что-то похожее? Это что же получается, тогда мне надо её поднять в воздух и лишить соприкосновения с землей?

Мать моя женщина, отец мой мужчина… Да как я её подниму-то? Где я столько энергии возьму?! А с другой стороны, у меня и выбора-то нет. Или бежать, или пробовать.

Активировав осколок тьмы, я восстановил половину сферы и сразу почувствовал себя легче. А после ахнул с испугу. Ведь свой осколок тьмы давал мне не только восполнение маны: на несколько секунд он делал невидимое видимым. Вот и сейчас я наблюдал, как душа в виде голой девушки извивалась внутри древа. Жуть какая.

— Что ж, Тлака. Сейчас ты умрёшь. Увы, но ты умрёшь без всяких переселений.

Вместо ответа она, почувствовав неладное от явной уверенности в моём голосе, послала в меня чуть ли не половину листьев. Но я был начеку и легко ушёл вверх. А затем начал поднимать и её.

Метр, второй… Первая капля пота. Вот я уже весь обливаюсь потом, а она поднялась еще только на семь метров.

— Да нахрена тебе столько корней?!

Их тут были тысячи, и все они пытались зацепиться за забор, за столбы, уйти как можно глубже в землю. Но я упрямо продолжал её поднимать. И когда она достигла высоты почти в пятьдесят с чем-то метров, только тогда я увидел, что остался один тоненький единственный корень, который её как-то питает.

Перерубив его лезвием воды, я наконец-то почувствовал, что она лишилась сил.

— Вот теперь… теперь конец.

Лицо, что проступало сквозь кору дерева, искривилось в ужасе. Резко подлетев к ней, я вынул эльфийский меч и начал рубить.

Каждый мой удар был сродни удару лесоруба. Ветка за веткой летели вниз. Щепа, листья — всё летело в разные стороны. Она иногда как-то пыталась сопротивляться, но всё было бесполезно. Подпитки нет — нет и сил на ответную атаку. А мой меч, моя новая любимая прелесть, не знал пощады.

В конце, когда от древа остался один небольшой ствол, я сблизился и вонзил клинок насквозь — прямо там, где находилось её девичье тело.

Древо взорвалось щепой, а вниз полетело маленькое тело, но я не дал ей долететь. Вновь поднял её магией и одним взмахом, пока она кричала «НЕТ!», отрубил ей голову.

Все листья, ветки — всё, что разлетелось по деревне, вмиг загорелось, а вместе с ними занялись и дома. Растения, что ожили, поняв, что их предводительница мертва, бросились наутёк. Хотя я думал, что без подпитки они сразу умрут.

— Фух, наконец-то всё кончено.

Ничего не говоря, я приземлился на крышу рядом со своими. Они выглядели ужасно: все в синяках и тяжело дышали. Впрочем, как и я.

Тут я заметил, как к дому Кира… точнее, к его остаткам, подошёл сам Кир и склонился над телом Тлаки. Он упал на колени и стал рыдать.

Хм… С чего бы это?

Спрыгнув с крыши, я тяжело опустился на землю прямо за его спиной.

— Что же ты…— хрипло произнёс я.

Кир резко обернулся. Я увидел, как его глаза расширились от первобытного ужаса, а лицо вмиг потеряло все краски. И только в этот момент до меня дошло, как именно я сейчас выгляжу.

Мой костюм превратился в сплошное месиво. Я был с ног до головы залит чужой и собственной кровью, мой костюм сплошь покрыт рваным дырами от древесных кольев. Плюсом тяжело дышал, а в руке всё ещё сжимал окровавленный эльфийский меч. Неудивительно, что парень меня попросту не узнал. Для него я сейчас выглядел как самый жуткий демон или мясник, пришедший по его душу.

Увиденное заставило парня буквально сжаться в комок.

— Прошу, не надо! Я не виноват! — истошно закричал Кир, в панике закрывая лицо руками и отползая от меня назад.

Я от такого даже немного опешил.

— Кир, это я, Алекс.

— Алекс?..

— Ага, — говорю. Чего ты над телом врага так убиваешься?

Осознав, что это пришла не его смерть, а перед ним стоит не враг, а его друг, он резко вскочил и крепко обнял меня.

— Алекс, она убила Робина!

Парень горько разрыдался, уткнувшись мне в плечо, а я просто стоял и молча хлопал его по спине.

— Знаю, друг мой, знаю. Но мы ей отомстили.

Дорогие читатели!

В связи с беспрецедентно высоким уровнем фито-насилия в этой главе, я считаю своим долгом сделать небольшое, но очень важное официальное заявление.

Я со всем глубочайшим уважением и трепетом отношусь как к овощам, так и к ягодам. Картошка, помидоры, репа и даже клубника с малиной занимают важное и почётное место в моём сердце (и рационе). Моя книга — это исключительно художественный вымысел. Своим текстом я ни в коем случае не хотел оскорбить нежные чувства плодово-ягодных культур, задеть достоинство арбузов или обесценить личную трагедию маринованных огурцов в погребе.

Все совпадения с реальной кабачковой икрой абсолютно случайны, и ни один реальный патиссон при написании текста не пострадал.

Ешьте витамины, берегите природу и помните: если салат начинает смотреть на вас с подозрением — возможно, пора сделать перерыв в чтении!

Глава 17

Глава семнадцатая

В путь значит в путь!

Вы когда-нибудь видели пир, на котором не было бы овощей? Я — нет. И этот тоже не стал исключением. На какой-то момент мне даже показалось, что их тут перебор.

Сидя в центре стола рядом с Ману, я наблюдал, с каким остервенением их ели Бард, Трорг и даже Оксана! Они очень мало уделяли внимания мясу и отчаянно налегали на овощи. Создавалось стойкое ощущение, что таким образом они им мстят. Вопрос: за что?

А когда я решил подколоть их и невинно пошутил, мол: «А что это за картофель там за вами с грядки наблюдает?», все трое в ужасе подпрыгнули и мгновенно схватились за оружие.

Ясно. Понял. Значит, с этим мы пока не шутим. Зато гоблинам шутка понравилась.

Торбус и Серёга долго не могли понять, что же у нас такого произошло, но кристалл записи, который я им продемонстрировал, их впечатлил. Он вообще всех впечатлил. А вот мои «зелёные и мохнатые» друзья почему-то наотрез отказались показывать свои записи.

С чего бы это вдруг? Ох, нечистое тут дело.

В общем, здорово посидели. Но пора было возвращаться в деревню Вишенки. Ну, как деревню… в Пепелище.

Иван, что наконец-то отошёл от праздника, принялся творить. Я ничего красивее в жизни не видел. Ну, если только мою Мори, что приходила ко мне в ночи, и всё. Нет, её с нами нет, к моему великому сожалению. Только сны о ней, и всё. Бедный я, бедный. Убить пойти кого, что ли? Тьфу ты, Сашка, что за мысли у тебя в голове!

Так прошёл день. Но к вечеру нашим товарищам пришлось сгонять ещё за материалами. Строить прямо из воздуха маг Иван Мошкович особо не умел. Точнее, умел, но с его утончённым чувством прекрасного ему нужны были не только камень и обычное дерево, но ещё мрамор, белый камень, красное дерево и стекло. Ваня маг необычный оказался. Я-то думал, он маг земли, а оказалось, что он в ранге мастера бытовой магии!

