Миссия: без вариантов

Глава 1

Фонари в переулке не горели. Спящие дома сгорбились, спрятавшись за темными окнами, как за квадратными линзами солнцезащитных очков. Небо из черного постепенно становилось синим, отсвечивая желтизной на горизонте. Время — где-то между тремя и четырьмя часами. Час волка.

Грэй усмехнулся и поглубже сунул руки в карманы. Твой час, дружок. Последний в этой длинной, серой, никому не нужной жизни, такой же, как ты сам. Почти тридцать лет… И завтра, а точнее уже сегодня с восходом солнца все это наконец закончится.

Он устал. Устал служить орудием чужой воли. Устал жить. Но это все приходилось терпеть, потому что так было надо. И так будет, пока он не искупит свою вину и не кончится срок. Ничего. Уже близко…

Он резко остановился, почуяв чье-то незримое присутствие.

— Здравствуй, — раздался мягкий мужской голос, и из темной арки проходного двора вышел высокий человек с невыразительным лицом. Таким оно было просто потому, что являлось общей латексно-фильтрующей маской скафандрового образца — вместе с костюмом, ботинками и внешней атрибутикой человека. Коренные жители планеты Фобос отличаются чем угодно, но только не красотой — по крайней мере, в земном понимании… Председатель. И явно не попрощаться пришел.

— Понимаю твое удивление, — слегка улыбнулся человек. — И надолго не задержу, обещаю… Дело у меня к тебе.

— Мой срок вышел. Передайте ваше дело другому наемнику.

— Это не тебе решать, — нахмурился мужчина, вынимая из кармана безукоризненного пиджака желтоватый лист. — В договоре сказано…

— Я знаю, что там сказано, — прервал его Грэй. — «Как только, выполнив все, что возложено Коалицией, ты встретишь последний рассвет…»

— Именно. — Костюм чуть склонил голову. — До рассвета целых два часа. И договор пока что в силе… Не надо скалиться, пятьдесят второй. Или тебе еще раз показать твою подпись?

Мужчина вытянул руку вперед: на шероховатой гербовой бумаге с трехмерной голограммой Коалиции Сторонних Наблюдателей, в самом низу, под черными строчками условий договора, пятном багровел отпечаток волчьей лапы. Грэй едва сдержался, чтобы не вырвать бумажонку из холеных рук Председателя и не разодрать ее на клочки. Конечно, разве с этим поспоришь?! Знал, на что шел. А чего еще можно ожидать от раненого зверя, зажатого в углу норы, который уже отчетливо слышит захлебывающийся, бешеный лай собак и звук осыпающейся земли под сапогами охотника? Когда знаешь, что не пройдет и нескольких минут, как дуло ружья вздрогнет, выплюнув тебе навстречу вспышку огненной смерти? Тут под чем угодно подпишешься! И они этим воспользовались.

— Где гарантия того, что вы меня отпустите? — хрипло выговорил Грэй, прекрасно понимая, что впустую сотрясает воздух.

— Гарантии, дорогой мой, дают только на германские холодильники китайского производства, — пожал плечами мужчина в костюме. — Как насчет моего честного слова?

Грэй скептически хмыкнул.

— Хорошо. — Председатель пожал плечами и, подумав, протянул ему договор. — Вот, возьми. Уничтожить не пытайся, до конца срока это невозможно. Но, как только справишься с работой, он потеряет свою силу. Согласен?

«Можно подумать, у меня есть выбор», — подумал Грэй. А вслух сказал:

— Да.

— Я знал, что мы поймем друг друга, — улыбнулся своей ненастоящей резиновой улыбкой костюм. — Возвращайся в бункер, тебе все объяснят. По поводу задания не волнуйся, тебе, с твоим опытом…

Наемник смерил его хмурым взглядом, одним движением выдернул из пальцев Председателя договор, и, не прощаясь, зашагал в обратную сторону. Мужчина в костюме покачал головой и пробормотал, обращаясь к самому себе:

— Сколько волка ни корми… М-да…

Он поднес к губам узкий металлический браслет с динамиком и нажал на кнопку:

— Логан? Я отослал пятьдесят второго в бункер. У него еще одно задание.

— Еще одно, сэр? — слегка удивились из мембраны. — Но он, по-моему, уже сдал все дела?

— Это последнее. Отправишь его, как только придет. Исходные документы у Тии. И… Логан!

— Да, сэр?

— Пускай идет один.

Нет повести печальнее на свете, чем повесть о заклинившем резете… Василий Сергеевич Чайников, худосочный юноша двадцати пяти лет от роду, вольнонаемный механик-операционист, по совместительству тринадцатый системный администратор земного филиала Коалиции и просто творческий человек, был определенно близок к тому, чтобы заказать в мед-отсеке ванну валокордина. Ибо подлая железяка «Dubtium-XXV» посредством вышеозначенной кнопки впала в кому. И прямо в тот момент, когда Василий, пользуясь краткой минутой отдыха и отрешившись от мира сего, виртуально шнырял по темным закоулкам безымянного городка из новой игры «Убей поселенца», которую втайне от начальства проинсталлировал с кэш-кассиопейского сайта! Вот и заигрался — в пылу шпионских настроений шарахнул по процессору острой коленкой, не подумавши… А теперь что?!

Чайников, насупившись, покосился на лист, приляпанный на серую стену бункера. «Если система зависла — выдерни шнур, выдави стекло!» — гласила надпись. Это Бухель с уровня телепортации прикололся по-черному. Он, вообще-то, с Сириуса, но юмор у него есть… тот еще! Меньше бы только по сайтам с анекдотами шастал. Ладно Вася, он понимает. А до него здесь Тых работал, который с Марса, так три раза монитор меняли и два — системный блок… Чайников грустно вздохнул, воровато оглянулся и обреченно потянулся к розеточному выключателю сети. Хр-р… чпок! Экран погас. «И вот почему всегда так?» — думал Вася, выковыривая вилкой намертво залипшую кнопку. Только-только собрался геройски спасти симпатичную девушку в кожаных шортиках (такая фигурка! такая графика! и такой облом…) от толпы бритых под ноль хулиганов — и на тебе, Васенька, матрица-перезагрузка… Кнопка, хрустнув, вернулась на свое место. Потирая ладошки, Чайников врубил комп заново.

Щелк, щелк… где там наша игрушечка?!

Мелко завибрировал приколотый к рубашке передатчик связи. Вася недовольно скосил глаза… и открыл от удивления рот. Сам вызывает! С чего бы это?! Красный индикатор повелительно моргал. Ой-ой-ой, кажется, назревают крупные неприятности! Неужто уволят? Чайников поднялся из-за пульта, лихорадочно перебирая в мозгу свои прегрешения. Ну, на дежурства опаздывал, было. Системный ресурс не по назначению использовал, грешен. В секретных архивах из праздного любопытства лазил (но это под чужим паролем, за это влететь вроде бы не должно), да, да, все имело место. Но это же не криминал?! Все так делают! Вот тот же Бухель, к примеру, на уворованный лимит себе даже кратер Таузара на Эль-Джусе прикупил! Да по сравнению с этим скромные манипуляции Чайникова — просто детские игрушки!

А может, что-то личное? Нечего было глазки строить первой помощнице Секретаря, очаровательной Тие с Плутона. Неземное создание, глаза — как озера, губки — как розы… нервы — как канаты, но это ее не портит. И карать его, Васеньку, за невинный флирт было бы просто глупо… Или не в Тие дело? Может, не стоило в прошлое воскресенье за покером и пивом орать на весь телепортотдел про гребаную Америку и звездно-полосатых засланцев?.. Секретарь — американец. И пусть это несправедливо, что в российском отделе земного филиала КСН руководящий пост занимает иностранец, но другие-то молчат! «Выделился, блин, — вздохнул про себя Чайников. — Рот бы мне заклеить. У этих гэбэшников везде глаза и уши…»

Запутавшись в предположениях, Василий плюнул, смирился с судьбой и, оставив систему на автокам, поплелся в сторону лифта.

— И зачем он мне? — спросил Грэй. Сидящий за столом человек в типовом сером костюме, Логан Хартнел, Секретарь Председателя и его правая рука, он же главный босс отдела, неопределенно передернул плечами:

— Хороший системщик. И вообще парнишка сообразительный… Пускай с тобой прокатится, он давно просился.

— Посторонний будет только мешать.

— Возможно, — согласился Секретарь и задумчиво добавил: — Но случаи бывают разные…

— Доставить объект на базу? — не понял Грэй, вертя в пальцах пластиковую карточку с координатами. — Что тут особенного? Обьект вооружен?

— Нам это неизвестно.

Грэй насторожился. Неизвестно? Отправлять наемника на задание без предварительного инструктажа (местонахождение с точностью до десяти метров, родился-женился, связи, больные точки) — это слишком не похоже на политику Коалиции!

— Тринадцатый здесь, — раздался из встроенного динамика на столе мелодичный женский голос с легким акцентом.

— Впускай, — велел Секретарь.

Дверная металлическая панель беззвучно отъехала в сторону, и на пороге возник Василий Чайников. Орехово-желтые глаза Грэя обратились к новоприбывшему. Болгарские кеды, дырявые джинсы, застиранная рубашка и нечесаные кудри. Угу… Юноша бледный со взором горящим?.. Типичный представитель программистов (отряд двуногих, вид — хакер-экспериментатор с творческим уклоном). Проще говоря, ходячее недоразумение. И вот его ему только что записали в напарники?..

— Хорошая шутка, — подумав, сказал Грэй.

— Это не шутка.

— А… можно войти? — запоздало чирикнул Васенька, покрываясь мурашками. Секретаря он побаивался. Грэем — восхищался. Матерый профессионал, таких в Малой Вселенной — по пальцам пересчитать, ни одного дела не провалил… В голове Чайникова всплыли строчки из досье секретного архива отдела кадров: «…надежен, безэмоционален, эффективен, темперамент от 0 до 10 (эту строчку Вася не понял), коэффициент интеллекта выше среднего, чутье — девятка по интернациональной десятибалльной системе, срок пребывания — с 1978 по 2010 год…» Подождите-подождите... Получается, что он выбывает?

— Тринадцатый, — проговорил Секретарь, подняв голову и обращаясь к Чайникову, — все текущие данные сдашь дежурному по смене.

Васенька похолодел. Неужели и правда увольняют? Да еще у Грэя на глазах, позор-то какой! Все, накрылся халявный Интернет…

— Пойдешь с ним, — добавил начальник.

— А?.. — тупо переспросил Вася. Секретарь поморщился:

— Что тебе не ясно? У вас общее задание. Он, — Секретарь кивнул на мрачного, словно кладбищенский обелиск, наемника, — введет тебя в курс дела. — Затем обвел обоих спокойным бесстрастным взглядом. — Можете идти. Отдел телепортации подготовит нужный уровень.

Грэй коротко кивнул и вышел. Васенька, как лунатик, двинулся за ним. Он не мог поверить. Ему, простому админу (пусть и способному), в жизни своей не мечтавшему подняться выше должности контролера межсистемных процессов, — и вдруг такое счастье! Настоящее боевое задание, это тебе не двухнедельные командировки на Луну по сбору статистических данных. Да еще и с Грэем, коалиционной притчей во языцех! Вот это подфартило…

Чайников семенил по коридору, пристроившись за широкой спиной первого за всю службу напарника. «Интересно, как к нему обращаться — на «вы», или на «ты», по имени?» Вася знал, что имя свое Грэй не любит. Он и согласился на него с большим трудом, после долгих объяснений, что человек без имени, пусть оно и смахивает на кличку — это, по меньшей мере, странно. И с личным номером тоже были свои заморочки, но только по-первости, конечно. Сейчас он уже пообтесался, к имени привык, и на позывные «пятьдесят второй» реагирует спокойно. А было, говорят, время, когда за это многие по лицу получали!

Как и всем остальным в бункере — от уборщика до БТР (боевой терминатор, используется в ситуациях, опасных для разумных существ), Василию была известна история Грэя. Результат ликантропии, необратимая стадия. И не надо этот термин путать с оборотничеством — в отличие от вервольфов, способных одинаково свободно превращаться и в зверя и в человека, Грэй в исходное состояние вернуться сможет только в одном-единственном случае — по окончании срока действия контракта с КСН. А до этого, извините, не выйдет. Научно доказано, что если хищник питается людьми, в особенности их кровью, то он иногда сам превращается в человека. Грэй как раз и был подобным хищником: волк-людоед из пятнадцатого века, вырванный из-под носа у охотников вербовщиками-резидентами Коалиции. Подобные экземпляры, сочетающие в себе два начала — звериное и человеческое, всегда ценились, потому что возможностей у них гораздо больше. Грэй был такой не первый, и не последний… Он уже тогда начинал трансформироваться и мыслить, как человек, поэтому подписал договор. Какое-то время Коалиции пришлось ждать полного очеловечивания и подавления звериных инстинктов (поговаривают, что все же кое-какие остались), но зато в результате они получили отличного наемника. Бескомпромиссного. Неподкупного (пройденный этап, кто только не пытался). Надо найти — найдет. Надо убить — убьет. Надо доставить — доставит… Устраивает это его самого или нет — не знает никто. Чужая душа — потемки, а уж душа Грэя вообще сродни Черной дыре. В том смысле, что лучше не заглядывать…

Чайников догнал наемника уже возле лифта, когда тот привычно набирал на панели код телепортотдела. Святая святых, простых системщиков сроду туда не допускали! Вася-то, положим, тут бывал, так сказать, неофициально, у Бухеля, но вообще-то это внутренними правилами совсем не поощрялось… Что это с Секретарем?

— И куда мы? — сгорая от нетерпения, спросил Вася.

— Вниз.

— Нет, я имел в виду…

— Земля, шестая реальность, — коротко ответил Грэй, входя в кабину с гладкими бескнопочными стенами. Василий втиснулся следом: прямоугольный куб лифта был более чем просторным, но Грэй каким-то непостижимым образом заполнял его весь.

— Шестая реальность? — наморщил лоб Чайников, вспоминая краткий курс истории миров, входящий в обязательную программу обучения системщиков. — Погоди! Эта не та, которая… Да это же Покинутая планета!

— Мне без разницы, — отмахнулся от Васиного лепетания Грэй. Двери кабины разошлись в стороны.

— А что мы там ищем?

— Держи, — наемник сунул ему в руки пластиковую код-карту. — Там все сказано.

— Но…

— Будешь много говорить, я пойду один, — отрезал мужчина, выходя из лифта. Они оказались в огромном зале с бесконечно уходящим вверх потолком и зеркально гладкими стенами из огнеупорного экстрацемента. Гудели пчелиным ульем трансформаторы, мигали индикаторные датчики, по полу змеилась тонкая паутина проводов. Кругом сновали служащие в белых форменных комбинезонах с синей нашивкой «КСН». Люди, жители других планет, андроиды… Наверное, случайному человеку, если бы ему вдруг стукнуло прогуляться по заброшенной территории старого военно-авиастроительного завода, и в голову бы не пришло, что маленькая заколоченная сторожка за заводской свалкой — вход в бункер Коалиции Сторонних Наблюдателей. Да ему бы и название это ничего бы не сказало. Существование Коалиции — информация не для всех. Оно и правильно — вряд ли среднестатистический обыватель спокойно воспринял бы тутошних галактических гастрайбайтеров! Иной раз такие «красавцы» встречаются — туши свет, сливай воду! Васенька сам долго привыкал, несмотря на статус абсолютного чемпиона в игре «DOOM-VI»… Наверху, в обычной жизни, таких не встретишь: во-первых, они сами людей побаиваются, а во-вторых — строжайший запрет Главы Коалиции. Только высунь нос — немедленная депортация с планеты. Это вам не «Люди в черном»…

Чайников, подавив врожденное любопытство и страсть ко всему электрокнопочному, приложил край карты с медным кружком схемы к считывающему экранчику на наручном ПК-браслете. Устройство пиликнуло, и экран выдал двухмерную голограмму исходного документа:

«Место назначения: третья планета Солнечной системы (Земля), реальность номер шесть, год 2086. Высадка: средняя полоса, зона 1152, ненаселенный пункт А-12. Задача: поиск, доставка. Предмет поиска: живое существо, класс разумных, предположительно антропоморфное. Имя: Морган Штерн. Биологический/физический возраст: приблизительно 17 лет по земному летоисчислению. Половая принадлежность: не установлено. Степень опасности: не установлено…»

Чайников в недоумении споткнулся о провод. Он видел много подобных стартовых документов, еще когда на практике их в папки с закрытыми делами подшивал, но…

«Пребывание: предположительно в указанном квадрате А-12. Степень адекватности: не установлено. Объем психополя: не установлено. Возможная охрана объекта: не установлено…»

Сплошные «не»! Это у них называется «ввести в курс дела»?! Донельзя удивленный Вася снова споткнулся и влетел лбом в спину Грэю.

— Смотри под ноги, — через плечо бросил тот. Он был явно не в духе. Все встречные, издали завидев крепкую фигуру наемника, спешили уступить ему дорогу. И это желание, прямо сказать, не было лишено логики. Сильными эмоциями, может, его природа и не наградила, а вот с кулаками точно полный порядок. Пересилив священную оторопь, Чайников протянул Грэю пластиковую карту и сказал:

— Извини, я нечаянно. Ты читал?

— Да.

Они подошли к титановому цилиндру, возле которого возился невысокий четырехклешевый гуманоид. Это был печально известный Бухель, любитель анекдотов с далекого Сириуса. Он уважительно кивнул Грэю и пожал Васе руку двумя клешнями, свободными от пульта и герметичной бутылочки с коктейлем из жидкого азота «Поцелуй медузы». «Вот паршивец, — с легкой завистью промелькнуло у Василия в голове. — Горячительное на рабочем месте! Пользуется тем, что начальстворедко вниз спускается. Кто его выдаст?» И вправду, выдавать было некому: здесь все свои, такие же, Вася не стукач, а наемникам вообще на все наплевать со звездолета…

— В рейс? — поинтересовался Бухель (его оригинальное имя на сириусском звучало настолько заковыристо, что земные коллеги, пару дней честно поломав языки, приклеили ему вот такое веселое прозвище). Грэй кивнул. Чайников, временно забыв про опасения, связанные с заданием, гордо выпятил впалую грудь:

— Да!

— И ты?! — изумился пьющий гуманоид.

— А что? — обиделся Васенька.

— Зачем?!

— И я о том же, — бросил Грэй, передавая четырехклешню карту. — Поехали. Хочу побыстрее закончить.

— А оружие?! — всполошился операционист.

— Парализатор. — Грэй дождался, когда свинцовая заслонка телепортационного контейнера поднимется, и шагнул внутрь.

— Всего лишь?!.. Погоди, но это же несерьезно! — опешил Чайников. — А вдруг там…

— Там нет жизни вот уже почти восемьдесят лет.

— А кого мы тогда ловим? — не сдавался Васенька. — Написано же: «Живое существо, класс…»

— Я умею читать, — проскрипел Грэй, мысленно кляня КСН и причуды Секретаря, навязавшего ему этот болтливый «подарочек». — Утихни. До запуска еще десять секунд, и дать тебе пинка на выход я, если что, успею… Намек понял?

— Но Секретарь сказал… — слабо воспротивился Чайников.

— Секретаря здесь нет. А дверь есть.

— Но… Я… Ладно, извини…

Дверь опустилась. Аппарат тихо задрожал. На табло одна за другой загорались цифры: «10, 9, 8, 7…»

Отсчет закончился. Что-то щелкнуло, мигнула лампочка под потолком, и из передатчика на груди наемника раздался голос Бухеля:

— Готово! Третья планета, шестая реальность. Удачи, Грэй! Ну, и тебе, Васька, того же по возможности…

— Свернись и не вякай! — отреагировал Васенька.

Грэй нажал на рычаг выхода и достал из кармана прожекторный фонарик. Свинцовая панель беззвучно поднялась, и их глазам открылось небольшое квадратное помещение. Вокруг громоздились автомобильные запчасти, гора покрышек, пыльные банки с краской, коробки с электросхемами…

— Гараж! — констатировал Чайников, узрев стоящий посередине автомобиль знакомых форм. — О! Маршрутка! Как у нас. Интересно, на ходу?

— Ничего не трогай, — велел наемник.

— Совсем-совсем?

— Да.

— А вот эту ма-аленькую схемочку — можно? — принялся клянчить Вася. — Подумаешь, она тут уже никому не…

— Нельзя! — рявкнул Грэй. Васенька с перепугу выронил из рук находку:

— Ладно, ладно, что ты так сразу?

— Пошли. — Мужчина направился к двери в стене гаража. Чайников, вздыхая, поплелся за напарником. Да… Теперь понятно, почему герой Коалиции в десанте только на полгода задержался! Не любит он людей. Мягко говоря… И им, если уж на то пошло, его тоже любить не за что!

Они поднялись по темной лестнице наверх. Грэй повернул ручку. Дверь не поддалась. Заперто. Наемник отступил на шаг, примерился и одним мощным ударом ноги выбил замок. Внутрь хлынуло солнце.

— Тепло, — расплылся в улыбке Вася, жмурясь, как кот на завалинке. Чуждый всякой лирики Грэй оглядел обширный автобусный парк, больше похожий на лесную чащу. Если бы не громоздкие вытянутые контуры автобусов, сплошь покрытые зеленым ковром ползучих растений, да не кислый запах ржавчины, едва пробивающийся сквозь аромат мокрой травы и земляных испарений, нипочем бы не догадаться, что это за место. Наемник прислушался — тишина. Впрочем, оно и понятно. Покинутая планета… Грэй настроил свой ПК-браслет на радар движения. Радиус — пятнадцать километров. Движущихся объектов не обнаружено. Увеличил до тридцати. Потом до пятидесяти. До ста — та же история.

Он нахмурился и поставил радар на предельный уровень, стараясь не отвлекаться на заглядывающего из-за его плеча любознательного системщика. Вася не вызывал у него ничего, кроме глухого раздражения.

Прибор пискнул. На дисплее высветилась надпись: «Радиус: шестьдесят пять километров. Обнаружено тепловое излучение. Форма жизни: антропоморфная. Движущийся объект найден». Грэй недоверчиво усмехнулся: ведь только что квадрат прошерстил! И в радиусе ста пятидесяти километров никого не было! А тут — шестьдесят пять и вот вам пожалуйста. Занятный объект, умеющий появляться из ниоткуда…

Браслет тихо пиликнул, словно напомнив о себе. На узком экране мигало: «Объект найден. Дать карту?». Наемник, пожав плечами, нажал на «да». Экран выдал голографическую схему.

— Линейное построение, — влез Васенька. — А это чего? Мост? Еще один мост? Три? Четыре? Венеция, что ли?! Всегда мечтал побывать в Италии!

— И еще помечтаешь, — усмехнулся Грэй, сворачивая голограмму. И, присев на корточки, принялся очищать от гибких зеленых стеблей бампер ближайшего вросшего в землю автомобиля. Ковырнул пальцем изъеденный ржавчиной номер — Россия. Семьдесят восьмой округ… Санкт-Петербург.

— А-а… — протянул разочарованный операционист, который был родом из Рязани. Бункер Коалиции находился в Подмосковье, так что в северной столице бывать занятому системщику пока что не приходилось. — Жаль. А так на Италию было похоже!..

— Где ты в Венеции маршрутки видел?

— Да я и Венеции-то не видел… — вздохнул совсем сникший Чайников.

— Пойдем, — развернулся наемник.

— Пешком?! Шестьдесят с гаком километров?!

— Закрой рот и иди.

— Ни за что!.. Тут же целый таксопарк!

— Все это давно проржавело.

— А в гараже? Если прочистить, наладить, заправить…

— Я не вожу машину.

— Я вожу! — заулыбался Вася. — У меня права двадцати восьми категорий! От A, B, C, D, E до Z-45 и UK-14!

— Ну надо же. И что ж ты тогда за пультом чахнешь?

— Происки недоброжелателей, — туманно намекнул Чайников, благополучно решив, что об одиннадцатом и последнем запрете водить все, имеющее руль или штурвал, Грэю знать совсем не обязательно. Экстремалом-энтузиастом Васенька был не только в компьютерах…

Вышеуказанный факт Грэй осознал, когда было уже поздно. Экспроприированная из подземного гаража маршрутка, несмотря на преклонные лета и отсутствие должного ухода, резво подпрыгивала на ухабах. Счастливый по уши Васенька крутил баранку, ловко минуя разбросанные по широкому потрескавшемуся полотну дороги редкие останки машин. Их железо давно сгнило и покрылось уже знакомым травяным ковром, в запыленном асфальте зияли дыры, в глубоких выбоинах стояла вода. Когда-то, вероятно, это было оживленное шоссе, но теперь… По обочинам, уходя пышными кронами ввысь, нескончаемыми рядами безмолвных часовых выстроились деревья. В глазах рябило от зелени. Природа очень быстро привыкает к отсутствию человека…

Мелькнул и остался позади теперь уже безымянный мост. По обе стороны дороги, за вереницами замерших у тротуаров зеленых автомобильных холмиков, начали вставать дома — одинокие и величественные, подобные забытым памятникам когда-то народным героям. Из провалившихся окон торчали ветви деревьев. Стены кое-где осыпались и покрылись буро-коричневой пылью. В черных провалах витрин, в ржавых коробах торчащих по углам ларьков, в неподвижной зеленой тиши скверов перед глазами Грэя вставало прошлое. Третья мировая, он слышал об этом, но подробностями никогда не интересовался. Только известных Коалиции реальностей — около двадцати. Историю каждой помнить — увольте, это не его работа!..

— Скорость сбавь, — сказал наемник. — Мимо проскочим… Что здесь произошло?

— Обычное дело. — Пожав плечами, Васенька послушно снизил скорость. — Характерный результат гонки вооружений. Какой-то из сверхдержав захотелось большего, и она напала. Атакуемая сторона в долгу не осталась, само собой. Случайно задели страны, соблюдающие нейтралитет, и те тоже встали на дыбы… Ну, сам понимаешь! Дело такое. Инволюция!

— Что?

— Постепенное разрушение культурной оболочки. Чем примитивнее вид, тем больше он склонен к агрессии, — надувшись от сознания собственной значимости, пустился в разглагольствования Чайников, хотя знал все это он исключительно потому, что ему очень нравились стройные ножки преподавательницы по курсу «Истории народов»… — Захотелось им, понимаешь ли, жить по принципу «разделяй и властвуй». Ядерный потенциал уже зашкаливал, но его не использовали: при взрыве атомной бомбы слишком высок уровень заражения местности, там потом все равно жить нельзя. И вот здешние умельцы очень кстати изобретают нейтронную бомбу…

— Она и сейчас есть, — заметил Грэй, сверяясь с картой. Еще пара кварталов.

— Они нас переплюнули. Это был слегка усовершенствованный вариант: взрывалась в воздухе и практически моментально убивала все, что шевелится. Причем заметь, радиус поражения — огромный. Проходит через фильтры и вентиляцию. Плюс эти умники умудрились добавить туда каких-то химикалий, вызывающих почти мгновенное и полное органическое разложение. Представь себе, неделя — и в атакуемой стране ни души, один пепел! А еще через неделю — воздух чист, земля не заражена, все, что осталось от последствий взрыва, уходит в атмосферу и всасывается космосом. Кстати сказать, на флору этот эффект не распространяется…

— Вижу, — кивнул наемник, мельком глянув в пыльное окно маршрутного такси. Мимо проплыл заросший парк, больше всего похожий на джунгли.

— Вот так-то! — подытожил Чайников, лихо выворачивая в переулок. — Пятидневная война — и планета опустела. Нам еще повезло — в шестой реальности на тот момент не было действующих атомных электростанций. От них отказались задолго до Третьей мировой. Иначе, пусть и не Чернобыль, но свою дозу мы и сейчас поймали бы — сам знаешь, на что способен всего один энергоблок, оставшийся без присмотра. Хотя, конечно, зазря старались ребята. Все равно ведь никто не выжил… Эй!

Системщик втопил в пол педаль тормоза. Грэй едва не въехал головой в лобовое стекло.

— Рехнулся?!

— Нет. — Вася посмотрел на его сердитое лицо. — Я вот тут подумал — война была в 2010-м! А мы сейчас — в 2086-м! То бишь, грубо говоря, прошло семьдесят шесть лет!

— И что?

— А мы ищем, цитирую: «Живое существо, класс разумных, возраст — семнадцать лет»! Откуль оно тут взялось-то?!

— Не знаю, — буркнул наемник, потирая руку, которую чуть не вывихнул, цепляясь за сиденье, чтоб не вылететь наружу при экстренном торможении. — Давай, поехали. Встанешь вон у того сквера.

Машина заурчала и покатила вперед.

— Несостыковочка… — бормотал Вася, сосредоточенно морща системный свой лоб. — Тогда не замораживали, способ передержки в анабиозе был открыт аж в 2155-м!..

— Может, это гость? — предположил Грэй.

— Нет! — решительно отмел идею напарника Василий. — Земля в этой реальности — своеобразный символ для всех галактик. Вроде исторического памятника с наглядным примером из прошлого… Здесь жить запрещено указом Коалиции.

— Возможно, он прилетел только что.

— По всей орбите — спутниковые датчики. Они бы засекли любое вторжение, и сигнал бы пошел на все операционные пульты. Ничего подобного не было, иначе нам бы сообщили… Ну не могло же существо взяться из ниоткуда?

Грэй пожал плечами.

