Мистический переполох, или Лавка обыкновенных заклинаний

Глава 1.1

— А я смотрю, вы упрямые ребята, да? — сдув прядь с лица, критично подметила Шайди.

Что-то она изрядно притомилась из-за этой суеты…

Девушка в очередной раз поглядела на учиняемое мистиками безобразие и принялась усиленно думать о том, что можно сделать в такой ситуации.

Пару известных вариантов заклинаний она уже попробовала, но это никак не помогло, и магические энергии продолжали конфликтовать между собой.

Девушка присела за небольшой круглый столик, поставив на него локоть и аккуратно пристроив светловолосую голову на сжатый кулачок.

Мистик, настроенный на соблюдение чистоты, очень сильно возмущался из-за того, что мистик, настроенный на полив и уход за цветами, буквально всюду расплескивал воду и сыпал землю мимо горшков.

Два пушистых комочка — золотой и зеленый — столкнулись в непримиримом противостоянии, отчего их энергии проявляли себя ярче и хаоса в цветочной лавке становилось все больше.

— Так, давайте-ка пока по разным углам, — вздохнула Шайди и накинула легкие магические путы на обоих.

Мистики, окруженные едва заметными серебряными нитями, перестали драться и толкаться, замерли и словно бы уснули. Даже моргать своими яркими цветными глазами перестали.

Шайди побарабанила пальцами по столу. Разум искал варианты, как сделать такое соседство мирным.

Один мистик хотел чистоты, другой хотел, чтобы цветы хорошо росли. Первый не понимал, зачем второй разводит грязь, второй не осознавал, что не так, раз с цветами все хорошо…

Сделать мистика чистоты менее придирчивым? Возможно, но тогда он уже не будет поддерживать идеальный порядок в лавке. Заставить второго выполнять всю работу максимально аккуратно? Тоже возможно, но он замедлится, так как будет слишком тщательно выполнять каждое действие.

Нужен хороший баланс, чтобы их правильно примирить друг с другом…

Вспышка.

Всеблагие, как же просто!

Шайди аж дернулась от собственной догадки, из-за чего стул покачнулся и проскрипел по половицам.

Девушка быстро накидала основу заклинания на листе бумаги — витиеватую и красивую магическую роспись, так сильно отличающуюся от человеческого алфавита.

Магия не общалась на человеческом языке. На самом деле она общалась вообще не на языке, а, скорее, на образах и символах, именно поэтому заклинания писали совершенно иным образом.

— Иди-ка ко мне дружок, — произнесла Шайди и потянула за путы.

Зеленого цвета мистик таращился на нее в ответ огромными «совиными» глазами цвета весенней листвы и спокойно ждал настройки заклинания.

Заклинания помогали объяснять порождениям, чего люди хотели от них. Иначе эти милые разноцветные комочки, размером не больше, чем две человеческие ладони, просто хаотично выполняли бы ту мысль, из которой они изначально родились.

Магический помощник в уходе за цветами, например, будет бесконечно поливать цветы или их пересаживать, если не настроить его с помощью заклинания на четкие действия. Нужно обязательно объяснить, что есть время, срок и определенный порядок шагов.

Шайди создала заклинание прямо в воздухе, оно повисло в пространстве красивыми символами из серебра, после чего девушка направила их в печать на теле мистика.

Магическое порождение забавно подпрыгнуло, и его энергия коротко вспыхнула зеленоватым цветом.

Все то же самое молодая заклинательница проделала и с другим мистиком, прописав всю нужную настройку. После чего сняла путы и принялась следить.

По крайней мере, мистики не бросились в драку между собой сразу же. «Цветовод» покружил вокруг растений, проверил их, убедился, что все в порядке, и вежливо пропустил за собой «бытового». Тот тогда уже принялся осматривать вверенную ему территорию, выискивать пылинки-соринки и убирать все, что ему не по нраву.

Шайди щелкнула пальцами в честь успешной работы и правильно настроенного заклинания.

— Вам совершенно необязательно постоянно работать одновременно, — легонько ткнула она в округлый мягкий бок зеленый комок. — Будете уступать друг другу территорию и делать все по очереди.

Мистик моргнул глазами и слегка их прищурил, как бывает при улыбке.

Девушка улыбнулась в ответ.

Мистики — все мистики в мире — это всего лишь мысли, что воплотились в магическую форму. Они не имели собственных чувств, но откликались на человеческие эмоции. Они были отражением. И если к ним относиться по-доброму, то они отвечают добром.

Так как все получилось, Шайди поднялась со своего места и покинула закуток, в котором все это время проработала. Она специально выбрала угол, далекий от основного зала лавки, чтобы лишний раз там ничего не повредить.

— Ну как там дела? — спросила хозяйка цветочного магазинчика, когда молодая заклинательница вернулась в большой зал.

Вейра закрыла лавку и наводила порядок после рабочего дня.

В воздухе разливался тонкий аромат растений и цветов.

Здесь было опрятно и уютно. Всему отводилось свое место. Комнатные растения стояли прямо в зале, или на полках, или в специальных высоких стойках. Цветы — более нежные и хрупкие — оставались за тонким стеклом витрин, внутри которых магические артефакты помогали поддерживать нужную температуру и влажность.

Яркие, насыщенные цвета радовали глаз, и хотелось смотреть на всю эту красоту.

Бесспорно, хозяйка с искренней любовью и заботой относится к своему магазинчику.

Вейре было едва за тридцать, она была невысокой и худощавой с копной русых волос до плеч и открытым взглядом светлых глаз. Она обладала располагающей к себе внешностью, в которой не было яркой красоты, но присутствовала природная притягательность.

Владелица лавки вела себя подчеркнуто вежливо со своей гостьей-помощницей, чем сразу же расположила к себе.

— Все в порядке, — не без гордости ответила Шайди, имея все основания спокойно отчитаться о проделанной работе. — Мистики будут действовать поочередно, и я объяснила им, что нужно уступать друг другу место, поэтому больше никаких конфликтов.

— Ох, как здорово, я рада. Спасибо вам большое, — со всей искренностью произнесла Вейра, изрядно утомившаяся за последнее время из-за споров собственных же мистиков.

— Всегда пожалуйста.

— Я так рада, что мне порекомендовали именно вас, десса Норвен. И вы так быстро откликнулись. А то к заклинателям вечная очередь. А мистики бы мне за эти дни всю лавку разнесли.

Вейра даже кинула обеспокоенный взгляд по сторонам, словно бы представила масштаб трагедии.

Шайди любезно улыбнулась, не сказав ничего.

К заклинателям вечная очередь, потому что мистики — это повсеместная магия. В каждом доме, в каждой лавке, у каждого человека.

А она так быстро откликнулась… потому что настоящей заклинательницей она не была.

Но об этом говорить не стоило. Некоторым людям крайне важны формальности и подтверждающие документы. Нужны ли они этой цветочнице, Шайди узнавать не хотела.

— Может, перекусите? — предложила Вейра, спохватившись, что час уже поздний, а она не предложила даже глотка чая своей спасительнице. — Вы наверняка проголодались. У меня есть чудный тыквенный пирог от нашего местного пекаря.

Шайди хотела было ответить, что никогда не вспоминала о голоде во время работы, но потом что-то в словах цветочницы ее насторожило. Зелено-голубые глаза молодой заклинательницы принялись лихорадочно искать настенные часы.

— Погодите… поздно? Ужин?.. — Девушка нервно заозиралась по сторонам и уставилась в распахнутое окно. Снаружи стемнело, и тьма эта была насыщенной, плотной. Не сумерки, а настоящий разгар вечера. — А сколько времени?

— Почти одиннадцать уже, — пролепетала хозяйка лавки, видя, как девушка таращит на нее глаза. — Что-то случилось?

— О да, случилось! Мне конец! Папа меня убьет! — мертвенным голосом произнесла заклинательница.

Цветочница испуганно на нее взглянула в ответ.

— Он у вас суровый? — тихим шепотом произнесла Вейра, нервно заламывая руки.

Хозяйка магазинчика невольно представила, что может ждать ее спасительницу, если родитель обладает крутым нравом.

— Он у меня прекрасный, но я его, кажется, подвела, — простонала заклинательница, убиенно опуская светловолосую голову.

Потом Шайди резко выпрямилась и ответила цветочнице натянутой улыбкой.

— Прошу, если вам будет не в тягость, принесите на место моего погребения красивый букет лилий. Я обожаю лилии.

— Всеблагие с вами, юная десса! Что вы такое говорите! — всем телом вздрогнула Вейра, немного путаясь в том, что именно она должна думать о семье молодой заклинательницы.

Шайди отчаянно махнула рукой, попрощалась и быстрым шагом направилась прочь из лавки.

Оказавшись снаружи, она даже не обрадовалась теплому вечеру, как это было обычно. Хотя именно такие вечера — очень летние, ласковые, пропитанные негой и уютом, — она любила больше всего.

Стуча каблучками аккуратных туфелек по мощенному плиткой тротуару, она вскоре добралась до ближайшего портального перехода. Встав в центр печати — широкого круга, испещренного магическими символами, — она прямо в воздухе начертила точный адрес места, где хотела бы оказаться.

Вокруг девушки все вспыхнуло ярким светом, и через секунду она находилась уже в совершенно ином уголке города.

Должно быть, настанет день, когда порталы сделают такими, что с их помощью станет возможно перемещаться на любые расстояния. Но пока что они ограничены. Поэтому Шайди добралась лишь до каретного ряда — места, где можно нанять любую повозку.

Перемещаться с помощью порталов до самого дома было бы слишком утомительно. Одно-два перемещения еще удавалось спокойно перенести, но больше — вызывало головокружение и другие неприятные ощущения. Добираться потом до порога родового особняка ползком девушка не могла себе позволить.

Заклинательница не раздумывая выбрала экипаж, запряженный великолепной парой гнедых, и попросила возницу по возможности поторопиться.

Торопиться на собственную казнь было глупо, но выбора не оставалось.

Когда они въехали в один из богатейших кварталов города, их окружила тишина. Шайди она показалась зловещей. Неким предзнаменованием будущей бури.

Карета остановилась перед высокими коваными воротами родового поместья. Девушка рассчиталась с возницей и наконец ступила на территорию родного дома.

Охранные печати сразу же обо всем сообщили и слугам, и хозяевам, поэтому девушка заранее опустила плечи и голову и вся сжалась, постаравшись стать меньше. Она и без того была миниатюрной и невысокой, однако сейчас мечтала вовсе превратиться в черепаху, у которой всегда есть возможность нырнуть в собственный панцирь.

Центральная дорога привела ее к роскошному трехэтажному особняку. Величественный и безупречный дом, выстроенный очень талантливым архитектором, который подарил этому месту особенный характер, а не создал очередное пафосное жилище.

Светлый камень выглядел благородно, широкая каменная лестница словно бы приглашала подняться к главному входу, ажурные украшения придавали легкость общему виду.

Шайди любила свой дом.

Девушка осторожно переступила его порог. Вышедшая встречать молодую хозяйку служанка вежливо поклонилась и замерла в ожидании поручений.

Юная десса покачала головой, давая понять, что ей ничего не нужно.

— А папа в гостиной?.. — спросила Шайди дрогнувшим голосом.

— Да, дессат дожидается вас.

Заклинательница нервно сглотнула.

Служанка посмотрела на нее сочувствующе и даже сжала кулачок в жесте поддержки.

Девушка распрямила плечи и решительно направилась внутрь дома.

Гостиная полнилась светом всех осветительных артефактов, что только вмещала в себя, поэтому ощущение позднего вечера тут же пропало. Вокруг девушки сомкнулась хорошо знакомая гостиная: красивая, изящная мебель, светло-серые ткани, широкие окна почти до самого пола.

Хозяин дома, глава семьи, расслабленно сидел как раз в одном из кресел и читал вечернюю газету.

Очки, сдвинутые на кончик носа именно так, чтобы бросать выразительные взгляды поверх тонкой оправы, сказали Шайди о настроении отца всё и даже больше. Глаза у отца были светлые и выразительные и умели метать грозные молнии.

Он все еще был одет в официальный костюм, сшитый на заказ и сидящий на его высокой мощной фигуре совершенно великолепным образом. Раз не домашняя одежда, значит, глава дома не позволял себе расслабиться до этого момента.

Когда дочь появилась перед ним и замерла ровно перед краешком пушистого ковра, что застилал весь центр огромной комнаты, мужчина не прекратил своего занятия.

— Добрый вечер, папа.

— Добрый вечер, Шайди. Как ты добралась домой?

— На наемном экипаже.

— У нас пять собственных экипажей.

— Да, но…

— И, если ты где-то задерживаешься, мы с мамой просим предупреждать об этом.

— Да, но…

— Все можно обсудить, дорогая дочь. Абсолютно все. И тогда не потребуется сбегать из дома, словно каторжнику из заключения, и пропадать невесть где целый день, а потом стоять посреди родного дома с покаянным видом, надеясь, что он может тебя спасти, — отчеканил мужчина, со злобой складывая несчастную газету и отшвыривая ее прочь.

— Папа! — вспыхнула девушка.

— Шайдиссара Норвен, ты очень меня разочаровала! — прогремел на весь дом голос отца.

Глава 1.2.

— Знаешь ли ты, во сколько проводится обеденный прием? — спросил девушку родитель столь строгим тоном, что захотелось опустить голову и устыдиться со всех сил.

— В пять вечера, — ответила Шайди, глядя на отца.

Она понимала, почему его гнев столь силен и что, несмотря на то что глава семьи сидел в кресле, его поза была далека от расслабленной. Молодая заклинательница даже была согласна с тем, что в чем-то виновата. Но не более того. Окончательно сдаваться под гнетом недовольства главы семьи она не желала.

— Верно. Мы ждали тебя до шести, — заметил сухим тоном мужчина. — Я говорил дорогим гостям, что моя дочь, как и положено в молодые годы, не особо следит за стрелкой часов, а потому немного задерживается. Мы ждали тебя до семи, и я говорил гостям, что молодые люди в наше время более своевольны и уже не подчиняются родительскому слову так же строго, как делали это мы в свое время. Мы ждали тебя…

— Потом мы уже не ждали тебя, Шайди, — прозвучал благозвучный голос матери.

Она — как всегда прекрасная и элегантная, несмотря на простую заплетённую светлую косу и платье без вычурных украшений, — появилась в гостиной совершенно бесшумно, тут же направилась к дочери и заключила ее в нежные объятия.

— Ты не голодная, солнышко мое? Небось нигде и не ела нормально весь день, — поглядев на девушку, проворковала женщина.

— Амрин, я, вообще-то, отчитываю нашу дочь.

— Барнет, ты можешь отчитывать нашу дочь, когда она поест или прямо во время того, как она ест. Тебе тоже не помешает перекусить, ты так дергался весь вечер, что не съел ни крошки.

Глава семейства шумно засопел.

Он все еще сурово сдвигал широкие брови к переносице и старался изображать родительское недовольство буквально всем телом, но у него плохо получалось.

Барнет Норвен чувствовал облегчение на сердце оттого, что дочь вернулась и он увидел, что с ней все в порядке, и только это было по-настоящему важным. Остальное можно пережить.

— Папочка, извини, я правда забыла, — ласково-ласково и нежно-нежно проворковала Шайди, как это обычно делают маленькие дети.

Маленькой она уже давно не была, что порой вносило сумятицу в отцовскую душу, однако такой тон все еще на него действовал.

Глава семейства почти оттаял и держался лишь на упрямстве — фамильной черте.

— Забыла? Ты забыла, что обязана присутствовать на домашнем приеме, на котором ты буквально должна быть центром всего действа?

Шайди почесала ушко. Амрин, все еще стоявшая рядом с девушкой, ласково улыбнулась и дочери, и мужу.

Мужу особенно, и Барнет Норвен смог лишь вздохнуть.

Как любой мужчина, слишком любящий свою семью, он поддавался этим малейшим влияниям, словно был наивным мальчишкой, а не зрелым главой семейства.

— Где ты была? — спросил он, решив, что вызнать правду все равно имеет право.

— Я просто прогуливалась, а потом встретила знакомую, и мы заболтались…

— Всеблагие, я даже не знаю, хорошо или плохо, что ты в свои двадцать три года все еще не умеешь врать, — вздохнул Барнет, сдергивая очки и потирая переносицу.

Амрин хохотнула.

Она прошла через центр комнаты и села на подлокотник кресла, чтобы оказаться рядом с мужем. Совершенно естественным образом она коснулась рукой его руки, и узкая ладошка потонула в мужской широкой ладони.

Амрин Норвен была светловолосой, невысокой и изящной, дочь именно от нее взяла большинство внешних черт. Женщина смотрелась почти фарфоровой статуэткой на фоне своего статного супруга. Но именно это придавало их паре особую красоту, которую невозможно было не отметить.

— Это не ложь! — возмутилась Шайди.

— Тогда договаривай, — мягким тоном произнесла Амрин, но этого было достаточно.

Девушка протяжно вздохнула:

— Просто мне сказали, что тетушке брата моей подруги требуется помощь с мистиками и нужен хороший заклинатель, а я ведь немного увлекаюсь, и я согласилась посмотреть…

Барнет поднялся со своего места. Амрин внимательно проследила за супругом.

— Немного увлекаешься… Да ты только и занимаешься, что этими мистиками! — вновь довольно грозно произнес мужчина.

— Но мне это нравится. Настраивать заклинания — это очень интересно! — ступила вперед Шайди, отстаивая собственное занятие.

Глава семьи сверкнул глазами, как умел только он.

Амрин поглядела скептически на членов своей семьи, потом схватила апельсин из тарелки с фруктами, что всегда стояла в гостиной, и принялась его чистить.

— Дорогая дочь, скажи, где, ну где я ошибся в твоем воспитании, что тебе интересно… такое?

— Что значит «такое»? Папа! Я. Настраиваю. Заклинания. Я буквально объясняю магии — магии! а не человеку, — что от нее нужно! И у меня получается.

— Ты объясняешь магии, где мыть полы и когда вовремя переворачивать блины на сковороде!

— Ну и что? Мистики выполняют только бытовые заклинания. Но это облегчает людям жизнь. Что в этом такого?

— Ты занимаешься ерундой!

— Ах ерундой?!

— Да, Шайди! Это обычные заклинания! Обыкновеннее некуда. Заклинателей для мистиков сотни и тысячи. Как продавцов булочек. Ничего выдающегося. Ты не создаешь истинную магию, не создаешь невероятные артефакты, ты не помогаешь магическому прогрессу. Ты просто балуешься, как капризный ребенок.

Девушка возмущенно вдохнула, потом выдохнула, потом вновь набрала в грудь побольше воздуха.

— Держите, дорогие мои, — подала Амрин обоим по половине апельсина.

Дорогие взяли предложенное, даже не задумавшись ни на секунду.

Шайди гневно отломала дольку апельсина и сунула себе в рот.

— Амрин, ну что нам с ней делать? — воскликнул Барнет в отчаянии. — Она упряма, как стадо быков.

— Она упряма ровно как ты, дорогой супруг, — ласково улыбнулась женщина ему.

Он нахмурился, будто бы не поверил. Отломил апельсиновую дольку и с тоскливым видом ее прожевал.

— Абсолютный слух! Великолепное сопрано! Великолепное! Диапазон в четыре с половиной октавы! — принялся сокрушаться Барнет, как сокрушаются главные герои оперы, когда буквально рушится весь их мир. — Такой музыкальный дар, а она мистиков настраивает. Шайди, ты можешь взойти на вершину, которую даже я не покорил.

Девушка доела апельсин.

— Отец, вы покорили абсолютно все вершины, — попыталась польстить она ему. — Куда мне до вас…

— Ты бы блистала на лучших сценах королевства. Ты бы пела для правящей семьи…

Шайди промолчала.

Барнет Норвен — один из величайших теноров современности, один из знаменитейших оперных исполнителей их королевства. И ее отец. И она — его дочь, в которой проявился не меньший талант.

Внешность — от мамы, талант — от папы. Она сумела взять все самое лучшее, Всеблагие оказались щедры на дары.

Шайди все знала про свое великолепное сопрано. Но она не хотела петь.

Ее не прельщала сцена, ей не нравились устремленные на нее зрительские взгляды. Она не боялась выступать, просто она не ощущала никакого вдохновения. Отец жил музыкой и своим творчеством, а девушка оказалась не в силах разделить его увлечение.

Ей нравились мистики.

Такие милые и забавные. Да, очень простые, да, обыкновенные, да появляющиеся лишь для того, чтобы выполнять мелкие поручения. Это не та магия, которая создана для подвигов или невероятных открытий. Это магия… для жизни.

Как будто откликнувшись на эти мысли, один из мистиков вкатился в гостиную. Темно-синий, он пролетел вдоль окон и осторожно закрыл распахнутые створки. И тут же по подоконникам застучали капли дождя. Магическое явление, убедившись, что гостиной не угрожает затопление, поспешил ее покинуть.

Это был мистик одной из служанок их дома. Он выполнял такие вот мелкие поручения.

— Вот это тебе интересно? — указал Барнет на скрывшееся в коридоре порождение.

— Это так плохо? — сосредоточенно спросила у него молодая заклинательница.

Барнет поджал губы.

— Это не плохо, Шайди, — вступила в разговор Амрин, внимательно посмотрев на дочь. Женщина встала рядом с мужем. — Но ты уверена, что именно этим хочешь заниматься всю жизнь?

Девушка смутилась.

Про «всю жизнь» она не думала. Трудно думать в двадцать три года о «всей жизни».

— Ну хорошо, — вдруг решительно сказал отец, — пойдем от противного. Музыкой ты заниматься не хочешь?

— Не хочу, папа, извини.

— А свои вот эти заклинания готова настраивать хоть весь день?

— Готова.

— Отлично. Тогда займись этим.

— Что? — опешила девушка.

Амрин тоже с искренним удивлением посмотрела на супруга.

В их доме если и случались противостояния, то именно из-за того, что отец с дочерью никак не могли понять друг друга. И вдруг такая перемена.

— Да, займись своими обыкновенными бытовыми заклинаниями. Возись с этими комочками, сколько душе угодно. Но, Шайди… займись этим всерьез, — продолжил говорить Барнет. — Открой лавку. Заклинатели ведь открывают лавки, да? Начни свое дело, поставь его на ноги, развивай его. И… докажи мне, что в этом ты гораздо лучше, чем в том, с какой легкостью ты извлекаешь звук своими связками.

— Папа… папочка, — взвизгнула девушка и бросилась отцу на шею, — я правда могу этим заняться? И могу больше не ходить на уроки вокала?

— Пока ты по-настоящему учишь эти кругляшки приносить ведро с тряпкой или подавать стакан со стола, то хорошо, я смирюсь, — приобнимая дочь, пробормотал Барнет.

Амрин со всевозрастающим шоком таращилась на мужа, словно не с ним прожила двадцать пять лет.

Шайди звонко чмокнула отца в щеку.

— Барнет Норвен, что ты задумал? — взволнованно спросила жена великого тенора.

Их дочь, слишком окрыленная неожиданной удачей, не сразу поняла, насколько серьезен тон матери.

— Папочка… ты что-то задумал? — с угасающей на лице улыбкой тихо спросила заклинательница.

— Я? — изобразил тот искреннее недоумение. — Я певец, а не политический интриган, в чем вы меня подозреваете?

Шайди неуверенно взглянула на мать. Та казалась напряженной.

— Да, дорогая дочь, я готов отступить и предоставить тебе свободу действий, — изобразил широкий жест Барнет, как бы открывая для девушки все пространство вокруг. — Полную свободу, девочка моя. Делай все, что посчитаешь нужным. Учи мистиков стирать мел с доски и выбивать ковры. Твое увлечение, твое дело, твои усилия.

— Ох, Барнет, ты серьезно? — воскликнула Амрин, догадываясь, к чему все идет.

Взгляд девушки заметался между родителями.

— Я не совсем понимаю…

— Шайди, –великий тенор сжал руки дочери в своих широких теплых ладонях, — что же тут непонятного? Все ведь очевидно. Ты должна всего добиться сама. Репутации, связей, заказчиков, доверия и… дохода. Настраивай свои заклинания сколько угодно, но без моих денег.

Шайди моргнула. Еще раз. И еще.

— Без денег?..

— Да, конечно. Ты серьезна в своих намерениях, а значит, они должны быть подкреплены делом.

— Барнет, ты что, выгоняешь нашу дочь из дома? — вмешалась хозяйка дома, обретя почти воинственный вид и готовая отстаивать права своего дитя во что бы то ни стало.

— Амрин, не делай из меня чудовища, я не буду лишать ее крыши над головой. И куска хлеба с ломтиком ее любимой слабосоленой рыбы тоже. Но платья к будущему приему у губернатора не куплю, как и новые украшения. Не куплю я и дорогую канцелярскую бумагу, что она использует под черновики, на которых расписывает заклинания. Чернила и перо тоже не куплю. Для настройки заклинания, кажется, нужны какие-то предметы и артефакты еще, да? Вот это все не куплю. Дом и еда — это, безусловно, остается, все остальное, моя дорогая дочь, только через твои усилия.

Сказав это, Барнет отступил и сложил руки за спиной. Эта поза как бы говорила о том, что он сказал все, что хотел сказать, и будет стоять на этом до самого конца.

Великий тенор, проводящий половину жизни на сцене, порой и в обычный быт переносил свое театральное искусство.

— Тогда я согласна с отцом, — спокойно и даже с некоторым одобрением заключила Амрин.

— Мама! — резко обернулась Шайди к родительнице.

— А что? Звучит вполне справедливо. Ты должна бороться за свою мечту, солнышко мое.

«Солнышко» нервно хохотнуло.

Бороться это да… Она вот боролась последнее время неистово. И вот она получила то, что хотела…

Внутри что-то дрогнуло.

Без денег отца полностью создать свое дело?

Она действительно занималась мистиками, но… между балами, обедами с подругами, походами по ювелирным лавкам, посещением главных театральных премьер и прочими мелочами, которыми так славно обременена юная и незамужняя десса.

Шайди закусила губу.

Теперь все действительно звучало серьезно. И отчего-то сразу стало не так весело, как раньше. Но… она не чувствовала, что готова сдаться. Готова вот так вот покориться, променяв свое увлечение на блага.

— Хорошо. Я согласна.

Отец сдержанно улыбнулся.

Дочь и правда вся в него.

— Только давай установим срок. Допустим, полгода, — рассудил Барнет. — Я не прошу, чтобы ты прославилась на весь город, но, если через полгода твоя лавка не разорится, у тебя будут заказчики и ты не будешь получать от них никаких порицаний, я признаю твое дело.

— Иначе опять уроки по вокалу?

— Да, дорогая моя.

— Договорились, — девушка протянула руку отцу.

Он сжал хрупкую девичью ладонь, но в глазах дочери видел уже искорки огня, сказавшие ему намного больше, чем, возможно, знала Шайди о себе самой.

Глава 2.1.

Проворочавшись всю ночь в постели и урвав только несколько часов сна ранним утром, Шайди поднялась.

В голове теснились мысли, и поэтому весь утренний ритуал омовения она провела, не выныривая из них. И теперь сидела на мягком кресле перед огромным зеркалом, причесывая волосы.

Итак, она должна отнестись к своему делу серьезно. Что ж, справедливо.

Осталось только понять, как ко всему этому подступиться…

Заклинатели открывают свои лавки, и мистиков им приносят для настройки так же, как приносят часы часовщикам. Иногда, конечно, нужно прийти к клиентам, но это реже.

Значит, лавка.

Место, где она будет по-настоящему работать.

Шайди почувствовала приятный внутренний трепет. Это, должно быть, очень интересно, когда у тебя множество заказов и все они разные. Сейчас все, что ей перепадало, это какие-то случайные просьбы. Ведь у нее ни статуса, ни имени нет в этой сфере. Даже подруги и то редко к ней обращались, потому что всегда было проще оплатить работу настоящего заклинателя, у которого есть рабочее место и рабочий график. Сама же Шайди, как и любая молодая десса, не сидела каждый день в четырех стенах, и застать ее дома порой было трудно.

Если она откроет свою лавку, все обретет более серьезный статус. Именно это ей и нужно. Чтобы отец не думал о ее увлечении как о капризе.

Лавку же необязательно строить, правда? Наверняка есть множество мест, что сдаются в аренду.

В их квартале наверняка есть такие. Да и с местными заклинателями она хорошо знакома. Множество раз бывала у них, общалась. Они охотно разговаривали с девушкой, что тоже интересовалась таким интересным делом, как настройка магии. Очень милые люди.

Определив для себя план действий, Шайди решительно подскочила и влетела в огромную гардеробную.

Всякие милые платья сегодня точно не подойдут. Поэтому девушка выбрала для себя однотонный светло-голубой костюм-двойку из легкой ткани, едва украшенный белоснежным шитьем и прелестными серебряными пуговицами. Тот сидел идеально по фигуре, был строг по своему крою и придавал ей достаточно официальный вид. Из обуви она избрала светлые туфли на устойчивом каблуке.

Украсила мочки ушей красивыми маленькими золотыми сережками и, прихватив передние пряди волос, застегнула их на затылке изящной заколкой.

Повертевшись перед зеркалом, Шайди осталась довольна своим обликом.

Сначала она сходит к заклинателям, посмотрит, есть ли свободные помещения, затем отправится к канцеляристам. Кажется, именно эти люди занимаются тем ворохом бумаг, что сопровождает всякого взрослого человека в жизни, стоит ему только ступить в большой мир.

Девушка спустилась вниз и прошла в столовую. Отец уже допивал чай, а мама, видимо, ушла проверять свои любимые цветы и как они себя чувствуют под щедрым летним солнцем.

Шустрая кухарка сразу же подала юной дессе завтрак. Шайди вежливо ее поблагодарила.

— Я сегодня отлучусь по делам, скорее всего, буду снова поздно, — самым деловым тоном произнесла девушка.

— О, значит, не передумала за ночь? — с едва заметной улыбкой спросил Барнет.

— Я не передумаю.

Отец неопределенно пожал плечами.

— Более того, я решила, что это отличная мысль, папа. Заняться заклинаниями как следует. Так что я благодарна тебе за эту возможность.

Барнет подпёр гладко выбритую щеку кулаком и утомленно вздохнул, глядя на дочь. Когда он становился таким, никто бы и не узнал в нем великого тенора, не раз выступавшего перед самим королем. Он походил на всех отцов в мире разом, чьи дочери вдруг выросли и решили, что могут идти покорять этот свет.

— Может, мне тебя просто замуж отдать?

Шайди вздрогнула, и фарфоровая чашка звякнула о блюдце, когда она ее поставила обратно.

— Зачем это?

— А пусть с тобой муж мается.

— Папа, — с укоризной произнесла молодая заклинательница. — Благо, прошло то время, когда мнение дочерей не спрашивали в таких вопросах. Это ж безумие какое-то…

— Ну не знаю. Столетиями так жили и вроде выжили вот.

— Кого же ты мне прочишь в мужья? — не сдержала любопытства молодая заклинательница.

— Сына дессы Олвеин? Очень приятный молодой человек, — задумчиво протянул Барнет.

— Который занят ботанической наукой так сильно, что его почти не слышно и не видно. Полагаю, что когда-нибудь он окуклится, как гусеница, и останется в этом панцире навсегда, — критично поджала губы Шайди.

— Сын дессата Солрана? — последовало новое предложение от великого тенора.

Девушка поворошила память.

— Наоборот, слишком охоч до развлечений. Кажется, только ими и занят, — покачала она головой.

— Племянник дессата Алдре?

— Ой нет! — воскликнула Шайди с таким испуганным видом, что это развеселило Барнета. — Да он красивее всякой девицы. И то и дело ловит свой образ в каждой отражающей поверхности. Он в каком-то нездоровом восторге от самого себя.

Хозяин дома громко рассмеялся:

— Какие сейчас, однако, придирчивые юные дессы.

— Все, я пошла, — поднялась девушка.

Она подошла к отцу, чмокнула его в щеку, весело улыбнулась и вышла из столовой.

