Младший сын князя. Том 2

Глава 1

Вот, казалось бы, я заранее направился в столицу, чтобы по прибытии в поместье, не пришлось взмыленным бежать в Академию в день моего поступления. Только вот кто бы подумал, что подобное сыграет со мной злую шутку, ибо когда у тебя в запасе много времени, а поездка оставляет приятные впечатления, то в конечный пункт назначения не особо торопишься.

Вот и вышло, что из двухмесячного запаса времени под конец приезда у меня осталась неделя. Всего неделя! А это очень мало, чтобы успеть, действительно, везде.

Как так получилось? Да, в принципе, по самым разным причинам. Одно наложилось на другое — там задержались, тут задержались, здесь решили подольше отдохнуть и вот почти двух месяцев как не бывало.

Зато я с пользой провёл для себя время, и ни разу не жалею, что поехал на машине, а не самолётом. Как-никак, а впечатлений была целая гора. Как и пищи для размышлений.

Самым ярким событием, пожалуй, для меня стала встреча с Айрис и с сопровождающим её стариком Юто.

За всё время совместной поездки с ними, мне ни разу не довелось заскучать. С девушкой я практически каждый день, если, конечно, такая возможность была, тренировался, проводя дружеский спарринг. И в каждом бою чувствовался захватывающий меня и её азарт, ведь нам обоим было непонятно, кто на этот раз победит.

Девушка, несмотря на то, что мы были ровесниками, оказалась довольно сильна и имела немалый боевой опыт за спиной. Уж не знаю, кто именно был её наставником, но сражалась она довольно достойно для воина и, по крайней мере, прошла уже через десяток другой боёв с различными противниками. Я бы сказал, что поставь ей равного по силе врага, и с огромной вероятностью он проиграет. И слова про гения рода были вовсе не пустословием.

Мало того, что она искусно владела техникой меча, и при желании могла нашинковать кого угодно, так ещё и обладала очень редким талантом — двухатрибутным ядром. Конкретнее, она отлично владела магией воздуха и молнии. Да, они были довольно родственны друг другу, но всё же имели свои различия.

Даже в моём мире подобные люди почти не встречались.

Те, у кого обнаруживали этот талант, чаще всего умирали ещё в юном возрасте из-за того, что вторая предрасположенность не всегда была настолько близка основной, да и создавать круги маны в таком случае вокруг ядра надо по несколько иным методикам.

Остальные, кто всё же проходил через этот этап, благополучно, стоило им набрать сил, определялись в армейские подразделения и участвовали в бесконечных сражениях, в которых чаще всего гибли. Очень редко таким людям доводилось добраться до девятого-десятого круга маны.

Но если кто-то из этих гениев достигал потолка человеческих возможностей, то для его врагов он становились, как бы выразились в этом мире — исчадием ада. Причём это далеко неспроста.

Маг с двумя атрибутами в ядре мог обладать куда большим резервом магической энергии за счёт этой двойственности и вместе с тем имел возможность комбинировать целую кучу заклинаний, от который защититься было, мягко говоря, проблематично.

Всё же защиту от магии делают чаще под конкретную стихию, а тут один человек даже без помощи других участников своего отряда мог выдать что-то комбинированное, что проходило через защиту противника.

Даже если взять в пример универсалов, таких, как я — мы можем одинаково использовать любой тип заклинания, но хуже по сравнению с тем, кто всегда пользовался лишь одним атрибутом и отдал всего себя его постижению.

Комбинировать одно заклинание с другим в нашем случае можно, но требует довольно серьёзных усилий и умений, и даже так, конечный итог чаще всего оказывается... прямо скажем не очень.

Отчасти это удручало, но с другой стороны, при должном упорстве и старании универсалы могли быть способны на очень изощрённые магические техники, которые могли в себе содержать даже больше двух стихийных проявлений. Но всё равно в большинстве своём это требовало куда больше времени, чем хотелось бы. А во время той же войны его просто нет.

То ли дело маг, который знает обе свои стихии как свои пять пальцев и не имеет в стихиях конфликта, воспринимая их одинаково хорошо.

Самый простой пример — можно скомбинировать огонь и воздух, чтобы вызвать огненный смерч и пустит на врага без того, чтобы находиться в связке с другим магом, который должен понимать тебя с полуслова, чтобы создавать как можно меньше помех в итоговое плетение. Заклинание мало того, что ударит по огромной области, но ещё и испепелит всё на своём пути, лишь бы у мага сил хватило на его поддержку.

Таких магов, без шуток, могли считать стратегическим оружием страны (поэтому-то их и забирали в армию, несмотря на их происхождение и желание). Жаль, правда, они довольно редко встречались.

Про трёхатрибутных я вообще молчу — по легендам только первый император моей страны обладал подобной силой. Да и будь такой человек на земле, мне даже страшно представить, какой ворох проблем он мог создать одним своим существованием.

Возвращаясь к Айрис — за всё это время наших с ней боёв, я так и не понял, доводилось ли ей когда-либо убивать людей или нет. Во время сражений она очень тщательно прятала свои эмоции за холодной маской. Причём настолько хорошо, что мне оставалось только строить догадки, о чём она думала в такие моменты.

Взять хоть в пример Тимофея — когда я с ним сражался, то сразу понимал, что у него на душе и какая натура. И то, что он убивал людей — тоже очень хорошо чувствовалось в бою. Или того же Юто...

Про последнего я вообще молчу — даже не сталкиваясь с ним лоб в лоб, от него исходила едва уловимая аура хищника, которую тот старался подавлять, но время от времени что-то этакое да проскальзывало. Такой проглотит свою жертву целиком и не подавится.

А вот Айрис была не такая — она больше напоминала штормовую бурю, которая всё рвёт и мечет на своём пути, но с холодной головой. Довольно полезное качество для воина, надо заметить.

В общем-то, из-за этих тренировок, которые очень сильно помогали нам обоим в развитии, я и предложил им поселиться в моём гостевом доме, благо подобное строение, судя по тем документам, что мне предоставила Анна, также располагалось на территории поместья.

Конечно, условия там были несколько похуже, чем у основного здания, но всё ещё были несомненно хороши для аристократов. И что самое главное — я в любой момент мог попросить Айрис о спарринге.

Говоря без шуток, она давала мне тот опыт, который не могли дать Анна и Тимофей. Последние слишком привыкли полагаться на современное вооружение, которое мне тоже нравилось, но всё ещё не стало близким.

Айрис, в отличие от них, обучающаяся по традиционным методикам своего рода, довольно умело орудовала мечом, а я, в свою очередь, отрабатывал технику защиты. Как-никак есть разница, когда тебя атакуют врукопашную или магией дальнего боя, и когда на тебя несётся клинок, особенно, если он покрыт магией.

В первых двух случаях всё просто и понятно — ставишь блок руками, делаешь захват, валишь противника с ног и дальше по схеме. С магией — ставишь барьер и контратакуешь. Ну или если ты аналитик, то просто удаляешь плетения и атакуешь в ответ. А меч — это головная боль.