Ох, как же я вспомнил в тот момент своего наставника, который так и не научил меня ничему подобному. Хотел бы попросить Ивана поделиться парой плетений, хотя бы как постираться быстро или вымыться. Однако времени у него не было. Он творил. Печалька.

Когда он закончил и жители вернулись, они долго не могли прийти в себя от шока. Вместо их старых небольших домиков (а нормальных домов, таких как у Кира, тут изначально было всего два) теперь стояли двухэтажные хоромы квадратов по четыреста, не меньше. Да, пока без мебели, но это дело легко поправимое.

Я одарил Кира суровым взглядом и строго велел ему проследить, чтобы всё было по-честному и всем всё досталось в равных долях. Иначе я сильно обижусь, если мой подарок (а обошёлся он мне в две тысячи золотом) разделят неправильно, не по-людски.

Когда дома были отстроены, а люди заселены, мы снова устроили пир. На котором я решил воспользоваться моментом и попросить Ивана смастерить мне крытый дом внутри моей палатки. Он пообещал сделать всё в лучшем виде и к утру вернуть. На радостях мы выпили Усладу для глаз аж три бутылки. Лучше бы этого не делали. Но об этом позже.

Рано утром гоблины пришли в деревню, и за пару дней все новые дома и заборы покрыли красивейшей гоблинской вязью — вырезали изображения о случившемся сражении. При этом просили несколько раз показать им запись, дабы вновь вдохновиться. К слову, ушастые коротышки так искусно всё сделали, что Иван Мошкович решил пожить у них недельку, дабы всему научиться лично. Вот же увлекающаяся душа!

Напоследок ко мне подошёл Ману, шаман гоблинов, и попросил о помощи. Мол, в горах, где они добывают лес, опять какая-то фигня творится. Вроде никто не умер, но замечены были странные типы. Много странных типов. Они гоблинов не трогали, но звуки, будто от строительства или ещё чего-то масштабного, гоблины слышали.

Выслушав его внимательно, я пообещал, что, как только с гномами покончу, так сразу же туда наведаюсь. На том и порешили.

Трорг отправился к своим — решать душевные и духовные проблемы. Ваня остался у гоблинов. А вот Кир… тут стоит рассказать отдельно.

Когда я всё-таки нашёл немного времени, мы сели с ним на веранде их новенькой беседки. Он начал рассказывать о том, как всё это время они жили с Робином. Как тот учил его основам целительства, как они вместе варили зелья и эликсиры.

Тут мне стало интересно. Ведь варить эликсиры без маны — никак. Даже имея в руках накопитель, обычный «немаг», пропуская энергию через себя, просто сожрёт девяносто девять процентов маны. И эликсир на выходе получится так себе.

И вот тогда он пояснил: тот самый кристалл силы, который я подарил Робину на день рождения, в итоге употребил Кир. Парень наотрез отказывался, но господин лекарь настоял на своём. Так сфера внутри парнишки активировалась, словно очнувшись от долгого сна. Она постепенно разогналась, раскрутилась, и уже через три года Кир смог взять ранг Ученика.

Взглянув на его макросферу, которую он мне доверчиво продемонстрировал, я сразу всё понял. Его абсолютный потолок — это ранг Учителя. И то далеко не факт. Это прям вот надо будет жилы рвать и пахать до седьмого пота. Но кто я такой, чтобы лишать парня мечты? Тем более той, с помощью которой он хочет почтить память Робина и вернуться в Круг, чтобы продолжить его дело.

За эти годы Кир выучил всё, что только было можно, и непрерывно совершенствовал свои навыки. А теперь, имея предрасположенность к магии жизни — то самое зерно, что зародил в нём Робин, первым прикоснувшись к парню в момент пробуждения сферы, — Кир был абсолютно уверен, что у него всё получится.

На прощание я выдал ему десять высших накопителей, чтоб он мог улучшить свои навыки и наварить зелий. Ведь всё золото, всё, что у них было, осталось там, в Альтерануме. А обратиться к кому-то из моих знакомых он не мог, так как никого не знал. Он не пытался отказаться — понимал, почему я это делаю.

— И не забывай гоблинов. Понимаю, ты теперь будешь замещать Робина на его "круге", но время от времени заходи и к ним. Да и мне пиши. Также посети столицу, тебе мои люди выдадут шушунов. Одного для тебя, другого для дома.

— Но, господин Астапов… Накопители я ещё понимаю, но шушун — это же немыслимая гора золота!

— Деньги — всего лишь деньги. Ну, то есть золото хорошо не тем, что оно есть, а тем, что даёт тебе возможность делать то, что хочешь. В чьих-то руках оно несёт вред, в чьих-то — добро. Всё зависит только от тебя. Шушун тебе поможет нести добро в этом мрачном мире. И зови меня Алекс. Не надо этих ваших «господин». Я тебе не господин, а друг.

Мы ещё немного посидели, я угостил его шоколадкой «Алёнка», а после мы попрощались. Погрузившись в дирижабль, наша команда взмыла вверх.

***

Капитан Кирк Макласки нёсся по волнам на своём новом корабле, который он не без иронии нарёк «Морским безумцем». Сейчас он уходил на всех парусах, удирая от морских тварей, которых в этих водах оказалось просто немерено.

«И когда только успели так наплодиться?»

А вот кого здесь действительно не было, так это других кораблей. Вообще ни одного. За пару месяцев плавания они не встретили ни единого судна. Куда они все подевались, капитану, в принципе, было известно. В этих водах обосновалось гигантское морское чудовище, которое топило всё без разбора.

Ну, почти всё. Исключением был разве что корабль-призрак «Бесстрашный», которым управлял старый приятель Кирка — Фред Буцефал. В народе болтали, что Фред стал безжалостным демоном, но Кирк знал его как отличного собутыльника, пусть и слегка мёртвого. Мелочи не стоящие внимания.

«Жесть какая. Как такое вообще возможно? Чудовища, демоны… И куда в таком мире податься честному капитану?»

При мысли о словосочетании «честный капитан» Кирк по прозвищу Зверь невольно усмехнулся. Да уж. Одно радует: корабль на порядок лучше тех посудин, на которых он ходил раньше, да ещё и золото они исправно получают от Алекса. Не жизнь, а песня.

Так что свою часть сделки они честно выполняют — рыщут по морям, заходят во все отдалённые порты и ищут информацию по поводу мест силы. Которые должны быть по типу Древа Матери. Алекс писал и присылал изображения, как выглядят те, которые он уже находил. Ориентируясь на них, Кирк с командой и расспрашивал народ о всяких сказках и небылицах.

— Призрак! — истошно заорал матрос, сидящий в вороньем гнезде.

Кирк резко развернулся и, вытянув подзорную магическую трубу, приблизил изображение туда, куда указывал дозорный. Увидев знакомые рваные паруса, он поначалу даже обрадовался старому приятелю, но радость тут же улетучилась. Позади «Бесстрашного» вздымались гигантские волны — за Фредом по пятам шло морское чудовище! Тот о ком говорят во всех водах.

