Мисти Арканум. Операция "Майк"

Часть 1. Всего лишь работа. Глава 1

Шеф дал мне всего сутки на сборы. Я была в бешенстве.

– Это что, ссылка? – пренебрегая субординацией, негодовала я. – И это после успешно выполненной работы?!

– Успешно выполненной? Ты чуть не взорвала себя, Мисти. – Шеф даже не повел бровью на мой выпад. – Ты считаешь, успех состоит в том, чтобы расщепить себя на молекулы?

– Но ведь я жива! И к тому же, вы сами говорили: действуй по обстоятельствам. Вот я и действовала!

– Прекратим этот пустой спор. У дверей офиса тебя ждет такси. Езжай домой и собирайся, – он был так спокоен, что мне захотелось запустить в него стаканом с водой, что стоял напротив. – Завтра, в это же время, тебя заберет сопровождающий и доставит на место.

– Так вы мне, может, еще и наручники оденете?

– Мисти, – шеф чуть подался вперед и впился в меня своим рентгеновским взглядом. – Если ты сейчас не возьмешь себя в руки, я продлю твое пребывание на острове на неопределенный срок. Я-я-я понятно выражаюсь?

«Еще бы… Ваш взгляд лучше любого аргумента…»

Глубоко выдохнув, я кивнула в ответ. Ясен пень, сейчас я в проигрышной позиции подчиненного. Но в одном соглашусь – этот спор и правда ни к чему.

Совершенно верно считав перемену на моей насупившейся физиономии, шеф откинулся на спинку кресла, закинул ногу на ногу и свесил руки с подлокотников. Такая расслабленная поза демонстрировала его абсолютную победу в нашей перепалке.

– И вот еще что… – добавил он. – Никаких гаджетов. Сопровождающий просканирует весь твой багаж.

Я с усилием подавила желание поджать губы и опустила руки под стол, чтобы сжать кулаки.

– Что, даже интеллект-браслет нельзя?

– Его нельзя в первую очередь.

– А что же тогда можно? – кажется, мое раздражение снова прорывается наружу.

Шеф пожал плечами.

– Одежду, – он начал нарочито загибать пальцы, – предметы гигиены, книжки почитать…

– Вы уверены, что не в тюрьму меня отправляете? – съязвила я.

На лице мужчины мелькнула едва заметная усмешка.

– Не беспокойся, Мисти, если однажды тебе будет грозить тюрьма, то я лично буду твоим сопровождающим.

– Вот уж успокоили… – поставив локоть на стол и прикрыв лицо ладонью, пробубнила я. Мне хотелось напустить на себя задумчивый вид, чтобы скрыть невольную улыбку.

– А если со мной что-нибудь случится? – я снова подняла глаза на шефа. – Если, к примеру, цунами на остров нагрянет, что тогда?

– Мисти, ты будешь не одна, не переживай.

– Да, уж… Два обслуживающих бота и штатный робот-повар, вот уж действительно компания, которой я достойна…

Этот выпад шеф проигнорировал.

– И чем, хочу спросить, там заниматься? – в моем вопросе звучала интонация горького упрека. – Ведь мне торчать на острове пропасть сколько времени!..

– Не пропасть, а три месяца. А заняться… Ну, начни крестиком вышивать…

– Чего-о-о?.. – я чуть не поперхнулась.

– Не нравится крестик, вяжи крючком…

«Да он еще и издевается! Прям изощренно даже!»

– Только если вы моим преподавателем станете. – отправила я свой ответный укол.

– Увы, Мисти… тут я пас…

– Неужели не умеете? Ни крючком, ни крестиком?.. Эка ж, досада…

Шеф явно еле сдерживался от смеха.

– Понимаешь ли… Дело даже не в этом… Билет только для тебя купили. На меня бухгалтерия тратить деньги не собирается.

– Так вы увольте их всех, к едрене фене. И будем вместе крестиком вышивать.

И здесь мой начальник разразился громким и совершенно заразительным смехом, так что даже мне не удалось сдержаться.

– Ла-а-адно, выкладывай… Чего ты хочешь? – он давился, но старался принять серьезный вид.

– Научиться играть в бильярд. – без запинки выпалила я.

– В билья-я-ярд… – протянул шеф, прищурил глаза и снова его взгляд, как интроскоп, прошелся по мне сверху вниз.

В кабинете повисло тягостное молчание.

– Вы возражаете? – я прервала мучительную паузу.

Внутри нарастало волнение.

«Только бы не отказал… только бы не отказал…»

– Нет, Мисти. Я не возражаю. У тебя будет все необходимое…

Уфф… Я выдохнула и довольная поднялась со стула.

– Так что? Я пойду?.. Там же такси… вроде как…

Шеф снисходительно улыбнулся, как обычно улыбаются на проказы детей, и кивнул.

– Да, Мисти, иди.

Часть 1. Глава 2

Что ж, пока я выбираю между синим и оранжевым пляжными комплектами, попробую объяснить, почему случилась эта перепалка с шефом.

Итак, с Лунного Лабораторного Комплекса меня доставили прямо в его кабинет.

Я, как полагается, подробно отчиталась о прошедших событиях, и тут он мне заявляет:

– Думаю, тебе стоит как следует отдохнуть. Даю ровно сутки на сборы. Остров Кор уже ждет тебя.

Остров Кор, доложу я вам, местечко вполне приличное и принадлежит он нашей конторе «Гусь и Ёж». Когда поступаешь сюда на службу, в договоре так и прописано: бонус – отпуск на острове Кор, и маленькая пометочка: «все включено». Комфортабельный коттедж, заботливый персонал, первозданная природа, песчаный пляж и… полное отсутствие связи с внешним миром – вдыхай кислород и наслаждайся теплым бризом.

Поначалу я мечтала попасть туда. Неделька среди теплых вод океана, вдали от суеты и бесконечных забот, ну, что может быть прекраснее?

Но теперь, когда шеф отправляет меня аж на целых три месяца, даже идиот поймет, почему контора обо мне так печется! Мистер начальник не желает, чтобы мой любопытный нос залез в расследование по делу о двух братьях. Ведь я, как бы… уже заинтересованное лицо…

Эх-х-х… Но хуже всего, что судебный процесс пройдет, а я так и буду мучиться мыслями об участи Вика. Ведь пока не выберусь с этого острова, не узнаю, какой приговор он получит!

Любой нормальный человек был бы огорчен подобным раскладом, а уж я тем более. Как, скажите на милость, согласиться со своим отстранением, когда ты убийцу вывела на чистую воду и тут, бац – а не отдохнуть ли тебе, Мисти?!

Кстати, я решила выбрать оба комплекта – синий для четных дней, оранжевый для всех остальных.

Что ж, любимый кейс со шпионскими гаджетами брать с собой нельзя, интеллект-браслет тоже, а значит, над новыми аватарами мне не поработать. Взять с собой косметику и парфюм? Мой взгляд скользнул по скромной коробочке. Да-а-а, пожалуй, я так долго пользовалась аватарами, что преобразить собственное лицо будет довольно непросто.

Впрочем, для кого на острове мне наводить лоск? Для робота-повара? Или для тамошних комаров и мошек?

– А, ладно… – все равно нечем будет заниматься… – с этой фразой я взяла мейкап-набор, несколько флаконов с ароматами и аккуратно уложила все это в чемодан.

А теперь самое главное – уроки по бильярду…

Я залезла в свой ПК и набрала запрос: «Вик Димат – игры, чемпионаты, любительская съемка». Недолго думая, прозрачный монитор выдал мне все, что только можно было отыскать.

У меня невыносимо сжалось сердце – буквально шесть часов назад в злобном негодовании я смотрела в глаза этому мужчине. А сейчас?.. Сейчас мне приходится подавлять тяжелый вздох, едва представлю его в наручниках, в полицейском авто.

– Да, что же все так сложно! – я стукнула кулаком о стол и уронила голову на руки. – Прочь… прочь эти мысли… Я не хочу о тебе думать, Вик…

То ли от пережитого стресса, то ли от чего другого, но мне нестерпимо хотелось разрыдаться в голос.

***

Сопровождающий явился тютелька в тютельку к назначенному времени. Это был мужчина довольно высокого роста, но неопределенного возраста. Скажу честно разглядывать его, у меня не было никакого желания, тем более, что он, скорее всего, использовал аватар.

– Симон Гратини. – протянул он мне руку.

– Мисти… Арканум. – ответила я на рукопожатие и заметила любопытство в его взгляде.

«Что такого шеф про меня наговорил, раз коллега не может скрыть своего интереса?»

– Разрешите осмотреть багаж? – голос его звучал довольно вежливо.

– Да, пожалуйста… – я пожала плечами и махнула рукой в сторону ожидающего чемодана.

Он тронул интеллект-браслет и неспешно провел рукой вдоль багажа, внимательно рассматривая его содержимое, которое голограммой высвечивалось над браслетом.

– А это что? – спросил он, ткнув пальцем в маленькую серебристую пластину.

– Флэш-накопитель. Разве вы не знаете? – я попыталась выразить на лице искреннее недоумение, но, вероятно, получилось что-то вроде: «В нашей конторе держат дураков?»

– Что там? – коллега проигнорировал мою гримасу.

– Городские пейзажи. Буду напоминать себе, как выглядит цивилизация. – буркнула я. – Хотите посмотреть?

– Нет. Шеф предупредил, что вы возьмете видеозаписи.

Он выключил сканер на браслете и, подхватив мой чемодан, вышел. А мне не оставалось ничего, как только последовать за ним.

***

Сколько часов мы летели, сказать не могу, и пересаживались аж целых три раза. Воздушный борт пилотировали специальные роботы и, вероятно, направление маршрута они получали прямо в полете, – ведь координаты острова Кор засекречены даже для нас, агентов.

Мы приземлились на небольшой взлетной площадке, где меня уже поджидал один из обслуживающих ботов. Гратини спустил мой чемодан на землю, галантно попрощался кивком и нырнул обратно в кабину. Два закрытых винта загудели с новой силой и, вздымая клубы пыли, вертолет поднялся вверх, скрывшись в лучах вечернего солнца.

– Я осмотрюсь, а ты можешь идти, – обратилась я к роботу, уже водрузившему на себя мою поклажу.

А посмотреть здесь есть на что. Этот остров – километров пять в длину и около трех в ширину, покрытый буйной растительностью, с рельефной возвышенностью по одну сторону и ровным песчаным пляжем по другую, омываемый чистейшей лазурью океана – являет собой настоящий образец красоты дикой природы.

Я не спешила спускаться в коттедж, а наоборот, поднялась как можно выше, чтобы оглядеть свои временные владения. У меня голова шла кругом от всей этой красоты, и захватывало дух от ощущения бесконечной и неуправляемой мощи океана.

Раздался хруст. От неожиданности, вздрогнув, я обернулась. Молодая дикая серна с любопытством разглядывала меня своими огромными глазами, приподнимая нос и втягивая воздух. Она нисколечко не боялась, но и приблизиться не решалась.

– Не возражаешь, если буду приходить сюда? – спросила я негромко, не желая спугнуть животное.

Та в ответ дернула ушами и повернула голову, прислушиваясь к звуку моего голоса. А потом, кокетливо задрав хвостик, поскакала дальше по своим делам.

***

Я еще не решила, как именно буду проводить здесь время. Мысль о трех месяцах одинокого заточения тяготила меня больше всего.

Впрочем, есть в этом месте и приятные моменты. Местная кухня, к примеру, не отличается изысками, но зато разнообразна и вкусна. К тому же робот-повар – довольно милый собеседник, да и обслуживающие боты тоже не прочь поболтать, когда я сама завожу разговор. Что ж, компания на мой взгляд вполне достойная для пребывания в ссылке.

Умяв витаминный завтрак, я пошла в большую комнату, которую специально оборудовали под бильярдную. Я вложила флешку в голографический проектор и настроила так, чтобы трехмерное видеоизображение ложилось ровнехонько вдоль зеленого, бархатного стола.

На секунду задержав от волнения дыхание, нажала кнопку пуск, и спортивная фигура Вика тут же возникла перед моими глазами.

Это было какое-то любительское видео, записанное в одной из бильярдных. Мягкий, рассеянный свет терялся в плывущих клубах сигаретного дыма, повисшего над столом. Вик, в светлой рубашке, с расстегнутыми до груди пуговицами и закатанными выше локтя рукавами, внимательно осматривал положение шаров на столе. Он примерился, потом обошел стол и, вскинув кий, облокотился на длинный борт.

Внезапный трепет подступил к сердцу и сдавил грудь. Точно такой же, как в тот вечер, когда, дыша мне в затылок, Вик, обхватив меня, демонстрировал правильную позицию для удара.

Я не сдержалась и подошла к трехмерной проекции. Изображение Вика чуть подрагивало и прерывалось легкими глитч-помехами. Его взгляд был сосредоточен, но сам Вик абсолютно спокоен и расслаблен.

Робко, будто боясь спугнуть это сладкое наваждение, я прикоснулась к его виску, и мои пальцы прошли сквозь голограмму.

Трепет внезапно сменился на раздражение и даже гнев, захватив всю мою внутренность.

– Да что б ты провалился, Вик! – не удержалась я от крика. – Почему я только о тебе и думаю? Ты в кофе мне не снотворное намешал, а приворотное зелье какое-то!

Я со злостью выключила проектор и, выскочив из коттеджа, побежала куда глаза глядят, стараясь сбросить с себя накатившие чувства.

Часть 1. Глава 3

Погодка сегодня чудесная. Солнышко ласкает своими прикосновениями, ветерок играет с моей одеждой и волосами, а легкая волна, перекатываясь, поглаживает песчаный пляж и нашептывает берегу какие-то тайны.

Мне нравится ступать в теплый, мокрый песок и следом чувствовать прохладу набежавшей волны. Размеренный шаг восстанавливает дыхание, а вода –лучший терапевт для души, что и говорить.

И вот, глядя на эту умиротворенную картину, подумалось мне рассказать вам одну историю. Иначе терзания в паре с бездельем сведут меня с ума…

Итак, это было мое третье или четвертое задание.

Намечалось масштабное событие – Космическая Регата Пояса Койпера. Два десятка легких яхт каждые пять лет отчаянно борются за титул «Повелитель Внешних Рубежей». А в этот раз зрелище обещало быть невероятно захватывающим, потому что аж три предыдущих победителя выставили свои яхты для участия в регате.

Я бы с удовольствием поглазела на гонку через трансляторы, но меня в срочном порядке вызвал шеф и объявил, что мы в числе участников регаты.

– Что значит «мы»? – я даже не сразу поняла, что он имеет в виду.

– Мы, это значит ты и я.

– Вы шутите? К регате годами готовятся! Я вообще никогда не участвовала в подобных гонках.

– У нас нет задачи победить, – спокойно отвечал шеф, постукивая пальцем по столу. – Наше задание – найти человека.

– Но почему я? Ведь наверняка, есть агенты опытнее. И кстати, а вы-то сами почему беретесь за это задание? – последний вопрос волновал меня больше всего.

– Это дело очень деликатное и требует максимальной секретности. А участники операции должны быть в высшей степени надежными.

– Оу! Я попала в список самых надежных? Приятно, что скрывать. – я расплылась в довольной улыбке.

– Еще нет. – глаза шефа блеснули каким-то мальчишечьим задором. Он наклонился через стол ко мне и одарил пристальным взглядом.

«Это вызов? Но я не собираюсь отводить глаз, не старайтесь, не на ту напали, господин начальник!»

– Но у тебя есть прекрасная возможность, – продолжил он, заняв прежнее положение в кресле, – стать номером два в этом списке.

– Всего лишь номером два?.. – разочарованно сквасив рожицу, ответила я.

– Когда займешь мое место, станешь номером один. – его голос звучал снисходительно мягко.

– А-а-а… Тогда я согласна.

– Согласна стать напарником или занять мое место? – шеф приподнял бровь и с интересом посмотрел на меня.

– Ну, не будем забегать далеко вперед, – я театрально-мечтательно окинула взглядом потолок, – Для начала хватит и партнерства.

– Что ж, напарник, в таком случае, вот тебе материалы дела…

Шеф достал из стола увесистую папку с документами и коротко набросал мне ситуацию.

Несколько часов назад был похищен весьма влиятельный и значимый в министерстве связи и управления человек. (Это дело секретное и по сей день, поэтому все подробности я рассказать не смогу, уж простите.) Есть точная информация, что под прикрытием регаты его спровадят с Земли, но куда именно, не известно.

Когда обнаружится пропажа этой персоны, будет не просто скандал, а настоящий коллапс – падение рынка, дележ влияния корпораций, а возможно, и военные столкновения.

В нашем распоряжении всего две недели на поиски, и пока этого важного чиновника будет прикрывать двойник.

А вот гонка начиналась уже через пару дней. Мне не пришлось корпеть над аватаром. Стоило сменить цвет волос, стрижку, чуть-чуть сбрызнуть носик веснушками и задать легкую несуразность фигуре, и мой образ совершенно идеален для регаты.

А вот шеф подошел к своему аватару, явно творчески. Короткая, седая бородка и усы украшали лицо мужчины лет шестидесяти, такие же седые и чуть всклоченные волосы выбивались из-под яркой банданы. Небрежно расстегнутая на две пуговицы темная рубаха была заправлена в чернильного цвета брюки, которые в свою очередь ныряли в высокие буцы. И всю эту красоту подчеркивал широкий кожаный ремень с ветвистым орнаментом.

Его вид каким-то фантастическим образом сочетал в себе пиратскую удаль и безбашенность с аристократической статью и маскулинностью.

Наша яхта внешне не выделялась из вереницы легких космических судов, участвующих в гонке. Обтекаемый корпус, вытянутый нос и короткий хвост, опознавательные огни и знаки на металлической обшивке – все было выдержано согласно спортивному регламенту. Но внутренность ее была начинена настолько передовыми технологиями (при этом запрятанными глубоко под фюзеляж), что я не удержалась от присвиста, когда шеф знакомил меня с этим техническим чудом.

– Вам не кажется, что мы имеем явное преимущество перед другими участниками гонки? – выдала я вопрос, который начал терзать мою совесть. – Ведь эта красотка явно рассчитана на полеты гораздо более дальние, чем солнечная система. И мощности в ней соответствующие.

– Не беспокойся, нас ни в чем не заподозрят, – ответил он, оценивая удобства капитанского кресла, усадив в него свою подтянутую фигуру. – Яхта будет двигаться на минимальных оборотах.

– Хотите сказать, что имея такую силищу в двигателях, мы намеренно проиграем гонку? – моему разочарованию не было предела (совесть в этот момент скромно отошла в сторонку).

– Мисти, ты забыла, для чего мы здесь… Спортивный азарт отбил тебе память?

Я сквасила физиономию и закатила глаза – шеф был прав, я действительно немного увлеклась, поддавшись ажиотажу и кутерьме вокруг этого события.

– Ох, уж и помечтать секундочку не дадите, мистер…

– Зови меня Джон… Джон Смит.

– Какое редкое, я бы даже сказала, уникальное имя… – съехидничала я в ответ. – А мне, как прикажите называться?

– Просто Заноза. Без лишних эпитетов.

И что вы думаете? За все время регаты он ни разу не назвал меня Мисти. Все это время я была Заноза и ни как иначе!

***

В день старта порт был забит журналистами, командами болельщиков и зеваками, желающими урвать капитанский автограф или, на худой конец, фото с собственной физиономией на фоне яхты-участницы.

Залп из старинной портовой пушки прозвучал командой «старт». Гул двигателей. Пламя, вырвавшееся из сопел, как салют в честь участников, и двадцать блистающих легких кораблей, словно стая птиц, рванули в космическую даль под неистовые крики публики.

Маршрут регаты пролегал от Земли до Нептуна и обратно, с заходом в шесть портов для пополнения топлива, провианта и отдыха экипажей.

У нас было мало времени, поэтому в первом же порту мы умудрились перезнакомиться со всеми участниками гонки. И круг подозреваемых сузился до десяти человек, или пяти яхт, если выражаться фигурально.

До следующего порта я и шеф с головой погрузились в изучение досье оставшихся подозреваемых. Наша яхта с красивым названием «Тень кометы», не оправдывая своего говорящего имени, еле плелась среди отстающих, что честно, говоря, меня немного удручало. Но зато мы не вызывали зависти в глазах яхтсменов, а скорее даже наоборот, их взгляды выражали некое подобие сочувствия и понимания – «новичкам непросто соперничать с профи».

Итак, переворотив гигатонны информации, из подозреваемых мы отбросили еще шесть человек. И у нас остались: Рамиро Гевастас – капитан «Звездной пыли» со своим штурманом Миено Роди и Аббас Аиз – капитан «Неудержимой» со штурманом Надом Аккетли. Оба капитана были победителями предыдущих регат.

– Вот, что интересно… – обратилась я к шефу, когда тот вернулся в общую каюту с двумя чашками кофе. – И Гевастас, и Аиз были приглашены для участия в регате примерно в одно и то же время, и примерно в одно и то же время заключили договора с яхтавладельцами…

Мистер Смит уселся напротив за невысокий круглый столик и придвинул ко мне кофе.

Светлая, уютная каюта, ставшая нашим временным штабом, соответствовала классу люкс, со всеми вытекающими удобствами в виде мягких диванов, винного шкафчика и встроенных технологичных штук, которые вполне могут неожиданно понадобиться обитателям яхты.

– И самое главное, – продолжила я, втягивая носом терпкий аромат, – мистер Аиз подписал договор с небольшой фирмой «Восход Урана». А Гевастас – с каким-то частным лицом, неизвестного происхождения и смутной схемой доходов… – я отхлебнула горячий напиток, и по телу разлилось приятное тепло. От удовольствия аж на секунду прикрыла глаза, но потом опомнилась – работа есть работа, сейчас не время для релакса. – …И «Звездная пыль», и «Неудержимая» стоят на обслуживании верфи «Марс-4», для которой поставляют все комплектующие, разумеется, через десяток сторонних фирм, одна из дочерних веток корпорации «Грани будущего». А ведь четвертая часть сенаторов выдвинута и поддерживается именно этой корпорацией.

– Значит, корпорация решила усилить свое влияние в сенате… – Смит глядел сквозь меня, так обычно смотрят, когда мысли блуждают где-то очень далеко. – Без сомнения владельцы «Граней будущего» готовы к любым последствиям, ведь планировали похищение не один месяц... Хорошо, итак, – он вернулся мыслями к моему докладу. – «Грани будущего» заполучили обоих чемпионов…

– Ага… – небольшими глотками я с наслаждением потягивала темный напиток. – Кофе, обалдеть какой вкусный! – признаюсь, было сложно сдержать восхищенный взгляд в сторону шефа. – Где вы научились так его готовить?

– Поживешь с мое и не тому научишься, – ответил мистер Джон, явно довольный признанием своего мастерства. – Но если захочешь, я и тебя научу… – само собой, я согласно кивнула в ответ.

– Думаете, их обоих используют вслепую? – вернулась я к теме обсуждения.

– Конечно, их используют. Но кто-то один наверняка в курсе, что он перевозчик ценного груза, – шеф задумчиво пригубил кофе.

Он поставил чашку и, откинувшись на высокую спинку дивана, закинул ногу на ногу. Небольшая пауза дала мне возможность сделать еще пару глотков.

– Расскажи-ка, что представляют собой эти парни, – попросил господин Смит, приняв вальяжную позу на диване.

«Что ж, кофейное наслаждение прерывается на неопределенное время…» – с досадой подумалось мне.

– Рамиро Гевастас, тридцать шесть лет, не женат. – Я поставила чашку на стол и тоже откинулась на спинку дивана. – Победитель прошлой регаты. Весельчак, таких называют «душа компании». И безудержный любитель женщин. Впрочем, они его тоже любят, этот парень никогда не был обделен вниманием слабого пола… Хотел обеспечить себе безбедное будущее и вложил все, что имел, в весьма сомнительный проект. Проект прогорел. Гевастас остался в долгах, как в шелках…

Шеф слушал меня внимательно, время от времени склоняя голову в знак согласия с моими словами.

– Кстати, у Рамиро постоянный штурман. Они с Роди партнеры с самых первых лет своей спортивной карьеры… – продолжила я. – Хотя однажды их дружбе едва не пришел конец. Гевастас отбил у товарища девушку, а потом бросил ее. Эпизод этот замяли. И где-то через полгода тандем Рамиро и Роди, снова начал выступать на соревнованиях.

– Занятная история… – шеф задумчиво погладил пальцами короткую бородку.

– На Фобосе я подходила к ним, когда «Звездная пыль» готовилась к отлету. Рамиро показался мне немного нервным, а Роди был достаточно приветлив. В общем, обстановка совершенно обычная для подобных соревнований.

Я взяла кофе, не спеша отхлебнула, заставив шефа подождать продолжения монолога, поставила чашечку на стол и вновь заговорила:

– Ну, а с мистером Аизом вам удалось познакомиться лично в порту Фобоса. Сорок один год, не женат, победитель позапрошлой регаты. Нелюдим, скрытен, ненавидит публичность. Проводит одинокую жизнь где-то на задворках Новой Зеландии. Лет семнадцать назад у мистера Аиза был бурный роман. Пара даже планировала свадьбу. Но дамочка сбежала, оставив Аббасу новорожденного мальчонку. Тот, не долго думая, решил поступить, как зрелый мужчина – оформил опеку, нанял няню и занялся воспитанием сына. Сейчас парень учится, на хорошем счету у педагогов, имеет пристрастие к точным наукам. Ну, и еще ходят слухи, что Аббас болен и много денег тратит на лечение… Что же касается штурмана «Неудержимой», – парню двадцать два и это его первая регата. В своем клубе он подает неплохие надежды, и он единственный, чью кандидатуру одобрил сам Аббас…

Я выдохнула, дав понять, что рассказала все, что хотела, и взяла в руки вожделенную чашечку.

– …Каждому из чемпионов… – отхлебнув, я решила прервать затянувшееся молчание, – очень даже не помешает солидная сумма, что прилагается к кубку «Повелителя Внешних Рубежей».

– Или не менее солидная сумма за участие в похищении… – добавил шеф, чуть улыбнувшись собственным мыслям.

– Угу… – согласилась я, припав к краешку фарфорового сосуда.

– Что ж… Начинаем прибавлять скорость. – Мистер Смит поднялся с дивана. – Следующий порт на Рее. А там и до Нептуна рукой подать. Думаю, передавать похищенную персону, они наверняка будут где-то в том районе. Нужно, не вызывая подозрений, сесть им на хвост. Поэтому отдохни как следует. На Рее мы только дозаправимся. «Звездная пыль» и «Неудержимая» наверняка выйдут из порта до нашего туда прибытия.

Я согласно кивнула. Итак, операцию по освобождению заложника можно считать успешно начатой.

Часть 1. Глава 4

Яхтенный космопорт встретил нас скандалом, разразившимся между Рамиро и Аббасом. Обе яхты стояли с ревущими двигателями, готовые сорваться с места в любую секунду. А их капитаны, как два диких быка, раздувая ноздри и бросая угрожающие взгляды, стояли в широком кольце своих коллег-яхтсменов.

– Что случилось? – негромко спросила я мужчину, стоящего с краю.

– Рамиро бросил что-то оскорбительное Аббасу. Так и пошло-поехало.

«В досье на Гевастаса не было ни строчки, что он любитель задирать других. Скорее наоборот. Его и любят за джентельменскую галантность и воспитанность. Довольно странные метаморфозы. Нужно будет сказать об этом шефу.»

Мне хотелось рассмотреть как следует противоборствующие стороны, поэтому я не стала заглядывать через плечо впереди стоящих, а пошла следом за мистером Джоном, который, раздвигая толпу, вышел в первые ряды любопытной публики.

Рамиро, в стильном, по последнему слову модных домов, спортивном костюме, стоял в вызывающей позе перед Аббасом, меряя его презрительным взглядом.

Победитель прошлой гонки относился к числу тех самых красавчиков, о которых мечтает почти каждая молоденькая девчонка. Высокий, широкоплечий, подтянутый. Даю сто против одного, Гевастас проводит в спортзале добрую половину своего дня, ибо такая фигура стоит немалых усилий. А уж если посмотрите в его темные, пламенные глаза или получите в свой адрес легкую улыбку, гарантирую, стрела Амура застрянет в вашем сердце надолго. Не даром толпы его поклонниц проливают слезы от безответной любви.

А вот Аббас будто противоположность Рамиро. Смуглый, коренастый, с простыми чертами лица и взглядом исподлобья – ничем не выделяющийся на фоне своих коллег-яхтсменов. Но вполне обычная его внешность с трудом скрывает то самое, непоказное достоинство и уверенность, которые присущи людям умным, привыкшим больше делать, чем говорить.

Меня же заинтересовал штурман Аиза. В досье говорилось, что ему двадцать два. И выглядел он на этот возраст. Но его движения были немного угловатыми и нервными, а взгляд совершенно растерянным. Что-то здесь не клеилось…

И вдруг, едва заметно, на долю секунды, по его волосам прошла легкая волна ряби.

