Мисс Воробей.(не)Желанный подарок для Дракона

Когда-то очень давно

— Ну, скольких красавцев сегодня нам предстоит унизить? — жгучая брюнетка любовалась своим отражением в зеркале, — Долго мне ещё выбирать себе мужа? Когда уже отец поймёт, что я не хочу замуж!

— Ничего не поделать, Ваше сиятельство. Все сегодня слышали приказ Вашего батюшки, — служанка уложила длинные волосы госпожи в красивую причёску, закрепила диадему, что переливалась радужным цветом фамильных драгоценностей.

Красивая брюнетка обладала густыми тёмными волосами, которые подчёркивали её сильный характер и уверенность в себе. Её кожа были светлой и сияющей. Смотрящаяся в зеркала обладала стройной фигурой и изящными чертами лица. И только зелёные выразительные глаза выдавали истинный характер девушки.

— Сегодня сильно лютовал? — та, что сидела на стуле, повернулась к своей служанке.

— Страшно как! — верная прислуга закатила глаза. — Кричал, что сегодня точно выберет Вам жениха. Утром глашатай на площади зачитал указ.

— Правда? — брюнетка насмешливо вздёрнула бровь. — В указе батюшка назвал имя моего жениха?

— Почти, Ваша светлость, — служанка, зная характер своей госпожи, отошла назад.

— Это как понимать? — рычащие нотки в голосе прекрасной брюнетки не сулили ничего хорошего. — Что он там решил?

— Я решил, — в комнату вошёл грузный немолодой мужчина, облачённый в красивый камзол из бархатной ткани, расшитой драгоценностями. — Что если ты до захода Солнца не решишься и не ответишь согласием одному из сегодняшних претендентов, то завтра на рассвете я обвенчаю тебя с конюхом.

Престарелый коронованный родитель всегда относился к своей единственной дочери с огромной любовью, заботой и нежностью. Он старался быть для неё опорой и поддержкой во всём, помогал советами и всегда был готов выслушать. Но девочка, не знавшая твёрдой руки отца, лишённая материнской терпимости, окружённая няньками, выросла избалованной и эгоистичной. Герцог, искренне заботящийся о своём государстве, больше времени проводил со своими подданными, нежели со своей дочерью.

— Да ты не посмеешь! — вскочила с места и разъярённо топнула ногой прекрасная брюнетка.

— А ты проверь! — мужчина с вызовом смотрел в лицо своей дочери. Девушка была прекрасна, словно роза на снегу. Только скверный характер всё портил. — Джадас, дорогая, тебе надо определиться с мужем!

— А иначе? — уперев руки в бока, возмущённо сопела Джадас.

— А иначе это сделаю я. Приготовься, скоро прибудет первый претендент, — и за престарелым герцогом захлопнулась дверь.

Насколько сильной было ярость прекрасной Джадас, мы можем только предполагать. Но, если судить по алым щекам и взгляду, который мог испепелить любого, Джадас была в бешенстве. Всём её сознанием в этот момент завладели гнев, ярость, страх и отчаяние. Ещё совсем недавно к прекрасной Джадас ехали женихи со всего света. Но с каждым отказом своенравной молодой герцогини, претенденты на руку и сердце красавицы становились все беднее и всё старее, а слухи о вредном характере не добавляли привлекательности потенциальной невесте. Вот и сегодня Джадас наблюдала за тем, как перед её троном выстроились в ряд скудные подарки соискателя — старика, правителя соседнего государства.

Джадас презрительно сморщила лицо, когда престарелый претендент попытался поцеловать на прощание её руку. Девушка, не желая проявлять воспитанность и гостеприимство, быстро выдворила перезревшего жениха за дверь.

— Кто там следующий? — звонкий голос герцогини звенел в хрустальных люстрах тронного зала, когда Джадас пыталась стереть след старческих губ со своей руки.

— Никого, — спокойно произнёс отец. — Больше никого. Поэтому если до вечера не найдётся ещё желающих соединиться с тобой узами брака, то тебе придётся выбирать между конюхом и престарелым гостем.

Джадас мгновенно побагровела от злости. Но что она могла сделать? Она всего лишь девушка. А девушки в её герцогстве до замужества полностью подчиняются отцу, а после свадьбы — мужу. И это жутко злило Джадас. Девушка мечтала об иной жизни.

— Я и так, в силу обещания, данного твоей матери, слишком отступил от правил и позволил тебе самостоятельно выбирать мужа, — сокрушался престарелый герцог. — Видишь, к чему это привело?

Джадас почти не слушала отца. Девушка наблюдала в окно, как сереющее небо окрасилось алым цветом. Алый закат — это прекрасное зрелище, которое завораживает своей красотой и яркостью красок. Небо окрашивается в огненные оттенки, создавая атмосферу тепла и уюта. Лучи солнца, пробиваясь сквозь облака, создают неповторимые узоры на горизонте, превращая мир вокруг в сказочное королевство. Жаль, что красота за окном не просочилась в сердце разъярённой красавицы.

«Да, моя судьба решена, — сокрушалась Джадас про себя, — лучше уж умереть, чем стать женой конюха. Или ещё хуже — позволить прикоснуться к себе этому мерзкому старикашке!»

Не о такой судьбе мечтала маленькая герцогиня, когда представляла свою судьбу. Девушка грезила юным принцем, молодым красивым мужем. Свадьба со стариком не входила в её планы, и уж тем более, Джадас не мечтала стать женой конюха. Герцогиня смотрела, как садилось солнце, и понимала, что вместе с закатом догорала последняя девичья надежда на богатую и счастливую жизнь. Внезапно заплаканная герцогиня заметила приближающегося по воздуху к их замку Дракона. Его огромные крылья заслонили собой весь вечерний небосвод. В глубине души, как оживающая бабочка, забилась крыльями надежда. Настоящий Дракон в их государстве? Такого никогда ещё не случалось! Джадас с отцом замерли в нетерпении и предвкушении знакомства.

— Герцог Вердан, правитель государства Имандро! — провозгласил слуга, открывая дверь в тронный зал.

После этих слов Джадас заметно оживилась. Ещё бы! К ним пожаловал настоящий Дракон! Девушка расправила несуществующие складки на платье, поправила локоны в своей идеальной причёске и принялась ожидать припозднившегося гостя. Возглас восхищения сорвался с алых губ знатной дамы, когда Вердан открыл двери в помещение. Вошедший гость обладал светлыми, почти белыми волосами, которые блестели в свете огней тронного зала. Такие волосы в их южной стране были редкостью. У незнакомца были выразительные серые глаза, которые подчёркивали истинную мужскую красоту. Кожа у вошедшего была светлая, с лёгким румянцем на щеках. Черты лица правильные, симметричные, нос прямой, губы пухлые и розовые. После традиционного обмена любезностями герцог спросил у Дракона причину столь неожиданного визита.

— Я прослышал, что у вас в герцогстве растёт дивное растение — лён, — отвечал Вердан, не сводя восхищённого взгляда серых глаз с красавицы Джадас. Девушка, идеально исполняющая роль скромной невесты, от смущения отвела взор своих изумрудных глаз в сторону.

— Да, мы выращиваем это растение. Но зачем оно вам? Тем более, насколько я знаю, Имандро — северное государство. Я не уверен, что вы сможете выращивать у себя на полях эту культуру, — старый герцог отвечал дракону, а сам обдумывал, как бы прокрутить интерес заморского гостя в свою пользу с максимальной выгодой.

— Мне ни сам лён необходим. Мне нужен материал для парусного флота Имандро, — Вердан играл с Джадас в переглядки, постепенно забывая, зачем прилетел в это южное государство. Светловолосому красавцу казалось, что в глазах Джадас он видит интерес к своей персоне. И, если уж быть честными, такой интерес, действительно, был.

— Герцог, — сладко пропела Джадас, — а Вы женаты?

— Нет. А какое это имеет значение?

— Подумайте. Отец обещал двести тюков льняного полотна отдать в качестве моего приданного.

После этого открытого намёка Дракон решил действовать и назвать истинную причину своего визита.

— Милая Джадас, не сочтите за дерзость, но я прилетел не за полотном, — Вердан стал на одно колено перед сидящей на троне девушкой. — Слухи о Вашей неземной красоте достигли и моей страны. Я буду самым счастливым человеком, если Вы согласитесь стать моей женой.

«Да!» — кричали изумрудные глаза Джадас.

«Да!» — ликовало сердце девушки.

— Конечно, не в моих правилах давать скорые ответы на такие серьёзные вопросы, — Джадас не дала отцу возможности и слово вставить, — но как только я видела Вас, милый Вердан, то моё сердце забилось часто-часто. Я вижу, что Вы хороший человек, а потому я отвечаю согласием на Ваше предложение.

В результате брака выиграли все: Джадас вышла замуж за молодого богатого дракона, старый герцог, наконец, избавился от вредной дочери, а Вердан получил красавицу жену.

Отгремела пышная свадьба молодого правителя Имандро с красавицей женой, и через положенный срок Джадас родила прекрасного сына. Но материнство, к сожалению, стало раздражать правительницу Имандро, ведь вместо балов и приёмов, она была вынуждена нянчить наследника. Вердан постоянно пропадал на поле боя, так как война с соседним государством никак не заканчивалась, и Джадас, оставив наследника на попечительство нянек, стала всё чаще принимать судьбоносные для герцогства решения, пока супруг и правитель Имандро отсутствовал.

Однажды Джадас гуляла в саду своего дворца и на одной из аллей встретила сгорбленную старуху в пыльном сером плаще. Это была злая колдунья, что проживала за Звенящим лесом.

— Здравствуй, моя повелительница, — поклонилась старуха.

Джадас такое обращение польстило. Ещё никто в этом северном государстве, где практически не бывает лета, к ней так не обращался.

— Что ты хотела, милая бабушка?

— Я хочу тебе помочь, моя госпожа. Вижу, как ты печёшься о своём государстве, а все восхищаются твоим мужем, а не тобой.

— Милая бабушка, — всплеснула руками Джадас, — как ты права! Я уже не знаю, что мне сделать, чтобы народ Имандро понял, кто настоящий правитель!

— Я здесь, чтобы восстановить справедливость, — заговорщически зашепелявила колдунья. — Но вначале я задам один вопрос. На что ты готова для того, чтобы стать полноправной правительницей Имандро?

— Я на всё готова! Говори, добрая женщина, что мне нужно будет сделать!

В течение следующих двух месяцев Джадас стала ласковой мамой и отзывчивой женой. Вердан, установивший шаткое перемирие на поле боя, был всё время дома и надеялся, что их брак можно спасти. Герцог не мог налюбоваться на свою супругу. Однажды ночью Вердан услышал громкий плач своего сына. Правитель Имандро проснулся и, не обнаружив рядом Джадас, решил, что супруга отправилась укачивать малыша. Но плач не прекращался, и Вердан решил пойти проверить, что произошло. Малыш был в своей комнате один. Герцог удивился, не найдя нигде в замке своей жены. Вердан вернулся к сыну и попытался его успокоить. Внезапно правитель Имандро увидел в окно, как со стороны Звенящего леса на столицу надвигается снежная буря.

— Закрыть все ставни! — быстро скомандовал Вердан, захлопывая окно в спальне своего наследника.

Ветер всю ночь то бил с шумным давлением в окна, то вдали играл со снежинками, незаметно вырастая во вьюгу. Даже за закрытыми ставнями было слышно, как шумит на улице разгулявшаяся непогода. Ветер гнал стужу между выставляющимися из-под снега стеблями трав, склоняя их к сумеречно покрытой снегом земле, перебирал ветер тонкие поникшие ветви больших деревьев. Всю ночь герцог не смыкал глаз, волнуясь за сына и за свою внезапно исчезнувшую жену.

Утро не принесло облегчение. Снежный буран не прекратился не через день, ни через неделю, ни через месяц. Вскоре стала известна истинная причина непогоды. Джадас, повинуясь жажде утверждение своего верховенства, с помощью тёмного колдовского ритуала убила Хранительницу Звенящего леса. Сила Лесной Волшебницы, что охраняла Имандро, ушла к злой старой ведьме. Но у этого чёрного ритуала был страшный побочный эффект и плата — вечная стужа для всего Имандро и близлежащих государств. А сама Джадас превратилась в Снежного Призрака, получив вечную снежную власть. Об этом Вердану поведали феи из Лунной долины, когда правитель Имандро пришёл к ним за помощью.

— Ты женился не на своей Избранной, нарушив главное правило Драконов. Привёл в свой дом женщину, которая ради жажды власти не пожалела даже своего ребёнка. Да и себя сгубила, — ругала Вердана королева фей. — Чего же ты ждёшь от нас?

— Помощи, — упал на колени перед королевой Вердан. — Мой народ замерзает. Люди не видели лета уже почти пять лет. У нас вечный холод и стужа.

— Мы не можем полностью отменить заклинание, — прекрасные феи развели руками. — Этот страшный ритуал не имеет обратной силы.

— Но мы можем смягчить его, — королева фей что-то искала в своей книге. — Ты, как представитель клана Ледяных драконов, и три твоих потомка, будете расплачиваться за совершённые тобой ошибки. Чтобы жители не замёрзли в вечном холоде, ваши сердца будут забирать часть зимней стужи. Тогда в городах и сёлах наступит непродолжительное лето. Но с каждым годом холод будет сковывать ваши драконьи сердца всё больше и больше. И растопить лёд в сердце сможет только настоящая любовь Истинной пары. Но если твой третий потомок не сможет разглядеть настоящую любовь до того, как его сердце превратится в глыбу льда, то в Имандро навсегда придёт стужа, и твой народ уже ничто и никогда не спасёт.

То ли спасение, то ли проклятье нависло над Родом Ледяных Драконов, но прекрасную Джадас так никто больше и не видел. Правда, некоторые люди поговаривали, что злая душа герцогини превратилась в Снежного Призрака, что заманивает в свои сети заплутавших в снежных бурях путников. Говорят, что пропавшая красавица сурово ласкает их колючим морозом да шумом, и чудится путникам звон колокольчиков — невидимая музыка за сугробами, — всё в белой мгле, поди, разберись — кто там! Будто злое веселье всюду, суровое, веселье рядом…

Пролог

В самом сердце тихого леса, где деревья стоят подобно колоннам древнего собора, происходило что-то странное. Воздух наполнился новыми ароматами, и солнечные лучи, пробиваясь сквозь густые кроны хвойных деревьев, превращали каждую каплю смолы в искрящийся бриллиант.

Около лесного озера царила особая атмосфера спокойствия и умиротворения. Иногда можно было заметить пробегающего мимо зайца или увидеть, как белка прыгает с ветки на ветку.

Солнечные лучи, проникавшие сквозь кроны деревьев, создавали на воде причудливые узоры из света и тени. В такие моменты всегда кажется, что лес превращается в волшебное место, где реальность сливается с фантазией.

В тихий солнечный зимний день густой лес выглядит особенно красиво. Могучие стволы деревьев, покрытые мхом и лишайником, тянутся к небу, создавая ощущение величественности и безмятежности. В глубине леса царит полумрак, но на опушках и полянах солнце щедро дарит своё тепло. Лес словно замирает в ожидании перемен и новых свершений.

Девушка лежала на берегу небольшого озера на опушке заснеженного леса. Её красивая фигура была облачена в одежду, явно неподходящую по размеру. Длинные густые волосы, словно припорошенные пеплом, красиво рассыпались по земле и отчётливо выделялись на белоснежном покрывале. Густые угольные ресницы отбрасывали тень на высокие скулы, будто веки прикрывал веер. Создавалось впечатление, что белокожая девушка, непонятно каким образом появившаяся на окраине зимнего озера, не дышит. Но никто из хищников не смел подойти к телу. Внезапно из воздуха появилось крошечное создание, оказавшееся провинившейся феей Делией.

Делия склонилась над бездыханным телом, вслушиваясь в каждый шорох и звук.

— Хвала Всевышним! Жива! — феечка взмыла в воздух, и от радости несколько раз совершила в воздухе мёртвую петлю. — Всё, как она желала! Рост сто шестьдесят четыре сантиметра, вес пятьдесят восемь килограмм и возраст как заказывала — двадцать девять годков. Идеальный экземпляр! Вот так подарочек нашему замороженному лорду будет!

Удостоверившись, что всё идёт в соответствии с намеченным планом, фея умчалась к своему озеру. Делия боялась показываться на глаза королеве — фея отлично помнила, как высочайшая монархическая особа подвергла её наказанию за непреднамеренный проступок.

Да, в тот раз фея совершила оплошность. Ну и что с того, что она направила одну девицу в мир, где царит постоянное лето? Фея сделала лишь то, о чём умоляла девушка! Делия слово в слово помнила желание счастливицы. Человечка произнесла, стуча зубами от мороза: «Как же задолбал этот лютый холод! Вот бы прямо сейчас очутиться на берегу лазурного моря! Пальмы… Песочек… Солнце…»

Феечка и исполнила это желание! Тихонько. Девушка даже ничего и не поняла. Так за что тогда королева пропесочила Делию? Да ещё наказание придумала. Этот приказ, словно маячок, пульсирует в её памяти:

— Ах, ты не знаешь! — разгневалась тогда королева. — Так вот, внимай моей воле! С этого дня ты не имеешь права появляться при дворе, отлучаться от фамильного Озера Желаний по каким-либо делам, не касающимся наказания. Ты обязана будешь привести в исполнение самое сокровенное желание того, чей образ отразится в зеркале озера! Запомни, пятнадцать претендентов — пятнадцать желаний! Ступай! И пока будешь воплощать чужие грёзы, крепко поразмысли: воистину ли люди жаждут того, о чём умоляют?!

Делия понимала, что она ещё легко отделалась! Всего-то и необходимо — подкараулить у озера пятнадцать страждущих, осуществить их мечты, а после она вновь получит независимость. Если бы она тогда ведала, что не всё так просто будет с отработкой этого наказания!

Глава 1

— У леса на опушке жила Воробей в избушке, — напевала пожилая женщина, одетая в простое домашнее платье. Дама доставала выпечку из печи, что стояла в центре светлой, просто обставленной комнаты. — Снежки она солила в берёзовой кадушке.

Заключительные слова прозвучали звонко, задиристо даже и отозвались в каждом уголке просторного деревянного домика.

— Степановна! Сызнова горлопанишь на весь околоток? — хрипловатый мужской голос прервал песню. — Я понимаю, что у тебя сегодня торжество, но зачем же так громко? Зимний лес-то спит.

Мария Степановна, владелица избушки на заснеженной полянке, бросила взгляд на только что вошедшего гостя. Сухонький коренастый старичок был невысокого роста, с милым дружелюбным лицом и седыми волосами. Одет он был в тёплую шубу и добротные валенки.

— Лёшенька, ты бы снег стряхнул с обуви, ведь вымокнут же — беды не оберёшься потом. Знаешь же, как сложно их сушить, — вымолвила Мария Степановна. — Ты раздевайся пока, а я тем временем мигом соберу нам обед.

Пока Леший, а это был именно он, снимал верхнюю одежду, Мария Степановна поставила ароматные угощения на стол, застеленный праздничной белоснежной скатертью. Перемещалась пожилая женщина по своим покоям с такой быстротой и ловкостью, которым иная молоденькая дама позавидует. Да и немудрено, ведь Мария Степановна Воробей — самая настоящая Лесная ведьма. А это означает, что силы ей даёт родной лес.

— Лёшенька, — удостоверившись, что всё готово, Воробей ласково обратилась к хозяину чащи. — Усаживайся за стол.

— А как же остальные? Мы никого не будем дожидаться? — поинтересовался представитель лесной элиты, присаживаясь на стул.

— Больше никого и не будет, — Степановна отмахнулась и присела за стол напротив гостя. Решив отвлечься от неприятного разговора, хозяйка принялась раскладывать ароматный дымящийся картофель по красивым тарелкам. — Я не обижаюсь, ведь всё отлично понимаю. У всех свои дела, свои заботы. Да и не юбилей же!

Леший с аппетитом осматривал все разносолы, что стояли на столе. Чего здесь только не было: его любимые драники из капусты, мочёные арбузы, ароматные голубцы, и даже фирменный пирог с грибами имелся.

— Ну раз так, — хозяин леса потирал руки, ожидая, когда виновница торжества поставит перед ним наполненную тарелку. — Тогда дозволь я, на правах приглашённого и давнишнего товарища, поздравлю тебя с днём рождения. Желаю здоровья и долгих лет жизни!

— Благодарствую! — Мария Степановна приподняла стакан с компотом, чтобы поддержать тост Лешего. — Как говорится, ни много ни мало, но двести девяносто девять лет нынче исполнилось.

— Да, вот время-то несётся! — Леший подпёр рукой щёку и предался воспоминаниям. — Помнишь, когда ты была Хранительницей леса, сколько гостей к тебе являлось?

— Лёшенька, когда это было? — всплеснула руками дама. Её убелённые сединами волосы надёжно спрятал платок, морщинки под глазами не старили, а, напротив, придавали пожилому миловидному лицу некое очарование. — Уже без малого двадцать лет миновало, как я оставила свой пост двоюродной внучке.

— Кстати, слыхал у зверья, что Даша — славная ведунья. Любит девчонку лес. — Леший налил себе ещё одну порцию красного наваристого компота. — Степановна, а чем ты занимаешься на досуге?

— Я-то? — Старушка встала из-за стола и подошла к большому сундуку, стоявшему около печи. Приподняв тяжёлую крышку, вынула какой-то свёрток. — Гляди, что я научилась вязать! — и она продемонстрировала снежно-белую шаль. — Смотри, какое очарование! Не знаю, правда, куда деть. Всех-то своих подружек одарила уже.

— Ты же понимаешь, Степановна, — Леший восхищённо рассматривал пуховое изделие в руках подруги. — Все навыки нам когда-то сгодятся. Лучше вот что скажи, моя дорогая, на пенсии не тоскливо? — Старичок заглянул в лицо ведьме и беззлобно усмехнулся.

— Не скучно. Одиноко, — женщина неожиданно замолчала, и её когда-то бирюзовые глаза заволокло пеленой грусти. — Жалею, что не повстречала своего наречённого. Что не создала семью, не родила дитяток. Сейчас бы нянчилась с внуками, а не выла белугой от тоски длительными зимними вечерами в этой хате.

Мария Степановна затихла, и в звенящей тишине стало слышно, как потрескивают дрова в белой печи, как протяжно завывает снежная вьюга на улице. Леший помалкивал, боясь нарушить очарование момента да спугнуть странные откровения подруги. Резкий порыв ветра бухнул оконной ставней, и ведьма вышла из странного оцепенения.

— Эх, вот бы всё воротить обратно! Я бы все силы бросила не на работу, а на поиски любви! — то ли от странных мыслей, то ли от жара печи щёки старушки стали пунцовыми.

— Слушай, Степановна! — перешёл на шёпот Лешак и навис над столом, приблизив своё лицо к лицу ведьмы. — По осени слыхал от утопленниц, что есть такая возможность! Если ты сможешь отыскать Озеро Желаний, то фея, его охраняющая, тебя осчастливит. Если повезёт, конечно. Тем более сейчас, когда до Нового года неделя осталась. Время чудес и волшебства! Да чего я тебе говорю, ведь сама всё ведаешь.

Порыв урагана нарушил идиллию уютного зимнего вечера, прогудев в печной трубе, и Леший неожиданно засобирался домой.

— Ладно, пойду я, а то уже стемнело.

Когда за ним затворилась входная дверь, Мария Степановна на мгновение призадумалась. Затем она стремительно набросила на плечи пушистую шаль, наспех засунула ноги в первые попавшиеся валенки и выбежала на улицу. Хозяйка лесной избушки внезапно глотнула полной грудью студёного воздуха, пропитанного зимним лесным сосновым ароматом. Мария Степановна закрыла глаза и пошла вперёд, целиком и полностью отдавшись интуиции. Женщине послышался чей-то зов, словно кто-то родной и такой долгожданный подсказывал ей дорогу. Ведьма понимала, что Озеро Желаний — не обычный водоём, а потому его поиски могут быть тоже необычными и даже опасными. Но жажда исполнения желания толкала Воробей на отчаянный шаг. Удивительно, но за получасовую пешую прогулку бывшая Хранительница леса ни разу не оступилась, словно хвойные деревья, встречавшиеся ей на пути, оберегали свою прежнюю повелительницу. Неожиданно нога ступила в воду, и валенок моментально стал мокрым и тяжёлым. Воробей распахнула глаза и увидела, что перед ней распростёрлось озеро, в котором красиво отражались яркие звёзды, а хозяйка ночного неба своими мягкими лучами написала на зеркальной поверхности совершенную лунную дорожку.

— Здравствуй, Мария Степановна Воробей, — прозвучал звонкий женский голосок. — Зачем ко мне в гости пожаловала? Или стряслось чего?

Обладательницей этого молодого задорного сопрано оказалась прекрасная фея, которая мелодично шуршала крылышками, кружась вокруг ночной гостьи.

— Добрый вечер. Не знаю, как Вас величать… — ошеломлённо и растерянно прошептала пожилая искательница озера.

— Меня зовут Делия. — Фея остановила полёт, зависнув напротив лица Марии Степановны. — Я — Хранительница Озера Желаний. Так для чего ты меня разыскивала?

— Всё дело в том, что мне сегодня исполнилось двести девяносто девять лет. — Воробей присела на камень, очутившийся по счастливой случайности рядышком, и стала рассказать свою душещипательную историю. — Я давным-давно отошла от дел и спустя кое-какое время поняла, что не хочу быть одинокой. Вот если бы у меня появилась возможность ещё раз прожить свою жизнь, то я бы все силы отдала поискам своей любви, а не работе. Ведь рождённая ведьма может привести в мир одарённого ребёнка только от истинного наречённого. А я не искала возлюбленного, решив, что это неважно.

— А теперь полагаешь, что важно? — Делия пристально взирала на Марию Степановну, ожидая её ответа.

— Теперь я знаю, что это очень важно!

Воробей сложила руки в молитвенном жесте.

— Делия, миленькая, выполни моё желание. Ну, пожалуйста, сделай одолжение!

— Хорошо! — смилостивилась Делия. — Озвучь, чего ты жаждешь.

Фея что-то извлекла из-под своего плаща, а Мария Степановна Воробей встала, закрыла глаза и прошептала, словно это было не желание, а заклинание:

— Хочу получить второй шанс, заново прожить свою жизнь, чтобы отыскать своего истинного наречённого.

А Делия летала вокруг ведьмы, посыпала её колдовской пылью и тихонечко напевала:

— От судьбы не увернуться,

Стоит только улыбнуться

И озвучить вслух желанья,

Вмиг исполнятся они,

В сердце вспыхнет жар любви,

И счастливой станешь ты!

Последнее, что запомнила Мария Степановна перед тем, как гладь озера сомкнулась над её головой, а вода наполнила лёгкие, было лицо феи и толчок в спину, опрокинувший женщину в это проклятущее озеро.

Глава 2

Сознание медленно возвращалось к Марии Степановне, словно защищая её рассудок от кошмарной реальности, и постепенно раскручивало шарманку воспоминаний: родной лес, день рождения, Леший, Делия, произнесённое ведьмой пожелание и озеро, приветливо распахнувшее свои объятья.

Выпрямившись и оглядевшись, продрогшая полуутопленница не могла понять, где находится. Она лежала на заснеженном берегу овального озера, а вокруг простирался совершенно незнакомый густой лес. Сквозь плотные кроны зелёных древесных исполинов еле-еле пробивались лучи солнца. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь учащённым дыханием да неистовым клацаньем зубов, ведь Мария Степановна лежала в сугробе. И снег, забившийся под одежду и в обувь, не добавлял Воробей комфорта. Ведьма попыталась встать, но тут же почувствовала резкую боль. Её правая нога оказалась сильно повреждена — наверное, это случилось при неудачном падении в озеро.

Оглядевшись, несчастная заметила в сугробах небольшую тропу, ведущую вглубь загадочного заснеженного леса. Присмотревшись своим ведьминским зрением, Воробей отметила про себя, что незнакомый лес настроен к ней дружелюбно. Возможно, эта протоптанная по белоснежным холмикам тропинка была единственным спасением от обморожения и холодной гибели. Мария Степановна решила двигаться по таинственной дорожке, опираясь на найденную неподалёку палку. Лесная ведунья ступала осторожно, старалась не шуметь и прислушивалась к каждому шороху. Кто знает, какие опасности могут подстерегать её? Тропинка вывела ведьму к добротной деревянной двухэтажной избушке. На окнах висели беленькие ажурные занавески, а над крышей возвышалась изящная печная труба, из которой поднимался дым. Мечты о горячем ароматном чае придали замёрзшей женщине сил.

Почему-то Мария Степановна была уверена, что найдёт в этом загадочном доме тепло и вкусную еду. Откуда у несчастной были подобные мысли — она и сама не могла объяснить. Внезапно её слух уловил треск веток. Ведьма испуганно притаилась, задержав дыхание. Кто-то или что-то двигалось совсем рядом.

— Можете не прятаться, — услышала Воробей позади себя. — Я Ваш запах учуяла давно — ещё на озере. Выходите и ничего не бойтесь, ведь я не причиню Вам вреда.

Мария Степановна, прихрамывая и опасливо оглядываясь по сторонам, вышла из-за большой раскидистой сосны, служившей ей временным укрытием. На полянке перед домом она увидела интересную молоденькую незнакомку, державшую в руках хворост для растопки печи. Низкорослая девчушка выглядела так, словно может сломаться в любой момент. Худенькое тело было одето в тёплое пушистое пальто, из-под длинной шерстяной юбки тёмно-синего цвета выглядывали ноги, обутые в угги, и полосатый пушистый хвост. Миловидное лицо с серыми глубокими глазами обрамляли слегка волнистые волосы необычного мятного цвета. Над головой девчушки выступали прелестные кошачьи ушки. Мария Степановна рассматривала её, кутаясь в промёрзшую и оттого очень жёсткую шаль. Девчушка взирала на ведьму с не меньшим интересом.

— Мы можем и дальше играть в гляделки, — в звенящей тишине заснеженного леса вновь раздался звонкий голос странной на вид девочки-кошки. — Но мне кажется, что это лучше делать в тёплом помещении.

Мария Степановна мысленно согласилась с девочкой и поплелась следом за ней в деревянную избушку. Передвигалась ведьма медленно, ведь не только повреждённая нога мешала движению. Ещё и валенки, набравшись озёрной воды, стали очень тяжёлыми и неудобными.

Мария Степановна подошла ближе к двухэтажному дому на лесной опушке, стены которого были сложены из массивных сосновых брёвен. Дверь отворилась, приглашая переступить порог. Внутри избушки было светло и тепло благодаря большому камину, который занимал почти всю стену. На полу лежали мягкие ковры, а в центре избы стоял большой деревянный стол и несколько стульев. Вся мебель в доме была красивая и добротная.

Странно, но зайдя в избушку, замёрзшая и продрогшая Воробей ощутила внутреннюю гармонию и спокойствие, словно вернулась домой. В голове у женщины закружились мысли :«Вот уж чудно́ устроен человек. Только что казалось, что ты не можешь сделать ни шагу от холода и боли в ноге, а, увидев камин и ковёр на полу, представляешь, будто вернулся домой. Какое волшебство кроется в открытом огне? Как, казалось бы, бездушный костёр помогает привести чувства и мысли в порядок? Вот ты смотришь на поленья, и тебе кажется, что огоньки пламени проникают в самые потаённые уголки твоей души, чтобы убаюкать тревоги и излечить неспокойное сердце».