Против меча ты блок руками не поставишь. Та же «сота» не особо спасает, ибо опытный мечник может быстро сменить положение меча и нанести удар в другую точку. Там уже можно не успеть среагировать. По сути, шансов против него очень мало, если не знать, как правильно противостоять клинку.

На полноценный щит, чтобы он мог полностью закрыть тело, с первым кругом маны я был просто не способен. По крайней мере, пока и не думаю, что это будет так надолго.

— И как ты только это делаешь? — любила причитать Айрис после боя, когда мы без сил валялись на траве.

Чаще всего в такие моменты я выбивал у неё меч из рук, и мы переходили на ближний бой, в котором девушка также была бесспорно хороша, но всё же похуже.

— Секретная техника рода Львовых, — отшучивался я в ответ в такие моменты.

Кстати, очень удобная отмазка, которая, как оказалось, быстро всем затыкала рты, потому что если ты продолжишь расспросы, то получается, лезешь в дела рода, что, мягко скажем, не одобряется.

Ещё когда я только постигал свои возможности как мага-аналитика, ко мне приставили одного очень противного наставника. Хотя, вернее сказать, наставницу — старушка почтенного возраста с тростью в руке, которая всем своим видом говорила, что очень многое повидала на своём веку. Только несмотря на свой возраст и трость, у неё всегда была абсолютно ровная осанка, а тростью она пользовалась совсем не по назначению.

Как же она любила делать из меня отбивную этой проклятой палкой, которую наставница ласково называла «костоправом». Уж что-что, а с юмором у старушки было всё в порядке (пусть он и был весьма специфическим), но сейчас не об этом.

Суть в том, что она учила меня моментально реагировать на опасность, и заставляла представлять, что эта несчастная деревяшка — самый настоящий меч. И что я должен от него отбиться, если хочу жить.

Шансов её победить на тот момент у меня, конечно же, не было. Приходилось только стиснуть зубы и продолжать тренироваться, пока не научусь отбивать хотя бы простейшие удары.

Меня били и лечили, били и лечили, и так несколько лет, пока я не подрос и не смог освоить одну имперскую технику боя. Имя автора так и осталось никому не известным, и из-за этого о ней ходило очень много слухов, но чего у придумавшего эту технику было не отнять, так это её эффективности.

Поэтому она и применялась при обучении новичков, пусть и требовала от них довольно многого. Далеко не все справлялись с подобными нагрузками, но даже малая часть изученного давала больше, чем несколько лет усердных тренировок. Да, в урезанном варианте и довольно однобоко, но уже с этим можно было работать.

Когда мечник нападает на безоружного человека и делает выпад — меньшее, что он ожидает, это, например, удар ладонью, чтобы сместить траекторию удара вверх или вниз, после чего другой рукой нанести удар в лицо.

Враг делает не выпад, а условно бьёт по диагонали, да так, что сам удар никак руками не сместишь? Не проблема. Отходишь чуть в сторону до того момента, как враг сможет сместить атаку, и бьёшь ногой в кисть руки. На нём латные перчатки? Тоже не проблема — бьёшь по верхней части гарды меча ногой, чтобы у противника от таких трюков челюсть отвисла.

И подобных приёмов в этом стиле боя очень много. Каждый из них требовал сноровки и годы тренировок, прежде чем ими можно было бы овладеть в совершенстве и, более того, понять суть этого искусства. По сути, эта часть была самым большим недостатком техники — пока не овладеешь в достаточной мере каждым приёмом — все они полезны лишь в довольно узких рамках.

Бой — вещь куда более хаотичная, чем хотелось бы. Прежде чем ты что-то успеешь сделать, тебя превратят в салат.

В общем, по итогу тренировок эта техника даже однажды смогла спасти мне жизнь. Это произошло в один из эпизодов в нескончаемой, как казалось, тогда войне, когда ко мне, несмотря на всю защиту и расставленные ловушки, умудрился подобраться убийца. Он был довольно сильным и опытным мечником, от которого я еле смог отбиться, чтобы отступить (но даже это было большим достижением).

Потом мне довелось ещё раз его встретить, однако уже в числе трупов. Увы, от артиллерийского заклинания, бьющего по площади, никто не защищён. Меч тут точно никак не поможет, насколько бы ты ловко с ним ни управлялся, хотя и ходили слухи о мечнике, что своим клинком умудрялся рассекать заклинания, но уж больно неправдоподобно это звучало.

Ладно, что-то меня опять понесло в воспоминания. Возвращаясь к настоящему — Айрис была сильно удивлена моей технике боя. Да, проблема была в том, что я со своим новым неподготовленным под такие нагрузки телом не мог идеально выполнять технику, однако знаний и что главное — опыта (а его на войне приобретаешь быстро, если хочешь выжить) хватало, чтобы противостоять девушке.

Для неё было довольно неожиданно и неприятно, когда я проскальзывал под меч девушки и силовым приёмом заставлял его отпустить, навязывая собственный бой вместо того, чтобы дать вести Айрис.

Выходило, правда, это не на постоянной основе, и пару раз мне неплохо так прилетало, благо оружие было из тренировочных комплектов. Таким максимум — сломаешь кости. Ну ещё в принципе, при должном старании можно выколоть глаз, но это надо целенаправленно целиться.

Да и недаром же в багажнике был ещё целый ящик с пилюлями, которые подстегнули процессы естественной регенерации. Я их принимал в том случае, когда дело доходило до более серьёзных травм, которые нельзя было игнорировать.

Эх, видел бы это Георгий Иннокентьевич, наверняка бы заругал за такое халатное отношение к собственному здоровью. Но в моём случае воздействие самих пилюль было не столь критичным, ведь я знал, как благодаря медитации избавиться от всех шлаков в организме, чтобы ускорить его развитие.

Душ, конечно, принимать после такого приходилось довольно долго, чтобы смыть с себя эти маслянистые пятна, но прогресс был налицо. Поэтому, собственно, я и не останавливался от потребления дорогой алхимии, тем более мой банковский счёт вполне позволял такие траты.

В общем и целом, тренировкам мы отдавали значительное количество времени (насколько это вообще было возможно с учётом того, что большую часть дня занимала как раз дорога), однако про цель поездки я не забывал.

Так уж получилось, что для Айрис она тоже оказалась в этом плане полезной — девушка почти никогда не покидала стен рода, а тут появилась возможность посетить такое количество городов и разных мест, чем мы и пользовались на полную.

Всего и не перечислишь, что с нами успело приключиться. Мы были в дорогих ресторанах и пробовали кухню, представленную со всех уголков мира, от которой Айрис была просто в восторге. Чего таить — я тоже.

Мы с ней посещали памятные места и достопримечательности, параллельно изучая их историю, особое внимание уделяя тем, которые были связаны с событиями, повлиявшими на нынешнее положение вещей и возвышение магических родов.

Перекусывали в уличных ларьках, как простолюдины, подмечая, что такая простая еда по-своему вкусна и зря многие её игнорируют.