«Аватар!» – озарило меня. – «Парень точно использует аватар. Причем это дело ему достаточно непривычно. Хотя аватар прекрасного качества. Если бы не мой наметанный глаз, я бы в жизни не догадалась, что это только образ…»

Я похвалила себя за наблюдательность и, бросив быстрый взгляд на другого штурмана (там ничего интересного не было), вновь принялась разглядывать Нада Аккетли.

Перепалка меж тем разгоралась. Слово за слово. Оскорбление за оскорблением, и Аббас, не сдержавшись, врезал Рамиро кулаком в его нахальную физиономию. От удара тот влетел в стоящих позади зрителей, но не упал, а тут же кинулся на Аиза, схватив его за грудки.

В ту же секунду мой мистер Смит оказался рядом. Не успела я и глазом моргнуть, как две мужские фигуры разлетелись в стороны. А Гевастас, на этот раз пролетев сквозь толпу, ударился о стену и оглушенный сполз на пол.

– Ах, ты старый хрен! – выругался он, приходя в себя и потирая ушибленный затылок. – Да я тебя в порошок сотру!

Шеф подошел к нему и, сжав в кулаке одежду на груди Рамиро, подтянул его вверх, да так, что ноги чемпиона оторвались от пола. Гевастас вцепился в руку Смита и попытался вырваться. Напрасно. Шеф прижал яхтсмена к стене с такой силой, будто желал сделать оттиск на память будущим героям гонок. При всем при этом мне показалось, что у мистера Джона даже мышцы на руке не напряглись.

– Не советую тебе испытывать мою старость, сопляк. Если до своей хочешь благополучно дожить… – проговорил шеф ледяным тоном, способным заморозить Гольфстрим. – У тебя есть что еще мне сказать?

– Нет… нет… – задыхаясь, залепетал смиренно Гевастас.

Мистер Смит отпустил Рамиро и обвел взглядом толпу. Некоторые из зрителей, пряча глаза, сделали интуитивный шаг назад. И я их понимаю. Никакому здравомыслящему человеку не захочется быть центром внимания Джона Смита.

(Хочу на минуточку заметить, что это мой начальник! И в тот момент меня просто распирало от гордости!)

– Вы участники регаты, а не дворового мордобоя! – прогремел голос шефа после мастерски выдержанной паузы. – Или… – он посмотрел на Аббаса, а потом на Рамиро, – вам невыносимо жмет чемпионский титул? Так это легко исправить. Первый же клубный совет лишит вас всех званий и регалий. Может быть, тогда вы оба успокоитесь?..

Зрители тихонько загудели, одобряя слова Джона Смита.

– На ваше счастье, сюда не допускаются журналисты, – продолжил шеф чуть мягче, но в том же тоне воспитателя. – Иначе через десять минут все агентства бы уже гудели о скандале… И всем вам советую… – он снова окатил взглядом присутствующих, – лучше держите язык за зубами, если не хотите последствий…

То ли по причине столь веских доводов, то ли взгляд у шефа был очень убедительный, то ли вид, но история эта действительно не попала в СМИ, хотя не исключено, что ее вспоминали в спортивных кулуарах, но только шепотом.

***

Итак, «Звездная пыль» и «Неудержимая» мчались нос к носу, покрывая расстояния едва ли не с крейсерской скоростью.

Мы шли за ними так, чтобы лишь сканирующий луч держал обе яхты в нашем поле зрения, сами при этом оставаясь на почтительном расстоянии.

Меня же до слез огорчал тот факт, что нельзя «втопить газу» и, поддавшись спортивному азарту, потягаться силами с чемпионами.

Всякий раз, видя разгорающийся огонек в моих глазах, шеф выдавал мне короткую лекцию о профессионализме, от которой мне хотелось закатывать глаза и прятаться в своей каюте. Упаси вас Боже когда-нибудь выслушивать этот нравоучительно-холодный тон, который проникает во все уголки разума и вызывает неприятное ощущение собственной легкомысленности, приправленное выразительным самобичеванием.

Совсем скоро мы должны были приблизиться к поворотной точке регаты.

В мое время ледяного гиганта человечеству покорить еще не удалось. Но зато спутники Нептуна оказались более сговорчивыми. Нереида и Протей приютили у себя небольшие колонии первопроходцев, позже переросшие в самые отдаленные от Земли города. К тому же, Протей имел собственную верфь, где можно было подлатать любое судно, а Нереида гордилась современным космопортом, висевшим вдоль ее центрального меридиана.

Поворотной же точкой служила отметка на небольшой космической станции, курсирующей над южным полюсом Нептуна. Именно там каждая яхта должна была оставить свой уникальный код, подтверждающий изменение курса обратно к Земле.

Оставалось чуть больше четырех часов до того момента, как яхты чемпионов войдут в атмосферу Нептуна. Но тут наш сканирующий луч определил вспышку на «Неудержимой». А через время мы поняли – «Звездная пыль» взяла на буксир яхту соперников и изменила курс по направлению к Протею.

О том, что произошло, мы узнали позже, но вам я расскажу в двух словах. Один из силовых кабелей на «Неудержимой» (чьими-то корявыми руками, а может нарочно) прикрученный кое-как к основному блоку питания дал искру, что вызвало перенапряжение в системе одного из узлов. Яхта Аиза была обесточена и обездвижена.

Но во время полета Рамиро, видно, серьезно пораскинув мозгами, принес извинения Аббасу за свое вызывающее поведение и оскорбительные высказывания. Аиз, как человек здравомыслящий, не дал волю своим обидам и простил задиру. Как оказалось впоследствии – не зря.

Когда Гевастас заметил аварию на яхте соперника, не секунды не колеблясь, он предложил отбуксировать «Неудержимую» на верфи Протея. И вот здесь мне хочется отдать должное поступку этого человека. Несмотря на то, что «Звездной пыли» пришлось отклониться от маршрута и потерять драгоценное время, Рамиро не бросил соперника болтаться в холодном космическом пространстве и ждать прихода помощи. Он сам эту помощь предоставил, причем в самом безукоризненном виде.

Разумеется, у меня и шефа появился очередной повод задуматься и поискать объяснения странным метаморфозам в характере и поступках Гевастаса. Но тогда мы их не нашли.

***

– Следуем за ними, – скомандовал мистер Смит. Щелкнув тумблеры, он открыл проекцию маршрутного листа и перестроил курс нашей яхты.

– А как мы объясним свое появление на Протее? – спросила я. Это был достаточно важный вопрос, ведь у «Тени кометы» нет поломок, а выдавать нашу слежку нам никак нельзя.

– Придумаем что-нибудь… На худой конец, сломаем какую-нибудь железяку и сразу повод появится.

Шеф был спокоен. Ну что ж, он начальник – ему видней, по этому поводу спорить с ним я не собиралась.

– Думаю, – продолжил Джон Смит, – Рамиро умчится с Протея, как только «Неудержимая» пришвартуется. Ему нечего делать на верфи, да и времени много упустил. Скоро другие яхты в затылок дышать начнут.

– Ну, а мы? Как потом за двумя яхтами уследим?

– Для начала, обыщем «Неудержимую». Нужно узнать, причастен Аббас к похищению или нет. А дальше по обстоятельствам…

– Обыщем?.. И как вы это себе представляете?

– Аиз будет вынужден на время покинуть судно. Решать мелкую бюрократическую волокиту придется ему самому. Как только он освободится, я задержу его еще на время, а ты осмотришь яхту.

– А как же его штурман?

– Надеюсь, они будут вдвоем. Если нет, то сделаю так, чтобы штурман к нам присоединился.

– Вы сможете так сделать? – искренне удивилась я.

– Смогу, за это не беспокойся. А вот тебе нужно сделать копию аватара молодого штурмана, мистера Аккетли, и в его образе проникнуть на «Неудержимую».

– Да он меня на голову выше! Если кто из рабочих ремотного дока увидит, сразу заподозрит неладное.

– Неужели тебе, маленькая Заноза, нужно разъяснять основы маскировки и шпионажа?

«О-о-о, только не его нравоучения!»

– Нет! – я поспешно помотала головой. – Я справлюсь. Буду действовать по обстоятельствам.

– Вот и чудненько, – усмехнулся шеф, явно подметив мое нежелание выслушивать его умные речи.

***

Как и предполагал мистер Смит, Аиз вместе со своим штурманом покинул яхту, чтобы решить все вопросы по оформлению «Неудержимой» на ремонт.

Верфь, где нам всем пришлось провести какое-то время, была огромна и с легкостью могла вместить парочку круизных космолайнеров. Но обслуживающий персонал не отличался особой проворностью – видно, жизнь на краю Солнечной системы накладывала свой отпечаток провинциальности на их умонастроение, отношение к работе и даже к самим коренным жителям Земли, тем более к знаменитостям вроде Аббаса Аиза (здесь их не очень-то жаловали).

Впрочем, следует отдать должное, каждый ремонтный док поддерживался в чистоте и порядке, как палата в приличной клинике. Все было на своем месте – разложено, расставлено, подвешено. И только запах синтетической смазки, масел и топлива напоминал, что это место для ремонта космических судов.

Здесь было немноголюдно, поэтому попасть на «Неудержимую» без лишнего внимания к моей скромной персоне получилось довольно просто.

Я облазила яхту вдоль и поперек, заглянула во все углы и просканировала каждую стенку. Убив уйму времени, убедилась, что следов высокого чиновника на этом корабле нет.

Оставалась еще пара маленьких закутков, когда мне пришло сообщение от шефа, что команда «Неудержимой» возвращается на борт.

– Вот торопыги… – ворчала я, спешно заканчивая осмотр и на ходу придумывая, как объясниться с капитаном яхты, ведь без сомнения, я вот-вот столкнусь с ним нос к носу. – Не могли еще минут десять подождать…

Искать подходящий аватар времени совсем не было, поэтому я решила обойтись без него. Наскоро поменяв настройки одежды, я спустила на лицо челку и поправила пряди на висках, чтобы волосы максимально скрывали мое лицо.

– Надеюсь, мистер Аиз и его напарник не запомнят меня…

Выскользнув из «Неудержимой», остановилась от яхты в нескольких метрах и принялась разглядывать ее с видом ожидающего человека. Вскоре двое уже знакомых мне мужчин вывернули из-за угла и направились прямехонько в мою сторону.

– Кто вы такая и что здесь делаете? – с гневом и даже не удостоив меня приветствием, загремел голос Аббаса за моей спиной.

Я обернулась, сделав испуганный вид и принялась раскланиваться на китайский манер.

– О, простите, мистер Аиз! – лепетала я самым извиняющимся тоном. – Меня зовут Мари. Мой жених Ронни… он работает здесь на верфи. Он сказал мне, что ваша яхта прибыла в док для ремонта…

Я на секунду остановилась, как бы переводя дыхание, при этом бросив быстрый взгляд на молодого штурмана. Аккетли все это время с нескрываемым любопытством разглядывал меня.

– Ведь Ронни знает, что я ваша самая преданная болельщица! – продолжила я, – Он сразу мне сообщил… и вот я здесь. Мистер Аиз, – я принялась с еще большим рвением раскланиваться, – вы, конечно, поймете меня! Разве я могла упустить такой шанс? Мне так хотелось вас увидеть, взять автограф и полюбоваться «Неудержимой»…

Аббас еле сдерживал раздражение, которое я в нем вызывала. Он почти не глядел в мою сторону, и всем своим видом демонстрировал, что самое большое его желание – избавиться от меня сию же секунду.

– Ведь вы оставите мне автограф, мистер Аиз? – продолжала я лепетать, игнорируя его многозначительную позу. – Уверена, что и эту регату вы обязательно выиграете!.. Пожалуйста… прошу вас… – я открыла чистый лист для записей на проекции экрана, который высветил мой интеллект-браслет, и повернула его к Аббасу. – Мистер Аиз, прошу вас… автограф… – я состряпала самый умоляющий взгляд, на который только была способна.

Аббас, глубоко вздохнув, сделал росчерк указательным пальцем на мерцающем экранчике, видимо только ради того, чтобы я от него отстала.

– И вы, пожалуйста, тоже, мистер Аккетли… – я повернула голову к штурману так, чтобы волосы еще больше прикрыли мое лицо. – Ведь это ваша первая регата? Уверена, вы тоже скоро станете чемпионом…

Над вопросительно взглянул на своего капитана, и тот едва заметно кивнул в ответ. И пока парень вырисовывал свой, вероятно, самый первый автограф, я успела заметить, как на лице Аббаса мелькнула эмоция совершенно иного толка. То была мимолетная гордость и еле уловимое умиление, так обычно строгий учитель смотрит на своего любимого ученика.

– Мистер Аиз, – снова обратилась я к Аббасу просительно-смиренным тоном, – разрешите проводить вас, когда яхта будет отчаливать?

– Нет, – сухо отрезал тот. – Не утруждайте себя, оставайтесь дома.

Что ж, иного ответа быть не могло.

Яхтсмен развернулся и, не дожидаясь моего ухода, вошел внутрь корабля. Над Аккетли последовал за ним, но бросил мне мягкий, извиняющийся взгляд.

«Подведем итог этой театральной миниатюры – без лишней скромности я отыграла свою роль поклонницы не так уж и плохо. Полагаю, мистер Аиз мне поверил. Мисти, ты молодец! Теперь посмотрим, что скажет шеф.»

Часть 1. Глава 5

Мистер Джон Смит поджидал меня на яхте, уже готовый к старту. Едва я ступила на палубу космического судна, как двигатели «Тени кометы» нетерпеливо взревели и, оставляя пламенный хвост, понесли корабль прочь от Протея.

У нас оставалось совсем немного времени на разговоры, первейшей задачей сейчас было найти и догнать «Звездную пыль».

Я во всех красках рассказала, как прошел обыск и о небольшом представлении, устроенном мною для команды «Неудержимой». Шеф, как всегда, слушал внимательно. Чуть прищурившись и поглаживая короткую бородку, он порой задавал вопросы или вставлял мелкие комментарии.

А когда я предположила, что капитан Аиз, вероятно, оказывает своему штурману особое покровительство, то была ошарашена новостью от шефа.

– Это не мистер Над Аккетли. Это сын Аббаса – Хамил Аиз.

Я вытаращила глаза на Смита.

Признаюсь честно, это был неожиданный поворот. Да, я понимала, что под аватаром Нада мог скрываться кто угодно, но чтобы вот так на регату притащить мальчишку!.. Это ж, как ему удалось?

– Откуда вы знаете? – это был самый глупый вопрос, какой только я могла озвучить, но другого на тот момент, у меня не нашлось.

– Сам Аиз рассказал. – шеф помолчал секунду, наверно, оценивая степень моего удивления, и продолжил. – Это было главным условием его участия в гонках. Уверен, что аватар для его сына заказывала знакомая нам корпорация – «Грани будущего». Поэтому он такого прекрасного качества, обычный человек не заметит подвоха.

– Как вам удалось разговорить Аббаса. Из него же слова не вытянешь? – мне действительно было интересно, каким образом за такое короткое время мистер Смит втерся в доверие к капитану «Неудержимой» и получил столь откровенное признание.

Но шеф не собирался вдаваться в подробности своих методов, ограничившись древней шуткой: «Кто много знает – плохо спит».

***

Время уходило. Мы сканировали пространство, но «Звездная пыль», как сквозь землю провалилась. По нашим данным она отметилась в точке возврата и легла на обратный курс к Земле. Но на обозначенном маршруте ее не было!

Мы метались возле Нептуна, огибая его многочисленные спутники, вывернув луч сканера на максимум.

Остался не обследованным лишь Тритон, туда-то мы и направились. И едва яхта вышла к нулевому меридиану, как сканер выхватил какой-то невероятных размеров объект. Я даже не успела понять, что это вспыхнуло на экране.

– Стоп машина! – вдруг во всю глотку заорал шеф. – Полный назад!..

Я судорожно схватилась за приборы управления, в то время, как мистер Смит быстрыми движениями менял курс корабля.

– Убрать сканер!.. – продолжал он отдавать мне команды. – Включить защитные отражатели!..

Ни до, ни после, я не видела шефа в таком нервно-возбужденном состоянии. Мне почему-то казалось, что этот человек в принципе не может нервничать. Но сейчас, каждый мускул на его лице и теле был, как натянутая струна. Он бросал тревожные взгляды на мониторы, показания приборов и панель управления, проверяя, выполняю ли я его команды.

Его нервозность, разумеется, тут же передалась и мне. Отчасти потому, что я не понимала, что вообще происходит и чего нужно бояться, отчасти, потому что мистер Смит всегда был для меня надежным укрытием от треволнений, а теперь он сам на взводе.

Мои руки подрагивали, а по спине пробежал холод, заставляя сердце прерывать ритм.

«Да, что же там такое?!» – стучал в висках один единственный вопрос. – «Неужто монстр космический? Или инопланетяне?..» – ирония не добавила мне ни уверенности, ни смелости.

Благо «Тень кометы» весьма быстрая дама, и мы за считанные минуты были уже по другую сторону Тритона.

Видя, что мой начальник выдохнул и немного успокоился, я решила поинтересоваться о том, что же такого он увидел и из-за чего нам пришлось в панике ретироваться.

– Это был крейсер «Землянин».

– Вы испугались военного корабля? – в моем голосе промелькнула презрительная усмешка (каюсь, я была не права).

– Послушайте, мадмуазель Заноза. – заговорил мистер Джон тоном, в котором четко прослеживалось отношение к моему презрению, а заодно и сомнение в здравости моего рассудка. – Здесь не разрешено находиться военным судам такого класса. А конкретно этот корабль должен сейчас нести вахту возле Меркурия. Кто, скажите на милость, наплевал на приказ и отправил его сюда?

Я пожала плечами, нарисовав на лице выражение полного сожаления и осознания собственной глупости.

– Не знаешь? А я тебе скажу… – продолжил шеф, насквозь пронизывая меня суровым взглядом. – Тот, кто не боится никаких последствий. Тот, кому на руку глобальные политические катаклизмы и даже военные действия. И сейчас размазать нас, как мошку по стеклу, ему ничего не стоит.

– Значит, вы думаете, этот корабль ждет «Звездную пыль»? – робко поинтересовалась я, с трудом осознавая масштабы происходящего.

– Думаю, она уже пристыкована к одному из шлюзов, и полагаю, участь ее команды будет незавидной…

Мне вдруг стало жалко Рамиро и его штурмана, так глупо ввязавшегося в грязную историю похищения, грозившую перерасти в политический коллапс. И к тому же, он не только свою жизнь поставил под удар, но и жизнь друга.

– Мы сможем им помочь? – с толикой надежды в голосе спросила я.

– Мне нужно время подумать… и переговорить кое с кем… Сейчас ты свободна, можешь идти…

Я, конечно, ушла, но оставила за собой незакрытую дверь, мне жуть как хотелось услышать и увидеть, с кем шеф будет разговаривать. Но он развернулся спиной к двери, закрыв проекцию собеседника, и говорил так тихо, что бесполезно было напрягать уши.

«Знает он что ли, что я подслушиваю?» – недовольно проворчала я мысленно в адрес мистера Джона. – «Ну, совсем ничего не разобрать…»

А вскоре до меня донеслось четкое: «Конец связи», и фигура Смита заняла более комфортное положение в кресле, явно с целью, как следует обмозговать ситуацию.

Разочарованно вздохнув, я вернулась в свою каюту, так ничего и не узнав.

***

Прошло несколько часов с тех пор, как «Тень кометы», заглушив двигатели, дрейфовала в окрестностях Тритона.

Мистер Смит, большую часть этого времени, не выходил из кают-компании и занимался тем, что изучал досье всего личного состава крейсера «Землянин». А там, замечу, было больше пятисот человек, включая офицеров.

Наконец шеф вызвал меня к себе.

Открыв дверь в рубку, я замерла в недоумении. Передо мной стоял генерал-главнокомандующий Объединенных Космических Сил Земли.

Безупречный, темно-синий генеральский мундир блистал от изобилия золота. Эполеты, шитье на воротнике, шевроны с эмблемой Объединенного Космофлота, пуговицы с чеканным рисунком и широкий генеральский ремень – мне показалось, что от этого блеска у меня вот-вот начнется резь в глазах. Я невольно зажмурилась и снова открыла глаза:

– Мистер… Смит?..

Что и говорить – я совершенно не была готова увидеть своего начальника скрытым под аватаром генерала.

– Входи, – ответил он незнакомым голосом (вероятно генеральским) и сделал приглашающий жест в сторону кресла штурмана. – Нам пора начинать действовать.

– Надеюсь, вы посвятите меня в свои планы? – спросила я, прекрасно понимая по его виду, какой будет ответ.

– Ровно настолько, насколько это необходимо. – В его голосе звучали металлические оттенки. – А сейчас займись делом. Нужно «переодеть» «Тень кометы» вот в этот аватар.

Шеф тронул пальцами проекцию экрана и вывел на него небольшой военный катер. Это комическое судно из класса кораблей быстрого реагирования – чуть больше, чем за сутки оно без труда переправит вас с одного края Солнечной системы на другой.

Наша яхта таким потенциалом не обладала, но по габаритам вполне соответствовала. Так что «принарядить» нашу малышку было не сложно.

Пока я настраивала новый внешний вид для «Тени кометы», мистер Смит (а точнее генерал-главнокомандующий Милитон), отчасти ввел меня в курс дела.

А дело было вот таким:

Мистер Джон Смит, а в данный момент генерал Милитон, совершенно добровольно предложил себя в заложники вместо похищенной высокопоставленной персоны. Видимо, взвесив все «за» и «против», похитители приняли его предложение, решив, что пленный генерал однозначно лучше любого министра.

К тому моменту, когда я пришла в рубку, шеф все уже согласовал и закончил переговоры с кем нужно, а крейсер поджидал свою новую добычу. Смиту оставалось лишь закончить с мелочами.

– Когда мы пристыкуемся к крейсеру, заложник под охраной будет доставлен к нам на борт. Только после этого я поднимусь на «Землянина». А ты в ту же секунду отчаливаешь.

Я перевела взгляд с монитора на лицо шефа, и он прекрасно прочитал его.

– И никакой самодеятельности, – холодно, почти с угрозой проговорил он. – Выполняешь приказ именно так и никак иначе. – Я поджала губу, но продолжала упрямо пялиться ему в глаза. – Летишь в прежнюю точку координат, – продолжал мистер Джон, – и ждешь моего сообщения. Ясно? – Я кивнула в ответ. – Сообщение будет одно из двух: либо «возвращайся», либо «беги». Приказ «беги» означает, что ты выжимаешь всю скорость, на которую способна яхта, и мчишься к Земле. – делая ударение на каждом слове, закончил шеф.

– Мистер Смит, – тут уж я промолчать не смогла, – мне казалось, мы партнеры и команда. Разве в команде бросают товарища?

– Мадмуазель Заноза, – тон моего начальника на пол градуса смягчился, – мы партнеры и команда. Но мы так же выполняем работу. Нужную и важную работу. И когда сделаем ее, то сможем обсудить все нюансы партнерства. Я понятно изъясняюсь?

– Вполне… – ответила я. – Значит, я не нарушу приказ, если отвезу министра и вернусь сюда?

Мистер Смит улыбнулся, и взгляд его потеплел, насколько может потеплеть взгляд человека, сосредоточенного на важном деле.

– Да, не нарушишь…

***

Я не была свидетельницей всего, что произошло дальше. И расскажу вам коротко, опираясь на скупые обрывки фраз моего начальника и собственные догадки.

Итак, главнокомандующего на крейсере встретили несколько офицеров и конвой. Но вместо сурового генеральского взгляда, служивые услышали его спокойный голос. Он обращался к каждому по имени, как заботливый отец обращается к своим детям. Это звучало примерно так:

– Как служба, рядовой Браун? Офицеры хвалят вашу исполнительность. Если так дело пойдет, то вас непременно ждет повышение… Рядовой Ферст, вы так и не были в отпуске? Непорядок. У вас жена и маленький сын. Они скучают и ждут вас. Обязательно в отпуск, обязательно… Сержант Гордон, как здоровье вашей матери? Передайте ей пожелания скорейшего выздоровления после операции…

Несложно представить, что в этот момент мог чувствовать любой рядовой и даже офицер. Сам главнокомандующий обращается к нему по имени! Знает не только о его существовании, но и о службе, семье. Да ведь этот солдат теперь поколениям своих детей будет рассказывать, о том, что сам генерал с ним разговаривал и обращался к нему по-простому, по имени.

Это был в высшей степени гроссмейстерский ход от мистера Джона Смита.

Уже через полчаса почти весь личный состав «Землянина» был готов броситься на амбразуру за своего генерала-главнокомандующего, в одночасье из заложников ставшего командиром.

Пообещав неприкосновенность всем служащим на крейсере, кроме главных виновников (участников похищения) и взяв все подписки о неразглашении, а также урегулировав еще кучу вопросов, шеф завершил операцию по спасению министра-заложника.

К слову сказать, обещание данное мистером Смитом было исполнено до самой последней запятой. Личный состав крейсера был расформирован и набран новый. Но от офицеров до рядовых все продолжили службу, хоть и в других частях.

***

А я в это время расхаживала по рубке, ежесекундно просматривая монитор своего интеллект-браслета на наличие сообщений. От нервного напряжения меня била мелкая дрожь и ныло в затылке. Казалось, еще мгновение и я просто взорвусь в истерике.

Освобожденный министр оказался довольно приятным человеком. Но в тот момент я с трудом выносила какой-либо разговор, поэтому отправила его в свободную каюту, продолжая лихорадочно отсчитывать секунды, минуты и часы.

И наконец, это долгожданное и полное надежды «Возвращайся»! Похоже, даже экран вспыхнул с подчеркнутой радостью, подарив мне лучшую новость последних часов. Теперь можно чуть-чуть выдохнуть! Казалось бы, всего одно слово, но сколько оно в себе несет.

Я в мгновение ока прыгнула к управлению, и вот уже «Тень кометы» (в образе военного катера) на всех парусах мчится за своим капитаном.

На подлете к крейсеру я получила приказ пристыковаться к одному из двух эсминцев, дрейфовавших по правому борту «Землянина». Вероятно, они находились где-то совсем неподалеку, поэтому и прибыли так быстро в точку назначения.

Я выполнила приказ и высадила своего пассажира на эсминец «Генерал Кор». Вскоре, недалеко от меня пристыковалась спасательная шлюпка с крейсера, и мистер Смит в сопровождении двух офицеров взошел на борт того же эсминца, а следом за ним, под конвоем, ввели Рамиро и его штурмана Миено.

Моя нервозность совсем сошла на нет, когда еще через полчаса «Генерал Кор» завел свои мощные двигатели и, обдав пламенем из сопел черноту космоса, взял курс на Землю.

Как только мы обошли Нептун, мое одиночество нарушили. На борт яхты под конвоем привели Гевастаса и Роди. Я распорядилась оставить их в кают-компании. Но один из конвоиров, бросив на меня тревожный взгляд, спросил.

– Вы уверены, что будете в безопасности, сержант?

Когда мы перешли в финальную стадию операции, я не стала менять свой аватар, лишь только облачилась в форму космофлота и нацепила погоны сержанта, поэтому конвоир обратился ко мне по званию. Беспокойство солдата было вполне обоснованно, ведь ему приказано оставить двух мужчин-арестантов под присмотром тщедушной девчонки, хоть и в звании сержанта.

– Не беспокойтесь, рядовой. Выполняйте приказ, – ответила я, придав своему голосу твердости и военной сухости.

Конвоиры отдали мне под козырек и удалились.

Оставшись в обществе пилотов «Звездной пыли», я пригласила их присесть на диваны, а сама устроилась напротив, поглядывая то на одного, то на другого мужчину.

– Может, вы объясните мне, что происходит? – решился спросить Гевастас. Видимо, мое женское общество пробудило в нем желание воспользоваться своим обаянием и повлиять на ситуацию. – Я совершенно не понимаю, в чем меня обвиняют! Что все это значит?

К слову сказать, взгляд у него был действительно искренне-растерянный.

– Был похищен высокопоставленный человек, и вас обвиняют в соучастии.

– Что?! – глаза его округлились. – Но я не знаю ни о каком похищении! Я ни в чем не виноват! И вам должно быть известно, что я не бандит какой-нибудь! Я яхтсмен! – последние его слова прозвучали с заметной гордостью.

– Уверяю вас, преступником может стать любой человек…

– Это какая-то ошибка! – воскликнул Рамиро, его раздражение явно нарастало. – Какие против меня доказательства?

– На вашей яхте был похищенный, – спокойно ответила я, глядя в глаза мужчине.

Лицо Гевастаса вдруг вытянулось от удивления. Он приоткрыл рот, чтобы о чем-то спросить, но слова так и замерли на его губах. Я не сводила с него глаз.