— Чтоб тебя медузы сожрали, Фред! — выругался Кирк вслух. — Вот зачем ты попёрся прямо на нас?! Решил тварь на чужой корабль перекинуть?! Это всё из-за того, что мы выпили твой бочонок сукре? Наверняка. Вот же жадный скелет.

Вот как всегда: стоило только вспомнить старого приятеля, как тот тут же объявляется, да ещё и тащит за собой на хвосте верную смерть! Приятель приятелем, но быть сожранным за компанию в планы Кирка совершенно не входило.

— Старпом! — заорал Зверь во всё горло, а потом сам же резко дёрнулся с испугу, потому как Карл Коралл бесшумно стоял прямо рядом с ним. — Не делай так, сколько раз уже говорил!

— Чего звали, капитан?

— Там Фред на «Призраке» чешет прямо к нам, а на хвосте у него висит чёртов кракен! Активируй артефакт на красную, и валим!

— Есть, капитан!

Карл развернулся к палубе и как во всё горло заорёт:

— АКТИВАЦИЯ ВЕТРОКРЫЛА!

— Да якорь теб в глотку. Карл, ты чего так орёшь?! Ты меня точно до инфаркта хочешь довести? — скривился Кирк, хватаясь за сердце. — Честно признайся: решил сам капитаном стать, а от меня по-тихому избавиться?

— Никак нет, мой дорогой капитан. Вашей участи мне и даром не надо, — невозмутимо улыбнулся Карл, наблюдая, как команда в первобытном ужасе носится по палубе, спешно собирая всё, что может улететь за борт, а после судорожно привязывает себя канатами.

— Три… два… один…

Магия наполнила ветром паруса, и корабль буквально сорвался с места. Скорость мгновенно возросла в десятки раз, и единственное, что успел сделать Кирк Макласки — это обернуться и показать Фреду язык за такую свинскую подставу.

Хотел бы, конечно, показать и средний палец, но обе руки были намертво заняты штурвалом.

***

Корабль «Бесстрашный»

Шкварка и Соломон спокойно стояли на палубе и смотрели, как на всех парах от них удирает Кирк. Они искренне не могли понять: а чего это он от своих же валит?

— Такое ощущение, что они не в курсе, кто на чьей стороне в этом грёбаном мире, — задумчиво произнёс вепрь.

— Есть такое ощущение, — кивнул Соломон. — Кажется, Алекс просто забыл сообщить Макласки, что кракен теперь наш, да и вообще мы все в одной команде.

— Ничего, сейчас догоним и сами сообщим, — сказал с довольством вставший рядом с ними Фред с бутылкой сукре.

***

Майлс Вернон дождался, когда полностью остановится карета, и только затем спокойно вышел наружу. Как говорил его господин: первыми умирают те, кто торопится. А он умирать не желал. Он и в праведники не метит, его всё устраивало и так.

Поэтому, степенно войдя в дом, он сперва учтиво поздоровался с господином Карлом Айроном. Затем неспешно обсудил недавние события в мире, научные достижения и громкие открытия, что совершили алхимики, добыв неизвестные травы на новом материке.

И только после соблюдения всех этих обязательных светских ритуалов Вернон наконец приступил к истинной цели своего визита.

— Всё готово, как вы просили. Башни активированы.

— Все?

— Да. Включая наши. Мы готовы в любой момент пробить барьеры оставшихся двух мест.

— А ЯУП?

— Там проблема, защита слишком сильна, вокруг вода. Но, думаю, Астапов, имея метку, справится.

— Майлс, я тебе сколько раз уже говорил? Не надо думать и надеяться, надо делать, как тебе велено.

— Прошу прощения, — Вернон резко вскочил и низко поклонился. — Такого больше не повторится.

— Рад это слышать. Что по другому плану?

— Там всё идёт, как вы и сказали.

— Что-то медленно. Надо было подстрекнуть местных королей. Займёшься? Или мне Астрид попросить? Она вон нынче не в духе, её кормушки лишили.

— Да, слышал об этом. Говорят, теперь эльфы возносят Алекса чуть ли не до друга народа.

— Там не всё так просто. И они уже, кстати, так не думают и не хотят. Слишком много эльфов ушло к тенебрийцам. Новая раса очень быстро принялась завоёвывать земли, а их умение обращаться со льдом и тенями сделало их невероятно опасными воинами.

— Всё время поражаюсь, как вы так всё успеваете узнавать, господин.

— Не сижу на месте. Понимаю, тебе кажется, что я здесь, но по факту меня здесь нет.

Карл Айрон исчез из кресла и тут же появился на балконе. Майлс, как ошарашенный, сидел и молча пялился на него. Нет, он, конечно, знал, что его господин — сильнейший маг в мире, но чтоб создавать настолько реалистичные иллюзии, при том, что он маг смерти — это было просто невероятно.

— Это непостижимо, господин Айрон. А ведь я чётко чувствовал вашу сферу и ауру в кресле!

— Это мелочи, которые легко подделать. Так что, мой дорогой Вернон, сделай так, чтоб королевства начали войну. Мне нужна паника и хаос.

— Не скажете, зачем нам столько будущих жертв?

— Не-а. Мал ты ещё. Но в следующем мире, если с этим не получится, обязательно расскажу. А теперь поезжай, у меня много дел. Один мой подопечный только что натворил такого что мне придётся расхлёбывать чтоб он больше не напортачил.

***

Недалеко от границы королевств Ханай и Байрот.

Месяцем ранее.

Отряд орков во главе с Гуральдом Хищным Глазом патрулировал границу далеко на севере. Обычно в этих диких местах никого нет, да и добровольно вызываться стоять там, где бродят страшные Хурумы, среди смельчаков не наблюдалось уже долгие века.

Но сегодня ночью на привале шаман сказал, что духи предков подсказали ему, мол, там что-то нечисто, и потому им следует всё проверить. Никто и никогда в народе орков не сомневается в словах шамана, особенно если дело касается посланий от духов.

И вот сейчас отряд в полной боевой экипировке медленно и бесшумно двигался вдоль предгорья к скрытой тропе, что вела на самую вершину. Оставив внизу могучих тарлогов, что заменяли оркам лошадей, они выдвинулись вперёд четырьмя слаженными тройками.

И только шаман шёл один прямо посередине боевого порядка, готовый в любой момент воззвать к предкам и усилить отряд духовной магией.

Через час, так никого и не встретив, они оказались на небольшой возвышенности, где имелась равнина около четырёх сотен шагов в ширину, покрытая снежной целиной.

— Лар`Гур, — позвал шамана Гуральд. — Что именно тебе сказали духи?

Шаман, пожевав нижнюю губу, взял в руки амулет.

— Духи предупредили, что где-то тут умерло много живых существ. Также предупредили, что магия смерти была здесь.

— Некромант? — спросил следопыт отряда Зул`Грат Острое Перо.

— Не сказали.

— Братья, оружие наготове держите. Чувствую свежую кровь, — проговорил Гуральд, выхватил топор и резко развернулся к валуну, что лежал, наполовину вкопанный в землю, в семидесяти шагах от них.