Было дело, что мы даже разок посетили ночной клуб. Это была просьба Айрис, на которую она очень долго уговаривала Юто. Последний был категорически против, но всё-таки поддался на уговоры и аргументы, что большая часть молодёжи как раз посещает такие места, и ей надо знать, каково это. Самым важным аргументом было то, что в столице это ещё более развито, а значит, и опасностей там больше.

Клуб оставил о себе не лучшее впечатление, потому как стоило покинуть ВИП-ложу, как тут же местный контингент считал обязательным пристать к тебе с не самыми добрыми намерениями.

Причём некоторые из них были даже аристократами, правда, из каких-то незначительных мелких родов, но всё же. Впрочем, если вспомнить того же старого Евгения, то ничего удивительного. Деньги и власть туманят разум очень многим. Зато крепкий удар кулаком в лицо быстро приводит такого собеседника в чувство.

В общем, ни я, ни Айрис после того дня несильно горели желанием пытаться проводить свой досуг в подобного рода заведениях без большой на то надобности.

Как я говорил, кроме всего перечисленного много чего с нами успело произойти. Из-за подобных вещей я неволей растягивал нашу поездку, и прибыли мы в поместье сильно позже ожидаемого. Зато встретили меня хорошо. С тортиком, что было довольно необычно.

Айрис и Юто немного удивились подобному приёму, видимо, привыкнув к совершенно другим вещам, но виду не подали.

После того как я обменялся приветствиями со слугами, что дожидались моего приезда здесь, и знакомился с домом, мы все прошли внутрь здания, где моим сопровождающим и гостям оперативно выделили всё необходимое.

Уже после этого я вместе с Айрис смог отведать приготовленный Вадимом — ну а кем же ещё как не им — торт, который она сильно нахваливала. Как только с этим было завершено, я проводил девушку до гостевого домика, где уже хозяйничал Юто, подготавливая всё для своей подопечной и, наконец-то, смог начать обустраиваться сам.

Мой новый дом практически ничем не отличался от старого на первый взгляд. Мне поначалу даже показалось, что мы ненароком где-то сдали назад и вернулись в старое поместье просто сделав большой крюк. Однако было одно кардинальное различие — соседи.

Мы, по сути, сейчас находились в пригороде столицы, в одном из элитных районов, предназначенных для аристократии. Таких поместий, как у меня, в ближайшем округе был не один десяток, правда, все они были разбиты на отдельные райончики, чтобы сохранялась определённая система разделения между различными группами домов.

Много это или мало, мне было трудно сказать. А вот то, что я жил не в самом богатом районе, но всё же довольно презентабельно — это факт, который мне озвучила Анна.

Оказывается, было ещё рядом со столицей такое место, как «Небесные сады». Вот там жили без оговорок самые сливки общества. Ну или другими словами — первые или в крайнем случае вторые наследники, которые имели наибольшие шансы стать главами великих родов.

Да и обеспечить там своё проживание могли только они, ну и часть моих братьев и сестёр явно расположились где-то в тех местах, если не в самой столице. Впрочем, пока это меня несильно волновало.

То, что я жил не там, явно намекало на моё положение в роду Львовых. Для отца я всё ещё был бесполезен, а для остальных я и вовсе отброс. О каких «Небесных садах» тогда может идти речь?

Одним словом, я стал потихоньку обустраиваться в поместье. Выделил себе место для первых намёток на лабораторию. Нашёл отдельное место для оттачивания личных тренировок и медитации. Между тем не забыл и о своих гостях, и договорился с Айрис о продолжении каждодневных спаррингов до поступления в столичную Академию, и ещё по мелочи.

Разумеется, и бюрократические проволочки не остались без внимания, но это уже меньшая часть моих забот.

Правда, Вадим после моего прихода выглядел каким-то нервным и виноватым, не давая чётких ответов причине своего поведения, но за исключением этого жизнь шла своим чередом, пока к нам внезапно не постучали в двери.

Да, вот так просто.

Вот, казалось бы, кому приспичит в три часа ночи заявляться в гости к сыну князя Львова? Что за весомый повод должен быть у человека? Тем не менее у кого-то он нашёлся, потому что меня разбудил стук в дверь и, как мне показалось, встревоженный голос Анны:

— Молодой господин, к вам прибыл гость и желает скорее вас увидеть.

— Три часа ночи... какой сове приспичило приходить ко мне в три часа ночи?.. — недовольно пробурчал я, вынужденный подняться с тёплой постели, в которой было так хорошо спать.

— Это ваша сестра — Виктория Дмитриевна, — развела руками Анна, которая и сама этому факту была удивлена как бы не больше меня.

После подобного я даже бросил попытки привести себя в божеский вид и, вообще, переодеться, чтобы подобающим образом встретить пусть и незваного, но всё же гостя. Как-никак, я сын князя и должен соответствовать.

В воздухе почему-то сразу запахло жареным и неприятностями.

За дверью раздалась какая-то возня и приглушённый писк, но шум продлился недолго. Дверь неожиданно с грохотом рухнула на пол, будто её больше ничего не удерживало, и я услышал бархатный голос той, кто приходилась Евгению родной по отцу сестрой:

— Бра-тик, а вот и я!

Глава 2

Появление сестры для меня стало полной неожиданностью. В мои планы не входила встреча с родственниками до момента, пока я не поступлю в Академию и хоть как-то проявлю себя там. Откуда мне могло прийти в голову, что ко мне самолично заявятся родственнички в три часа ночи, да ещё и таким наглым образом?

Впрочем, благодаря выдержке и многолетнему опыту, я отреагировал максимально спокойно. По крайней мере, надеюсь, что со стороны это выглядело именно так.

— И чем тебе только дверь насолила, сестра? — абсолютно равнодушным голосом спросил я, приподняв в вопросительном жесте левую бровь.

Пока же я имел возможность внимательно разглядеть девушку перед собой.

Первое, что больше всего бросалось в глаза — её внешний вид, точнее, его особенности.

Всё-таки на одной из наследниц рода Львовых ожидаешь увидеть дорогие платья, что будут сводить мужчин с ума одним своим видом, но никак ни чёрную облегающую майку с открытыми рукавами, короткие шорты и кроссовки.

Хотя надо отдать должное — от всего этого несло качеством. Возможно, это даже было какой-то вариацией на зачарованную броню, но тут не уверен.

Второе, что сложно было игнорировать — меч, висящий у неё на поясе.

Такой добротный, полуторный меч, от которого исходили едва заметные всполохи маны. Зачем только она его в моё поместье притащила? Хотя, возможно, сестра просто воин в душе, и даже в мирное время не расстаётся со своим оружием (такие люди мне тоже встречались). Тогда подобный атрибут становился более понятным.

Ну и третье — белоснежные волосы.

Пусть они были стянуты в длинный конский хвост, но всё равно приковывали к себе внимание.

На фоне всего остального, глаз не особо цеплялся за стройное тело, смуглую кожу, манящую высокую грудь или миловидное привлекательное лицо, будто только сошедшее с обложки модного журнала. Причём она совсем не выглядела на свои двадцать семь.

— Не думала, что тебя стали заботить подобные мелочи. Ничего страшного, помогу новую купить, — чуть ли не вприпрыжку Виктория оказалась возле меня. С учётом того, что двигалась сестра как опытный воин, то сделал она это очень быстро, даже несмотря на дурашливость в действиях. — И вообще, когда ты стал такой букой?