Девчушка аккуратно скинула хворост в угол рядом с камином и вновь повернулась к гостье, вырываю ту из задумчивости.

— Наверное, Вы бы хотели переодеться. Мало того, что одежда на Вас мокрая и холодная, так она ещё и с чьего-то плеча. Бедненькая, как же Вам досталось, раз пришлось в чужую одежду облачаться! Скорее переодевайтесь, а то простынете ещё ненароком! Вот, держите, — девчушка протянула стопку чистой одежды. — Думаю, это Вам будет впору. Свою обувь можете снять, а я поставлю её сушиться к камину.

— Почему же с чужого? — возмутилась Мария Степановна, которая уже сняла промокшие валенки, она даже невольно расправила плечи, на миг забыв о том, как промёрзла. — Это всё моё.

— Ваше? Вы уверены? Посмотри на себя, — и загадочная девочка мотнула головой куда-то в сторону.

Мария Степановна взяла вещи и проследила за взглядом мятной девчушки. Та указывала на красивое трюмо, стоявшее в глубине большой комнаты, служившей и гостиной, и столовой одновременно.

Ведьма стояла перед овальным зеркалом и шокировано разглядывала своё отражение. Она не могла поверить, что образ напротив — не выдумка и не сон. С обратной стороны зеркала на неё смотрела девушка лет 30, чьё красивое белоснежное лицо с голубыми глазами окружали локоны русого цвета, словно припорошённые пеплом. Воробей с удивлением ощупывала свои тонкие скулы, нежные розовые губы, мягкие длинные густые волосы. Мария Степановна уже и не помнила, когда она была такой красивой и молодой. Сердце радостно запело в груди, ведь в жизни ведьмы наступили кардинальные перемены. И пусть неизвестно, что будет дальше, пусть непонятно, где она очутилась и сколько ещё проживёт. Это всё неважно, ведь у Воробей появилась возможность вновь почувствовать себя юной и насладиться моментами жизни, присущими тридцатилетнему возрасту. Это ли не чудо?

— Ну, теперь Вы убедились, что одежонка-то не Ваша, — раздался за спиной насмешливый голос девочки, которая уже сняла верхнюю одежду и наблюдала за удивлённой женщиной.

Услышав эти слова, Мария Степановна обратила внимание, что её старушечий наряд, действительно, висит мешком на новом молодом теле. Ничего не ответив, она зашла за ширму, которая находилась рядом.

Осматривая своё обновлённое тело, женщина не могла налюбоваться изгибами молодого тела, белоснежностью кожи. Старая одежда, которую Воробей носила на Земле, смотрелась теперь на ней нелепо.

— Да уж, хороша, — пробормотала возмущённая ведьма, стаскивая с себя мерзкую мокрую одежду и бросая старушечье тряпьё на пол.

Взгляд задержался на белоснежной шали, которую Мария Степановна в спешке накинула на плечи в ту злополучную ночь, когда фея толкнула свою гостью в озеро.

— А это я оставлю, — голубоглазая дева подняла с пола уже не совсем белую вязаную накидку и перекинула её через деревянную ширму. — Пусть хоть что-то меня связывает с родным домом. Тем более, кто его знает, что это за место и как меня здесь встретят. Выгляжу, словно я амбассадор секонд-хенда, не иначе, — женщина оттолкнула ногой кучу мокрого и пришедшего в негодность тряпья. — Прощай, моя старая одежда.

Внезапно рядом с ширмой раздалось деликатное покашливание.

— Какой у Вас дар? Какого-то энда?

— Никакого! Это присказка, — отшутилась Воробей, натягивая на себя поверх белой сорочки, скрывшей её ступни, такое же длинное тёплое шерстяное платье приятного синего цвета. — Меня, кстати, Мария Степановна зовут. Фамилия Воробей. А как твоё имя?

— Меня зовут Джулия, — звонко отозвалась девочка. — Я накрыла на стол. Как переоденетесь — мы перекусим, а потом я отвечу на все вопросы, которых у Вас, наверное, накопилось немало.

Мария Степановна убедилась, что необычная старинная одежда сидит на обновлённом теле идеально, и сделала шаг из-за ширмы. Шаль женщина захватила с собой, надеясь позже её постирать. Странно, но больная нога больше не беспокоила ведьму.

«Не иначе как чудо», — подумала Мария Степановна. Но запах свежеприготовленной пищи отвлёк от мыслей о том, что с телом Лесной ведьмы происходят непонятные вещи.

Глава 3

Стол был накрыт на две персоны. Джулия поставила на белую скатерть поджаристый хлеб, наваристые щи, румяные пирожки. Дымящийся картофель манил ароматом, а мочёные овощи в тарелке — обещанием вкусного обеда.

— Чтобы не портить себе аппетит, — сказала Джулия, присаживаясь за накрытый стол, — мы сначала кушаем, а затем беседуем.

Мария Степановна присела рядом. Вся еда была просто восхитительной, а блюда были приготовлены идеально. Девушки начали трапезу с душистых щей, чей аромат заполнил всю комнату, стоило милахе с мятными волосами открыть крышку кастрюли. После того как первый голод был утолён, Джулия предложила Марии Степановне чай из трав. Заняв места перед чарующим открытым огнём камина, девушки несколько минут наслаждались чаем и тишиной, нарушаемой потрескиванием дров.

— Джулия, детка, — произнесла ведьма, когда приятное тепло от горячего ароматного чая окончательно согрело замёрзший организм. — Расскажи мне, пожалуйста, куда я попала?

На сытый желудок думается лучше, и теперь Мария Степановна была готова разобраться с тем, куда она попала, как здесь очутилась и для чего её сюда перенесли. Девочка с кошачьими ушками на голове отставила в сторону чашку с горячим напитком и, помолчав несколько секунд, произнесла:

— Я всё расскажу. Но сначала хочу, чтобы Вы знали — Ваше появление очень важно для нас!

— Для кого это — для вас? — Мария Степановна внимательно наблюдала за реакцией миловидной собеседницы. — И почему важно?

Джулия не отвела взгляд, не смутилась, а открыто смотрела в лицо Воробей.

— Вы попали в мир Альдера, — начала осторожно говорить мятная девочка. — Государство, в котором мы сейчас находимся, носит название Имандро. У нас есть правитель — Олгед из рода Ледяных драконов.

— Прямо настоящий дракон? — перебила говорящую удивлённая ведьма. — И он летает? Вот это да! Я бы хотела на него посмотреть!

— О, я думаю, что восхищение мгновенно исчезнет, когда состоится ваше знакомство, — Джулия не разделяла радости Марии Степановны.

— Почему? Это же настоящий дракон! — искренне недоумевала Воробей.

— Вот именно! Это настоящий дракон. Надменный, самоуверенный герцог. Да ещё и из клана Ледяных. Ведь у них вместо сердца — замороженный пульсирующий кусок стекла.

После этого эмоционального порыва девочка-кошка внезапно замолчала, оборвав свою мысль, словно сболтнула лишнее.

— Вы простите меня, пожалуйста. Я не имела права так говорить, — девушка подняла виноватые глаза на Марию Степановну. — Он наш господин. Благодаря тому, что Олгед забирает часть стужи, в Имандро бывает лето. Хоть недолго и не очень жаркое, но это лучше, чем ничего. Правда, ведь?

Как могла Мария Степановна не согласиться с таким наивным утверждением? Как часто она, как теперь казалось очень давно, словно в прошлой жизни, объясняла поступки именно этой фразой. Не будем скромничать — много раз! Да, за прожитые 299 лет чего она только себе не болтала! Никогда за своё земное существование Мария Степановна не говорила мужчине «Я тебя люблю!» Одного не могла себе позволить рождённая ведьма: быть с тем, кого не любит. А испытать настоящее сильное чувство можно было только однажды. Ну, или вообще никогда, это уж кому как фортуна улыбнётся. Вот Воробей, как назло, не повезло в личной жизни. Но ведьма надеялась, что в её судьбе будет, как в одной известной песне: «Не везёт мне в смерти — повезёт в любви!»

В смерти Марии Степановне, действительно, не везло. Когда Воробей передала дела своей двоюродной внучке Дарье, все знакомые стали говорить о скорой гибели нашей ведуньи. Мол, лесные ведьмы, если уходят с должности Хранительницы леса, долго без энергии этого самого леса-то и не живут. Но Воробей протянула на ведьминской пенсии без малого почти 20 лет. Вот и озеро её не забрало, когда фея любезно отдала нашу старушку на откуп водному царству, а выплюнуло. Да не где-нибудь, а в другом мире.

— Правда, милочка, правда, — как можно ласковее проговорила Мария Степановна. — А теперь расскажи-ка мне, почему моё появление очень важно?

— Понимаете, последние лет десять мы не видели тепла. У нас всё время дуют ветра, беснуются метели, а маленькие дети не знают, что такое зелёная трава. На самом деле Вам может показаться, что Имандро — странная маленькая провинция. Отсталая и незначительная. Но это не так!

— А государство, куда я попала, не маленькое? Оно большое? — Воробей было интересно собрать как можно больше информации о своём новом месте проживания.

— Имандро — небольшое, но свободное герцогство, — Джулия воодушевилась рассказом. Её щёки раскраснелись, а блеск в глазах выдавал внутреннее напряжение. — У нас, правда, пытались несколько раз отобрать свободу и завоевать, но драконы из клана Ледяных не допустили подобной беды. И сэр Олгед, и его отец, впрочем, и его дед всегда ревностно защищали границы своего королевства. Когда в эти земли приходило тепло, наш народ процветал. Всё побережье Северного моря было усыпано, словно звёздами, небольшими деревушками рыбаков. Море кормило жителей Имандро, щедро наполняя рыболовные сети рыбой. А купцы, чьи корабли постоянно заходили в порт Тронхейма, с радостью покупали свежий улов и щедро расплачивались с продавцами.

— А сейчас? — Мария Степановна задала вопрос, заведомо зная, какой получит ответ.

— А сейчас на месте этих деревушек лишь руины, — на глазах Джулии выступили слёзы. — Бо́льшая часть рыбаков ушла на заработки в наши большие города: в Тромсё на юге, в Вардё на западе, в Ставангард на востоке. Эти города стоят на границе, поэтому мужчинам там всегда рады. А те, кто не захотел идти в армию, перебрались в столицу. Поближе к правителю.

— Мне так жаль, — Мария Сергеевна, несмотря на долгую прожитую жизнь с множеством испытаний, не закрыла своё сердце на замок. Внутри женщина была доброй и умеющей сопереживать.

— Но Вы можете всё исправить! Жители Имандро помнят, как почти два десятка лет назад нашим старейшинам было видение, в котором звучала пророчество:

Будут снегом запорошены, заснежены все улицы.

В шубах будут все ходить, ёжиться, сутулиться.

Когда от ветра и ото льда тепло исчезнет навсегда,

Тогда придёт нам всем спасение!

Великое чудо и предназначение!

К вам прилетит девица.

Девица, словно птица.

Этот храбрый Воробей

Будет в мире всех смелей!

— Вот видите, Вы — наше спасение! — почти с придыханием произнесла Джулия, смотря на Марию Степановну, как на божество.

— Стоп, стоп! — ведьма выставила руки перед собой, словно останавливая напор отчаянно верующей в неё девчушки. — Не хотелось бы рушить вашу надежду на светлое будущее и всякие «долго и счастливо», но я не умею!

— Что? Что не умеете? — не поняла сарказма и иронии Джулия.

— Не умеют спасать государство. Я Лесная ведьма, а не спасательная.

После этой фразы ушки на голове Джулии зашевелились, а глаза засветились от радости.

— Да это же просто отлично! — этот возглас заставил Воробей невольно засомневаться в адекватности молодой хвостатой особы.

— Что отлично? Что я не спасательная ведьма? — Мария Степановна на всякий случай отодвинула свой стул подальше от этой странной девочки.

— Да! Замечательно то, что Вы именно не спасательная ведьма. Послушайте. Наш лес называется Звенящий и состоит из сосен, елей и кедров. С древнейших времён он привлекал людей и представителей различных рас своей целебной силой, уникальными полезными свойствами и природной мощью. А ещё наша чаща обладает поистине уникальной возможностью: деревья, растущие здесь, наделены способностью получать и накапливать энергию на протяжении многих веков.

— А куда же деревья потом девают эту энергию? — уточнила ведьма, внезапно заинтересовавшись этой информацией.

— Как куда? — искренне удивилась Джулия. — Отдают своей Хранительнице.

— Было бы интересно с ней познакомиться, — как можно дружелюбней сказала Воробей.

— Не выйдет, — тут же разбила надежду ведьмы сероглазая девчушка. — Дело в том, что предыдущая Хранительница поругалась с герцогом и ушла от нас. Найти новую нам не удалось, а хвойное царство, как Вы знаете, без Лесной хозяйки погибает. Поэтому хорошо, что Вы Лесная ведьма. Станете нашей госпожой?

— Подожди секундочку, — Воробей такое стремительное развитие событий пугало и настораживало. — Это же не так просто: захотела, и стало Хранительницей! Здесь и с лесом поговорить надо, и ритуал специальный провести.

— Я знаю, но уверена, что у Вас всё получится! — Джулия вся светилась от счастья, предвкушая предстоящие радостные события. — Вы нравитесь Звенящему лесу. Я живу среди этих деревьев всю жизнь, и ещё ни разу не видела такого спокойного бора.

Мария Степановна закрыла глаза и посмотрела на лес, находящийся за стенами приветливой избушки, ведьминским зрением. Лес неохотно шёл на контакт, но настрой его был добрым.

— А почему Звенящий? — Воробей открыла глаза и вновь сосредоточилась на разговоре.

— У нас в чаще есть поляна необычных вековых кедров, которые издают звон и ярко светятся, — Джулия понизила голос до шёпота. — Говорят, если коснуться такого кедра, то получишь дар исцеления и мудрости.

— И многие касались? — Воробей, словно лиса, тут же взяла след чего-то важного и интересного.

Если бы Мария Степановна знала, какие изменения уверенным шагом входят в её жизнь, то прогнала бы прочь мысль, внезапно её посетившую. Но ведьма ничего не ведала, а потому этим простым вопросом она начинала чертить новую траекторию своей жизни.

— Никто не ходил, Вы что! Мы боимся. А вот Вы — самое то, что нужно нашему лесу! — восхищённо захлопала в ладоши Джулия. — Мария Степановна, не бойтесь, я Вас одну не оставлю. С сегодняшнего дня я — Ваша помощница. Для меня и моей семьи — это большая честь: служить нашей Хранительнице и спасительнице.

Поняв, что эту милую девочку не разубедить, Мария Степановна решила сменить тему разговора:

— Всё это хорошо и прекрасно. Но меня сейчас интересуют насущные бытовые вопросы. Где будет жить ваша будущая Хранительница и спасительница? — женщина почувствовала, как её одолевает усталость, и веки начинают медленно тяжелеть.

— Как это — где? Здесь, конечно. Это же избушка Хранительницы леса. Я её специально для Вас протопила, а в комнатах навела порядок.

Джулия вскочила со стула и подала руку засыпающей ведьме.

— Пойдёмте, я покажу Ваши комнаты. Они на втором этаже.

Стоило голове коснуться мягкой подушки, как сон сморил Марию Степановну. Последняя мысль, которая посетила Воробей перед тем, как она отключилась, была: «Почему я не спросила у Джулии, к какой расе она относится?»

Глава 4

Небольшая комната была наполнена мягким тёплым солнечным светом, который свободно проникал сквозь белые тонкие шторы. Вертикальные лучи падали на стены, покрашенные в оливковый цвет. У бокового окна стоял овальный предметный столик с двумя стульями, а на полу лежал большой мягкий серый ковёр. На небольшой кровати у правой стены спала привлекательная девушка, одетая в длинное синее шерстяное платье. Сквозь приоткрытую дверь в комнату проникали отдельные звуки приглушённого разговора двух женщин.

— Ты уверена, что это именно она? — негромко произнёс первый голос, который, судя по тембру, принадлежал зрелой даме.

— Да, — быстро ответил второй голосок помоложе. — Её же многовековой лес безоговорочно принял. Неужели вы в деревне ничего не почувствовали?

Ответом был чрезвычайно тяжёлый громкий вздох.

— Ты же знаешь, какое сейчас страшное неспокойное время, — грустно произнёс первый голос. — Мы очень боимся. Вчера утром местные охотники ушли в священный лес и не вернулись.

— Сколько? — второй молодой голос звенел от напряжения.

— Четверо, — было слышно, как первая женщина тихонько заплакала.

— Кто? — настоятельно потребовал ответа звонкий голосок.

— Марк, Ильменс, Алекс.

— Имя четвёртого? — казалось, что вторая неизвестная девушка сейчас закричит. — Кто?

— Деметрий. Джулия, прости. Я сначала не хотела тебе говорить, — во вздрагивающем голосе старшей собеседницы были слышны виноватые нотки.

— Но я не чувствую его смерти,— начала была говорить молоденькая девушка. — Тихо. Хранительница просыпается.

И действительно, в оливковой комнате на втором этаже не спеша открыла глаза цвета небесной лазури очаровательная женщина, что безмятежно спала всю ночь на застеленной зелёной накидкой кровати. Мария Степановна с немалым удивлением осмотрела жилое помещение, в котором проснулась. Затем переключила внимание на необычную одежду и, словно вспомнив что-то, вскочила с кровати. Через мгновение Воробей любовалась своим фантастическим отражением в начищенной поверхности трюмо.

— Свет мой зеркальце, скажи, да всю правду расскажи, — проговорила синеглазая молодая дама, безрезультатно пытаясь расчесать изящной рукой тёмно-русые волнистые волосы. — Я ль на свете всех милее? Значит, не приснилось. Ну что же, будем обустраиваться в этом новом мире. Как говорится, что нам терять, кроме одежды?

Ведьма посмотрела в окно. Лес был прекрасен, небо безоблачно, а восходящее солнце заливало снежный пейзаж персиковым светом.

— Значит, будем разбираться с зимой, отсутствием тепла и непонятным странным драконом, — оптимистично проговорила Воробей, и, подмигнув своему отражению, открыла дверь на лестницу.

Мария Степановна спустилась в просторную гостиную с камином и застала за кухонным столом заплаканную Джулию, которую успокаивала неизвестная дама. Женщина была одета в простое, но добротное сиреневое длинное платье. Аспидно-чёрные волосы были уложены в незамысловатую причёску «косичка в косе», а на висках кое-где пробивалась первая седина, выдавая возраст гостьи лесного домика.

— Доброе утро, мисс Воробей. Я мама Джулии, Элен, — и новая знакомая улыбнулась так, что её карие глаза засветились, словно алмазные огоньки.

Подойдя ближе, Воробей отметила про себя, что мама её помощницы достаточно молодая женщина, лет сорока — сорока пяти, с приятным открытым лицом и мягким взглядом.

— А доброе ли оно? Я смотрю, что для Джулии сегодняшний день начался явно не с радостных вестей.

— Всё дело в том, что жених моей дочери ушёл вчера на охоту и до сих пор не вернулся, — кратко пояснила Элен.

После этих слов девочка-кошка вновь залилась безутешными слезами.

— А давайте сейчас позавтракаем, и вы мне всё подробно расскажете, — предложила Воробей, чтобы отвлечь свою верную помощницу от невесёлых мыслей.

Элен помогла Джулии накрыть на стол, пока ведьма приводила себя в порядок. Когда в руках у трёх прекрасных дам задымились чашки с приятным ароматным чаем, Мария Степановна повторила свой вопрос:

— А теперь честно рассказывайте, что случилось?

Элен мельком взглянула на дочь, убедилась, что у девочки временно прекратилась истерика, и начала свой рассказ.

— Мы мирно живём в лесной деревне. Джулия — дитя человека и оборотня. Полукошка. Когда-то я вышла замуж за её отца, который был чистокровным оборотнем. К величайшему сожалению, Джон умер.

Мама девочки замолчала, словно собиралась с духом. Мария Степановна не решилась просить её продолжить рассказ: ведьма прекрасно понимала, что потеря близких людей — тяжёлая, невосполнимая утрата. Через две минуты женщина в сиреневом платье продолжила:

— По неизвестным причинам Джулия не может закончить свой оборот. Именно поэтому вторая, животная, сущность всегда присутствует в её человеческом обличии в виде небольших ушек и пушистого хвоста. К величайшему сожалению, после того как в нашем мире перестали встречаться истинные пары, таких детей рождается с каждым годом всё больше.

— Почему? — Мария Степановна внимательно слушала, забыв о своём чае в круглой кружке.

— Как почему? Всё дело в крови.

Элен решила пояснить свои предыдущие слова, когда неожиданно наткнулась на вопросительный взгляд Воробей.

— В силу отсутствия истинных, официальные браки обычно заключаются с людьми. Кровь оборотней всё сильнее и сильнее разбавляется человеческой, и рождённые от смешанных парах дети обычно не могут благополучно совершать полноценные обороты. У нас в маленькой деревне, к сожалению, живёт порядка двух десятков семей с такими детьми. Ребята, застрявшие в незаконченной трансформации, не могут учиться в школах людей. Да и в образовательные заведения для оборотней им, как Вы понимаете, закрыта дорога.

— А жених Джулии тоже полуоборотень? — бросив беглый взгляд на девочку с пушистыми ушками, которая внимательно прислушивалась к негромкому разговору двух взрослых дам, Мария Степановна вновь сосредоточилась на рассказе Элен.

— Нет. Он чистокровный кот. Нам очень повезло, что Деметрий обратил внимание на мою единственную дочь.

Элен подарила девочке взгляд, полный безмерной материнской любви и бесконечной нежности. В этот драматичный момент Мария Степановна подумала о том, как нелегко быть родителями. Казалось бы, всё сравнительно просто: нежно люби своего ребёнка таким, какой он есть, позволяй ему самостоятельно совершать случайные ошибки и набивать шишки. Но как же это сложно на самом деле! Ведь так хочется, чтобы твой ребёнок благополучно избежал боли, безнадёжного разочарования, предательства. Сердце доброй ведьмы сжалось от безграничной тоски, напоминая, зачем женщина пришла к волшебному озеру в ту зимнюю ночь.

— А сколько лет Джулии? — не удержалась от вопроса Воробей.

— Четырнадцать. О, Вы не подумайте ничего плохого! — Элен поспешила успокоить ведьму. — У нас по сложившейся традиции между наречением и свадьбой должно пройти не менее двух лет. Жениху за это время необходимо самостоятельно подготовить жилище для будущей семьи.

— Итак, вернёмся к нашей проблеме, — Мария Степановна, словно опытный следователь, умела вовремя переводить разговор в нужное ей русло. — И часто у вас охотники пропадают?

— За последние полгода — это уже третий раз, — после этих слов матери Джулия неожиданно подбежала к ведьме и упала перед Воробей на колени.

Схватив женщину за ноги, девочка жалобно посмотрела в синие колдовские глаза:

— Пожалуйста, станьте нашей полноправной Лесной хозяйкой! Ваша сила поможет вернуть деревенских мужчин! Мама говорит, что Хранительница чувствует любое дерево в своём многовековом лесу, всякий куст, каждую тропу.

— Ты что? — ведьма еле подняла с согнутых колен плачущую помощницу. — Конечно, я стану вашей Хранительницей. Нужно до конца разобраться с ритуалом принятия должности.

Элен положила руку на плечо Марии Степановны.

— Это уже наша забота. К ритуалу всё будет готово. Через два часа жду вас на дальней поляне звенящих кедров. Джулия знает дорогу.

Когда за Элен закрылась входная дверь, Джулия немедленно повернула опухшее заплаканное лицо к Воробей.

— Вы правда станете нашей Лесной хранительницей? — после утвердительного кивка Воробей, девочка натянуто улыбнулась. — И Вы поможете найти папу и Деметрия?

— Хранительницей стану и приложу максимум усилий, чтобы найти ваших мужчин. Подожди, — Мария Степановна замерла на полуслове.— Но Элен чётко сказала, что твой отец неожиданно погиб. Я чего-то не понимаю?

— Папа ушёл на охоту год назад, — серые глаза Джулии вновь наполнились слезами. — С тех пор его никто не видел. Мама постепенно перестала надеяться, а я — нет.

Надежда. Наша спасительница и наша погибель. Но надежда не бывает направлена на то, что уже произошло; если что-то уже случилось, то на что же надеяться? Воробей на собственном опыте знала, как тяжело отпускать память о своих родных, ведь за долгую жизнь ей приходилось хоронить многих. Племянница, став Лесной хранительницей, обрела дар долголетия и исцеления, а сестра умерла в тот год, когда новая китайская болячка косила людей. Отчего-то иммунитет Воробей справился, а организм сестры — нет. Сколько раз Мария Степановна плакала вместе со своим зверьём, когда находила мёртвых детёнышей, потерявшихся или заблудившихся в лесу. Как тяжело было наблюдать за угасанием надежды в глазах родителей, державших на руках бездыханное чадо. А сколько в годы военных действий было пропавших? В каждом дворе ждали, что солдат вернётся. Даже если приходила похоронка — всё равно ждали, надеялись, что злополучное извещение — всего лишь досадная ошибка.

В самой надежде и было спасение. Кто знает, может, для Джулии эта надежда является маяком, указывающим путь посреди тяжёлой жизни в холоде?

Через два часа Элен, облачённая в белоснежную тунику и верхнюю мантию с капюшоном, ждала ведьму и свою дочь на большой круглой поляне, которая со всех сторон была окружена многовековыми кедрами.

Элен и Джулия хором громко произнесли:

— Это пространство очищено для проведения ритуала.

Затем помощницы ведьмы прошлись по кругу против часовой стрелки с мётлами, подметая снег. После того как мётлы были убраны в сторону, Элен нарисовала на снегу совершенно неизвестные знаки, немного похожие на славянские руны, а Воробей ходила от дерева к дереву, прикасаясь к огромным стволам зелёных исполинов.

— Готово, — окликнула ведьму Элен.

Мария оказалась в центре нарисованной на снегу композиции, напоминавшей неизвестный цветок. Джулия с матерью выстроились в одну прямую линию с Воробей и стали распевать невероятно странную песню, погружая претендентку на должность Лесной хранительницы в гипнотический транс.

Сквозь липкую пелену тумана Мария Степановна слышала слова:

— Я призываю силы востока защищать это пространство, пока идёт ритуал! — пела Элен.

— Я призываю силы юга защищать это пространство, пока идёт ритуал! — пела Джулия.

— Я призываю силы запада защищать это пространство, пока идёт ритуал! — вновь запела старшая помощница.

— Я призываю силы севера защищать это пространство, пока идёт ритуал! — вторила матери девочка с мятными волосами.

Неизвестная сила овладела телом Лесной ведьмы. Слова сами всплывали в памяти:

— Я призываю силы огромного пространства надо мной, — внезапно запела претендентка, мерно раскачиваясь из стороны в сторону, — и силы подземного мира защищать это пространство, пока идёт ритуал!

— Этот круг наполнен вихрем силы для достижения цели нашего ритуала, — громко, словно ножом разрезая ткань мироздания, прозвучал голос Элен.

И в это же мгновение воздух вокруг Марии Степановны завибрировал, постепенно сгущаясь и окутывая женщину, словно кокон. Ведьма почувствовала, как её энергетический щит, тщательно оберегаемый многие годы, опустился, а её аура, оказавшись внутри этого кокона, стала свободно обмениваться энергией с окружающим миром. Сила леса входила в тело ведьмы, распутывая узлы, очищая каналы, наполняя сознание Лесной хранительницы новыми знаниями.

Через час после начала ритуала, когда голос поющих охрип от постоянного напряжения, сфера разрушилась, а ведьма внезапно открыла синие глаза и посмотрела на мать и дочь.

— Нам пора возвращаться. У нас на поляне высокопоставленные гости.

Расставив руки в стороны, Мария Степановна громко произнесла:

— Я благодарю силы севера, востока, запада и юга за то, что защищали это пространство, пока шёл ритуал. Энергия, уйди вниз и заземлись!

Затем, резко повернувшись к полянке, где только что произошло принятие многолетних знаний, ведьма двинулась в сторону своей избушки. Помощницы двинулись следом.

Глава 5

В течение двадцатиминутной пешей прогулки обратно к двухэтажному домику на опушке Джулия успела подробно узнать у Марии Степановны, из какого мира могущественная ведьма перенеслась к ним в Звенящий лес, сколько ей лет и как земная женщина оказалась в Альдере. Элен, посмеиваясь, благосклонно смотрела на ушастенькую дочь и взглядом постоянно извинялась перед новой госпожой за любознательность смешной девчонки.

— Можно я буду называть Вас мисс Воробей? — задала неожиданный безобидный вопрос мама полукошки.

— Я не против,— растерялась новая Хранительница леса. — Но почему именно так?

— Понимаете, — замялась очаровательная женщина в совершенно белых одеяниях. — Вы такая утончённая и необычайно красивая!

— Мама, ты представляешь, — перебила беседующих дам девочка с мятными волосами, — а Мария Степановна умеет читать и писать!

Воробей усмехнулась, ведь она не видела в этом ничего сверхъестественного.

— Конечно. А что здесь странного?

— Мисс Воробей, — словно испытывая неловкость, Элен зарделась, и на её щеках неожиданно проступил румянец. — Вы понимаете, у нас, в небольшой деревне, это действительно непозволительная роскошь. Среди местных мальчишек и девчонок, особенно среди тех, кто застрял в обороте, практически нет грамотных. Может, в соседнем городе их кто и учит, а у нас в деревне многие дети-полуоборотни не имеют даже первичного образования. А работающие родители слишком заняты выживанием, поэтому считают, что просвещение — не столь важно для их детей.

Воробей серьёзно призадумалась. Её пытливый благородный ум уже начал искать варианты решения этой важной проблемы. Вот так новость! В её лесу — необразованные дети! Она, как человек XXI века, не могла позволить процветать невежеству.

— Я обмозгую ваши слова и посмотрю, что можно сделать. Возможно, открою школу.

— Мисс Воробей! — вновь засмеялась переливчатым беззаботным смехом Джулия. — Вы специально будете нас учить?

— Не могу пока ничего клятвенно обещать, — Воробей не спешила дарить напрасную надежду существам, которые видели на своём жизненном пути столько тягот и невзгод. — Но приложу максимум усилий, чтобы все дети успешно овладели грамотой.

Элен и Джулия рассказали Марии Степановне про устройство и проблемы Имандро, про соседей, которые постоянно хотят завоевать государство, чтобы получить выход к Северному морю.

На востоке находилось государство Навия. Почти сто лет назад оно было постоянным соперником Имандро в войнах, но затем в Навии сменился политический режим. Навия, в отличие от Имандро, — небольшая горная страна, которой правит совет. Глава совета отказался от агрессии и заключил мирный договор, чтобы получить выход к Северному морю в обмен на продукты питания.

