Мирея. Том I: Надежда на будущее.

Глава 1 Многоликая Лунария

Заброшенный храм в неизвестных землях.

Она стояла у широкого окна и смотрела на выжженную землю, уходящую в бесконечную пустынную равнину. Когда-то здесь раскидывался величественный лес: вековые исполины, чьи кроны почти касались небес, немыслимые растения, плоды невиданной формы, звери и хищники всех мастей. Ей нравились эти места. И особенно нравился этот храм.

Это был единственный храм, который эльфы построили в честь богини, не принадлежавшей их роду. Они могли не уважать других богов, но её — Многоликую — игнорировать не могли. На Мирее никто толком не понимал, насколько велика её власть, и побаивались даже другие боги.

Даже Эрра, бог мора и войны, остерегался Многоликой.

Она присоединилась к пантеону последней и застала мирные времена лишь краешком — но они ей нравились больше всех прошлых жизней. Разумные Миреи поклонялись богам с безумной отдачей: молились, приносили жертвы, славили. Боги буквально купались в их любви, хотя в этом мире такая подпитка и не была особенно необходима. Мирея уникальна: её источник магической энергии почти неисчерпаем. Хватает на всё — и богам, и смертным.

Попасть сюда Многоликой было непросто. Предыдущий мир был ей, мягко говоря, не по нраву: интриги, подковёрные распри, постоянные предательства. Там она и заработала своё прозвище. И была там далеко не последней среди богов.

А здесь — идеальный мир, богатый энергией… если бы не один ублюдок, который всё испортил. Если бы не равновесие, она бы щелчком пальцев размазала его империю. Но равновесие беспощадно: прямое вмешательство богов грозит развоплощением.

Её гнев был так велик, что сила стала выплёскиваться наружу, разрушая всё, к чему прикасалась.

В этот момент рядом возник разумный… и начал умирать — просто от того, что оказался слишком близко. Богиня резко пришла в себя, пустила волну исцеляющей магии, и всё вокруг восстановилось. Разумный выпрямился, набрался сил, но тут же припал на колено.

— Моя госпожа, приветствую, — произнёс он.

— Оракул, — сказала она, — что ты увидел в своих видениях?

— Я нашёл выход, госпожа, но…

— У нас нет времени, говори.

— На Мирее есть иная раса. О ней никто не знает. Даже вы.

— Хм… любопытно. Продолжай.

— Они необычайно сильны. Я не вижу всего, но по фрагментам видений могу сказать: их много, и магия их… странная.

— И ты думаешь, это проблема? Пойду, размажу их всех — и дело с концом. Да и другие боги помогут.

— Вы не сможете, госпожа. Они не боги.

— Равновесие… — хмуро протянула она. — Понимаю. Кто они?

— Демоны.

— Демоны? На Мирее? Это невозможно.

— Они здесь давно. Не вмешиваются, не выходят на поверхность. Возможно, питаются энергией планеты — и что-то там… создают.

— Ты можешь сказать, где искать?

— Лишь приблизительно, госпожа. Простите, если разочаровал.

— Перестань извиняться. Говори координаты.

— Но вы ведь всё равно не можете пойти туда сами…

— Да. Разве что уговорить Шаргааса.

— Он предаст при первом удобном случае.

— Именно! — рассердилась богиня. — Этот подлый орк опьянён тем, что стал единственным богом орков.

— Тогда что делать, моя богиня?

— Я укажу тебе нескольких разумных. Ты приведёшь их ко мне.

— Вы доверите судьбу мира смертным?

— Это не просто смертные.

Она улыбнулась уголком губ.

— А судьбу… оставим богине судьбы. Пусть и она поработает.

Глава 2 Оракул

Оракул слушал свою богиню и смотрел на неё с обожанием. Как можно не обожать ту, которая спасла тебя от небытия и забвения?

Когда-то он был обычным эльфом по имени Таерицрон, что означало «Великий колдун». Может, великим он и не был, но был весьма способным в деле магии, и мастера пророчили ему светлое будущее. Однако однажды он открыл для себя новую грань — заглянул в астрал, в Междумирье. После этого его путь изменился.

В астрале он мог видеть иной пласт мира и иногда заглядывать вперёд. Орочьи шаманы умели нечто подобное, но то, что видел он, было совсем иным уровнем. Однако у этой силы была и обратная сторона: длительное пребывание в астрале меняло его внешность и искажало душу. Он уже не мог остановиться.

И вот, когда его внешность изменилась до неузнаваемости — кожа почернела, глаза стали тёмно-зелёными и светящимися, лицо оплыло, рот застыл в вечном оскале, тело усохло и превратило его в подобие старика, — а в душе поселился непроглядный мрак, он понял: конец близок. Либо он превратится в тварь, что обитает в другом плане, либо сгинет навеки.

Тогда на него обратила внимание Многоликая. Она пришла к нему, и её лик был светел.

— Здравствуй, эльф, — сказала богиня.

— Я… я уже не совсем эльф.

— Я это вижу, — нахмурилась она. — Но не обращаться же к тебе как к… не пойми чему.

— Д-да. Приветствую тебя, великая…

— Я принесла тебе благую весть. С этого дня ты пойдёшь по лестнице к небесам. И я забираю твоё имя. Теперь и впредь ты будешь служить мне.

— Но… как? Я же должен исчезнуть…

— Ты забываешься. Ты не видишь, кто перед тобой стоит? — её лик изменился.

Лицо исказилось, из-под верхней губы выглянули клыки, волосы стали ярко-красными и взметнулись в стороны.

— Простите, госпожа… мрак затуманил мою голову…

— Прощаю, — тут же улыбнулась Многоликая, и образ её вновь стал прежним.

«Воистину Многоликая», — подумал Таерицрон. — «Не потому даже, что она меняет облик по желанию, а потому что её настроение меняется мгновенно. Может улыбаться…, а через минуту испепелить».

— Так что я могу для вас сделать, госпожа?

— То, чему ты научился в астрале.

— Я не так хорош в этом…

— Ой, не прибедняйся, — отмахнулась богиня. — Да и я немного тебе помогу. Добавлю капельку силы.

— Зачем я вам?

— Ты мне пригодишься позже. Служи верно и честно. Я буду называть тебя… ммм… Оракул.

Она подошла и заглянула ему прямо в глаза. Всё вокруг поплыло. Он почувствовал, как мрак в груди отступает, а на его месте зарождается что-то светлое и тёплое. Ему не хотелось, чтобы это заканчивалось…, но увы.

— Вставай, Оракул, — велела богиня.

Он поднялся и посмотрел на руки. Они уже не были чёрными. Нет, он не стал снова эльфом, но перестал быть похожим на тех тварей. Кожа стала светло-серой, лицо приобрело нормальные очертания, а тело — вновь набрало силу.

Он упал на колени и склонил голову:

— Благодарю тебя, моя госпожа. Я буду твоим верным слугой.

— Ага, — улыбнулась Многоликая.

С тех пор он служил ей уже пять сотен лет, и его верность становилась лишь крепче. За это время он стал в сотни раз сильнее и искуснее. И за всё это он был обязан ей. Своей богине.

И сделает всё, чтобы она была довольна им.

Глава 3 Гном

По пустынным равнинам гулял лишь ветер, завиваясь в мелкие смерчи. Земля была выжжена настолько, что вряд ли здесь когда-нибудь снова что-то вырастет. Настолько ужасной и беспощадной была битва, разразившаяся на этой равнине.

Вдали виднелся одинокий силуэт — он плёлся, еле волоча ноги. На нём висело ужасное рваньё, и казалось, что он изнеможден и вот-вот рухнет наземь, чтобы никогда больше не подняться. Но яростный блеск глаз, выглядывающих из-под капюшона, говорил об обратном.

Незнакомец был невысок — вернее, совсем коротышка: около полутора метров. Сначала казалось, что это ребёнок, но широкие плечи, массивные мышцы и мозолистые ладони говорили о том, что перед тобой зрелый мужчина.

Он был гномом. Истинным гномом. Сыном подгорного королевства, сыном самого короля гномов, который пожертвовал жизнью ради победы над Императором четыре века назад. Последний в своём роде — он очнулся из каменного плена спустя четыреста лет. Его сознание не угасло лишь благодаря магии, заложенной в посмертное заклинание шамана-орка, которого он убил на поле брани.

Да, он был там. Был там четыре века назад, стоял во главе Второго легиона гномьего войска. Он был третьим сыном короля — без права наследования престола, но самым удачным из детей. Самым достойным трона. И отец разрывался между разумом и традициями.

Старший брат был величайшим мастером металла, но почти не владел оружием — воин из него был никудышный. Средний — наоборот, великолепный боец, почти равный самому королю, но ненавидел всё мирное и жаждал лишь битвы. А он… он умел всё.

Был превосходным кузнецом и владел всеми видами оружия. В тактике и управлении войском не уступал даже матерым легатам. Но он был третьим сыном младшей жены. А по традициям трон наследует первый сын старшей жены. Если он не может — второй сын той же жены. Если и это невозможно — сын средней жены. Но никак не сын младшей. Тем более рождённый последним.

У отца когда-то была и средняя жена, но она ушла к предкам, заболев неизвестной болезнью и не оставив ему наследника. Он не знал её — родился позже, у младшей жены. Отец любил её, может быть, именно поэтому сын получился таким способным.

Родители назвали его Стигур. Позже, за заслуги, он получил прозвище Стальной.

Стигур Стальной — сын короля гномов Дрора Трудолюбивого. Последний великий гном прошлых веков.

Но теперь всё это — тлен. Пустые слова. Королевства гномов не осталось, да и сами гномы обмельчали, разбрелись по всей Мирее, стали посредственными кузнецами и каменщиками, забыв о том, что когда-то были великими воинами.

Да уж… А ведь в древние времена легионы гномов боялись даже эльфы — первораса Миреи, самые могущественные среди смертных. Его отец по силе был равен эльфийскому князю. А теперь после той войны всё сгинуло…

Когда он очнулся из четырёхвекового заточения, он направился туда, где когда-то был его дом — к самой высокой горе Миреи. Даже встретил там гномов. Но проведя среди них несколько ночей, понял, что произошло.

Гномы утратили наследие. Некому было направить их, обучить, подсказать. Воины исчезли. Старейшины погибли. А дряхлые старики не смогли удержать порядок. Всё развалилось. И теперь никто не знал ни традиций, ни устоев, живя как обычные людишки.

Стигур ушёл. Сам не знал — куда и зачем. Уныние и печаль поселились в его сердце. С каждым шагом становилось тяжелее дышать, плечи опускались, глаза тускнели. Мозг же, напротив, лихорадочно искал выход, мысли перебивали друг друга. Кулаки то сжимались до хруста, то вновь разжимались.

Он думал:

«Может, вернуться? Обучу этих никчёмных гномов! Но кто меня послушает? Они ведь даже отца не помнят… А я кто? Третий сын младшей жены. Тогда… может, найти товарищей, выживших со старых времён? Но вряд ли. Может, кто и выжил…, но сейчас уже сто раз ушёл к праотцам. Мы живём долго, но четыре века — срок.»

Погружённый в мысли, он не заметил, как в пятидесяти метрах от него из ниоткуда появился разумный. Тот огляделся, увидел гнома — и миг спустя оказался прямо перед ним.

Стигур не отшатнулся и не испугался. Он был воином. Одним из лучших.

В его руке из воздуха возник боевой одноручный топор. Он занял стойку, открыл рот, чтобы прокричать боевой клич…

Но незнакомец поднял руку, ладонью к нему, и спокойно произнёс:

— Успокойся, гном. Я не желаю тебе зла.

Голос был настолько ровным и властным, что сразу становилось ясно — перед ним не простой смертный.

— Кто ты? И что тебе нужно? — спросил Стигур.

Голос его был, едва узнаваем: сухой, хриплый. Язык опух, горло пересохло, словно в самих песчаных равнинах юга Миреи.

Он не помнил, сколько бродил по степи, когда ел или пил в последний раз. Лёгким движением он коснулся груди — и в руке материализовалась фляжка с прохладным настоем горных трав. Сделав маленький глоток, он прищурился, разглядывая незнакомца.

Тот стоял невозмутимо, скрестив руки на груди. Лишь глаза выдавали удивление.

«Хм…» — думал Оракул. — «Пространственный карман. У гнома! Даже у меня нет такого… А у некоторых богов и подавно. Госпожа была права. Непростые смертные.»

— Я посланник моей госпожи. Она желает тебя видеть, гном.

— Кто твоя госпожа? — спросил Стигур уже обычным, тяжёлым басом.

— Она — Многоликая Лунария.

— Я не служу Многоликой. Хотя и уважаю её, — неохотно ответил гном.

Честно говоря, он никогда её не любил. Но отрицать силу богини было бы глупо. О ней он всегда говорил осторожно — лишнее слово может обернуться гневом.

— К сожалению для тебя и к счастью для меня, отказ в этот раз не принимается, гном, — сказал Оракул и лёгким движением коснулся Стигура.

В тот же миг оба исчезли — словно их и не было. Лишь закрученная пыль, да следы на земле говорили об обратном.

Мгновенный телепорт — одно из самых сложных заклинаний, требующее колоссального количества магии. И лишь немногие способны на такое.