— Я не бука. Да и кто вообще так людей называет?! Мне дверь жалко. И мне неприятно, что в моё поместье вламываются в три часа ночи без предупреждения, — отстранился я чуть дальше от сестры, чем вызвал на её лице недоумение и непонимание от происходящего.

— Значит, мне всё же не соврали... Ты и, вправду, изменился... — отстранённым голосом сказала она и села на кровать. — Совсем не помнишь меня? — с непонятной интонацией в голосе спросила сестра.

Я отрицательно покачал головой, не собираясь разыгрывать перед ней представление. Тем более и объяснением моему поведению было более чем нормальное, чтобы это не вызывало дополнительных вопросов.

— У меня большие провалы в памяти. Какие-то моменты я помню, что-то так и осталось позади белым пятном. Иногда, если я вижу что-то знакомое, у меня всплывают воспоминания. Не в обиду, но смотря на тебя, внутри меня ничего не происходит. Будто я сейчас вижу и разговариваю с чужим мне человеком. Возможно, память потом прояснится, но пока что всё обстоит так, — постарался как можно тактичнее ответить я в такой ситуации, а то неизвестно, чего ждать от моей родственницы, раз уж она двери ломает так просто.

— Что же... Главное, что мой братик в порядке, — сказала она и стала подниматься с кровати, после чего с грацией кошки прыгнула в мою сторону и крепко обняла, прижав к своей груди. — Как же я по тебе соскучилась, бра-тик!

— Послушай, я, конечно, всё понимаю, но не надо меня... — не успел я возмутиться такому довольно фривольному (пусть отчасти и приятному) поведению от весьма условно знакомой мне девушки, как в голове что-то щёлкнуло, а следом за этим сердце начало наполняться теплом.

Я не видел чётких образов или конкретных событий, как это происходило до этого, когда я пытался разобраться в памяти парня, в чьём теле я оказался. Вместо этого я, скорее, почувствовал то, о чём мечтал Евгений. Самую обычную любовь родных, которой его с детства обделяли.

Только к моей неожиданности, загоняя себя в депрессию, сам Евгений забыл, что не вся семья относилась к нему как к мусору и тому, кто лишь позорит род. Ведь среди всех его многочисленных родственников была та, кто всегда искренне желала ему добра, пусть и не могла проявлять этого постоянно из-за собственной занятости.

«Как я мог её вообще забыть?» — наверняка задался бы вопросом бывший хозяин тела.

Что же, для меня это было очень просто. Когда на человека валится куча проблем, он испытывает бесконечный стресс, осознавая, что лучше уже просто не будет, даже самые светлые воспоминания начинают забываться или подменяться на что-то другое.

После этого человек видит лишь плохое, практически не обращая внимания на хорошее. Другими словами — умирает изнутри.

С Евгением произошло то же самое.

Однако того тепла, что я почувствовал, мне хватило, чтобы понять — Виктория на моей стороне ещё с тех давних пор, когда Евгений был совсем ребёнком, если только за годы она не изменилась, что маловероятно. Даже сейчас она мне казалось солнышком, от которого идут лучи счастья на всю округу и, похоже, Викторию не волновали никакие слухи о моей персоне. Будь иначе, то она бы и вела себя по-другому, да и сам разговор между нами проходил бы иначе.

Придя в себя от неожиданных чувств, я вздохнул и ответил:

— Вот оно что... Интересно...

— Что интересно? Ты вспомнил? — с предвкушением в голосе произнесла она, всем своим видом показывая, насколько ей важно знать ответ на этот вопрос. — Я же тебе помогла что-то вспомнить? Не молчи, брат!

— Скорее, ощутил, как некоторые выражаются — сложные материи, — покачал я головой. — Вспомнил, что я считал тебя близким человеком. Только вот одного я не пойму — если ты, вправду, обо мне так беспокоишься, то почему ни разу не связалась за хотя бы последние пять месяцев? Ни звонка, ничего. А теперь, как снег на голову знойным летом, свалилась. Как так-то? — спросил я, понимая, что для этого, скорее всего, должна быть причина.

Тут либо личный мотив, из-за которого Виктория полностью разочаровалась в Евгении и перестала с ним общаться, а сейчас решила вернуть связь, либо же ей кто-то намеренно не давал этого делать.

Тем более, насколько я знаю, Евгений и Виктория не виделись больше пяти лет, но она всё равно по мере возможности присылала сообщения. Правда, в последнее время совсем перестала это делать.

— Эх, братик-братик... Тут всё сложно. Ты не будешь против, если твоя слуга оставит нас наедине? — сказала Виктория, посмотрев на Анну. — Есть разговоры, в которые лучше никого не посвящать.

— Просто закрой... точно, м да-а-а... — я посмотрел на валяющуюся на полу дверь.

— Позвоните в колокольчик, если буду нужна, — поклонилась Анна и оставила нас наедине.

— Так в чём дело? — поинтересовался я, сев на кровать и готовясь выслушивать рассказ от своей старшей родственницы. — Что же ты такого хотела мне рассказать, Виктория, чего лучше не слушать слугам?

— Слугам не стоит настолько доверять, особенно если это касается внутренних дел между нами, — недовольно пожала плечами сестра.

— Я и так пошёл тебе на уступку сделав, как ты просила, — покачал я головой. — Так что не надо тут...

— Хорошо, — примирительно подняла руки Виктория, мило улыбнувшись. Возможно, это как-то действовало на прошлого Евгения, но не на меня, так что её попытка манипуляции прошла мимо. Правда, сомневаюсь, что это была она — не походила сестра на человека, который будет так действовать, чтобы расположить к себе собеседника. По крайней мере, не со мной. — Понимаешь, несмотря на то, что ты был и есть мой любимчик среди всей нашей родни, я не могла полностью опекать тебя. Моя мама... она, — вздохнула сестра. — Она, скажем так, была категорически против поддержки нашей связи, несмотря на родство, считая, что ты обременяешь меня, мешая развитию. А ты сам знаешь, пусть наши матери и довольны тем, что получили от отца, но всё же некоторые имеют на него определённую долю влияния, — неодобрительно покачала она головой. — Когда же тебя выслали прочь на окраину империи, я явилась к нашему отцу и высказала всё, что думаю.

— Отцу должно быть сильно не понравилось, что кто-то решил выступить против его решения, — озвучил я свою мысль.

— Не то слово. Я ему в тот вечер многое что высказала, что и так накипело, — довольно улыбнулась Виктория. — Вот только у него было совсем иное мнение на этот счёт. Отец считал, что жизнь без близких рядом людей должна закалить тебя. Он запретил мне общаться с тобой и лишил любой возможности попытаться наладить связь. А потом и вовсе отослал по делам рода, и я только недавно вернулась.

— Полагаю, ты всё равно пыталась выйти на контакт со мной в обход его запрета, да? — спросил я у неё.