— Мистика какая-то, — покачал головой Чайников. Привлекательность первого настоящего задания в его глазах начала стремительно тускнеть. Конечно, присутствие Грэя, отличного бойца и вообще профессионала, немного успокаивало, но что, если это существо — совершенно жуткое, непредсказуемое нечто?! О нем же нет никаких вразумительных данных, кроме имени и возраста. Имя-то человеческое, да… но люди людям рознь! Умирать героем Васенька не хотел. Да что там, жизнь как таковую он ценил гораздо сильнее, чем сомнительные лавры передовика Коалиции…

— Стой, — скомандовал наемник, снова включая режим поиска. На дисплее браслета немедленно высветилось: «Радиус поиска — один километр. Объект найден. Расстояние: 200 метров. 190 метров. 180 метров…»

— Оно движется прямо на нас! — в панике пискнул Васенька, со страху умудрившись припарковаться в узкой подворотне мало того что без лишнего шума, так еще и не задев ни одной машины.

— Глуши двигатель. — Грэй открыл дверцу и мягко спрыгнул на пыльный асфальт. Отчаянно трусящий системщик бросил руль и полез следом.

«150 метров… 130 метров… 100 метров… 60 метров…»

— Я знаю!.. — забился в припадке Чайников. — Это саблезубый мутант кенгуру!

— Не пори чушь.

— Ага, а чего он так скачет?!

— Тихо ты, — шикнул на паникера Грэй. — Если прекратишь истерику, то будет слышно, что он не идет, а едет.

— Да? — Васенька оттопырил уши. С конца улицы явственно доносился рычащий звук мотора.

— Без глушителя, — автоматически сообразил системщик, прячась за спину Грэя. — Судя по тембру — мотоцикл…

Звук приближался, нарастал грохот. Напарники осторожно высунули носы из подворотни и тут же отпрянули. Мимо них вихрем пролетел ревущий мотоцикл, на котором, по всей видимости, и сидело искомое нечто, оглашающее окрестности диким визгом, переходящим в ультразвук. Как оно выглядит, разобрать не удалось, звериный нюх тоже применить не вышло — запах паленой резины и душная бензиновая вонь не дали наемнику разобраться в принадлежности лихого наездника к той или иной галактической расе.

Мотоцикл вильнул передним колесом и с оглушительным «бам-м!» влетел в стену. На секунду стало тихо. Грэй недовольно поморщился:

— Доставили…

— Ну и черт с ним, язви его в базу! — обрадовано зашептал Васенька. — Мы же не виноваты…

— Может, жив еще. — Грэй вышел из подворотни. Трясущийся Василий пристроился сзади, вознося про себя страстные мольбы о том, чтобы под обломками мотоцикла не оказалось ничего, кроме хладного трупа.

— Вот это дерябнуло! — восторженно завопил кто-то. Послышался металлический скрежет и грохот. Наемник приостановился, на ходу вынимая из кобуры бластер. Заряжен капсулами с какой-то нервно-паралитической дрянью, при прямом попадании в течение пяти секунд полная отключка гарантируется. Чтобы с доставкой проблем не возникало. А там уже либо через пару часов сам отойдет, либо медики помогут…

— Йо-хо-хо!.. — не унимался кто-то. К голосу добавился топот ног: объект скакал, как молодой антилоп и, по всей видимости, прекрасно себя чувствовал. Сие открытие взмокшего системщика отнюдь не вдохновило. Грэй решительно шагнул вперед, на проезжую часть. Васенька побледнел, как снеговик, и мышкой юркнул за один из зеленых автомобильных холмов.

Навстречу наемнику Коалиции выпрыгнуло искомое создание. Выпрыгнуло и остановилось, как вкопанное, выпучив глаза и раскрыв рот.

— Морган? — после паузы спросил Грэй.

— И-и-и! — заверещало нечто, споткнувшись на ровном месте и от неожиданности приземлившись на асфальт. Наемник неуверенно опустил оружие и повторил:

— Тебя зовут Морган? Морган Штерн?

— А ты кто?!

— Грэй. — Наемник с нарастающим недоумением смотрел на объект. Человек. Мало того, недавно достигший пубертатного возраста, да еще и девчонка, кажется… Юбка а-ля широкий пояс, колготки в черную сетку, черная футболка со знаком анархии на груди, кожаный ошейник с шипами, черные волосы, неровно подстриженные почти под ежик с одной стороны и длинные, до пояса, с другой. Лицо, в общем-то, симпатичное, но разрисованное, как у индейца племени сиу, вырывшего топор войны. И два карих глаза, остолбенело моргающие махровыми от туши ресницами. Красота неземная. Даже перекреститься тянет… И плюнуть три раза через левое плечо.

— А, — сказало существо. — Грэй. Ты живой?

— Пока да. Так ты Морган?

— Морган. А ты откуда взялся? — Девочка поднялась с асфальта и отряхнула юбку. — Здесь никого нету.

— А мне больше никто и не нужен. — Палец наемника замер на спусковой кнопке. Стрелять, или так пойдет? Судя по внешнему виду, у нее интеллект ниже точки замерзания…

— А я тебе зачем? — Она склонила голову набок. «Щенок щенком, — подумал Грэй и убрал бластер. — Смешно. Так справлюсь»

— Пойдем с нами, — сказал он. Морган расширила глаза:

— А вас тут много?!

— Сколько есть. — Васенька, до которого наконец дошло, что бояться тут нечего, высунулся из своего укрытия. — Привет! Будем знакомы. Василий!..

— Люди, да? — уточнила девочка.

Наемник, помедлив, кивнул.

— Настоящие, да? Вы пришли, чтобы меня забрать?

— Именно. — Грэй протянул руку. — Поэтому…

— Ур-ра-а-а! — взвизгнул объект, кидаясь ему на шею. Наемник, с которым никто за всю его жизнь так себя не вел, опешил, не успев отскочить в сторону. Вася, глядя на беспомощное лицо напарника, почесал в затылке. Он мог понять, конечно, все. Но зачем вот это Коалиции?! Таких и в Рязани хватает…

— Наконец-то! — вопила девочка, душа Грэя в счастливых объятиях. — Я знала, знала, что когда-нибудь вы придете. Тут тоска зеленая, хоть тресни! А там, откуда вы, там много людей, да? И птицы поют, и трамваи ходят?! Заберите, заберите меня скорее!

Глава 2

Секретарь молча смотрел на блиц-депешу от Председателя. Она гласила: «Объект номер 7-9 по прибытии срочно доставить на Фобос. Тринадцатого перевести на Марс системным администратором третьего звена. Грэя отпустить. О результатах доложить лично». Секретарь скосил глаза на подпись. Персональнй номер Председателя. Обычно такие дела решает совет Коалиции… И почему Фобос? Объект 7-9, судя по всему, — землянин, значит, он должен быть доставлен в земной филиал. Сюда, в Нью-Йорк или Пекин, не важно. Главное — на Землю! А уж никак не на Фобос.

Секретарь нажал на кнопку передатчика связи. Ему ответил голос Председателя:

— Да, Логан?

— Сэр. Я получил депешу.

— Они уже прибыли?

— Еще нет. Почему Фобос?

— Таково решение Коалиции. Наше дело маленькое, Логан, мы исполнители.

— Да, сэр. Я дам вам знать. — Он отключил связь и оглянулся на стоящую за его спиной Тию. — И что ты думаешь?

— Если это решение совета…

Они посмотрели друг на друга.

— Кто такой Морган Штерн? — спросил Логан.

— Попробуем узнать. — Первая помощница Секретаря нажала на рычаг. Металлическая столешница перевернулась, обнаружив с внутренней стороны клавиатуру. Тонкие пальцы Тии пробежались по плоским клавишам, и над пультом спроецировался голографический экран.

«Вход в систему».

Секретарь ввел личный код и набрал: «запрос».

«Система готова».

«Объект 7-9. Инициализация», — ввел Логан.

«Имя: Морган Штерн. Вид: антропоморфный. Место пребывания на данный момент: третья планета Солнечной Системы, реальность номер шесть».

— Это мы знаем, — недовольно сказал Секретарь, входя в окно «Расширенные сведения».

«Введите пароль».

— Какой еще пароль?

— Закодировано, — Тия покачала головой.

— Взломай.

Она защелкала клавишами.

«Введите пароль».

— Это не работает. Высшая степень защиты данных. Уровень секретности — 11. Как в закрытых архивах…

— Хочешь сказать, их никогда не ломали?..

— Месяц назад была утечка, — вспомнила она. — Но у владельца пароля было стопроцентное алиби, и дело замяли.

— Значит, это был кто-то другой… Можно узнать, кто?

— Нет. Уже искали. — Девушка посмотрела на него. — Логан, ты же слышал — это воля Коалиции! Не думаю, что им понравится наша излишняя заинтересованность… И, между прочим, забыла спросить — зачем ты отправил двух человек вместо одного? Босс этого не приказывал.

«Да уж, — усмехнувшись, подумал Секретарь. — Не приказывал. Даже наоборот, подчеркнул, что Грэя следует направить на задание в одиночку… Что ж, за свою «самодеятельность», я уже получил, но зато теперь, если даже Грэй уйдет сразу же после того, как выполнит предписание, у меня останется тринадцатый. Захочет жить — и вернется, и расскажет все, что от него потребуют…»

— Мне не нравится это задание, Тия. И мне не нравится, когда кто-то обделывает сомнительные делишки на вверенной мне территории.

— Но он же Председатель Коалиции!

— Коалиция не высший разум. — Секретарь откинулся в кресле. — Они не могут предусмотреть все. Вызови мне Бухеля.

— Логан, ты же не собираешься…

— Собираюсь. — Он сдвинул брови. — Шестая реальность вполне пригодна для жизни, а у нас будет время, чтобы во всем разобраться.

— Но это незаконно!

— Всю ответственность я беру на себя. Тия, не забывай, пожалуйста, для чего мы здесь.

Она склонила голову:

— Хорошо.

Дверь за ней тихо закрылась. Секретарь прикрыл глаза, стараясь сосредоточиться на объекте 7-9. Что это и что за ним стоит? И кому он так нужен — Коалиции или Председателю?

Солнце припекало. Не спасали даже деревья и густые зеленые заросли — наоборот, в их колеблющейся тени было еще более душно и влажно. Взмокший Васенька оглянулся назад и подавил вздох — маршрутку пришлось оставить возле сквера: Морган сказала, что через дворы она все равно не проедет, а пешком куда как короче, чем в объезд через два квартала.

— Долго еще? — Системщик приостановился, чтобы завязать волочащийся по асфальту длинный шнурок. Девочка обернулась:

— Почти пришли. Тут вот под арку и налево. Только осторожнее, там штукатурка осыпалась и кирпичи падают.

— Миленько, — буркнул Чайников и покосился на Грэя. Наемник шагал чуть позади, задумчиво жуя травинку. Судя по всему, его не волновали ни останки цивилизации, ни Васенькины мучения, ни даже объект 7-9. «Если этого парня вообще что-нибудь волнует, — пришел к выводу Василий. — Удивляюсь, как он ее сразу на плечо не бросил и к кабине не поволок?» Системщик почесал в затылке и снова посмотрел на девочку. То есть, конечно, уже скорее девушку, однако… Вот что значит полная изоляция! Вроде, взрослый человек, а судя по поведению — дите дитем. И доверчивая — дальше некуда просто! «Явись за мной черти кто, черти откуда, — подумал Чайников, — так только бы они меня и видели! А эта… Прыг на шею — и я ваша навеки». Он фыркнул, вспомнив выражение лица своего напарника тогда, на дороге, и тихонечко пропел:

— Забирай меня скорей, увози за сто морей… и получишь десять лет — восемнадцати мне нет! Морган, а, Морган! Может, ну их, эти твои вещи? Я расплавлюсь сейчас.

— Не успеешь, — улыбнулась она, останавливаясь у приоткрытой железной двери подъезда. И сделала приглашающий жест рукой. — Вот! Мы пришли!

— Этаж, надеюсь, не пятнадцатый? — окинув взглядом высотное здание и вспомнив, что электричества тут давным-давно нет, а значит, на лифт можно не рассчитывать, спросил Васенька. Девочка помотала головой:

— Четвертый. Пойдемте! Я быстренько соберусь, а вы отдохнете немножко… Могу коктейль сделать! Со льдом!

— И с вискариком, — хмыкнул Чайников. — Откуда у тебя лед?

— Из холодильника, — как ни в чем не бывало, отозвалась она, топая вверх по темной лестнице. — И виски тоже есть. От старых хозяев остался. Только он уж, наверно, просроченный, Вася. Ему почти сто лет… Может, лучше соку?

— Там поглядим, — расплылся в алчной улыбке системщик. В голове у него запрыгали цифры. Столетний вискарь?! Да только за одну-единственную бутылку ценители-коллекционеры в лепешку расшибутся! А если, к примеру, ящик? Дом-то большой, красивый, небось люди состоятельные жили. Если по этажам пробежаться, то…

— Губу не раскатывай, — донеслось из-за спины пускающего слюни Васеньки. — Выносить что-либо, принадлежащее чужой культуре и реальности — запрещено.

— Ну конечно! — сердито нахохлился Чайников. — Значит, ей можно, а мне нельзя?!

— Она часть этого мира. Если ее вещи не несут угрозы для жизни и истории, она имеет на это право.

— Но…

— Не обсуждается. — Грэй, нагнав Василия, легонько подтолкнул его в спину. — Двигай. Я не собираюсь тут весь день торчать.

— Тоже мне, судья Дредд… — обиженно буркнул системщик, ускоряя шаг. Возражать напарнику он не стал. Но про себя подумал, что от одной бутылки виски КСН и всемирной истории никакого вреда не будет. А если все дело в том, что он, Вася, не из этой реальности… Ну так а в чем проблема? Пихнуть стекляшки объекту в сумку — а на выходе сказать, что виски ей дорог как память! И кто придерется?

Квартира была большая, обставленная со вкусом и шиком, но порядком запущенная. Любопытный Васенька сунул нос за каждую из лакированных дубовых дверей, расчихался от пыли и занятие это бросил. Комнат было шесть. В пять из них, судя по всему, никто не заходил с самой войны. Только кухня и небольшая спальня с балконом, выходящим в зеленый дворик, были обитаемы. На кухне, сидя на подоконнике и прихлебывая воду со льдом, скучал Грэй. А по обжитой комнатушке, заваленной мягкими пуфиками, видеокассетами, коробочками с дисками и неимоверным количеством книжек, метался черноволосый ураган — Морган собирала вещи. Чайников сунул нос в маленький холодильник, скорчил гримасу (одна капуста с морковкой!) и проскользнул в обиталище объекта 7-9. Девчонка была, конечно, слегка не от мира сего, но на мрачную физиономию напарника любоваться — удовольствие ниже среднего… Вася прислонился к стеночке, посмотрел, как Морган утрамбовывает в громадный чемодан какие-то туфли, яркие тряпки и связку книг, и покачал головой. Убедить объект в том, что всего этого добра и у них навалом, не получилось.

— Морган, — вздохнул Васенька, обеспокоенно рассматривая пухнущий на глазах чемодан. — Ну зачем тебе все это?

— Это не все, — в тон ему вздохнула она, сгребая со столика какие-то пузырьки и флакончики. — Все не поместится…

— А что за зелья? — Системщик прищурился. — Косметика, что ли? Так она, небось, давно протухла вся! Даже термопаста долго не живет… Оставь! У нас магазины от свежака ломятся.

— Это не старое. Это я сама делаю! И крем, и пудру, и вот… тушь! Жалко, у теней палитра небольшая, натуральные красители, сам понимаешь…

— Угу, — глубокомысленно откликнулся Вася, изучая ее лицо. Ну и раскрас! И натуральностью даже не пахнет. — Слушай, а кроме морковки у тебя погрызть ничего нету?

— Почему? — Она пожала плечами. — Капуста, картошка, репа оставалась… И яблоки! Только они зеленые еще. Хочешь?

— Нет, спасибо… Я больше по колбасе как-то. Так ты сама это все растишь?!

— Конечно, — недоуменно обернулась девочка. — А кто же еще? Вон, выгляни на балкон, там внизу огород… Уф! Ролики придется оставить.

— Я б еще и скейтборд вынул, — не удержался Чайников, обходя разросшийся до размеров дивана чемодан, и вышел на балкон. — А! Генератор! То-то я и думаю, откуда у тебя электричество?

— Только четыре года назад поставила, — донеслось из комнаты. — Без него трудно было. С дровами плохо, а их пока найдешь… Я раньше, когда была маленькая, внизу жила. Ну, знаешь, в метро. Там зимой не так холодно, и костер можно… Ой, Вася, а зачем ты мне в куртку бутылку завернул?

— Для надежности, — высунулся с балкона Чайников. — Только тс-с! Грэй увидит — отберет. Тебе же не жалко?

— Нет, — растерянно сказала девочка. — Но я такое не пью.

— И я не пью, — соврал Васенька, возвращаясь в комнату. — Это моему старенькому дедушке. Любит стаканчик пропустить у камина, знаешь ли! Хоть порадую старичка… Если ты не против, конечно.

— Пусть лежит. — Она грустно улыбнулась. — У меня же дедушки нет. И бабушки тоже…

За стеной глухо фырчал автономный генератор. Грэй допил свою воду, поставил стакан на стол и, зевнув, посмотрел в окно. Снаружи было тесно от зелени.

Четвертый этаж. Лифта нет. А сколько весит генератор? Девочка, однако, сильнее, чем кажется. Наемник щелкнул кнопкой браслета и усмехнулся. Загадочный Морган Штерн, про которого ничего никому не известно. А на деле? Он настроил определитель-идентификатор. Ну-ка, посмотрим, что в ней такого особенного…

«Объект 7-9, — выдала система, — вид: антропоморфный, биологический/физический возраст: семнадцать лет по земному летоисчислению. Личные параметры…»

Грэй поднял брови. На экране моргала надпись: «Сканирование невозможно».

— Как это? — удивленно пробормотал наемник, пробуя повторить попытку. Ничего не изменилось.

— Что такое? — в дверях нарисовался Чайников.

— Объект блокирует сигнал системы.

— Кто?! Эта?! — не поверил Васенька, косясь через коридор в сторону комнаты. Морган, сосредоточенно сопя, пыталась застегнуть раздутый во все стороны чемодан. — Да ладно грузить…

— Сам посмотри. — Грэй сунул браслет ему под нос. Системщик почесал в затылке:

— Первый раз такое вижу.

— Я тоже. — Грэй нахмурился. — Так и знал…

— Ты про что?

— Не важно, — ушел от ответа наемник, вспоминая нехорошим словом Председателя. Это с самого начала было странно. Слишком простое задание для его уровня. И очень… удачно — прямо перед уходом. Зачем? Чтобы ничего никому не рассказал? Он покачал головой — нет, не сходится. Тогда бы послали одного. А это недоразумение в кедах? Видно невооруженным глазом, что умение держать язык за зубами в его характеристики определенно не входит. В чем смысл?!

Генератор, закашлявшись, умолк. В прихожей что-то грохнуло и засопело — объект 7-9, покраснев от натуги, волок к входной двери свою котомку. Грэй, оставив неразрешенные вопросы на потом, поднялся:

— Готова?

— Ага! — закивала Морган. — Ты мне вот это… донесешь?

Он прижал внешнюю пластину браслета к боку чемодана и нажал на скан. Прибор пиликнул, и на экране высветилось: «Оружия, отравляющих веществ и исторических ценностей заданного квадрата не обнаружено». Вот и хорошо. Грэй взялся за ручку и крякнул:

— Что ты туда насовала?

— Да так, по мелочи, — улыбнулась девочка, — самое необходимое…

Чемодан был неподъемный. По мелочи?.. Хорошенькое определение. «Надеюсь, кабина сдюжит», — подумал Грэй, носком берца открывая дверь. Чемодан ударился о косяк, и в его кожаных недрах что-то глухо булькнуло. Та-а-ак…

— Тринадцатый. Что я тебе говорил о правилах?

— А что не так? — изумленно распахнул глазки Васенька. — Я чист. Хочешь — обыщи… Ладно, вы спускайтесь, а я пойду старушку заведу пока!

Системщика как ветром сдуло. Грэй проводил недовольным взглядом спину в клетчатой рубашке и махнул свободной рукой. Понятно. Своего не упустит. Хоть водить умеет, и то хорошо! С такой-то тяжестью в руках до самого автобусного парка тащиться — мало радости.

— Иди вперед, — сказал он девочке. — Дверь внизу придержишь. Кстати, где ты взяла мотоцикл?

— На складе. — Она пожала плечами. — Там много, в больших таких контейнерах… Склад тоже закрытый, вот кое-что и сохранилось. Ты хочешь взять мой мотоцикл тоже?!

— Нет. — Наемник внутренне содрогнулся от такого «заманчивого» предложения, перекинул чемодан из затекшей левой руки в правую и двинулся вниз по лестнице следом за весело щебечущим объектом 7-9.

Маршрутка выехала на проезжую часть. Девочка повертела головой и захихикала:

— Это ваша тачка?

— Почти, — слегка смутился системщик. — А что?

— Вот это ты написал?

— Где?

— Вот! — Она ткнула пальцем на приклеенную над зеркалом выцветшую бумажку: «Девушки! Держите колени вместе! И вам не холодно, и водителю не жарко!». Васенька расплылся в широкой улыбке:

— Нет, это не я… но вообще-то верно сказано! Я раньше такси водил, так иной раз такая конфетка сядет — сплошные глюки в системном каталоге! Особенно весной хорошо…

— Почему?

— Весной у девушек ноги появляются!

Морган покраснела до ушей, пытаясь натянуть пониже подол короткой юбчонки. Грэй покосился на молодежь и, пожав плечами, включил передатчик связи.

— Отдел телепортации, — ответил механический голос авто-приемщика.

— Говорит пятьдесят второй. Подготовьте канал. Будем через десять минут.

— Вас понял, — передатчик согласно щелкнул, и связь прекратилась. Васенька удивленно повернул голову:

— А где Бухель?

— Не знаю. Смотри на дорогу.

Чайников, вовремя крутанув руль, удачно вписался в поворот.

— А это что за штучка? — Морган ткнула пальцем в передатчик. Грэй отодвинулся:

— Не трогай.

— Почему?

— Нельзя, — недовольно ответил наемник. Еще одна любопытная. Дал же бог компанию.

— А почему тебя зовут Грэй? Потому что ты серый? — не отставала она. Наемник машинально взглянул в боковое зеркало. Серый. Наверное. Еще полковник Хартнел-старший, предшественник нынешнего Секретаря, прозвище дал. Прижилось. И, в общем-то, не особо грешит против правды. Все, что осталось от волчьей шкуры — это шевелюра цвета перец с солью.

Он снова почувствовал усталость. Рука нащупала в кармане договор. «Ну вот, теперь уже все. Сдам объект, и…»

Передатчик на груди Чайникова захрипел и включился в аварийном режиме. Их мембраны донеслось:

— Васька!

— А, здорово, Бухенвальд, — ухмыльнулся системщик. — Куда пропал?

— Замели меня, Васька! — ответил гуманоид. — В карцере сижу!

— За что?! — Васенька от удивления едва баранку из рук не выпустил.

— Вроде как за злоупотребление на работе… Только туфта все это! — Бухель почему-то перешел на шепот. — Слушай, я не знаю, что тут у них происходит, только кажется мне, что это из-за вас!

— Почему? — Грэй быстро обернулся. Утихшие было подозрения вспыхнули с новой силой.

— Я только что от Секретаря, он вроде как мне внушение делал, — торопливо заговорил Бухель. — Его по внутреннему Сам вызывал…

— Председатель? — напрягся Грэй.

— Да! Так Секретарь вышел, а я у него на столе депешку углядел, ну и срисовал по-быстрому…

Он на секунду замолк. В микрофоне раздался треск.

— Бухель!

— Ресурс отрубили… — сквозь шум едва донеслось из передатчика. — Васька… я тебе скинул… на личный… Председатель, он…

Аппарат мигнул всеми тремя лампочками и затих. Васенька потыкал в него пальцами и, не дождавшись реакции, обеспокоено посмотрел на напарника:

— Ты что-нибудь понял?

— Нет, — медленно ответил тот. — Прибавь-ка скорость. Не нравится мне это…

— А что происходит? — завертела головой Морган. — Кто такой Бу… хель? И председатель — он председатель чего?

— Подожди, — прервал ее Грэй. — Лучше скажи, сама-то ты кто?

— Я?.. — Она неуверенно улыбнулась. — Ну, я… Я Морган…

— Кто твои родители?

— Не знаю. Я их никогда не видела.

— А кто дал тебе имя?

— Не знаю. Оно как-то… само! — Девочка развела руками. — Мне так сказал Голос.

— Какой еще голос? — опешил Грэй.

— Ну не знаю я! Обычный. В голове. Он иногда говорит со мной…

Васенька сделал большие глаза и на всякий случай отодвинулся поближе к дверце. «Психическая!.. — пронеслось у него в мозгу. — С шизофренией ты никогда не будешь один?!.. Интересное кино — Бухель в каземате, Грэй ведет себя странно, да еще и объект, оказывается, на голову ударенный. Ничего не скажешь, отличное боевое крещение».

— Как ты здесь оказалась? — продолжал допрос наемник.

— Я… не помню…

— Еще и амнезия, — простонал несчастный Чайников. — Грэй! Что они нам подсунули?!

— Не мешай… Ты давно здесь?

— Да. — Девочка переводила взгляд с одного напарника на другого. — А что? Это важно?

— Ты помнишь людей?

— Нет. Тут никогда никого не было…

— Ты умеешь читать. Кто тебя учил?

— Никто, — совсем растерялась она. — Я просто… просто умею!

— Такого не бывает, — заметил Васенька. — Грэй, ты, конечно, как хочешь, но нам тут, по-моему, лапшу на уши вешают.

— Я не вру! — выпрямилась девочка. — Может, меня и учили, я просто не помню! Что здесь такого?!

— Да ровным счетом ничего! — взвился Вася. — Этого не знаю, этого не помню, но тем не менее все абсолютно нормально!

— Все было хорошо, пока вы не пришли! — крикнула девочка. На глазах у нее блеснули злые слезы. — Что ты привязался?! Если я вам так не нравлюсь, оставьте меня здесь!

— Да с удово…

— Тринадцатый, утихни, — велел Грэй. — Развел панику на пустом месте. Морган, я просто хочу понять…

— Я тоже хочу! — Она повернулась к нему. — Думаешь, я не спрашивала?! Но Голос, он… не отвечает! Он приходит, когда хочет, и говорит только то, что хочет! Его нельзя заставить!

Грэй нахмурился.

— Приехали, — сухо сказал Чайников, посчитавший себя незаслуженно обиженным. Молчавший наемник поднял голову:

— Пошли. Разберемся там.

— Я никуда с вами не пойду! — заявила вдруг Морган, сжимая кулачки. — Вы психи! Что вам от меня нужно?!

— Послушай. — Грэй смотрел прямо перед собой. — Мне от тебя вообще не нужно ничего. Мое дело — доставить тебя туда, куда мне велели. Поэтому советую прекратить орать и молча идти.

— А если я не пойду?!

Он со вздохом вынул бластер:

— Тогда понесу. Но лучше — сама.

— Вы меня… убьете?

— Нет. — Он положил палец на спусковой клапан. — Усыпим. Ну так что?

— Ладно! — Она, помедлив, независимо вздернула курносый нос. — Но имейте в виду, я буду жаловаться!

— Кому, интересно? — усмехнулся наемник, открывая дверцу.

— Вашему начальству!

Чайников фыркнул и спрыгнул на асфальт. Ага, попробуй. Секретарю-то! Ему рискни слово сказать — извиняться замучаешься… Кстати, о Секретаре. Что такого сделал Бухель? И за что ему вырубили ресурс?

«Я тебе скинул… на личный…». Ага! Вот и посмотрим!

Спустившись вслед за Грэем и Морган в подземный гараж и войдя в кабину, Васенька быстро набрал код на ПК-браслете. Так-так… входящие… есть! Блиц-депеша. Ну, Бухель, ну, шустрила, не постеснялся в личную документацию босса клешню сунуть… Чайников открыл документ. Прочел. И ему стало нехорошо.

— Грэй.

— Что? — Наемник поставил на пол кабины тяжелый чемодан и нажал на «старт». Дверная панель начала опускаться.

— Посмотри.

Грэй склонил голову над голограммой депеши. Лицо его приняло задумчивое выражение.

— Ну, и как тебе? — безрадостно поинтересовался системщик. — На Марс! Третьим администратором! За что?!

Мужчина не ответил. «Теперь понятно. Свидетелей не будет».

— Что ты молчишь? — надрывался Вася. — Тебе-то, я понимаю, все равно, ты уходишь, а я?! Я не хочу на Марс! Чего там делать?! Климат нулевой, связь барахлит и девчонки страшные! Да еще и третьим адми…

— Нет.

— Нет? — не понял безутешный Чайников. Грэй спокойно посмотрел ему в лицо:

— Там нет такой должности. Я служил на Марсе. Так вот, у них всего один главный пульт. И на нем — всего один администратор.

— Но тут же…

— Это шифровка. «Второй» — отправить на гражданку, «третий» — убрать, чтобы не мешал…

— Ме-ме-меня? — вздрогнул Васенька, с ужасом глядя в желтые глаза напарника. — За-за-зачем? Что я такого сделал?!

— Ты — ничего. Я тоже, хотя мне и терять в принципе нечего… — Грэй перевел взгляд на замершую в недоумении девочку. — Остается только она.

— Я? — тихо спросила Морган.

— Поздно, — прошептал мертвеющий системщик. Все трое обернулись на индикаторную панель.

«6… 5… 4… 3… 2…»

Грэй повернулся лицом к двери и взялся за бластер.