На юге располагалось княжество Тартесс, которым правит род Чёрных драконов. В этой стране проживают как люди, так и драконы, встречаются гномы и эльфы, в основном жители Тартесса — дипломаты.

— Туда лучше не соваться,— Элен перешла на шёпот. — У княжеского рода из Тартесса магия тёмная. Говорят, что они повелевают тьмой. Наверняка, страшные люди!

— А на севере какое государство находится? — решила разобраться с географией Мария Степановна.

— А на севере от Имандро никто не проживает. Там слишком холодно. Но там находится страшная ледяная темница.

— А ещё в Альдере есть Лунная долина — страна фей, — Джулия внезапно оказалась рядом и решила блеснуть своими скудными познаниями о мире Альдеры. — Это самые могущественные волшебники. Кстати, озёр в стране фей очень много, не то, что в Имандро. Но крупных всего два. Одно находится на территории замка королевы фей, другое граничит с государством людей — Онтар. Это я подслушала в деревне.

За неспешной занимательной беседой девушки подошли к своему уединённому деревянному домику.

— Мисс Воробей, а где же обещанные высокие гости? — Элен осмотрелась по сторонам, стоя на пустой полянке перед избушкой.

Внезапно вдалеке послышался топот лошадиных копыт, подсказывая только что пришедшим дамам, что визитёры не заставят себя долго ждать.

— А вот и наши почётные посетители. Явились — не запылились, — недовольно пробормотала Лесная ведьма.

Перед высоким крыльцом неожиданно остановился вороной скакун. На длинногривой лошади восседал статный молодой мужчина с широкими плечами и узкой талией. Его привлекательное лицо было аристократически утончённым, с высокими скулами и прямым носом. Пытливые глаза были ярко-голубыми, как летнее безмятежное небо, а волосы — золотистыми, напоминающими солнечные лучи. Всадник был одет в элегантный костюм, который особо подчёркивал его благородное происхождение. Мария Степановна невольно залюбовалась своим неожиданным гостем. Её искреннее восхищение испарилось, стоило представителю сильного пола произнести первые приветственные слова:

— Почему ты, презренная, появившись на моих благословенных землях, не пришла в каменный замок своего уважаемого господина на поклон? — прогремело на весь лес.

Эта фраза мгновенно довела Воробей до лютого бешенства. На ум Марии Степановны пришли слова великой Коко Шанель:«У вас не будет второго шанса произвести первое впечатление». Герцог первое впечатление о себе безнадёжно испортил.

Добропорядочная женщина, тщетно пытаясь сдержать внезапную ярость, сделала несколько небольших шагов по направлению к напыщенному и самодовольному правителю Имандро. За всю почти трёхсотлетнюю земную жизнь ни один мужчина ещё так не бесил её, как сидящий на шикарном вороном жеребце Олгед.

— А я смотрю и не вижу рядом с собой никаких благородных господ! — словно выплюнула в аристократическое лицо ледяного герцога Воробей. — Вижу неотёсанного чурбана, который не имеет ни малейшего понятия, как надо разговаривать с Хранительницей леса.

Не дожидаясь реакции на свою реплику, Мария Степановна крутанулась на пятках и повернулась спиной к ошалевшему Олгеду. Ведьма направилась к своему деревянному домику, но не успела сделать и пяти шагов, как услышала, что мужественный всадник спустился с лошади.

— Послушай, Великая Хранительница леса, — с издёвкой в голосе произнёс герцог. — Я не позволял поворачиваться ко мне спиной. Зря ты думаешь, что я не заставлю тебя подчиниться мне.

Не успев хорошенько подумать о возможных последствиях своего опрометчивого поступка, Воробей вновь повернулась лицом к неприятному визитёру. Мария Степановна ясно понимала, что если сейчас она даст слабину — всё, прощай спокойное житьё-бытьё.

Умудрённая жизнью женщина помнила, как в лихие 90-е постоянно пыталась выжить. Мир тогда был пропитан бешеной злостью, бездонным отчаяньем и безутешными слезами. К могущественной ведьме никто не ходил, а двоюродная сестра жила в небольшой квартире. Как жила? Голодала. На обувной фабрике, где работала бо́льшая часть города, почти два года не платили зарплату. Вот тогда-то Мария Степановна и решила помочь своей родной кровиночке, тем более Авдотья поднимала растущую Дашку. И ведьма уже тогда знала, что двоюродная единственная внучка — её возможная замена. Лес снабжал едой Воробей и её малообеспеченную семью, а излишки продуктов женщины регулярно ходили продавать. Только городской базар в 90-е — это местные бандиты, рэкет, воровство. Каких только встреч не случалось! Милиция подходит — плати, бандиты с гранатами — им тоже плати. Вот тогда законы выживания и были усвоены Марией Степановной. Как известно, жизнь — самый хороший, правда, и безумно дорогой учитель. Воробей быстро усвоила, что никогда и никому нельзя показывать свои слабые стороны. Жизнь тебя лупит по щекам, а ты улыбайся. Ещё тогда, когда она отогревала первобытной магией замёрзшие пальцы на руках сестры и внучки, ведьма поняла: надеяться всегда нужно только на саму себя. И никогда ничего не просить у тех, кто может потребовать что-то взамен. А это буквально значит — ни у кого ничего нельзя просить. Эти специальные правила помогли навести порядок в своём лесу, помогли когда-то спасти жизни сестры и её дочери. И не собиралась Воробей сейчас отступать от своих моральных принципов.

— Если в твоих жилах течёт горячая кровь драконов, это не значит, что все остальные люди и существа — твои рабы! — глаза ведьмы сверкали от негодования, а от ладоней к плечам бежали искры голубого цвета. — В моём лесу у тебя отныне нет власти! Не с того ты начал знакомство, ох, не с того!

Джулия с Элен прижались к стене, боясь пошевелиться. На их веку первый раз Лесная ведьма дала отпор герцогу. Предыдущую Хранительницу Олгед выжил, заставив работать в своём поместье. Девушки видели, как из леса стала уходить сила, ведь без Хранительницы в бору начинают заправлять тёмные сущности, про которые в деревенских избушках не говорят, боясь накликать на семью беду.

Олгед безмолвно наблюдал за Воробей, но было видно, что он ожидал иного ответа. Помощницы Лесной ведьмы восхищались выдержкой благородного лорда — ни один мускул на мужском лице не дрогнул. Только синие глаза, превратившиеся в ледяные стёклышки, выдавали, какая метель бушевала в душе герцога.

— Ты даёшь себе отчёт, ведьма? — произнёс дракон спокойным голосом, словно отключив все эмоции.

— Полностью! — бравировала Воробей. Ей уже было неважно, к каким последствиям приведёт эта словесная перепалка. Только одна мысль билась набатом в голове ведьмы: «Никто не посмеет так разговаривать с Хранительницей Звенящего леса!» Женщина почувствовала, что новая, недавно обретённая энергия просится наружу, чтобы разобраться с этим выскочкой на лошади. Но Воробей не могла дать свободу своей магии. Она никогда не убивала и не собиралась учиться этому тёмному делу.

— Значит так! Не хочешь по-хорошему — будет по-моему, — эти слова Олгед произнёс рычащим тоном. — Я думал, что мы с тобой договоримся, но раз ты решила иначе… Даю тебе выбор: либо ты работаешь у меня в замке три дня в неделю, либо я поднимаю налоги для жителей лесной деревни. Завтрашний рабочий день начинается в восемь утра. Вот тот ручной недооборотень тебе покажет дорогу. Не прощаюсь!

Вскочив в седло, герцог покинул лесную поляну так же стремительно, как и появился на ней.

Мария Степановна сделала глубокий вдох и повернулась к своим молчаливым испуганным спутницам. Элен обнимала тихо плачущую Джулию.

— Мисс Воробей, что же теперь делать?! — запричитала Элен. — Мы же и так живём почти впроголодь. Ведь без хозяйки дичь из леса ушла, охотники пропадают. Как существовать-то теперь? Если он ещё и налоги поднимет — нам не прокормить себя и детей!

— Не голоси раньше времени — накликаешь беду! — прервала причитания ведьма. — Пойду на работу завтра. И не из таких передряг выбиралась.

— Он Вас со свету сживёт! — Джулия со слезами на глазах кричала на весь лес. — Не ходите! Мы с Вами в лесу отыщем наших мужчин, а уж они с этим ненасытным животным поквитаются!

Воробей заметила, как после этих слов побледнела Элен.

— Молчи, дочка, нельзя! Мы же все тогда замёрзнем от ледяной стужи! Олгед — наше единственное спасение!

— Знаете что, пойдёмте в дом! Скоро уже стемнеет! Давайте решать проблемы по мере их поступления. Утро вечера, как говорится, мудренее. Сейчас меня интересует другое. Что мы будем есть?

С этими словами Воробей открыла входную дверь и сделала шаг в мир тепла и ароматного чая.

Глава 6

Через час Джулия убирала с кухонного стола, а Элен разливала ароматный травяной чай по фарфоровым кружкам. Во время вкусного ужина Воробей целиком и полностью игнорировала всякие разговоры о неприятном визитёре и его высочайшем драконьем распоряжении. За столом царило веселье, приправленное многочисленными шутками из земного мира. Но закончив с едой, помощницы могущественной ведуньи стали заглядывать своей госпоже в васильковые глаза. Джулия не удержалась — спросила первой:

— Мисс Воробей, а Вы действительно завтра пойдёте в драконий замок?

Мария Степановна вздохнула и ненадолго задержала взор бирюзовых глаз на горящих поленьях в камине. На Земле женщина нередко слышала народную поговорку, что можно бесконечно долго смотреть, как спокойно течёт вода и как ярко горит благодатный огонь. И никогда толком не понимала эту присказку. Хоть в её земной избушке и была каменная печь, но любоваться жарким пламенем у Лесной ведьмы не было времени. А сейчас, когда она сидела в кресле напротив жарко пылающего камина, приятная для глаз картина горящих дров околдовала и заворожила женщину. В эту секунду в голове ведьмы возник безликий голос: «Какое тебе дело до совершенно неизвестных людей в лесной северной деревне? Ведь если вдуматься, то они тебе никто! Зачем усложнять себе жизнь?» Но Мария Степановна прекрасно знала ответы на эти вопросы. Всё абсолютно просто: потому что у неё теперь, как у Лесной хранительницы, есть определённые обязанности. И одна из них — защита этой небольшой деревушки.

— Мисс Воробей! — Элен выдернула молодую ведьму из размышлений. — А когда Вы будете знакомиться с жителями нашей деревни?

— Что за странный вопрос?! — ошарашила своим ответом русоволосая очаровательная женщина. — Прямо сейчас. Собирайтесь, мы выходим.

Буквально через два часа укутанные в тёплые меховые накидки девушки подошли к небольшому поселению, состоящему всего из 30 прямоугольных дворов. Небольшая деревня находилась в овраге, который со всех сторон был взят в плен густым многовековым лесом. С правой стороны стремительно уходила вдаль лента северной речушки, а за гибкой небесно-голубой артерией Земли стояли деревья, тянущиеся до самой линии горизонта. В деревне была всего одна короткая улица, хотя и улицей этот проулок было сложно назвать — узкая стезя между убогими домами. Избушки лесных охотников представляли собой низкие постройки из деревянных жердей, камня и брёвен, которые были обмазаны красной глиной. Как объяснила Элен, такие дома отлично сберегали внутреннее тепло долгими холодными зимами. Невысокие крыши в основном были покрыты соломой или дёрном, но на некоторых кровлях виднелась и красная черепица. Скудный свет проникал в жилые комнаты через узкие прозрачные окошки, закрываемые на ночь ставнями. К этим сельским ветхим жилищам прилагались небольшие земельные участки. Пока прелестные барышни шли по грязной дороге на центральную площадь, Элен отстала от малочисленной компании и оповестила всех земляков о визите новой Хранительницы. На Хозяйку леса все обитатели деревни, собравшиеся на главной площади, взирали с благоговением и надеждой.

Мария Степановна обратила внимание на странные наряды немногочисленного мужского населения, в основном это были старики. Мужчины носили чёрные камзолы, широкие, в мелкую складку шаровары, красные чулки и островерхие шляпы с большими полями. И надо признаться, что наряды эти придавали им внушительный и почтенный вид. Женщины же были практически все облачены в серые куртки и такие же невзрачные длинные юбки. Было видно, что людям непросто выживать в вечном холоде и постоянной стуже.

— Добрый день! — в тревожной тишине начала свою речь ведьма, поднявшись на небольшой деревянный пьедестал. — Моё имя Мария Степановна Воробей. Я новая Хранительница Звенящего леса. Вы можете ко мне обращаться за помощью в любое время дня и ночи, ведь для вас двери моей избушки всегда открыты.

— Мисс Воробей! — внезапно выкрикнула из толпы молодая женщина, закутанная в тёплый пуховой платок. — У истинной Хранительницы леса должен быть дар исцеления? А у Вас он есть?

Воробей обвела всех местных жителей, ожидающих её ответа, внимательным взглядом. Мария Степановна насчитала около сорока человек. Бо́льшую часть составляли женщины. Лица у всех были уставшие, измученные. Также свежеиспечённая Хранительница приметила нескольких ребятишек с пушистыми ушками. «Застряли в обороте!», — рассудила про себя Воробей. После заданного вопроса напряжение в воздухе стало ощущаться, словно оно было осязаемым.

— Да, это правда. Сегодня я приняла почётный пост Лесной хранительницы, — громко промолвила Мария Степановна, глядя на собравшихся честным искренним взглядом. После этой фразы общий вздох облегчения всколыхнул лесной воздух.

— Теперь наши мужчины возвратятся домой! Наконец мы перестанем голодать! — стали слышны громкие крики в толпе.

— Это ещё не всё! — повелительный голос Воробей вернул внимание присутствующих к ведьме. — С завтрашнего дня я приступаю к работе. До обеда — в замке у герцога, а после — у себя в домике на опушке. Жду всех, кому понадобится моя помощь. А сейчас я развею ваши страхи и сомнения.

Воробей уверенной походкой прошла сквозь расступившуюся перед ней толпу. Дар привёл ведьму к младенцу, закутанному в рваное одеяло. В глазах матери, бережно прижимающей живой свёрток к груди, затеплилась надежда.

Ведунья молча забрала ребёнка и, склонившись над его лицом, что-то зашептала. Младенец открыл глаза и улыбнулся Хранительнице.

— Теперь он будет хорошо кушать и спать, — проговорила Воробей, передавая ценный груз в руки благодарной матери. — Жду вас ко мне в избушку через два дня.

Не обращая внимания на тревожный ропот толпы, волшебница сошла с незатейливой сцены, с которой отвечала на вопросы лесной публики. Мисс Воробей слышала, что обитателей небольшой деревушки встревожила новость о вероятной работе в замке, но женщина не могла отказать герцогу.

Напоследок Элен пригласила Марию Степановну к себе в гости. Полы в доме Джулии и её мамы были деревянные, а мебель вся добротная и качественная. Сразу становилось ясно, что хозяин — большой умелец.

— Всю мебель папа сам сделал, — сказала Джулия, наливая Лесной хранительнице горячего чая. — Он самый лучший!

Мария Степановна прошлась по дому, нарисовала в воздухе пентаграммы на всех дверях и окнах, повесила обереги. Напившись чая, Воробей покинула дом Элен и Джулии.

— Элен, пусть Джулия побудет дома, — уходя из деревни, ведьма обернулась к своим спутницам. — Завтра у нас наверняка будет тяжёлый день, так что пускай сегодня девочка переведёт дух.

Ведьма уходила из деревни одна. И неспроста. На прощание остановившись на околице, Мария Степановна поставила щит на деревню.

— Эта деревня защищена от всех энергий, кроме тех, которые я специально приглашаю.

Воробей хотела побыть в одиночестве. Тем более, ведьме было необходимо разобраться со своими новыми магическими талантами.

Когда Хранительница воротилась на свою полянку, на лес опустились стремительные декабрьские сумерки. Ведьма обратила внимание, что в задней части её дома не было окон. Они располагались только на лицевой и двух торцовых стенах.

В избушке было тепло и уютно. Месяц через окно озарял гостиную, приветливо трещал заговорённый камин, а самовар соблазнительно источал благоухание травяного чая.

Но не это в настоящий момент приводило в смятение женщину, стоявшую перед совершенно пустой деревянной стеной. Мария Степановна, прикрыв глаза, осторожно вытаскивала из своей памяти знания, доставшиеся Лесной ведьме после ритуала. Пухлые розовые губы шептали прежде неведомые заклинания, а изящные руки вычерчивали в воздухе непонятные фигуры.

Неожиданно ладони сомкнулись, послышался громкий хлопок, после чего ультрамариновые глаза женщины широко распахнулись, и там, где только что находилась свободная стена, проступил силуэт шкафа, наполненного толстыми фолиантами и всевозможными пузырьками.

Ведьма неспешно провела рукой по корешкам древних манускриптов, тщательно исследовала содержимое стеклянных пробирок. Бросив взгляд на своё отражение в зеркале, Мария Степановна подметила, что после церемонии в её глазах возник необычный металлический блеск.

А перед сном ведьма вспоминала, как в неё поутру вливалась энергия и знания, что так долго накапливали звенящие кедры.

— Ты теперь видишь! — шептали кроны деревьев за окном.

— Ты теперь знаешь! — вторил им ветер в каминной трубе.

— Ты теперь можешь! — слышалось в комнате, словно это лунный свет шептал удивительные обещания на ухо засыпающей ведьме, дымчатые локоны которой небрежно рассыпались по подушке.

Глава 7

Морозное солнечное утро началось с манящего аромата свежевыпеченного хлеба. Этот пленительный запах проник на второй этаж и пробудил зверский аппетит, заставляя ведьму окончательно проснуться.

Мисс Воробей с трудом распахнула аквамариновые глаза. Как можно описать ощущение человека, который только что проснулся и находится в хорошем настроении? Это трепетное состояние можно назвать приятным чувством бодрости и свежести. Просыпаясь, ты чувствуешь прилив энергии и радость от предстоящего дня. Первое, что ощутила Мария Степановна после пробуждения — комфорт и уют. Это означало, что тело стало привыкать к новому месту и кровати.

Затем приходит осознание окружающей обстановки: солнечный свет, проникающий через окно, звуки природы, доносящиеся с улицы.

Ведьма проснулась в хорошем настроении. А хорошее настроение, как известно, сопровождается желанием действовать и достигать новых целей. Человек в таком состоянии чувствует себя готовым к решению любых задач, которые могут возникнуть в течение дня. Он ощущает уверенность в своих силах и способность справиться с любыми трудностями. Даже если ему сегодня предстоит поход в замок к герцогу.

Чародейка распахнула платяной шкаф и стала изучать его содержимое. Одежды там было немало, но не все платья подходили по размеру помолодевшей красотке. Мария Степановна решила незамедлительно проверить ещё одну свою догадку. Лет двадцать тому назад женщина случайно прочитала старинный учебник по практической магии.

В этой потрёпанной книжке было написано: «Для колдовства надобно отчётливо изначально представлять состав того, что предполагаешь намагичить». Из чего состоит шерстяная материя, ведьма представляла всего-навсего в общих чертах, а вот свой размер был ей хорошо известен. Поэтому, сознательно выбрав из зимних нарядов, висевших на вешалках в платяном шкафу, красивое платье нежного лавандового тона, синеглазая прелестница решила попрактиковаться в чудодейственных навыках.

Примерив платье, которое было больше похоже на балахон, Воробей застыла перед зеркалом и, закрыв глаза, устремилась к своей внутренней силе. Колдующая мысленно представила, как готовое платье уменьшилось до нужного размера и безукоризненно село на её изящную фигуру. Приоткрыв правый глаз, Мария Степановна увидела своё отражение и запрыгала на одном месте, хлопая от радости в ладоши. Ведьма осталась довольна своей безупречной работой.

Спустившись на первый этаж, Лесная хозяйка увидела у кухонной плиты напевающую что-то себе под нос Джулию. Мария Степановна села за стол.

— Доброе утро, мисс Воробей! — весело поприветствовала явно отдохнувшая девочка-кошка и поставила перед Хранительницей тарелку с едой. — Как спалось? Чтобы попасть в замок вовремя, нам необходимо поторопиться.

Мария Степановна положила в рот ажурный горячий блинчик, обильно политый джемом, и зажмурилась от удовольствия, наслаждаясь клубничным вкусом. Ещё, будучи ребёнком, Воробей любила срывать свежую ароматную ягоду, которая наполняла запахом всё пространство вокруг. Вот и сейчас женщина словно оказалась в своём детстве, где появление мясистой ягоды клубники означало, что начинаются летние школьные каникулы. Из приятных воспоминаний в реальность на земли Альдеры ведьму вернуло деликатное покашливание Джулии.

— Мисс Воробей, нам пора.

Мария Степановна повторила волшебный фокус, но уже с верхней тёплой одеждой, чем легко вызвала восторг у своей ушастой помощницы. Хранительница отворила входную дверь и сделала шаг на улицу. Студёный воздух тут же захватил в плен двух дам. Щёки стало пощипывать, алый румянец проступил на их нежной коже.

— Словно Снежный Призрак обезумел сегодня, — недовольно пробурчала Джулия, плотнее кутаясь в шаль. — Мало того, что снега за ночь намело, так ещё и морозом нас решил помучить.

— В путь! — распорядилась Хранительница, и Джулия повела свою госпожу в сторону города. — Расскажи мне, пожалуйста, и о городе, куда мы идём, и о Снежном Призраке, которого ты так ругаешь.

— Столица Имандро находится на северо-западном берегу Северного моря. В Тронхейме обитает великий герцог и почти все известные богачи нашего государства, — просвещала Марию Степановну девочка-кошка, пока они продирались сквозь заросли хвойного леса. — В городе живут люди, драконы и чистокровные оборотни. Оттого столичное жильё не каждому по карману.

— Ясно, получается, Тронхейм — это самый крупный город в Имандро?

— Да, и самый богатый. Ведь в нём живёт правитель.

— С географией разобрались, — Мария Степановна с трудом преодолевала сугробы, которые преграждали путь невольным путешественницам. — А кто такой Снежный Призрак? Что-то я раньше про него не слышала.

— Возможно, что это всё сказки для детей, чтобы ребятишки в непогоду сидели дома и не высовывались наружу, — отмахнулась Джулия. — Я, если честно, не верю ни в Призрака, ни в его подданных, которые по легенде в метель заманивают путников в своё царство и якобы удерживают их там навечно. Хотя, — девочка тяжело вздохнула, — после того, как у нас исчезли первые охотники, многие в нашей деревне стали говорить, что это Призрак заманил несчастных в свои чертоги.

— А ты в это не веришь? — с доброй улыбкой спросила Лесная хранительница.

— Не верю, — поджав губы, отрезала помощница.

— А сама его только что ругала.

— Это с детства привычка осталась. Я же сейчас взрослая, чтобы верить во все эти сказки. Хотите, открою Вам тайну? — Джулия перешла на шёпот, словно боялась, что их услышат. — Когда я в метель выхожу из дома и иду по дороге в лес, то чувствую необъяснимый страх. Может, он действительно, существует?

— Кто? Твой страх? — с иронией спросила Мария Степановна, пытаясь развеселить свою помощницу.

— Призрак и его призрачный мир, — Джулия не разделяла иронии своей госпожи. — Мисс Воробей, а может, мой папа, правда, в мире Призрака обрёл вечный покой?

— Джулия, моя дорогая, — ведунья остановилась и обняла девочку-кошку. — Ты же сама сказала, что это сказки. Мы обязательно отыщем и спасём твоего отца. Обязательно!

— Обещаете?

— Обещаю! — ведьма не знала как, но в глубине души она поклялась самой себе, что сделает всё возможное, чтобы выполнить своё обещание. — Лучше расскажи мне ещё какие-нибудь легенды. Только хорошие.

Воробей шагала следом за своей помощницей, слушая её щебетание, наслаждаясь ярким лазурным небосводом, безоблачным морозным днём и предвкушением блаженства от крошечных ведьминских пакостей, которые она всенепременно намеревалась сегодня совершить. С высочайшей вершины горы, на которую девушки вскарабкались, открывался потрясающий вид на столицу Имандро. Город раскинул улицы и проспекты по берегу круглого залива, что служил устьем для небольшой речки, которая разделяла густонаселённый Тронхейм на две части. На правом берегу практически все здания были построены из красного кирпича, а в отдалении виднелся высокий маяк, расположившийся на маленьком участке суши. С левой стороны же отчётливо выделялся гигантский замок с синей кровлей. С горы было видно, что в центре этого строения размещалась большая круглая площадка, окружённая высокими кирпичными наружными стенами.

— Я так понимаю, что нам необходимо быть там? — Воробей показала пальцем на левобережный замок.

— Ну да, это дом нашего повелителя, — подтвердила Джулия. Ведьма с изумлением и природным любопытством вертела головой по сторонам, рассматривая улицы Тронхейма.

— А почему у вас улицы не украшены к Новому году? — Мария Степановна задала вопрос своей помощнице, когда Джулия помогала ведьме в одном из тесных переулков уклониться от копыт лошади.

Девочка-подросток пожала худенькими плечами.

— У нас в Имандро Новогодье не отмечается уже очень давно. Понимаете, Ледяной дракон — это наша защита и наша погибель. Правитель вбирает в себя бо́льшую часть северной стужи. Но с каждым последующим годом стужа замораживает его сердце всё сильнее и крепче. Раньше Избранная могла растопить обледенелое сердце дракона жаром своей любви. Тогда он даровал всем вокруг доброту, милость и высочайшее покровительство. Но, к большому сожалению, истинные пары уже давным-давно не встречаются, поэтому наш владыка Олгед с каждым годом делается всё суровее и злее. Если его сердце не оттает, то через несколько лет он сделается бездушным повелителем. А безжалостный хозяин — ужасная участь для нас, его верных подданных.

Когда девушки проходили через главную площадь, ведьма увидела несколько плах, установленных на гранитной брусчатке.

— А этим пользуются? — уточнила мисс Воробей у Джулии и робко указала пальцем на вселяющие ужас орудия наказания.

— К величайшему сожалению, да. Причём последние пять лет всё чаще и чаще, — обречённо ответила помощница.

Вообще, весь Тронхейм, как заметила Воробей, представлял собой сложный лабиринт узких извилистых улочек и кривых переулков. Дома были построены в несколько этажей. Джулия разъяснила, что в этой части города проживают в основном оборотни и люди, обслуживающие местную аристократию, которая разместилась на левом берегу реки Меларен. А здесь, в городских кварталах ремесленников и мастеровых, находились низенькие жилища, вились узкие грязные улицы, да витал неприятный запах, напоминавший благовония городской центральной канализации. Перейдя через небольшую реку по красивому мосту с королевскими арками, девушки остановились у железных ворот, которые преграждали им путь в замок. После того как мисс Воробей представила себя и свою молодую помощницу, крепкая решётка медленно поднялась, словно приглашая двух уставших путниц зайти на территорию великолепного замка.

Глава 8

Древний герцогский замок, окутанный вековыми тайнами и городскими легендами, величаво возвышался на левом берегу небольшой реки Меларен. Замковые мощные стены, устремившись острыми длинными пиками ввысь, потемнели от времени и ненастья, но эта каменная преграда создавала ощущение несокрушимости и вечности. Мисс Воробей, минуя просторный центральный двор, краем глаза приметила многочисленные хозяйственные постройки, конюшни, мастерские, расположенные прямо между величественными башнями.

Тяжёлые входные двери отворились, и девушки попали в средневековый замок. На правой стене громадного светлого парадного холла висел герб владельца замка. На геральдическом щите красного цвета был изображён белоснежный ледяной дракон в короне, расправивший огромные крылья в свободном полёте. От реалистичного изображения дракона веяло могуществом и безраздельной властью нынешнего владельца замка. Но девушек после долгой невесёлой дороги манил мраморный камин, служивший основанием для геральдической символики. Мисс Воробей ведьминским зрением увидела все тайные ходы, которые паучьими лапками разбегались по замку, многочисленные винтовые лестницы, уходившие в совершенно тёмные коридоры, а практически у самого потолка были хаотично разбросаны стрельчатые окна, в которых отражалось приветливое солнце. От созерцания всего этого великолепия Мария Степановну отвлёк появившийся из ниоткуда благородный темноволосый мужчина, одетый в серый бархатный парадный костюм. Мужчина с интересом взирал на вошедших.

— Добрый день, — направилась старшая дама к незнакомцу.— Я Мария Степановна Воробей, Хранительница Звенящего леса.

— Добрый день. Мой повелитель сообщал, что Вы сегодня нас обязательно посетите. Меня зовут Григориан. Я смотритель замка герцога.

Голос у смотрителя был приятный, с лёгкой хрипотцой. Цепкие тёмно-серые глаза исследовали ведьму и Джулию, словно барышни были богатой добычей опасного хищника, а не приглашёнными гостями. Мария Степановна ощутила, как её ауру прощупывает посторонняя мощная магия, поэтому с быстротой молнии установила защитный экран. На Альдере ведьма всё чаще и чаще вынуждена была вспоминать давным-давно забытые колдовские навыки.

— Итак, — продолжил вещать Григориан, сделав вид, что не заметил решительного отпора Хранительницы. — Пройдёмте со мной, мисс Воробей. Я покажу Вашу комнату.

И барышни потянулись вслед за смотрителем, пристально изучая внутреннее убранство замка. А взглянуть было на что. Поднявшись на второй этаж, Джулия от восторга затаила дыхание. Боковые стены украшала диковинная художественная резьба по чёрному камню: какие-то непонятные символы, сплетающиеся в необычные длинные орнаменты. С куполообразного потолка свисали колоритные гобелены, на которых были изображены сцены сражений. Основным героем батальных изображений был белоснежный огнедышащий дракон. Смотритель продемонстрировал посетительницам небольшую трапезную, богатейшую библиотеку и несколько десятков гостевых покоев.

— Это Ваша, барышня, комната, — наконец произнёс Григориан, внезапно остановившись перед деревянной дверью с необычным орнаментом. — Могущественный лорд велел, чтобы апартаменты для лесной гостьи находились близко к лаборатории и библиотеке.

Смотритель приветливо отворил железную дверь, впуская Воробей и Джулию внутрь. Меблированная комната оказалась довольно просторной, с гигантским полукруглым окном. Рядом со стеклянным глазом в мир обнаружился огромный письменный стол с блестящей поверхностью, заваленный бумажками. С правой стороны возвышался шкаф, заполненный склянками, зелёными бутылками и коробками — прямо как в городской аптеке. Следом находился стеллаж с многочисленными книгами, а за шкафом была обнаружена небольшая узкая дверца.

— Это отдельный вход в исследовательскую лабораторию, — пояснил провожатый на вопрошающий взгляд Лесной ведьмы и отворил сдвижное полотно. — С противоположной стороны находится проход в Вашу собственную спальню. Если возникнет надобность, то мы можем установить дополнительную кровать для Вашей молодой служанки.

После этих слов Мария Степановна оторвалась от разглядывания мензурок на широких полках и повернулась к говорившему.