Глава 4 Архимаг

Он стоял в пяти этажном обветшалом здании в большой приёмной комнате и смотря в витражное окно размышлял о своём…

«Как же так?» — думал он.

Ещё относительно недавно это было чуть ли не самое оживлённое место. Сновали туда-сюда девушки и парни, степенно вышагивали старцы, величаво смотрел на всех глава всего этого. Верховный архимаг! Величайший до сих пор! Человек который своим могуществом не уступал ни князю эльфов, ни королю гномов, сильнейших из смертных. А теперь нет ни его, ни этого места.

Это была гильдия магов, по совместительству академия. О боги как бы он хотел учиться здесь, перенять опыт мудрейших, но увы, увы. Да теперь он уже сам имеет звание архимага, единственного высшего архимага среди людей. После так называемой победы над императором, люди тоже потерпели немало утрат и разочарований, нет до полного истребления как другим расам им было далеко (как правило люди очень многочисленный и живучий народ) Но погибли достойнейшие: воины, маги, мастера. И с каждым поколением становилось только хуже. Расы Миреи разобщились и перестали контактировать, поэтому не у кого было перенимать опыт и знания, а в чём люди хороши так это в копировании. Могут перенять и научиться всему!

Он плохо знал историю своей расы, он вернулся в земли людей всего несколько лет назад и сразу был удостоен звания архимага! Самый молодой архимаг в истории даже не человечества, а вообще всей Миреи!

Он не знал своих родителей, осознал себя в трёх-летнем возрасте в многодетной семье фермера. Мачеха рассказывала, что его принесли к их порогу новорожденного и беспомощного. Ребенок был настолько слаб, что не мог даже плакать, лишь хныкал еле-еле. И сердце женщины не выдержало, хотя у неё самой уже было пятеро детей. С трудом уговорила мужа оставить дитя. Мужчина не был плохим человеком, скорее даже наоборот очень добрым и отзывчивым, но сухой прагматизм, заставлял его противиться своей сущности. Он кое-как мог прокормить тех, кто уже есть, а здесь ещё один рот, но в итоге они оставили ребенка.

Они назвали его Ингенс. Мать говорила, что на каком-то древнем и чужеземном языке — это означает великий, но он отнюдь таким не был, напротив он был слабым и щуплым ребенком.

В пять лет у ребенка обнаружились удивительные способности. Когда он был весел и доволен, вокруг распространялась аура, которая исцеляла мелкие раны и лёгкое недомогание, а плохое настроение и усталось исчезали, как будто их и не было. А, когда наоборот ему было больно и грустно, аура становилось тёмной и разрушающей. Вяли цветы и растения, домашние животные начинали буйствовать, а самочувствие людей находящихся рядом, резко ухудшалось. Но, семья любила мальчугана и заботились о нём все, поэтому мирились с этими причудами. Первую тревогу родители испытали, когда мальчуган покалечил старшую сестру, которая смотрела за ним. В порыве ярости за то, что она шлепнула его по мягкому месту, он отбросил её воздушной волной на пару метров. Слава богам обошлось без серьёзных травм, лишь пара ссадин и испуг. Конечно, он тут же раскаялся и испугался больше всех. Он вообще был очень добрым и застенчивым ребенком. Второй раз, уже был серьёзнее, он убил… нет не человека, домашнее животное. Оно напало на старшего брата, который обихаживал его, а мальчуган играл рядом. Животное взбесилось и чуть было не затоптало брата, но Ингенс увидел это и парой беспорядочных взмахов, буквально размазал взбесившееся животное в мясной фарш. Тогда семье стало жутко и страшно, нет они не перестали любить Ингенса, не возненавидели его, но теперь стали серьёзней относиться к его способностям и стали думать, что с этим делать.

В судьбу Ингенса вмешался случай, а может и сама богиня судьбы Нона, но так или иначе, мимо поселения где жила семья Ингенса проезжал караван эльфов. Невиданное для большинства событие, поэтому сбежалось всё поселение и Ингенса взяли с собой. Когда мимо них проходил главный экипаж каравана, из крытой повозки выглянул суровый эльф и посмотрел прямо на Ингенса. Повозка остановилась, эльф вышел из неё и подошёл к сестре Ингенса у которой тот сидел на руках.

— Девочка поставь его на землю, — сказал эльф глубоким и завораживающим голосом.

— Д. да господин, — ответила сестра.

И поставила Ингенса на ноги, он слегка покачнулся, но удержав равновесие взглянул на эльфа снизу вверх. Эльф пристальней уставился прямо в глаза мальчугану и сделал пас рукой, но ничего не произошло. Это так поразило эльфа, что его невозмутимость пропала, а глаза расширились.

— О боги! — прошептал он, — Кто его родители?

— Мы господин, — ответили родители Ингенса.

— Вы обладаете магической силой?

— Нет господин он подкидыш, но мы воспитывали его как родного и…

— Мне не интересно это. Вы представляете, какими силами он обладает?

— Мы подозревали о чём то, но.

— Вы даже представить себе не можете! — перебил эльф

— И что нам делать господин?

— Я предлагаю вам, тысячу рилов за него

— Нет! Простите господин, но он наш сын, — воскликнула женщина

— Тогда, что вы хотите? — сказал спокойным голосом эльф

— Вы сможете его обучить?

— Думаю, что я справлюсь… ммм с этой задачей

— Тогда заберите его и обучите, но пообещайте что разрешите ему хоть иногда навещать нас

— Хммм… Ну хорошо да будет так! Я высший эльф, маг второго круга посвещения, обещаю что обучу ммм… — он взлянул на женщину.

— Ингенс, его зовут Ингенс!

— Обучу Ингенса всему, что знаю сам и он станет великим магом! Может даже больше, чем просто магом, — еле слышно добавил эльф.

С тех пор прошло уже двадцать лет. Эльф выполнил своё обещание и неделю назад он позвал Ингенса и сказал ему:

— Мне больше нечему тебя учить Ингенс. Я передал тебе всё, что я знал и даже больше. По силе ты уже архимаг первой ступени! И с этого момента, я не твой наставник, ты можешь вернуться домой или остаться здесь. Ты волен поступать, как пожелаешь и знай, что здесь тоже твой дом Ингенс, а я тебе… хм, не думал, что когда-нибудь так скажу по отношению к человеку, но всё-таки позволь мне называть себя твоим вторым отцом?

— Мастер, вы давно стали для меня отцом. Век людей короток и поэтому двадцать лет для нас продолжительное время.

— Ты очень хороший человек Ингенс, — улыбнулся эльф

— Я учился у лучших мастер!

— У меня для тебя есть ещё один совет и информация.

— Я слушаю.

— Как я и сказал ты хороший человек, поэтому в большом мире тебя легко могут обмануть. Будь жёстче Ингенс! И если ты хочешь развиваться дальше, то в этом тебе могут помочь рукописи из заброшеной академии магов которая находится в землях людей.

— Разве я могу развиваться дальше мастер? Вы же сказали, что я уже архимаг. Есть ли кто-то выше рангом?

— О да, мальчик мой! И ты способен на многое. Просто верь в себя! Помни мои слова Ингенс и когда придет время не забудь своего первого наставника, — эльф улыбнулся, но улыбка его была грустная.

— Я никогда не забуду вас мастер!

— Я буду на это надеяться…

На следующий день, после этого разговора Ингенс собрался в путь и уже через четыре дня, был дома. Он мог бы переместиться мгновенно, магией телепортации, но решил, что стоит как положенно со всеми попрощаться. Кстати, когда мастер увидел, что он освоил магию телепортации и на какие расстояния может переместить себя или даже группу разумных! Наставник ненадолго оцепенел, но сразу же взял себя в руки. Ингенс не упустил этого, за то время, что он обучался у эльфов, он неплохо узнал мастера. Они немало времени проводили вместе, помимо обучения много беседовали. От такой реакции обычно невозмутимого эльфа, он сильно удивился. Только позже он узнал, что магия телепортации одна из самых редких и лишь единицы могут её использовать, как оказалось он один из них.

Вернувшись домой ему очень обрадовались — за эти двадцать лет обучения он бывал здесь всего пару-тройку раз. Мать с отцом очень постарели, а братья и сестры повзрослели. Две сестры вышли замуж, а старший брат привел домой невесту, тот самый которого Ингенс спас от взбесившегося животного. Он был очень рад вернуться домой и ему было приятно проводить время с этими людьми, которые стали ему родными. Он нашёл заброшенную академию магии и перемещался туда — ночи напролет изучал летописи старых времен. И вот пришло время когда и здесь, ему не осталось чему обучаться. И он потерял цель и не знал чем занять себя, просто бродил по пустым комнатам и коридорам академии. Ему казалось, что его возможностям нет предела, магия давалась ему очень легко. Наверное и вправду, как говорил мастер у него исключительный дар к ней. Ещё когда он покидал лес эльфов, мастер вручил ему внушительную сумму и сказал:

— Архимаг не должен нуждаться ни в чём.

Половину Ингенс сразу по прибытию, отдал матери, чем поверг её в ступор. Простые фермеры никогда не то, что бы не держали в руках, а даже не видели такой суммы. Он был рад, что смог позаботиться о них. На остальные деньги, переместившись в столицу, он купил себе всё для того чтобы выглядеть как архимаг. Посох и мантию пришлось делать на заказ, так как посоха проводящего такое количество маг-энергии просто не было, а мантия со знаками всех стихий тоже не пользовалась спросом.

Когда облачившись в своё новое одеяние с посохом в руках совсем ещё мальчишка прогуливался по улицам столицы. Люди смеялись над ним, оказывается чтобы стать архимагом недостаточно напялить на себя мантию и взять в руки посох. Нужно было доказать, что ты действительно на что-то способен и тогда круг архимагов столицы, во главе с наместником нарекут тебя этим званием, и выдадут знаки отличия. Так и случилось через пару дней. Теперь на его мантии помимо знаков стихий и герба гильдии, была особым способом нанесена золотая вязь. Да, пришлось вступить в какую-то гильдию магов, но его это не волновало. Теперь он архимаг высшей ступени, очень странно ведь мастер говорил иначе. Но на демонстрации, он так ошеломил круг архимагов и наместника, что они остановили его и не позволили закончить последнее заклинание, которое он хотел показать, а ведь так хотелось его испробовать! Но увы… Два заклинания высшего порядка, снесли начисто полигон для демонстрации.

— А теперь что? — спросил он сам у себя.

Что делать теперь? Вернуться в лес к эльфам или остаться дома и помогать селянам, и родным. Можно ещё конечно переселиться в столицу, перевезти туда родителей и братьев с сестрами. Деньги у него ещё есть, да и наместник думаю пойдёт на встречу, подберет тепленькое местечко.

— Хмм думаю неплохая мысль, — сказал он вслух.

— Что за мысль? — ответил ему голос позади него.

Отчего Ингенс подпрыгнул и ойкнул.

— К.ктоо вы?

— Я Оракул. Посланник моей госпожи.

— Какой госпожи? — почему-то именно этот вопрос, пришёл первый в его голову.

— Эммм… — Оракул опешил и с выпученными глазами смотрел на Ингенса.

— Ах да. Простите, мне моё невежество. Я архимаг высшей ступени, королевства людей, меня…

— Я знаю, кто вы юноша, — перебил его Оракул придя в себя.

— Хорошо.

— Так вы согласны?

— На что согласен? — теперь опешил Ингенс.

— Так подождите! Давайте начнем всё сначала, — сказал Ингенс.

— Давайте, господин архимаг, — безразлично пожал плечами Оракул.

— Во первых: давайте без этих господинов, я простой сын фермера и зовут меня Ингенс.

— Такой уж и простой сын фермера? — улыбнулся Оракул.

— Ну хорошо, не такой уж простой, но я не какой, не господин

— Хорошо… Ингенс. Так к вам обращаться?

— Да! Это было бы чудесно!

— Как скажете гос… хм, Ингенс

— И во вторых: как мне обращаться к вам? Оракул это же не имя?

— Так и обращайтесь, Оракул. У меня нет имени, пока ещё нет.

— Ну хорошоо… А кто эта ваша госпожа и что ей надо от меня?

— Моя госпожа, это Многоликая Лунария. Вам знакомо это имя?

— Б…Богиня?

— Совершенно верно, Ингенс. И она хочет вас увидеть и поговорить. У неё для вас есть одна м…

— Я согласен! Когда отправляемся?

— Эээ…

— Говорите координаты скорее. Я перемещу нас! — Ингенс подпрыгивал от нетерпения.

— Тише, тише! Но, для начала вы не хотели бы попрощаться с родными, возможно вы долго их не увидите.

— Да точно! — он хлопнул себя по лбу и тут же исчез в мгновенном телепорте.

«Мальчишка… совсем юнный» — покачал головой Оракул, но тут же улыбнулся.

«И совсем непростой человек. Магия перемещения! Моя госпожа, подобрала воистину уникальных разумных, может если они все будут такими, у них действительно что-то выйдет.»

