Мисс Июль, или Берегитесь, Генералы!

Пролог

— Ах, ты, сволочь! — рычала я на своего парня и заносила руку со сковородой. — Я ради нашего будущего пашу как лошадь, не жалея сил и времени, а что получаю взамен? Кучу упрёков и твои фривольные мыслишки по поводу моей работы? Тебе перед донаторами не стыдно, что тебя баба содержит, а твоих игровых хватает только на коммуналку оплатить?

— Мне аудиторию надо собрать и запустить «Твич», — не успокаивался Аслан, — а что ты делаешь для меня взамен? Раздвигаешь ноги перед каждым, на кого укажет твой менеджер? Я тебе давно говорил: бросай свою идиотскую затею! Не получится из тебя модели! Ты страшная для этого и дохлая, и лицо у тебя глупое!

— Так какого чёрта ты с такой живёшь? — не выдержала я и запустила в него сковородкой, которую уже минут пять держала в руках. — Чтобы деньги в Москве на хату не тратить? Это моя квартира, я на неё заработала, а ты можешь выметаться и не смей говорить, что о тебе не заботилась. Да, я всё готова была сделать, а ты только и можешь, на диване с пивом лежать и ныть, что твой контент не залетает!

— А то сама не знаешь, — зарычал он в ответ, — не понимаешь, что это не вам, бабам, лифчик напялили и сиськами перед вебкой потряс, и всё тебе, и подписчики, и охваты, и донаты! А тут сиди, из пальца высасывай, первым старайся успеть. Да только где я, и где игроки с папиными карточками и с лутом на лям, а то и больше. Тут, как ни крути, костьми надо лечь, а выбраться. И какого же это узнать, что твоя баба ноги раздвинула и получила и квартирку, и новенькую беху, и отдых на Мальдивах. Что, думала я не узнаю? Ты в проститутки, а не модели подалась!

— Как у тебя, у мерзопакости такой, язык вообще поворачивается, такое мне в лицо говорить? — моему возмущению не было предела. — Я для тебя, чёрт проклятый, пахала денно и нощно. Подарок хотела сделать, порадовать поездкой на курорт. Я весь гонорар за премию «Мисс Июль» спустила, на такого неблагодарного идиота, как ты! Да лучше бы я себе портфолио обновила. Или как Марьяна, сиськи сделала! Так нет же, на тебя, всё в дом. Вот я дура! Собирайся и выматывайся из моей квартиры. Чтобы через час и духу твоего в моей квартире не было!

— Ты вообще понимаешь, что несёшь? — надвинулся он на меня и попытался ухватить за запястье. — Мало того что опозорила меня перед всеми, начав раздвигать ноги перед кем попало, так теперь ещё и упираешься. На колени и вымаливай прощения, пока я ещё добрый и не приложил твою морду об сковородку, которой ты меня пыталась запугать.

— И как я могла с тобой жить! — моя истерика набирала обороты. — Дура! Лучше бы ты в моей жизни не появлялся. Посмеешь меня хоть пальцем тронуть, и я вызову полицию, а потом сниму побои и затаскаю тебя по судам. И даже не пытайся меня переубедить. Собирай вещи и выметайся из моей квартиры!

— Как смеешь повышать на меня голос, овца! — звонкая пощёчина огласила квартиру.

— Я вернусь через час, и если ты не уберёшься, то я вызываю охрану комплекса и тебя вышвырнут силой, — развернувшись на каблуках, я медленно побрела к выходу.

— Кто тебе разрешал уходить, — он резко дёрнул меня за волосы, и я упала на колени. — Я недоговорил, ты смеешь делать так, как считаешь нужным? Удел бабы - быть покорной. Сейчас я тебя научу уму-разуму, чтобы не смела мне перечить! Так нравится ноги раздвигать, так всех моих братьев и друзей обслужишь! Чего только перед богатенькими жирдяями задницей трясти, простых смертных тоже облагоденствуй.

— Убери от меня руки! — взвизгнув, я дотянулась до сковороды и заехала ему по наглой роже, которая была в пределах моей досягаемости.

Вырвавшись из его хватки, я, даже не обуваясь, со всех ног рванула в коридор. Выскочив за дверь, я первым делом хотела бежать к лифту, но здравая мысль, что не факт, что тот сейчас окажется на двадцать первом этаже, подстегнула к лестнице. Пробежав семь пролётов, я наугад дёрнула дверь и влетела в холл подъезда. Прижавшись спиной к стене, я перевела дыхание и медленно постаралась смириться со всем происходящим. Сколько я так простояла, не знаю, но, когда лифт открылся и старушка с тележкой выкатилась из него, я сиганула внутрь. Лишь бы он меня не настиг.

Дыхание едва не застревало в груди, и я нервно жала на кнопку первого этажа, молясь всем, кому только можно, чтобы разминулась со своим уже бывшим парнем. Когда же створки распахнулись, я поискала глазами знакомую фигуру, но, не найдя, уже спокойнее шагнула в холл. Жильцы дома нервно на меня таращились, не понимая, что я забыла внизу, босая и с чёртовой сковородой, которую продолжала прижимать к тяжело вздымающейся груди.

Стоило бы сидеть на этаже, а спускаться вниз оказалось роковой ошибкой. Услышав нечеловеческий рёв за спиной, у меня открылось третье дыхание, и я рванула со всех ног, лавируя между жильцами комплекса. И когда до свободы оставалось совсем немного, и я уже видела перед глазами джип менеджера, мир перед глазами резко начал меркнуть, а по телу разлилась свинцовая тяжесть, которая казалась, накрывала импульсными волнами, начиная с правого бока и утягивая всё дальше и дальше.

— Машина! — эхом звенело у меня в ушах.

Глава 1. Так и жила...

С этого момента и начинается моя новая история. Но давайте я всё же начну рассказывать по порядку. Сказать, что я невезучая — это ничего не сказать. Если коротко... Я двадцатидвухлетняя студентка факультета дизайна и истории моды, мастер спорта по рукопашному бою, с нетипичными увлечениями в виде готовки, вышивания крестиком и вязания кружевных салфеток. Начинающая модель и дизайнер своей собственной линии бижутерии. Ещё в минус мне записывали то, что иногда почитываю фэнтези и балуюсь просмотром аниме и геройских сериалов.

И как нормальная, порядочная девочка, любила животных, природу и детей. Последних готова была носить на руках и заботиться о них с трепетом, нерастраченной нежностью и пылинки сдувать, ибо сама не смогу их иметь, как бы сильно этого ни хотела. Почему, спросите вы? Всё очень просто. Родители-алкоголики, мать в психлечебнице, отец давно в могиле, а у меня целый букет заболеваний, которые убили во мне возможность не только родить, но воспользоваться услугами суррогатного материнства. Увы и ах, но это реальность, и от неё не убежать и не спрятаться.

В пять лет я попала в приёмную среднестатистической семью, которая непременно хотела быть хорошей в глазах окружающих и подбирала таких, как я. Мама, папа и старшие брат с сестрой, не считая, конечно же, семи приёмных детей, на их попечение. Родные дети были двойняшками, но совершенно непохожими друг на друга. Даже за родственников не принимали. Сестрёнка была весёлой и жизнерадостной, а вот брат — вечно чем-то недовольный и угрюмый тип, который поколачивал младшеньких почём зря, и совершенно не стеснялся такого отвратительного поведения.

Когда же старшая сестра забеременела невесть от кого, сбежавшего в ближнее зарубежье к официальной жене и собственному выводку, жить стало ещё невыносимее. И без того небольшая квартирка готовилась к приёму нового обитателя, ждали, вообще-то, девочку. Мама с трепетом ходила по магазинам с моей сестрой и выбирала яркую одёжку с разнообразными рюшечками, бантиками и девчачьими расцветками. Но, увы, на свет появился мальчик, с писюном между ног. Родительница тогда такую бурю подняла. Ну а как же, на УЗИ сказали, что девочка, а здесь принесли какого-то подкидыша-заморыша. Общими усилиями, под окнами роддома мы её всё же утихомирили, и отец вечером за праздничным столом, взял да ляпнул: что мальчик — это даже лучше, чем ещё одна баба в доме. За что и огрёб от маман сковородкой по пустой голове. Уже после этот приём переняла у неё я.

Так вот и росла, жила да выживала… Хотя последнее, очень спорное утверждение. И выросло то, что выросло. То ли на меня подействовали родители в младенчестве, то ли фанфики, манга и аниме, которые я впитывала в себя быстрей, чем они выходили, но к семнадцати годкам стало ясно одно — я не хотела тратить свою жизнь на это бесполезное существование. Но благо никто о моих планах на будущее не догадывался. Хорошо иметь огромную семью, коли та не утруждала себя порядком и вела столь безобразный образ жизни, что вечный свинарник был делом привычным и документы, которые я тщательно прятала за батареей, так и не были обнаружены.

Конечно, отец стал меня подозревать, и пришлось расколоться. Вы бы видели его радость в глазах. Да там целая прорва восхищения моим мужеством была. Зато, как же легче стало иметь близкого человека, который тебя понимал и поддерживал на выбранном пути. Увы, счастье длилось недолго. Мать, решившая в кои-то веки, устроить генеральную уборку, полезла за многострадальную батарею доставать закатившийся мячик Пуфика и отрыла мои документы в модельное и в Академию современного дизайна, которые полгода мирно пролежали никому не нужными.

Скандал был таким, что, мне казалось, у соседей, стены тряслись, и нас весь квартал слышал. Пришлось на время сбежать к своему возлюбленному, чья родня оказалась не в восторге от сожительства с девицей без роду-племени и стабильного заработка, так ещё и семнадцати лет от роду. А потом мама приехала и вложила в руку ключ от бабушкиной квартиры. И с мерзкой улыбкой поведала: старушка жила одна, и ей требовался хотя бы минимальный уход, и если под эту песенку я заставлю оную переписать трёшку в центре Москвы на мать, то она подумает о моём прощении.

Так, в свои неполные восемнадцать лет, я стала жить у совершенно чужого человека, которого никогда в глаза до этого не видела. Помогала по дому, готовила, ходила в магазин и аптеку, мыла, кормила и всячески готова была услужить. Правда, в начале нашего сожительствования бойкая старушка девяноста двух лет ворчала и плевалась на мою стряпню и помогала, показывая, как и что нужно делать, дабы не сдохнуть с голоду. Благо сушилка и стиралка заменяли тазик, а навороченная кухня могла посоперничать с элитными ресторанами.

Спустя полгода жизни у неё, я прекрасно поняла, почему приёмная мать так хотела заполучить данную недвижимость и всё наследство. Бабуся оказалась из лихих девяностых, с запасом драгоценностей и налички на три жизни вперёд. Если верить её рассказам, то в свои шестьдесят отжигала она не только с бандюками, но и с первыми лицами страны. Потому состояние сколотила знатное, успела урвать неплохой пакет акций и видела нашу семейку в гробу, да в белых тапочках. Но, вняв словам своего зятя, решила посмотреть на меня и уж там рубить головы или слать всех лесом.

Но я оказалась лучшее её избалованной внучки и потому заслуживала доверия и парочки ценных уроков на жизнь. Она-то меня и научила вышивать, вязать и пить так, чтобы ни в голове, ни на языке. Иногда смеялась, говоря, какая у неё растёт преемница и что всё внучики её знакомых клуш передерутся за красотку модель с собственным бизнесом в восемнадцать годиков. Кто ж знал, что так и будет. Нет… Ну серьёзно, она как в воду глядела. Как только мой дизайнерский бренд взлетел среди модниц, а кастинги я начала проходить едва ли не заочно, те, кто раньше меня не замечал, теперь искали не только встреч, но и возможности захомутать законными узами брака.

К таким злоключениям меня жизнь не готовила, потому пришлось активно отращивать зубы, когти и непробиваемую броню, чтобы некоторые надменные личности не могли прокусить её и с наслаждением впиться в меня. Матери такой поворот событий по душе не пришёлся. То, что квартирка активно уплывала в лапы ненормальной сиротки, которую она приютила по доброте душевной, выводил её из себя. А в дополнение к этому, старая карга, испортившая ей всю жизнь, на тот свет, не собиралась. Истерики под окнами закатывала такие, что мы всем двором любовались и готовились к её концертам: в ней явно погибла великая актриса погорелого театра.

И когда начинало казаться, что дальше плыть уже некуда, на горизонте возникали такие индивиды, что мне смешно становилось. Оказывалось, что моя маменька не самый отбитый человек на земле, и попадались куда более ненормальные личности, не желающие отвязываться от меня. Потому, когда на одном из вечеров меня представили модной журналистке, которая была не прочь поближе познакомится и проспонсировать мою карьеру, мозг дал сбой. Я подвисла, не зная, как на то реагировать, и просто удивлённо хлопала глазами, в надежде, что глупая шутка в скором времени закончится и все засмеются.

И всё же, улыбаясь во все тридцать два зуба, отвесила шутливый поклон и посоветовала искать тех, у кого нет бабушек с мешком денег и бесхозным временем. Мадам перекосило так, что я подумала, её удар хватит. Уже хотела бежать за водичкой или скорую вызывать. Как говорила бабуля, с которой я жила: это должно быть заложено в генах, гороскопе и карме одновременно, чтобы так выбешивать окружающих, даже не напрягаясь особо. А я что? Я ничего, продолжала идти по жизни с высоко поднятой головой и наслаждалась таким простым и понятным миром.

Насчёт вольной борьбы я тоже не врала. Отец чуть ли не с младенчества записал каждого из своих чад в секции единоборств. Благо всё это добро было за счёт государства и благотворительных фондов, так что на этом поприще мы реально вкалывали, стремясь завоевать пьедесталы. В конечном счёте даже я была рад такому суровому детству. С моей-то внешностью куколки-конфетки мне приходилось отстаивать свою правоту и доказывать, что яйца у меня имелись, кулаками и выбитыми зубами всех, кто пытался наехать на меня в школе, да и в подростковой жизни тоже.

Окончив школу, хотела сразу же идти работать, да бабушка взвилась едва ли не до потолка и орала так, что у меня в ухе звенело. В результате отговорила и настояла на любом образовании, лишь бы оно было. Моделью я там хотела быть, дизайнером или чёртом ряженым, но корочку вынь да положь ей на стол, а потом уже убивайся на работе хоть до потери пульса. За что я была ей премного благодарна и не уставала напоминать себе: взрослым виднее. Так и получилось, что она осталась у меня единственным членом семьи, в котором я души не чаяла и ради которого была готова мириться с такими просьбами и правилами. Бабушку расстраивать нельзя! Ни в коем случае!

В конечном счёте меня устроили в один из самых престижных университетов, специализирующихся на моде. Оттого дни побежали быстрее, события разворачивались активнее, а я практически позабыла о тех проблемах, которые устраивала мне семья. Пока они в очередной раз не вспомнили обо мне и не решили продать меня, как живой товар, заключив от моего имени контракт невесты. Подобную чушь я слышала впервые, потому не сразу поняла, как реагировать на такое. Всё же ни с кем не встречалась и никогда не была в отношениях. Может, и не худший вариант, если бы меня спросили.

А так выходило, что без меня меня же и женили. На подобное я была не согласна и устроила полномасштабную войну с семейством, заваливая СМИ подробностями своей личной жизни. Так, из тихони и послушной девочки, я превратилась в закоренелую стерву, меняющую мужиков как перчатки. Маска практически сроднилась с моей личиной и позволяла гулять на широкую ногу, продвигать свой бренд и открыла сотни дверей, которые до этого казались мне непреодолимыми.

Вот так я и жила, пока в одно прекрасное мгновение, все привычные устои не полетели к чёрту. К моему огромному сожалению, год назад бабушки не стало, а квартиру она нотариально оформила на меня, чтобы гнусные родственнички не смели зариться на чужую собственность. Бабуля как в воду глядела. Папаня приполз и решил вышвырнуть меня из занимаемой жилплощади, ведь я сиротка, а значит, у меня прав нет на такие хоромы, а квартира им самим нужна, ведь нужно куда-то деть ещё четверых приёмных детей, на чьи пособия они жили.

К тому же старший брат женится, ему нужнее, чтобы не ютились со всеми или не снимали чужое. Только папане пришлось уйти ни с чем. Я вызвала полицию и наряд охраны, которая исправно защищала мои интересы, рассматривая приёмного отца с высоты своих тренированных и накаченных тел. Тот с мужиками такого уровня в драку предпочитал не лезть и мгновенно отступал, скисая под натиском их авторитетного мнения. Из-за чего головная боль стала моим ежедневным спутником жизни.

А закончилось всё это дело вызовом в суд. Благо адвокат, с которым меня познакомила бабушка, с радостью согласился представлять не только мои интересы в суде, но и забрать вообще всё наследство, положенное тем по закону. Они просто ещё не представляли, что такое полноценный суд. Насколько затратным и ужасным может быть мероприятие подобного рода. Так что моему и без того дрянному характеру, подобные тяготы не шли на пользу, и я становилась всё более хладнокровной, надменной и эгоистичной в своих желаниях и стремлениях.

Ну, что могу сказать: я, на всякий случай, сама не зная почему, пошла к нотариусу и завещала квартиру и всё имущество детскому дому, которому жертвовала последние несколько лет. Мало ли что со мной могло произойти, а оставлять всё родне не хотелось. Пусть облезнут, даже если найдут способ устранить меня и заткнуть за пояс общественность. Знаете, сейчас такое время, что даже родной папаня может убить ради выгоды. Так что рисковать я не стала и позаботилась обо всём заранее. Авось и пригодилось бы когда-нибудь.

Жизнь медленно протекала по какому-то непонятному сценарию, растекалась под кожей огненной волной и заставляла сердце бешено биться о рёберный каркас в надежде сбежать прочь. Но даже это не подстёгивало так, как знание того, что однажды я обязательно добьюсь успеха. Ради бабушки и её желания, заткну за пояс всю родню и покажу им конструкцию из трёх пальцев. Нечего было на меня смотреть таким взглядом, словно я главный враг всего честного народа.

На похоронах бабушки они стояли с такими мордами, словно она добила их контрольным выстрелом в голову. Да и едкие слова, сказанные у гроба, никак не желали выходить из головы. Потому я буквально наизнанку выворачивалась ради того, чтобы заполучить себе шанс на нормальное и счастливое будущее, дабы этим придуркам вообще жизнь показалась не мила и не красноречива.

И всё было хорошо. Прекрасная работа, карьера взлетала на ура, я могла не отказывать себе ни в чём. И даже прошлое уже так не трогало за душу, как несколько лет назад. Я смирилась со всем происходящим. Научилась находить в этом что-то своё, такое одинокое и бесконечно родное. Наверное, из-за этого, те незначительные трудности, свалившиеся мне на голову, показались неподъёмным грузом, от которого хотелось избавиться.

В чём-чём, а вот в любви мне катастрофически не везло. Прям как утопленнице посередине океана. Вроде и думаешь, что выплывать надо, а уже некуда: бескрайняя синева и лишь далёкий смех. То оказывалось, что партнёр с семьёй, то поднимал руку, если что не по его, то вот как первый мой «любимый» изменщик, не видевший в этом ничего плохого. Ну а кому понравится прийти домой и застать в собственной квартире этого козла с какой-то дешёвой проституткой, у которой ни кожи, ни рожи.

Так что проблемы сыпались на меня как из рога изобилия, даже когда я их уже не особо ждала, они всё равно наведывались в гости и затягивали на шее мёртвую петлю. Вроде пытаешься вздохнуть, понять что и как, но не можешь, ибо перед взором нет ничего, и лишь туман тебя сопровождает. Последний момент перед трагедией яркой вспышкой отложился в голове. Ярко разукрашенной девице повезло. Схватив свои вещички, она смылась. А вот мой «любимый» сейчас получит по всем правилам и заслугам.

— Что, моей задницы тебе мало? — кричала я на него. — Да и что ты там разглядел, в этой придорожной проститутке? Она хоть совершеннолетняя! А если меня из-за тебя с работы выгонят? Ты об этом думал!

— Чтоб тебя черти имели, — рычал тот в ответ, и скандал готовился зайти на новый виток, не желая утихать, и становится мирным.

При этом я лупасила его новенькой сковородкой, которую купила для того, чтобы этому кретину на ужин приготовить ризотто в честь того, что моя работа в очередной раз пошла вверх и меня повысили и взяли для показа дорогих ювелирных часов в каталоге. С того дня не буду делать ничего для этих самовлюблённых, наглых и непонимающих русский язык индивидов! Особенно тех, кто привык жить за чужой счёт и не собирался расплачиваться по долгам, даже сильно накосячив.

Но его тонкая, душевная организация не выдерживала такого обращения с моей стороны, и всё в очередной раз переросло в крики, скандалы, вопли и ругань. Из-за чего с перекошенным от злости лицом он двинулся на меня в стремлении придушить на ровном месте, это отчётливо читалось в налившихся кровью глазах, в бешено дёргающемся кадыке и нескончаемой ярости, которая на меня буквально выливалась словно из рога изобилия. И это явно не укладывалось в его привычную картинку мира.

Как я, вообще, посмела, свой рот открыть в его присутствие! Также висело невысказанной и обидной фразой. Только на этот раз, ощущение угрозы было настолько реальным, что сердце всполошённой птичкой билось о грудную клетку и стремилось пробить свою костяную клетку, которая мешала выбраться из тела. Я действовала на инстинктах, практически не осознавала того, что творю. Бег съедал последние частицы разума и подгонял мчаться ещё быстрее. Туда, где он не смог бы меня тронуть, не причинил бы вреда и не добрался. Куда угодно, но подальше от этого психа.

Оглушительный вопль прохожих застрял в голове. Боли я не чувствовала, лишь какое-то тягучее чувство обречённости и наваждения. Словно весь мир медленно накренился в одну сторону, перестал существовать и пришёл в негодность. Он состоял из сотен разномастных кусочков, которые никак не желали складываться в единую картинку. Потому прикрыв глаза, приготовилась умереть. Сердце сжалось до боли, а дальше произошло то, чего я никак не ожидала. Точнее, я даже в фантастических романах о таком не читала, хоть и баловалась ими периодически.

Жёсткая пощёчина обожгла щеку, и на меня сверху вылили целое ведро воды. Или чего-то мокрого, противного и дико ледяного. Заверещала я так, что у самой уши заложило, да так надёжно, что пришлось пару раз тряхнуть головой, чтобы мозг в сознание вернулся. Проморгавшись, огляделась по сторонам и подумала, что пора мне, кажись, в дурку. Вроде меня сбили, а не головой вниз уронили. Или это действие наркоза вперемешку с обезболом? Кажется, врачи явно перестарались с дозировкой и решили угробить слишком живучего пациента. Да так, чтобы наверняка!