— Да, Женя. Даже когда я пыталась передать весточку через твоих слуг, отец откуда-то прознал и пресёк это дело на корню. Я честно переживала, что ты решил, будто я бросила тебя. А когда мне сказали, что ты попал в аварию, то не могла найти себе места. Благо всё обошлось, — искренне, как мне кажется, поделилась она своими переживаниями по поводу своей ситуации.

Отчасти я почувствовал себя виноватым перед ней. Всё-таки перед Викторией сидел не тот Евгений, которого она знала. Даже если считать, что мои воспоминания объединились с его, я всё равно был сейчас совершенно другим человеком.

Даже не уверен, что был похож в полной мере на себя прежнего, ведь влияние было в обе стороны, просто основа моей личности была изначально сильнее.

Одно дело, меняться в лучшую сторону в глазах человека, который тебя откровенно недолюбливал. Всегда можно сказать, что в отличие от прошлой версии себя, новая начала приносить пользу другим людям. Взять в пример хоть тех же Анну и Тимофея.

Вряд ли им приходилась по душе служба безынициативному господину, который только и делал, что не просыхал, тусовался с не самыми приятными личностями, мог послать крепким словом — одним словом радости в таком служении мало и сомнительно, что ради такого они хотели стать слугами рода Львовых. Разве что работёнки у обоих после моего появления прибавилось, но им подобное было только в радость.

А тут перед тобой сидит человек, который как раз и любил прежнего Евгения. По крайней мере до того, как окончательно испортился его характер, и сам он упал в пучину отчаяния.

Как в данной ситуации правильно поступить? Да никак. Пока иного однозначного выхода я не находил.

Любой поступок можно будет трактовать очень по-разному и очень высоки риски, что после этого моя жизнь резко изменится. А ведь я только стал привыкать к своему новому положению в мире.

Вот скажу я, что моя душа попала в это тело и слилась с воспоминаниями Евгения — как его сестра должна будет отреагировать? Вряд ли она испытает радость от того, что, по сути, её брата больше нет. Скорее, уж она захочет меня убить, а если и не убьёт, так меня запрут и будут изучать как лабораторную крысу. Благо у рода хватало различных лабораторий, и не думаю, что глава такого рода обходился лишь официальными исследованиями.

Собираюсь я подписываться на такое? Да ни за что! Вот и остаётся что обманывать человека. Увы, иногда жизнь просто не даёт другого выбора или пути.

— На самом деле не обошлось, — решившись с трактовкой событий, сказал я ей. — Буду честен с тобой — та авария сильно изменила меня. Настолько, что вряд ли ты узнаешь во мне прежнего Евгения. У меня был довольно тяжёлый период жизни, из которого выбраться было очень сложно. Казалось, что я попал в петлю времени, где каждый прожитый мой день ничем не отличался от другого... — я взял небольшую паузу, как бы переводя дыхание.

— Если тебе тяжело говорить, то давай опустим тему, — осторожно произнесла сестра.

— Всё в порядке, — поспешил я успокоить Викторию. — После того, как я едва не лишился жизни, мои взгляды на жизнь сильно изменились. Это встряхнуло меня и позволило по-другому взглянуть на то, как я жил до этого. Как я и говорил, я стал практически другим человеком.

— Ясно... — кратко ответила она.

— Скажу сразу, что я не против наших с тобой... дальнейших взаимоотношений — всё же мы родственники, — попытался я неловко пошутить, и по улыбке на лице Виктории стало понятно, что попытка удалась. — Однако, надеюсь, ты поймёшь, что вряд ли я смогу дать тебе те же эмоции, что были раньше. То же самое касается и тебя. Нам придётся начать с чистого листа, как бы обидно это ни звучало.

Виктория, услышав мои слова, сначала опустила голову вниз, обдумывая, что я только что сказал. Спустя около двух минут она снова подняла голову и посмотрела мне прямо в глаза.

— Нет, совсем с чистого листа начинать не придётся, — с тёплой и доброжелательной улыбкой произнесла Виктория, взяв меня за руку, из-за чего я удивился.

— Почему?

— Ты ведь вспомнил мою любовь. Значит, будешь относиться ко мне добрее, чем просто к какой-то незнакомке, — подмигнула она мне. — Поэтому совсем с чистого листа мы не начинаем, нет.

— Что же, тут твоя правда, — кивнул я в ответ, ещё пока и сам не понимая, как на всё это реагировать. — Ладно, раз уж ты меня разбудила, дай я хотя бы переоденусь во что-то более подобающее, и заодно попрошу слуг подать нам что-то съедобное и подобающее ситуации. Проведём беседу в более уютной обстановке.

— А что, сейчас тебе неуютно со мной? — хитро заулыбалась сестра, пытаясь меня подколоть.

— Учитывая, что на мне только пижама, то да. Нашу встречу я представлял в несколько другой обстановке.

— Что ж, тогда переодевайся, — ловко вскочила Виктория с кровати и направилась в сторону дверного проёма. — Не буду смущать тебя своим присутствием.

— Ещё чего, буду я сестры смущаться. Только не сломай мне тут всё, гроза дверей и разрушительница ворот, — пошутил я в ответ.

— Только ради тебя, бра-тик, — протянула она последнее слово мне в ответ, после чего направилась в сторону гостевого зала.

Кто-то довольно быстро здесь стал ориентироваться несмотря на своё первое посещение поместья. Ладно, об этом подумаю потом, а сейчас, действительно, следует переодеться — я не семилетний ребёнок, чтобы общаться со своей старшей сестрой в пижаме.

Глава 3

Что же, как говорится, утро начинается не с кофе, а... со встречи со старшей сестрой, которую ты почти не помнишь. При этом сама сестра явно не хочет так просто отступать и оставить меня в покое.

Правда, утро надо начинать хотя бы с шести часов (не учитывая, когда, собственно, происходит рассвет), однако кого волнуют подобные мелочи?

Переодевшись в более подходящую одежду, я пришёл в гостевой зал, где на весьма длинном и широком столе стояли подносы с едой. В самом его конце, попивая то ли вино, то ли гранатовый сок из бокала, веселилась Виктория, о чём-то мило беседуя с моими слугами. Точнее, общалась она только с вполне конкретной троицей: с Анной, Тимофеем и Вадимом. Последний смотрел на неё с небольшим страхом в глазах и одновременно с обожанием.

Кажется, я начинаю догадываться, почему он ходил таким дёрганным в последнее время, и откуда сестра вообще узнала о моём приезде в столицу. Уж очень выразительный взгляд парень бросал на мою сестру, будто на идола, на которого раньше мог смотреть только с задних рядов.

— Я смотрю, тебе тут нравится, — сказал я, садясь за стол недалеко от неё, и посмотрел на своих бойцов. — А остальные здесь что делают? Боюсь, если моя сестра вдруг захочет меня убить, вы, уж простите, не сможете дать ей отпор.

Теперь, имея возможность более детально прощупать девушку, которая приходилась мне родственницей, я мог подтвердить, что она действительно имеет пятый круг маны.

Конечно, это уже довольно хороший результат в её возрасте, но вот проблема была в том, что Виктория избрала путь магического мечника, что несколько снижало уровень её возможностей на дальней дистанции, но вот на средних и близких дистанциях она становилась в разы сильнее.