Не успел он додумать очередную мысль, как с оглушительным хлопком, появился Ингенс. Так происходит, когда заклинание произносят в спешке, постоянно сбиваясь. В обычном случае, перемещение происходит безвучно. Он был растрёпан и взбудоражен, а его глаза просто сияли от предвкушения. За спиной имелась большая сумка, а в руках он держал ломоть серого хлеба и откусывал от него большие куски.

— Вы уже вернулись? Может вам нужно больше времени? Я могу прийти скажем… завтра

— Нет, нет!.. Уважаемый Оракул, я не могу тратить ваше время. Мои родные понимают всё.

— Ну хорошо, как скажете.

— Ну ч.что? От…отправляемся?

— Погодите Ингенс, — Оракул подошёл к нему, отряхнул крошки с его мантии и положил руку ему на плечо.

— Вы мне нравитесь юноша, обычно… обычно я не проявляю ни чувств, ни эмоций

— Я заметил, — пробурчал под нос Ингенс.

Оракул улыбнулся и взглянул ему в глаза.

— Мой вам совет… дружеский совет, если позволите?

— Да-да?

— Побольше помалкивайте и старайтесь держать себя в руках. Там… там соберутся непростые разумные и я бы хотел, чтобы они восприняли вас всерьёз.

— Там будут, другие маги?

Оракул ничего не ответил Ингенсу, он было открыл рот, но в этот момент Оракул произнес ключ-команду и они переместились туда где их уже ждали…

Глава 5 Бессмертный палладин

Он, как и всегда, упражнялся с мечом. Очередная смена тела прошла для него тяжелее, чем обычно. Да он просто человек. Человек, которому уже больше четырёх сотен лет. Как?

Тогда, в битве против Императора, он был на пике своих возможностей, но это не спасло его от страшного ранения и неминуемой гибели. И только железная воля и такое же несгибаемое тело не дали ему умереть сразу. Его подобрали феи. После гибели своего Верховного они не унывали и поддерживали всё, что создал их лидер.

Он умирал… и только то, что он был единственным палладином всех богов, единственным в истории, удерживало его от смерти. Ведь все его знания исчезли бы вместе с ним.

Когда феи узнали об этом, они долго совещались. Он уже думал, что всё потеряно. Всё, чего добивался всю жизнь.

И тогда к нему прилетел маг фей — последний дряхлый фей, оставшийся в живых — и предложил скрытую магию фей по замене тела, известную только им.

Он согласился бы на что угодно. Но фей не забыл предупредить:

С каждой заменой будет теряться часть личности, память и навыки.

Тогда он не придал этому значения. Подумаешь, потеряю часть памяти — ерунда! Главное выжить, передать кому-нибудь мастерство и знания.

О боги… если бы он знал тогда.

Но что с того? Был ли у него выбор?

Он стоял на пороге смерти.

В спешке выбрали тело — жалкое, подростковое — и за всю первую жизнь он так и не смог толком привести его в порядок.

Магия обмена тела нужна феям, чтобы возрождать тех, кто особенно важен для поселения. Феи — народ малочисленный, каждый на счету.

Почему же магия скрытая?

Потому что по сути это тёмная магия, лишь слегка переработанная феями.

В свежий труп вживляется душа, и с магией фей существо получается полноценным. Но с одной погрешностью: частые замены недопустимы.

Душа и разум не выдерживают и угасают с каждым разом.

Это уже его седьмая жизнь. Он забыл многое, а тело слушалось всё хуже. Многие навыки были утеряны, а большинство он просто не мог использовать в новом теле. Поэтому приходилось тренироваться постоянно.

Пару раз он брал учеников, но люди и в лучшие времена не были особо умелой расой, а после войны, когда погибла половина населения, остались одни никчёмные бестолочи.

Он смирился: рано или поздно он угаснет. А вместе с ним — всё, что он знает.

— Всё напрасно… — грустно улыбнулся он.

Всё, чего он добивался, — сгинет.

Палладин всех богов. Звучит, конечно, странно, но это самое точное определение.

Он дал присягу всему пантеону, и его главе в частности. Поэтому все боги Миреи благословили его.

Чтобы добиться этого, он половину жизни — человеческой жизни — лишь молился и оттачивал бой на мечах. Затем, после благословения, он закалял дух и изучал магические заклинания.

Только ради них. Только во имя их.

Когда началась война, в свои пятьдесят лет он был на пике силы. Он в одиночку убил дракона. Не того, что сейчас зовут драконами (по сути огромных ящеров), а древнее могущественное создание, практически невосприимчивое к магии, с чешуёй крепче стали.

Он одолел его.

Он одолел и дюжину орков-берсерков — жутких, но чрезвычайно умелых воинов.

А теперь… он не уверен, что справился бы со стайкой гоблинов-разведчиков.

Нет, справился бы, конечно. Он преувеличивает свою беспомощность. Но от былой мощи вряд ли осталось хоть что-то… хотя бы половина.

Сделав очередной взмах одноручным полуторником, он упёр его в землю и навалился сверху. Ноги дрожали, пот лился ручьём, а в глазах появлялись радужные пятна. Тело отказывалось слушаться.

— Да будь всё проклято! — яростно крикнул он.

— Не по чину тебе так ругаться, — произнёс голос сбоку.

— Привет, Оракул, — улыбнулся он, поворачиваясь к собеседнику.

— И тебе здравствуй, Грейс.

— Давно не виделись… лет двести, кажется?

— Около того.

— А ты всё такой же сухарь, Оракул. Мог бы и обнять старого друга. Мы ведь друзья?

— Думаю, можем называться друзьями. Но все эти нежности не по мне. Даже когда я был смертным, их не признавал.

— Ну этого я не знаю, я ведь не видел твою смертную жизнь, — сказал Грейс, опускаясь на траву.

— Присядешь? — он хлопнул ладонью по земле рядом с собой.

— Нет, спасибо.

— Так ради чего ты здесь, Оракул?

— Я пришёл за тобой, Грейс. Настало время снова послужить.

— За мной? Послужить? — он вскочил так, будто пару минут назад не валился с ног.

— Да, Грейс.

— Кто? Кто призывает меня?

— Ты знаешь, у меня только одна госпожа.

— Многоликая, значит…

— Тебя что-то не устраивает, палладин? — в голосе Оракула звякнул металл.

— Ха-ха-ха-ха! — расхохотался Грейс. — Прости, друг. Здесь ужасно скучно, и иногда очень долго не с кем поговорить. Твоя верность к госпоже не угасает.

— Я обязан ей своим существованием… Впрочем, ты знаешь эту историю.

— Конечно, я приду на зов Великой. С покорностью и большим удовольствием, — улыбнулся Грейс.

— Эй! А куда это ты собрался?! — раздался вдали звонкий девичий голос.

— Оооо неет… — сокрушённо прошептал Грейс.

Глава 6 Феечка Фло

На Мирее фей создали эльфы, чтобы они помогали им следить за лесами и растениями. Создания получились настолько самостоятельными и живыми, что вскоре возжелали свободы. Эльфы, будучи гордыми существами, решили отпустить фей и посмотреть, как те смогут жить самостоятельно. Они ожидали, что блудные создания рано или поздно вернутся, чтобы эльфы с показным пренебрежением приняли их вновь на службу. Но проходили десятилетия, потом столетия, а феи и не думали возвращаться. И уже все, даже сами эльфы, забыли, что когда-то феи были лишь прислужниками.

Феи — очень малочисленный народ Миреи. Поскольку они магические, искусственно созданные существа, они не рождаются как обычные расы, а появляются из цветов. Из особых, редких цветов, и им обычно дают имя по названию цветка. Так же появилась и Фло. Вообще её звали Флоринтия — она вышла из флоринтийского цветка. Но ей не нравилось это имя, и она предпочитала короткое «Фло».

Она отличалась взбалмошным характером и не любила сидеть на одном месте. Соответственно, и работать не любила, поэтому в поселении фей её мягко говоря недолюбливали, ведь феи — очень трудолюбивый народ. Но Фло не была бесполезной. Напротив, она была очень способной. Стоило ей захотеть — и она добивалась многого. Только поэтому глава поселения закрывал глаза на её выходки. Феи не воины, они хороши в поддержке отрядов, и Фло была мастером защиты. Её щиты были самыми прочными, усиления — самыми долгими. И всего этого она добилась за невероятно короткое время, чем повергла главу в шок. Он стал отправлять её в дальние вылазки вместе с отрядом, чтобы она усиливала бойцов и ставила защиту. Собственно, именно этого Фло и добивалась. Ради этого она и выучила все заклинания.

Два несовместимых качества сошлись в ней: раздолбайство и целеустремлённость.

Так она и познакомилась с Грейсом.

Очень давно Фло знала о месте, куда никого не допускали, кроме главы и верховного мага. Её буквально «разрывало» от любопытства, и когда появилась возможность, она пробралась туда. Там была небольшая поляна с родничком и маленьким жилищем. Но зачем? Феи не живут в домах.

Вдруг из дома вышел рослый человек, подошёл к роднику и стал умываться. Человек! Фло никогда не видела других рас. Она знала о них только из книг. А тут — живой человек! Внезапно он повернулся прямо на кусты, где пряталась Фло, и прищурил глаза.

— Кто здесь? — произнёс он громким и ясным голосом.

Фло сжалась и приняла первую форму. У фей три формы: первая — маленькая, с кулак взрослого человека; вторая — около полуметра, с ростом и силой; третья — пик развития, чуть выше гнома. Фло была во второй форме.

Она уменьшилась и сжалась, но человек решительно направился к ней.

— Я знаю, что ты там. Выходи!

Фло выскочила из кустов, одновременно принимая вторую форму.

— Это я, — пропищала она.

Человек остановился как вкопанный.

— Ты кто?

— Я Фло.

— А я Грейс.

— А… ты… ты настоящий?

— В смысле? — усмехнулся Грейс.

— Ну… настоящий человек?

— А что, бывают ненастоящие?

— Я не знаю, — пожала плечиками Фло. — Я впервые вижу другую расу.

Она взлетела и принялась облетать Грейса по кругу, тыкая в него пальчиком. Грейс стоял и улыбался.

— А ты всегда такой громила? Ты не умеешь становиться меньше? Или тоньше? — посыпались вопросы.

— Стой! — поднял руку Грейс. — А ты всегда такая болтливая?

— Я не болтливая, я любопытная, — подняла пальчик Фло.

— Ну-да, ну-да, — усмехнулся Грейс.

С тех пор Фло прилетала к Грейсу почти каждый день. Они сдружились. Грейс даже привык к её непоседливости и бесконечному стрёкоту. Она ему нравилась. Он видел, как ей одиноко, и понимал, что в нём она нашла родственную душу. А недавно Фло вбила себе в голову, что когда она обретёт третью форму, Грейс должен взять её в жёны. Естественно, эта идея ему не нравилась. Ему вообще не нравились затеи Фло. Но её это не беспокоило — цель есть цель.

Грейс не сомневался, что она этого добьётся.

Но она не знала одного: возможно, его скоро не станет. Он стал отдаляться от неё — не потому что не хотел видеть, а потому что не мог рассказать правду. Он чувствовал, что начинает испытывать к Фло настоящую теплоту. Очень жаль… но такая у него судьба, и богиня Нона, похоже, уже перестала плести его нить.

Глава 7 Невеста палладина

— О нет, — прошептал Грейс.

Оракул взглянул на него, затем туда, откуда донёсся голос. Вдали стремительно приближалась маленькая феечка.

— Кто это? — спросил Оракул.

— Мы можем переместиться сейчас? Немедленно!

Оракул ещё раз посмотрел на Грейса и был поражён. Он знал этого человека много лет, но таким видел впервые. Несгибаемый воин, стоявший против всего мира, сейчас выглядел… растерянным. Наверное, это самое точное слово. Немыслимо: маленькая феечка, одним своим появлением, ввела в панику победителя драконов.

Тем временем фея долетела до них и встала перед Грейсом, уперев руки в бока.

— Куда ты собрался, я спрашиваю?

— Ну… ну… мы это… — Грейс беспомощно взглянул на Оракула.

— Что ты мямлишь как девка? — фея пнула его в голень. Боли он, конечно, не почувствовал, но вздрогнул.

Оракул решил прийти на помощь другу.

— А вы, собственно, кто? — спокойно спросил он.

— Я? — фея взлетела на уровень его головы и уставилась на него фиолетовыми глазами.

— Да, вы, — не отводя взгляда, ответил Оракул.

— А ты кто? — фейка ответила вопросом на вопрос.

— Я посланник моей госпожи и пришёл за этим человеком, — указал он на поникшего Грейса.

— А я его невеста. И не позволю забирать его к какой-то там госпоже.

— Ты не моя невеста! — воскликнул Грейс.

Фея будто из ниоткуда вытащила маленькую косточку и метнула в него, угодив в лоб.

— Заткнись! И не зли меня! — топнула она ножкой, зависнув перед Оракулом.

И Грейс… замолчал.

Оракул уставился на него расширенными глазами. Он помнил, как этот палладин однажды смел перечить самому Эрре, богу столь вспыльчивому, что за косой взгляд мог стереть разумного в прах. А сейчас… слово феи способно было унять его. Оракул посмотрел на неё уже иначе — явно это была не просто фея. Она подлетела к Грейсу, схватила его за ухо и яростно что-то шипела ему.