Вокруг меня стояли трое, это, если не считать толпы, в балахонах, с резными посохами, толпившейся позади. Ещё раз хлопнув глазами, попыталась проанализировать степень собственной упоротости и бреда. Подумав с минуту, уже сама себе зарядила пощёчину. Оказалось больно, да так, что челюсть и щека заныли. На сон и бред сумасшедшего не походило. Обычно в таких вещах клиенты психического диспансера чувствовать боль не могут. Это же, считай, дурман, или сон, или просто вымысел. А у меня от удара зуб, собранный на штифт, заболел, да так, что едва полморды не перекосило.

Вместо бабулиной квартиры, уютного скверика под окнами, да даже комфортабельной одноместной койки в реанимации, очутилась моя бренная тушка в каком-то зале средней величины и убранства идиотских фильмов из фантастических франшиз. А эти трое без чёрных балахонов, казалось, только что вышли из костюмерной на съёмочную площадку голливудского блокбастера. Ну, на крайний случай очень дорогой порнушки для взрослых с ролевыми играми под средневековье. Глаз в очередной раз нервно дёрнулся, а в сознание поселились невесёлые мысли. Эх, зря меня машина не добила!

— Вечер в хату, господа хорошие, за что чалитесь? — выдавила я вслух первое, что пришло в голове. — Не подскажете, какая станция? Конечная или поезд дальше идёт на своих двоих? А то я, кажется, проехала пункт направления и вместо райских кущ попала в филиал порнушного ада, да сразу на сковороду, на прожарку. У нас что в меню? Юмор? Сальные шуточки? Чернуха? Или так: пока по мелочи начнём с гоп-стопа и измерения, у кого яйца стальные, а у кого золотые?

— Вы с призывом не напутали? — один из склонившихся надо мной, тихо прошипел через плечо.

— Нет, сир, это просто побочное явление от телепортации, — один из балахонов покачнулся и двинулся в нашу сторону.

— Эм, а какой фильмец снимаем? — снова подала голос, а то на первое заявление они даже не отреагировали, не считая приподнятой брови у того, что с хвостом. — Не, ну я на «18+» не подписывалась, а если опекуны подписались, так вы не верьте, я уже девочка большая, у меня кастинг-директор есть, вот сперва с ним во всех позах, а потом уже со мной.

После этих слов я как-то истерически хихикнула и стала осматривать помещение в поисках выхода. Точнее, думала, что это помещение или комната. При ближайшем осмотре оказалось, что больше всего напоминало старый и пыльный склеп, поросший паутиной и прочим добром. И это не считая того, что с виду мужики-то были приличные, просто немного странные и в какой-то мере не от мира сего. Хотя, если учесть фразу про призыв, я попала в какой-то фэнтези роман и теперь готовилась отдуваться. Э… Нет! Так, дела не делаются, а ну, живо верните туда, откуда взяли! Супостаты! Невинности лишают!

— Одна? — как-то ошарашенно проворчал рыжеволосый парень, с недоверием, рассматривая меня.

— Кажись, кто-то что-то напутал в магии призыва, и получилось непонятно что! — сказал тот самый, с белым хвостом, перекинутым через плечо. — Не хотите ли объясниться, господа магистры? Просто пока я не понимаю, как это может соответствовать требованиям наших семей в отношение невесты. Ну, разве только в том, что она блондинка!

Мамочка, роди меня обратно! Это что, взаправду, что ли? Куда я попала? Нет, чёрт бы их побрал, я так не играю. Запрещёнными веществами не баловалась и не собиралась начинать! Так что забирайте этих трёх и вертайте взад! В мой нормальный мир, в психушку для душевно больных. Честно готова пройти обследование и даже дожрать три килограмма, которые никак не могла. Надо срочно делать ноги, пока не надели смирительную рубашку и не закрыли в комнатку с мягкими стенками местного пошиба. Я предпочитаю только те, что «мейден Раша», и с доступом к социальным сетям. Психи же тоже люди!

Итак, что мы имеем? Три странных парня примерно двадцати пяти лет, ну, плюс-минус годик другой, какая-то ритуальная пещера, напоминающая фильм про эльфов, и ещё шесть фигур в балахонах, которые какими-то там магистрами являются. М-да, встряла я по самое не хочу. И здесь, о чудо, мой взгляд наткнулся на неприметный лаз, который вёл на свободу, которую я так жаждала в этой ситуации. Вот он, мой шанс к отступлению, только надо избавиться от этих навязчивых личностей, которые пытались прожечь меня гневным взором. Медленно повернулась к одному из них и с улыбочкой хотела уже ему выдать тираду о том, что похищать себя не просила, как тот первым раскрыл рот.

— Какая-то она странная, — сказал парень с тёмным ёжиком волос, а присмотревшись, можно было увидеть и военную выправку, по струнке. — Может быть, больная или кривая? Или просто недоразвитая? Такое вот точно никак не могло выпасть ни одному из нас.

— Что-то она какая-то бракованная, — презрительное фыркнул рыжий и холодным взглядом скользнул по мне, словно я товар на витрине, а он - мажор, выбирающий новую игрушку. — Это что? Где формы? Где внешность? Она явно чем-то больна!

Это он сейчас посмел свой рот открыть на меня любимую? А я ещё и бракованная? Больная? Кривая? Косая? Страшная? Они вообще на себя в зеркало смотрели? Похищать честных девиц, которые оного не желали и надеялись на спокойный вечер в компании полиции, пиццы и бутылочки «Просекко». В голове щёлкнуло, и, затуманенным взором обведя головой всю честную компанию, я постаралась не привлекать к себе лишнего внимания. Голая пятка — это тоже оружие массового поражения, особенно в правильных руках. Резко вскинувшись, встала на мостик и из такого положения резко зарядила ногой ближайшей наглой роже. Первый в нокаут пошёл блондин, который молча на меня пялился.

Всё вокруг, не ожидавшие такого поворота, только охнули и загалдели. А я, не останавливаясь на достигнутом, по инерции перевернула тело и шандарахнула парню, стоявшему у меня около головы. Второй пошёл по тому же направлению, что и первый его собрат по несчастью. Безумно скалясь, спрыгнула с помоста и развернулась к рыжеволосому парню, который, шокировано, хлопал глазами и пытался что-то вымолвить. Мстительно хихикнув, врезала со всей дури ногой по яйцам и отпрыгнула на добрые полметра. Бедняга охнул и осел, пополнив ряды друзей.

— Есть ещё смелые? — с этими словами я, не став дожидаться действий фигур в балахонах, выбежала из пещеры на яркий свет свободы.

— Хороша девица, — раздался голос, как только я драпанула, наутёк со всех ног. — Думаю, наша магия не ошиблась, она идеальная партия для генералов!

И остальные согласно зашумели и вновь подняли шум. Всё это я слышала уже краем уха. Ноги родненькие несли меня куда-то подальше от этого дурдома. А разбираться, что вообще со мной приключилось и как я оказалась втянута, в этот идиотизм, буду уже после того, как окажусь в безопасном месте, подальше от этих неизвестных личностей, ещё и каких-то там генералов. Нет уж! Я честная женщина, почти без вредных привычек, и контролируемым выводком тараканов в голове. На такое я не подпишусь даже за всё золото мира! Пусть другую себе ищут!

Глава 2. Самое ценное

Выскочив из тёмного подземелья, даже не подумала о том, что просто так меня бы не отпустили, и во всём этом крылся какой-то подвох. Бежала я долго и упорно, вот только выхода так и не находилось. Пространство, окружающее меня со всех сторон, было каким-то лабиринтом из коридоров, смежных комнат и тайных лазов. Выдохшись, остановилась и ненадолго привалилась к ближайшей стене, в попытке отдышаться. Уставшее тело согнулось пополам и не думало меня слушаться, ощущая весь груз и тяжесть произошедших событий. В лёгких что-то отказывало работать, а во рту образовалась пустыня размером с сахару. Язык прилип к нёбу, слюна засохла, губы потрескались. Дико хотелось пить, а ещё, плюнув на всё, упасть на что-нибудь мягкое и блаженно сдохнуть. Даже если я оказалась в такой жопе, с ней надо как-то разобраться.

Может быть, всё происходящее - бред моей фантазии или сон? А может, когда меня сбила машина, я угадила в больницу и это весёлые картинки от наркоза? Бывает же такое? Ну, кто в здравом уме поверит в то, что я переместилась непонятно куда и стала частью совершенно нового и непонятного мира. Наверное, после всех проблем я на нервной почве не запомнила, как, угадив под машину, дальше, меня спасали и откачивали. При травме головы - это же нормальная реакция организма? Ведь так? Так! Значит, мне не нужно никуда бежать, в своих же бредовых фантазиях, созданных под влиянием больницы и нервной усталости?

Подумав таким образом, мыслено решила не заморачиваться и подождать, пока сама не проснусь и не потеряю интерес к этому бредовому сюжету из популярных романов для метро. Выпрямившись, с приподнятым настроением зашагала вперёд, насвистывая себе под нос популярный трек про дым и тудым-сюдым. А ничего так, стоило лишь принять себя и своё состояние в отрубе, как жизнь расцвела новыми красками и перестала казаться такой серой и убогой. Даже если мне здесь роту мужиков подгонят, во сне со всеми справлюсь! Как в голливудских блокбастерах, раскидаю их направо и налево! Это же мой сон, а значит, всё будет так, как я того хочу! Вперёд и с песней!

За очередным поворотом увидела ещё один длинный коридор, только с одной стороны, вместо стен были резные мраморные колонны, увитые какими-то растениями, а за ними виднелся сад. Не удержавшись, сунула свой любопытный нос туда. В ту же секунду, ступила на вымощенную камнем дорожку, коих здесь было с два десятка, и расползались они в разные стороны, и терялись где-то за кустами и другими проходами. Видимо, сад был устроен, как небольшая цветочная картина, и сверху можно было разглядеть всё его великолепие. Шагая по белой дорожке, осматривала красоты сада и дивилась тому, насколько необычные и диковинные цветы смогла вообразить моя фантазия.

Баснословное количество всевозможных цветов и разнообразных кустиков, вьюнков, деревьев и прочей флоры. Всё так приятно благоухало насыщенными, но не приторными ароматами. Птички чирикали высоко в зелёных кронах и пели свои серенады. Красота такая, что не хотелось уходить. Так, вдыхая приятнейшие ароматы, я медленно шла по извилистой тропинке, пока совершенно неожиданно не вышла к золотой беседке, увитой зеленью. Вот где надо проводить романтические вечера с поцелуями, томными стонами и жарким сексом. Эх, жаль, у меня никогда такого не будет, ведь даже в мечтах допускать такое было немного стыдно. Всё дома, по-быстрому, под одеялом, и, не дай бог, соседи услышат... Да и не с кем! Теперь…

Не, ну, в моей жизни всякое бывало, но больше всего запомнился случай с тем самым «сыном лучшей подруги», правда, бабушки, а не мамы. За окнами был шикарный вид на заснеженные горы, в камине уютно потрескивали поленья, на улице завывала пурга, отель премиум-класса предоставлял гостям полный сервис. И вот при виде такой шикарной роскоши, когда твой покой и умиротворение ничто не способно потревожить, вся эта вакханалия и произошла. Сидела я перед огромным теликом, на мягком диванчике и смотрела какой-то фильм, никого не трогая и не подозревая, что мой «ненаглядны» готовил, для меня, самую большую лажу века, от которой у меня до сих пор подгорало.

Пыхтя, подполз к моему боку «любимый» и начал вылизывать шею мокрыми прикосновениями, приставая со слюнявыми поцелуями. Конечно, приятно и возбуждало, но фильм на самом интересном месте был. Только вот было ещё одно «но»: почему стоило выбрать в тот момент именно телик, а не этого придурка. Распалённая и возбуждённая, начала постанывать под его ласками, а он в быстром темпе меня повернул на четвереньки и, как в той загадке: «два раза всунул и пошёл». Правда, после моего возмущённого писка, он мурлыкал на ушко: «Зайка, отсоси своим сладким ротиком, хочу ещё раз кончить». И вот после такой лажи, лежала на диване, как оплёванная, да и развязку фильма не увидела. Вроде и секс приключился, и место романтичное, а никакого удовольствия.

Захотелось побиться головой о стену, от таких воспоминаний. Ну не везло мне с мужиками, вообще никаким образом. Хотелось, чтобы дарили цветы, приглашали на свидания, разговоры ни о чём, поцелуи под луной, море страстей и ласк, а ещё хотелось хотя бы раз в жизни почувствовать себя любимой и иметь сильное плечо, на которое можно опереться в трудную минуту. Как же без отменного секса? Разве я так много желала? Знала, что не «Мисс Вселенная», но даже мне хотелось настоящей любви, а не какой-то дешёвой подделки. Где же ты пропадал, мой прекрасный принц на белом «БМВ»?

— Юная леди, с вами всё хорошо? – послышался нежный голосок, который шелестел подобно птичьим трелям.

От неожиданности я вздрогнула, выплывая из своих невесёлых и печальных дум, и уставилась на девицу лет пятнадцати или семнадцати, а может, больше, чёрт его разберёт, моё больное воображение. Слегка бледноватая кожа, длинные чёрные, с синим отливом волосы, золотистые глаза с красными всполохами, остренькие ушки и застенчивая улыбка на милых, пухлых губах. Одето, сие чудо, было в свободное длинное платье и изящные ботинки без каблуков мелькали, из-под подала, который волочился по земле. Интересно, что эта девица забыла в моём сне? Или это просто одна из проекций моих проблем, которая приняла столь неожиданный образ?

— Спасибо, на добром слове, но вам не стоит переживать за незнакомцев, — бодро ответила я, поднимаясь на ноги и стараясь не проявлять агрессии.

— Но вы же сейчас практически плакали? — с интересом спросила неожиданная собеседница. — Я ощутила ваши эмоции и решила посмотреть, кто же осмелился нарушить покой моего любимого сада.

— Это? — я заторможенно уставилась на неё. — Как-то неожиданно понимать, что мой бред фантазии пошёл по такому странному сценарию. Наверное, мне слишком много вкололи анестезии, и теперь я вижу не только цветные галлюцинации, но и переживаю вместе с ними диковинные потрясения. Приду в себя, надо будет накатать на больницу жалобу. Чтобы таким методом других пациентов не угробили.

— Вам совсем нехорошо? — с волнением в голосе, прелестное создание подплыло ко мне и заглянуло в глаза, словно пытаясь найти в них ответ на свой вопрос.

— А то, вам бы не было плохо, если после аварии вы проснулись в непонятном месте и увидели перед собой три стрёмные рожи, которые говорили, что вы их невеста, — немного погрустнела я, вспомнив, с чего вообще начался весь этот сон и каким образом я докатилась до жизни такой. — Нет, а вы бы чувствовали себя нормально, после такого?

— Всё настолько плохо с теми рожами? — захлопало пушистыми ресничками невинное дите в прекрасных одеждах. — А может, хоть разочек с ними поговорить, а не сбегать в королевский сад? Сюда, между прочим, вход запрещён, всем, кроме святых и членов правящего рода. Потому вы нарушили несколько десятков правил в этот момент.

— Хм… — с интересом осмотрела я девицу. — Ну, если только разочек и только ради тебя. Но я не гарантирую, что после разговора со мной они останутся в целости и сохранности и не лишаться самого дорогого, что у них есть!

— А почему они должны лишиться своих земель и сокровищ? — полюбопытствовала девица, оправляя подол скомканного платья. — Они гордые и важные люди нашей страны. Вряд ли можно представить себе такой исход.

— Это нельзя измерить материальными благами или титулами, — сказала я и напустила на себя побольше загадочности.

— Тогда какими же величинами измеряется то, чего лишатся наши генералы? — закивала то ли принцесса, то ли святая. — Прошу, скажите, мне же интересно. Признаться, я раньше не вила ни с кем столь вольных бесед, потому, извините меня, если я задаю какие-то совершенно обыденные вопросы и не понимаю на них ответов.

— Бедный ты и несчастный ребёнок, — воскликнула я и наклонилась ближе к ней. — Если тебя держат, тут взаперти, просто моргни два раза, и мы со всем разберёмся. И эти три козла лишаться не только возможности иметь детей, но и пожалеют о том, что на свет родились! Мы, русские бабы, и коня на скаку остановим, и избу к чертям подожжём, и море в брод переплывём. Так что ты не стесняйся. Полчаса - и от твоей клетки и кирпича не останется. Где это видано, чтобы рабство цвело и множилось в двадцать первом веке!

— А что, похоже, что мне требуется какая-то помощь? — удивлённо пробормотала неизвестная и вздёрнула аккуратную тёмную бровь. — Это вам, кажется, неуютно и неудобно находиться в этом месте.

— А то, — сказала я, стараясь не рассмеяться. — Ты выглядишь так, что краше в гроб кладут. Где сиськи, где сталь в глазах, где ехидная улыбка. Помирающий белый лебедь – не иначе! Вот смотрю на тебя и покормить хочется, на крайний случай рассказать, что такое силиконовые импланты и почему не стоит перебарщивать с ПП и фитнесом. А то палкой окончательно станешь, а мужикам надо за что-то подержаться, а не о кости побиться. Тебя, кстати, как зовут?

— Аргелинаэль, — ответили мне, смущённо, опуская глаза в пол. — Но вы первая, кто не впечатлился моей фигурой. Для многих я идеал…

— А тебе идёт имя, — фыркнула я и протянула руку, — Вот только я язык к чертям сломаю, пытаясь такое произнести, не против быть просто Ари? Не, ты не подумай, я не со зла такое предлагаю, просто реально язык же сломаю.

— Я не возражаю, — кивнула девушка, — а как я могу к вам обращаться?

— Яна, — протянула я и усмехнулась.

— Яяянааа, — повторила за мной Ари. — У тебя странное имя. Такого нет на наших землях. Но будем знакомы.

— Вполне себе обыденное имя для простого человека, — пожала я плечами. — А что ты тут одна делаешь? Не ради же меня пришла? Нет вряд ли, если бы в сговоре с теми тремя наглыми рожами, то уже сдала бы меня. Следовательно, здесь ты по другому поводу.

— Я прячусь, — прошептала девица и густо посерела, сравнявшись по цвету с мокрым мелом. — Только никому не говори.

— Ого, а от кого, если не секрет? — сделала я удивлённый вид. — Кому я, по-твоему, в этом курятнике скажу? Тем троим? Так ни в жизнь! Потому можешь смело рассказывать. У девочек могут быть свои маленькие или не очень, но секретики.

Всё же она была такой миленькой и невинной, так бы и затискала. Вот нравились мне эстетически красивые и приятные вещи. Они и глаз радовали и душу очищали. Сердце больно кольнуло при осознании, что я теперь никогда не смогу очнуться от этого кошмара. Ведь в бреду нельзя ощущать запахи, слышать переливы смеха и нежные прикосновения прохладных пальцев. Ари так трогательно смотрела своими золотыми глазами, что у меня душа в пятки падала. Если, конечно, усилием воли не заставлю себя вернуться в реальность. Вот только проблема в том, что я отчаянно этого желала, а эффекта было ноль.

— Боишься? — вопросительно вскинула я бровь. — Не волнуйся, секрет уйдёт со мной в могилу, так что давай, облегчим твои душевные страдания.

— От слуг и учителя, — доверительно ответила Ари, вырывая меня из неприятных мыслей.

— Они над тобой, что издеваются и голодом морят? — прошептала я, делая вид, что в полном ужасе.

— Они пытаются заставить меня учить этикет и все эти скучные придворные штуки, — Ари закивала, слегка улыбаясь.

— Они наверняка злые, коварные и старые недотёпы, не понимающие, на что следует тратить свою молодость, — изобразила злую мордаху и щёлкнула зубами, будто хотела кого-то укусить. — Ведь их закончилась так давно, что уже в песке, сыплющемся с них, и не отыскать!

— Да! — ответила мне та, давясь смехом.

— Только не говори, что они делают с тобой всякие непотребства! — мои глаза остановились на её хрупких запястьях. — Если обижают или издеваются, только скажи, мы сейчас же с ними разберёмся!

— Что именно они делают? — захлопала ресницами милашка.

— Бьют, унижают, оскорбляют, физически и морально, истязают, — я с хищной улыбкой подошла поближе к Ари, — не переживай, я за себя постоять могу, да и им несладко придётся, потому если всё так, то два раза моргни, и всё станет ясно как божий день.

— Ахахаха, — раздался её звонкий смех и даже удовлетворённое похрюкивание, спугнувшее птиц. — Они бы не посмели сделать со мной нечто подобное. Но я очень рада, что появился хоть кто-то, обеспокоенный моим состоянием и мнением. Потому давай поговорим чуточку подольше?

— Ты действительно не переживаешь по поводу того, что тебе приходится сбегать с уроков ради того, чтобы отдохнуть? — весело улыбаясь, спросила я у Ари.

— Они не такие плохие, как может показаться на первый взгляд, — задыхаясь от смеха, ответила девица, — просто это утомительно и скучно, сидеть и слушать их причитания по поводу и без. Мне бы хотелось чего-нибудь другого. Но я понимаю, что моя роль в стране имеет большое значение. Правда, всё хорошо, но спасибо тебе, что побеспокоилась за незнакомку.

— Ох, вот оно что, — растерянно кивнула ей, — значит, они не такие уж и плохие. А я просто напридумывала себе лишнего, проводя аналогии с тем, как сама росла и училась. Прости…

Совершенно неожиданно, странная девица сделала шаг ко мне и уткнулась носом в плечо, обнимая тонкими руками. Её прохладные пальцы пустили толпу мурашек по телу. Я неосознанно прижала её плотнее и успокаивающе погладила по голове и спине. Не знаю, сколько мы так стояли, но нас прервал слегка грубоватый голос, звавший кого-то. Он постепенно приближался к нам, и тело в моих руках вздрогнуло и напряглось, словно готовясь к самому худшему, что могло произойти. Говоривший как раз вышел к беседке, когда Ари, вздрогнув, резко оторвалась от меня и лихорадочным взглядом заметалась по саду. Пожилой мужчина подошёл к нам и вздохнул, с раздражением, окидывая тяжёлым взглядом.

— Госпожа Аргелинаэль, — начал тот, словно перетирая голосом камни в мелкую труху. — Ну же, идите сюда, вас ищет ваш отец! Да и наш сегодняшний урок вы безбожно прогуляли, решив устроить себе увеселительную прогулку!

— Слава великой богине, с вами всё хорошо, госпожа Аргелинаэль, — рядом появилась женщина в цветастом переднике. — Зачем вы убегаете, никому ничего не сказав? Все очень за вас переживают. Вы же понимаете, что «это» может случиться в любой момент. А если рядом никого не окажется? Что вы тогда станете делать? Отдадите свою гордость первому встречному? Вас вообще не заботит ваше будущее? Такой бестолковой воспитанницы у меня ещё никогда не было! Поразительно!