Как только враги поняли, что их обнаружили, они тут же выпрыгнули из-за камней и атаковали отряд.

Хуруми — это существа, чем-то схожие с волками, но в разы крупнее, передвигающиеся как на четырёх, так и на двух лапах. Они обладают белой шерстью, позволяющей сливаться со снежными сугробами. Их когти напоминают небольшие орочьи кинжалы — длинные, острые, способные с лёгкостью разрезать металл.

С учётом отряда из десяти воинов (а шаман ничем не уступал воинам ни в силе, ни в умении владеть оружием), враги превосходили их втрое. Оставаться незамеченными до самого последнего момента было, кстати, одним из их врождённых умений.

— Стена! — выкрикнул Гуральд, принимая первого врага на топор. Ловко увернувшись от когтей, он вонзил острие своего оружия прямо в открытую пасть зверя.

Зул`Грат Острое Перо, сделав три шага назад, достал лук, способный со ста шагов пробить щит мага в ранге Учителя. Воткнув перед собой в снег стрелы, он принялся выцеливать самых опасных тварей, что метили ударить в спину. У этих монстров нет чести воина, потому и лук против них не нарушает чести орка.

Первая стрела нашла мелкого, но очень ловкого хурума, увернувшегося от двух мечей Шоудана. Орк был тут же связан боем с более крупной особью, и эта коварная мелочь попыталась запрыгнуть ему на спину. Стрела Зул`Грата чётко вошла зверю в затылок, пробив голову насквозь, а после вылетела и вонзилась во второго хурума, что как раз замахнулся на его друга и брата Шоудана.

Следующие две стрелы вошли в живот самой крупной твари, выбравшей своей целью шамана. Который, к слову, в этот момент был увлечён боем с двумя более мелкими тварями.

Бой протекал как и полагается: орки, хоть их и было немного, оставались в строю и явно побеждали. Отряд Гуральда Хищного Глаза никогда не пребывал в покое больше трёх дней и всегда уходил то в походы, то в патрулирование на долгие недели и в самые опасные участки.

«Если топор не омывать кровью, он заржавеет, а воин умирает с ним», — так твердил командир, и с этим были согласны абсолютно все. Кто был не согласен, в отряде не задерживался. Впрочем, за всё время существования отряда ещё ни один орк не покинул его по доброй воле.

Отрубив последнему врагу голову, глава отряда оглядел братьев по оружию.

— Выпить зелья, собрать трофеи. Проверить оружие! Лар`Гур, ты со мной.

Пока отряд спешно приводил себя в порядок, трое воинов стояли на страже, чтобы потом смениться. Тем временем шаман и командир взобрались на тот самый наполовину вкопанный в землю валун.

— Как думаешь, что делали здесь хурумы? — нахмурился Гуральд. — Это явно засада, но на кого? Наши тут не ходят. Троп и трактов поблизости также нет. Да и не спускаются они обычно так низко.

— Мудрый Гуральд, всё, что поведали мне духи, никак не касалось хурумов. Мы ещё даже не приблизились к своей истинной цели.

— Да-а? — удивился командир, оглядывая с валуна заснеженную местность.

— Туда, — указал на гору шаман. — Там я чувствую магию смерти.

— Что ж, — Гуральд стряхнул кровь с лезвия топора. — В таком случае направляемся туда, куда ведут духи предков.

Отряд шёл почти полтора часа по снежному перевалу, чтобы в итоге оказаться на возвышенности, с которой они взирали на башню. Была она высотой метров тридцать. В её навершии левитировал оранжевый кристалл немыслимых размеров и ярко светился. Вот от него, как и сказал шаман, смердело магией смерти.

Помимо башни и некоторых пристроек, орки заметили внизу воинов. Много воинов с геральдикой королевства Ханай. Это очень не понравилось отряду. Эти заснеженные вершины они по праву считали своими, а пребывание на их землях чужаков, да к тому же вооружённых — это верх неуважения, который у орков карается только смертью.

— Мы на правильном месте, братья, — прикрыв рот рукой, прошептал шаман. Все они смолоду знали, что в горах ветер уносит слова на многие сотни шагов.

— Значит, нам нужно убить чужаков, а после разрушить башню. Правильно ли я понял твоё толкование послания духов? — тихо уточнил Гуральд.

— Да, брат мой Гуральд. Всё так, — кивнул Лар`Гур. — Поэтому нужно хорошо подготовиться к схватке. Она войдёт в легенды.

Эти слова пролились как бальзам на сердце для каждого из воинов. По суровым лицам орочьего отряда пробежали довольные, предвкушающие славную битву улыбки.

Шаман раздал всем эликсиры скорости и выносливости. Также выдал из личных запасов средние зелья исцеления. Обычно орки сами заботятся о себе, но здесь просили духи, а значит, шаман был обязан сделать всё, чтобы их воля была исполнена.

— Я буду камлать о вашей победе и молить духов о наделении вас силой и защитой.

— Добро, шаман, — кивнул глава отряда и повернулся к следопыту. — Зул`Грат, у них наверняка маги. Поэтому останешься здесь, прикроешь шамана и нас.

— Всё сделаю в лучшем виде.

Зул`Грат достал из подсумка зелье «Острый глаз», позволяющее видеть на пятьсот шагов так, будто объект твоего слежения находится буквально в шаге от тебя. Действует оно недолго, всего десять минут, да и глаза после будут с неделю невыносимо болеть, но жизнь отряда и жизнь каждого брата-орка куда важнее личного благополучия. Снайпер решил сберечь его до нужного момента.

Дождавшись, когда неприятель успокоится и разбредётся по лагерю, орки принялись медленно спускаться, с каждым шагом набирая скорость. Зул`Грат сорвал пробку, залпом выпил зелье и натянул тетиву.

— Ор-р.! — истошно закричал воин с мечом и тут же получил стрелу в глаз.

Однако этого хватило, чтоб остальные воины подняли тревогу и побежали на звук крика. Началась сеча. Кровь брызнула на белый снег. Полетели отрубленные головы. Падали воины королевства Ханай, падали и орки, сражённые мечами опытных солдат.

Земляное копьё с хрустом пробило ногу грозному и могучему Гуральду, но следом вражеский маг тут же упал, пронзённый насмерть стрелой Зул`Грата.

Через пять минут тяжёлого боя орки почувствовали на себе магию шамана. Их силы мгновенно восстановились, раны затянулись, а трое павших братьев снова встали с ними в один ряд. Да, они теперь были лишь духами, и пусть это было ненадолго, но даже так мораль отряда взлетела до небес.

А вот враг, увидев восставших мертвецов и осознав, что их собственный маг мёртв, дрогнул. Солдаты побежали, бросая оружие и желая лишь одного — спастись бегством.

Только орки никогда не отпускают врага.

Они добили всех, кого только увидели. Кроме одного единственного воина, что незадолго до начала резни отошёл по нужде до ветра, да так и не пришёл на подмогу своим. Вместо этого он, дрожа от животного ужаса, решил спасать свою шкуру и предупредить начальство о том, как орки вероломно перебили солдат его величества и захватили башню.