— Простите, юная фея, но моя госпожа — Многоликая. Она желает видеть Грейса, и мне придётся забрать его, — сказал Оракул.

Фло повернулась к нему и сверкнула глазами.

— Ммм… богиня? — она медленно обернулась к Грейсу. — И ты пойдёшь?

— Ну да… это же богиня, и…

— Я с тобой!

— Куда со мной? — ошарашенно спросил Грейс.

— Как куда? К богине! — удивилась Фло, будто это само собой разумеется.

Грейс с мольбой в глазах посмотрел на Оракула. Тот усмехнулся.

— Хорошо. Да будет так. Как вас зовут?

— Называй меня Фло, — ответила она и уселась на его плечо.

— Но… но, Оракул! Многоликая будет недовольна, — прошептал Грейс.

— Это уже мои проблемы, — снова улыбнулся Оракул.

— Сволочь, — тихо сказал Грейс, но Фло услышала, потрепала его за щёку и сказала:

— Нехорошо так говорить про разумных.

Оракул улыбнулся.

— Вам нужно время, чтобы попрощаться или кого-то предупредить?

— Неее, — Фло беззаботно отмахнулась.

— Ну тогда отправляемся.

— О боги… — снова прошептал Грейс.

Глава 8 Скай

Скай появилась на свет уже в запретных землях. Так эти земли назвали потому, что там находился город-обитель, в котором жил сам Император. Она происходила из рода эльфов, которых называли отвергнувшие, но сама Скай знала о своём народе очень мало — лишь то, что рассказывали старшие. Она никогда не видела лесных эльфов, ни самого Великого леса, и вообще ни разу не покидала город-обитель. Но именно это было самой заветной мечтой её жизни.

Родители Скай исчезли в неизведанных землях, и она с детства была одна. Её родители, а позже и она сама, служили разведчиками. «Тени» — так их называли, но Скай не любила это звание. Тени по сути были всего лишь разведчиками и в бою почти бесполезны. Но она пошла дальше. Она в совершенстве освоила метательные ножи и парные кинжалы, и в разведке была далеко не последней. Оттуда и пошло её необычное имя — его дал ей сам Император.

Эльфы запретных земель почти не отличались от лесных, хоть их и прозвали тёмными предателями. На деле — те же эльфы, но с иной одеждой, тактикой и мировоззрением. Скай служила в разведывательном отряде, изучающем новые земли, и была на особом счету у командира. Неизведанные земли скрывали множество опасностей: там жили существа, о которых не было ни малейшего понятия. Поэтому разведчики пользовались уважением.

Вроде бы всё было хорошо: уважаемый отряд, интересная служба, благосклонность Императора…, но Скай всей душой мечтала увидеть другую сторону. Хоть бы одним глазом — как и кто там живёт. Но, это было и опасно, и запрещено. Опасно — потому что границу охраняли лесные эльфы, умелые воины, и пройти мимо них было почти невозможно. Запрещено — потому что это было частью хрупкого мира, который держался уже столетия.

С каждым годом это желание «жгло» её всё сильнее, будто кто-то звал её туда. И наконец шанс представился…

Это случилось в одной из вылазок. Скай как всегда шла впереди и проводила дальнюю разведку. Увидев вдалеке смутные очертания, похожие на древние руины, она подошла ближе и убедилась — руины. Облетев вокруг, приготовилась к возможному бою и проникла внутрь. Это оказалось чем-то вроде захоронения: крошечное помещение с низким полуразвалившимся потолком, а в середине — квадратная каменная коробка.

«Видимо, здесь лежал покойник», — подумала Скай.

Она с трудом сдвинула крышку и заглянула внутрь — и замерла. Внутри лежала ещё одна коробка, поменьше. Открыв и её, Скай поняла, что ей невероятно повезло. Артефакты! Древние артефакты. Разведчики крайне редко находили что-то подобное. Именно за такую находку когда-то она и получила своё имя — тогда она в одиночку отбилась от чудовищ, что напали сразу после того, как отряд изъял артефакты.

Старейшины говорили, что раньше здесь жила древняя раса. А теперь удача улыбнулась и Скай. Какой будет награда?.. Можно только гадать.

Она открыла маленькую коробку. Там лежали два кинжала из матовой стали и небольшой мешочек. Потрясла его — внутри что-то звякнуло. Достав содержимое, она увидела три склянки ярко-красного цвета.

Скай хищно улыбнулась.

— Какая прелесть… — прошептала она, любуясь кинжалами. — Древняя сталь! А что же в склянках?

Время поджимало — отряд приближался. И она решилась. Скай бросила свои старые кинжалы, засунула новые в ножны, затем решительно вдохнула и одним движением выпила содержимое первой склянки.

По горлу будто пролился огонь. Тело выгнулось, мышцы зазвенели от напряжения, а затем её накрыла лёгкость, будто она стала воздушной. Силы переполнили её — казалось, она могла взлететь. В склянках и правда оказалось редчайшее зелье увеличения возможностей.

Обычно зелья на Мирее были слабыми: чуть исцелят, чуть усилят. Но это… Всё внутри Скай стало быстрее, сильнее, острее — примерно раз в пять! Она улыбнулась, накинула на плечи свой плащ-хамелеон и рванула к далёкой границе.

Она бежала уже вторые сутки. Зелье перестало действовать ещё вчера. Совсем недавно она вышла к окраине города-обители. Через пару часов должен был показаться лес. Назад дороги нет — взяв артефакты себе, она совершила измену. Но возвращаться она и не собиралась.

Хотя действие зелья прошло, эйфория и чувство свободы не покидали её. Она летела навстречу своей мечте. А дальше… будь что будет.

Когда показалась граница, Скай едва держалась на ногах. Хотелось пить — вода закончилась ещё вчера. Она затаилась за валуном и взглянула вдаль.

В двухстах шагах виднелся Лес. Великий лес.

И она почувствовала его.

Шорох листьев, запах — родной, забытый, но до боли знакомый. Невероятно ощущать такое с такого расстояния…, но она ощущала.

— Я дома… — прошептала Скай.

Сколько она пролежала там, она не знала. Пока вдруг не услышала голос…

Глава 9 Страж леса Элениэль

Элениэль была гордостью своей семьи. Её имя означало «дочь звёзд». Родители её не были выдающимися воинами: отец служил простым стражником, а мать и вовсе была смотрителем склада полезных трав. Поэтому её стремление к воинскому искусству казалось многим удивительным. С малых лет Элениэль проявляла упорство, стремление к совершенству и живой, цепкий ум. И вскоре это принесло свои плоды. Сначала она стала стражником, затем вошла в состав личной охраны князя их дома, а позже была назначена хранителем границы.

На первый взгляд может показаться, что из приближённой князя попасть в стражи границы — понижение. Но это не так. Хранителей границ Великого леса называли Стражами леса — это было очень почитаемое и очень опасное звание. Лишь лучших посылали на эту должность. И Элениэль, без сомнений, была лучшей. Лук, кинжал, короткий меч — она владела всеми этими видами оружия. Но её истинной любовью был лук. Она почитала богов, всей душой ненавидела приспешников Императора и разила их без малейшей жалости.

В общем, Элениэль была идеальна для своей службы и довольна своим положением. Но было то, что тяготило её сердце: у неё не было друзей. Совсем. Ни одного близкого разумного. Братьев и сестёр не было, родители и сослуживцы оставались лишь частью её долга, но не её души. Не было того, с кем можно было бы поделиться переживаниями, секретами, или хотя бы вместе помолчать. Она была абсолютно одинока. В редкие свободные дни мечтала, что однажды встретит тех, кто станет ей близок…, но всё это оставалось лишь мечтами.

Был обычный день. Проводив родителей, Элениэль направилась к границе, чтобы сменить стража и принять пост. Она сидела на небольшом холмике, прикрыв глаза и слушая мир вокруг. Кинжал висел на поясе, а лук лежал на коленях. Позади неё шумели листвой многовековые деревья-исполины, впереди тянулись бесконечные пустоши запретных земель, с редкими валунами и редкими колючими кустами.

Элениэль была опытным стражем. Она несколько раз встречала врага и успешно с ним справлялась. Да, это были одиночные гоблины — мелочь, но многие и такого не видели.

И вдруг, совсем неподалёку, она услышала шум. Элениэль открыла глаза, прищурилась, прислушалась. Да, без сомнения — нарушитель. Она попыталась определить направление, но не смогла, и тогда резко выкрикнула:

— Выходи! Я знаю, ты там!

Глава 10 Схватка

Скай, услышав голос, вздрогнула, но быстро взяла себя в руки: это был страж.

«Надо узнать, сколько их», — подумала она и осторожно выглянула, но тут же резко отдёрнула голову. Стрела со звоном ударилась о камень и отскочила в сторону.

— Тьма тебя забери… — выругалась Скай. Лучник — худший соперник для кинжальщика.

Элениэль, наложив новую стрелу, сменила позицию и, не сводя взгляда с укрытия нарушителя, произнесла:

— Выходи! Тогда получишь быструю смерть.

— А без смертей никак? — раздался хрипловатый женский голос.

Элениэль удивлённо приподняла бровь.

— К сожалению, нет. Ты нарушитель и должна быть наказана.

— Может, ты отвернёшься, а я быстренько проскочу? — предложила Скай.

— Ты предлагаешь мне, мне, Стражу, пропустить нарушителя? — возмутилась Элениэль.

«Мда… с этой дурочкой не договоришься», — подумала Скай.

Она вытащила вторую склянку с зельем, секунду колебалась — и залпом выпила. Тело снова наполнилось силой. Скай приготовилась к бою.

— Выбора нет… Скорее всего, она тут одна. Под зельем я справлюсь… должна справиться.

Сделав глубокий вдох и успокоив бешеный стук сердца, она взяла в одну руку кинжал, в другую — метательный нож и выскочила из-за валуна.

Элениэль, мгновенно почувствовав движение, отбила нож, вылетевший в неё, прыгнула в сторону и выпустила две стрелы одну за другой. Прыжок назад — ещё стрела. Приземление — перекат и смена позиции. Она стреляла без остановки. Но это не давало результата.

Скай двигалась так быстро, что казалось, будто использует магию. Часть стрел отбивалась, часть проходила мимо, а сама она стремительно сокращала дистанцию.

«Как такое возможно?!» — потрясённо думала Элениэль.

Одна стрела всё же задела Скай по касательной, сбила капюшон. Увидев эльфийское лицо нарушителя, Элениэль ощутила вспышку ярости.

Скай зашипела от боли, снова попыталась сблизиться, но страж ловкими прыжками каждый раз увеличивала расстояние, удерживая дистанцию и заваливая её стрелами. Без зелья Скай бы давно упала.

Когда капюшон сполз, Скай заметила, с какой ненавистью сверкнули глаза стража. Всё стало ясно — здесь только победа или смерть.

Скай видела кинжал на поясе Элениэль: лучники почти не умеют драться вблизи. Нужно лишь добраться.

Она бросила под ноги дымовую бомбу. Вокруг выросло облако густого белого дыма. Элениэль тут же выпустила несколько стрел в ту сторону — но Скай, закрытая дымом, успела метнуть ножи.

Ножи врезались в землю позади Элениэль.

Скай вылетела из дыма, бросив ещё пару ножей. Элениэль перекатилась, выпустила стрелу, но Скай изогнулась и ушла от неё, словно танцуя.

Эльфийка уже начинала что-то подозревать. И тут Скай сместилась так, что Элениэль, делая шаг назад, споткнулась о воткнутый нож и упала. Она вскинулась на ноги, но Скай уже стояла перед ней, улыбаясь и вытирая кровь с щеки.

Элениэль отбросила лук, выхватила кинжал.

Скай знала — риск огромный. Дым мог не сработать, она могла получить стрелу в сердце. Но всё удалось. Она специально раскидала ножи так, чтобы окружить стража и создать ловушку.

Уверенная в лёгкой победе в ближнем бою, Скай улыбнулась и бросилась вперёд — яростно, напористо. Но… не тут-то было.

Элениэль поймала атаку, парировала клинок и сама пошла вперёд. Она теснила её, шаг за шагом. Но и Скай отступать не собиралась, и вскоре они оказались в короткой паузе, переводя дыхание.

— Как тебя зовут, страж? — спросила Скай.

— Какая тебе разница, тёмная? — отрезала Элениэль.

— Пфф. Я эльф, а не какая-то «тёмная», — презрительно фыркнула Скай.

— Ты приспешница Императора!

— Спокойнее. Это просто вопрос. Меня зовут Скай.

— Я не хочу разговаривать с тобой. Тебя ждёт только бой и смерть.

— Ну хорошо, страж, — усмехнулась Скай. — Я покажу тебе, на что способна.

Она начала кружить вокруг, низко и стремительно, как хищница. Внезапно рванула вперёд, обрушив шквал ударов. Элениэль едва успевала защищаться — ещё немного, и силы закончатся.

И вскоре случилось то, что должно было случиться. Скай сделала глубокий шаг в сторону и резко ударила коленом под рёбра. Воздух вылетел из лёгких Элениэль, следом получила локоть в скулу. Она выронила кинжал — ноги дрогнули. Скай подсекла её, и страж рухнула.