Оказавшись на улице, она увидела в отдалении маму и садовника. Оба были до крайности озабочены тем, где наметить очередную цветочную клумбу. Вокруг них носились два мистика: один принадлежал хозяйке дома, второй — ее верному работнику. Их маленькие магические помощники, которые присматривали за многоцветием, что росло вокруг всего особняка.

Между прочим, это именно она, Шайди, настраивала этих мистиков. И магия отлично работала, без единого сбоя.

Решив, что все сегодняшние дела не так уж далеко заведут ее от дома, заклинательница вновь проигнорировала экипажи семьи. Хватит и портальных переходов. Девушка уже мысленно подготовила себя к тому, что придется потерпеть их воздействие.

Юная десса добралась до первого из порталов и с его помощью перенеслась из жилой части родного квартала в торгово-ремесленную.

Здесь, как всегда, все двигалось, говорило, шумело, кипело и очень ярко проявляло суету каждодневной жизни.

Всевозможные ремесленные лавки, ресторации, магазины, мастерские — у многих были открыты двери и окна в честь теплого дня.

Столица Далмийского королевства, славный город Лимарион, большую часть года нежился в лучах солнца. Точно так же, как знал и бури, и проливные дожди, порой казавшиеся божественным бедствием. Но сегодня было ясно и ничего такого не грозило.

Девушка принялась неспешно прогуливаться и осматриваться, заново изучая знакомые улицы.

Все здесь выглядело красиво и достойно. Богатый уголок богатого квартала. Поэтому даже прачки сверкали накрахмаленными белоснежными передниками и чистыми аккуратными руками. У них водились деньги на то, чтобы убирать последствия непростой работы.

Шайди, как следует все обдумав, пошла к тем заклинателям, которых хорошо знала.

Заодно она оценила само место. «Лавка быта дессата Даннета» была очень знаменитым местом. Хозяин славился добрым характером, а его лавка — отличным исполнением всевозможных заказов. Не существовало задания, которое бы они не смогли выполнить. Они настраивали мистиков для всего, что только было на этом свете.

Девушка окинула взглядом внушительный трехэтажный дом из светлого камня со множеством кристально чистых окон, украшенный резными барельефами.

Стоило ступить внутрь, как гостя тут же окружал свет и уют. Здесь все было обустроено так, чтобы настроить на хорошее расположение к месту.

Молодая заклинательница дошла до стойки распорядителей, и ей повезло, что она сразу увидела одну из своих знакомых.

Обменявшись приветствиями и незначительными фразами, Шайди задала главный вопрос и сразу же услышала на него ожидаемый ответ.

— Аренда собственного помещения? Да, конечно, свободные места в квартале есть. Другое дело, что нужно оценивать, что больше подходит и удобно ли оно расположено. Да и не все арендодатели — хорошие ребята… Сейчас, погоди минутку, я посоветуюсь.

Знакомая исчезла из поля зрения Шайди и вернулась только спустя добрых десять минут.

— Вот, я спросила одного из наших главных управляющих, он сказал, что присматриваться лучше всего к этим местам.

Она протянула девушке записку, где разборчивым почерком были написаны три адреса и три имени.

— Будешь свое дело открывать?

— Хочу присмотреться, — обтекаемо ответила Шайди.

— Из тебя выйдет опасный конкурент, — хихикнула работница «Лавки быта».

Девушка мягко улыбнулась.

«Конкурент» звучало грозно. Однако вряд ли она быстро станет такой силой, с которой придется считаться. Например, вот такое здание в три этажа ей пока точно не нужно. Можно начать с чего-то менее масштабного.

Шайди, окрыленная тем, что пока все задумки удавались, пошла дальше в своем путешествии по улицам и достигла первого адреса.

Двухэтажный дом очень опрятного вида. На первом этаже располагалась чайная, а второй вот пустовал.

Девушка смело вошла внутрь и спросила, как ей встретиться с хозяином здания.

Встреча произошла быстро, хозяин был на месте и довольно тепло принял потенциального арендатора.

— Вот, пожалуйста. — Он проводил ее на второй этаж и принялся все показывать. — Здесь будет где расположиться. И зал для приема гостей, и кабинет для вас и вашего секретаря, вот здесь вполне могут разместиться ваши финансисты и канцеляристы, и несколько подсобных помещений, и две полностью оборудованные мастерами-кузнецами комнаты-хранилища. Там сможете со всем спокойствием хранить все самое важное и ценное, включая магические предметы.

Шайди в некотором ошеломлении рассматривала площадь, что ей готовы были предоставить.

Секретарь? Финансисты? Хранилища?

У нее всего этого нет… Точнее, ей все это пока не нужно… Не нужно ведь? Она просто хочет маленькую скромную лавку…

— А какая сумма аренды?

— Самая симпатичная, — улыбнулся мужчина. — Пять тысяч золотых в месяц. Вносите сразу задаток и за первый месяц уплачиваете вперед. И все это будет в вашем полном распоряжении.

Только потому, что у нее был опыт выступления на сцене, Шайди справилась с эмоциями.

Пять тысяч золотых?!

— Как вы понимаете, десса, это в границах разумного. Здание хорошее, новое, стоит на одной из главных улиц, а не в каком-нибудь уголке. Да и портальный переход недалеко. Сюда очень удобно добираться людям.

Она кивала в такт его словам, при этом пытаясь как-то уложить в голове цифру.

У нее нет пяти тысяч. Десяти, что она должна заплатить сразу, тем более нет!

Шайди еще вчера вечером аккуратно подвела итог своим финансам, так как отец однозначно дал понять, что больше ничего не выделит дочери из капитала семьи. И вчера вечером ей казалось, что все не так плохо…

У нее имелись кое-какие сбережения. Она всегда старалась откладывать определенную сумму, если вдруг понадобится покупать книги по заклинаниям. И был очень скромный ручеек тех средств, что складывались из оплаты за ее труд как заклинателя. А так как заказы были редкие и хаотичные, то она не приобрела многого…

У нее нет десяти тысяч золотых!

Поэтому со зданием пришлось распрощаться.

Ну у нее и секретаря нет, поэтому ей такое большое помещение и не нужно. Да, именно так.

Второе здание выглядело уже не таким новым и располагалось не так удобно. А в соседях вовсе никого не имелось, рядом что-то перестраивалось, а с другого края какая-то мастерская тоже была полностью закрыта, отчего эта сторона улицы выглядела почти пустынной. И Шайди здесь не понравилось.

Третий адрес оказался самым эффектным. Лучшее расположение, первый этаж, портальный переход прямо напротив. Стоил он больше первого предложения, из-за чего юная десса лишь тяжко вздохнула, с тоской посмотрела на хозяина здания и ушла.

Девушка добрела до небольшой таверны, чьи столики располагались в том числе и на улице. Села за один из них, заказала себе чай с пирожным и принялась думать.

Итак, про квартал рядом с домом можно было забыть. У нее не хватит никаких средств на то, чтобы здесь обустроиться.

И куда ей идти? Что искать?

Затосковав, Шайди съела первое пирожное и заказала второе.

— Можно просто выйти замуж за племянника дессата Алдре. Я подарю ему зеркало, он будет любоваться собой, а я в это время буду заниматься своими делами.

Девушка хмыкнула в ответ на свои же рассуждения.

Затем она неожиданно вспомнила, как та самая цветочница, Вейра, из-за помощи которой она вчера пропустила домашний концерт, говорила о том, что в ее ремесленном квартале закрылась лавка заклинателя. Кажется, там работал какой-то очаровательный старичок, но достиг уже почтенного возраста, и дети уговорили его закончить с делами и уйти на заслуженный отдых. Именно поэтому цветочнице срочно потребовалась помощь, а ее не оказалась рядом.

Шайди обдумала это. Не совсем понятное место, так как она не расспрашивала о нем и не рассматривала его. Что за лавка и где именно… Понятно, что далеко от дома. Другая часть Лимариона.

Но попробовать стоило.

Молодая заклинательница решительно поднялась.

Глава 2.2.

Через час с четвертью с помощью портала и наемной кареты Шайди оказалась у цветочной лавки, которую вчера покинула в такой спешке.

Теперь девушка пригляделась к ней куда придирчивее. Впрочем, ничего особенного не обнаружила. Фасад одноэтажного небольшого здания был симпатичным, аккуратным. Большое стеклянное окно вместо одной из стен открывало вид на зону хранения цветов, служа как бы заодно и витриной. Все выглядело чистым и добротным. За лавкой действительно хорошо следили.

Вейра обернулась, когда мелодичный колокольчик звякнул, объявляя о посетителе.

— Ой, здравствуйте, — улыбнулась она, встречаясь взглядом со знакомой.

— Здравствуйте, — вежливо ответила Шайди.

— Вы вчера так быстро убежали… успели?

— Нет, не успела.

— Ох, отец ругал вас?

— Несильно. Мы пришли с ним к некоторому компромиссу.

— Что ж, это хорошо. Семья не должна ссориться.

В этот же момент один из посетителей отвлек хозяйку магазинчика, и Шайди пришлось подождать, пока они подберут букет. Затем девушки остались наедине.

— Вейра, скажите, пожалуйста, вы вчера упомянули, что какая-то лавка заклинателя поблизости закрылась…

— Да, — охотно ответила женщина, переставляя освободившиеся вазоны подальше, чтобы не мешались под ногами. — Дессат Орвин Дамель уже в почтенном возрасте, и дела ему вести стало тяжело. Сами понимаете, мистики — это не совсем та магия, с которой посидишь спокойно.

Шайди кивнула. Она понимала.

— Значит, лавка закрылась и место освободилось?

— Да, сдается в аренду. Орвин сам же и владелец здания, поэтому, конечно, в первую очередь хочет сдать своему соратнику по ремеслу. Ну а там как получится…

— Хорошее место?

— Очень хорошее, — искренне ответила Вейра. — У нас вообще замечательный торгово-ремесленный квартал! Безупречная репутация у всех, кто здесь работает. Да и вид мы имеем очень приличный, вы, наверное, успели оценить.

Шайди промолчала.

Она особо не рассматривала. Так как еще не знала, получится ли задуманное. К тому же все торгово-ремесленные кварталы похожи друг на друга. Их и строят так, чтобы люди, заглянувшие сюда, быстро нашли все нужное и точно понимали, куда им идти даже в первый раз.

— Десса Шайди, а вы что же, хотите там оборудовать свою лавку?

— Пока не знаю. Надо посмотреть.

— Так давайте прямо сейчас. Я могу вас проводить.

— Если вам это удобно.

— Конечно!

Вейра вынырнула из-за стойки и направилась вперед. Молодая заклинательница последовала за ней.

Хозяйка цветочной лавки выставила в окне табличку о перерыве в пятнадцать минут и повела свою знакомую по широкой улице квартала. Они удалились от изящного и высокого арочного свода, что и служил входом в квартал, так как лавка цветочницы стояла почти возле него.

Улица здесь была всего одна — если не считать небольших закутков, которыми пользовались исключительно торговцы, чтобы подвезти и увезти товар, — большая и просторная. От нее уже расходились дорожки в левую и правую стороны, и каждая подводила к лавке, мастерской или ресторанчику.

Все вывески оказались сделаны в едином стиле и смотрелись красиво. Большие и яркие, словно только что обновленные.

Здесь было чисто и аккуратно, несмотря на разгар дня и всюду сновавший народ. Народ Шайди понравился. Точнее, его наличие в таком количестве. Значит, квартал и правда процветает.

Пусть здесь не было откровенного налета роскоши, какую она видела прежде, все здесь говорило о стабильном достатке.

Она не видела ни одного фасада, с которого бы где-нибудь отошла краска или отвалился кусок камня.

Вейра довела ее до середины улицы, когда стала видна заветная вывеска о сдаче в аренду. На ней даже была приписка, что заклинатели в приоритете.

Провожатая подошла к вывеске и коснулась ее рукой. Та содержала магическое значение, и прикосновение для хозяина лавки стало сигналом. Он услышал, что к нему пришел посетитель.

Дверь лавки отворилась. На пороге показался сухой седовласый старик невысокого роста и с пышными усами. По возрасту он, должно быть, переступил шестидесятилетие, но дряхлым не выглядел. Первое впечатление он создавал очень даже бодрое, да и взгляд имел острый. Он тут же впился в Шайди темными глазами, оглядел всю и неоднозначно хмыкнул.

Девушка насторожилась.

— День добрый, дессат Орвин, — поздоровалась с ним Вейра как с давнишним знакомым. — Привела к тебе заклинательницу, моя хорошая знакомая. Ей очень интересна твоя лавка.

— Приветствую, дессы, — ответил хозяин здания без всякой доброжелательности.

Голос его оказался басовит и мощен, чего никак было нельзя ожидать от такого худого тела.

Он точно тот самый старичок, у которого нет сил управляться с мистиками и дети забрали его, чтобы он уже отдыхал от всяких дел в свои зрелые годы? Шайди немного сомневалась в полученных ранее сведениях.

— Не слышал, Вейра, чтобы у тебя водились такие знакомые, — критично подметил старик.

— Я не рассказываю тебе обо всех своих знакомых, Орвин. Это же будут бесконечные разговоры, — не моргнув и глазом, ответила ему цветочница.

Шайди покосилась на обоих.

Кажется, у ее потенциального арендодателя непростой характер. Но, по всей видимости, те, кто его уже какое-то время знал, умели с этим характером управляться.

— Поверь, эта девушка отлично работает. Можешь прийти посмотреть моих мистиков, которых она настроила. Никаких нареканий, — продолжала убеждать мужчину Вейра.

— Что ж, ладно. Давайте пообщаемся. Я ж не против, просто такая молодая… Проходите.

Вейра украдкой подмигнула Шайди и махнула ей рукой в знак прощания. Дальше девушка явно должна была справляться сама.

Она поднялась по трем ступеням, отметив их превосходный вид, и вошла внутрь лавки.

Первый зал служил приемной для посетителей. Здесь было довольно просторно. Все из натурального дерева, потолки с перекрытиями и гладкий дощатый пол, который ни разу не скрипнул под ногами.

Впереди располагалась высокая и широкая стойка. За ней вдоль стены — несколько шкафов с журналами учета, какими-то книгами и бумагами, которые помогали заклинателю в работе. Больше отметить было нечего, кроме того, что помещение содержалось в чистоте и аккуратности. Вероятнее всего, дессат Орвин очень любил свою работу и просто не считал нужным привносить в нее лишние детали. Поэтому даже цветов на окнах не было.

— Как ваше имя, юная десса?

— Шайди Норвен.

— Где работали ранее?

— Официально нигде, — ответила девушка, стараясь контролировать свой голос, чтобы в него не просочилась неловкость.

— Интересно…, а теперь что же? — Орвин огладил свои пышные усы.

— А теперь пришло время поработать, — слегка улыбнулась заклинательница.

Орвин, судя по внимательному взгляду, явно заново оценивал свою гостью.

— Послушайте, если вы не серьезно…

— Я очень серьезно, — перебила его Шайди.

Это было несколько невежливо, но она не хотела тратить много времени на то, чтобы убедить этого человека в том, что ей действительно нужна работа.

Хозяин лавки схватил чистый листок со стойки и положил его перед собой.

— Ответьте мне на несколько вопросов по заклинаниям.

«Несколько вопросов» по факту превратились в десятка два, не меньше. Орвин Дамель явно с большим недоверием отнесся к необычной посетительнице и пытался ее и запутать, и поймать.

Шайди ответила на все вопросы и обошла трудные места легко и изящно. Старик посмотрел на нее с уважением.

Ведь и правда молода, а знает изрядно… Обычно многие вещи приходят с опытом, но если она не работала нигде, то как же она все узнала? Видимо, сильно увлекается…

— Хорошие знания. Поймите меня правильно, я не из стариковской вредности это делаю. Просто я проработал в квартале более двадцати лет, и все привыкли к тому, что могут обратиться ко мне почти с любым вопросом. И думаю, что от… моего преемника будут ждать того же.

— Я не против, — спокойно кивнула Шайди, снова поглядывая по сторонам. — Покажете мне здесь все?

У Орвина не возникло никаких возражений, и он принялся показывать.

Второй этаж оказался жилой. Шайди отметила, что это неожиданно ее устроило. Лучше, чем возвращаться домой всякий вечер, а утром ехать обратно по полтора часа в каждую сторону.

В первые дни будет очень много дел. Пожалуй, ей стоит подумать, чтобы обосноваться тут.

— И какая стоимость?

— Шестьсот золотых.

Девушка обернулась к старику:

— Так дешево?

Она тут же прикусила себе язык. Не стоило спрашивать так прямо и показывать собственное незнание. Сейчас он из-за ее слов изменит цену на большую, и вот будет смех.

— Для заклинателей уступаю подешевле, — ответил Орвин так же честно. — Вот если бы никого не нашлось, тогда ладно… Знаете, я здесь долго проработал. Тут накопилась хорошая аура. Мистики становятся послушнее только от пребывания здесь. Да и соседство у вас, помоги Всеблагие…

— Соседство? — вскинула брови девушка.

— Кхм-кхм, нет-нет, простите, все хорошо, — неожиданно сильно смутился старик. — Весь квартал живет очень дружно.

Шайди поймала взгляд старика, что тот устремил на стену в левой стороне. Ту самую, что разделяла эту лавку и соседнюю. Но заклинатель вдруг впервые улыбнулся девушке, и она не стала придавать слишком большого значения его словам.

Ее занимало окружающее пространство. Со второго взгляда оно понравилось даже больше, чем с первого.

Пожалуй, тут не хватало уюта, но это скорее из-за разницы мужского и женского мировоззрения. Женщинам всегда хотелось оборудовать жилище чуть больше, чем мужчинам.

Но цветы на подоконниках точно нужны!

— Что ж, я буду рада обустроиться здесь. Если я вас устраиваю…

Девушка замерла в ожидании.

Старик окинул ее придирчивым взором и покивал как будто в ответ на свои мысли.

— Отлично. Я готов доверить вам свою лавку.

Он коснулся стойки рукой и осторожно провел по ней. В этом жесте было достаточно чувств, чтобы Шайди поняла: этому человеку явно трудно вот так расставаться с местом, с которым связано много лет работы и целый океан воспоминаний.

Но дессат Орвин быстро приободрился.

— Тогда давайте завтра все оформим в канцелярии, — произнес он быстро. — Здесь как раз недалеко, и можете приступать к работе. Надеюсь, у вас все получится.

Девушка благодарно ему улыбнулась.

В этот момент входная дверь приоткрылась, и в образовавшуюся щелку осторожно заглянул человек.

— О, ты здесь, — радостно воскликнул он, широко распахивая дверь и смело входя внутрь.

Вошедший выглядел моложе хозяина лавки заклинаний. Должно быть, ему еще не исполнилось и пятидесяти. Мужчина среднего роста, стройный, с хорошей осанкой, с черными волосами и зелеными внимательными глазами. Одет он был в штаны, рубашку и жилет, но, как мгновенно распознала Шайди, все ткани были дорогими, а выкройка по фигуре, индивидуальной. В общем, это был, скорее всего, не бедный человек.

— Просто ты так основательно собрался и уехал, что уж подумали, что и не увидим тебя вовсе, — продолжил говорить вошедший, посмеиваясь.

— Если только как своего посетителя, — пожал плечами Орвин.

— Значит, мистиками больше не занимаешься?

У старика заметно испортилось настроение.

— Нет, не занимаюсь. Вот, — он указал на Шайди, — новый заклинатель, юна, красива, талантлива. С ней явно дело будет иметь приятнее, чем со мной.

Человек любезно поклонился девушке, не обратив никакого внимания на ворчание своего знакомого. Девушка ответила ему сдержанной улыбкой.

— Реннард Вастен, ресторатор.

— Шайди.

— Просто Шайди?

— Шайди Норвен.

— Приятно познакомиться. И кажется, уже решено, что вы теперь одна из нас?

Орвин качнул головой, подтверждая это.

— Отлично. Мы искренне рады вам. Возьму смелость сказать это от лица всего квартала, — расцвел еще более широкой улыбкой Реннард.

— Спасибо, — по-прежнему сдержанно ответила Шайди.

— Скажите…, а когда к вам можно будет обратиться? — поинтересовался ресторатор. — У меня один мистик никак не обучится и в итоге не задвигает стулья за стол, а ставит их прямо ножками на столешницы. Та еще морока в конце дня.

Заклинательница немного растерялась оттого, что первый клиент нашелся сам собой, да еще так быстро.

Она даже обернулась к Орвину, пытаясь понять, что именно ей следует ответить.

Старик едва заметно кивнул.

— Думаю, что можно уже завтра, — протянула девушка.

— Хорошо. Тогда я к вам загляну. А ты, Орвин, нас не забывай, — обратился ресторатор к хозяину лавки.

Старик махнул рукой и что-то неразборчиво пробормотал.

Посетитель стремительно покинул их.

— Кажется, здесь и правда все довольно приятные люди, — произнесла Шайди.

Хозяин лавки пожевал губами.

— Так-то оно так, но… вы все равно присматривайтесь к людям. Здесь уже все равно не так, как лет пять назад. Многое изменилось, люди тоже изменились.

Орвин пустым взглядом посмотрел за окно, потом вздохнул:

— И не забудьте с Реннарда деньги взять! А то еще решите помочь лишь по доброте душевной.

— Я, может, свое дело и не вела никогда, но прекрасно понимаю, что прибыль не рождается из одних только словесных благодарностей, — со значением ответила Шайди.

— Вот именно, — с довольством кивнул собеседник.

Он зашел за стойку и принялся в ней копошиться, забирая, видимо, какие-то свои личные вещи.

Девушка, какое-то время постояв рядом, все же решила спросить:

— Скажите…, а почему вы закончили с делами? Мне кажется, что вы еще могли бы заниматься этой работой.

Орвин выпрямился и глянул на нее недовольно. Даже усы встопорщились.

— Простите. Это, наверное, прозвучало невежливо, — тут же замялась девушка.

— Молодость всегда излишне любопытна.

Он помолчал.

— Я… не справляюсь. Испортил нескольких мистиков, не смог настроить магию. Я никогда не получал никаких укоров о своей работе, а недавно сразу несколько клиентов вернулись с претензиями. Видимо, чувствительность к магии уже не та… Не хочу уходить после того, как окончательно потеряю репутацию. Лучше заранее.

Шайди внимательно на него смотрела, пока он говорил. Этот человек явно сожалел о том, что с ним происходит, но все же продолжал держаться. Он действительно решил уйти из профессии раньше, чем ему укажут на дверь.

Чувствительность к магии, или чувство магии. Это было очень важно для заклинателя. Мистики, которые ничто иное, как сгустки энергии, обретшей внешний вид, не умели ни говорить, ни мыслить. Не было способа им объяснить, нарисовать или показать. Магия так не общалась. Магия общалась… ощущениями. И эти ощущения нужно было поймать.

Именно поэтому заклинатели отличались друг от друга, как отличаются те же повара. Не каждый может создать очень вкусное блюдо. Не каждый заклинатель может все что угодно объяснить мистикам и настроить магию на выполнение любой работы.

И когда чувство магии терялось по каким-либо причинам, это давалось нелегко.

— Жаль только, праздник квартала пропущу… А это довольно весело!

— Праздник?.. — уточнила Шайди.

— Да, у каждого квартала есть традиция отмечать день своего основания и делать его праздничным. Заметите скоро, как все начнут украшаться. А посетители любят этот день за большие скидки. Это тоже традиция. Поэтому попадете на самый пик приготовлений. Можете, конечно же, тоже как-то поучаствовать. Ладно, я пойду. А с вами увидимся завтра.

— Да, завтра, — подтвердила девушка, направляясь к выходу уже почти что своей лавки.

Завтра у нее начнется совершенно новая жизнь.

Глава 3.1.

Ровно в полдень Шайди сжимала документы в руках и смотрела на свою лавку.

Ладно, согласно бумагам, все-таки лавка не ее, она лишь ее арендует у дессата Орвина, но это все нюансы. Кому важны нюансы? Если все получится — а у нее обязательно получится! — она выкупит это место и все будет совсем по-настоящему.

Ко всему прочему, день был солнечный и теплый. Квартал жил своей обычной жизнью, и выглядело все это очень воодушевляюще.

Шайди развернулась спиной к лавке и оглядела широкую улицу. Пока что на девушку никто не обращал внимания, пока что она не была частью этого…

Но это все легко исправить.

Заклинательница взбежала по трем ступеням, распахнула дверь и ворвалась внутрь.

У нее много работы. Очень много. Даже неизвестно, с чего начинать, но начать Шайди была настроена решительно.

Пожалуй, стоит все осмотреть еще раз и понять, как ей все здесь устроить под себя, чтобы удобно работалось.

Стоило отдать должное Орвину: он действительно любил свою лавку, поэтому девушка не нашла ни одной скрипучей половицы. Переставлять и даже красить окна не требовалось. Лак на приемной стойке не облупился ни в одном углу.

Она даже почувствовала некоторое разочарование, что всей этой работы — обустройства собственного гнезда — ее словно бы лишили.

И все-таки кое-что Шайди точно наметила поменять.

Нужно было переставить шкафы в приемном зале, добавить пару лишних полок и тумб. Она хотела поставить в одном из углов несколько кресел и, возможно, небольшой диванчик, чтобы люди, приходя сюда, имели возможность присесть.

Возможно, она даже организует чайный столик со всегда свежезаваренным чаем и какими-нибудь незначительными вкусностями.

По крайней мере, во всех салонах, где она бывала, всегда присутствовала такая мелочь. Но из-за нее создавалась атмосфера уюта.

Девушка перешла в рабочий зал, располагавшийся здесь же на первом этаже, скрытый за дверью, что вела во все внутренние помещения лавки.

Именно здесь можно было расположиться и работать с мистиками. Широкое помещение, точнее, два помещения, соединенных в одно. На это намекала потолочная балка, под которой явно была раньше стена, но ее снесли и объединили пространство.

Шайди мысленно его расчертила и тоже решила, что нужно будет все переставить. Она бы еще заменила кое-какую мебель, но с этим придется сначала прицениться.

Кладовые и подсобные помещения ее волновали сейчас в меньшей степени. Это могло подождать.

Благодаря все тем же стараниям Орвина даже в самом дальнем углу подсобки Шайди не нашла ни пылинки, ни соринки. Даже паутины не нашла. Идеальный порядок и аккуратность.

Она поднялась на второй этаж, обставленный на манер жилых апартаментов.

— Так-так-так, — пробормотала девушка, тоже иным взглядом теперь все оценивая.

Ведь именно сегодня утром она объявила родителям, что будет жить в своей лавке. По крайней мере, пока не освоится и со всем как следует не разберется.

Родители немного занервничали.

Не то чтобы они были против, чтобы взрослая дочь начала самостоятельную жизнь, но оба привыкли, что она возвращается каждый вечер домой, а здесь сразу такая разительная перемена. Да еще и не близко…

Барнет и Амрин переглянулись между собой, расспросили дочь, насколько она уверена в своем решении, и, получив гордый ответ — уверена! — отпустили. Правда, попытались навязать ей общество одной из служанок, что вполне могла побыть ей компаньонкой и помощницей на первый период, но Шайди отказалась.

Честно говоря, она пока не хотела представать перед чужими глазами в своем неустойчивом положении.

Она его оценивала именно так. Пока что она лишь представляет, что будет делать, но как сложится на самом деле… В общем, ей не нужны свидетели неудач.

Теперь Шайди оглядывала самую проблемную зону — свое жилье.

Дессат Орвин довольствовался скудным набором мебели и не самой роскошной обстановкой.

Девушка смущенно потёрла лоб.

Узкая койка-кровать, тумба, небольшой стол под самым окном с обычным деревянном стулом. Напольный светильник. Все.

— Не слишком уютно, — пробормотала девушка.

Потом она решительно прошла к столу, села за него, схватила бумагу, перо макнула в чернила и расчертила белый лист на столбцы.

Ей нужно было подсчитать свой скудный бюджет.

Вполне щадящая цена аренды во многом поддержала ее кошель, но все-таки ей следовало думать стратегически. То есть она вполне пока еще может не знать всех статей затрат. А клиенты вряд ли выстроятся к ней в очередь уже с сегодняшнего дня.

Прикусив кончик языка от усердия, Шайди вписывала все необходимые вещи, предметы и инструменты, что считала первой необходимостью. Против тех, что знала, писала примерные цены. К остальным добавляла знак вопроса, чтобы потом точно все выяснить.

Всю мебель здесь точно надо сменить. И поставить хорошую кровать, и постелить хороший матрас. Прекрасное мягкое постельное белье и легкое одеяло. Есть такие хорошие летние варианты.

Да, ей определённо это нужно.

И трехстворчатый шкаф до потолка… два шкафа. Нужно ведь куда-то перевезти платья.

И хорошо бы постелить на пол пушистый светлый ковер…

Шайди задумчиво подперла щеку рукой.

Она ведь сможет себе все это позволить?..

Ей ведь еще нужно купить несколько магических предметов и артефактов и оплатить работу плотников. И еще всякое по мелочи…

Девушка с досадой воткнула перо в чернильницу.

Мелочь — это у нее в кармане. Вот в чем суть.

Но она же хотела справляться, значит, справится.

Понадобился еще час напряженного корпения над записями и несколько листов, пока новая хозяйка лавки все как следует расписала, расставила приоритеты и составила отдельные списки и распределила задачи.

Словно бы в ознаменование окончания этой работы она услышала мелодичную трель колокольчика-артефакта. Тот сообщил ей, что у нее гость.

Девушка быстро спустилась вниз и увидела Реннарда Вастена. Ресторатор пришел как и обещал, вновь производя своим внешним видом впечатление человека небедного и с хорошим вкусом. Он принес своего мистика. Бледно-желтый комочек находился в специальной переноске-клетке и пребывал в полусонном состоянии.

— Вот. Что-то он совсем запутался. Поможете? — спросил мужчина с надеждой.

— Да, конечно. Проходите, — ответила ему Шайди.

Она встала за стойку, Реннард расположился напротив, поставив клетку с мистиком на столешницу.

Девушка невольно расправила плечи, почувствовав себя очень необычно в новой роли.

— Итак, какие у него задачи? — деловито спросила молодая заклинательница.

— Помогать мне в обеденных залах, ставить мебель на место, следить за ее расположением, смотреть, чтобы все было целым и чистым.

Шайди быстро записывала.

— Время его работы?

— После закрытия ресторана и до момента, пока все не будет в порядке.

— Куда он должен отправляться после того, как выполнит работу?

— Ах да, в свою подвеску, вот.

Реннард выложил перед ней небольшую чашу — типичное «гнездо» для мистиков. Чтобы они не мельтешили вокруг постоянно, для них всегда отводили место, где они находились, когда их помощь не требовалась.

— Отлично, — кивнула девушка.

Она уточнила еще несколько деталей, после чего произвела расчет.

— А вы хваткая девушка. Сразу такая цена… — усмехнулся ресторатор.

— Это еще со скидкой как первому клиенту.

— И единственному.

— Это только сегодня.

Он рассмеялся:

— Хорошо-хорошо, я не смею спорить. Заклинатель нам нужен, поэтому смею надеяться, что вы у нас приживетесь.

Реннард честно расплатился с ней.

— Приходите завтра, — назначила ему срок Шайди.

С заданной работой справиться ей будет несложно, но на всякий случай она не хотела слишком торопиться и назначила время с запасом. К тому же ей нужно заниматься и своими делами тоже, пока все еще не обустроено.

Реннард ушел. Шайди поглядела на мистика и улыбнулась ему. Магия не понимала внешнего проявления эмоций, но хорошо считывала ауру мыслей. Поэтому светло-желтый мистик мягко подпрыгнул и обернулся вокруг себя, что явно означало его отклик на хорошее отношение к нему девушки.

Она отнесла магическое порождение в рабочий кабинет, оставив таким образом задачу на вечер. Сама же покинула лавку, заперла ее и пошла добывать все то, что ей точно необходимо именно сейчас.