— Во-первых, любезнейший, Джулия — моя верная помощница, а не прислуга! — величественная женщина выплёвывала слова, едва сдерживая сильнейшее негодование. — Во-вторых, за каким чёртом мне собственная спальня, если я сюда буду приходить на полдня?! И в-третьих, передай своему великому господину, что мне бы очень хотелось с ним побеседовать. Сейчас.

— Это абсолютно невозможно, — развёл руками мужчина в бархатном облачении. — Боюсь, что просто неосуществимо, — Григориан совершенно не сконфузился под решительным натиском Лесной ведьмы. — Великий герцог в настоящий момент находится с прелестной невестой на утренней конной прогулке. Как только сударь снизойдёт до беседы со своей гостьей, Вас уведомят. Если у Вас будут вопросы — незамедлительно воспользуйтесь вот этим.

И смотритель показал на небольшой колокольчик, стоявший на широком подоконнике.

После этого мужчина покинул отведённые для Воробей покои, а Джулия отпросилась на кухню, с размытой формулировкой: «Разведать, что да как в этом громадном замке устроено». А Мария Степановна с интересом принялась разбирать бумажные завалы на рабочем столе. Чего здесь только не было: объяснительные записки, официальные прошения, оригинальные рецепты. Ведьма скрупулёзно штудировала содержимое бумажек. Одни листики отодвигала в правую сторону, другие — в левую, а некоторые вовсе отбрасывала на мраморный пол.

— Мисс Воробей, — окликнула женщину хорошенькая служанка, внезапно появившаяся в дверном проёме. — Повелитель ожидает Вас в трапезной. Мне приказано проводить.

— Превосходно! — ведьма подняла на неё небесно-голубые глаза, словно подробно рассматривала бесхитростную душу вошедшей девицы. — Как тебя зовут? — Мария Степановна услышала ответ «Ясина» и продолжила: — Будь добра, Ясина, проследи, чтобы мою верную помощницу хорошо покормили.

Путь до трапезной не занял много времени, и уже через несколько минут мисс Воробей величественно вошла в просторную комнату, которая была похожа на зал дорогого ресторана, подготовленного к пышной свадьбе. В центре овального помещения стоял непропорционально длинный стол, который окружило бесчисленное множество стульев. Гладкие стены были завешены портретами и гобеленами с изображениями всё тех же величественных Ледяных драконов, а полновластный хозяин замка восседал во главе этой деревянной сороконожки. Герцог беседовал с красивой брюнеткой, сидевшей по его правую руку.

— О, мисс Воробей! — раздалось насмешливое приветствие. — Чрезвычайно рад, что Вы почтили моё жилище своим визитом. — Баритон Олгеда внезапно вызвал целую волну приятных мурашек по всему телу ведьмы. — Убедительно прошу разделить с нами скромную трапезу.

Дракон показал рукой на столовый прибор с левой стороны от себя. Мария Степановна заняла своё место и оказалась под расстрелом шоколадных глаз-бусин роскошной брюнетки в малахитовом облачении. Взгляд девушки был полон ненависти и не обещал обеда в тёплой дружелюбной компании. Над столом витал навязчивый винный запах, сладковатый, напоминавший о разморённых на солнце виноградниках. Он смешивался с благоуханием кушаний, расставленных на столе.

— Какое вино предпочитаете? — любезно спросил хозяин замка, оборачиваясь к хорошенькой Хранительнице.

— Я не употребляю спиртное. Отдаю предпочтение чаю, — решительно отказалась молодая ведьма и, наполняя тарелку едой, исподлобья последила глазами за высокородным мужчиной и его потенциальною невестой. Мария Степановна обратила внимание, что глаза Олгеда были не просто ярко-голубыми. Сейчас его зрачки стали узкими, словно у королевской кобры, с тёмным золотым ободком посередине.

— Драгоценный мой, может, ты представишь мне нашу неожиданную гостью? — слащаво пропела прекрасная дама и небрежно накрыла белоснежной рукой ладонь герцога.

— Да, конечно. Мисс Воробей, это моя наречённая невеста — Аделаида Фиршин, — мужчина снова наполнил свой гранёный стакан и, потеряв всякий интерес к обеим дамам, принялся за изысканный обед.

Лесная ведьма переместила взор на сидевшую напротив красотку. Карие глаза девушки, обрамлённые бархатными ресницами, делали довольно красивое лицо кукольным. А угольные густые волосы, уложенные в сложную причёску, напоминающую императорскую корону, добавляли избраннице Олгеда шарма и торжественности.

«Поистине, подлинная верховная правительница!», — подумала про себя Мария Степановна. Только цепкий взор выдавал расчётливость этой раскрасавицы. Правда, Олгед словно не замечал, каким презрительным взглядом его Аделаида смотрит на окружающих её людей.

После того как обед закончился, мисс Воробей принялась за дипломатичный разговор.

— Я каждый день буду являться в замок, пока не наведу порядок в лаборатории. Работать у вас я буду только в первой половине дня. Когда решу, что надобность моего частого присутствия окончательно исчезла, в замке буду появляться крайне редко.

— Дамочка, — оборвал ведьму Олгед, но осёкся под её взбешённым взглядом. — Мисс Воробей, мне кажется, что вы чего-то недопонимаете. Условия здесь диктую я! Мы с Вами договаривались на три дня в неделю. С утра до ночи! Оттого и жильё было выделено для трёхдневного нахождения! — могущественный герцог привстал со стула. — И вы будете делать так, как я хочу!

— Если мужчина что-то хочет, не мешайте ему, пускай себе хочет на здоровье, — прошипела ведьма, отодвигая стул. — Возникает чувство, что это Вы чего-то недопонимаете! Мне двести девяносто девять лет, и я давным-давно без чьей-либо помощи успешно строю свой рабочий график. А если Вас что-то не устраивает, я заведу книгу жалоб и предложений. Благодарствую за обед. На сегодня я свою работу у Вас в замке окончила.

И ведьма покинула трапезную, ощущая, как её гибкую спину прожигают возмущённые взгляды герцога и его раскрасавицы невесты.

Глава 9

Вернувшись к себе в комнату, Мария Степановна застала там Джулию, которая успокаивала рыдающую хрупкую девочку лет десяти.

— Мисс Воробей, помогите, пожалуйста, Аннет! — помощница ведьмы отодвинула горловину платья гостьи, и перед взором Воробей предстали кровоточащие раны.

Мария Степановна закрыла глаза, чтобы перейти на ведьминское зрение. Лесная хранительница увидела истинную причину детской немощи: внутри белокурой красавицы скопилось слишком много обид, которые трансформировались в сущность с шестью лапами и мерзким зубастым ртом. Это страшное существо сидело на спине девчушки и когтями царапало её шею.

Ведьма приготовилась к ритуалу. Что-то было у женщины с собой, что-то она нашла в запасах предыдущей Хранительницы. Мария Степановна зажгла свечи. Жёлтую, чтобы призвать стихию Воздуха и белую, чтобы призвать силу Сатурна. Три раза обошла присмиревшую в трансе Аннет, размахивая веером, чтобы соединить две энергии.

— Всё, что было взято у дитя, возвращается обратно.

Затем ведьма сдула со своей ладони чёрное перо, которое, попав в магический круг, тут же вспыхнуло.

— Пусть все обиды сгорят, как это перо, — продолжала нараспев ведьма. — Да свершится правосудие!

В воздухе почувствовался аромат мирры, а в душе у девочки поселилось спокойствие.

— Тебе необходимо вот это зелье, — проговорила ведунья, протягивая Аннет небольшую мензурку. — Принимать три раза в день по три капли. И ещё…

Аннет, уже стоя в дверях, обернулась. Мария Степановна посмотрела внимательно на девочку, словно пыталась записать в её голове простые слова:

— Если ты не перестанешь злиться на маму с папой, то моё лекарство не поможет.

После ухода белокурого ангела мисс Воробей осмотрела своё рабочее пространство, оно претерпело значительные изменения за сегодняшний день. Поэтому ведьма попросила Джулию:

— Дорогая моя! Ты большая умничка, что привела Аннет. Ещё два дня и сущность убила бы девочку. Поэтому на будущее, не стесняйся — всех, кому требуется помощь, можешь смело приводить ко мне. И будь добра, сделай так, чтобы об этом узнала вся прислуга замка.

Джулия убежала выполнять указания своей госпожи, а мисс Воробей углубилась в изучение старинных рукописей из шкафов в своём новом кабинете. От работы её отвлёк звук открывающейся двери.

Мария Степановна подняла глаза и увидела стоящую в дверях Ясину.

— Госпожа, можно мне войти? — очень робко и тихо спросила девушка.

— Конечно, проходи. Что случилось?

— Госпожа, мы все знаем пророчество. Мы верим, что Вы — наше спасение. Весь замок знает, что сегодня произошло в трапезной. Пожалуйста, не злитесь на нашего господина.

— Ясина, — Мария Степановна внимательно посмотрела девушке в глаза. — Я знаю, что этот несносный и заносчивый дракон не мог тебя подослать ко мне. Может, тогда объяснишь мне, откуда эта странная забота и просьба?

— О, всё просто, — служанка смотрела на ведьму чистым, светлым взглядом серых бесхитростных глаз. — Если Вы исчезнете, то мы замёрзнем.

— А почему я должна исчезнуть? — уточнила Лесная хранительница.

— Та, кто была до Вас, после первой же ссоры с герцогом исчезла, и больше мы её не видели. Вы не думайте, наш господин не всегда был таким. Раньше он был добрым и справедливым.

— Что же могло произойти? Как из того, кого описываешь ты, Ясина, появилось то, с кем я сегодня обедала?

— Это тайна. Но Вам я расскажу.

И Ясина поведала Марии Степановне леденящую кровь историю правящей семьи Имандро. Бабушка Олгеда была очень вредная и злая, звали её Джадас. Она была могущественна, высокомерна, жестока и очень властолюбива. Вдобавок ко всему Джадас была очень сильная и красивая. Недаром она смогла покорить сердце дедушки Олгеда — Вердана из клана Ледяных драконов. Джадас заколдовала Звенящий лес вечной мерзлотой.

— Зачем же она это сделала?

— От собственной злости, — Ясина неопределённо пожала плечами. — Но её проклятье было такой силы, что стужа и вечная зима вышли за пределы леса и стали проникать в наши деревни и города. Вердан, чтобы спасти своих подданных, обратился за помощью к феям.

— Ага, есть у меня одна знакомая, — Мария Степановна невесело ухмыльнулась. — Не уверена, что помощь этих крылатых оказалась полезна.

— Отчасти, — Ясина продолжала своё повествование. — Феи могли только уменьшить влияние стужи. И то при условии, что дракон, как и все его потомки, будет забирать зиму в своё сердце. Когда сердце Вердана окончательно окаменело, старый герцог умер. Та же участь постигла и отца Олгеда.

— А как это связано с характером твоего господина? — мисс Воробей задала вопрос, но ответ и так был ясен.

— Чем больше стужи в сердце, тем вреднее и злее характер. Так что прошу Вас, госпожа, не лишайте нас последней надежды!

Проводив успокоенную служанку, Лесная хранительница продолжила свою работу. Ведьма еле убедила Ясину, что останется и постарается сделать всё, чтобы спасти Имандро. Внезапный стук в дверь отвлёк ведьму от исследования содержимого ящиков большого шкафа. Она раздражённо выругалась про себя.

— Мисс Воробей? — послышался робкий голос.

— Да, — ведьма повернула голову и увидела неказистого мужчину, разодетого словно павлин: от золота побрякушек на его одежде слепило глаза.

— Разрешите представиться? Сэр Акарос! — произнёс низкорослый старичок с пафосом и высокомерием.

— Разрешаю, — небрежно произнесла ведьма и вернулась к прерванному занятию.

От неожиданной наглости напыщенный пожилой павлин потерял дар речи. Тишину кабинета нарушало пыхтящее дыхание неприятного гостя.

— Да как вы смеете! — завизжал он словно резаный поросёнок. — Я первый министр герцога Олгеда! Я второе лицо в королевстве Имандро! Не смейте поворачиваться ко мне спиной!

Мисс Воробей, сделав глубокий вдох, встала со стула. «Сколько можно?» — промелькнуло у неё в голове, пока она медленными шагами приближалась к самодовольному служителю герцога. Чем ближе подходила Мария Степановна, тем сильнее втягивал в плечи свою голову Акарос. И тем бледнее становилось его лицо.

— Если ты, самонадеянный червяк, являешься министром, то это не значит, что я тебе позволю визжать в моём кабинете, — угрожающим полушёпотом, еле сдерживая ярость, прошипела ведьма. — Это раз. Два. Ты для меня — пустое место. Если вы с твоим господином думаете, что на принятия положительного решения о работе в замке повлияло моё уважение к герцогу Олгеду, то вы ошибаетесь! Если это всё, что Вы хотели мне сказать, то прошу покинуть мой кабинет. Мне уже пора уходить.

Под пристальным взглядом Лесной хранительницы первый министр как-то сдулся, и уже не казался таким блестящим и напыщенным. Мужчина трясущимися руками вытер капельки пота со своего лица.

— Именно поэтому я к Вам и пришёл, — всё ещё не признавая проигрыша в этой словесной битве, пытался произнести поставленным голосом Акарос. — Сэр Олгед просил передать, что в замке Вы обязаны выполнять только его поручения, а не заниматься самовольным лечением челяди. Господин недоволен вашим поведением.

— Чем он там недоволен?

Ярость захлестнула ведьму и с сумасшедшей скоростью распространилась по её крови, выпуская наружу ранее сдерживаемое бешенство. В глазах у мисс Воробей появился яркий металлический отблеск, а по рукам побежали вспышки голубого света. Казалось, что даже воздух вокруг Марии Степановны искрит.

— Вы-вы-вы чего это? — заикаясь, попятился мужчина, от его прежней бравады не осталось ни следа. Сейчас он больше напоминал помятый сморчок, а не важную птицу.

— Пошёл вон! — прокричала ведьма. Один взмах руки и министр оказался за закрытой дверью.

— Ты ещё пожалеешь, ведьма, что так унизила меня! — прошипел Акарос за дверью. — Ох, как пожалеешь! Я тебе устрою сладкую жизнь!

Застегнув все пуговицы своего парадного мундира, первый министр отправился к своему герцогу в кабинет.

— Мой господин! — начал слащаво лакейничать Акарос. — Я только что пришёл от новой Замковой ведьмы.

— И? — Олгед поднял ледяные глаза на вошедшего подхалима.

— Я передал ваши высочайшие указания, — тихо промямлил министр.

— И?! — с нетерпением в голосе повторил хозяин замка.

— Она меня вышвырнула! — не выдержав взгляда драконьих глаз, упал на колени Акарос. — В прямом смысле: замахала своими погаными ручищами, и вышвырнуло меня за дверь!

Олгед внимательно слушал своего слугу. Герцог понимал: ведьму необходимо проучить. Но вся беда заключалась в том, что эту дрянную мисс Воробей принял Звенящий лес! А подобного в его государстве давненько не случалось. Дракон помнил, сколько дичи водилось в этом таинственном лесу в годы его детства. Вернувшись из Академии драконов, юный Лорд ужаснулся состоянию своего государства: живность в лесу перевелась, купцы неохотно привозили товар в Имандро, ведь у местного населения практически не было денег. Олгеду пришлось организовывать военные походы, чтобы хоть как-то пополнить государственную казну. Смерть отца заставила Олгеда вернуться в родные пенаты. И экономика Имандро стала потихоньку налаживаться, а население перестало покидать его дорогое и любимое королевство. Да и появление истинной Лесной хранительницы оказалось как нельзя кстати! Наконец его подданные поверили в то, что всё будет хорошо. Олгед понимал: если он обидит Воробей, то в стране может подняться бунт.

— Нам надо проучить эту выскочку! — отбросив в сторону здравый смысл, сквозь зубы прорычал герцог. — Подумайте, как мы можем её наказать? Но это надо сделать очень аккуратно, чтобы народ не стал возмущаться.

— А что здесь думать, мой господин, — просиял преданный слуга. — Я предлагаю показать этой женщине, как необходимо относиться к своему хозяину.

— Да, ты прав, надо. Но как нам это сделать? — Олгед отодвинул в сторону свои записи и с интересом посмотрел на Акароса. Иногда этот недалёкий оборотень, что служил у него на посту первого министра, был очень даже полезен.

— Скажите, сэр, а Вы также планируете посетить в этом году бал в честь Новогодья в Академии драконов?

— Обязательно. Аделаида уже собирает свои вещи. А к чему этот вопрос? — Олгед не понимал своего слугу.

— Возьмите вместо своей невесты эту неотёсанную ведьму, — неожиданно предложил Акарос. — Так Вы убьёте сразу двух зайцев. Во-первых, покажете этой зазнайке, как у нас в мире принято относиться к благородным драконам. Ведьма во время путешествия с Вами поймёт, как была неправа.

— Допустим, а какая вторая причина? Почему я должен её взять?

— А вторая причина вот какая. Я недавно слышал, что Ваш давний неприятель, король Эдема, смертельно болен. Гонцы во все королевства Альдеры кинули клич о том, что ищут лекаря для своего господина. Вы можете заехать с Воробей к господину Хардаргу Завоевателю. Если её дар велик, то Вы излечите короля и Ваш долг части будет выплачен. А если нет — то с ведьмы собьётся спесь.

Олгед вновь задумался. А ведь первый министр прав. Да и в карете с ней будет ехать нескучно. Не так приятно, конечно же, как со своей невестой, но всё же лучше, чем одному.

— Всё это хорошо, — снисходительно произнёс герцог. — Но есть одна загвоздка. На балу будет проведён традиционный ритуал истинности.

— О, это тем более не проблема, — отмахнулся министр. — Скажите, когда этот ежегодный ритуал показывал истинные пары последний раз?

— На моей памяти никогда, — ответил дракон.

— Вот именно! Все давно знают, что этот ритуал — простая формальность. Обычная дань традициям, — поддержал своего господина Акарос. — Тем более, сэр, Вы же обручены.

— И то верно! — ударил по столу кулаком Олгед. — Так и поступим. Возьму с собой эту Лесную ведьму. Да и народ успокоится, когда убедится, что мы с Хранительницей союзники.

Глава 10

Вернувшись из замка в свою уютную обитель на полянке, Мария Степановна обнаружила у порога первых лесных пациентов. Две женщины, закутанные в тряпки, прижимали к себе детей.

— Мисс Воробей, — взмолилась та, что держала на руках мальчишку. — Мы пришли за помощью.

— Вы вчера говорили, — продолжила вторая, у которой была девочка, — на площади. Вот мы и решились.

— Всё правильно вы сделали, — успокоила посетительниц ведьма. — Проходите в гостиную.

Джулия помогла вошедшим раздеться и расположиться на первом этаже, пока Лесная хранительница сменила наряд. Через некоторое время в комнату, отведённую для приёма посетителей, была приглашена первая дама. Это была молодая женщина лет 20–25. На руках она держала девочку лет трёх. В глазах матери Мария Степановна увидела отчаянье и мольбу о помощи.

Ведьма вспомнила, что такой затравленный взгляд был у раненого партизана, волею судеб оказавшегося у неё в лесу в годы войны. Мисс Воробей смогла спрятать свою избушку, накрыв её пологом невидимости. Сестру и племянницу Мария Степановна тоже забрала к себе, приказав не высовываться из дома без лишней надобности. А сама, понимая, что её безопасности ничего не грозит, ежедневно обходила свои лесные владения. Тяжело пришлось в годы войны не только человеку. У многих зверей в семьях тоже было горе. Люди голодали, а потому были вынуждены охотиться в лесу. Много, часто и почти всегда метко. Зверьё прятало своих детей, но человек был очень умён. А детёныши, к сожалению, глупы. Вот на одном из очередных обходов ведьма наткнулась на мужчину, чья рана была очень серьёзной. Солдат хотел было вскинуть на нежданную гостью свой автомат, да сил в руках не осталось. Он сидел на земле, опираясь спиной на ствол старой ели.

— Ты убьёшь меня? — тихо, ожидая положительного ответа, спросил боец.

В глазах мужчины ведьма увидела надежду на спасение. В её взгляде был ответ на его вопрос.

— Мне можно помочь? — и получив отрицательный ответ, мужчина протянул ведьме фотокарточку. — Это моя невеста. На обратной стороне адрес. Напишите ей, пожалуйста, что я умер с её именем на губах. Она в моём сердце. Навсегда.

Мария Степановна, конечно, отправила фотокарточку, как просил партизан. Девушка ответила. Женщины потом ещё долго переписывались. До самой смерти Жанны, невесты погибшего.

Вот такой затравленный взгляд был и у этих женщин. Мария Степановна надеялась, что в этот раз её помощь будет оказана вовремя.

Взяв ребёнка на руки, ведунья посмотрела на маленькую пациентку ведьминским зрением и ужаснулась. Девочку душила кровавая паутина, тянувшаяся от её родительницы. Резко распахнув глаза, ведьма всмотрелась в напряжённое лицо женщины, ожидавшей вердикта.

— Почему свои обиды от того, что тебе сейчас тяжело, ты выплёскиваешь на дочь? — прошипела Мария Степановна. — Разве малютка виновата, что твой муж не вернулся? Или она виновата в том, что ты не приспособлена к самостоятельной жизни?

Стоящую у стены горе-мамашу душили слёзы, лицо побелело, и она упала на колени.

— Я старалась,— рыдала молодая женщина. — Но малышка постоянно плачет, и всё время просит есть. А я ничего не могу ей дать.

— Тоже мне мать! — продолжала выговаривать ведьма. — Ты должна защищать своё чадо! А ты своими обидами душишь крошку! Что ты скажешь её отцу, когда он вернётся домой?

После этой фразы рыдающая мать подняла на Марию Степановну удивлённые глаза.

— Когда вернётся? — неуверенно прошептала жительница лесной деревни, прижимая ладони к груди.

— Когда вернётся! — подтвердила свои слова Лесная ведунья и передала спящую малютку успокоившейся родительнице. — Я дам зелье для тебя и твоей дочки. А насчёт еды не волнуйся — завтра в деревне будет еда.

Правда, как доставить провиант лесным жителям, Мария Степановна не знала, но надеялась на помощь леса.

Для того чтобы ребёнок выздоровел, необходимо было сделать оберег. Мария Степановна взяла подвеску в виде бабочки и убедилась в том, что амулет был энергетически чистым. Но для пущей надёжности ведунья очистила его родниковой водой, а затем и себя обрызгала ею. Мисс Воробей взяла чашу с водой, добавила туда каплю корицы и опустила амулет. Ведьма установила красную свечу и зажгла её, когда произносила первые слова заклинания: «Я призываю силу огня!» Затем ведунья взяла благовония с ароматом корицы. Держа в руке в дымящиеся ароматические палочки, женщина сделала магический круг, обойдя вокруг алтаря по часовой стрелке. Вышагивая, она шептала: «Этот Круг наполняется вихрем огня!». Проведя аромапалочками над алтарём и чашей, ведьма произнесла: «Этот амулет очищен от всех энергий, кроме той, которая служит моей цели». Затем она пронесла амулет через дым благовоний: «Этот амулет заряжен на защиту младенца».

Сегодня был нужный день — вторник, день Марса, на небе светила растущая луна, алтарь был застелен красной тканью, а это значило, что ритуал ставил самую сильную защиту, какая возможна.

— Ты защищена и счастлива, — сказала Мария Степановна, одевая амулет на младенца.

Вторая посетительница душила своего первенца гиперопекой. Мальчишка рос активным и любознательным, но его мамочка решила подстраховаться. Горе-мамаша сначала не разрешала сыну выходить со двора, а затем и из дома выпускать перестала. Её чрезмерная забота и страх сделали своё чёрное дело — у её дитя отказали ноги. И для лечения этого страшного недуга Мария Степановна подобрала зелье.

Провожая посетительниц, ведьма и Джулию отправила домой, ведь необходимо было пополнить магические запасы.

Мисс Воробей понимала, что скоро работы и в замке, и в лесной избушке прибавится, а потому необходимо провести ревизию магических ингредиентов, выяснить, какие из них надо попросить у леса. Ведь любая уважающая себя ведьма знает о том, что когда Старый год уступает дорогу Новому, любой лес становится волшебным. Потратив два часа на изучение и сортировку мензурок, колбочек и мешочков с травами, Мария Степановна осознала, что сегодня у неё, скорее всего, будет бессонная ночь.

Лунный свет указывал дорогу, по которой мисс Воробей нашла волшебную полянку, приготовленную специально для Лесной хранительницы. В заснеженном лесу чудесным образом появился островок, на котором не было ни грамма снега. Вместо холодного белоснежного покрывала на полянке росли цветы, зеленела сочная трава, порхали ночные бабочки и гомонили птицы. Эти пернатые с радостью окунулись в мир тепла и лета, так давно не бывавшего в их землях. Ведьма, не теряя времени даром, насобирала в корзину все необходимые ей травы и коренья. Женщина не задумывалась, откуда в её голове возникли познания о растениях. Покидая гостеприимную летнюю полянку, Мария Степановна поблагодарила лес за помощь и щедрый подарок.

Под покровом глубокой ночи запершись в домашней лаборатории, ведьма тщательно варила зелья, которые убирали слёзы, обиды и страхи. Каждое действие она сверяла с записями в магическом фолианте. Лесная хранительница понимала, что эти эмоции одолевают бо́льшую часть жителей лесной деревушки и всего королевства. Это и немудрено при такой тяжёлой жизни.

Окинул удовлетворённым взглядом выстроившуюся на полке шкафа батарею мензурок и пузырьков с только что сваренным зельем, Мария Степановна закрыла дверь лаборатории. А затем, откинув все свои мысли прочь, ведьма провалилась в глубокий сон, едва её голова коснулась подушки.

Лёгкий ветерок трепал длинные волосы, превращая их в воздушное облако. Лунный свет нежно освещал какое-то животное, свернувшееся калачиком. Сделав несколько осторожных шажков, Мария Степановна подошла к этой горе, бока которой поднимались в такт дыханию. Внезапно неизвестное существо шумно втянуло воздух и встрепенулось. Этот неожиданный шум остановил ведьму. Гора зашевелилась, и женщина с удивлением обнаружила перед собой прекрасного белоснежного дракона, чья чешуя красиво переливалась в лунном свете. В голове ведьмы роились мысли: «Кто это? Что ему нужно?»

Тишину лунной ночи разрезал взмах крыльев, и красивый гигант сделал резкий выпад удлинённой мордой вперёд. Мария Степановна почувствовала, как мокрый нос дракона уткнулся в её хрупкую ладонь.

— Не бойся меня! — прошуршал змей. — Я тебя так долго ждал!

— Кто ты? — осмелев, спросила мисс Воробей. — Что тебе нужно?

— Мой храбрый воробушек! — гортанно рассмеялся дракон. — Кто я? Ты узнаешь позже. Что мне нужно? Всё просто. Мне необходимо, чтобы ты помогла Олгеду вновь расправить крылья.

— Я? — удивилась Мария Степановна. — Разве у него проблемы с оборотом?

— Да. Но он никогда не признается, — грустно ответил крылатый. — Из-за того, что герцог утратил способность к обороту, страдают все его подданные. Понимаешь, магия Имандро связывает правителя с подданными, — тяжело вздохнул величественный зверь. — Ты же видела детей, застрявших в обороте? Пока к герцогу не вернётся способность превращаться в дракона, чистокровные оборотни будут исчезать, и только ты сможешь их всех спасти.

— Я не знаю, что мне надо делать, — растерянно бормотала Лесная хранительница.

— Наблюдай, помогай страждущим, развивай магию и открой своё сердце. Тогда у тебя всё получится, — напутствовал женщину новый знакомый.

— Но герцог меня ненавидит! — возмутилась Мария Степановна. — Он-то точно не будет рад моей помощи.

— Не суди его строго, — тяжело вздохнул белоснежный красавец. — Я в тебя верю. Прими от меня подарок. Прощай.

И тут дружелюбный дракон начал таять, растворяясь в ночной дымке. Открыв бирюзовые глаза, ведьма наблюдала, как за окном разгорался новый день, а на её руке красовался браслет из белоснежной драконьей чешуи.

Глава 11

Южная башня возвышалась над всеми строениями замка, уходила пиками в голубое морозное небо. Олгед, облачённый в парадный камзол красного цвета, вставил ключ в замочную скважину, и небольшая дверь, окованная металлом, со скрипучим скрежетом отворилась. В нос ударил запах застоявшегося воздуха.

— Давненько я здесь не появлялся, — неожиданно грустно произнёс герцог. — Проходите, мисс Воробей. Нам есть о чём с Вами поговорить.

Мария Степановна, не ожидавшая подобного тона от хозяина замка, осторожно приняла любезно предложенную руку.

— Ух ты! — восхищённо выдохнула ведьма, едва её нога ступила на первую ступеньку.

Дракон указал путь наверх по винтовой лестнице. Придерживая одной рукой платье, женщина стала осторожно подниматься по ступенькам. Кисть её второй руки всё ещё находилась в плену горячей ладони Олгеда. Эти прикосновения заставляли сердце ведьмы биться чаще, а мысли в голове начинали путаться, словно она была юной и неопытной девушкой. Чтобы хоть как-то успокоиться, Мария Степановна стала считать ступени. Ведьма отсчитала три этажа, прежде чем очутилась на широкой смотровой площадкой.

— Там у нас порт, — Олгед подошёл сзади и наклонился к самому уху Марии Степановны. — Внизу течёт река Меларен. Она несёт свои воды с гор соседнего государства и впадает в Северное море. Раньше в нашем порту было очень много кораблей.

Грустный вздох, раздавшийся около щеки женщины, вызвал у Лесной хранительницы табун мурашек на коже. Все её мышцы напряглись, ведьма напоминала себе: Олгед ей не друг. Герцог замолчал, женщина же не знала, что делать дальше. С одной стороны, ей нравилось стоять рядом с этим мужчиной. С другой, у него была невеста. И вообще, зачем связываться с подобным хамом? Знаем таких: поматросит и бросит, как говорится.

— Вы о чём-то хотели со мной поговорить? — наконец нарушила молчание Мария Степановна.

— Знаете, когда-то моё королевство было другим. Весной люди сеяли хлеб, выращивали овощи, а летом собирали урожай, — герцог демонстративно не ответил на вопрос. — Но потом пришла стужа. Почему она возникла — никто не знает. Но для того, чтобы народ Имандро не превратился в ледяные скульптуры, правитель вбирает в себя часть холода.

— Я слышала эту историю от Джулии, — прошептала обескураженная поведением дракона ведьма.

— Народу тяжело, — правитель словно не замечал состояния замёрзшей гостьи и продолжал говорить, устремив взгляд вниз, на город. — Им нужна вера. Мои подданные верят, что истинная Лесная хранительница поможет. Посмотрите вниз. Что вы видите?

И герцог-дракон обвёл рукой пространство, указывая на стоящие на земле жилые дома.

— Я вижу город, — растерянно ответила Мария Степановна, стуча зубами от холода. Необычное поведение дракона пугало и настораживало её, а утренний морозный воздух, пробравшись под одежду, заставлял отбросить прочь все мысли, кроме мечты о горячем чае.