Скай приставила кинжал к её горлу.

— А ты хороша, страж. Я одна из лучших кинжальщиц города-обители, а ты держалась долго. Так скажешь, как тебя зовут?

— Н… нет! Можешь убить меня! — хрипнула Элениэль.

— Да не нужна ты мне мёртвая! Я просто хотела тихо пройти. Это ты устроила заварушку! Дура лесная! Нельзя было просто пропустить?!

Несмотря на спокойный тон, внутри Скай бушевало всё: напряжение, злость, усталость.

— Нет! Это мой долг — не пропускать таких, как ты!

— Таких, как я? Чем я хуже?

— Ты предательница! Ты отвергла Великий Лес!

— Ха-ха! Дурочка. Я впервые вижу Великий Лес. Никого я не предавала. Это твои предки думают иначе.

Элениэль открывала и закрывала рот, не находя слов. Скай, улыбаясь, рылась в её сумке, достала фляжку, понюхала и с наслаждением сделала несколько глотков.

— Воровка… — пробурчала Элениэль.

— Какая же я воровка, сестра? — ухмыльнулась Скай. — Я просто хотела пить.

— Я тебе не сестра! — Элениэль попыталась подняться, но Скай прижала её коленом обратно.

Она быстро связала эльфийку.

— Это чтобы ты глупостей не натворила, — тихо сказала Скай.

Закончив, она наклонилась к самому уху:

— Прощай, сестра. Надеюсь, мы больше не встретимся.

Она поцеловала её в макушку и отошла.

— Я, Страж Великого Леса Элениэль, обещаю! Я найду тебя и покараю!

— Так вот как тебя зовут… Приятно познакомиться, Элениэль, — усмехнулась Скай.

Когда до леса оставалось совсем немного, раздался голос:

— Подождите, юная эльфийка.

Скай обернулась. Перед ней стоял разумный неизвестной расы. Он стоял между ней и связанной Элениэль, наклонив голову. Плащ касался земли, капюшон скрывал лицо. Длинные кривые пальцы, серая кожа… и сила — она буквально ощущалась.

Скай попыталась рвануть к лесу — но не успела. Незнакомец возник перед ней в одно мгновение.

— Я же попросил подождать. У меня к вам дело, — произнёс он спокойно.

Скай сглотнула и потянулась к кинжалам.

— Не советую, — сказал он, и глаза под капюшоном блеснули зелёным.

— К-кто ты такой?.. — прошептала она: голос отказался ей служить. Сила придавила её.

— Я посланник. И пришёл я за вами… за вами обеими.

Глава 11 Шаргаас

Он сидел на своём троне и наблюдал за Миреей. Всё было прекрасно. Война была почти выиграна! Он дал этому человечишке орды орочьих воинов, показал, как и куда следует атаковать. И даже с такой информацией он не смог победить.

— Император… грёбаный человек… Ненавижу! Всех ненавижу!

Шаргаас, в своём родном пантеоне орков, никогда не поднимался высоко. Он бежал, чтобы не быть свергнутым после очередной подлости. И случайно наткнулся на эту планету. Примкнув к здешнему пантеону, он старался, пресмыкался — даже перед этой верховной богиней, которая ничего не может, кроме как поливать свою травку. Даже он, не будучи настоящим воином, мог бы расправиться с ней. И расправился бы!

Он умело плёл интриги. Уже почти одурачил остальных богов…, но появилась она — Многоликая. Откуда она взялась? Где только нагребла столько силы? Как только появилась — сразу прижала к себе Миреэль, эту трусливую недобогиню. Остальные приняли её молча. Но не он!

Он продолжал плести свою сеть. И всё бы получилось, если бы не этот ублюдок-Император. Слабак. Никчёмный слабак. А теперь он вынужден сидеть и смотреть, как эта тварь Многоликая снова что-то замышляет.

— И что же она делает? Зачем ей эти слабаки?.. — прошипел Шаргаас.

Но ничего. Он обязательно что-нибудь выдумает. Ведь он — Бог подлости и скрытности. Бог орков. Здесь, на Мирее, целые орды орков молятся ему.

— Вот одну из них… пожалуй, отправлю встретить этих никчёмных слабаков, — мерзко усмехнулся он.

Глава 12 Созыв

Оракул стоял в углу и наблюдал за разумными, которых собрал здесь. Грейс прислонился к стене, прикрыл глаза и морщился от стрекота висевшей рядом Фло. Стигур сидел в тёмном углу и негромко булькал. С того момента, как Оракул привёл его сюда, тот стал ещё мрачнее, чем был. Две эльфийки стояли по разным сторонам комнаты и неприязненно смотрели друг на друга. Кое-как удалось их удержать от драки: Элениэль полыхала ненавистью, а Скай лишь усмехалась. Ингенс стоял в середине и с живым любопытством оглядывал всё вокруг.

Оракулу казалось, что архимаг единственный, кто находится здесь по собственной воле — если не считать непоседливую Фло. Он не мог понять желание Госпожи. Нет, он знал план, но не понимал, как она собирается объединить этих столь разных и несочетаемых разумных. Да, каждый уникален, но именно как одиночка, а не как часть группы. Но верность — его сущность. Приказ есть приказ.

— Ну и где твоя госпожа? — пробасил гном из угла. — Я не намерен провести здесь ещё четыреста лет.

— А вам что четыре­ста… — начал было Ингенс.

Но в этот момент в потолке раскрылась брешь, в комнату упал белый свет, и из него сложилась лестница. По ней грациозно начала спускаться богиня.

Ингенс завороженно раскрыл рот. Она была великолепна. Прозрачное одеяние подчёркивало идеальные линии тела, белоснежные волосы блестели, улыбка сияла, а жёлтые глаза играли озорством. Оракул выпрямился, гордясь тем, что служит такой богине.

Она спустилась и огляделась.

— Приветствую в моём храме! Я призвала вас для великой миссии. На вас возложена судьба Миреи! — она раскинула руки, будто собираясь обнять всех. На миг застыла… и неожиданно добавила: — Всё. На этом официальная часть закончена.

Богиня улыбнулась, взмахнула рукой, и за её спиной появилось кресло. Она опустилась на него, отпустив игривую улыбку.

— Привет, Грейс. Давно не виделись. Ты изменился. И я сейчас не про оболочку.

— Здравствуй, великая. Я рад новой встрече, — Грейс опустился на колено.

— Не надо. Я же сказала: официальная часть закончена, — отмахнулась она.

Грейс поднялся, и тихо произнёс:

— Да, ты права. Я изменился. Я… теряю себя, великая. Думаю, это будет моя последняя миссия.

— Что ты несёшь? Как это — теряешь? — взвизгнула Фло.

Многоликая бросила на неё удивлённый взгляд, потом повернулась к Оракулу:

— Это кто?

— Невеста Грейса, — ответил он, едва сдерживая улыбку.

— Никакая она не невест… — начал Грейс, но фея сверкнула глазами и швырнула в него косточку.

— Ещё слово — и ты без головы! — прошипела она.

— Почему? — глупо спросил Ингенс.

— Потому что я снесу её начисто! — рявкнула Фло.

Грейс обречённо перевёл взгляд на Богиню:

— Я говорил Оракулу, что вы будете недовольны. Он сказал: его заботы.

Богиня выгнула бровь. Оракул кивнул:

— Было такое. Но я надеялся на вашу милость… и на то, что вы не разлучите влюблённых. К тому же она влияет на него весьма положительно. Делает его… смирнее, — с усмешкой глянул он на Грейса.

— Сволочь, — прошептал тот едва слышно, но хватило всем.

Богиня улыбнулась, поманила фею:

— Подойди.

Фло замерла, оглянулась, но всё же подлетела. Богиня наклонилась, долго всматриваясь ей в глаза. Напряжение в комнате росло, пока Многоликая внезапно не рассмеялась.

— Хорошо. Ты будешь в отряде. Твоё имя?

— Фло… — пискнула фея.

— Отлично, Фло. Я дарую тебе кое-что. А твоя основная задача — приглядывать за нашим Грейсом.

— Я постараюсь! — фея поклонилась и отлетела к Грейсу. Тот тихо взвыл.

Многоликая повернулась:

— Здравствуй и ты, Стигур.

В углу зашуршало. Гном поднялся, звякнув железом.

— И я тебя приветствую, Многоликая. Но не служу тебе. Что тебе нужно?

— Службы не прошу. Прошу об одолжении, Стигур Стальной, сын Дрора Трудолюбивого. Последний из великих гномов прошлого.

— Мне некогда, — пробасил гном.

— Ты видел, что стало с твоим народом. Я могу помочь вернуть былое величие.

Стигур нахмурился.

— Бесполезно. Я отказываюсь.

— Может, твоя сталь уже и не сталь? Не сияет… не внушает страха… возможно, я ошиблась, — задумчиво произнесла она.

Гном вскинулся:

— Ты… назвала меня трусом?

— Я такого не говорила, — мягко улыбнулась она.

— Я, Стигур Стальной, никогда не был трусом! — взревел гном. — И чтобы доказать это, вызываю тебя в поединок!

В тот же миг Оракул заслонил богиню. Грейс шагнул вперёд, рука легла на рукоять меча. Эльфийки замерли, Ингенс едва не выронил челюсть.

— Спокойно, — сказала Многоликая и мягко отодвинула Оракула. — Хорошо, гном. Я принимаю твой вызов. Наградой победителю будет одно желание. Любое. Вплоть до самоуничтожения. Мирея будет судьёй. Согласен?

— Желание? — переспросил он.

— Да.

— Согласен. Мне без разницы.

Глава 13 Поединок

Стигур вышел из темноты и сорвал с себя лохмотья, служившие ему накидкой. Дошёл до центра комнаты и встал в свой полный, хоть и невеликий рост. Короткие штаны, босые ноги, голый торс. Мускулы обтягивали его тело, будто стальные канаты. Несмотря на рост, гном выглядел могущественным и несгибаемым воином.

Богиня улыбнулась и встала напротив него.

— Ты будешь сражаться на голых кулаках? — изогнула она бровь.

Гном усмехнулся — и тут же тело его стало обрастать доспехами. За секунды он оказался в полном стальном облачении, ослепительно блеснувшем в луче света.

— Хм… необычный доспех, — отметила богиня.

— Ещё не всё, — прогремел Стигур. Он увеличился почти втрое, тяжело нависая над богиней. — Теперь всё.

— О. Боевая форма короля гномов, — удивлённо произнесла Многоликая.

Комната вздохнула. У всех вытянулись лица, кто-то даже пригнулся от внезапно возникшего давления силы.

— Ладно, гном. Я тоже покажу тебе кое-что, — она усмехнулась. — Ты знаешь, почему меня зовут Многоликая? Навряд ли. Нападай.

Она встала боком, и в тот же миг на ней проявился полный доспех паладина золотого цвета — щит, меч, сияющее сияние от божественной плоти. У Стигура в руках возникла простая на вид чёрная палка.

Многоликая едва не приоткрыла рот:

— Непостоянный металл… Я думала, последний был у Бога-кузнеца. Ты удивляешь меня, Стигур. Теперь мне действительно интересно.

Она шагнула к нему.

Гном перехватил палку — и та стала двуручным топором. Он нанёс удар. Богиня выставила щит, но от удара её пронесло по полу на несколько шагов.

— Прекрасно! — воскликнула она.

Рядом Ингенс тревожно глянул на Оракула. Тот же прикрыл глаза, будто слушал музыку, а не бой титанов.

Богиня сорвалась с места и кинулась вперёд. В полёте её сияние сменилось: тяжёлые доспехи исчезли, уступив место лёгкой коже и паре кинжалов. Она двигалась так быстро, будто телепортировалась между ударами. Лезвия мелькали вспышками. Стигур отмахивался, но она была слишком быстрой.

Затем она взмыла вверх. И прямо в воздухе снова изменилась: лёгкий доспех, части кожи, в руках — лук. Она начала стрелять ещё до приземления. Стрелы били, как град. Стигур сменил оружие на щит и прикрылся, будто скала посреди шторма.

Не успела последняя стрела коснуться стали, как богиня вновь исчезла — и появилась уже рядом. На ней снова сменился облик: тяжёлые доспехи, словно литой металл, а в руках огромный двуручный молот.

Она шагала медленно, каждый шаг гремел, будто удары сердца Миреи. Стигур выпрямился. Его оружие снова менялось: меч, арбалет, копьё… и, наконец, в руках появился огромный двуручный меч.

Она подошла к нему и обрушила молот.

Звук удара прокатился по храму и взмыл ввысь. Богиня нанесла второй, третий, четвёртый… Стигур упал на одно колено. Его доспех был смят, одна рука безвольно опущена. Последним ударом она выбила меч из руки гнома и, не продолжая, переместилась к креслу, вновь приняв свой спокойный лик.

Стигур дрожащими ногами поднялся, снял измятый шлем. Дышал он тяжело, грудь ходила ходуном. Глаза сверкнули яростью, и он потянулся за мечом.