В квартале кипела работа и жизнь. Лавки, мастерские, магазины и ресторанчики встречали своих клиентов и гостей с радушием. Люди чувствовали искренность и приветливо улыбались в ответ.

Шайди поглядывала и за стайками ребятишек, что носились от мороженщика к лавке продавца фокусов, и за молодыми девушками, что с особой придирчивостью рассматривали за стеклянными витринами образцы элегантного кружева и тканей, и за семьями с детьми, сидевшими за летними столиками ресторанов и наслаждавшимися совместным временем.

Девушке здесь все больше нравилось. Действительно хороший квартал, радостный.

Так как ей здесь все было в диковинку, она внимательно читала все вывески, пока шла.

И нашла ту, что ее сейчас интересовала больше всего. Мастерская плотников.

Она вошла внутрь и оказалась в широком зале, в противоположном конце которого виднелась широкая и массивная стойка из хорошего темного дерева.

Шайди окружили характерные запахи: дерева, свежей стружки, масла и воска. Крохотные пылинки можно было заметить в воздухе: из-за ярких солнечных лучей, что проливались сквозь чистые окна, их легко было рассмотреть.

Зал для посетителей выглядел почти рабочим пространством. Здесь была лишь стойка да пара добротных стульев, придвинутых спинками к стене, словно их убрали с дороги, чтобы не мешали. На одной из стен висела широкая доска, на ней были приколоты грамоты, дипломы и наградные письма. Все хорошо оформленные, вставленные в рамочку и прикрытые защитным стеклом.

Также можно было заметить несколько записок от благодарных клиентов. Видимо, для доказательства, что труд здешних мастеров оценен не только городской гильдией, но и заказчиками.

— Добрый день, — услышала Шайди гулкий басовитый голос.

Из какой-то неведомой глубины за приемную стойку выступил работник мастерской — высокий крепкий темноволосый мужчина в рабочем фартуке. Он слегка отряхнул от древесной пыли руки. Руки были грубые, истинно рабочие, и вовсе не отталкивали. Наоборот, доказывали трудолюбие. На вид ему было лет сорок пять, в его волосах едва проглядывала седина, которая его ничуть не портила.

Он внимательно осмотрел свою гостью темными глазами и едва заметно улыбнулся. Было видно, что улыбаться он не сильно привык, но никакого недовольства в нем не читалось. Лишь спокойная мужская уверенность.

— Здравствуйте, я пришла к вам по делу. Точнее, и чтобы познакомиться, и по делу.

Плотник слегка приподнял брови, и Шайди немного смутилась от неловкости.

— Я заклинательница мистиков, теперь буду работать в лавке дессата Орвина.

— А, вот оно что! Да, старик решил уйти на заслуженную пенсию. Но негоже, чтобы его лавка пустовала. Хорошее место.

— Да, я вот буду в ней обустраиваться.

— Торен Ларгас, владелец этой мастерской, — тут же представился собеседник и улыбнулся уже шире и более искренно.

— Шайди.

— Просто Шайди?

— Шайди Норвен.

— Я к вашим услугам, Шайди Норвен.

Девушка улыбнулась.

Она оказалась права в своей догадке. Мастер Торен Ларгас был вежливым человеком, просто скупым на эмоции.

— Если позволите, то я сначала спрошу вашего совета.

Она разложила перед ним списки того, что ей требовалось. Торен досконально все изучил.

— Я хотела бы знать, во сколько это все примерно обойдется. Сразу все заказать и оплатить я не смогу, поэтому начну с необходимого.

— Ну столик, несколько полок и вот эти ящички — это ерунда. И сработаем быстро, и возьмем недорого. Вот с этими шкафами придется повозиться, сразу нужны магические печати. И с меблировкой комнаты тоже быстро не получится.

Шайди сдержала вздох.

Что ж, кажется, хорошую кровать она быстро не получит. Только если забрать из дома и перевезти через половину города сюда. Но, пожалуй, это будет уже слишком.

В приемный зал выскочил темно-красный мистик, быстро добрался до стойки, вскочил на нее и передал Торену обычную печать. Плотник взял ее и спрятал куда-то в ящик под поверхностью стойки.

Шайди рассмотрела мистика. Обычный «бытовой», таких существовало великое множество. Очень часто их использовали именно как носильщиков-подавальщиков для всякой мелочи.

Мистик крутанулся вокруг хозяина и унесся.

— Значит, если что, можно теперь к вам обращаться с этими пушистыми комками? — уточнил плотник.

— Конечно, — уверенно кивнула ему Шайди.

— А с соседом уже познакомились?

— Нет. Честно говоря, я его не слышала и не видела, и дессат Орвин ничего не сказал…

Торен как-то странно посмотрел на нее.

— А что такое? — решила уточнить девушка.

— Нет, ничего. Все в порядке. Так вы говорите, сделать вот здесь побольше полок, а в правой стороне, наоборот, оставить больше пространства внутри шкафов?..

Дальше они обговорили все нюансы: сроки работы, цену, породы дерева, внешний вид и общий стиль.

Торен также пообещал прислать к новой соратнице парочку своих ребят-носильщиков, чтобы они помогли ей переставить тяжелую мебель.

Девушка вышла из плотницкой лавки воодушевленная. За пару-тройку дней она обустроит основные уголки своей лавки, и пожалуй, что можно будет открываться. А все остальное — по мере сил и прибыли.

Пожалуй, так будет лучше всего.

Все для себя решив, девушка принялась выискивать магазин текстиля и домашнего белья. Если она не может заполучить кровать, она обязана заполучить простыни и наволочки самого высшего качества. Это ее бюджет потянет.

Наверное…

Магазинчик нашелся. Заклинательница все придирчиво рассмотрела, выбрала нужное и заплатила — все-таки чуть больше, чем рассчитывала. Зато из магазина она вышла окрыленная. Пусть будет узкая койка, зато теперь она обладательница чудесного комплекта из сатина: шелковистый на ощупь, с деликатным блеском, чудесного голубоватого оттенка. А также двух мягких подушек и большого одеяла, чтобы кутаться в него, как гусенице.

Для хорошей работы ей нужен хороший сон, и она его себе обеспечит.

Именно с такими отличными мыслями Шайди пошла обратно к своему новому месту работы. Ведь ее еще ждал первый заказ — мистик дессата Реннарда. И заклинательница собиралась настроить его магию идеально, чтобы заслужить доверие квартала.

Глава 3.2.

Утро разбудило Шайди солнечными лучами, защекотав щеку и нос.

Девушка сладко зевнула, потянулась, повернулась и… опомнилась. И вовремя, потому что резко ощутила край кровати и схватилась за него, чтобы не рухнуть на пол. Одеяло сползло туда вместо нее.

— Так, это никуда не пойдет, — пробормотала девушка.

Как ни странно, спала она прекрасно, однако ж хотелось все обустроить по своим привычкам. Поступаться ими навсегда она не была намерена.

Хотя ее «навсегда» — это всего лишь полгода. Если в лавке ничего не получится, она вернется в родительский дом в свои родные и самые уютные комнаты на свете. Хотя… может быть, она найдет себе отдельное жилье.

Голос обеспечит ей стабильный заработок.

Эта мысль нагнала на заклинательницу тоску. Петь ей нравилось, но превращать это в ремесло она никогда не хотела. Поэтому нужно и правда бороться за свою мечту.

Поэтому Шайди решительно поднялась с кровати и направилась в ванную, чтобы привести себя в порядок.

Умывшись, причесавшись и переодевшись, она почувствовала в себе новый прилив сил и готовность покорять вершины и справляться с вызовами.

Правда, особых вызовов ей судьба пока не бросала, кроме всякой мелочи.

Она спустилась в рабочий кабинет и проверила мистика Реннарда. Магия «дремала»: пока что ее связывали путы. С этим мистиком все получилось отлично. Девушка была уверена в своей настройке. Ресторатор должен будет остаться доволен.

Он пообещал вновь зайти самостоятельно, поэтому Шайди не беспокоилась о том, как передать ему мистика.

Девушка взялась за ту перестановку, что в силах сделать сама. Также она расположила все магические предметы, что ей нужны, так, чтобы все было под рукой.

В зале для посетителей она сделала то же самое. Перебрала записи и журналы в шкафах, убрала лишнее для себя, изучила последние заказы Орвина. Немного лучше узнала, с чем постоянно обращались в эту лавку, а с чем — пореже.

В основном все запросы были довольно простыми, жизненными. Мистики помогали в самых элементарных вещах. Торгово-ремесленный квартал располагался в обычном районе Лимариона, здесь не было каких-то выдающихся мест или зданий. Хотя…

Шайди задумалась. Отчего-то эта мысль только сейчас пришла ей в голову: видимо, она была слишком сосредоточена на своих делах и стремлениях и не осознала сразу кое-что важное.

Здесь неподалеку Парк Стихий.

Одно из чудес Лимариона. Место столь знаменитое и привлекающее к себе такое же внимание, как дворцово-парковый ансамбль, где располагалась королевская резиденция. Только если по территории дома короля жители города гулять не могли, то по Парку Стихий — сколько угодно.

Это ведь парк. Только очень и очень сложно обустроенный.

И ведь если покинуть этот ремесленный квартал, то ближайший портальный переход приведет именно туда.

Какое удивительное соседство…

Дверь осторожно приоткрылась, и в образовавшийся проем просунулась большая лопоухая голова, отвлекая Шайди от мыслей.

— Десса Норвен? Мы от мастера Торена.

— Да, здравствуйте, проходите, — выступила им навстречу девушка.

— День добрый, — вразнобой поздоровались с ней два высоченных и широкоплечих парня. — Он сказал, что вам помощь нужна.

— Да, если можно. Пойдёмте я покажу.

Показав своим временным помощникам весь объем работ и убедившись, что парни действуют аккуратно, заклинательница вновь принялась за свои дела.

По-хорошему, нужно познакомиться с кварталом… Лично пройтись по всем местам, хотя бы представиться.

Представляться с пустыми руками как-то некрасиво.

Шайди закусила ноготок большого пальца, думая над тем, что следует сделать. Угощать покупной выпечкой, скорее всего, тоже не стоит. Нужно и тут справиться самой. Тем более что на втором этаже и кухонька небольшая имелась. Она не проверяла качество печи и сковородок, но, возможно, ей повезет и с ними все будет хорошо?

Вскоре носильщики отчитались о работе, заклинательница все проверила и осталась довольна. Теперь пространства в лавке начинали обретать тот внешний вид, что представлялся ей правильным.

— Сколько я должна? — спросила Шайди, мысленно готовясь к цене.

— Мастер Торен сказал денег не брать, — ответили парни. — Это в угоду будущему соседству.

— Спасибо большое.

Они ушли, а девушка решила, что стоит закрепить впечатление о себе.

Она поднялась на второй этаж и изучила кухню. Убедилась, что и здесь существовал тот же самый порядок и чистота. Никаких сгоревших дочерна сковородок и неработающей печи. Все было аккуратно сложено по шкафам и по углублениям в столе.

Шайди быстро сходила в продуктовую лавку, накупила все необходимое, вернулась к себе и принялась готовить.

Благо, что в ее семье способностями к кулинарии не брезговали. Мама тоже многое готовила сама, кухарки ей просто помогали справляться быстрее. Поэтому и Шайди бывала на кухне, понимала, какая утварь для чего нужна и как правильно наладить магическую печать огня в печи, чтобы не спалить весь дом.

Распевая себе под нос, девушка увлеченно замешивала тесто.

Она решила приготовить кексы. Творожные, шоколадные, ванильные и лимонные. Должно выйти чудесно, разнообразно и эффектно. Порционные, небольшие, традиционной округлой формы, они должны выйти румяные и аппетитные.

Конечно, это потребовало от нее много ловкости и внимания, но рецепты были проверенные, семейные. По крайней мере, кухарка, что когда-то давно поделилась рецептами с Амрин, уверяла, что больше никому не рассказывала своих секретов. Только семье Норвенов.

Спустя положенное время первая порция была готова. Шайди отставила кексы на подносы, на которых имелась написана легкая магическая печать, чтобы тесто остывало медленно и аккуратно, не упало и не исказило форму.

Вскоре была готова и вторая порция.

Ванильные и творожные девушка присыпала сахарной пудрой. На шоколадный потерла шоколадную стружку. А лимонные покрыла веселой шапочкой из глазури, что создала из сливочного сыра и сахарной пудры.

Шайди оценила свои труды со стороны. Вышло и правда чудесно. Ей и самой захотелось немедленно приготовить чай и насладиться вкусными десертами. Но она загасила в себе это желание.

Заклинательница переложила угощения в изящные плетеные корзины, подхватила их и направилась к выходу из своей лавки.

Дверь распахнулась, и на пороге появился Реннард.

— День добрый. Кажется, я помешал, вы собрались на прогулку… — тут же оценил он движение.

— Здравствуйте, нет, все в порядке. Я собралась знакомиться с кварталом. Вот, приготовила…

— Как аппетитно выглядит.

— Угощайтесь. Я и собиралась начать именно с вас. — Она переложила часть кексов в небольшие мешочки и передала их ресторатору.

— Приятно слышать. Спасибо большое. А своего мистика я уже могу забрать?

— Да, конечно.

Шайди сходила в рабочий кабинет и вынесла мистика его владельцу. Реннард внимательно поглядел на живую магию.

— Должен работать отлично, но если что — сразу говорите, — произнесла девушка.

— Хорошо. Благодарю за работу. Удачи в знакомствах.

Мужчина вышел, девушка вновь подхватила корзины, покинула лавку, закрыла ее и спустилась по ступеням вниз.

Потом неожиданно обернулась. Вроде бы у нее есть сосед, но она его не видела и не слышала. Может быть, эти дни его лавка закрыта?

Над соседней дверью не было никакой вывески, поэтому девушка даже не поняла, чем именно занимался ближайший по территории соратник.

Значит ли это, что она все равно должна попытаться сама познакомиться с ним?

Шайди тряхнула головой.

Нет, неудобно. Может быть, человека нет сейчас здесь, а может быть, он чем-то занят. Соседа она уж точно сможет угостить при первом же удобном случае.

Разрешив внутреннюю дилемму, Шайди быстро пошагала в цветочную лавку. Все-таки стоило начать именно с того человека, который пусть и неосознанно, но стал толчком к существенным переменам в ее жизни.

Глава 3.3.

В цветочной лавке были посетители, но Вейра приветливо махнула своей молодой знакомой и жестом показала, что та может пройти за стойку.

— Ты что-то хотела?

В последние дни они довольно много общались и решили, что формальное общение можно уже оставить и говорить между собой проще.

— Вот. — Шайди отогнула краешек полотенца и показала кексы.

— Какая прелесть! — воскликнула хозяйка лавки. — Пойдем на кухню.

Вейра убедилась, что ее помощница справляется с работой, и повела свою гостью вглубь лавки.

В небольшой комнате оказалось довольно уютно, благодаря тому что хозяйка все тут устроила с особой любовью. Шайди обратила внимания и на красивый цветок на окне. Словно бы огненного цвета с большими лепестками, он привлекал к себе взгляд.

— Что это за растение?

— Огнецвет, — гордо заявила Вейра. — Особый заказ из одного азиатского царства. Только там такие выращивают, очень капризный, но мне удалось. Все хотят его семена, но я просто так не раздаю, все равно загубят если не будут серьезно относится. Хотя знаешь… для тебя выращу и потом подарю. Только вот для травников наших выращивала, мы с ними очень дружны. И тебе выращу.

— Спасибо. Но я сначала хотела поблагодарить тебя за то что помогла мне с этим местом.

Шайди выложила несколько кексов на стеклянное блюдо, что молодая женщина достала из шкафа.

— Ну что ты, ты все сама сделала. Осваиваешься?

— Еще много дел надо сделать.

— Да, конечно. Может быть, тебе чем-то помочь?

— Пока что нет, спасибо. Я кое-что хочу переделать и вот надеюсь, что дессат Торен мне в этом поможет.

— Он хороший мастер, не сомневайся. Со всем справится.

— Да, а скажи, соседняя со мной лавка… там сейчас кто-нибудь есть?

У Вейры мгновенно изменилось лицо, и она как-то сникла. И молчала цветочница уж слишком долго.

Шайди отметила, что не в первый раз при упоминании ее соседа, кем бы он ни был, люди существенно меняются.

— Да, есть, — пробормотала Вейра.

— Я просто не видела и не слышала…

— Да и слава Всеблагим, действительно эту неделю было более-менее спокойно. Может быть, и дальше так будет.

— А что-то было не так? — уже куда больше насторожилась девушка.

Если до этого она не обращала внимания на совпадение всех этих реакций, то теперь отчетливо их осознала. И это привнесло сумятицу в ее душу.

Еще не хватало под боком иметь неизвестно кого…

Ей нужна нормальная работа и хорошая репутация, а не обстоятельства, что станут еще одним препятствием для ее мечты.

— Не забивай себе голову, — махнула рукой Вейра и как-то резко засуетилась. — Спасибо за угощения. Я должна вернуться в зал.

— Да, конечно, — вынужденно отступила Шайди.

Заклинательница покинула лавку и прошла дальше.

Она побывала в лавке травников, познакомившись с приятной супружеской четой. Они тоже не остались в долгу, и девушка оказалась обладательницей парочки приятных подарков в виде мешочков с ароматными травами. Такие можно было спрятать в любом уголке, и в помещении всегда будет хороший запах.

В лавке кондитеров ей вручили набор чудесных разноцветных эклеров. А кузнец пообещал, что скует ей символ удачи Всеблагих и потом подарит.

После этого она оказалась в магазинчике часовщика.

Здесь было пыльно, тесно и все часы тикали вразнобой.

Откуда-то из-за полностью заставленного угла вышел высокий и худой старичок, поправляя очки на носу. Его седые волосы хоть и потеряли цвет, но сохранили удивительную густоту и были собраны на затылке. Одет владелец лавки был аккуратно и даже модно. Светло-серые цвета костюма и яркие пуговицы — в нынешнем сезоне мужчины любили такое носить.

— Да-да, юная десса, я слушаю вас, — произнес он четко поставленным голосом.

— Здравствуйте, меня зовут Шайди, я теперь тоже работаю в этом квартале. Я заклинательница мистиков.

— Ах вот оно что. Как чудесно, да! Меня зовут Талрез Гил. Вот здесь я работаю и живу. Заходи когда удобно, юная десса. Хорошо, что к нам приходят и молодые работать. Квартал должен жить, а не закончиться вместе с такими стариками, как я. Сосед ваш вот тоже молод, да.

— Я столько о нем слышу, но все еще не познакомилась, — невольно поделилась своими мыслями Шайди.

Часовщик отчего-то ей сразу понравился. Пусть здесь не было такой чистоты, как у Орвина, но, кажется, здесь имелся… какой-то собственный дух и атмосфера.

— Хах, шумный парень, да, — хохотнул Талрез. — Ну ничего. Вы не слушайте, что про него болтают, людям нравятся сплетни и нравится возмущаться. Такая уж у нас природа.

Шайди лишь удивлялась все больше.

Она оставила часовщику последние кексы и направилась в свою лавку. Завтра или послезавтра она зайдет в остальные места.

Скоро по возвращению к молодой заклинательнице постучались. Оказывается, Торен со своими подмастерьями уже изготовил для нее чайный столик.

Когда они его установили, распрощались и ушли, девушка полюбовалась преображённым уголком зала для посетителей. Пара кружевных салфеток, розеточек с маленькими печеньями и конфетами, украшения-безделушки — и станет совсем хорошо.

Воодушевившись, что подготовка к открытию идет прекрасно, девушка еще какое-то время поработала с бумагами. Они пришли сегодняшней почтой и в основном являли собой все те формальности, которые обязательно нужно подписать, чтобы все городские конторы и канцелярии точно знали, кто ты, что ты и чем собираешься заниматься.

Это занятие заставило Шайди зевать. Поэтому, когда с ним было покончено, она с удовольствием пошла в ванну, смыла с себя суетливый день и улеглась на узкую кровать.

Под мысли о том, что, возможно, у нее скоро и кровать будет много лучше этой, девушка уснула.

И проснулась под грохот рушащегося на нее неба.

Шайди подскочила на кровати, перепуганным взором обводя темную комнату. Потом опомнилась и включила ночник. Тот кое-как разогнал темные тени по углам.

Грохот повторился, рассыпался на несколько маленьких грохотов и словно покатился во все стороны.

Заклинательница испуганно прижала к себе одеяло, совершенно не понимая, что происходит.

Когда первый ужас отпустил и стук сердца в ушах стал стихать, девушка осторожно спустила ноги с кровати и встала.

Она чутко прислушалась. Оказалось, что шум доносился откуда-то со стороны. Это вовсе не в ее лавку вломились демоны или Всеблагие знает кто.

Девушка, накинув на себя халат, спустилась на первый этаж.

Снова раздался шум, и стены ее лавки дрогнули. Шайди вздрогнула вслед за ними и нервно вцепилась рукой в перила лестницы.

Она поняла, что весь этот невообразимый ужас доносится из-за стены, что примыкала к соседней лавке. То есть все это происходило у ее соседа, о котором ходят какие-то слухи, но часовщик сказал им не верить.

Шайди не верила. Она понятия ни о чем не имела. Но ей очень не нравилось то, что происходит прямо сейчас.

— И что мне делать? — прошептала девушка.

Наверное, стоило вернуться в кровать. Потому что в соседнем доме, похоже, идет бой с недоказанными науками демонами. Иначе просто непонятно, откуда такой грохот. И уж точно не ей вмешиваться в такие события.

Она закусила губу.

А если человеку нужна помощь?

Шайди не сильно представляла, как именно она должна помочь, но и просто игнорировать не могла.

Может быть, квартал как-то с этим разберется? Здесь же есть стражи… Или они есть в самом этом районе города, и, если тут творится нарушение правопорядка, они обязаны вмешаться. Спасти хороших, наказать плохих.

Шайди подошла к окну своей лавки, отодвинула штору и выглянула на улицу.

Снаружи была тишина. Квартал спал.

Девушка решилась приоткрыть входную дверь и убедилась, что да, никого и близко нет и никто сюда даже не спешит.

Тогда она сделала шаг через порог. Пару секунд прислушивалась, но вроде все стихло.

Может быть, у соседа просто что-то упало?

Да, точно.

Например, платяной шкаф. Три раза.

Ну бывает!

Она спустилась от своего входа и приблизилась к точно такой же лесенке из трех ступеней, что вела к чужой входной двери.

Собравшись с духом, Шайди поднялась по ним, повертела головой по сторонам, убедилась, что квартал по-прежнему никак не реагирует, и поднесла руку, чтобы постучать.

И именно в этот самый момент с той стороны в дверь врезалось нечто такое, что заставило всю ее задребезжать в дверном проеме, а Шайди — вскрикнуть от испуга.

Глава 4.1.

Девушка отшатнулась, а потом нахмурилась. Ну это уже слишком! Даже если она сейчас вернется к себе, то все равно не уснет, если этот сумасшедший дом продолжится.

А кроме нее, явно никто и ничего делать не собирается.

Рассудив, что вряд ли бы квартал стал терпеть рядом с собой кого-то опасного, Шайди нажала на ручку двери, и та неожиданно поддалась.

Дверь распахнулась, и перед девушкой предстал настоящий хаос.

В зале постоянно мигал свет: какой-то мистик включал все магические светильники по очереди, по бесконечному кругу. Другой переставлял все вещи с места на место, периодически их роняя и теряя. Еще один старательно убирал грязь с пола, потом сам же ее разбрасывал и снова убирал.

При этом все существа излучали потоки магической энергии, которые разливались вокруг беспорядочно и слишком сильно.

Шайди осторожно прошла внутрь, совершенно ошеломленная бардаком, что здесь творился.

Над головой снова что-то грохнуло, а потом стихло. Девушка посмотрела на деревянные перекрытия, отделявшие ее от второго этажа, потом вновь принялась таращиться на мистиков, что сновали из стороны в сторону.

Девушка, поняв, что все это срочно нужно прекращать, подняла руку и направила на них на всех магию. Та должна была связать магические порождения путами, как бывает всегда, когда магия в мистиках сбивается.

Но на этот раз что-то пошло не так. Мистики даже внимания на путы не обратили, они просто… вобрали в себя чужую силу и принялись беситься с еще большим неистовством. Теперь магия, что распространялась вокруг них, стала слишком тёмного цвета и даже тревожно загудела.

— Да чтоб вы навсегда развеялись! — прогремел чей-то мощный голос.

Вслед за ним послышались тяжелые торопливые шаги, и по лестнице, что вела со второго этажа, бегом спустился мужчина.

Шайди распахнула глаза и забыла, как моргать.

Мужчина был фактически голым. Белоснежное полотенце, обернутое вокруг узких бедер, опасно сползло, угрожая рухнуть вовсе и добавить девушке уже таких впечатлений на ночь, от которых потом трудно вовсе будет отделаться.

На плече мужчины висело полотенце поменьше.

Увидев разошедшихся мистиков, он выругался, сдернул полотенце — то, что было на плече, слава Всеблагим! — и хлестнул им ближайшего.

Мистик взъярился и направился против мужчины. Тот взмахнул рукой. С пальцев сорвались серебристые искры, окружили существо, и то принялось волчком вертеться на месте, однако куда-то сдвинуться уже не могло.

— Да чтоб вас всех, — прорычал незнакомец и быстро связал своей магией второе существо.

Третий мистик принялся носиться по всему залу, потом вдруг направился к Шайди и стремительно спрятался у нее за спиной.

Девушка нервно вздрогнула, обернулась, но мистик двинулся вслед за ней, продолжая держаться позади нее.

Мужчина сдвинулся с места и принялся надвигаться на девушку.

Она продолжала на него смотреть: высокий, широкоплечий и с черными глазами-безднами.

Может быть, он правда демон. И сейчас ее прихлопнет.

Ей конец.

— Вам как ума хватило делиться энергией с перекормленными мистиками? — произнес незнакомец, приблизившись вплотную и склонившись над незваной гостьей.

Проговорил голосом демона. Тихим, вкрадчивым, каким-то вибрирующим. С этим голосом точно было что-то не так.

Это от ярости, поняла Шайди. Этот человек — в ярости.

Надо было оставаться в кровати…

— Вон как ему энергия ваша понравилась. Сразу прицепился.

Мужчина потянулся к ней рукой. Шайди пискнула от испуга, думая, что вот сейчас ее действительно пристукнут.

Но рука незнакомца двинулась куда-то мимо ее тела, прямо ей за спину. И вытащила оттуда мистика.

И в эту секунду девушка действительно ощутила странное — словно что-то оторвали от нее. Это было не больно, но ощущение было явственным.

Значит, мистик действительно вгрызся в ее ауру?.. Что здесь происходит?

Мужчина, вытащив существо, которое дергалось и дрыгалось у него в руке, посмотрел на него с неудовольствием и брезгливостью. И те же самые искры замелькали вокруг мистика и связали его.

— Хозяин, я иду! Хозяин, я сейчас! Погоди! — раздался еще один голос.

Его обладатель спустился намного тише, но произвел такое же сильное впечатление на Шайди, как вся обстановка в целом.

Потому что в зал ворвался огромный рыжий кот, держащий в пасти увесистый топор.

— Вот, хозяин, держи! — произнес кот и кинул топор на пол.

Мужчина обернулся к коту, выразительно на него посмотрев:

— Жар, зачем мне, по-твоему, топор?

— Не нужен? — воззрился на него кот умными зелеными глазами.

— Мне им головы, что ли, рубить? — вздохнул незнакомец, и в его речи опять проскользнуло нечто, что показалось Шайди очень странным, но она никак не могла сосредоточиться и разобраться.

— У них нет голов, хозяин. Это просто сферообразные пушистые комки. Руби пополам, раз надо! А то устроили тут!

Усы кота встопорщились от искреннего негодования.

Мужчина никого рубить не стал и слова кота проигнорировал.

Потом он сделал пас рукой, и из того мистика, что он схватил последним, стали отодвигаться некоторые искры магии. Вслед за их медленным движением из мистика потянулась тонкая, как паутинка, энергия.

Затем они как бы оборвались, как отрываются нити. И повисли в воздухе.

— Вернуть вам? — спросил мужчина Шайди. — Ваша сила. Капля всего, но если вдруг очень надо, то верну. Хотя больше мороки будет.

Девушка хлопнула глазами. Еще раз. И еще.

— Что? — непослушными губами спросила она.

Незнакомец странно посмотрел на нее. Потом оглядел с головы до ног.

Как-то очень… чувствительно оглядел. Она ощутила этот взгляд физически. Мужчина выразительно подвигал бровями, как бывает, когда врач смотрит на пациента и делает свои какие-то выводы, пока еще не озвученные.

— Вроде всего чуть-чуть успел у вас забрать, а вы какая-то совсем потерянная. Вы в порядке? В физическом плане?

В каком плане?

В порядке ли она?!

Да, конечно, она не в порядке! Что это вообще такое?! И что тут творится?!

— Хозяин, нужен топор?

Шайди дернулась, отступила, зацепилась за что-то разбросанное мистиками и принялась падать.

Незнакомец ловко ее схватил под руку и помог удержаться на ногах.

— Жар, топор не нужен. Ты сейчас девушку вот до обморока доведешь.

Он произнес еще несколько слов, но разобрать их было вовсе невозможно. Шайди подумала, что ее рассудок окончательно сдался.

Кот фыркнул.

— Вы кто?.. Вы что?.. Да что здесь творится?! — наконец-то прорвалось из самого сердца, и Шайди заорала.

Мужчина изогнул бровь. Совершенно уничижительно по отношению к ней.

— Вам хватает ума кормить энергией доверху наполненного мистика и хватает смелости устраивать допрос в чужом доме? — спокойно уточнил он.

— Что? — снова спросила она с совершенно оглушенным видом.

Мало того, что обстановка странная, мало того, что она отчего-то не понимает отдельных слов незнакомца, мало того, что и кот у него говорящий, так мужчина все еще был в преступной близости к ней.

Почти голый мужчина.

Полотенце трудно назвать надежным предметом туалета.

Шайди чувствовала исходящий от мужского тела жар и невольно смотрела на все, что было открыто ее взору, и, надо сказать, взор вполне себе наслаждался. Как бы отдельно от разума и его полной растерянности. Ибо незнакомец сложен был прекрасно.

Такой беспорядок мыслей и чувств заставлял девушку теряться окончательно.

— Ничего, — мужчина отпустил ее, убедившись, что незваная гостья все-таки в состоянии стоять на своих ногах, — милые панталончики.

Шайди впала в ступор от этой фразы. Потом опустила взгляд вниз, посмотрела на свою ночную пижаму. Штанины, по длине чуть ниже колена, оканчивались игривыми кружевными рюшами.

Видимо, пояс халата развязался, а она не заметила и… вот. А на рубашке было вышито большое пушистое облако.

Шайди принялась стремительно краснеть.

— Вы… вы… не рассматривайте меня!

— Я не рассматриваю. Я просто смотрю.

Она запахнула халат так глубоко, что полы закрыли даже горло. И завязала крепкий узел. Возможно, потом его будет вовсе не развязать, придется резать ножницами. Но разве это важно?

— И вообще, вы… вы… — У нее никак не выходило говорить нормально. — Вы почему в таком виде?

Хозяин странной лавки изумленно присвистнул:

— Ей еще и вид мой не нравится.

Потом он стыдливо прикрыл руками грудь. Прям как девица.

— Тогда вы тоже меня не рассматривайте, — произнёс незнакомец ехидным тоном.

Шайди вновь вспыхнула, поняла, что все это время смотрит на незнакомца неотрывно, и резко отвернулась в сторону.

— Пойду унесу топор, — произнес Жар, перехватил очень нужную, по его мнению, утварь и куда-то ее поволок.

Мужчина посмотрел ему в след.

— Топор не нужен, — пробормотал он, — однако вот вопрос точно нужно задать.