— Мисс Воробей, внизу люди и оборотни. Все они зависят от меня. А теперь ещё и от Вашего поведения, — хриплым голосом, словно с угрозой, прорычал в ухо женщине Олгед. — Я подозреваю, что моя персона не вызывает у Вас восторга, но ежедневно, когда будете работать в замке, я желаю видеть Ваше прекрасное лицо за обедом в трапезной. И это решение не обсуждается. Подумайте над моими словами.

Мария Степановна не сразу нашлась, что ответить и уже через секунду поняла, что в башне она стоит одна.

— Пора выбираться отсюда и приниматься за работу,— решительно произнесла вслух ведьма, поёжилась от холода и шагнула на винтовую лестницу.

Около двери в покои ведьмы Марию Степановну поджидала Джулия.

— Я так испугалась, когда этот ирод позвал Вас с собой, мисс Воробей, — прошептала верная помощница, прижав к груди худенькие ладони. — Что он хотел от Вас?

— Герцог желает, чтобы я обедала в трапезной вместе со всеми, — женщина со злостью захлопнула большую дверь. — Тоже мне, нашёл зверушку! Будет теперь меня всем показывать. Мол, смотрите, сама Лесная хранительница меня слушает!

— Он Вам угрожал? Он Вас обижал? — помощница кружилась вокруг ведьмы, пытаясь понять причину недовольства своей госпожи. — Вы только скажите! Я уже успела приобрести знакомых среди слуг. Уверена, они будут на нашей стороне! Мы ещё покажем этому ледяному лорду!

Горячо, неистово, как свойственно только юности, голосила Джулия и размахивала руками, словно на демонстрации. Но ведьма понимала, что никто не будет на «их» стороне, да и этот беспорядок никому не нужен.

— Джулия, усмири свой пыл. Никто не собирается поднимать бунт.

— Но он Вас обидел?

— Он мне немного угрожал.

— Теперь Вы точно уйдёте от нас, — вновь запричитала девчушка, растирая по щекам слёзы. — И мы все умрём! У-у-у-у! Мы замёрзнем и умрём.

Мария Степановна дала выход своему негодованию. Ведьму злило, что этот несносный Олгед нашёл в ней слабое место и теперь будет каждый раз манипулировать ею. Не меньшую злость вызывала странная реакция женского тела на близость лорда. Мисс Воробей невольно вспомнила мурашки, вызванные дыханием дракона. И от этого воспоминания ярость в груди закипела ещё сильнее.

— Ещё чего! — вздёрнула подбородок Мария Степановна. — Не дождётесь! Этот герцог ни на ту нарвался! — Ведьма погрозила кулаком в закрытую дверь невидимому противнику. И тут же обернулась к своей помощнице. — Прекрати реветь! Я обязательно придумаю, как изменить ситуацию. Лучше давай займёмся делом!

Джулия, словно ожидавшая этого указания, принялась рассказывать своей госпоже, что весь замок перебудоражен рассказами о вчерашнем исцелении Аннет.

— Ну что? Есть сегодня желающие пообщаться и познакомиться со мной? — задала вопрос ведьма, а помощница с мятными волосами и прекрасными ушками на голове утвердительно кивнула. — Сколько человек? Много?

— Я не могу сказать, ибо не умею считать, — робко пояснила девочка-кошка. — Но могу сказать, что больше двух.

Мария Степановна вновь сделала себе в уме пометку о школе для деревенских детей.

— Приглашай по одному, — скомандовала ведьма. — Начинаем работу.

Пациенты тянулись нескончаемой чередой, не давая возможности Воробей даже попить чая. Кто только не приходил сегодня на приём: люди, оборотни, неизвестные существа. Все посетители, желавшие избавиться от своих недугов, взирали на Марию Степановну с мольбой и надеждой. В очередной раз ведьма убедилась в том, что лес наделил её даром истинного исцеления в нужное время, ведь некоторых посетителей Лесная ведунья практически вытаскивала из цепких лап смерти. Когда наконец Джулия сообщила, что пришло время обеда, Мария Степановна со вздохом облегчения окинула уставшим взглядом свои прилично поредевшие запасы. Когда сегодня утром мисс Воробей собиралась в замок, она, повинуясь интуиции, погрузила в корзинку добрую часть своих свежесваренных микстур. И как оказалось, не зря. Многих посетителей убивали отчаянье и страх перед завтрашним днём.

Направляясь на обед, ведьма поняла, что не может подвести этих людей, а потому, надо придумать, как обыграть герцога с наименьшими потерями.

— Мисс Воробей, — объявил слуга, отворяя перед женщиной дверь в просторную комнату.

Та же столовая, что и вчера, только Олгед сидел не один. Как обычно, с одной стороны от герцога находилась его прекрасная невеста. С другой стоял пустой стул. Видимо, для лесной гостьи. Дальше по правой стороне сидело уже знакомое незаменимое второе лицо и ещё с десяток незнакомых людей, взиравших на Марию Степановну с неподдельным любопытством.

— Добрый день, — вежливо поздоровалась вошедшая дама.

— О, мисс Воробей! — поспешил навстречу ведьме Олгед, чем вызвал нескрываемое удивление на лицах своих подданных. — Как я рад, что Вы решили принять моё приглашение!

— Можно подумать, что у меня был выбор! — еле слышно пробурчала женщина.

— Сейчас я представлю Вас своим гостям! — герцог взял ведьму за руку и потащил к центру зала, усаживая её по левую руку от себя. — Господа! — властный голос Олгеда заставил всех присутствовавших повернуть головы в сторону говорившего. — Позвольте представить нашу Лесную хранительницу. Мисс Воробей.

— Здравствуйте, — вежливо вставила свою реплику Мария Степановна.

— Мисс Воробей! Разрешите представить моих гостей, — продолжил знакомство хозяин замка. — Мой кузен, князь Раймон. И по совместительству министр финансов.

Красивый мужчина привстал со своего места и поклонился.

— А это — министр обороны.

Мария Степановна тут же попала под прицел цепких карих глаз седоватого богатыря в мундире.

— Сэр Теодор к Вашим услугам, мэм, — отрапортовал только что представленный мужчина.

— Очень приятно, — присела в книксене мисс Воробей.

— А с сэром Акаросом Вы уже знакомы, — небрежный кивок в сторону второго лица. — Он отвечает у нас за внутреннюю политику.

Дальнейшее знакомство превратилось в череду приветствий и лживых, ничего не значащих улыбок. После того как с любезностями было покончено, герцог разрешил приступить к обеду.

— Мисс Воробей, — обратился дракон к ведьме. — Я слышал, что Вы владеете даром истинного исцеления.

— Да, сэр Олгед, — Мария Степановна обратила внимание, что за столом воцарилась тишина, и все ожидали ответа. — Звенящий лес одарил меня лекарской магией. Я могу увидеть истинную причину недуга любого существа и подобрать больному правильное лечение.

— Отлично! — внезапно бодро проговорил герцог. — Значит, Вы составите мне компанию в скорой поездке.

— В поездке? Вы куда-то едете? — удивлённо переспросила ошарашенная ведьма.

— Не Вы, а мы. Завтра вечером Вам необходимо прибыть в замок. Мы отправляемся в ежегодную поездку в Драконью академию, — герцог говорил, а ведьма чувствовала, что невеста дракона прожигает её взглядом, полным злости и негодования. — А так как Вы обладаете уникальным даром, то по пути мы заедем в гости к моему старому приятелю, — продолжал рассуждать вслух дракон. — Хардарг тяжело болен и боюсь, что кроме Вас ему никто не поможет.

— Дорогой, но на бал с тобой должна была ехать я! — попыталась возразить прелестная Аделаида.

— Да-да, — поддержала ту Мария Степановна. — Пусть едет она, раз уж должна.

— Будет так, как сказал я! — любезный тон герцога мгновенно превратился в ледяной. — Со мной едет ведьма.

— А если я откажусь? — мисс Воробей сегодня устала и не хотела спорить, но эта странная поездка была очень некстати.

После этой фразы все сидевшие за столом притихли и, казалось, перестали дышать.

— Мне кажется, дорогая мисс Воробей, Вы плохо поняли наш утренний разговор, — в звенящей тишине угрожающе прорычал Олгед. — Я бы не рекомендовал отказываться. Поверьте, так будет лучше для всех.

— Хорошо, я поеду, — внезапно огорошила герцога своим ответом Мария Степановна. — Но у меня есть два условия.

— Вы не в том положении, чтобы ставить мне условия, — огрызнулся дракон. — Но так и быть, я готов их выслушать. Потом решу, буду ли их выполнять.

— Первое условие. Я поеду, если Вы прикажете доставить еду в лесную деревню. Там проживают в основном женщины и дети. И они голодают, — ведьма замолчала, ожидая реакции Олгеда, но дракон молчал. — И второе условие. Из-за поездки я буду отсутствовать несколько дней, а потому прошу прислать за мной карету завтра вечером как можно позже. Днём я буду заниматься своими лесными делами.

— Хоть мне и непонятно, отчего Вы так печётесь об этих деревенских, — наконец произнёс герцог, — я выполню Ваши условия. Сегодня же обоз с едой отправится в деревню, а завтра вечером за Вами приедет карета.

После того как обед был закончен, Мария Степановна чётко услышала рядом с собой угрожающее шипение: «Ты ещё пожалеешь, что появилась в замке, прокля́тая ведьма!» Мисс Воробей попыталась понять, кто ей угрожает, но рядом никого не оказалось.

Глава 12

Олгед рвал и метал. Ещё бы! Какая-то выскочка осмелилась ставить ему условия! Но будучи честным хотя бы с самим собой, герцог приятно удивился тому, какие требования выдвинула ведьмы.

Аделаида, например, за полгода, что прошли с момента их помолвки, ни разу не поинтересовалась, как живут его подданные. А эта непонятная и странная особа, посмотрите-ка, обеспокоена тяжёлой жизнью существ из деревни лесных охотников. Но более всего герцога злило, что он сам, как правитель Имандро, перестал должным образом заботиться о своих подданных. Олгед читал отчёты и знал, что жизнь простых людей стала сложной. Да, он понимал, что магия исчезает, и от этого даже оборотням стало сложно выживать в этом мире. Но он и не подозревал, что всё настолько плохо! Не давали покоя правителю и участившиеся загадочные случаи исчезновения магически одарённых людей и существ. А поиски пропавших, к сожалению, не дали никаких результатов.

Олгед часто вспоминал легенды, которые рассказывали ему в детстве. О тёплых и счастливых временах, когда у каждого зверя и оборотня была истинная пара, при воссоединении с которой магическая сила существа усиливалась. Герцог даже помнил старинную легенду о появлении истинных пар.

В далёких Северных краях, на заснеженных вершинах гор, жил прекрасный дракон. И не просто дракон! А самый настоящий Ледяной дракон! Он мог перевоплощаться в человеческую ипостась, обладал уникальным даром: ему подчинялись и снег, и стужи, и бураны, и морозы.

Дракон был столь же одинок, сколь и прекрасен. В горах вместе с ним жили только метели и бураны. Он боялся выходить к людям, ведь на нём лежало древнее и страшное проклятье! Всё живое, к чему прикасался этот дракон, тут же превращалось в лёд. Поэтому Ледяной дракон принял решение жить отшельником в мире льда. И вот однажды он прогуливался по опушке леса и услышал, как лесники, сидя у костра, обсуждали недавние события в землях неподалёку. Дракон слышал рассказ о битве двух ящеров — чёрного и прекрасного, словно Горный хрусталь. Ледяному крылатому надоело жить одному, и он решил найти любого из этих двух. Отдавшись на волю своего холодного сердца, Ледяной дракон отправился в тяжелейший путь. В одном из городов он, обернувшись прекрасным юношей в дорогом камзоле, пошёл гулять по улицам и услышал рассказ о том, что в горах, в ледяном гроте, спит в колдовском сне прекрасная девушка. Кто-то говорил, что её прокляла старая ведьма. А кто-то — что эта девушка может превращаться в белоснежного дракона.

Снег, мороз и лёд были нестрашны нашему герою, поэтому он с лёгкостью проник в пещеру, где на огромном камне спала прелестная дева. Заворожённый её аурой дракон вдруг понял, что влюбился. Дабы разбудить её от волшебного сна, он подарил ей холодный, но в то же время самый сладкий поцелуй. Она открыла глаза, посмотрела на спасителя и нежно проговорила:

— Я ждала тебя, мой Ледяной дракон.

— Как же я долго тебя ждал, мой Горный хрусталь! — отозвался он.

Эти драконы стали первой истинной парой в Альдере. Благодаря им, во всех государствах множилась магия, позволяя людям жить в любви и гармонии. Эх, если бы не Джадас!

Ситуация с магией в королевстве усугублялась тем, что дракон императора спал, и Олгед не понимал, как вновь расправить свои крылья и ощутить вкус неба. Мужчина испробовал все известные способы, но крылья были надёжно спрятаны, а дракон не желал просыпаться. За всеми этими поисками и попытками вернуть способность к обороту, Олгед перестал уделять должное внимание своему государству. Ведь до чего докатились — уже несносная ведьма из глухого леса указывает герцогу на прорехи в драконьем правлении!

Герцог метался по комнате, словно таргарр по загону. Это животное, похожее на земного тигра, использовали здесь вместо лошади. Наконец, Олгед остановился, присел в кресло и прислушался к себе.

Как он мечтал вновь расправить крылья и ощутить прелесть полёта! Сегодня в башне, когда ветер обдувал лицо Олгеда, а горячая щека Лесной хранительницы будоражила его кровь, на доли секунды герцогу показалось, что он вновь расправил крылья на высоте птичьего полёта! На мгновение Олгеду послышался гортанный смех его дракона. Правитель Имандро настолько погрузился в раздумья, что не заметил появления в кабинете неожиданной гостьи.

— Милый, — слащаво прошептал женский голос ему на ухо. — Ты же несерьёзно сказал по поводу своей поездки?

Олгед встрепенулся от неожиданности, когда руки невесты оказались на его плечах.

«Зелёная отрыжка!» — выругался про себя дракон. Герцог не понимал, что с ним происходит и почему его инстинкты перестали работать. Олгед перевёл разъярённый взгляд с бюста невесты, так удачно оказавшегося напротив голубых драконьих глаз, на лицо Аделаиды.

— Линялый Грак! — герцог не стеснялся в выражениях. — Как ты посмела после того, что учинила на обеде, заявляться сюда?!

— Что… что… посмела? Что я сделала? — промямлила удивлённая черноволосая красавица.

— Во-первых, посмела нарушить мои размышления! — Дракон встал и начал наступать на растерянную девушку, прожигая ту разгневанным взглядом.

— Я… я… лишь хотела… — Аделаида, теряясь под натиском своего жениха, попятилась к двери.

— Во-вторых, как ты посмела за столом при моих подданных оспаривать мои слова? — глаза мужчины засверкали и превратились в ледяные кристаллы. — Как тебе вообще эта чушь в голову пришла?

— Я же твоя невеста, — попыталась оправдать своё поведение девушка.

— И что? Это не даёт тебе ровным счётом никаких прав! — после этих слов Олгед навис над Аделаидой, словно грозовая туча. — Только я имею права в этом государстве! Запомни! Я всегда буду правителем. Даже если ты станешь моей женой, я всё равно буду твоим господином. Заруби себе на носу: никогда не смей подвергать мои слова сомнениям!

Аделаида еле сдерживала гнев, но взгляд выдавал весь спектр обуревавших её эмоций.

— Если я стану? Что это значит, дорогой?

— То и значит, дорогая, — съязвил герцог. — Если ты не научишься повиноваться мне и выполнять все мои требования, то статуса герцогини Имандро тебе не видать. Я всё сказал, можешь идти прочь.

Олгед махнул рукой, показывая разъярённой Аделаиде, что аудиенция у правителя Имандро окончена. Взбешённая невеста дракона покинула кабинет, громко хлопнув дверью. А Олгед погрузился в созерцание пейзажа за окном и в свои мысли настолько глубоко, что не обратил внимание на этот показательный жест гнева и злости.

А картина за окном навевала невесёлые мысли. Снежная пурга, разыгравшаяся к ночи, показывала жителям Имандро, кто тут настоящий хозяин. Олгед наблюдал за вальсом снежинок, которые, кружась, опускались на подоконник. Затем словно что-то вспоминали и срывались с места, уносимые зимним ветром. Так же и мысли в голове Олгеда перескакивали с одного эпизода его жизни на другой, пытаясь показать своему хозяину выход из затруднительной ситуации, в которой оказались он и его подданные. Но Олгеду из клана Ледяных драконов некогда было слушать свои мысли и своё сердце, ведь сегодняшний вечер он решил провести, жалея себя и сокрушаясь о своей тяжёлой ноше правителя.

В это же время где-то в замке разъярённая и униженная Аделаида металась по своей роскошной спальне.

— Ты представляешь, он мне сказал, что я должна научиться выполнять все его требования! Я!

Девушка на секунду остановилась, упала на колени и стала громко рыдать, пытаясь вызвать сочувствие у статного мужчины, сидевшего в кресле.

— Дорогая, скоро всё изменится! Я тебе обещаю! Не стоит так убиваться! Ты станешь самой лучшей правительницей Имандро!

— А можно как-то ускорить этот процесс? — Аделаида успокоилась и, вытирая невидимые слёзы, капризно надула прекрасные губы.

— Я постараюсь, моя красавица! Ты же знаешь, как я тебя люблю!

— И я тебя очень люблю! Но я больше не могу смотреть на этого напыщенного дракона. Особенно после того, что он мне сегодня сказал.

— Я сделаю всё, что скажет моя дорогая девочка! Ты же знаешь, что папочка всё решит.

— Вот и реши, раз ты мой отец! — Аделаида капризно топнула ногой и сморщила носик, показывая, что вот-вот вновь расплачется.

— Решу, моя хорошая! Не переживай! — успокоил невесту герцога её отец, закрывая за собой кованую дверь.

Черноволосая красавица верила своему родителю и надеялась, что тот как в детстве решит все её проблемы. Но взрослая жизнь зачастую преподносит нам беды и неприятности, которые нельзя исправить платьем или новой куклой. Аделаида, привыкшая, что все её прихоти исполняются по первому требованию, сейчас находилась в новой для неё ситуации. Очередное желание папиной любимицы не исполнялось. Но самое страшное заключалось в том, что девушке начинала надоедать эта игра с герцогом. Она хотела немедленной власти, неограниченной ничем и никем. И Олгед оказался досадным препятствием на пути к ней. Поэтому его надо было устранить. Как можно быстрее.

Глава 13

А в это время на заснеженной полянке Звенящего леса в деревянной избушке Мария Степановна решала, что взять с собой в дорогу. Ветер привычно завывал в трубе, а огонь в камине не давал подданным Снежного Призрака проникнуть в деревянную крепость на лесной опушке.

— Мисс Воробей, — пыталась убедить ведьму Элен. — Вам необходимо взять с собой несколько чемоданов с вещами.

— Зачем так много? — возмущалась ведьма. — У меня всё поместится в одну сумку.

Элен укладывала вещи в чемоданы, а Мария Степановна вновь доставала их.

— Как же так! Разве так можно? — Джулия смотрела на свою госпожу непонимающим взглядом.

Девочка, выросшая в нравах Средневековья, не понимала, как может уважающая себя дама путешествовать с одним чемоданам. Ей всю жизнь внушали, что благородная госпожа должна не менее трёх раз в день менять наряды.

Дама с утра облачается в элегантный белый костюм из фланели или кашемира, на подкладке, а также в белый кружевной чепец с бантами. Около одиннадцати часов необходимо переодеться в чёрное платье покроя «принцесса», пальто из чёрного плотного материала и фетровую шляпу того же цвета с чёрными же перьями. К двум часам дня необходимо посетить мероприятие, а потому дама переодевается в новый наряд, например, в богато украшенный костюм из голубого шёлка. Обязательной являлась шляпа из тончайшего белого фетра с матово-голубым пером и вышитая бисером. А на вечернюю прогулку надевают белую шёлковую шляпу с гранатовыми цветами и белое кашемировое сорти, накидку, убранную кружевами. А если вечером бал? То необходимо вновь поменять наряд, облачившись в роскошное платье. Если этого не сделать, то можно опозорить своё имя!

— А что не так? Почему нельзя? — хозяйка избушки на зимней полянке искренне недоумевала.

— Как это почему? Вы же едете с правителем государства! — Элен возмущённо всплеснула руками. — Вам необходим соответствующий гардероб, украшения, обувь. Разве это всё поместится в одну сумку?

— Вот пусть правитель об этом и позаботится, — поставила точку в бессмысленном споре ведьма.

— Хорошо, пусть так. Но Вам необходимо позаботиться о дуэнье, — не унималась мама Джулии. — Незамужняя дама не может путешествовать с молодым мужчиной без компаньонки.

— У меня есть Джулия! — Мария Степановна указала рукой на свою помощницу.

— Она не может с Вами поехать. Джулия — подросток, несовершеннолетняя, — отстаивала свою точку зрения Элен. — С Вами поеду я, а Джулия останется присматривать за домом. Я сейчас схожу в деревню, соберу необходимые вещи и быстро вернусь.

— Хорошо, пока ты будешь отсутствовать, я соберу необходимые мне в дорогу лекарственные травы и зелья, а также расскажу Джулии, чем можно оказать первую экстренную помощь, если таковая понадобится, — согласилась Мария Степановна.

Ведьма стояла у окна и мысленно составляла план дальнейших действий, наблюдая за тем, как Элен на улице давала наставления своей дочери и обнимала её. Ветер, словно повинуясь чьей-то воле, обходил стороной эту парочку. Элен и Джулия оказались неподвластны лесной метели. И только Лесная хранительница знала причину этого чуда.

— Пора приниматься за работу! — дала указание самой себе Мария Степановна и принялась сортировать своё лекарское богатство.

Женщина расставила все пузырьки, склянки, матерчатые мешочки по полкам в шкафу, предварительно прицепив на каждый предмет маленький белый ярлычок.

— Вдруг что-то случится, пока меня не будет, ты сможешь помочь больным, — ведьма давала наставления Джулии. — Смотри, на каждом ярлычке написано, что это за зелье, для чего оно нужно и как его принимать.

Внезапно в тишине дома раздался стук в дверь.

— Кто бы это мог быть? — недоумевала мисс Воробей, ведь она никого не ждала.

— Есть кто дома? — мужской голос был ведьме и Джулии незнаком.

Мисс Воробей ответила, предварительно кивнув помощнице, чтобы та спряталась на кухне.

— Ну, раз не заперто, значит, кто-то есть. Входи, кто там такой вежливый?

Дверь отворилась, и в помещение вошёл мужчина. На вид ему было не больше 25 лет. Его приятное лицо обрамляли каштановые волосы. Глаза смотрели добро и без страха.

— Кто такой? — сурово сдвинул брови, спросил Мария Степановна.

— Мисс Воробей? — вопросом на вопрос ответил парень.

— Она самая, — немного насмешливо ответила Лесная хранительница. — А у тебя, красавец нежданный, имя есть?

Женщина убрала с колен корзинку с травами и встала. Джулия выглядывала с кухни, пытаясь понять, что делать дальше. Ведьма сидела в полумраке, а потому спокойно дала знак своей помощнице, чтобы та сидела и пока не высовывалась.

— С добром пришёл или худое задумал? Ты смотри, — пригрозила ведьма пальцем вошедшему гостю, — если зло замышляешь, то на мою помощь не надейся.

— Меня зовут Ордэн. Я пришёл к тебе за помощью, — мужчина сделал шаг вперёд и, оказавшись рядом с ведуньей, прямо взглянул ей в лицо.

Женщина видела, что Ордэн не боялся. Его взгляд был честным и открытым, а потому бирюзовые глаза Марии Степановны, пытавшиеся заглянуть в самую душу парня, нисколько не смущали его. Ведьма вспомнила русские народные сказки и то, как Баба-яга в них встречала своих гостей. Мария Степановна решила пойти тем же путём.

— Вижу, что душа у тебя чистая. Пойдём, попьём чайку да поговорим, чем я могу тебе помочь.

Ведьма кивнула мужчине, приглашая его пройти к столу.

— Не откажусь! — согласился гость и оглянулся в поисках крючка, куда можно повесить полушубок. Но крючка не нашлось, и парень просто притулил на пол около косяка свою шубейку. Ведьма обратила внимание на сильные руки и широкие плечи. Сразу было видно, что парень занимается физической работой. Гость снял обувь и по тёплому, пушистому ковру прошёл за хозяйкой. Ведьма жестом пригласила Ордэна за стол, а помощница Лесной хранительницы, интересная девочка-подросток с пушистым хвостом и кошачьими ушками поставила на стол чайник и две кружки. Когда в их руках оказались кружки с ароматным чаем, женщина спросила:

— Так расскажи мне, соколик, с чем пожаловал?

И Ордэн, не таясь, рассказал:

— Я слышал, что в Звенящем лесу, да и во всём, наверное, королевстве, не найдётся сильнее ведьмы, чем Вы. Сможете мне приготовить такое зелье, чтобы не сделать дураком человека, но суметь повлиять на его решения? Что нужно для этого?

— Такой напиток можно сварить, это дело нехитрое. Но поведай мне, гость мой нежданный, — ведьма замолчала на секунду и вновь пристально посмотрела в глаза Ордэну, — для чего тебе это одурманивающее разум зелье?

— Не мне, к сожалению. Я всего лишь выполняю приказ своего короля, а он, увы, передо мной не отчитывается, — с горечью обронил парень и пригубил предложенный чай. Задумался, не зная, рассказывать ведьме свою историю или смолчать. Несколько раз бросил оценивающий взгляд на хозяйку дома и решился. — Это, наверное, Вам покажется бредом…

Как только из уст мужчины прозвучало имя Делия, мисс Воробей сразу встрепенулась:

— Постой, так и ты столкнулся с этой несносной феей?

— Да уж, посчастливилось! — рассмеялся он. — Вот теперь прыгаю горным козликом по королевствам, выполняя прихоти своего тестя — короля. И отказаться не могу, стращает казнью, и с женой молодой толком не вижусь.

— Вот и я имела неосторожность загадать желание у одного злополучного озера. Теперь, как и ты, живу в этом мире. Но коль мы друзья по несчастью, помогу тебе. Так сказать, по-родственному. Взамен попрошу немного.

Мисс Воробей встала и подошла к шкафу. Достала с полки толстую книгу, судя по обложке многое повидавшую на своём веку. Корешок этого кладезя знаний был весьма потрёпан, а потому прочитать название на нём было невозможно. Ведьма несколько минут изучала содержимое страниц, пока, наконец, не задержала взгляд на одной из них.

— Итак, рецепт я нашла, и, на твоё счастье, все ингредиенты у меня в наличии. Но, — женщина подняла голову и посмотрела на Ордэна, — чтобы рецептура правильно сработала, ты должен мне заплатить чем-то ценным и необычным. Подумай, что ты можешь мне предложить?

Парень задумался. Что может предложить бедный лесоруб, без пяти минут покойник — если не сумеет выполнить задание и не сможет вернуться вовремя? И тут он вспомнил. В первый вечер после своего попадания, когда он, уставший и измотанный задачкой короля, остановился передохнуть по пути к гномам, совершенно случайно обнаружил у себя в волосах несколько блестящих крупинок. Они переливались всеми цветами радуги и сияли ярче звёзд. Ордэн ещё удивился, откуда взялось такое чудо, и как это он раньше не заметил такую красоту? А потом вспомнил, что по дороге из леса маленький фейри что-то колдовал, сидя у него на голове.

— Пыльца! У меня есть волшебная пыльца фейри! — воскликнул он и полез себе за пазуху. — Вот! — он протянул ведьме три блестящие крупинки. — Этого хватит?

— Вполне.

Воробей осторожно положила эту невообразимо редкую пыль в одну из своих пробирок и, убрав ценный подарок поглубже в шкаф, произнесла:

— Через два часа зелье будет готово. Твоя задача — проследить, чтобы мне никто не мешал. На улице, — многозначительно добавила женщина, и Ордэну ничего не оставалось, как залпом опрокинуть в себя остатки чая и подняться.

— Хорошо, — кивнул мужчина. — Может быть, найду себе занятие на эти часы, кроме как охранять Вас, — и улыбнулся.

— Вот и замечательно. Забор поправь там или крыльцо отремонтируй, если есть желание.

Парень больше не стал задерживать ведьму и, напялив полушубок, вышел вон. Крыльцо, и правда, требовало ремонта. Одна ступенька прогибалась под тяжестью веса так, что того и гляди, переломится пополам. И козырёк оказался дырявым, и сквозь прореху в нём виднелся кусочек неба. Засучив рукава, парень принялся за дело, отыскав и инструменты, и материал для ремонта. Возиться со стройкой ему было не впервой, поэтому работа Ордэна увлекла так, что два часа пролетели незаметно.

— Эй, работничек, — окликнула Ордэна мисс Воробей, появившись в дверном проёме. — Держи своё зелье. Да не переусердствуйте с королём! Добавлять в питьё или еду не больше одной капли, если не хотите человека превратить в марионетку, — напутствовала Мария Степановна лесоруба, отдавая заветный пузырёк.

— Спасибо, — поблагодарил парень. Он как раз вбил последний гвоздь в навес над крылечком и спрыгнул на землю. — Прощайте. Надеюсь, больше не придётся к Вам наведаться с просьбой.

— Будь здоров, — ведьма кивнула и зашла в дом, а парень отправился на опушку, чтобы без помех задействовать портальный артефакт.

Глава 14

Вечером, как и обещал герцог, за Марией Степановной приехала карета. Два бравых молодца помогли дамам загрузить их скудный багаж. Мисс Воробей не доверяла слугам Олгеда, и потому самолично несла свой чемодан с зельями. Элен смогла так аккуратно упаковать гардероб Лесной хранительницы, что для платьев и обуви понадобилось всего три чемодана, которые были торжественно вручены их помощникам. Свою же одежду жительница деревни уместила в одну сумку. Слуги герцога с удивлением взирали на женские пожитки, когда укладывали на крышу кареты сумки и чемоданы.

— Что стоите, как истуканы? — этим вопросом мисс Воробей вывела мужчин из оцепенения и закрыла дверь. — Мы едем или как?

После её замечания багаж был закреплён, и карета тронулась. Мария Степановна с наслаждением любовалась ночной дорогой, сидя у окна. Ей было непривычно наблюдать за лесным пейзажем из кареты, ведь обычно в замок ведьма ходила пешком. Через стекло лес выглядел другим: сказочным, волшебным, словно картинка из детской новогодней книжки, которые продавались в земных магазинах. Сосны были одеты в белые меховые шубки и стояли, словно постовые, охраняющие ночной покой зимнего леса. Луна была сегодня яркая и хорошо освещала густой лес, накатанную дорогу, и потому карета, запряжённая тройкой лошадей, скользила по снегу плавно и легко.