«Неужели человек может так играть? Или он, действительно, не виноват?.. Тогда кто?.. Его…»

Это была доля секунды, но я упустила из вида Миено Роди. Видимо, он только этого и поджидал. Мгновенно штурман оказался возле меня, занеся кулак для удара. Я отреагировала почти автоматически, даже не сразу поняв происходящее. Точное попадание в челюсть (я услышала, как скрипнули его зубы), и мой противник свалился навзничь. Подскочив, я нанесла еще удар, от которого тот потерял сознание.

Рамиро не сделал ни одной попытки вмешаться в потасовку. Он так и сидел, приоткрыв рот и глазея на нас.

– Если… вы не виноваты… – продолжила я прерванный разговор и переводя дыхание, – то суд это обязательно учтет…

Когда я нанесла Роди первый удар, то краем глаза заметила, как на пол упал какой-то предмет. И первое, что я сделала, – отыскала его. Это был миниатюрный противогаз. Такие используют в тех случаях, когда нужно защитить лишь легкие. Эти маленькие фильтры помещаются в ноздрю и, оставаясь незаметными, защищают организм от попадания вредоносных или смертельных газов.

Вошедший в кают-компанию мистер Смит застал меня за разглядыванием этого предмета. Он был снова в прежнем виде капитана «Тени кометы».

– Отведи-ка мистера Гевастаса в свою каюту, –проговорил он, окинув взглядом нас троих.

Я вложила в его ладонь мини-противогаз и, сделав знак Рамиро следовать за мной, вышла из каюты.

Когда вернулась обратно, мистер Джон пытался привести Миено в чувства.

– Ты бы рассчитывала удар, мадмуазель Заноза. Ведь так и угробить человека недолго, – тряся Роди за плечи, мягко отчитывал меня шеф.

– Я всего лишь защищалась, – состряпав невинную физиономию, ответила я.

Наконец штурман стал приходить в себя. Ошарашенным взглядом он блуждал по кают-компании, пока не задержал его на лице мистера Джона.

– Вы не имеете права! – вдруг возмутился он, одернув от себя руки Смита. – Вы ничего не докажете! У вас ничего нет против меня! И я ничего вам не скажу! Ничего!

– Еще как скажешь, – спокойно, почти нараспев отвечал тот, не сводя с Роди пристального взгляда. – Выложишь все, что знаешь, и что не знаешь, тоже выложишь…

Тут Миено внезапно расслабился, откинулся на спинку дивана, его взгляд стал чуть замутненным и расфокусированным.

Шеф уселся напротив, закинув ногу на ногу и положив вытянутую руку на спинку дивана, – так обычно сидят в приятной компании за стаканчиком любимого напитка.

– А теперь без лишних подробностей, – все так же растягивая слова, продолжил Смит, – коротко и по делу. Когда и как тебя завербовали на это дело?

И Роди заговорил. Бесстрастно, почти равнодушно звучал его размеренный рассказ о том, как незнакомый человек однажды предложил ему крупную сумму денег за небольшую услугу – уговорить Гавастаса принять участие в регате и во время регаты переправить некий груз до заданного пункта назначения.

Я ошалелыми глазами пялилась на шефа, с трудом веря в происходящее. Вы спросите почему? Да потому что перед моими глазами развернулось шоу сверхпрофессионального гипноза. Да-да, именно так! Мистер Джон Смит ввел Роди в гипнотический транс, при этом даже пальцами не щелкнув.

Я слышала, что существуют подобные техники, но прежде никогда не сталкивалась с людьми, владеющими таким талантом. Даже преподаватели нашего приюта не могли так запросто использовать гипноз.

Теперь, конечно, стала очевидна причина, по которой капитан Аббас так запросто рассказал мистеру Смиту свою тайну. Попробуй-ка утаи что-нибудь от этого взгляда и голоса.

Что и говорить, по моей спине тут же пробежал холодок, едва я подумала о том, что же за человек на самом деле мой шеф.

Ну а дальше, в двух словах расскажу, о чем же поведал нам мистер Миено Роди.

Итак, получив заманчивое предложение, Роди не внял здравому смыслу, который подсказывал не ввязываться в авантюру. А решил, что наконец пришла в его жизнь возможность отомстить Рамиро за уязвленное самолюбие. Ведь все эти годы, что он был напарником и штурманом Гевастаса, Миено продолжал ненавидеть товарища за то, что тот отбил девушку, унизил и предал его.

Он уговорил Рамиро участвовать в регате, а за его спиной приготовил все, что было необходимо для преступления.

Яхта изначально была сконструирована с потайным звуконепроницаемым помещением, которое впоследствии и стало камерой для министра.

Но Роди пошел дальше, он решил во что бы то ни стало засадить Гевастаса за решетку за пособничество в похищении. Позаботившись заранее о собственной безопасности, Миено периодически распылял на яхте концентрат токсичных газов, на которые психика Рамиро отзывалась неадекватным поведением, сонливостью и частичной амнезией.

То есть в случае судебных разбирательств Гевастас не мог ни свидетельствовать против штурмана, ни элементарно защитить себя по той простой причине, что многое просто не помнил. А свидетелями его необузданности и резкой смены настроения стало немало людей, и это также могло стать косвенным подтверждением соучастия Рамиро в похищении.

Но так славно спланированное предприятие едва не провалилось. Поведение Рамиро стало выходить из-под контроля, доказательством тому послужила стычка на Рее. А когда он вызвался отбуксировать «Неудержимую» до ремонтных доков Протея, тут уж Роди и вовсе запаниковал. Отчалив с верфи, штурману пришлось усыпить Гевастаса и в одиночку гнать яхту к точке прибытия.

А там его встретили и под белы рученьки, посадили вместе со спящим напарником в кутузку. Разумеется, проснувшийся Рамиро не мог взять в толк, что вокруг происходит, а объяснять ему это никто не собирался. Потому и был он шокирован услышанной от меня новостью…

Слушая монолог Миено, я почему-то думала о том, что человек – довольно странное существо. Может называться другом, но запросто разрушить твою личную жизнь, цинично предать и не чувствовать угрызений совести. Может внешне проявлять расположение, при этом внутренне ненавидеть тебя всем существом. Может годами вынашивать планы мести, но мило улыбаться в лицо, тепло беседуя с тобой о добром и вечном... Что ждет тебя, человечество, если ты вдруг так и не научишься вести себя по-человечески?

Часть 1. Глава 6

Наша миссия подходила к концу. Да, в ней не было жестоких перестрелок и умопомрачительных погонь. Все решалось с помощью анализа, рассудка и капли самопожертвования (это я про шефа говорю).

Удалось ли нам спасти население Земли от политической и экономической катастрофы? Думаю, да. Чувствуем ли мы себя в числе супергероев? Могу сказать только за себя, но словами моего шефа: «Это всего лишь наша работа. Но любая работа должна быть выполнена хорошо настолько, чтобы не пришлось сожалеть о потраченном времени и силах».

После той истории в корпорации «Грани будущего» в течение еще года проходили чистки и расследования. Несколько высокопоставленных особ были арестованы по разного рода громким обвинениям. Участвовал ли в этих расследованиях мистер Смит? Уверена, что да. Хотя он никогда об этом не рассказывал, даже когда я спрашивала.

Что же касается команды «Звездной пыли», то мистер Рамиро был оправдан судом и отпущен на все четыре стороны, а его напарнику дали двадцать лет ссылки и тяжелых работ где-то на одном из спутников Урана. Дальнейшей судьбой этих людей я больше не интересовалась.

Но зато меня до коликов в животе интересовал другой, невероятно важный для меня вопрос. И выбрав самый удобный случай, я не преминула его задать мистеру Джону.

Дело было уже на подлете к Земле. Оставшись вдвоем (Рамиро и Миено забрал полицейский катер), мы мирно беседовали о том, о сем, распивая фирменный кофе от шефа, в той же самой кают-компании.

– После этого задания меня не покидает чувство, что вы тот самый «серый кардинал», который за кулисами вершит судьбы всех жителей планеты… – проговорила я, пригубив из чашечки и искоса поглядывая на шефа.

Мистер Смит хмыкнул, чуть насмешливо улыбнулся, и в его прищуренных глазах вдруг мелькнула какая-то мальчишеская искорка. Но мое замечание осталось без ответа.

«Та-а-ак, значит не желаете поддержать мой разговор, мистер начальник… Что ж, зайду с другой стороны…»

– Можно мне спросить? – поинтересовалась я, поняв, что придется эту «крепость» брать штурмом.

– Если это не касается моих планов по управлению Землей, то спрашивай, – снова хмыкнув, ответил Смит.

– Вы и меня гипнотизировали, когда я на работу в агентство «Гусь и Ёж» устраивалась?

Я впилась в него взглядом, в надежде, если не разгадать его мысли, то хотя бы уловить малейшую мимику лица.

Шеф не спешил с ответом, а я в этот раз была терпелива. Мистер Джон сделал глоток кофе, не торопясь поставил чашечку на стол, который нас разделял и задумчиво отстучав пальцами по своему колену, проговорил:

– Я не манипулирую людьми, которым доверяю…

– Но ведь тогда вы меня не знали. А значит и доверять в полной мере не могли… – не унималась я, хоть и старалась спрятать за серьезным тоном довольную улыбку (его ответ меня очень порадовал).

– А давай-ка я расскажу тебе одну историю…

«Снова здорово! Опять он мои вопросы игнорирует! Вот уж в чем мастер, так мастер! Ну что ж, послушаем твою историю. Надеюсь, она разъяснит хоть что-нибудь…»

– …Было это очень давно. Я тогда только-только агентскую карьеру начинал. Работа мне нравилась, да и начальство меня приметило. Очень, говорили, перспективный молодой человек… Тогда-то и встретил я ее. Красивую, умную, насмешливую и задиристую… Она играла второстепенные роли в одном из провинциальных театров. Но для меня каждый ее выход на сцену был как явление величайшей звезды, решившей побаловать своим присутствием недалекую публику. Однажды, набравшись смелости, я подошел к ней и сказал, что безумно восхищен ее игрой, талантом… и... ее удивительной улыбкой…

Мистер Смит замолчал, обведя рассеянным взглядом стену за моей спиной.

«Вот те на-а-а… Да мой начальник, как я погляжу, влюблен?!»

– …Она сказала тогда, что я слишком преувеличиваю ее способности и особых талантов не имеет. Но мне было все равно. Она говорит со мной, улыбается, лукаво щурит глазками – одно это приводило меня в безумный экстаз счастья… Мы стали встречаться… Удивительно, с каким нетерпением и страстью я ждал каждой минуты и даже секунды, когда смогу побыть с ней рядом…

Я смотрела на шефа, понимая, что бесполезно скрывать свое удивление. Мне казалось – я впервые в жизни вижу и слышу этого человека. Голос его звучал с оттенком какой-то горечи и теплоты одновременно. А взгляд блуждал по каюте, словно желая проникнуть сквозь стены в то самое время, о котором сейчас говорил мистер Джон.

– …Мы были так близки тогда, – продолжал Смит, – что казалось, наше счастье продлится вечно. И по службе я стал продвигаться гигантскими шагами. Предложили мне принять в подчинение маленький секретный отдел, но для этого нужен был переезд с Земли, года на четыре. Я не хотел разлучаться с Лори (ее звали Лори Вайнер), поэтому решил сделать ей предложение и уже вместе с женой отправиться к новому месту жительства…

Мистер Джон глубоко вздохнул, потянулся за кофе, с полминуты подержал в руках чашечку, но так и не пригубив напиток, поставил обратно на стол. Не просто ему давались подобные откровения. Ой, как непросто.

– …В тот день у нее был спектакль, и я с замиранием сердца спешил прийти пораньше, чтобы прежде заглянуть к ней в гримерку и на свое предложение услышать заветное «да»… Можешь представить, с каким трепетом я думал о том, что через несколько минут я войду к ней: тихонечко открою двери... она будет сидеть спиной ко мне, наблюдая за моим отражением в зеркале, я попрошу ее закрыть глаза и положу на туалетный столик раскрытую коробочку с колечком… Как я мечтал увидеть счастливый восторг на ее лице, приоткрывая двери и вдыхая аромат гримерной… И вот я заглядываю внутрь, и мое сердце будто проваливается в Черную дыру… Моя прекрасная Лори сидит на полу перед мужчиной, положив свою прелестную головку ему на колени, а он нежно гладит ее волосы и о чем-то шепотом с ней разговаривает. Решение молниеносно созрело у меня в голове. Промучившись всю ночь, я уехал тогда, так ничего ей не сказав. А через неделю отправил сообщение от лица своей конторы о том, что я погиб при выполнении задания…

С открытым ртом я уставилась на шефа. Да разве так можно было поступать?

– Но может, это было вовсе не то, о чем вы подумали! – я не смогла сдержать возмущения. – Нужно было объясниться! А отправить извещение о собственной смерти – это… это… кощунство какое-то над собственными чувствами! Да и над ее чувствами тоже!

– Ошибаешься, мадмуазель Заноза. Это было именно то, о чем я подумал. Потому что через месяц после сообщения о моей смерти она благополучно вышла замуж за того самого человека. Оно и понятно – магнат и очень влиятельный в своих кругах бизнесмен. Правда, старше ее лет на пятьдесят…

– Нет! Я с вами не согласна! Ведь вы не знаете, почему она вышла за него замуж. И так как вы, поступать нельзя! – не унималась я в своем негодовании.

– Можно или нельзя, в любом случае, все уже в прошлом…

Мы молчали какое-то время, каждый думая о своем. Мистер Смит наконец добрался до своего кофе и сделал несколько глотков. Напряжение, еще несколько минут назад давившее на него, спало, и он расслаблено сидел, откинувшись на спинку дивана.

– И что с ней было дальше?.. – я все же решила прервать затянувшееся молчание.

– Она сменила имя и пропала примерно года на два. А потом неожиданно вновь возникла, но уже не в театральном кругу, а в кино. Стала популярной актрисой, сделала фантастическую карьеру. Не знаю, правда, талант тому виной или деньги мужа…

– Она и сейчас снимается?

– Крайне редко… Лет через пятнадцать муж ее умер, и она, став наследницей огромного состояния, не смогла потянуть актерскую карьеру и бизнес одновременно. Продала часть своей доли в компании и стала сниматься меньше. Теперь все больше путешествует и занимается благотворительными фондами.

– Вы-ы-ы… больше не встречались с ней?

Шеф мотнул головой, и его седые пряди колыхнулись под пестрой банданой.

– Нет, никогда… Но ты мне ее напоминаешь… – он остановил на мне взгляд и улыбнулся. – Такая же любопытная и задиристая непоседа… Порой я думаю, останься мы вместе, у нас могла бы быть дочь, похожая на тебя…

Я замерла и немного смутилась от столь неожиданного признания. Так вот в чем было дело!.. Шеф не просто до сих пор влюблен! Ему не дает покоя и гложет извечный вопрос: а что было бы, если?.. И видит он во мне продолжение… Продолжение его страсти к Лори…

После того задушевного разговора между нами и впрямь будто протянулась родственная нить. Но она нисколько не мешает нашей работе. Я старательно соблюдаю субординацию, а мистер Смит частенько смотрит сквозь пальцы на мои выходки и подкидывает интересные дела, вроде последнего… Где я без памяти влюбилась… в Вика Димата…

Ну вот!.. Опять все мысли к нему возвращаются!..

Часть 2. Мисти Арканум. Операция «Майк». Глава 1

Время в моей ссылке, хоть и тянется еле-еле, все же понемногу уходит в небытие.

По началу я места себе не находила, болтаясь по берегу или склонам и усмиряя внутреннюю бурю протеста. Но через две недели мое негодование стало медленно затихать, принимая суровую неизбежность. Да, я была изолирована от общества, информации и какой-то части жизни. Но все было не так уж и плохо. Я была обеспечена абсолютно всем, даже немного больше необходимого.

Длительные прогулки по острову стали неотъемлемой частью моего существования здесь, на клочке первозданной природы. Я умудрилась подружиться с той самой газелью, что встречала меня в день прибытия на остров. Животное теперь спокойно ело с ладони и терпеливо выслушивало мои длинные монологи, то полные энтузиазма, то унылые и тоскливые.

И разумеется, я вплотную занялась игрой в бильярд. Разобралась с техникой и постановкой ударов, научилась концентрироваться, отработала тактическое мышление, да, много чего еще.

Скажу честно, теперь я играю достаточно неплохо, даже похвалю себя – я играю хорошо! А умение сконцентрироваться, думаю, обязательно пригодится и не только в работе.

Был у моего обучения и «побочный эффект». Я изучила Вика вдоль и поперек. Каждое его движение, интонацию, взгляд. Мне кажется, я даже стала понимать, о чем он думает… Возможно, мое поведение покажется вам легкомысленным, но сердцу, как говорится, не прикажешь… И теперь что сделано, то сделано…

***

До окончания моей ссылки осталась неделя, и я до мелочей уже распланировала, как ее проведу и какой грандиозный банкет устрою в честь своего отбытия.

Но не тут-то было. Ранним утром, когда еще так хочется понежиться в постели, до меня донесся гул приближающегося вертолета.

Сначала я подумала, что мне показалось. Но нет, это точно был вертолет.

«Может, что-то случилось?.. Или мне новости привезли?.. А может, мое изгнание подошло к концу?.. Нужно все выяснить…»

Наспех накинув легкий халатик, я выскочила из коттеджа. Пока бежала, вертолет уже приземлился и стоял на взлетной площадке, заглушив двигатели. А в мою сторону уверенной походкой направлялся Гратини. Признаюсь, мне кажется, я в жизни никогда не радовалась так сильно, просто увидев человеческое лицо! Я едва сдержалась, чтобы не броситься мужчине на шею.

– Доброе утро, Мисти, – приветствовал он меня, – я прилетел, чтобы забрать вас.

– Забрать меня?! – взвизгнув, я подпрыгнула от радости.

«Я возвращаюсь! Это самый лучший день! Вот только, праздничный банкет теперь не состоится… Ну и пусть! Отпраздную дома. Дома! Какое все же чудесное слово – дом!..»

– У вас только час на сборы. – проговорил Симон, явно пытаясь сдержать улыбку. Наверное, я выглядела чуть-чуть сумасшедшей.

– Час? Да, мне и десяти минут хватит! Вы даже кофе не успеете допить!

С этими словами я развернулась и как ужаленная помчалась собирать вещи.

И все же, признаюсь честно, пребывание на острове, оставило свой отпечаток в моем сердце. И ступая на борт вертолета, я была благодарна шефу, да и острову, за это время отшельничества, покоя и долгих размышлений.

Но впереди меня ждут новые повороты судьбы, и я к ним готова!

***

Удобно расположившись в кресле напротив шефа, я листала очередное досье.

Озорные лучики пробивались сквозь приоткрытые ленты жалюзи, наполняя кабинет светом и теплом. О, как же я соскучилась по его сухой официальности и рабочей строгости!

– У тебя четыре дня, чтобы приготовить аватар и прибыть на место. – обычный тон начальника сейчас звучал для ушей, как музыка.

– В моих архивах имеется пара симпатичных мордашек. Так что на аватар много времени не понадобится.

– Симпатичная мордашка не подойдет.

– Пфф… Без проблем. Могу из симпатичной сделать дурнушку. Это тоже быстро.

– Нет, и такое не подойдет.

Я непонимающе приподняла брови, стараясь ясно выразить взглядом свое недоумение.

– Может, мой шеф еще не в курсе, но аватаров-невидимок пока не изобрели, – съязвила я. – Что имею, то и предлагаю.

– Ты меня не поняла. Здесь вообще не подойдет женский аватар. Нужен мужской.

Я уставилась на начальника ошарашенным взглядом. Еще секунда, и, кажется, моя челюсть отвалится от удивления.

– Чего? – выдавила я.

– Сделай мужской аватар. – совершенно спокойно повторил шеф.

– Это шутка какая-то? Или… «пока меня не было, у вас с головой что-то произошло?» – хотела добавить я, но вовремя остановилась.

– Наша заказчица – дама с претензиями. Она не хочет иметь дело с женщиной. Ее охранником должен быть мужчина.

– Ну так и поставьте ей в охрану мужчину, если она больна мизогинией! Я-то здесь при чем?

– Мисти, – шеф обратился ко мне так мягко, будто уговаривал меня скушать «ложечку за маму, ложечку за папу», – в этом деле мне не нужен мужчина, мне нужна ты. Твой женский взгляд, наблюдательность, интуиция, любопытство, в конце концов. И потом, из мужского аватара тоже можно извлечь пользу.

– Например, какую? – уже глядя исподлобья, бросила я.

– Ты сможешь присоединиться к любой мужской компании и послушать, что они говорят… о женщинах, например. – все тем же снисходительно-уговаривающим тоном продолжил шеф.

– То же мне, польза! – буркнула я. – Если мне захочется узнать, о чем сплетничают мужчины, то я знаю, как подложить в карман прослушку. Для этого не обязательно быть в их компании.

Ироничная полуулыбка проскользнула на лице начальника, и тут я вдруг поняла, что все это мое негодование его просто забавляет! Он дурачится! Развлекается! Это открытие еще больше вывело меня из себя.

– Но я не хочу быть мужчиной! – воскликнула я и, швырнув папку с документами на стол, откинулась на спинку кресла. Я демонстративно скрестила руки на груди и закинула ногу на ногу. – И потом, с моим ростом и комплекцией… – раздраженно продолжила я, – разве что за старшеклассника могу сойти, но нисколько не за охранника!

– Мужчины разные бывают… – на распев отвечал шеф. – Бывают невысокие… И худощавые тоже бывают…

Я закатила глаза, понимая, что скорее всего придется подчиниться и напялить на себя мужской аватар.

– Ну, может, в агентстве есть другая женщина, более подходящая на эту роль? – с последней надеждой в голосе проговорила я.

– Для этого задания мне нужна ты, Мисти. Давай теперь закончим бесполезные споры. Иди и приступай к работе…

Что поделать… Взяв папку со стола, я заложила ее подмышку и, изобразив самую недовольную гримасу, поднялась с кресла. Глубоко и страдальчески вздохнув, поплелась к выходу.

– Через два часа документы самоуничтожатся, – напомнил шеф, вероятно глядя мне в спину.

– Да-да… У меня хорошая память… – не поворачивая головы, проворчала я.

– И не вздумай погибнуть… – традиционное напутствие прозвучало достаточно требовательно.

Открыв дверь, я наконец-то соизволила обернуться.

Мне тут же показалось, что довольная физиономия моего начальника точно напрашивается на грубость. Но умудрилась сдержаться. Бросив многозначительно кричащий взгляд, я громко хлопнула дверью.

Часть 2. Глава 2

Интересно, спроси я вас о том, что первым делом сделала, едва переступила порог своей квартиры и взяла в руки интеллект-браслет, вы угадали бы? Ни капли не сомневаюсь, что да!

Единственная мысль, стучавшая в моих висках и заглушающая все остальные – как суд решил судьбу Вика? Меня не интересовало возмущение моего желудка, усталость и напряжение тоже остались без внимания.

С нетерпением и дрожью в теле я надела браслет на руку и тут же с головой ушла в поиски нужной информации.

«Вот оно! Судебное заседание под номером 658.901 по делу Илефа Петарса… Та-а-ак, полюбопытствуем…»

Я пролистала материалы дела, список адвокатов и свидетелей, все предлагающиеся документы и записи протоколов. Но имя Вик Димат отсутствовало! Как корова языком слизала! Ни он, ни его фирма, будто вообще никаким боком не принимали участия в этой истории. Это была странность, которой я не могла найти объяснения.

«Спросить у шефа прямо в лоб? Сомневаюсь, что он мне на блюдечке все выложит…»

Я залезла в секретные архивы, которые были доступны агентам нашей конторы, но результат оказался таким же. Чтобы капать дальше нужен ключ, который имеет только шеф.

– Все дороги ведут за горизонт… – пропела я старую песенку, постучав задумчиво пальцами по щеке.

«Думаю, разговор с шефом неизбежен... Но когда? В ближайшие дни он не удосужится меня принять, тут к гадалке не ходи... Через две недели, когда закончиться очередной контракт?.. О-о-о…. Ждать еще целых две недели, это же пытка какая-то! Стоп! Мисти, ты, кажется, начинаешь плохо соображать! Давай-ка глянем, какие перемены претерпела фирма Вика…»

Я полистала новостную ленту за прошедший месяц на официальном портале его компании и… Не заметила никаких перемен! Новости говорили, что клининговое предприятие стабильно растет, и в подтверждение этому прилагались несколько фото, где владелец Вик Димат заключал весьма выгодные договоры на обслуживание каких-то офисных городков.

«Получается, Вик на свободе?» – это была приятная новость, хотя и вызывавшая большое удивление. – «Значит, следствие по какой-то причине не привлекло его ни как подозреваемого, ни как свидетеля?.. И суд, соответственно, не вынес ни какого приговора (в отличие от братца Петарса). Пожалуй, после завершения нынешнего задания, у меня есть шанс увидеть Вика...»

От этой мысли у меня вдруг засвербело в носу и снова задрожали руки. Я сделала глубокий вдох и выдох, приводя в порядок волну приятных эмоций, что не стесняясь хлынули на меня всей силой. И принялась рассматривать недавние фото Вика. Думаю, несложно понять, что я хотела в них увидеть. Конечно же, печальный взгляд и тоску по Мисти Арканум… Ведь прошло почти три месяца с тех событий… Но, к моей досаде, Вик выглядел, как обычно – сосредоточенным и по-деловому собранным. Мои надежды обнаружить горечь и скорбь в его лице оказались напрасными.

А вот участь Илефа была и вовсе незавидной. Профессора признали виновным в двух убийствах и осудили на пожизненное заключение в купольной тюрьме на Венере. Оттуда обратной дороги на Землю нет…

***

Ну, а пока я колдую над новым аватаром, могу коротко посвятить и вас в курс дела.

Итак, моя заказчица – мадам Карина Сайзун, дама приятной наружности, но довольно сложного характера. Она богата ничуть не меньше, чем пара-тройка коммерческих банков вместе взятых. В поясе астероидов ее компания ведет добычу никеля, кобальта, а также золота и платины. У дамочки множество акций предприятий оборонки и еще, она управляет двумя благотворительными фондами.

Вот именно эти фонды и стали теперь центром скандального дела о коррупции, правда, весьма засекреченного из-за участия некоторых очень высокопоставленных лиц.

Без ведома владелицы, но при соучастии директоров, фонды использовались в витиеватой схеме по отмыванию денег. Заподозрив неладное, мадам Карина устроила аудит, который и выявил эти самые серые схемы, о чем она тут же заявила в соответствующие органы и стала главным свидетелем в этом деле.

Женщина стала получать угрозы, но оказалась не робкого десятка и упертой в желании засадить всех виновных за решетку. Угрозы из слов, превратили в дело и за последний месяц дама благополучно пережила одно покушение. Распрощаться с жизнью раньше, чем восторжествует справедливость, ей вероятно, не хотелось. Именно по этой самой причине она обратилась в нашу контору и наняла охранника.

Контракт с агентством «Гусь и Ёж» был заключен на две недели, потому что через двенадцать дней должно было состояться последнее заседание суда, с вынесением приговора. Подсудимых ждало суровое наказание, если конечно главный свидетель останется жив и здоров.

В этом задании был довольно неприятный нюанс – мадам Сайзун, вместо того, чтобы сидеть дома за толстыми стенами, продолжала активную деятельность. Она летала в пояс астероидов с проверками, еженедельно собирала директоров компании для выслушивания отчетов и прогнозов, и через день заглядывала в офисы своих фондов.

А здесь еще и масштабное мероприятие на носу. Круизный лайнер класса супер люкс «Сияние Ориона» был зафрахтован для полсотни VIP пассажиров и должен был отправиться в короткое путешествие до Юпитера и обратно.

На протяжении всего круиза на его борту планировались не только увеселительная программа. Главная цель – это аукцион. Его планировали проводить несколько дней подряд, выставляя публике антиквариат, произведения искусства, драгоценности, ценные бумаги и еще кучу всяких лотов.

Как вы понимаете, мадам Карина Сайзун не собиралась отказываться от своего билета и места на лайнере – все это было куплено и запланировано еще полгода тому назад. К тому же она намеревалась продать с аукциона собственную небольшую коллекцию ретро автомобилей, и отговорить ее от путешествия было абсолютно невозможно.

***

Критически осмотрев в отражении свой мужской аватар, я кивнула, одобряя собственные старания.

Я не пыталась создать писаного красавца, но и с лицом неприятным ходить тоже не хотелось, ведь мне и самой на себя в зеркало нередко придется поглядывать. На мой взгляд, у меня получился самый обыкновенный молодой человек лет двадцати.

Его светло-карие глаза смотрели по-юношески открыто, но без вызова. Копна темно-русых волос, уложенная в модную прическу, чуть оттеняла здоровую светлую кожу лица. Прямой нос, остро очерченные скулы и чуть пухловатые губы – парень получился довольно приятной внешности.

Я одернула классический черный жилет, повернулась перед зеркалом одним боком, потом другим, прохаживаясь взглядом сверху вниз по своему отражению. Запустила пальцы в длинную челку и откинула ее назад.