Он вновь пристально поглядел на девушку, которая очень старалась не косить глазом в его сторону и все-таки немного косила, потому что, видимо, боялась окончательно выпускать из поля зрения.

Он вновь склонился над ней:

— Милая десса, а вы кто?

Глава 4.2.

Голос был совсем неласковый. Скорее, в нем вновь проскальзывало рычание и такое откровенное недовольство, что это и возмутило девушку, и заставило ее одновременно с этим ощутить стыд.

— Я Шайди, — вежливо ответила она, чуть склонив голову как бы в знак приветствия.

— Мне это о многом рассказало, — цокнул языком незнакомец.

Девушка нахмурилась. Над ней очевидно издевались.

Она злобно зыркнула на собеседника. Но взгляд снова скользнул по обнаженной мужской груди, и она отвернулась.

— Вы не могли бы одеться?

Он осмотрел самого себя. И меланхолично пожал широкими плечами:

— Я у себя дома. Мне, может, так удобнее.

Девушка выдохнула сквозь сжатые зубы:

— И правда. Извините, что потревожила. Более не посмею вам мешать, даже если небо на вас рухнет. Правда… если возможно — ведите себя потише, а то спать невозможно.

Он полюбовался ее покрасневшим личиком и вздернутым носом. Вообще, она вся была прехорошенькая. А сбитый с толку вид делал ее еще краше.

Хозяин лавки вдумался в ее слова.

— Так вы теперь моя соседка? Орвин вам сдал свою лавку?

— Да. И теперь я, кажется, понимаю, почему аренда была такая дешевая. И почему все меня чуть ли не жалеют с первой минуты, как я пришла сюда, — отчеканила прекрасная соседка.

Он покивал, словно бы был согласен с обидными в его сторону словами.

— Вот и надо было как все — сидеть дома. Видите же, что никто, кроме вас, сюда не пришел.

— Я просто подумала… что, может быть, нужна помощь.

— Вы решили меня спасать?

Шайди не ответила.

— Это мило. И раз вы так чутки и милы, то ладно, верну я вам вашу энергию. Подождите немного.

Он скрылся. Заклинательница выдохнула впервые за все эти минуты.

Потом почувствовала себя растерянно. Она же вроде как собралась уходить, но теперь, видимо, нужно остаться и подождать… Странный человек, и место странное.

Девушка, оставленная в одиночестве, воспользовалась этим и пошла на поводу у любопытства. Она осмотрелась вокруг.

Ее окружало довольно необычное пространство. Широкий светлый зал с двумя огромными окнами почти до пола, каменной плиткой и деревянными стенами. Возле входной двери и низ, и верх оказались исчерченными магическими линиями, слегка взблескивающими серебряным светом.

Слева от входа расположился удобный, обитый мягкой тканью диван и два кресла ему в тон. Между ними стоял вытянутый стол, наполовину пустой, наполовину заставленный какими-то ящичками для хранения открытого типа. В каждой ячейке стояли пузырьки разных цветов. На прибитых к стенам полках расположились баночки с сухими травяными сборами. В уголке аккуратно стояли чашки, в которых все это можно было заварить.

Под потолком на перекрытиях были привязаны магический амулеты. Они выглядели безделушками, потому что не излучали ни капли магии, но Шайди буквально впилась в них глазами: она узнала форму амулетов и отлично приметила изящные узорчатые рисунки на них. Это амулеты, сделанные особыми мастерами, невероятно дорогие вещи. Почти запредельно.

Пожалуй, что вот эти предметы — вообще самое дорогое, что она видела в этом квартале. А они использовались в… приемном зале? Там, куда приходят посетители? Просто висят под потолком, чтобы что?..

Девушка узнала сам стиль изготовления и чьим рукам оно принадлежит, но об истинном предназначении амулетов догадаться не могла.

Впереди, как и в большинстве ремесленных лавок, расположилась высокая стойка. На ней стояли те же предметы, что у всех: чернильницы, набор перьев, стопки бумаг. Возле самой стены — глухие закрытые шкафы, поэтому об их содержимом можно было только догадываться. Также можно было заметить пару табличек.

На одной из них было известное высказывание древнего философа: «Недостаток магии — трудность, избыток магии — катастрофа». И еще одно без подписи: «Магия не любит алчность. Каждый должен остановиться вовремя».

Шайди задумалась. Потом поглядела на связанных мистиков, которых хозяин лавки пока еще никуда не дел. И тут ее наконец осенило!

Она совершенно точно поняла, кто ее сосед.

Одновременно с этим на лестнице вновь зазвучали шаги, и уже знакомый незнакомец вновь предстал перед ее взором. Одетый элегантно и просто: в рубашку, штаны и жилет. В расстёгнутом вороте виднелась строгая подвеска с каким-то амулетом.

— Вы мистический целитель! — заявила девушка ему в лицо.

— Да, — ответил он, слегка удивленный, почему эта догадка сделала его соседку такой счастливой.

— И вы родом из Эркафэля!

— Верно, — вновь подтвердил незнакомец.

— Ха! — с еще большим довольством воскликнула Шайди. — У вас же явственный акцент. А я уж думала, что мне и правда дурно…

Королевство Эркафэль было соседом их страны. Две державы имели давние дружественные связи и много общих исторических моментов. Однако Шайди не ожидала, что ее сосед окажется уроженцем другой страны.

Зато как легко и просто теперь объяснялось то, что она не смогла разобрать отдельных слов. Просто они звучали на другом языке.

— А я Жар, — заявил вновь появившийся рыжий кот.

Он вспрыгнул на стойку, уселся на ней и посмотрел на людей.

Шайди хохотнула:

— Это перерожденный мистик?

— Ну если бы заговорил обычный кот, то лекарь бы понадобился уже нам с вами, потому что такого не бывает. Так что да, это перерожденный мистик, — ответил хозяин лавки.

Девушка всматривалась в кота.

Перерожденные — редкость.

Так как мистики были лишь бытовым элементом магии, то сами по себе не были сильны. А значит, не могли вместить в себя много энергии. Из-за того, что она была ограничена, их форма и способности тоже имели границы. И потому довольно редко случалось так, что кому-то из людей удавалось так аккуратно обращаться со своим мистиком, что он, напитываясь энергией и мыслями хозяина, вдруг перерождался.

Это было похоже на то, как гусеница обращается в бабочку. Мистик избавлялся от своего обычного облика и приобретал совершенно иной. Это всегда было какое-то мелкое животное вроде тех же домашних кошек.

После перерождения они обретали интеллект, могли говорить и понимали речь людей. Также могли научиться управлять собственным запасом магии самостоятельно. Однако они четко подчинялись тому человеку, который и являлся их хозяином изначально.

Поэтому для Шайди, не имевшей даже обычных мистиков в своем распоряжении, было интересно рассматривать перерожденного.

— Если так нравится, могу сдать в аренду, — произнес мужчина, встав рядом с ней и оглядев Жара.

Она вынырнула из своих мыслей:

— Нет, не надо. И вы разве им не дорожите?

Незнакомец вновь пожал плечами:

— Он рыжий и вредный, им трудно дорожить.

— Ну мистики рождаются из мысли человека, а мысль несет отпечаток характера хозяина. Значит, вы тоже…

Сосед посмотрел на нее, и она вовремя прикусила язык.

Нет, такое в лицо человеку лучше не говорить. Правда, незнакомец не был рыжим. Теперь, когда он был одет, рассматривать его стало проще.

Высокий статный брюнет с темными глазами. Возрастом немного старше ее, должно быть, около тридцати лет. Он обладал благородными чертами лица, выделенной линией скул и прямым носом.

У мужчины были густые волосы, слегка загорелая кожа, снисходительный взгляд и твердая линия губ.

Он был красив. Вот что четко определила для себя Шайди. Везде. Она ведь отлично его рассмотрела…

Девушке вновь стало неловко.

— Давайте вернем вам энергию и я наконец наведу здесь порядок? — предложил тем временем собеседник.

— А что здесь случилось?

— Один мистик вырвался из клетки и освободил остальных. Пока я разбирался с ними наверху, половина из них здесь успела порезвиться.

Видимо, поэтому хозяин лавки был немного в откровенном виде, догадалась Шайди. По всей видимости, принимал ванну, когда все случилось.

— А сколько их здесь?

— Сейчас пятеро.

— И они все сильно перенасыщены?

— Да. Поэтому так и норовят выбраться и разнести все вокруг себя.

— А у вас получится с ними со всеми справиться?

— Вы очень любопытная, просто Шайди.

Она, конечно же, мгновенно смолкла. Он чего-то подобного и ожидал. Просто его забавляли ее реакции.

Очаровательная соседка поглядела на него своими красивыми глазами и поджала губы. Губы у девушки были тоже красивые. Полные и чувственные. Никакая косметика не нужна.

Какое у него теперь милое соседство. Кто бы мог подумать, что такая красота придет на смену Орвину. Даже захотелось больше общаться. По-соседски, конечно же.

— Я не просто Шайди.

— Как представились, так и зову.

— Шайди Норвен, — представилась девушка вновь.

— Сокращенное от Шайдиссара? — тут же догадался мужчина. — Звучное имя. Так звали одну знаменитую воительницу из легенд.

— Да, родители хотели дать мне сильное имя.

— Вы не похожи на воительницу, десса Норвен.

На миг его губы изогнулись в мягкой улыбке, это стерло безразличное выражение с его лица, и он стал еще более красив.

— А как зовут вас, дессат? Вы тоже должны представиться.

— Ардайн Галларт. Простое имя. Кажется, никаких великих людей в истории с ним не отметилось. А теперь посидите спокойно, милая десса.

Он взял связку трав, поджег их и направил дымок в сторону девушки. Аура Шайди ярко вспыхнула и стала видимой.

Тогда он заставил те самые искры, что отобрали ее энергию у мистика, подлететь ближе. И осторожно, ювелирно принялся вплетать каждую из них обратно в ее ауру.

Шайди смотрела за этим с удивлением.

Она впервые наблюдала за работой мистического целителя.

Перенасыщенных мистиков было много меньше обычных. А потому представителя профессии целителей было не так-то просто встретить. Да и личного повода у нее не было. Несмотря на то что заклинатели тоже работают с мистиками, с целителями они не пересекаются.

Самое опасное в ее ремесле, что может случиться с мистиком, — заложенные в него заклинания потеряют остроту настройки. Это может привести к бытовым неудобствам, но не к катастрофе.

Если мистик оборачивается катастрофой, то к заклинателю его не понесут. Только к целителю.

Вот и получалось, что, несмотря на совпадение объекта работы, представители двух профессий жили в отдельных мирах.

Вскоре все отобранные нити энергии вошли в ее ауру, слились с ней, и Шайди почувствовала, как отобранная часть к ней вернулась. Пусть это и был небольшой кусочек, который со временем бы восстановился и сам, ощущать, что все вновь в порядке, оказалось приятно.

— Спасибо, — поблагодарила девушка.

— Пожалуйста, — тоже очень вежливо ответил Ардайн.

Акцент в его речи проявлялся как-то спонтанно, и почему-то это было приятно слушать.

Шайди пришла к выводу, что у нее просто нервное потрясение. Поэтому такая реакция на все.

— Я тогда, наверное, пойду, — сказала она, глядя в сторону входной двери.

— Надеюсь, вам удастся поспать остаток ночи. Правда, тишину я гарантировать не могу. Мои пациенты то и дело сносят артефакты подавления шума. Последний неделю продержался, но разрушился. Нужно новый заказывать.

Шайди подумала, что вот в чем секрет, что эту неделю было тихо.

— А почему у вас нет никакой таблички над входом?

— А, табличка! Я забыл. Приносили на днях мистика, он помогает учителю и привык стирать мел с доски. Поэтому из-за перенасыщения повадился стирать вообще любые надписи отовсюду. Стер и мою.

Девушка помолчала.

— Пожалуй, я закажу себе еще и оградительный артефакт.

— Закажите, — с пониманием ответил Ардайн.

— Спокойной ночи.

Он хохотнул:

— Звучит как насмешка.

— Я вовсе не…

— Спокойной ночи, десса Норвен.

Она покинула его лавку и аккуратно прикрыла за собой дверь.

Ну до чего же странное у нее соседство! И нужно обязательно будет обзавестись всеми нужными артефактами. Видимо, таковые уже у всего квартала, поэтому никто сюда и не прибежал. Никто просто не слышал этого шума.

Размышляя о новом знакомстве в целом и стараясь вовсе не думать о красивых темных глазах дессата Галларта в частности, Шайди вернулась к себе в лавку и как следует ее заперла.

Поднимаясь к себе в комнату, она была уверена, что из-за пережитых впечатлений вовсе не сможет уснуть. Однако нырнула в яркий мир снов ровно в ту же секунду, когда голова коснулась мягкой и уютной подушки.

Дорогие читатели, приветствую в новой истории!

Как вам начало? Как вам главные герои?

Делитесь своими впечатлениями в комментариях!

Далее режим выкладки - одна глава в день. Приятного чтения!

Глава 5.1.

События прошедшей ночи не прошли бесследно, и Шайди проспала половину утра, полностью проигнорировав веселую трель часов.

Вырвавшись из уютных лап сна, девушка уже почти привычным взглядом окинула свою новую комнату и решила, что в целом не все так дурно. Даже с узкой кроватью можно примириться. И покупку нормального ложа немного отложить. А деньги потратить на куда более важные вещи. Ей вот вывеска нужна для лавки.

Красивая. Изящная. И милая. Чтобы люди, глядя на нее, сразу проникались доверием и хотели посетить это место.

Под такие рассуждения заклинательница привела себя в порядок, прошла в свой кабинет и составила список дел на текущий день.

Нужно было закончить этап знакомства с остальными обитателями квартала, поэтому Шайди вновь занялась приготовлением кексов.

На этот раз все вышло даже быстрее, и она осталась довольна собой.

Выходит, у нее есть еще один навык, который, если что, прокормит. Если вдруг с заклинаниями не сложится.

Возможно, мало кто поймет, почему она так упорно отказывается от сцены. Ведь это слава, богатство, поклонники, знакомства со всеми. И даже близкое расположение королевской семьи, в которой особенно ценят искусство. Но Шайди все еще оставалась равнодушна ко всему этому. И была уверена, что истинное ее призвание вовсе не в пении.

Сложив угощения все в те же плетеные корзины, заклинательница покинула лавку и пошла в ту часть квартала, где еще почти никого не знала, кроме мастера Торена.

День выдался пасмурный и ветреный, а потому посетителей было заметно меньше. Двери и окна магазинчиков и лавок оставались прикрыты, что неожиданно придало им какой-то суровый, замкнутый вид.

— Добрый день! — поздоровалась Шайди, входя в мастерскую по уходу за животными.

И вот уж где было весело, несмотря на ненастную погоду!

Хозяева сидели в очереди на пару со своими питомцами. Люди охотно общались между собой, обсуждали своих зверушек, их клички, поведение, настроение и характеры. Собаки внимательно слушали каждое слово, коты лениво поводили ушами, птицы косились глазами-бусинками на тех, кто явно крупнее их самих. Впрочем, тут обнаружился поистине огромный попугай, которому вряд ли было чего бояться.

Шайди с интересом его осматривала.

— Да, он у меня красавец, — с гордостью сообщила хозяйка, погладив любимца по ярким перьям.

— А где ж вы его добыли такого? — спросил кто-то из очереди.

— О, мы путешествовали по южной стране, где их разводят специальные заводчики. Вот мы и приобрели пару. Без пары они не живут, представляете? Девочка у меня тоже очень красивая, но вот мальчик что-то нехорошо себя чувствует.

Шайди еще раз полюбовалась красивой птицей, потом прошла к стойке, за которой стояла молоденькая служащая, и представилась ей.

— Кажется, у вас отбоя нет от посетителей, — добавила заклинательница с улыбкой, поглядывая на зверей.

— Это правда. У нас очень хорошие врачи для животных, к ним многие идут.

— Вот, — заклинательница передала ей кексы, — не буду отвлекать вас от работы. Как-нибудь загляну еще.

— Конечно, заходите обязательно.

Шайди вышла наружу и тут же почувствовала, что с неба срывается редкий дождь.

Что ж, не самый удачный день для прогулок, но нужно уже покончить с этим делом и окончательно заняться только своей лавкой. Да и не съест она сама столько кексов.

Интересно, а сосед съест? Вон какой высокий и широкоплечий…

Мысли о соседе отозвались странным ощущением внутри. Вроде как и раздражением, но вроде как и интересом. Все-таки мистический целитель.

Это заклинатели, такие как она, есть в каждом районе города. Плохие, хорошие, знаменитые и не очень. Разные. Но они есть абсолютно везде. Мистические целители — куда более редкая когорта. И понаблюдать за ее представителем было бы любопытно.

Может, и ему занести кексы? Точнее, почему «может». Нужно действительно занести, а то некрасиво…

— О, Шайди, — воскликнул Реннард, появившийся будто из ниоткуда.

Девушка, испугавшись, сделала пару шагов назад. Ресторатор неловко улыбнулся, поняв, что его явно не заметили вовремя.

— Решила прогуляться? Немного дурная погода для этого.

— Я недолго.

— Ага, ну хорошо, — странно проговорил он — сбивчиво и как будто нервно. Ресторатор оглянулся куда-то и отчетливо поежился. — Это опять твои кексы? Вкусные, мне понравились. И даже повара мои оценили. Так что, если с лавкой вдруг не сложится, готов взять тебя кондитером.

— Спасибо.

Заклинательница сказала это уже его спине, потому что мужчина торопливо двинулся дальше. Шайди удивленно пожала плечами.

Потом ее взгляд упал на окно небольшого магазинчика с бижутерией, и она увидела, что у окна стоит девушка. Незнакомка явно плакала, прикладывала платок к глазам и все смотрела в ту сторону, куда унесся Реннард.

Затем та перехватила взгляд Шайди, и глаза у хозяйки магазина мгновенно изменились. Стали злыми и словно молнии метнули. Она резким рассерженным жестом задернула штору и скрылась в глубине своей лавки, явно раздосадованная тем, что у ее слез нашелся случайный свидетель.

Шайди на секунду растерялась. Она собиралась именно в этот магазинчик, но, по всей видимости, сейчас его лучше всего обойти стороной.

Что ж, может быть, и к лучшему. Дождь с неба стал срываться чаще, и девушка быстро прошла дальше и нырнула в лавку пекаря.

Ее окружили головокружительные ароматы. Несмотря на то что она позавтракала каких-то полчаса назад, все вкусовые рецепторы тут же возопили, уловив нежный запах ванили и щекочущий аромат корицы.

На прилавках оказался огромный выбор. Прекрасный выбор! Глаза разбегались.

— Здравствуйте-здравствуйте, — громко и весело поприветствовал ее высокий плотный мужчина в белоснежном переднике, словно тот только что постирали и отгладили.

Пекарь глядел на свою посетительницу с доброй улыбкой и щурил зеленые глаза. На вид ему было лет сорок, может быть, чуть больше. Выглядел пекарь бодрым и энергичным, и эта энергия передавалась буквально на расстоянии. Приятное чувство, которое поднимало настроение еще до того, как удавалось выбрать угощение.

— Добрый день, я Шайди, теперь тоже здесь работаю. Я заклинательница мистиков.

— Ах, так это вы! Торен уже мне о вас рассказал. Мы дружны, не подумайте плохого. Он не сплетник, сказал о вас только хорошее. Рад познакомиться. Я Аврон.

— Я тоже рада. Правда, я тут вот…

Она хохотнула, показав пекарю свои кексы. Он перегнулся через стойку, чтобы их рассмотреть.

— Правда, вас я, скорее всего, не удивлю, — слегка смущаясь, произнесла девушка.

— Ну что вы, милая десса, я всегда рад новым вкусам. Только вот, — он хлопнул себя по небольшому животу, — это пристрастие имеет свои последствия.

— У вас не видно никаких последствий.

— Льстите, Шайди. Но очень мило льстите. Хотите чаю или кофе? Давайте обменяемся угощениями.

— Тогда кофе со сливками.

— Минутку.

Через минуту и правда было все готово. Аврон вышел из-за стойки и пригласил свою новую знакомую за свободный столик прямо в зале. Они побеседовали об обыденных вещах и погоде за окном. А также о том самом невероятном попугае, что сегодня принесли на осмотр врачам. Хозяйка со своим ярким питомцем уже успела побывать в пекарне.

— Шайди, а вы не сочтете за наглость, если я вас кое о чем попрошу? Как заклинателя?

— Нет, конечно. Я только рада.

— Тогда пойдёмте ко мне на кухню на минутку.

Аврон с каким-то беспокойством окинул взглядом зал.

В такую погоду обычно многие заходили купить согревающий напиток и вкусную свежевыпеченную сдобу, но сейчас народу было не так уж много.

— Что-то в последний месяц клиентов стало меньше, — произнес он, но тут же улыбнулся. Кажется, улыбка для этого человека, как и хорошее настроение, была вполне естественным порядком вещей. — Зато я вот могу отлучиться почти в любой момент.

Они прошли вглубь помещений и оказались на просторной кухне, где пахло тестом, маслом и чем-то вкусно-сладким.

— Вот, смотрите, — обратил Аврон внимание заклинательницы на своего мистика. Тот сидел в гнезде и дремал, пока мысль человека не коснулась его. Тогда белоснежный мистик встрепенулся, мигнул большими глазами и воспарил в воздух. — Принеси мне вон ту чашку с мукой.

Магическое порождение подплыло по воздуху к чашке, с помощью своей энергии подняло ее и понесло к пекарю. Но где-то на середине чашка перевернулась, мука просыпалась на пол, и мистик донес для своего хозяина совершенно пустую чашку. На свою оплошность он не обратил никакого внимания.

— Вот, — вздохнул мужчина, — в половине случаев так. То все нормально, то что-нибудь уронит.

— Поняла, — со знанием дела кивнула Шайди. — Наверное, текст заклинания стерся, давайте посмотрю.

Она сковала мистика своей энергией и принялась рассматривать вложенные в него заклинания.

— Да, так и есть. Сейчас я подправлю.

В мистика было вложена мысль о том, чтобы он подавал и приносил самые разные вещи. Одно из самых распространенных заклинаний. Но некоторые слова стали почти неразличимы.

Шайди стерла старые символы до конца и написала свои. На ее личный взгляд, вышло даже лучше.

— Проверяйте, — обратилась она к пекарю.

Аврон дал мистику несколько команд, и тот все их исполнил без всяких ошибок.

— Спасибо большое.

— Не за что.

— Всегда приходите ко мне завтракать. Самое свежее подам.

— Благодарю. Загляну обязательно.

Девушка покинула пекарскую лавку в благодушном настроении, и дальнейший путь прошел все так же легко и весело, несмотря на хмурящееся небо. Хозяева и служащие магазинов и мастерских встречали ее довольно приветливо. Разве только мастер-точильщик принял ее без всякого энтузиазма. Хмуро глянул, хмуро поздоровался и хмуро буркнул благодарность, когда она оставила ему угощение. После чего быстро вернулся к своему станку и принялся дальше точить ножи, полностью игнорируя девушку.

Шайди лишь пожала плечами и ушла поскорее от мрачного мужчины.

После всех она заглянула к мастеру Торену, передав ему угощения.

— Спасибо, — искренне обрадовался плотник. — А мы потихоньку мастерим вам шкафы, уже скоро первые будут готовы.

— Замечательно. Я еще хотела обсудить с вами вывеску. Сможете изготовить?

— Конечно. Есть пожелания?

Она пересказала ему то, что сама придумала, а Торен добавил несколько своих идей. Все-таки как мастер по дереву он сделал уже множество табличек и вывесок, а потому знал, что и как лучше будет смотреться.

Сговорились они быстро, Шайди заплатила положенную сумму и отправилась обратно в свою лавку.

Оказавшись на пороге, она вспомнила, что хотела угостить соседа, но кексов больше не осталось. Девушка покусала губу. У нее были другие планы на вторую половину дня, и вновь заниматься готовкой было бы немного неудобно.

— Что ж, я могу угостить его попозже. Никуда он не денется, — решила девушка.

Она занялась внутренним обустройством. Нужно было четко представить себе работу, попытаться понять, сколько мистиков она сможет брать к себе, пока работает одна, без помощников.

Шайди как следует прибралась в своем кабинете, расположила все предметы и бумаги именно так, чтобы ей было удобно. Подготовила несколько документов-шаблонов для посетителей, чтобы они заполняли форму по образцу: бланки она приобрела в местной канцелярии и на всех проставила свой личный штамп.

Штампом она даже полюбовалась. Пока что он вмещал лишь название лавки и ее имя, но уже это придавало всему ее делу какую-то невероятную солидность. Когда-нибудь она изготовит печать на заказ, где эти же буквы будут выведены каким-нибудь невероятно изящным шрифтом. Но это уже, конечно, после того, как она обретет стабильный поток клиентов.

От входа вдруг раздался настойчивый стук, и Шайди поспешила, чтобы открыть дверь.

На пороге обнаружился… сосед.

Глава 5.2.

Девушка удивленно взглянула на него.

— Разрешите нанести вам ответный визит, — улыбнулся Ардайн. — По-соседски. Если, конечно, у вас найдется на меня минутка.

— А? Да, конечно. Прошу, проходите.

Целитель прошел — быстро и уверенно. Тут же осмотрелся вокруг.

— У меня еще не все готово. Точнее, почти еще ничего не готово, — пролепетала Шайди.

Отчего-то она забеспокоилась из-за этого его внимания к своей лавке и тут же захотела оправдаться. Поймав себя на совершенно нелепой мысли, девушка разозлилась на себя и на соседа в том числе.

Чего это он решил повсюду тут своими черными глазищами рыскать?

Девушка недовольно засопела.

— Мило, — вынес вердикт неожиданный гость, одобрив чайный уголок. — Я как раз не с пустыми руками.

Ардайн приподнял руку и показал довольно увесистую красивую коробку.

Шайди тут же узнала примечательный штамп, что присутствовал на обращенной к ней стороне. Очень знаменитая и очень дорогая кофейня с широким выбором десертов. В этом квартале, даже в этом районе, таковой не было.

Выходит, целитель специально ходил за вкусностями? Ради нее? Или это лишь повод вот такой сюда войти и все оценить? А зачем ему вообще что-то оценивать в ее лавке? Они же не конкуренты друг другу.

Остановив поток мыслей, заклинательница решила, что просто примет гостя как полагается, и не более того.

— Я заварю чай. Обычный черный или ягодный?

— Обычный, — отозвался сосед.

Девушка скрылась в глубине лавки, оставив Ардайна в одиночестве.

Мужчина поставил коробку с пирожными на столик, уселся в кресло и вновь окинул взглядом пространство вокруг.

Здесь действительно было еще не все готово, но изменения уже бросались в глаза.

Он был здесь всего пару раз, пока работал Орвин, но умение запоминать детали позволяло сравнить в мельчайших подробностях одно и то же место при двух разных хозяевах.

В этом зале уже читался след женских рук. Иное расположение мебели, милые украшения, этот чайный уголок, оформленный с особой тщательностью, и даже выбор занавесей на окна.

Ему понравилось преображённое пространство. Потом станет, должно быть, еще лучше, когда его очаровательная соседка закончит со всеми приготовлениями к открытию.

Девушка вынырнула из-за двери, неся в руках поднос.

Ардайн поднялся, перехватил его из изящных рук и помог расставить чайник, чашки, блюдце с лимоном и сахарницу.

— Когда планируете открываться? — поинтересовался целитель.

— Надеюсь, что скоро. Заказала сегодня вывеску, мастер Торен обещал изготовить побыстрее.

— Точно, вывеска! — опомнился Ардайн.

Шайди поглядела на него. Забывчивость соседа ее удивила.

— Посетителям квартала будет довольно трудно вас найти без нее, — высказала она свою мысль.

Мужчина махнул рукой:

— Меня знают уже все здешние работники. Направят, как только у них спросят.

Она поймала себя на мысли о том, что прислушивается внимательнее к речи собеседника из-за его акцента. Акцент проскальзывал не в каждом слове, но во многих слогах. И было в этом что-то… приятно-странное.

— А тот, кто не спросит? — задала она уточняющий вопрос.

— Значит, ему не очень нужно, — логично рассудил Ардайн. — Хотя в моей профессии так не бывает. Если с энергией мистиков что-то не так, нужно с этим разбираться как можно скорее. А то ведь может случиться и… бум.

Шайди вздрогнула и покосилась в сторону стены, что разделяла ее с соседней лавкой.

— Нет-нет, — мгновенно прочитал ее обеспокоенный взгляд целитель. — В моей лавке ничего подобного не случится. Разве что вот бывает шумно… Но я установил новые артефакты. Поэтому надеюсь больше не нарушать ваш сон. Но вы себе тоже такие поставьте на всякий случай, а то мои пациенты довольно беспокойные и часто сносят вообще всю магию вокруг.

— Такие сильные? — спросила Шайди только ради того, чтобы спросить. Потому что ее внимание уже было приковано к красивому ягодному пирожному, что она выложила из коробки к себе на блюдце, и теперь думала, с какой стороны к нему подступиться.

— Да, я работаю с сильными и проблемными, — спокойно ответил Ардайн, украдкой посматривая за тем, как его собеседница щурится от удовольствия, пробуя угощение.

— Почему?

— Это интересно, — быстро ответил он. После чего доверительно склонился в ее сторону и уже тише добавил: — И за это хорошо платят.

Она мягко улыбнулась в ответ на такой холодный расчет. Улыбка у нее была очень красивой, а взгляд зелено-голубых глаз еще больше теплел.

Целитель и пришел сюда сегодня затем, чтобы немного сгладить впечатление от первого знакомства, а заодно понаблюдать за дессой Норвен в ее личной среде обитания. Такое соседство Ардайну действительно нравилось много больше, нежели присутствие Орвина.

Настоящий хозяин этой лавки обладал не самым милым характером и часто пытался ссориться с целителем. И из-за шума, и из-за перенасыщенных мистиков, что приносили в соседнее здание, и из-за Жара, который якобы шнырял по крыльцу самого Орвина и порой пугал своим внезапным появлением. На самом деле старик ворчал из-за всего на свете.

Возможно, на нем так сказывалась потеря чувства магии. Ардайн несколько сочувствовал заклинателю, но не понимал, отчего должен выносить чужое дурное настроение постоянно.

Шайдиссара Норвен, кажется, дурным настроением себя не обременяла. И изящные бровки если и хмурились, то лишь на секунду-другую. Поэтому целитель решил приложить усилия к тому, чтобы дальнейшее соседство сложилось прекрасно.

Прекрасные отношения между ними позволят обоим спокойно работать.

За окном забарабанил дождь.

Оба послушали его равномерный шум.

— А вы давно здесь работаете? — спросила Шайди, откладывая маленькую ложечку на блюдце и делая вид, что ей вовсе не хочется второго пирожного прямо сейчас.

Не хватало еще, чтобы сосед подумал, что она обжора и не следит за фигурой. У него вот с фигурой все в порядке. Ничего лишнего. Она-то уж точно знает. Ей даже угадывать не надо, что под хорошо скроенной одеждой целителя, явно сшитой по индивидуальным меркам, кроются тренированные мышцы. Они все были представлены ее взору…

Девушка, поняв, что поток мыслей опять пошел куда-то не туда, уперла взгляд в столешницу и искренне понадеялась, что собеседник не заметит, как у нее вспыхнули уши.

— Два месяца, — ответил на ее вопрос Ардайн.

— Что? Всего два месяца?

— Да, я фактически сам только недавно обустроился.

— Когда же вы успели так прославиться? — невольно вырвалось у Шайди, и она тут же прикусила себе язык. — Извините, это было невежливо.

Заклинательница стыдливо отвела от него взгляд.

Целитель же, напротив, весело хохотнул и отпил глоток чая.

— Я знаю, что обо мне говорят работники квартала.

— Да ничего такого не говорят… просто, что шумно иногда… Никто вон уже и внимания не обращает.