Мария Степановна вновь унеслась мыслями в свою жизнь на Земле. Вспоминались детские яркие моменты, когда она с родителями кружилась вокруг новогодней ели на площади в их деревне под Москвой. Для её родителей эта традиция была в новинку, в те годы Пётр I только вводил празднование Нового года в зимний период. Родителям было сложно перейти на новую систему исчисления: год 7208 от сотворения мира стал 1700 от Рождества Христова. А Марии Степановне, родившейся аккурат в начале реформ Петра, было неинтересно, какой год на дворе, какие указы подписываются в столице. Девочке было важно, чтобы под новогодней ёлкой были подарки, а на улице — снег. Чтобы можно было кататься на салазках и кружиться в хороводе вокруг яркой красавицы! Чтобы их семью не убили, только лишь потому, что отец был ведьмаком. Но страхи придут намного позже, когда в Марии Степановне проснётся магия. Когда в подростковом возрасте ей придётся скрывать от подруг в деревне свои зелёные глаза, своё умение понимать язык животных. Когда каждые двадцать лет нужно будет менять место жительства, чтобы крестьяне не спалили на костре. Надо было следить за каждым движением, каждым жестом. Но это потом. А маленькая Маша каждый год жила в ожидании запаха хвои и новогоднего чуда. Из воспоминаний ведьму выдернуло недовольство её соседки по карете.

— Как приедем в замок, я схожу, наверное, в гости к нашему любезному герцогу, — бормотала сидящая напротив ведьмы Элен. — Разве это видано! Брать в поездку даму и не обеспечить её соответствующим одеянием?

Мария Степановна же, потратившая много сил и энергии за день, не обратила внимание на бурчание своей помощницы. Женщина вернулась к созерцанию ночного пейзажа и с лёгкостью отдалась в объятия Морфеях. Тем более, полумрак кареты и размеренный бег лошадей располагали к дремоте.

— Мисс Воробей! — Элен легонько коснулась плеча спящей Лесной хранительницы. — Мы приехали. Просыпайтесь.

Дверь кареты отворилась, и Мария Степанова увидела поджидавшего их Григориана.

— Добрый вечер, миледи, — галантно поздоровался дворецкий и помог дамам покинуть карету, указав рукой в сторону замка. — Ваши покои готовы, леди. Лёгкий ужин ожидает Вас в комнатах. Сэр Олгед велел передать, что в дорогу вы отправляетесь ночью.

— Нам надо выгрузить багаж, — начала было протестовать Элен, но Григориан остановил поток негодования.

— Нет необходимости, — неспешно поднимаясь по ступеням, проговорил дворецкий. — Сэр Олгед и мисс Воробей поедут в карете сударя, а Вы, Элен, в той карете, что вас сюда привезла. Вместе с багажом.

Девушки по достоинству оценили профессионализм повара, приготовившего ужин. Насыщенный день и сытная еда сделали своё дело, и потому, когда Элен ушла с пустой посудой на кухню, Мария Степановна решила ещё немного отдохнуть, ведь какая будет дорога — одному Богу известно! Ведьме показалось, что её голова только коснулась подушки, а верная Элен уже будила свою хозяйку.

— Мисс Воробей, пора. Герцог уже ожидает Вас.

Словно солдат, у которого перед глазами горящая спичка, ведьма привела себя в порядок за 20 секунд. Помощница ведуньи была поражена скорости, с которой Мария Степановна металась по комнате, пытаясь скрыть на своём лице следы недавнего сна. Когда же Лесная хранительница села в карету, то сразу ощутила колючий взгляд герцога.

— Доброй ночи, мисс Воробей, — пробурчал Олгед.

— И Вам не хворать, — с улыбкой ответила на приветствие ведунья. — Что с настроением?

— Ничего, — Олгед недовольно наблюдал за тем, как его прелестная спутница обустраивалась на сиденье напротив. — Ваша служанка едет в соседней карете. Впрочем, она не одна. С ней едет мой слуга. Заодно и ваш багаж под охраной будет.

— Спасибо большое, но Григориан нам уже сообщил об этом. А за багаж благодарю. Правда, что там охранять?! — Мария Степановна уставилась непонимающим взглядом на герцога. — Три чемодана всего. Да ещё один с травами.

— Было три, — гневно прошипел дракон.— Эта Ваша так называемая служанка всю плешь мне проела. Теперь багаж моей спутницы, то есть Вас, нуждается в охране. Поэтому мой слуга охраняет драгоценности моей Лесной хранительницы.

— Как много Вашего. Моя Хранительница, мой слуга, моя спутница. И кстати, чтобы Вы знали, у меня нет драгоценностей, — начала было протестовать мисс Воробей, но остановилась. — Плешь, говорите, проела?

— Да, — герцог перевёл взгляд небесно-голубых глаз на резко замолчавшую девушку. — И кстати, правильно сделала. Спутница герцога должна быть облачена в самый лучший наряд и блистать красотой и богатством на академическом балу.

Лунный свет рассеивал полумрак только там, куда доставал белый луч, пробивавшийся сквозь узкую полоску между приоткрытыми шторами на окне. На секунду Марии Степановне показалось, что на висках Олгеда выступили белые чешуйки, похожие на те, из которых сделан её браслет. Но моргнув несколько раз, девушка убедилась, что ей померещилось.

— Через сколько дней мы приедем на бал? — разрушила тишину ведьма.

— Бал в Академии драконов через два дня, — Олгед не сводил внимательного взгляда с Марии Степановны. — Но нам надо ещё заехать к Хардаргу Завоевателю в государство Эдем. Для этого необходимо преодолеть три королевства, а уж потом в Ясногорию на торжество.

— Но как мы это сделаем за такой короткий промежуток времени? — ведьму смущала близость герцога. Девушка, радовалась и благодарила темноту. «Темнота — друг молодёжи, в темноте не видно… лица», — каждый раз про себя проговаривала гостья с Земли, когда чувствовала, как краснели от смущения её щёки. А краснели они каждый раз, когда Мария Степановна ловила на себе задумчивый взгляд мужчины, что сидел с ней в одной карете.

— Всё просто, — пожал плечами герцог. — Я открыл Лунную тропу, а она, как известно, ускоряет перемещения в пространстве.

Ведьма хотела было спросить, кому это известно, но герцог оборвал разговор и вернулся к созерцанию ночного пейзажа за окном. Мария Степановна, дабы не быть навязчивой, тоже замолчала и решила устроиться поудобнее да немного вздремнуть. Пятнадцать минут герцог наблюдал за копошившейся ведуньей.

— Эти сиденья чрезвычайно жёсткие! Вы специально выбрали для поездки самую неудобную карету?! — гневно сверкая бирюзовыми глазами, возмущалась ведьма. — Не могли, что ли, помягче сиденье сделать?!

— Мисс Воробей, — Олгед с трудом сдерживал беззлобный смех. — Уверяю Вас, моя карета самая лучшая!

Герцог за всё время наблюдения за своей спутницей отметил, что плавные величественные движения Лесной хранительницы разбудили странные и непонятные чувства в его душе. Благодаря острому драконьему зрению Олгед видел, как щёки ведьмы вспыхивали каждый раз, когда его неторопливый взгляд задерживался на её миловидном лице. Дракон спал внутри герцога, но слух, зрение, обоняние у мужчины были выше человеческих. Олгед слышал учащённое сердцебиение ведьмы, когда она волновалась. Но самое странное было то, что он сам стал волноваться. Правитель Имандро не переживал, насколько удобно его невесте сидеть в седле или карете. Его абсолютно не интересовало, замерзает Аделаида во время охоты или нет. С мисс Воробей всё было иначе. Его почему-то беспокоило её удобство. Тогда, на башне, он почувствовал, что ей стало холодно, и решил завершить разговор. Перед поездкой он заменил кресла более комфортными, надеясь, что женщина оценит удобные диваны в карете правителя.

— Если бы она была на самом деле самая лучшая, то в ней можно было бы поспать, — возмущалась Мария Степановна, всё ещё пытаясь поменять позу и сесть поудобнее.

— А в ней можно поспать, — Олгед больше не мог сдерживать смех. — Если разложить мой диванчик и Ваш, то получится прекрасная двуспальная кровать. Только, думаю, тогда нам точно не удастся поспать.

— Нахал! — возмущённо воскликнула ведьма. — Да что Вы себе позволяете?

— Ещё ничего не позволял! — герцог уже открыто смеялся над тем, как Мария Степановна реагирует на его слова. — Но если Вы решительно настаиваете, могу не сдерживать себя.

— Да как Вы смеете! — вспыхивая от смущения, продолжала возмущаться Лесная хранительница.

Олгед наблюдал за тем, как пунцовая девушка в негодовании размахивает руками, и невольно залюбовался изгибами женского тела, красиво окутанными лунным светом. Герцог, чьё сердце было покрыто коркой льда, никогда до сегодняшнего дня не считал минуты до встречи с девушками. Обычно всё всегда было наоборот. Но вчера повелитель злился из-за того, что за обедом рядом с ним была Аделаида и отсутствовала Мария Степановна. Когда же ведьма, наконец, села в карету, герцог с облегчением вздохнул, и тревога, сжимающая драконье ледяное сердце, отступила.

Сидевшая напротив девушка, конечно, не подозревала о терзаниях своего надменного спутника. Марию Степановну Олгед второй раз за их недолгое знакомство ввёл в замешательство. Первый раз она взглянула по-другому на дракона после их беседы на башне замка. Второй раз удивление помешало ведьме подобрать слова, когда он сообщил о пополнении багажа. Ещё и эти странные шутки, которыми герцог сегодня сыпал, словно выступал в телевизионном шоу. Мария Степановна вдруг вспомнила прошлую жизнь на Земле, и на ведьму накатила тоска по своему дому и по старому лесу.

Мысли вновь перенесли ведьму в её далёкое прошлое. Маше было около пяти лет, когда на центральной площади в деревне зачитали указ государя: «Всем жителям велено в день празднования Нового года поздравлять друг друга, благодарить Бога молебным пением и украшать дворы еловыми, сосновыми и можжевеловыми ветвями. Даже бедняки должны „хотя бы по древцу или ветви на вороты или над храминою своей поставить”. Хвойные украшения должны стоять всю последующую неделю».

Маленькая Маша не понимала, отчего взрослые деревенские недовольны? Ведь праздник — это всегда весело! А как девочка радовалась, когда их барин позволил любоваться новыми фонарями «голландского образца» на своём дворе. Они были сделаны из редкого и дорогого в те времена материала — стекла, их заправляли маслом и ставили на специальные столбы. Горели те фонари тускло и еле-еле освещали путь во тьме. Лампы, по предписанию Петра, зажигали в ночь с первого на второе января. Через всю свою жизнь пронесла Мария Степановна традицию зажигать эти лампы и вспоминать своих покойных родителей. Ей даже удалось сохранить один экземпляр с того двора барина, из времени, когда девочка была маленькой дочкой крестьянского старосты с простым русским именем — Машенька.

Герцог, словно почувствовав перемену в настроении Лесной хранительницы, замолчал, позволив путешественникам погрузиться каждому свои мысли.

Глава 15

Мерное покачивание кареты, лунный свет и ночь за окном — всё это должно было способствовать сну, но сидевшие напротив друг друга мужчина и женщины оказались неподвластны силе Морфея.

— Мисс Воробей, — первым нарушил тишину Олгед. — Будьте любезны, раз уж мы волею судеб оказались в одной карте, расскажите, пожалуйста, из какого Вы государства? Каким образом оказались в моём Звенящем лесу?

Лесная хранительница внимательно посмотрела на дракона. Возможно, луна как-то странно повлияла на женщину, но почему-то сейчас Мария Степановна не боялась открыть ему всю правду о своём появлении в мире Альдера.

— Возможно, я пожалею о том, что сейчас сделаю, — ведьма покачала головой. — А может, Вы посчитаете меня сумасшедшей, но я не с Альдера. Двести девяносто девять лет я жила в другом мире. Моя планета, на которой я родилась и выросла, называется Земля.

Мария Степановна поведала дракону историю своего попаданства, умолчав лишь о том, какое желание девушка загадала феечке. Герцога рассказ Хранительницы не удивил.

— Я слышал, что у нас на Альдере есть порталы, которые перемещают людей и существ не только из государства в государство, но и в другие миры. Признаюсь честно, я считал эти рассказы выдумкой.

— О, а я даже и не слышала о таком, — воскликнула удивлённая ведьма, а потом подумала, что ей-то, в принципе, и не от кого было узнать подобную информацию. Кроме как от Элен, которая ничего подобного не рассказывала.

— Если хотите, я могу получше разузнать об этих порталах, — предложил Олгед и с облегчением вздохнул, когда услышал ответ Марии Степановны.

— Нет, благодарю Вас, не надо. Мой земной путь завершён. Теперь моё место здесь, в Имандро. Расскажите, пожалуйста, лучше Вы о своём государстве.

Герцог начал своё повествование, и бархатистый голос зазвучал гордо и уверенно, ведь мужчина рассказывал о своём детище, о своей стране.

— У моего государства много союзников, ведь я был неплохим главнокомандующим. И как итог моей военной карьеры — победоносные сражения, многочисленные мирные соглашения. Кстати, — Олгед замолчал, словно собирался с мыслями. — С королём Эдема мы тоже познакомились на поле боя. Я ему обязан жизнью.

— А какой он расы? — уточнила внимательно слушавшая рассказ герцога ведьма.

— Человек.

— И человек спас дракона? Разве такое бывает?

— Бывает, если дракон — зазнавшийся невнимательный юнец, вовремя и правильно среагировавший на крик. Хардарг предупредил о выпущенной мне в спину стреле. Тем самым спас мне жизнь. Поэтому, — герцог понизил голос до угрожающего шёпота. — Я очень надеюсь, что после нашего с Вами посещения Эдема, мой долг чести перед старым приятелем будет выплачен.

— Можете быть уверены — сделаю всё, что в моих силах, — дерзко ответила ведьма. — И это не зависит от того, кто кому и что должен. Если я смогу излечить Вашего приятеля — я это сделаю. А если нет, то — увольте, — и Мария Степановна развела руками.

Ведьма подумала о том, что дракон в очередной раз разрушил очарование момента. Герцог вновь показал свой снобизм и высокомерие.

«Он мне приказывает! — гнев клокотал внутри, будоража кровь и заставляя Марию Степановну сжимать от злости кулаки. — Кем он себя возомнил! Мне господ хватило и в юности!»

Маша выросла в крестьянской семье. Её родители были крепостными. И она, соответственно, тоже. Крестьяне были в полной зависимости от своего хозяина: они не только принадлежали помещику, но и работали на него. Хозяин мог делать со своими слугами всё что угодно. Закон даже разрешал избивать их розгами. Мария часто видела, как крепостных отправляли в ссылку в далёкую Сибирь. У крестьян была тяжёлая судьба. Зачастую им приходилось с утра и до ночи работать. А Марии не повезло вдвойне. Девушка росла очень красивой, и это злило дочь помещика. Она пыталась всячески навредить Маше. Однажды даже подговорила деревенских пьянчуг, чтобы те обесчестили крепостную девку. Да только ведьминская сила не дала свершиться этому. Потом хозяйская дочка заболела и уехала лечиться на юг. Там и осталась. А Мария Степановна дала себе слово, что сделает всё от неё зависящее, чтобы выйти из-под хозяйского гнёта. Поэтому любая попытка применить силу по отношению к ведьме проваливалась, при этом Мария Степановна не всегда могла сдержать свою ярость. В этот раз Олгеду повезло, что их карета остановилась.

Дверь кареты отворилась, и путники ступили на земли короля Хардарга Завоевателя. Перед глазами прибывших предстало королевское жилище во всей красе. Городское поселение было окружено массивным укреплением.

Средневековый замок Хардарга разительно отличался от замка правителя Имандро. Белые стены плотно окружали друг друга, поднимаясь, словно лесенкой серпантина, на несколько ярусов. Самый первый ряд стен был невысокий, но толщиной в несколько человеческих шагов, со скрытыми от глаз бойницами и отверстиями для катапульт. По всем четырём углам каждой крыши жилого дома возвышались ровные, словно острые клыки дракона, округлые зубчатые башни.

Олгед увидел, что им навстречу, отворив массивные ворота, вышел симпатичный, хорошо сложенный юноша лет девятнадцати.

— Приветствую гостей Эдема. Меня зовут Лаэрт. Я наследный принц этих земель. Могу я узнать, что привело вас в наши земли?

Мария Степановна обратила внимание, что принц, несмотря на его великолепную внешность, не располагал к себе. Взгляд его мрачных глаз был цепким, а движения уверенными, но отталкивающими, словно юноша показывал всем своим видом превосходство. Олгеду тоже не понравился Лаэрт.

— Меня зовут Олгед из клана Ледяных драконов. Я правитель Имандро и давний друг короля Хардарга Завоевателя, — герцог одарил стоявшего напротив принца говорящим взглядом. Причём всем было понятно, что говорил этот пренебрежительный взгляд отнюдь не комплименты. — До моего королевства дошли вести, что твой отец болен. Моя Лесная хранительница обладает даром истинного исцеления. Мы приехали помочь и излечить вашего правителя.

Стоявшая поодаль ведьма, молча наблюдала за двумя мужчинами, что мерились… регалиями. Один — юнец, вкусивший вседозволенность правления, пока отец был не в состоянии руководить страной. Второй — дракон, считавший представителей своей расы недостижимыми небожителями. А, в конечном счёте, всё зависит от того, сможет ли ведьма подобрать правильное лечение. Неизвестно, чем бы закончились эти странные придворные расшаркивания, если бы двух мужчин не прервала стоявшая рядом с принцем прелестная девушка, судя по одежде, знатного происхождения.

— Мы очень рады, что Вы решили помочь отцу, — переливом колокольчика зазвучал голос юной красавицы. — Меня зовут Никанора. Я принцесса Эдема и сестра этого угрюмого и невоспитанного принца. Прошу Вас, проходите в замок. Может, хотите с дороги отдохнуть?

Слуги взяли багаж, на который указала Воробей, и, повинуясь строгому голосу Элен, отнесли сумки в отведённые для гостей покои. Компаньонка ведьмы, впрочем, как и слуга герцога, не отходили от чемоданов с вещами путников ни на шаг.

— Мы не устали, — достаточно резко произнёс Олгед, когда процессия, возглавляемая особами королевских кровей, вошла в двери замка. — Давайте сразу приступим к делу. Где находится король Хардарг? Моя Хранительница его осмотрит.

Изнутри замок казался не менее величественным, чем снаружи. После недолгих петляний по тёмным коридорам принцесса остановилась перед внушительной дверью.

— Отец лежит у себя в спальне, — пояснила Никанора, когда дверь отворилась и процессия оказалась внутри большой комнаты.

Королевские покои отличались особой роскошью: здесь были дорогие тканевые гардины и покрывала, расшитые золотыми нитями. Мебель была массивная, из добротного резного дерева, стулья обиты красным велюром. Вся серебряная посуда на небольшом прямоугольном столе переливалась бликами от скудно падающих лучей солнца, которые едва проникали сквозь витражные окна. В качестве дополнительных источников света здесь повсюду были установлены высокие канделябры с дюжиной свечей на каждом. На комоде стояло также несколько дополнительных свечей. На широкой кровати под багряным балдахином, подвязанным золотыми помпонами, на белоснежных подушках возлежал король. Даже укрытый несколькими пышными перьевыми одеялами, он казался огромным и могучим.

Корона почивала рядом со своим хозяином, на мягкой подушечке-подставке, сиротливо ожидая назначенного часа быть одетой на седую голову. Мисс Воробей с интересом посмотрела на бледное осунувшееся лицо правителя. Высокие рельефные скулы, широкий лоб, орлиный нос с горбинкой и квадратный подбородок говорили яснее всяких слов: Завоевателем нарекли Хардарга не за весёлый кроткий нрав.

— Помоги нам, пожалуйста, — принцесса взирала на Марию Степановну с мольбой в глазах.

После того как ведьма истинным зрением посмотрела на мужчину, был озвучен вердикт:

— Я могу вам помочь, — в тишине королевской спальни слова целительницы прозвучали словно гром. — Чтобы вылечить правителя, надо очистить от скверны его кровь. Для этого я сварю специальное зелье. Если найдётся дракон, который добровольно пожертвует несколько капель своей алой крови для лекарства, то ваш отец будет спасён.

Принц и принцесса перевели взгляды на Олгеда. Здесь, рядом с кроватью короля, был только один дракон.

— Сколько у нас есть времени на поиски? — задал риторический вопрос принц, понимая, каким будет ответ.

— Не больше трёх дней, — огласила вслух ведьма то, что все присутствующие и так понимали. — Порча на медленную смерть сделана несколько месяцев назад. И время у Вашего отца на исходе. Старуха с косой уже тянет свои лапы к его душе.

Герцог, оказавшись под расстрелом глаз королевских детей, понял, что ему не избежать добровольно-принудительного изъятия драконьей крови.

— Я готов добровольно пожертвовать несколько капель крови для своего старого приятеля. Мисс Воробей, а остальные ингредиенты для зелья у Вас есть? — пытался подловить ведьму правитель Имандро.

— Да, — девушка, даже если и поняла подтекст брошенной ей в лицо фразы, никак не отреагировала на провокацию. — Если мне предоставят лабораторию, то через три часа зелье будет готово.

Лаборатория тут же была найдена, и через четыре часа Никанора и Лаэрт держали в руках пузырёк, наполненный мутно-красной жидкостью.

— Принимать по три капли три раза в день. Не больше и не меньше, — давала прощальное напутствие мисс Воробей. — Начинайте сразу же, как мы уедем. И ещё, — женщина сдёрнула с браслета на руке белую чешуйку. — Вам необходимо проследить, чтобы этот амулет был всегда рядом с королём. Он сможет уберечь Хардарга от подобных ситуаций.

Гости из Имандро покинули Эдем. Их лошади вновь ступили на Лунную тропу. Олгед хотел было спросить у Марии Степановны, откуда у женщины драконьи чешуйки, но сложный день сморил ведунью. Лишь только карета начала движение, Лесная хранительница заснула.

Глава 16

Девушка дремала, А Олгед не мог заснуть. Дракон смотрел на Марию Степановну и не мог понять, отчего он раньше не замечал, как она прекрасна? Сейчас же в сумраке кареты, герцог не мог оторваться от созерцания идеального женского лица с опущенными ресницами. «Как она удивительно красива! — думал Олгед, наблюдая за тем, как поднималась в такт дыханию грудь ведьмы. — Особенно когда молчит».

Сердце дракона функционирует не так, как человеческое, оно загружает информацию из поля сознания. У драконьего сердца есть свой разум. Сердечные клетки не мыслят абстракциями слов. Они воспринимают другой тип энергии — психоэнергии, это эмоции и чувства. Между сердцем и мозгом дракона, даже если он в человеческом обличии, существует прямая связь. Сердце не спит и не отдыхает, имеет до тысячи нейронных связей по всему организму. Именно сердце информирует мозг о чувственно-эмоциональном состоянии и побуждает его к поступкам, которые потом невозможно объяснить.

И Олгед, поддавшись непонятному сиюминутному порыву, продиктованному сердцем, а не головой, внезапно наклонился и поцеловал спящую девушку в приоткрытые губы. От этого прикосновения ведьма неожиданно распахнула глаза. Олгед, испугавшись, резко отпрянул назад.

— Мне показалось, что Вы перестали дышать, — начал оправдываться растерянный дракон.

Мария Степановна покосилась на своего попутчика с недоверием, но ничего не сказала. Сдвинув в сторону штору, ведьма молча посмотрела в окно. Лунная тропа не давала возможности любоваться зимним пейзажем — картинки мелькали, словно в ускоренном кинофильме.

— Скоро прибудем в Магоград, — герцог решил разрушить гнетущую тишину. — Сегодня канун Новогодья. Днём надо будет хорошенько отдохнуть, ведь бал будет длиться всю ночь.

— Почему этот бал так важен для Вас, Олгед? — мисс Воробей отвернулась от окна и перевела взгляд на герцога.

Ведьма хотела понять, что движет драконом. Почему он передумал ехать с невестой? Может, Лесную хранительницу везут в Академию, чтобы убить? Мария Степановна не владела всей информацией, и это её нервировало. Дракон помолчал несколько секунд, словно раздумывая, стоит ли отвечать и открывать человеку секреты крылатых властелинов. Решив, что мисс Воробей не относится к категории врагов, Олгед приоткрыл завесу тайны бала в Драконьей академии.

— По нашим традициям все неженатые драконы обязаны в ночь Новогодья явиться на бал в Академию. Под бой курантов ректор проведёт ритуал истинности и соединит избранных.

— И много пар соединил этот ритуал?

— На моей памяти ни одной. Но традиция есть традиция, — дракон пожал плечами. — После того как мы с Аделаидой соединимся узами брака, мои поездки сюда прекратятся. Поэтому можно сказать, что это мой прощальный академический бал в честь Первородного дракона.

Последняя фраза была той каплей, что переполнила чашу терпения ведьмы. Едет, главное, с ней, а рассуждает о своей ненаглядной! Мария Степановна больше не собиралась терпеть рассуждения дракона о своей будущей жене!

— Так и ехали бы со своей невестой! — взорвалась Лесная хранительница.— Вдруг бы оказалось, что она Ваша избранная?

— Не смешите меня!— отмахнулся от слов своей спутницы Олгед, словно не замечая её взвинченного состояния. — Мы женимся на обычных девушках по одной причине: чтобы наши дети не сошли с ума.

— Не понимаю, как разум дракона связан с человеком?

— После того как перестали образовываться истинные пары, ледяные драконы не теряли надежду и вступали в брак с драконицами, стараясь находить избранниц из Ледяного клана, — Олгед тяжело вздохнул, словно рассказывал о своей личной трагедии. — Но дети от таких браков рождались жестокими, чёрствыми и через некоторое время сходили с ума. Таким был мой покойный старший брат. Отец был вынужден жениться второй раз, чтобы его сын, рождённый от обычной женщины, мог править в Имандро.

Герцог замолчал, и дальнейшая поездка прошла в мёртвой тишине. Мария Степановна обрадовалась, когда карета остановилась, и появилась возможность вырваться из лап этой давящей тишины. Зачем она спросила у герцога про этот бал? Теперь её ещё больше распирала злость. Дракон знает, что ни Аделаида, ни Мария Степановна не будут его избранными, но всё равно заставил поехать ведунью на этот парад лицемерия и показухи? Ритуал давным-давно не работает, но несмотря на это, все должны плясать под дудку этих крылатых. У них, видите ли, традиции! А у неё толпа больных! Но это никого не интересует!

Дверь открылась, мисс Воробей, выйдя на улицу, забыла все свои обиды и от восторга потеряла дар речи. Было видно, что Новогодье в Магограде — долгожданный праздник. Все улицы этого городка были ярко украшены. Практически все дома были с остроконечными крышами, покрытыми пушистым снегом, а входные двери, как и каждое крыльцо в необычных острошляпых домах, увешаны новогодними гирляндами из хвои.

Гостиница, около которой они становились, была такой же, как и остальные здания. Красивый дом в три этажа из бело-жёлтого кирпича, высокая деревянная входная дверь, украшенная зелёным венком с красными ягодками и весело щебечущими птичками. В больших панорамных окнах отражались огни города, что придавало гостинице ещё более сказочный вид. У крыльца новоприбывших встретил швейцар.

— Мы рады приветствовать Вас, господин Олгед из клана Ледяных драконов, — помпезно и торжественно поприветствовал гостей служащий гостиницы. Герцог на приветствие ответил небрежным кивком.

Не глядя на свою невольную спутницу, дракон, вновь превратившийся в высокомерного дворянина, чинно проследовал внутрь через стеклянную вращающуюся дверь. Мария Степановна тяжело вздохнула. Та тонкая нить взаимопонимания, что протянулась между ними в карете, на улице исчезла словно по волшебству. Олгед вновь стал зазнавшимся аристократом, уверенным в том, что всё в мире происходит только для его удобства.

— Наши номера готовы? — надменно спросил Олгед у девушки на ресепшене.

— Конечно, господин, — сотрудница гостиницы с красными губами не сводила восхищённого липкого взгляда с вошедшего дракона. — Ваш номер готов.

— Я сказал «номера», — внезапно зарычал герцог. — У тебя проблемы со слухом? Мне необходимы мои три номера!

— П… п… простите меня, — растерялась блондинка, и мисс Воробей с плохо скрываемым удовольствием окатила девушку презрительным взглядом, отметив про себя, как с выскочки слетела вся спесь.

Пока слуги заносили их багаж, а администратор гостиницы приносил свои извинения правителю Имандро за нерасторопных сотрудников, Мария Степановна изучала интерьер их временного пристанища. Коричневые стены хорошо сочетались с зелёным ковром и такого же цвета диванчиками. Около окон стояли круглые столики со свежими газетами, а возле лестницы, ведущей на второй этаж, расположились высокие цветы, название которых было хорошо знакомо Лесной хранительнице — мединилла. В голове чётко отозвались слова из справочника: «Вечнозелёный кустарник из семейства Меластомовые. Известно более 100 видов растений, некоторые из которых представляют собой лианы. Могут расти без касания с почвой, как эпифитное растение». Откуда женщина всё это знала, она и сама не могла сказать.

Ожидание было недолгим, и вскоре им сообщили, что номера готовы. Мария Степановна поднялась на второй этаж и прошла в самый конец коридора. Неприметная, как и все остальные в гостинице, дверь отворилась, и уставшая ведьма вошла в просторную комнату голубоватого цвета. Ничего особенного: немного мебели из светлого дерева, два кресла, на полу пушистый ковёр, милые синие диванчики расположились вокруг стеклянного столика у окна. Элен уже ждала свою хозяйку в их трёхкомнатном номере. Одну комнату закрепили за помощницей, вторая, более просторная, стала спальней ведьмы, а третью превратили в гостиную.

Пока ведьма любовалась в окно заснеженным Магоградом, Элен устроила горячую ванну и вкуснейший завтрак. Ароматная вода и травяное мыло перенесли Лесную ведьму в мир наслаждения. Каждая клеточка её тела мечтала о таком отдыхе. Две ночи, проведённые в карете, сильно измучили женское тело. Марии Степановне казалось, что нет ничего лучше и прекраснее, чем её лохань с горячей расслабляющей водой. После того как Лесная хранительница смыла с себя дорожную пыль и утолила голод, компаньонка ведьмы поделилась с хозяйкой последними новостями:

— На кухне говорят, что ритуал истинности очень красивый, — та́я от восхищения, шептала Элен. — В гостинице работает повар, чей отец когда-то разносил закуски в Драконьей академии на балу в ночь Новогодья. Так вот, отец повара говорил, что двух одинаковых ритуалов не бывает. Каждый ритуал был уникальным! Но это было так давно, что ему никто не верит.

— А на Земле я бы сегодня салатики резала, — мечтательно вздохнула ведьма. — Крабовый, оливьешечку. И смотрела бы по телевизору «Иронию судьбы», ждала гостей, а Леший бы во дворе украшал ёлку.

— Не грустите, мисс Воробей! В Магограде есть новогодняя ель! — воскликнула верная Элен. — Если хотите, мы можем прогуляться на площадь и посмотреть на ёлку. А когда приедем домой, то можем Ваших салатов нарезать. Я, правда, не знаю таких названий, но Вы же меня научите?

— Конечно, научу! И на площадь хочу! Это отличная идея! — воспрянула духом Мария Степановна. — Давай переоденемся и отправимся в город.

Вскоре гости из далёкого Имандро стояли на одной из заснеженных улиц города и смотрели на большую оживлённую площадь. Посередине стояла огромная ёлка, ну или что-то очень похожее на неё, только ветки были чуть длиннее и голубого цвета, который в некоторых местах переходил в перламутровый.