Богиня хмыкнула. Над ней начали появляться сферы из стихий: огонь, лёд, ветер, земля, молния. Они кружили вокруг неё, словно послушные духи. Она подняла руку ладонью вверх. В центре ладони появился маленький шар, в который стали втягиваться стихии. Шар сиял всё ярче, пока не превратился в ослепительный свет. Всех придавило к полу страшной силой.

— Я покажу тебе часть моего могущества, гном! — выкрикнула Многоликая.

Свет стал невыносим. Она уже была готова обрушить шар на Стигура…

Но Оракул шагнул вперёд и встал между ними. Он едва держался на ногах.

— Моя госпожа… умоляю… не надо! Вы уничтожите всех! Ваши планы… не будут исполнены!

Богиня посмотрела на него — и он оцепенел. Она была прекрасна и ужасна одновременно: её ярко-жёлтые глаза сияли, как звёзды, волосы пылали кроваво-красным вихрем, и сама она излучала силу, которую не может вынести смертная плоть.

И в тот же миг всё исчезло. Силовой буре будто отрезали нить. Свет — погас. Стихии — исчезли. Лишь лежащий без сознания гном и остальные, поднимающиеся с пола, напоминали о том, что могло случиться.

Оракул поднял взгляд. Многоликая уже сидела в кресле, рассматривая ногти, словно ничего и не было.

Когда все поднялись, а Стигур сидел на полу, мотая головой, богиня сказала:

— Извините. Я немного заигралась, — мило улыбнулась она и пустила по залу волну исцеляющей магии. — Ты проиграл.

— Да… признаю твою победу… великая, — неохотно пробурчал гном.

Богиня грустно улыбнулась.

— Ты воистину сын своего отца. Он тоже тяжело переносил поражения. Но для твоего успокоения скажу: ты уже превзошёл его.

Глава 14 Плохие новости

— Теперь перейдём к делу? Или кто-то ещё хочет подраться или сказать что-нибудь? — спросила богиня.

Все промолчали. Она поднялась и медленно прошлась по залу.

— Печальные вести принесла я вам. Мирею ждёт конец.

— Как? Почему? — послышалось со всех сторон.

Богиня подняла ладонь, и голоса стихли.

— Недавно мне было видение. Я узрела Императора и его мысли. В этот раз его намерения совсем иные. Он восстанавливает свою силу, собирает артефакты, и теперь он будет, скорее всего, сильнее нас всех — тринадцати богов Миреи. Если он пойдёт в атаку, мы будем вынуждены вступить в бой… и уничтожим Мирею. Таков будет исход.

— Как скоро? — хрипло спросил Грейс.

— А это мы сейчас спросим у неё, — богиня указала на Скай.

— У меня? — Скай ткнула пальцем себе в грудь.

— Да. Ведь ты прямиком из города-обители, не так ли?

Все взгляды уставились на Скай. Элениэль сузила глаза:

— Да что у неё спрашивать! Госпожа, позволь убить её?

Скай хищно усмехнулась:

— А справишься? Ты уже один раз проиграла мне.

— В этот раз… — вскипела Элениэль, но богиня подняла руку.

— Никто никого убивать сейчас не будет. Стигур?

Гном оторвал взгляд от тёмной.

— Моё желание. Ты будешь его выполнять?

— Ты хочешь меня снова оскорбить? Я проиграл и честно выполню все условия, — буркнул гном.

— Прекрасно, — улыбнулась богиня. — Тогда я повелеваю тебе взять под своё командование этих разумных. Отныне и до конца миссии ты их легат.

— Жидковатый легион, — пробурчал Стигур.

— О, поверь, они стоят целого войска, — сказала богиня.

Она подошла к Скай и заглянула ей в глаза:

— Ну?

— Я правда ничего не знаю. Я обычный разведчик. С Императором дружбу не водила. А теперь и вовсе беглянка, — пожала плечами Скай.

— И своих предала, — прошипела Элениэль.

— Какие они мне «свои», сестра? — усмехнулась Скай.

— Я тебе не сестра! — взорвалась та.

— Хватит! — Богиня оборвала их одним словом. — Тёмная, как тебя зовут?

— Скай, госпожа, — поклонилась она.

— Имя странное… непонятное.

— Мне дал его Император. За заслуги.

— А говоришь — не водила дружбу.

— Это был первый и последний раз, — пробормотала Скай.

Богиня отмахнулась:

— Артефакты искали? Искали. Силу набирает? Набирает.

— Ну… — начала Скай.

— Скай, а ты не хочешь жить здесь, на этой стороне? Я могу это устроить, — мягко произнесла богиня.

Скай попыталась сделать вид, что сомневается, но загоревшиеся глаза выдали всё.

— И ещё кое-что подарю. Ценное, — прошептала богиня.

— Я… я согласна! — выпалила Скай.

— Отлично. Ты передашь легату всё, что знаешь. Всё. И окажешь любую помощь. Отныне ты под его командованием.

— Слушаюсь, госпожа! — Скай бросила победный взгляд на ошеломлённую Элениэль.

— Как же так? — Элениэль едва не плакала. — Она враг! Предательница! Её надо казнить!

— Элениэль, сейчас нет врагов. Понимаешь? Всему может прийти конец.

Стражница опустила голову.

Богиня прищурилась:

— Ты же знаешь, что Миреэль моя младшая сестра?

— Да… это знают все.

— Тогда забудь вражду и выполни всё, что я прикажу. А я попрошу Миреэль сделать тебя её жрицей.

Элениэль замерла.

— Я… эээ…

— Вот и договорились, — улыбнулась богиня, погладив её по голове.

Она резко повернулась:

— Архимаг, а ты что хочешь?

Но Ингенс стоял, задрав голову вверх.

— Что там? — не поняла богиня.

— А… что? Где там? — ожил Ингенс. — Вы туда посмотрели, и я…

— Ладно, неважно. Так чего, ты хочешь?

— Ничего! Я жажду приключений! И поскорее!

Богиня укоризненно покачала пальцем.

— Знаю. Не подобает великому архимагу вести себя так, — гнусаво сказал он, явно кого-то копируя.

— Но я не могу! Я пылаю! — Ингенс подпрыгивал и смешно дрыгал ногами, словно ребёнок.

Фло прилетела к нему и постучала по лбу:

— Тук-тук! Там кто-нибудь есть?

— Фло!!! — возмущённо сказал Грейс.

— Что Фло? Я проверяю! Он странный!

— Да нормальный я… — пробормотал Ингенс.

— Хватит! — вмешался Оракул. — Вы утомили госпожу.

Богиня вернулась на возвышение.

— Хорошо, мои воины. Я одарю вас, чтобы облегчить ваш путь.

— Но… равновес… — начал Оракул.

— Нет! Я так решила. — Богиня оборвала его. — Миссия важна. Судьба Миреи зависит от вас. После моего вмешательства я, возможно, буду слаба, но у вас есть Оракул — он направит и объяснит всё.

— Встаньте ближе.

— Госпожа… — сказал Оракул, но она погладила его по щеке:

— Не бойся, друг. Я восстановлюсь. А ты направь их.

Она закрыла глаза, подняла ладони. Между пальцами вспыхнули искры. Маленькие сферы сорвались и устремились в груди каждого из присутствующих. Зал стих.

А потом… небеса разверзлись. Грохот ударил сверху. Оракул сделал шаг к ней, но богиня подняла ладонь — останавливая его. Она подняла взгляд ввысь.

И в следующее мгновение её пронзила красная молния. Она осела, но Оракул подхватил её и исчез. Все вскрикнули, но он вернулся почти сразу — сгорбленный, измученный.

— Она… с ней… — не мог подобрать слов Грейс.

— Госпожа в порядке, — сказал Оракул. — Я переместил её на спутник. Там она восстановится быстро. А мы начнём нашу миссию. Во имя её.

Глава 15 Миреэль

Миреэль сидела на кресле, свитом из корней дерева, в глубокой чаще Великого Леса. Это был один из необитаемых его участков. Ещё вчера Лунария попросила-приказала ей находиться именно здесь.

— Что же она снова задумала? — прошептала Миреэль.

Ей было тяжело на сердце. Совсем недавно всё было спокойно. Она — верховная богиня Миреи, воплощённая самой планетой. Юная, несущая на своих плечах обязанность жить в собственном мире вечно. Она бродила по пустынной Мирее, ухаживала за природой, создавая и лелея каждую крошечную жизнь. Никто не мог ей угрожать. Никто не мог ей указывать. Но однажды пришло одиночество.

Впервые и в последний раз она взглянула в другие миры и увидела существ, которые ей понравились. Вдохновившись ими, создала разумных смертных. Они получились не копией, но чем-то близким — так появились эльфы. И всё стало ярче: эльфы боготворили свою богиню, а она отвечала им заботой и благословениями.

Эльфы в свою очередь создали другие виды смертных и неразумных существ. И с появлением жизни и смерти в Мирею стали приходить другие боги — богиня судьбы, богиня смерти, охоты… позже и бог воинов. Всё шло терпимо. До тех пор, пока не явился Шаргаас со своими орками.

Тогда произошло самое страшное для Миреэль — началась первая война. Эльфы и орки поливали землю кровью. Миреэль пыталась остановить бойню, но боги не могли вмешиваться напрямую. Равновесие не терпит нарушений: нарушитель будет немедленно наказан. Она пыталась изгнать Шаргааса, надеясь, что вместе с ним уйдут и орки, но боги не поддержали её. Тогда планета содрогнулась, и в мир явился бог мора и войны.

Миреэль была в отчаянии: уничтожались леса, пересыхали озёра, земля стонала. Но всё когда-то заканчивается. Так закончилась и первая война — опустошив леса, уменьшив расы вдвое.

Она восстанавливала Мирею как могла, но силы уходили. Богам было плевать на её страдания. Лишь некоторые не были равнодушны, но и они не спешили помогать. Пантеон распадался, а молодая богиня не справлялась. Шаргаас всё наглее плёл заговоры, подговаривал остальных. Мирея слабела, а с ней слабела и Миреэль.

Города росли, леса вырубались, смертные воевали бесконечно. Источник магэнергии Миреи истончался, а Миреэль опустила руки. И тогда пришла она.

Как глоток воды умирающему в пустыне. Вдруг, внезапно — вот не было её, а вот стоит и улыбается.

— Привет, подруга! Как дела? Меня зовут Многоликая Лунария. Для тебя — просто сестра, — широко улыбнулась она.

— Я тебе не подруга. Я Миреэль, верховная богиня этого мира! — сурово сказала она.

— Да брось, сестрёнка, — похлопала Лунария её по плечу.

— Я тебе не сест…

— Прекрати, дурочка. Я пришла помочь. Теперь всё будет хорошо, — и она обняла её.

Миреэль оцепенела, как статуя. А затем разрыдалась — громко, горько, выплеснув всё, что копилось веками. Лунария молча гладила её по голове. Когда Миреэль отстранилась, Многоликая легонько щёлкнула её по носу:

— Ну ты и плакса.

Миреэль оглядела свою спасительницу: высокая, стройная, с белыми волосами и жёлтыми глазами, в глубине которых плескалась древняя мудрость.

— Я приветствую тебя на Мирее… сестра, — торжественно сказала Миреэль.

Лунария снова щёлкнула её по носу и подмигнула.

— Ладно, улыбнись и рассказывай.

С появлением Многоликой всё изменилось. Она навела порядок среди богов. Утихомирила смертных. Не применяя силу напрямую — хватало лишь её присутствия. Она, опираясь на связь Миреэль с миром, создала двенадцать спутников и переселила каждого бога на свой. Кого-то мягко попросив, кого-то — почти силой. Миреэль осталась на Мирее.

Четыре века царила тишина. Мир зажил и восстановился. Миреэль впервые расцвела.

Но вчера Лунария пришла снова. Хмурая, невероятно уставшая.

— Ты в порядке, Лу’на? — тревожно спросила Миреэль.

— Всё хорошо, сестрёнка, — попыталась улыбнуться та. — Только слушай меня, и всё будет хорошо. Ты же веришь мне?

— Конечно!

— Тогда слушай. Сиди здесь, пока я сама не приду или не пришлю кого-то из своих. Ты их всех знаешь, не ошибёшься.

— Что ты задумала? — спросила Миреэль, чувствуя тревогу.

— Я же сказала — всё хорошо, — раздражённо отмахнулась Лунария. — Просто будь здесь. И знай… — она вздохнула, — ты мне действительно как сестра. Очень дорога. Будь здесь.

Миреэль ничего не поняла. Но такой Многоликую видела впервые — и просто кивнула.

Глава 16 В путь!

Они шли по пустынному полю где-то на юге Миреи. Первой бодрым шагом шла Элениэль, её взгляд был устремлён строго вперёд. Чуть в стороне шла, беззаботно насвистывая, Скай, по привычке оглядывая все подозрительные места. Параллельно ей шёл Ингенс — необычайно серьёзен и задумчив, бросая мимолётные взгляды на Скай.

За ними неспешно и гордо, держа руку на рукояти меча, шёл Грейс, а рядом летела Фло, как обычно без умолку что-то стрекоча ему в ухо. Она бы и хотела посидеть у него на плече, но в этот раз он категорически запретил ей это делать — ведь он должен быть готов к любым непредвиденным ситуациям.