— Скоро? — Председатель гипнотизировал взглядом титановый корпус телепортера.

«Нервничаешь», — подумал Секретарь и посмотрел на табло:

— Отсчет пошел, сэр. Несколько секунд, и они будут здесь.

— Да, я понимаю… — Председатель потеребил заколку на галстуке. Даже его ненастоящее скафандровое лицо нервно подергивалось.

— Логан, — шепнула стоящая рядом с Секретарем Тия, — я не…

— Все в порядке, так ведь?.. — одними губами спросил он. Девушка хотела что-то сказать, но тут к ним обернулся Председатель:

— В чем дело?

— Ни в чем, сэр, — невозмутимо ответил Секретарь. «Она не успела? Почему у нее такой странный вид? Да, босс нагрянул внезапно, еще до того, как нейтрализовали Бухеля, но у нее было время! Что делать, если… Черт!»

Он будто невзначай скользнул взглядом по четверым молчаливым десантникам, стоящим за спиной Председателя. Конвой. Если их с Тией маленькая хитрость не удалась, теперь выяснить что бы то ни было будет слишком сложно.

«5… 4… 3…»

К пульту не подобраться. Заметят. Это слишком рискованно…

«2… 1… 0»

Логан замер.

Аппарат издал звуковой сигнал и перестал гудеть. Свинцовая дверная пластина начала медленно подниматься. Десантники взяли кабину на прицел.

— Логан, — у его уха раздался голос помощницы, — я ничего не смогла сделать. Еще раньше, чем босс, здесь была его охрана. Я… Прости.

Секретарь скрипнул зубами от досады.

— А теперь… — начал было Председатель и умолк, в бешенстве глядя прямо перед собой. Логан проследил за его взглядом и внутренне ухмыльнулся.

Кабина была пуста.

Васенька зажмурился, прячась за спину наемника. Перед глазами стремительно мелькали картинки из собственной еще такой недлинной жизни. Все, приплыли… магнит им в сумку!

Он почувствовал, как в его рукав вцепились чьи-то пальцы. Морган.

Телепортер пиликнул, над дверью зажглась табличка «Выход». Чайников вдохнул полной грудью воздух и приготовился к неизбежному… Секунды текли, как часы. Щелкнул предохранитель бластера.

— Я спросил у Рамблера, — для храбрости загундосил себе под нос системщик популярную песенку, — где моя любимая?

— Ты б еще у Яндекса, идиот, спросил… — ухмыльнулся рядом Грэй. Вообще-то, попсу он не переваривал, но эта композиция уже третью неделю держалась на вершине хит-парада радио «Синяя плесень», которое на полной громкости любил слушать его сосед. — Не трясись. И глаза тоже можешь открыть… напарничек.

— А?.. — Чайников захлопал ресницами. — Это что?! Мы где?!

— Меня это, в общем-то, тоже интересует.

— Ой, — сказала Морган, расширив глаза. — Лес!

Васенька очумело уставился на зеленую лужайку. Вверху ясно синело небо. Пели птицы. Ожидаемого бункера по ту сторону не обнаружилось…

— Ну, Бухель! — только и произнес Вася. Потому что больше он сказать ничего не мог.

Глава 3

— Это еще что?! — рычал ополоумевший Председатель. — Где Грэй?! Где…

— Я не знаю, сэр.

— А кто это должен знать?! — Босс разразился длинным потоком исконно фобоской ругани. Тия, знающая языки, залилась румянцем и опустила ресницы… Логан заглянул в телепортер. Никого. С одной стороны — хорошо, значит, время еще есть. Но с другой — куда же они могли деться? Если Тия и пальцем к пульту не прикоснулась. Странно.

— Кто последний работал в режиме телепортации?

— Бухель, сэр.

— Где он?

— В карцере. Уже больше часа. За несоблюдение правил поведения на рабочем месте.

— Подать его сюда! — топнул лакированным ботинком Председатель. — Я у него сам спрошу…

— Не стоит, — покачала головой первая помощница Секретаря. — Взгляните!

Она ткнула пальчиком в сторону задней стенки телепортера. Защитная панель была снята. Рядом, на столике, лежали инструменты.

— Он отлаживал схему, — понял Логан. — Как раз тогда, когда его забрали…

Секретарь нагнулся и увидел оплавленные контакты. За дело посадили, между прочим. Прямое действие серно-азотистой кислоты. Он посмотрел вниз и пнул что-то носком ботинка. Под ноги Председателю подкатилась пустая бутылочка из-под коктейля «Поцелуй Медузы». «Перепугался, милый друг, когда за ним пришли, клешня дрогнула… Понятно»

— Высшая мера! — рявкнул Председатель.

— На каком основании, сэр? — поднял глаза Логан. — Это административное нарушение, только и всего…

Под цепким взглядом подчиненного Председатель взял себя в руки:

— Да. Пожалуй, я погорячился… Депортировать с надлежащим отзывом и запретом дальнейшей службы в КСН.

— Слушаюсь, сэр, — кивнул Секретарь. Предчувствие его не обмануло. И совет Коалиции здесь явно не при чем.

Председатель вынул портативный поисковик и подключил его к сети через центральный пульт отдела.

— Кабину привести в исходное состояние. И немедленно, Логан! Скорее всего, они остались по ту сторону… Я пойду туда сам.

Он набрал код.

— Но это может быть опасно, сэр!.. — Секретарю вовсе не улыбалось такое вот начальственное рвение.

— Чушь! — отмел предостережения босс. — Посмотрим…

«Расширенный поиск, — выдала система. — Планета три, реальность шесть, год 2086. Признаков жизни не обнаружено».

Лес был совершенно дикий. Никаких следов присутствия человека. Продираясь сквозь ветки, Грэй шагал впереди остальных, на всякий случай держа руку на кобуре. Помимо людей всегда есть чего бояться… Что это стряслось с телепортером? Где они? Можно было, конечно, попытаться выйти на связь с бункером, но наемнику этого не хотелось. Он справедливо подозревал, что ничего хорошего для себя не услышит. И не столько для себя — для них. Где-то внутри него все еще жил впитанный с молоком матери принцип стаи. Стаи, из которой его выгнали, когда он пристрастился к человечине. Человек — мелкая добыча, особенно одинокий и невооруженный. Это все равно, что есть падаль, сказал тогда вожак. И был прав. Волк — охотник, а не падальщик… и его выгнали. Правильно сделали, наверное. Грэй старался не думать о прошлом, но оно само всегда его находило…

— Лес живой! — восторгалась сзади звенящим голосом Морган. — Он дышит! Вася! Вася, смотри — белка!

— Ну и что? — хмуро отозвался плетущийся в хвосте Чайников, который еще не отошел от недавно прочитанного в депеше. — Хорошо, не скунс…

— А скунсы — это которые воняют, да?..

— Ну, не знаю, не нюхал, но мнение такое есть… И что это, скажи мне пожалуйста, за слово — «воняют»?!

— А что?..

— Не литературно!

— Ой, тоже еще Достоевский нашелся, — фыркнула девочка.

— Еще скажи, что ты его читала!..

— Ну да! Зимой холодно, делать нечего, а от бывших хозяев большая библиотека осталась…

— Хм! — удивился Васенька. — И как тебе Федор Михалыч?

— Скучно.

— Неудивительно…

— А что? — Она дернула плечом. — Между прочим, он был шизофреник, вот! И это научно доказанный факт!

— Сама ты факт. Это называется — гениальность! — высокопарно заявил системщик чисто из вредности. Его личный опыт знакомства с классиком сводился к трем первым главам «Идиота», по прочтении коих он себя как раз таковым и почувствовал.

Девочка снова фыркнула и заверещала:

— Ой! Бабочка-а! Можно, я ее поймаю?!

— И тебе не жалко?..

— Ну я только подержать! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!

— Ладно, — разрешил Васенька, милостиво кивнув. В присутствии Морган он чувствовал себя взрослым и умным.

Грэй усмехнулся. Нечего сказать, повезло с финальным заданием. Напарник — не приведи господь, и объект такой, что и выражений-то подходящих не подберешь… Одним словом — два слова! Надо поскорее разобраться с этим досадным недоразумением в виде свихнувшегося телепортера, вернуться в бункер, выбросить договор и уйти, наконец. Он так долго этого ждал. Грэй думал о том, что собирается предпринять, и уже знал, что не сделает этого. Знал, что не сможет спокойно отдать в руки Председателю этих двух еще в сущности детей. Знал. Еще когда там, в кабине, глядя на мигающие цифры обратного отсчета, поднял бластер…

Чайников нажал на кнопку передатчика. Оттуда не донеслось ни звука. Он потряс прибор и вздохнул — гиблое дело, аппаратик, кажется, склеил ласты… Интересно, по чьей милости? Тех, кто убрал с дороги беднягу Бухеля? Чем он им так насолил? Подумаешь, выпить любит! Как будто это был такой уж секрет. Да все же в курсе! И Секретарь тоже, это точно… Значит, действительно, четырехклешень ни в чем не виноват. А кто виноват?! Они? Или Морган? Он посмотрел на скачущую между деревьев девочку. Ну, если она может чем-то навредить Коалиции — тогда он не системный администратор, а пачка печенья! Эх, сюда бы родной пульт да обеденный перерыв — и Васенька непременно бы нашел ответ на интересующий его вопрос: что такое Морган Штерн и с чем его едят?

Бабочка порхала с куста на куст и ловиться не хотела. Наверное, играет со мной, подумала Морган. Какая красивая! И живая. Настоящая. До этого Морган видела бабочек только в энциклопедии. Сегодня был такой удивительный день! Сначала получилось завести мотоцикл. Потом — его разбить (но разве это важно, в городе много мотоциклов). А затем пришли они. Настоящие живые люди, их даже можно потрогать, это не картинка, не фотография в журнале. И они… славные. Говорят, правда, иногда о чем-то непонятном, но Морган была уверена, что они хорошие. Даже этот серый. Пусть с виду такой, но глаза у него не злые. Только усталые очень… Бабочка села на цветок. Морган остановилась и, присев на корточки, протянула руку. Осторожно коснулась пальцем нежного шелковистого крыла. Не улетает. Как же все это удивительно! И лес, и бабочка, и вот эти двое. Которые сейчас стоят и на нее смотрят…

— Ну, и что мы с ней будем делать? — спросил Васенька.

— Ничего. — Грэй пожал плечами. — Но хотел бы я знать, почему из-за нее поднялся такой переполох?

— Наверное, Председатель в курсе.

— Не сомневаюсь. А вот в курсе ли КСН?

— Ты думаешь… — моргнул Чайников, с недоверием поворачиваясь к напарнику.

— Отправлять на задание с неподтвержденными сведениями — для Коалиции это нонсенс. И депеша подписана собственноручно Председателем. Это, по меньшей мере, странно.

— Согласен… — Чайников с сожалением посмотрел на его ПК-браслет. — Жалко, ресурса не хватит, я бы пробил по системе. Но тут нужна другая мощность… Мне бы сюда хоть какой комп средней убитости!

— Данные, если они и есть, наверняка, надежно защищены.

— Ха! Таким сильным и гордым животным, как ежи, ураган не страшен… — хихикнул системщик. — Между прочим, свой первый пароль я взломал в шесть лет. Так что защищай, не защищай, а от Василия Чайникова спасенья нету!

— Хакер в третьем поколении? — насмешливо пробормотал Грэй.

— Нет, — скромно улыбнулся напарник, — у меня предки историю преподают в гуманитарном колледже, они даже на «пилот» нормально нажать не могут… Я самородок!

— В семье не без…

— А вот этого не надо, пожалуйста! — чуть не обиделся Васенька. — Я, чтоб ты знал, гордость Рязани!

— Заметно… Эй, Морган! Оставь бабочку в покое, пойдем. Вечереет уже.

— А что мы ищем? — спросила она, подходя.

— Действительно, — проворчал системщик, — ползаем тут, как ламер по Виндам…

— Если здесь есть телепортер, — пояснил Грэй, — значит, здесь должен быть кто-то из КСН. Они будки где попало не разбрасывают.

— Ка-Эс-Эн? — нараспев повторила Морган, склонив голову набок. — А что это?

— Коалиция Сторонних Наблюдателей, — сказал Чайников. Грэй остановился, настраивая поисковик. Барахлит. Значит, только-только начали осваивать. Неутешительно…

— А за чем она наблюдает?.. — снова спросила девочка.

— За порядком.

— На земле?

— И здесь тоже, — надувшись от важности, принялся объяснять Васенька. — А вообще-то, это главный межгалактический орган. Регулирует, так сказать, общественные отношения. Своеобразный межпланетный контроль.

— Чтобы не было войн? — серьезно наморщив лоб, уточнила она.

— Ну да, и это тоже…

— А почему тогда они допустили Третью мировую? Позволили уничтожить планету?!

Грэй обернулся:

— А ты откуда знаешь?

— Слышала. — Она посмотрела на него. — Вы не первые, кто пришел. До вас приходили другие. Они говорили...

Наемник опустил руку с мигающим радаром на браслете. Так.

— Люди?

— Нет. Не люди. — Она припомнила. — Высокие, в шуршащих накидках, такие… серые! Но не как ты. У них вот такой нос и глазки маленькие, неподвижные. А кожа совсем серая. Они меня искали, но Голос предупредил, что надо уходить, и я спряталась, внизу. Голос всегда предупреждает, если есть опасность. А про вас он ничего не сказал.

— Серые, говоришь? — пробормотал Грэй. — С носами… Что-то очень знакомое! Эй, тринадцатый…

— Вообще-то у меня имя есть, — заметил Вася. — Это так, на будущее… А что касается наших предшественников — Грэй, ну это ж ясно, как незалапанный монитор!Ты Председателя без маски видел?

— Фобос?

— Он самый, чтоб у меня сервер полетел! Описание — точь-в-точь, опять же, Председатель девчонкой сильно интересуется. Он, видно, своих сначала заслал, по прямому с Фобоса, но они обломались. Тогда отправили нас…

— Надеясь на лучшие результаты? — Грэй потер лоб. — Оказывается, Председатель не вчера о тебе узнал, Морган. Давно приходили те, другие?

— Нет, месяц назад, наверное. Я хотела выйти, но Голос не велел. Я правильно сделала?

— Возможно… — наемник отвлекся на пищавший радар. — Прекрасно. Этого еще не хватало.

— Что? — забеспокоился Вася. — Ты кого-то засек?

— Это, кажется, нас засекли. — Он посмотрел на дисплей. Вокруг центральной точки, обозначающей их расположение, мигали синие маячки. Со всех сторон. Окружают.

— Десант?! — затрясся Чайников. Морган огляделась и подвинулась ближе к наемнику. Тот набрал на браслете: «Идентифицировать».

«Вид: млекопитающие, теплокровные, примитивные. Невооружены. Уровень агрессии: 18 из 20 возможных, — выдала система. — Похожих объектов в списке не обнаружено».

— Не десант… — облегченно перевел дух Васенька. Грэй смерил его мрачным взглядом:

— Десант КСН — это далеко не самое страшное в жизни. — Он выдернул из кобуры бластер. — Оружие у тебя есть?

— Откуда?!

— Еще лучше… — Наемник прикинул навскидку количество снарядов. Полный магазин, около тридцати капсул. Должно хватить. И еще останется, если не мазать. А мазал он редко.

— Вы, оба, — приказал Грэй, — на дерево. Быстро!

Ребята не заставили себя уговаривать. Чайников, приглядев сосну пошире, кошкой вскарабкался по стволу, подтянувшись, влез на ветку и подал руку Морган:

— Давай сюда!

— А он? — Девочка оглянулась на замершего в напряженной позе наемника.

— И без нас управится.

Она уселась рядом с системщиком и свесила ноги:

— Но он же один! А вдруг…

— Спокойно, битые кластеры не восстанавливаются! Ты просто не знаешь нашего Грэя. Он, между прочим, вручную завалил пятерых взрослых цихлусов с Альфа-Центавры!

— Ух ты! А кто это такие?

— Ну… Представь себе носорога с шестью лапами, крокодильими зубами и железным костяком! Они, кстати, еще и летают.

— О-о-о!

— А ты как думала? — хвастливо фыркнул Васенька с таким видом, будто победа над свирепыми хищниками заповедника А-Ц была его личной заслугой…

Грэй принюхался. Звери. Большие. Судя по сигналу радара — четыре штуки. Ну, это не катастрофа… Из гущи леса послышалось глухое рычание. Прицел бластера качнулся в сторону звука, и в то же мгновение кусты сзади шевельнулись. На поляну выпрыгнул лев. Или тигр? Пыльная желтая шкура плотно обтягивала поджарое тело. Оранжевые глаза с черными точками зрачков уставились на наемника. Два длинных, сантиметров по двадцать, клыка блестели от голодной слюны.

Морган ойкнула и прижалась к Васеньке. Тот в свою очередь покрепче вцепился в сук. Да уж, с десантниками хоть договориться можно! А эти…

Первый зверь, подобравшись, сделал два крадущихся шага и прыгнул. Бластер щелкнул, и лев свалился в траву, конвульсивно дергая толстыми лапами. Уловив краем глаза какое-то движение слева, Грэй отпрыгнул в сторону, и очень вовремя — еще один клыкастый хищник, рыкнув, приземлился на то место, где только что стоял наемник. Грэй прицелился ему прямо в лоб, одновременно следя за колыхнувшейся высокой травой метрах в трех от поляны. Он нажал на спуск.

— Грэй! — завопил вдруг Васенька, едва не навернувшись с ветки. Наемник дернулся и выругался сквозь зубы — пуля прошла мимо.

— Зат… — начал он, но не договорил — сзади на него обрушилась тяжелая туша подкравшегося со спины зверя. Стальные когти вонзились в плечи. Падая, Грэй успел извернуться и всадил две капсулы подряд в брюхо льва. Тот рванулся в сторону, исступленно рыча, и уже под действием стремительно проникающего в кровь парализатора выгнулся дугой…

Лев, в которого наемник не попал, одним прыжком оказался рядом и ударом мощной лапы выбил из рук Грэя оружие. «Примитивные, а соображают!», — подумал Чайников, покрываясь холодной испариной.

— Они его сьедят… — прошептала Морган, сжимаясь в комочек. Из-за деревьев вышел четвертый зверь.

Наемник отпихнул обездвиженного хищника и вскочил на ноги. Дело приняло серьезный оборот. Бластер не достать…

Львы заходили с двух сторон, ворча и облизываясь. Грэй отстегнул пояс с кобурой. Их всего два, главное — поймать момент!

Первый хищник прыгнул. Наемник отшатнулся, пропуская его вперед, и одним движением вскочил на желтую спину, захлестнув широким ремнем горло зверя. Тот вскинулся и взбрыкнул, пытаясь сбросить непрошенного наездника, но успеха не достиг — в свое время Грэя не смог скинуть с себя даже дикий нимус из степей Айзаура планеты Гуш. А шестиметровый гибрид страуса и птеродактиля — это, как ни крути, все-таки не лев, пускай и агрессивный. Наемник свернул пояс в жгут, просунул под него острый выступ стального корпуса кобуры и резко вывернул вправо. Зверь, захрипев, упал со свернутой шеей. Упал. Но неудачно — придавив тяжелой тушей ногу наемника. Грэй уперся руками в землю, пытаясь высвободиться. Шло медленно, ногу прижало, как под прессом…

Последний оставшийся хищник удовлетворенно заурчал и в два прыжка оказался рядом. Тяжелые лапы зверя, выпустив угрожающие когти, уперлись в грудь наемнику. Блеснули острые ножи длинных клыков…

Васеньке стало дурно. Не в силах смотреть на то, как недавно обретенный напарник сейчас будет съеден заживо, системщик отвернулся. И замер — Морган на ветке не было.

Грэй уперся обеими руками в горло льва, не давая ему возможности опустить морду. Зверь рычал, сжимая когти. Сильный слишком. Долго его не удержишь, и так уже когтищами, кажется, аж до самых ребер достает…

Хлоп! Хлоп! Хлоп!

Лев три раза вздрогнул. На короткой морде отразилось нечто похожее на недоумение, и хищник осел на подогнувшихся лапах в высокую траву. Грэй перевел дух и приподнялся. Посреди полянки стояла Морган, сжимая в трясущихся руках тяжелый бластер.

Председатель мерил шагами главный системный отсек. Тия сосредоточенно щелкала пальцами по клавишам.

— Ну?

— Здесь их тоже нет, — сказала она. Председатель повернул голову:

— Все проверила?

— Все доступные реальности, включая нашу. Ни в одной нет.

— Это невозможно!

— Возможно, сэр, — проговорил стоящий в сторонке Логан. — Из-за повреждения контактов у телепортера накрылась главная схема. И, по всей видимости, он теперь скачет по мирам в произвольном порядке.

— Мы их так никогда не найдем!

— Найти можно, — сказал Логан, — если их каким-то образом занесет в одну из реальностей, контролируемых КСН. Нужно ждать.

— Я не могу ждать! — рявкнул Председатель и, поймав удивленно-вопросительный взгляд Секретаря, замолк. Постоял неподвижно пару секунд, выдохнул, стараясь успокоиться, и велел:

— Позаботься, чтобы как можно скорее сюда доставили новую кабину. И, Тия, — не отходи от пульта. Как только засечешь их — немедленно дай мне знать.

Он вышел. Логан подождал, когда закроется дверь, и задумчиво потер квадратный подбородок:

— Интересно…

— Что? — обернулась помощница.

— Ничего. Работай, я буду у себя.

Она пожала плечами и снова повернулась к пульту, следя за изгибающейся трафаретной сеткой плоскостных пересечений. Секретарь вышел в коридор и направился к своему кабинету, на ходу кивая встречным обитателям бункера. Босс на пределе. Того и гляди, взорвется… Ситуация может выйти из-под контроля, и этого нельзя допустить. Логан закрыл за собой дверь, нажал на рычаг — над дверью зажглась панель: «Не беспокоить. Совещание», и уселся за стол. Он понимал, что это против правил, и знал понятие слова «субординация». Но ему нужно было узнать, что затеял Председатель. Он и так давно на подозрении…

Морган отбросила бластер и подошла к наемнику:

— Он тебя не покусал?

— Нет… — Грэй сел и не без труда выдернул ногу из-под тела зверя. — Спасибо.

— Пожалуйста, — улыбнулась она. — Нога болит, да?

— Не особенно. — Грэй чувствовал себя дураком. Наемник, называется, со стажем. Нечего сказать, отличился…

— Грэй!.. — завопил счастливый по самые уши Васенька, вихрем слетая с дерева и от избытка чувств бросаясь с распростертыми объятиями к недовольному напарнику. — Живо-ой! Я уж думал — все… Ну дай же, дай же я тебя обниму!

— Отвяжись, — буркнул смутившийся наемник, отпихивая чувствительного Чайникова в сторону. Тот махнул рукой и переключился на Морган:

— Ну ты молодчага! Ну ты вообще!.. Стрелок ты мой Ворошиловский… иди к папочке!

Девочка зарделась, как абажур. Грэй бросил косой взгляд на сияющую физиономию системщика и, надев пояс, поднял с земли бластер:

— Уходим.

— Надо было брать пулемет, — покачал головой Вася, с опаской поглядывая на неподвижных львов. — С точки зрения общества защиты природы, это, разумеется, негуманно, но вот что здоровье бережет это факт!

— Кто же знал?.. — пожал плечами Грэй. Морган осторожно ткнула пальцем в лапу лежащего рядом хищника. Та дернулась, непроизвольно выпустив когти. Девочка взвизгнула и отскочила за спину наемнику:

— Уй! Морда саблезублая…

— Саблезубая, — поправил Васенька. — Грэй, ты здесь был раньше?

— Нет. — Напарник настраивал ПК-браслет. — Так что можешь считать себя первопроходцем… Что за черт?

На дисплее высветилось: «Третья планета, реальность не пронумерована, похожих версий в каталоге не обнаружено».

— Так не бывает, — сказал Васенька, заглядывая Грэю через плечо, — у тебя радар глючит.

— Другого нет. Вот, — он снял с руки браслет, — на, сам попробуй…

— Щас… — системщик забегал пальцами по кнопкам. Лицо его вытянулось. — Ничего не понимаю! Если эта реальность не зарегистрирована в базе данных КСН, то здесь не должно быть перевалочного пункта.

— Его здесь и нет. Радар бы обнаружил.

— А откуда тогда телепортер?

— Не знаю. — Грэй задумался. — Разве что… Разве что это тот, из шестой реальности?

— Исправный телепортер не может скакать по временным плоскостям, как мустанг по прерии! — менторским тоном заявил Чайников. — А наш был исправен!

— Был. Когда мы в него садились в бункере.

Они посмотрели друг на друга.

— Надо возвращаться, — решил Грэй, — и попробовать еще раз.

— А если он нас снова в какую-нибудь Беловежскую пущу забросит?

— Все может быть, — пожал плечами наемник. — Но это лучше, чем сидеть здесь и ждать с моря погоды… Морган, отойди от зверя. Доза снотворного рассчитана на человека.

— Так он спит?! — Девочка шустро подбежала к напарникам, с подозрением оглядываясь на лежащих в траве хищников.

— Глубокий здоровый сон, — кивнул Васенька. — Жаль, что не вечный!

— Зачем ты так? — с укором сказала она. — Они же не хотели… Просто голодные, наверное…

— Молчи лучше, доброта христианская! — сморщился Чайников. — А кто тут пять минут назад из бластера по кошечке жахнул, а?

— Это случайно… — смутилась Морган. — Я испугалась, что он серенького совсем загрызет…

Грэй сделал вид, что ничего не слышал. Вася усмехнулся:

— Какие мы, оказывается, добрые!

— А сам-то?! — сердито фыркнула девочка. — Сидел на ветке, как приклеенный! Тоже мне, несгибаемый супермен! Трус!

— Ничего подобного! — оскорбился системщик. — Я мужественный! И очень!

— Ага… если мужество — это искусство бояться, не показывая виду…

— Цыц! Я — мозг! Я — думаю!.. А кулаками пускай Грэй машет, они у него больше, чем у меня…

Она передернула плечами и побежала следом за наемником. Вася шагал замыкающим. Трус… Зачем же такие определения?! Просто соответствующей комплекцией бог обделил… Васенька грустно вздохнул. В виртуальных драках равных ему не было, но в реальной жизни, увы, на силу отсутствующих мускулов рассчитывать не приходилось.

Телепортер стоял себе на полянке нетронутый. Собственно, удивляться тут нечему — что могут сделать дикие звери прочной титановой кабине, выдерживающей давление не в один десяток атмосфер? А людей здесь, кажется, в принципе не наблюдается… Конечно, вспомнил системщик, саблезубые тигры, это же черт его знает сколько лет до нашей эры! Какие люди?!

Пока мозг Васенька, сняв заднюю крышку кабины, изучал состояние рабочих схем, а Морган активно ему в этом мешала, тыкая пальцем куда ни попадя и задавая по сто вопросов в минуту, Грэй снова попытался настроить связь. Бесполезно. Бункер не отвечал. Значит, здесь нет передающих вышек. Здесь вообще ни черта нет! Связаться с КСН не получится. И отследить ближайший перевалочный пункт — тоже. Хотя… тогда, выходит, что и Коалиция не сможет их найти. Это плюс. Учитывая создавшуюся ситуацию.

— Ну, я не знаю… — сказал Чайников. — Вроде бы на первый взгляд все нормально. По всей видимости, неполадка в исходной кабине дала сбой на все остальные, и эту в том числе…

— Но хоть что-то сделать можно?

— Извини, — покачал головой Васенька, прикручивая на место защитную крышку. — Я, конечно, и «Титаник» могу апгрейдить до подводной лодки, но здесь… только методом тыка.

— Понятно. Тогда придется рискнуть… Морган, брось эту гадость.

— Это не гадость, — девочка разглядывала лежащего на ладошке червяка, — это гусеница.

— Выкинь. Тринадцатый, ты можешь…

— Я все могу, пятьдесят второй!.. — официальным тоном ответили из кабины. — Девчонку ты по имени зовешь, а не объектом 7-9!

— Извини, привычка. Я говорю, ты можешь настроить телепортер хотя бы на присутствие человека? Неохота еще раз в зверинце оказаться.

— Ну… в принципе, в жизни нет ничего невозможного. Залазьте, камрады, попытаем счастья!

Морган посадила гусеницу на цветочный бутон и вошла в кабину. Следом за ней внутрь шагнул наемник, попутно отжав рычаг закрывания дверей. Васенька щелкал кнопками на индикаторной панели.

— Похоже, — сообщил он, — что телепортер заклинило на Третьей планете. Так что, по крайней мере, с Земли мы никуда не денемся… Готово!

По дисплею побежала цифровая дорожка.

«10, 9, 8, 7…»

— Год какой? — запоздало спросил Грэй.

— Какой получится, — развел руками системщик. — Я пытался установить, да только датчики скачут, как бешеные. Тут уж как свезет.

Секретарь в глубокой задумчивости смотрел на голографический дисплей. Оттуда мигало:

«Линия перегружена, связь с Первым отделом невозможна. Оставьте ваше сообщение, и оно будет передано в ближайшие…»

Это совсем уже ни на что не похоже. Система блокировала даже аварийный вызов Службы Внутреннего Надзора. Невозможно. И что за чушь с перегруженной линией?! В голову Логана закралось нехорошее подозрение. Засветился. Председатель не дурак и никогда таковым не был, иначе не занимал бы сейчас свой пост. Вне всякого сомнения, заинтересованность Секретаря объектом 7-9 мимо босса не прошла… Надо что-то делать. Ресурс ему уже основательно подрезали, и еще неизвестно, что будет дальше. Хорошо… Попробуем другой вариант.