— Кхм-кхм, — я постаралась привлечь внимание говорящих к себе, видя, как судорожно сжалась в комочек Ари. — А вам не кажется, что невежливо таким тоном разговаривать с членом королевской семьи?

— Ох, простите меня, — мужчина почтительно поклонился, — Я так испереживался за эту непутёвую девицу, что даже вас не заметил. Вы, наверное, та самая невеста для великих мужей нашей страны, которую сегодня призвали на милость великой богини.

— Что? — мои глаза стали огромными, как два блюдца из лучшего бабушкиного сервиза.

— Мы уже наслышаны о вас, — улыбнулась дамочка, кривя недовольную рожу. — Хотя вы и недавно у нас, но успели приобрести такую славу, что я бы уже со стыда сгорела и не посмела бы показываться на публике. Ещё никто так не обращался с великими герцогами, принёсшими славу нашей великой стране. Хотя чего же я хотела добиться от простолюдинки.

— Стоп, — остановила я её словесный понос. — Вы сейчас пытаетесь сказать, что вот это всё, не бред моей фантазии под наркозом в неотложке, а на самом деле?

— А? — непонимающе посмотрели они на меня, а Ари с интересом впитывала каждое слово этого дичайшего разговора.

— Какая ещё призванная невеста? — у меня от нервов аж глаз стало дёргать. — Какие, к демонам рогатым, генералы? Какой другой мир? Я вам что, героиня бульварного рома, которые так популярны у нынешнего поколения старушек? Издеваетесь! Я вас спрашиваю!

— Ну, как бы так помягче объяснить, — голос неожиданно подала Ари. — Мои кузены решили призвать себе невест, которые соответствовали бы их статусу и не пытались заполучить себе власть через брак, пусть и не с прямыми, но потомками правящего рода. Владыка, то бишь мой папенька, даже сам разрешил провести ритуал и согнал во дворец лучших магов со всей округи. Каждый из трёх сказал, какие хочет увидеть качества в своей наречённой богами. Но так случилось, что, видимо, вы смогли собрать в себе самое лучшее, что только пожелали кузены. Поэтому и были призваны в статусе их невесты. Одной на троих, так сказать, а посему быть вам младшей госпожой всех трёх великих семей. Как-то так, дорогая Яна.

В голове всплыли сотни разнообразных вопросов, девяносто процентов, из которых были немного нецензурного содержания. Ну, здрасьте, приехали. Нет, я, конечно, любила быть в центре мужского внимания, но чтобы сразу трое мне в женихи? Спасибо, но я лучше вернусь в свою уютную квартирку и продолжу ненапряженную жизнь светской львицы, модели, дизайнера и просто красотки «Мисс Июль». Это же в корне меняло всю ситуацию. Голова разболелась, и в ней поселились новые тараканы. Правильно говорят, что меньше знаешь, легче живёшь! Ведь объяснения подобного рода меняли игру на сто восемьдесят градусов. Так что моя теория про сон рушилась, подобно карточному домику на сквозняке.

— Это значит, что совсем скоро ты должна будешь уехать вместе с мужьями, для соблюдения всех традиций, — в очередной раз, Ари вырвала меня из моих не особо радужных дум о произошедшем. — Но не переживай, они хорошие и не позволят себе ничего лишнего. Уверяю тебя. Мои кузены, люди военной закалки и выправки.

— Это ещё почему? — спросила я, приподняв бровь. — Не собираюсь я никуда с малознакомыми мужиками. Это вообще ни в какие рамки!

— Ну, ты станешь госпожой стразу трёх великих семей и частью королевского рода, — удивлённо приподняла бровь черноволосая.

— Кто тебе сказал, что я стану кому-то их них женой, да ещё и по дому буду что-то делать? — сложила руки на груди и звонко фыркнула. — Нет уж, я достаточно зарабатываю, чтобы убирались слуги, а я лежала на диване и наслаждалась жизнью! Верните меня обратно!

— Но… — сказали хором Ари и мужчина.

— Никаких «но»! — яростно зашипела я им в ответ. — Мы ещё посмотрим, что будут представлять из себя те трое, после общения со мной. Может, он не то, что меня перехотят в жены, а вообще забудут такое слово! Вы меня спросили, нужны ли мне мужья? Вот именно не спросили, так что верните туда, откуда взяли.

— Мои кузены, образованные, умные, молодые и красивые, каждая хотела бы быть на вашем месте, — встал на защиту мужик. — Так что прекращайте весь этот цирк и собирайтесь!

— Угу, а ещё самовлюблённые сволочи, — пробурчала Ари, но так, чтобы услышала только я.

— Госпожа Аргелинаэль, — в шоке воскликнула мадам в цветастом платье. — Где вы таких слов набрались?

— Отец говорит о них только в таком ключе, — не осталась в долгу девица и встала в позу.

— Ох, — схватился за голову мужчина, и на мгновение показалось, что он сейчас грохнется в обморок. — Я поговорю с вашим отцом насчёт подобных слов в вашем присутствии. Негоже благородным девам слышать такие слова, а уж тем более произносить вслух. О чём ваш будущий муж подумает, когда выкупит вас и привезёт на свои земли?

— Да ладно вам, — вскинула я бровь. — Она же их не матом послала на все стороны в эротическое пешее путешествие по известным координатам. Современные дети и не такое говорят. В наше время «спасибо» реже слышится, чем оскорбления. Просто взрослые на это не обращают внимания. И вообще, вы вроде говорили, что здесь как бы урок и всё такое. Нормальная баба должна уметь отстаивать свои позиции, а не ковриком под ногами стелиться.

— Пресветлая богиня, не дай бог, такое услышит король, — взвыла мадам, — пойдёмте быстрее от этой ненормальной. А вы, Гер верните девицу её законным хозяевам. Не хватало, чтобы она плохо повлияла на госпожу!

— Хорошо, — сказал погрустневший и обеспокоенный чем-то старец.

— Надеюсь, мы увидимся с вами, Яна, — махнула мне рукой Ари.

— Обязательно увидимся, — прищурилась я, рассматривая парочку ненормальных. — Раз уж я тут надолго, придётся мне как-то выживать.

— Тогда оставлю тебя наедине с теми, кто поможет в этом, — и с видом благородной леди, Ари удалилась вслед за дамой со странными тараканами в голове.

— Мне тоже пора, всего вам доброго, леди, надеюсь, вы сможете принять этот мир и своих мужей, — мужчина поклонился и уже хотел пойти за госпожой.

— Милейший, — окрикнула я его, вспомнив, что не знаю, куда вообще идти и что мне делать. — Не могли бы вы уделить мне несколько минут вашего времени.

— Да? — остановился тот и вопросительно посмотрел на меня.

— Я, как бы здесь впервые и даже не знаю, что мне делать, — виновато улыбнулась я. — Вас не затруднит составить мне компанию и показать, как выйти из этого лабиринта.

— Ой, прошу простить нашу недогадливость, — тут же поклонился он мне. — Пройдёмте за мной, я покажу вам всё, как только передам слугам, что госпожа уже вернулась к своим прерванным занятиям и они могут не искать её.

— Разве это такая проблема, что у неё есть собственные желания и она устаёт от вечной зубрёжки? — я тут же последовала за ним по направлению к противоположной стене, от той, через которую попала в сад.

— Госпожа Аргелинаэль, не спешит становиться благородной невестой, а её брачный возраст уже на подходе, ей совсем скоро исполнится двести лет, — воскликнул мужчина, видя, как я непонимающе таращусь на него. — О, Пьенте, подойди сюда, ты как раз вовремя.

— Что вам угодно, светлый сир? — парень наклонил голову в знак приветствия. — Мы ещё не нашли младшую госпожу, но слуги прилагают все усилия для её поисков, можете не переживать, мы обязательно её отыщем.

— Не стоит так переживать, она нашлась, так что сопроводите госпожу Аргелинаэль к его величеству, — важно сказал мужчина. – Кстати, где сейчас находятся господа генералы, обеспокоенные призывом невест?

— Как скажете, — паренёк поклонился ему, а затем бросил на меня удивлённый взгляд, но враждебности в нём не было. — Великие герцоги ушли в малую гостиную, госпожа Аргелинаэль будет доставлена к отцу, можете не сомневаться.

— Ну, что же, — хлопнул в ладони мужчина после того, как принцесса удалилась. — Кажется, ваши женихи пошли запивать своё горе. Поэтому у нас полно времени. Меня зовут Гер. Я учитель для Аргелинаэль и придворным секретарём, управляющим внутренними делами королевской семьи. Что бы вы хотели узнать для начала? Как я понял, вы не из этого мира.

— Ну, что-то мне подсказывает, что я в глубокой жопе, — с тяжёлым стоном сказала я. — У нас по двести лет никто не живёт.

— Понятно, значит, вам надо не только экскурсию по всему замку провести, но и рассказать про наш мир, — с горестным вздохом сообщил королевский секретарь.

— Да, будьте так добры, — сказала я, потирая ручками от привалившего счастья в виде халявного гида. — Возможно, я передумаю и соглашусь рассмотреть ваш новый мир.

— Мир наш разделён на несколько частей, каждая из которых является империей: наги, демоны, русалы, оборотни, а также тёмные и светлые эльфы, вампиры, драконы и прочее, — тихо начал он.

— То есть вы все нелюди? — в шоке уставилась я на мужчину. — Но Ари же назвала вас именно так?

— Совершенно верно, — закивал головой мой сопровождающий. — Для нас нет разделения на расы, мы все люди, которые разделены на разные расы, но дискриминации по этому поводу у нас нет. Каждая из рас имеет особенности, но мы все одинаковы.

— Весело, — пробухтела я себе под нос и покачала головой. — И как здесь не запутаться?

Я стояла и слушала Гера в полной прострации и не понимала, то ли брежу, то ли схожу с ума. Нет людей, есть расы, есть какие-то странные вещи, которые всё ещё казались мне издевательством. Мама родная, роди меня обратно. Куда я попал, вашу же налево! От таких дум мозг вскипел, и мне срочно нужно было, как-то привести себя в порядок, мозг не придумал ничего лучшего, чем взять полноценный перерыв. Так что перед глазами всё потемнело, в голове зазвенело, и я плавно сползла в обморок, не обещая из него вернуться в скором времени. Наступила темнота, и я блаженно выплыла в прострацию.

Глава 3. Золотое нечто

Голова немного гудела, во рту словно кошки нагадили, а состояние было на грани похмельного. Но пить я вроде не пила и никаких косяков за собой не припоминала. Тут явно в другом отгадка крылась. Простонав, попыталась перевернуться и сесть. Но конечности, были словно не мои и не поддавались тем командам, которые им отдавал мозг. Я себя недоразвитой какой-то ощутила, и стало немного стыдно. Но дело поправимое, главное понять, какого лешего творилось и почему я не в состоянии адекватно действовать и двигаться.

После того как глаза удалось разлепить полностью, я поняла, что очнулась в мягонькой постельке, которая приятно пахла цветами и была на удивление тёплой. Лыбясь, аки дура, что-то мурлыкнула себе под нос и с усилием перевернулась на другой бок. Вставать было лень, да и не хотелось напрягать отдающее болью тело. Всё же под одеялом тепло и уютно, а за его пределами меня ждал мир, который пугал своей неадекватностью. Такое и врагу не пожелаешь, а кому расскажешь, так сразу же в психушку упекут. Я бы сама себя сдала, если бы это помогло избавиться от всего, что произошло накануне.

Отбросив одеяло, я всё-таки смогла принять сидячее положение на кровати и вытаращила глаза, пытаясь переварить увиденное. Уже хотела с радостным криком вскочить и метнуться к окну, чтобы встретить новый день, но, осознав весь масштаб бедствий и переварив открывшуюся передо мной картину, быстро плюхнулась назад и накрылась одеялом по самую макушку. Нет… Нет… Нет… Этого просто не могло произойти! С кем угодно, но не со мной! Я же адекватная дама, с пропиской и кучей тараканов. Но не с дурдомом на выезде же и психами на природе!

— Госпожа Яна, я, конечно, понимаю, что вы бы хотели ещё полежать в постели и отдохнуть после такого напряжённого дня, но скоро ужин, и если вы не поторопитесь, то опоздаете, — сказал Гер. — А с этикетом у нас строго, потому вам придётся его соблюдать и помнить о том, что королевские обязанности теперь станут частью вашей повседневной рутины.

— Не хочу я ни на какой ужин и уж тем более никому и ничего не обязана, — пробухтела я из-под одеяла. — Вы вообще меня похитили и теперь насильственно удерживаете меня в этих стенах. А это, между прочим, уголовно наказуемое деяние. Потому верните туда, откуда взяли, и немедленно!

— С вами хотят познакомиться родители ваших женихов, — вбил очередной гвоздь в крышку импровизированного гроба королевский глава секретариата. — И на вашем месте я бы приготовился к этому мероприятию. Ибо… Сами всё поймёте, как только спуститесь в столовую.

— Тем более не хочу я ни с кем знакомиться, если ради этого придётся выкручивать себя наизнанку и делать что-то, что не входит в мою картину мира, — помотала я головой. — Так что давайте сойдёмся на том, что я просто хочу домой? У меня там целая жизнь, а ваши генералы, герцоги или кто они там, могут идти лесом! Я девочка взрослая и самостоятельная, если захочу, то устрою им такую райскую жизнь, что сами от меня захотят избавиться, лишь бы никогда в жизни больше в глаза не видеть!

— Это несерьёзно, госпожа Яна, — растерянно произнёс мужчина, — я бы посоветовал вам всё же предстать перед будущими родственниками. Они не последние люди в этой империи, и по моему скромному мнению, вы идеально подходите всем троим женихам. Им тяжело приходится в выборе невесты. Статус и та власть, которую он даёт, накладывают на всех кандидаток отпечаток алчности и меркантильности.

— А я вся такая несерьёзная, глупая и наивная дурочка из другого мира, которая вообще не понимает, какого демона тут творится, — рявкнула я с полной самоотдачей. — Даже, можно сказать, неадекватная, психованная идиотка, которую заставили плясать под чужую дудку. А вы не думали, что я алчная, меркантильная, стервозная и заносчивая сволочь, которая мечтает о том, чтобы прибрать к рукам всю власть и золото этой страны? Никогда не допускали мысли, что девица из другого мира может желать этого сильнее, чем любая из этого? Что у меня было трудное детство, меня постоянно оскорбляли, били, морили голодом, а единственный человек, который верил и поддерживал, уже умер? И что всё произошедшее оставило огромный шрам на моей личности и превратило меня в ту ещё маньячку! Такая жена подойдёт для трёх великих семей вашего мира? Ибо переделывать меня и поздно, и бессмысленно, и глупо!

— Кхм, — Гер тяжело надо мной вздохнул и присел в ближайшее кресло. — Так и скажите им об этом. У каждого из нас есть своя трагедия в жизни. Каждому боги отводят ровно столько, сколько мы можем вынести перед тем, как сломаемся окончательно и бесповоротно. Только думаю, госпожа Аргелинаэль очень расстроится, если не увидит вас за трапезой. Сначала отец уехал до завтрашнего дня по делам, а теперь вы не хотите посидеть с ней за ужином. Она не очень любит своих родственников. Ведь самая младшая из принцесс не представляет в их глазах никакой ценности. Если не хотите ради себя, то хотя бы ради неё.

— Эх, умеете вы убеждать людей, — застонав, я всё же отбросила одеяло и выползла наружу, в эту идиотскую жизнь, где меня ждали три существа, именуемые предполагаемыми мужьями, и их семьи. — Но только ради Ари. Можете им так и передать, сами господа хорошие мне не упали ни на какое место!

— Обязательно, так им и передам, — лукаво улыбнулся мужчина.

Пронырливый секретарь прекрасно умел манипулировать людьми. Конечно, я не могла оставлять несчастную Ари на растерзание отвратительным родственникам, которые не ценили её и не считали нужным относиться к ней, согласно статусу девочки. Как стало понятно из разговора, мы находились в стране эльфов, правда, я не поняла, каких конкретно, но, думается, на ситуацию оно не сильно повлияет. Тёмные там или светлые... Одна чертовщина, с которой мне теперь предстояло как-то жить, а конкретнее – выживать! Ибо адекватных причин для своего существования в чужеродной среде, ещё и негативно настроенной, я не видела.

А вся остальная толпа собралась тут из-за того, что посмотреть на такой спектакль хотелось всем, а король и не против. У него не было подходящих дочерей на выданье, а Ари - слишком близкая кровь, чтобы рассматривать её кандидатуру. Вот и взялись трое из ларца за древнюю волшбу, лишь бы отыскать свою наречённую, а выпала им я! Это из разряда, как навезёт и почему с этим не получается бороться. Правда, меня их проблемы особо не колышали и я предпочла заняться мозговым штурмом, который позволил бы найти выход и сбежать обратно к себе. Тут оставаться, в роли декоративной зверушки, я не собиралась!

Как только я вылезла из постели, ко мне подбежали слуги и утащили в ванную комнату. Там в темпе вальса меня раздели в четыре руки и запихнули в просторную ванну, которая напоминала джакузи. Долго натирали тело и волосы различными настоями и всевозможной, остро пахнущей дрянью, назначение которой я даже спрашивать не стала. Я не знала, что налили мне на голову в самом конце, но оно воняло так, что у меня кожа зачесалась от дурной вони. Правда, когда смыли, стало полегче, да и ощущения на голове изменились. Словно я тысяч сто в салоне оставила, и теперь красотка хоть куда. Может, ради красоты и вонь можно терпеть?

После всех водных процедур меня оперативно вытащили из воды, насухо вытерли и замотали волосы в полотенце, надели халат и всучили чашечку ароматно пахнущего чая, который должен был развеять все мои печали. Такая вся чистенькая до скрежета и благоухающая, как парфюмерная фабрика, я зашла обратно в спальню, где меня усадили в кресло. Один из слуг снял полотенце и каким-то заклинанием высушил волосы, позволяя им упасть крупными локонами по моей спине. Вот после этого в спальне и зазвучали первые подозрительные шепотки. Я в недоумении уставилась на них, но слуги, как по команде, отводили глаза, стоило моему взору упасть на них.

— Что-то не так? — тихо спросила я, но все присутствующие в комнате промолчали. — Я ведь чувствую, что где-то пошло через жопу на косяк. Сейчас же дайте зеркало. Гер! Хоть ты, будь мужиком, принеси зеркало и позволь оценить весь масштаб приключившегося со мной песца! Не заткнулись бы они так просто!

Все слуги, как по команде, вздрогнули и стали озираться, будто думая, на кого свалить грехи этого мира. Мне надоел этот спектакль, и я зашипела на них не хуже змеи, пытаясь найти во что бы посмотреться для разрядки и успокоения. Ну, не могла же я облысеть! Волосы за спиной чувствовались тяжёлой волной. Они вообще стали слишком тяжёлыми, как после полноценного комплекса в СПА. Так, чего же накосячили слуги, что теперь отводили взгляд и думали, как бы избежать моего пылающего взора.

Секретарь, кстати, был не то чтобы в шоке, он откровенно лыбился и рассматривал меня каким-то нечитаемым взглядом, смысл которого я не понимала. После моей просьбы он сделал пару пассов руками, и перед моим носом, прямо в воздухе, появилось зеркало в тяжёлой дубовой раме и с позолотой. Сказать, что я выпала в осадок, вообще ничего не сказать. Скорей вышла к чёрту из реальности и возвращаться не собиралась. Мои заурядные волосы стали… Ярко-золотого цвета с платиновыми переливами. Мягкие и пушистые, они лежали на спине плотной завесой и тугими спиральками, доходя едва ли не до жопы, на которой я сидела. Вот это фокус!

— Что со мной произошло? — прошептала я, дотрагиваясь до своих волос и пробуя прядь на вкус. — Я всего чего угодно могла ожидать, но точно не такого сумасшествия. Это можно как-то исправить и вернуть мне мой нормальный золотистый блонд, а не это подобие взрыва на золотовалютном фонде! Как вообще можно ходить с таким и считать себя нормальной!

— Ваши волосы, госпожа Яна, — безэмоционально ответил Гер. — Они стали такими, какими их задумывала природа.

— Я вижу, что волосы, но почему стали вот такого вырвиглазного цвета? — вскрикнула я и с обидой посмотрела на всех. — Я же не сказке, где одним прикосновением мужик превращал всё на свете в золото. Кто со стороны посмотрит, скажет, что я окончательно головой тронулась.

— Думаю, это из-за настоек, шампуней и их сочетания с магией этого места, — попытался успокоить меня Гер. — Ваше тело ещё не приспособились к этому миру, и, возможно, мы поспешили с купанием. Следовало подождать, пока женихи поставили бы вам брачные метки. Но сделанного уже не воротить. И теперь вам придётся привыкать к тому, какой расы вы приобретёте черты и характер. Это просто внешние проявления пробудившейся в вас магии выбранного направления. С этим уже ничего нельзя поделать. Только смириться.

— Я надеюсь, больше ничего не изменилось или изменится во мне, — воскликнул я и развязал пояс на халате.

— На всё воля светлой богини, — назидательно сказал Гер, как настоящий философ и секретарь, способный самую поганую ситуацию, превратить в нечто-то адекватное. — А теперь давайте вы оденетесь, и мы пойдём знакомиться со своими будущими родственниками. Уверяю, как бы вы ни пытались, но подобной участи избежать не получиться. Это прописано в правилах страны и должно быть соблюдено.

— Хотите сказать, что я должна идти к ним вот с такими волосами? — получив утвердительный кивок, замотала головой и запротестовала: против произвола. — Нет! Давайте, я в комнате поем и познакомлюсь с ними после того, как это золотое бешенство с меня спадёт, и я стану вновь адекватного цвета и смогу с гордостью демонстрировать свою надменную натуру, а не дуру, по которой психбольница плачет горькими слезами.

— Госпожа Ари… — начал было говорить мужчина, но я перебила его взмахом руки.

— Ладно, я поняла, что вы с меня мёртвой не слезете, — с тяжёлым вздохом сказала ему. — Делайте со мной что хотите, но рюшек не надо, и противного золотого цвета тоже. Уже на голове имеется, зачем же перебарщивать ещё сильнее. Меня и так от его переизбытка подташнивает. Ещё чуть-чуть, и буду статуэтку напоминать. Ей-богу!

Слегка улыбнувшись, Гер дал знак слугам, и они начали бегать, чуть ли не кудахча вокруг меня, и примерять то один наряд, то другой, то третий, то десятый. В конце концов, мои нервы сдали, и я выбрала нежно-розовое платье с вырезом и тугим корсетом. Правда, последний был украшен красной вышивкой с золотом, но на общем фоне сильно в глаза не бросалось. Жить можно, если осторожно. Ещё на меня надели длинные серьги и, удовлетворённо вздохнув, наконец-то потащили в обеденную залу на знакомство с предполагаемыми родственниками, от которых меня уже тошнило.