— Потому что всем пришлось прикупить разнообразную магическую защиту из-за меня. Я стараюсь доставлять поменьше неудобств, но иногда случаются непредвиденные ситуации. Я еще не получил некоторые свои артефакты. Как только мне их передадут, обещаю, что буду тише совы.

Шайди мягко рассмеялась и поправила его:

— Тише воды.

Ардайн задумался, потом произнес фразу на своем родном языке. Заклинательница прислушалась к непривычной речи.

— Тише совы, ниже тени — у нас говорят так. Иногда я путаю, — признался он, переводя свою фразу.

— Вы отлично знаете наш язык.

— Спасибо. Я готовился к поездке в вашу страну. Далмийское Королевство во многом достойно изучения.

— И давно вы у нас?

— Три месяца.

Девушка вновь встрепенулась.

Целитель улыбнулся, но тут же поднес чашку к губам, чтобы скрыть эмоцию.

Ее реакции его забавляли. Как открытая книга. Это было по-своему очаровательно. Хотя все-таки не лучшее качество для дельца. Но, может быть, еще научится, все-таки она молода. Моложе его лет на пять, должно быть.

Хотя Ардайн в ее возрасте уже не мог себе позволить ни открытости, ни наивности, ни вот такого пустого, но очень приятного разговора с тем, кто обитает рядом.

Всех, кто обитает рядом, позволено либо съедать с костями, либо стирать из существования. У его семьи довольно суровые законы.

Впрочем, здесь нет его семьи. Хотя бы именно в этот момент.

— Звучит несерьезно, — призналась Шайди.

— Почему?

— Вы так быстро освоились.

— Я ведь изучал страну, в которую еду. А наши страны — добрые соседи, вот как мы с вами, и поэтому многое друг о друге знаем со школьной скамьи.

Шайди действительно не могла этого оспорить.

Два королевства, оба с древней историей, оба пережившие многое, в нынешнем веке желали мира и покоя для самих себя, а потому давно образовали союз. Союз закрепили и великим множеством соглашений: от сухих политических до изящных культурных. Также связали себя и открытыми границами, и общим хорошим расположением жителей друг к другу.

Поэтому страны действительно многое что слышали друг о друге даже на обычном житейском уровне.

Неожиданно дверь медленно открылась, и показалась сначала рыжая лапа, потом рыжая морда, потом половина рыжего туловища.

Шайди и Ардайн посмотрели на кота.

Кот посмотрел на них, на секунду скрылся из вида и появился вновь, уже держа в зубах миску.

Именно с этим предметом он вошел, толкнул задней лапой дверь, чтобы она за ним закрылась, подошел к людям, поставил миску и уставился на двуногих.

Так как они не поняли его намека спустя две секунды, он нажал лапой на миску, та стукнула. Он нажал снова, она снова стукнула. И он принялся производить этот трюк с удивительно ровным ритмом, от которого в висках тут же застучало.

— Жар, ты вот зачем пришел? — покривившись, спросил Ардайн.

— А почему вы едите, а я не ем? — задал свой вопрос кот.

— Потому что ты уже ел.

Кот мигнул зелеными глазами, отвернулся от хозяина, с которым совершенно невозможно было выстроить нормальный диалог, и уставился на девушку.

Шайди смутилась от пристального взгляда и покосилась в сторону целителя.

— У меня есть мясо и сливки. Ему можно? — на всякий случай уточнила заклинательница.

— Только не каждый раз, когда он посмотрит на вас вот так или станет изображать голодный обморок.

Девушка поднялась и вскоре принесла угощения. Жар принялся с аппетитом есть.

— Вы мне нравитесь, — заявил кот, вкусно облизываясь. — Я вам что-нибудь принесу.

— Надеюсь, не топор, — тихо сказала Шайди, глядя на Ардайна. — Мне он не нужен.

Мужчина рассмеялся:

— Это уж как получится. Жар теперь полностью самостоятельная личность. Родившаяся из обычного мистика, который был настроен на то, чтобы приносить и уносить мои вещи. Поэтому привычка что-то таскать туда-сюда у него теперь неискоренима.

Шайди наблюдала за котом-мистиком, а Ардайн украдкой осматривал ее.

Он не видел мистиков рядом с этой девушкой. Ни одного.

Глава 5.3.

Даже если они настроены не на постоянную помощь ей, все равно уже был повод их заметить. Порождения или помогли бы принести ей нагруженный чайный поднос, или убирали бы какой-нибудь угол, или аккуратно складывали бумаги на стойке.

Но мистики нигде не крутились. Из-за чего целитель сделал вывод, что у нее их вовсе нет.

Не то чтобы это было невиданное явление: все-таки некоторые заводили мистиков для конкретных дел, а все остальное время те дремали в своих гнездах. А может быть, порождение вовсе недавно развоплотилось и новое еще не успело сформироваться.

Но что же, у нее оно всего одно? У мистических заклинателей их как раз бывает много, ведь они в том числе отрабатывают свои навыки и на своих же мистиках.

Напрямую спрашивать было не слишком вежливо, поэтому Ардайн не спрашивал. Но интересную особенность отметил.

А все интересное требовало самого тщательного изучения.

В дверь постучали.

— Надеюсь, когда моя лавка откроется, то и посетители будут идти ко мне так же охотно, — высказала вслух свои мысли Шайди, поднялась и открыла дверь.

На этот раз за ней обнаружился Аврон. Появление пекаря удивило ее не меньше, чем появление соседа и кота.

Его окружало едва заметное сияние — явная работа простого артефакта, который и укрыл его от дождя, который никак не прекращался.

В руке пекарь держал клетку, в клетке был заперт белого цвета мистик, с которым девушка работала сегодня утром.

— Шайди, тут такое дело… стало только хуже. Теперь он не роняет предметы, теперь он ими бросается.

Заклинательница нахмурила брови:

— Проходите.

Мужчина прошел, заметил Ардайна и неловко с ним поздоровался, явно не ожидая такой встречи. Целитель оставался безмятежным, как безоблачное небо, и продолжал пить чай. Он явно не собирался мешать чужим делам. Правда, уходить тоже не собирался. Как и его кот.

Пекарь водрузил клетку на стойку и резко выдохнул, как бывает после тяжелой работы.

— Как будто с ума сошел. Все кастрюли нам раскидал.

Шайди открыла клетку, и мистик тут же попытался из нее вылететь, но она схватила его в путы и остановила. Порождение обмякло и уставилось своими яркими большими глазами в никуда.

— Странно. У него просто стерлись строки, я их переписала заново. Все должно было быть нормально.

— Ох, нет. Нормальным это точно не назвать. Может быть, что-то плохо настроилось? — обеспокоенно спросил Аврон.

— Я сейчас посмотрю, — кивнула девушка.

При этом все ее мысли были о том, что плохой настройки быть не могло. Строки всего лишь истерлись. Это не новые мысли, которым мистика нужно обучить. По сути, она просто переписала своей рукой то, что в мистика и так уже было заложено до нее.

И ничего, кроме одного заклинания, в нем странного больше не было.

Шайди стала рассматривать строки. И сделала неприятное открытие: те действительно были повреждены. Теперь они не просто истерлись, а слились. То есть заклинания, вложенные в мистика, соединились в кашу из символов, из-за чего порождение и принялось буйствовать. Сила заклинаний заставляла его откликаться на мысли хозяина, но как именно их выполнять, оно не знало, и действия стали такими же хаотичными, как магические тексты.

Заклинательница попыталась разъединить слившиеся строки.

— Мне придется его оставить у себя, быстро тут, скорее всего, не получится… ай!

Она вскрикнула, отдернула руку и прижала горящие пальцы к себе.

Пекарь испуганно на нее взглянул. Ардайн тут же поднялся и мгновенно оказался рядом с девушкой.

— Покажите, — требовательно произнес целитель.

Она отняла руку от груди и протянула к нему дрожащую ладонь. Вокруг кисти сверкали искаженные магические искры, отдающие алым цветом. Искры вмешивались в ее собственную ауру и жалили ее.

Ардайн проявил свою магию, и та осторожно обвила руку девушки. И так же бережно захватила в плен чужую для нее энергию. Захватила, сжала и полностью погасила в одно мгновение. Боль, похожая на ожог, тут же унялась.

— Спасибо, — сказала Шайди.

Но целитель словно бы ее не слышал. Его внимание уже было приковано к мистику.

Он направил свою магию в порождение. И вокруг того вспыхнула магическая аура.

Шайди увидела магические потоки, в которых ничего не понимала. Все они выглядели как перепутанный клубок нитей.

Ее заклинания сверкали прямо над этой энергией, а целитель уже копошился в ней. Его магия осторожно отодвигала нити, некоторые из них рвала, какие-то распутывала, какие-то проходила насквозь. Все эти вещи происходили как бы одновременно. Пальцы Ардайна ловко шевелились, словно он виртуозно играл на невидимом инструменте.

Шайди и Аврон оказались полностью заворожены этим зрелищем.

И вот наконец одна из нитей внутри мистика вспыхнула алым. Целитель обвил ее своей магией. Протащил сквозь остальные потоки, и та оказалась впереди всех на самой поверхности ауры мистика.

— Перенасыщение в начальной стадии, — сухо констатировал целитель, и его эркафэльский акцент проявился явственней обычного.

— Но откуда? — пораженно воскликнул пекарь.

— Это вы должны сказать откуда, — взглянул на него Ардайн. — Слишком много команд, слишком частые просьбы, желание, чтобы мистик работал быстрее. Или он работал и быстро, и много, и слишком долго одновременно…

— Нет-нет, — замахал руками Аврон. — Ничего такого, все как всегда. Он у меня уже лет семь, и я ничего для него не менял.

— Вы его уже отдавали целителю?

— Нет, никогда. Не было необходимости.

Ардайн внимательно посмотрел на пекаря. Шайди чутко уловила этот взгляд, но что он означал, было совершенно невозможно разобрать.

— Я забираю мистика. Так как перенасыщение несильное, его удастся сохранить. Затем Шайди поправит заклинания, и мы вернем его вам. А нет, погодите… я должен сначала спросить: вы желаете сохранить мистика или мне развеять его?

Он действительно забылся, так как львиная доля его заказчиков желали не просто сохранить мистиков, они буквально готовы были платить какие угодно деньги за это. Но там и мистики немного иного уровня. Здесь же ценность небольшая. Можно будет сформировать нового.

— Эм… — неопределенно протянул Аврон.

— Развеивание обойдется вам дешевле, чем оплата работы двух человек, — явно подсказал ему правильный ответ Ардайн.

— Дессат Галларт! — тут же вмешалась Шайди.

— Да, десса Норвен?

— Так нельзя. Если можно сохранить, то давайте сохраним.

— Все зависит от пожеланий клиента и его статей растрат.

Девушка уже открыла было рот, чтобы сказать, что ей можно не платить. Но неожиданно Ардайн схватил ее ладошку и крепко сжал, явно призывая остановиться вовремя.

Заклинательница сомкнула губы. Целитель нежно похлопал ее по тыльной стороне ладони, явно выражая свое одобрение ее молчанием.

Всего этого пекарь не заметил. Аврон глубоко задумался и смотрел на своего мистика. Оценивал ценность порождения. Все-таки платить придется и целителю в том числе, а расценки у них зверские из-за специфики работы. Да и заклинания, скорее всего, придется все переписывать, а значит, и заклинатель дешево не обойдется.

— Ладно, давайте сохраним. Я все оплачу, — смирился пекарь. — Скоро праздник квартала, готовки будет много. Нового мистика сформировать я вряд ли успею, а помощник нужен.

— Хорошо. Давайте тогда все оформим. Десса Норвен, у вас же уже готовы заявки для посетителей?

— Да.

И они действительно все оформили. Сначала у нее, затем у целителя: почему-то туда они тоже пошли все вместе под предводительством Жара. Магическое порождение осталось у Ардайна, он первый должен был с ним работать.

— Поздравляю вас с первым клиентом, десса Норвен, — произнес целитель, когда Аврон уже ушел. Настроение у пекаря уже не было столь радужным, как в начале дня.

— Вообще, у меня уже делал заказ дессат Реннард, — гордо тряхнула головой Шайди.

— И вы ему помогли?

— Конечно.

— Бесплатно?

— Нет!

— Слава Всеблагим, а то я уже видел вашу готовность согласиться на все задаром.

— Вы что, умеете мысли читать?

Ардайн едва заметно улыбнулся. Все-таки эта девушка действительно не подозревает, как легко обо всем догадаться по ее лицу и поведению.

— Я просто подумала, что нужно помочь соратнику… — тут же очень честно призналась Шайди.

— В квартале более тридцати лавок и мастерских. Поможете одному — захотят все. И вы получите свою очередь из клиентов, правда, вот статья прихода будет равна нулю.

— Не надо так говорить. Тут вполне милые добрые люди.

Сосед посмотрел на нее как на неразумную. Шайди это мгновенно оскорбило, и она сурово сдвинула брови в ответ.

— Вы когда-нибудь вели собственное дело? — осторожно спросил Ардайн.

— Я достаточно работала заклинателем, теперь просто решила открыть лавку.

— Ясно, не вели. Тогда постарайтесь принять то, что когда дело касается вашей профессии, то труд должен быть всегда оплачен. Без всяких исключений. Ну разве что из-за каких-нибудь катастроф, тогда можно проявить взаимовыручку. За все остальное вы берете деньги. Это не меркантильность, это часть профессионализма. Иначе вас не будут воспринимать серьезно.

— С ума сойти, какой вы прожжённый делец.

— Моей первой игрушкой были механические счеты отца, а первым, что я испортил детскими красками, — финансовый отчет матери, — пожал плечами целитель.

Девушка фыркнула.

— Удачной работы, — бросила Шайди вместо прощания и поспешила покинуть чужую лавку.

И у нее опять смешанные чувства из-за этого мужчины!

То, что он попытался ее учить, ей категорически не понравилось. А то, что его советы в сути своей верны, заставляло задуматься о том, как работать в будущем. Советы были действительно правильными, но в знак внутреннего протеста она не желала их принимать.

Поэтому добрую половину вечера Шайди ходила и злилась и благодаря этому переделала кучу мелких дел.

Потом уже пошла наверх в свою комнату, чувствуя, как накопилась усталость.

Взгляд упал на узкую койку, на которой ей вновь придётся провести ночь. Она тут же вспомнила о своей уютной спальне в родном особняке. Потом вспомнила, что денег на хорошую кровать у нее все еще нет.

Но деньги появятся, если брать их за собственный честный труд.

Прав сосед, хоть это и очень раздражает!

Дорогие читатели, если Вам нравится история, отметьте ее лайком на стартовой странице. Это рейтинг для книги и вдохновение для автора!

Глава 6.1.

На следующий день Шайди не позволила себе проспать. Ведь если все получится, то уже послезавтра она может открываться.

Поэтому девушка закружилась в вихре дел.

Для того чтобы все выглядело достойно, она договорилась с лавкой бытовой чистоты об уборке всего и вся. Это существенно подкосило истощающиеся финансы молодой заклинательницы, но она понимала, что сама каждый угол убрать просто не успеет.

В лавке оказались совершенно очаровательные сотрудницы, которые обещали расстараться, раз речь идет об открытии.

Затем девушка сделала еще пару важных закупок, а на обратном пути ее подхватил мастер Торен. Он толкал впереди себя небольшую тележку, на которой была установлена какая-то огромная доска.

— Все готово, милая десса.

Шайди поглядела на доску и тут же радостно улыбнулась. Оказывается, это была ее вывеска, затянутая специальной тканью, которая берегла от повреждений при перевозке. Поэтому девушка видела лишь общие черты.

Они быстро дошли до ее лавки, и плотник распаковал вывеску.

— Ну как? — спросил он, следя за реакцией своей заказчицы.

Шайди смотрела на прекрасную работу и чувствовала, как ее давнее увлечение преобразуется в страсть. Ведь вот она — ее вывеска на ее лавке. Все это принадлежит ей.

Как же это, оказывается, здорово!

— Мне очень нравится. Спасибо вам большое.

— Отлично. Тогда мои парни ее сейчас повесят.

Сам же мастер пошел к лавке целителя, постучался в дверь и дождался, когда хозяин выглянет.

Ардайн вышел на порог и поздоровался со знакомым, крепко сжав его руку.

— Твоя вывеска тоже готова.

— Спасибо, — спокойно ответил он. Потом углядел вывеску Шайди. — «Лавка обыкновенных заклинаний»? Это не слишком… просто?

Ардайн взглянул на Торена, как бы желая утвердиться, что ошибки нет. Мастер пожал могучими плечами.

— Нет, именно так я и хотела, — с явным удовольствием заявила девушка.

Не могли окружающие знать, что она так назвала свою лавку из-за слов отца. Бартен Норвен сказал, что заклинания — это слишком просто и обыкновенно. Именно поэтому она и выбрала такое название.

Оно ее прославит!

Оставив рабочих прибивать вывеску, Шайди занялась другими делами.

Вскоре пришли помощницы по уборке, и помещение наполнилось рабочей суетой. Хозяйку лавки в какой-то момент бесцеремонно выставили из кабинета, чтобы она не мешала процессу, и девушке пришлось перебраться за стойку приемного зала. Здесь уже все было прибрано.

Шайди, оставшись одна, придирчиво глянула по углам, но повода для неудовольствия не нашлось. Все действительно было вычищено.

Входная дверь приоткрылась, и показалась худощавая фигурка Вейры.

— Готовишься к открытию?

— Да, осталось немного, — ответила заклинательница.

— А я тут кое-что принесла.

Цветочница открыла дверь шире и указала на большие кадки цветов, что держали ее мистики. Цветы были широкими, разлапистыми, пышущими здоровьем.

— Вот. Можно установить прямо здесь при входе, мне кажется, будет красиво.

— Спасибо большое. Выглядит замечательно! — радостно воскликнула Шайди, рассматривая зеленые растения.

— Я рада, — отозвалась Вейра. — Это просто подарок, ты не подумай. Орвин не любил лишних деталей, но теперь, когда здесь хозяйничает женщина, пусть будет уютнее. Огнецвет потихоньку тоже растет, когда окрепнет, передам тебе. Тоже будут завидовать и просить отщипнуть корешок, но ты не позволяй. Цветок особенный, улавливает ауру. Его надо не просто отдать, а только с самыми лучшими мыслями и желательно самым близким.

— Поняла, — послушно кивнула заклинательница.

— Хорошо. Тогда осваивайся и побольше тебе заказчиков.

Шайди еще раз поблагодарила знакомую, и та ушла.

Вскоре вся лавка была вымыта, работницы по уборке отчитались обо всем и тоже покинули помещение.

Пока девушка с ними прощалась, в открытую дверь проскочил Жар, неся в зубах какой-то предмет.

Кот вспрыгнул на стойку и положил его, подтолкнув лапой.

— Что ты такое принес? — поинтересовалась Шайди, вернувшись к нему.

— Магический охранный амулет. Набрасывает прочный полог на все окна и двери, — отчитался хвостатый.

Девушка рассмотрела небольшой артефакт и тут же узнала его характерные украшения. Именно те, что видела в лавке целителя. Именно те, что были очень и очень непростыми вещами.

— Нет, Жар, это очень дорогой предмет. Я не могу его принять.

— Дорогой? — переспросил кот-мистик, потрогав артефакт лапой. — А какая разница, если это подарок?

Шайди задумалась, пытаясь понять, как объяснить такие тонкие нюансы человеческих отношений.

— Берите, — раздалось от двери, и внутрь прошел Ардайн.

В руке у него была клетка с мистиком пекаря, которую он поставил на стойку рядом с магическим амулетом.

— Так это он принес по вашей указке? — тут же напряглась заклинательница.

— Нет, это он сам все решил, — легкомысленно ответил целитель. — Я планировал подарить вам набор хорошего чая.

Шайди отодвинула от себя артефакт.

— Тогда забирайте.

— Не нужно. Жар иногда чудит, но в силу собственной энергии неплохо чувствует, что и кому требуется. Раз он решил, что вам нужен этот амулет, значит, он должен быть у вас.

— А как же вы?

— Это не последний мой артефакт.

Девушка еще некоторое время сомневалась, но потом решила принять. Внутри поселилось чувство обязанности, но одновременно с этим она ощутила, что амулет действительно дарит ощущение безопасности.

Тем более на такой мощный магический предмет у нее в ближайшее время точно не будет денег.

— Вы уже исцелили его? — указала Шайди на мистика, решив, что проще говорить о работе, чем о дорогих подарках.

— Да, не самый мой сложный пациент. Так что теперь ваша часть работы, — сказал Ардайн.

Заклинательница поглядела на мистика, который теперь был лишен всяких магических текстов и представлял собой просто принявший форму сгусток энергии. Если его выпустить прямо сейчас, то он будет просто совершать какие-то хаотичные действия, пока полностью себя не растратит или пока его вновь не посадят в клетку.

— С ним теперь все в порядке? — еще раз уточнила заклинательница, помня, как обожглась о перенасыщенную энергию.

Не самое приятное чувство, с которым не хотелось столкнуться вновь.

— В целом да, — неопределенно ответил Ардайн.

В мистике была деталь, его насторожившая. Словно в магическое порождение уже вмешивался целитель. О чем он и спросил Аврона, но тот ответил, что ничего такого не случалось.

Однако едва заметный след воздействия на энергию остался, но этого было слишком мало, чтобы что-то понять и выстроить какую-то теорию. Ардайн и само вмешательство определил почти интуитивно. Он хорошо разбирался в магических потоках и умел подмечать то, что скрылось бы от большинства глаз.

Поэтому выводы были слишком туманными, чтобы с кем-то делиться. Даже с обворожительной соседкой.

— Когда станете очень знаменитой, замолвите и за меня пару словечек перед заказчиками.

Он подарил ей упомянутый чай, забрал Жара и покинул лавку.

Шайди подумала о том, что вот уж у кого, а у этого целителя все в порядке с заказами. Если судить по количеству мистиков в его лавке. Поэтому вряд ли он нуждается в лишнем представлении.

Кстати, интересно, откуда к нему вообще идут хозяева таких порождений? Обычный квартал, обычный район. Так откуда же у него столь необычные мистики, которые она скорее бы встретила там, где прожила всю жизнь?

Оставив этот вопрос на будущее, она занялась мистиком. Аврон точно сказал ей, какие заклинания нужно вложить в это порождение, и девушка работала четко и очень тщательно.

И все-таки она обдумывала ситуацию с этим мистиком.

Почему перенасыщение не проявилось тогда, когда она только пришла знакомиться с Авроном и он попросил немного подправить заклинания? Почему оно проявилось только к вечеру? Прошло полдня, и вдруг обнаружилось перенасыщение. Так разве бывает? Избыток магии накапливается не за несколько часов.

Возможно, об этом стоит спросить целителя.

Когда все было готово, Шайди подхватила клетку с мистиком и отправилась в пекарскую лавку.

Пара посетителей сидели в зале, еще один совершал покупки.

Заклинательница передала пекарю мистика.

— Теперь все точно в порядке, — уверила она Аврона.

— Надеюсь, — кивнул пекарь. — А то этот Ардайн… не знаю, как он работает. Ходят слухи, что ему проще развеять мистика, чем его исцелить.

Девушка тоже понятия не имела, как работает целитель, но отчего-то хотелось защитить соседа. О нем и правда ходит много слухов, и все какие-то неприятные. Хотя сама заклинательница не могла сказать, что Ардайн вызывает в ней те же чувства.

— Мне кажется, он просто предлагает выбор, — сказала Шайди.

— Или не слишком хорош в собственном ремесле, — едва заметно скривился Аврон. — Ну да ладно, пусть мой помощник еще поработает, а потом уж, если что, решим.

— Я хотела еще вас попросить принести мне несколько наборов пирожных завтра с утра. Хочу угостить первых посетителей.

Пекарь легко с этим согласился, пообещав прислать одного из помощников или зайти самому, если будет время. Девушка выбрала угощения и расплатилась за них.

Шайди вышла на улицу и столкнулась с девушкой, чье лицо показалось смутно знакомым. Заклинательница вспомнила, что именно эту особу она видела заплаканной и так и не решилась зайти к ней, чтобы завести знакомство.

При ближайшем рассмотрении стало видно, что это скорее молодая женщина, которой, должно быть, около тридцати лет. Светлые длинные волосы были заплетены в косу, в голубых глазах затаились льдинки. Но в глаза сразу бросалось, что вокруг рта прочно пролегли глубокие морщины, которые портили впечатление и сразу говорили о том, что эта особа часто бывает недовольна.

Она явно подсчитывала монеты, когда Шайди вышла из пекарни, и теперь крепко сжимала те в ладони, чтобы чужие глаза их не увидели.

— Добрый день, — вежливо поздоровалась молодая заклинательница.

— Добрый, — буркнула женщина.

— А вы ведь держите лавку украшений? Я хотела зайти, познакомиться с вами…

— А зачем нам с вами знакомиться? — раздраженно произнесла собеседница.

Шайди растерялась.

— Иногда излишнее дружелюбие отдает фальшью, — процедила особа, нервно огладив свою косу. — Поэтому не пытайтесь всем вокруг улыбаться, это выглядит глупо.

— Это выглядит вежливо, — парировала девушка. — Есть такая вещь, как этикет. И, если его придерживаться, общение становится приятным.

— И какой с этого толк? — усмехнулась та, отчего морщины около губ стали еще явственней и придали ее молодому лицу неприятный вид. — Это ничему не помогает, потому что все скрывают за этим свои мысли. И они далеко уже не так радужны. Но обо мне можете думать, что хотите, мы с вами уже вряд ли встретимся. Я закрываю лавку.

Шайди, сначала было решившая, что эту беседу пора завершать, неожиданно пристальнее взглянула на свою собеседницу.

— Почему?

— Почему? — все с тем же раздраженным видом переспросила особа, так и не назвав своего имени. — Вы хотя бы смотрите по сторонам? Вы пришли в полумертвый квартал. Зачем вообще пытаетесь здесь обустроиться? Тут все скоро закроется.

— Мне кажется, что дела довольно хорошо идут… — Девушка даже специально посмотрела на прогуливающихся людей.

Посетителей квартала казалось достаточно. В каждую из лавок и мастерских кто-то заходил.

— Вы здесь всего пару дней. Вы не видели, что здесь было год назад. Вот тогда да, дела шли хорошо. А теперь присмотритесь.

Раздраженная особа указала Шайди сначала на одно здание, потом на другое. Оба стояли закрытыми.

Заклинательница промолчала, не зная, что ответить.

Разве это не обыденность? Ремесло и торговля — постоянно меняющиеся процессы. Кто-то приходит, кто-то уходит, разоряется или, наоборот, перебирается в лучшее место. Пара закрытых зданий мало что значит…

— Я могу понять Орвина, — кивнула собственным мыслям говорившая. — Ему хочется получить с вас плату за аренду. Хотя бы еще месяц-два, но вы-то должны были изучить место, куда идете? Впрочем, дело ваше.

Сказав это, женщина, не попрощавшись, вошла в пекарню.

Шайди почувствовала себя сбитой с толку. Ничего подобного она услышать не ожидала.

Это было причиной слез в тот раз? Потому что этой работнице квартала нужно уходить отсюда? А при чем здесь тогда Реннард, который в тот раз шел прямо от нее и нервно оглядывался на окно, зная, что женщина провожает его со слезами на глазах?

Голову заполонили вопросы и невеселые мысли, и в свою лавку Шайди вернулась под их нестройный гомон.

Вейра не говорила ничего такого про квартал, а пекарь лишь упомянул, что клиентов стало меньше в последнее время.

Сердце кольнуло чувство тревоги. Будет обидно, если она обустроится здесь, но ничего путного из этого не выйдет. Тут уже дело даже не в договоре с отцом, а в том, что ей самой очень хотелось успеха и признания. И очень не хотелось провалиться только из-за того, что она выбрала неудачное место.

Заклинательница упрямо вскинула голову. Нельзя поддаваться грустным мыслям. В конце концов, она услышала о неудаче лишь одного человека, все остальные здесь продолжают работать и работают успешно. Если бы квартал переживал не лучшие времена, это было бы заметно от самого его порога.

Да тот же Ардайн не похож на того, кто поселится в каком-то полумертвом болоте. Такие, как у него, артефакты на тоненький ручеек прибыли не приобретёшь.

Поэтому все будет хорошо.

Шайди заперла лавку, расположила подаренный Жаром амулет над самой дверью и убедила себя, что непременно должна хорошо отдохнуть, ведь завтра открытие и очень важный день.

Глава 6.2.

Шайди была на ногах уже с первыми лучами солнца и чувствовала себя ободренной, как никогда. Ни один концерт, ни один выход на сцену не давал ей такого заряда энергии.

Если отец испытывал нечто подобное, она понимала, отчего он так желает затянуть ее в свой мир. Таким вдохновением хочется делиться, его хочется показать, передать другому человеку и увидеть, что он тоже все это ощутил.

Но, видимо, источник такой радости у каждого свой.

Открытие лавки казалось девушке действительно знаменательным событием, хотя она с трудом представляла, как все пройдет и на что стоит действительно рассчитывать. Ведь вряд ли к ней выстроится вереница посетителей. В конце концов, она не продавец сладких булочек…

Шайди привела в порядок чайный уголок в приемном зале: расстелила белоснежные салфетки, расставила сахарницы с двумя видами сахара, проверила чистоту чашек, поправила баночки, в которых хранились чайные сборы, поставила графин с простой водой и осталась довольна получившимся итогом.

Девушка прошлась по залу, со всех углов оценила порядок и чистоту. Не нашла, к чему придраться, и даже в некоторой растерянности встала за собственную стойку.

Поправила формы для заполнения, убедилась, что все необходимые бумаги у нее под рукой.

Все, что ей оставалось, — открыть лавку, но для этого еще было слишком рано. Даже сам квартал еще не был открыт.

Вдруг в дверь осторожно постучали. Шайди поспешила ее распахнуть. На пороге обнаружился пекарь.

— Вот, я же обещал, — указал Аврон на несколько изящных коробочек, что держал прямо в воздухе с помощью магической энергии его мистик. — Угощение для сегодняшних гостей.

— Спасибо большое.

Заклинательница забрала заказ и поспешила дополнить чайный уголок вкусностями.

— Смотрится отлично. Думаю, что людям здесь понравится. Они, должно быть, удивятся переменам, — высказал свое мнение мужчина, как следует осматриваясь.

— Не слишком много лишнего? — с беспокойством спросила девушка.

— Нет-нет, ничуть. В самый раз.

— Хочу выглядеть серьезно, а то еще решат, что я не мистиков настраиваю, а открываю чайный салон для молодых десс. Но хочу, чтобы было и уютно…

Пекарь хохотнул:

— Ну, между прочим, чайных в нашем квартале нет, поэтому вполне можете начать дело. Или совместить… Если только мистики не будут устраивать у вас такой же переполох, как у вашего соседа.

— Обращайтесь с мистиками правильно, и не будет никакого переполоха, — раздалось бурчание от самого порога, и в зал уверенным шагом вступил Ардайн.

Точнее, вовсе прошел как к себе домой, даже зашел за приемную стойку и принялся там что-то перекладывать.

— Эй! — воскликнула Шайди, растерявшая все слова от возмущения. — Дессат Галларт, что вы делаете?

Пекарь вздохнул, махнул рукой на прощание и поспешил убраться вместе с мистиком.

Ардайн тем временем вытащил приходную книгу, рассмотрел обложку, пролистал страницы, отложил куда-то в угол и вместо нее бухнул на стойку громадину в кожаном переплете.

— Это лучше, — прокомментировал он и, по всей видимости, посчитал, что этого более чем достаточно.

Шайди быстро приблизилась к нему, рассмотрела странный предмет, ничего не поняла и перевела недовольный взгляд на соседа. Правда, из-за того, что он был выше нее, голову приходилось задирать и сила взгляда немного не достигала того эффекта, который хотелось произвести.

— Дессат Галларт, почему вы вмешиваетесь?..