Логан набрал на передатчике номер Председателя.

— Да?

— Они связались со мной, сэр, — беззастенчиво соврал Секретарь, стараясь не задумываться о последствиях своей лжи, если будет в ней уличен. — Грэй выполнил задание.

— Они здесь?! — Вне себя от радости, выдохнул Председатель. Логан расслабился — кажется, пока что все сходит с рук…

— Нет. Их куда-то зашвырнуло. Я отдал приказ везти объект на Фобос. Правильно?

— Да, конечно. — В голосе босса слышалось явное облегчение.

— Я это лично проконтролирую, сэр.

— Зачем? — насторожился он.

— Моя задача — обеспечивать безопасность и порядок КСН на Земле. Те, кто работает над этим заданием, принадлежат земному филиалу. Кроме того, боюсь, что они могут оказать сопротивление вашей воле, сэр.

— С какой стати?

— Кто-то сделал копию с блиц-депеши. И я не удивлюсь, если этот кто-то — Бухель. Они приятели с тринадцатым. Бухель мог отправить текст…

— Он зашифрован! — Председатель снова начал нервничать.

— Грэй разбирается в шифрах, сэр. Все должно идти по плану, а вы же знаете, что за… человек этот пятьдесят второй. Я прослежу, чтобы все было сделано в соответствии с вашим приказом, сэр.

— Езжай, — после минутного молчания, нехотя согласился тот. — Доложишь мне.

— Да, сэр. — Секретарь отключил связь и ухмыльнулся. Идея подсунуть Бухелю секретный документ себя оправдала. Грэй предупрежден, а босс загнан в угол. «Теперь он не сможет запретить мне действовать, — подумал Логан. — В конце концов, я же работаю в его интересах! Так ведь?»

Глава 4

На большой площади, залитой полуденным солнцем, в пыли боролись голые люди. Много людей. Собравшиеся вокруг кольцом остальные, на которых все-таки были хоть какие-то чисто символические одежды, наблюдали за происходящим, галдя, как вороны.

— И куда ты нас завез? — вздернул брови Грэй.

— Все вопросы — к будке! — парировал Васенька, тоже, чего греха таить, несколько ошарашенный увиденным. — А я тебе не Большая Советская Энциклопедия!

— Допререкаешься…

— А что?! — возмутился системщик. — Ты просил людей? Вот тебе люди!

— Я как-то на более развитых рассчитывал.

— Да и эти ничего… — одобрительно причмокнул Чайников, не отрывая восторженного взгляда от группы отлично сложенных девушек, усердно пытающихся повалить друг друга на землю. Грэй недовольно поморщился:

— Хватит пялиться. Заводи агрегат, поищем что-нибудь более… Одетое.

— Это бесчеловечно! — заныл Васенька, упираясь. — Я, как мужчина и эстет…

— Тебе мало проблем? Нас едва не сожрали час назад.

— Это — люди. Они не сожрут!

— Но мечом или копьем ткнуть могут. Глаза разуй… эстет!

Васенька присмотрелся к толпе, отметил среди собравшихся вооруженных людей и был вынужден признать, что напарник прав.

— Заводить так заводить, — опечаленно пробормотал он. И, уже потянувшись к приборной панели, оглянулся в сторону площади. — Ух ты-ы… Грэй, одну секунду, я тебя умоляю! Щас вон ту, рыженькую, завалят, и мы сразу… Эй, эй, куда?!

На арену вышли мужчины. Сластолюбивый системщик заметно скис.

— О-о-о?! — раскрыла рот Морган. Глаза ее разменялись по крупной монете. Грэй, повинуясь внезапному порыву, быстро прикрыл ей лицо широкой ладонью.

— Ты чего?! — заверещала девочка, делая отчаянные попытки что-нибудь увидеть.

— Маленькая еще, — почему-то краснея, отрезал наемник.

— Я читала учебники по анатомии! Пусти, ты!

— Васька, — проскрежетал Грэй. — Хватит ржать и марш в кабину!

— Уже иду… — злорадно хихикая, системщик повернулся к телепортеру. — Ай!

Рядом с кабиной стояли три мускулистых индивидуума в белых с золотом набедренных повязках. С копьями наперевес и с большим знаком вопроса на загорелых лицах…

Васенька, струхнув, юркнул за спину напарнику. Грэй отпустил брыкающуюся Морган и положил руку на бластер.

— Вы кто такие? — грозно поинтересовался один из копьеносцев.

— Мы уже уходим! — пискнул Чайников.

— Кто такие, я спросил?! Зачем явились в свободную Спарту?! И… что это за железная коробка?

— Повозка, — осторожно ответил Грэй. — Крытая. Колеса отвалились, лошади сбежали. А мы… Мы гости.

— Откуда?

— Из дальнего зарубежья… — брякнул системщик и тут же пожалел о сказанном. Лицо вопрошавшего моментально приняло подозрительное выражение:

— Шпионы?! Из Афин?!

— Нет! — хором выпалили товарищи, интуитивно уловив, что за положительный ответ можно схлопотать святым кулаком по окаянной шее…

— А откуда? — немного успокоился коренной житель, впрочем, не теряя бдительности.

— Из Рос… — начал было наемник, но Морган пихнула его локтем в бок и выпалила:

— Из… Китая!

— Ты чего? — зашептал Вася, многозначительно крутя пальцем у виска. — Совсем фундамент треснул?

— Молчи, чайник нечищеный! — фыркнула девочка. — Это же Греция!

— Ну и что?.. А Китай-то с какой стати?!

— Греки воевали с русскими варварами! Я читала. А с Китаем — нет!

— Нет, вы посмотрите! — всплеснул руками системщик. — Кандидат исторических наук. Воевали! Ты век не перепутала, ась?!

— Ну, если только чуточку… Зато я говорю по-китайски!

Офигеть мотивация!

— А ну, тихо, — шикнул Грэй. — Нашли момент… Пусть будет Китай. Мне все равно.

— Послы? — уже более миролюбиво спросил спартанец.

— Да! — кивнула Морган.

— С дарами?

— Ну…

— Без?!

— А вам, уважаемый, какое дело?! — не утерпел Васенька. — Вы что, государь-император?!

— Нет. Но…

— Ну вот и все! А то глядите, как разогнался, у-у, глаза завидущие, руки загребущие! — Он важно выступил вперед, задрав подбородок. — Сию минуту — бегом к правителю и…

— К какому?

— А у вас их миллион?..

— Двое. — Грек недоверчиво прищурился. — А вы точно из Китая?

— А ты сомневаться вздумал?! — топнул ногой Чайников. — Да я лично прямой потомок великого императора Дзы-Скай-Линка! И ежели ты, необразованная греческая обезьяна, мне тут еще каверзные вопросики задавать надумаешь, то, клянусь священной Хуанхэ, орошающей своими водами подножие Сычуаня, ты у меня огребешь сейчас таких даров, что будешь лететь отсюда до Пхеньяна, без пересадки в Гуаньчжоу!

Славные сыны Древней Спарты переглянулись и изогнулись под прямым углом в почтительном поклоне.

— Дозвольте проводить вас во дворец, о мудрейший?.. — соловьем запел грозный страж. Васенька стал похож на Винни-Пуха после бочки меда, и уже собрался было «дозволить», но тут вмешался Грэй:

— Благодарим, но нам некогда.

— Как это?! — изумились воины.

— Мы… проездом.

— Грэ-эй…

— Замолкни, Конфуций. Эдак мы всю жизнь по Галактике из угла в угол будем бегать. Пойдем, Морган. Васька, в кабину! — произнес он, понизив голос до шепота.

— Серенький, — девочка потеребила его за локоть, — но ведь мы же послами представились! Если откажемся, они обидеться могут.

— Ничего, я как-нибудь переживу.

— Но они вооруженные!

— Не проблема, — отрезал наемник, вынимая бластер из кобуры. — Уж на этих троих у меня зарядов хватит…

— На них-то да, — протянул Вася, глядя на что-то за спиной напарника. — А ты ни про кого больше не забыл?

Грэй обернулся. Не дальше, чем в сорока шагах от них, с интересом тараща глаза, стояла толпа давешних полуголых (и не полу) борцов с площади. И было их даже на первый взгляд явно больше, чем капсул в магазине бластера. Всех, как говорится, не перестреляешь…

— Понятно, — сказал Грэй с печатью обреченности на лице. — И что вы предлагаете?..

— Как это что?! — расцвел Васенька. — Мы же послы! Значит, будем…

— Послить! — влезла Морган.

— Деточка, — смутился системщик, — где ты таких выражений понахваталась?

— А что?

— Короче! — заявил Чайников, улыбаясь во все тридцать два зуба. — Молчите! Говорить буду я… Эй, вы, бесштанные! Мы есть гости из дружественного китайского государства правящей династии Дзяо! С краткой ревизией в ваши демократические края!

— С чем?! — всполошились стражники, на всякий случай покрепче перехватывая древки копий. Васенька снисходительно улыбнулся:

— С ревизией, граждане. Суть — обязательная экскурсия по местным достопримечательностям, торжественный ужин в царских чертогах, расселение в партийном пятизвезднике…

— А это как?

— Ну, там, люкс, джакузи, куртизанки пофигуристей и пиво в номер…

— Вася, — шепнула Морган, — в Спарте не было куртизанок.

— То есть как это — не было?!

— Ну… не было — и все! У них, если я правильно помню, вообще была свободная любовь.

— Да-а?! — загорелся системщик. — Ну тогда это еще лучше! Грэй, не кисни, и тебе какую-нибудь Афродиту найдем…

— Закрой рот, — Грэй обвел растерянным взглядом собравшихся вокруг кабины людей, петушащегося системщика, хихикающий объект 7-9... Это был какой-то бред. Он служил в КСН тридцать лет, и ни разу за все это время не попадал в такие идиотские ситуации. Да, бывало опасно, иногда непонятно, всякое бывало! Но такое…

— Как хочешь, — пожал плечами Чайников и, повернувшись лицом к перешептывающейся стайке мускулистых девушек, распахнул объятия. — Здр-равствуйте, дамы… и господа! Рад, как говорится, приветствовать и лицезреть! Кстати, по этому поводу у нас в стране принято троекратное лобызание…

И тут наемника прорвало.

— Именно. — Он широко осклабился и решительно шагнул вперед. — Не менее, чем троекратное… Касается всех слоев населения, независимо от пола и возраста. Сначала — мужчины! Уж окажите такую любезность, славные сыны Эллады…

— Чего?! — пошатнулся Васенька, активно пытаясь удрать, но Грэй уже подцепил его за ворот рубашечки и недрогнувшей рукой выволок вперед:

— Будьте так добры, граждане, постройтесь по одному. Его мудрейшество может сбиться со счета, а у нас в Китае принято лобызать всех до единого в строгом порядке очереди, включая лошадей, собак и каждое третье колесо повозки к югу от восхода солнца!

— Грэ-э-эй!

— Поторопитесь, — с самым серьезным видом посоветовал прибалдевшим жителям коварный наемник, держа в железных руках вопящего ржавой дисковой пилой системщика, — ибо посланник императора не любит ждать! И гнев его…

— Грэй! Прекрати! — взвыл несчастный Васенька. — Морган!.. Хоть ты сделай что-нибудь! Он же умом двинулся! Не буду я их целова-ать! Не хочу-у…

— Да? — поднял бровь Грэй, с удивлением ощущая, как этот сумасшедший спектакль затягивает его все глубже и глубже. — Впервые слышу. Ну же, тринадцатый, смелее!

— Отвали, злодей! Я женщин имел в виду!

— Это уже дискриминация, — покачал головой наемник, косясь на бьющуюся рядом в припадке хохота Морган. — Как у вас говорят — назвался груздем, полезай в кузов? А с женщинами, так и быть, я уж как-нибудь сам…

— Гад, подлец, мужик! Это была моя идея!

— Так я и не отрицаю… Построились? Прекрасно. Давай, Василий, губки бантиком и улыбайся, улыбайся, ты же рад…

Васенька с ужасом поднял взор на чью-то загорелую бородатую физиономию, возникшую в десяти сантиметрах от его лица, издал глубокий вздох, и… упал в обморок.

— Хм, — пробормотал Грэй, сообразив, что с непривычки малость перегнул палку. — Что это с ним?

— У него… хи-хи-хи… эротический шок! — заливалась Морган.

— Ну ладно, ладно. — Смущенный наемник взвалил безвольное тело системщика себе на плечо. — Хватит. Дошутились…

— А целовать-то будете?.. — полюбопытствовал впереди стоящий спартанец. Остальные согласно загудели.

— Нет, — отрезал Грэй.

— Почему?!

— Не имею… должных полномочий!

— Давай я! — воодушевилась девочка. Наемник показал ей кулак:

— Цыц. Граждане! Церемония государственных лобызаний откладывается на потом. Ведите нас к своим царям. И воды дайте кто-нибудь, товарища в чувство привести…

— Следуйте за мной, — поклонился один из стражей, дав знак толпе расступиться. Васенька приоткрыл глазки и простонал:

— Я жив?..

— К сожалению. Лежи тихо, дурак, они все еще надеются.

— О-ох… — впечатлительного системщика вырубило по-новой. Грэй ухмыльнулся и покачал головой:

— Салага… Морган, прекрати сейчас же.

— Они очень просили…

— А ты и рада стараться? — Наемник с удивлением почувствовал, что злится. — Любезнейший, уберите от девушки руки. И вы тоже! И вы… и вы… Морган! Я что тебе сказал?

— Да я нечаянно… — девочка отвлеклась от расцеловывания коренного населения Спарты и поскакала следом за сердитым наемником. — Что ты ворчишь, серенький? Сами, главное, начали… Нельзя обманывать народные ожидания!

У Грэя даже слов не нашлось… Поэтому он ограничился зверским выражением лица и очередной демонстрацией мозолистого кулака.

— Бить детей — непедагогично! — обиженно буркнула она, отступив на безопасное расстояние. «Как целоваться, так мы не дети, — подумал Грэй. — Мало мне этого любителя «сладкого», так еще и подшефный объект туда же. А случись что — так с меня ведь спросят!» Наемник с досадой сплюнул себе под ноги. Определенно, это задание нравилось ему все меньше и меньше. Не огневая точка, конечно, как-нибудь образуется… но если еще какой-нибудь тутошний ухарь полезет к Морган с поцелуйчиками — всенепременно схлопочет по сопатке!

Поймав себя на этой мысли, Грэй нахмурился и зашагал быстрее. Надо держать себя в руках. Еще не хватало здесь приступа нереализованных отцовских чувств…

— Не понимаю, Грэй, чего ты так пузыришься? — Развалившийся на мраморной кушетке Васенька лениво поглощал крупные зеленые виноградины, интеллигентно сплевывая косточки в напольную вазу. Стоящий за ним слуга с опахалом отгонял от «мудрейшего» мух. Грэй прислонился плечом к прохладной белой колонне и мрачно посмотрел на нежащегося напарника:

— Не понимаешь?

— Нет… Эй, вентилятор, не усердствуй! Меня сейчас сдует!

— Мы не должны быть здесь, — медленно, словно через силу выдавил из себя наемник. — Мы должны были вернуться в бункер еще полдня назад.

— Учитывая то, что нас там ожидает?

— Не важно. Разобрались бы. — Грэй с тоской огляделся вокруг. — А вместо этого?.. Реальностей сотни. Сотни! И если в каждой вот так…

— Да ладно тебе, — повел плечом системщик. — Подумаешь, денек отдохнем, развеемся…

— На том свете отдохнешь.

— Зачем так грубо, ну? Мы же… Эй! Я тебе что сказал?! Хватит мельтешить перед глазами своей мухобойкой!

— Да, господин.

— Что — да?!

— Я понял, господин.

— Ни байта ты не понял! — Чайников сел. — Сгинь!

— Слушаюсь, господин. — Слуга испарился, напоследок пришлепнув на ноге системщика жирного слепня. Васенька взревел и, подпрыгнув, швырнул пареньку вдогонку сочным персиком. Правда, не попал — понаторевший в придворной жизни, тот ловко увернулся, и фрукт со смачным хлопочком размазался по мраморной стене.

— Ну, доберусь я до тебя... — пробухтел Чайников и повернулся к напарнику. — Грэй, ты, главное, не волнуйся. Дождемся ночи и слиняем. Телепортер они не тронут, это главное…

— Еще бы они его тронули, — буркнул наемник.

— Ну вот и все! Отгуляем на царском пиру, посмотрим показательные выступления атлетов и спокойно отчалим. Делов-то — тьфу!

— Ладно, — нехотя согласился Грэй. — Где Морган?

— Марафет наводит. Хочет, так сказать, блеснуть перед светским обществом во всей красе…

— А вот и я!

Дверь в смежные покои распахнулась, и на пороге возник предмет их разговора, сияющий белозубой улыбкой. Вася подавился виноградом. Грэй отразил на лице весь колер радуги…

— Ну, как? — явно в ожидании комплиментов, поинтересовалась Морган.

— Впе… кхе!.. чатляет… — прохрипел системщик, плюясь косточками в разные стороны.

— Что такое? — удивилась девочка. — Вам не нравится? А я старалась…

Напарники молча глазели на нее. Да уж, что и говорить, «постаралась» Морган на славу. Короткое красное платьице, не закрывающее практически ничего, создавало впечатление, что там, где его шили, серьезный дефицит с тканью. Туфли на запредельных тонюсеньких шпильках переливались стразами. Волосы, уложенные в замысловатую прическу типа «взрыв на макаронной фабрике», топорщились во всех направлениях изощренными углами и волнами, а уж лицо… Какой там Пикассо?! Он же просто безнадежно устарел!

— Заинька, — прокашлялся Вася, — тебе на платье что материи не хватило?!

— Так ведь жарко… — Девочка развела руками. — А оно мне разве не идет?

Она повертелась на месте, демонстрируя свой наряд со всех сторон. Фигурка, между прочим, у девочки, для ее семнадцати лет оказалось очень и очень ничего… Васенька смутился:

— Идет. И стой на месте, бога ради!. Вид у тебя…

— Какой?

— Развратный, как энтер на «Корвете». И ходули эти еще… Ноги-то не переломаешь?

— Нет. — Она зацокала каблуками по мраморному полу. — Я училась!

Грэй закатил глаза и отвернулся, отчаянно жалея, что не пьет. С заданием не повезло, напарник такой, что им только людей смешить… И в довесок ко всему этому — подшефный объект, больше похожий на девочку по вызову! Само собой, она может выглядеть, как ей заблагорассудится, но если тутошние главы государства не слепые и моложе ста лет — обратно к телепортеру придется пробиваться с боем.

— Что с тобой, серенький? — Морган озадаченно тронула его за руку. Наемник подскочил, как ошпаренный, и, глядя в сторону, велел:

— Снять.

— Что?

— Это. — Его палец уперся в платье. Девочка надулась:

— Почему?!

— Потому что я так сказал.

— Ну хорошо…

— Не здесь! — взвыл он, увидев, что она взялась за тоненькие бретельки. — Быстро к чемодану, и чтобы больше…

В двери постучали.

— Сюда нельзя! — хором гаркнули напарники, но пришедших это, по всей видимости, не особенно заботило. Створки распахнулись, и два стражника в набедренных повязках отчеканили:

— Великие базилевсы ждут вас на… Э-э?!

— Мы идем! — торопливо заговорил Вася. — Так и передайте… Ну, чего застыли?

— А-а-а…

— О-о-о…

Две пары глаз новоприбывших прилипли взглядами к мнущейся посередине залы Морган.

— Отчаливайте, — сдвинул брови Грэй. — Сказано же, сейчас будем!

— Велено проводить… — пролепетал первый страж. Второй, кажется, вышел в чистый космос и, кроме нечленораздельного «ы-ы», ничего сказать не мог.

— М-да… Красота спасет мир от засилья интеллекта, — вздохнул Чайников. — Лады, пошли, ребята. Грэй, черт с ней, пускай так идет. В конце концов, здесь половина населения голышом разгуливает, так что она особо выделяться не будет…

— Можно не переодеваться? — уточнила Морган. Грэй хмуро кивнул и вышел. Девочка весело зацокала своими небоскребными шпильками. Вася двинулся следом, на ходу пихнув локтем замершего соляным столбом воина:

— Чего встал?

— Ы-ы…

— Что ты пищишь, как динамик от ЕС-ки? Раз велели проводить, так давай, шевели ластами! Гонец, тоже мне.

— Д-да, господин, — промямлил тот, пристраиваясь в хвост процессии. Идущий впереди стражник пару раз сделал попытку оглянуться, но, встретившись взглядом со злющим наемником, несколько поостыл…

Секретарь медленно прогуливался по прозрачной галерее «Декты», главной и единственной космической станции городского типа на планете Фобос. Он был не в духе. Он сидел здесь уже три бесполезных дня, и до сих пор еще ничего толком не выяснил. Необходимость двадцать часов в сутки торчать у телепортера на виду у всех связывала руки. Кроме того, за ним следили. Подозрительный донельзя Председатель и тут не оставил его в покое… Правда, до жучков в личном отсеке дело пока не дошло, но и это, чувствовал Логан, тоже не за горами. Один неверный шаг — и его выкинут на орбиту в негерметичном пластиковом мешке… Но не для того же он летел в такую даль, чтобы изображать псевдохристианское смирение и готовность стоять по стойке «есть, сэр!»?! Нет уж.

Те несколько часов, которые ему полагались для сна, Секретарь употребил по своему усмотрению. Что с главного пульта в систему ему не войти, он сразу понял. Все, что касалось босса, было намертво заблокировано, и при попытке проникнуть хотя бы в один документ его бы сразу засекли, причем еще быстрее, чем на Земле. Личный ПК тоже нашпигован датчиками — так делалось всегда для полного контроля над руководителями среднего звена. Нужен был нейтральный компьютер. На станции такой не достать и днем с огнем, поэтому Логан смотрел и слушал и уже на второй день выяснил, когда на Фобос прилетает продовольственная ракета. Планета почти непригодна для жизни, по крайней мере, для жизни землян, и все необходимое, включая оборудование, на нее доставляется с рейсовыми почтовыми кораблями. В конце недели, около полудня по земному времени, сюда прибудет «Дилижанс». Мощности его бортового компьютера хватит за глаза и за уши. Главное — попасть на борт, но это не проблема. Не только у Председателя есть свои люди…

Логан, поколебавшись, набрал на браслете номер. В ухо ударила развеселая мексиканская песенка. Ну естественно, чего от него еще ожидать-то? Секретарь не смог сдержать улыбку — его старинный приятель и однокашник Найджел Мануэль Домингес всегда был патриотом… Порой даже чересчур.

В динамике что-то щелкнуло, и по гулкой галерее разнеслось:

— Три часа ночи! Кому там так невтерпеж?!

— И тебе привет, дружище…

— Логан? — расхохотался собеседник, мгновенно сменив гнев на милость. — Сколько лет, сколько планет! Давненько тебя не слышно было. Зазнался, а?

— Дела, — расплывчато ответил Секретарь. — Ты как, все почтовиком?

— Ну, мы звезд из космоса не хватаем…

— И в этом нет ничего плохого. Найдж, ты тут в рейс не собираешься?

— А как же! Послезавтра в график впрягаюсь, а пока мы с Дженни на Бете Малой Медведицы гуляем. Красотень, слушай!

— Отпуск?

— Бери выше, брат! Медовый месяц!

— Неужто ты наконец созрел? — усмехнулся Логан. Надо же, как кстати… — Ну что же, поздравляю, поздравляю! За мной подарок.

— Само собой! — хохотнул бас. — Уж поздравительной голограммой не отделаешься… А сам где сейчас?

— На Фобосе.

— Вау, ну и даль!

— Не говори даже. Пауки со скуки дохнут. Ты с «Дилижанса» не уволился?

— Нет. Меня все устраивает. А что?

— Вы у нас по графику посещений на субботу записаны. Пропустим по пивку, сто лет ведь тебя не видел. Кстати, чего я звонил-то — пару блоков «Асбеста» захвати.

— Так ты же бросил! Опять закурил?

— Закуришь тут, — посетовал Секретарь. — Как бы не запить… Я же говорю — скука смертная, словом перекинуться не с кем.

— А девушек поблизости нет?

Секретарь вспомнил длинные ресницы Тии и усмехнулся:

— Есть. Но они не в моем вкусе.

— Чистоплюй. — снова расхохотался Найджел. — О`кей, брат! Жди в субботу… И готовь проставу!

— Без вопросов, — пообещал Логан. — Дженни поцелуй за меня.

— Куда именно?

— Пошляк ты, Найдж.

Голос захихикал:

— Сухарь. Ну, счастливо!

— До встречи. — Секретарь отключился от сети. Все нормально. «Теперь, дорогой босс, мы еще посмотрим, кто кого»

Он подошел к стоящему у плазменного экрана служащему в рабочем комбинезоне, который последние несколько минут отчаянно делал вид, что с головой ушел в спортивный матч:

— Какой счет?..

— Пять-один в нашу пользу, — ответил тот.

— Поздравляю! — Логан подавил улыбку. С такими шпионами Председатель скоро вылетит в трубу. В углу экрана белела табличка: «Плутон-Луна: 6-8». — Сигареты не будет?

— Держи. — Парень протянул ему пачку. «Квест-9», жуткая дрянь. Но чтобы оправдать звонок Найджелу, придется взять… «Чертова работа, — подумал Секретарь, сунув в зубы сигарету и поднося к лицу прикуриватель. — И стоило кодироваться, скажите на милость?» Он затянулся, и, улыбнувшись «работяге», прогулочной походкой направился дальше по галерее.

Глава 5

В большом белом зале, единственным украшением которого были четыре стройных ряда колонн по стенам, вытянулся длинный стол, даже не покрытый скатертью. Роскошных яств, которые уже вовсю грезились изголодавшемуся системщику, тоже не было видно. Кувшины — простые, глиняные, без всяких росписей, деревянные плошки и подносы, на которых лежали фрукты, сыр и хлеб. Неровными кусками нарезанное мясо… «На таких харчах сильно не разгуляешься», — невесело подумал Васенька и огляделся. За столом сидели люди, все как один мужского пола. Одеты более чем скромно, украшений никаких не видно. Спартанцы!

Во главе стола на невысоких каменных тронах, очень непритязательно оформленных, сидели два человека в красных с золотомодеяниях. Концы скамеек возле них были свободны. Грэй поднял голову. От сидящих на возвышении людей веяло спокойствием и властью. Это, стало быть, и есть цари? Впечатляет. Еще бы разобраться, где присесть, чтоб не нарушить церемоний…

— Как вас представить? — обернулся сопровождающий. Грэй, пожав плечами, кивнул на системщика — мол, туда вопросы. «В конце концов, — наемник мстительно прищурился, — это из-за него мы здесь. Вот пускай и выкручивается, как хочет»

— М-м-м, — протянул Вася, морща лоб, и махнул рукой замершему в почтительном молчании стражнику. — Отдыхай. Я сам. Эти ваши василиски…

— Базилевсы! — шепнула Морган.

— Ну да, базилевсы… Это те, в красном?

— Да, мудрейший.

— Спасибо… — Системщик набрал в легкие воздуха, надул щеки и, строевым шагом дотопав до власть предержащих, отвесил земной поклон.

«Хорошо начал, — подумал Грэй. — Если так и дальше пойдет, его в королевские шуты возьмут вне конкурса… Морган — в наложницы, а меня — в пропасть. Прокатился, называется, по пустячному заданию»

Васенька тем временем выпрямился, состроил на лице некое подобие восторженного благоговения и заблеял козлиным голосом:

— Здравы буде, ваши царские величества!..

— И тебе того же, странник, — ответил один из правителей — приятного вида мужчина лет сорока, с красивым лицом и умными глазами. Второй, здоровенный быкоподобный тип с пышными усами и золотой серьгой в ухе, только кивнул. — Что привело вас в Спарту?

— Пути господни неисповедимы, — издалека начал системщик. — А уж судьба простого мудреца и вовсе в руках Отца Небесного!

— А если короче? — сбить с толку великого базилевса оказалось не так уж и просто.

— Мы в ваших свободных краях с дипломатической миссией, — соврал Вася, — а также с исторической, географической…

— И демографической, — хихикнула Морган. Васенька шикнул на нее и лучезарно улыбнулся удивленно приподнявшему брови царю. — Дозвольте представиться: потомок славного рода Небесных императоров, посол его императорского высочества…

— Дзы-Скай-Линка, — кивнул базилевс. — Мне доложили. Не плети паутину, мудрец, у нас принято выражаться просто.

— Имя! — нарушил молчание второй царь. Судя по лицу, Вася ему не слишком приглянулся.

— Василий Чай-ни-Ков! — отвесил еще один поклон системщик, старательно щуря глаза. На китайца он после этого больше походить не стал, но спрашивавший, кажется, ответом вполне удовлетворился. Ободренный кивком, Васенька указал на наемника:

— А это мой телохранитель. Грэй. Он, собственно, не из Китая, так, приобрели для двора по случаю…

«Нет, он все-таки когда-нибудь договорится», — с неудовольствием подумал наемник. От того, чтобы не закатать зазнавшемуся напарнику добрую оплеуху, он удержался с трудом.

— А кто эта… женщина? — Красивый базилевс озадаченно кашлянул. — И что у нее с лицом?

— Это? Это так, группа поддержки! — нашелся системщик. — Для интерьеру держим… Чтобы скучно не было!

— А с лицом-то что?