Особенно это было бы заметно на сверхблизких расстояниях, когда ты уже просто не успеешь создать никакое плетение, чтобы остановить меч, наполненный магией противника.

Такой путь выбирали лишь немногие, потому что он был гораздо сложнее, чем путь развития обычного имперского мага, но сестра, как я понимаю, всегда была весьма упёртой личностью. Ну и насколько я вычитал из досье на неё, предоставленным Анной во время нашей поездки до поместья, у Виктории были какие-то проблемы с контролем собственной магии, вот поэтому она и пошла путём развития мечника, где у неё этих проблем не наблюдалось.

— Женя, надеюсь, ты не против, что я их позвала сюда? Просто решила вспомнить старые времена, поинтересоваться, как у твоих слуг дела. Пусть немного, но я с ними была знакома. И заодно узнать, как там живёт один мой старый знакомый, которого я так давно не видела, — последние слова она сказала с особым трепетом, будто эти воспоминания приносили ей особое удовольствие.

— В смысле, знакомы? — заинтересованно посмотрел я на неё. — У меня, может, и амнезия, но я знаю, что ты очень долгое время пропадала на заданиях от нашего отца и в целом по делам рода. Да и мои слуги, если на то пошло, со мной как минимум несколько лет. А до этого они проходили обучение в родовых училищах. Когда ты с ними успела познакомиться?

Интересно, откуда моей сестре было вообще знать моих слуг? Она явно не шутила. С учётом, сколько у нашего рода учебных заведений по подготовке будущих слуг рода, подобная мысль мне казалось невозможной. Это как если бы какой-нибудь простолюдин сказал, что знаком лично с кем-то из императорской семьи. Звучит очень уж фантастически, пусть в целом и возможно, но шансы на это исчезающе малы.

— Я в своё время нарабатывала навыки спарринга с различными противниками, так что когда в моём круге общения уже закончились те, кто имел возможность скрестить со мной клинки, то пришлось идти искать новых противников, — мечтательно улыбнулась Виктория, поставив свой бокал на стол.

— Удивлён, что противники не нашли тебя сами, — отшутился я.

— Куда чаще они убегали и скрывались, — девушка скрестила руки на груди и продолжила: — Таким образом я оказалась у наших родовых наставников, которые готовят будущих воинов рода. Всё же их подготавливали так, чтобы они в том числе могли сдерживать аристократа, а мне в радость было получить как можно больше противников. И им опыт, пусть и не такой радостный.

— В силе наших слуг я точно не сомневаюсь, — кивнул я, окидывая взглядом Анну и Тимофея.

— Наши враги тоже в этом не сомневаются, — на лице девушки расплылась довольная улыбка. — Вот там и познакомилась с частью наших будущих защитников и часть из них забрала к себе в отряд, ведь они как минимум должны были выдержать мой темп боя, а то толку было бы с них немного, да и поддержку оказать бы не смогли по той же причине. К сожалению, — грустно вздохнула она, — всех, кого я отобрала, мне забрать не дали, но я так узнала много талантливых бойцов, проходящих обучение в то время. Вот как раз твои слуги были среди них.

— Выходит, мои слуги как минимум впечатлили тебя, чтобы ты их запомнила, но при этом не забрала к себе? Были какие-то особые критерии отбора? — поинтересовался я.

Не думаю, что их обидел бы ответ моей старшей сестры. Ну а мне действительно было интересно, почему в итоге, если она их признала, то эта троица как, впрочем, и остальные бойцы рода попали к тому, кто до последнего времени считался отбросом рода.

— У меня были свои пунктики для отбора, — покачала Виктория пальчиком, заодно демонстрируя аккуратный маникюр. — Например, взять хоть твоего здоровяка. Что тогда, что сейчас, он был весьма здоровым парнем, — я краем глаза посмотрел на Тимофея, который, несмотря на сказанное, сохранял каменное выражение лица, будто подобные слова его совсем не трогали. — Сражался достойно, как настоящий воин. И это по моим меркам, а я довольно предвзята в этом вопросе. Я думала его к себе взять, чтобы повеселиться подольше, но не срослось.

— Почему так? Как по мне, он отличный слуга. Не импульсивный, рассудительный. К тому же имеет хорошие задатки командира. Такое ощущение, что тебе было сложно угодить, — продолжил я развивать уже поднятую тему.

— То, что сложно — ты прав, — согласилась со мной сестра. — Любой отобранный мной воин должен действовать как единое целое с остальными членами отряда и, в первую очередь, подчиняться мне, — холодно улыбнулась она, вновь посмотрев на моего слугу. — Твоему же бойцу на тот момент очень не хватало слаженности действий.

— Почему так? — решил уточнить я.

— Он привык брать слишком многое на себя, из-за чего мог сработать не так, как мне того требовалось, а значит, и поставить под угрозу мой план и оспорить мои приказы. Выбить эту привычку очень тяжело, поэтому я не стала его брать, — объяснила мне сестра.

— Я понимаю твой выбор. Тратить время на кого-то одного, чтобы остальным доставалось меньше внимания и в итоге страдала общая боевая мощь отряда — тоже очень плохая идея. Ничего хорошего из неё не выйдет, — я понимающе покачал головой.

— Ты абсолютно прав. Да и кандидатов хватало. Правда, часть разобрали другие братья и сестры, но всё же к нам в слуги идёт очень много талантливой молодёжи. Пусть и не все попадают именно к нам, из-за того, что могут потребоваться в других направлениях деятельности рода, но после обучения у наших наставников каждый из них может рассчитывать на хорошее место.

Тут я всё же был не согласен с оценкой сестры. Пусть вместе с Тимофеем в отряде я сражался против магов, грубо говоря, лишь раз (случай с контрабандистами не в счёт), но мог сказать, что он беспрекословно выполнял приказы и не брал на себя слишком многого. Просто был именно на своей позиции и честно исполнял возложенные на него обязанности.

— У меня на этот счёт иное мнение, но спорить не буду. Мы обсудили лишь одного из моих бойцов, но что ты можешь сказать об остальных? Раз уж пошла оценка их возможностей, — к этому моменту я уже не выдержал всех этих разговоров и приступил к завтраку.

— Анна? Тебя же, кажется, так зовут? — вопросительно посмотрела на мою главную помощницу Виктория. После утвердительного кивка моя сестра продолжила: — Так вот, Анна тоже показала достойный результат. Однако она будто пыталась, но не могла выложиться на полную. Словно что-то её сдерживало. Надеюсь, ты смогла справиться со своими внутренними демонами, девочка?

При мне Анна ей ничего не ответила и лишь коротко кивнула, бросив на меня быстрый взгляд. Пусть она ничего и не сказала, но по лукавой улыбке, возникшей на лице Виктории, было видно, что она это как раз прекрасно разглядела и поняла, кто причастен к тому, чтобы девушка исправилась в лучшую сторону.

— С этим понятно, — решил я перевести акцент на себя, а то эти многозначительные взгляды... напрягали. — А что насчёт Вадима? Я так понимаю, что вы друг друга знаете даже лучше, чем могло бы показаться?