— Не беспокойтесь, госпожа Яна, сегодня императора нет, поэтому ужин будет неофициальным, — постарался успокоить меня Гер. — К тому же с вашим характером, вряд ли хоть что-то может пойти не так в этот вечер. Просто постарайтесь расслабиться и наслаждайтесь едой. Это лучший совет, который я могу вам дать.

— Ага, спасибо, — с сарказмом пробурчала я, входя в комнату. — Если что-то должно пойти не так, то это пойдёт не так. Я вам гарантирую. Подождите, и сами увидите, в какой чёртов фарс превратится этот ужин. Можем даже на что-нибудь поспорить. Только приготовьтесь мне заплатить за продемонстрированное шоу.

— Кажется, и ваших женихов сегодня не будет, — шепнул мне Гер.

— Счастье-то какое, не знаю, то ли мне рыдать от умиления, то ли оскорбиться таким пренебрежением к собственной персоне, — также тихо ответила ему, скривив губы в якобы приветливой улыбке.

— Госпожа Яна, — оповестили собравшихся в комнате людей, или нелюдей.

— Ну наконец-то! — с каким-то хищным оскалом сказал мужчина средних лет с пушистыми ушками и хвостом. — А мы уж думали, вы решили покончить жизнь самоубийством и облегчить нам всем бремя.

— Это младший сын императора оборотней и муж великой герцогини рода Кармердиш, — шепнули мне на ухо. — Также здесь присутствуют супруги остальных глав великих семей, а также представители светлых и тёмных эльфов, которые хотели бы оценить ваши навыки в дипломатии и переговорах.

— Спасибо, этих-то я могу отличить друг от друга, — шепнула я в ответ Геру, а для остальных сказала более громко. — Добрый вечер, господа и дамы, надеюсь, вы не сильно долго скучали без моей компании? А раз вечер обещает быть томным, предлагаю разнообразить его не только светской беседой, но и увлекательной попыткой не убить друг друга.

— Я рад, что ты пришла, Яна, — ко мне подплыла смущённо улыбающаяся Аргелинаэль.

— Ох, Ари, — обрадовалась я к той, не заметив скривившиеся лица и презрительные взгляды, обращённые на самую младшую из принцесс. — Я так погляжу, кто-то в этой шайке-лейке тебе по вкусу. Говори, кто, будем действовать нахрапом, но исподтишка, чтобы сразу не просёк и сам постелился к твоим ногам послушным ковриком. Тётя Яна всё решит, только пальцем ткни в болезного.

— Ой, а что это у тебя с волосами? — спросила та, резко меняя тему разговора.

— Лучше не спрашивай, — ответила я, тяжело вздохнув и покачав оной. — Что там ваши слуги напутали, я не спрашивала, но теперь буду бешеной золотой птичкой, которая совершенно не дружит с головой.

— А мне нравится, — робко улыбнулась девушка и потрогала мои локоны. — Давно у нас никто не рождался с божественным благословением, а уж с отпечатком расы богов и подавно. Ты так на них похожа, что это удивительное явление. Как повезло моим кузенам.

— Господа, ужин подан, — оповестил один из слуг, прервав наш разговор и кланяясь сидящим за столом гостям.

Стоило внести еду, как все присутствующие в комнате сразу подобрались и важно прошли к столу, держа спину настолько прямо, что, казалось, они проглотили железную арматуру и теперь не могли её обратно извлечь. Как я поняла, это были какие-то шишки, которые теперь пытались отжать себе влияние и поразвлечься за мой счёт. Они выглядели ещё более напыщенно, чем я рисовала у себя в голове сегодня утром. Уж так задирать свои носы, что казалось, ещё немного, и грохнутся, не видя, куда идут, надо было уметь. Такому за полчаса не обучались, этот дебилизм с пелёнок в голову должны были вкладывать.

— Ари, они всегда такие? — спросила я у своей товарки по несчастью, когда нас усадили рядом.

— Какие? — не понимая, мой вопрос, задала та встречный.

— Ну, такие самодовольные и надменные рожи, что так и просят кирпича, — хихикнула я, представляя сию животрепещущую картину. — Прям павлины в сезон гона. Пушатся, перья распускают, а под хвостом, один чёрт, обычная куриная жопа. Вот так как-то сейчас весь этот цирк и выглядит.

— Не знаю, кто такие павлины, — хихикнула Ари. — Но описание моих дядюшек и тётушек очень соответствует твоим словам. Они всегда такие важные и гордые, словно сами построили эту империю и на своих руках несут все тяготы этого мира.

— Получается, люди везде одинаковые, даже если они совершенно не люди, — с тяжёлым вздохом пробормотала я и посмотрела в свою тарелку.

Вспомнив совет Гера о том, что следует наслаждаться пищей, а не пустым созерцанием надменных рож, я постаралась сконцентрироваться именно на ней. Ари только хихикнула, прикрывшись ладошкой, и сразу же стушевалась, поймав на себе несколько враждебных взоров. Слуги принесли какое-то непонятные блюда, которые выглядели так, словно их уже кто-то жевал до меня. Как по мне, так это была фиолетовая кашка, украшенная красными ягодками, похожими на клюкву и воняющая переспелыми персиками, которые начали немножко подгнивать и сгодились бы только на настойку. Есть резко перехотелось, да и жить в этом дурдоме.

Придирчиво посмотрела на эту размазанную по тарелке блевотину и скосила глаза на Ари. Та, как ни в чём не бывало, взяв кусок местного хлеба желтовато-синего цвета и осторожно, как настоящая принцесса, намазала этой фиолетовой отрыжкой кашалота. А потом с удовольствием стала откусывать небольшие кусочки и пережёвывать их с такой тщательностью, словно по заданию сделать не меньше сорока движений челюстью на каждый укус. По её лицу можно было понять, что это довольно-таки вкусно, но выглядеть от этого лучше не стало.

Эх, была не была, как говорится: не поминайте лихом. Взяв хлебушка, намазала на него «это нечто» и осторожно, словно в руках что-то ядовитое, откусила и попробовала прожевать. Едва не подавилась, но после первого психологического рефлекса, прислушалась к себе и своим ощущениям. Хм, ну даже не знала, как описать. По вкусу на мясное нечто, похоже, с капелькой курицы и морского ушка. Может, у них такой паштет считался чем-то изысканным? Мне больше кошачий корм напоминало, который я однажды на спор ела. Ну, да ладно, главное, чтобы это оказалось вполне себе съедобным и с голоду помереть мне было не суждено.

После первого аперитива подали какой-то салат с ярко-красными кусочками мяса и кучей зелени. Ну вот, моё ПП уже тёрло лапки и узнавало что-то до боли родное и привычное. Можно было расслабиться и вкушать поданные яства. К тому же после фиолетового паштета уже не так страшно было кушать. С аппетитом, аккуратно похрумкивала листьями зеленухи и, следя краем глаза за действиями Ари, промокнула салфеточкой губы. Было вполне сносно, я бы даже сказала, на ресторан неплохого среднего класса тянула. Не Мишлен, но вполне себе сгодиться.

После салатика пошёл супчик и главное блюдо. Надо сказать, хорошо так пошли, с аппетитом. Я ещё по паре порций попросила, и как-то плевать на ошалевшие взгляды сидящих снобов. Я и так дохлая, как доска гладильная, за исключением груди, которую я себе с первой же зарплаты сделала. Без этого в моём образе жизни никуда. Надо заметить, что мои соседи по столу пытались со мной поговорить и втягивали в свои беседы. Вот темы: балов, украшений и знатных особ, меня особо не волновали. Нет, может, если бы я в этом разбиралась, то посплетничала, а так пустой набор звуков. Так что я угукала, где надо и жевала.

Ужин подошёл к своему логическому завершению вместе с десертом. Это уже было что-то за гранью моего понимания. Ибо оно было воздушное и дёргалось на тарелке так, словно его били током двести двадцать, каждый раз, когда я подносила ложку. Долго боролась с ним вилкой, доставив этим Ари кучу веселья. Остальные же гости никакого внимания на это не обращали и вообще не притрагивались к шизанутому десерту. Но когда, вооружившись ещё и ножом, я блаженно застонала, вкусив шикарный ванильный вкус, с удивлением на меня посмотрели, а потом на покромсанный десерт, который уже не дёргался, а пал смертью храбрых.

Все начали меня расспрашивать, откуда я, такая долбанутая и шизанутая, на всю головушку явилась, что там делала и остальную профайловую фигню. Словно я на собеседование сидела, а не общалась за столом с будущими родственниками. Отвечать, честно говоря, было дико лень, хотелось вернуться в комнату и лечь спать, но я крепилась и держалась из последних сил, разлепляя глаза и уста. И тут, когда я едва не психанула, мне пришла просто гениальная мысль. Очень уж стало кое-что интересно узнать от этих напыщенных павлинов. И ведь расскажут, как миленькие, не заподозрив никакого подвоха. Ну, держитесь, женишки!

— Скажите, пожалуйста, а почему ваши дети решили найти себе невесту таким странным способом? — вздёрнув бровь, я постаралась прикинуться дружелюбной и заинтересованной. — Неужели у них не было подходящих вариантов среди круга общения?

— Мальчики уже давно выросли, и им пора обзавестись своими семьями, — жеманно сказала женщина в массивном алом платье, — но проблема в том, что окружающие их дамы не соответствовали тому уровню, который искали наши семьи. Потому они и прибегли к столь необычному, но проверенному способу подбора пары.

— Но я же одна, а их трое, — обиженно протянула я, отпивая местный чай. — Как же они меня поделят, если мы все же решим соединить наши жизни законными узами брака?

— Это не страшно, они не наследники, просто наши горячо любимые сыновья, и не имеет значения, где они будут жить, — стал говорить тот, который попытался первым втоптать меня в грязь. — Сами выберут место. В деньгах они не будут нуждаться, ведь являются отменными генералами и полководцами, которые принесли огромную славу стра…

— Я ещё они социофобы и тунеядцы, просаживающие отцовские деньги и не ведающие ничего, кроме войны и её разрушительных последствий, — вставила я свои пять копеек и высоко вздёрнула подбородка, и отточенным движением закинула ногу на ногу. — Надеюсь, ничего не пропустила и правильно уловила суть данной проблемы?

— Ну-у-у… — протянула женщина, переглядываясь с остальными родственниками. — Можно сказать и так. Они не привыкли к…

— Ухаживаниям, нормальным отношениям, уважению в парах, а также гражданской жизни, обычной работе и к тому, что жена, это не адъютант и не обязана прыгать по первому же зову, — не выдержав, продолжила я фразу на свой манер. — А ещё к тому, что жена может огреть сковородкой и лишить секса на пару месяцев в воспитательных целях.

— Дерзкая и надменная девка, — зашипела та, кого я перебила. — Как ты смеешь такое говорить о благородных герцогах? Ты без роду и без племени.

— Не забываем только, что я не просила меня сюда переносить и готова вернуться в свой родной мир, хоть сею же секунду, — махнув на них рукой, встала из-за стола и направилась к выходу из комнаты. — Прошу меня извинить, но что-то голова разболелась. Наверное, мигрень разыгралась от столь бессмысленных разговоров. Всего вам наилучшего, господа и дамы, желаю не подавиться собственным ядом.

Высказав им всё, я со страдальческим видом и приложив руку ко лбу, показывая, что мне действительно плохо, удалилась восвояси. Хотя про мигрень наврала, вспомнив любимую отговорку всех женщин Земли. Выйдя из комнаты, попросила первого попавшегося слугу отвести меня в мои покои. Сам отыскать их в хитросплетениях замка была не в силах и прекрасно это понимала. Потерялась бы за первым же поворотом и бродила бы, пока не издохла от усталости и голода. А эти… Вряд ли бы меня искал кто-нибудь помимо Ари.

До комнаты мы добрались спустя двадцать минут. Выпроводив всех к демонам, я рухнула в объятия кровати. Моя милая постелька с готовностью приняла мою тушку и даже не скрипнула. Раздевшись и наскоро приведя себя в порядок перед сном, я скосил глаза на лежащее на перине нечто. Оно было похоже на бабкину ночнушку грязно-зелёного цвета, с кучей рюшечек и оборочек, от вида которых у меня глаз дёрнулся. А самое главное, материал, из которого создавался сей «шедевр», был на ощупь, чуть мягче вафельного полотенца для кухни. Это что, я должна спать в таком убожестве? Нет, увольте! Лучше голышом, чем в такой дряни.

Бросив бесполезную тряпку на пол, забралась обратно на перину и, зарывшись в охапку тёплого одеяла, сладко зевнула во весь рот, демонстрируя отменную работу стоматолога. Наконец-то меня окружала лишь тишина и блаженное умиротворение. Так хорошо и комфортно. Наверное, постель единственное, почему я буду скучать после возвращения домой. Причмокнув губами, блаженно улыбнулась и упала в руки Морфея, который тут же мягко окутал своим облаком и утянул в радужные миры, сотканные из снов и подсознания.

Глава 4. Флейта и сновидение

После всех злоключений прошедшего в нервном напряжении дня, завтрак я благополучно проспала и, как бы меня ни будили, вставать наотрез отказывалась, посылая всех в пешее эротическое путешествие. Поэтому сорок минут спустя, и две трети запаса русского неофициального национального диалекта, меня оставили в покое и даже дали блаженно прикрыть глаза. Проснулась поздно, и то только из-за того, что мочевой пузырь начал давить на уши и намекал на ряд действий. Встала, по-быстрому ополоснулась, благо на этот раз сама, и без всяких волшебных шампуней, выбрала первое попавшееся платье, проигнорировав нечто цветастое, приготовленное слугами.

Если они в серьёз думали, что я соглашусь изображать шута и устраивать им цирковые номера с выходом на бис, то сильно просчитались. Так что, перекусив очередным непонятным блюдом, на вкус напоминающим омлет с колбасой, а на вид… Нет, про вид лучше не думать, а то кусок в горло не лез. В приподнятом настроении вышла из комнаты и решила исследовать выделенную мне территорию. Надо было как-то мириться с новой жизнью и вселенской несправедливостью по отношению ко мне, любимой. По крайней мере, я надеялась, что спустя недельку они от меня устанут и отправят обратно домой.

Действовать на нервы и играть на психике я умела, любила и проделывала периодически, ради интереса. Хотелось немного пройтись по дворцу, к тому же заблудиться теперь было не страшно, с таким штатом слуг, кто-нибудь да выведет к покоям. Всё же впервые получив такую возможность, как же ей не воспользоваться. На верхние этажи решила не лезть, поэтому поспешила на первый, где располагался тот самый дивный сад, с которого и началось моё знакомство с этим странным миром. Чего я только не увидела, пока бесцельно бродила из угла в угол. И с отчаянием поняла: чтобы нормально осмотреть хотя бы одно крыло первого этажа, одного дня будет маловато. Тут можно было гнездоваться на пару месяцев, не меньше.

Стоило мне зайти в очередную дверь, как я пропала. Окончательно и бесповоротно. Всё, никуда не хочу, гнездо вить буду прямо тут! Огромная, светлая библиотеку, в три этажа с винтовой лестницей посередине, покорило моё сердечко. Без зазрения совести и разрешения, умыкнула, откуда парочку книг на пробу, вдруг смогу научиться по ним читать. Хотя… Разговаривала я вроде без всякой адаптации, может, и навыками чтения с письмом, меня не обделили, и я смогу спокойно выполнять базовые функции? Если так подумать, то учёба меня особо не привлекала, но это не значило, что я полная дура. Книги и знания я любила, но именно в том ключе, в котором сама для себя выбирала, а не то, что пихали в голову.

Следующим пунктом моих изысканий стала кухня. Её я по запаху отыскала, причём не самому приятному. Открывшийся моему взору вид поверг в дикий и священный трепет. Похоже, про антисанитарию и разделение зон тут не слышали даже в теории. Оры и крики дошли до того, что повар отказался для меня готовить и посоветовал жрать, чё дают. Прежде чем уйти с кухни, прихватила парочку тёмно-красных яблок и решила сходить в тот потрясающий сад, где вчера встретила Аргелинаэль. Было бы просто замечательно почитать книгу в беседке, грызя немного подозрительные яблоки, которые ничем не отличались от привычных мне. То и настораживало!

Я как раз подходил к саду, когда услышала чарующие звуки и нежную мелодию флейты. Решив выяснить, кто же так волшебно играет, двинулась на музыку, разносившуюся чуть вдалеке. Идя по одной из дорожек сада, думала о том, что вообще хотела увидеть. Наверное, прекрасную деву, как в китайский сериалах, где она, такая одинокая и прекрасная, стоит и грустно музицирует, ведь судьба к ней так жестока. Или это я просто уже головой тронулась от всех этих переживаний и приключений. Нет, в самом деле, никогда не хотела быть героиней подобного треша.

Так я и шагала, размышляя о чём-то столь далёком и глупом. Тропинка привела меня к беседке, которая была нежно-жёлтого цвета и увита плющом с небольшими цветочками ярко-кораллового цвета. Посреди неё стоял высокий, мускулистый мужчина с бледной кожей и короткими чёрными волосами, отливающими синеватым отливом. Он не мог меня заметить, ведь я подходила со спины, а я могла, не страшась, стоять, разинув рот и слушать чарующие переливы флейты. Удивительно, при такой комплекции столь лёгкое и непринуждённое исполнение. Словно он великий гений, а не какой-то вояка, если судить по мундиру.

Так я замерла, облокотившись на ствол какого-то деревца, с широко раскрытыми глазами и едва разлепленными губами, через которые пыталась втягивать воздух, как можно тише, чтобы не разрушить великолепие мгновения. Казалось, что мелодия захватывала и возносила куда-то ввысь, позволяя парить в облаках, а ветер нежно ласкал кожу, оглаживал и успокаивал, давал понять, что это не сон, а идеальное видение. Но тут мелодия резко оборвалась, и, вздрогнув от неожиданности, я поняла, что незнакомец с интересом рассматривал меня через плечо.

— Ой, — непроизвольно вырвалось у меня. — Я не хотела вам помешать, просто вы так великолепно играли, что я не заметила, как ноги принесли меня сюда. Простите, пожалуйста, мелодия была восхитительна и не смогла удержаться от соблазна насладиться ею и окунуться в удивительный мир звуков.

— Не стоит так переживать по этому поводу, — улыбнулся мужчина, не отрывая от меня заинтересованного взгляда. — Просто, я немного удивился тому, что тут был кто-то ещё. Обычно ко мне невозможно приблизиться со спины. А вас я не почувствовал даже с такого мизерного расстояния. Хотя теперь, увидев, кто именно стоит передо мной, причина вполне понятна и даже объяснима. У вас совершенно иная аура, которая отличается от любой, которую я встречал. Такая лёгкая, изящная, прекрасная, как цветок. Вы больше напоминаете птичку, нежели живое существо, которому положено источать силу.

— То есть я не человек? — в шоке спросила я у того и сделала несколько шагов вперёд.

— Ну, что вы, прекрасное создание, — засмеялся мужчина, — не стоит так о себе говорить. Вы очаровательны и невинны, подобно бутону прекрасной розы, распустившейся в утренней росе. Видимо, у вас в мире всё по-другому, поэтому я ощутил вашу ауру иначе, чем любого, кто родился в нашем мире. Лишь генетические особенности, не более.

— Признаться честно, вы меня немного напугали столь странными речами, — сказала я и взъерошила волосы, которые и не собирались белеть, оставаясь всё такими же золотыми.

— Извините за мою неучтивость к прекрасной даме, — прищурившись, мужчина хитро посмотрел на меня. — А что вы тут делаете? Вроде как, у прекрасной незнакомки есть женихи, и она должна быть рядом с ними, чтобы узнать их получше, перед свадьбой церемонией. К тому же это королевский сад, сюда нельзя входить никому, кроме святых и представителей королевского рода.

— Господин не стоит, я знаю формальности, — презрительно фыркнув, скрестила руки на груди и приподняла голову, задирая нос. — Если меня сюда вытащили призывом, то это не значит, что я собираюсь становиться чьей-то женой. По законам моего мира такие действия будут расцениваться, как похищение и незаконное удержание. Неправомерное лишение свободы и уж тем более рабство уже сотни лет под запретом. И они реально хотят, чтобы я их слушалась? Сковородой по голове они, случайно, не хотят?

— А занятная дама, моя прекрасная незнакомка, — мужчина, слегка наклонив голову, лукаво сверкнул глазами и сделал ещё один шаг ко мне. — Значит, вам понравилась моя музыка?

— Да, очень, — тут же закивала я, как китайский болванчик на торпеде машины.

— Хотите ещё послушать? — при ближайшем рассмотрении оказалось, что он возвышался надо мной, подобно скале и смотрел так неистово лукаво, что очаровывал. — Могу сыграть исключительно для вас, миледи.

Получив от меня утвердительный кивок, указал мне на скамейку в беседке, и я пулей метнулась туда, даже не задумываясь над тем, что за аукцион неведанной щедрости такой. Я с радостью плюхнулась на мягкую подушку и, положив рядом книги с яблоками, устремила свой взор на длинные, изящные руки мужчины, которые держали флейту и совершенно не напоминали руки умудрённого жизнью вояки, закалённые в бою и крови врагов. Может, просто носил форму, а сам и дня не воевал? Кто же знает, что тут с геополитикой творилось. Он поднёс инструмент к губам, и меня вновь унесло куда-то в далёкие дали нереальности, которая растекалась мурашками предвкушения по коже и оседала в сердце щемящей тоской.

Казалось, что я парила где-то высоко-высоко, в неведомых далях, наблюдая цветные паля и солнечные переливы. Но на этот раз в мою фантазию просочилось ещё одно существо: новый знакомый, который так нежно и трепетно припадал губами к мундштуку флейты и заставлял её тихо стонать на всевозможные лады. И вот реальность перемешалась у меня в голове со сказочным видением. Незнакомый флейтист медленно наклонился ко мне, что-то тихо шепнул, но я не разобрала, что именно ведь мужчина провёл пальцами по моим губам и, наклонившись, поцеловал так трепетно и нежно, словно я была тем самым инструментов в его руках. Тонкая, изящная и бережно хранимая. Мечта…

Холодный пот прошиб всё тело, и я резко открыла глаза, возвращаясь в настоящее и осознавая, что музыка больше не звучала. А флейта перекатывалась в длинных пальцах, словно напоминая о моей бесстыжей фантазии, которой я позволила взять верх над собой. Мужчина действительно стоял подле меня и улыбался мягко, обескураживающе и ласково, но в уголках его глаз мелькала тревога и страх. Особо не пытаясь понять, что вообще произошло, я постаралась откашляться и придать лицу более осмысленное выражение. Не выставлять же себя дурой и нимфоманкой, поплывшей от звуков флейты. Самой стыдно за такое!