— Жертва моды! — развел руками Вася. Ну не скажешь же прямо, что у ребеночка бзик на косметике?

— Жертва чего?

— Болезнь такая, — отоврался Чайников, — пристрастие к физиогномической росписи, базирующееся на вытекающих последствиях индейского защитно-воинственного синдрома, который…

— Спасибо! — замахал руками базилевс. — Я это учту… А не заразно?!

— На лиц мужского пола не распространяется, — успокоил Васенька. — Разве что на тех, у кого эта… ориентация левая… В общем, вы, я думаю, этим не страдаете! Женаты?

— Да.

— Ну и отлично! Можете не беспокоиться… А вы, уважаемый?

— Ты на что намекаешь, сморчок?! — рявкнул второй царь, сверкнув глазами. — Что если я холост, так я такими вот разводами пойду?!

— Я этого не говорил, — подпрыгнул системщик, ненавязчиво косясь на серьгу в мочке сердитого правителя. — Я в том смысле, что… Вы, простите за нескромность, женщин или мужчин предпочитаете?

Вместо ответа царь побагровел и начал медленно подниматься с трона, сжимая в толстых пальцах кубок…

— Понял, понял! — заверещал Чайников. — Это был глупый вопрос. Не нервничайте, великодушнейший, сдуру ляпнул, да простит меня Небо!

— Ну, хорошо… — немного успокоился правитель и взглянул на Морган. — Но эту свою прокаженную уберите куда подальше! Береженого боги берегут… Эй, стража!

Девочка посмотрела на двинувшихся от дверей воинов с копьями, возмущенно фыркнула и вдруг топнула ногой так, что эхо раскатилось по всему залу:

— Не сметь!

Присутствующие вельможи затихли, оборачиваясь. Царь побурел:

— Это ты мне?!

— Вам! — звонко выкрикнула она. — Я что, зря красилась?! Никуда я не пойду! Еще чего!

— Морган! — зашипел Грэй. — Прекрати немедленно! Умоешься и…

— Ни за что! Я целый час на это убила! — Девочка решительно направилась прямо к остолбеневшим базилевсам. — Приятно познакомиться, я Морган Штерн! И, между прочим, — она сердито посмотрела на усатого, — это не проказа, а качественный визаж лица, называется «Глаз Клеопатры». Скажите спасибо, что на концертный макияж Мэрлина Мэнсона у меня сегодня терпения не хватило…

— Сумасшедшая, — вынесли вердикт оба правителя, вжимаясь в спинки тронов. Стражники взяли копья наперевес.

— Да ну что вы! — вылез вперед вспотевший со страху системщик. — Пустяки, переходный возраст… Не стоит так волноваться, ну ей-богу, хардом мне по софту! Она, болезная, царей никогда не видела, не соображает, что несет… Морган, сядь! Сядь, кому сказал?!

— Да пожалуйста… — девушка независимо вздернула нос и плюхнулась на лавку. Сидящие там спартанцы дружно шарахнулись в стороны, освободив место еще как минимум для десяти человек. Грэй опустился рядом. Васенька утер пот и с извиняющейся улыбкой обратился к базилевсам:

— Не переживайте, ваши превосходительства, я за нее ручаюсь… Головой и всеми остальными частями тела!

— Ну, смотри. Тебя никто за язык не тянул, — пробормотал вспыльчивый царь, с недоверием косясь на как ни в чем не бывало уплетающую яблоко Морган. Второй улыбнулся:

— Будет тебе, Гиппокрит. Мы и так напугали наших гостей! Да, забыл представиться — Филипп, царь Спарты от Пелаегов. А это Гиппокрит, из Дорийского рода, наш военачальник. Присаживайтесь, мудрейший. Побеседуем…

Чайников скромно притулился на скамье и, так как после пережитых потрясений, едва не стоивших ему здоровья, кусок в горло ему не лез, набулькал себе вина из кувшина. Впрочем, вином это светло-розовое нечто можно было назвать только с большой натяжкой…

— Разбавленное, — грустно уяснил системщик, цедя с кислой миной древнегреческий компот. — Лучше бы уж чаю налили.

— Так положено, — пожал плечами царь Филипп. — Один к трем. Во избежание пагубного пристрастия. А в Китае по-другому?

— Ну, что я могу сказать… — замялся Василий, некстати вспомнив пьянчугу Бухеля. — То есть порицается, конечно! Ибо страсть к вину — практически единственное, что отличает цивилизованного человека от варвара!

— Полностью с вами согласен, — кивнул базилевс. Сидящий рядом коллега по трону как-то странно хмыкнул, но ничего не сказал. — А как у вас карают за пьянство?

— А у вас? — вопросом на вопрос ответил Васенька, раздумывая, стоит ли упоминать о вытрезвителях и статье УК за хулиганство в нетрезвом виде.

— У нас? Два предупреждения — и смертная казнь, — скучающим тоном проговорил царь. Чайников поперхнулся вином и поспешно отставил чашу в сторону:

— Серьезный подход…

— Я, к сожалению, в Китае сам не был, — певуче проговорил великий базилевс, — так что, мудрец, поведай нам о своей великой стране! К примеру, что касается военного устройства…

— Государственная тайна! — отрубил Васенька, не слишком сильный в истории Небесной империи. Он и в российской, в общем-то, был далеко не спец… — Сами понимаете. Нас за это — ух!

— Что вы говорите? — притворно посочувствовал Филипп. — Хорошо, а принцип государственности?

— Железная пирамидальная система! — с умным видом отозвался системщик. — Жесткий контроль!

— О?

— А как вы хотели? Страна-то большая, не дай Бог, где чего упустил, за кем-то недоглядел — и все, прощай, Маруся! Как говорится: «и дорогая не узнает, какой у парня был коннект».

Морган хихикнула и, стянув с блюда гроздь винограда, посмотрела на Грэя:

— Хочешь?

— Нет, спасибо. — он взял кусок мяса. Девочка сморщила курносый нос:

— Как вы это едите? Фу-у, оно же с кровью!

— Угу. — Он, жуя, пожал плечами. Мясо было что надо — слегка полусырое. Всякие извращения вроде шашлыков и азу наемник не уважал. — Вкусно. Ты что вегетарианка?

— Да, — кивнула девочка, — но рыбу, например, тоже люблю… Только я так давно ее не ела! С самого детства.

— Рыба? Гадость безвкусная.

— Неправда. А килька в томате?!

— Та же гадость, только пересоленная. — Он плеснул в чашу воды. — Но ребята говорят, хороша под рюмочку…

— Ребята? А ты сам разве не пробовал?

— Нет. Я не пью.

— А почему?

— Не хочу.

— Почему не хочешь?

— Потому что не хочу! — отрезал Грэй. — Отстань. Тебе надо, чтобы я подавился?

— Нет… — Девочка сунула в рот виноградину. — Что ты так реагируешь? Я ведь только спросила.

— А помолчать хоть минуту ты можешь?

— Я… Ну и жуй свою мертвечину, старый зануда! — обиделась она и отвернулась. Грэй снова пожал плечами и взял с блюда еще один кусок. Настырная девчонка. Даже поесть спокойно нет никакой возможности.

Морган поерзала на скамейке, повертела головой по сторонам и от нечего делать подвинулась поближе к зевающему усатому базилевсу:

— Э-э… Гиппократ…

— Гиппокрит, — буркнул он, взглянув на нее исподлобья. — Чего тебе?

— Вы на меня не обиделись?

— Нет. Мы, цари, выше этого… Слушай, положи мое яблоко!

— Ой, извините, я не знала, что оно ваше… А почему вы такой невеселый?

— Тебе какое дело?

— Может, вы себя плохо чувствуете, — неуверенно сказала она. — Может быть, вам поговорить не с кем?

— Хорошо я себя чувствую! — отрезал Гиппокрит. — Не приставай к царю! Где тебя воспитывали?!

— Нигде, — обезоруживающе улыбнулась Морган. — Меня только вот сейчас начали… Послушайте, — зашептала девочка, доверительно наклонившись к августейшему уху, — только честно — вам тут не скучно?

— Гм…

— Мне тоже! — радостно сообщила она. — А Вася говорил, что нам показательное выступление атлетов обещали…

— Интересуешься? — с одобрением прищурился спартанский военачальник. Морган опустила ресницы:

— Ну, я не профессионал… Я больше бокс люблю! И грушу бить умею, вот!

— Зачем ее бить? — не понял Гиппокрит, недоуменно глядя на тарелку с фруктами. — Ее есть надо.

— Да нет! Боксерская груша!

— Какая?

— Вы, может, и о Майке Тайсоне никогда не слышали?! — поразилась она.

— Атлет?

— Чемпион! Он еще Холифилду ухо оттяпал! Не понимаете, да? — Она воодушевилась. — Ладно! Сейчас объясню. Значит, так…

Грэй ковырял в зубах отодранной от столешницы деревянной щепкой. Мясо, конечно, было хорошее, но жилистое и волокнистое. Говядина, судя по всему… Наемник прислушался к сотрапезникам.

— Я слышал, Афины выставляют Артабаза…

— Сильный борец, но наш Клеандр заткнет его за пояс!

— Так-то оно так, да вот только…

— Что ты там бормочешь? Всем известно, что Клеандр — лучший после Гиппокрита воин в Спарте!

— Так ты не слышал?

— О чем?

Говорящие понизили голос. Слева доносилось:

— …а в третьем раунде он наконец открылся! И тут — р-раз! Нокаут! Но рефери, паразит…

— Не засчитал?!

— Засчитал, да тут, понимаете ли…

Грэй усмехнулся. Как разошлась. Одна радость — нашла себе другие уши и оставила его, наконец, в покое.

— Ну, что я могу вам сказать о вере? — слышалось справа. — В сущности, ад и рай отличаются только поставщиком софта…

— А если брать конкретнее?

— Филипп Артаксерксович, ну это же сугубо дискуссионный вопрос! Вера — дело добровольное, пускай и существует одна главная государственная религия, но тем не менее христианство — это еще не все…

— Христианство? Такого учения я не знаю. Мне казалось, что в Китае проповедуют буддизм.

— А… э… это староверы! Будущее — за святым далай-ламой, чтоб его нимбоподобная лысина светила его пастве в бурю и непогоду!

Чушь несет, аж уши в трубочку сворачиваются, подумал Грэй. Еще чуть-чуть, и он столицей Китая объявит Лондон. А этот смазливый царь сидит, слушает, головой кивает… Одна надежда — на то, что в Азии он действительно раньше не был!

— А потом его дисквалифицировали, и он сказал… — Морган перешла на шепот.

— Так и сказал?!

— Я вам дословно цитирую!

— А они что?

— Пояс отобрали. А он и говорит…

— Как-как?!

Снова неразборчивое бормотание и хохот Гиппокрита.

Грэй скептически посмотрел на хохочущую парочку и кашлянул:

— Эй, нам не пора? Васька!

— А?

— Хватит трепаться. Не забывай, мы ненадолго.

— Грэй, обожди…

— Тринадцатый.

— Ин ди гроссе фамилиен нихт дер шнобель клац-клац, — нахально заявил системщик и повернулся спиной к напарнику.

— Что? — нахмурился тот. Смысла он не понял, но слово «шнобель» ему откровенно не понравилось. Грэй ужасно не любил, когда в его присутствии говорили на другом языке.

— Это значит — в большой семье не щелкай клювом! — с ходу перевела Морган. — Помесь русского с немецким. Послушай, серенький, не сердись…

А он не сердился. Он думал. Она выросла в России, так? Она до них не видела ни одного человека, так? Кабина адаптирует мозг всех, находящихся в ней, под наружные условия, включая временное знание языка и диалекта в заданном квадрате, но сейчас они были в Греции и соответственно изъяснялись только на греческом. Так откуда же ей знать немецкий язык? И…

И еще она недавно что-то говорила про китайский?

Секретарь лежал на узкой койке, заложив руки за голову. Под потолком слабо мигала синеватая неоновая лампочка ночного освещения.

Ракета прибудет завтра — Найждел отзвонился, предупредил. Все было продумано и взвешено. Сначала они для вида посидят в станцресторане, Найдж непременно наберется, и Логану, само собой, не останется ничего другого, как собственноручно отвести друга обратно на «Дилижанс». Экипаж, наверняка, будет весь здесь, контрабандным дуревом спекулировать — всем известно, что фобосцев хлебом не корми, дай подебоширить… Конечно, на бортовом пульте оставят кого-нибудь, но и с ним можно договориться. К любому есть свой подход.

Запиликал передатчик связи. Секретарь посмотрел на браслет. А-а, ну конечно! Давно босс не звонил…

— Я слушаю, сэр.

— Есть новости, Логан?

— Нет, сэр. Они больше со мной не связывались. Как только что-нибудь узнаю, я сразу же…

— Сколько можно?! Прошла неделя! Где их может носить семь дней?!

— Откуда мне знать, сэр? Не забывайте, у нас может пройти и месяц, и два, а у них — пара часов.

— Ты что же мне предлагаешь до пенсии их караулить?! Осталось две недели…

— Нет, сэр. Я просто напомнил… Две недели? До чего?

Председатель яростно зашипел в динамик и отключил связь. Логан подложил правую руку под голову и уставился на лампочку. «Вот почему мы так бесимся — у нас просто нет времени… А что такого может случиться, если Грэй не доставит объект в ближайшие сроки?»

Черт!

Секретарь резко сел, едва не задев виском стальную полку над кроватью. Сегодня пятое августа. А на двадцатое число, то есть ровно через две недели, в графике стоит посещение верхушкой КСН российского земного филиала! Будут все — и Глава, и оба его Заместителя… И не позднее двадцатого числа объект 7-9 должен быть изъят из своей реальности и доставлен на Фобос.

К Председателю.

Подальше от Земли.

На огороженной колоннами площадке (усатый базилевс называл это место гимнасием) стоял гвалт. Соревнования по борьбе были в самом разгаре. Дети и взрослые метали диски, упражнялись в беге, бились на кулаках и даже на мечах. Сидящие у колонн на корточках старики разглагольствовали о былом, не особенно отличаясь от современных пенсионеров с их вечным «а вот в наше время…». Грэю это было неинтересно. Кулачных боев он за свою жизнь навидался столько, сколько присутствующим и не снилось всем вместе взятым. Наемник маялся от безделья, слоняясь от одной колонны к другой и стараясь не выпускать из виду своих подопечных. Ему хотелось спать.

Вася торчал неподалеку, вполуха слушая пространные рассуждения царя Филиппа и облизываясь на мускулистых обнаженных девушек, которые метали копья. Нашел парень свой земной рай, теперь его отсюда и не выманишь… Морган, в сопровождении Гиппокрита, облазила уже всю площадку и сейчас, увлеченно жестикулируя, скакала на месте, демонстрируя нескольким любопытным боевые стойки школы Муххамеда Али. Грэй пригляделся и покачал головой. А ведь не врала она про бокс. Но этому по книжкам не научишься, это видеть надо! Причем не только видеть, но и понимать, что ты видишь. Да, генератор у нее имелся. И видеозаписи боев, скорее всего, тоже. Но так хорошо ухватить суть? Объект 7-9 определенно талантливее, чем ему, Грэю, хотелось бы… Не отвлекаясь от размышлений, наемник быстро опустил руку вниз и успел крепко сжать запястье чьей-то шустрой ручонки, втихую тащившей бластер из кобуры.

— Остынь. Это тебе без надобности.

Снизу на него уставились два больших глаза. Принадлежали они мальчишке лет двенадцати. Казалось, малолетний грабитель был несколько раздосадован тем фактом, что его поймали.

— Тебе разве не говорили, что воровать — нехорошо? — спросил Грэй.

— Говорили, — ответил мальчик. — А я… и не ворую!.. Я посмотреть хотел…

— Дома, под подушкой?

— Нет…

— Иди отсюда. — Наемник с легкой улыбкой хлопнул пацана по затылку и, застегнув кобуру (ловок, воробей, пока тянуть не начал, он и не заметил ничего!), зашагал к увлекшемуся созерцанием обнаженных спартанских нимф Васе.

— Приди в себя, натуралист-любитель. — Наемник потряс Чайникова за плечо. — Мы и так задержались.

— Угу…

— Попрощайся с их величествами, и пойдем.

— Угу…

— Ты вообще меня слышишь?

— Угу…

— Васька! — Крепкая затрещина вернула мечтателя к суровой действительности.

— А, Грэй, это ты?.. — вяло пробормотал Васенька, со вздохом, полным несбыточных желаний, отрывая взгляд от атлеток. — Как всегда, не вовремя.

— Собирайся. Нам пора. Морган, иди сюда!

— Сейчас! — донесся звонкий голос откуда-то из толпы. Царь Филипп удивленно поднял голову:

— Уже отправляетесь? Так скоро?

— Дела, — коротко ответил Грэй.

— И на вечернюю трапезу не останетесь?

Чайников радостно заулыбался:

— Ну, если на ужин, то…

— Нет, — отрубил наемник. — Простите, базилевс, но нам действительно уже пора.

— Грэй, не будь врединой!

— Тебя здесь вообще никто не спрашивает. Морган, ты идешь, наконец?

— Иду, иду! — Девочка проталкивалась к ним.

— Уходите? — огорченно спросил шагающий за ней Гиппокрит. Она обернулась:

— Не знаю… Ой!

В спешке она налетела на какую-то рослую девицу с копной золотистых волос и, как водится, в полном неглиже.

— Ты почему одета? — поинтересовалась девица, неприязненно оглядывая Морган.

— А ты почему раздета? — нашлась девочка.

— У нас так принято!

— А у нас — так! — Она попыталась обойти спартанку, но та не отставала:

— Удобнее бороться нагишом. И если уж ты пришла сюда…

— Что тебе надо? — Морган недовольно приостановилась. — Дай мне пройти!

— Пройди… — усмехнулась задира, уперев руки в боки.

— Это наезд? — фыркнула девочка.

— Морган! — донесся до нее сердитый голос Грэя. — Что ты там копаешься?

— Я сейчас! А ты, — она сузила глаза, — уйди с дороги!

— Не уйду.

— Гиппокрит! — обернулась Морган. — Чего она от меня хочет?!

Усатый базилевс развел руками:

— Нарцисса вызывает тебя на поединок! Но ты не спартанка, ты можешь отказаться.

Девочка исподлобья посмотрела на ухмыляющуюся Нарциссу и поняла, что отказаться не может…

— Какие правила?

— Повалишь на землю, — объяснил Гиппокрит, — победа за тобой!

— Понятно. — Она кивнула. — Тогда давайте.

— Ты что, будешь драться в одежде? — хмыкнула спартанка. Морган высокомерно вздернула подбородок:

— Да я тебя и так уделаю!..

— Обувь лучше сними, — посоветовал базилевс. — Будет проще.

— Это кому как! — улыбнулась девочка. — Я в них по канату ходить могу… Эй, ты, матрешка! Пошли!

Надутый системщик плелся за Грэем, то и дело оглядываясь и вздыхая. Ну вот что за человек?! Жалко ему, да? Весь кайф обломал, часовой Родины…

— Пошевеливайся, — через плечо бросил наемник. — Сначала тебя оттуда не вытянешь, а потом еще и волочь за собой приходится, как на лебедке.

— Знаешь, что, — не утерпел Васенька, которому только что нанесли страшную душевную травму, — это не по-товарищески. Когда кое-кто тут на кое-чьи ножки пялился, я же не мешал!

— Ни на что я не пялился.

— Да-а?.. — издевательски протянул Чайников. — А кто Морган просил платье снять?!

— Я просил ее переодеться!

— Ну-ну… Еще не известно, что бы ты попросил, не будь там меня…

— Тринадцатый! — рявкнул Грэй, чувствуя, как у него краснеют уши. — Еще раз намекнешь на что-нибудь в этом роде…

— Что, правда глаза колет?

— Ей же семнадцать лет! Ты в своем уме?!

— А что? Самый возраст. И вот только не надо глазки такие делать, как у девы Марии на исповеди! Я все видел!

— Заткнись, балбес, — буркнул Грэй. — Видел он…

Глядя на смущенного наемника, Вася довольно хихикнул, но, словив в ответ взгляд, по меньшей мере, маньяка-убийцы, притих. На самом деле ничего такого он за наемником не замечал. Так, брякнул первое, что в голову взбрело, лишь бы досадить… В отличие от него самого, Грэя в этом смысле упрекнуть было не в чем. Ловеласом он не слыл, а что касается каких-либо серьезных увлечений (Вася слыхал в бункере), было, конечно, но всего-то один раз за всю службу наемником в КСН. И то, кончилось плохо. Та женщина была известной мошенницей и контрабандисткой с Альдебарана. Очень, говорили, красивая. Хоть и не землянка. Ну так ведь и Грэй не совсем чтоб человек… Ее поймали на орбите и до приговора суда определили в ближайший каземат — на минус пятнадцатый этаж бункера. Определили и забыли — до поры. А Грэй, участвовавший в захвате судна контрабандистов, не забыл. Влюбился по уши, а ей это и надо было. Задурила парню голову, уговорила открыть замок и вывести из бункера — да только ее и видели! До Грэя, говорят, она Секретарю авансы делала, но тот мужик не промах, сразу понял, чего ей надо, да и обломал красотке все надежды. А Грэю стойкости не хватило — вот и остался в дураках, да еще с выговором от начальства. Хорошо, хоть самого не посадили за содействие побегу! С тех пор в романтических настроениях наемник замечен не был. Хотя многие служащие из женского состава на него поглядывали. Мужчина-то видный! Но увы — обжегшись на молоке…

Грэй злился. Какого черта этот недомерок взялся ему указывать?! Причем нести к тому же полнейшую ерунду, которая… которая… Наемник еле удержался, чтобы не сплюнуть от досады. Да, ерунда. Но, к сожалению, не беспочвенная.

— Где она?! — обрушился он на ни в чем не повинного Васеньку. Злость на себя требовала выхода, поэтому мальчик для битья сразу нашелся…

— А я откуда знаю? — огрызнулся системщик. — Это же ты у нас главный, вот и ищи!

Грэй повертел головой. Куда эта девчонка запропастилась? Они так отсюда и в следующем году не уйдут!

— Кий-я-я! — пронзительно завопили откуда-то сбоку, из-за плотной стены загорелых спин. Грэй, почуяв неладное и поэтому особо не церемонясь, протолкался сквозь живой заслон и встал столбом:

— Морган?

— Чего там? — выглянул у него из-за плеча любопытный Чайников. — Ого! Спонсор боев без правил — сок «Добрый»?!

На пятачке, огороженном толпой зевак, разворачивалось что-то отдаленно напоминающее Ледовое побоище — с поправкой на южные широты и с ограничением числа участников до двух человек… Светловолосая спартанка, обученная всем греческим правилам ведения кулачного боя, ошалело озиралась, отбиваясь от скачущей по кругу Морган. Судя по гримасам и воплям, последняя вовсю эксплуатировала восточные единоборства стиля «Бешеный обезьян, засидевшийся в клетке», да столь усердно, что противница, кажется, сама три раза пожалела, что связалась!

— Женился б ты уже на ней, Гиппокрит, — усмехаясь, проговорил царь Филипп, стоящий в первых рядах вместе с усатым коллегой. — К тебе ведь скоро ни одна девушка подойти не посмеет, испугается быть побитой.

— Я еще не выбрал.

— Зато Нарцисса тебя выбрала. Что ты упрямишься? Знатного рода, дядя — геронт, да и сама десяток других девиц за пояс заткнет! Эх, не будь я женат…

Филипп мечтательно прищурился. Гиппокрит отмахнулся от него, как от назойливой мухи:

— Что ты пристал ко мне с этой женитьбой? Не хочу я себя связывать. Тем более, Нарцисса — это же просто генерал в юбке! Нет уж, уволь, мне в доме одного военачальника хватит…

— Ну и зря, — пожал плечами базилевс. — Пожалеешь еще, когда лучшая из дочерей Спарты другому достанется! Тому же Клеандру, например. Я слышал, он давно на нее заглядывается.

— Он уже догляделся, — хмыкнул усатый, — заявился к ней вчера ночью, молокосос… С самыми, что говорится, серьезными намерениями!

— Что ж тут такого? Брак — дело благое.

— Во всем, кроме здоровья. Нарцисса его так отделала, что он до сих пор носу на улицу не кажет… Больше от стыда, конечно. Какой он воин, коли девушку увести из отчего дома не может?

— А ты и рад, — прозорливо заметил Филипп. — Между прочим, доиграешься, Нарцисса девушка вспыльчивая!

— Тоже еще, большая новость. Об этом и так вся Спарта знает…

— Морган! — пришел в себя Грэй. — Немедленно прекрати! Что ты тут устроила?

— Она… начала первая! — в перерывах между прыжками ответила девочка. — А у нас в Китае… за это бьют… в репу!

— Какой Китай?! — взбеленился наемник, отпустив тормоза. — Ты соображаешь, что…

— Грэй! — заметив повернувшихся в их сторону обоих правителей, Васенька что было сил пихнул напарника острым локтем в бок. — Не трогай Китай, я тебя умоляю. Забыл, где находишься?! Вот пришьют промышленный шпионаж, и будем мы иметь бледный вид… Морган, котеночек, заканчивай там уже!

— Одну секунду! — весело прокричал раздухарившийся объект 7-9, исполняя тройное сальто с затяжным. Спартанка, шипя от злости, сжала кулаки и ринулась на соперницу. Но крепкий кулак, нацеленный в лицо «китаянке», ушел в пустоту: Морган изогнулась назад, едва не встав на мостик, и, для устойчивости намертво вогнав острые каблуки в песок, боднула девицу головой в живот. Нарцисса охнула от неожиданности и полетела на землю.

— Моя взяла! — удовлетворенно фыркнула Морган, одним коротким прыжком выдергивая шпильки из земли, и посмотрела на красную от стыда Нарциссу. — А ты в другой раз не нарывайся! Мочалка махровая…

— Мо-о-орган, ну что за грубости?! — укорил Васенька, высовываясь на арену и утягивая счастливую девчонку в толпу, потому как поверженная спартанка явно собиралась подняться и, невзирая на условности, дать сдачи…

— Я же не матом, — оправдывалась Морган, посылая воздушные поцелуи рукоплещущим зрителям.

— И слава богу! — вздрогнул Чайников. — Они и так после нас, чувствую, Китайской империи бойкот объявят… Но как ты ей головой!

— Тебе понравилось? — засияла девочка. — Я тренировалась! На манекенах! Они, правда, тверже… А куда мы идем?

— Обратно, — ответил Грэй, для надежности цепляя за шкирки обоих. — И если кто-нибудь из вас еще хоть шаг в сторону сделает без моего разрешения…

— Понятно-понятно! — закивал Васенька. — Расстрел на месте?

— Шутник…

— А попрощаться? — встряла Морган. — Серенький…

— Меня зовут Грэй.

— И все равно — это невежливо! — упрямо заявила она. — Пусти, я хоть «до свидания» скажу!

— Я уже им за вас все сказал, — отрезал наемник, буквально выволакивая ребят с территории гимнасия. — Ни звука, ясно?!

— Ясно… — нехотя ответила девочка и остановилась. — Ой! А чемодан?

— Что?..

— Мой чемодан! Он же во дворце остался!

— Невелика потеря.

— Очень даже велика! — завопила она. — А ну стой! И прекрати меня тащить, бугай командированный!

— Да что на твоем чемодане, свет клином сошелся?!

— Сошелся! Сошелся! У меня там… лицо!

— Чего?

— Ничего! — Она затопала ногами. Из-под металлических шпилек полетели искры. — А тебе что так трудно полквартала пройти, да?! Эгоист несчастный!

— Это я-то эгоист?!

— Ребята-а-а… — застонал Чайников, которого просто укачало от постоянного встряхивания за шиворот — рассерженно машущий руками Грэй совсем забыл, что в одной из них висит системщик. — Может, хватит, а? Морган, прикрути звук, сейчас сюда весь город сбежится. Грэй, пошли за чемоданом. Туда-сюда — десять минут от силы. И не тряси меня, морда резидентная, ни бита совести у тебя нету…

Наемник перевел дух.

— Ладно. Но туда и обратно! Услышу что-нибудь вроде «останемся на ужин» — пристрелю. Ясно?

Морган быстро закивала. Васенька сердито надулся. «Какой идиот писал на него должностную характеристику?! «Безэмоционален», как же, держи карман шире! Да его лечить надо! Электричеством и жемчужными ваннами…»

Всю дорогу обратно до дворца базилевсов молчали. Васенька — от обиды, Морган — из справедливого опасения, что ее драгоценный саквояж останется в качестве подарка Спарте, а Грэй — потому что был зол и разговаривать ему не хотелось. Солнце уже садится, день прошел — целый день! А он все еще тут болтается. Из-за них вот. «Вернусь в бункер, — подумал он, — и пусть с ними там делают, что хотят! В конце концов, я наемник, а не работник детской комнаты милиции! Надоело все это до чертиков»

Они поднялись по белым мраморным ступеням. Стражники у дверей, узнав «китайских послов», пропустили делегацию без всяких вопросов. И правильно поступили, надо сказать — в нынешнем поганом настроении наемнику КСН поперек дороги становиться было чистейшей воды самоубийством.

— Неси сюда свой чемодан, — сказал Грэй, опускаясь на край кушетки. — Васька, а это еще зачем?

Распихивающий по карманам яблоки системщик обернулся:

— На халяву и «Рама» — сливочное масло… И вообще, еще не известно, куда в этот раз занесет. Мы-то с тобой, если что, потерпим, а ребенка кто будет кормить?

— Какого ребенка?