— Потому что я далеко не первый день веду свое дело, — пояснил целитель все с тем же уверенным до крайности видом, а главное, в такой манере, будто он вообще имел право тут что-то делать и менять. — Эта книга для ведения учета прибыли и расходов намного лучше. Во все ее страницы, линии и подписи вплетена магия. Не будет никаких помарок и ошибок. Если цифры не сойдутся, это тут же станет видно. Так намного удобнее, когда только начинаешь. Впрочем, и потом тоже намного удобнее. А еще я принес книгу отпечатков мистиков. Если у вас есть свой вариант, то тоже лучше заменить на этот. А вот это мои представительные карточки. Если что-то заподозрите в мистиках, направляйте ко мне.

Шайди внимательно понаблюдала, как сосед это все складывает, перекладывает и переставляет, и взглянула на него особенно злобно.

— Вы хотите урвать и себе кусок за мой счет? — процедила заклинательница.

Ардайн, уверенный в своей правоте, знаниях и навыках, изменившегося настроения соседки не замечал. Он уже разглядывал шкафы, что стояли вдоль стены за стойкой, и читал журналы и книги, что там расположились.

У него появилась еще пара мыслей, что можно заменить, а что еще докупить…

— Почему урвать? — ответил он вопросом на вопрос. — У нас разные поля для деятельности, но все-таки мы связаны. Я обязательно поделюсь с вами своими клиентами, десса Норвен.

— Не пойму, это забота или хитрость? — покачала головой заклинательница.

— Некоторые вещи можно совместить без всякого ущерба. А можно я украду печенье?

— Нет, это для гостей.

Ардайн посмотрел на угощение и быстро подсчитал количество.

— Столько не придет.

— Ну знаете ли!..

— Это сухая статистика, — спокойно пояснил целитель. — Услугами заклинателей пользуются на уровне мастеров-часовщиков или ювелиров. Не то чтобы редко, но, скажем так, у прачек работы намного больше в количественном соотношении.

— Дессат Галларт, — зазвенел сталью и холодом голос Шайди, и Ардайн наконец взглянул на нее.

— Да? — спросил он, почуяв неладное.

— Покиньте мою лавку.

Мужчина, услышав такой тон, мгновенно смолк. Затем рассмотрел девушку, что прожигала его взглядом, кивнул в знак прощания и поспешил выйти вон, пока его не выкинула изящная женская ручка за шкирку, как случайно забредшего кота.

Шайди медленно вдохнула и выдохнула.

Спустя пару минут взяла книгу прихода и принялась листать. Этот предмет действительно отличался от того, что она приобрела в обычной канцелярии. В нем чувствовалась магия. Помимо этого книга выглядела достойно и даже благородно. Подчеркивала статус только одним своим видом.

Книга отпечатков мистиков стала тоже для молодой заклинательницы открытием. Она и не подумала ее приобрести…

Отчасти потому, что это были довольно дорогие вещи. Невообразимый сосед вообще делал ей дорогие подарки… Стоило ли так легко их принимать? Может быть, он действительно преследует какие-то цели? И не только деловые?

Отчего-то так думать об Ардайне Галларте ей очень не понравилось, и она не стала.

Быть мистическим целителем — очень прибыльное занятие. Ведь к таким мастерам обращаются с самыми разными мистиками и самыми разными случаями. Включая очень опасные.

Когда магия перенасыщается, это всегда опасно.

А люди порой стремятся сохранить мистиков любой ценой. Если магию правильно настроили, если она служит человеку много лет, то от нее трудно отказаться. Как от любимой вещи. Порой просто невозможно. Без целителей не обойтись. И их услуги стоят соответственно.

Девушка перевернула табличку с надписью «открыто» и гостеприимно распахнула двери, благо погода сегодня была ясная и солнечная.

Шайди бросила взгляд на улицы, которые лишь едва заполнились посетителями квартала в этот ранний час.

Она даже с некоторой придирчивостью принялась оценивать количество народа, вспомнив слова недовольной особы, которая вроде как видит квартал в совершенно ином свете и утверждает, что у того сочтены дни.

Кто-то обратил внимание на то, что лавка, простоявшая закрытой некоторое время, сейчас преобразилась и явно приглашала к себе. Шайди улыбнулась людям, которые на нее взглянули. Они тоже ответили легкими улыбками, но прошли мимо.

Однако очень долго ждать не пришлось. Слухи в районе быстро распространились, и, по всей видимости, кому-то было действительно важно, чтобы лавка заклинателя наконец заработала в этом уголке города.

Поэтому через несколько минут Шайди встречала первых посетителей. К ней зашли сразу трое.

— Здравствуйте, — приветливо поздоровались они.

— Добрый день.

— Значит, теперь вы здесь хозяйка?

— Да.

— Выходит, Орвин действительно ушел от дел… Что ж, тогда можно оставить на вас вот это безобразие? — выступила вперед одна женщина, поднимая на стойку клетку со своим мистиком.

— Конечно, давайте посмотрим, — тут же приготовилась работать Шайди.

— Должен меня будить на работу, — пояснила посетительница. — Он и будит, но… опрокидывая самые тяжелые вещи на пол, которые только найдет. А тут и вовсе графин с водой мне на голову вылил. От таких пробуждений можно вовсе не проснуться…

Шайди невольно улыбнулась и посмотрела на мистика. Тот вел себя смирно и таращился то на хозяйку, то на заклинательницу.

Своих повреждений мистики не осознавали и никак не могли объяснить, почему те вдруг случились. Магия не испытывает стыда, она просто иногда искривляется.

Шайди связала мистика путами и немного посмотрела его заклинания.

— Заберу его до завтра. Вполне хватит времени, чтобы как следует его настроить.

Посетительница довольно кивнула, они обсудили необходимые детали, затем произвели расчет.

Шайди поглядела на монетки, что упали в ее кассу, и почувствовала гордость за саму себя.

У нее определенно все получится! Нужно просто как следует постараться!

Поэтому следующих своих гостей девушка встречала с еще более искренней улыбкой.

Двух мистиков удалось исправить сразу благодаря тому, что заклинания сбились совсем немного.

Чайный столик и угощения скрасили время ожидания и привели гостей в благодушное настроение.

Затем еще трое мистиков пополнили коллекцию и остались «ночевать».

Несколько людей заглянули просто из любопытства посмотреть, как изменилась лавка. Одна пожилая пара пришла узнать о предыдущем хозяине, заметно загрустив, что, скорее всего, возможности свидеться с дессатом Орвином уже больше не будет.

В лавку всунулась чья-то растрёпанная голова.

— Здравствуйте, — поздоровалась с головой Шайди.

— Здравствуйте. А… другого хозяина нет?

— Нет. Но думаю, что смогу вам помочь, — уверенно заявила заклинательница, сохраняя спокойный и собранный вид.

Голова на миг пропала, потом дверь распахнулась чуть-чуть шире, кто-то кому-то что-то сказал, и через порог переступил молодой парень. Посетителю, скорее всего, еще не было и двадцати лет. За его спиной держалась более изящная и хрупкая фигурка. Девушка того же возраста таращила глаза через плечо своего спутника прямо на Шайди.

Парень стушевался, замялся, а потом и вовсе отступил.

— Я, наверное, поищу кого-то другого.

— Давай зайдем. Ты уже две лавки отверг.

— Ну просто…

Девушка, проявив бо́льшую решительность, подошла к стойке и встала перед Шайди с видом, словно приготовилась отчитываться о поздней прогулке перед строгой матерью.

Заклинательница поглядывала на странную пару, но не спешила с выводами.

— В общем, у нас проблема с мистиком, — заявила юная особа.

— Именно этим я и занимаюсь, — качнула головой заклинательница.

— Да, в общем… — Парень решил, что не только его спутница должна отчитываться, поэтому тоже попытался заговорить, но сбился.

— …понимаете, — продолжила за него девушка, говоря невероятно быстро, — мистик должен передавать мне небольшие подарочки от моего жениха. И слегка меня обнимать.

— Слегка! Едва-едва! Поверьте, — приложив руку к груди, подтвердил жених.

— Да, и в общем он справлялся, а потом что-то немного сбилось, — неловко развела руками невеста.

Шайди коснулась мочки своего уха, потеребив сережку. Она искренне надеялась, что ей удастся разобраться в этой ситуации и понять, что же именно от нее хотят будущие супруги.

— Сбилось. Именно сбилось. Ничего такого я и не думал, — решительно заявил парень.

— Да-да, — принялась уверять юная особа, — и, в общем, теперь мистик… он…

Клиентка доверительно наклонилась к Шайди. Заклинательница зеркально повторила ее движение, стараясь как можно больше помочь молодым людям высказать то, что их так смущает и беспокоит.

— Обнимает меня… пониже спины, — тихо прошептала посетительница. — Точнее… даже ударяет. Слегка, не больно.

Ее жених покраснел до кончиков ушей.

— Это… возможно, не было бы проблемой, — продолжила юная десса, — если бы он не делал теперь это постоянно. И на людях в том числе.

Шайди сжала губы, чтобы не засмеяться. Это, в конце концов, непрофессионально. Тем более она в полной мере теперь поняла, насколько тяжело было высказать этой паре суть своей проблемы и что они упорно искали лавку, где могли всем этим поделиться.

Молодая пара смотрела на заклинательницу выжидающе и очень смущенно.

Шайди не выдержала, прыснула в сторону.

— Смеетесь над нами, да? — обиженно засопели оба.

— Нет, что вы. Простите. Это невежливо с моей стороны, — извинилась заклинательница.

— Невежливо это быть игриво отшлёпанной на глазах у сокурсников, — со стоном горечи протянула посетительница.

— Это можно исправить? — вмешался молодой дессат. — А то лучше я развею его.

— Конечно можно, — уверила Шайди. — Полагаю, вам настроили хорошее заклинание, чтобы мистик дарил подарки вашей избраннице. Не нужно начинать все заново. Давайте я посмотрю.

— Прошу вас, только не говорите никому.

Заклинательница улыбнулась им обоим. Потом снова наклонилась поближе, опершись на стойку.

— Ну, во-первых, если мистики не содержат никаких противоречащих законам и морали условий, тайна их заклинаний никогда не будет озвучена, — быстро проговорила Шайди и поглядела на юную дессу. — Вы же не оскорблены тем, что случилось?

— Нет.

— Ну вот. А во-вторых, ваш случай не самый… выдающийся. Мистики порой сбиваются еще более нелепо. А иногда их хозяева настраивают специально…

— Ой… — снова дружно выразила чувство замешательства молодая пара.

Шайди хитро улыбнулась.

Она ни в чем не солгала. Мистики действительно настраивались на бытовую помощь. Но иногда эта помощь была весьма своеобразной в представлении некоторых людей. И если это действительно никак не нарушало установленные законы, то заклинатели работали в том числе и с не самыми обычными заказами. И, как врачи, тоже хранили тайны своих заказчиков.

Шайди быстро проверила мистика, убедила пару, что исправить можно все здесь и сейчас, отправила их пить чай и скоро исправила перепутавшиеся магические тексты.

— Вот. Все будет прилично, как и положено. Никаких неловких моментов на чужих глазах.

— Спасибо вам большое!

Обрадованная пара быстро ушла.

Время стремительно пробежало вперед, и Шайди почти не заметила, как наступил полдень. В четыре часа дня ее лавка закроется и она будет разбираться с теми мистиками, которых оставила у себя, чтобы завтра вернуть их хозяевам.

На какое-то время наступило затишье, и девушка, не способная усидеть на месте из-за впечатлений дня, вышла на порог своей лавки. И тут же столкнулась с новым поводом для искреннего удивления.

В лавку целителя выстроилась целая очередь.

Глава 7.1.

Несколько человек выстроились друг за другом и спокойно ждали, чтобы пройти внутрь.

Шайди даже спустилась по ступеням и прошла пару шагов, чтобы оказаться ровно напротив дверей в лавку целителя и понять, сколько же человек сейчас в приемном зале целительской мастерской. Оказалось, что еще пятеро.

— Прошу прощения, что-то случилось? — решилась уточнить девушка у одного из мужчин.

— Да вроде бы нет…

— Просто столько посетителей у целителя…

— А! Вы это имеете в виду. К хорошим мистическим целителям всегда так. А дессат Галларт очень хороший целитель. А приемных дней у него всего три в неделю.

Шайди повела бровями.

Ее мучило любопытство и беспокойство из-за того, что у целителя явно больше посетителей, чем у нее как заклинателя, и она все никак не могла уйти.

— …не перегружай, понял? — донеслось до нее, когда Ардайн с каким-то из своих клиентов дошел до самого порога. У посетителя в руках был мистик. — У тебя их двое, вот и меняй из через два-три часа, ясно? Иначе снова перенасытится и всю работу тебе попортит.

— Хорошо, дессат Галларт, я понял. Я буду внимательнее.

Целитель крепко похлопал мужчину по плечу:

— Ты отличный работник. Поверь, это видно. Не нужно загонять себя еще больше. Ну и этих тоже, — кивнул он в сторону мистика.

Мужчина улыбнулся немного неловко, но радостно:

— Спасибо, дессат Галларт. Я побегу.

Мужчина удалился, а Ардайн стремительно развернулся и снова скрылся в глубине приемного зала. Очередь на улице подвинулась на одного вперед.

Шайди закусила губу.

Она потопталась еще минуту на одном месте, постаралась прислушаться ко всем разговорам, но ничего не поняла.

Только увидела, что и простые прохожие, которые прогуливались по кварталу, сначала с интересом поглядывают на очередь, затем читают вывеску и явно удивляются тому, что этот хвост тянется не к лавке булочника или аптекаря, а именно к мистическому целителю.

— Я еще хотел спросить по заклинанию… — услышала Шайди фразу одного из посетителей.

— А вот по заклинаниям, пожалуйста, к моей очаровательной соседке. Она отлично в них разбирается.

Девушка встрепенулась от неожиданности. А к ней уже направлялся весьма энергичный мужчина.

— Девушка, это вы заклинательница?

— Я.

— Отлично. Мне тут как раз нужно кое-что настроить.

Шайди проводила клиента в свою лавку, где тот быстро осмотрелся и вынес вердикт:

— Мило тут у вас.

— Может быть, чаю?

— Нет-нет, мне некогда, — замельтешил руками мужчина. — Смотрите, мне нужно, чтобы мистик следил за моими вещами. У меня сейчас много разъездов, и не сосчитать, сколько мелких амулетов, писчих перьев и представительских карточек я забыл.

Заклинательница быстро делала пометки на листе.

— Я поняла. Можно настроить, чтобы он напоминал вам, когда это будет удобно. Или забирал все ваши вещи сам, если будет чувствовать, что вас нельзя отвлекать от дел.

— Даже так можно?

— Да.

— Отлично. Что от меня требуется?

— Заполнить вот эту форму, — она подсунула клиенту один из необходимых документов, — оставить мне мистика до… послезавтра. И оплатить услуги.

— Конечно-конечно.

Посетитель рассчитался и, крайне довольный сложившимися обстоятельствами, покинул лавку, на пороге столкнувшись с входившей женщиной. Он вежливо отступил, пропустил ее и затем быстро ушел.

— Мне кажется, или дела идут неплохо? — задала вопрос вошедшая.

Шайди, наводившая порядок в документах, тут же вскинула голову и расцвела улыбкой. Потому что взглянула в самые родные на свете глаза.

— Мама!

— Привет, дорогая, как ты тут? — так же тепло отозвалась Амрин, приближаясь к стойке легкой походкой.

Дочь крепко обняла ее, радуясь неожиданной встрече, и они сели за чайный столик. Женщина аккуратно расправила элегантную светлую юбку и окинула внимательным взглядом пространство.

Шайди даже затихорилась в ожидании реакции родительницы.

— Что ж, учитывая, что у тебя ограничены средства, ты устроилась вполне неплохо, — высказала свои мысли Амрин, явно одобряя все, что предстало ее светлому взору. — Надеюсь, что за вот этим порядком не кроется то, что ты спишь на полу?

— Э, нет, конечно, нет, — быстро ответила Шайди. — А папа тоже пришел?

— У него репетиция. И нет, он не придет. Он считает, что ты просто упрямишься, а значит, довольно быстро бросишь дело. А зачем ему осматривать что-то временное?

— Я не брошу, — надулась Шайди.

Амрин улыбнулась.

Ей действительно было интересно, как устроилась дочь, и она еле выдержала эти дни, чтобы позволить ей все сделать самой. Амрин Норвен с первого дня хотелось приехать сюда, помочь, подсказать и поддержать. Она переживала, что Шайди может столкнуться со слишком большим количеством проблем. Однако из того, что она видела сейчас, сам собой напрашивался вывод — девушка справилась достойно.

Барнет, хоть и не желал приезжать сюда, конечно же, тоже ждет новостей, которые передаст ему супруга. Великий тенор лишь изображал хладнокровие. На самом деле нервничал и любопытствовал о судьбе дочери он не меньше матери.

— Хорошо-хорошо. Делай, что считаешь нужным, — ласково сказала Амрин.

Снаружи грохнуло, кто-то вскрикнул, что-то упало и снова грохнуло.

— Однако как здесь шумно, — протянула женщина, явно беспокоясь о том, что именно могло стать следствием всех этих звуков.

— У меня в соседях мистический целитель, — с тоскливым видом сказала Шайди. — У него происходит… всякое.

— О! Мой дед был целителем, очень интересная профессия. Давай посмотрим, — тут же приободрилась Амрин.

Прежде чем Шайди успела остановить родительницу, та уже поднялась, пролетела сквозь зал и выскочила за дверь. Женщина с живым интересом уставилась на бушующего мистика. Округлый комок нежно-розового цвета исходил на потоки энергии. Неподалеку стояли две юные барышни, тесно прижавшиеся друг к другу и испуганно глядевшие на вышедшую из-под контроля магию. При этом у одной была довольно странная прическа: коса с одной стороны, сбившаяся в какой-то невообразимый колтун, и распущенные волосы с другой.

— Ради Всеблагих, дессат, скорее угомоните его! — пискнула та, у которой была странная прическа.

Ардайн выглянул из своей лавки, быстро окинул взглядом барышень и тут же сосредоточился на мистике.

Мановением руки накинул магическую сеть, и та мгновенно заперла магию в коконе. Энергия больше не тревожила округу и не могла никому навредить.

Целитель спустился по ступеням и приблизился к мистику, вглядевшись в него. Ардайн проявил его ауру, и та показала сразу несколько раскаленных алых магических нитей. Мужчина тут же еще крепче связал его сетью.

— Юные дессы, — протянул Ардайн, вновь взглянув на девушек. Эти слова являлись как бы и приветствием, и явным акцентом на то, что он ждет от них пояснений.

— Мы просто готовились к поездке, он лишь немного нам помогал, а потом взбесился.

Взгляд целителя не изменился, и он продолжал молчать.

— Ну… мистик должен делать мне прически, и все было нормально, как всегда, а потом вдруг…

Девушки переглянулись и слегка опустили головы под безжалостным взглядом темных глаз.

— Возможно, что мы пользовались им целый день и не учли, что он может перенасытиться.

Ардайн кивнул в ответ на эти слова с таким видом, словно ему изначально все было очевидно и он наконец услышал правду, которую нужно было сказать с самого начала.

— Мистика я забираю, он опасен. Предупреждаю, заклинания сохранить не получится. Поэтому, если угодно, можете оплатить сразу и мои услуги, и заклинателя. — Он указал в сторону Шайди.

Юные дессы засуетились и принялись нервно рыскать в поисках кошельков, так как явно выбежали из дома в слишком сильной спешке и совершенно не помнили, взяли ли с собой необходимое.

Шайди с Амрин глядели на то, как они выскребывают монетки, считая каждую.

— Боюсь, что здесь едва хватит на целителя, — испуганно протянула одна из них и с отчаянием взглянула на Шайди.

— Сейчас главное исцелить, настройку можно сделать и после, — поспешила успокоить их заклинательница.

— Ах, точно! — опомнилась та. Кажется, испуг все еще не позволял ей мыслить рационально.

Вместе с подругой она прошла внутрь лавки целителя, чтобы рассчитаться за его услуги. Любопытствующие принялись расходиться, понимая, что уже ничего интересного здесь увидеть не удастся.

— Пожалуй, меня немного беспокоит такое соседство, — протянула Амрин, приглядываясь к соседней лавке так, словно за стенами той таилась стая диких собак.

— Все в порядке, — тут же постаралась убедить ее Шайди. — Все… разрушения если и касаются, то только его территории.

Мама недоверчиво покачала головой.

Когда она при входе рассматривала этот квартал, он произвел на нее хорошее впечатление. Близость такого мастера, как мистический целитель, Амрин не ожидала. Именно потому, что в ее роду был представитель такой непростой профессии, она прекрасно знала, что за этим стоит. Могут случиться вещи гораздо хуже, чем испорченная прическа.

— Милая, ты уверена, что стоит оставаться здесь?

— Да, все хорошо, — твердо ответила Шайди, целуя маму в щеку.

Амрин была вынуждена смириться.

— Что ж, я, пожалуй, пойду, — сказала она. — Помни, солнышко мое, что у тебя есть настоящий дом, куда ты можешь вернуться в любой момент.

— Я помню, мама. Но я пока еще едва начала. Дай мне попробовать.

Женщина улыбнулась:

— До встречи, милая.

Амрин направилась к выходу из ремесленного квартала. Шайди провожала ее взглядом и уже собиралась вернуться за стойку в своей лавке, как увидела несущегося в эту сторону Торена. Вид у всегда сдержанного плотника казался испуганным.

— Ардайн! — закричал он издалека. — Ардайн, помоги!

Глава 7.2.

На бегущего мужчину с тревогой оглянулись несколько людей.

Упомянутый целитель высунулся из-за распахнутой двери своей лавки, потеснив посетителей.

— Что еще стряслось?

— У Элвата все мистики взбесились. Они человека ранили. Помоги, — выдохнул плотник, пытаясь восстановить дыхание после бега.

Ардайн не стал задавать вопросов. Вид Торена сказал ему достаточно. Вряд ли такого человека легко взбудоражить ерундой и уж тем более заставить бежать через половину квартала в поисках спасения, если ситуация не приняла достаточно серьезный оборот.

— На сегодня закрыто, — бросил мистический целитель, и из-за резкости в голосе его акцент стал слышен куда явственней. — Приму завтра после десяти. Жар, принеси мне сумку с амулетами!

Говоря последние слова, Ардайн уже поравнялся с Тореном, и оба мужчины почти бегом кинулись в сторону мастерской точильщика. Шайди поспешила за ними. Она почувствовала тревогу, услышав, что кто-то ранен.

Выходит, мистики не просто перенасытились, а начали разрушаться. Только в этом случае их энергия стремительно и сильно возрастает. Они буквально сгорают в этом выбросе, но прежде действительно могут причинить много вреда окружающим.

Вскоре все оказались рядом с мастерской Элвата. И Шайди узнала место: она была здесь, заходила знакомиться с владельцем. Тем самым точильщиком, который показался ей слишком мрачным и неразговорчивым.

И как часто бывало, в момент беды кругом выстроились люди. Сколь напуганные, столь и любопытные. И это любопытство едва удерживало их от того, чтобы не подойти к опасному месту еще ближе.

Торен, словно таран, врезался в толпу и растолкал зевак. Те хотели было возмутиться, но мужчина, отличающийся сильным телосложением и выразительным взглядом, так на них глянул, что все предпочли помолчать.

Ардайн прошел за плотником по свободной колее и тут же увидел два кроваво-красных сгустка, кружащихся вихрями в воздухе. Мистики уже потеряли всякий облик, магия обрела свой первоначальный вид — вид свободной энергии. Только эта энергия была искажена до предела.

Как ветер может стать смерчем, так магия может стать абсолютным хаосом. Не свободным течением реки, а безумной волной, что сносит все на своем пути.

— Прочь, — рявкнул Ардайн, и люди вокруг резко отступили, словно по ним этот короткий окрик ударил плетью.

Целитель всмотрелся в оба вихря, затем перевел взгляд на Элвата. Точильщик находился поблизости, с него градом лил пот, глаза покраснели, а лицо исказилось от боли.

Он удерживал магию из последних сил. И этих сил остались крупицы.

Магия выстреливала молниями-жалами во все стороны, расплавляя, разрушая и ломая все, во что попадет. И она явно зацепила одного человека. Ардайн видел незнакомца в стороне, который баюкал раненую руку, истекающую кровью.

Целитель применил собственную магию. Серебро потекло с его рук тонкими плетениями. Они стремительными змеями бросились к первому алому сгустку, пронзили его насквозь, связали и сковали. Стали видны магические нити, из которых был соткан мистик. Серебряная цепь обвила каждую из них. И, как только Ардайн убедился в этом, он рванул цепи в разные стороны.

Магия затрещала, загрохотала и… разорвалась на мельчайшие алые нити. Но так как основная связь хаотичной магии была разрушена, они уже не могли причинить вреда. Нити быстро выжигали себя и просто исчезали.

То же самое Ардайн сделал и со вторым сгустком.

Элват тяжело опустился прямо на землю, как только все было кончено. Его связь с вышедшей из-под контроля магией тоже была разрушена, и он испытал неимоверное облегчение.

— Спасибо, — произнес он, потирая разболевшуюся голову. — Не знаю, как это случилось. Не понимаю…

— А лучше, чтобы поняли, — произнес Ардайн, глядя на него серьезным взглядом. — Полагаю, придется объясняться…

Он видел, что с другого конца улицы к ним уже спешит городская стража.

Пока тем еще оставалось несколько десятков шагов, целитель ощутил еще одну магию. Хорошую, светлую, структурную. После хаоса, что тут случился, она ощущалась мягким правильным порядком и дарила приятное ощущение.

Он обернулся.

Шайди быстро писала заклинание прямо в воздухе. От символов во все стороны шли серебряные линии-ниточки, и каждая стремилась к мистику, которых тут оказалось немало. Многие люди находились здесь со своими магическими помощниками.

— Да что такое, — нахмурилась девушка, видя, как некоторые из строк ее заклинания буквально стираются, как мел с доски.

Она попыталась еще раз.

Привычное дело вдруг показалось сложным. Не потому, что Шайди не знала слов, а потому, что приходилось прикладывать усилие. Разница была такой же, как если бы она, вместо того чтобы водить пером по бумаге, пыталась писать ржавым гвоздем на куске металла. Заклинания требовали от нее, чтобы она буквально продавливала их. Это было странно. Заклинательница не понимала, откуда такое сопротивление и что ей мешает.

— Я могу лишь немного снизить воздействие хаотичной энергии на ваших мистиков, — громко произнесла девушка, раздраженная неудачей и тем, что любопытствующие вовсе не собираются расходиться. И словно бы даже не думают, какие последствия могут быть у их собственной магии. — Всем, кто их при себе сейчас имеет, лучше всего будет уйти. Пока мистики не заразились.

Кто-то наконец спохватился и действительно поспешил покинуть место происшествия. Кто-то просто отступил и решил, что дистанция как-то их защитит.

Шайди лишь покачала головой и перестала писать заклинания. В любом случае какую-то защиту она создала. По сути, это самое большее, что она может сделать в таких условиях: на нечто более надёжное нужно куда больше времени. Но тогда уже проще разогнать зевак.

— Разойтись! Хватит толпиться! — послышался грозный рык со стороны.

Ардайн и Шайди обернулись на этот голос. На них надвигался крайне сердитый стражник во главе своего отряда. Представителей закона отличала черно-красная форма, боевые амулеты на поясе и пара мечей, что имелась у каждого. Оружие тоже едва отдавало магической энергией. Но это «едва» говорило как раз о качестве, а не о слабости.

— Капитан районного патруля, — все в той же грозной манере произнес представитель закона. — Что у вас здесь случилось?

Ардайн не сильно впечатлился очень строгим видом этого человека. По возрасту тот едва был старше его самого. Шайди слегка дрогнула на обращенный в свою сторону ледяной взгляд голубых глаз, а затем беспокойно оглянулась на Элвата.

Точильщик поднялся с земли, и это движение далось ему с определенным трудом. Было видно, насколько он вымотан.

— Это мои мистики. Перенасыщение, — тихо и мрачно произнес мужчина.

— И они мне чуть руку не отрезали! — вмешался еще один голос с расстояния. Все обернулись на него и увидели того самого раненого посетителя квартала. — Принялись швыряться этими тесаками, как умалишенные!

Пострадавший указал на большие мясницкие ножи. Только сейчас все приметили, что несколько из них действительно валялись на земле.

— Я требую компенсации! — добавил раненый.

— Разберемся, — вяло ответил ему капитан, которому важнее было понять, не случится ли еще какая беда.

Однако пространство вокруг хоть и сохраняло ощущение хаотичной энергии, но опасность уже нигде не виднелась.

Капитан безошибочно определил того, кто постарался спасти положение.

— Вы погасили мистиков?

— Да, — спокойно отозвался Ардайн.

— Целитель?

— Да.

— Ясно, — прищурился капитан.

Он уловил акцент у говорившего и рассмотрел его внимательнее. Эркафэлец? Да, определенно.

— А вы кто? — обратил представитель закона свой взор вновь на весьма очаровательную дессу.

На самом деле очаровательна она была действительно сверх всякой меры и одновременно с этим напугана. Отчего прекрасные глаза девушки были широко распахнуты, придавая ей беззащитный вид.

Молодую дессу непременно хотелось защитить.

Капитан внутренне приказал себе собраться и не поддаваться на внешность незнакомой барышни. В конечном счете он должен сохранять профессиональную стойкость и выдержку. В любой ситуации.

— Заклинатель, — ответила на его вопрос Шайди.

— Ясно, — повторился капитан.

Девушка совершенно не поняла, что значит это его «ясно». Ей ничего не было ясно, кроме абсолютного сумасшествия вокруг.

Она покосилась на Ардайна. Целитель стоял с таким видом, словно был на прогулке.

— Пройдёмте, — указал капитан на мастерскую точильщика. — Со всем разберемся.

Никто с представителем закона спорить не решился. Только пострадавший оказался вовсе не рад, что местом для разбирательств выбрали именно лавку, исторгнувшую из себя опасность.

— Хозяин, я все принес, — вдруг напомнил о себе Жар и подвинул лапой небольшую сумку.

— Спасибо, — ответил коту-мистику Ардайн, подхватывая свои вещи.

— А топор не нужен? Суеты столько вокруг, ощущение, что нужен.

— Нет, Жар, не нужен, — зашипел на него целитель.

Капитан обернулся к ним и так грозно сдвинул брови, что всем стало не по себе.

— Это он так шутит, — неловко вывернулся Ардайн.

— Интересные шутки, — процедил тот. — Особенно учитывая обстоятельства.

— Нет, это к делу не относится.

— А к чему относится? Вы на полставки дровосеком работаете?

— Нет, я…

— Мой хозяин — лучший целитель, зачем ему дровосечество? — философски взглянул на законника Жар.

— А топор ему зачем? — тут же вцепился в самую суть капитан.

Ардайн издал странный звук: нечто среднее между нервным смехом и резко вырвавшимся кашлем.

Шайди ждала развязки. Ей разве что совсем немного было жалко своего соседа. Но девушке было и правда интересно узнать, откуда у Жара такая страсть к топорам.

Кот повел ухом, явно размышляя над вопросом.

— Не нужен? — переспросил перерожденный мистик. — Мне просто казалось, это полезный предмет.

— Жар, закрой пасть, — рыкнул на него хозяин.

— Вот так вот им р-р-раз — и готово.

— Жар!

Капитан буквально наполнился тихой яростью.

— Это недопонимание, — тут же попытался остановить его мысли Ардайн.

Мысли ведь явно ничем хорошим не были наполнены после услышанного.

— Ему всего полгода, — указал целитель на кота. — Некоторые вещи он еще путает.

— Правда? — нехорошо прищурился законник. — А по мне так топоры, разбросанные мясницкие тесаки и кровь очень неплохо ложатся в общую картину. Правда, не пойму, почему она разворачивается в ремесленном квартале, а не в какой-нибудь гнилой подворотне. Однако разберемся.