Он не оборачивался, а потому не видел, как Гуральд, добравшись до навершия, одним могучим ударом топора расколол оранжевый кристалл на тысячи осколков. То, что орки на самом деле разрушили источник магии смерти, трус уже не узнал. А потому, получив доклад выжившего, командование тут же доложило королю. Послы его величества Ханая незамедлительно направили оркам послание, гласящее, что между ними теперь война!

Первая же стычка между королевствами, что произошла спустя месяц, наглядно показала, почему все так яростно гонятся за тем, чтоб владеть башнями. Армия из трёх тысяч могучих орков была уничтожена буквально за мгновение. Единственный залп кристалла доказал неоспоримую истину: кто правит башнями — тот правит миром.

Однако орков это не только не испугало, а наоборот — разъярило. Они с головой врубились в эту смертоносную гонку, начав убивать всех и вся. Зеленокожие принялись массово захватывать башни, которые, как оказалось, строились и на их территории в немыслимых количествах.

Война разгорелась с новой, невиданной ранее силой. Но теперь никто больше не слал в бой многотысячные армии. Началась жестокая партизанская война — время скрытных вылазок и мобильных диверсионных групп, где воевали исключительно небольшие, но смертоносные отряды. Ведь тратить заряд колоссальной мощи башни на жалкую сотню солдат было бы просто глупо.

Королевство орков собрало совет, на который и прибыл Трорг.

Стоя перед шаманами и вождями, он прочистил горло и заговорил:

— Если мы не остановимся, то маг по имени Алекс Астапов направит свой гнев против нас. И тогда орки перестанут существовать.

После его слов в зале на мгновение воцарилась потрясённая тишина, которая тут же взорвалась возмущённым ропотом вождей. И только великий шаман Уладан Мудрый, подняв руку, заставил всех вновь смолкнуть.

— Говори, юный воин, — произнёс старец. — Мы слушаем тебя внимательно.

И он говорил. Долго и основательно. Когда Трорг наконец закончил, слово вновь взял великий шаман.

— Мы услышали тебя, юный воин. Передай Алексу, что мы не станем использовать башни до того момента, пока он не явится к нам! Ступай и приведи его.

Трорг почтительно склонился перед мудростью великого Уладана и вышел прочь из огромного зала совета кланов и племён.

Глава 18

Глава восемнадцатая

Не стоит думать, что у тебя всё хорошо. Потому как обязательно всё станет плохо.

Отправиться сразу не вышло — постоянно что-то задерживало. То одно, то другое. Например, пришлось пополнять запасы зелий, эликсиров и свежей провизии. Понятно, что в моём пространственном кольце добра хватит года на три, но нормальное мясо и овощи — это совсем другое дело. Пришлось делать крюк по городам.

Болотники — народ закрытый, ни с кем не торгуют. По крайней мере, так утверждал Фантик. Возникает логичный вопрос: откуда тогда Стоуны, Каменевы и прочие аристократы взяли их кристаллы и големов для охраны башен? Значит, контакты есть. Как обычно, сплошные договорники. Ничего, на месте разберёмся.

Сейчас я сидел у костровой чаши, установленной прямо во дворе дома, который был размещён внутри пространственного кармана дирижабля. Я неспешно нарезал овощи и мясо. Хотелось поесть нормальной еды. Мой выбор пал на шурпу. Голова гудела после вчерашнего, но я принципиально не стал пить отрезвляющие зелья. В этой тупой пульсации было что-то… человеческое, настоящее.

— Фантик, а расскажи мне подробно о болотных гномах, — попросил я. — Хочу отвлечься от тяжких дум.

Шушун, закинув в рот арахис в шоколаде, открыл нужную страницу и начал читать.

Кстати, о связи. Магическая паутина в последнее время сбоила безбожно. Проблемы испытывали не только мохнатики, но и глобальная сеть: сигнал терялся, страницы не грузились, а башни-ретрансляторы то и дело уходили в офлайн.

— Итак, раскол гномов произошёл около двух тысячелетий назад, — начал читать Фантик. — Как говорил тебе ранее Торбус, мурамий был найден всего лишь единожды. Именно из-за кирки, которую из него выковали, и произошло то событие, когда единый народ разделился. Западники остались в родных горах, а их оппоненты — будущие болотники — снялись с насиженных мест и ушли на другой конец материка, осев в топях. Причина их исхода проста: они верили, что именно там найдут залежи мурамия. Великий клан Медные Молоты увёл за собой все лояльные ему семьи.

— А кирка? Чего из-за неё ругаться-то?

— Алекс, не перебивай. Я всё расскажу.

— Как скажешь, друг, — закинув в воду последнюю картошку, я принялся за нарезку моркови.

— Вот же, ты сбил меня.

— В смысле? Как вас, шушунов, можно сбить с мысли? Вы же как компьютер.

— Так, всё, не начинай опять. Та кирка, что ты нашёл — это не она, даже не надейся. Настоящая затерялась в веках. Куда делась — никто не знает. А причина разлада куда глубже. Одни верили, что металл не принесёт плодов, а другие — что он возвысит гномов над всеми остальными в мире. Кто за что топил, думаю, и сам догадываешься.

— Понятно. Всё, продолжай, мой пушистый круглый друг.

— Сколько они скитались в поисках нового дома — история умалчивает. Информации вообще очень мало, так как они ведут затворнический образ жизни. Однако кое-какие общеизвестные данные мне всё же удалось выудить. Известно, что ими правит не король, а королева. Ингрид Необъятная. Кстати, в лицо её так лучше не называть — дико бесится. Об этом написал один из торговцев, что предстал перед ней и каким-то чудом спасся. Каким именно, он не уточнил, но в своём письме клялся, что более никогда не сунется к гномам. Сама Ингрид — прямой потомок рода, основавшего клан Медные Молоты, — дочитал Фантик и тут же закинул в рот очередное лакомство.

Я вытер руки о тряпку, бросил в котёл небольшую щепотку специй и скептически хмыкнул:

— Ингрид, значит. Красивое имя для той, кто, судя по всему, давно уже не красавица. С другой стороны, на кой-мне эта информация?

— Ой, Алекс, вот не начинай. Ты сам просил рассказать подробнее. Теперь слушай и не перебивай.

— Молчу, молчу. Только давай без долгих пауз. Скоро прилетим, а я ни в зуб ногой. Пока ты размусоливаешь, прилетит Пожиратель Миров и всех нас сожрёт. Поторопись-ка.

Фантик одарил меня недовольным взглядом, хмыкнул, но всё же продолжил:

— Столица у них называется Мураминск.

— Мураминск? — я удивлённо вскинул бровь. — А я думал, что-нибудь вроде Каменного Пика или Глубокого Горна. Они же любят всё, что с камнем связано.

— Алекс!

— Ой, всё, молчу.

— В народе их столицу прозвали Гниловодьем. При них это слово лучше не произносить — убьют на месте. Сами они гордо именуют свой город Мураминском, искренне веря, что именно их ветвь достойна найти легендарный металл.

— И что, нашли?

— Да, вот тут так и написано: нашли сто сорок одну тонну самого редкого металла, который стоит дороже золота. Лежит в сокровищнице на минус пятом этаже. Тебе код от сокровищницы сказать?