— Да Морган же! Она фрукты трескает, как слон банные веники… На вот, себе положи, у меня уже некуда.

— Буду я еще в собственных карманах овощебазу устраивать. А если раздавлю? Штаны мне ты стирать будешь?

— Ну не пропадать же добру!

— Придумай что-нибудь… — Грэй закрыл глаза и потер виски ладонями. Устал. И не спал трое суток: с первого задания дернули на второе, а потом — на это…

— Морган! — крикнул Васенька. — У тебя есть пустой пакет?

— Есть, — ответили из-за двери. — Тебе какой — побольше, поменьше? Совсем маленький не дам, у меня там крем для снятия лица, а тюбик протекает.

— А маленький и не надо… Погоди, для снятия чего?

— Лица. — Морган, пятясь, появилась на пороге, волоча по полу свою «косметичку». — Ну, макияжа…

— А мылом не проще?

— Да ты что?! Этот жуткий хозяйственный кирпич?! Там же сплошная щелочь! С ума сошел… На, держи пакет. Он чистый, у меня там полотенце лежало.

— Спасибо! — обрадовался Чайников, деловито ссыпая фрукты из деревянной плошки в шуршащие пакеточные недра.

— И винограду еще… — сосредоточенно бормотал он, — сверху, для сохранности… Грэй, а, Грэй! Ты персики любишь?

— Нет. А что?

— Да вот думаю, брать, не брать…

— Мешочник, — усмехнулся наемник. В затылке слабо заныло. Эта жара… И эта усталость…

— Серенький, — тихо прозвучал рядом голос Морган, — тебе плохо?

— Нет. — Он моргнул.

— Ты неправду говоришь, — Девочка склонила голову набок, — Я же вижу!

— Оставь меня в покое, — раздраженно буркнул он, надеясь, что она обидится и отойдет. Не помогло.

— Подожди, — сказала девочка, усаживаясь рядом, — и не ругайся, пожалуйста…

Прохладная ладошка легла ему на голову. Грэй дернулся:

— Убери руки!

Она его даже не слушала. Сосредоточенно наморщила лоб и провела ладонью по затылку.

— Ага… Здесь болит, да?

— Я же сказал…

— Болит. Сейчас перестанет. Ты только не злись… Почему ты все время злишься?

— Устал я, Морган, — неожиданно для себя признался он. — Очень устал...

— Тебе надо спать, — сказала девочка, второй рукой закрывая ему глаза. — Так нельзя, серенький.

— Идти надо, — вяло воспротивился наемник, хотя на самом-то деле сейчас ему уж точно никуда идти не хотелось. Тупая боль в затылке становилась все тише, глаза начали слипаться.

— Ты спи, — тихонько сказала Морган. — Спи… Уже не болит?

— Нет. — Он зевнул. К черту. Эти полчаса ничего не изменят. Иначе, действительно, его может вырубить прямо на улице.

— Грэй…— повернулся Вася. Морган прижала палец к губам.

— Тсс! — шепнула она. — Он заснул…

Глава 6

На борту почтового корабля «Дилижанс» было сумрачно и пусто. Весь экипаж ускакал на «Декту», смотреть матч третьей галактической лиги на кубок Солнечного Диска. Дежурный штурман, полчаса помаявшись у пульта, с удовольствием спихнул свои прямые обязанности «доброму» Логану и со стаканом «Будвайсера» сейчас активно болел «за наших». За кого именно, Секретарь так и не понял: играли Марс с Церерой-1, а штурман был землянином… «По всей видимости, патриотизм здесь неуместен, главное — сам процесс». Логан был плохим болельщиком, и спортом не интересовался совершенно. Впрочем, жить ему этот печальный факт абсолютно не мешал.

Найджел, отведший душу в компании друга и двух с половиной литров старого доброго виски, храпел у себя в каюте. Операция «Пропустите, он же сам не дойдет» прошла без сучка без задоринки… Нехорошо, конечно, на друзьях спекулировать, но тут особый случай.

Оставшись, наконец, в столь желанном одиночестве, Логан уселся в кресло отсутствующего бортинженера. Итак, с чего начнем? Он задумчиво посмотрел на дисплей. А начнем хотя бы с Председателя. Личное дело, наверное, даже и открывать не стоит, там явно все чисто. Субъективные контакты КСН не отслеживает. Если только…

Он вставил в панельный разъем личную логин-карту, позволяющую входить в любой информационный порт с любого компьютера, ввел пароль и набрал код базы данных системного регулирования Коалиции. Страница открылась. Так. Нам нужна верхушка… Есть. Председатель, посещения. Логан подумал и дал уточнение: «За все время службы». Так… В этом году никаких происшествий. В прошлом тоже. Позапрошлый — тоже ничего. Ладно, копнем глубже… Официальный визит на Каспер в мае 1985 года. Пробыл там неделю. Ничего интересного… Сопровождение Главы на съезд Двенадцати Крайних галактик — январь 1990 года. Миссия по благоустройству тюремных колоний Марса, с второго по четвертое июня 1993… Опа! «Омрачилась случаем нападения заключенного на делегацию». А вот это уже теплее! Секретарь нажал на «развернуть».

«Нападение заключенного номер 7132 на главу делегации Коалиции Сторонних Наблюдателей в процессе осмотра лагеря особого режима «Ульзас». Прорвавшись сквозь электрическое заграждение, осужденный выхватил у начальника блока табельный декапитатор и произвел четыре выстрела в упор. Благодаря защитному жилету глава делегации серьезно не пострадал. Нарушитель был вовремя обезоружен и возвращен в камеру. Главный надзиратель приносит свои глубочайшие… Обещает впредь…»

«Кажется, нашел, — улыбнулся Секретарь. — С каких пор заключенные безо всяких причин вот так вот бросаются на представителей Коалиции? Илипричина все-таки была? Сейчас посмотрим…» Он отправил запрос по делу о нападении. Протокол… Личное участие Председателя… Допрос, назначенный на третье июня… Не состоялся? По причине «скоропостижной смерти подследственного»?! Вот это да! «Признавший свою вину заключенный номер 7132 покончил с собой». Логан усмехнулся: «Сам покончил, или с ним покончили?» Секретарь задал новый запрос.

«Личное дело. Узник №7132. Имя: Тангир Мазан. Уроженец Венеры»

Простите! Каждому известно, что вот уже почти семь тысяч лет, как Венера погибла в результате столкновения с солнечным протуберанцем. Чушь какая… Сколько же этому несчастному было лет? Да столько не живут!

«Найден на Сириусе, в капсуле глубокой заморозки, в 1965 году н.э. Сопутствующих документов не обнаружено. Корпус капсулы сильно поврежден, по оценкам специалистов, скорее всего, в результате встречи с метеоритным потоком. Судя по характерному строению аппарата, первоначально капсулы могло быть две…».

Вот как. Две, значит? А кто занимал вторую, и куда она делась?

«Придя в сознание, спасенный не понимал, где находится, и в агрессивной форме требовал выпустить его. Покалечил троих медиков. Был помещен в центр адаптации, но состояние его не изменилось. Маниакально-депрессивный психоз, навязчивые идеи… После курса психотерапии стал более вменяем, но замкнулся в себе. Два раза предпринимал попытки к бегству, третий раз стоил жизни пятерым сотрудникам центра. Суд, состоявшийся в 2000-м году, вынес приговор: пожизненное заключение».

Обычный псих? Возможно. Наврал с три короба про Венеру… Логан опустил глаза, скользя по строчкам, и присвистнул. Нет. Вот подшивка о проверке. Согласно показаниям номера 7132, он занимал пост второго министра при верховном архане (то есть — правителе) Венеры. Данные были подтверждены двумя экспедициями. Действительно, такой существовал. И имел при дворе некоего советника по имени Тангир Мазан. Заснятое на пленку заседание арханата, найденное в архивах одного из венерианских торговых кораблей, который в момент трагедии был далеко от родины, подтвердило слова заключенного. Больше из аппарата правительства не уцелел никто. Сам архан погиб за несколько дней до катастрофы…

— Не слишком ли много трупов во всей этой истории? — пробормотал Логан, открывая протокол врачебной справки Тангира Мазана на момент поступления в «Ульзас». И что у нас здесь? Нарушения сна, бессвязная речь… какие-то сложные медицинские термины… маниакальный бред, в котором преобладают две фразы: «Утренняя Звезда» и «найти Руфуса»… Ну, со звездой понятно — это общеизвестное второе название Венеры, а кто такой Руфус? Логан щелкнул по имени курсором. — Тьфу!

Дура-система принялась качать биографии всех известных галактике Руфусов. Тут за всю жизнь не разгребешь! Попробуем по-другому.

«Венера: поиск. Последний действующий архан: поиск. Окружение: поиск» Ах, вот ты где! Руфус Цолбон, первый министр. Секретарь ввел в поисковое окошко: «Местонахождение на данный момент».

«Сведений нет»

Хорошо… а так? «Сведения о выделенном объекте».

«Сведений нет»

Имя есть, а больше — ничего. Нет, ты мне все равно ответишь…

«Искать в закрытых архивах», набрал он. Экран монитора мигнул и зажегся красным:

«Сведения удалены»

Ах, так?

«Инициатор удаления»

«Доступ закрыт. Введите код доступа»

Надо было догадаться. Логан заскрипел зубами. В подборке паролей он был не силен. Здесь нужен хороший взломщик… Тогда попробуем это:

«Дата удаления файлов»

«21 сентября 1970 года», — выдала система. Уже неплохо. Отсюда и поскачем… База КСН. Документы. 1970 год. Сентябрь…

«Приказ о зачислении. Теоретик-разработчик. Карес Ин-Тор»

— Вот так, — удовлетворенно сказал Секретарь. — Вот ты и попался, дорогой босс.

Карес Ин-Тор — имя Председателя. И начинал он с теоротдела. В семидесятом… Но что общего между венерианцем Руфусом Цолбоном и коренным фобосцем Каресом? Да еще если учесть разницу в возрасте почти на семь тысяч лет?! Логан наморщил лоб. Должно быть, между этими двумя что-то общее. Иначе с какой стати Председателю понадобилось бы уничтожать все данные о венерианском министре? Которого, к тому же, наверняка, уже давно нет в живых — даже если он и не погиб тогда, в катастрофе, все равно — ведь прошло семь тысяч лет! Насколько он помнил, венерианцы долгожителями не были. А уж на Фобосе средняя продолжительность жизни вообще — лет восемьдесят. Они не могли друг друга знать. Никак не могли.

Но, получается, что знали?

— …нет, а вот это вы все-таки зря! — звучал где-то рядом голос Чайникова. — Как же так? Искусство должно быть! Оно облагораживает!

— Спартанцы — воины, — отвечал густой бас, — и праздные развлечения…

— Что, и музыки нет?!

— Нет.

— Как пещерные люди, право слово… Эх, ребятушки, все у вас хорошо, но я уж лучше тогда домой.

Грэй зевнул и открыл глаза. В зале было темно. Возле жаровни с огнем вырисовывались две фигуры: тощая и растрепанная — Васеньки, и отливающая рельефной мускулатурой — Гиппокрита. Системщик, насадив на длинную палку три яблока, вертел «шампур» над очагом.

— А внутрь, — сказал он, облизываясь, — я меду с корицей положил! Вы пробовали? Нет? Зря, реальная вещь… Будете?

Чайников, обжигаясь и дуя на пальцы, снял одно яблоко с палки и протянул базилевсу. Тот покачал головой:

— Нет. Нам нельзя.

— Фруктовокислотная непереносимость? — посочувствовал Васенька, уплетая десерт.

— Не в этом дело, мудрец. В Спарте запрещено есть в одиночку.

— Так нас же двое! Сейчас еще и Морган прибежит…

— На трапезе должно присутствовать не меньше пятнадцати человек. Это закон.

— Да я никому…

— Не соблазняй! — нахмурился царь. — Если уж правитель дает слабину, то чего же ждать от подданных?

— Фи... — отмахнулся системщик, почти силком всучивая несговорчивому Гиппокриту сморщенный от жара фрукт. — Закон — что дышло, куда повернешь, туда и вышло. Ой, вкуснятина-а…

Он зачавкал. Усатый базилевс, сглотнув слюну, решительно отложил яблоко подальше, на край жаровни.

— Нет. Нам хватит и Филиппа.

— А-а, значит, президент номер два вовсю греху тайноядения предается? А с виду такой благообразный, с маникюром…

— Внешность обманчива. Только он не ест. Он пьет.

— Тогда зачем такие законы?

— Не мы их устанавливали, не нам их отменять. — сокрушенно пожал плечами царь. Было видно, что от гражданского кодекса Спарты он тоже, мягко говоря, не в восторге…

— Морган! — позвал Чайников, поворачиваясь к закрытым дверям в соседние покои. — Иди ужинать!

Наемник потянулся и сел на кушетке. Чувствовал он себя замечательно. Казалось бы, всего-то несколько часов сна — а как меняется жизнь!

— Грэй? — обрадовался системщик. — Ну как? Выспался?

— Вполне.

— Я тебе тоже сейчас яблочко сварганю, подожди пять сек…

— Не надо. Я не хочу есть. — Он встал и подошел к ним. — Уже ночь? Долго же я спал.

— Морган! — снова крикнул Вася. — Ты идешь, или что? Сейчас сам все съем!

Никто не отозвался.

— Еще одна соня… — беззлобно проворчал Чайников и сунул горячие фрукты в руки Грэю. — Пойду, позову. Опять, небось, красоту наводит…

Он распахнул створки дверей:

— Эй! Ты спишь, что ли?

Тишина.

— Морган?

Наемник повертел в руках яблоки, понюхал их и чихнул. В нос попала корица. Нет уж, мясо, мясо и только мясо!

— Грэй! — завопил Васенька, выскакивая из комнаты. Глаза у него были, как у зайца в свете фар. — Ее там нет!

— Как — нет?

— Ну, нету и все! Чемодан на полу валяется, а ее как делитом стерло!

— Может, погулять пошла? — предположил базилевс.

— Каким образом?! Мы же здесь были!

Грэй нахмурился, бросил печеные фрукты прямо на горящие угли и широкими шагами направился к месту происшествия. Остановился посреди комнаты. Огляделся. Принюхался. Пахло духами, какой-то парфюмерной пакостью и… мужским потом!

— Васька! — гаркнул наемник, глядя на пол — на мраморных плитах явственно проступали отпечатки босых ног размера «сорок пятый раздвижной». — Где тебя черти носили?! У нас объект из-под носа увели!

— Не может этого быть, — дико заозирался перепуганный Васенька. — Я ведь даже из зала не выходил! Скажите, Гиппокрит?!

— Да… — базилевс пожевал ус и посмотрел на следы, ведущие к открытой террасе. — Через балкон ушел. И недавно. — Он присел на корточки и провел ладонью по следу. — Не успела земля высохнуть.

Вася с остервенением принялся рвать у себя на макушке буйные кудри:

— Как же я не услышал?! Остолоп, глухня столетняя, ламер недобитый…

— Тихо ты!..

— А-а-а! — выл Чайников, бегая по комнате и заглядывая под кушетки. — Сперли! Сперли, паразиты! Заиньку нашу беззащитную!

— Васька!

— У-у, чтоб мне винчестер вручную форматирова-а-ать!

— Тринадцатый, заглохни! — Грэй поймал его за воротник и встряхнул. — Чего ты орешь? Спарта не Москва, найдем… Гиппокрит, вы здешний. Что тут могло произойти?

— Украли! — развел руками царь.

— С какой целью?

— Я так думаю, в смысле брака… Больше просто незачем!

— Какого еще брака?! — взвизгнул системщик. — Ты что несешь, утопить тебя в данных?! Здесь же не Кавказ!

— В Спарте женщину берут уводом. Согласия ее, как правило, не спрашивают. Как только новобрачная переступит порог холостяцкого жилища, она автоматически становится женой!

— Вандализм!

— Гиппокрит, — сдвинул брови Грэй, — кто мог это сделать?

— Не знаю. Да кто бы ни сделал — уже, наверное, поздно…

— Поздно или нет — потом разберемся. Нужно найти ее, базилевс. И будет лучше, если вы нам поможете, потому что, если я возьмусь за это сам…

— То Греция превратится в одну большую братскую могилу! — припугнул Васенька. — У нас, у китайцев, разговор короткий! И если кто нашу пупсиньку обидит — по байтам разложу и кодировку зашифрую!

Не то чтобы царь очень испугался вышеозначенных угроз, но тем не менее кивнул:

— Хорошо. Пойдемте. Я так думаю, кто-нибудь все-таки мог их видеть…

— А стражу звать не будем? — приостановился системщик. — Вдруг что?

— Нельзя. Вмешиваться в семейные отношения, какими бы они ни были, непозволительно. Нас трое… — Он оглядел тщедушные телеса Чайникова и поправился: — Двое. Думаю, справимся без посторонней помощи. Только уговор — если поймают, я здесь не при чем!

— Идет, — кивнул наемник, покидая зал следом за базилевсом. Сзади, бормоча себе под нос нечто воинственное и вспоминая вслух все известные виды казней, семенил Васенька. «Тоже еще, мститель, — подумал Грэй. Сначала проворонил, а теперь небесными карами грозится…» И тем не менее тот, кто умыкнул Морган, в очень скором времени об этом пожалеет. Во-первых, потому, что воровать людей — это уже терроризм. Во-вторых, объект 7-9 до момента доставки в бункер находится под его, Грэя, защитой. А в третьих… в третьих… Да к черту пункты! Можно уже не прикрываться доскональным знанием должностных инструкций. Дайте только поймать мерзавца — и ему тогда определенно будет не до женитьбы!..

Маленькая процессия осторожно шагала по длинным коридорам царского дворца. На освещении, по всем признакам, экономили. По одному дымящему факелу на двадцать квадратных метров… Негусто!

У высоких дверей, из-под которых выползали две желтые полоски колеблющегося света жаровен, Гиппокрит обернулся на напарников и приложил палец к губам.

— Тихо! — шепнул он. — Это покои Филиппа. Он любопытен, увидит или услышит — пиши пропало.

На цыпочках они прошмыгнули мимо опасного участка, не нарушив тишины. Базилевс свернул куда-то в сторону и поманил сотрудников КСН за собой.

— Через главный вход лучше не соваться, — пояснил он, — там стража. Донесут.

— Да их-то какое дело? — удивился Васенька. — Вы же правитель! Они вам подчиняться должны, а не…

— Служебный долг! Чтоб его… Осторожно, не споткнитесь, тут ступеньки.

Гиппокрит снова сделал крюк и толкнул неразличимую во мраке дверь. Тихо скрипнул засов. В полукруглом проеме арки звездами замерцало темное ночное небо. Громко и монотонно стрекотали кузнечики. В неподвижном теплом воздухе плыл медовый аромат цветущей акации.

— И куда дальше? — Грэй осмотрелся. Никого.

— За мной! — сказал Гиппокрит, с ловкостью, свидетельствующей о большом опыте, перелезая через живую изгородь. Вася шмыгнул следом. Наемник еще раз огляделся и, не заметив ничего подозрительного, последовал их примеру.

— Итак, — задумчиво проговорил царь, покручивая ус и обозревая пустынную улицу, — будем думать. Женатых отбросим сразу. Молодежь в казармах…

— Вся ли? — вдруг хмыкнул Грэй, чуть отступая назад и суя руку по локоть в густые заросли благоухающей акации. Там кто-то затрепыхался, и на песчаную дорожку вывалился пацаненок, чье ухо было крепко зажато в железных пальцах наемника. Базилевс сердито нахмурился:

— Кассандр! Ты что здесь делаешь?!

— Простите, дядя… — заскулил мальчишка, тщетно пытаясь высвободить покрасневшее ухо. Наемник пригляделся:

— А, опять ты!..

— Вы что знакомы? — изумился Чайников. — Да ты, Грэй, я смотрю, времени зря не теряешь!

— Этот малец еще на спортплощадке пытался у меня бластер стянуть… Решил снова попробовать?

— Нет, — пацан все-таки вывернулся из рук наемника, едва не оставшись без ушной раковины. — Мне просто хотелось на вас поближе посмотреть!

— Ты же знаешь, — сказал базилевс, — как наказывают за самовольное шатание по ночам! Из казармы ты, конечно, сбежал?

— Дядя…

— Молчать! Твоя мать и моя сестра поседела бы от стыда, узнав, как ведет себя ее сын!

— Ваше величество, вы бы потише, — предостерег Васенька. — Сами же боялись, что услышать могут.

— А вы что здесь делаете, дядя? — хитро прищурился царский племянник. Усатый базилевс погрозил ему пальцем:

— Не твоего ума дело. Скажешь кому — выпорю! Понял?

— Понял… Вы ведь тоже никому не скажете?

— Что?!

— Слушай, ты, шантажист малолетний! — недовольно проговорил системщик. — Ты это брось! Уши лишние?

— Нет!

— Значит, веди себя цивильно и благородно… Не знаю, как Гиппокрит, а я лично не такой чуткий!

— Поколотите? — уточнил мальчик.

— На прерываниях перевешаю! — сделав зверское лицо, пообещал Чайников. — И не посмотрю, что несовершеннолетний! Уяснил?!

— Да!

— Так-то вот…

— Давно здесь сидишь? — спросил Грэй. Паренек кивнул:

— Час или два.

— Ничего необычного не заметил?

— Вроде бы нет. — Он задумался. — Караул у крыльца сменили… коза чья-то в переулок забежала… благовония в храм понесли…

— Ясно. — Наемник повернулся к базилевсу. — Гиппокрит, вся надежда на вас. Вряд ли горожане обрадуются повальному обыску.

— Это угроза?

— Нет. Предупреждение, — спокойно ответил Грэй. Царь прикинул возможный ущерб городу и своей репутации, и нехотя кивнул:

— По рукам. Сейчас обойдем все дворы. Долго, конечно, будет…

— Собаки на задворках дрались, — продолжал бормотать царев племянник, — во дворец через черный ход кувшины с вином пронесли…

— Для Филиппа, — отвлекся базилевс. — Не зря я его подозревал!

— …женился кто-то…

— А ведь из себя, проходимец, такого святошу строит! — распалялся правитель. — Лично на порках в наказание за пьянство присутствует! Доберусь я до него когда-нибудь… Погоди, Кассандр! Ты сказал, кто-то женился?!

— Да, — пожал плечами мальчик, — я видел, девушку несли.

— Морган?! — подпрыгнул Васенька.

— Не знаю… — растерялся Кассандр. — Темно было. Они мимо прошли, я боялся, что заметят. Я еще сначала подумал — почему вдвоем? Два мужа не могут иметь одну жену! А потом, конечно…

— Как она выглядела? — навис над племянником Гиппокрит.

— Не разглядел я! Ночь ведь!

— Кассандр!

— Я правду говорю, дядя!

— Я тебе не дядя! Я тебе — царь! Отвечай немедленно! Мне с перспективными союзниками неприятности не нужны!

— Хоть убейте — не видел я. — чуть не заплакал мальчишка. — Ее и несли-то на плече, лицом вниз!

— Хоть живую? — обмер Васенька. Кассандр ухмыльнулся:

— Конечно. Она так ругалась! Кричала, что придет какой-то серый человек и всех тут… в асфальт закатает! Дядя, а что такое «асфальт»?

— Морган… — улыбнулся Грэй. Значит, она в порядке. Напряжение спало. — Видел, куда ее понесли?

— А что тут видеть? — развел руками Кассандр. — К господину Иппонику, куда же еще?

— С чего ты взял?! — поразился Гиппокрит. — Иппоник же стар, как мир! Кроме того, почтенному эфору воровать заезжих девиц…

— Так он рядом шел! А девушку нес илот с его подворья. Он, наверное, и украл, господин Иппоник уже не тот…

— Не врешь?

— Клянусь отцовским щитом! — воскликнул мальчик. — Я их обоих узнал!

— Ну, мало ли… темно…

— Уж нашего бывшего педонома я и с закрытыми глазами узнаю, — скорчил гримасу паренек. Васенька выпучил глаза:

— Вашего, извиняюсь, педо… кого?!

— Педонома, — пояснил Гиппокрит, направляясь вглубь плохо освещенного переулка слева по курсу. — Так называют старейших и наиболее уважаемых граждан. Они приставляются к мальчикам в качестве воспитателей. Это сейчас Иппоник — эфор. Но его всего три года как назначили… Действительно, у него месяц назад умерла жена. Но я, честно говоря, не думал, что в его возрасте… гм. Хотя в этот период жизни как раз чувственную встряску рекомендуют.

— Я ему лоботомию порекомендую, — угрожающе нахмурился наемник. — У вас что, базилевс, своих женщин мало?

— Да не то чтобы… Считай, поровну. Но сегодня Морган произвела впечатление на моих сограждан. Спарта ценит таких девушек!

— Мы заметили, — пробормотал Грэй, поглаживая холодный ствол бластера. Ценители нашлись! Чужого добра…

Поплутав по закоулкам, компания полуночников, возглавляемая поминутно оглядывающимся Гиппокритом, вышла к большому каменному дому с низким крыльцом. Заборов, видимо, в Спарте не ставили в принципе.

— Дома? — спросил Грэй. Базилевс на носочках подкрался поближе, прижался спиной к стене здания и осторожно заглянул в окно:

— Свет в дальних комнатах горит. Стало быть…

— …клиент на месте. — засучивая рукава рубахи, кровожадно ухмыльнулся Чайников. — Отлично! Грэй, будь другом, подсади-ка меня. Сейчас я им покажу, что такое настоящий ураганный 3D экшен!

— Вы в своем уме?! — зашептал Гиппокрит. — Соседей перебудим, и вся Спарта сбежится поучаствовать! Вас растерзают за вторжение на территорию частной собственности, и меня с вами заодно.

— Вас?! — не поверил Васенька, с сомнением оглядывая царя, накачанного, как талисман шин «Мишлен».

— Вы уйдете, а мне ими еще править!

— Ладно, уговорили… Но не торчать же нам теперь всю ночь под окнами в позе ыынь-цзэ?!

— А зачем?.. — широко заулыбался племянник базилевса. — Влезем потихонечку в окошко, и все! Никто не заметит.

— Ты, я так понимаю, практиковался? — со смешком спросил Грэй. Мальчик потупился. Гиппокрит с гордостью выпятил подбородок:

— Весь в меня!

— Да, дядя, мама говорила…

— Хм, — оконфузился царь и с видом делового воробья зашагал к задней стене дома. — В нижние окна мы не пролезем, больно узкие, а вот на второй этаж попробовать можно…

Посмеивающиеся напарники вместе с мальчишкой потянулись за ним.

— Какой у нас план? — поинтересовался системщик.

— Простой. — Грэй оглянулся на безлюдную улочку и буераки за задним двором. — Лезем в окно, забираем Морган и уходим огородами.

— К телепортеру? — уточнил Вася.

— Именно. Нечего резину тянуть.

— А чемодан?

— Опять?

— Грэй, ну не может дите без сумочки! Это все равно, что у тебя бластер отобрать!

— Нашел, что сравнивать. — Наемник пару секунд подумал и остановился, глядя на племянника его величества. — Кассандр. Можешь кое-что для нас сделать?

— Могу! — с готовностью кивнул мальчик. — Только скажите!

— Надо залезть во дворец и взять оттуда чемодан.

— А что это?

— Большой кожаный сундук с замочками, — объяснил системщик. — На весь дворец такой один, не перепутаешь… Как возьмешь, тащи в лесок, что возле вашей площадки для борьбы, и жди нас.

— Понял! — снова кивнул Кассандр, и умчался, сверкая голыми пятками.

— Васька, мы остолопы… — вдруг сказал Грэй.

— Почему?

— Ты вспомни, сколько весит этот ее «чемоданчик». Он же его попросту не дотащит.

— Дотащит! — уверенно подмигнул через плечо усатый базилевс. — Если уж упер, значит, дотащит!

— Странные высказывания для правителя, — усмехнулся наемник.

— Настоящий спартанец, — заявил Гиппокрит, задумчиво глядя на высокое дерево, растущее вплотную к дому и ветвями достающее до окон второго этажа, — это тот, кто хорошо ворует!

— А если вдруг…

— И не попадается!

— Ну у вас и порядки, — покачал головой Чайников. — Э… Вы куда полезли, ваше величество?!

— Наверх. И вы давайте за мной! Нечего на виду торчать, еще заметит кто… Поднимайтесь, поднимайтесь!

Все трое взобрались по шершавому стволу на широкую ветку и, толкаясь, потянулись к слабо освещенному окну. Видно было как сквозь немытую линзу — на оконный проем был натянул мутный бычий пузырь… Медный светильник, стол, кровать справа от окна, ширма в углу. Все.

— Пусто?

— Попробуем другое, — пожал плечами базилевс. Грэй придержал его за руку:

— Стойте. Смотрите…

Они прилипли носами к «стеклу». Дверь комнаты приоткрылась, и в образовавшуюся щель осторожно заглянула мужская голова. Повращала глазами и, вроде как немного осмелев, просунулась внутрь уже вместе с плечами. Как оказалось, напрасно: в ту же секунду дом огласил жуткий вопль ужаленного осой ирокеза, в воздухе что-то мелькнуло, — и в сантиметре от носа мужчины в деревянный косяк вонзилась острая шпилька женской туфельки.

— Она здесь! — хихикнул Васенька, с удовольствием наблюдая, как перепуганный спартанец захлопывает дверь. Судя по быстроте реакции — не в первый раз… Из-за высокой спинки кровати высунулась черноволосая голова, издала торжествующее фырканье и, дернув за веревку, конец которой, оказывается, был привязан к «метательному орудию», снова спряталась. Грэй, улыбаясь, вынул складной охотничий нож:

— Я первый, Васька за мной, а вы, базилевс, здесь покараульте. Мы быстро. Тринадцатый, готов?