– Да-а-а… Мужские движения кажутся через чур манерными и слащаво изысканными. Мне не превратиться в парня за три дня. Уж простите, мистер начальник… Осталось подобрать подходящий голос, добавить немного роста и собрать небольшой гардероб…

Для женщины мой рост самый обычный, но для мужчины все же лучше быть чуточку повыше. Придется использовать специальную обувь и добавить себе еще сантиметров пять-шесть.

А вот подбирать для себя мужской гардероб, наверное будет очень интересно!

Что ж, я укладываюсь в график и завтра отправляюсь в резиденцию своей заказчицы. А если мадам Карина вычислит меня в первый же день, то мне и шесть сантиметров обуви не помогут.

Часть 2. Глава 3

Прибыв по нужному адресу, я была впечатлена размерами усадьбы мадам Сайзун. Назвать домом сие сооружение с огромным парком, несколькими фонтами и свободно гуляющими перед входом павлинами, как-то язык не поворачивается. Скорее оно напоминает летний дворец, построенный монархом для отдыха от трудов и государственных дел.

И вот теперь этот дворец стал резиденцией богатенькой мадам, где та, словно вдовствующая королева в изгнании, проводит свои дни в спокойном уединении.

«И не скучно ей одной жить в такой громадине?» – почему-то именно эта мысль не давала мне покоя, пока охрана на центральных воротах сканировала мой багаж и тщательно проверяла документы.

Предоставив секьюрити выполнять свою работу, я тем временем пыталась охватить взглядом роскошную картину, которая, признаюсь честно, меня немало впечатлила.

Округлая площадь с фонтаном занимала обширное пространство перед самим дворцом. Широкая лестница поднималась ступенек на тридцать вверх к колоннам, которые будто исполины держали антаблемент, украшенный скульптурами изящных женщин, мифических животных и замысловатыми узорами.

Фризы, карнизы, оконные рамы и дверные наличники – над всем этим кропотливо трудилась не одна пара искусных рук, придавая фасаду дворца невероятно величавый и торжественный вид.

От созерцания этой помпезности, у меня вдруг пересохло в горле и я невольно сглотнула, стараясь побороть сухость во рту.

Какова она, хозяйка всей этой красоты? Гордая и величественная, подобно стенам своего дворца. Или высокомерная и надменная, считающая людей лишь пылью под своими ногами?

Что ж… Совсем скоро я узнаю, каково это – работать на королеву…

В огромном холле меня встретила домоправительница – худощавая женщина, непонятного возраста. Чернильно-синий форменный костюм, белый жабо, ниспадающий на грудь, и большие очки в темной костяной оправе добавляли к ее возрасту как минимум еще лет сто. Но здоровый цвет лица, ухоженные руки и очень небольшие морщинки в уголках глаз говорили, что управительнице едва ли больше пятидесяти.

Голос женщины был довольно приятен, хоть тон отдавал сухостью и деловитой официальностью.

– Майкл Атри? – обратилась она ко мне, удостоив легким оценивающим взглядом.

Мне захотелось поморщиться от звука своего нового имени, но я сдержалась, лишь чуть кивнув головой в знак приветствия.

– Меня зовут Ивонн. Я покажу вашу комнату. – Дама развернулась ко мне спиной и, застучав каблучками по мраморному полу, проследовала к лестнице. – Через тридцать минут мадам Сайзун будет ожидать вас в гостиной, – поднимаясь по ступенькам и не оборачиваясь ко мне, проговорила домоправительница, – надеюсь, этого времени вам хватит, чтобы привести себя в подобающий вид…

«В подобающий вид?!» – я невольно бросила взгляд на свою одежду. – «А что не так? Джинсы, светлая рубашка и кофейного цвета куртка вместо пиджака, все это от самого модного дома мужской одежды!»

– Простите?.. – непонимающе переспросила я.

– Мадам предпочитает классику в одежде своих подчиненных, – все так же, не поворачиваясь ко мне, тоном наставницы ответила Ивонн. Она сразу поняла причину моей озадаченности, что добавило в ее корзинку еще несколько положительных баллов моей оценки.

Бодрым шагом, не рассчитанным на разглядывание дворцового интерьера, мы прошли вдоль широченного коридора, увешанного картинами, уникальными панно, уставленными вазами разных форм и размеров. От изобилия цветов запах здесь стоял сладкий и дурманящий. И, скажу честно, мне стоило немалых усилий делать безучастный вид и равнодушно проходить мимо очередного благоухающего букета.

– По всем вопросам можете обращаться ко мне, – продолжила монолог Ивонн, когда мы остановились возле высокой двустворчатой двери. – Через… – она посмотрела на интеллект-браслет, где тускло мерцал циферблат часов, – двадцать пять минут я зайду за вами. Будьте, пожалуйста, готовы.

– Хорошо, мадам. Я буду готов, – проговорила я, отвесив неглубокий кивок головой.

Ивонн вдруг с интересом посмотрела мне в глаза, едва заметно приподняв брови.

Мой голос звучал глубокими грудными оттенками, но не был слишком низким, а скорее бархатисто-обволакивающим. Разумеется, я подбирала голосовую тональность, исходя из собственных предпочтений. Ведь мне придется слушать собственный голос чаще других. Ей богу, я вовсе не ставила целью очаровывать женщин! Но, вероятно, мои вкусовые пристрастия были не единичны. Ивонн явно понравился голос Майкла, и теперь я неожиданным бонусом получила расположение домоправительницы.

Войдя в свою комнату, я позволила себе немного расслабиться и оглядеться.

Апартаменты, предоставленные Майклу Атрии, вполне соответствовали статусу юной принцессы, а точнее молодого принца, коим теперь я себя в полной мере могла ощутить.

Струящийся свет из высоких, почти от пола до потолка окон, заливал огромную комнату, обставленную мебелью ручной работы. Темные обои с золотым орнаментом то и дело вспыхивали искрами, соперничая с озорными лучиками солнца. Немалых размеров кровать с балдахином занимала добрую треть пространства. Думаю, вы поймете те чувства, с которыми я бухнулась в ее мягкие объятия и как хотелось мне продлить эти мгновения, но… Работа прежде всего.

Еще из плюсов моего временного пристанища была личная ванная комната в том же королевском стиле и небольшой строгий кабинет.

Что ж, жилищем я была вполне довольна, осталось познакомиться с хозяйкой дома и, при этом не выдавая себя, заполучить ее симпатию и максимум доверия.

***

Едва распахнулись двери гостиной, как до меня донеслось легкое благоухание духов, нежное, с нотками лаванды и цитруса.

«Дама, предпочитающая подобное сочетание, явно не из тех, кто поступает легкомысленно», – оценила я аромат, окидывая взглядом залу в поисках самой императрицы.

Она стояла у окна, по правую сторону от меня, так, чтобы войдя, я ее не сразу заметила. Стройная фигура женщины утопала в лучах яркого летнего солнца. Длинное, облегающее платье благородного красного оттенка, очень выгодно подчеркивало красивые изгибы тела. Из-под глубокого разреза до бедра выглядывала восхитительная ножка.

Мадам Сайзун стояла спиной ко мне, делая вид, что не слышит постороннего присутствия, и задумчиво разглядывает что-то за окном.

Несколько секунд я наблюдала за ней, раздумывая, нарушить ли мне первой это молчание или подождать милостивого королевского взгляда.

«Эта игра может длиться до бесконечности», – подумалось мне, и едва я открыла рот, чтобы выдать вежливое приветствие, как дама резко повернулась.

Роскошное каре темных волос колыхнулось, словно от дуновения ветра, и я встретилась с внимательным взглядом серых глаз.

– Мистер Атри, полагаю? – спросила она довольно приятным голосом, но с жесткими, металлическими переливами.

– Так точно, – подчинившись ее командирскому тону, автоматически ответила я.

Несколько секунд мы молча играли в «гляделки», изучая друг друга. Не знаю, о чем думала в это время мадам Карина, я же была впечатлена ее правильными чертами лица, здоровым румянцем на щеках и удивительно ровной, бархатистой кожей. Спросите, почему впечатлена? Да потому, что в досье говорилось, что даме этой пятьдесят пять, но кто сможет дать ей хотя бы тридцать?

Я прекрасно помню фото в ее досье, но тогда была уверена, что сделано оно много лет назад.

«Может, это аватар?.. Не похоже. Пластика? Не-е-ет… Думаю, дама тьму времени посвящает уходу за своим телом… Что ж, весьма похвально… Эх, жаль рецепта молодости мне сейчас ни как не спросить…»

– Карина Сайзун, – снова заговорила мадам, вероятно выудив из выражения моего лица все, что считала нужным и возможным, – разрешаю обращаться ко мне просто Карина.

Я сделала вдох, чтобы ответить, но женщина не дала мне возможности хотя бы издать звук, продолжив все той же, звенящей металлом интонацией.

– Меня ознакомили с нюансами вашей работы. Поэтому своим подчиненным я представлю вас как второго секретаря. Дом под усиленной охраной, здесь безопасно. Автомобиль бронирован. Все остальное предоставляю под ваше бдительное око. Мой распорядок, ежедневные поездки, встречи, все это уточните у Патрика Льюиса, он мой первый секретарь. Вопросы есть?

– Да. Вы используете аватар? – вопрос этот как-то сам собой вдруг вырвался наружу, о чем я тут же сто раз пожалела.

Гневная молния блеснула в глазах Карины. Она с таким негодованием смерила меня взглядом, что попади я под каток, он был бы мягким и пушистым по сравнению с испепеляющим взором мадам Сайзун.

– Я что, по-твоему, настолько безобразна, что мне нужно прикрываться аватаром?! – яростно воскликнула она мне прямо в лицо.

– Нет, простите, – поторопилась я сгладить свою грубость, – у меня и мысли не было оскорбить вас. Но нюансы работы, как вы сказали… Мне нужно знать наверняка… Простите, если мой вопрос прозвучал бестактно…

Карина, пунцовая от злости, все же чуть смягчилась, видя мой нелепый и покорный в раскаянии вид.

– Еще вопросы есть? – сквозь зубы процедила она ледяным тоном.

– Сколько человек проживает в доме, могу я узнать? – я взяла себя в руки и уже совершенно спокойно посмотрела ей в глаза.

«Первый раз сталкиваюсь с такой вспыльчивой дамочкой. Тут не об охране будешь думать, а о том, как бы чего лишнего не ляпнуть… Вот подсуропил мне шеф заданьице!..»

– Да, конечно… – сухо ответила та на мой вопрос. – Кроме меня, домоправительница Ивонн, повар Жером, две горничных Мария и Кэти, секретарь Патрик и водитель Вильям. Охрану дома ведет частное агентство, она меняется каждые два дня и занимает отдельный гостевой дом возле главных ворот.

– Вы знаете всех охранников?

– Разумеется. Я не собираюсь доверять свою безопасность неизвестно кому!

«Не пойму, то ли мне начинать восхищаться этой женщиной, то ли еще продолжать сетовать…»

– В доме уборкой занимаются только горничные?

– Нет. Раз в неделю приезжает клининговая компания. Но пока не пройдет суд, я решила временно отказаться от их услуг. По тем же самым причинам собственной безопасности.

«Все же начну восхищаться. Мадам Сайзун – умная женщина, хоть и весьма несдержанная.»

– Пока, вопросов больше нет. Могу я немного осмотреться?

– Да, конечно.

Разговор, по мнению Карины, был закончен, и она гордо приподняв подбородок, уверенной, царственной походкой вышла из гостиной.

***

– Вы Майк? – спросила меня горничная, когда я поднималась по ступеням дворца после беглого осмотра местного парка. – Через десять минут вас ждут к обеду.

Девушка лучезарно улыбалась и не скрывая любопытства, внимательно разглядывала меня, меряя глазами с головы до ног.

Ей было двадцать два, тот самый возраст, когда буйствуют и красота, и юношеское легкомыслие одновременно. Стойкий аромат роз словно покрывалом окутывал ее.

Невысокая, светловолосая, с круглым миленьким личиком, пухлыми губками и ямочками на щеках, она очень походила на куколку в униформе горничной. Форма, впрочем, очень неплохо на ней сидела, выгодно подчеркивая все достоинства фигуры.

– Спасибо, – ответила я. – А вы…

– Мария или просто Мэри, – улыбка девушки стала еще более ослепительной, и я, не удержавшись, ответила ей самым приветливым выражением лица. – Мы вроде как на одну хозяйку теперь работаем. Можно в ее отсутствие обращаться к тебе на «ты»?

«Карина явно не терпит панибратства и требует соблюдения правил в своем доме. Что ж, строгие рамки иногда бывают очень кстати…»

– Конечно, Мэри… А ты давно работаешь у мадам?

Девушка кокетливо пожала плечами.

– Это как посмотреть. Два года – это давно или недавно?

Ее взгляд, жесты, голос, движения отчетливо и громко кричали: «Майк, с тобой заигрывают, не будь холодным чурбаном».

Мне вдруг стало смешно, и я открыла рот, чтобы ответить девушке, но гул мотора бесцеремонно оборвал мое намерение.

Личный автомобиль мадам Сайзун остановился у нижних ступеней лестницы, дверь открылась, и высокий молодой мужчина лет двадцати пяти проворно выскочил из машины. Он был обычного сложения. Темные волосы, аккуратная стрижка, модные очки на носу, дорогой серый костюм, в руках небольшая папка – все говорило, что перед нами человек исполнительный и старательный.

Поднимаясь по ступеням, он бросил на меня короткий взгляд, а вот Мэри была удостоена иного внимания. Так ревнивцы обычно смотрят на предмет своего обожания – умоляюще-призывно и требовательно разом.

– Патрик, – протянул он руку, едва оказавшись со мной на одной ступеньке.

– Майк, – проговорила я, отвечая на рукопожатие.

– Ну, как тебе наша инквизиторша? – спросил секретарь почти шепотом, с иронией, но участливо.

– Кто? – я не поняла, кого он имеет в виду.

– Это он про мадам Карину, – хихикнула Мэри. – Ее все так называют... за глаза, конечно... Характер у мадам тот еще…

Признаюсь, этот нюанс ввел меня в короткое замешательство. Обсуждать и давать заказчику нелестные эпитеты в присутствии его же подчиненных не входит в пункты моего договора.

– Мне она показалась очень даже милой дамой, – холодно ответила я. И меня ничуть не тревожит, что я соврала.

То ли поняв мой подтекст, то ли Патрик действительно боялся опоздать, но взглянув на циферблат, он поспешно проговорил.

– Мы почти опаздываем. Мадам Карина не любит этого. Идем, – обратился он ко мне, и вместе мы поспешили к столу.

***

Обед прошел довольно скучно. Разговоры о делах в это время не приветствовались. Обсуждались лишь громкие мировые новости, вкус блюд и старания повара, да новинки театра, оперы и кино.

За столом нам прислуживала Кэти, девушка серьезная и расторопная. Возрастом постарше Мэри, она была ее абсолютной противоположностью и даже чем-то напоминала саму хозяйку, мадам Сайзун.

После обеда я заглянула на кухню, чтобы поблагодарить, а заодно и познакомиться с мистером Жеромом. Повар принял меня добродушной улыбкой и рассказал прелестную историю о том, как однажды отведав его блюдо в маленьком ресторанчике, мадам Карина уговорила его переехать в свое поместье и блистать кулинарными талантами лишь для нее и ее друзей. Предложение было столь щедрым, что Жером не смог отказаться, и вот уже лет семь почивает свою хозяйку изысками собственной кухни.

А вот личный водитель мадам Сайзун оказался немногословным и замкнутым. Вильям – отставной военный, жил в дальнем крыле дома и предпочитал абсолютное уединение. Только в исключительных случаях он заглядывал в гостиную или кабинет по требованию самой хозяйки.

«Однако, интересная публика собралась вокруг Карины», – думала я. – «Больше напоминает палитру художника, которая, смешиваясь, дает совершенно разные оттенки – хоть синего, хоть зеленого, хоть красного… Интересно, какой оттенок внесу я в это занятное общество?..»

Часть 2. Глава 4

Нам предстояло провести некоторое время в офисе фонда Сайзун «Ты не один». Карина, раздав мне и Патрику задания, внимательно выслушивала отчеты бухгалтеров, глав отделов и менеджеров, делая пометки в своих блокнотах и компьютерных файлах.

Мы сидели в огромном кабинете владелицы фонда, погруженные каждый в свою работу. Патрик что-то изучал, то и дело перелистывая электронные документы и тоже делал заметки. Иногда он посматривал на меня или Карину, чуть откашливался, думаю, чтобы как-то прикрыть собственное любопытство, и снова углублялся в работу.

Я изо всех сил симулировала бурную деятельность, уткнувшись в экран монитора: то хмурилась, то хмыкала, то задумчиво стучала пальцами по столу, проиграв очередную партию в шахматы. Однако от меня не ускользало ни одно движение, ни один взгляд Карины и ее секретаря.

Длинный и достаточно широкий стол разделял нашу трудолюбивую троицу. Мадам сидела во главе стола, а мы с Патриком напротив друг друга в дальней его части. Поэтому мое положение было весьма выгодным и давало преимущество охватывать взглядом весь кабинет.

Неожиданно для всех, из приемной донесся шум и ругательства. Я настороженно замерла, автоматически нащупав в кармане свое небольшое, но убойное оружие.

Высокая дверь распахнулась, и в кабинет ввалился грузный мужчина с вызывающей отвращение физиономией. Дорогущий костюм и явно эксклюзивный интеллект-браслет на руке нисколько не придавали ему статусности. Скорее наоборот, эти детали лишь подчеркивали его животную грубость и трущобную хамовитость.

– Кариночкааа… – протянул он голосом, от которого у меня едва не свело челюсть, – и чего эта девица в приемной меня к тебе пускать не хотела?

Карина, еще минуту назад безмятежно сосредоточенная, мгновенно сменилась в лице. Она побледнела и медленно поднявшись со стула, уставилась на посетителя взглядом, полным отвращения и презрения.

– Разве я плохо тебе объяснила, Бенджамин, что не желаю ни видеть, ни слышать тебя? – холодно ответила женщина, но я уловила слабую дрожь в ее голосе.

– Кариночка, прошлый раз был полным недоразумением! Ну чего ты, милая… Давай нормально поговорим… – его тон был слащаво-лживым, а взгляд наглым и разнузданным.

Мужчина сделал несколько шагов к мадам (я приготовилась рвануть к нему, если он приблизится к Карине больше, чем на полстола), но потом повернулся в нашу сторону и вытаращился поросячьими глазками сначала на Патрика, а потом на меня. С минуту поизучав нас, процедил сквозь зубы зло и с угрозой:

– Быстро вышли отсюда! Оба!

Секретарь соскочил со стула и принялся набивать свою папку документами, пряча глаза от Бенджамина. Из его трясущихся рук что-то упало, звонко грохнувшись на пол. Патрик торопливо наклонился, подобрал вещь и снова принялся совать в папку все, что попадалось под руку.

Я украдкой глянула на мадам Сайзун. Бледность ее лица стала совершенно мертвенной, взглядом она следила за каждым движением незваного гостя. Губы превратились в тонкую полоску, а зубы были стиснуты так, что я была готова услышать их скрежет.

Мистер Бенджамин относился к числу людей, которые с упоением пользуются властью, силой и деньгами, но лишь с одной единственной целью – явить миру свою полную вседозволенность и безнаказанность. И, как правило, такие люди трусливы и очень мелочны.

Сделав выводы из увиденного, я демонстративно громко выдохнула, отодвинула стул так, чтобы он звучно проскрипел по паркету. И вместо того, чтобы встать, оперлась спиной о его спинку и, вытянув ноги, сложила их на столе, как видела однажды в старом кино.

Скрестив руки на груди, я самым вызывающим взглядом уставилась на мужчину.

– Может, попробуете меня вытащить отсюда? – спокойно спросила я, наблюдая, как лицо Бенджамина меняется от непонимания к бешенству.

– Да я тебя не то, что вытащу!.. Я тебя удавлю собственными руками!.. – проорал он в ярости и бросился ко мне, отшвырнув в сторону незадачливого Патрика.

Именно этого я и ожидала. Увернувшись от его хвата, я заломила руку Бенджамину за спину, одновременно прижав мордой к столу так сильно, что по офису прокатился раскатистый вопль.

– Слышь ты, боров недорезанный… – проговорила я ему в ухо, когда громкий ор перешел в стадию хриплого всхлипывания, – я сейчас отломаю все твои пальцы и затолкаю их тебе в рот. А потом жевать заставлю… Тебе ясно было сказано, мадам видеть тебя не хочет, чего приперся?

Невнятное мычание было ответом на мой риторический вопрос.

– А теперь слушай меня очень внимательно… – я старалась говорить медленно и внятно, чтобы до мужчины дошло каждое мое слово. – На первый раз я тебя отпускаю. Но если увижу твою физиономию в радиусе меньше километра от мадам Сайзун, то пеняй на себя, все твои пальцы окажутся у тебя в глотке… Моргни, если понял.

Мужчина моргнул, и я, отпустив его руку, отошла в сторону. Он не сводил с меня глаз, полных страха и ненависти, медленно ступая к дверям кабинета. Оказавшись на безопасном расстоянии, Бенджамин поправил галстук на толстой шее и прошипел:

– Ты не знаешь, с кем связался, сопляк! Больше ты не жилец… Попомни мое слово…

– Ты когда на меня охоту откроешь, не забудь с собой десяток головорезов прихватить, чтобы подыхать веселее было… – желчно ответила я. – Поверь, стреляю я гораздо лучше, чем дерусь. И разрешение на оружие имеется…

Мужчина едва не задохнулся от злости и бросив на Карину негодующий взгляд, вышел вон.

Дверь с грохотом захлопнулась, заставив вздрогнуть застывшего с папкой в руках Патрика. Я обернулась к мадам Сайзун и поймала ее полный благодарности взгляд. Она медленно села, поправила рукой волосы, упавшие на лоб, бросила взгляд в окно, потом на угол стола, потом снова на меня. В ее глазах больше не было холодности и жесткости. Теперь на меня смотрела совсем другая женщина.

«Кажется, это моя самая великая победа,» – подумала я, с равнодушным видом усаживаясь на свое место и как бы вновь приступая к работе. – «Ледяная королева растаяла, а вместо нее появилась женщина, которая теперь доверяет мне совершенно и безоговорочно! Мисти, ты большая молодец!» – не забыла похвалить я себя.

***

Завтра с утра мы должны были занять свое место на круизном лайнере, и первое, что я сделала, это изучила весь список и досье пассажиров, команды и обслуживающего персонала. А еще отослала шефу вот такое сообщение:

«Сделайте все возможное, чтобы мистер Бенджамин Хмаер не попал на «Сияние Ориона». Иначе я лично пристрелю его возле посадочного шлюза.»

Полагаю, господин начальник не усомнится в серьезности моих намерений.

Мадам Сайзун с энтузиазмом принялась упаковывать чемоданы, подключив к этому важному делу Ивонн, поэтому меня выдворили из комнаты, объяснив, что это зрелище не для слабонервного мужского взгляда.

Патрик уехал по каким-то делам, и я, предоставленная сама себе, болталась по дворцу, открывая все новые его красоты.

Заглянув на кухню, я выпила кофе, поболтала с Жеромом и решила подняться к себе, чтобы тоже заняться сборами.

На лестнице меня встретила Ивонн. Она несла гору вещей, которые мадам видимо «списала» из своего гардероба. Управительница остановилась на ступеньке выше, преградив мне дорогу наверх.

– Майк, – голос ее был явно взволнован, а глаза поблескивали так, будто женщина пытается подавить слезы, – спасибо вам... Я знаю, что произошло в офисе. Вы вели себя как настоящий мужчина…

От умилительного выражения «настоящий мужчина» я не смогла сдержать ироничной улыбки.

– Но дело даже не в этом… – продолжила Ивонн, переходя на полушепот. – Я словно вернулась назад лет на двадцать! Мадам Карина… Она снова улыбается! Снова шутит, снова смеется! Это чудо какое-то. Вы вернули нам прежнюю мадам! Спасибо, вам, Майк…

Признаюсь, эти слова благодарности вызвали во мне ответные чувства, от которых подступил легкий комок к горлу.

«Значит, Карина не всегда была железной леди, и ей очень даже знакомы теплые, человеческие чувства…»

Пару секунд я помолчала, чтобы не выдать себя дрогнувшим голосом.

– Вы давно служите у мадам? – спросила я, глядя на груду одежды в руках домоправительницы.

– Давно? – женщина искренне усмехнулась. – Еще мой дед служил семье Сайзун дворецким. Получается, я в третьем поколении управляющих домом.

– Ого-о-о… – протянула я, по-настоящему удивившись.

– Что ж, не буду задерживать ни вас, ни себя. Я рада, что вы здесь, Майк…

Женщина улыбнулась мне самой милой улыбкой и продолжила свой путь вниз по лестнице.

Я же, пройдя картинно-цветочный коридор, увидела у дверей своей комнаты Мэри. Она делала вид, что занята чем-то очень важным, но полагаю, ожидала именно меня.

Едва я намерилась войти в комнату, как девушка скользнула ко мне, приблизившись почти вплотную.

– Майк… – протянула она томно и призывно, – я хотела прибрать у тебя... Не возражаешь?

Не дожидаясь моего ответа, Мэри быстрым движением дернула ручку двери и бесцеремонно втолкнула меня внутрь.

Честно говоря, я не была готова к такому повороту. Девушка захлопнула створку и обдала меня театрально-жарким взглядом, как делают это киношные искусительницы. Наверное, мой растерянный вид придавал ей смелости и азарта.

– Мэри, мне кажется, ты…

– Тссс… – прижала она свой пальчик к моим губам. – Пустые разговоры отвлекают от главного...

Другая рука девушки мягко проскользила по моей груди и плечу.

Я искренне пожалела Патрика – Мария явно не из тех, кто готов хранить обет верности своему мужчине.

Пока я, отступая назад, судорожно соображала, как «отшить» пылкую Мэри, неожиданно почувствовала, как мои ноги уперлись в бортик – отступать было некуда.

Очередной толчок в грудь, и я навзничь свалилась на кровать. В секунду девушка оказалась надо мной, обдав меня жарким дыханием и ароматом духов.

Запах духов был ярким, со множеством оттенков, он определенно принадлежал к категории люкс и служанка точно не могла себе позволить подобную покупку.

Но к его аромату примешивался еще один, едва уловимый – запах гниения. В этом деле я, конечно, не профессионал, но вводный курс по ядам и химическим веществам нам преподавали.

Не прислоняясь к шее Мэри, я снова втянула исходящий от нее запах. Сомнения рассеялись – в духах был яд.

Я с силой сжала руки девушки и опрокинула ее на спину, нависнув над ней быстрым движением рванула воротничок платья.

– О-о-о, Майк, ты такой страстный… – застонала она, прикрывая глаза и повернув голову так, что ее шея и ключица открылись моему взгляду во всей своей красе.

Темные борозды воспаления обезображивали нежную девичью кожу в тех местах, куда обычно женщины наносят парфюм.

– Что у тебя за духи? – строго спросила я, повернув личико девушки к себе.

– Тебе нравится? – игриво ответила та, – Я знала, что ты оценишь…

– Где ты взяла духи?! – настойчиво повторила я, до боли сжав руку Мэри.

– А-а-а!.. – вскричала она. – Мне больно! Майк, что ты делаешь?

– Отвечай! Где взяла духи? – я была готова перейти на крик.

– Это подарок! – выпалила мне в ответ горничная.

– Что еще за подарок? Откуда? – я сильнее сжала ее руку.

– Майк, прекрати! – умоляюще воскликнула Мэри. – Я скажу! Перестань только…

– Говори… – я разжала руку и впилась взглядом в ее глаза.

– Это подарок для мадам… – захныкала девушка. – Но она никогда их не принимает… Если известен адрес отправителя, то все презенты пересылает обратно. Если отправитель неизвестен, то приказывает выбросить… А ведь ей такие вещи красивые дарят! И украшения, и парфюм, и платья… А чего добру-то пропадать?.. Вот я и беру иногда что-нибудь себе…

– Когда прислали этот подарок?

– Три дня назад. Но я их сегодня только открыла…

– Хорошо, вставай…

Я стащила девушку с кровати и поволокла в ванну.

– Да, что происходит, Майк? – верещала она, но видимо боялась мне сопротивляться.

– Умывайся!..

Торопливо включив душ, я нагнула голову Мэри под струю воды.

– Майк, пожалуйста… Я больше не буду… Честно… – уже начинала хныкать горничная. Конечно же, она не понимала истинной причины устроенной мною расправы.

– Как следует умывайся!.. – я вложила в ладони девушки мыло. – Все места, где духами мазалась…

Послушно намыливая руки, шею и виски, она тщательно натирала места, где побывал аромат.

Наконец, подняв голову, взглянула на меня полными слез глазами. Вода ручьями стекала с ее волос на белоснежный фартучек и платье. Старательно наложенный макияж темными пятнами растекся по лицу. Вид у Мэри был жалкий и совершенно несчастный.