— Давай, — улыбнулся я, пробуя шурпу из половника. — Ммм, вкусно-то как.

— Слушатель из тебя вообще никакой, — закатил глаза шушун.

— Да понял я. А что касается названия, то всё логично. В честь металла, из-за которого их предки и ушли с Западных Пик. Символ веры. Мол, так они точно найдут.

— О, наш Алекс внезапно поумнел…

Я пустил крохотный шарик огня, который подпалил ему арахис. Шоколад мгновенно растаял, перепачкав шушуну лапки.

— Злой Алекс.

— А ты не забывайся.

— Да-да, простите, великий маг. В общем, гордые коротышки. Даже в болоте умудрились сохранить гонор. И вот теперь самое интересное. Слухи о мутациях болотных гномов ходят по континенту уже не первое тысячелетие. Говорят, что их кожа стала бледно-зелёной, глаза ввалились, а волосы и бороды выпали. Что они стали выше обычных гномов, но при этом будто высохли, превратившись в старые коряги.

— Красавцы. Прям завидую: бриться и стричься не надо, — я добавил чутка соли, помешал шурпу и с наслаждением вдохнул аромат.

— Это ещё не всё. Пишут, что эти изменения начались не просто так. Они сошли с ума от одержимости мурамием. Но если для Торбуса это невероятно редкий и уникальный ресурс, то для них — путь. Они верят, что великий металл принадлежит им по праву.

— И что с того?

— Ну, если верить слухам, болотники уверены, что, найдя новое месторождение, не просто вернут себе прежний облик, а возвысятся над всем миром. Станут расой господ.

— Хрена себе амбиции.

— Ещё какие. И ради этой цели они начали впускать в свои линии магов смерти. И это гномы, помешанные на чистоте крови! — я понимающе кивнул. — Мурамий фонит некроэнергией. Болотники рассудили логично: чтобы найти металл, нужно сначала овладеть его природой. Стать с ним одним целым, чтобы он им подчинился.

— Выходит, они не просто гниют в топях. Они перековывают собственную расу под будущее величие. Долбанутые коротышки. Правильно, что от западников ушли. Мне горный народ с Западных Пик куда более приятным кажется.

— Именно. И, судя по обрывкам данных, зашли они в этом пугающе далеко. Почти каждый их одарённый теперь — маг смерти, а не земли, как раньше. Говорят, они не просто переняли знания магов смерти и некромантов, но и вовсю практикуют сами.

Я медленно опустил половник.

— Да уж, местечко то ещё. С чего бы Светочам даровать им Место Силы? Что-то тут не так. Ладно, что там дальше?

— Есть упоминания, что их королева Ингрид лично проводит ритуалы, после которых гномы перестают чувствовать боль, и именно такие гномы стоят в её охранении. Плюсом они упразднили кланы, теперь все подчиняются только королеве. А кто-то из караванщиков рассказывал, будто видел, как из трясины поднимались мертвецы с рунами на лбах. Но это, опять же, слухи.

— Мураминск — столица мелких безбородых магов смерти с амбициями тёмного властелина. Капец.

— Есть такое, — согласился шушун, выискивая уцелевший арахис. — И, кстати, отсюда же растут ноги и у ретрансляторов, которые устанавливаются в башнях. Учитывая их плотную работу с душами, становится понятно, кто именно разработал технологию пожирающих кристаллов.

— Это лишний раз подтверждает, что они точно в сговоре с Железным королём. Как думаешь, напрямую работают?

— Уверен на девяносто девять процентов. Но доказательств пока нет. Только факт, что создание кристаллов — их рук дело.

— Что ж, — я вздохнул и зачерпнул немного бульона, пробуя на соль. — Будем надеяться, мы быстро выясним, зачем им всё это.

— Боюсь, что это будет непросто.

— Почему?

— Они пробили видовой потолок силы. Среди болотников появились архимаги. Более того…

Договорить шушун не успел. Пространственный карман содрогнулся, как от девятибалльного землетрясения. Бульон выплеснулся на траву, перевёрнутая чаша покатилась в сторону, а Фантик кубарем слетел со своего места, а ткач чуть не прибил его.

Подхватив пушистого, я метнулся на выход. За мной выскочили отдыхавшие в доме Серёга (которого незадолго до этого сменил за рычагами управления Торбус), Бард и Оксана.

Выскочив из портала прямиком в рубку управления дирижаблем, я уставился на разъярённого гнома-пилота.

— Демоновы коротышки! Болотные твари! Кирку им в печень! — ревел Торбус, вцепившись в рычаги. — Ударили по нам из башни, и мы теряем высоту! Щиты в минус.

Выпрыгнув за борт прямо в воздух, я оценил масштабы бедствия. Защитный купол исчез, его мощности не хватило, чтобы полностью поглотить удар башни: в правом борту дирижабля зияла огромная дымящаяся пробоина.

Накинув на брешь плотную заплатку из спрессованного ветра, я вернулся на мостик.

— Спасибо, Алекс, уже легче! — крикнул Стриж, который только что влетел в рубку и перехватил управление у гнома.

Спустя минуту сумасшедшего планирования мы совершили жёсткую аварийную посадку прямо посреди густого леса.

— Ну всё, капец болотникам, — мрачно пообещал я, разминая шею и направляясь к выходу. Вот только, оказавшись снаружи, понял: мы даже не долетели. Тогда вопрос — кто нас сбил?

Лес оказался редким, да к тому же хвойным, а не смешанным, и, шагнув поглубже, я на миг даже замер и залюбовался им. Как же здесь здорово: воздух чистый, никаких тебе дымящих труб и заводов. Бутылки не валяются, красота.

Если и буду всерьёз заниматься прогрессорством, обязательно учту эти минусы моего прежнего мира. И губить такую красоту… нет уж, спасибо. Мы будем топить исключительно за маго-техническое развитие нашей цивилизации. Главный вопрос — чтобы, когда мы начнём покорять другие миры, там тоже была мана.

Вокруг стояла звенящая тишина. Какое-то время я прождал в напряжении, но враг так и не появился. Решив, что нас сбили вслепую, я уже было развернулся, чтобы двинуться к своим и узнать, насколько хреновы дела у нашего транспорта, но затем передумал. Тем более, я отчётливо слышал неподалёку приятное журчание ручья. С ремонтом дирижабля мои ребята и без меня разберутся, так что я, решив взять небольшую паузу, отправился на прогулку.

Тропы тут не было, но лёгкое воздействие магии земли решило эту проблему: небольшой каменный шарик послушно катился впереди меня, приминая траву и сглаживая неровности, создавая вполне удобную дорожку.

Так я, любуясь красотами и отдыхая душой, вышел к тому самому ручью, возле которого чернел зев пещеры. Кто бы в ней ни жил, сейчас его тут явно не было. Потому как, будь он тут, сфера предупредила бы, а раз молчит — значит, если кто и есть, то явно не опасен.

Недалеко от ручья нашёл кусты малины. Сорвав несколько ягод, закинул в рот и зажмурился от удовольствия. Вкусно.