А позади всех брёл Стигур. Он снова был в своих лохмотьях и время от времени прикладывался к фляжке, которую не выпускал из рук. Грейс оборачивался на него и хмурился.

«Легат-пьянчуга,» — шептал он про себя.

После своего поражения Стигур молчал, а его взгляд приобрёл бессмысленное выражение.

Когда в храме Оракул вернулся, он стал рассказывать всем суть предстоящего путешествия. Как оказалось, им предстояло ещё то мероприятие. Богиня с Оракулом нашли на Мирее ранее невиданную расу демонов. По их словам — очень сильную. Но недостаточно, чтобы сама богиня отправилась туда и щелчком пальцев сделала то, что должны были сделать они, ведь боги не могут вмешиваться в дела смертных.

А сделать им предстояло вот что: по примерным координатам нужно было найти вход в обиталище демонов, пробраться туда, по возможности не вступая в затяжную битву (к тому же они не только сильны, но ещё и многочисленны). После этого среди всех нужно было найти какого-то высшего демона и принести богине его сердце.

Всего-то! Пффф. Ерунда! Найти непонятно где какой-то вход и убить там высшего демона.

После рассказа все, даже Стигур, посмотрели на Оракула как на сумасшедшего.

— Ведь это практически невозможно… вот так, со случайным отрядом, — произнёс вслух то, о чём думали все, Грейс.

— Госпожа непросто так выбрала именно вас, ты же понимаешь, — ответил Оракул. — Как вам всем известно, боги знают намного больше нас. И она не зря рискнула и одарила вас благословением. Ведь её могло и вовсе развоплотить за такое вмешательство.

После этого, не слушая и не обращая внимания ни на кого, он приказал:

— Встаньте поближе. И вынужден предупредить: дальний переход может быть немного… ммм… болезненным.

Когда все подошли, он начал произносить заклинание, и оно перенесло их сюда. Было… не то чтобы больно, но неприятно. Фло схватилась за волосы Грейса и кричала во всю глотку, Стигура шлёпнуло плашмя всем телом о землю, но его это, похоже, не особо волновало — как упал, так и лежал неподвижно. Элениэль сидела на земле и ошарашенно хлопала глазами. Скай налетела на Ингенса, который, кстати, не считая Оракула, нормально перенёс переход — привыкший был. Сбив его с ног, Скай всем телом придавила щуплого Ингенса.

Встав и отряхиваясь, она сняла свой плащ и осталась в кожаных обтягивающих штанах и лёгком нагруднике — тоже из кожи. Затем она взглянула на Ингенса, лежавшего на земле, и, подойдя к нему, протянула руку. Когда он поднялся, она подмигнула и, сдув локон волос, упавший на лицо, улыбнулась и покачивая бёдрами отошла немного в сторону.

Ингенс стоял с покрасневшим лицом и никак не мог отвести от неё взгляд. Оракул, краем глаза наблюдавший за ним, ухмылялся. Потом он посмотрел на всех и сказал:

— У меня есть своя миссия, поэтому вы отправитесь одни. Примерный ориентир я вам показал. И помните: от вас зависит будущее Миреи. В путь, друзья. И удачи…

Он похлопал Ингенса по плечу и… исчез.

Грейс встряхнул головой и стал поправлять снаряжение. Он был очень воодушевлён и… счастлив. А дело было в том, что дар от богини оказался для него необычайно щедрым. По сути, для него это уже было наградой. А досталось ему ничто иное, как… его тело. Да-а, это было его родное тело. Он ощущал его и чувствовал, как к нему возвращается сила и уверенность.

После того как богиню ударила молния и Оракул унёс её, все стали оглядываться, и визуально изменились только двое: Элениэль — у которой появился необычный, с первого взгляда магический лук и книга на поясе; и он — Грейс.

Сначала он не понял, почему у Фло такое ошеломлённое лицо. А потом она спросила:

— Ты ктоо?

— Ты чего, Фло? Совсем уже? — удивился Грейс.

— Ааааа! — вдруг завопила она и бросилась к нему в объятия.

Грейс ничего не понимал и вертел головой, а Ингенс, вздрогнув от вопля Фло, прошептал:

— Ничего себе…

— Чтоо? Что такое? — не выдержав, крикнул Грейс.

— Вот, возьми, — протянула ему маленькое зеркальце Скай.

Он взял, кивнул и взглянул в него… и стоял так очень долго. А потом посмотрел на Фло, которая уже отлипла от него, и сказал:

— Флооо? Я… я… я… — замямлил он.

— Ты красивый! — засверкала Фло. — И тупой! Мне не важна твоя оболочка, я люблю твою душу, — неожиданно закончила она.

Только тогда Грейс успокоился. Он думал попросить у богини именно это, но боялся, как отреагирует Фло. Ведь она не видела его настоящего. А теперь, глядя на неё и её неизменившееся отношение… он был счастлив. По-настоящему счастлив.

— Ну что? Командуй… легат, — сказал Грейс.

— Я тебе не легат. Делайте что хотите, мне всё равно, — проворчал Стигур.

— Нооо… — начал было Грейс, но, увидев, как гном вновь прикладывается к фляжке, махнул рукой. — Ладно. Мммм… Скай, кажется? — повернулся он к ней.

— Скай, — ухмыльнулась она. — А ты Грейс?

— Он мой! — завопила Фло и обняла его за голову руками и ногами.

— Флоо… — отдирая её, засмеялся Грейс. — Да, я Грейс. А это Фло.

— Я уже поняла, — ответила Скай. — Так что ты хотел спросить?

— Да. Ты, кажется, разведчик? Можешь пойти вперёд и предупредить об опасности?

— Я-то могу, но ведь не ты командир? — подняла бровь она.

— Да не я. Но ведь видишь — наш командир немного… мммм… не в форме, — указал он на Стигура, лежавшего на спине и вперив пустой взгляд в небо.

— Мдаа… это точно, — засмеялась Скай.

— А я…, а я… Меня зовут Ингенс. Я архимаг высшей ступени, — сказал он, при этом глядя только на Скай.

— Архииимаг? Такой молодой? — удивился Грейс. — Сколько вам лет, Ингенс? Не думаю, что больше двадцати пяти.

— Мне двадцать восемь, — с гордостью сказал Ингенс.

— Извините, если обидел вас, господин архимаг, — серьёзно произнёс Грейс, услышав нотки раздражения в его голосе.

— Нет-нет, что вы… И можно, пожалуйста, без этих «господинов» и «архимагов»? Я… я не люблю этого. Просто Ингенс, если можно, — застенчиво сказал он.

— Тогда я просто Грейс. А это Фло и Скай, — указал он по очереди на девушек.

— Скааай… — прошептал Ингенс и заворожённо уставился на неё.

Скай вновь подмигнула ему и указала в сторону Элениэль:

— Это моя сестра. Её зовут Элениэль.

Элениэль зло сверкнула глазами в её сторону, но, сдержавшись, сделала церемониальный поклон:

— Рада познакомиться с вами, благородные господа.

— Нет-нет, мы тут решили, что будем обращаться друг к другу без формальностей, — замахал руками Ингенс.

— Хорошо, — пожала плечами она. — Тогда и ко мне обращайтесь по имени.

— Как скажешь, сестра, — ехидно ответила Скай.

Элениэль издала странный звук горлом и зашагала вперёд.

— Эй, ты куда? — крикнул ей вслед Ингенс.

— Скоро совсем стемнеет. Надо до темна найти убежище. Это неизвестные земли, — ответила она, не оборачиваясь.

Ингенс посмотрел на Грейса — тот кивнул.

— Она совершенно права. Пойдёмте. Там решим, как нам быть дальше.

Никто даже не смотрел на Стигура — все понимали, что это бесполезно. Однако когда Скай и Ингенс уже пошли за Элениэль, Грейс подошёл к гному и сказал:

— Слушай, гном… я всё понимаю, но если ты нам не поможешь, мы навряд ли справимся. Так что просто пойдём с нами, а там… не знаю… может, что-нибудь надумаешь.

Он ещё раз посмотрел на Стигура и, покачав головой, развернулся и пошёл за всеми. Через пару десятков шагов услышал позади тяжёлые, шаркающие шаги и улыбнулся.

Глава 17 Первые неприятности

Так они шли почти до темна. Когда сгущались сумерки, Скай вздохнула, накинула на себя плащ и сказала:

— Я сейчас.

Почти растворившись в воздухе, она умчалась куда-то в сторону. Ингенс дёрнулся за ней, но Грейс удержал его.

— С ней всё будет в порядке. Так даже лучше. Иначе останемся спать в чистом поле. Она опытный разведчик, что-нибудь найдёт.

Когда уже почти стемнело, Элениэль подстрелила какую-то зверушку, и все решили, что хотя бы голодными не останутся. И вдруг, прямо рядом с Ингенсом, возникла Скай и шепнула:

— Бууум!

Ингенс подпрыгнул так, будто собирался взлететь. Скай от души рассмеялась, запрокинув голову.

— Ты… тыыы… — выдохнул он, бледный как мел.

В этот момент Фло упала на землю и, суча ножками, хохотала так, будто её заколдовали на веселье. Грейс прятал улыбку в бороду, и даже Элениэль тихо хихикнула. Ингенс наконец перестал вертеть головой и тоже засмеялся. Когда все отсмеялись (кроме Стигура, разумеется), Скай сказала:

— Радуйтесь, что у вас есть я! — и гордо подбоченилась.

— Мы уже! — мгновенно откликнулся Ингенс.

— Пффф, — фыркнула Элениэль.

— Я нашла место для ночёвки. Это там. — указала она в сторону.

Через пару сотен шагов они сидели среди каких-то древних развалин. Грейс разводил костёр, Фло больше мешала, чем помогала. Элениэль разделывала добычу. А Скай с Ингенсом сидели рядом с очень пьяным Стигуром, который лежал на спине и тихо булькал.

— Может, отрезвить его? Я знаю одно заклинание, — предложил Ингенс.

— Зачем? — безразлично ответила Скай. — Всё равно опять напьётся. У него там будто бесконечный запас.

— И откуда он всё это вытаскивает? — удивился маг.

— Из пространственного кармана, — так же удивлённо ответила Скай. — Ты же маг, как можно не знать? Даже я знаю.

— Да знаю я… — замялся Ингенс. — Просто хотел поддержать разговор…

— В следующий раз просто подойди и поговори, — улыбнулась она.

Скай встала, прошла пару шагов и, оглянувшись, добавила:

— Пойдём. А то без нас всё съедят.

Поев и помолчав у костра, все постепенно разлеглись спать.

Наутро снова двинулись в путь в прежнем порядке: Элениэль, Скай и Ингенс впереди, за ними Грейс с Фло, а сзади, плёлся Стигур. Прошло пол светового дня. Звезда Миреи стояла в зените, когда послышался топот множества ног. Из-за холма вышла целая орда.

— Орки! Убираемся отсюда! — воскликнула Скай.

— Поздно, — мрачно ответил Грейс.

Он обошёл замершую от ужаса Элениэль и встал впереди. Скай натянула капюшон и встала рядом с Ингенсом. Стигур, дойдя до них, просто уселся на землю позади. Вперёд выступил огромный орк.

— Вы перешли дорогу тому, кто сильнее вас. И он послал нас покарать вас! — пророкотал он.

— Ошибаешься, орк, — спокойно сказал Грейс. — Мы никому не переходили дорогу. Мы просто идём.

— Человек?! Ты смеешь говорить мне, что я ошибаюсь?! — взревел орк. — Ничтожество!

— Не кипятись. Мы не хотим драки. Просто дай пройти.

— Я Грок Бешенный! — орал орк, накручивая себя. — И я буду биться с тобой, сосунок! Я воин, поэтому не велю орде растоптать вас сразу!

Он ударил себя в грудь, настраивая себя на бой, и стал приближаться. Грейс ухмыльнулся, левой рукой убрал Фло за спину, кивнул Скай и Ингенсу, достал меч, снял щит и встал в стойку. Грок взял по топору в каждую руку и навис над ним.

Когда забили барабаны, орк взревел и бросился в атаку. Топоры мелькали один за другим, но Грейс спокойно уклонялся и блокировал удары. Вдруг орк вспыхнул алым светом, и его скорость утроилась.

Силы тоже возросли: теперь Грейс едва успевал парировать и уклоняться — принял несколько попыток атаки, но уже не успевал. Скай напряглась.

— Шаманы… — прошипела она.

Растворилась в воздухе и понеслась назад.

— Что? — растерялся Ингенс.

— Шаман усиливает его! — зло сказала Элениэль, крепче сжав лук.

Фло, впервые оставив шутки, наблюдала за Грейсом серьёзно.

Когда за спиной орков что-то грохнуло, и послышался шум боя, Фло сразу бросила на Грейса заклинания усиления, восстановления и щита. И вовремя.

Грейс, полностью сосредоточенный на Гроке, не видел, что орки уже нависают сзади. Элениэль мгновенно перехватила лук и, перемещаясь, выпускала стрелу за стрелой, прикрывая его. Фло поддерживала её магией. Стигур безразлично сидел, глядя в одну точку. Ингенс метался, не зная что делать и пытаясь найти Скай в толпе.