Ардайн еле сдержался, чтобы не выругаться вслух. Жар махнул хвостом из стороны в сторону, не понимая причин недовольства своего хозяина.

— Дессат, это и правда недопонимание, — вмешалась Шайди, очаровательно улыбнувшись представителю закона. Тот ответил подозрительным взором в ее сторону. — «Таппар» — это эркафэльское слово и означает один из видов магических амулетов. Жар читает мысли хозяина на двух языках, и потому вышла… небольшая словесная путаница.

Ардайн посмотрел на девушку с таким удивлением, что у нее даже мурашки побежали. Но она продолжала смотреть на капитана.

Тот повел бровями и едва скривил уголок рта. Потом пристально взглянул на целителя.

— Да, — поспешил подтвердить тот.

Капитан перевел взгляд в том числе и на Жара, но кот-мистик принялся изображать обычного кота и ничего не отвечал.

Законник что-то буркнул себе под нос, кажется, не совсем приличное, но все предпочли этого не заметить.

— Давайте с вами сначала, — вызверился он на томившегося в ожидании Элвата, и они вместе зашли в его мастерскую.

Затем туда пригласили и пострадавшего.

— Откуда вы знаете? — тихо спросил Ардайн, чуть склонившись к заклинательнице.

Шайди обернулась к соседу и взглянула победоносно. Ее губы растянулись в широкой улыбке, а глаза сияли.

— Здорово я догадалась об этом, да? Я слышала это название. Оно даже используется в нашей стране порой как отдельный термин. У вас переняли… Только понять не могу, почему вы сразу это не объяснили?

Ардайн задумчиво почесал щеку:

— Я как-то об этом не подумал…

— Что? Погодите, но ведь Жар просто путает слова, да? Так ведь?.. — заклинательница нервно сглотнула.

— Нет, он правда имеет в виду топор, — спокойно ответил целитель и принялся рыться в принесенной помощником сумке.

Он вытащил пару амулетов, потом подумал о чем-то и вытащил еще один. После чего бросил сумку перед Жаром, чтобы та не мешалась в руках. Кот поставил на нее передние лапы и принялся сторожить.

— Вы же видели тогда, что Жар принес именно топор.

— Тогда я тоже буду надеяться, что вы еще и дровосек на полставки, иначе наклонности Жара меня пугают, — честно призналась в своих опасениях Шайди.

Ардайн весело хохотнул. Девушка смотрела на него настороженно.

Целитель приступил к работе и принялся использовать амулеты. Один из них ярко вспыхнул, и в его свете стали видны остатки алых искр — те рассеялись по довольно большой площади и продолжали незаметно сгорать. В свете амулета этот процесс пошел быстрее.

Шайди смотрела за его действиями и поняла, что не знает, куда себя деть.

С одной стороны, оставаться здесь было незачем. С другой, хотелось узнать, что послужило причиной такой беды.

Потом она вспомнила, что почувствовала странное при создании заклинания, и попыталась вновь одно из них написать.

Писать заклинания в обычном пространстве было все равно что тратить энергию впустую: так как энергия не была направлена на мистиков, она просто развеивалась. Но девушка хотела убедиться, что ей не показалось.

И она вновь ощутила сопротивление. Меньше, чем в тот момент, но оно все еще сохранялось. Создавать заклинание было очень тяжело.

— Почему так? — задалась она вопросом.

Шайди посмотрела на то, что алые искры искаженной магии уже почти исчезли. Значит, они не могли быть причиной того, что она ощущала. Да и не было такого, чтобы хаотичная магия как-то мешала созданию заклинаний. Она могла их сбивать и рушить, но не могла создавать трудности для их написания.

Девушка пыталась вспомнить, слышала ли она о чем-то таком, но в голову ничего не приходило.

Ардайн тем временем успел зайти в мастерскую, пробыть там пару минут и выйти.

— С остальными мистиками все в порядке, — произнес он, обращаясь к представителям закона, что прибыли сюда вместе с капитаном и теперь дожидались его распоряжений.

Те кивнули. Проверить слова целителя они не могли, пока не прибыл их собственный мастер.

— Думаю, мы можем идти, — обратился Ардайн к Шайди, продолжавшей стоять с крайне задумчивым видом. — Если мы им понадобимся, то нас вызовут.

— А как же Элват?

— Он косвенно виновен в случившемся. Когда установят точную причину перенасыщения мистиков, то вынесут соответствующее распоряжение на его счет. Как правило, это довольно серьёзный штраф.

Шайди почему-то стало обидно за мастера. Отчего-то ей не верилось, что он настолько неаккуратно обращался с мистиками, что довел магию до такого состояния.

Но девушка эти мысли оставила при себе. Как и те, что упорно сохранялись в ее сознании насчет заклинаний, которые было так сложно настраивать. Обо всем об этом она еще обязательно подумает, когда останется наедине с собой и сделает настройку мистикам всех своих первых клиентов за сегодня.

Глава 8.1.

Вернувшись в свою лавку, Шайди приступила к задуманному.

Мистики дожидались ее в рабочем кабинете в полусонном состоянии, и заклинательница порадовалась, что ее работа не связана ни с чем опасным. Магия, что она настраивала, представляла собой спокойный, уравновешенный порядок и ни к каким переполохам и бедам привести не могла.

Девушка усердно работала над каждым заклинанием, и к вечеру все заявленные мистики были настроены. Оставался только тот, что должен помогать не забывать вещи занятому дессату. Эта настройка занимала больше времени, поэтому Шайди и назначила себе на нее два дня.

С чувством выполненного долга и ощущением, что она хорошо справляется со своей работой, девушка позволила себе немного отдохнуть. Она приготовила себе легкий вкусный ужин из красной рыбы и овощного салата, заварила свежий чай с нотками цитрусовых и насладилась им вместе с печеньем, которого все-таки осталось в достаточном количестве на исходе дня. Она решила не подавать его завтра как угощение для гостей и поэтому пришла к выводу, что имеет на него единоличное право.

И только после того как все эти простые жизненные ритуалы были исполнены, Шайди позволила своим мыслям вернуться к происшествию в мастерской Элвата.

Магия, что потеряла свой облик и обратилась полным хаосом.

Мистики существовали в жизни каждого человека. Кому-то они нужны были, чтобы подавать кофе в постель, кому-то, чтобы вовремя кормить кота, пока хозяин на работе. Ничего существенного или глобального на них возложить было нельзя.

Поэтому мистики оставались лишь вспомогательным инструментом, который удобно использовать для самых простых нужд.

Элват, скорее всего, заключил в них самые простые мысли, которыми пользовалось большинство. Его магические помощники, должно быть, подносили ему инструменты и вещи. Возможно, наводили порядок среди тех предметов, которые клиенты передавали точильщику.

Поэтому снаружи оказались разбросаны тесаки. Мистики, прежде чем окончательно потерять свой облик, вышвырнули их. Магия при искажении из состояния порядка переходит в состояние хаоса, но все еще стремится выполнять ту команду, что в нее когда-то заложили. То есть если она всегда подавала какой-то предмет, то и в хаотичном состоянии она постарается сделать то же самое. Только ее усилия будут значительнее прежнего и само действие — искажено. И вместо спокойной передачи из рук в руки получилось, что магия буквально швыряла острые предметы во все стороны.

Перенасыщение. То, чего лучше не допускать. Мистик, если его слишком загрузить работой, постоянно отдавать команды, вливать в него все больше энергии, перенасытится и выйдет из-под контроля. В нем смешаются, сотрутся, сольются все заклинания, он перепутает или потеряет свою цель. Он станет опасен.

Чаще в таких случаях опасность остается в пределах разумного. Как, например, у тех барышень, которым мистик должен был делать прически. Они его так измотали, что он в конце концов попортил своей хозяйке волосы, а заложенное в него заклинание превратилось в нечитаемую кашу. И мистик больше не мог исполнять то, что от него требовалось. Такое магическое явление можно запереть и успеть донести до целителя, который все восстановит.

Но у Элвата мистики обратились хаотичными сгустками энергии, которая была настолько насыщена, что атаковала все пространство вокруг себя.

Немного выбивается из ритма обычной жизни…

Точильщик сказал, что не ожидал ничего подобного. Притворялся? Или действительно не рассчитал? Возможно, он выполнял заказы один за другим и сам не заметил, как не дал мистикам времени на отдых и перенасытил их энергией, постоянно отдавая команды?

Шайди прокручивала в голове и то, как она пыталась написать заклинания, чтобы прикрыть от остатков хаотичной энергии мистиков обычных людей.

— Все это очень странно, — пробормотала девушка.

Как заклинатель, она знала лишь одну причину, по которой может быть тяжело писать магические тексты: присутствие рядом превосходящей магической ауры. То есть поблизости должен был присутствовать человек с очень сильными способностями.

Но кто?

Ардайн?

Нет… Шайди не знала уровня магии целителя, но даже если он силен, то прибыли они в одно время. А все пространство вокруг мастерской точильщика уже было насыщено какой-то силой. Ардайн бы просто не успел это сделать.

Сам Элват?

Перенасытил мистиков, окутал все вокруг себя могущественной аурой, сам же привлек к себе опасное внимание, да еще и оказался косвенно виновен в ранении человека? Какой-то очень извращенный способ развлечься.

А все остальные — простые работники и посетители квартала. Какой им смысл сбивать заклинания?

Может быть, стоило обсудить все это с Ардайном, но Шайди медлила.

Впрочем, она в любой момент сможет завести разговор о случившемся, раз уж они оба были там. Необязательно прямо сейчас бежать в лавку к соседу и пытаться совать нос в чужие дела.

Такие выводы вполне ее удовлетворили, и заклинательница пошла наверх, желая принять ванну.

Ополоснувшись, она завернулась в уютное полотенце и села за стол перед небольшим зеркальцем. Достала из украшенной росписью шкатулки пару флакончиков и принялась наносить на лицо освежающие крема.

Именно в этот момент вся ее лавка сотряслась до самого основания с такой силой, что Шайди подбросило на стуле.

Девушка тихо вскрикнула от неожиданности и выронила из рук флаконы.

На секунду все замерло, затем нечто размером с боевой таран отчетливо грохнуло в ее дверь.

Шайди подскочила и бросилась вниз. Она была уверена, что увидит одни щепки и разрушенную стену вместо входа. Но, как ни странно, дверь все еще держалась на петлях и даже выглядела неповрежденной.

Заклинательница глянула на защитный амулет, подвешенный над входом. Тот светился, указывая на то, что именно его усилиями здесь еще все цело и она в безопасности.

Девушка спустилась по последним ступеням лестницы и замерла, прижав сложенные руки к груди.

Нужно было дойти до двери и попытаться посмотреть, что там или кто.

Медведь? Демон? Вражеская армия?

Девушка повела глазами по сторонам, стараясь понять, есть ли у нее шансы чем-то защититься.

Оказалось, разве что огромной и тяжелой книгой учета, подаренной вновь тем же соседом.

В дверь снова нанесли удар, но какой-то вялый, словно бы силы закончились.

Шайди собралась с духом и решила, что сначала только выглянет в окно, а потом уже решит, что делать. В любом случае закричать она всегда успеет.

— Прошу прощения, десса Норвен. Мои мистики устроили драку. Вы не пострадали?.. — распахнув дверь и как всегда решительно войдя внутрь, произнес Ардайн, а потом замер на полуслове.

Целитель уставился на застигнутую врасплох девушку. Она таращилась глазами круглыми, как блюдца, на него в ответ.

— Что… как… вы как вошли? — слетели с ее губ слова, изрядно сдобренные нервозностью и всевозрастающей растерянностью.

— Ну… дверь открыл, — объяснил очевидное Ардайн.

Он честно думал о том, что обязан хотя бы как минимум отвести от нее взгляд или отвернуться, а лучше всего уйти. Но он просто не мог лишить себя этого прекрасного зрелища.

Должно быть, именно так выглядят грации, что, по легендам, помогают самим богам в их непростых делах.

Полуобнаженная, с распущенной копной слегка влажных волос, с ярким взором великолепных глаз. С крепкой высокой грудью и тонкими изящными щиколотками.

Не женщина, а воплощенная в смертном мире греза.

— Дверь? — все еще сдавленно переспросила заклинательница. А потом резко, в одну секунду преисполнилась ярости и гнева. И грация стала демонессой. — Дверь?! Это вы затем мне артефакт подарили, чтобы вот так врываться?! Вы не знающий чести мерзавец! Выметайтесь немедленно!

В мистического целителя полетели предметы: стакан с карандашами, пресс для бумаг, какая-то статуэтка.

Затем девушка схватилась и вовсе за ту саму книгу учета, но не рассчитала силы, и тяжелый предмет вывалился из рук прямо под ноги.

— Ай! — пискнула Шайди, еле успев отскочить, чтобы треклятая книга не ударила ей прямо по пальцам. Но из-за резкого движения сразу же настала другая неприятность: полотенце, завернутое вокруг груди, принялось спадать. — Ой!

Она еле успела его подхватить вовремя. При этом под ногу почему-то попался один из карандашей, которыми она запустила в дурного соседа, и стопа прокатилась по нему, почти обрекая ее на падение.

Девушка неловко переступила, доведенная до отчаяния всем, что успело случиться за последние секунды, и закипавшая от гнева, что всему этому причина — человек, который так никуда и не делся.

— Шайди, пожалуйста, осторожнее, — сделал шаг ей навстречу Ардайн.

— Да уйдите же вы, наконец! Я закричу! — тут же громко предупредила она.

— Вы уже кричите. Хорошо, я ухожу, только, пожалуйста, аккуратнее. У вас за спиной статуэтка разбилась, там осколки.

Сказав это, целитель действительно мгновенно исчез и даже притворил за собой дверь, которая отчего-то вовсе не стала для него препятствием с самого начала.

Шайди всхлипнула, потом еще раз. Потом громко шмыгнула носом и судорожно задышала.

Отчего-то хотелось расхныкаться, но, кажется, это стало бы верхом глупости.

Девушка оперлась на стойку и закрыла голову руками.

— Да какого… что это вообще все было?

Она резко вскинулась и злобно уставилась на дверь. Затем решительно к ней пошагала, стараясь все-таки не наступать на предметы, которые теперь были всюду разбросаны.

Подошла к двери и закрыла ее на все замки. Артефакт над ней горел уже не так ярко, но все еще слегка светился, явно обозначая отличную защиту.

Ей хотелось его сдернуть, но она поостереглась.

Затем у нее в голове мелькнула какая-то мысль, и она уставилась на замки и щеколды. Не магические, обычные.

Она не могла вспомнить, чтобы закрывала их… Возвращалась она в думах о случившемся с Элватом, а после работы с мистиками уже не выходила сюда и не проверяла дверь, как старалась это делать перед сном…

Целитель сказал, что просто ее открыл?

Шайди закусила ноготок. Возможно, она действительно не заперлась. А амулет, подаренный им же, просто не распознал в первоначальном владельце врага, и Ардайн смог спокойно войти внутрь.

Девушка фыркнула. Просто так. От злости на всю глупую ситуацию в целом.

Потом обернулась назад. Там, где она до этого стояла, действительно были осколки статуэтки. Она всюду расставила эти милые безделушки, и, конечно же, она в гневе смахнула одну из них и даже не заметила.

Всеблагие, зачем ей вся эта ерунда в каждом углу?!

Она нервно зачесала копну волос.

Потом все-таки выглянула в окно, как хотела с самого начала. Но снаружи уже наступила тишина и не было видно никаких мистиков. Зато была видна разбившаяся ваза с цветами, что подарила ей Вейра к открытию. И был виден целитель, который осторожно все это убирал. Отбрасывал крупные осколки подальше от ступеней ее мастерской. Жар принес своему хозяину сначала метлу, затем совок.

Шайди отшатнулась от окна, пока ее никто не заметил.

Ей стало неловко за собственную истерику. А еще, кажется, она как-то там обозвала целителя… Хотя он вроде бы просто пришел убедиться, что она в порядке. А теперь вовсе подметает ее ступеньки!

Девушка метнулась вглубь лавки и быстро переоделась, нацепив простое домашнее платье.

Перед самой дверью она замерла, разгладила растрепанные волосы, после чего осторожно выглянула наружу.

— Эм, дессат Галларт, что вы делаете?

— Устраняю последствия драки моих клиентов, — спокойно отозвался целитель.

— В этот раз совсем разошлись, — высказал свое мнение Жар и покачал головой очень даже по-человечески. — Сначала у нас дрались, потом вот у вас дрались. Я уж думал, по всему кварталу пронесутся. Но хозяину надоело, и он их остановил. Цветочки вот пострадали, правда…

— Цветочки я компенсирую, — заверил Ардайн. — Какие и сколько захотите.

— Не стоит. Все в порядке, — быстро сказала Шайди. — Мистики опять вышли из-под контроля?

— Здесь вообще с мистиками происходит странное, как видите. Поэтому лучше быть осторожнее. А вы не заперли дверь…

— Да, я уже поняла. Извините.

— …я не об этом. Лучше проверяйте на всякий случай каждый раз.

При этих словах Ардайн наградил заклинательницу столь многозначительным взглядом, что ей стало не по себе.

Что такого творится в обычном квартале, что нужно быть настолько осторожной?

— Все равно простите за мое поведение, — добавила Шайди, чувствуя свою вину. — Я не должна была такого говорить.

— Ну я тоже должен был не так врываться, — честно признался целитель. — Поэтому тоже извините.

Девушка едва заметно улыбнулась.

— Всеблагие, не слишком ли много шума от одной лавки?! — раздался чей-то наполненный яростью голос со стороны.

Глава 8.2.

Шайди и Ардайн обернулись.

Знакомая девушка смотрела на них обоих с таким недовольством, что становилось не по себе. Шайди узнала в ней владелицу магазинчика украшений, которая предрекала кварталу скорую гибель.

— Что опять случилось, Миара? — послышался еще один окрик, и заклинательница наконец узнала имя вечно недовольной особы.

Та, сжав в руках длинную светлую косу, одарила выразительным взглядом Торена, который и задал ей этот вопрос. Плотник остался равнодушен к этому молчаливому выпаду.

Через минуту показались еще несколько фигур, и вскоре у ступеней двух соседствующих лавок собралась половина квартала. От них немного отделился Талрез. Часовщик встал словно бы между двумя сторонами, но пока что лишь присматривался.

— Дессат Галларт, — выступил вперед Реннард. Ресторатор мог похвастаться безупречным внешним видом даже в самом конце дня, когда полагалось быть уставшим. — Мы все понимаем специфику вашей деятельности, но все-таки и вы нас поймите. Существовать рядом с вами становится все сложнее.

— Вы что, не можете держать своих мистиков в клетках? — вновь крайне злобно произнесла Миара, и суровые складки вокруг рта вновь резко обозначились, испортив ее лицо. — Или вы настолько плохо справляетесь со своей работой, что попросту не в силах с ними разобраться?

Шайди почувствовала стыд за чужие резкие слова. Это было слишком, на ее взгляд. Но хозяйка лавки бижутерии не испытывала никаких угрызений совести.

— Развейте тогда эту магию к демонам, да и все. Столь хаотичные мистики — зачем их вообще беречь? Зачем пытаться их спасти?

— Миара, не надо так резко судить, — мягко остановил ее Талрез. — У разных профессий свои особенности.

— Мы видим эти особенности. И слышим. Уже почти каждую ночь. Дессат Галларт, вы намерены и дальше не давать спокойно жить и спать всему кварталу?

— То есть это я виновник вашей бессонницы? — удивился Ардайн. — Мне кажется, я как раз пытаюсь избавить вас от части бед.

— До вас мы не вздрагивали ночами и не закупались артефактами против шума, — настаивала на своем Миара. — А вот последние два месяца пришлось обвешаться. Избавляйте нас в другом месте. У вас достаточно престижная профессия, что вы можете позволить себе выбрать место получше.

— Миара, хватит, — одернул ее Талрез.

Молодая женщина лишь презрительно хмыкнула.

— Дессат Галларт помог справиться с тем, что случилось у Элвата, — добавил часовщик, обращаясь уже ко всем собравшимся. — Это немало. Пока законники привели бы кого-то из своих целителей, неизвестно, сколько бы еще бед там успело случиться.

— Да, здесь не поспоришь, — согласился Реннард. Ресторатор явно не готов был отмахиваться от очевидного. — Просто все-таки, если возможно… не могли бы вы справляться с мистиками чуть лучше.

— Я стараюсь, — развел руками Ардайн. — Только вот пока что сталкиваюсь с некоторыми необычными вещами.

— Например? — напряженным голосом спросил мужчина.

— Мистики ведут себя довольно непредсказуемо. Как у Элвата. Но не волнуйтесь, я немного переоборудую свою лавку, и вы больше точно ничего не услышите, — заверил целитель.

— Хорошо, хорошо. Десса Норвен, а как вы находите такое соседство? Кажется, несмотря на то что целители и заклинатели занимаются мистиками, вы редко когда пересекаетесь, — уточнил Реннард.

— Вам не следует за меня волноваться, — ответила ему девушка.

— Это не волнение, просто… понимаете, лавки целителя у нашего квартала не было никогда. И жители района пока что ей особого значения не придают, да простит меня дессат Галларт. Однако же вы, юная десса, заняли лавку многоуважаемого Орвина, и если вдруг на вас повлияют некоторые неприятности, что сейчас преследуют наши стены, то… сами понимаете. Это ударит по репутации всего квартала.

Сказав это, Реннард явно проследил за реакцией Талреза. Было видно, что часовщик имеет немалый вес в глазах окружающих. Должно быть, он и Орвин, как самые старшие по возрасту, успели завоевать здесь достаточно авторитета. И, хоть никакой официальной власти эти старики здесь не имели, на них ориентировались в такие моменты.

–Вы сомневаетесь во мне? — уточнила Шайди, видя в речи ресторатора определённый вызов для себя.

— Мы ничего не знаем о вас, — сказал Реннард, и все присутствующие поддержали его невнятным гудением. — Просто поймите, что на вас легла определенная ответственность и вы, может быть, ее до конца не понимаете.

— Что ж, это правда, что я никак не связана с предыдущим владельцем лавки, кроме как по договору аренды, — сухо отозвалась заклинательница. — Однако поверьте, у меня есть причины работать как следует, и я намерена справляться. Я сделаю все, что в моих силах. Вы уже имели опыт убедиться в моих способностях.

Реннард вежливо склонил голову, давая понять, что помнит о том, что был первым клиентом и действительно не смеет высказывать никаких нареканий в сторону девушки.

— Ну все, хватит, — поднял руки Талрез, жестом показывая, что нужно остановиться. — Давайте разойдемся и уже будем отдыхать. И без того насыщенный день вышел. Нет, Миара, ты сказала достаточно. Нам не нужна смута.

— Нам не нужны те, кто приносит новые проблемы, — рявкнула молодая женщина.

По всей видимости, она жаждала, чтобы последнее слово осталось за ней. Потому что сразу после этого она развернулась и стремительно удалилась в сторону своей лавки.

Лишившись подпитки самой яростной из всех присутствующих, остальные работники квартала явно растерялись, занервничали и поспешили разойтись. Талрез покачал головой.

Часовщик даже как-то сгорбился, когда все остальные скрылись в сумерках. Проявлять слабость перед оставшимися двумя людьми старик не стеснялся.

— Простите их за это. Они не со зла. Просто сегодня этот случай с Элватом да и у вас правда частенько что-то происходит. Вот они и сорвались, — проговорил он с извиняющейся улыбкой.

Шайди тут же прониклась к нему пониманием и сочувствием. Все-таки он старался ужиться между двух огней и держал на себе хрупкий баланс. А ведь квартал с каждым днем и каждым происшествием становился все более хрупким.

— Дессат Талрез, насколько большие проблемы у квартала? — спросил Ардайн.

— Ох, в Эркафэле все такие прямолинейные? — усмехнулся часовщик. — Давайте куда-нибудь пройдем…

Шайди встрепенулась, поняв, что они все стоят буквально на входе в ее лавку. Но у нее там сейчас весьма странные следы беспорядка, которые тоже могут вызвать подозрения. Однако что творится в помещении целителя, она вовсе не знала.

— Давайте ко мне, — спокойно пригласил всех Ардайн.

Они вошли внутрь. Здесь все было как всегда. Ничего, что могло указывать на бой мистиков или что хозяин лавки с чем-то не справляется. Шайди даже позавидовала такому мастерству по заметанию следов.

Они расселись в кресла.

— Во-первых, с кварталом все в порядке, — поспешил убедить их Талрез.

Ардайн хмыкнул.

— Да, понимаю, выглядит не совсем так, — тут же беспомощно поднял руки старик. — Но поверьте, это место знавало и худшие времена. Просто сейчас… кое-что меняется. Пара лавок, к сожалению, разорилась, кто-то нашел для себя лучший вариант. Тут еще этот Парк Стихий…

— А он здесь причем? — повел бровями целитель.

Талрез поглядел на него удивленно. Словно, на его взгляд, все было очевидно и ему даже было непонятно, как именно объяснить столь простые вещи.

— Как же… такое грандиозное место. Одно из ключевых во всем Лимарионе.

— Пока что это звучит как благо, — вновь подчеркнул главное целитель, и акцент в его речи проявился ярче, как бывало всякий раз, когда он старался взять под контроль эмоции.

— Нет, как бы это как раз не стало проклятьем, — качнул седой головой Талрез. — Эта сила гораздо могущественнее нас. Она сильнее, богаче, у нее куда больше возможностей. А здесь простой ремесленный квартал. Кому он нужен, когда неподалеку продолжает расти такой монстр?

— Парк Стихий создается для отдыха и веселья, — сказал Ардайн. — Не для каждодневной жизни. Там нет прачечных и часовых, не продаются мелочи для дома и школьная канцелярия. Как жизнь квартала может быть с ним связана?

— Да, вы правы…, но некоторым страшно. Мало ли что там может открыться… Парк занимает огромную территорию. Там всему место найдется.

— Не найдется, — отрезал целитель. — Существует давно утвержденный план. Он даже обнародован и начертан на открытых вывесках. Все могут ознакомиться с тем, что есть и что будет в Парке.

Шайди поерзала на своем месте. Талрез обратился к ней одним только взглядом, но девушка тоже не знала, что сказать.

Она тоже иногда вспоминала, что совсем рядом есть одно из самых посещаемых мест во всем Лимарионе. Но могло ли оно действительно влиять на всю территорию вокруг себя? В конце концов, это не королевский дворец, в стенах которого решаются судьбы страны и всех ее жителей. Парк — это действительно просто парк…

— Мы знаем, что вы связаны с ним, — подчеркнуто вежливо сказал Талрез, обращаясь к целителю. — Мы же видим, как вашу лавку посещают служащие Парка… Что ж, пусть будет так, как вы сказали, дессат Галларт. В нашем квартале все готовы работать. Со временем все наладится. Просто… как-то все неудачно складывается, и люди перестают к нам ходить. Еще с мистиками вдруг что-то началось. Теперь вот и с Элватом беда.

— Что-то уже известно по его случаю? — перевел внимание Ардайн, явно раздраженный нелепыми выводами часовщика.

А ведь если даже этот старик, проявляющий самое большое благоразумие среди всех, так думает, значит, все остальные тем более. Целителя это и правда задевало.

— Да, ему выписали штраф, и он обязан оплатить лечение пострадавшего, — ответил Талрез. — Не знаю, потянет ли Элват… Может быть, тоже решит продать лавку. Но мы что-нибудь придумаем. Ладно, я пойду. И еще раз извините за это неожиданное собрание.

Старик поднялся, вежливо поклонился обоим собеседникам и покинул лавку целителя.

Ардайн погрузился в думы. Жар выполз из какого-то угла, где все это время таился, и принялся смотреть на людей, лениво помахивая хвостом.

— Как думаете, все действительно так? — тихо спросила Шайди.

— Как?

— Квартал… разоряется? Миара как-то сказала мне, что я пришла в полумертвый квартал. Со стороны так не кажется, но, возможно, им виднее. Они все давно тут обитают.

— Именно поэтому у них столько страхов, — сказал Ардайн полным недовольства тоном. — При чем тут Парк Стихий?

— Потому что он великолепен и он близко, — тут же ответила заклинательница.

— И он не разорит все ближайшие к нему районы. Скорее наоборот.

— Это вам так кажется. Вы мистический целитель. С такой профессией вы никогда на улице не останетесь. А люди здесь всю жизнь занимаются одним обычным делом. И они боятся, что это дело погаснет в чужом ярком свете.

Ардайн посмотрел на нее. Она отвечала ему таким же прямым взглядом. Она действительно так думала. У простых работников вполне могут быть причины опасаться такого монстра поблизости.

— Почему вы пришли сюда, десса Норвен?

— Я искала место для лавки, Вейра подсказала мне этот квартал.

— И вы хотите поставить свое дело? — прищурился целитель.

— Да, а что такого? — встрепенулась девушка.

— Ничего, просто, мне кажется, у вас мало опыта.

Шайди насупилась:

— У меня вовсе никакого опыта, но я ведь имею право попробовать. Тем более видите, что с мистиками творится?

— Да, вижу. Такие перенасыщения в обычном месте… Немного странно.

— И мне так показалось. Знаете, дессат Галларт…

— Ардайн. Мы с вами соседи. Так будет удобнее и проще.

Заклинательница на миг смутилась, но все-таки согласилась с мужчиной:

— Знаете, Ардайн, я не могла сегодня писать заклинания возле мастерской Элвата. Это странно. Одно дело, когда они сбиваются или путаются, пусть даже стираются. Но чтобы их было трудно написать — это весьма необычно.

— И что может быть причиной этого? — тут же задал он вопрос.

— Очень сильный маг и его воздействие на пространство.

Целитель задумался.

— Может быть… Элвату хотели навредить? — обратилась к нему Шайди. — Может ли быть, что кто-то все это подстроил?

— Если так, то злоумышленник добился желаемого, — сказал Ардайн.

Девушка вздрогнула.

— Здесь что… кто-то затевает дурное? — испуганно спросила она.

— Принести топор? — тут же уточнил Жар.

— Всеблагие, да почему у вашего кота страсть к такому жутком предмету?!

Кот поглядел на заклинательницу с недоумением. На его, котий, взгляд, предмет был прекрасный. Очень удобный. Особенно для решения всяких сложных ситуаций.

Ардайн искренне расхохотался, наблюдая реакцию девушки на любимый вопрос питомца.

У целителя оказался заразительный мальчишеский смех, и Шайди поняла, что и сама готова улыбнуться, хотя секунду назад у нее вовсе не было повода для улыбки.

— Когда мистик обретает форму, на это уходит несколько дней, — взялся пояснять Ардайн. — И в этот период он довольно уязвим. Вместе с этим энергии у такой магии много и мистик действительно не может усидеть на месте. Жар обрел форму кота, вырвался за установленный мной барьер в доме и принялся носиться по всей округе. Пока не нарвался на свору собак. И всю эту стаю он приволок с собой на хвосте к воротам моего родового особняка. Дедушка не оценил… У меня великолепный дед. У него ступень мастера по многоборью. Метание боевого топора на дальность: он почти легенда у нас на родине. И в то утро он как раз тренировался… в общем, собакам под самые носы прилетело несколько штук. Ни одно животное не пострадало, но свора быстро поняла, что с охотой стоит покончить. А так как Жар был на этапе своего становления, он отлично запомнил свое спасение. И теперь его немного… заело.

Жар кивал в такт словам хозяина. Он даже рассерженно зашипел: воспоминания о том моменте он не любил. И вообще собаки — такие себе существа.

Шайди слушала рассказ целителя, неприлично раскрыв рот. Такой истории она точно не ожидала.

— Звучит так, как невозможно выдумать, поэтому, должно быть, это правда, — вынесла она вердикт.

— Вы думали, у меня какие-то страсти и наклонности? — вновь хохотнул Ардайн.

— Ничего я такого не думала, — заклинательница поспешила отвести глаза.

Ему даже стало немного жаль. Ему нравились ее глаза и ее взгляд. И не хотелось, чтобы она их от него прятала.