Что примечательно, парень даже не стал делать вида, что я не прав, впрочем, как и сестра.

— Вадим-Вадим... — протянула она его имя, после чего я заметил, что Виктория попыталась сдержать смешок. — Знаешь, может, он и хороший стрелок, но воин из него, как из меня домосед. Не обижайся, Вадим, — улыбнулась она парню и потом перевела взгляд на меня. — И да, мы знаем друг друга, так как несложно запомнить такую ходячую катастрофу.

— Ни в коем случае, — встревоженно ответил Вадим, и мне показалось, что он даже немного отошёл назад, поближе к стене и выходу.

Даже интересно, как все эти чувства насчёт моей сестры сочетались у этого, казалось бы, довольно беззаботного парня. Их явно что-то связывало, что-то, о чём не принято рассказывать, раз он её так пугается и при этом всё равно находится рядом.

— Если кратко, братик, Вадим меня смог удивить. Знаешь как? — хитро прищурилась Виктория.

— Будучи избитым тобой, с переломанными рёбрами и костями, он начал рассказывать тебе свои нелепые шутки, да? — предположил я, что могло быть в действительности.

Взгляд Виктории резко переметнулся на Вадима.

— Вадим, а ты, случайно, не рассказывал ему эту историю? — спокойным голосом произнесла Виктория, однако реакция у парня была такая, будто в её словах была скрытая угроза и обещание чего-то жуткого.

— Скорее, уж я очень хорошо знаю Вадима, — покачал я головой, спасая положение.

— Вот оно что, — снова сестра перевела взгляд на меня и мило улыбнулась. — В общем, он единственный, кто будучи избитым мной, стал шутить на тему...

— Простите, Виктория Дмитриевна, что прерываю, но пожалуйста, давайте не будем вспоминать тот случай. Вы же говорили, что никому не расскажете, — неожиданно перебил её Вадим.

В иной раз и при других людях такое могло бы сойти за оскорбление, однако у Виктории это вызвало лёгкую улыбку.

— Ладно. Захочешь — сам расскажешь. Своё слово я сдержу, — ответила она парню.

— Это можно обсудить и позднее. А что за хороший знакомый? О котором ты говорила? Я так понимаю, его нет среди собравшихся?

— Нет, ты чего, братик. Я говорила о наставнике этих ребят, который, собственно и занимается корректировкой их обучения и изменением учебной программы.

— Я так понимаю, что о нём я не в курсе? — краем глаза посмотрел я на Анну.

— С Вячеславом Павловичем контактируют только слуги и те, кто собираются становиться воинами рода. Он является главой всех учебных корпусов Львовых, — поспешно ответила мне девушка.

— А ещё этот замечательный человек маг восьмого круга и его за глаза называют «Разящим мечом» рода Львовых, — тепло улыбнулась при его упоминании Виктория.

Глава 4

— Я так понимаю, что ты оставила ему о себе неизгладимое впечатление? — сказал я, наблюдая за довольной улыбкой Виктории.

— Рада, что произвожу именно такой эффект, — довольно улыбнувшись мне, отсалютовала бокалом сестра. — Он немного, самую каплю недооценил мою упёртость. Особенно, когда я послушно выполняла все его тренировки и требовала без остановки сражаться со мной, несмотря на боль и раны, которые, бывало, по несколько десятков раз на дню залечивали целители. Сам понимаешь, что мне отказать они не могли, так что пусть и ворчали, но восстанавливали как можно быстрее, чтобы я снова могла окунуться в бой с таким сильным противником.

— Дай угадаю — всё своё свободное время он был вынужден тратить на тебя, из-за чего спустя какое-то время стал тебя избегать? — покачав головой и отдавая должное бутербродам с бужениной, спросил я.

Нет, серьёзно, было и, вправду, вкусно. Надо почаще просить их делать.

— Женя, да ты на удивление догадливый. Всё так, — словно хищник, поймавший свою жертву, улыбнулась Виктория, чем вызвала уже ничем не скрываемую дрожь у Вадима. И всё же, что у них за отношения такие? — Помню, что когда его навестил отец, он буквально умолял забрать меня отсюда, ибо сил его нет меня терпеть, — рассмеялась девушка.

— Для справки — Вячеславу Павловичу пятьдесят пять лет. Тогда он был ненамного младшего своего текущего возраста, — уточнила Анна. — Особенно, когда мы могли это видеть сами.

— Вадим, да у тебя появился мощный конкурент по доведению людей до нервного срыва. Поздравляю, — отшутился я в сторону парня, который на это слабо кивнул.

— Обижаешь меня, братик. Вадиму, несмотря на все его особенности, до меня ещё ой как далеко. Я же вижу, не научился он до последнего добиваться своего, не прислушался тогда к моему совету. Только и делает, что до сих пор побаивается меня.

— Я вас не боюсь, — возразил ей Вадим.

— Выходит, что это не ты побледнел, когда встретил меня в городе, и когда я предложила тебе прокатиться со мной? И не ты сидел в полуобморочном состоянии на пассажирском сиденье?

— Сестра, то, что ты сейчас рассказываешь, больше похоже на запугивание и похищение. Особенно, похищение моих людей, — неодобрительным тоном сказал я, посчитав, что сестра перегибает палку.

— Я его не пугала и не воровала, честное слово, — виновато улыбнулась Виктория, показывая, что это не совсем так. — Просто когда я узнала, что ты наконец-то освобождён от, своего рода, ссылки, и появишься в столице, то постаралась побыстрее закончить все свои дела и как можно быстрее оказаться здесь. Только я не знала, когда ты прибудешь — а сюрприз устроить хотелось. Я думала послать одного из своих слуг и спросить, когда смогу тебя увидеть, но тут очень удобно подвернулся Вадим, когда я ехала по делам в город.

— Виктория... Я правильно понимаю, что ты поймала моего слугу и закинула его в машину, чтобы выведать информацию обо мне? — пытаясь разобраться в ситуации, вкрадчиво спросил я.

— Братик, ты чего? — удивлённо посмотрела она на меня. — Я же говорю, что никого не похищала. Это было дружеское приглашение вместе прокатиться, вспомнить старые времена. Тем более, мы были знакомы ещё до этого. Разве что по дороге расспрашивала у Вадима, хорошо ли ты относишься к своим слугам, и что они думают о тебе. И просила отвечать искренне и без утайки.

— И зачем это тебе? — демонстративно приподнял я бровь, держа руки скрещёнными на груди и постукивая пальцем правой руки по плечу.

— Как зачем? Вдруг мне, как старшей сестре, нужно было бы поговорить с тобой о твоём поведении. Да и слухи, ходящие о тебе, хотелось уточнить от лица, более приближённого к происходящему. Сам же понимаешь, что слухи — вещь такая... неопределённая. Ну и заодно спросила, когда ты приедешь. В общем, мелочи, — махнула она рукой, тоже став уделять должное внимание завтраку, явно не поняв, что я сейчас серьёзен.