— Как необычно! — восхитилась ведьма. — Но я не вижу привычных мне игрушек.

— У нас новогодние деревья всегда украшали различными пряниками, конфетами, сахарными бусами, покрытыми разноцветной глазурью, — пояснила Элен.

— Всё то, чем раньше украшали ёлки на Руси, когда не было таких технологий, — вслух заметила мисс Воробей и захлопала в ладоши от радости, увидев, как на веточках пляшут фигурки нарядных человечков. Опять вспомнилось детство, деревня, родители.

Побродив по городу, девушки вернулись в гостиницу через несколько часов. В холле их ожидал разъярённый герцог. Его глаза метали молнии, а безумный взгляд выдавал плохо контролируемую ярость.

— Вы где были, мисс Воробей?! — накинулся на вошедших взбешённый герцог.

— Гуляли, — спокойным тоном парировала ведьма. — А что случилось?

— Почему мне не сообщили, что уходите? Мне казалось, что мы обо всём с Вами договорились! Жаль, что я ошибся, — чуть поубавив свой крик, угрожающе продолжал шипеть дракон.

— Мне казалось, что Вы воспитанный кавалер, — Мария Степановна, направляясь к лестнице, поравнялась с возмущённым мужчиной. — Жаль, что я тоже ошиблась!

И не обращая внимания на гневное возмущение Олгеда, Лесная хранительница поднялась к себе в номер.

Глава 17

Оставив свою хозяйку в номере, Элен спустилась на первый этаж, чтобы принести ей чая, и стала невольным свидетелем странной сцены. Две красавицы стояли около стойки администратора и громко возмущались тем, что их модистке не предоставили номер для проживания.

— Зачем вообще надо было тогда её сюда приглашать? — говорила нежная блондинка, пытаясь успокоить свою расстроенную подругу.

— Ты что? — девушка с длинными пепельными волосами посмотрела на первую как на умалишённую. — Откуда бы я тогда взяла самое прекрасное платье?!

— Однако его теперь нет, — усмехнулась первая.

— Да, — голубые глаза гневно сверкнули, когда вторая фарфоровая куколка ткнула пальцами в ресепшен. — И это всё из-за них.

Элен кашлянула, пытаясь предотвратить очередную гневную тираду фарфоровой блондинки. Жительница лесной деревни смотрела на эту необычную парочку с нескрываемым любопытством.

— Простите, — улыбнулась Элен, чтобы пепельная блондинка, наконец, прекратила возмущаться и посмотрела на новое действующее лицо. — Я невольно услышала ваш… — запнулась она, — разговор.

— Подслушивать нехорошо, — пробубнила первая незнакомка, уставившись непонимающим взглядом на Элен.

— Вы, конечно, правы, — усмехнулась помощница Марии Степановны. — Но и вы здесь, знаете ли, не шептались. Я услышала слово «платье».

Первая блондинка скривилась. Её почему-то не обрадовала последняя фраза Элен.

— Нет уже платья, — грустно ответила вторая красавица. — Уехала наша модистка.

— Так, может, я… — снова начала говорить первая, но ей просто не дали и слова сказать.

— Ты пойдёшь на бал, — грозно проговорила вторая леди. — Я тебе минуту назад уже об этом сказала. Хватить меня выводить из себя.

— Но ведь… — первая всё же попыталась аргументировать свою точку зрения.

— Рингар тебя ждёт, — парировала разъярённая девушка, и Элен поняла, что перед ней стоит драконица.

— Платья же нет, сама сказала, — успела всё-таки договорить фразу первая посетительница гостиницы, несмотря на грозный взгляд драконицы.

— Есть у меня одно, — мечтательно улыбнулась вторая участница этого странного разговора, а потом снова стала серьёзной. — Вот только оно явно тебе будет большим, — и белокурая драконица снова начала ругаться на сервис гостиницы, когда её прервала Элен.

— Понимаю, что опять влезаю не в своё дело… Но насколько данное платье… не подошло вам по размеру?

— А что? — подобралась драконица, и её глаза загорелись живым блеском, а на лице появилось то самое выражение, при виде которого приходит только одна мысль — бежать.

— Могу помочь его уменьшить, — улыбнулась Элен с нежностью.

— Ох, правда? Вы? — драконица запрыгала от радости.

— Не совсем. Я думаю, что моя хозяйка не откажет вам, — спокойно ответила Элен.

— Что мы будем должны? — та, что отказывалась идти на бал, всё ещё настороженно смотрела на незнакомую даму, зачем-то предлагавшую помощь.

— О чём вы! Ничего не будете должны. Честно-честно, — рассмеялась Элен, увидев настрой блондинок. — Далеко это платье? — обратилась она к той, что предлагала наряд.

— В Академии. Здесь недалеко. Посидишь здесь на диванчике? Я мигом, — уточнила драконица у своей подруги.

— Так зачем ей здесь сидеть, на холоде таком? — Элен приобняла растерянную красавицу за плечи, ведя к лестнице. — Мы подождём вас в комнате моей госпожи. На ресепшене вам подскажут номер, в котором мы живём.

Драконица, согласившись с разумным предложением Элен, кивнула и убежала прочь. Элен и первая блондинка, всё так же идя рядом, поднялись на второй этаж.

«Ох, надеюсь, я не пожалею, что вновь согласилась идти куда-то с незнакомым человеком», — промелькнула мысль у девушки в голове.

Дверь в номер отворилась, и перед взором Марии Степановны, ещё не успевшей снять дорожное платье, предстала Элен и красивая нежная блондинка.

— Добрый вечер, — поздоровалась ведьма, жестом приглашая гостью пройти внутрь.

— Добрый, — стоя на пороге и не зная, что делать дальше, ответила незнакомка.

Элен налила Лесной хранительнице чая, и мисс Воробей сделала глоток ароматного напитка.

— С чем пожаловали? — отставив чашку на стол, поинтересовалась хозяйка номера.

— Я… — растерялась молоденькая красавица.

— Это я позвала её, — вмешалась в разговор Элен. — У девушек беда приключилась… с платьем, вот я и сказала, что Вы можете им помочь.

— Да? — мисс Воробей с интересом осматривала блондинку.

— Там всего лишь надо будет уменьшить его, — компаньонка вдруг подумала, что она пригласила гостей, не спросив согласия ведьмы. — Я же знаю, вы с лёгкостью сделаете это.

Взгляд блондинки в страхе метался с лица Элен на лицо Марии Степановны.

— Ладно. Чего уж не помочь, — ответила ведьма, и Элен с облегчением вздохнула. Блондинку жестом пригласили присесть в кресло. — Как Вас зовут?

— Василиса, — тут же ответила та, устраиваясь поудобнее. — А Вас?

— Мария Степановна, — снисходительно улыбнулась мисс Воробей.

— Простите, что спрашиваю… — Василисе хоть и было интересно, но задавать этот вопрос почему-то было страшно. — Вы… ведьма?

Мария Степановна на секунду замерла, а после рассмеялась.

— Ох, прости, — улыбаясь, женщина посмотрела на Василису. — Мне давно так открыто никто не задавал подобных вопросов. Но ты права, я и правда ведьма. Лесная.

— А здесь что делаете?

— То же, что и Вы, — Мария Степановна пожала плечами. — Бал.

Во время разговора Василиса встала с мягкого кресла и подошла к окну. Она с тоской посмотрела на спешащих мимо гостиницы людей. Девушку нисколько не раздражали весёлые метания местных в поисках подарков или угощений. Шумные компании ребят, уже начавших отмечать наступление Нового года, вызывали лишь улыбку, как и бабушки, рассказывающие внукам и внучкам истории былых времён про зимних волшебников и драконов.

— Грустишь по дому? — неожиданно задала вопрос Мария Степановна, и Василиса отвернулась от окна.

— Откуда Вы ?.. — гостья вопросительно посмотрела на хозяйку.

— По тебе сразу это видно, — вновь пожала плечами мисс Воробей. — Да, и своих я с лёгкостью могу отличить от жителей этого мира.

— Вы тоже с Земли? — удивлённо вскрикнула Василиса, с восхищением смотря на женщину. — А по Вам не скажешь.

— Наверное, потому, что это было не совсем обычное перемещение.

Понятное дело, что после этого заявления любознательная Василиса завалила Марию Степановну вопросами. И женская беседа теперь состояла лишь из воспоминаний об их родном мире.

— Ну вот оливье я любила, — Василиса, вспомнив, как всегда делала этот салат, даже необязательно на Новый год, сглотнула.

— О да, — мечтательно закатила глаза ведьма. — Это был один из моих любимых салатов. А главное, в приготовлении прост.

— И не говорите, — вдохновилась Василиса. — Картошку с яйцами отварил, порезал всё вместе с солёными огурчиками и колбаской. В конце горошек и майонез, и всё — наивкуснейший салат готов.

— Ох, у меня даже слюнки потекли, — рассмеялась Мария Степановна, и её собеседница подхватила переливчатый смех.

— Жаль, что в этом мире такого нет, — успокоившись, Василиса покачала головой.

В этот момент дверь в номер отворилась, и на пороге появилась запыхавшаяся подруга Василисы — Анья. Вторая гостья приблизилась к Василисе, мельком кивнула ведьме и, кинув в свою подругу платье, приказала:

— Иди, примеряй.

— Куда? — Василиса не сразу поняла, что вообще происходит.

— Комната рядом. Там сейчас никого, — подсказала Мария Степановна.

Когда Василиса продефилировала в наряде по гостиной, на лицах Марии Степановны и Аньи тут же появилась улыбка. Такое милое розовое облачко с белоснежными волосами.

— Ты издеваешься? — Василиса гневно посмотрела на свою подругу, проводя рукой по платью, которое впору было назвать мешком.

— Я же говорила, что оно большое, — небрежно махнула рукой Анья, приближаясь к Василисе. Вместе с драконицей начала обходить по кругу облачённую в балахон блондинку и Мария Степановна.

— Скажите, пожалуйста, Вы справитесь? — Анья умоляюще посмотрела на мисс Воробей.

Ведьма ещё раз обошла Василису по кругу, покивала своим мыслям и начала творить волшебство. Вокруг её рук появилось зеленоватое свечение, которое струйками потекло в сторону блондинки.

Как обычно, Мария Степановна представила состав ткани, из которой было сшито платье. Затем, следуя алгоритмам практической магии, ведьма представила размер, до которого наряд было необходимо уменьшить. И начала творить. Василиса хотела было отскочить, но не успела. Магия впиталась в платье, и то начало уменьшаться прямо у всех на глазах. Подойдя к зеркалу, Василиса с трудом себя узнала. Нежно-розовое платье почти до пола прекрасно подходило к её бледной коже. Чуть пышная юбка, пояс строго на талии, лиф, подчёркивающий грудь. Рукава-фонарики обрамляли девичьи запястья тонкими кружевами.

— Ох, — вздохнула стоявшая позади подруги Анья.

— Вам идёт, — проговорила ведьма, с удовольствием осматривая свою работу.

— Без вашей помощи мы бы не справились, — Василиса вернула улыбку.

— Ой, да бросьте. Почему не помочь хорошей девушке, да ещё и землячке, — Мария Степановна подмигнула, а после посмотрела на часы. — Ох, кажется, и мне уже пора готовиться к предстоящему мероприятию.

Гости поняли намёк и, поблагодарив Марию Степановну, отправились к себе в Академию. А мисс Воробей начала готовиться к новогоднему балу.

Глава 18

Только за блондинками из Академии закрылась дверь, и мисс Воробей начала перебирать свои платья, как вновь послышался стук. Элен, вернувшись через минуту, сказала, что бал начнётся в семь часов, а это значит, что на подготовку у девушек всего три (или целых три) часа.

Первым делом гости из Имандро принялись подбирать наряд для Марии Степановны. Ведьма долго перебирала свой обновлённый гардероб и жарко спорила со своей компаньонкой, но последнее слово осталось за Лесной ведуньей. Мисс Воробей остановила свой выбор на стильном платье нежно-голубого цвета, идеально оттенявшем её аквамариновые глаза. Лиф был украшен переливающимися кристаллами, похожими бриллианты, а низ юбки — восхитительной вышивкой. На спине платье ниспадало волнами.

— Для особы Вашего уровня это платье слишком скромное, — возмущалась Элен.

— Для моей особы это платье очень удобное, — парировала Мария Степановна. — Этого должно быть достаточно. И этого достаточно!

Затем Элен наблюдала, как ведьма творила магию, подгоняя уже своё платье по нужному размеру.

— Но причёску я Вам сделаю шикарную, — не унималась служанка.

— Нет, причёску я хочу элегантную, — вновь не согласилась Мария Степановна. — Мне всю ночь предстоит провести на ногах. Не хватало ещё, чтобы у меня через пару часов начала болеть голова. Элегантный пучок. Не более!

Дополнил образ Марии Степановны комплект украшений, состоявший из серёжек-капелек и такого же кулона, украсившего зону декольте.

За час до назначенного времени дверь номера ведьмы отворилась, впуская герцога Имандро. Олгед был одет в прекрасный тёмно-синий костюм-смокинг с удлинённым пиджаком. Дракон пожирал элегантную Марию Степановну восхищённым взглядом.

— Вы прекрасно выглядите, — Олгед подарил комплимент своей спутнице, когда подавал ей пальто. — Вам очень идут мои фамильные украшения.

— Я не знала, что это семейная реликвия, — ведьма на секунду даже растерялась от такой новости. — Может тогда мне их лучше снять?

— Нет, ни в коем случае! — дракон, сам того не ожидая, стал настаивать, чтобы украшения остались на Лесной хранительнице. — До Академии мы с Вами прогуляемся. Если Вы не против?

— Если идти недалеко, то я не против, — ответила ведьма, внезапно осознав, что ей бы хотелось остаться подольше с Олгедом наедине.

— Нет, недалеко, — уверил преобразившуюся ведьму дракон.

Элен со слугой герцога шли следом за элегантной парой, завершая небольшую делегацию из герцогства Имандро.

А на город в этот момент уже опускался вечер, начали загораться магические фонарики на ёлках, гирлянды на домах и свечи в окнах. Мария Степановна с восхищением наблюдала, как город превращался в сказочную страну. Из приоткрытых окон слышались смех и разговоры, по заснеженным улицам гуляли нарядно одетые люди. В Академию съезжались пары в роскошных одеяниях. Очарованная вечером Мария Степановна наблюдала, как около входа в высокое здание останавливались кареты, и из них выходили дамы со своими кавалерами.

Академия, украшенная к новогоднему балу, была шикарна. Мария Степановна никогда не видела таких зданий. Замок был сделан словно из стекла. Все стены сверкали, а огромные окна манили ярким праздничным огнём и обещанием чуда. Вокруг Академии летали стихийные драконы со всадниками на спинах, в руках у воздушных наездников были кубки, содержимое которых то и дело расплёскивалось на проходивших мимо студентов и гостей, но понятное дело, вреда это никому не причиняло.

Внутреннее убранство не уступало внешнему. Бальный зал был шикарным. В эту новогоднюю ночь его украшали сверкающие гирлянды, блестящие звёзды и пышные венки из еловых веток. В центре зала стояла огромная ель, увешанная разноцветными шарами, сверкающими гирляндами и мишурой.

Из-за цвета веток пушистая новогодняя красавица была похожа больше на большую снежинку с кристаллами в виде ёлочных игрушек. На верхушке необычной ели расположилась огромная стеклянная звезда.

Оркестр играл весёлую музыку, а гости танцевали на паркетном полу. На стенах висели картины с зимними пейзажами, а на потолке сверкала хрустальная люстра. В углу зала располагался буфет с разнообразными угощениями: шампанским, мандаринами, различными салатами. В эту волшебную ночь каждый мог почувствовать себя героем сказки и насладиться атмосферой праздника.

Олгед стоял рядом с очаровательной и восхищённой ведьмой. Дракон любовался своей спутницей и не мог поверить в то, что эта синеглазая красавица на сегодняшний вечер является его парой. Герцог ловил удивлённые взгляды своих студенческих приятелей. Про себя правитель Имандро отметил, что многие выпускники Драконьей академии сегодня тоже были с милыми спутницами. Пока Олгед дошёл до стола с напитками, он несколько раз представил Марию Степановну своим старым приятелям. И каждый раз дракон показывал другим крылатым аристократам, что Мария Степановна — его пара. Только его. Рука герцога по-хозяйски расположилась на талии ведьмы, не допуская того, чтобы между их телами появился разрыв. Дракон словно приклеился к своей Хранительнице.

Пара из Имандро приковала к себе внимание, стоило им только появиться в бальном зале. Все присутствующие видели, что Олгед и Мария Степановна идеально подходят друг другу. Их гармония была заметна невооружённым глазом.

Две яркие и неповторимые личности, которые дополняют друг друга. Но самым удивительным для многих стало то, что Олгед приехал на бал не с Аделаидой, а с никому не известной очаровательной красавицей.

— В центре зала стоит ректор Академии, — прошептал герцог на ухо ведьме, отчего у женщины кожа покрылась мурашками. — Раннвиль Л'Харон. Особа королевских кровей.

Мария Степановна наблюдала, как ректор Академии, облачённый в серебристый костюм, беседовал с каким-то статным мужчиной.

— А это король Ягории. Тоже дракон, — вновь пояснил Олгед, встав позади своей спутницы и прижимая Марию Степановну к своей груди.

Мисс Воробей обратила внимание, что и ректор, и король были одеты роскошно и помпезно. У ректора были длинные белые волосы, заплетённые в косу, которая, как ни странно, только добавляла ему мужественности. У короля, сделавшего шаг вперёд, показывая тем самым, что он сейчас будет выступать, на груди красовался то ли орден, то ли брошь, а на голове сверкала серебристая корона с крупными сапфирами.

— Дамы и господа, — начал король.

— Дорогие студенты и их родители, — закончил приветствие ректор. — Мы счастливы видеть вас сегодня здесь, в нашей скромной обители. Кто-то из вас уже бывал в нашей стране, кто-то здесь впервые. Знайте — мы рады каждому!

Король подхватил торжественную речь ректора:

— И сегодня это честь для нас — встречать Новый год вместе со всеми вами. Многие уже знают, как проходит наш новогодний бал. Но сегодня у нас в зале много новых гостей.

— Так что я сейчас подробно всё расскажу, — ректор вновь вышел вперёд. — Всё очень просто. Сначала мы с вами будем пить, веселиться, танцевать, общаться и знакомиться. Но когда до полуночи останется несколько минут, всё прекратится.

Удивлённая Мария Степановна посмотрела на Олгеда, затем перевела взгляд на главу Академии.

— Сейчас всё поймёте, — Олгед кивком указал в центр зала, где ректор продолжал свой рассказ.

— Затем наступит время для настоящего волшебства. — Гости начали перешёптываться. Мужчина в серебристом костюме не обращал внимания на шум, воцарившийся в зале. — Да-да. Я знаю, о чём вы все сейчас подумали. Мол, что вновь ничего не получится. Но этот ритуал — наша традиция, которую никто не будет отменять. А потому с надеждой на лучшее нам стоит вновь испытать свою удачу.

В зале вновь поднялся шум: кто-то возмущался, а некоторые, наоборот, предвкушали события вечера. Но все разговоры прекратились в тот момент, когда грянула музыка. Многие пары тут же принялись кружиться по залу, а остальные, чтобы не мешать танцующим, отошли к стенам зала.

— Потанцуем? — герцог не спрашивал. Он утверждал. А потому Марии Степановне ничего не оставалось, как подать руку галантному кавалеру и позволить закружить себя в танце.

В промежутках между танцами ведьма увидела Василису в знакомом розовом платье. Девушка кружилась в танце со статным юношей. Их пара так танцевала в центре зала, что все присутствующие не могли оторвать от них восхищённых взглядов. Время летело незаметно, но когда в зале начал гаснуть свет, гости сразу поняли, в чём дело.

— Сейчас, — прошептал Олгед, вновь прижав к себе ничего не понимающую ведьму.

Когда свет полностью погас, в центре зала появилась чаша, покрытая льдом. Она чуть приподнялась, и на её поверхности появился кристалл необычной формы. Он словно висел в воздухе и переливался всеми оттенками голубого и серебристого.

— Что это? — шёпотом спросила мисс Воробей.

— Ритуальная чаша истины, — так же шёпотом ответил Олгед.

— А зачем она? Что она делает?

— Скоро всё увидите, если, конечно, сработает. Смотрите, — герцог заставил ведьму перевести взгляд на ректора. Но Мария Степановна всё равно упустила тот момент, когда тот подошёл к ритуальной чаше.

Над залом раздался грудной голос Раннвиля:

— Будет снегом всё покрыто в города и сёлах,

Холод с ветром победят, накрывая стужей.

Корки льда сковали души у драконов мира,

С каждым годом всё сильней каменеет сердце.

Но придут однажды к нам чужие девы

И растопит их любовь души у драконов.

В тот же миг уйдёт зима, холода отступят

Снег растает навсегда! Здравствуй, тёплая пора!

В тишине низкий голос ректора звучал завораживающе. В то время как мужчина зачитывал ритуальное заклинание, лёд внутри чаши начал распадаться на мелкие снежинки, которые поднялись под самый потолок и, покружив там какое-то время, опустились на головы гостей. Все наблюдали за происходившим с открытыми ртами.

Мария Степановна обратила внимание, что некоторые снежинки, не достигая головы людей, меняли цвет. Олгед и мисс Воробей синхронно подняли головы вверх. Пара с удивлением обнаружила, что над ними зависла невероятной красоты снежинка и, спускаясь всё ниже и ниже, стала распадаться на мелкие звенья, которые создавали своего рода браслет. Спустя мгновенье это яркое свечение вспыхнуло на запястьях рук пары из Имандро и стало впитываться в кожу.

— Ммм, — зашипела мисс Воробей. — Как же больно!

Ритуальное представление закончилось, и свет начал вновь загораться. Тишина длилась недолго. Как только все поняли, что ритуал закончился, в зале начался шум и гам. Говорили все и сразу. Со всех сторон слышались выкрики, что ничего не получилось, и ритуал вновь не сработал.

— Я не буду твоей парой! — Мария Степановна обернулась на крик и увидела знакомую белокурую драконицу, что была у ведьмы сегодня в гостях.

— Ты уже ею стала! — мужчина держал Анью за руку и не отрывал от своей спутницы восхищённого взгляда.

На руках у спорящей парочки ведьма увидела одинаковые татуировки. Мисс Воробей подняла бирюзовые глаза на мужчину, стоявшего рядом с ней. Одновременно взгляд Олгеда переместился на её кисть. Ведьма тут же заметила татуировку на своём запястье.

— Не может быть! — мисс Воробей в этот момент осознала всю глубину своего попадания.

— Может, — Олгед попытался обнять Лесную хранительницу, но в руках мужчины оказался только воздух. Голубое платье его перепуганной спутницы мелькнуло где-то на выходе из бального зала.

Глава 19

Мария Степановна бежала по длинному коридору, и её светлые волосы, до этого уложенные в причёску, развивались на ветру. Ведьме казалось, что герцог преследует свою беглянку и вот-вот схватит за руку. Ошарашенная Лесная хранительница бежала без остановки, но знала, что силы на исходе и скоро ей придётся остановиться. Вдруг мисс Воробей вспомнила про свой магический дар и решила создать иллюзию самой себя, чтобы запутать преследователя. С помощью магии ведьма сотворила свою точную копию, которая помчалась в противоположную сторону, а настоящая Мария Степановна притаилась за колонной и стала ждать. Вскоре Олгед пронёсся мимо, так и не заметив её. Мария Степановна с облегчением вздохнула и вышла из укрытия, чтобы отправиться в гостиницу.

— Мисс Воробей, — ведьма внезапно услышала голос своей компаньонки. — Что случилось?

Ведьма обернулась и увидела идущую к ней Элен.

— Нам надо срочно уйти отсюда! — Мария Степановна стала опасливо осматриваться по сторонам. — Немедленно! Иначе он меня заберёт к себе!

— Кто заберёт? Что произошло? — не понимала свою хозяйку Элен.

— Олгед! Вот, смотри!

Лесная хранительница подняла руку и показала татуировку, опоясывающую тонкое женское запястье. Элен ахнула.

— Ритуал сработал? — лесная жительница осматривала необычный рисунок с неподдельным интересом.

— Да! — негодовала ведьма. Подхватив подол своего роскошного платья, мисс Воробей направилась к выходу, таща за руку Элен. — Я, видите ли, истинная пара этого мерзкого дракона! Зачем он мне нужен?

— Отлично! — Элен внезапно остановилась и злобно прошипела. — Это же просто замечательно!

— Что замечательно? — от неожиданности Мария Степановна споткнулась, наступив на юбку своего вечернего наряда. Ведунья с недоумением посмотрела на свою помощницу. — Что мы с герцогом пара?

— Конечно! Это даже лучше, чем я предполагала! — Элен раскрыла ладонь и что-то дунула в лицо Лесной ведьме.

Олгед метался в поисках своей избранной ведьмы, исследуя все коридоры и аудитории Драконьей академии, а бездыханное тело Марии Степановны двое мужчин унесли сквозь одноразовый портал, который практически невозможно отследить. Похитители так спешили, что не заметили, как с руки Лесной хранительницы на пол упало несколько драконьих чешуек.

Мария Степановна через некоторое время открыла глаза. Сколько она была в отключке? Темнота вокруг была такой плотной, что, казалось, её можно разрезать ножом, если бы такой оказался у ведьмы с собой. Сквозь маленькое окошко под потолком был виден кусочек неба и то, что туча закрыла луну и звёзды. Женщина попыталась сосредоточиться и приподняться с холодного пола. Ведьму бил озноб. Бальное платье было плохим обогревателем в холодной темнице. Воздушные кружевные ткани не грели, а женские запястья неприятно морозили какие-то металлические браслеты. Ночной зимний холод быстро пролез под шёлковое одеяние, прогоняя оставшиеся крохи тепла. Холод хватал свою жертву за ноги, словно собака, получившая долгожданный ужин, пробежался ледяными пальцами по рёбрам, заставляя задыхаться. Мисс Воробей с трудом, но встала. Ноги были очень слабы, в голове шумело, а перед глазами бегали какие-то белые мушки. Внезапно туча освободила из своего плена хозяйку ночного неба, и лунный луч проник в темницу. Мария Степановна осмотрела камеру, насколько ей позволил скудный лунный свет. Каменные стены, железная решётка. Солома в углу, судя по запаху — свежая. Ни лежанки, ни стула, даже отхожего места не было. Несчастная обошла камеру по кругу, придерживаясь одной рукой за холодный камень стен.

— Думай. Думай. Думай, — шептали посиневшие губы продрогшей Хранительницы.

В тишине тюрьмы ведьма услышала странные всхлипывания и тяжёлые вздохи. Внезапно раздался страшный душераздирающий крик. Мисс Воробей определила, что справа, где-то совсем рядом, кричал мужчина.

— Кто здесь? — обнимая холодную железную решётку, в темноту коридора прокричала пленница.

Ответом на крик была тишина. Гробовая, навевающая ужас и страх. Сколько прошло времени с того момента, как Мария Степановна открыла глаза в этом грязном подземелье, она не знала. Чтобы не сойти с ума от страха, заключённая решила сосредоточиться на изучении места своего заточения. Конечно, в полумраке это было нелегко сделать, но ведьма не теряла надежды и прощупывала камешек за камешком, стенку за стенкой.

— Напрасно всё это, — внезапно откуда-то сбоку, из темноты соседней камеры, прохрипел мужской голос. — Вы ничего не найдёте. Не тратьте попусту силы.

Ведьма метнулась к левой решётке, которая исполняла роль стены между двумя камерами.

— Кто здесь? — вновь прокричала Мария Степановна, просовывая сквозь железные прутья тонкие руки и пытаясь ухватить невидимого собеседника. — Где мы? Кто здесь?

— Зачем кричите? — в темноте соседней камеры вновь послышалось кряхтенье. — Новенькая?

Мисс Воробей в испуге отшатнулась от чёрных прутьев, когда вокруг её кистей сомкнулись костлявые пальцы, обтянутые наждачной бумагой вместо кожи. Неизвестный мужчина жадно втянул носом затхлый запах темницы.

— А ты пахнешь драконом и свободой. Из крылатых, что ли? Как это они смогли тебя одурачить? — хватка ослабла, когда ходячий скелет из соседней камеры увидел испуг на лице красавицы в бальном платье. — Да ты не пужайся, я не причиню тебе вреда. Просто давно сижу здесь, одичал, поди.

— Давно? — преодолевая страх и неприязнь, ведунья приблизила своё лицо к говорящему. — Вы здесь давно?

— Ну так, кто же его знает, — месторасположение несчастного, скрывавшегося в тени, выдавал резкий запах немытого тела и нечистот.

— А как Вас зовут? Вы имя своё помните? — допытывалась ведьма.

Ответом на этот простой вопрос послужил громкий нездоровый смех, словно за решёткой находился пациент больницы для душевнобольных.

— Всё это не имеет значения! — хохоча, кричал пленник в соседней камере. — Мы все умрём! Мы всё равно все умрём!

Крик сменился плачем, а потом и вовсе стих.

— Его зовут Альв, — внезапно пояснил ещё один узник, находившийся в камере напротив места заключения Марии Степановны. Их каменные апартаменты разделял широкий коридор. — Раньше он был самым лучшим охотником в нашей лесной деревне.

— О, он из деревни Джулии и Элен? — приободрившись, радостно проговорила Лесная хранительница.

— Ты знаешь мою дочь? — мужской голос стал громче, а грохот железных прутьев говорил о том, что задавший вопрос подошёл к двери своей камеры.

В подземелье было так темно, что Мария Степановна не могла рассмотреть того, кто с ней говорил. Ведьма видела только два горящих красных огонька.

— Вы оборотень? Джон? — Хранительница внезапно догадалась, что это пропавший муж Элен.

— Ты знаешь мою дочь? Что с ней? Она жива? — голос говорившего искрил от нетерпения.

— Джулию? — поспешно ответила на вопрос ведьма, услышав рычание мужчины в камере напротив. — Да, Ваша дочь мне помогает в лесу. Очень хорошая девочка, — мисс Воробей хотела разобраться с тем, что происходит в этом вонючем подземелье. — И Ваша жена Элен тоже мне очень помогла.

— Ты издеваешься? Да? Это шутка такая? — гневно прокричал оборотень. — Элен тебе помогла сюда попасть! Неужели ты ничего так и не поняла?

— Нет. А что я должна была… — Мария Степановна замолчала на полуслове, пытаясь «переварить» услышанное. Обрывки воспоминаний потихоньку стали складываться в цельную картинку.

— Элен всегда хотела быть Хранительницей леса, — глаза говорящего незнакомца сверкали, словно угольки. — Но Звенящий лес её не призывал. Когда я понял, что жена меня не любит, то хотел уйти, но струсил и остался. Я всё равно продолжал жить с ней, ведь у нас росла дочь. Но судьба, как видите, распорядилась иначе.

— Я ничего не понимаю, — Мария Степановна пыталась выстроить цепочку событий. — Элен сказала, что её муж погиб.