— Всегда готов!

— Тогда поехали. — Острое лезвие бесшумно вспороло толстую пленку. Деревянная решетка, хрустнув под ударом кулака наемника, провалилась, и оба напарника, перемахнув через подоконник, приземлились на дощатый пол комнаты: Грэй профессионально, на одно колено, Васенька — как смог, то есть физией в пыльный угол…

— Морган, — позвал Грэй. — Вылезай, это мы.

— Серенький?! — Из-за кровати показалась знакомая размалеванная мордашка. — Что же вы так долго!..

Девочка выпрыгнула из своего укрытия и со счастливым писком привычно повисла у него на шее. Наемник только рукой махнул — что толку из себя Бастилию строить? Такой уж объект эмоциональный попался… А с туфлей, что и говорить, она неплохо придумала! Грэй усмехнулся, глядя на изрешеченную аккуратными круглыми отверстиями дверь, и подал руку системщику, утирающему извазюканное лицо рукавом:

— Вставай. Уходим, пока все тихо. Морган, не висни, ты не медаль…

— Извини. — Она убрала руки и, нацепив на ноги свои боевые туфельки, процокала к окну. — Мы сюда, да, серенький? Ой! Здравствуйте, Гиппокрит! Вы зачем на дерево залезли?

— На прочность проверяю, — буркнул царь.

— А-а…

— Подвиньтесь, ваше величество. — Грэй перекинул ногу через подоконник. — Ветка узкая. Морган, сначала ты, спускайся и стой внизу…

Под деревом послышались голоса. Базилевс замер с круглыми глазами:

— Застукали?!

— Все — назад! — быстро скомандовал наемник, отодвигая товарищей от окна и осторожно выглядывая наружу. Из-за угла дома неспеша вышли четверо мужчин в простеньких набедренных повязках. Мирно о чем-то переговариваясь, они остановились возле дерева и присели на корточки.

— Телохранители Иппоника, — сквозь зубы прошипел прикинувшийся листвой Гиппокрит. — Принесла же нелегкая!

— Уходить не собираются… — наемник наморщил лоб. — Придется менять план.

— Каким макаром?.. — нервно грызя ноготь на пальце, спросил системщик. — Через парадный вход выйдем, что ли?!

— Необязательно.

— Соображай быстрее, — посоветовал Вася, с тревогой прислушиваясь к шагам за дверью. — Сюда идут!

— Это, наверное, тот противный старикашка, — догадалась Морган, морща нос. — Он говорил, что когда вернется из святилища, то придет ко мне… А зачем?

— Догадайся, — процедил Грэй, зло косясь на дверь. Васенька промолчал, потому как на язык просились слова, несовместимые с его врожденной интеллигентностью. Девочка залилась краской:

— Так он… У-у, жирная капиталистическая свинья! Да я ему…

— Тихо, — велел наемник. — Услышат.

— Но он же хотел…

— И в его желании нет ничего удивительного, — бросил мужчина, сосредоточенно размышляя, поместятся ли они втроем под кроватью, или не поместятся. — Ты в зеркало себя видела?

— Я что, некрасивая?!

— Это смотря какую часть тела демонстрировать.

— Дурак!

— Грэй! В дверь стучат! — зашептал Васенька. — И либо ты что-нибудь придумаешь наконец, либо я открываю!

— Погоди… Черт возьми, не влезем мы под кровать.

— А зачем нам это?.. — поразилась Морган. Вася перевел взгляд на скромное спартанское ложе и вдруг просиял:

— Ребята! Есть предложение! Только, Грэй, без крика, игра стоит свеч…

— Что там у тебя?

— Значит, так, — торопливо зашептал Чайников, — играем сцену из «Тысячи и одной ночи», эпизод — «Невеста султана». Морган, ложись.

— Что-о?!

— Ложись, говорят тебе! Не бойся, если этого прадедушку на сладкое потянет, то мы его…

— Порвем на тряпки, — пообещал Грэй, уже сообразив, куда клонит напарник. — Делай, как он сказал.

В двери снова заскреблись, и чей-то голос провозгласил:

— Господин желает войти!

— А я не желаю, чтобы он тут… входил! — вскинулась Морган. Васенька зашипел:

— Уймись! Отвечай поласковее, мол, сию секунду, брови подведу и сразу…

— Нет!

— Дурочка, никто тебя и пальцем не тронет! Мы его впустим, а потом — бац! За бороду и на люстру. Поняла теперь?

— Кажется… да! — кивнула она, в карих глазах запрыгали веселые чертики.

— Тогда прими позу! — принялся командовать деятельный системщик. — Да не так! Что ты скукожилась, как покойник в гробу?! Ляг на бок… ага, ага, чтобы вырез с порога просматривался… одну ножку согни, лапку на бедро… о! Чистый «Плейбой»! Как тебе, Грэй?

— Кхм… — невразумительно ответил наемник, с тихим ужасом чувствуя, что все тормозные системы, воспитанные годами самоконтроля, начинают лететь к чертям. Не расслабляться! Это — подшефный объект! Это — последнее задание! Это ребенок, в конце концо… о-о… если она еще хоть раз вот так выгнется, то настырно ломящийся в дверь жених, КСН и нравственные принципы точно пойдут куда подальше, не оборачиваясь…

— Серенький, ты что? У меня не получается? — забеспокоилась она, приподнимаясь. — А если я вот так?..

— Не надо! — простонал несчастный наемник, не зная, куда уже прятать глаза. — Все замечательно! Восхитительно! Непередаваемо!

— Правда?!

— Да, да, да! Проклятый Председатель… Тринадцатый! Оставь в покое это платье, она и так уже только мертвого не соблазнит! Начинаем…

— Вас понял. — Васенька спрятался за дверь. Грэй скользнул за ширму.

— Войдите! — промурлыкала Морган. Дверь распахнулась, и на пороге обозначился обуреваемый низменными страстями женишок. Напоминал он гигантскую стрекозу, страдающую ожирением в последней стадии. На уровне еле угадывающейся талии болталась расшитая золотом набедренная повязка. Васенька вытаращился на «почтенного воспитателя» во все глаза. Эта… клизма еще на что-то рассчитывает?!

— Я пришел, как и обещал, — расплываясь в улыбке, проговорил хозяин дома. — Ты ждала меня, прелестный цветок китайских пагод?

— А то как же? — Морган потянулась, как кошка. — Да вы входите, входите… это приятно!

«М-да, порнозвезда Германии Анита Блонд в слезах пакует чемоданы, — подумал Чайников, втайне гордясь своей блестящей идеей. — И этот пончик будет просто последним идиотом, если сию минуту не отошлет охранниковв длительный отпуск».

— Свободны! — через плечо бросил сопровождающим рагорячившийся эфор. Те беспрекословно, пускай и нехотя, подчинились. Причем очень сомнительно, что из-за боязни за жизнь господина…

Дождавшись, когда шаги слуг затихнут на первом этаже, жених радостно раскинул руки:

— Иди же ко мне, звезда Востока, и да благословят боги союз наших душ и тел!

— Ага, — кивнула Морган, лучезарно улыбаясь. — Иду. Лечу, можно сказать! На крыльях любви… Вася, давай!

— Но я не Вася… — растерялся жених. Чайников за его спиной захлопнул дверь и ухмыльнулся:

— А она и не тебе, тормоз тюнингованный!

— А?! Что?!

Ширма с треском отъехала в сторону, явив взгляду обомлевшего от неожиданности эфора наемника Коалиции — с бластером в руке и недобрым огнем недобитого басаевца в глазах. Картинка сия почему-то хозяина дома не очень обрадовала.

— А-а-а… — начал было он, но мгновенно утих, когда ему в лоб уставилось черное дуло. Грэй щелкнул предохранителем:

— Помойку закрыл — раз.

— Уп, — щелкнул челюстью эфор, стремительно бледнея.

— Руки вперед вытянул — два.

Тот подчинился, затравленно моргая. Грэй кивнул системщику:

— Свяжи его. А то шум поднимет. Морган, прекрати хихикать. А ты, — он взглянул на хозяина дома, — запомни: будешь трепыхаться — не веревка на тебе окажется, а ты на ней.

— Но… но… как же это? — потерянно забормотал пленник. — Она тут только что так…

— А это, дружок, — проворковал Васенька, затягивая морской узел на запястьях уважаемого гражданина Спарты и звонко хлопая его по лысине, — была демо-версия!..

— Но я же ничего дурного не хотел! Я честный человек! Я жениться согласен!

Всех троих перекосило…

— Да ты одним своим видом неизлечимую душевную травму даже Стивену Кингу нанести можешь, — скуксился Чайников, сдергивая с матраса льняную простыню и приматывая тихо подвывающего эфора к спинке кровати. — А в сторону нашей ягодки даже и дышать не смей, неудобосказуемое! Ломтями нашинкую.

— Я понял, — заблеял бедняга уже почти на грани обморока. — Я больше никогда… никогда… не женюсь!

За окном раздалось сдавленное хихиканье, плавно перешедшее в раскатистый хохот с похрюкиванием и… треск. Ветка, на которой сидел Гиппокрит, терпела до последнего, но вес царя победил. В результате великий базилевс, покрываясь потом, листвой и матом, пушечным ядром влетел в раскуроченное окно спальни и шлепнулся прямо под ноги округлившему глаза эфору.

— Гиппокрит?! — выдохнул связанный.

— Иппоник?! — безмерно удивился царь. — Вот это встреча!

— Ты с ними заодно?!

— Я?! — столь натурально ужаснулся базилевс, что даже Вася ему чуть было не поверил. — Ни сном, ни духом! Сижу себе, окрестности обозреваю, и тут она возьми да проломись, треклятая ветка! Очень досадно… Впрочем, я, наверное, не вовремя? Помешал? Ой, как нехорошо. Тогда я уж лучше… пойду себе! Увидимся завтра на смотрах, Иппоник!

Гиппокрит, как ни в чем не бывало, развернулся на сто восемьдесят градусов и обратил свои царские стопы к пришедшему в полнейшую негодность окну…

Эфор зло прищурился:

— Увидимся! Непременно!

Правитель приостановился и медленно повернул голову.

— Ты отныне не базилевс! Таково решение совета эфоров! Забыл, какой сегодня день?

— Канун восьмилетнего цикла… — изменился в лице Гиппокрит. — Собрание в храме богини-прорицательницы… Ты лжешь!

— Спроси у других, если мне не веришь. Твоя звезда упала к востоку от русла реки Эврот, отойдя от главенствующих светил, и…

— Эй, ты! — вмешался Васенька. — Бинокль на ножках! Хорош бормотать, у меня от твоих астрономических красивостей уже спеллчекер заклинивает… Гиппокрит, не слушайте вы его! Продумаешь, что-то там не туда упало. Вы же царь!

— Ты еще не понял? — грустно посмотрел на системщика усатый базилевс. — Мы, цари, ничего, в сущности, не можем. Власть как таковая — в руках эфоров. Мы с Филиппом каждый месяц даем им клятву царствовать по законам государства, а раз в восемь лет, в ночь Падающих Звезд, они…

— Убирают неугодных?

— Да как ты… — начал Иппоник, но, встретившись глазами с холодным взглядом наемника, умолк.

— И неужели вы из-за этого вот, — Вася пренебрежительно ткнул пальцем в пленника, — откажетесь от трона?!

— Мне придется, — ответил Гиппокрит, — горе тому царю, который попытается воспротивиться. Непокорных изгоняют, а то и…

Он сделал рубящее движение своей большой ладонью и вздохнул:

— Сами понимаете!

— Да-а… — протянул обескураженный Чайников. — Обратная сторона конфеты…

— Вы не расстраивайтесь, — сказала Морган, заглядывая в лицо правителю, — все будет хорошо!

— Это вряд ли…

— Верно!— мстительно прошипел эфор. — Ты еще ответишь, Гиппокрит! За все! И за нарушение права собственности, и за вмешательство в частное дело, и за то, что дерзнул усомниться в воле избранных старейшин! О штрафе можешь даже не мечтать. Я добьюсь, чтобы тебя судили по высшей мерке!

Базилевс развернулся. Внимательно посмотрел на трясущегося от злости Иппоника. Глубоко вздохнул. И, размахнувшись, с чистой совестью врезал ему тренированным кулаком прямо по физиономии…

Пару секунд в комнате было тихо, а потом… грянул гром аплодисментов!

— Вот это уже дело, — одобрительно высказался Грэй. — Правда, я бы еще и с ноги добавил.

— Дай пять, старик! — хохотал Васенька, трепя по плечу брезгливо вытирающего пальцы о матрас царя. — Так ему, барбосу придворному! Пусть только мяукнет у нас тут!..

Морган поддержала его энергичным кивком и, наблюдая, как толстый жених удивленно плюется зубами, показала Гиппокриту большой палец:

— Во!

— Давно мечтал, — признался базилевс, кротко улыбаясь в усы.

— Вы за это поплатитесь… — в ярости сузил и без того заплывшие жиром глазки эфор и вдруг завопил, как полоумный: — Стража! Сюда! Убиваю-ют!

— Ах ты, резистор на два килобайта… — сжал кулаки Васенька. Грэй посмотрел на Морган:

— Я ему говорил — молчи?

— Говорил, — подтвердила девочка.

— Ну, значит, сам виноват, — равнодушно пожал плечами наемник и, как обещал, — добавил с ноги. Прямо в лоб. Иппоник закатил глаза и сполз по спинке кровати на пол.

— Спасибо, — сказал царь.

— Не за что. Уходим. Его услышали. — Он высунулся в окно. — Тут все чисто. Давайте по-одному. Вы первый, ваше величество, будете остальных ловить…

Вся честная компания резво скатилась вниз, цепляясь за сучья.

— К роще! — объявил Грэй. — Гиппокрит, вы…

— Я провожу, — сказал государь, — если встретится патруль, вас могут задержать. Снимут с трона меня только завтра, а пока что я все еще царь!

— Тогда не будем терять время, — наемник быстро окинул взглядом тихую ночную улочку и побежал в сторону площадки для тренировок. Сзади стадом бизонов топотали остальные.

— А вам за это ничего не будет? — спросила у базилевса Морган.

— Там поглядим… — безрадостно ответил он и хмыкнул: — Но Филипп со страху точно пить бросит!

— Так его же не сняли?

— А это еще неизвестно. Во всяком случае, единственный кандидат на мое место — Ласимах, родственник эфора Оха, а у них с Филиппом давние разногласия. Само собой, я предпочтительнее!

Спарта была, в общем-то, городком небольшим. Поэтому не прошло и десяти минут, как беглецы в клубах пыли притормозили возле маленькой рощицы олив, в зелени которых стоял прямоугольный короб телепортера. Матовые титановые борта были в серебристых лунных пятнах.

— Кассандр! — позвал Гиппокрит, озираясь.

— Я здесь, дядя!

Под деревом, примостившись на чемодане, сидел племянник базилевса. Лицо его светилось от сознания выполненного долга.

— Я сделал все, как вы сказали! Вот ваш сундук!

— Не надорвался? — Грэй потрепал мальчишку по вихрастой голове и обернулся к системщику. — Действуй. За нами, кажется, погоня.

И вправду — недалеко, где-то в конце улицы, за колоннами гимнасия уже слышался топот десятка ног и яростные вопли. Судя по примешивающемуся к этим нерадостным звукам визгу, побитый эфор уже пришел в себя…

— Морган, Васька — быстро внутрь. Я прикрою.

— Гиппокрит, — пропыхтел Чайников, силясь сдвинуть с места неподъемный сундук, — будьте другом, закиньте его в телепортер! Не знаю, как ваш младший родственник его сюда доволок, но я уж точно не Геракл!

— Наша кровь! — возгордился базилевс, ласково глядя на сияющего племянника. — Кассандр — истинный спартанец!

Царь двумя пальцами поднял чемодан и на глазах у открывшего рот системщика зашвырнул его в недра кабины, словно кулек с семечками… Наемник, удостоверившись, что телепортер загружен и готов к работе, кивнул:

— Наконец-то. Спасибо за помощь, базилевс. И прощайте.

— Доброго пути. — Гиппокрит взглянул на приближающуюся толпу сограждан. — Весь город на ногах… Кассандр, немедля в казарму. Мы и без того в немилости.

— Я понял, дядя! — Мальчик секунду поколебался и тронул пальцем висящий на поясе наемника бластер. — Жалко, что вы уже уходите… Не успел посмотреть поближе…

— Грэй, давай к нам скорее! — крикнул Васенька. — Я уже запустил!

— Иду. — Наемник шагнул под начавшую опускаться дверную панель.

— Ух ты, — донеслось снаружи, — а что это за рычаг? Он нажимается?

Хлоп! Хлоп!

— Черт побери! — рявкнул Грэй, круто разворачиваясь и ощупывая уже пустую кобуру. — Стянул-таки, паршивец! Гиппокрит, отберите у него… Гиппокрит?

Великий базилевс закачался как пьяный и рухнул.

— Ой, — сказал мальчик, с перепугу роняя бластер. — Дядя?

— Выпорю… — пробормотал царь, силясь встать. И отрубился. Снотворный парализатор всегда действовал безотказно.

Васенька посмотрел на несущуюся к ним толпу, вопящую на все голоса и потрясающую оружием, потом — на бессознательного правителя и нахмурился:

— Грэй, они же его затопчут!

— Это не наше дело, — отрезал напарник. — Пускай сами разбираются… Васька, назад!

— Ни за что. — Сопящий от натуги системщик подхватил тяжеленного царя под мышки и, кряхтя, потянул его внутрь кабины. — Он из-за нас, между прочим, так влип.

— Я тебе помогу, — высунулась Морган, не обращая внимания на возмущенного до предела наемника. Вдвоем ребята втащили усыпленного Гиппокрита внутрь, успев за секунду до того, как дверь кабины прочно встала в паз над полом. Телепортер слабо зажужжал. Процесс перемещения начался, пошел обратный отсчет…

— Вы смерти моей хотите? — с тоской поинтересовался Грэй. — И что нам с ним теперь делать?

— Потом обратно вернем, — решительно сказал Васенька, наблюдая за скачущими на индикаторной панели цифрами, — когда у них там накал страстей поутихнет…

— Не злись, серенький, — извиняющимся тоном проговорила девочка, — но мы же не могли его там бросить?

— Не могли они… — Грэй сунул руки в карманы и отвернулся к противоположной стене. — Мне и с тобой одной неприятностей хватает. Не доставало еще античных государей за собой таскать по всем реальностям!

— Да ладно, Грэй, — примиряющее улыбнулся системщик, — вернемся в бункер, и скинем его назад! На денек раньше.

— Шел бы ты… — начал наемник, но, вспомнив о том, что здесь Морган, продолжать не стал. Хотя ему очень хотелось. Ругаться. Словами грубыми и нецензурными!

Глава 7

Секретарь, откинувшись в кресле, немигающим взглядом гипнотизировал дисплей бортового компьютера. Он думал. Как связать все ниточки в один узел? Да еще бы хорошо самому не запутаться…

Связь Председателя с министром последнего архана Венеры. Она должна быть. Надо напрячься и найти. «В конце концов, я же далеко не самый последний аналитик в Первом отделе», — раздраженно подумал Логан и снова придвинулся к пульту. Начнем заново, теперь — с самых истоков. Где у нас личное дело босса? Угу, в секретных архивах. Ну, это не препятствие, код доступа к коалиционным документам у нас есть. Полагается по должности.

«Карес Ин-Тор. Рожден на планете Фобос, такого-то такого-то, там-то и там-то… Образование… гм, слегка начатое среднее. Выходец из низшего звена… Пятый и средний сын в семье (плодовитые эти фобосцы!)… рано пошел работать… служил в охране границ «Декты» (от кого ее охранять?! на всю планетку одна-разъединственная станция!)… несколько раз привлекался за хулиганство…»

Логан пожал плечами — ну, это еще ничего не доказывает, тамошние жители благонравием никогда не отличались, каждый из них в своей жизни хоть раз, но залетал в кутузку. Нрав такой. Менталитет…

«…в 1967 году поступил в юнкерский корпус… через год — офицер… еще через год — управляющий мэр станции… потом — теоретический отдел Коалиции, и так далее…»

Секретарь покачал головой. С одной стороны, придраться, вроде бы, не к чему. Но с другой — вдумайтесь, с чего бы это ничем не примечательному охраннику с простейшими жизненными приоритетами типа «надраться-подраться-проспаться» пришло в голову лезть в юнкера? И ведь пролез. И в офицеры тоже, причем имел отличные характеристики, здесь и отзывы, и оценочные баллы прилагаются! Очень странно. Он, случаем, под метеоритный дождь не попадал? Говорят, после такого иногда случается просветление в мозгу… Но чтоб до такой-то степени?!

Логан потер подбородок и вернулся к середине документа. Поищем, как говорится, в грехах. Может, его на электрический стул сажали, вот парня и переклинило? Так. Разбил стекло… обокрал туриста… угнал оставленный без присмотра шаттл, да так ловко, что нашли только через три недели, в заброшенной кратерной шахте, и то случайно… Далеко залетел!

Из-за истощения (три недели все-таки) месяц провел в медцентре «Декты», выйдя из коего, подал заявление об увольнении с прежнего места работы и пошел в юнкера. Так-так. Это на него что, близость возможной кончины так повлияла? Или ему в больнице важный нерв защемили?

— Развлекаемся?! — гаркнул прямо в ухо Секретарю громоподобный голос. Логан подпрыгнул в кресле:

— Найдж?!

— Нет, Санта-Клаус! — захохотал стоящий за спиной Секретаря высокий латиноамериканец спортивного телосложения, в лохматой зеленой шубе, с золотыми перстнями на пальцах и в тренировочных штанах «Адидас». Из положенной летной формы, которую Найджел Мануэль Домингес презирал всей своей горячей мексиканской душой, на нем была только синяя пилотка. — Ну что, брат? Давай, колись!

— В каком смысле?

— А в таком, что меня не проведешь, старичок! Думаешь, балбес Найджел вот так просто все бросил и помчался на окраину галактики только из-за того, что тебе вроде как курить захотелось? Я даже из отпуска раньше ушел ради тебя, конспиратор несчастный!

— Найдж…

— Закрой щебеталище, моя манхэттэнская юность! — Мексиканец плюхнулся всей массой в соседнее кресло и с любопытством посмотрел на дисплей. — Ну? Кто на этот раз?

— Не важно. — Секретарь хотел уже закрыть документ, но смуглая ладонь капитана опередила его, загородив манипулятор.

— Логан, мы друзья или нет? Ты позвал — я прилетел. И надеюсь услышать, что не напрасно. Зря я, что ли, тутошнюю трижды разведенную водой текилу в себя литрами вливал?! До сих пор пучит…

— Значит, притворялся? — усмехнулся Секретарь. — То-то я и думаю, с такой детской дозы — и вдрызг?

— Итак? — без околичностей спросил Домингес.

— Я не хочу тебя в это впутывать.

— Пахнет жареным?

— Разит, — признался Логан, поняв, что от приятеля так просто не отделаешься. — Причем как минимум изменой.

— Родине?!

— Тебе смешно. А я тут уже бог знает сколько времени голову ломаю.

— Давай ломать вместе, — улыбаясь, предложил тот. Логан отрицательно качнул головой:

— Нет, Найдж. Это рискованно. Я не могу…

Капитан «Дилижанса» ухмыльнулся:

— Теперь можешь!

— ?

— Думаешь, я у тебя за спиной минуту стоял?

— Найджел! — застонал Секретарь. — Ты хоть соображаешь, куда ты влез?!

— Нет, — беспечно улыбнулся мексиканец, поудобнее устраиваясь в кресле и вытягивая ноги. — Вот ты мне сейчас, кстати, и расскажешь! Кто такой этот Карес Ин-Тор, и зачем ты нагло эксплуатируешь мой корабль и мое терпение вот уже полчаса?

— Ин-Тор — Председатель Коалиции, — сдался Логан. — И у меня есть самые серьезные опасения, что он... мягко говоря, нечисто играет.

— Почему?

— Мм… как бы тебе объяснить… тут все так запутано, даже начать не знаю, с чего…

— Начни с начала!

— О`кей. Начало такое: Председатель затребовал на Фобос некий объект, о котором вообще нигде нет никаких данных. Глава КСН не в курсе, Совет Коалиции — тоже. Свидетелей приказано убрать. Наводит на размышления?

— Еще как… А что за объект? Ты выяснил?

— Нет. Что я могу узнать по одному имени? Разве только то, что это человек. Скорее всего.

— А как зовут? — заинтересовался Найджел.

— Морган. Морган Штерн.

— Красивое имя, — сказал мексиканец. — Ставлю новые кроссовки, что женское!

— С какой стати?

— С такой. Умный ты, Логан, но с земными языками у тебя всегда проблемы были… «Морган Штерн» — переведи с немецкого!

Секретарь напряг память. Морган… морген…

Идиот!

— Вспомнил? — участливо, но несколько озадаченно глядя на меняющегося в лице друга, спросил Найджел.

— Вспомнил.

Погибший при невыясненных до конца обстоятельствах венерианский министр был одержим двумя вещами — пропавшим без вести Руфусом Цолбоном и Утренней Звездой. Венера тут не при чем. Утренняя Звезда — это и есть имя объекта 7-9. Морган Штерн.

Васенька вопросительно посмотрел на Грэя:

— Приехали. Открывать?

— Подожди. — Наемник обернулся на посапывающего базилевса. — Мы же не запрем его здесь. Проснется — всю кабину с перепугу разнесет.

— Берем с собой! — предложила Морган. Грэй усмехнулся:

— Да? Он же весит центнер! Ты его на себе потащишь?

— А если подождать, пока очнется?

— Часа два-три. Пацан в него два патрона всадил… ворье мелковозрастное! А если бы бластер был боевой?

— Тогда каюк усатому, — пожал плечами Вася. — Интересно, какой сейчас век? Хорошо бы, не пятый… Грэй! Вруби браслет на минуточку, мой еще в шестой реальности накрылся.

— Зачем?

— На всякий случай. Может, заработает. Хотя я лично на это уже не надеюсь…

Наемник ткнул пальцем в панель ПК-браслета. Неожиданно прибор тоненько пиликнул и включился.

— Ты смотри… — недоверчиво покачал головой наемник. — Действительно, работает. Восьмая реальность!

«Данные синхронизированы, — светилось на дисплее. — Планета три, реальность восемь, год 2114, квадрат WV-101. Вход в систему для запроса карты…»

— Ого! — У Морган загорелись глаза. — Две тысячи сто четырнадцатый?! А что тогда носили?!

— Я откуда знаю? — пожал плечами системщик. — Все зависит от реальности. Во второй, например, до сих пор монархия по всей планете, кринолины, камзолы, парики на официальных приемах…

— А в этой?

— Спросила. — Чайников вдруг хлопнул себя по лбу и обернулся к напарнику. — Грэй, вырубай браслет на фиг! Запалимся!.. Они же, наверняка, нас ищут! Там ведь индикатор слежения впаянный…

Наемник быстро нажал на кнопку отключения связи и опустил руку:

— Раз эта реальность находится под контролем КСН, значит, первое — здесь есть телепортационная станция, и второе — здесь достаточно аппаратуры. Осталось найти компьютер и узнать, что Коалиции в нас так не понравилось, а уж потом думать — возвращаться или нет… Ты ведь говорил, что взломать можешь все?

— Абсолютно! — приободрился системщик. — Айда на волю!

— А он? — Выразительный кивок в сторону базилевса.

— Тьфу, забыл…

— Будем ждать, когда очухается. — Грэй присел на корточки и прислонился спиной к пластиковой обшивке кабины. — Морган, пока есть время, настоятельно рекомендую сменить свою ночную рубашку на что-нибудь более адекватное. У тебя, кстати, бровь размазалась…

— Ой! — всполошилась она, бросаясь к чемодану. Открыла карманчик на боку, вынула зеркальце. — Ужас! Сейчас я ее… А что мне надеть?

— Что хочешь. Только подлиннее!

— Ладно, — девочка завозилась у саквояжа, пытаясь открыть замок. — Ну что такое… опять заело…

— Золотко, — отозвался Вася, задумчиво производящий какие-то сложные манипуляции на приборной панели, — а ты в чемоданчик поменьше барахла пихать не пробовала? Ага… ага… А если так? Мгм, не выходит…

— Это не барахло! — обиделась Морган. — Это очень нужные вещи… У-у, тот мальчик его ногами закрывал, что ли?!

Грэй с тихим самодовольством еще с минуту понаблюдал за ее мучениями и поднялся:

— Помочь?

— Я сама… — девочка отчаянно засопела, дергая на себя блестящий замочек. Наемник усмехнулся и подошел:

— Дай посмотрю… ты его не в ту сторону поворачиваешь.

— Ну да! — фыркнула она. — А то я не знаю, как открывается мой собственный чемодан?

— Выходит, не знаешь… ну-ка!.. Хм, действительно, заело.

— Я же говорю!

— Сейчас еще раз попробуем. Держи с той стороны. Крепче держи…

Хрясь!

Крышка упрямого саквояжа, сверкнув вывороченным с корнем замком, отскочила кверху и врезалась острым углом Грэю прямо в лицо. Он охнул и схватился за нос.

— Серенький! — перепугалась девочка, пиная ногой чемодан и бросаясь к контуженному наемнику. — Тебе больно?!

— Это еще… мягко сказано… — Он посмотрел на ладонь. Кровь. Ну вот, нос расквасил. И чем — каким-то паршивым чемоданом! Черт возьми, не объект, а стихийное бедствие!