— Вадим, а ты не доложил мне о вашей встрече, потому что моя сестра тебя об этом попросила? — обратил я своё внимание на парня, до этого момента весьма говорливого.

— Простите, я не хотел так поступать, — низко склонился он. — Но это же ваша сестра и она убедила меня, что просто заботиться о вас и хочет сделать сюрприз. Я приму любое наказание, какое пожелаете нужным, — добавил он под конец.

— Вадим... — я устало потёр двумя пальцами переносицу. — Я понимаю, почему ты так поступил. Главное, что ты сам понимаешь свою ошибку. Ты мог просто всё мне объяснить. На будущее, больше так не делай, иначе я не смогу тебе больше доверять.

— Хорошо, — снова поклонился он и, видимо, на всякий решил переспросить: — А наказания точно не будет? Ни шантажа с тортами, ни угроз сломать колено от Георгия Иннокентьевича?

— Нет, Вадим. Я не буду тебя наказывать, — устало вздохнул я.

И вот зачем ему сейчас надо было припоминать тот случай с целителем? Тортика теперь захотелось. Вот каким бы Вадим ни был человеком, но кондитером он был замечательным.

— Фу-у-ух! — резко выдохнул он, и резко зажал рот ладонями, видимо, поняв, что сделал это слишком уж громко — очень уж выразительно все на него посмотрели. — Простите. Просто больше недели места себе не находил. Надо было выдохнуть, да...

— Вадим, перестань оправдываться за всё подряд, — едва сдержался я от более грубых слов.

Надо будет с ним провести отдельную разъяснительную беседу. Всё понятно, что тут просила о сохранении тайны моя родственница, которая так уж удачно вышло, что относится ко мне положительно, но кто знает, как обстояли бы дела, будь там другой мой родственник.

— А что за ситуация с шантажом и тортами? — поинтересовалась Виктория, выудив самое необычное в его речи.

Видимо, слова про колено её несильно привлекли.

— Сестра, мне сейчас не до шуток. Первый и последний раз прошу — не манипулируй моими слугами как тебе вздумается. Даже если считаешь, что это для моего же блага, — хлопнул я ладонью по столу. — И тем более не выпрашивай у них информацию таким образом. На первый раз закрою глаза и не буду держать обиду, но на второй прощать не стану. Да и штат слуг придётся менять, раз я не могу им доверять в таких мелочах.

В этот момент мне показалось, что она посмотрела на меня совсем другим взглядом. Будто перестала видеть во мне ребёнка и увидела того, кем я на самом деле являюсь. Кем я стал сейчас.

— Хорошо. Прошу простить меня за моё необдуманное поведение, — опустила Виктория голову. — Ты абсолютно прав. Я излишне воспользовалась своими старыми знакомствами и надо было предупредить о своём визите через слуг, как и полагается по всем протоколам.

— Всё в порядке, я обиду не держу. Лучше расскажи, ты с какой целью прибыла в поместье? Я, конечно, понимаю, что тебе очень хотелось повидать меня, но дело наверняка не только в этом, — решил я сменить тему, а то уже, ей-богу, становилось как-то неловко от всей этой ситуации.

Конечно, разбираться в происходящем было довольно интересно, ровно как узнать некоторые подробности жизни моей сестры и слуг. Однако меня всё-таки интересовала в первую очередь цель визита. Вряд ли она пришла меня просто так повидать, хотя с учётом её поведения, такое тоже возможно.

— Вообще, я тебя пришла повидать, потому что соскучилась. Никаких дел у меня к тебе нет. Разве что можешь глянуть на свой счёт — деньги, по идее, должны были уже прийти. Отец решил, что раз ты поступаешь в Академию, то тебе понадобится гораздо больше денег, чем сейчас.

— Откуда ты об этом узнала? — заинтересованно посмотрел я на сестру.

— У меня много знакомств среди слуг, — уклончиво ответила Виктория, взяв в руки кремовое пирожное. — На счёт всё же глянь, — посоветовала она перед тем как его укусить.

— Хотелось бы больше конкретики, — сказал я и посмотрел на Анну, которая тут же взяла планшет в руки и стала на нём что-то набирать.

В этом плане она была куда быстрее меня. И должен признать, она очень помогала, потому что мне всё ещё были непривычны гаджеты этого мира. Да, я научился в них разбираться, но вот чтобы быстро ими воспользоваться и найти то, что надо, для меня пока что было проблемой.

— Поверь, тебе физически будет сложно столько потратить, пусть и с этих денег будет идти оплата деятельности слуг. Даже если вдруг на что-то не хватит — можешь запросить у канцелярии рода. Тебе не станут отказывать, если только ты не хочешь купить какой-то весьма ценный артефакт или пилюлю для магов девятого-десятого круга, на которую сам император глаз положил. В общем, сам понимаешь, не маленький мальчик, — подмигнула мне сестра.

— Молодой господин... — я снова посмотрел на Анну, которая, похоже, не могла поверить увиденному и не отрывала взгляд от планшета. — На вашем счету больше десяти миллионов рублей.

Сказать, что это была астрономическая сумма — ничего не сказать. Средняя зарплата в регионах России, это тысяча-полторы рублей. На эти деньги можно не шиковать, конечно, но безбедно и вполне неплохо жить, а не выживать. Еда и одежда всегда будут. Денег будет хватать ещё, чтобы спокойно сходить пару раз в ресторан и отложить на отпуск, либо же на что-то подобное этому.

За десять тысяч рублей можно было купить подержанный, но вполне себе рабочий автомобиль. За двадцать-тридцать отличную иномарку, которой не стыдно похвастаться перед людьми. Конечно, не того класса, что предпочитают аристократы, но всё же. За четыреста-пятьсот тысяч уже можно было бы приобрести многокомнатную квартиру, причём не где-то на отшибе, а в центре города, с хорошим ремонтом.

А тут тебе сумма в десять миллионов рублей. Я мог приобрести квартиры для всех своих ближайших слуг и всё равно сдача останется. Я уже молчу, что на эти деньги можно было бы открыть не один и не два бизнеса.

Да при желании я мог переоснастить весь свой отряд новейшим вооружением, хотя, казалось бы, куда ещё новее. Правда, последнее идёт по другим статьям расхода.

Правду Вадим говорил — у Львовых куры трианит не клюют.

— Знаешь, если это немножко, то я даже не знаю, что значит много, — усмехнулся я, невольно радуясь услышанным цифрам.

Никто бы не мог не порадоваться таким возможностям.

— Поверь, Женя, у нашего рода такие деньги крутятся, что даже мне сложно представить. Для отца то, что у тебя на счету, даже не деньги, а так — пшик.

— Что же, спорить не буду, — с довольным лицом пожал я плечами.

— Кстати говоря, я бы хотела посоветовать тебе сходить на аукцион, который так удачно будет проходить именно сегодня. Думаю, деньги рода тебе там очень даже пригодятся, — подмигнула мне Виктория, всем видом показывая, что у этих действий есть причина. Ну или по крайней мере, она так считала.

— То есть всё это задумано ради того, чтобы утащить меня туда?

— Кто знает, — загадочно улыбнулась сестра.