– Руки!.. – закричала я. – Руки покажи!

Я задрала один из рукавов, обнажив точно такие же борозды воспаленной кожи, уже начавшие покрываться мелкими волдырями.

– Что это такое?.. – глядя на свои запястья, пролепетала Мэри.

– Яд…

Девушка перевела на меня взгляд. Горькое страдание в ее глазах сменилось ужасом.

– Яд?.. – эхом повторила она. – Что со мной будет, Майк? Я умру, да?

– Мой руки!.. – приказала я, щедро поливая ее водой.

Горничная разразилась такими громкими рыданиями и причитаниями о злой судьбе, что у меня стало закладывать уши. Но все же она продолжала намыливать и тереть руки.

– Я сейчас вернусь, – понимая, что нужна срочная помощь, я намеривалась выйти и отправить сообщение шефу.

– Нет! Не уходи, Майк! Не оставляй меня!

– Я только на минуту. Я вернусь, обещаю.

– Майк, пожалуйста… – еще пуще зарыдала Мария. – Не бросай меня, умоляю!..

Я схватила ее за плечи и чуть встряхнула.

– Все будет хорошо. – ледяным тоном, делая ударение на каждом слове, проговорила я. – Через минуту я вернусь и буду с тобой, пока не приедет доктор. Хорошо?

Девушка кивнула мне в ответ.

– Вот и умница… Мойся…

Я выскочила из ванны, трясущимися руками набирая сообщение. Поверьте, мне вовсе не хотелось, чтобы глупышка Мэри так трагически погибла.

***

Вертолет с врачом и специалистом по ядохимикатам прибыл минут через десять. Я передала напуганную и плачущую горничную в руки доктора. И вместе с экспертом мы занялись осмотром комнаты и вещей Мэри.

К счастью, флакон с духами был действительно вскрыт чуть больше часа назад и нигде, кроме комнаты горничной, не побывал.

Этот день был начисто испорчен, заставив всех нас с дрожью ожидать вестей из больницы. Но к вечеру мы смогли выдохнуть с облегчением – жизнь Мэри была в безопасности.

Часть 2. Глава 5

Лайнер «Сияние Ориона» ожидал своих пассажиров, дрейфуя в экзосфере над нулевым меридианом где-то в районе экватора.

Он был таких огромных размеров, что больше напоминал летающий город, чем космическое судно. Даже роскошные яхты и ЛАСЛУ, доставлявшие на его борт своих владельцев, казались милыми, маленькими скромницами рядом с этим величественным творением человеческих рук.

На борту этого гиганта было все, что мог пожелать себе простой смертный. Зеленые парки и беговые дорожки, гигантские бассейны и водопады, поле для гольфа, футбола и теннисный корт, игорная зона для любителей посорить деньгами. Даже трасса для картинга на нижнем уровне! Каждый закуток космического корабля демонстрировал готовность и радость принимать здесь дорогих гостей (в прямом и переносном смысле).

Номер мадам Сайзун (кажется, немногим меньше, чем ее дворец), занимал небольшую часть верхнего отсека. Думаю, она вполне могла обойтись и несколькими комнатами, но была вынуждена поддерживать свой статус и пользоваться самыми дорогими апартаментами.

Мы с Кариной заняли две смежные, зеркально похожие спальни. Решив, что для безопасности будет лучше прихватить с собой вторую свою горничную, мадам отказалась от услуг здешнего персонала, что, впрочем, на лайнере было обычной практикой. Комната Кэти находилась дальше от наших и была самой обычной комнатой для прислуги.

Пока мадам со своей горничной распаковывали вещи, у меня было время понаблюдать за прибывающими пассажирами.

Я удобно устроилась на балконе, который изящными петлями парил над огромной входной залой, и принялась разглядывать мужчин и женщин, расхаживающих внизу.

До меня доносились неразборчивые фразы, стук дамских каблучков по мраморному полу, шуршание роботов-насильщиков, нагруженных чемоданами. Это была самая обычная картина, которую можно увидеть в любом аэро или космопорте.

Что же касается самих пассажиров, то это была сплошь богатая и весьма респектабельная публика разного возраста и цвета кожи.

В большинстве своем семейные пары, несколько мужчин с «официальными» подругами-любовницами, две женщины преклонного возраста в сопровождении своих компаньонок, четверо одиноких мужчин…

Мое созерцание пестрого общества неожиданно прервало сообщение от шефа:

«У мистера Бенджамина внезапно случился приступ аппендицита. Он в больнице. Тур на лайнере отменен.»

Можете представить, какая довольная ухмылочка растянулась на моем лице?

«Не знаю, каким образом шефу удалось вызвать у этого гада аппендицит, но сие неожиданное событие обеспечит нам хотя бы частичное спокойствие... Нужно порадовать мадам…»

Не дожидаясь прибытия оставшихся пассажиров, воодушевленная, я отправилась к Карине с хорошими новостями.

***

Под звуки приятной мелодии мы с мадам Сайзун прогуливались в парковой зоне, коротая время до обеда и наслаждаясь свежими запахами цветов и зелени.

В первый день на лайнере для гостей не планировалось значимых мероприятий, поэтому каждый развлекал себя, как мог.

– Мне кажется, вы очень довольны, что вырвались сюда от своих бесконечных дел, – обратилась я к Карине, наблюдая, как женщина то и дело пальцами касается листвы ровной зеленой изгороди.

– Да. Я впервые чувствую себя спокойно и безопасно… – ответила она, не поворачивая ко мне головы. В голосе ее действительно звучала безмятежность и умиротворение.

«А вот я вовсе не чувствую безопасности среди такого количества народа, да еще и на площади в уйму квадратных километров. В доме было куда спокойнее…» – думалось мне, но разве я могла говорить об этом с мадам? Конечно нет. На то она и моя работа, чтобы о ней только у меня голова болела.

Из динамиков, скрытых от глаз пассажиров, полились нежные переливы колокольчиков, и следом красивый женский голос стал приглашать гостей на вторую палубу, где находится ресторан.

Времени до обеда осталось примерно с полчаса. И мы с Кариной, решив сделать небольшой крюк вокруг радужно переливающегося фонтана, не спеша направились к лифтам.

Еще не успели мы подойти к его дверям, как нас нагнала молодая пышногрудая особа.

Ее тело имело неестественные изгибы и формы, а лицо выглядело, как наспех натянутая маска, и было совершенно очевидно – девушка не только использует аватар, но и побывала под рукой пластического хирурга.

Особу звали Элеонора Вухар. В возрасте двадцати лет ей удалось произвести впечатление на богатого престарелого коллекционера и сразу женить его на себе. И теперь, спустя пять лет «счастливого» брака, девушка носится от любовника к любовнику, одновременно выкачивая из мужа миллион за миллионом (все это я вычитала в ее досье, написанном, конечно, более лаконичным языком).

– О, Карина! – воскликнула она высоким, вызывающим желание заткнуть уши, голосом. – Ты тоже здесь?

Мадам Сайзун, не проронив ни слова в ответ, холодно воззрилась на Элеонору.

Моим глазам предстала удивительная картина двух абсолютных противоположностей. Статная и полная достоинства леди в длинном, темно-синем платье с высоким воротником и большой подвеской на груди против светловолосой, увешенной с головы до ног бриллиантами и прочими драгоценными камнями, провинциальной девицы в ядовито-розовом блестящем платье.

Даже совершенно случайный прохожий, спроси его об этих двух, отдал бы первенство и предпочтение Карине.

– …А это… – Элеонора окинула меня откровенно-оценивающим взглядом, – твой внук?

«Ах ты язва болотная!» – я вскипела внутри от тона и смысла ее слов. – «Оскорблять мадам я тебе не позволю!..»

– Не внук, а близкий друг. – Выступив на шаг вперед к девушке, ответила я. И повернувшись к мадам Сайзун, со всей галантностью протянула ей руку.

Карина, до этого мгновения покрасневшая от гнева, тут же сменилась в лице. По ее губам пробежала легкая улыбка, а в глазах мелькнула озорная искорка. Она вложила ладонь в мою руку и, подхватывая игру, одарила меня многозначительным взглядом.

– И насколько близкий? – язвительно и с недоверием спросила Элеонора.

– На столько, что об этом не трубят у каждого фонарного столба… – холодно проговорила я, подводя мадам к распахнувшимся дверям лифта.

Карина с гордостью королевы вошла внутрь, я последовала за ней, но сразу развернулась и сделала предупреждающий жест, запрещая войти в лифт нашей недоброжелательнице.

Та замерла, не сводя озадаченных глаз с моего лица.

– Думаю… – обратилась я к опешившей Элеоноре, – иметь молодого любовника в своей собственной постели гораздо приятнее, чем бегать от старого мужа и каждый раз просыпаться в чужой…

Бросив на меня яростный взгляд, девушка едва не захлебнулась от злости.

Но тут двери захлопнулись, и механизмы бесшумно потянули нас вверх ко второй палубе. Еще несколько секунд мадам Сайзун стояла молча, глядя в зеркальные стены лифтовой капсулы, и вдруг, не выдержав, разразилась громким, заливистым смехом.

– Нет, ну ты видел?.. Ты видел ее лицо?.. – хохотала Карина, очень мило прикрывая ладонью подбородок и рот. – Не завидую тому, кто сейчас попадется ей на глаза!.. Ой, как не завидую!..

Ее смех был так заразителен, что я ни сколечко не смущаясь, подхватила это безудержное веселье.

***

Я сама выбрала и закрепила за мадам Сайзун столик в ресторане. Да, он не занимал лучшее место в зале, но зато из того уголка мне были видны двери на кухню и обе входные. К тому же, практически весь зал с этого ракурса был как на ладони.

У входа нас встретил и вежливо проводил до нужного столика хостес (человек, встречающий гостей в ресторане; прим. автора). Беглым взглядом окинув присутствующих, я помогла сесть Карине и, устроившись напротив, принялась разглядывать вновь прибывающих гостей.

На сцене небольшой оркестр наигрывал музыкальные темы, в которые гармонично вписывались звуки постукивающих тарелок и позвякивающих серебряных приборов. А приглушенный гул голосов создавал очень приятный и атмосферный фон.

Зал был наполнен ароматами разнообразных блюд, соусов, вин и всяческих напитков. От изобилия запахов у меня невольно потекли слюнки и засосало в желудке.

Симпатичные официантки наконец-то стали приносить наш обед и, разлив по стаканам Карине вино, а мне гранатовый сок, оставили нас в обществе холодных закусок и салатов. Потом, как и полагается, дошла очередь до супа, горячих даров моря, мяса… В общем, когда дело дошло до десерта, я пыхтела, как паровоз, и готова была расстегнуть пуговицу на брюках, чтобы дать возможность своему организму дышать немного свободнее.

Все это время мы с Кариной болтали ни о чем или на отвлеченные темы. Иногда я спрашивала о ком-нибудь из присутствующих гостей, и она с удовольствием рассказывала некоторые подробности из жизни людей высшего общества.

После вкусного обеда мысли текли неспешно и лениво, и у меня возникло стойкое ощущение, что я упустила нечто важное, почти судьбоносное. Это чувство было интуитивным и тягостно-неосознанным и заставляло меня с напряжением вглядываться в спины и лица людей.

– Вернемся в номер? – то ли спросила, то ли попросила Карина.

Согласно кивнув, я подошла к ее стулу, чтобы помочь выйти из-за стола. То мгновение, пока мадам поднималась, я вдруг повернула голову и посмотрела в самый дальний угол зала. Там за столом сидела молодая женщина и двое мужчин, один из которых все время нашего обеда находился спиной ко мне, ни разу не обернувшись. Но сейчас я стояла так, что смогла разглядеть его профиль. И, узнав его, – остолбенела.

«Вик Димат, собственной персоной, провалиться мне на месте!»

В одночасье меня прошибло потом и жаром разом. Несколько секунд я не могла ни двинуть ногой, ни пошевелить пальцем.

«Ведь в списке пассажиров его имени не было! А уж среди персонала тем более. И я ни как не ожидала увидеть его здесь и не была к этому готова!..»

– Что-то случилось? – спросила Карина встревоженно.

Она уже сделала несколько шагов вперед, но заметив мое оцепенение и (могу предположить) искаженное выражение лица, проследила в направлении моего взгляда.

– Нет… – я мотнула головой. Голос мадам выдернул меня из столбняка и вернул в реальность. – Все в порядке… Просто показалось…

– Да на тебе лица нет, Майк!..

– Мне, действительно, показалось, мадам… – поспешила я не только ответить, но и выйти из зала ресторана.

***

Через два часа у мадам Сайзун была назначена деловая встреча. То время, пока Карина проверяла документы и приводила себя в порядок, я решила использовать, чтобы утихомирить бушевавшие во мне чувства.

Весь наш огромный номер, включающий в себя комнат десять, надежно запирался изнутри. Поэтому я с чистой совестью, не беспокоясь ни о чем, вернулась в свои апартаменты. И первое, что сделала, – снова просмотрела список всех пассажиров лайнера.

Имя Вика было добавлено туда примерно за два часа до отлета. А рядом с именем Бенджамина Хмаера – пометка: «возврат билета» (пометка сделана почти перед самым стартом).

– Это ж надо такому случиться!.. И почему я не проверила эти списки еще раз? – сердито бубнила я себе под нос. – Перед мадам предстала в таком дурацком виде, напугала ее… Мисти, ты же не стажер! Ты профессионал! И умудрилась так сплоховать!.. Давай-ка вытаскивай из подкорки все, что вспомнишь об уроках по «Собственной психологии» – как контролировать чувства, как не вызывать подозрения, как подавлять внезапные эмоции…

Я прошлась по комнате, задумчиво нарезав несколько кругов. Потом заняла боевую стойку и сделала парочку боксерских ударов в сторону воображаемого противника. Мозг благоразумно решил со мной не спорить и послушно включился в подавление кортизола.

А я продолжала атаковать. Хук… Апперкот… Еще… Удар прямой ногой, пяткой, подсечка…

Приятное ощущение напряженных мышц и разгоряченной крови волной накрыло меня, и я вдруг, поддавшись азарту, сдернула подушку с дивана и, подбросив ее вверх, в прыжке со всей силы ударила по ней ногой.

Подушка, будто большой снаряд, полетела мне за спину, через всю комнату, и тут, обернувшись, я увидела, что на ее пути, прямехонько по центру, стоит Кэти.

– Ложись! – закричала я, но было поздно.

Девушка взвизгнула, получив подушечный удар, и, отлетев на метр в сторону, упала навзничь.

– Твою ж… – о, как мне захотелось отвесить ей пару ласковых. Но, горжусь собой, я смогла сдержаться!

В полсекунды я подскочила к горничной и быстро осмотрела ее.

– Ты ушиблась? – возможно, мой голос прозвучал не слишком озабоченно, но поверьте, угробить в первый же день поездки горничную Карины не входило в мои планы.

– Не… Не-е-ет, наверное… Не знаю…

Девушка морщилась, потирая затылок, а потом уставилась на меня немигающим взглядом.

Я не врач, поэтому пришлось воспользоваться ее интеллект-браслетом. Прибор считал состояние девушки и выдал, что сотрясения и сильных повреждений нет. Испуг и легкий ушиб – вот небольшие последствия падения.

– Кэти, разве тебя стучаться не учили? – теперь-то я могла выпустить свое негодование.

– Прости, Майк… Я… я стучала, но ты не слышал…

– Нужно было стучать громче! – не унималась я, забрав подушку и помогая горничной подняться с пола.

– Прости… пожалуйста…

– Что-то случилось?.. Мадам меня вызывает?.. – мой тон все еще звучал с некоторым раздражением.

– Нет… Я просто подумала… Подумала…

– Что подумала? – теперь меня охватывало нетерпение.

– Вдруг тебе что-нибудь нужно… – голос ее звучал немного виновато.

– Я взрослый человек, Кэти. – швырнув подушку обратно на диван, сухо проговорила я. – Руки, ноги, все на месте, вполне могу и сам о себе побеспокоиться. Ты лучше зай…

В эту секунду я повернулась к девушке и наткнулась на ее пристальный взгляд, который заставил меня на полуслове оборвать речь.

«Только не говорите мне, что и Кэти запала на аватар Майка!» – вспышкой промелькнуло в голове. – «Вот же я попала, а…»

– В общем, так… – я решила на корню разрушить любые ростки влюбленности Кэти, – …Ты приходишь ко мне только в одном единственном случае, если мадам меня зовет. Ясно? – я постаралась придать голосу максимальный холод и, взяв горничную за руку, поволокла ее на выход.

Девушка не сопротивлялась и смиренно следовала за мной.

– Иди к себе, Кэти! – вытолкав ее в коридор, проговорила я и громко захлопнула дверь.

Мне было искренне жаль эту приятную во всех отношениях молодую особу. Но поселить в ее душе хоть искру надежды, значит жестоко обмануть! Пусть ей будет больно и обидно, зато это будет честно с моей стороны!

– Ну, мистер начальник! Я вам все это еще припомню! – вырвалось у меня. И признаюсь, мои руки так и чешутся воплотить эти угрозы в жизнь!

Часть 2. Глава 6

Нас уже ожидали в «Деловом секторе» лайнера. Здесь было несколько конференц-залов, с дюжину небольших кабинетов, напичканных оргтехникой, строгие комнаты для переговоров. В общем, если у пассажира возникала необходимость поработать, он шел в «Деловой сектор» и мог проводить там бесконечное количество времени в своих трудах.

Пока я и Карина преодолевали коридоры, раздвижные двери и лифты, я не могла не заметить, что большинство встреченных нами людей не скрывали своего любопытства, изучая нас то вскользь, то беспардонно открыто.

Из досье мадам Сайзун я знала, что после смерти мужа Карина, если и имела какие-то связи с мужчинами, то тщательно это скрывала.

Не сомневаюсь, у нее тьма поклонников, ведь чего лукавить, она действительно эффектная женщина. Но в люди мадам всегда выходила в гордом одиночестве, без сопровождения мужчин. Поэтому моя фраза, брошенная Элеоноре, о нашей любовной связи, вероятно, с быстротою молнии облетела достопочтенное общество и вызвала немалый интерес, обсуждение и массу сплетен.

Впрочем, больше всего меня радовало спокойное и даже ироничное отношение к этим взглядам самой мадам Сайзун. Она несла себя достойно, чуть приподняв подбородок и бросая на встречных снисходительный взор царицы.

Признаюсь, невероятная метаморфоза, произошедшая с мадам, меня крайне удивляла. Теперь она расцветала, как цветок, пробившийся сквозь толщу льда и снега. Совсем недавно холодная, гордая и даже высокомерная, теперь живая, с искоркой в глазах и легкой, едва уловимой улыбкой. Неужели спасение от толстяка Бенджамина ее так раскрепостило? Что же будет после суда, когда все ее страхи уйдут в небытие? Она станет насмешливой хохотушкой вроде Мэри? Что ж, поживем – увидим...

Услужливый менеджер открыл перед нами массивные с матовыми стеклянными вставками двери.

Здесь, в комнате переговоров, за небольшим, но явно из дорогих сортов дерева столом, сидел мужчина в строгом классическом костюме. Его рыжеватые волосы были острижены по последней моде и тщательно уложены. Светло-голубые глаза, чуть прищурившись, изучали меня (с мадам Сайзун он наверняка был давно знаком). Аккуратная борода и усы того же цвета, что и волосы, мешали мне точнее определить его возраст. На вскидку, я бы дала ему от двадцати пяти до тридцати пяти. Хоть из досье я знала, сколько ему лет, но каждый раз мне всегда интересно соотнести визуальные впечатления и сухие цифры документов.

Рядом с ним сидела темнокожая женщина лет сорока. Роскошного кораллового цвета костюм идеально сидел на ее полноватой фигуре, очень выгодно оттеняя розовые, пухлые губы. А умный, цепкий взгляд выдавал деловой и прагматичный характер.

– Мадам Сайзун... – мужчина, встав из-за стола, протянул руку Карине. – Брайан Кирк, – представился он, крепко пожимая мою. – Миссис Дора Воудс – юрист нашей компании, – познакомил он нас со своей помощницей.

Я же была представлена Кариной как обычно – вторым секретарем.

Не успели мы рассесться, как потекли разговоры о слиянии каких-то активов, инвестировании и прочих делах совместного бизнеса, в которых я мало что смыслила, но внимательно слушала и делала абсолютно сведущий вид.

Мне было интересно наблюдать за собеседниками, ловя их интонации, взгляды, жесты, позы, движения тела. В этой двухчасовой беседе я поняла, что Брайан из тех людей, кто отдает всего себя, без остатка, любимому делу. А дело это – его бизнес.

Карина же, будто желая посмеяться над моими мыслями о распускающемся цветке, была вновь той самой железной леди – холодный взгляд и сухой, строгий тон. Но к концу переговоров она немного оттаяла, потому как сделка сулила неплохую прибыль.

Нам подали кофе. Под его восхитительный аромат наша деловая беседа плавно перешла в неформальное общение.

– Как вам лайнер, Карина? – спросил Брайан, поднеся ко рту фарфоровую чашечку.

– Впечатляет... Особенно масштабами, – ответила та, аккуратно помешивая ложечкой сахар. – В последний раз я летала на «Северной Звезде», но она раза в два меньше.

– Здесь превосходная трасса для картинга! – включилась в разговор Дора. – Я уже успела опробовать.

Я невольно улыбнулась, представив пышную фигуру женщины, восседающей в маленькой машинке.

– Зря вы ухмыляетесь, Майкл. – совершенно верно истолковав выражение моего лица, язвительно проговорила Дора. – Хотите, устроим заезд? Думаю, что смогу показать вам мастер-класс.

Карина и Брайан с любопытством вперили в меня взгляды.

“Мне бы очень хотелось и самой показать тебе мастер-класс, миссис Воудс. Но согласиться на заезд, значит оставить Карину одну. А это совершенно невозможно...”

– Вынужден признать, Дора, что я действительно так себе водитель и гонщик. – С искренним разочарованием в голосе соврала я. – Но, к примеру, в бильярд могу сыграть с вами пару партий.

Дора состряпала кислую мину. Впрочем, я была огорчена не меньше – когда еще мне представится шанс погонять на треке космического корабля? Скорее всего никогда.

– Я не играю в бильярд. – фыркнула она, одарив меня взглядом, в который вложила и недовольство, и чуточку презрения.

– А я играю! – воскликнул вдруг Брайан. – И с радостью составлю компанию! Карина, вы не против присоединиться к нам? – воодушевленно обратился он к мадам.

– Я тоже не играю, Брайан. Но готова быть наблюдателем и поболеть за одного из вас. – совершенно очаровательной улыбкой она одарила Кирка, а после и меня.

– Что ж... – мой будущий соперник взглянул на циферблат интеллект-браслета, – значит, после ужина встретимся в бильярдной...

***

Ужин прошел без сюрпризов. Но меня терзало чувство беспокойства так сильно, что я почти сожалела о бильярдной партии, которую сама же и затеяла. Ведь кто его знает, вдруг придется столкнуться с Виком.

Переодевшись, мы с Кариной спустились в спортивный сектор к бильярдным залам. Скажу честно, сопровождать ее мне доставляло какую-то особую радость и удовольствие.

Она шла все так же по-королевски величественно и с достоинством, игнорируя любопытные взгляды женщин и восхищенные мужчин. А ведь восхищаться и впрямь было чем. Дымчато-серые струящиеся брюки, облегающие бедра, расклешенные к низу, добавляли ей роста и придавали еще больше женственности. Такого же цвета, с серебряными вкраплениями топ, открывающий руки и декольте, делал ее фигуру утонченной и хрупкой. А полупрозрачный длинный шарф, что шлейфом ниспадал по спине, добавлял ее образу легкости и воздушности.

В отсеке бильярдных залов нас встретила симпатичная девушка-менеджер, сообщила, где находится мистер Кирк, и проводила до дверей нужной нам бильярдной.

Этот зал, зарезервированный для нашей небольшой компании, нисколько не выбивался из общего антуража лайнера – изысканно и богато.

Темные тканевые обои на стенах, деревянные киевницы, украшенные невероятной резьбой, с рядами шаров молочного, белого и черного цвета. Выставленные будто для парада кии от светлого до темного, из дорогущих пород дерева с золотой, серебряной и перламутровой отделкой. И центр этого камерного зала – большой стол, обитый изумрудным бархатом, все это создавало ту самую атмосферу, когда хочется с головой погрузиться в игру и отдых одновременно.

Тихая ненавязчивая музыка доносилась откуда-то из глубины зала, свет был приглушен, кроме яркой подсветки над бильярдным столом. За барной стойкой сидел один единственный клиент, потягивая розовый напиток из прозрачного стакана и разглядывая ряды бутылок на полках.

Обернувшись к нам, Брайан расплылся в улыбке. Он соскочил со стула и протянул руку Карине, а потом мне.

– Мадам Сайзун... Майкл... – растягивая слова, приветствовал он, – рад снова вас видеть... Дора тоже вот-вот подойдет. Не удержалась. Очень уж ей захотелось посмотреть на игру.

Я, приподняв бровь, состряпала двусмысленную физиономию.

«Готовься, Мисти... Будешь под зорким оком мадам Воудс. Она точно найдет момент ткнуть в тебя какой-нибудь шпилькой...»

– Мы ее будем ждать или начнем? – спросила я, стараясь придать голосу безразличие.

– Конечно, начинайте! – воскликнула Карина, подсаживаясь к барной стойке и сделав знак бармену. – Минеральный коктейль с вишней и лаймом...

Тот, кивнув в ответ, принялся мастерски жанглировать приборами, стаканами, шейкером и прочими штуками, которые превращают обычный розлив напитков в настоящее шоу.

Решив, что мадам совершенно права и нечего время терять в непонятных ожиданиях, я пошла выбирать кий. Мистер Кирк последовал за мной, но потом остановился и, обернувшись к Карине, проговорил:

– Мадам Сайзун, вы не возражаете, если к нам присоединится еще один человек?..

Не поворачивая головы, я напряглась и превратилась во внимание: «Незнакомец среди нас может нести потенциальную опасность...»

– Это мой давний знакомый, – продолжал Брайан, – я случайно встретил его сегодня, даже не знал, что он среди пассажиров. Представляете, он хочет приобрести один из ваших ретро автомобилей... А когда я сказал, что мы с вашим секретарем будем играть в бильярд, попросил представить его вам. Вы не против?

Я обернулась, чтобы взглянуть на Карину, и встретила ее вопросительный взгляд, словно она спрашивала моего одобрения или разрешения.

«Мы не можем все путешествие провести, закрывшись у себя в номере. Прятаться от людей не имеет смысла. А здесь незнакомец будет у меня на глазах...»

В молчаливом согласии я медленно закрыла и открыла глаза.

– Нет, не против, – ответила мадам Сайзун, – он тоже играет?

– Он превосходно играет! – радостно воскликнул Брайан. – У него даже несколько чемпионских кубков!.. – в последних словах мужчины промелькнул оттенок гордости.

«Провалиться мне в Черную дыру!..» – я не торопясь развернулась к ряду киев и принялась их рассматривать, доставая один за другим и прокручивая в руках. Эта видимость некоего действия помогла мне спрятать эмоции и выражение лица. – «Клянусь, я с первой попытки угадаю имя «давнего знакомого», которого хочет представить Кирк! Неожиданный поворот? Нет, Мисти. Было бы полной неожиданностью, если бы за все время полета ты так и не столкнулась с Виком, нигде...»

Еще через пару минут Брайан разбил пирамиду – партия началась. Мой соперник играл достаточно неплохо, делая время от времени вполне результативные удары. А я...

Мне казалось, что кто-то приклеил мои глаза к входной двери. Я не могла ни сосредоточиться, ни собраться с мыслями, ни погрузиться в игру. Мысль о том, что сейчас распахнутся створки и Вик войдет в бильярдную, сверлила не только мой мозг, но и чувства. Я то и дело промахивалась или получала штрафной.

Признаюсь, в эти мгновения мне было неловко смотреть на мадам Сайзун. Не сомневаюсь, что ее симпатии между двух играющих, конечно же, были на моей стороне – не раз я слышала сочувствующий вздох после очередного провального удара. От этого досада на собственную корявость и неуклюжесть меня охватывала еще сильнее.

Двери распахнулись. Я невольно замерла, задержав дыхание, и... В проеме появилась пышная фигура Доры. Она буквально вплыла в залу с такой торжественностью и величавостью, что моя челюсть едва не отвисла. Теперь она была одета в красивый нежного персикового цвета брючный костюм с золотой отделкой, такого же цвета милейшая шляпка с легкой вуалью украшала ее голову. Что ж, не буду лукавить, Доре был к лицу этот романтично-пудровый стиль.

Игра продолжилась, но я так и не смогла ни выровнять счет, ни уж тем более отыграть очки. Поставив кий на свое место и сдержав разочарованный вздох, я поздравила Брайана с победой и подошла к барной стойке.