Посидев у ручья, немного вздремнул. Полчасика, наверное. Мне это было нужно. Скажем так, эти минуты дали очень многое. Я прям нутром почувствовал, как всё внутри меня успокоилось, а тот, кто живёт с элементалями, отступил. Если это вообще он виноват в том, что моя магия потемнела уже процентов на двадцать пять. Поднявшись, я отряхнулся и, набрав в ладонь малинки, двинул обратно.

Когда до дирижабля оставалось всего ничего, услышал чей-то ор. Аккуратно раздвинув ветки кустов, застал необычную картину. Бард лежал на земле, а к его горлу был направлен огненный меч. Лиса свернулась калачиком, держась за живот, а над ней нависали сразу два вооружённых солдата. Также направив мечи к её горлу.

Торбус же бесстрашно стоял перед каким-то магом в красной мантии.

— Где Алекс Астапов? Я тебя спрашиваю, коротышка!

— Ты тупой болван. Я говорю, его здесь нет. Где он — не знаю. Но когда он вернётся, вам, придуркам, мало не покажется!

— Ты мне угрожаешь? Магистру его величества? Самому Лариону Огненному Хлысту?

— Ты реально тупой, как камень. Хотя нет, камень-то поумнее будет.

— Сейчас ты лишишься головы за свою дерзость, коротышка!

Я уж было шагнул вперёд, чтобы выдать некую колкость в адрес самовлюблённого мага, как вдруг обнаружил Серёгу. Он лежал без сознания, а на его груди красовалась дымящаяся дыра.

У меня опустилось забрало. В глазах потемнело. Он мне доверился!

И как раз в этот момент в меня прилетел диск воды!

Плетение жёлтого круга. Это значит, что меня атаковал как минимум магистр. Вот только ударили исподтишка, скрытно. Это кто же такой нехороший дядя? Так в крысу бить… Обычно гордые маги такого высокого уровня не прячутся и предпочитают атаковать лицом к лицу.

Диск летел в спину, но я резко развернулся, выставив радужный щит. Тот больше не сиял яркими красками всех стихий, а выглядел так, будто смотришь сквозь тёмное тонированное стекло. Встретившись взглядом с атаковавшим меня магом, удивился. Это была женщина с голубыми, как ясное небо, волосами. Её мантия была небесного цвета, исписанная рунами и расшитая драгоценными камнями, часть из которых явно служила накопителями маны. Богатенькая.

Одного они не рассчитали: картина, увиденная мною секундой ранее, ничуть не сделает меня добрее.

Накинув доспех ветра, я мгновенно сблизился с женщиной. В этот самый миг, отпуская на волю свою первобытную, холодную ярость, я отчётливо почувствовал, как Тьма внутри меня довольно шевельнулась. Тот загадочный жилец, деливший место с элементалями, жадно потянулся к моему источнику. Я прям физически ощутил, как Тьма забирает под себя ещё одну часть моих сил, окрашивая остатки светлой магии в глухие, мрачные тона. Но сейчас мне было плевать. Пусть забирает. Лишь бы хватило мощи разорвать этих ублюдков.

Я схватил магичку за горло, продавив водный барьер одной лишь голой магической силой, и оторвал от земли. А затем пошёл к магу огня. Который, похоже, ни на грамм не впечатлился.

— А ты и вправду силён. Слухи не вра…

Посланная мною потемневшая радужная химера мгновенно выжгла ему источник. Следом я небрежно свернул голову магистру воды и, сблизившись с опешившим Ларионом, одним ударом меча снёс ему голову.

Я потратил на это треть своей сферы. Невероятное транжирство маны и огромная ошибка с моей стороны. Ведь врагов в засаде могло быть куда больше. Но каждая секунда была на счету для Серёги и меня как человека, что стремится не свихнуться.

Поэтому плевать. Убью всех, залезу в любые долги, выгребу все резервы из пространственного кармана, но спасу парня.

Три воздушных копья полетели в грудь оставшимся солдатам, а ещё несколько огненных шаров ударили в спины тех воинов, что уже в панике бежали прочь.

На всё про всё ушло меньше десяти секунд. Четырнадцать трупов образовалось вокруг нас, а я, не обращая на это никакого внимания, уже вливал высшее зелье исцеления прямо в горло Серёги Комарова.

— Торбус, подними всех на ноги! — рявкнул я.

Сам же приподнял голову друга и положил себе на колени.

— Серёга, если сейчас не откроешь глаза, я не возьму тебя с собой на пьянку к оркам, — применил я свою самую страшную угрозу.

Стоило мне договорить, как он тут же распахнул глаза.

— Знаешь, Сашка, — прохрипел он (и я даже не стал его ругать за то, что он назвал меня этим именем из прошлой жизни), — вот ты чего сразу не предупредил, что ты такой деспот? Я тебе чего сделал-то?

— Ты помер. А это, знаешь ли, отличный повод не брать тебя с собой.

— Логично. Хотя в некоторых странах, — Стриж, тяжело дыша, принял сидячее положение, — человеку после смерти устраивают крутую вечеринку, причём он на ней лично присутствует.

— Да, читал об этом.

Говорил я с ним своим обычным голосом, а внутри у меня самого тролли играли на балалайках, гномы пели песни, орки танцевали пого, а я бегал среди них и радостно орал от того, что он жив.

— Алекс, ты тут? — потряс меня за плечо Серёга.

— Да-да, просто задумался. Рад, что ты жив. Ты чего-то хотел?

— Ну да. Когда к оркам бухать едем?

Мы вернулись на дирижабль, где мне быстро обрисовали ситуацию. Оказалось, что эти гости пожаловали где-то через час после моего ухода. Хм, а я-то думал, что меня не было всего ничего.

Так вот, нападавшие оказались из королевства Ханай, над территориями которого мы недавно пролетали. Как выяснилось, я официально объявлен в розыск, и меня должны казнить. Месть за то, что произошло в городе Слизком.

Как они узнали, что я именно в этом дирижабле? Да очень просто: в магической паутине уже давно всем известно, на чём именно Алекс передвигается так быстро и успевает портить настроение монархам и бургомистрам по всему материку.

— Ясно. Мы взлететь можем? — спросил я гнома.

— Если дашь мне часов восемь, — уверенно ответил гном.

Я кивнул. Мы все быстро попили кофе и чай с плюшками, после чего дружно принялись за работу. Ввиду общих усилий срок ремонта сократился с восьми часов до трёх.

Однако, стоило нам взлететь и приблизиться к землям болотных гномов, как мы вновь попали под атаку. Только в этот раз мы были готовы: резко заложив вираж, Серёга сумел уйти от залпа наземной ПВО в виде башен.

Тогда было принято логичное решение — пойти по земле. Вот только этот вариант сразу отмёл гном, заявив, что ничего не выйдет. По словам Торбуса, в тех топях бродят такие твари, что далеко не каждый магистр сдюжит. Понятное дело, за себя я не переживал, а вот за друзей — очень.

— Тогда делаем так, — скомандовал я. — Отлетаем на безопасное расстояние, и я вызываю Варгоса.

Спустя почти сутки ожидания братишки.