— Простите, что опять напугал, просто мне показалось, что вы либо уснули, либо слишком глубоко погрузилась в мир эклея, — тихо сказал тот, отступая от меня на шаг.

— Мир эклея? — непонимающе уставилась я на того.

— Да, — парень кивнул и улыбнулся ещё шире, демонстрируя ровный ряд зубов. — Мелодия этой флейты погружает слушателей в мир эклея или же простым языком в мир сновидений. Это древняя магия, которую могут контролировать лишь избранные. Но обычно на людей она действует долго и тяжело, а ты сидела такая умиротворённая, что я немного испугался за тебя.

— То есть то, что я там видела – сон? — вопросительно приподняла я бровь.

— Всё, что вы там видели… — он склонил голову набок и вопросительно осмотрел меня с ног до головы. — Как бы это объяснить, чтобы ни появилось ещё больше вопросов. Всё, что происходит в мире эклея, является подсознательным желанием. Как бы магия флейты показывает, что хочешь, слушатель в реальности, но боится, что оно случится на самом деле. Хотя…

— Ну, давай, договаривай, — возмущённо воскликнула я, — сковородки под рукой нет, бить не буду, да и музыка мне понравилась, хоть она и была магическая. Я не в обиде, честное слово. Так бы слушала и слушала, блаженство.

— Иногда, если очень захочу, то могу пробираться в чужие сновидения, но ваш разум был словно выключен, и такое ощущение, что магия действовала, на вас не так, как должна, — тихо вертя флейту в пальцах, сказал собеседник. — Потому я не могу быть уверен, что это был именно мир эклея, так как он неподвластен моему желанию. Что вы там увидели, моя прекрасная незнакомка?

— Ничего, — густо покраснев, воскликнула я и мгновенно отвела взор.

— Что же, тогда не буду настаивать на мгновенном ответе, — ухмыльнулся мужчина, — но если вы захотите ещё раз послушать мою флейту, то я всегда готов оказать вам такую услугу. Время, проведённое в компании столь очаровательной леди, услада для моего взора.

— Непременно, — буркнула я, отводя взгляд от его губ.

Кажется, со всеми этими злоключениями у меня начался фирменный недотрах. Только где взять тут кого-нибудь, с кем можно было бы переспать без обязательств и лишней головной боли? Ну, конечно же, есть женишки, но вдруг они решат, что я согласна на брак, раз желаю с ними чего-то большего, чем посмотреть на луну. Нет! Точно не надо мне такого счастья. Без них хорошо живётся, не стоит изменять традициям. Мне такого счастья не надо, даже с доплатами. А потому проблему надо решать самостоятельно и без лишних слухов. Потом моя репутация скажет мне спасибо за проявленное хладнокровие и выдержку.

— А, кстати, как к вам можно обращаться? — нервно хихикнула я. — Как-то неловко выкать и тыкать. Мы так долго нарушали правила, что можем быть сообщниками, а я даже не знаю вашего имени. Хотя вы, наверное, знаете моё. Да что там, весь дворец знает из-за этой досадной ошибки с призывом и кривым ритуалом.

— Конечно, — рассмеялся тот, подавая мне руку. — Вы, прекрасная госпожа, стали знаменитостью. Про ваши подвиги уже слагают легенды не только при дворе, но и, наверное, столь необычные вести не достигли ушей лишь русалов. Но я уверен, ещё немного, и те пожалуют в гости, чтобы посмотреть на вас.

— Вот ведь чертовщина! — застонала я и едва в голос не взвыла от разочарования и понимая того, какой дурдом тут творился.

— Да не переживайте так, — отсмеявшись, сказал мужчина, глядя на меня. — Меня, кстати, зовут Эргабеэль. Так что можете теперь обращаться со мной не так формально. Хотя, кажется, вы и не утруждались соблюдать правила этикета. Именно этим вы и подняли на уши весь дворец. Уверен, дальше будет лишь веселее.

— Приятно познакомиться с вами, — тут же, перестав дуться, отозвалась я, принимая руку и вставая на ноги. — Красивое имя, правда, вряд ли я его запомню с первого раза, так что прошу прощения, когда начну его коверкать.

— Какая же вы всё-таки смешная и необычная, — щурясь, сказал Эргабеэль.

— Я могу и обидеться, тогда не советую вставать у меня на пути, — проворчала я, деланно, надув губки бантиком. — У меня разгон от милой зайки до бешеной стервы три секунды, и тормозного пути не предусмотрено базовыми характеристиками.

— Прости мне мою грубость, правда, не хотел вас обидеть подобным замечанием в вашу сторону, — усмехнулся мужчина и галантно поцеловал мою руку. – Я…

— Отец, — раздался удивлённый крик у нас за спинами, и из-за куста выбежала Аргелинаэль с растрёпанной причёской и ярко горящими глазами.

— Милая моя девочка, скучала по отцу? — прошептал император, на которого я уставилась во все глаза.

— Очень-очень, — ответила самая младшая из принцесс, прижимаясь к отцовской груди и звонко шмыгая носом.

— Я тоже, — вытерев набежавшие слёзы, он поставил её на полбеседки. — Надеюсь, ты хорошо себя вела и не доставляла никому проблем? Совсем скоро к нам пожалует твой жених, он уже предложил такую сумму, что остальные страны не понимают, за что так много платиться. Но не волнуйся, он состоятельный и знатный.

— Я была очень хорошей, — оповестила та отца. — Давай не будем принимать предложение и подождём, пока ещё кто-нибудь не захочет перебить ставку. Папочка, я обещаю, что не смогу доставить тебе проблем, даже если очень постараюсь. Я не хочу замуж за него… Честно!

С улыбкой умиления смотрела на эту картину, и в груди что-то больно щемило от зависти и тоски. Но я просто отмахнулась от этого. Может быть, в этом мире мне повезёт больше, и я смогу завести детей. Буду рад даже приёмному, лишь бы было о ком заботиться и переживать, вытирая сопливый нос и мастеря поделки в детский садик, если тот такой имелся. Зачем мне мужья, когда могла спокойно взять какого-нибудь малыша из приюта. С моим нынешним статусом подобная роскошь мне доступна! Мысли о том, чтобы самой родить, я не допускала. Диагноз предельно ясен, и даже магия не в силах его изменить. Так что самый верный вариант подарить свою нерастраченную любовь тому, кому она нужна.

— Ой, Яна, — взволнованный голос Ари выдернул меня из раздумий.

— Привет, моя хорошая, — нежно улыбнулась я девочке. — Как спалось? Надеюсь, хорошо себя чувствуешь, и те злые черти больше не заставляли тебя изучать ненужную ерунду?

— Не переживай, сегодня все заняты другими делами, — тихо пробормотала принцесса, и что-то в её голосе мне не понравилось.

— Опять было плохо всю ночь? — с грустью спросил Эргабеэль.

— Нет, всё правда, было хорошо, — постаралась успокоить своего отца взволнованная и испуганная Ари, но было заметно, что он врать она не умела.

— Ах, Аргелинаэль, — мужчина нежно провёл ладонью по волосам дочери и тяжело вздохнул. — Я обещаю, что, чего бы мне это ни стоило, найду мага, способного излечить твою болезнь, и он обязательно поможет тебе с недугом.

— Недугом? — с волнением спросила я, рассматривая девушку.

— Да, но уже почти нет тех, кто помнил бы такую древнюю магию, — с сожалением сказал император. — Даже притом, что благодаря своей магии они живут дольше других рас. Рождается божественный посланник лишь единожды в сто лет, если не во всё пятьсот, а то и тысячу.

— А что делает сие чудо природы? — вопросительно скинула я бровь.

— Эти маги могут возвратить кого угодно к жизни, излечить любую болезнь, снять проклятие и нейтрализовать смерть, — пояснил мне мужчина. — Пока человек жив, они способны сотворить настоящее чудо. Эти люди не принадлежат какой-то расе, они берут свою силу прямиком из природы, черпают из самой сути жизни. Нет, даже не так. Они её берут из всего, что живо: земля, вода, деревья, растения, воздух, огонь, птицы, животные и другие люди. Могут в буквальном смысле взять часть силы у любого существа и превратить её в свою. Но обнаружить такого мага практически невозможно, если он сам того не пожелает. Вот я и ищу…

— То есть, даже у меня или у вас могут отнять энергию и переработать её в чью-то магию? — моему удивлению не было предела.

— Конечно, — кивнул головой правитель. — Например, у металла, маг жизни энергию взять не мог, так как тот не нёс в себе само понятие жизни. Раньше их, как и некромантов, было множество. Только они уж слишком обнаглели, начали забирать практически всё, оставляя лишь кроху существования. Тогда на совете все расы решили их истребить. Закрывали в железные гробы, и они быстро умирали, лишившись подпитки, которая требовалась постоянная и без которой они слабее обычных людей. Те маги жизни, которые теперь есть на земле, в основном отшельники или же скрывают свою магию, живя среди остальных и вытягивая по крохам, чтобы хватало на существование. Правда, этим они сокращают себе жизнь, но это их выбор, да и надо было сразу искать компромисс, а не выжигать страны и континенты.

— Ого, — с ужасом выдохнула я. — У нас только байки про злых некромантов ходят, но, оказывается, и обратная сторона монеты не лучше. Надеюсь, что остались те, кто дружит с головой и способен исцелить Ари.

— Угу, — кивнули мне в ответ.

— Кстати, в тебе я ощущаю тлеющую, как уголёк, силу, которой нет определения в нашем мире, потому думаю, со временем она разрастётся, и мы узнаем, какой величины магия таится в твоей душе, — улыбнулся Эргабеэль. – Надо бы тебя на проверку…

— Ваше императорское величество, — из-за кустов неожиданно вышел один из слуг, прерывая наш разговор. — Прошу меня простить, но обед уже ждёт вас. Прикажете подавать его сюда или накрыть в обеденной зале?

— Всё в порядке, мы уже идём. — повелитель повернулся к нам с Ари. — Дамы, вы не против составить мне компанию за трапезой?

— Непременно, — выдавила я из себя, смотря на императора, который явно веселился за мой счёт.

— Яна? — Ари одёрнула меня за руку и привлекла внимание, когда я постаралась отвиснуть и переварить информацию.

— Ох, простите, я немного задумалась о состоянии кухни, на которой готовят, вы что-то говорили? — тряхнула головой и вопросительно уставилась в глаза собеседников.

— Ты пойдёшь с нами или хочешь, чтобы обед тебе в комнату принесли? — спросил Эргабеэль.

— Думаю, я пойду с вами, — не краснея, соврала я на профессиональном уровне. — Хотя бы, не так скучно будет сидеть в четырёх стенах. Не особо люблю одиночество. Особенно когда оно бессмысленно и пустое.

— Вот и славненько, тогда прошу за мной, — и, предложив нам две руки, он повёл нашу небольшую процессию по дорожке из сада.

Перспектива поесть в тишине и покое звучала весьма заманчиво, но всё же не хотелось бросать Аргелинаэль в одиночестве, ещё и после таких новостей. Нет, я понимала, что, скорее всего, был какой-то глубинный смысл в том, что младшую из принцесс ни во что не ставили, но чтобы вот такие новости. Это уже ни в какие ворота не лезло. Что-то мне подсказывало, что даже её отец не всегда мог защитить хрупкую и несоциализированную девицу от бед и королевских интриг. Тут пока в зубы не дашь, многие не успокоятся и продолжат на тебя нападать. У кого клыки острее, тот и прав. Это как в мире моды: если у тебя нет сил отбиться, то тебя сожрут и переварят. Вот только Ари вряд ли бы в одиночку ушатала распоясавшихся мегер.

А уж то, что эти твари поливали её грязью, и дураку понятно. Стоило только вспомнить вчерашний ужин с потенциальными семействами, как жизнь переставала казаться сказкой и хотелось взяться за пулемёт. Ничего так не учило вежливости и галантности, как щелчок предохранителя у вашей головы. Не зря же у меня бабка лихие девяностые прошла с бандитами и депутатами. Такова натура тех, кто может задеть, обидеть или смести под коврик. Они понимали лишь законы силы, и те, у кого её не было, были им не страшны. Плюс, по их мнению, если самая младшая принцесса больна, то, значит, негодна, а если бесполезна, то подлежит «утилизации» в кратчайшие сроки. Хотя, что это я? Ведь раньше в некоторых племенах слабых детей после рождения сразу же убивали, или вон как в Спарте, непригоден для жизни, и сразу со скалы. Ари в этом плане ещё повезло.

Аргелинаэль, словно прочитав мои мысли, незаметно для отца схватила мою руку и потянула чуть назад, смущённо улыбнувшись и тихо что-то шепнув мне на ухо. Я, правда, не разобрала, что именно, настолько тихо была брошена фраза. Но разве я могла противостоять этому священному трепету в её очах? Несчастию едва ли не трясло от осознания того, что сейчас в очередной раз начнётся круг издевательств. Не верилось мне, что присутствие императора что-то сильно поменяет в поведение аристократии. Те, как были заносчивыми и эгоистичными изначально, никогда не скрывали этого. И коли правитель это терпел, значит, был плюс-минус такого же мнения, только дочь, всё же любил.

Так, мы и шли по коридорам дворца, поднялись на второй этаж и зашли в большую комнату. М-да, не думала я и не гадала, что окажусь в столь нелепой ситуации. Когда сбежать не позволяла совесть, а остаться чувство собственного достоинства. Что не говорите, а находиться в одной комнате с теми, кто пытается убить тебя взглядом, достаточно неприятная перспектива. Тут же при виде меня едва ли не каждый первый ощетинился так, словно я у него сто миллионов заняла, спустила их в своём же казино, а теперь отдавать не собиралась, ссылаясь на банкротство и то, что казино оформлено на маму лучшей маминой подруги.

Окинув столовую быстрым взглядом, отметила, что сегодня всё было более официально и торжественно. Сразу невооружённым глазом можно было узреть, что народу в два раза больше, чем на вчерашней трапезе со знакомством. Да и комната тоже выглядела пошикарнее и побогаче, раза так в четыре. Все, приготовившиеся к приёму пищи, мгновенно подорвались со стульев и поприветствовали нас. Как только мы зашли, император приобрёл отрешённый вид, словно железный прут проглотил. Это за метаморфозы такие странные? Он в самом деле боится проявлять отцовские чувства на людях, точнее нелюдях?

Осмотрев всех присутствующих, я увидела ту самую троицу придурков, которые меня обступали, когда моё бренное тельце очутилось в этом мире. Правда, на лицах всех троих красовались красноречивые такие синяки. Хотя я вроде бы рыжего не била. Точнее была, но не по морде, а по яйцам? Неужели кто-то ещё приложился к их надменным фейсам, познакомив их с тейблом? Нет, я бы даже посмотрела на это животрепещущее действо из первых рядов. Но, увы, меня пригласить позабыли. Ну и ладно, я найду себе развлечение иного рода, главное, чтобы потом жаловаться не приползли и умолять вернуться назад.

Увидев меня, они стали перешёптываться, а потом, что-то решив, пошли в моём направлении. Я покрепче ухватила Ари за руку и предусмотрительно толкнула себе за спину, готовясь к любому манёвру. Меня тронут, зубов недосчитаются, а вот принцесса могла и пострадать в этой схватке, а такие жертвы среди невинного населения, мне нужны не были. Это моя война, и воевать буду я! Живой не дамся, могут к чёрту катиться! Интересно, что они там придумали? Но чтобы там ни было, мне это заранее не нравилось, и я требовала сатисфакции за причинённые мне моральные и физические страдания, а уж потом, может быть, когда-нибудь, после дождика в четвёртый понедельник, пришедшийся на тринадцатое после пятницы седьмого, мы поговорим!

Глава 5. А по роже?

— Ну, здравствуй, невестушка, — прошипел тот, который меньше всех пострадал при первом знакомстве и облизал губы, пялясь своими гляделками туда, куда не просили опускать наглые гляделки.

— Здорово, что в голове ничего не пострадало, — скривившись, ответила я. — Значит, диагноз ясен: мозгов нет, сотрясение зарабатывать нечем.

— Не наглей, девка, — более агрессивно протянул этот урод. — Мы аристократы, а ты — бесправная оборванка, и тут лишь для того, чтобы стать нашей супругой и выносить детей. А также чтобы отвадить тех, кто хочет заполучить нашу милость. Больше ты ни на что не годишься!

Ненавижу этих высокомерных мужиков, которые считали себя едва ли не центром вселенной, во круг которой крутилось космическое мироздание и едва ли не все планеты разом. Такие уроды всегда вызывали во мне неприязнь и отвращение. А этот ещё и лыбился так, что хотелось подпалить его рыжую шевелюру и запихнуть в задницу морковку, которая так некстати попалась мне на глаза. А стоило мысли о то, как тот скользит своим языком по моей коже, аж живот скрутило. Нет, сперва надо его либо с мылом промыть, либо сразу отрезать, чтобы лишнего не вякал и не смущал мою нежную душевную организацию.

И они с таким характером надеялись найти себе жену? Ну, ладно! Ещё поплачет у меня! Чтобы я и стала их инкубатором на ножках? Только если они будуут младшими мужьями и послушными собачками. И плевать, что я нежная барышня без претензий на власть. Отдеру так, что надолго запомнят, почему не стоит приближаться к тем, кто в студенческие годы подрабатывал госпожой в БДСМ-клубе! Правда, всё это вслух я не говорила, но злость продолжала бурлить во мне, не находя выхода и концентрируясь в районе солнечного сплетения. Так что решила за лучшее окинуть всех троих презрительным взглядом и хмыкнуть с недовольством и возмущением.

— И вы хотите сказать, что прям благородные леди без разбора падают к вашим ногам и устилают пол в желании проверить, насколько хорошо работает ваша прислуга? — язвительно выдала я и скорчила такую гримасу, что несколько дам подавилось чаем. — Мне их искренне и по-женски жаль. Не разбираться в мужчинах и иметь на них отвратительный вкус самое печальное, что могло приключиться с дамой из высшего света. Уж поверьте, видела и покрасивее вас, мужиков, и побогаче, и повлиятельнее. И они умели так чувственно и нежно вылизывать мои туфли, что сердце буквально заходилось от желания дать им. А вот смотрю я на вас, и сердце кровью заходится, дабы послать вас кузькину мать искать и ядрёну вошь. Да, лица ничего так, но в вас нет харизмы, благородства, страсти и чувственности. Скучные и пресные мужики, которые нацепили на голову короны и считали, что я рухну к их ногам. Рожать от вас? Я вас умоляю, не смешите мои тапочки. Мне и в постель к вам не особо-то хочется ложиться.

— Вот ведь мелкая дрянь, — зарычал белобрысый и дёрнулся в мою сторону.

— Остынь, — остановил его единственный, кто был одет по форме, так же как и император, с которым я в беседке разговаривала. — Она пока просто не понимает, какой чести была удостоена. Сейчас немного придёт в себя и сама на всё согласится.

— Не понимаю, какую шляпу вы мне тут пытаетесь впарить? — вылупилась на них, как баран на новые ворота, и хотела уже резко ответить, но почувствовал, как мою ладонь сжала Ари. — Пойдём лучше по саду погуляем, а то ещё подцепим какую-нибудь болячку от них. Куда они там своё хозяйство и в кого пихают, раз бабы перед ними ковриками стелются.

— О, смотрите-ка, ты уже завела себе собачку? — не унимался рыжий и, похоже, самый говорливый из них. — Маленькая, ни на что не годная принцесса и оборванка из другого мира – вы явно нашли друг друга. Интересно, когда же ты поймёшь, что выйти замуж — единственное ваше право, надеюсь, скоро.

— Что ты имеешь против Аргелинаэль? — спросила я, остановившись и посмотрев в сузившиеся глаза мерзавца.

— Дай подумать, — начал кривляться этот кусок идиота. — То, что наследницы не могут быть такими убогими и хлипкими. Подуй войной на нашу страну, как только она рот откроет. А воевать кому? Правильно: нам! А оно зачем? Проще выдать эту недалёкую замуж и выбрать нового преемника для императора.

— Ну, вы и уроды, — зашипела я не хуже змеюки и в два шага, преодолев разделяющее нас расстояние, со всего маху, залепила ему кулаком в нос. — Пойдём-ка отсюда, Ари. У меня что-то совсем испортился аппетит, и придётся извиниться перед твоим отцом, что вынуждена отказаться от его предложения.

От позорного падения бравого вояку спасло то, что два остальных женишка сидели рядом и подхватили оного, не позволив растянуться прямо на полу. Я же подхватила Ари под руку и, презрительно обведя всех присутствующих взглядом, громко фыркнула, выказывая своё отношение к этим жалким людишкам. После этого развернулась на сто восемьдесят и вылетела из комнаты, буксируя за собой побелевшую девицу. Последнее, что я увидела, перед тем как за нами закрылись двери это благодарный взгляд правителя, который и рта открыть не посмел при оскорблении его дочери. Что за балаган творился в этом дивном королевстве?

После такого грандиозного скандала, устроенного мной на ровном месте, прошло около двух недель. В общем и целом, я могла констатировать лишь одно: полная и беспросветная жопа! Таких мук совести, и в то же время сжигающей дотла ненависти я ещё ни разу в жизни не испытывала, причём одновременно. Правда, ситуацию скрашивало присутствие Ари и короткие возможности пообщаться с её отцом. По вечерам, когда император не был занят, мы болтали ни о чём или слушали, как тот играл. Ари забиралась ко мне на диван и сидела тихо, как мышка, прижавшись к моему боку. К концу вечера она засыпала, положив голову на мои колени. Правитель же, не говоря ни слова, брал дочь на руки и уносил.

Днём же, если Ари не надо было учиться, мы сидели в саду, играли или читали книги. Девушка рассказывала мне об устройстве мира, а я ей о супружеской жизни, и что такое нормальная семья. Пару раз Эргабеэль брал нас на конную прогулку и показывал окрестные территории. Сажал меня перед собой и рассказывал о том, как красивы и великолепны эти плодородные земли. Бедный мой зад, непривычный к верховой езде, и неуклюжий вестибулярный аппарат, из-за которого я сто раз едва не навернулась. После каждой такой каторги я ходила, как ковбой в голливудских вестернах – враскоряк. Ари хихикала надо мной, а её отец прятал улыбку и советовал привыкать, ибо других транспортных средств тут не водилось.

Что касается моих никчёмных женишков: утром и днём я их не особо видел. Завтракала в своей комнате, а обедала с Ари прямо в саду, куда остальным был путь заказан. А вот вечером приходилось видеть эти красивые, но сволочные морды. И почему эти козлы умудрялись быть одновременно так притягательны и бесить до седых корней волос на жопе? Разве тяжело оказаться нормальными, среднестатистическими мужиками? Я всем своим видом показывала, как они мне противны и что общаться с ними нет никакого желания. Они же на это язвили, плевались ядовитыми замечаниями и пытались унизить. Короче, игра шла с попеременным успехом и привносила суету в умеренное течение размеренной жизни королевского замка.