— Давайте сегодня отдыхать, — предложил Ардайн. — Но, Шайди, прошу вас, если еще что-то заметите странное — скажите.

— Хорошо. Думаете… что-то может повториться?

Мужчина пожал плечами:

— Просто лучше проявлять осторожность. Она никогда не помешает. Плотно заприте дверь. Завтра я получу еще кое-какие свои вещи. Передам вам пару защитных амулетов.

— Не стоит…

— Стоит. С соседями нужно дружить и им нужно помогать, чтобы жить спокойно.

Шайди не нашла что ответить на это, поэтому поспешила распрощаться и вернуться к себе.

Ардайн какое-то время посидел в тишине, погрузившись в раздумья.

— Что думаешь, Жар? — спросил он.

Советоваться со своим говорящим помощником он любил. Кот-мистик порой видел вещи в таком свете, в котором у его хозяина не получалось.

— Что зря вы тут разместились, хозяин, — с видом самого умного в мире кота ответил Жар. — У нас особняк в городе, особняк за городом. Почему не там?

— Здесь удобнее. К Парку ближе и вообще… жизнь видна. Мне нравится видеть суть, а не поверхность.

— Как скажете, хозяин. Может, поедим? — высказал дельную мысль кот.

— Давай, — моментально согласился целитель, бодро поднимаясь на ноги, — а то от всей этой суеты и похудеть можно.

Глава 9.1.

— Дурной мальчишка! Да как у тебя вообще ума хватило?!

— Хватит, мам. Я все понял.

— Понял он! Я тоже все поняла. Доверять тебе нельзя! Десса, будьте добры, настройте его мистика так, чтобы он мне потом в конце дня отмечал все предметы, которых касался мой сын, — решительно произнесла женщина, с гневом глядя на ребенка.

Парень рядом закатил глаза.

Шайди записывала и поглядывала то на мальчишку, то на его мистика. Своей реакции по поводу небольшого семейного скандала она старалась не показывать. Отчасти она понимала обе стороны. Стороны друг друга понимали не очень и потому сердились друг на друга.

— Меня устроит, если он просто будет выделять в списке, — неопределенно взмахнула рукой посетительница, тоже по всей видимости справляясь с первой волной своего раздражения. Теперь в ее голосе просто угадывалось лишь легкое недовольство. — Можно так?

— Да, можно, — спокойно отозвалась заклинательница.

— Отлично. Вот и пусть магия за тебя отчитывается, раз ты матери врешь.

— Мам, я же сказал, что больше не буду, — протянул ее сын.

— Конечно, не будешь. Если я еще хоть раз учую табак, не посмотрю, что тебе пятнадцать, выпорю.

Мальчишка насупился.

Шайди сделала вид, что увлечена своими записями и параметрами мистика, которого ей отдавали для настройки заклинаний.

— Это ведь твое здоровье, — тише и спокойнее сказала женщина. — А здоровье — это все твое будущее. Подумай об этом и не делай больше глупостей. Но какое-то время я за тобой буду следить.

Парень обреченно мотнул головой.

Они закончили с оформлением и покинули лавку. Шайди отнесла мистика в свой рабочий кабинет, где ему предстояло дожидаться второй половины дня. Только тогда она сядет работать над заказами.

Следующие клиенты были спокойные и ничем особенным не отличались: девушке нужно было, чтобы мистик ухаживал за домашними цветами в ее отсутствие, а мужчине понадобилось, чтобы магия поддерживала его и не позволяла падать, пока он расхаживает ногу после операции.

Шайди чувствовала, что потихоньку со всем осваивается и уже лучше понимает тех, кто приходит к ней, пусть и прошла всего пара дней. А еще ей стало яснее, как распоряжаться своим временем и как лучше формировать заказы.

Итоговая прибыль была пока что скудная, но девушка все равно старалась распределить ее правильно и кое-что улучшить в лавке. Таким образом, рабочий кабинет стал еще удобнее. Мастер Торен тщательно исполнял каждый ее заказ, за что она была ему крайне благодарна.

Особенно за то, что он быстро изготовил новую вывеску для ее лавки. Для нее и целителя.

Какой-то мистик на этот раз испортил вывески, закрасив их цветными красками. Ардайн отнесся к этому философски, а вот Шайди такое заставило понервничать. Пока что к ней не стояли очереди, как к мистическому целителю, и ей было важно обозначить себя.

Дверь тихонько отворилась.

— Здравствуйте, — еле слышно поздоровалась посетительница.

— Добрый день, — вежливо ответила хозяйка лавки.

— Мне порекомендовали вас подруги. Сказали, что вы отличные заклинания для красоты настраиваете.

Шайди в ту секунду что угодно пообещала бы настроить, так как услышала удивительное — порекомендовали. Ее! Уже! Значит, возможно, потихоньку люди рассказывают друг другу о заклинательнице квартала и ей можно будет рассчитывать на большее число посетителей.

— Я могу попросить вас тогда настроить его на легкую магию, чтобы он приглядывал за теми нарядами, что на мне? Немного их поправлял и разглаживал при необходимости? — спросила клиентка, показывая своего мистика, запертого в клетке.

Тот был нежно-розового цвета и глядел в ответ такими же глазами.

Шайди осмотрела внимательно магическое порождение.

— А когда он сформировался? — уточнила она спустя пару минут.

— Месяц назад, — тут же ответила собеседница.

— Сомневаюсь, — со знанием дела протянула заклинательница.

Посетительница смутилась и честно призналась:

— Неделю.

— Тогда для него это еще слишком тяжело. Что-то вам подать или пуговицу застегнуть — можно настроить, но большего он пока не сможет. Развеется.

Шайди была действительно рада рекомендациям, но идти в ущерб магии не желала. Такие поступки не принесут ей хорошей славы.

— Жаль. Поняла вас. Спасибо, — коротко ответила пришедшая.

— Приходите через месяц, я все сделаю.

— Хорошо.

Заклинательница проводила ее взглядом.

Что ж, вполне возможно, что клиентка не вернется. Может быть, забудет, а может быть, обратится к другому заклинателю. К такому тоже стоит привыкнуть, это все часть работы.

До конца последнего рабочего часа так никто и не заглянул, и Шайди закрыла лавку.

Она отметила, что мастерская целителя тоже сегодня не работала. Но дело было даже не в этом, а в том, что и самого Ардайна она увидела мельком в окно только ранним утром, и, кажется, с тех пор он не возвращался.

Шайди принялась за мистиков, что ждали ее в рабочем кабинете. Провозившись с настройкой заклинаний почти два часа, она решила, что заслужила перерыв, и решила идти на кухню готовить себе чай, однако в тот же момент в дверь лавки постучали.

Девушка заранее посмотрела, кто пришел, и, увидев Вейру, открыла.

— Сильно отвлекаю? — спросила цветочница.

— Нет, заходи. Чай будешь? — любезно предложила Шайди.

— Да, спасибо.

Они расположились на кухне с кружками ароматного чая и тарелочками со вкусностями.

— Как первые дни? — спросила Вейра.

— Неплохо. Вроде со всем справляюсь и недовольных нет.

— Это хорошо. Если у нас будут работать и заклинатель, и целитель, то, возможно, в целом дела наладятся. Я беспокоюсь, как пройдет праздник квартала. Обычно здесь весело и шумно, а в этот раз даже не знаешь, к чему готовиться.

— А давно это началось? — уточнила Шайди.

Вейра задумалась.

— Пожалуй, что меньше года назад. Закрылась пара мастерских, потом у дессата Орвина что-то с мистиками разладилось. У Миары вот совсем плохо дела идут… боюсь, она тоже закроется. Между нами, мне кажется, она рассчитывала на поддержку Реннарда. Но, по всей видимости, ничего не вышло, — понизив голос, сказала Вейра.

— Почему именно на него?

За исключением первого дня в квартале, Шайди совсем редко пересекалась с ресторатором. Кажется, он был довольно сильно занят своими делами, и праздно гуляющим его тоже не удавалось заметить.

— Он давал ссуду Торену, это всем известно, — поделилась сведениями Вейра. — Может быть, еще кому-то… Но, по всей видимости, Миаре он не выделил денег даже под проценты.

— А Реннард обладает средствами?

— Он же ресторатор. Это не единственное место, которым он владеет.

— Ясно, — неопределенно протянула Шайди.

Значит, тот раз, когда она видела уходившего в спешке Реннарда, он шел все-таки от Миары. И должно быть, именно тогда случился тот неприятный разговор. Или один из них. Что, конечно же, стало достоянием общественности, как часто бывает в узких кругах.

— Что ж, думаю, стоит постараться на празднике. Может быть, действительно все исправится, — с энтузиазмом произнесла Вейра, явно настраивая себя на хорошую работу и светлое будущее.

Шайди было трудно разделить ее эмоции: она еще слишком мало времени провела в квартале, и его важные даты не вызывали в заклинательнице никаких чувств. А хорошо работать она пока что должна каждый день, без всяких исключений. Только так она заработает себе хорошую репутацию.

— Я хотела посетить Парк Стихий, — вдруг предложила Вейра, допивая чай. — Говорят, там невероятная лавка в цветочном бульваре. И вроде бы они продают семена и саженцы. Пойдешь со мной?

— Думаю, можно.

Глава 9.2.

Они покинули лавку, и Шайди тщательно ее заперла, с некоторым беспокойством приглядываясь к соседнему зданию. Но мистиков было не слышно и не видно. Так же как и целителя.

Если повезет, то ничего сегодня не приключится, и тогда по возращении ее не ждут никакие неприятные сюрпризы вроде разрисованных окон. Такое мистики недавно тоже пытались сделать, но целитель их вовремя остановил.

— Говорят, Ардайн связан с Парком. Многие служащие оттуда приходят именно к нему, — сказала Вейра, тоже весьма пристально оглядывая здание.

— Разве это плохо? — спросила у нее Шайди, пока они направлялись к выходу из квартала.

— Нет, просто к Парку и так отношение не очень, а Ардайн вроде как извлекает больше всех выгоды, когда остальные страдают. В смысле, что именно он работает с перенасыщенными мистиками.

— Он работает именно здесь. Какая ему выгода, если квартал заработает себе дурную славу? Сюда не будут приходить даже ради хорошего целителя в этом случае, — заявила заклинательница, чувствуя ответственность за то, чтобы защитить соседа в его отсутствие.

Домыслы и пустые обвинения Шайди очень не любила.

Вейра вздохнула:

— Возможно, ты и права….

Женщины достигли портального перехода, ступили в очерченный магическими печатями круг, написали в воздухе нужный адрес и через секунду оказались уже у центрального входа в Парк Стихий.

Тот встречал их гигантскими стеклянными арками, погружая в атмосферу грандиозности сразу же. Внутри стекла, словно по руслам, перетекал свет самых разных оттенков. Над арками ярко светилось название этого места, так что даже ночью его отлично было видно.

За арками виднелись широкие, выложенные светлыми каменными плитами дорожки. Их мягко окружала зелень: облагороженный лес принимал в свои объятия каждого посетителя и позволял погрузиться в удивительный мир. Среди огромного города, застроенного камнем и металлом, эта часть Лимариона словно бы была из другого мира.

Шайди бывала здесь раньше, но и в этот раз ощутила восторг.

Цветочный бульвар встретил их яркими красками — цветы были повсюду. Они вызывали в душе такую же радость, и улыбка сама появлялась на лицах всех, кто сюда попадал.

Торговый павильон, полностью выстроенный из стекла, приветствовал их открытыми дверьми.

Внутри было прохладно, едва уловимо пахло чем-то сладким и было точно так же красиво, как и снаружи.

Вейра, работающая с цветами, невольно ощутила себя маленькой и почти ничтожной, вспомнив свою лавку. Должно быть, ее магазинчик весь целиком уместится на той территории, что была в этом павильоне лишь входом.

Множество отделов и зон, множество растений и цветов. Даже деревья. Здесь было все. И все это можно было приобрести для собственного удовольствия.

— Ах, ну как моя лавка может с этим поспорить? — вздохнула Вейра, глядя на всю эту красоту.

Шайди не стала ничего говорить.

Действительно красиво. И необычно. Словно в ботаническом саду.

Редкие виды цветов и деревьев, те, что просто так не растут на улицах. Те, которых вовсе не найдешь в их королевстве в дикой природе.

Вейра принялась расспрашивать одну из работниц павильона о тех цветах, семена которых можно купить и за которыми можно будет ухаживать в обычных условиях. Девушка очень вежливо обо всем ей рассказывала.

Шайди, не имея интереса к этому делу, принялась расхаживать по рядам, просто любуясь обстановкой.

— Жар? — вдруг заметила она знакомый рыжий хвост. — Что ты здесь делаешь?

Уши кота чутко дернулись, и он обернулся к девушке:

— Сопровождаю хозяина.

Самый логичный ответ из тех, что мог дать мистик. Заклинательнице даже стало неловко. Очевидно же, что этот кот не разгуливает сам по себе. А значит, Ардайн тоже здесь.

— Это подруга моего хозяина, — сказал Жар, оборачиваясь куда-то.

В тот же момент с цветочного куста сорвалась красивая красногрудая птица, и только тогда Шайди заметила ее. Из-за обилия красок она даже не обратила внимания пернатую.

— Приветствую в нашем павильоне, — вежливо произнесла птица и изящно махнула крыльями. — Друзья дессата Галларта — наши общие друзья. Хотите, я подарю вам цветок?

— Спасибо большое, не стоит. Мне нравится просто смотреть.

— Наверное, стоит предложить ей еду, — рассудил Жар. — Когда ей приносят в лавку еду, она никогда не отказывается.

— Жар! — вспыхнула Шайди.

— Десса голодна? — глянула на нее черными глазами-бусинками птица-мистик. — У меня есть ростки пшеницы, сверчков я уже всех съела… Но я могу спросить у своей хозяйки.

— Не надо! — взмолилась заклинательница. — Я не голодна. Все в порядке. Мне вообще не нужны… подарки. Я просто посмотреть зашла.

Животные-мистики переглянулись между собой, а девушка почувствовала неловкость. В самом деле, иметь дело с такими существами порой странно. У них своя логика и свое понимание мира.

Впрочем, это было и интересно, и забавно. По крайней мере, пока ей действительно не принесли в клюве сверчков.

И тут она услышала голоса. Один — уверенный, мужской, почти командный и два женских — более мягких, покладистых.

Эркафельский язык — певучий, с четкими ударениями, с протяжными гласными в окончаниях большинства слов — заставил Шайди прислушиваться, хоть она не понимала ничего.

Через секунду из соседнего зала показался Ардайн в сопровождении двух работниц павильона. Мужчина что-то продолжал им говорить, они лишь коротко отвечали.

Увидев свою соседку, он на секунду смолк. Потом мягко улыбнулся девушке, вызвав ее ответную улыбку.

Целитель обернулся к своим спутницам, что-то тихо добавив, и, по всей видимости, это стало концом разговора.

Едва работницы павильона изящно сложили руки перед собой и почти опустили головы, но Ардайн отрывисто произнес еще какое-то слово и девушки выпрямились словно пружины, не окончив свой поклон.

Мужчина чуть заметно скривился. Шайди все это заметила, но поспешила сделать вид, что ее внимание привлек огромный синий цветок, возле которого сидела птица-мистик.

— Вы сегодня на прогулке, Шайди? — спросил Ардайн, приблизившись к заклинательнице.

— За компанию. — Она указала в сторону, где Вейра все еще общалась с работницей павильона. — Она волнуется о празднике и вот думает, как заманить покупателей в свою лавку. На такую красоту и правда хочется лететь словно птице.

— Я птица, — добавила от себя красногрудая пернатая.

— А я кот, — на всякий случай уточнил Жар.

Шайди хохотнула. Ардайн поглядел на мистиков с изрядным недовольством.

— Все-таки забавные порождения, — оценила девушка.

— Да, — цокнул языком мужчина. — Особенно когда проявляют своеволие.

Вейра заметила их и махнула рукой. Заклинательница и целитель подошли к знакомой.

— Удачно? — спросила Шайди, видя озабоченность на лице цветочницы.

— И да, и нет, — слегка грустно улыбнулась та. — То, что я хотела бы приобрести, требует такого ухода, на который у меня не хватит средств. И ни одного мистика не настроишь.

— Да, здесь много редких растений. Павильон и бульвар обсуживает целый штат служащих, — произнес Ардайн. — Однако думаю, что вы все-таки сумеете найти что-то подходящее.

Он перебросился парой фраз на своем родном языке с той работницей, что была рядом с Вейрой. Та послушно кивнула.

— Что-то не так? — уточнила цветочница.

— Наоборот. Я попросил для вас скидку.

Девушки уставились на него растерянно.

— На правах соотечественника управляющего этого павильона.

— Правда? Спасибо большое, — обрадовалась Вейра, никак не ожидавшая такой удачи.

Девушка-служащая предложила молодой женщине пройти вместе с ней чуть дальше.

— А так точно можно? — тихо уточнила Шайди, слегка склонившись в сторону соседа.

— Конечно. Я не делаю того, чего нельзя, — уверенно ответил Ардайн.

— С трудом верится.

— Когда это я успел приобрести в ваших глазах такую ужасную репутацию? — удивился он.

Девушка весело пожала плечами. Его искреннее недоумение действительно ее позабавило. Как и акцент, что тут же стал ярче, стоило ему немного заволноваться.

— О вас еще и слухи ходят, — подлила масла в огонь Шайди.

— Дурные? — уточнил Ардайн.

— Не то чтобы… говорят, вы связаны с этим Парком.

— Что ж, я действительно с ним связан. Я целитель, с которым у них контракт.

Заклинательница по-новому взглянула на своего соседа. Это не было бы примечательным фактом, если бы речь не шла о Парке Стихий.

Столь грандиозное место не связывало себя абы с кем. Только с проверенными профессионалами. Иначе Парк просто не сможет поддерживать в безупречном виде свой масштаб.

— Вот как. Понятно тогда, откуда к вам эти очереди, — протянула Шайди, находя ответ на тревожащий ее вопрос.

— Думаете, без здешних служащих я бы не имел клиентов?

— Я не это имела в виду…

Ардайн тихо рассмеялся.

Шайди поджала губы и принялась выискивать взглядом Вейру. Знакомая махнула ей рукой, явно намекая на то, что уходить заклинательница может без нее.

— Пока она выберет и все оформит, это действительно займет время, — тут же догадался Ардайн.

— Что ж, тогда я пойду, — заявила девушка.

— Кажется, ваша прогулка вышла слишком короткой, — поспешил сказать целитель. — Не годится, учитывая, что вы на территории одной из главных достопримечательностей города.

— Ничего, я здесь уже бывала ранее. Видела все главные павильоны, — сделала самый независимый вид Шайди.

— Думаете, Парку Стихий больше нечем вас удивить? — В голосе целителя послышалась обида.

— Конечно, есть чем. Просто… я не очень люблю гулять в одиночестве, — призналась девушка.

— Если я устраиваю вас в качестве компаньона, то проблема решена.

— Еще есть я, — влез им под ноги Жар.

Шайди не смогла сдержать улыбку.

— Мне показалось, у вас здесь дела. — Она поглядела на соседа.

— Я с ними закончил, — легко ответил Ардайн и рукой указал в направлении выхода из павильона. — Прошу.

Глава 10.1.

Цветочный бульвар оканчивался красивейшей аркой, украшенной живыми цветами. Пройдя под ней, они оказались в фонтанной аллее.

Место полнилось веселым шумом воды. Тянуло свежестью и легкой прохладой, а едва заметные брызги висели в воздухе. Из-за них в лучах вечернего солнца, что вот-вот готово было спрятаться за горизонт, много где виднелась радуга.

Ардайн поглядел на Шайди. Девушка жадно и радостно смотрела по сторонам. Пусть она даже бывала здесь, это мало что значит. Парк Стихий строился так, чтобы впечатлять каждый раз.

Целитель вовремя заметил здешнего служащего, что делал обход и следил за порядком этого участка. Жар, получив мысленную команду от хозяина, метнулся к работнику, привлек его внимание и быстро что-то сказал. Служащий поглядел вперед, столкнулся взглядом с Ардайном и… ничего не сделал. Пошел себе дальше как ни в чем не бывало.

Целитель незаметно выдохнул.

Право слово, если тут каждый работник будет кланяться ему, Шайди это точно заметит. И так уже в цветочном обратила внимание, но однократное действие легко стереть из памяти яркими впечатлениями. А вот множественное повторение вызовет вопросы.

У него были ответы на все, но не хотелось на них отвлекаться. По крайней мере, сейчас. Раз уж судьба так интересно сложилась, и они столкнулись здесь.

— У вашей страны великолепные архитекторы, — произнесла Шайди, рассматривая величественный фонтан, украшенный скульптурами вымышленных богинь и богов.

— А у вас инженеры, — отозвался Ардайн. — Одни без других ничего бы здесь не смогли сделать.

Девушка кивнула.

Парк Стихий строился в союзе обеих стран. Поэтому он вышел столь великолепным, что сюда стекались не только жители Лимариона: здесь мечтали побывать путешественники со многих концов света.

— Говорят, ко Дню смены года откроют еще две части парка. Должно быть, сюда будет вовсе не попасть. Интересно, что придумают еще? — спросила Шайди.

— Хотите посмотреть? — с самым серьёзным видом обратился к ней Ардайн.

— А можно? — неуверенно уточнила заклинательница.

— Думаю, что можно.

Девушка посмотрела на своего спутника еще пристальнее, после чего произнесла:

— В скидку в цветочном павильоне я могу поверить, но проход на строящиеся территории… это немного слишком.

— Шайди, одна эта ваша фраза бросает вызов моему эго, и хочется сделать все, чтобы вас удивить, — рассмеялся целитель.

Девушка фыркнула. Мужское эго казалось ей вещью весьма загадочной. По большей части потому, что просыпалось оно в представителях сильного пола в очень неподходящие, а то и опасные моменты.

— Не стоит. Сами же сказали, что не делаете того, чего нельзя. А пробираться на пока еще недоступные для зрителей части парка точно нельзя, — попыталась она тут же отговорить целителя от опрометчивых поступков.

В самом деле, будет стыдно убегать из Парка Стихий за нарушение всем известных правил.

Ардайн же странно посмотрел на заклинательницу, и Шайди поняла, что подлила еще больше масла в огонь своими словами.

— Руку, — почти повелительно произнес целитель.

Девушка покачала головой, но руку подала. Мужчина аккуратно положил ее ладошку на сгиб своего локтя, и они двинулись вперед. Ардайн, по всей видимости, отлично ориентировался в маршрутах Парка вплоть до самых мелких и неприметных дорожек.

Впереди них бежал Жар, то и дело пропадая из поля зрения.

— Если нас арестуют, я так и скажу, что это вы во всем виноваты, — поспешила признаться Шайди.

— Немного обидно. Хотя бы в силу того, что мы соседи, остались бы на моей стороне, — с грустью в голосе протянул целитель.

Она задумалась.

— Кстати, если вы целитель Парка, то почему не работаете на его территории? — поинтересовалась заклинательница.

— Я не целитель именно Парка, я целитель в целом, — пояснил Ардайн, в очередной раз поворачивая на какую-то мелкую тропинку. — Просто имею контракт на работу с мистиками здешних работников. Здесь же много кто родом из Эркафеля. А за пределами своей страны всегда тянешься к соотечественникам. Так уж устроены люди. Поэтому помимо основной работы я работаю и на Парк.

— Понятно. В квартале вас, кажется, подозревают чуть ли не в сговоре.

— А в чем смысл сговора?

— Не знаю, — честно ответила девушка. — Вейра сказала, что многие обвиняют Парк в разорении квартала.

— Сюда идут развлекаться и набираться впечатлений, — высказал свое мнение Ардайн. — Это выход с семьей на выходных или в честь какого-то праздника. Никто не ходит в Парк Стихий каждый день. Тем более тут нет мастерских и небольших лавок с мелочами для дома. Все это есть как раз в квартале.

— Я согласна с вами. Но кажется… людям действительно проще обвинять кого угодно, кроме себя.

— В это могу поверить.

Они подошли к огороженной части парка. Откуда-то вынырнул Жар, за ним выглянул служащий, но лишь окинул взглядом пару, ничего не сказал и скрылся.

Ардайн и Шайди спокойно ступили на закрытую территорию.

— Не арестовали, — шепнул целитель, слегка склонившись к своей спутнице.

Шайди поглядела на него почти сердито, словно была недовольна тем, что у них все получилось.

Вскоре они оказались перед монументальными воротами, ведущими в нечто, напоминающее каменный грот, и вошли внутрь.

Их тут же поглотила темнота.

Шайди, не ожидавшая такого перехода от яркого солнечного света в абсолютную тьму, вздрогнула и вцепилась в руку своего спутника крепче. Она тут же ощутила, как горячая мужская ладонь осторожно накрывает ее пальцы и слегка поглаживает в успокоительном жесте.

— Простите. Еще не все доработано, — сказал Ардайн приглушенно, чтобы его голос не звучал слишком громко в окружившей их тишине. — Немного пройдем вперед.

— А куда? — с явным беспокойством спросила Шайди, не способная рассмотреть ничего вокруг себя.

— Просто идите, я вас выведу.

— Вы что, в темноте видите? Как кот?

— Кот — это я, — раздался откуда-то голос Жара.

— Не волнуйтесь, вижу, — с улыбкой в голосе проговорил целитель.

Ей пришлось довериться ему, хоть это и было немного страшно. Но, кажется, ее спутник действительно был уверен в себе и так же уверенно шел вперед. Она не могла похвастать тем же. В абсолютной тьме оказалось тяжело делать каждый следующий шаг, даже доверяя кому-то.

Однако прошло всего несколько мгновений, как они увидели какие-то расплывчатые цветные образы впереди. Потом цвета стали насыщеннее и ярче, и Шайди смогла осмотреться.

Они пребывали в каком-то огромном коридоре — длинном и широком. В нескольких местах стены были обиты странным материалом — тот слегка искрился сам по себе, придавая пространству таинственное сияние. Остальные участки стен, наоборот, были из глухого темного камня, который словно бы вовсе поглощал свет.

Заклинательница не успела задать вопрос, почему это место выглядит столь странным, как вдруг мимо них прошел мужчина в доспехах.

Шайди не отрывая взгляда проследила за тем, как странный человек, выше нее на две головы, гремя всем железом, что было на него надето, отдалился и… пропал.

— Всеблагие! Это иллюзии?! — воскликнула девушка, мгновенно догадавшись, что за странная обстановка их окружала.

— Да. Иллюзорный павильон, — с явным довольством представил ей пространство Ардайн, словно он сам был тем, кто его создал. — В двух залах будут воспроизводиться исторические события прошлого. В одном — просто развлекательные иллюзии.

— Невероятно. Это же сколько здесь артефактов?

— Артефактов, денег и человеческого труда. Много. Но согласитесь — эффектно.

— Очень красиво.

Ардайну польстила реакция заклинательницы. Пусть он сам имел к этому косвенное отношение, ему понравилось, что он все-таки смог удивить соседку.

— Сюда надо обязательно водить детей как на уроки истории, — сказала Шайди.

Ей самой отчего-то в школьные годы эти уроки давались тяжело. Они казались скучными. Однако, скорее всего, она бы кардинально изменила свое мнение, если бы видела своими глазами нечто подобное.

— Это одна из целей — привлечь внимание учеников к истории прошлого. Нужно знать, что было, чтобы понимать, что будет, — подтвердил ее мысли целитель.

— Но будущее все равно непредсказуемо.

— Конечно, но все-таки опыт прошлого поможет в нем разобраться чуть лучше, нежели когда вообще ничего не знаешь.

Ардайн показал своей спутнице все залы, и Шайди насладилась диковинными картинами, посвященными тому, что было и сто, и тысячу лет назад.

Люди, которые остались лишь на страницах книг, вдруг ожили, задвигались и заговорили. Это оказалось волнительно и интересно.

Иллюзии существовали и в повседневной жизни. Для них выпускалось множество артефактов, но все-таки они оставались просто небольшими фокусами — недолговечными и далекими от совершенства.

Здесь же магия иллюзий работала масштабно и безупречно.

— Спасибо, мне очень понравилось, — искренне поблагодарила Шайди целителя.

Она уже невольно предвкушала День смены года, когда этот павильон откроется. Нужно будет обязательно сюда вернуться, чтобы увидеть все еще раз.

Они пошли в обратном направлении. Через темный холл девушка прошла уже увереннее. Когда они оказались снаружи, она принялась щуриться на закатное солнце. Однако от ее внимания не укрылось то, что глаза целителя на миг вспыхнули серебряным светом и он не испытал никакого неудобства от темноты и света.

Должно быть, его собственная магия… Интересно, а какая вообще у него сила и силен ли он? С мистиками он управляется довольно ловко. Скорее всего, его магический уровень тоже неслабый.

— Я бы сводил вас и во второе место, что готовится к открытию. Но там мало что пока можно посмотреть, — сказал Ардайн.

— Не нужно. Пусть будет сюрприз, — мягко улыбнулась Шайди.

— Хорошо.

Они вышли из закрытой части парка и тут же услышали музыку.

— Люблю эту мелодию, — сказала Шайди, невольно подавшись вперед. — Давайте послушаем?

— Конечно, — без возражений согласился целитель.

Они свернули с аллеи и вышли к полукруглому амфитеатру. Выстроенный в классическом стиле, он был окружен низкими кустарниками, на ветках которых цвело множество мелких белых цветов. Это добавляло немного сказочного вида территории.

Зрительские ряды тянулись высоко вверх, предполагая, что здесь можно собрать большую публику.

Сейчас едва ли половина мест была занята. Но даже так становилось понятно, что музыканты, стоявшие на сцене, смогли привлечь к себе достаточно внимания.

Мелодия была очень красивой, и играли ее чудесно.

Затем девушка увидела доску с написанным объявлением. Оказывается, с музыкантами мог спеть любой, кто только захочет. Однако решался, конечно, не каждый.

И сцена, и музыканты выглядели слишком серьёзно, чтобы кто-то просто мог позволить себе развлечься, не обращая внимания на наличие таланта. Тут скорее ждали того, кто обладает голосом. А таковых среди гостей Парка находилось немного.

— Знаете, думаю, мне тоже есть чем вас удивить. В ответ на то, что позволили увидеть секрет, — лукаво улыбнулась Шайди, глядя на своего спутника.

Ардайн взглянул на нее немного растерянно.

Заклинательница решительно двинулась вперед, обошла ряды зрителей и приблизилась к сцене.

Молодая девушка, что сидела у самого ее края за небольшим столом, явно была управителем здесь.

— Я хочу выступить, — смело заявила Шайди.

— Конечно, десса. Что вы хотите исполнить? — любезно откликнулась та.

Заклинательница задумалась, перебирая в голове варианты. Вариантов было множество. Все-таки в ее репертуаре было действительно великое количество произведений. Многие из них она исполняла сама, многие знала от отца, благодаря тому что он часто брал ее на свои репетиции.

Но сейчас хотелось чего-то особенного. Того, что ценно для нее и будет понятно всем, при этом способное тронуть сердце.

— Романс «О пути к любви», — озвучила девушка свой выбор.

— Я сейчас спрошу, — сказала управительница.

Она дождалась, когда музыканты закончат играть текущую мелодию, и подошла к ним.

Затем они позвали Шайди к себе. Зрители тихонько зашептались, увидев девушку, что договаривалась о выступлении.

— Десса, это сложный романс. Вы уверены? — спросили музыканты.

— Да, конечно. Если вы готовы, — наградила их дерзкой улыбкой девушка.

— Безусловно.

Шайди сделала несколько шагов вперед, чтобы оказаться по центру сцены. И тут же отыскала взглядом Ардайна.

Целитель смотрел на нее внимательно, неотрывно. И кажется, в нем читалось волнение.

Конечно, он вряд ли ожидал от своей соседки-заклинательницы чего-то подобного.

Она победоносно улыбнулась.