– Вероятно, Майкл, вы «так себе» не только водитель и гонщик, но и игрок в бильярд... – издевательски-насмешливо прокомментировала миссис Воудс мой провал.

«О-о-о, продолжайте в том же духе, Дора. Видно, пришел ваш звездный час... Мне ответить вам нечем, поэтому просто промолчу...» – подумала я и, усевшись на стул, махнула бармену.

– Гранатовый сок... – еще не успев закончить фразу, я увидела краем глаза, как открывается дверь. – Нет... – поторопилась я исправиться, – Минеральный коктейль с мятой, авокадо и грейпфрутом...

Бармен деловито кивнул и принялся колдовать над моим напитком.

***

Мне показалось, что время вдруг превратилось в вязко-кисельную массу. Оно тянулось и обволакивало меня, притупляя чувства и стирая мысли. Дверь открывалась почти целую вечность, прежде чем в проеме появилась знакомая фигура Вика.

Сидя вполоборота к нему, я не спешила переводить взгляд на вновь прибывшего. Еще буквально две-три секунды мне были необходимы, чтобы выровнять дыхание и состряпать равнодушную мину.

«Три... два... один... Теперь я готова посмотреть ему в глаза...»

Разумеется, поначалу Вик не обратил на меня ни малейшего внимания. Его радостно, можно сказать, восторженно приветствовал Брайан. И сразу подвел к Карине, представив ей, а после и Доре.

Было довольно любопытно сейчас наблюдать за Виком, ведь прежде я не видела его в столь высоком обществе.

Он был, как обычно, подтянут и элегантен. Идеально белая рубашка с закатанными до локтя рукавами, темно-синий жилет и брюки прекрасно подчеркивали все достоинства фигуры Вика.

Сдержанная, но приветливая улыбка оттеняла его совершенно спокойное выражение лица. Неторопливые движения были размеренны, а голос... О, этот голос...

Воспоминания водоворотом потянули меня в тот вечер, когда его губы были так близки, а дыхание так обжигающе...

«Мисти! Ты на работе!» – мне захотелось нахлестать самой себе пощечин. – «Приди в себя, наконец! Тебе не об этом парне сейчас следует думать, а о безопасности Карины!..»

Мне повезло, что я устроилась на самом дальнем краю барной стойки. Отсюда было все прекрасно видно и слышно, но сама я оставалась какое-то время вне поля зрения всей честной компании.

Они обсуждали предстоящий аукцион, ценные лоты, затем немного ресторанное меню и удобство номеров, когда наконец вдруг вспомнили и про меня.

Мадам Сайзун сделала знак рукой, чтобы я подошла.

– Майкл Атри. – представила она меня, немного смущенно, вероятно досадуя на свою неожиданную забывчивость. – Мой секретарь.

Вик окинул меня оценивающим взглядом и протянул руку.

– Вик Димат.

И в этот момент со мной что-то случилось...

Я будто выдохнула из себя все напряжение и тяжесть прошедших месяцев. Сейчас я была счастлива смотреть в его глаза, вдыхать знакомый аромат парфюма, ощущать теплое рукопожатие. Я будто вновь обрела крылья и высокое небо над головой.

Ведь даже младенцу понятно, будь за Виком хоть малейший намек на соучастие или преступление, шеф не позволил бы ему расхаживать на свободе. А значит, и между нами ничего не стоит. Ничего кроме...

Кроме моего мужского аватара!.. (От понимания этого факта мне хочется рыдать!)

– Майкл Атри. – ответила я на рукопожатие.

– Вы уже сыграли партию? – спросил Вик, обращаясь ко мне и Брайану одновременно.

– Да. Не очень удачную для меня. – ответила я с усмешкой.

– Хотите отыграться?

– Отыграться? – вдруг встряла Дора. – Да Майкл вообще играть не умеет!

Это был довольно злой выпад в мою сторону. Ну, да ладно, прощу ей и это. Пока прощу...

– Ну, возможно, Майкл новичок в бильярде. – вступился за меня Вик. – Ты давно играешь, Майк?

– Месяца три примерно... – ответила я, взглянув на Вика чуть прищурясь. – «Интересно, натолкнет этот срок его хоть на какие-нибудь воспоминания?»

Но мистер Димат оставался спокоен, как ни в чем не бывало.

– Тогда не удивительно, что партия проиграна, ты действительно еще совсем новичок, Майк. Хочешь, научу паре отличных ударов? – Вик оживился. Вероятно, предвкушение игры и желание показать свое мастерство вызвало в нем всплеск дофамина.

«Научить паре ударов?.. Я бы не против, будь мы тет-а-тет. Впрочем... Ты не представляешь, Вик, как многому ты меня уже научил!..»

– Так что? Играем втроем? – не дожидаясь моего ответа спросил Вик.

– Я пас! – Брайан поднял ладони вверх, в жесте «сдаюсь». – Очень хочу посмотреть твою игру, Вик. Только Майку дай фору, ему с тобой уж точно не тягаться.

– А я думаю, Майк сыграет эту партию отлично! – вдруг вступилась за меня Карина. – Я даже готова поставить на него!

Мадам Сайзун окинула всех вызывающим взглядом, от которого даже Дора опустила глаза.

– Может, ставки отложим до следующего раза? – неуверенно спросил Кирк. Не то, чтобы он вдруг поверил в меня, полагаю, ему просто не хотелось огорчать Карину, ведь она значимый партнер их компании.

– Мистер Кирк прав, – вмешалась я, – пусть этот сет будет еще одной разминкой.

Я послала в сторону мадам благодарный взгляд, на который только была способна, и жестом пригласила Вика к киевнице.

– Наверное, нас ждет самая короткая партия в истории бильярда. – услышала я за спиной ворчливый тон Доры. – Вот уж действительно, исторический момент...

Мое хладнокровие было на высоте. Я выбрала кий и, покрутив его в руках, не спеша подошла к ней.

– Если партия продлится дольше десяти минут, – вполголоса проговорила я, поравнявшись с миссис Воудс, – и я сумею выровнять счет, то с удовольствием приму ваши громкие и внятные извинения... Дора...

Дама, распахнув свои и без того огромные глаза, с удивлением уставилась на меня. Но, проявив благоразумие, больше ни слова не обронила в мою сторону.

Вероятно, мой абсолютно самоуверенный вид заставил усомниться ее в своей субъективной оценке Майкла Атри.

Спросите, откуда во мне появился подобный апломб? Всему виной Вик Димат! Да-да, именно он! Он здесь, рядом. Дышит со мной одним воздухом, смотрит на меня, разговаривает со мной... И это не проекция, не голограмма, в которуе я вглядывалась на протяжении нескольких месяцев. Это он, и он так близко, что хочется кричать от радости. И это значит, что у меня точно все получится!

***

Итак, мой удар. Я неторопливо прицелилась, рассчитывая примерную траекторию разбитой пирамиды, замерла на секунду и ударила.

Приятный грохот и стук шаров нарушили тишину нашего зала. Биток (шар, по которому наносится удар; прим. автора) влетел в лузу. Счет открыт, партия началась.

– Неплохо... – одобрил мой первый выход Вик.

– Повезло... – раздался язвительный комментарий Доры.

Карина и Брайан молчали, сосредоточив свои взгляды на бильярдном столе.

Примерившись раз, я решила подойти с другого борта и примерилась еще. Наконец, подобрав хорошую позицию, ударила снова. Еще один шар озвучил свое падение в лузу.

– Хмм... Очень неплохо... – раздался голос Вика. Дора молчала.

Как я ни старалась просчитать, следующий удар, по моему мнению, он не мог быть результативным. Поэтому, без всякой надежды, я просто ударила «в лоб». Шары стукнулись о борта стола и замерли в ожидании удара Вика.

Тот довольно потер руки и, вскинув кий, занял позицию. Медленно, почти лениво он делал удар за ударом, вызывая всеобщие восхищенные восклицания.

Мне кажется, не я одна была заворожена этим зрелищем, которое больше походило на великолепный спектакль одного актера. Признаюсь, я так увлеклась, что не заметила, в какой момент ход перешел ко мне.

– Майк... Майк... – будто сквозь туман донесся до меня голос Вика, – твой удар.

Я немного смутилась под взглядами всей компании и прошлась вокруг стола, чтобы оценить позицию шаров и сосредоточиться.

«Расположение весьма выгодное. Я смогу сделать пару результативных ходов, если не перемудрю...»

Прицел. Дыхание. Удар... Шар в лузе!

«Мисти, да ты молодец!» – не удержалась я от похвалы. – «Жму тебе руку. Так держать!»

Зайдя с другой стороны стола, я как следует натерла мелом наклейку кия. Облокотившись на борт, прицелилась.

«Только спокойствие... и... ровное дыхание...» – я сконцентрировалась на точке удара. – «А теперь, пусть весь мир подождет!..»

Я не спешила... Спокойный, выверенный удар и... Мой винт был восхитителен! Шар, прокатившись по замысловатой траектории, с грохотом провалился в лузу, добавив очко в мою пользу.

Под аплодисменты Карины, я с гордостью выпрямилась и, окинув победным взглядом присутствующих, задержала его на удивленном лице Вика.

Что ж, оно, удивление, было вполне понятно. Ведь эта манера и техника удара принадлежала именно ему, Вику Димату.

– У кого ты учился, Майк? – прищурившись и будто желая проникнуть в мои мысли, спросил он.

– Не могу сказать... – я опустила глаза и снова принялась натирать мелом наклейку кия, выдерживая мучительную паузу. – Надеюсь, эта недомолвка не помешает нам закончить партию? – спросила я, взглянув Вику в глаза.

– Нет... Конечно, нет...

С этой секунды он неотрывно следил за каждым моим движением, позой и ударом... Но для меня было в радость ловить на себе сосредоточенный взгляд, задеть невзначай его плечом или рукой, перекинуться парой фраз...

Думаю, вы уже догадались, что именно Вик выиграл эту партию. Но я отстала от него только на один шар и была невероятно довольна собой.

Карина отвесила мне несколько хвалебных эпитетов, Дора сквозь зубы извинилась, Брайан крепко пожал руку, а Вик предложил отметить напитком покрепче эту прекрасно сыгранную партию.

– Я... «на работе не пью» – едва не вырвалось у меня, но вовремя осеклась.

– Майк придерживается здорового образа жизни. – неожиданно ответила вместо меня мадам Сайзун. Вероятно, мое замешательство навело ее на мысль, что я смущаюсь сказать о том, что не пью. – Я считаю это большим плюсом в работе личного секретаря. Вы согласны?

– Пожалуй, да. В такой работе нужна только трезвая голова… – усмехнувшись, ответил Вик и чуть пожав плечами, направился к барной стойке.

Мы еще посидели в бильярдной около часа, обсуждая завтрашний день и предстоящий аукцион, и в конце концов разошлись по своим номерам, договорившись одной общей компанией присутствовать на торгах.

Часть 2. Глава 7

Мы с Кариной поднялись к себе, разбавляя дорогу непринужденной беседой. Мадам Сайзун была в приподнятом настроении, но мне показалось, что время от времени это выглядит чуть наиграно.

«Случилось что-то, чего я не заметила?.. Что Карина пытается спрятать за показной веселостью?.. Или ей непривычно простое человеческое общение?..»

– Майк, зайди ко мне на минуту. – прервала она мои мысли.

Хоть я была готова распрощаться с мадам у дверей ее комнаты, все же ее просьба, особенно на фоне моих мыслей, была достаточно неожиданной, и я не раздумывая ответила:

– Хорошо.

Дверь за мной Карина закрыла собственноручно, и когда раздался щелчок замка, я уже больше не сомневалась – произошло явно что-то непредвиденное.

Мадам прошла мимо меня, слегка задев локтем, я не сдвинулась с места. Она подошла к туалетному столику и, глядя на себя в зеркало, устало стянула длинный прозрачный шарф.

– Майк... Ты давно работаешь в агентстве «Гусь и Ёж»? – спросила мадам, не поворачивая ко мне головы.

– Года три примерно... – ответила я, внутренне напрягшись и следуя взглядом за каждым ее движением.

– Твое начальство, наверное, ценит тебя?

– Очень надеюсь. А к чему все эти вопросы?

– Майк... Ты можешь мне ответить, только честно? – Карина резко повернулась и впилась в меня взглядом.

– Постараюсь, мадам... – ответила я, почувствовав, как перехватило в горле.

– Майк, ты-ы-ы... Тебе нравятся мужчины?

«Что за глупый вопрос? Ну разумеется, мне нравятся мужчины! Я же девушка!» – тут же возмутился мой внутренний голос.

– Простите, что? – я постаралась вложить в интонацию мягкость и недоумение.

– Признайся, Майк! – это был почти возглас отчаяния. – Тебе понравился Вик Димат!

– С чего вы взяли, мадам? – а вот это прозвучало слегка неуверенно.

– Да ведь ты весь вечер не сводил с него глаз! – Карина сделала шаг ко мне, ее вдруг охватила буря эмоций. – Ты пялился на него как... как... как влюбленная старшекурсница на своего преподавателя!

«Твою ж... дорогую маму! Карина думает, что Майк... Вот же я влипла... Неужели я настолько явно проявляла свой интерес к Вику? И кто еще это заметил? Наверняка Дора... Ох уж мне эти женщины! Не спрячешься от их внимательных глаз!...»

– Карина, вы все неверно поняли... – стараясь оттянуть объяснения, проговорила я.

– Неверно? Да как это можно понять по-другому, Майк? Это, конечно, твоя личная жизнь, но... Но...

– Мадам, это не совсем то, о чем вы подумали... То есть, это вовсе не то, о чем вы подумали!.. – я лихорадочно соображала, как мне оправдаться перед Кариной.

«Если буду на ходу сочинять, она непременно уловит фальшь в моих длинных объяснениях... Нужно говорить правду, но не всю, только часть... Нельзя выдать себя. Ни в коем случае нельзя!»

– Так что же это на самом деле? Ты можешь мне сказать?

– Могу, мадам. Только побещайте отнестись к моим объяснениям с пониманием.

Карина нетерпеливо махнула рукой.

– Говори уже! Или мое терпение лопнет!

– Дело в том, мадам, что я всегда мечтал научиться играть в бильярд. А Вик, он чемпион и профессионал...

– Я знаю... – буркнула Карина, – нечего его расхваливать...

– Мне очень нравится его манера игры. Я хотел играть, как он, понимаете? Я собрал записи игр с его участием, изучал их и учился по ним... А когда узнал, что он будет партнером в игре, я, конечно, был в восторге! Ведь Вик Димат для меня, как мастер, как учитель, перед которым я почти благоговею, как преданный ученик. Как по-другому я мог смотреть на него, когда он еще вчера был почти недосягаем и вдруг вот, рядом! Играет со мной на равных!

Я почти изливала сердце Карине, глядя ей в глаза и ожидая отклика в ее душе.

– Вы же слышали, – продолжала я, – как Вик спросил, у кого я учился. Но я не мог ответить, потому что мой ответ требовал бы разъяснений, которые я давать не имею права. И если вы были так внимательны, что заметили мой восхищенный взгляд, то должны были и заметить нашу почти идентичную игру. С той разницей, что у Вика есть опыт и профессионализм, а я всего лишь новичок!..

Мой тон, жесты и взгляд возымели действие – Карина глубоко выдохнула и опустила глаза. Сделав еще несколько шагов ко мне, она спросила уже совершенно иным, неуверенным голосом:

– Так значит ты не-е-е...

– Мадам, мои вкусовые пристрастия направлены только на противоположный пол и никак иначе. – поспешила я поставить твердую точку в этом безумном разговоре.

– Извини, Майк...

Я увидела, как ее растерянное и смущенное лицо залила яркая краска. Она выглядела провинившейся девочкой, которая вот-вот расплачется из-за страха быть наказанной. Этот удивительный контраст с той гордой и властной дамой ни как не укладывался в моей голове.

– Карина, вы ни в чем не виноваты. – поспешила я успокоить ее. – Давайте забудем это недоразумение. Хотите, я принесу вам чай?

Она подняла глаза, и в них читалось облегчение и признательность.

– Только если ты составишь мне компанию... – был ее негромкий ответ.

– С большим удовольствием, мадам...

Я развернулась и щелкнув замком, открыла дверь.

Каково же было мое удивление, когда, распахнув ее, я едва не сбила с ног Кэти. Она стояла, теребя свой белоснежный фартучек и никак не решалась постучать.

Разумеется, ни я, ни Карина не ожидали увидеть горничную, поэтому от Кэти не ускользнуло ни растерянно-стыдливое лицо мадам, ни моя скомканная торопливость.

– Кэти?.. Зачем ты здесь? – явно досадуя и раздражаясь, воскликнула Карина.

– Мадам, мне сообщили с кухни, что для каждого гостя шеф-повар сделал вечерний десерт. И нужно спуститься и забрать его.

– Так, в чем же проблема? Иди и забери. – голос мадам Сайзун прозвучал так холодно, что мог, казалось, заморозить даже солнечный луч.

– Мадам, я... Я не была на кухне... Я боюсь заблудиться...

– Ну, так воспользуйся ботом-помощником, он тебя проводит... Я не понимаю, Кэти, с чего это вдруг ты стала такой боязливой?

– Мадам, я никогда не летала на таких огромных лайнерах. Мне и правда очень боязно. Разрешите, пожалуйста, чтобы Майкл меня проводил. – умоляюще лепетала горничная.

Я сунув руки в карманы, уставилась на девушку всем своим видом, подчеркивая, что понимаю подоплеку этой просьбы. Но Кэти не смотрела на меня. Опустив глаза, она так и продолжала теребить фартучек.

– Хорошо... Пусть Майк проводит тебя... – раздалось у меня за спиной.

Честно говоря, я вовсе не горела желанием ее сопровождать, но ведь Карина не знала о том маленьком происшествии в моей комнате. И рассказывать об этом мадам я тоже не собиралась.

Что ж, придется засунуть свои желания куда подальше и выполнить указания мадам Сайзун. По крайней мере сейчас я готова к любой неожиданности, которую может учинить Кэти.

Развернувшись, я отвесила почтительный кивок мадам и, не глядя больше на горничную, направилась из номера к лифтам. Та семенила сзади, не рискуя даже поравняться со мной.

Лифт приветливо распахнул двери, принимая нас в свою зеркальную капсулу.

Неторопливым движением я выбрала нужный сектор и этаж на панели, двери захлопнулись и лифт понесся в заданную точку.

Кэти все так же держалась позади меня, но в зеркалах я прекрасно видела все терзания, которые отражались на ее лице.

– Ты думаешь, мадам всегда к тебе будет так благосклонна? – заговорила вдруг она, не поднимая глаз.

– Что?.. – я приподняла бровь, демонстрируя полное непонимание.

– Майк, ведь она тебе нравится, скажи честно! – затараторила Кэти, наконец набравшись смелости посмотреть на меня. – Ты не отходишь от нее ни на шаг, все время стараешься ей угодить... Неужели мадам Сайзун так нравится тебе, скажи?

«Дамы, да вы никак сговорились?! Одна требует объяснений моих чувств к мужчине, другая к женщине... Что за вечер сегодня такой?»

– Тебя это не касается, Кэти. – строго и сухо ответила я, сгорая от желания демонстративно закатить глаза.

– Тебе кажется, что она вся такая милая, но на самом деле она сухая и холодная! – не унималась та.

– Кэти, ты переходишь все границы! – я зло посмотрела на ее через зеркало.

– Она бросит тебя! Вот увидишь! Поиграет с тобой немного, и ты ей надоешь. Она вышвырнет тебя на улицу, как ненужную вещь!

Ревность Кэти была и смешна, и драматична одновременно, но меня просто взбесили ее слова о Карине.

Я резко развернулась к ней и, схватив за плечи, прижала к зеркальной стене, впившись взглядом в ее глаза.

– У Карины было много мужчин? – сквозь зубы спросила я, еще крепче сжимая плечи девушки.

Ее лицо исказил испуг, она поморщилась от боли, но промолчала.

– Я тебя спрашиваю! Отвечай! – встряхнув ее как следует, чтобы было понятно, – отступать я не собираюсь, повторила еще раз, – у Карины было много мужчин?

– Я... Я не знаю... – промямлила та, продолжая морщиться от боли. – Мадам такая скрытная... Она никого в дом не приводит...

– Сколько ты работаешь у нее?

– Четыре года...

– И за четыре года ни одного мужчины в доме?

Кэти мотнула головой.

– Может, кто-то провожал ее или звонил?..

– Нет... Я не видела... Только подарки шлют, но она их не принимает...

– Тогда почему? Почему, Кэти? – я еще раз тряхнула ее за плечи. – Почему ты пытаешься оболгать, опорочить ее в моих глазах?

– Я... Я не хотела... Я не подумала...

– Не подумала? Так включай мозги, прежде чем говорить!

Мое раздражение понемногу утихло и я небрежным жестом, отпустила горничную.

– Это последний наш разговор, Кэти. – сурово продолжила я. – Мои отношения с Кариной тебя ни как не касаются, ни моя работа, ни другие дела. И на мое внимание к себе тоже не рассчитывай, его не будет. Вокруг много нормальных парней, тебе стоит лишь оглядеться. На моей персоне человечество не заканчивается. Я понятно изъясняюсь? – девушка молчала, потупив глаза. – Тебе ясно или нет?

Она кивнула головой, чуть шмыгнув носом и изо всех сил сдерживая слезы.

– То-то же... – проворчала я, выдохнув и снова повернувшись к ней спиной.

Весь оставшийся путь до кухни мы ехали и шли молча.

***

На длинном белом столе ровными рядами в фарфоровых тарелочках стояли десерты. Каждый из них был накрыт стеклянной крышечкой в виде купола, а рядом красовалась табличка с именем гостя, для которого предназначалось блюдо.

Десерты, будто выставочные экземпляры, были совершенно непохожи друг на друга. От белых, воздушных пирожных до замысловатых фиолетовых с ярким зеленым сиропом блюд вызывали то самое удивительное ощущение, когда ты понимаешь, что от такого изобилия вот-вот разбегутся глаза.

Мы с Кэти прошлись вдоль стола в поисках таблички с именем мадам Сайзун.

– Вот он... – ткнула я пальцем в стеклянную сферу крышечки.

Кэти, подойдя, потянула было руку, чтобы взять десерт, но потом замешкалась.

– Что-то не так? – спросила я, заметив ее нерешительность и внутренне напряглась.

– Это странно как-то...

– Что странно?

– Ну-у-у... У меня спрашивали предпочтения мадам в десертах. Шеф-повар хотел сделать для гостей их любимые блюда. А здесь взбитые сливки, видишь? Мадам не любит взбитые сливки, она любит фруктовые десерты...

«Может, таблички перепутали?.. Нет, не думаю... Что-то перепутать, обслуживая таких пассажиров, равносильно убийству собственной карьеры...»

– Подожди меня здесь... – бросила я Кэти и направилась прямиком к шеф-повару.

Тот, бледнея и краснея, объяснил мне, что не понимает, как могла произойти подобная путаница. И он прекрасно помнит, что делал для мадам Сайзун именно фруктовый десерт с нежным яблочно-клубничным сиропом.

Мужчина торопливо выскочил из кухни и принялся искать среди блюд то самое, сделанное для Карины, но его усилия оказались напрасными.

К слову сказать, мы не первые пришли за десертом, некоторые из них уже отнесли в номера гостей, а среди оставшихся того самого фруктового не было.

Шеф-повар в очередной раз побледнев, принялся извиняться и предлагать сделать блюдо повторно.

– Нет, не нужно. Мы заберем то, что есть. И не переживайте. Я сам все объясню мадам, не волнуйтесь. Никто ни в чем вас обвинять не будет...

«Похоже, кто-то подменил тарелки...» – думала я, когда мы с Кэти возвращались в номер. – «Теперь нужно внимательнее следить за всем, что ест Карина. А этот десерт исследовать на присутствие яда. Не зря все-таки я прихватила с собой пищевой анализатор, теперь самое время им воспользоваться...»

Остаток вечера прошел уже спокойнее. Карина лишь пожала плечами и больше ни как не отреагировала на инцидент с десертом. Еще немного пообщавшись за чаем, мы разошлись по комнатам.

Завтра аукцион, день будет непростым, нужно держать ухо востро.

***

Утро же выдалось весьма суетливым, но к началу аукциона мы прибыли вовремя.

Для этого мероприятия мадам Сайзун надела деловой светло-серый брючный костюм, который хоть и добавлял строгости в ее образ, но не скрывал красивых линий фигуры.

Брайан, Дора и Вик уже ждали нас в большом фойе перед дверями конференц-зала. Затолкав свои чувства в самый глубокий угол собственного сердца, я решила как можно меньше пересекаться с Виком, меньше говорить с ним и меньше глазеть на него. Он здесь, рядом, и этого уже достаточно, чтобы я чувствовала себя почти счастливой. Но сейчас у меня работа, а значит, приоритеты должны быть расставлены верно.

Пожав обоим мужчинам руки, я подошла к Доре, чтобы поприветствовать ее. Честно говоря, я не представляю, как выглядит побледневший чернокожий человек, но Дора, кажется, была мертвенно бледна. Ее зрачки были расширены, а пальцы холодны, как лед.

Задержав в своей руке ладонь Доры, я машинально свободной рукой схватила ее запястье и нащупала пульс. Ее сердце колотилось, будто после длинного забега.

– Дора, вам плохо? – спросила я, продолжая удерживать ее руку и вглядываться ей в лицо.

Вся компания дружно и с удивлением повернула головы в нашу сторону.

«И как это ни Вик, ни Брайан не заметили ее болезненного вида?» – возмутилась я на мужчин. – «Ну, ладно Вик... Но Брайан-то мог это увидеть!.. Впрочем, чему тут удивляться... Мужская наблюдательность отличается от женской.»

– До-ра... – снова проговорила я, не дождавшись ответа женщины. – Что с вами? Как вы себя чувствуете?

– У меня болит... – прошептала она и явно даже шепот давался ей с большим усилием.

– Что болит? Дора, что у вас болит? – я чуть крепче сжала ее руку, чтобы миссис Воудс сконцентрировалась на моем вопросе.

– Все болит, Майк, все...

Она сжала зубы, чтобы не издать стона.

Тянуть было нельзя! Я набрала на интеллект-браслете номер главного менеджера и быстро объяснив ситуацию, потребовала перевезти Дору в медицинский отсек.

Брайан неожиданно занервничал. Видимо, привыкший видеть своего юриста всегда пышущей здоровьем и силами, он просто растерялся.

– Пожалуйста, сопроводите Дору в медицинский отсек и не уходите оттуда, пока я не приду. – отдала я указание Кирку. Он даже не стал со мной спорить.

Подхватив Карину за локоть, я отвела ее в сторону.

– Мадам, – тихо начала я, – все это очень странно. Вчера подменили десерт. Сегодня у Доры болевые приступы. Мне нужно с этим разобраться. Пожалуйста, давайте я провожу вас в номер. Сегодня обойдемся без лишних встреч и мероприятий...

– Но, Майк, а как же аукцион? – запротестовала Карина. – Ведь я хотела приобрести...

– Ваша жизнь под угрозой. Какие приобретения могут стоять выше этого? – впервые в разговоре с мадам я позволила себе строгий и требовательный тон. – Я провожу вас и спущусь к Доре в медицинский отсек. А вы ни ногой из номера. Только в моем личном сопровождении разрешаю выходить вам за дверь!

Карина как-то странно на меня посмотрела, я даже не смогла распознать этот взгляд.

– Хорошо, Майк. Тебе виднее. – согласилась она и, объяснив присутствующим, что вынуждена удалиться, не спеша направилась к лифту.

Вик же, хоть остался в одиночестве, решил не лишать себя удовольствия поприсутствовать на торгах. К тому же на лайнере у него были друзья, к которым он мог в любой момент присоединиться (наверное, именно те, с которыми я видела его в ресторане).

Итак, проводив Карину в номер, я пошла в палату к Доре. Брайан, исполняя мою просьбу, дежурил тут же, у ее кровати. Он не стал возражать и моему предложению сменить его на посту. Спровадив Кирка, я осмотрелась.

Миссис Воудс лежала, уставившись в потолок с искаженным от мучительных болей лицом. Врач уже сделал несколько инъекций, диагностировав тяжелую степень отравления.

– У вас есть возможность переправить ее в ближайшую планетарную клинику? – спросила я доктора, понимая, что здесь, на лайнере, Доре не смогут оказать квалифицированную помощь.

– К сожалению, нет. – врач беспомощно развел руками. – Компания уже сообщила о происшествии, но катер скорой помощи вряд ли быстро прибудет. Будем надеяться, что миссис доживет до его прилета.

– Доктор, у меня есть возможность быстро доставить Дору в клинику. Но в таком случае я попрошу вас ни кому не болтать об этом, а в дирекцию компании доложить, что женщину с лайнера забрали родственники.

– Вы можете гарантировать, что она выживет? – с требовательной ноткой спросил он.