Нет, это даже начало доставлять мне какое-то изощрённое удовольствие. Все эти перепалки будили во мне диву, ту самую, со страниц гламурных изданий, которая завоевала титул «Мисс Июль» легко и непринуждённо. Но ужины я не переваривала, всё равно, правда, отвертеться от присутствия на них было невозможно. Таковы правила этикета, и их нельзя нарушать, даже если тебе этого очень хочется. От ежедневной рутины могло спасти лишь две вещи: смерть, причём исключительно твоя собственная, и отсутствие в замке, по важным государственным делам. Ни первого, ни тем более второго на горизонте не маячило, потому приходилось сидеть и есть.

Утро выдалась на удивление благосклонным: чудесная погодка, щебетание ранних пташек, благоухание цветов. Так что я решила прогуляться в саду с Аргелинаэль и позабавить себя праздным ничегонеделаньем. Долго искала её по всему замку, обходя крыло, где жили мои «женишки», пятой дорогой и обязательно поплевав через плечо. Даже сад чуть ли не прополола, но эльфийка будто сквозь землю провалилась и находиться не спешила. Учитель сказал, что отпустил Ари полчаса назад и понятия не имел, куда запропастилась самая младшая принцесса. Занервничав, побежала в конюшню, но и там девицы не оказалось. Конюх посоветовал мне сходить на кухню. Та иногда там бывала и заедала стресс. А вот это уже фигово, расстройство пищевого поведения, ещё и на её ослабленное ментальное здоровье, здрасти сотня другая болячек. Нет, с эти точно надо что-то делать!

— Приветик всем, — прокричала я, заходя на большую и просторную кухню королевского замка. — Кто не спрятался, я не виновата!

Все благоразумно поздоровались и даже решили подкормить, дабы умаслить дикую девицу, не знающую жалости и адекватности. Насилу отбилась и запротестовала, что сегодня на кухню пожаловала не для мастер-класса по готовке, а для поисков принцессы. Правда, черти ложек-поварёшек, всё же угостили одним пирожным с розово-белым кремом и фиолетовыми ягодками. Облизав пальцы после безвременной кончины сего шедевра, спросила, не видели ли они самую младшенькую из детей правителя. Оказалось, что она недавно была тут и прихватила буханку хлеба, чтобы покормить птиц, которые обитали рядом с королевскими озёрами. Вот ведь незадача, ещё и с утра пораньше.

Поблагодарив за информацию и угощение, спросила, как попасть на то самое озеро, к которому направилась принцесса, и пообещала, что в следующий раз пожалую с рецептом «Оливье» и рассказами про Новый год. Повар даже смирился, что надо мыть разделочную доску после каждого отдельного ингредиента, если они ни из одной пищевой группы. Пункт моего славного путешествия располагался далековато от дворца, и я, махнув на прощание рукой, побежала туда, не желая отбивать задницу в седле. Почему-то на душе было неспокойно, и какая-то тревога шевелилась в груди. Кто знает, какие у них тут птички живут, может, они у них хищные и с зубами по два метра. А ещё и доброжелательные тётки у Ари имелись… Да такие, что врагов уже не надо!

Бежать пришлось во весь опор. Тропинка была не очень широкая, но было видно, что по ней часто ходили, и не одна пара ног. Я почти выдохлась, но тут из-за деревьев показалась гладь озера, и второе дыхание буквально укусило за пятки и придало сил. Остановилась лишь тогда, когда уже нашарила глазами свою пропажу. Но должна была признать, я бы тоже тут пряталась, если бы весь замок спускал на меня собак и смотрел косым взглядом. Красота неописуемая. Вся поверхность воды блестела, будто по ней были разбросаны миллионы мельчайших бриллиантов. Над озером порхали разнообразные бабочки ярких цветов. Только в отличие от земных, эти были намного больше и пестрее, прям всё из себя такие яркие и непредсказуемые.

В озере же плавали совсем обыкновенные, заурядные и шаблонные лебеди, если, не считая их вырвиглазных окраса. Если у нас они были белыми, реже чёрными, то тут я узрела всё многообразие мила из романа «Алиса в стране чудес»: розовые, жёлтые, зелёные, голубые и оранжевые и чёрт его знает, какие ещё. Я на мгновение открыла рот и подумала, что лучше бы пошла за кроликом, там хотя бы всё ограничивалось одной королевой, а тут три жениха и куча головной боли в придачу. Нет, всяко Алисе больше повезло.

Покрутив головой из стороны в сторону, попыталась обнаружить свою пропажу, но заметила только несколько длинных беседок со скамейками у берега озера. Ещё был песчаный пляж и помост для купания, на котором и увидела Ари, которая меланхолично болтала ногами и кормила лебедей, явно рассуждала о чём-то своём. Малышка сидела на самом краю и, задрав подол платья, подхватывала босыми пальцами воду, запуская искрящиеся капли в воздух. Увидев, что это я, она замахала руками и, бросив остатки хлеба в воду, побежала прямо босой ко мне. Эльфийка шмыгнула носом и потёрла глаза, дабы спрятать следы своих печалей. Она подняла голову и посмотрела на меня с такой болью, что захотелось обнять и не отпускать.

— Аргелинаэль, — мягко улыбнулась я, притягивая девчушку в свои объятия. — Что с тобой приключилось, дорогая.

— Яна, — шмыгнула та носом, — как хорошо, что ты пришла.

— Ари, ты почему пошла сюда одна? — спросила я у той и недоверчиво покрутила головой. — Ты должна понимать, что озёра далеко от дворца. Это тебе не сад. А если бы что-то случилось? Боже, тут же идеальное место, чтобы столкнуть тебя в воду. Никто бы даже не почесался тебя спасать. Это же уму непостижимо. Ты чем вообще думала в этот момент?

— Прости, — пробормотала та, опустив голову. — Я больше так не буду. Честно… Просто меня всё это так вымотало, так достало, что захотелось сбежать куда глаза глядят и не возвращаться. Все хотят, чтобы сестра короля нагов была новой женой моего отца. Но она такая противная и лицемерная! Пока единственное, что её останавливает от брака с ним, моё присутствие. Но как только меня выдадут замуж, эта дрянь сможет заполучить в свои руки власть и могущество. Я не хочу!

— М-да, нахваталась ты от меня, конечно, — прошептала я в кулак. — Ну, мы посмотрим, что с этим можно сделать. Замуж тебя пока никто не гонит, да и кандидатов на твоё сердце и прочий ливер немного. Так что не вешай нос, ещё станцуем лезгинку на её похоронах!

— Эх, — тяжело вздохнула принцесса и покачала головой. — Не всё так просто в этой жизни.

— Это потому что ты не находила себе нормальных мужиков, — рассмеялась я, — мне, правда, с ними тоже не везло, да и сейчас не лучше. Три болвана, красивы козлы, но скотины редкостные. Вот где справедливость в этом мире?

— Отчасти да, но и забывать про королевский долг никак нельзя, — мягко улыбнувшись, сказала та с немного истеричными нотками в голосе.

— Но отец тебя любит и в обиду не даст, — горячо возразила я. — А те трое меня саму сожрать готовы, и уже сто раз пожалели о том, что выпросили у твоего папаши разрешение на ритуальное призывание невесты. Потому я и говорю: тебе хотя бы выбирать позволено.

— Понимаешь, я не хочу становиться чьим-то аксессуаром или безмолвным украшением, — Ари накрутила локон на палец, я хочу как ты, чтобы с ноги и до нервной икоты всех окружающих!

— Но почему? — не понимая её логики, спросила я. — Это моя прерогатива закатывать истерики и доводить женихов до нервного срыва. У тебя-то с коммуникацией всё намного проще.

— А почему ты не хочешь за них замуж? — вопросом на вопрос ответила та.

— Потому что я человек, — фыркнула и пожала плечами. — В моём родном мире нет такого. Супруги у нас имеют совершенно равные права в браке, и никто не может принуждать к нему или насильно удерживать. Различие только в том, что разводы существуют и не надо ждать, пока супруг помрёт. Надоел, развелись и гуляет каждый в свою сторону. А вот так, чтобы насильно и за шкирку… Ну, это то же самое, что красивую птицу посадить в золотую клетку и вырвать ей перед этим все перья, чтобы она не могла улететь. Вроде и накормлена, и не обделена вниманием, но совершенно несчастна. У неё нет той свободы, которую имеют вольные птицы. А выбор ограничен лишь тем, что ей преподносят другие. В таком счастья не найти.

— Но ты могла бы сделать так, чтобы остальные признали твоё право и не смели открывать рот в твоём присутствии? — она с надеждой посмотрела на меня. — Как бы все эти аристократы ни желали твоей смерти, они не могут подступиться к тебе. Я хочу так же!

— Ничего, вырастешь и поймёшь, как заставлять остальных бояться тебя, — ласково потрепала я её по волосам.

— Я никогда не смогу стать такой же, как ты, — она тяжко вздохнула. — Ты же знаешь, что с моим организмом происходит. От силы мне лет десять осталось. И это в лучшем случае. В худшем несколько месяцев, если проклятие начнёт ускоряться. А я…

— Я уверена, что твой отец найдёт мага, который способен излечить твой недуг и помочь справится с несчастьем, — постаралась подбодрить Ари и подарить ей надежду на спасение. — Пока кто-то пытается, шанс всегда будет. Запомни, смерть наступает лишь тогда, когда ты перестаёшь с ней бороться.

— Да, как говорит учитель Измараил: надежда умирает последней, — с еле заметной улыбкой сказала девушка и, тут же подхватившись, побежала к озеру. — Пошли, посмотрим на лебедуэй.

— У нас они зовутся просто лебеди, — покачала головой и последовала за эльфийкой к водной глади воды. — Правда, у нас они не такие пёстрые. Обычно белые или чёрные. А у вас всех цветов радуги.

— Не переживай, они ласковые, я на них в детстве даже каталась, — в этот момент она выглядела совсем не по возрасту беззаботной и безрассудной.

Мне даже стало жаль её, ведь считай, и жизни не видела, а может умереть в любой момент. Такое и врагу не пожелаешь на смертном одре. Ари уже подбегала к самой кромке водной глади, когда вскрикнула, упала на колени и согнулась пополам, уткнувшись лбом в песчаный берег. У меня в груди всё оборвалось, но я постаралась отогнать от себя дурные мысли. Подумала, что эльфийка споткнулась и упала. Всё же в местном аналоге наших балеток можно было ноги переломать три раза, настолько неудобными и тесными они были. Вот только страх всё равно проклюнулся в груди и не давал мне покоя.

Подбежав к девушке, я хотела помочь её встать, но тут заметила, что та слишком натурально задыхается в приступе удушья. Паника мгновенно охватила меня, когда с отчаянием осознала, что начался очередной приступ, и если не помочь, то Ари может и не пережить шока. Я завертела головой в поисках хоть кого-нибудь, но вокруг была тишина, нарушаемая шипением и гомоном лебедей. Да уж, унесла же нас нелёгкая от нормальной цивилизации. Симптомы, которые я перед собой видела, были схожи с приступами эпилептического припадка. У нас на работе одна из моделей таким болела, но под рукой, как назло, не было ни вилки, ни ложки, ни чего-то, чем можно было бы разжать зубы и придержать язык, чтобы тот не запал.

В мозгу пульсировала кровь, и мысли метались из стороны в сторону, подобно загнанным в ловушку тараканам. Я понимала, что надо помочь Ари, но вопрос в том, каким образом я могла сделать это на берегу озера? До дворца донести не успею — это сто процентов. Да и нельзя её в таком состоянии никуда транспортировать. Я видела, как хрупкое тело билось в конвульсиях, безрезультатно стараясь вдохнуть воздух, но у него это не получалось. Ари посмотрела мне в глаза и едва дёрнулась, словно понимая, что это конец и я последняя, кого ей суждено встретить перед своей смертью.

— Ари, прошу, не умирай, — пробормотала я, сжимая её тонкие и прохладные пальчики в своих руках. — Пожалуйста, милая. Можешь называть меня как хочешь, но только живи. Боже, да хоть кто-нибудь!

Я едва не рыдала, понимая, что на этом драма заканчивалась, и начиналась суровая реальность, в которой не было места обычным трогательным и светлым моментам. Последнее я прокричала во всю глотку, стараясь докричаться едва ли не до замка. Сам не заметила, как с моих ресниц стали срываться первые слёзы и скатываться на едва дрожащую женскую грудь, оседая на белой ткани некрасивыми разводами. Чёрт! Если бы я только могла что-нибудь для неё сделать, я готова была на всё. Ведь прекрасно знала, каково это — жить в семье, где на тебя всем плевать.

— Что ты раскричалась, малахольная? — зашипел кто-то рядом. — Уже и отдохнуть нормально нельзя, везде какие-то дуры попадаются на пути.

— Чего? — я осмотрелась в надежде увидеть хоть кого-то, но на горизонте было пусто.

— Малышка, кажется, умирает, исцели её, или тебе гордость того не позволяет, — ворчливо пробубнили практически мне в ухо.

— Я же не маг, — вслух возмутилась я.

— А кто? — засмеялся тот же голос. — Конь в пальто? Или, может быть, маргаритка на оконце? Дура ты, причём полная!

— А? — хлопнула глазами и попыталась переварить наезд.

— А кто тебе сказал, что ты не маг жизни? — фыркнули где-то совсем рядом со мной. — Хватит глазами хлопать. Лечи давай. Как у вас там говорят в вашем мире? Время — самый ценный ресурс? Вот сейчас ты его тратишь понапрасну.

— Но как? — я всё же попыталась взять себя в руки.

— Каком к верху, — собеседник натурально так заржал. — Положи руки на её грудь. Да не туда, дура, а на сердце! Ты чего, не знаешь, где сердце? Господи, послал же ты мне бедовую на старости седой? Вот где грудина, чуть ближе влево. Одну на шею девке, другой дави на грудь. Сильнее дави, она не сахарная, не развалится. Да и ты человечка, а не эльфийка, у вас комплекции разные. Теперь закрой глаза и поищи в её теле чёрную вязкую субстанцию, которая оплела сердце и остальные органы. Как только нащупаешь её, не спеши тянуть, ты должна медленно разрушать, по кусочкам избавляясь от напасти. Сейчас тебе надо купировать приступ. А не угробить девицу. Так что отщипывай то, что перекрыло лёгкие.

Как ни странно, но я действительно увидел то, о чём говорил мне кто-то невидимый. Не задумываясь ни секунды, я делала так, как было сказано в инструкции. Отчистив часть гортани и трахею от слизи, стала ждать дальнейших инструкций. Я и правда видела то, что мне говорили, и, самое удивительно, ни капельки не боялась происходящего в этот момент. Только эта пелена была настолько тонюсенькой, что я еле различала настоящее и это чудесное. Закусив губу, поняла, что это хрупкая жизнь, Ари сейчас в моих руках, и времени на размусоливания не осталось, нужно было действовать как можно скорее. Я делал всё так, как мне сказали, но почувствовала, как мне самой становится дурно. Ещё чуть-чуть, и здравствуй ещё один обморок, так что постаралась взять себя в руки и закончить начатое.

— Теперь найди нить белого цвета, она обычно рядом с солнечным сплетением, — продолжал бубнить тот. — Нашла? Пока не трогай, просто нашарь её взглядом.

— Да, нашла, но она слишком тонкая, словно волосочек, — постаралась сделать правильные выводы из всего происходящего со мной в этот момент.

— Хорошо, молодец, справляешься нормально, может, и не дура, — приласкали меня. — Теперь найди в себе похожую нить. Правда, она у тебя, она может быть другого цвета, всё же людей мне не доводилось лечить, ещё и из другого мира. О, я смотрю, ты быстро обучаемая и слушать умеешь. Может, и не просто так, тебя небеса мне на старости лет послали. А теперь соедини эти две нити и понемногу передавай энергию, стараясь не допускать попадания слизи. Эй! Куда! Ты угробить её решила? Нет, рано я сказал, что ты не дура. Толкушка ты безмозглая! Поосторожней с девицей. Это в тебе дури немерено, а ей дозы нужны меньше, дабы не схлопотать сердечный приступ. Убери руку с шеи и приложи к земле. Выкачивай энергию из природы и передавай эльфийке более плавно, а то бедняга захлебнётся и потонет в твоей. Всё же человеческая ей подходит меньше природной. Ох, всему вас надо учить, молодёжь зелёная! Сперва в себя, потом в неё. Да отомри ты уже наконец-то и берись за дело серьёзнее! Или хочешь, чтобы она в самом деле померла?

Стараясь дышать равномерно, я вслушивалась в тихое дребезжание голоса и выполняла всё в точности, как говорилось в инструкциях. Магия медленно перетекала из земли в кончики пальцев, поднималась по рукам, замирала в сердце и стекала по второй руке в чужую грудную клетку, которая начала подниматься более равномерно. Я выполняла всё, что говорили, будто уже не первый раз проделывала подобные процедуры. Не открывая глаз, смотрела на серебряную нить и мыслено молилась всем, кого только знала, чтобы та не порвалась. Она с каждой минутой понемногу увеличивалась, и можно было увидеть, как она пульсирует, напитываясь от меня силой. И всё же страх заставлял усиленно перекачивать энергию и не давал расслабиться.

— Упс, — услышала я слегка язвительные слова незнакомца. — Кажется, кое-кто начинающий и незнающий ничего маг жизни. Ну, ничего, девица, можешь больше не переживать и немного расслабиться. Всё прошло хорошо. Не помрёт твоя зазноба. А коли вкачаешь в неё ещё магии, то может и помереть ненароком. Так что не перестарайся и контролируй поток.

Глава 6. Чудеса на виражах

По мне пробежалось что-то непонятное. Неведомое существо было очень лёгким и небольшим. Где-то с птичку, но точно не крылатое, мохнатое или живое. Острые иголочки слегка впивались в мою кожу, а незаметные прикосновения, словно разряды молний, блуждали по коже и причиняли дискомфорт, которому я не могла подобрать верного описания. Ощущение, будто по тебе проползло что-то мерзкое, отвратительное и неприятное. Хотела открыть глаза, но, к своему собственному удивлению, не смогла этого сделать. Существо потопталось по мне и обнюхало лицо, обдав дыханием.

— Ладно, недоросль человеческая, отдых тебе понадобится, — хихикнул незнакомец рядом с ухом. — Знаю, что слышишь, поэтому слушай внимательно, наивная девчонка и запоминай, да так, чтобы потом не говорила, что я тебя обманул или о чём-то важном не поведал. Ты допустила одну величайшую ошибку любого недоучки криворукого: ваши нити жизни переплелись, и эльфийская принцесса стала тебе названным ребёнком, которого магия повесила на твою шею и велела чтить, оберегать и заботиться во веки вечные. А эльфы, между прочим, живут долго, так что отныне, легко сдохнуть не надейся! Теперь она неотъемлемая часть тебя, а ты гарант её жизни и отчасти светлого будущего. Без тебя не станет и её. Тебе повезло, что вы друг к другу так привязались, что магия не стала сильно ограничивать твою свободу, но могла и на неприятности напороться. Прям, как драная богиня в застарелых легендах. Милка, ты так не дури, не дано ведьмам жизни счастье искать. Потому пустоголовой головушкой своей не о принцах мечтай, а о том, чтобы на костре не сожгли. Иначе нам всем станет настолько весело жить, что сдохнуть захочется быстрее. Вот настолько прекрасен и дивен наш мир. Ладно, это пустая лирика, проблемы начнутся потом. Самое главное жизнь спасли, и ты показала богам, что достойна. Дальше сама разберёшься.

— Стоять, — прохрипела я, — спасение утопающего - дело рук самого утопающего, а вот вы в ответе за тех, кого приручили. А в данном конкретном случае, ещё и без моего добровольного на то согласия и предоставления каких-то гарантий заранее. Потому даже не смейте сбегать!

— До полного твоего восстановления целые сутки, прикажешь мне сидеть у тебя на лбу и покорно ждать? — он потоптался по мне, а потом спрыгнул. — Скоро вас найдут, и тогда допросов не избежать. И раз ты профан в жизненной магии, мне придётся тебя учить. Увидимся, когда придёшь в себя, и за тобой перестанут пристально следить. Не переживай, я сам тебя отыщу, когда придёт время. Удачи… И постарайся не сдохнуть, ты забавная, хоть и дура.

Я хотела было возмутиться и сказать всё, что думаю по этому поводу, но, во-первых, не смогла этого сделать, а во-вторых, он действительно помог мне спасти Ари, и это заслуживало благодарности. И всё же моему удивлению не было предела. Что это такое сейчас было? Я маг жизни? М-да, самая дерьмовая перспектива из всех, которые я только могла накликать на свою голову. Хотя в чём я, собственно, сомневалась? Если где-то произошёл какой-то звездец, то центром него обязательно стану я. В принципе, всё по отработанной схеме, никаких отклонений!

После того как топтавшееся по мне существо спрыгнуло, я услышала, как зашуршала трава, а через какое-то время стало тихо. Лишь птицы переговаривались на своём языке, да лебеди в пруду бушевали, требуя ещё еды и внимания к своим облезлым персонам. Я потихоньку проваливался в лёгкое состояние полудрёмы, неосознанно прижимая Ари к себе. Эльфийка действительно чувствовалась родное и чётче. Она и раньше была мне дорога, но воспринималась совсем не так: она была младшей сестрёнкой родственников, за которой постоянно приходилось присматривать, а теперь это стало частичкой меня, кусочком пазла, который неожиданно сошёлся и стал полноценной картинкой.

Не знаю, сколько времени мы провалялись на земле, но я почувствовала, как чьи-то сильные руки подхватили меня вместе с Ари и куда-то понесли. Голос императора доносился до меня словно толстую вату и водную преграду одновременно. Он обеспокоенно говорил что-то важное, сбивчиво и отчаянно, но слова не доходили до меня сквозь этот барьер и не позволяли разобрать сказанного. Отчего становилось немного грустно и обидно, но я старательно гнала прочь эти мысли и не давала себе позволения расслабиться ни на секунду.

Вскоре моё уставшее тело бережно уложили на что-то и укрыли поверх тёплым одеялом. Кто-то нагнулся над нами, потому что я почувствовала лёгкую щекотку на щеке из-за волос, пробежавшихся по коже. А также смогла уловить приятный прохладный запах зимы, исходящий от незнакомца. Тяжело вздохнув, уже хотела было скользнуть полноценно в объятья Морфея, как почувствовала на своих губах нежный поцелуй, который едва уловимо растёкся по телу медленной и пушистой волной магии.

— Спасибо, что спасла её, хоть и такой ценой, — прошептал император.