— И моя дочь тоже так говорила?

— Нет, Джулия продолжала ждать.

— Моя кровь, — в голосе Джона прозвучала гордость.

— Вы сказали, что Элен Вас не любила, — Мария Степановна повернула русло разговора туда, куда ей было необходимо. — С чего Вы так решили? За всё время, что Элен общалась со мной, я ни разу не слышала ни одного плохого слова от неё про Вас.

— Ну, наверняка и хорошего-то мало слышали? — ведьма не видела, но отчётливо слышала в голосе говорившего иронию. — Всё просто. Он сама мне об этом сказала. Когда мы поженились, у нас была замечательная семья. Элен выбегала мне навстречу, когда я возвращался с охоты. Дома меня всегда ждала тёплая еда и тихая спокойная семейная радость. Но со временем я стал замечать холодность, появившуюся в наших отношениях.

— Может, стоило спросить у Элен? — Лесная хранительница открывала свою помощницу с новой стороны.

— Я спрашивал, но ни разу не получил нормально ответа. Элен всё время ссылалась на свою занятость и уходила от разговора. Потом родилась Джулия. Я так радовался появлению дочери, что упустил тот момент, когда жена полностью отдалилась от меня.

— А что произошло потом?

— Через полгода после рождения Джулии я увидел, что моя жена всё больше и больше погружается в изучение магии. Мне всё чаще и чаще в руки стали попадаться книги по тёмной магии. На все вопросы Элен отвечала, что хочет стать достойной такого мужа, как я. Мол, у сильного оборотня должна быть выдающаяся женщина.

— А раньше она так говорила?

— Никогда. Потом я всё реже и реже стал видеть Элен дома. А когда мы были вместе, она всегда была чем-то раздражена. Я видел, что крошка Джулия её раздражает.

— Вы, наверное, говорите о какой-то другой женщине! — воскликнула Мария Степановна. — Та Элен, которая мне помогала, с обожанием смотрела на свою дочь! Такую любовь во взгляде невозможно подделать!

— Поверьте мне, мисс, эта женщина может быть прекрасной актрисой. Уж я-то это знаю. Я ведь тоже не сразу понял, почему она вышла за меня замуж, дурак влюблённый!

Джон внезапно замолчал и ушёл в глубину своей тёмной камеры, показывая, что разговор окончен. Подождав немного, Мария Степановна поняла, что больше ничего не услышит от таинственного оборотня. От безысходности женщина села на солому и задремала, прислонившись к холодной стене. Разбудил ведьму стражник. Он принёс еду: хлеб и воду. Когда стражник пришёл во второй раз, его сопровождал высокий мужчина. Уверенная походка, расправленные широкие плечи. Глаза ведьмы округлились от удивления, когда она узнала в вошедшем министра обороны Имандро.

— Сэр Теодор! О, это Вы! Это я, Мария Степановна. Вы пришли спасти нас? — с надеждой прокричала пленница, вскакивая со своего места.

Теодор в нарядном военном мундире подошёл к решётке, заложив руки за спину. Начищенные лакированные туфли остановились в паре сантиметров от камеры ведьмы. Статный военный окинул темницу пренебрежительным взглядом, снисходительно посмотрел невольницу.

— Мисс Воробей! Дорогуша! При всём моём уважении к вам, это невозможно. Поймите, ведь Вы — ключ к герцогскому трону Имандро, — ведьма попыталась ухватить Теодора за руку, но министр сделал шаг назад, и рука Марии Степановны схватила лишь воздух. — Вы же взрослая женщина и всё прекрасно понимаете. Мы не можем позволить, чтобы Вы жили. Ничего личного.

— Ничего личного? — ведьму злило заключение в темнице. Но ещё больше её злило собственное бессилие. — Я всего лишь Лесная ведунья. Зачем я вам? Отпустите меня.

— О, здесь вы ошибаетесь, — улыбнулся министр. — Вы Избранная нашего высокоуважаемого Олгеда. Умрёте Вы — умрёт он. А я уж позабочусь о том, чтобы моя дочь на правах невесты герцога заняла престол.

Сделав непонятный знак рукой охраннику, министр повернулся к собеседнице спиной и неспешным уверенным шагом покинул коридор темницы. Мария Степановна вздрогнула, когда внезапно лязгнула решётка, и дверь в камеру ведьмы отворилась.

— Даже не надейся применить своё колдовство, — стражник больно пихнул в спину мисс Воробей, показывая, что ей необходимо покинуть вонючую камеру. — Твои наручники антимагические. Шуруй давай, вперёд.

— Чёрт бы тебя побрал! — со всей своей злостью прорычала ведьма, выходя в коридор.

Мария Степановна не собиралась показывать свою ярость, но поступок стражника вывел её из себя. В руках провожатого горел факел, освещая путь небольшой процессии. Ведьма отметила про себя, что коридоры подземелья были большие, тёмные, сырые и неприятные. Пленница то и дело пригибалась, уворачиваясь от паутины, свисавшей с потолка.

— Какие люди к нам пожаловали в гости! — Элен, восседавшая на высоком стуле, открыто язвила. — Неужели сама Лесная хранительница снизошла до нас, убогих?!

Ведьма решила не отвечать на провокацию. Марию Степановну грубо толкнули и насильно посадили на невысокий стул, стоявший в центре мрачной комнаты. Бывшая помощница сделала несколько жестов, и руки и ноги пленницы тут же опутали ремни, лишая её возможности двигаться. На голову ведьмы водрузили металлический колпак, украшенный железным ромбом. Элен держала в руках похожий головной убор.

— Хочешь, расскажу, что сейчас произойдёт? — и не дожидаясь ответа, злодейка продолжила: — Это устройство поможет мне овладеть твоей магической силой. Так же, как я отобрала магию у своего полуживого муженька и его охотников.

Элен села в своё кресло, водрузила колпак-шлем себе на голову и закрыла глаза. Губы женщины забормотали что-то, и Мария Степановна почувствовала, как резкая боль пронзила её. Казалось, что тело разлетается на мельчайшие кусочки, а голову пробивают топором. Мисс Воробей крепилась, сцепив зубы. Враги не должны знать о том, как ей сейчас больно и тяжело. Не в силах больше сдерживаться, ведьма, наконец, спустя полчаса мучений, потеряла сознание.

— Почему ничего не получилось?

Гневный крик Элен вернул Лесную хранительницу в реальность. Сквозь странную пелену, словно отключившую громкость, Мария Степановна слышала, что её бывшая помощница чем-то недовольна. Ведунья попыталась открыть глаза. Картинка расплывалась. Сфокусировав зрение, мисс Воробей увидела, как разгневанная Элен размахивает своим головным убором перед растерянным лицом министра обороны.

— Наверное, шлем сломался, — попытался успокоить обозлённую жительницу леса сэр Теодор.

— Почему ко мне не перешла магия этой твари? — и разъярённая Элен ткнула пальцем в сторону прикованной пленницы. — Всё должно было получиться! Я должна была стать Лесной хранительнице! Я!

Голос жительницы лесной деревни стучал набатом в голове Марии Степановны, вызывая новый приступ тошноты и боли.

— Фиг тебе, а не Звенящий лес! — выдавила из себя полуживая мисс Воробей. — Даже деревья понимают, какая ты внутри. Даже сосны понимают, какое у тебя сердце.

— И какое же оно? — с вызовом и яростью прошипела Элен, приблизив своё лицо к лицу ведьмы.

— Гнилое! — не замечая опасности, сказала Мария Степановна, словно выплюнула слова в лицо своему врагу.

— Да много ты понимаешь! — прошипела возмущённая Элен и ударила Воробей наотмашь. — Разве ты можешь понять? Знаешь, как мерзко жить с нелюбимым мужем, которого тебе навязали? Он, видите ли, оборотень из семьи старосты! А мне-то что? А этот ребёнок? Ненавижу! Смотрю на неё и понимаю — ненавижу! Убила бы своими руками, да муж не давал! Потом ещё и ты появилась. Опять мне помешала! Теперь-то я со всеми поквитаюсь!

— За что ты так ненавидишь своё дитя? — Мария Степановна пыталась понять свою помощницу.

— Да она мне всю жизнь сломала! До её рождения никто не смел мне сказать, что я недостойна своего мужа. Да, я не особо его любила, но считала, что лучше уж быть невесткой старосты, чем невесткой обычного охотника. Но вот родилась эта ущербная. Долгожданная. Неспособная к обороту. И началось! Косые взгляды, перешёптывания за моей спиной.

— Элен, в том, что Джулия не может обернуться, нет чьей-либо вины, — Лесная хранительница пыталась вернуть прежнюю милую Элен.

— Есть! — Элен была похожа на сумасшедшую: алые щёки, горящие глаза. — Это полностью вина этого недооборотня. Этой Джулии, будь она неладна! А потом я услышала, как свёкор договаривается о новой свадьбе своего сына. А сын-то у него был один. Мой муж! Так мой простофиля Джон взял и отказался быть старостой деревни! Я решила, что стану хозяйкой Звенящего леса, и тогда уж я бы этому старосте показала! Ну, ничего! Я сейчас верну должок! Всем разом отомщу!

В полумраке комнаты пленница видела, как у Элен гневно сверкнули глаза, а руки начали делать непонятные движения. Прикованная ведьма почувствовала, как её что-то начинает медленно душить. Глаза Марии Степановны расширились от увиденного. Женщина не успела подумать, не успела ничего осмыслить.

— Думаете, раз я живу в деревне, да прислуживаю Лесной хранительнице, то ничего не умею? — от движений Элен воздух начал вибрировать и сгущаться. — Я вам всем ещё покажу! Как же долго я ждала признание этого прокля́того Звенящего леса.

Воздух начал наполняться зловониями, которые постепенно проникали в лёгкие Марии Степановны, раздражая и без того сдавленное горло.

— Я, как дура, учила эти проклятущие ритуалы. Избавилась от предыдущей ведьмы и ждала. Ждала моего признания. Спалю этот лес! Ни пенька не оставлю! А вместо того, чтобы отдать силы мне, этот ненавистный лес выбрал тебя! — палец больно ткнул в грудь пленницы. — Тебя! — переходя на визг, закричала Элен. — Непонятно откуда взявшуюся приблудную ведьму!

Мария Степановна не слушала свою служанку. Ведьму прошиб холодный пот, словно на секунду замершее сердце вновь учащённо забилось. Невидимые шторы опустились Лесной хранительнице на глаза, сужая мир до чудовища, стоявшего напротив. Оно смотрело так же, как человек: широко и открыто. Непонятное страшилище стояло, тяжело дыша, брызгая вонючей слюной. Его кривые длинные пальцы сжались в кулак. Медленно, еле сдерживая напряжение, разрывающее каждую мышцу, оно двинулось на связанную ведьму.

— Теперь я буду хозяйкой Имандро! Я! — раскинув руки в стороны, хохотала Элен, словно обезумев. — Я! И никто мне больше никогда не помешает!

Последнее, что увидела Мария Степановна, был кулак демона, схватившего и поднявшего тело пленницы. Сознание сжалилось над Марией Степановной и благополучно покинуло её. Ко рту демон поднёс бездыханное тело Лесной хранительницы.

Глава 20

Элен любовалась всем происходившим в сырой темнице с нескрываемым превосходством, получая удовольствия от созерцания этой странной картины. Вчерашняя служанка наблюдала за тем, как демон поднёс ко рту потерявшую сознание ведьму.

— Нет, так дело не пойдёт, — Элен встала со стула. — Надо привезти эту тварь в чувство.

Чудовище посмотрело на свою госпожу с удивлением, но послушалось приказа. Всё ещё держа на весу стул с привязанной к нему ведьмой, демон немного потряс рукой. Было видно, как свободно болталась голова Лесной хранительницы. После встряски Мария Степановна открыла бирюзовые глаза. Испуганный взгляд выдал ужас в душе Лесной ведуньи. В лицо связанной невольницы ударил мрак дыхания и гниющей плоти. Пальцы демона смяли ткань, а когти царапнули по спине.

— Что тебе от меня нужно? — хрипло прошептала Мария Степановна.

— Не ему, — надменно ответила откуда-то снизу Элен. — Не ему, поверь мне, дорогая, не ему.

Демон после этих слов расплылся в жуткой улыбке. Губы, словно прорезанные острой бритвой, растянулись, обнажая четыре ряда зубов-клыков.

— Ешь, давай её, — нетерпеливо скомандовала Элен.

— Немедленно отпусти её!

На этот окрик откуда-то сбоку обернулись все находившиеся в комнате. Мария Степановна дёрнула головой, чтобы проверить — не почудилось ли ей.

Нет, вот он. Олгед. Стоит, спохватился, пришёл.

Разумеется, демон не стал исполнять приказ дракона. Да Олгед и не надеялся на это. Герцог бросился к чудовищу и, поднявшись в воздух, вырвал мисс Воробей из лап магического убийцы. Плавно опуская женщину вниз, дракон успел освободить одну руку Лесной хранительницы. Недовольный демон со звериной яростью бросился на Олгеда.

Этот монстр воевал не один. Элен стояла на месте и с помощью магии придавала убийце сил. Каждый раз, когда Олгед нападал на демона, Элен усиливала передачу магической энергии чудовищу.

Удар под дых, и Мария Степановна наблюдает за тем, как Олгед впечатался в каменную стену и упал на пол, словно мешок. Лесная ведьма, полностью освободившись от пут, бросилась к своему дракону. Действуя на рефлексах, Мария Степановна стала вливать в своего избранника лекарскую магию.

— Эй, так тоже дело не пойдёт! — недовольный окрик Элен слился со звуком битвы и рыком чудовища.

Демон, повинуясь приказу, вновь схватил ведунью и попытался завершить начатую трапезу.

— Отпусти меня, — шептала из последних сил Лесная хранительница, но чудовище и не думал повиноваться.

— Видишь, Мария Степановна, как всё удачно складывается! — вчерашняя служанка предвкушала скорую победу. — И тебя изведём, и твоего дорогого дракона уничтожим. А эти деревенские думали, что охотников заманивает Снежный Призрак. А знаешь, кто эту идею подсказал? Я! А что? Мне эти страшилки были только на руку.

— Тебе всё равно не стать правителем Имандро! — зло прошипела Мария Степановна. — Теодор хочет посадить на трон свою дочь.

Лесная хранительница бросила прощальный взгляд на лежавшего на полу Олгеда. У него не было оружия, ведь дракон на бал собирался, а не на кровавые разборки. С удивлением ведьма заметила, что из-за спины герцога выглядывали белые крылья, а вместо ногтей выступали когти. Неожиданно Олгед открыл голубые глаза и нашёл взглядом свою Избранную. Мария Степановна успела прочитать в этом внезапном взгляде и ярость, и злость, и желание уничтожить похитителей его долгожданной Избранной.

— Предыдущие сдались очень быстро, — внезапно прохрипел демон прямо в лицо ведьме, обдавая мисс Воробей слюной и удушающим запахом. — С ними было легко и… скучно.

— С нами тебе точно скучать не придётся! — вскочивший дракон действовал с молниеносной скоростью.

Сначала полоснул когтями по горлу Элен, а затем толкнул в спину демона, вызвав у этой громады лишь гортанный смех.

— Попрощайся со своей Избранной, — проговорился демон, не выпускай Марию Степановну из своих рук.

Уродливые лапы небрежно отбросил Олгеда. Дракон, отлетая к стене, запустил внутренний механизм. Мужчина действовал на каких-то своих военных или звериных инстинктах. Его руки во время полёта успели сотворить боевой магический шар. Реакция дракона была феноменальной, поэтому Олгед успел не только создать, но и выпустить эту огненную сферу. Лесная хранительница с ужасом наблюдала, как шар срезал, словно ножом, голову ненавистного чудовища.

Монстр пошатнулся и безжизненно рухнул на пол. Пленнице повезло упасть сверху на своего мучителя. Тишина, сменившая грохот сражения, давила на уши. Ведьма осторожно, стараясь не касаться туши чудовища, спустилась с демона. Мария Степановна в слезах упала на колени перед телом своего дракона. Женщина смотрела на герцога и удивлялась себе и своим поступкам. Зачем она тогда сбежала с бала? Почему не осталась вместе с Олгедом в Академии? Возможно, тогда он был бы жив и невредим.

Мария Степановна проводила рукой по белым волосам герцога, наслаждаясь тем, как они струятся сквозь тонкие пальцы. Женщина смотрела, как падает тень от ресниц на его высокие скулы. В очередной раз наклонилась к грудной клетке герцога. Прислушалась.

Нет, сердце Олгеда молчало. Камзол дракона был мокрым от слёз Марии Степановны, а её тело замёрзло и занемело от неудобной позы на полу темницы. Гробовую тишину подземелья нарушали тихие всхлипы мисс Воробей. Иногда женщина поднимала голову, смотрела затуманенным взором на лицо мужчины, что пожертвовал своей жизнью ради её безопасности, и вновь заливалась безудержными рыданиями.

— Если Вы собираетесь постоянно лежать на моей груди, то я за. А если собираетесь стирать мои вещи в своих слезах — то я категорически против, — внезапно произнёс Олгед и притянул к себе ничего не понимающую ведьму. Мужчина, наконец, исполнил то, о чём давно мечтал — Олгед поцеловал Марию Степановну.

И для этих двух всё остальное стало неважно. Только они, только их эмоции и ощущения, только стук дорогих сердец. Дракон внутри Олгеда радовался, что когда-то подарил хозяйке Звенящего леса браслет со своими чешуйками. Ведь именно благодаря этому украшению герцог смог найти местонахождение своей Избранной.

Глава 21

Если Олгед думал, что после его героического поступка и освобождения Марии Степановны из темницы, ведьма с радостью примет его предложение, то он ошибся. Когда ведунья работала в замке, она всё так же приходила на обед в общую залу.

— Я не собираюсь за Вас замуж, герцог, — мисс Воробей в очередной раз отказала правителю Имандро. — Тем более, у Вас есть невеста.

— Мария Степановна, прекратите артачиться! — дракон злился, ведь его Избранная отказывалась признавать очевидные вещи. — Татуировки на наших запястьях показывают, что моей невестой являетесь Вы!

— Татуировки на наших запястьях показывают, что у нас есть татуировки! — парировала ведьма.— И больше ничего они не обозначают!

— Почему Вы так говорите? Вы же чувствуете, что в Имандро возвращается магия?

— Чувствую, — каждый раз соглашалась ведьма. — Но и это ничего не меняет. Если бы Вы были моим Избранным, то я бы испытывала к Вашей персоне определённые чувства!

— Хотите сказать, что Вы ко мне ничего не чувствуете?

— Чувствую!

— Вот! — герцог радостно стукнул по столу кулаком. — Видите? Значит, мы с Вами избранная пара.

— Я не те чувства к Вам испытываю. Вы уж меня простите за прямоту, но я не понимаю, как можно полюбить такого надменного и самоуверенного нахала и эгоиста? Ведь Вы же только о себе и думаете!

— Неправда! Я очень часто думаю о Вас!

— А о своих подданных? О них Вы часто думаете? А иногда стоит возвращаться к своим обязанностям правителя.

Мария Степановна встала из-за стола и покинула комнату. Лесная хранительница немного лукавила. Конечно, герцог был ей интересен, и его предложение льстило. Но… Было несколько «но».

Ведьма уговорила себя, что пока не построена школа, ей нельзя оставлять Звенящий лес и лесную деревню без хозяйки. А если мисс Воробей станет герцогиней, то заниматься обязанностями Лесной хранительницы будет некогда.

А Джулия? Элен и Джон оказались настоящими Избранными друг для друга, а потому со смертью Элен Джулия стала круглой сиротой. Разве можно было оставить её одну? Тем более, из плена вернулся её жених, и девочка с мятными волосами готовилась стать невестой. Мария Степановна со слезами на глазах наблюдала за тем, как её помощница любовалась своим отражением.

— Мария Степановна, смотрите, какой меня аккуратный носик! — восхищённо кричала девушка, когда оборот стал постепенно сходить.

— Ты у нас красавица! — ведьма обнимала свою кошечку, искренне не понимая, как могла мать не любить такого прелестного ребёнка. — Магия возвращается, и скоро ты сможешь входить в полноценный оборот. А пока ты не научилась управлять своей второй сущностью, нам надо тренироваться. Будем учить тебя.

Деметрий показывал своей невесте, как правильно «схлынуть». Как объяснил оборотень, это умение по своему желанию выводить наружу вторую сущность. Мария Степановна и молодой кот-оборотень сразу подружились. Особенно нравилось Лесной хранительнице, как Деметрий относился к Джулии. Даже со стороны было видно, что эти двое любят друг друга: ведь у них тоже были парные браслеты-татуировки на руках.

Третья причина, по которой мисс Воробей не соглашалась принять помолвочное кольцо герцога, была очень важной. Мария Степановна всё-таки решила построить школу для деревенских детей. Она обдумывала план здания, режим работы. Но наибольшие затруднения у неё вызывал вопрос подбора кадров.

— Где взять учителей в школу? — Мария Степановна часто рассуждала вслух. — Среди деревенских все безграмотные, а меня одной и на работу в лесной хижине и на работу в школе не хватит.

— А Вы создайте своего двойника, как тогда, в Академии, — подсказала Джулия, в очередной раз выслушивая причитания своей хозяйки.

— Детка, двойник не может мыслить, — развеяла надежды юной помощницы мисс Воробей. — Да и недолгий это облик. Пять-десять минут и всё, рассеивается двойник.

Каждое утро над лесной хижиной кружил прекрасный белоснежный дракон. Каждое утро Олгед просил согласия у ведьмы. И каждое утро Мария Степановна отказывала герцогу. Дракон улетал, а ведьма себя ругала за то, что в очередной раз струсила.

После очередного отказа Мария Степановна стояла на крыльце и наблюдала за тем, как белоснежный крылатый красавец улетал, постепенно превращаясь в маленькую точку на небосклоне.

— Если сожалеешь, то зачем отказала?

Этот звонкий голос ведьма узнала сразу.

— Делия! Какими судьбами? Проходи в дом, попьём чаю, и ты мне всё расскажешь, — пригласила свою гостью мисс Воробей.

— О нет, это ты мне всё расскажешь, — Делия выглядела сердитой.

Чаепитие — особый ритуал, а главная его составляющая — общение. Этим и решила воспользоваться феечка, которая была крайне обеспокоена поведением своей подопечной.

— Мария Степановна, что же ты творишь? — Делия начала разговор как опытный дипломат, надеясь разобраться в чувствах ведьмы. — Я тебе дала второй шанс, новое тело и Избранного. А ты?

— А я не могу за него замуж выйти! — вспыхнув, ответила Мария Степановна. Но потом внесла поправочку: — Сейчас. Мне столько ещё надо сделать.

— Кто хочет, тот ищет возможности. А кто не хочет, тот ищет причины. — Делия видела Лесную хранительницу насквозь. — Ты же понимаешь, что это отговорки?

Мария Степановна понимала, но ничего не могла поделать со своим страхом. Она боялась, что Олгед её обманет, что ей придётся расстаться со своей независимостью. А ещё она хотела, но боялась рожать детей. Своими страхами ведьма поделилась с Делией.

— Твои страхи очень сильно мешают тебе наслаждаться жизнью, — фея не поддержала опасений своей подопечной. — Ты понимаешь, что время идёт? Да и моё наказание из-за твоих беспочвенных страхов никак не закончится. Желание-то твоё не исполнено? Нет… То-то и оно… Надо придумать, как развеять твою панику.

— А вдруг я соглашусь стать женой Олгеда, а он меня потом предаст? — Мария Степановна находила всё новые и новые доводы.

— А ты дай ему возможность проявить себя.

— Как? Он мне, что, коренья будет перетирать на микстуры?

Мисс Воробей громко рассмеялась, лишь только представила эту картину: Олгед в фартуке, со ступкой в руках.

— Можно и коренья, но лучше герцога использовать по полной, — Делия коварно улыбнулась. — Есть у тебя какая-нибудь проблема, над решением которой ты сломала голову?

— Есть, конечно.

И Мария Степановна поделилась с феей своими соображениями по поводу лесной школы для деревенских детей.

— Отличная задумка, — фея похвалила ведьму. — Вот завтра прилетит твой дракон в очередной раз просить твоего согласия, а ты, как в русских народных сказках, скажи: мол, выйдешь за него замуж, если герцог выполнит твоё желание. И я тебя прошу, не затягивай ты со свадьбой. Жуть как мне хочется свободы!

Делия улетела, а мисс Воробей всю ночь репетировала диалог с герцогом. Во сне. Проснулась утром, взглянула на себя в зеркало и ахнула: глаза красные, под глазами чёрные круги. Как теперь дракона встречать?

— Джулия, скажи этому настырному, что я не выйду сегодня к нему, — ведьма пряталась за дверью своей спальни. — Передай, что я себя неважно чувствую.

Как только помощница передала герцогу слова своей госпожи, дракон сорвался с места и ураганом ворвался в спальню Лесной хранительницы.

— Что с Вами? Вам нездоровится? Что болит?

Олгед тревожно осматривал ведьму, пытаясь понять причину её недуга.

Ведьма от такого напора совсем растерялась.

— У меня ничего не болит, — успокаивала она дракона.

— Я же вижу, что Вы меня обманываете. Вон, у Вас глаза красные. А если бы Вы согласились стать моей женой, то в замке бы мы разобрались с Вашим здоровьем. Я вновь повторю свой вопрос. Вы выйдете за меня замуж?

Мария Степановна тяжело вздохнула и решила последовать совету Делии.

— Я выйду за Вас замуж, — ответила мисс Воробей после небольшой паузы, наблюдая за ошарашенным лицом дракона. — Но при одном условии.

— Всё что угодно.

— Вам необходимо построить школу для деревенских детей и обеспечить её учителями.

— Всего-то?

Олгед вздохнул с облегчением, словно с его плеч сняли тяжёлый груз. А ещё дракон в очередной раз восхитился своей Лесной хранительницей. Мария Степановна снова показала, что она озабочена жизнью простых граждан.

Школу построили, учителей нашли, и уже через два месяца за парты уселись первые ученики. Мария Степановна нашла из деревенских жительниц директора для школы.

Пока Лесная хранительница контролировала процесс постройки и отделки здания для школы, Олгед распутывал заговор у себя в замке. В процессе расследования герцог выяснит, что министр Теодор и его дочь Аделаида травили своего правителя, подмешивая Олгеду в еду зелье, которое сварила Элен. Правда, раскаяние Теодора будет предсмертным. До суда в замке они с дочерью не доедут.

В своей причастности к заговору признался и Акарос, когда его карету, покидающую Имандро, на границе остановили стражники.

После того как школа начала работать в штатном режиме, герцог, наконец, убедил Марию Степановну, что после свадьбы она сможет спокойно выполнять обязанности Лесной хранительницы.

Свадьбу сыграли скромную, пригласив только самых близких. Делия была в числе избранных. Фея, наконец, получила прощение у своей королевы и теперь могла наслаждаться свободой.

Магия возвращалась в Имандро, а это значило, что герцогство будет жить и процветать многие века. Ведь в северных землях будут находиться и создаваться пары избранных друг для друга магически одарённых существ. А это означает одно — мечты Олгеда и Марии Степановны сбывались.

Эпилог

Мария Степановна наблюдала, как Олгед, превратившись в дракона, катал на своей спине их близнецов. От созерцания этой картины у ведьмы сердце наполнилось любовью и нежностью. Глядя на супруга, Лесная хранительница часто вспоминала, как в ту зимнюю ночь пошла к земному озеру. Как озвучила своё желание фее, а та — исполнила произнесённое вслух.

Когда ведьма гуляет по Звенящему лесу, то часто посещает заснеженную полянку, на которой когда-то открыла глаза и поняла, что она в чужом мире.

Сейчас, наблюдая за хохочущей девочкой с мятными волосами, Мария Степановна видела, как счастлива Джулия, что так долго ждала Лесную ведунью. Эта девчушка, такая непонятная и таинственная вначале, стала полноправным членом семьи дракона и ведьмы после всех испытаний. У Джулии с Деметрием чудесная семья. После того как в Имандро наступили добрые времена, оборотень и его девушка сыграли скромную свадьбу. Спустя год у пары родились двойняшки — мальчик и девочка. Эти сорванцы постоянно что-то чудили. У их нянек не было ни секунды покоя. Джулия всё так же помогала Марии Степановне, а Деметрий стал министром обороны герцогства и постоянно был занят обеспечением безопасности государства.

Мария Степановна до сих пор, даже спустя годы, смотрясь на себя в зеркало, не до конца верит, что прелестная особа с внешностью тридцатилетней девушки — это она сама. А пепельные локоны, вьющиеся вдоль спины — особая любовь её супруга. Дракон обожает гладить волосы своей жены, пропуская пряди сквозь свои пальцы. А Мария восторгается своим драконом. И своими детьми. И герцогством, что стало ей родным и дорогим. Ведь именно здесь она обрела счастье. Женщина поняла, что оно заключается в простых вещах: в любви, дружбе, семье и гармонии с окружающим миром. Ведь счастье не всегда приходит извне, оно может быть найдено внутри каждого из нас. Ведьма и дракон учатся ценить каждый момент своей жизни и радоваться маленьким победам.

А Олгед? Этот дракон из клана Ледяных после обретения Истинной изменился настолько, что огонь его огромного сердца растопил стужу, и в королевстве Имандро, наконец, наступило полноценное лето. С купанием в реках и сбором земляники.

В Имандро, где магия и драконы сосуществовали вместе, наступил долгожданный мир. Один из самых могущественных драконов, мудрый и теперь добрый, Олгед, сыграл ключевую роль в установлении мира между людьми, драконами, оборотнями и другими расами.

Олгед приобрёл известность как мудрый правитель, способный находить компромиссы между враждующими сторонами. Он стал наставником для молодого поколения, обучая их искусству дипломатии и сотрудничества. Благодаря его усилиям, королевства Альдера объединились и создали единый совет, который управлял миром и решал споры между народами.

Мир и процветание царили в Имандро, и народы жили в гармонии друг с другом. Драконы стали символом мудрости и силы, а люди и другие расы учились у них терпению и доброте.

Но по ночам ведьме снятся кошмары. В сновидениях Мария Степановна вновь встречается с чудовищем, что так долго вызывали колдуны и маги Имандро. Эти сны выматывают женщину, заставляя вновь испытывать липкий ужас, что сковывает по рукам и ногам, не давая дышать полной грудью. И только тяжёлая рука супруга, да ласковый шёпот дракона, помогают мисс Воробей не потерять рассудок в лабиринтах её кошмаров и напоминают ведьме о том, что рядом всегда находится надёжное плечо.

Наши влюблённые понимают, что счастье — это не конечная цель, а постоянный процесс саморазвития и поиска гармонии с окружающим миром. Они продолжают двигаться вперёд, стремясь к новым вершинам и открытиям, но теперь ведьма и дракон знают, что истинное счастье находится внутри каждого из них. Ведь его мы испытываем тогда, когда усмиряем поток мыслей, желаем добра всем живым существам и проникаемся самим фактом своего бытия. И только тогда, когда рядом с нами наши любимые и родные люди, мы можем расслабиться и насладиться каждым мгновением нашей жизни.