– Вы смеетесь, доктор? Вы же лучше меня знаете, что подобное гарантировать никто не может. Но доставить ее в течение нескольких часов в планетарную клинику вполне реально.

Мужчина, подумав несколько секунд, согласился.

– Хорошо. Я приготовлю первичный диагноз, напишу начальству и уведомлю старшего менеджера лайнера, чтобы ожидали катер.

– Вот и отлично...

Развернувшись к нему спиной, я быстро набрала экстренное сообщение шефу. Если наша контора сработает оперативно, то шансы на выживание миссис Воудс увеличиваются.

– Вы можете меня оставить наедине с Дорой? – обратилась я с просьбой к доктору.

– Да, конечно. Введу обезболивающее и оставлю вас на некоторое время.

Кивнув, я подождала окончания процедуры и, подсев к Доре, взяла ее за руку.

– Дора, пожалуйста, расскажите, что с вами случилось? – я старалась говорить как можно мягче.

– Я не знаю... – ответила она слабым голосом.

– Было что-то необычное, странное? Или возможно вы ели что-то, что не входило в ваш рацион?

Женщина молчала, отведя глаза в сторону.

– Дора, вы можете доверять мне. Ведь на кону не только ваша жизнь, но и жизнь других пассажиров. Кто знает, кого здесь пытались отравить – вас или другого человека.

– Майк, это... Мне стыдно об этом говорить... – прошептала наконец она.

– Дора, я не буду вас осуждать. Пожалуйста, расскажите...

– Я ела десерт...

– Десерт?

– Да... Вчера шеф-повар приготовил десерты. И когда я пришла забирать свой и Брайана, то увидела табличку с именем мадам Сайзун... – она сглотнула, перевела дыхание и продолжила. – Не знаю, что на меня нашло... Но мне вдруг захотелось узнать, что любит Карина. Я просто поменяла таблички местами и забрала ее десерт...

«Ангел-хранитель мадам работает не покладая рук!..» – подумала я, представив себе лицо Карины. – «Это ж надо, вторая попытка отравления и снова пострадал другой человек, но не она...»

– ... Десерт действительно был очень вкусным. – продолжила Дора. – Ночью я почувствовала себя нехорошо, но списала это на усталость, полет и непривычные условия... Я не могла себе позволить пропустить аукцион. Поэтому собралась силами и пришла...

– Дора, вам нужно было сразу вызывать врача, – проговорила я, чуть пожимая ей руку. – Больше не рискуйте так. Жизнь и без того слишком коротка. Сейчас отдыхайте. Скоро вас отвезут в клинику и окажут нужную помощь.

– Спасибо, Майк... И простите меня. Мое пристрастное мнение сыграло со мной злую шутку.

– И вы меня простите, Дора. Иногда я бываю бесцеремонно груб и несдержан.

Распрощавшись и оставив ее на попечение доктора, я вернулась в наш номер, прежде оповестив Брайана, что миссис Воудс скоро заберет медицинский катер.

Коротко рассказала обо всем Карине, вернулась к себе в комнату, чтобы в тишине обдумать ситуацию.

«Итак, Мисти, что мы имеем: вторую попытку отравить мадам, и это значит, что потенциальный убийца находится здесь, на лайнере. После неудачных попыток отравления, что он предпримет дальше?.. И кем может быть этот человек? Кто-то из персонала? Вполне. Может ли он быть гостем? Очевидно, что да. Ведь десерты стояли открыто и даже были подписаны. Может ли убийца иметь сообщника? Вероятность велика... Что ж, как говорится: начнем все с начала, Мисти...»

Я тронула интеллект-браслет и в очередной раз открыла список пассажиров и персонала «Сияния Ориона».

Часть 2. Глава 8

Следующие два дня мы провели в номере. Я не разрешала Карине выходить из него даже на шаг. Наши обеды и ужины проходили здесь же, ведь теперь мне приходилось тщательно проверять все, что норовило попасть в желудки мадам Сайзун, Кэти и мой.

Совсем скоро пройдет аукцион, где выставят ретро-автомобили Карины. Ее обязательным условием было присутствие на этих торгах. Поэтому обе эти ночи я не позволила себе спать, продолжая корпеть над списком.

Я углублялась и ковырялась в досье каждого человека, в попытках найти хоть самую незначительную зацепку, мне она была необходима, как воздух. И... это оказалось напрасной тратой моих сил и времени – я не нашла ничего, за что можно было ухватиться.

На утро третьего дня, во время завтрака, Карина не выдержав вынужденного заточения, принялась убеждать меня сделать небольшую вылазку в спортивный сектор.

– Майк, я хочу хоть немного размяться. Я скоро возненавижу эти четыре стены! Они меня уже раздражают!

Дожевывая омлет, я апеллировала доводами, что стены эти, хоть и раздражают, но в данное время являются самой надежной защитой ее жизни.

– Я не спорю, Майк. Но разреши мне хотя бы пробежку сделать или в тренажерный зал сходить.

– Нет. Ни на пробежке, ни в спортзале я не смогу гарантировать вашу полную безопасность – слишком много людей вокруг.

– Ну, хоть что-нибудь, Майк!.. – воскликнула она почти с отчаянием и бросила приборы на стол, от чего по комнате разлился мелодичный перезвон.

Перестав жевать, я задумалась. И тут мне в голову пришла прекрасная идея, когда я вспомнила план спортивного отсека.

– Вы играете в теннис? – спросила я.

– Да, причем, очень неплохо.

– Вот и отлично! Тогда я зарезервирую для вас индивидуальный теннисный зал. Через два часа вас устроит?

Карина засияла от радости.

– Конечно! – одобрительно кивнув головой, она опять взяла в руки серебряные приборы. Аппетит в ней заиграл с новой силой.

– Я в теннис не играю, – продолжила я, – поэтому компанию вам составит робот-партнер... Я буду зрителем.

– Пусть хоть так. Это лучше, чем просиживать взаперти...

После завтрака я спустилась в спортивный отсек и как следует осмотрев все залы для индивидуальных занятий, остановилась на самом отдаленном из них. Отдав распоряжения менеджеру, проконтролировала все приготовления инвентаря и настройку робота-партнера. И со спокойной душой, забрав ключ от зала, вернулась в номер.

Я вошла в комнату Карины как раз в тот момент, когда она по видеосвязи заканчивала разговор с Брайаном. За спиной Кирка успела заметить и Вика. Кивнула им обоим в знак приветствия.

– Брайан с Виком приглашали нас в бильярдную, – объясняла мне Карина, едва закончив разговор с мужчинами. – Но я отказалась, ведь мы идем в теннисный зал.

– Да, я зашел сказать, что зал для нас готов, и как только вы соберетесь, мы сможем идти.

– Тогда не буду тянуть...

Карина направилась к гардеробному шкафу, а я – к себе в комнату.

***

Путь до спортивного зала был недолгим. Маршруты лифтов на лайнере были продуманы крайне удобно. Подъемники курсировали вверх и вниз, а также в любую сторону горизонтально по отсеку, этажу или секции, поэтому даже путешествие из хвоста «Сияния Ориона» к его фюзеляжу составляло не более нескольких минут.

Признаюсь, пока мы двигались на лифте, я украдкой в зеркала поглядывала на мадам Сайзун. Она была одета в обычный костюм теннисистки, и это было зрелище не для слабонервных глаз.

«Вот бы мне так выглядеть, доживи я до ее лет с такой-то работой», – подумала я, искренне восхищаясь красотой и упругостью ее мышц и кожи. – «И все-таки странно, почему она до сих пор не замужем. Неужели вокруг нет нормальных мужчин? Уверена, что есть... Может, у нее слишком высокие требования к кандидатам?..»

С такими мыслями я подошла к двери зала и краем глаза заметила невдалеке блестящий предмет на полу. Это был зажим для галстука, украшенный тремя крупными сапфирами.

Я сунула находку в карман и, открыв дверь, снова все осмотрела. Потом разрешила войти Карине и закрылась на замок изнутри.

Теннисный зал был самым обычным: с такой же разметкой, как полагается на кортах, сеткой, несколькими удобными креслами для зрителей и столиком, на котором стояли бутылочки с водой.

Робот-партнер доброжелательно приветствовал нас, добавив, что готов к партии.

Это был спортивно-интеллектуальный механизм, сделанный из металла и пластика. Он передвигался на колесной платформе примерно со скоростью обычного игрока, подавал и отбивал мяч, как среднестатистический теннисист.

Карина, взяв приготовленную для нее ракетку, сделала несколько красивых ударов по мячу об пол и дала знать роботу, что готова к игре.

Ее подача была довольно стремительной и сильной, партнер едва успел ее отбить.

Сет начался, и я, понаблюдав за игрой какое-то время, углубилась в свои мысли.

«Итак, что на этот момент, Мисти, мы имеем? Ноль результата по спискам и Карину, не желающую торчать в своем номере... Давай подумаем... После неудачной попытки отравления, что может предпринять убийца? Снайперский выстрел? Вряд ли... Полагаю, на лайнере только у меня огнестрельное имеется. Для команды и персонала оно под запретом. У охраны – электрические пугачи. Пассажиры проходят самый строгий контроль. Без специального разрешения на лайнер ни пистолет, ни что другое не пронести... Что еще можно сделать, не имея оружия? Я бы, например, будь на месте преступника, учинила диверсию. Это то самое оружие, которое не предугадаешь... И кстати...» – я вытащила из кармана найденный зажим и принялась крутить его в руках. – «...Только проба золота, больше ничего... Кто-то из персонала потерял? Сомневаюсь, слишком дорогая штучка. Кто-то из гостей? Тогда, что он тут делал? Просто проходил мимо?..»

Мои размышления внезапно прервал истошный крик Карины. Я бросила на нее взгляд и с ужасом увидела, как робот схватил ее за шею и поднял вверх. Мадам Сайзун беспомощно трепыхалась в его руках, отчаянно пытаясь разжать железные пальцы на своей шее. Еще несколько секунд – и она умрет!

Я мгновенно оказалась рядом и, выхватив пистолет (прошу прощения у читателя, что не сказала раньше, но с момента моего прибытия в дом мадам оружие всегда было при мне), выстрелила в боковую панель машины, где обычно находится процессор.

Выстрел, разворотив покрытый пластиком корпус, заставил робота замереть на секунду, а потом рухнуть вместе с Кариной на искусственную траву корта.

Оттащив его от мадам, я бегло осмотрела ее.

– Вы не пострадали? Нет?.. – спросила я, трясущимися пальцами поворачивая ее голову туда-сюда и оглядывая шею и плечи.

Не в состоянии ответить, Карина смотрела на меня стеклянными от страха глазами. Вероятно, сейчас она впервые осознала, что ходит по самому краешку собственной жизни...

***

Не теряя времени, я сообщила менеджеру о случившемся и повела Карину обратно в наш номер. Уже там мне позвонил техник и сообщил, что ядро интеллекта робота было взломано и перепрограммировано примерно за полчаса до начала игры.

«Вот тебе, Мисти, и диверсия в самом чистом виде...» – не удержалась я от вздоха.

В номере мы с Кэти уложили мадам в постель.

Вскоре пришел доктор и, осмотрев ее, сделал несколько успокоительных и витаминных уколов. Карина, как говорится, отделалась легким испугом, поэтому врач решил, что уютная обстановка номера будет для нее предпочтительнее, белых стен медицинской палаты.

– Что-то странное на корабле происходит. Вам не кажется? – спросил он, покидая пациентку.

– Кажется, доктор, еще как кажется... – ответила я в тон ему. – Вот только найти виновного в этих странностях ой как непросто...

– Вы уж постарайтесь, голубчик, найдите его. Уж больно мне не хочется констатировать внезапную смерть на борту «Сияния».

Я была совершенно с ним согласна, и как только Карина уснула, вернулась к себе в комнату и максимально аккуратно взломала доступ к камерам наблюдения в спортивном отсеке.

Оказалось, что в очередной раз порадоваться мне было нечему.

Да, примерно в то время, о котором говорил техник, к теннисному сектору подходил человек, но кто он, по камере распознать невозможно. Было совершенно ясно, что он пользовался глушителем видеопотока – это специально разработанная для шпионажа штука, которая любую съемку на камеру может превратить в бесполезный набор теней и бликов.

– Явно профессионал, не из залетных... – ворчливо перематывая записи, бубнила я себе под нос. – Все продумывает, просчитывает, подстраховывается... Чтоб ты провалился, гад! Даже не разглядеть, мужчина это или женщина!

Я бросила сие безнадежное дело – перелистывание видеоматериала – и прошлась по комнате.

– Но если зажим с сапфирами принадлежит именно тебе, – я представила наглую физиономию этого неуловимого преступника, – то берегись! Я тебя из-под земли достану!.. Вопрос о присутствии мадам на аукционе теперь точно поставлю ребром, и надеюсь, она меня поймет...

Вымотанная вконец, я рухнула в кресло и так и уснула в его мягкой глубине...

Часть 2. Глава 9

Сколько часов я спала – не имею понятия. Но вдруг проснулась от мягких прикосновений к лицу и волосам. Я приоткрыла глаза, и еще секунда понадобилась, чтобы прийти в себя.

В комнате царил полумрак, лишь торшер у кроватной тумбочки дарил свой рассеянный свет и ощущение уюта.

Я почувствовала сильный запах спиртного, прежде чем смогла осознать, что происходит.

Карина, сидя на широком подлокотнике моего кресла, в одной руке держала открытую бутылку вина, а другой поглаживала меня по волосам.

– Мадам... – я отпрянула от нее в откровенном непонимании, чего она здесь забыла.

– Я тебя разбудила, Майк? – спросила Карина, продолжая пальцами поглаживать меня по голове.

Подобной интонации от мадам Сайзун мне раньше слышать не доводилось. Грудным и глубоким голосом, растягивая слова, она переходила с полутонов на шепот и обратно в полутона.

Запах алкоголя с новой силой ударил мне в нос. Карина была пьяна.

– Что вы здесь делаете, мадам? – нахмурившись спросила я.

– У-у-у – губки ее сложились трубочкой, а на лице появилась театральная гримаса. – Майк сердится... Он всегда такой забавный, когда сердится... – она тихонечко стукнула меня по носу пальцем. – Ну, не сердись, малыш. Я не хотела тебя будить. Просто... – мадам задумалась, что же сказать следом за «просто». – А давай выпьем? А?

Бутылка с вином неожиданно возникла перед моими глазами, едва не выплеснув свое содержимое прямо мне на рубашку.

– Полагаю, вам уже достаточно. – попыталась я забрать злощастный сосуд. – Не стоит искушать судьбу разного рода злоупотреблениями.

– А ты во многом искушен, Майк?.. – все так же нараспев протянула мадам. Она подняла бутылку так, чтобы я не смогла до нее дотянуться.

– Это не имеет к делу никакого отношения. – раздражение во мне росло с реактивной скоростью.

Легонько оттолкнув ее от себя, я встала с кресла и отошла на несколько шагов.

– Идемте, мадам. Я провожу вас в свою комнату.

– Но мне и здесь неплохо... – она грациозно поднялась и покачивая бедрами подошла ко мне.

Полупрозрачная ночная сорочка и такой же пеньюар колыхались от ее неспешных движений, то очерчивая ее стройный силуэт, то пряча его в своих складках.

Томный взгляд мадам остановился на моем лице, а уголки губ приподнялись в легкой, но многозначительной полуулыбке.

Могу поклясться – редкий мужчина устоит против такого откровенного флирта. Карина совершенно точно знала, какими прелестями обладает, и теперь не стесняясь пользовалась этим.

Но я не мужчина. И подобная сцена соблазнения может вызывать во мне лишь непреодолимую досаду.

– Разве я тебе мешаю, Майк? – подойдя вплотную, она скользнула свободной рукой по моему плечу и шее.

– Не то слово. – сухо и холодно ответила я, небрежно одернув ее руку. На этот раз мне удалось забрать и бутылку. – И еще, мне не нравятся пьяные женщины.

– Фу, грубиян! – усмехнулась мадам. – Зато мне нравится сердитый Майк... – она ухватила меня за щеки и потрепала, как обычно треплют детей.

«Да как же выдворить тебя отсюда?!» – это незапланированное представление начинает мне изрядно надоедать.

– Идемте. – я решительно схватила ее за руку и потащила к выходу.

– Майк, ну подожди... Подожди... Прошу тебя...

– Что еще? – развернувшись к Карине лицом, я вперила в нее взгляд.

Внезапные объятия заставили меня на секунду оторопеть. А в следующее мгновение она страстно прильнула к моим губам.

«Это уже не в какие ворота!..» – резким движением я оттолкнула Карину.

– Да вы с ума сошли! – возмутилась я и машинально вытерла губы.

Но мадам Саузун мое возмущение не смутило и не остановило.

– Не глупи, Майк! Ведь мы взрослые люди... – она принялась торопливо расстегивать мою рубашку.

Мы стояли буквально в двух шагах от дверей в ванную комнату, и первую мысль, что пришла в голову, я смогла тут же реализовать. Сдернув руки мадам со своей одежды, оттолкнула ее и нырнула за дверь, сразу защелкнув за собой замок.

– Майк! Открой, Майк! – затарабанила она кулаками. – Майк! Прошу тебя!.. Открой!.. Прошу... Пожалуйста... Майк... – гневный крик Карины постепенно переходил в тихие просьбы, пока наконец не сменился на горестные рыдания. – Майк, не оставляй меня... Пожалуйста, не оставляй...

Я слышала, как она медленно сползла на пол, продолжая реветь и звать меня по имени.

Конечно, мне хотелось успокоить мадам, поддержать теплым словом, но пьяную женщину вряд ли вразумишь здравомысленными фразами. Это тебе не коня на скаку останавливать!

Продолжая прислушиваться, я прижалась лбом к гладкой панели двери, чтобы прохлада остудила прилившую к голове кровь.

– Ты думаешь, мне от тебя секс нужен? – донесся до меня ее хныкающий голос. – Да если я захочу, кто мне в этом откажет? Нет, Майк, нет! Немного сочувствия и внимания, вот в чем я нуждаюсь, понимаешь?! Мне было так страшно сегодня... Вся жизнь пронеслась перед глазами, понимаешь?.. Мне нужно всего лишь немного сочувствия...

Она снова разразилась рыданиями, а у меня защемило сердце. Ноги уже не хотели слушаться. Я опустилась на пол и села, опершись спиной на преграду между мной и Кариной. Говорить не было желания, да и что тут скажешь? Нужно просто пережить истерику мадам, ведь не будет же она пить и рыдать весь остаток круиза.

Прошла минута, может десять, я не смотрела на время, а лишь слушала затихающий плачь и всхлипывания под дверью.

– Ты знаешь, – снова заговорила мадам, немного успокоившись, – после смерти Дэвида, моего мужа, я думала, что больше нет на свете мужчины, способного меня принимать и понимать... Он всегда так заботился обо мне, мог выслушать и сразу решить любую проблему. Он ничего не требовал, а только был рядом... Всегда был рядом... А когда он умер, я будто оскалилась на жизнь, озлобилась. Превратилась в сухого и требовательного монстра!.. Ты знаешь, как меня называют за глаза мои служащие? – я услышала горькую усмешку в ее голосе.

«Еще бы! Конечно знаю, Патрик не замедлил мне это объявить.»

– Инквизиторша! Инк-ви-зиторша... – она всхлипнула, и мне вдруг стало нестерпимо обидно и больно за Карину. – ... Скажи, я и для тебя инквизиторша? Да?

– Нет, мадам! Разве я давал повод думать, будто подобного мнения о вас? – я старалась отвечать мягко, чтобы не вызвать у собеседницы очередного потока слез.

– Нет, никогда... Тогда почему ты отталкиваешь меня? Я тебе ни капельки не нравлюсь? Я так стара и отвратительна?

– Нет, дело вовсе не в этом! Если бы я... «была мужчиной» – едва не вырвалось у меня. – То есть, будь я свободен, я, наверное, давно влюбился бы в вас по уши. Уж поверьте!..

– Ты женат?

– Нет. Но есть человек, очень дорогой мне человек...

– Это твоя девушка?

– Работа не позволяет нам быть вместе... Надеюсь, что скоро это изменится, ведь... Я... Я люблю... Очень сильно люблю... – неожиданно искреннее для самой себя признание сорвалось с моих губ и заставило екнуть сердце.

– Вот значит как... Завидую... Ей невероятно повезло...

Мы сидели какое-то время молча, каждый думая о своем.

– Я тоже когда-то любила... Безумно... Страстно... – голос Карины снова прервал тишину.

– Своего мужа?

– Нет... Тогда я была молода и безрассудна. А он умен, красив и так романтичен... В те годы театр был центром моего мира... Сцена, софиты, поклонники и он – сумасшедший, за которым я, с закрытыми глазами, могла лететь на самый край галактики... – глубоко вздохнув, она замолчала.

– Почему у вас не сложилось быть вместе? – неожиданно меня вдруг заинтересовала эта история, а на горизонте замаячила смутная догадка.

– Он погиб...

Я не знала, как продолжить разговор. Не хотелось терзать Карину грустными воспоминаниями. Но в то же время я желала узнать, права ли в собственных подозрениях. И мадам, как будто читая мои мысли, спросила:

– Хочешь, расскажу? – ее голос прозвучал спокойно и тихо, как на исповеди.

– Да.

– Мне было чуть больше двадцати, и карьера в театре только-только начиналась. Главных ролей у меня еще не было, но режиссер всегда хвалил мою игру и прочил успешное будущее. Роберт ворвался в мою жизнь внезапно и превратил ее в какую-то романтическую сказку. Мы вместе мечтали, строили планы, думали о будущем...

Карина замолчала. Я не стала ее торопить расспросами, ведь сейчас все мысли мадам Сайзун в прошлом, хочется проявить уважение и дать ей время справиться с чувствами.

– ... Была премьера спектакля, – наконец продолжила она, – Роберт никогда их не пропускал. Я чувствовала, даже была уверена, что в этот день он сделает мне предложение. Но он так и не пришел... Больше никогда не пришел... А через время я получила сообщение о его гибели...

– Вас кто-то еще посещал в день премьеры? – я не могла не спросить! В этом деле непременно следует расставить все по своим местам.

– Да... – выдохнула мадам, – Дэвид приходил ко мне перед началом спектакля. Тогда он часто навещал меня. Он доводился моей семье каким-то очень дальним родственником и любил меня. Но разница в возрасте между нами была так велика, что он и мысли не допускал о связи со мной. Его любовь всегда была возвышенно-платонической. Подобное редко встречается, оттого и ценно... А для меня он был, как отец, и я в любой момент могла поделиться с ним и радостью, и бедами. Мне хотелось познакомить Роберта с ним, но... У меня это так и не вышло...

И вновь глубокий вздох и длительное молчание.

– А как получилось, что вы вышли замуж за Дэвида? – спросила я, нарушив тишину.

Карина молчала, то ли подбирая слова, то ли размышляя, посвящать меня в очередные подробности своей жизни или нет.

– Известие о гибели Роберта меня сломило... – глухо продолжила она через некоторое время. – Я махнула на театр и заперлась дома. Сколько дней я оплакивала его, не знаю. Но пришел момент, когда поняла, что не хочу жить без него... И напилась каких-то препаратов... Дэвид вытащил меня буквально с того света, а в больнице не отходил от моей постели. В конце концов он предложил свою опеку, но чтобы это выглядело прилично, мы узаконили отношения браком...

– Ведь тогда вас звали Лори Вайнер? Не так ли? – мне хотелось скрыть сильное волнение в голосе.

– Лори?.. Как давно я не слышала этого имени. Оно будто из другой жизни... Откуда ты знаешь, Майк, что меня звали Лори?

– Прочел в вашем досье... – сейчас я лгала, откровенно лгала. В досье мадам Сайзун не было такой информации, но человек, который отправил меня ее охранять, знал об этом совершенно точно!

– И правда... Я как-то упустила, в какой конторе ты работаешь... – ответила мадам, наверное, улыбнувшись.

– А что было потом? – я вернула разговор в прежнее русло.

– Потом?.. Потом я принялась заливать свое горе выпивкой. Дэвид какое-то время терпел мои выходки, но понял, что сама я не выберусь, и отправил меня в спецклинику на Сатурне. Там я и лечилась около года... После лечения мне предложили сняться в фильме, и это было, как свежий глоток жизни. Фильм оказался успешным, и я продолжила поприще киноактрисы. А спустя годы узнала, что главным кинопродюсером моего первого фильма был мой муж, Дэвид. Ему я обязана не только жизнью, но и своей счастливой карьерой...

Я была зла до тошноты!

«Ну, мистер начальник, из-за вашей ревности и глупости такой человек едва не погиб! Вы не только свою жизнь покалечили, но и жизнь женщины, которую любите до сих пор! С каким удовольствием я сейчас врезала бы пару раз вам по физиономии!..»

Не зная, как выплеснуть гнев, сжав зубы, я потрясла кулаками перед собой. Теперь мне нужна была пауза, чтобы успокоить кипевшую злость!

– Почему вы не хотели иметь в секьюрити женщину? – я намеренно перевела тему, во-первых, чтобы переключить и свои мысли, и мысли Карины с этой отдающей болью темы. Во-вторых, мне действительно было интересно.

– Женщину?.. Знаешь, с ними так сложно. Сколько клеветы, грязных сплетен и подстав я пережила, снимаясь в кино, даже не перечислить. Тогда я дала себе обещание, что женщин в моем окружении будет самое минимальное количество. А с мужчинами намного проще. Я сразу могу сказать, что любой из них преследует, заводя со мной знакомство. Бизнес, секс, связи, выгоды – все написано на их лицах и выражено в словах... Только ты, Майк, меня удивил. Когда я первый раз увидела тебя, ты даже ни разу не взглянул на мои ноги. Обычно, мужчины прилипают глазами к открытому бедру...

«Еще бы! Ведь по моей голове не бьет кувалдой тестостерон. Мне больше интересен был сам фасон платья, чем глубина его выреза... Получается, красное платье – это что-то вроде теста на профпригодность?..»

– Ты знаешь, – проговорила Карина с теплотой в голосе, – я как будто на прием к психологу сходила. Так легко вдруг стало... Эти воспоминания... ведь я избегала их всю жизнь... А теперь, как камень с сердца сняла... Пойду-ка я к себе, Майк... Спокойной ночи...

Ее шаги были едва различимы, и лишь когда звук закрывающейся двери донесся до меня, я смогла облегченно выдохнуть. Пищи для размышлений теперь, хоть отбавляй.

Часть 2. Глава 10

Наш разговор с Кариной я решила временно оставить в тайне – имею полное моральное право и докладывать о нем шефу пока не собираюсь.

О нападении в теннисном зале попросила менеджеров и техников не распространяться. Свое присутствие в качестве телохранителя и объяснения на каком основании я ношу огнестрельное оружие, не стоит офишировать. К счастью, всему персоналу и команде «Сияния» гласность происшествия с роботом тоже не на руку, и думаю, по возможности они замяли бы этот инцидент, как можно быстрее.

Теперь, чтобы убедить Карину не посещать аукцион ее автомобилей больших усилий мне не понадобилось. Мадам хоть и старалась скрыть, но страх от пережитого явно не покидал ее.

Торги прошли успешно, и большую часть прибыли Карина собиралась вложить в свои фонды, дабы покрыть причиненный им ущерб.

Наш лайнер уже лег на обратный курс к Земле, до суда оставались считанные дни, а имя злоумышленника до сих пор было неизвестно.

Чтобы хоть немного развеять унылое настроение, я предложила пригласить к обеду Брайана и Вика. На это Карина с удовольствием согласилась.

Запланированный обед должен был состояться в гостиной нашего номера, ею мы пользовались теперь регулярно. Кэти позаботилась о столе, а я о безопасности блюд, и ровно ко времени мы встретили наших гостей.

Мужчины были в хорошем настроении, хотя мне показалось, что Вик немного нервничает. Отвесив заслуженные комплименты Карине, мы расселись за столом. Разговор шел ровно: о круизе, аукционе, удачных приобретениях и прочей, для меня, ерунде.

И все же я убедилась, что Вик борется с нервозностью. Он то и дело трогал галстук, то подтягивал его, то ослаблял на шее, поправлял манжеты рубашки или одергивал пиджак.

– Что-то не так? – не выдержав, спросила я.

– А? Нет, все в порядке... – немного растерянно ответил он. – Хотя... Нет, не важно...

– Если это не важно, отчего тогда нервничаешь? – продолжала я настаивать.

Карина и Брайан тоже перевели взгляды на Вика. Тот, видимо, почуял, что от него не отстанут, покуда не услышат ответа, неохотно проговорил:

– Я потерял кое-что... Это памятная вещь и почти талисман для меня...

– Что за вещь? – опередила меня мадам Сайзун.

– Зажим для галстука... Где потерял, ума не приложу...

Я почувствовала, как кровь покидает мое лицо, и опустила голову.

«Нет! Не может быть!» – в висках загудело от напряжения и подступающего отчаяния.

– Я сейчас... – не поднимая головы, я поднялась из-за стола и вышла из гостиной, плотно закрыв за собой дверь.