После этого стало тихо, и я наконец-то смогла погрузиться в мир без сновидений. Правда, ненадолго, ибо в покое меня, видимо, решили не оставлять. Или без присмотра, как главную преступницу сезона. Проснулась я оттого, что около меня что-то елозило и пыхтело. Приоткрыв один глаз, посмотрел на мешающее спать, и мои губы расплылись в улыбке. Аргелинаэль пыталась высвободиться из моих объятий, но у неё это не выходило. Она выглядела такой хрупкой, что я ещё сильнее стиснула эльфийку и потёрлась щекой о темноволосую макушку. Та же, словно поняв, что сопротивление бесполезно, уткнулась мне носом в шею и мирно засопела, погружаясь обратно в сновидения.

В следующий раз очнулись мы только по зову организма и естественной нужде, которые погнали метлой из объятий одеял и заставили разлепить сонные глаза. На дворе стояло раннее утро, и яркие солнечные лучи, едва пробивались из-за шторы, раскрашивая мир удивительными узорами, которые радовали глаз. Я умылась и рухнула обратно в постель. Куда-то тащить свою бренную тушку желания не возникало. Да и вряд ли бы сегодня состоялась моя казнь. А коли я в покоях, а не на нарах, то всё пучком, и правилами этикета можно пренебречь ещё раз, или два десятка раз…

— Скажи, с этого момента ты не уйдёшь из замка? — тихо пробормотала девушка, устраиваясь в кресле с чаем.

— А ты хотела бы, чтобы я покинула этот дом и вышла замуж за тех троих олухов? — рассмеялась я, меняя положение тела и перекатываясь набок. — Всё, конечно, может быть, но вряд ли они обрадуются тому факту, что их ненормальная невеста ещё и ведьма самой опасной магии в мире. Убью же!

— Я уверена, что папа никому об этом не расскажет и запретит слухам распространяться по дворцу, — не задумываясь, ответила та, будто не понимала, как всё устроено на самом деле.

— Ты правда настолько наивная или прикидываешься? — я уставилась на неё, практически не мигая. — Как он, по-твоему, объяснит всем твоё чудесное исцеление?

— Ну, он у меня странный, но меня любит, — как-то заторможенно протянула та.

— Я тебя люблю и забочусь о тебе, — не осталась в долгу, — но это не гарантирует того, что он не сдаст меня, чтобы защитить тебя и твоё личное пространство. Выбирая между непонятной девицей и собственной дочерью, выбор явно очевиден.

— Но мы теперь связаны, и он не рискнёт, — начала было Ари предложение, как в комнату ворвались.

— Ааа... — запричитал Измараил. — Юная госпожа, я же говорил вам сотни раз не ходить одной! Пожалейте мои седины, или вы в самом деле хотите свести несчастного старика в могилу и довести его до смертной казни?

— Не волнуйся, со мной была Яна, и мы замечательно проводили время вместе, — последнее она сказала, пряча бесстыжие глаза. — Правда ведь?

— Правда, истинная правда, — иронично протянула я, сверля ту взглядом.

— Вот видишь, Измараил, — гордо приподняв голову, сказала Ари.

— Конечно, ваше высочество, только вот что было бы, если бы госпожа Яна не оказалась магом жизни? — воскликнул учитель, — Мы бы не успели вас найти и спасти. Приступ, дело серьёзное, с ним нельзя шутить. Особенно так безалаберно, как это сделали вы!

— Но всё же закончилось хорошо, — отмахнулась Ари.

Было видно, что учитель Аргелинаэль был взволнован и очень переживал за свою ученицу. Ну, прям, как добрый дедушка, а вот такое равнодушие эльфийки меня немного покоробило. Это оказался первым звоночком, который захотелось пресечь на корню! Нельзя так наплевательски относиться к словам старших и не ценить чужой труд. Словно она лишь прикидывалась несчастной, а всё остальное время прекрасно жила в роли богатенькой принцессы, перед которой все должны кланяться и стелиться ковриками.

Но разбираться с проблемой сразу не стала, я учуяла запах еды, которую расставляли слуги на столик у окна, и мой желудок жалобно заурчал, напоминая рёв голодного монстра. Измараил перестал ворчать на свою подопечную и с удивлением захлопал глазами, а когда понял, откуда шёл звук, посмотрел на меня. Я покраснела до корней волос на жопе и слегка отвернулась. Не любила я, когда кто-то заставал меня в такие моменты. Слишком личные и слишком интимные, хотелось такое оставить при себе.

— Ох, госпожа Яна, вы, наверное, проголодались после столь большой растраты магической энергии, — пробормотал Измараил, понизив голос и с сожалением посмотрев на меня. — Ваше тело ещё не привыкло к таким нагрузкам, и сейчас вы испытываете лишь дискомфорт. Ведь столько энергии за раз не могут позволить себе даже королевские маги из великой башки познания. Император рассказал, что, возможно, вы только пробудившийся маг жизни и не особо умеете управлять собственной силой. Но не беспокойтесь, всё придёт в норму, и со временем сможете быть более рациональной, с чёткой в плане волшбы. А со всем остальным я обязательно помогу вам разобраться. Давайте возьму вас в свои ученицы, по крайней мере, на начальном этапе вам потребуется помощь. Оставайтесь в империи, Аргелинаэль будет в восторге, да и наш правитель обязательно останется довольным столь простым и лаконичным решением с вашей стороны.

— Я подумаю над вашим предложением, достопочтенный господин Измараил, — пробормотала тихо, подумав, что не особо хотела, становиться заложником одной страны, да и тот странный голос обещал учить меня, когда надзор снимут. — Пока я не особо понимаю, что вообще происходит, и хотелось бы с этим разобраться, а не бросаться в омут с головой.

— Ты ведь меня не бросишь? — со страхом спросила Ари, округляя глаза и придавая им влажный блеск. — Я не хочу, чтобы ты уходила. Оставайся с нами, пока сама этого хочешь. А о генералах можешь не беспокоиться, папа обязательно всё решит!

— Ну, сейчас я точно никуда не уйду, а дальше видно будет, — уклончиво ответила я, не давая прямых обещаний. — А теперь, думаю, пора подкрепиться.

— Тогда приятной трапезы, вернёмся к этому вопросу чуть позже, — криво улыбнулся учитель Ари, и первым покинул комнату.

Слуги уже расставили еду и, поклонившись, ушли. Я встала с кровати и, раздумывая над всем произошедшим, поспешила к сервированному столику. Есть в самом деле хотелось дико. А вот манипуляции принцессы уже не казались мне столь невинными, как я думала до этого. Девица в самом деле знала, как и что провернуть. Ари посмотрела на меня своими огромными просящими глазами, и я не смогла отказать ей напрямую, поэтому махнула рукой, приглашая присоединиться к раннему завтраку. После положила всего понемногу к себе на тарелку и стала уплетать за обе щеки. Подумать было о чём, но сначала надо было избавиться от всех и дать волю чувствам и эмоциям.

Проблема заключалась даже не в том, что я не могла смириться с таким положением дел, а скорее в том, что не хотела. Страх потерять мага жизни и возможность надеть на меня поводок… Вот что двигало всеми присутствующими в комнате эльфами. Всё это я прочла в глазах Измараила, когда украдкой бросила на него взгляд в момент отказа Ари. Но и сама радовалась, что не настолько я тупая, дабы не замечать столь вопиющего нарушения моих границ. Моя интуиция буквально вопила об опасности. Когда завтрак, ну или обед, был закончен, осторожно сняла со своих колен руку Ари и покачала головой, прося за мной не идти.

— Пойду приму ванну, тебе бы тоже не помешало, — расплывшись в дежурной улыбке, сказала ей.

— Я хочу с тобой, — она ухватилась за мои мятые юбки.

— Прости, но нет, — неожиданно для неё сказала я. — Это слишком личное. Прости…

— Хорошо, — неохотно выпустив ткань из пальцев, девушка встала со стула и, фыркнув, ушла.

Я не хотела отказывать себе в такой малости, как нормальный душ. Можно и побаловать себя немного, ведь заслужила это. Поэтому, кивнув принцессе, и я направилась в сторону купален, не собираясь размениваться на меньшее. Королевская ванная, скажу я вам… Шикарная! Она чем-то напоминала мне гравюры римских купален. Золотистый мрамор с серыми и коричневыми прожилками, много лепнины и тяжёлый аромат чего-то травяного. Голова странного морского чудища словно вырывалась из стены, и из её рта текла вода в небольшой бассейн голубого цвета. Также с двух сторон от лестницы были низкие стоики, уставленные всевозможными предметами личной гигиены. Ещё я заметила красивые растения в кадках, которые тянулись по периметру стен и благоухали душистыми цветами.

Слуги внесли халат и полотенца, сказав, что всё остальное уже ждало меня в самой купальне. Также спросили: не нужна ли их помощь в помывке, но я, помятуя про тот раз, после которого всё ещё ходила золотой, отказалась наотрез. Хватило с меня и одного сюрприза. Вдруг ещё хвост отрастёт или рога прорежутся. Мне такого счастья и даром не надо. Я быстро стащила с себя помятую одежду и, прикрывшись полотенцем, посеменила к тёплой водичке, которая так и манила. Всё же непривыкшее к таким издевательствам тело, просило помиловать его и дать вольную, хотя бы на пару часов.

Но все мои надежды неожиданно канули в небытие, когда я обнаружила посторонний объект с противоположной стороны. Эльфийка кивнула мне и пошлёпала босыми ногами по полу. Как ни странно, но она смотрела так, словно не понимала, почему мой взгляд настолько недовольный. Потрогала кончиками пальчиков водичку и посеменила по ступенькам, спускаясь всё ниже в воду. Девица, как ни в чём не бывало, взяла местный аналог шампуня и, намочив голову, хорошенько намылила волосы. Пока проделывала всё это, отчего-то вспомнилось, что столь вопиющее нарушение моих границ, в этом мире, происходило впервые.

— Я просила меня не трогать, — строго сказала я и сложила руки на груди. — Неужели это было чем-то столь невыполнимым?

— Хи-хи, — захихикала Ари, увидев моё перекошенное от гнева лицо. — Не переживай, слуги не донесут, я пришла сюда тайком, так что никто не будет упрекать тебя в любви ко мне.

— А вот как? — злость пришлось засовывать куга подальше, чтобы не отвесить ей пару ласковых. — Я хотела побыть одна и подумать над всем произошедшим. Разве я сказала что-то по-другому?

— А теперь я хочу побыть с тобой, разве это нельзя? — умилённо сложила она бровки домиком и захлопала ресницами.

— Но не в ванной же! — её непробиваемый пофигизм начинал немножко бесить. — Я попросила дать мне поразмыслить над предложением твоего отца. Теперь и вовсе перехотелось принимать его!

— Ой, ты просто неправильно поняла папу, — похвалила отца эльфийка и протянула мне шампунь. — Он обязательно поможет тебе остаться у нас в замке и никуда не прогонит. Ты мне нравишься, значит, будешь жить с нами.

Чего не сделаешь ради собственного личного пространства, которое пытаются столь вероломно отнять. Я села на низкий бортик бассейна и постаралась игнорировать постороннее присутствие. Мне в самом деле требовалось несколько часов на то, чтобы переварить всё произошедшее за последние пару дней. Ари осторожно подобралась ко мне и попыталась схватить за руку, чтобы утащить под воду, но я не далась, звонко фыркнув и выдернув конечность из чужого плена. Я была злой на самом деле.

Благо волосы у меня были собраны в пучок, и ухватиться за пряди она не смогла. Так, мы и пялились друг на друга, как два барана, какое-то время, пока я не почувствовала ещё один чужой взгляд. Посмотрев в зеркало, увидел Эргабеэля, который с весёлой улыбкой наблюдал за нашей с принцессой вознёй, прислонившись к стенке у входа в купальню. Я сглотнула, взвизгнула и ушла под воду с головой. Ибо тот уже разделся, и лишь полотенце на бёдрах прикрывало его тело, поэтому там было на что посмотреть. Стройный, в меру жилистый, с крепкими мышцами, плоским животом и длинными ногами. Волосы были небрежно закручены и заколоты чем-то вроде краба, чтобы не мешались при купании. Ари проследил за моим взглядом и радостно взвизгнула.

— Папочка, — бросив уговаривать меня, остаться при дворе, она полетела к родителю. — Яна же обязательно будет жить с нами? правда?

— Привет, моя дорогая, как ты себя чувствуешь? — ласково погладил тот дочку по волосам на макушке. — Надеюсь, недуг хоть немного отступил.

— Хорошо, смотри, как Яне идёт быть вместе с нами, — сказав это, Ари потащила ко мне Эргабеэль. — Правда, правда, она может легко жить с нами до конца своей жизни.

— И что же ты предлагаешь? — хмыкнул император, смотря на меня.

— Не следовать договору и оставить её у нас, — гордо сказала девица, ожидая, пока её, похвалят за проявленную смекалку.

— Значит, у Яна спросить ты не догадалась? — император сделал вид, что в шоке от таких новостей, и театрально приложил руку к голове.

— Зачем? — захихикала Ари. — Все хотят остаться в императорском дворце и быть содержанками. Это великая честь.

— Вот оно что, — протянул император, тут же меняясь в лице.

— Вы пришли со мной поговорить? — спросила я, как бы между прочим. — Просто у нормальных людей не принято врываться в ванную, когда там кто-то находится. Но для вашей семьи, видимо, это что-то из разряда обычных вещей.

— Ну, можно и так сказать, но больше соблазнился возможностью слинять со скучного совещания относительно политике перехода на единую валюту, — щёлкнул языком правитель целой страны и окинула моё закутанное в полотенце тело, более заинтересованным взглядом. — Заодно и охладиться в бассейне. Что-то сегодня особо жарко.

— Только я хотела смыть с себя остатки сумасшедшего дня, а ваша парочка мешает, — зло ощетинилась я и уже хотела показать им средний палец, но вряд ли бы они поняли его смысл.

— Вы пока тут мойтесь, а я пойду немного поплаваю, — кивнул он в сторону ещё одной двери. — Присоединяйтесь потом ко мне. Буду с нетерпением ждать вашу персону.

— Ты же выделишь ей нормальную сумму, — забыв про меня, Ари бросилась за отцом, уговаривая на странные делишки.

Странно, жары, как таковой, я не чувствовала, было вполне комфортно. Ну, у каждого свои понятия нормальности, может, эльфам и припекало, кто же в их анатомии копался. Я старалась не смотреть в ту сторону, который удалился в сторону двери. А если, например, неожиданно зайти туда, подумалось мне, то можно узреть кое-что интересное. Но я тут же отогнала от себя такие пошлые и недостойные мысли, боясь, что от них у меня сердце каркас рёберной клетки проломит и выберется наружу. Неважно, что и как, я тут на птичьих правах, и лучше не нарываться лишний раз.

Как-то больше купаться мне не хотелось, но, ещё немного посидев в воде для приличия, быстро смыла с себя пот и пошла к бассейну. Ари прыгала вокруг отца, который стойко её игнорировал, и делал один мощный гребок за другим, расплёскивая воду вокруг себя. Я же решила немного постоять и порелаксировать на совершенное тело, которое так красиво двигалось в воде. Правда, это было не совсем то, что я хотела. Но о другом думать старалась как можно меньше. У меня и так где-то там три мужа бегают, а ещё и император в нагрузку, смотрелось весьма странно, хотя и забавно.

Я всё же уселась на край и опустила ноги в прохладную воду, со стоном удовольствия ощущая ласковое покалывание ступнёй. Видимо, стон вышел уж больно пошлым, потому что император замер на другом конце прохладного бассейна и как-то странно посмотрел на меня. Немного поразмыслив, о произошедшем, решила забить. Мало ли у кого и какие тараканы в голове, я под всех подстраиваться не должна. Всё же мы взрослые люди, и должны решать все возникшие вопросы ртом, а не пытаться подставить друг друга. Потому лучше соблюдать мнимый нейтралитет и довольствоваться малым.

— Спасибо за то, что исцелила моего ребёнка, — тихо сказал тот, подплыв в несколько грибков. — И мне очень жаль, что пришлось раскрыть всем секрет твоего происхождения.

— М? — я ничего не понимала в этой магической ерунде, потому смотрела на мужчину с немым вопросом, который никак не хотел формироваться на устах.

— Ты теперь связана с моей дочерью самыми крепкими узами, которые только есть в этом мире, и не сможешь от них избавиться, как бы ни хотела, — пояснили специально для меня.

— Надеюсь, мне не придётся стать ещё и вашей супругой из-за изменения моего статуса? — недовольно протянула я, болтая ногами в воде.

— Что ты, ваша связь, конечно, напоминает привязку ребёнка и матери, которая родила его, но это слишком условно и для красивого словца, — засмеялся тот, укладывая голову на мраморный бортик.

— Тогда не имеет значения, где я буду жить и что делать, мне не за чем оставаться в вашей стране, — тут же ответила я. — Она, несомненно, хорошая девочка, и я была бы счастлива, если бы она действительно стала моим ребёнком, но, к сожалению, рожать я не в состоянии. Так сложились обстоятельства, и эту болезнь нельзя излечить даже магией.

— Почему ты говоришь с такой грустью? — встревожился император.

— Ну, я, наверное, никогда не смогу иметь своих детей, — повторила ещё раз для особо непонятливых. — Мой дар не способен излечить сей недуг.

— Какая же ты глупая и недальновидная, — мужчина с нежностью погладил меня по бедру, и мне стало жарко. — Даже если в твоём мире ты не могла рожать, то сейчас ты маг жизни и у тебя всё впереди. Они по своей сути совершенны, и для их желания не может быть преград. Захочешь и родишь. Правда, в ближайшее время у тебя действительно их не будет. Твоё тело и магия должны подстроиться друг под друга и прийти в норму. Поэтому не расстраивайся так, мы обязательно обсудим эту тему, но попозже. Пока есть о чём поболтать.

— Как вы нас нашли? — тяжело вздохнув, посмотрела на принцессу и вернулась к более важному разговору.

— Слуги были обеспокоены, ведь вы по всему замку бегали в поисках пропавшей принцессы, — с неохотой признался мужчина. — Потом выяснилось, что она и вы пошли к озеру. А ей категорически туда запрещал ходить, ведь магический фон нестабилен.

— Запретный плод всегда слаще, — пробормотала я и не заметила странного взгляда Эргабеэля, брошенный в мою сторону.

— Это точно, — буркнул он и продолжил смотреть на меня, практически не мигая. — Я с Измараилом и несколькими стражниками побежали к озеру, где и увидели вас. Скрывать вашу принадлежность к магам жизни не было смысла, вы и так светились достаточно ярко, чтобы об этом поняли даже недоумки.

— Скажите, там больше никого не было? — задала я волнующий меня вопрос про голос.

— Кроме вас, никого, — покачал головой мой собеседник. — А что такое?

— Да так, показалось, что птички в пруду со мной разговаривали, — отмахнулась я. — Скорее всего, нервное.

— Теперь, когда у тебя есть магия жизни, женихи тебя просто так не отпустят, — неожиданно перевёл тот тему. — Так что будь осторожней. Они ещё тебе нервы попортят.

— Даже боюсь представить, какие едкие слова они смогут для меня подобрать, — рассмеялась я и хотела ещё кое о чём спросить, но тут услышал деликатное покашливание.

— Что случилось, Измараил? — спросил Эргабеэль, даже не поворачиваясь.

— Слуги стесняются зайти сюда и поэтому послали меня, — рассматривая вполне пристойную картину, сказал тот. — Через полчаса ужин. Велите подать сюда или в столовую?

— Пусть подают в столовую, мы подойдём, — ответил он учителю сына, а потом, посмотрев на меня, прошептал. — После ужина приходи ко мне в кабинет, хочу показать тебе кое-что интересное, что обязательно тебе пригодится.

После этого ловко вылез из воды и, взяв Ари за руку, не стесняясь своей наготы, император пошёл в сторону скинутых одежд, чтобы переодеться. Я же, подождав минут десять, тоже вышла из воды и, подойдя к умывальням, сполоснула пылающее лицо холодной водой. Долбанный недотрах меня скоро, кажись, доконает или доведёт до греха. Один взгляд мужчины на меня и тихо сказанные слова про рабочий кабинет: клиент готов. Я поплыла, как барышня семнадцатого века при виде голых рук. Вытершись, надела пушистый халат и пошла к себе в комнату. Надо было поспешить, иначе этот цирк никогда не закончится! А сбежать из сего дурдома хотелось с огромной силой...

Глава 7. Ухаживания на грани фола!

В голове стоял лёгкий шум. Вся ситуация выводила из себя. И то, что первоначально казалось таким простым и понятным, стало слишком сложным. Какая-то часть моей души тянулась к Ари и её проблемам. А вот трезвый расчёт и голос разума твердили о том, что нас красноречиво подставляют и мне следует держать ухо востро. Что-то со всем этим было не так. Какая-то деталька пазла просто не складывалась в единую картину и постоянно заедала, не давая мне возможности адекватно оценить обстановку. Волей-неволей, но я задумывалась о первопричинах такого странного поведения с моей стороны и не находила веских оснований.

Нет, три наглых мужика меня бесили, но не настолько, чтобы добровольно сдаваться в руки императору эльфов и становится бесплатной капельницей для его любимой, но никем не ценимой доченьки. Что-то в этом было неправильно. Какая шестерёнка перестала вращаться в этом отлаженном мыслительном процессе? Что-то такое витало в голове, но каждый раз, стоило мне протянуть руку, как оно таяло подобно дымке пепла. Нет такого в моей жизни, ничего, что не удалось бы идентифицировать. Возможно, все мои заслуги сводились к титулу «Мисс Июль», но дурой-то меня это не делало!

Бабушка сразу научила, что если жопанька чует лажу размером с Невский проспект, то стоит докапываться до правды всеми возможными путями, даже если те будут не слишком законными и попахивать душком. Ничто так не стимулирует мозговую активность, как ощущение приближающегося звездеца вселенского масштаба. Вот после разговора в ванной, нечто такое и будоражило мою кровушку и заставляло головушку соображать в семь раз активнее, чем ещё утром в тёплой постельке. Пока меня слуги наряжали, как куклу, голова думала, думала и ещё раз думала. Вариантов и информации было слишком много, но мне сто процентов нужен был обладатель того голоса, что-то он темнил и явно знал.

Пока ситуация не приняла плачевный оборот, от меня требовалось мобилизовать все ресурсы и пойти в наступление. К тому же взгляды, которыми меня награждали женихи, отчётливо говорили о том, что не всё так просто в этом детском королевстве. По крайней мере, странные цветастые ауры вокруг этих балбесов меня заинтриговали. У остальных я такого не видела, оттого и протёрла глаза руками, но нет, видения трёх сияющих сгустков никуда не делось, потому пришлось с этим смириться, как с последствиями принятия новой себя. Чем чёрт не шутит, а коль и пригодится мне!