Серёга и Торбус отправились в Западные Пики, а мы сделали новую попытку прорваться к центру земель болотных гномов. Так как я мог лететь сам, то Барда и Оксану на себе повёз мой братишка, что опять заметно вырос.

Интересно, он когда-нибудь вообще перестанет расти? Хотя до того колоссального дракона, с которым я столкнулся в пустыне, ему ещё ой как далеко.

Скорость, которую дракон набрал, была немыслима. Я едва поспевал за ним. Ветер бил в лицо, одежда надувалась пузырём, но я продолжал попытки не отставать.

Лучше б я сидел на нём, но медведь Бард и лиса Оксана не владеют магией ветра, так что пассажирские места пришлось уступить. Эх, вот всегда так. Но был в этом и один приятный моментик: эти двое сейчас сидели там и орали. Интересно, от восторга или ужаса? Шучу, конечно же, от ужаса.

В следующий миг он показал мне, что такое скорость на самом деле: собрав крылья, стремительно спикировал вниз. Вот же позёр.

Когда до земли оставалось всего ничего, дракон выдал струю огня, чтобы сжечь всё, что находилось под нами: траву, мелкие деревья, магические ловушки и закладки мерзких болотных гномов, если таковые там имелись. Затем расправил крылья, резко замедляясь.

Я чуть не врезался в него. Только отменная реакция позволила мне уйти немного выше и в сторону.

— Ненавижу тебя, Варгос! Вот честное слово, ненавижу! — возмущалась и очень много материлась Оксана.

Причём на русском. Как она недавно сказала, эти слова почему-то отражают куда большую суть сказанного.

Он ничего не ответил, но шею не опустил, ввиду чего им пришлось прыгать на влажную землю с шести метров.

— А мне понравилось! — оскалился медведь. — Обожаю скорость. Красава, брат. Круто прокатил!

Медведь подставил сжатый кулак, и дракон аккуратно стукнул по нему когтём крыла.

— Потому что ты чокнутый, как и эти двое. Подобралась компашка маньяков! Точно когда-нибудь у меня сердце не выдержит. Зачем я вообще на всё это пошла? Сидела бы себе в таверне да сыр с мёдом кушала, а не вот это вот всё, — обвела она бутылкой медовухи горелую землю, болота и туман, что вновь начал нас окружать.

Я, медленно спустившись чуть поодаль, подошёл к ним. Ступал осторожно. Огонь дракона — вещь, конечно, убийственная, но и магию никто не отменял. Мы это уже проверяли, и не раз. Больше не хочется.

Подойдя к дракону, встал напротив его морды. Она была настолько большой, что я до сих пор не привык, а ведь мы дружим уже столько лет. Столько всего вместе прошли. Уже не на словах, а на деле всей душой считал его родным братом.

— Спасибо, братишка, выручил. Жди нас на тех пиках, — указал я на вершины гор, что виднелись вдалеке.

Я не боялся, что он не успеет в случае беды. Варгос — самый быстрый дракон в мире. Если надо, он прилетит за мгновение. Ну, или телепортируется. Правда, потом мне придётся заливать в него ману. Проще кристаллы целого королевства наполнить, чем эту бездонную бочку.

Дело было в другом. Если по нему попадут из башни, есть огромный шанс, что он умрёт. Мы и так чудом пролетели сейчас, не словив ни одного выстрела.

— Хорошо, брат, — услышал я громоподобный голос в голове. — Зови. Приду.

— Семья — это всё, что у нас есть, — я приложил лоб к его носу. Горячему, но мне этот огонь как мать родная.

— Семья — это всё, что у нас есть, — повторил он и взлетел, подняв ураганный ветер.

Я повернулся к медведю и лисе. Моей команде супергероев. Бард, конечно, не Халк, а Оксана не Чёрная Вдова. Но всё равно мои друзья круче. Они настоящие, а не вымышленные. Точно не вымышленные. Я знаю это. У меня начал дёргаться глаз.

— Ты чего, Алекс?

— Да, чего не так? — Оксана подошла ко мне и, встав передо мной на носочки, заглянула мне прямо в глаза: — Опять о том гноме вспомнил и нас сравнил?

Это пока мы ремонтировали дирижабль, я им рассказал свою историю знакомства с Усладой для глаз. Ух они и ржали.

— Типа того, — отмахнулся я. — Всё, идёмте. Где-то здесь кузни этих мерзких коротышек.

— Так некрасиво говорить, Алекс, — попеняла мне лисица.

— В смысле? «Вонючие бородатые уроды» — это можно, а «коротышки» — нельзя?

— Я обзываюсь, а ты оскорбляешь по физическому признаку.

— Ой, всё. Будьте осторожны. Эти уроды наверняка предупредили всех своих, что мы идём. Так что нас ждёт тёплая встреча.

— Да я их всех на песочек для детской площадки покрошу! — Бард угрожающе крутанул здоровенный двуручный молот.

— Да? Уверен?

— Почему ты сомневаешься во мне, друг? Это обидно.

— А ты за спину глянь, — указал я кивком головы.

Там, выступая из тумана, стояли как минимум три десятка здоровенных каменных големов. Медведь при всех его внушительных размерах доставал им максимум до пояса. И у каждого голема в руке был молот куда больших размеров, чем у него. А ведь башни охраняли големы куда меньших размеров, и с ними у нас были серьёзные проблемы.

— Ну-у-у… — замялся мой друг. — Может, не в песочек, конечно. Тут я погорячился. Но ходить больше не смогут! — он оскалился и принял боевую стойку. — Сделаю из них детские кубики.

— И прибьём к полу, — добавил я.

— Зачем детские кубики прибивать к полу? — не понял бард.

— Суровое детство закаляет. А ты, медведюшка, не переживай. Я спасу твою огромную, волосатую…

— Ай! — вскрикнула лиса, так как медведь дёрнулся ко мне и наступил ей на ногу.

Хе-хе.

— Так, берёте тех, что справа, а я займусь…

Чутьё опасности отчаянно взревело. Я резко обернулся и в тот же миг раскрыл универсальный щит, в который тут же ударил заряд из лазерной пушки. Робот, вышедший из мимикрирующего поля маскировки, собирался вновь выстрелить.

— А я займусь своим старым знакомым! В бой, друзья мои! Кто последний закончит, тот угощает, включая Варгоса!

Не став слушать лису, затянувшую о том, что это нечестно (мол, им тридцать здоровяков, а мне всего один враг), я уже вовсю бежал на того, кто испортил мне всю жизнь.

Промашка вышла. Резкий удар, и вот я уже лечу в обратном направлении. Моя спина с хрустом пробила одно дерево. Второе дерево. Третье не пробила, и на том спасибо. Встав и отряхнувшись, я сделал вид, что мне не больно. А мне больно. Очень. Вот прям пипец.

Только этот гад, что отправил меня в полёт, был уже рядом.

— Я сломаю тебя, Алекс. Такова моя цель.

— Не сегодня, консервная банка! — Удар заклинанием «воздушный кулак» вперемешку с магией земли прилетел ему точно в грудь и отправил робота полетать. — Не сегодня! Сегодня здесь ломать буду только я!

И я устремился вслед за ним.