«Вик! Неужели опять?! Неужели мне снова проходить через это?!» – прислонившись к стене в поисках надежной опоры, я несколько секунд унимала бурю в голове, а ноги и вовсе отказывались слушаться. – «Вик, ну почему? Неужели ты и есть тот, кого я ищу? Снова тебя подозревать? Снова считать преступником? Это пытка! Даже хуже пытки!..»

Я побрела к себе в комнату и, открыв ящик письменного стола, долго пялилась на злощастный зажим, не решаясь взять его в руки.

«Что ж, попробуем включить логику. На каком основании я вычеркнула Вика из подозреваемых? Только потому, что он избежал суда? Ну и, конечно, потому что чувства глаза застилают...» – я зло стукнула по столу. – «Возможно, он имеет влиятельных покровителей, с которыми контора «Гусь и Ёж» в лице шефа тягаться не может, поэтому и суда избежал. Возможно, есть другие причины, и ни одна из них не дает мне права вычеркивать его из подозреваемых! Тем более, что так много фактов говорят против него. К примеру, имя Вика появилось в списке пассажиров всего за два часа до отлета. Первое, что он сделал, – познакомился с Кариной и оценил ее окружение. И главное, когда мадам рассказывала Брайану, что мы идем в теннисный зал, Вик был рядом, и у него было немало времени, чтобы перепрограммировать робота...»

Я беспомощно рухнула на стул и уронила голову на руки. Больше всего на свете мне хотелось разрыдаться! Снова проходить путь мучительных подозрений, снова отчаянно бороться и подавлять чувства, снова ощущать тягостную горечь...

Стук в дверь напомнил о действительности.

– Майк, – раздался голос Кэти, – мадам просила узнать, все ли у тебя в порядке и когда ты вернешься к столу.

Я взглянула на циферблат. Прошло минут десять с того времени, как я покинула гостиную.

– Скажи мадам, что я иду... – бросила я небрежно в ответ, но внезапная мысль на долю секунды парализовала меня.

«Карина! Если Вик тот самый наемник, то получается, я оставила мадам совершенно без защиты перед лицом убийцы!»

Схватив украшение, я пулей выскочила из комнаты, едва не сбив с ног Кэти, и ворвалась в гостиную. Три пары глаз, устремленные на меня, не скрывали недоумения.

– Что случилось, Майк? – спросила мадам Сайзун с беспокойством.

– Н-н-нет... Все в порядке... Мне просто показалось...

Подойдя к своему месту, я как могла взяла себя в руки, спокойно села и протянула Вику ладонь, на которой поблескивал зажим.

– Это он? – спросила я, не сводя глаз с его лица.

– Да! – он так обрадовался, что буквально выхватил украшение из моей руки. – Где ты его нашел, Майк?

– В спортивном секторе. – не стала углубляться в подробности я.

– Майк, дружище, спасибо тебе! Я уже почти отчаялся. Это подарок, и мне он очень дорог... Спасибо, Майк, еще раз спасибо!

Вик пожал мою руку. Он был доволен, и теперь его нервозность как рукой сняло.

Оставшееся время мы провели в пустой болтовне, сыграли партию в покер, и к моему облегчению, наконец, распрощались.

Моя голова разрывалась от напряжения. Все это время я незаметно отслеживала каждое движение Вика, каждый жест или взгляд. Не то что бы теперь есть возможность выдохнуть, но небольшая передышка для осмысления все же имеется.

***

Уже вечером, когда мы с Кариной решили разойтись по комнатам, в дверь номера позвонили. Один из роботов, которых используют в качестве курьеров, сообщил, что меня просят подойти к техникам в служебный сектор.

– Зачем? – спросила я, глядя в переговорный экран. Дверь, как вы догадываетесь, я открывать не стала.

– Мне об этом не сообщили, – донесся абсолютно равнодушный машинный голос.

– Хорошо.

«Приглашение довольно странное. Зачем меня просят зайти к техникам? Они нарыли что-то кроме взлома робота? Или меня просто хотят выпроводить из номера? Придется пойти. По-другому ответов не получить...»

Я проверила пистолет.

– Что случилось? – подойдя ко мне, озабоченно спросила Карина.

Заметив выглядывающую из-за двери своей комнаты Кэти, я сделала знак, чтобы подошла и она.

– Мадам, – серьезным голосом начала я, – мне нужно отлучиться на какое-то время. Наш уговор, никому не открывать, кроме меня, остается в силе...

Где-то внутри свербило от нехорошего предчувствия. Секунду поразмыслив, я набрала номер шефа и отправила его на интеллект-браслет Карины.

– Если меня вдруг не будет больше двух часов, отправьте сообщение на номер, что я вам прислал. До Земли, рукой подать и человек, который меня подменит, прилетит очень быстро.

– Что это значит, Майк? – требовательно спросила мадам Сайзун, нахмурившись. – Зачем мне человек, который тебя заменит?

Кэти непонимающе хлопала ресницами и теребила свой фартучек, как обычно делает, когда нервничает.

– Это значит, мадам, что ваша жизнь все еще под угрозой. А до наемника я так и не добрался. Сейчас меня приглашают в служебный отсек... – видя на лице Карины нескрываемую тревогу, я немного смягчилась. – Возможно, я перестраховываюсь, мадам. Но в нашем случае лучше так... Скорее всего, я вернусь через полчаса, но на всякий случай, я хочу, чтобы все, что возможно, было под контролем...

– Почему бы тебе просто не позвонить техникам и узнать, что им нужно? – возмутилась она.

Ну, разве я могла сказать, что собираюсь рискнуть и стать добровольной наживкой? Нет, конечно!

– Мадам, просто следуйте моим указаниям... Пожалуйста...

Выражение лица Карины мне показалось возмущенно кричало: «Это безобразие какое-то!», но я проигнорировала его.

– И напоминаю, – закончила я, – ни при каких обстоятельствах, что бы ни случилось, никому, ни за что не открывать!

Дождавшись, когда мадам скажет короткое «да», а Кэти кивнет головой, я вышла из номера и направилась прямиком в служебный отсек.

Время теперь довольно позднее, поэтому нужный отсек был безлюден и пуст. Не убирая пистолет, я вышла из лифта, огляделась и сделала несколько шагов в сторону технических помещений.

За спиной раздался звук движения второго лифта. Нервно обернувшись и вложив руку с пистолетом в карман, я направила дуло в сторонуподъемника.

Дверь распахнулась. Не выходя из кабины лифта, женщина лет тридцати пяти бросила в мою сторону удивленный взгляд. Она огляделась по сторонам, всматриваясь то в одну, то в другую сторону длинного коридора.

Я облегченно выдохнула, когда поняла, что узнала ее. Миссис Сандра Фокс, жена мистера Себастьяна Фокса. Это те самые друзья Вика, которые были с ним в ресторане.

– Ох!.. – вздохнула женщина. – Я, кажется, попала совсем не туда, куда хотела... Это... Это?..

– Служебный сектор, – ответила я на вопрос в ее глазах.

– Я снова ошиблась... Эти маршруты совершенно одинаковые!.. Я постоянно в них путаюсь!..

– А куда вы направлялись? – я старалась проявить капельку заинтересованности.

– В парк.

– В парк? Не слишком ли поздно для прогулок?

– Ну, что вы! Себастьян – мой муж, такой романтик! Он часто устраивает мне свидания то в парке, то на смотровой площадке, то еще где-нибудь... Но сегодня я наверняка опоздаю!..

Я улыбнулась, подумав, как это, наверное, приятно не первый год быть в браке, но оставаться влюбленными...

– А может, вы мне поможете? – прервала мои мысли миссис Фокс. – Пожалуйста... – она сложила ладони в умоляющем жесте. – Иначе, мне кажется, я никогда не доберусь до парка.

Я пожала плечами. Набрать нужный маршрут – ведь это так просто, не мешки же таскать...

Войдя в зеркальную капсулу, я тронула панель управления.

– По-моему, я вас видел с одним из моих знакомых... – только и успела проговорить я, но ответа так и не услышала.

Сильнейшая боль внезапно охватила все тело. В меня вонзили тонкие шпильки электрошокера, настроенного на максимум. Даже не вскрикнув, я рухнула на пол, потеряв сознание от болевого шока.

***

Приходить в себя было непросто. Каждая мышца, каждая клеточка организма старалась напомнить, каково это пережить электрический разряд.

Попробовала пошевелиться. Стон сдержать мне не удалось, но заглушить его все же получилось.

Теперь можно оценить плюсы и минусы моего положения. Плюс – я все еще жива. Минус – связана по рукам и ногам, с плотной повязкой на глазах, валяюсь на полу. Причем руки не только связаны за спиной, но и обмотаны не то полотенцем, не то какой-то тканью, чтобы даже на ощупь у меня не было возможности воспользоваться браслетом.

– Ну, что? Очнулся? – услышала я незнакомый мужской голос и вопрос, однозначно направленный в мою сторону, который я, разумеется, проигнорировала.

– Скажи спасибо, что жив до сих пор! Что тебе нужно было от моей жены?

– Чего?.. – прохрипела я, искренне не понимая, о чем разговор, но кому принадлежит голос, стало совершенно очевидным.

– Не придуривайся! – воскликнул мистер Фокс. – Ты напал на мою жену! Ты хотел ее обокрасть? Изнасиловать?

Я фыркнула: «Что за дичь он несет?».

– Ваша жена меня с кем-то путает...

– Ты угрожал ей оружием! Для чего ты носишь оружие?! Отвечай!

«А-а-а, так значит, вы уже забрали мой пистолет. Это плохо, очень плохо...»

– Вас это ни каким образом не касается, – ответила я, наконец возвращая себе холодный и сдержанный тон.

– Не касается?! – взвился мужчина. У меня возникло ощущение, что он намеренно демонстрирует свои эмоции, потому что в этой комнате мы находились не одни, кто-то еще был рядом, я это кожей чувствовала. – Ты хотел убить ее! – продолжал он распаляться. – Она едва жива от страха!

– Ваша жена явно бредит...

– Ах ты...

Неожиданный удар в живот сорвал стон с моих губ. Я подтянула колени к груди и сжалась, стараясь заглушить боль.

– Нет! Не бей его! Он же связан! – второй мужской голос отозвался, наверно, еще большей болью, чем пинок.

«Вик! Твою ж... дорогую маму! Ты действительно в этой гнусной компании?.. Ну и гад же ты!.. И что теперь ожидать от этих головорезов? Бросят меня за борт?..»

– Вот видишь, Вик! Он еще и оскорбляет меня! – фальшиво захныкала миссис Фокс.

«А-а-а, так значит, вас трое. Надеюсь, на этом количестве оппонентов мы и остановимся...»

– Я так напугалась, Вик! – продолжала ныть женщина. – А он мне пистолетом угрожал... Хорошо, что Себастьян настоял, чтобы я электрошокер всегда с собой носила. Боюсь даже представить, что могло случиться...

Дамочка разразилась рыданиями, и я невольно представила, как она прикрывает лицо большим носовым платком, чтобы скрыть поддельные слезы.

«Подожди-ка, Мисти! Так получается, что Вик не с ними? Эти двое пытаются заполучить надежного свидетеля, от того и представление устроили?..»

Я едва не задохнулась от радости и охватившей меня надежды.

– Вик! Она лжет! Нагло лжет! – невольно вырвалось у меня.

– Заткнись! – закричал Фокс, и я почувствовала, как его нога скользнула, но не задела меня, будто кто-то препятствовал удару.

– Себастьян! Так нельзя! Бить связанного это отвратительно!

Я уловила в голосе Вика искреннее возмущение, и это меня обрадовало еще больше.

– Я передам его охране, – проговорил Себастьян все так же зло, – пусть вытрясут из него все потроха!

Вик что-то ответил, но до меня уже не долетал их разговор, я была поглощена собственными мыслями.

«Если Вик не замешан в этом деле, то он один может мне сейчас помочь! Мисти, ты действительно хочешь довериться ему? А разве есть еще варианты? Хочешь, не хочешь – действовать нужно! Но как? Как сказать ему, чтобы понял только он один?..»

– Идемте! – донесся до меня строгий голос Фокса.

– Вик, подожди! – цепляясь за надежду, как за соломинку, воскликнула я.

– Идем, Вик! – оборвал меня Себастьян – Или я не удержусь и сверну шею этому щенку!

– Вик, послушай, тебе не показалась странной наша партия в бильярд? – отчаянно воскликнула я.

Шаги на секунду замерли, видимо, всех троих посетила мысль о том, что после электрошокера в моей голове закоротило.

– Идем... – снова голос Фокса и шаги.

Дверь закрылась, и комната погрузилась в полнейшую тишину.

«Вот черт! Черт!» – не могу сказать, что меня охватила паника, но она точно была уже где-то в соседнем коридоре. – «Думай, Мисти, думай!.. Сколько я была в отключке? Минут пятнадцать? В любом случае с тех пор, как я ушла из нашего номера, прошло около получаса, не больше... А куда пошли Фоксы? Сомневаюсь, что вызывать охрану. Сейчас она им не нужна. Полагаю, они хотят именно на меня повесить убийство Карины, тут уж у них козыри в руках – мое оружие, отравление Доры, выдуманное нападение на Сандру, мой непонятный статус рядом с мадам... Надеюсь, Карина будет все же достаточно благоразумна, чтобы тихо сидеть в номере и через час вызвать подмогу у шефа... А если она откроет дверь? Есть хоть один шанс, что она откроет убийцам дверь?..» – от прорвавшейся мысли холодный пот прошиб меня с головы до ног. – «Вот черт! Да ведь здесь большинство думают, что Майк – любовник Карины! А значит, будут ее мной шантажировать! Вот же... Она не сдержится! Обязательно откроет! Твою ж...»

Я в отчаянии принялась извиваться и кататься по полу, пытаясь ослабить узлы на руках и ногах. Обо что-то ударилась. Похоже, это ножка стола или стула. Развернулась и принялась ерзать по ней лицом, чтобы стянуть повязку с глаз.

Дверь открылась так неожиданно, что я даже замереть не успела. Шаги... А через секунду резким движением повязка с моих глаз была сдернута.

Невольно поморщившись, я зажмурилась, яркий свет ламп резанул глаза. А когда смогла их открыть, то увидела сидящего на корточках Вика, он пристально смотрел мне в лицо.

– Помоги мне! – я была на таком взводе, что даже не смогла бросить взгляд благодарности. – Развяжи руки!

– Я помогу. – спокойно ответил Вик. – Но сначала скажи, у кого ты учился играть? Наш сет был действительно очень странным, ты повторял все мои удары и движения. Объясни почему?

– Да, что тут объяснять, Вик? Это я, Мисти! И училась я у тебя. По твоим играм и чемпионатам!

– Ми-и-сти-и?!.. – мне показалось, что любимые глаза сейчас выскочат из орбит. – Но ведь ты-ы-ы...

– Я жива! Жива, как видишь. Я охраняю Карину! Развяжи меня!.. – я дернула всем телом.

Вик секунду помедлив, принялся разматывать мне руки, то и дело поглядывая на мое лицо.

– А это точно ты? – спросил наконец он, набравшись смелости.

– Мой поцелуй вряд ли тебя убедит.

Он чуть шарахнулся в сторону.

– Нет. Вот это точно не стоит... – проговорил он смутившись и отведя глаза.

– Тогда может, рассказать, какой сволочью я тебя считала, подозревая в убийстве Биста?

Вик покраснел и слегка тряхнул головой.

– Нет, не нужно...

Теперь мое освобождение продвигалось гораздо успешнее. Я потерла развязанные руки и начала помогать Вику разматывать ремни на ногах.

– Как ты вошел сюда? Сомневаюсь, чтобы тебе ключ дали.

– Допустим, я расширил спектр услуг своей компании и теперь мы помогаем людям со сломанными замками и дверьми...

– То есть, ты просто взломал замок? Что ж, очень вовремя твоя компания модернизировалась... – усмехнулась я, бросив в сторону Вика ироничный взгляд.

Ноги были свободны, и я вскочив, едва удержалась, чтобы тут же снова не упасть – сотни иголок пронзили мои мышцы. Пришлось подождать еще несколько секунд, когда кровь начнет нормально циркулировать по всему телу.

– Они хотят убить Карину. Она главный свидетель... – поясняла я, разминая ноги.

– Но Фоксы всегда были приличной парой, я много лет их знаю.

– Всему есть свои причины, Вик... Всему... Догоняй!..

Почувствовав, что могу уже нормально двигаться, я сорвалась с места и, влетев в ближайший лифт, набрала маршрут. Вик за мной не успел, придется ему добираться другим подъемником.

***

«Только бы Карина не открыла дверь! Только б не открыла!..» – как стук молотка, бились мысли в моей голове.

Сейчас, казалось, капсула лифта двигалась так медленно, что беги я по лестницам, точно бы обогнала ее.

«Думаю, на пороге номера они ее не убьют, ведь нужно, чтобы я была поблизости, скорее всего уведут куда-нибудь...»

– О, Карина, не вздумай открыть им дверь!.. – взмолилась я, подняв взгляд в потолок.

Наверное, молиться раньше нужно было, но надеюсь, и сейчас там наверху, меня кто-то да услышит!

Я отправила сообщение на пост охраны с пометкой «срочно».

«Хочется верить, что они подоспеют, прежде чем кто-то из нас станет трупом...»

Наконец лифт распахнул двери.

Я на мгновение замерла и похолодела. В большом холле, прямо у входа в наш номер, стояли Себастьян и Сандра Фокс. Они стояли ко мне спиной и, вероятно, не слышали прибытия лифта. А перед ними медленно скользя, открывалась гладкая серебристая панель входной двери. Теперь Карина была лишена последней своей защиты.

– Дверь! Закройте дверь! – во все горло заорала я и бросилась к мадам.

Ну, а дальше все происходило молниеносно. Фоксы синхронно обернулись на мой вопль, и Себастьян тут же, не целясь, выстрелил.

Пуля просвистела сбоку и, пройдясь по касательной, только оцарапала меня. В следующую секунду мужчина повернулся к мадам Сайзун и снова выстрелил.

Но случившаяся заминка дала Карине миг преимущества. Она нажала панель управления и нырнула за угол проема. Пуля пролетела сквозь щель уже закрывающейся двери. А в следующий момент я была возле Фоксов.

Понимая, что могу быть сразу же убита, я атаковала Сандру, надеясь, что Себастьян не рискнет стрелять из опасения задеть супругу.

Сандра давала мне жесткий отпор. Она ставила блоки, уворачивалась от прямых ударов, цеплялась, пытаясь провести болевой захват.

Мистер Фокс, спрятав пистолет за пояс, пробовал ввязаться в нашу драку, но всякий раз я, уворачиваясь, подставляла ему под удар собственную жену.

– Уйди! – закричал он, – Я сам с ним разберусь!

У Сандры не хватало дыхания, чтобы ответить – я продолжала сыпать на нее удар за ударом. От сочившейся раны весь рукав вымок в крови и прилип к телу. Но когда речь идет о жизни и смерти, тут уж не до красоты и комфорта.

Никто из нас в пылу потасовки не услышал ни прибытие лифта, ни шагов Вика, который подобно стихии ворвался в нашу драку.

Он сбил с ног Фокса и принялся месить его кулаками. Вик не знал приемов рукопашного, удары его были широкими и размашистыми. Так обычно парни дерутся в дворовых сварах.

Но Себастьян сгруппировался и сбросил с себя противника. Вскочив на ноги, он нанес Вику мощные удары под ребра и колени, не давая тому подняться с пола.

«Ему нужна секундная передышка.» – подумала я про Вика и вложила в собственный удар максимум точности и резкости, так чтобы Сандра после него не очухалась. От моего выпада женщина отлетела в сторону, ударилась головой о стену и, рухнув вниз, обмякла.

Фокс с воплем бросился на меня, и в тот же момент Вик вскочил на ноги. Теперь нас двое против одного, и Себастьяну придется уже больше защищаться, чем атаковать.

Вик ловил на себе удар за ударом, но когда ему удавалось прорваться поближе, то противник едва удерживался на ногах от его кулака.

В конце концов мы измотали Фокса до такой степени, что его движения уже не были столь быстры, защита ослабла, ноги дрожали и подкашивались.

Выбрав момент, Вик вдруг схватил его за ворот пиджака и со всей силой ударил лбом тому прямо в переносицу.

Раздался хруст, и мистер Фокс, повесив голову, ушел в отключку.

Вик небрежно бросив соперника на пол, пошатываясь и тяжело дыша, подошел ко мне.

– Как ты?.. – спросил он, морщась и вытирая кровь с разбитой губы.

– Нормально... – ответила я, жадно глотая воздух. – А ты?..

– Я уже и забыл, как это бывает... больно... – криво улыбнувшись, ответил он и потер лоб.

– Да уж... Так себе удовольствие... – согласилась я и, не в силах больше держаться на ногах, села возле стены, облокотившись на нее спиной.

***

Все, что происходило дальше, было для меня как просмотр фильма сквозь запотевшее стекло.

Примчались охранники и, почесывая затылки, поглядывая на меня и Вика, выслушали наши объяснения. Надев наручники на семейку Фоксов, уволокли их с наших глаз долой, до приезда полиции.

Карина уже давно отправила SOS шефу, и теперь вместе с Кэти суетилась вокруг меня и Вика, вытирая кровь, перевязывая мне рану и без умолку стрекоча о чем-то совершенно пустом.

Вскоре прибыл и полицейский катер. Посвятив моей скромной персоне немало времени и оформив все соответствующие протоколы, три офицера с радостью приняли под свое крыло и Сандру, и Себастьяна.

Теперь я могла не только отдохнуть, но и просто расслабиться, пусть даже на время.

Что ж, оставшийся путь до Земли обещал быть весьма спокойным и безопасным...

Эпилог

Итак, дорогой читатель, моя история приближается к своему финалу, расставляя каждую деталь на свое место.

Расследуя покушение на мадам Сайзун, полиция выяснила, что настоящая семья Фоксов была похищена. Их держали в одном из частных бункеров в Антарктике до завершения операции по устранению Карины.

Фальшивые Сандра и Себастьян Фокс (к слову, тоже женатая пара), используя аватары, совершенно спокойно заняли их места на «Сиянии Ориона» и не спеша планировали покушение.

Появление Вика на лайнере, его связи с Брайаном, а потом и с Кариной сыграли Лжефоксам на руку. Каждый раз они весьма умело подкладывали ему прослушивающий чип, а украсть зажим для галстука и вовсе было делом пустячным.

Что же касается самого Вика, то причиной его неожиданного круиза стал мистер начальник конторы «Гусь и Ёж».

Шеф понимал, что в любой момент мне может понадобиться помощник и решил, что лучше Вика на эту роль никого нет. Поэтому и предложил ему тур, но не стал посвящать ни в суть, ни в нюансы дела. Это был достаточно рисковый ход, но, как видите, он сработал идеально.

Вы спросите: значит, Вик и шеф были знакомы? Именно! Но об этом чуть позже.

***

В день начала судебных заседаний Карину охраняла не только я. Догадайтесь, кто еще? В самую точку! Мистер Смит, мой замечательный шеф.

Он напялил на себя аватар немолодого секьюрити и, стараясь не смотреть в глаза мадам Сайзун, следовал за ней по пятам, будто тень.

Признаюсь, едва вернувшись из круиза, я не преминула заглянуть в контору и высказать в лицо шефу все, что на тот момент думала о нем и его поступке по отношению к Карине, то есть Лори Вайнер. Он слушал молча, нахмурив брови, время от времени краснея и отводя от меня взгляд. Очень надеюсь, совесть теперь помучает его как следует!

И вот, пришло время распрощаться с мадам Сайзун.

Мы стояли на широкой лестнице ее дворца: я, Карина и шеф (ведь он, временно, мой коллега).

– Значит, я тебя больше не увижу, Майк? – спросила она, не совладав с дрожью в голосе.

– Нет, мадам. Майкла Атри вы больше не увидите. – Как ни грустно мне было прощаться с ней, все же я испытывала большое облегчение от мысли, что наконец избавлюсь от мужского аватара и смогу снова быть самой собой.

– Да, Майк, я понимаю, что твоя внешность скрыта от нас, но... Кем бы ты ни был... То есть, каким бы ты ни был, я благодарна тебе за все... – часто захлопав ресницами, чтобы скрыть прорывавшиеся наружу слезы, она протянула мне руку.

– Мадам, я хочу сказать вам кое-что напоследок... – я немного задержала ее ладонь в своей и бросила быстрый взгляд на шефа. – Я поднял документы по одному очень старому делу... И выяснил, что тот молодой человек, который... Которого...

«Вот незадача!.. Как трудно подобрать слова, когда они оба смотрят на меня!..»

– В общем, Роберт жив! – выпалила я.

– Что?! – взгляд изумленной Карины замер на моем лице, а мистер Смит побледнел, как приговоренный к смерти.

– Да. Что-то там с ним произошло, но я не знаю, почему потом он не объявился. Может, память потерял, может, испугался...

– Майк, ты уверен, что это он? – все еще не веря своим ушам, спросила Карина.

– Совершенно уверен, мадам. Хотите, я его найду и устрою вам встречу?

Прикрыв ладонью лицо, Карина пошатнулась и едва не упала. Но шеф подхватил ее и подставил плечо, как опору.

– Я-я-я... Я не знаю, Майк... – ответила мадам слабым голосом. – Я подумаю... Мне нужно время...

– Конечно. Я вас совсем не тороплю. Если вдруг решитесь, сообщите в нашу контору. Мы поможем его найти... Поможем ведь, правда, мистер Смит? – последняя фраза прозвучала именно для шефа.

Сдавленное и короткое «да» было мне ответом.

Покидая дом Карины Сайзун, я думала о том, как может сложиться ее дальнейшая судьба. Решится ли она на встречу с человеком, которого когда-то любила, или оставит все, как есть, боясь разочароваться в нем? А если они все же встретятся, хватит ли у мистера Смита решимости сказать правду, или он придумает какую-нибудь историю? Простит ли его Карина, если узнает истинную причину бегства Роберта? И если не простит, то в этом, кроме самого шефа, никто не виноват... Как бы то ни было, мне искренне хочется для них обоих счастья, как бы оно ни выглядело – вместе или порознь.

***

У ворот виллы мадам Сайзун меня ждала машина Вика. Нырнув на переднее сиденье рядом с ним, я облегченно вздохнула.

– Ты можешь снять с себя этот аватар? – спросил он вместо приветствия.

– Сниму... – усмехнулась я, – но сначала ты расскажи, как сильно горевал обо мне, думая, что я погибла. Сколько фото я ни пересмотрела, у тебя всегда была очень довольная физиономия. Да и на лайнере ты тоже, видимо, не терзался мыслями обо мне.

– Откуда ты знаешь? Если у меня была довольная физиономия, как ты говоришь, то это вовсе не отражение моих настоящих переживаний! Не представляешь, как я мучился! И если бы твой шеф не намекнул, что, возможно, ты жива, я бы застрелился, наверное. Я требовал от него конкретного ответа, но он так мне и не признался.

– И как давно ты знаком с шефом?

– Когда понял, что Илеф убил Биста... Петарс меня много лет на крючке держал. Ты же помнишь, мои родители в нем души не чаяли, и он уговорил их доверить компанию мне. А я взамен должен был обеспечивать деньгами его проекты и помогать в случае необходимости. Поначалу договор мне показался очень выгодным, но с годами брат, как с цепи сорвался... И когда у него промелькнуло, что Бисту пора на тот свет, я стал искать, куда обратиться. Так и наткнулся на вашу контору. Мистер Смит дал указания исполнять все требования Илефа. Но, к сожалению, двух смертей избежать не удалось... Я удовлетворил твое любопытство?

– С лихвой! – протянула я, подумав о том, что шеф, вероятно, в то время подозревал Вика не меньше, чем я.

– Тогда снимай свой аватар! – Вик развернулся ко мне всем корпусом и вперил в меня требовательный взгляд.

– Подожди... А вдруг я тебе не понравлюсь? Ведь ты помнишь меня роскошной блондинкой, но я-то совсем другая...

– Это ты помнишь себя роскошной блондинкой! А я знаю тебя такой, какая ты есть!

С хитрой улыбкой он тронул свой интеллект-браслет, и тот высветил небольшую голограмму моего фото двухгодичной давности.

– Откуда это у тебя?! – я была удивлена? Нет! Я была шокирована!

– А вот это пусть останется моим секретом. – Вик расплылся в улыбке еще шире. – Должны же и у меня быть хоть какие-нибудь тайны.

– Надеюсь, эта тайна не грозит мне неприятностями... – улыбнулась я в ответ и пробежалась пальцами по интеллект-браслету.

Волновые помехи замелькали по моему лицу, волосам, рукам и, вспыхнув на прощание, аватар Майкла Атри растворился, уступив место настоящему телу Мисти Арканум.

– Ну, наконец-то! – радостно воскликнул Вик и, притянув меня к себе, прижался к моим губам...