«Бедствие» крутилось рядом, тихо завывая и норовя сунуться поближе, чтобы помочь.

— Уйди, — буркнул наемник, ощупывая разбитую физиономию и надеясь, что все обойдется без перелома носового хряща. — Одни неприятности с тобой!

— Ну дай посмотреть!

— Отойди в угол, и смотри сколько хочешь. И не приближайся!

— Запомни, Грэй, — хохоча, сказал Васенька, — ни одно доброе дело не остается безнаказанным!

— Я заметил… Морган, не трожь! Не трожь нос, сказал! У-у-й!

— Не сломан…

— Прекрати давить! И убери от меня свое полотенце, оно какой-то дрянью воняет!

— Это «Шанель», между прочим, — девочка, не обращая внимания на гневные вопли пострадавшего, вытирала ему лицо махровым полотенцем. — Номер девятнадцать… Не дергайся, серенький, а то кровотечение не остановим.

— Все из-за тебя!

— Из-за меня, из-за меня, конечно… — согласно закивала она. — Ты, главное, не злись. Вот, прислонись к стеночке, рядом с Гиппокритом!

— У-у…

— Сейчас пройдет, — пообещала она, суя ему в руки перепачканное полотенце, — зажми нос и запрокинь голову… Вот так, молодец…

— Хватит со мной сюсюкать, — прогундосил наемник, из-за полотенца на носу демонстрируя чисто французский прононс. — Мне не три года.

Она молча посмотрела на его сердитое лицо и улыбнулась:

— Ты такой смешной!

— Этого еще не хватало…

Она снова улыбнулась и склонила голову набок. «Это я-то смешной, — подумал Грэй. — Чудо в перьях… Еще и на лице сплошной абстракционизм. Ну ничего хорошего, разве что глаза. Шоколадные, с золотистыми искорками, какие-то очень… теплые. Так бы вот сидел и смотрел, и пусть этот сумасшедший мир катится к черту! В сущности, что еще можно требовать от жизни, глядя в такие глаза?»

— Уже все прошло? — спросила она, не очень уверенно протягивая руку за полотенцем.

— Нет, — смалодушничал Грэй. Если признаться, что все в порядке, то она отвернется и снова полезет в свой дурацкий ридикюль. А ему не хотелось, чтобы она отворачивалась… «Интересно, что скажет Председатель, когда вместо долгожданного объекта 7-9 получит большую дулю? — подумал наемник, чувствуя, что остатки здравого смысла идут ко дну с грациозностью «Титаника». — Не знаю, кто ты, девочка, не знаю, что от тебя нужно КСН, но обидеть тебя я никому не позволю…»

— Э-э, Грэй? — деликатно встрял в затянувшуюся паузу Васенька. — Я, разумеется, извиняюсь… но в стенку кто-то стучит!

— А? — очнулся наемник. Чайников поднял кверху указательный палец:

— Вот! Опять. Настойчивые товарищи…

Грэй встал и, протянув полотенце Морган, прислушался. Точно, кто-то нетерпеливо колотил по кабине.

— Откроем? — зачем-то шепотом спросил Вася. Наемник пожал плечами:

— Даже и не знаю… — Он повысил голос. — Эй, снаружи! Чего надо?!

— Есть там кто? — еле слышно донеслось с той стороны. Внутренняя изоляция телепортера поглощала звуки.

— Ну, есть! — проорал Чайников. — А ты зачем ломишься?!

— Откройте! — Голос был слегка дребезжащий и озабоченный. — Рассвет скоро!

— И что? — удивился Васенька, косясь на не менее озадаченного напарника.

— Если не хотите открывать, — продолжал «потусторонний» собеседник, — тогда сидите внутри до вечера! Слышите меня?! Раньше не выходите!

— Ничего не понял, — признал системщик, — но он, кажется, пытается нас о чем-то предупредить?

— Открывай, — решил наемник. До самого вечера сидеть в душной кабине ему не хотелось. Чайников нажал на рычаг, сверху загорелась табличка «Выход». Дверная панель начала подниматься.

— Ой, — тихо сказала Морган, — а я переодеться не успела…

— Помолчи, — велел Грэй. Лирика лирикой, а еще неизвестно, кто или что их снаружи ждет. Он привычным движением потянулся к кобуре и чертыхнулся, вспомнив, что бластера в ней больше нет.

— Морган, — сказал Вася, поспешно ретируясь на свое привычное место за спиной напарника, — если что — бей гада тапком в рыло и врубай третью скорость!

— А вы? — Она послушно стянула с ноги верную туфельку.

— Догоним…

— Хорошо.

Дверь открылась, явив взору напрягшейся троицы щупленького старичка в синем рабочем халате поверх спортивного костюма, в домашних тапках-зайчиках и панаме с надписью «Паланга». На носу у деда торчали очки с проволочными дужками.

Старик вдумчиво анализировал представившееся его глазам зрелище в виде хмурого небритого типа (с кровавыми полосами на физиономии), кудлатого юноши (выглядывающего из-за его правого плеча) и существа неопределенного пола (с боевым раскрасом команды «Альфа» и босоножкой в дрожащей руке). Судя по выражению морщинистого лица, увиденное аборигена не вдохновило.

— Да-а, — выдержав паузу, сам себе сказал дедушка, — и чего это я сегодня так разорался?

Он вздохнул, поправил очки и, круто развернувшись, кинулся наутек.

— Э, дедуля! — обалдел Васенька. — Вы это… куда?! Грэй!

— А что сразу я?

— Ты его напугал! Вот и лови теперь!

— Можно подумать, я такой страшный.

— Страшный, не страшный, а кровищу с морды лица надо было все-таки смыть! Морган, душечка, дай ему какой-нибудь лосьончик… Морган?

— Я его догоню! — сунув туфли оторопевшему системщику, девочка, бойко шлепая босыми пятками по асфальту, припустила следом за пугливым стариком.

— Морган! — рявкнул Грэй. — Вернись немедленно!

— Я быстро-о… — донеслось издалека.

— В каждой бочке затычка, — в сердцах плюнул наемник. — Пошли, тринадцатый!

— Кабину задраить?

— Само собой.

— А Гиппокрит? А чемодан?

— Васька… еще раз услышу последнее слово — в канаве зарою!

— Понял я, понял. Давай так — ты бери царя, а с чемо… В общем, вещи я сам понесу.

— Какой умный. Я, значит, буду тащить эту тушу, а ты — сумочкой помахивать?

— Эта твоя сумочка весит не меньше, — встал в позу системщик. — Так что не надо тут с жалобным голосом в окна заглядывать! Бери государя под белы рученьки и…

— Тринадцатый.

— Чего?!

— Не выводи меня из себя. Вдвоем его понесем. А объект 7-9 и без сундука денек перетопчется…

— А если не перетопчется?

— Ребята, мы вернулись! — раздался рядом веселый голос Морган.

— Отстань! — отмахнулся сердитый наемник. — Васька, ты слева, я справа и… Э-э?

— Мы проходными дворами пришли, — пояснила девочка. Мнущийся рядом дед учтиво приподнял панаму:

— Добро пожаловать! Вы уж простите, что я так… Район неспокойный, всякие встречаются.

— Шустер, ветеран, — вполголоса обронил Васенька и добавил: — Кстати, о чем вы тут давеча вопили?

Старик посмотрел на алую полоску у горизонта:

— Рассвет. Солнце сейчас взойдет. Схорониться бы надо!

— Зачем? — не понял Грэй.

— Солнышко нынче злое! — грустно развел руками старожил. — Опасно. Пойдемте со мной, я тут рядом живу… Да вы не бойтесь! Не кусаюсь я!

Он широко улыбнулся, демонстрируя два оставшихся во рту зуба. Товарищи переглянулись.

— Морган, — сказал наемник, — бери свой чемодан и пошли. Васька, помоги-ка… Ух, ну и медведь! Точно надо ему рацион урезать.

Вдвоем напарники взвалили на себя похрапывающего царя. Вася локтем отжал рычаг закрывания двери, поставил блок и жалобно простонал:

— Дедуля, поспешайте уже до дому! У меня от этой глыбы просто кости трещат… И где такую мышцу наел, с их-то разносолами?!

— Ничего, на наших похудеет, — уверенно проговорил старик, юркнув в заваленную мусором подворотню. — Не отставайте! А то, спаси бог, до рассвета не успеем, и придется весь день в подвале каком сидеть…

Грэй, сгибаясь под тяжестью спящего базилевса, утер свободной рукой пот со лба. Становится жарко. Что у них тут с солнцем? Почему нельзя выходить из укрытия до вечера? Наемник посмотрел вокруг. Телепортационная кабина стояла на перекрестке, под пыльным и явно давно не работающим светофором. Рядом, посреди небольшой мощеной площади, торчал потрескавшийся гранитный памятник какому-то местному деятелю. Весь в рассохшихся трещинах асфальт, кое-где по углам — уродливые скелеты деревьев. У стены дома сиротливо валялась оплавленная автомобильная покрышка, прилипшая к тротуару. Старые здания с наглухо закрытыми ставнями… Похоже, с обстановкой им не повезло и в этот раз.

Маленькая темная квартирка была завалена по потолок всяческим хламом, словно лавка старьевщика. «Черт ногу сломит», — подумал Васенька, в очередной раз спотыкаясь обо что-то в полумраке. Это что-то звякнуло. Кастрюля. Вот ей на полу самое место…

— Несите его сюда, — позвал старик, лавируя между кривым буфетом с разбитой дверцей и горой подушек. — Кровать у меня, правда, для него коротковата, но уж как-нибудь перетерпит… Пьяный, что ли?

— Спит, — ответил Грэй, с облегчением укладывая государя на шаткий диван времен избрания первого президента. Васенька потер спину:

— Думал, сломаюсь. А этот бык спит себе и в ус не дует! Лучше б мы его в Спарте оставили.

— Понял, наконец, — сказал наемник, выходя из комнаты. Гостеприимный дедок звенел чашками на тесной и грязной кухоньке. Морган восседала на табуретке, болтая ногами. Вместо светильника с потолка свисала древняя керосиновая лампа. В старой, без внутренностей, электрической плитке горел огонь, над которым на треножнике посвистывал подвешенный за ручку на крюке пузатый алюминиевый чайник.

— Счас чайку попьем! — весело сказал дедушка, мельком обернувшись на входящих напарников. — Из еды, извините, у меня только курица…

— А что? — довольно крякнул Васенька. — Я мясо люблю!

— Юноша, да какое там мясо? — хмыкнул дед, вручив системщику мятую коробку с изображением зажаренного цыпленка. — Химия одна! Вы сами на обороте посмотрите.

Чайников перевернул упаковку.

— «Рождественская индейка, дегидратированная, — прочел он, — состав: соль, кукурузный сироп с высоким содержанием фруктозы, натриевый глютамат, продукты переработки сои, гипер-L типтофан, однохимерный РНК, карамелевый сироп, мясной ароматизатор»… Жуть какая!

— Вот я и предупредил…

— Не-е, спасибочки, я тогда перебьюсь. Кстати, давайте хоть познакомимся, что ли! Василий.

— Грэй.

— Морган, — улыбнулась девочка. — А вас как зовут?

— Дедом. — Тот развел руками. — Я уж и сам имени своего не помню. А которые помнили — тех и нет давно. Кто помер — на солнышко загляделся, а кто в город подался, от греха… Да вы садитесь, молодые люди! Только осторожнее, стулья у меня того… хлипкие уж очень!

Они сели. Пока хозяин заваривал чай, Васенька, осмотревшись, принялся ковырять пальцем законопаченные серые ставни:

— А это зачем? И почему — изнутри?

— От солнца, — ответил дед. — Они свинцовые, а поверху — чугун. И снаружи еще пара таких же. Больше ничего не помогает.

— Чтобы жарко не было, да? — влезла в разговор девочка. — А почему у вас дома тогда так холодно?

— Потому что окна только ночью открываю, — пояснил старик, присаживаясь и разливая дымящуюся коричневую жидкость по щербатым кружкам. — А что до жары… Нет, деточка, это немного по-другому называется. Днем температура до ста пятидесяти градусов доходит!

— По Фаренгейту? — спросил Вася.

— По Цельсию, юноша.

— Ничего себе, — хмыкнул наемник, поднося к губам чашку. Ее содержимое пахло шваброй. Про вкус, скорее всего, вообще лучше не думать… — А дожди?

— Какие дожди, командир?! — всплеснул руками пенсионер. — Уже лет десять, как не было! Да и то, что было… Эх! Одно название, а не дождь.

— Но при таких температурах какое же должно быть испарение? — наморщил брови Чайников. — Где же вы воду берете?

— А нигде. Это все запасы. Когда засуха случилась, льды начали таять. Воду грузили цистернами и распределяли по городам. Антарктида за несколько лет в пустыню превратилась…

— А Мировой океан?

— И-и, юноша! Нет его больше! Ни Тихого нет, ни Ледовитого… Все высохло. Что успели спасти, то успели, а так… Еще, конечно, из-под земли качают, но и этому скоро конец придет. Нам-то, старичью, еще ничего, нам на тот свет скоро, а молодых жалко. Некоторые из них и дождя-то никогда не видели, не говоря уж про снег… А все эти ихние эксперименты! — Он затряс седой головой. — Нечего было солнце испытывать! Вон оно теперь как нас наказывает!

— Испытывать? — повернулся Васенька. — Как? И зачем?!

— А кто их знает, зачем? От большого ума, видать! — рассердился дед. — Запускали туда чего-то, не знаю чего! Опыты какие-то проводили, давно было, еще во всех газетах про это писали. А потом — вот. Стонут теперь! Что мы наделали, кричат. Да что уж нынче кричать-то? Поздно…

— Да-а, — протянул системщик с кривой ухмылочкой, — умные люди! Нашли с чем связываться!

— Морган, — тихо сказал Грэй, — иди переоденься. Вся в пупырышках уже. Холодно ведь.

— Интересно!

— Нам тут весь день сидеть, не волнуйся, ничего не пропустишь. У тебя хоть теплые вещи есть? Или все, — он покосился на платье, — в таком роде?

— Есть… — Она нехотя поднялась из-за стола и вышла. Из соседней комнаты послышалось щелканье двух оставшихся замков чемодана и шорох пакетов.

— Дочка твоя? — с умилением поинтересовался дед. Грэй поперхнулся чаем.

Вася неинтеллигентно захихикал:

— Нет. Он ей… как бы это… опекун! Временный.

— Да, — поспешно кивнул наемник, пнув под столом болтливого напарника. Ничего не подозревающий старик растроганно покачал головой:

— А все наговаривают на нынешнюю молодежь! Мол, хамы да бандюки одни… Ваша-то — просто ангел!

Вот тут уже подавились оба.

— Только малюется уж больно чересчурственно, — подумав, добавил пенсионер.

— Ладно, — замял тему Чайников, — бог с ней, с Морган. Вы мне лучше скажите, какому остолопу в голову взбрела такая идиотская мысль — связываться с Империей Солнца?!

— С чем?!

— Ах, да, вы же не в курсе… Видите ли, почтенный, солнышко — это не только желтый шарик в небе. Это, дорогой вы мой, одна из самых могущественных империй в нашей галактике. От нее зависит вся Солнечная система. И ссориться с ними… увольте! Был уже случай. Вы-то, прямо скажем, еще дешево отделались, а, к примеру, той же Венере повезло гораздо меньше! Нашлись там похожие молодцы, наехали на солнечных — и что? Раньше Венера практически ничем от Земли не отличалась, почти что брат-близнец, только там уровень развития наш не на одну сотню пунктов превышал… А теперь это не планета, а скелет. Атмосфера — сплошь азот и углекислый газ, а температура, чтоб вы знали, за 400 градусов по Цельсию зашкаливает!

— Это что ж там стряслось-то?! — дрогнул ветеран.

— Солнечный протуберанец, — с умным видом ответил Васенька. — Температура — почти пять тысяч градусов. А при ней начинается испарение даже твердых веществ. Собственно, в результате этого и сгорела вся биосфера планеты. Одно слово — дурной формат печати покоя не дает…

Из коридора раздался шорох.

— Океаны испарились, и земля превратилась в летучий пепел, а воздух — в сжигающую нутро отраву, — сказал чей-то тихий голос от дверей, — и никто не заплакал, потому что некому было плакать…

Все обернулись.

— Морган, — открыл рот Вася, — ты что?

Девочка смотрела куда-то сквозь него, чуть склонив голову набок. Лицо у нее было странное, застывшее, какое-то не свое. Грэй приподнялся с табуретки:

— Морган?

— А? — Она моргнула и подняла на него удивленные глаза. — Что? Я переоделась. В свитер! Только этот… племянник Гиппокрита стянул мои джинсы. Серенький, можно, я на него царю пожалуюсь?!

— Нет, подожди…

— Почему — нет?! — возмутилась она. — Это были настоящие «Левайсы»! Я их даже еще и поносить не успе…

— Морган, перестань кривляться! Что это было?!

— Где? — испуганно пролепетала она, глядя на суровое лицо наемника.

— Ты сказала, только что! Про океаны, и…

— Я?! Я ничего не говорила!

— А мы здесь не общество инвалидов по слуху!.

— Я правда ничего не говорила! — девочка чуть не разрыдалась. Вася потянул Грэя за руку и прошептал:

— Не ори на ребенка. Она не помнит.

— Но…

— Грэй, — Лицо у системщика было серьезное. — По-моему, ее надо врачу показать.

— Психиатру?

— Хотя бы. Видишь ли, эта муть про «никто не заплачет» не в ее стиле. Такое ощущение, что… В общем, не знаю, как это по-людски, но по-нашему, по ПС-шному, это что-то вроде наслоения файлов! Въехал?

— Нет. — Наемник перевел взгляд на вжавшуюся в косяк девочку. Шоколадные глаза, полные недоумения и обиды, блестели от слез. Черт, похоже, она действительно считает, что ничего не говорила… Идиотское положение.

— Прости, — сказал он, отводя глаза. — Мне… показалось.

— Правда?

— Да.

— А почему у вас у всех тогда такие лица? — Она с недоверием оглядела собравшихся.

— Чаю обпились! — весело фыркнул Васенька. — Очень уж ядрено заварен! А, дед?

— Да уж, — понятливо кивнул старикан, поймав предупреждающий взгляд Грэя. — Видать, перестарался я маленько, дочка! Да ты садись. Шоколад любишь?

— Люблю! — Она успокоенно плюхнулась на табуретку. Старик зашуршал сваленными в углу коробками.

— Правда, просроченный, — виновато проговорил он, выуживая из завала помятую плитку, — но есть можно! Держи. Чаю налить?

— Нет. — Она быстро прикрыла свою кружку рукой. — Он у вас какой-то галлюциногенный…

— Васька, — шепнул Грэй, удостоверившись, что Морган вплотную занялась шоколадкой, — ищи компьютер, где хочешь, но нам надо во всем разобраться, наконец. Сдается мне, из-за этих вот странностей она Председателю и нужна…

— Ясновидящая, что ли? — предположил Чайников. — Так это ведь не редкость.

— Нет, тут что-то другое. Ясновидящие предсказывают будущее, а не прошлое.

— Ну… катастрофа на Венере не тайна. Она могла об этом где-нибудь прочитать!

— И потом ничего не помнить?

— Не пойму, куда ты клонишь, Грэй. Не могла же она при этом присутствовать?!

— Почему?

— Да просто потому, что ей семнадцать! А планета погибла около семи тысяч лет назад! Это же все знают!

— А как ты тогда все это объяснишь?!

Васенька пожал плечами и покосился на перемазанную шоколадом Морган. Какая, на фиг, Венера?! Типичный тинейджер постперестроечной эпохи! Хотя…

— Погоди, — замер он. — Я вспомнил.

— Что?

— Председатель! Он же интересовался! Он был в составе экспедиции на Венеру, где-то с полгода назад! Я еще новый взломщик на его папке пробовал, последнее изобретение…

— Чье?

— Мое, конечно!.. С наивысшим порогом защиты от слежения. Ни одна охранка не засечет… В общем, босс на планете был.

— Долго?

— Вроде нет…

— А что он там делал, знаешь?

— Спросил… Думаешь, я помню? Мне же сам процесс важен был, программку опробовать. Потому я за Председателя и взялся, у него самый сильный блок на личных документах, даже у Главы такого нету!

— А ты эти самые документы читал?

— Нет. Зачем? Говорю же — мне не это нужно было! Правдаинформацию я, кажется, все-таки сохранил.

— Она здесь? — Грэй ткнул пальцем в браслет системщика. Тот сокрушенно покачал головой:

— Гигов мало. Скинул на левый ящик под паролем. Думал, потом гляну…

— Так и глянь! Мой браслет рабочий.

— Если выйду в систему, нас однозначно засекут с главного пульта.

Грэй чертыхнулся. Одно из двух — либо они все узнают, но засветятся, либо будут плутать в потемках, зато живые и здоровые… Небогатый выбор.

— А почему же вы тогда не уходите? — приставала к старику Морган, облизывая липкие пальцы. — Тут же опасно! Вы ведь говорили про город?

— Так-то оно так…— Дед безмятежно улыбнулся. — Да только не люблю я его, город этот! Муравейник механический, словно под колпаком все! Там что утро, что вечер — без разницы, одинаково. Встают по часам, ложатся по часам… разве так человек жить должен? А тут — пусть и голодно иногда, и с водой плохо, и солнышко такое, а ночь зато — наша! Некоторые не выдерживают, конечно, сбегают. Не мне осуждать…

Напарники быстро переглянулись.

— Дед! — сказал Грэй. — В этот ваш город впускают всех?

— Конечно, командир! Они ведь не убийцы. Спасибо, хоть силком не затаскивают. Хотя я недавно слыхал, что по этому поводу муниципальный совет уже начал думать. Много еще ухарей, которые под солнце лезут по дурости.

— Далеко отсюда?

— Несколько часов пути. Если вам так туда надо, провожу. Только ночью! Сейчас нельзя, зажарит… Дочка, ты спать хочешь?

Морган зевнула:

— Нет, это я так… Я с вами посижу…

— А я бы вздремнул, — потягиваясь, сообщил системщик. — Дедушка, а кровать у вас одна всего?

— Одна… Вот ведь незадача! — всплеснул руками старик. — В кои-то веки гости нагрянули, ан и уложить негде!

— Да успокойтесь, — остановил его Грэй. — На стульях пересидим. В крайнем случае, можно на полу.

— Он же холодный! — возмутился Васенька. — Усатого бы согнать, да только бесполезно…

— Можешь рядом пристроиться.

— Он же весь диван занял! Спящий красавец, язви его в базу… Морган? Морган! Ну вот.

Наемник повернул голову — девочка тихонько посапывала, привалившись к стене и постепенно сползая со стула.

— Уморилась, заинька… — расчувствовался системщик, глядя на причмокивающий во сне объект 7-9. — Грэй, лови ее, сейчас на пол сверзится!

— Поймал. — Наемник подхватил девочку на руки. — Дед, хотя бы одеяло дайте. Полы ведь без подогрева.

— Сейчас! — Дедушка исчез в коридоре. — Эть… это не пойдет… это короткое… Нашел! Спальник старый, вроде без дырок. Несите сюда, командир, в дальней комнате положим, чтоб не разбудить ненароком.

Морган даже не проснулась, пока ее осторожно укладывали в спальный мешок, рядом с драгоценным чемоданом. Из соседней комнаты раздавался храп — его величество, напичканный снотворным по самые гланды, видимо, проснется еще оч-чень нескоро…

— Осторожно, осторожно, — суетился Чайников, пристраивая под голову девочке свернутую валиком собственную рубашку. — Вот, вместо подушки… Грэй, ну что ты топаешь, как слон?! Весь сон ребенку перебьешь.

— А ты под ногами не путайся, — буркнул в ответ наемник. — Скачешь, как любящая бабушка.

— Кто бы говорил! Думаешь, я не видел, как ты ей только что одеяло поправил?! Дедушка…

— Марш на кухню, — недовольно велел Грэй, уличенный в излишней заботливости. — Тоже мне, всевидящее око. Между прочим, за больной или поврежденный объект в первую очередь спрашивают с доставщика.

— Конечно, конечно…

— Тринадцатый.

— Ухожу, — ухмыльнулся во все лицо системщик и слинял, не дожидаясь законной взбучки. Грэй сердито посмотрел ему в спину и оглянулся на Морган. Спит. Как младенец… Да, собственно, ребенок почти и есть. Девочка пошевелилась и что-то неразборчиво пробормотала во сне. Вся мордашка ее была измазана шоколадом. Грэй улыбнулся и тихо вышел, прикрыв за собой дверь.

На кухне Васенька, булькая, давился третьей кружкой почти черного от заварки чая.

— Грэй! — радостно заявил он, увидев входящего напарника. — А нам счастье привалило! Я, кажется, сообразил, что это за место!

— Поздравляю. — Наемник присел на шаткую табуретку. — Это достижение. Особенно после того, как система тебе все показатели выдала…

— Не язви. Старик сказал, что мы сейчас рядом с Городом Солнца. Чистая утопия по Кампанелле!

— И что тут такого счастливого? Нет, дед, я больше чаю не хочу… Не хочу, говорю, спасибо! Сами пейте.

— Ты что, не понимаешь?! Город Солнца — один из немногих в Галактике, работающий исключительно на солнечных батареях!

— Оно и понятно. Больше не на чем… Дед! Сказал же, не надо!

— Простите, командир, я ведь от всей души… А вам, юноша?

— У меня и так сейчас из ушей польется. Грэй, я все это к чему говорю — у них здесь очень серьезная техническая база! За батареями в этот самый город даже из нашей реальности ездят! Товарооборот и все такое. То есть — мощности на грани фантастики. Все на электронике. Пихнем жучок в нужный разъем, и дело в шляпе! Как тут насчет Интернет-клубов, я не знаю, но дед говорит, что у него в мегаполисе есть пара знакомых, так они нам спокойно доступ к сети обеспечат.

— Отлично, — кивнул Грэй. — Васька, ты бы на это пойло не налегал. По поводу вкуса я вообще промолчу, а вот кофеина там точно под завязку.

— Зато спать меньше хочется, — резонно возразил системщик.

— Съешь лучше яблоко.

— И-и, командир! — хихикнул старик. — Откуда у меня яблоки?! Не растет же ничего…

— А в городе?

— Искусственно модифицированная дрянь! — припечатал пенсионер. — Сухая и безвкусная, сплошь на ароматизаторах, да и та бешеных денег стоит! Мне такое не по карману, может, и к лучшему…

Васенька хмыкнул.

— Наши пестициды — самые пестицидные пестициды в мире… Стойте! Так у меня же есть! — встрепенулся системщик, вынимая из кармана большое яблоко. — Вот. Хотите?

— Это мне? — обомлел дед, с вожделением уставясь на глянцевый шар. — Настоящее?!

— А то! И абсолютно натуральное. Вы кушайте, не стесняйтесь, у нас с собой целый мешок. Грэй, как думаешь, они в телепортере за день не испортятся?

— Вряд ли. Там встроенные очистители… И кондиционер достаточно мощный. Дедушка, а вы уверены, что ваши знакомые вот так просто возьмут и допустят нас к технике? Денег нет, сразу говорю.

— Допустят! — с наслаждением хрустя ароматным фруктом, прочавкал старик. — А за пару яблок, таких вот, как это, они вас на руках до распределительного щита донесут.

— Еще виноград есть, — вспомнил Вася.

— Юноша! Тогда вам вообще беспокоиться не о чем. Наши богатеи на такую роскошь денег не жалеют.

— На обычные фрукты?

— На настоящие фрукты! — поправил его пенсионер, доедая огрызок вместе с плодоножкой и косточками. — Самый ходовой товар! С ним не пропадешь… Ох, вкусно…

— Еще дать? — жалостливо спросил Чайников. Глаза деда загорелись:

— А можно?!

— Да разумеется. — Вася пошарил рукой по карману. — Упс, промашка вышла. Одно всего и болталось. Хотя… Мы же еще Морган в чемодан полкило запихали? Которые в пакет не помещались… Сейчас схожу.

Он поднялся.

— Не разбуди, — предостерег Грэй.

— Да уж не беспокойся… — Чайников замер на пороге кухни. Лицо его стало подозрительно-недоверчивым. — Грэй, иди сюда. Только тихо.

— Что случилось?

— А ты послушай. Я просто подумал, может у меня уже крыша съезжает?

Наемник навострил уши. Откуда-то доносился тихий прерывистый писк.

— Мыши, что ли?

— Пещерный ты человек! — снисходительно фыркнул Васенька. — Звук коннекта от мышей не отличаешь… Дедушка, вы что ж сразу не сказали, что у вас комп в доме есть?

— Компьютер? Нету у меня, — удивился ветеран. — Да и не было! Все равно я в них ничего не понимаю… Яблоко-то дадите, али передумали?

— Обожди, дед…— нахмурился системщик. — Грэй, я, конечно, могу ошибаться, но по-моему это из комнаты Морган?

— Там нет никакой техники, мы бы увидели.

— Проверим. — Чайников на цыпочках подкрался к двери и заглянул в щель между косяком. — Вот так так. И что ты на это скажешь, дорогой коллега?

— Ничего, — мрачнея, ответил стоящий за системщиком Грэй.

Посередине комнаты лежал открытый чемодан. На нем стоял небольшой ноутбук с откинутой крышкой. Экран его светился. А перед ноутбуком на полу сидела Морган, отрешенно глядящая на монитор. Пальцы ее бегали по клавишам. Очень быстро.