И всё же эту троицу мне было не понять. То мои женишки плевались и язвили в мою сторону, то теперь казались душками, ромашками. Стали милыми, добрыми и обходительными, словно я выиграла в лотерею миллиард, и теперь самая завидная баба на селе. Когда вошла в обеденный зал, кишащий гадюками всех расцветок и мастей, эти болванчики от мира аристократии подорвались со своих стульев и наперебой предлагали напитки, закуски, вилки, ложки и немного десерта, исключительно с рук. От такой заботы захотелось удавиться и пожелать им трёхдневного поноса с особо тяжкими последствиями в виде обезвоживания и эректильной дисфункции на веки вечные.

Благо пришёл император эльфов, и они на время отстали, погрузившись в тягостные раздумья и доклады о дне насущном. Только вот чуть не передрались за честь отодвинуть мне стул и усадить меня поближе к этим идиотам. Ага, как же! Я чуть в лицо каждому не плюнула, зашипев, что не профурсетка бальзаковского возраста, чтобы мне такие знаки внимания делали. И вообще, пусть идут и обхаживают те штабеля дурынд, которые к ним в ноги падают каждый день горстями переспелых рябин. Они, как идиоты захлопали глазами, не понимая сути моих наездов и претензий по поводу собственной персоны и их галантности ко мне.

Оказалось, что для них это вполне нормально. Ведь в младшие супруги в основном брали хрупких и изящных барышень, которых надо оберегать, холить и лелеять. Это я им такая ненормальная попалась, видать в наказание от богов, чтобы не расслаблялись, и с первого же взгляда попортила всю малину, отпинав несчастных генералов по всем достоинствам, включая морально-нравственные. Нет, а я-то тут при чём? Кто же похищает дев на выданье из другого мира? Пусть вообще спасибо скажут, что в живых остались, я на нервяке от аварии, слов своего бывшего и выбросе адреналина и не то могла сотворить. Оставалось лишь пальцем у виска покрутить и послать в то же самое пешее эротическое путешествие с уклоном в нетрадиционные сексуальные предпочтения. Вон их трое, пусть сами себя и развлекают, а я в сторонке постою!

Еле сдержалась, чтобы не наорать на них при всех и не закатить грандиозную истерику. Что-то от нервишек меня подташнивало. Явно какая-то беда с головой или чёртовой магией, которая неожиданно во мне проявилась. Вроде гормоналка сроду так по мозгам не била, ввиду отсутствия важных для этого органов. Сдержанно поблагодарила этих полутёплых, сказав, что у нас женщины вполне самостоятельные личности и не зверушки в зоопарке, чтобы с них пылинки сдувать и с рук кормить. Они завалили мою скромную персону кучей вопросов, которые сводились к одному: как в моём родном мире ухаживали за младшими супругами и чем обходился быт.

После сотни другой вопросов в голове начало шуметь от раздражающих голосов. Сотни взглядов придворных, приглашённых к столу, путали мысли. А тоненький голосок недовольства Ари почему-то всплывал в подсознании. Всё это тяжёлым грузом давило на плечи. Я уже собиралась открыть рот, чтобы послать их на три буквы, как в голову пришла самая дебильная идея из всех возможных. Сама поняла, что поступала опрометчиво, но остановить локомотив, несущийся на полной скорости, уже не представлялось возможным. Остапа понесло в дальние дали, и фанера прошуршала-таки над Парижем.

— Хотите узнать? — издевательски вскинула я бровь. — Так, коли могу осмелиться я, простая пыль под вашими ногами, ослушаться приказа своих господ! Внемлите же моим словам и познайте всю тленность бытия! У нас женщинам, особенно любимым, дарят цветы, разные сладости, украшения, одежду, иногда животных, посвящают стихи, поют серенады под окном, приглашают на свидания, окружают лаской и заботой. У нас любовь может жить три года, а может быть вечной и не рушимой. Каждый вправе поступать так, как ему заблагорассудится. И если деве не по вкусу ухаживания кавалера, то она может с лёгкостью развернуться и уйти, а если тот и вовсе перешёл черту разумного, то ждёт его за это темница сырая с головорезами в комплекте. А коли совсем не знает меры, то и суд. Потому свои нежные и глупые фантазии можете оставить при себе. Я девушка свободная и могу делать что хочу. Пока официальной свадьбы нет, катитесь-ка вы, дорогие мои женихи, на все четыре стороны! А будете и дальше настаивать, расскажу, что такое развод и чем он хорош!

— Развод? — с интересом спросил Эргабеэль.

— Да, — усмехнулась я, видя воочию тупое удивление на лицах всех присутствующих. — Ну, это весьма забавная вещь, особенно если рассматривать её с позиции власть имущих. Это право любого, разорвать неугодный брак, при этом потребовав компенсации, в случае нарушения каких-либо прав или свобод другого гражданина. Тем самым человек берёт на себя обязанность соблюдать личные границы и быть рядом не из-за корыстных побуждений. К тому же когда ты знаешь, что можешь в любой момент сбросить оковы, намного проще быть свободной и знать лишь то, что тебе хочется быть с тем, кого ты любишь. Не надо играть в фальшь, чтобы просто поддерживать друг друга.

Император и мои пришибленные женишки такого ответа точно не ожидали и задумались надолго. В зале повисла пауза, даже жевать все перестали и вытаращились на меня, словно я предлагала им прямо тут сожрать несчастных лебедей, без соли и специй, прямо так, в перьях, и живьём. Так что благодаря своему болтливому языку, мне посчастливилось поесть в тишине и, откланявшись, сбежать обратно в покои, чтобы подумать над всем, что я натворила за полчаса неумелых попыток саботажа. А что начало на следующий день… Лучше не вспоминать.

Но для проформы можете представить себе такую сцену: спите вы в своей кровати, никого не трогаете, зубы не скалите и вообще ведёте себя, как порядочная мадам девятнадцатого века, и тут начинаете чихать и задыхаться. Право слово, я в тот момент уже с жизнью попрощалась и подумала о том, что всё, гаснет моя звёздочка и я ласты склею от приступа аллергии. Сначала в непонятках пыталась разобраться, что к чему, а когда открыла глаза… Незамедлительно поняла, в чём же загвоздка столь странного пробуждения. Какой-то идиот решил меня завалить цветами, и ладно бы, просто цветами, так в этой куче пёстрых букетов затесались астры, которые и вызвали дичайший приступ удушья.

Аллергия была, не на все цветы, но как тут выявить, от каких начался приступ, если их тьма-тьмущая, а похожего на злосчастные астры ничего не было. Сколько бы я ни бегала от букета к букету, так их и не опознала. Так что, долго не думая, открыла настежь окно и вышвырнула всё на улицу. Лишь вышвыривая последний вазон с третьего этажа, увидела, что там записки прилагались к каждому цветастому венику. Но уже было поздно: крайний букет со смачным «плюх» шлёпнулся в гору таких же поломанных метёлок. Ну не идти же вниз, подбирать… Нет уж, увольте. Мою многострадальную тушку и так едва на тот свет не сосватали, так что как-нибудь переживу без разгадки столь загадочного цветастого нашествия.

Ну, ладно... На том я, собственно, и успокоилась, плюхнувшись обратно в объятия мягких перин и шёлкового постельного белья. Но десятью минутами спустя, я горько пожалела, что уничтожила всё метательное орудие и вышвырнула вазы вниз. Как выяснилось, цветочное помешательство стало первой ласточкой и вершина айсберга, сошедшего с ума императорского двора. Иду себе, никого не трогаю. Прикрыв глазки и порадовавшись тому, что пережила этот дурдом по изничтожению одной неугодной невесты, едва с инфарктом не свалилась.

— Привет, драгоценная, — протянул белобрысый женишок, чьё имя я так и не узнала.

— Мать моя женщина! — завопила я во всё горло и едва не шлёпнулась на пол с перепугу.

— Тебе понравились подаренные цветы? — спросил он и заглянул мне в глаза, аки преданный щеночек, любящий свою хозяйку.

— Ах, это ты все эти веники мне прислал? — я резко вскинулась на постели и покрутила пальцем у виска. — Едва не убил меня этим безобразием! Я тебе, что в палисаднике должна жить и подыхать из-за аллергии. Совсем, что ли, из ума выжил!

— Я не думал, что десять прекрасных букетов для тебя станет трагедией, — посмотрел он мне в глаза и опять улыбнулся так, что у меня волосы встали дыбом. — Так как насчёт сегодняшнего ужина при свечах? Только ты, я и прекрасное настроение!

— Какого к чертям, ужина? — едва не взвыла я от всей идиотической вакханалии, которую он тут устроил. — Я хочу просто свалить от вас на все четыре стороны и не видеть ни ваших рож, не слышать ваших тупых вопросов и вообще жить, ни в чём себе не отказывая!

— Ты же сама сказала о том, что так в вашем мире ухаживают за дамами, — мурлыкнул он с грацией оперного певца. — Я всё расписал в записке и приложил её к чудесным цветам, которые по красоте сравнимы лишь с тобой!

— Просто заткнись и не делай мне голову, — зашипела я на него разъярённой кошкой. — И чтобы я твои веники поганые в своей комнате больше никогда в жизни не видела или запихну их тебе так глубоко в задницу, что ни один проктолог не достанет. Я понятия не имею, какие именно вызывают у меня аллергию и из-за каких я могу с лёгкостью сдохнуть. Понял, ты, имбецил недоделанный!

Ага, не тут-то было. Эта сволочь не хотела отлипать от меня никакими правдами и неправдами. Внимательно смотрел мне в глаза, скалился в милой и дружелюбной улыбке, пытаясь невзначай потрогать за все стратегически неважные места. Ха! И ещё три раза ха! Высказав этому придурку всё, что я о нём думала, врезала нехилую пощёчину и, развернувшись, чуть ли не бегом свалила из собственной комнаты, пока женишок не пришёл в себя. Я думала, что на том злоключения этого утра кончатся и я благополучно отсижусь в тишине. Но, видимо, судьба решила, что это слишком маленькая цена за мои прошлые беды, и послала на голову целый ворох всевозможных мужиков с их тараканами и проблемами!

Стоило мне сбежать от одного психа, как на горизонте тут же нарисовался второй. Завернув за очередной поворот бесконечного лабиринта, наткнулась на рыжего, подпирающего своей тушкой колонну рядом со входом в библиотеку, в якобы эротичной позе, способной свести с ума любую трепетную лань. Какой гад сдал моё укромное место для самобичевания и выяснения всех проблем с головушкой, и не только моей! Узнаю, казню на месте, причём самыми тупыми ножницами, которые только существовали в природе. Сразу стало ясно, что не просто так он там стоял и маникюрчиком занимался. Явно ждал меня, зная, что я тут буду прятаться от второго полоумного женишка. Сговорились, что ли, козлы?

Тяжко вздохнув, попыталась проскользнуть мимо этого изваяния, застывшего памятником самому себе. При этом я активно делала вид, что не замечала его ни одним из двух глаз. И вообще, в коридоре никого не было и ничего не стояло. Лишь ветерок гулял туда-сюда и позволял мне остудить дурную голову, после встречи с цветочным психопатом, довёдшим меня до нервного срыва и приступа аллергии. Ещё бы чуть-чуть, и реально бы померла прямо там. И за это он ещё ужин при свечах желал? Вот кусок идиота! рыжий сразу мурлыкнул и, отбросив пилочку, пошёл за мной, стараясь привлечь внимание. Я же продолжала делать вид, что призраков не вижу и статуи в моём родном мире разговаривать не умеют. Не жалела я таких знакомств с утра пораньше, мне уже хватило за глаза!

— Привет, драгоценное наше сокровище, — шепнул он тихо-тихо и приобнял меня наглой лапищей за талию, прижимая к себе.

— И тебе подохнуть в ближайшей сточной канаве, — взъерепенилась я и не постаралась вырваться из этой хватки, но не тут-то было.

— Тебе понравились цветы? — прикусив моё ушко, продолжал генерал. — А как насчёт моего приглашения? Вечер, звёзды, шикарный пруд, и только мы вдвоём с вином, фруктами и сладостями, наслаждаемся видом прекрасных далей?

— Ещё один полоумный придурок на мою голову, — зарычала я, наступая ему на ногу и резко поворачиваясь. — Если тебе кажется, что это прекрасный подкат, то катись туда, откуда ты там выполз, и не попадайся мне на глаза, придурок ты недобитый! Убила бы, если бы, возможно, было. А так за тебя сидеть не хочется!

Хотела я уже высказаться крепким словцом, как весь мой запал взяли и обломали. Этот недальновидный индивид, долго не думая, пробормотал что-то невразумительное, схватил меня за талию, лизнул нижнюю губу и впился поцелуем, пропихивая язык едва ли не до гланд. Конечно же, это было приятно, и изголодавшееся тело моментально отреагировало: с губ сорвался тихий вдох, и я немного качнулась вперёд, но ровно до того момента, как тот не сделал следующий шаг. Его руки потянулись к моей очаровательной филейной части, но я, взвизгнув, двинула ему коронным промеж ног и, сузив глаза, быстро ретировалась на безопасное расстояние от штурмовика-перехватчика с наглыми конечностями.

— Зубы выбью, ещё раз так сделаешь, — тихо прошипела я. — Пожалеешь, что тебя мама на свет божий родила. Второй раз предупреждать не стану. А цветы… Поищи их под моим окном в куче таких же безвкусных веников. У вас тут и правда, похоже, одни мозги на всех и те бракованные. Полудурки!

Ещё раз окинув этого ненормального придирчивым взглядом, свалила с места преступления на максимально доступной скорости. Вот ведь жизнь моя жестянка! Да ну её в болото! Идти обратно к себе я опасалась, потому решила побродить по замку, никому не мешая и не ища приключений на свои обворожительные вторые девяноста. Хотела сходить отдохнуть в сад и спрятаться в королевской беседке, но видеть Ари с её манипуляциями желания не возникло. Но не успела я как следует подумать о том, чем бы себя занять на ближайшее время, пока библиотека, комната и сад оккупированы и находятся под надзором врагов, врезалась во что-то твёрдое и большое, шагнувшее ко мне из тени.

— Привет, — прошипел мне третий женишок, как всегда, одетый по-военному и с идеально прямой осанкой.

— Да иди ты лесом, идиот! — взвизгнула едва не на ультразвуке и посмотрела на него ненавистным взглядом, держась за сердце и пытаясь отойти от потрясения. — Какого чёрта ты это сделал? Я чуть не померла от страха! Ни один нормальный мужик не выскакивает из полутьмы, как маньяк доморощенный! Вы что, всё тут с прибабахом, что ли!

— Ох, прости, не хотел пугать тебя и вводить в заблуждение, — сказал мне последний из троицы и протянул скромный цветок, чем-то похожий на голубую розу с капельками росы на бутоне. — Это для тебя, моя дорогая невеста. Надеюсь, мой подарок утром пришёлся тебе по душе, и ты не возражаешь против приглашения прокатиться вечером на лошадях и полюбоваться просторами нашей родины?

— Ага, значит, твоя доля цветов в общей куче была? — спросила я у того и внимательно осмотрела протянутую розу. — Достаточно с меня на сегодня цветов. Вы втроём и так уже несколько раз попытались меня убить этими вениками, проклятыми. Ради всего святого, прошу, не попадайтесь мне больше на глаза. У меня передоз вашего внимания!

Развернувшись вокруг своей оси, швырнула розу под ноги и рванула прочь. Стоило мне ворваться ураганом в свою комнату, как я с удивлением увидела ещё один букет, притаившийся на столе. Нервно дёрнулась и, подбежав, хотела уже схватить его, чтобы выкинуть через окно, но, протянув руку, вдохнула в себя аромат цветов. Букет пах зимней свежестью, и даже становилось легко на душе, ровно до того момента, как горло не сковало диким приступом удушья. Я заткнула нос пальцами и, схватив цветы, со всей силы запустила проклятый вазон к остальным в окно, благо оно как раз было открыто, чтобы одним точным движением попасть в страйк. Голубые, даже, можно сказать, льдистые цветы, слегка поблескивающие в полутьме комнаты, описав красивый пируэт, потеряли записку и скрылись с глаз моих долой.

Проведя пальцами по записке, почувствовала, что бумага явно необычная офисная, продающаяся на каждом углу. Подтянув к себе конвертик, я достала из него прямоугольный листочек из плотной бумаги и решила проверить, кому же из смертников я должна сказать спасибо за очередной приступ асфиксии и попытку отправить свою невестушку на тот свет. Но самое удивительное заключалось в том, что это оказались не мои полудурки, женишки, а тот, на кого я и подумать не могла. Хотя походу в этом мире все мужики, поголовные садисты, и от них не следовало ожидать ничего хорошего. Красивым почерком было выведено на атласной бумаге всего несколько фраз, цена которых была завышена!

«Дорогая Яна,

Позвольте мне надеяться на приватную встречу с вами. Коли вашей душой будет, мне позволено даровать сей скромный дар. Сначала я хотел отправить вам яркий букет сезонных цветов, но, узнав, что вам и так надарили кучу всего, решил своей собственной рукой срезать королевские флопаи. Они должны вызвать и пробудить в вас чувство прекрасного. Все цветы из моей оранжереи, и я их сам выращиваю их с нежностью и заботой. Они безумно редкие и дорогие настолько, что не все королевские дворы могут их позволить. У меня же их целый сад, можем сходить сегодня вечером и полюбоваться ими. Надеюсь, вам они придутся по вкусу, и вы примете моё предложение. Если это так, то жду вас вечером после ужина на террасе.

С уважением, Эргабеэль.»

Я сидела и смотрела на записку, не зная, что и думать. Я уже понадеялась на жаркое свидание у него в кабинете, а получила… Хрен для любопытных. Мне на самом деле всучили книгу по этикету и придворным правилам и отправили с богом в обратный путь. Настолько опечаленной я не была ни разу в жизни. А чувствовала себя какой-то конченой извращенкой, которая решила использовать чистого и невинного душой мужика, который ради меня готов был горы свернуть. Точно, от женишков тупостью заразилась! Право слово!

— Нет, всё, Янчик, пора с этим кончать, — пробормотала я сама себе под нос. — С сегодняшнего дня буду вести учёт всех плюсов и минусов. У меня есть несколько недель на принятие решения, а потом вынесу им вердикт. Не хочу я оставаться в этом мире, но коли нельзя вернуться к себе, надо устраиваться с полным комфортом. Если уж и суждено мне быть супругой, то только достойнейшему из мужей. Ладно, где наша не пропадала, коли велят коня на скаку остановить, то сперва избу подожжём, а потом уже видно будет, что вообще со всем этим безобразием делать и как разгребать проблемы по ходу пьесы!

Потупив ещё минут десять над запиской, решила, что никуда не хочу, и ни одно свидание меня не привлекло. Смяв бумажку, выкинула её туда же в окно и пошла спать, не забыв подпереть дверь собственной комнаты стулом. Правда, один чёрт, не помогло… Наутро вся эта вакханалия с ухаживаниями по земным меркам повторилась с ещё большим размахом. Женихи так и не вняли моим прямым намёкам. Ибо мои нервные клетки стоило дорого, а делать с этим цирком, что-то нужно, я хотела устроить скандал, но перед этим всё же закопалась в кучу подарков. На это утро, хотя бы перспектива сдохнуть была не столь реальной.

Хотелось мне того или нет, но чехарда с подарками и признаниями была спровоцирована мной самой. Если бы от большого ума я не ляпнула всю эту чушь, то ничего бы не произошло, и всё дальше тихо-мирно обходили меня пятой дорогой. Теперь же я вынуждена была терпеть тот бедлам, который натворила. И виноватых в данном происшествии попросту не имелось. Лишь я одна и моё неумение вовремя заткнуться и не позволять языку доводить до беды. Ну, теперь поздновато горевать: Аннушка уже разлила маслице, и финал истории приближался с неотвратимостью Булгаковского поезда по рельсам.

Правда, на второй день мне всё же повезло капельку больше. Вместо цветов, были сладости. Я столько в жизни не видела… Казалось, у меня в комнате свалена вся вкуснятина с первоклассной кондитерской, расположенной где-нибудь в Париже с прекрасным видом на Эйфелеву башню. Такой приятный и тягучий аромат заполнял спальню поутру. Повертев в руках нечто красное, желейное и обсыпанное сахаром, я аккуратно тронула его языком, а потом положила в рот и, пожевав, расплылась в счастливой улыбке. Так уж и быть, плюсики заработали все. Жрать я любила, причём больше, чем тратить деньги.

А вот за этот день про себя даже не напомнил. Вчера я получила на ужин местные разновидности персиков, и на этом император про меня забыл. Нет, он страной правит, я всё понимаю. Но тут как бы война идёт, и трофей в ней я сама, а тот на тормоза спускает всё. У него же слуг вагон и сто тележек, мог кого-нибудь подрядить, радовать меня по расписанию каждые пять часов. Если не считать долбанутости моих женихов, их настойчивость удивляла и поражала, пробуждая во мне чисто научный интерес: позырить чё будет дальше!

Сама не могла себе ответить: зачем мне всё это надо? Но как-то постепенно втянулась в разборки павлинов и с большим интересом следила за плюсиками и минусиками которые накапливались с попеременным успехом в моей голове. Хотя зачем это надо, не сказала бы даже под дулом пистолета, ибо планов реально создавать семью с кем-то из четверых у меня не было. Всё же каждый из них уже давно вышел из зоны моего комфорта. Наверное, от скуки совсем поехала умом и начала творить какую-то фигню. Ну, кто ещё в здравом уме и твёрдой памяти всерьёз будет рассматривать перспективы стать младшей супругой в чужом мире и ждать развития событий с детским восторгом.

Вечером уставшая от «пряток» с тремя болванами, завалилась обратно к себе в комнату и, закрыв дверь на защёлку, для надёжности подпёрла стулом и связала ручки поясом от халата. Мало ли что случится, я девушка одинокая, скромная, мне сюрпризы ни к чему. Женишки сегодня пошли пить, и дьявол их знает, что они там удумают на пьяную-то голову. Главное, чтобы мне не наливали, ведь я на дурную головушку устрою им такой перформанс, что всем замком будут потом пару лет вспоминать добрым словом. Ибо не станет у меня женихов, уйдут в монастырь, подальше от меня и всего мирского.

Усмехнувшись про себя, рухнула на постель и посмотрела печальным взглядом в потолок. Этот день меня вымотал. Я реально ощущала себя выжитым лимоном. Прятки, дело занятное, но я всё же живой человек и против трёх болванов эльфийской наружности и породы не вытягивала. А когда к ним добавлялась Ари с её нытьём и щенячьим заглядыванием в глаза, с просьбами стать её мамой и повести к алтарю, как императрица, становилось совсем тошно. Вот кем-кем, а этой дамочкой я точно не желала быть. Императорские обязанности слишком трудны и запарны, а я модель, не коуч и даже не бизнесмен. Я дизайнером мечтала быть, платья шить, а не вот это всё!