И вдруг по Грейсу прошёл один из ударов. Тот пошатнулся, щит выпал, рука повисла плетью. Орк с силой пнул его — Грейс отлетел, прокатился по земле и упал почти у ног Стигура.

— ГРЕЕЕЙС! — завопила Фло.

Она хотела подлететь, но орк бросил топор. Если бы не Элениэль, феечке пришёл бы конец: эльфийка отбила топор стрелой, но не полностью — Фло лишилась одного крыла и закувыркалась по земле.

Элениэль обрушила на орка поток стрел, но тому было всё нипочём. Он закрывал лицо рукой и приближался. Она перекатывалась, отскакивала, и вдруг орк прыгнул — так, что эльфийка не успела отскочить. Он схватил её за ногу и отшвырнул, как игрушку. Грейс пытался подняться, но всё тело болело и не слушалось. Орк подошёл и рыкнул:

— Ну что, человечишка? Готов сдохнуть?

Грейс потянулся к мечу, но орк пнул его подальше.

— Будь проклят… тёмное отродье… — прохрипел Грейс.

Орк гадко ухмыльнулся и занёс топор, но тут, перед ним возник Стигур. Орк уставился сверху вниз:

— Жить надоело, недоросток?

Стигур скинул лохмотья, нахмурил брови и пробасил:

— Как ты меня назвал, уродец?

Он одновременно увеличился в росте и влепил сокрушительный удар в челюсть орка. Грок перекувыркнулся. Но вскочил и сразу же бросился в бой — напирая на гнома. И тут ему не было ни единого шанса. Несколько ударов — и Стигур уже вбивал молот в голову орка, до тех пор, пока тот не перестал двигаться.

— Эй, малец! — рявкнул он. — Маг недоделанный!

— А?.. да?.. — отозвался Ингенс.

— Позаботься о мелкой, о Грейсе и об эльфийке. Сможешь?

— Да…, но Скай…

Стигур сжал его плечо так, что Ингенс ойкнул.

— Ты! Исцеляй. Я — туда.

Гном снова принял боевую форму и двинулся в самую гущу орды. Он добрался вовремя: Скай билась одна в окружении. Разбежавшись, Стигур влетел в толпу и стал сметать орков, как щенков. Тем временем, Ингенс подлечил Грейса. Фло почти справилась сама и уже хлюпала носом на груди у Грейса. Элениэль пришлось искать, но и она была живой. И тогда случилось худшее.

Из толпы вылетел Стигур — в смятом доспехе, и уже без боевой формы. Он упал на спину и не мог двигаться: шаман парализовал его. Следом вылетела искалеченная Скай и встала над ним. Ингенс встал и напрягся.

— Шаман… — выдохнула она.

Орки сближались и в первых рядях появился шаман. Он поднял палец и прошептал заклинание — Скай на мгновение замерла, и этого хватило. Удар по голове. Резаные удары по доспеху и она рухнула на Стигура. И тут в Ингенсе что-то оборвалось.

— НЕЕЕЕЕТ! — взревел он.

Все заклинания, что он когда-то изучал, всплыли лавиной. Он отшвырнул орков воздушной волной и переместившись, встал так, чтобы Скай и Стигур были за спиной, нашёл шамана взглядом… И раздавил его магией, размолов в ошмётки. Орки вздрогнули, но тут же взревели и бросились в атаку.

Ингенс очертил круг посохом и вокруг орков поднялась огненная стена. Гудящее пламя вздымалось высоко в небо, уплотняя орду в компактную кучку. Вскинув руки с зажатым посохом, быстро забормотал слова заклинания. Над орками сгустились чёрные, зловещие тучи. Молнии начали бить десятками. Земля задрожала. Но, на этом он не остановился. Архимаг поднял руки к небу, скрючивая пальцы, будто вцепился в невидимую ткань и резко дёрнул вниз. Небеса развезились и вниз полетели раскалённые огненные камни.

БАААБ-БААМ!

Невыносимый жар накрыл всё вокруг. Крики боли и ужаса послышались из-за огненной стены, едкий чёрный дым разъедал глаза, а запах сгораемой плоти неприятно щекотал ноздри. Когда дым рассеялся — на месте орды осталась гигантская воронка. Ингенс рухнул на колени. И в этот момент перед ним зависла Фло, подбоченившись:

— Тыыы чтооо? Совсем? Тогоо?!

— Что… что не так? — выдохнул он.

— Что не так?! Ты устроил здесь камнепад, а то, что раненые были рядом! Ты не подумал?!

Ингенс побледнел.

— О боги… — прошептал он.

— Хорошо, что я такая умная! — сказала Фло. — Я вытащила их и поставила щиты! Пока держала, чуть не померла! Ты кто такой, человече?

— Слава богам… — прошептал Ингенс.

— Слава Фло! — поправила она.

Когда она проводила его к потрёпанной группе, он сразу же бросился к Скай, Грейс хрипло сказал:

— С ней всё нормально. Просто без сознания.

— Я её подлечила, — фыркнула Фло. — Не переживай, ухажёр.

— Я не… просто… видел, как ей досталось…

— Ну да-ну да, — ухмыльнулась фея.

— Хватит, Фло, — улыбаясь сказала Элениэль. — Видишь, какой он красный, сейчас лопнет от смущения.

— Я не красный… это… от жара… — пробормотал Ингенс.

— Конечно, — усмехнулась Элениэль.

— Ну ты даёшь, Ингенс, — сказал Грейс. — Размазал целую орду!

— Да ладно… — отмахнулся маг. — Простите, что сразу это не сделал.

— Спасибо, малец, — внезапно пробасил Стигур.

Все обернулись.

— И… это… — гном почесал затылок. — Знакомство у нас не задалось. Такой уж я. Я — Стигур. Стигур Стальной.

— Да, мы знаем, дядька Стигур, — беззаботно ответила Фло.

— Какой ещё дядька, мелкая?

— А это тебе за «мелкую», — показала она язык.

Гном улыбнулся и вытащил фляжку.

— Ну, тогда это… за знакомство.

Глава 18 Тролль

На восстановление после столкновения с ордой им потребовались остаток дня и вся ночь. Скай ещё морщилась от каждой неровности и вряд ли смогла бы выдержать новый бой, но Ингенс зорко следил за ней и постоянно накладывал какие-то поддерживающие заклинания. Первое подходящее место для ночлега они нашли быстро. Все улеглись спать, кроме Фло и Ингенса — те дежурили по очереди. Утром, когда все проснулись, Грейс сказал:

— Ну что? Теперь наш командир приступит к своим непосредственным обязанностям?

— Думаю, возьму вас под своё командование. Может, из вас ещё что-нибудь получится, — с усмешкой ответил Стигур.

— Пффф, — фыркнула растрёпанная после сна Фло.

— Цыц! Слушай мою команду, — гаркнул гном. — Приводим себя в порядок. Нам нужно покинуть эти негостеприимные земли. Когда все собрались, Стигур скомандовал:

— Я и мелкая в авангарде. Ингенс и Элениэль — в центре. Скай ещё не в форме, разведку пропустим: она тоже в центре. Грейс — замыкающий. Если что, сразу выдвинешься к нам. Вперёд!

Все подчинились без вопросов — даже Фло. Харизма гнома работала как молот по наковальне: уверенно и весомо.

Так они шли. Приключения не попадались, да и пейзаж особо не радовал. На третий день пути Скай полностью восстановилась и уже кружила впереди, проверяя путь. Когда густой лес впереди стал виден не вооружённым взглядом, Скай вернулась:

— Там тролль, — указала она рукой.

— Где? Где?! — тут же подскочила Фло.

— Один? Крупный? — деловито спросил Стигур, отмахиваясь от феи.

— Да один. Какой-то он… странный, — сказала Скай.

Подошёл Грейс.

— Что там?

— Тролль, — выдохнул Ингенс, и его глаза расширились.

— Похоже, что одиночка. Или изгнанник, — задумчиво произнёс Стигур. — Мы с Грейсом вдвоём справимся, но всё равно осторожно. Твари опасные.

— Я могу помочь! — Ингенс округлил глаза, как котёнок, умоляя.

— Ага-ага, — пропищала Фло. — И снова всё разнесёшь.

— Нет-нет! Я только поддержу! Без боевых заклинаний! Честно-честно! Ну пожааалуйста! Я никогда не видел троллей! — затараторил архимаг.

Стигур хмыкнул:

— Малец, если бы я не видел твою силу, подумал бы, что у тебя не всё в порядке с головой.

— Ладно, магическая поддержка не помешает, — сказал Грейс.

Ингенс благодарно посмотрел на него, а потом снова умоляюще уставился на гнома. Фло тоже не выдержала:

— Я тоже могу!

Стигур потёр переносицу.

— Хорошо. Идём все. Но БЕЗ моей команды никаких действий! — строго сказал он, глядя на Фло и Ингенса.

Архимаг закивал так быстро, будто хотел взлететь. Фло потупила глазки.

— Я и Грейс впереди. Скай — замыкаешь. Остальные в центре.

И они двинулись и вскоре увидели тролля. Он сидел спиной к ним, лицом к огромному камню и что-то старательно там делал. Они остановились всего в нескольких шагах. Тролль не реагировал.

— Ой, мамочка… — Ингенс прижал руки к щекам.

Услышав голос, тролль повернулся. Встал во весь рост. Все замерли. Он был невысоким для тролля — примерно два с половиной метра, но силой явно обладал.

— Мелковат, — заключил Стигур. — Грейс сам справится.

Тролль вдруг загудел:

— Человек…

Скай удивлённо подняла бровь.

— Не дикий, — прищурился Стигур. — Редкость.

— Человек, — повторил тролль и ткнул пальцем-сосиской в Ингенса.

Тот передёрнулся и спрятался за Скай.

— Ты нас понимаешь? — медленно спросил Грейс.

Тролль посмотрел на него.

— Понимаю, — наконец ответил он.

— Мы просто пройдём дальше. Ты нам не помешаешь? — спокойно спросил Грейс.

Тролль пожал плечами и снова повернулся к камню.

— Пошли? — Грейс посмотрел на гнома.

— Потихоньку. Обходим по дуге и к лесу, — тихо скомандовал Стигур.

Они двинулись. Тролль остался сидеть. Но когда Элениэль, шедшая последней, обернулась и встретилась с ним взглядом — тот резко вскочил и понёсся к ним. Стигур и Грейс сразу встали впереди. Скай, Ингенс, Фло — тоже приготовились. Лишь Элениэль не двигалась. Она смотрела на тролля. Тролль — на неё. Он остановился в метре. Не рычал. Не атаковал. Просто смотрел ей в глаза. Стигур негромко сказал:

— Сейчас я приму боевую форму, удержу его. Грейс, обойдёшь сзади и подрубишь ноги. Фло и Ингенс — щиты на Грейса. Скай — прикрываешь.

Он посмотрел на Элениэль, немного подумал и кивнул.

— Вперёд!

— Стойте! — резко сказала Элениэль.

Она вышла вперёд и встала прямо перед троллем.

— Кудааа?! — прошипел Грейс, но она проигнорировала.

Элениэль выпрямилась, вздёрнула подбородок и посмотрела троллю в глаза. Тролль медленно опустился на одно колено.

— Страж… — прогудел он. — Прими меня в прислужники. Я потерял племя. И смысл жизни.

Все уставились то на него, то на неё. Ингенс открыл рот и держал Фло за ногу — фея пыталась вырваться и подлететь поближе.

— Зачем ты мне, младший? — величаво спросила Элениэль. — У меня важная миссия. И я не вижу пользы в тебе.

— Я буду полезен, Страж! — тролль ударил себя в грудь. — Я силён. И… я другой.

— Я поняла, кто ты, — сказала Элениэль. — Но всё равно…

Стигур перебил:

— Слушай, Элениэль… можем мы на секунду отойти?

— Что? Сейчас?! — удивилась она.

— Да-да, вам нужно срочно поговорить, — поддержал Грейс, подталкивая её.

Они отошли в сторону. Стигур прошептал:

— Бери его.

— Но… зачем?

— Ты веришь моему опыту? — спросил гном.

— Богиня сделала тебя командиром. Я не могу не верить.

— Тогда делай, что говорю, — твёрдо сказал он.

Элениэль тяжело вздохнула, взглянула вверх и кивнула.

Гном спросил:

— Его служение накладывает на тебя ограничения?

— Не то чтобы… скорее обязательства.

— Хмм… Я в эльфийских делах не силён. Если это может навредить тебе — просто уйдём.

— Нет… если для отряда нужно — возьмём, — неуверенно сказала она.

Стигур задумчиво помял свой нос-картошку.

— Я беру ответственность на себя. Так спокойнее?

Элениэль молча кивнула. И после паузы тихо сказала:

— Сп… спасибо.

Стигур улыбнулся и пошёл к остальным. Фло уже вовсю облетала тролля, тыкала его пальчиком, а Грейс гонялся за ней, пытаясь схватить.

Глава 19 Жители леса

Они продвигались по лесу, но теперь замыкал отряд тролль, на голове которого сидела Фло и болтала ногами. У фей была не только магия, но и способность видеть скрытое, поэтому Стигур наказал ей летать выше и следить за окружением. Сначала она честно так и делала, но вскоре ей наскучило, и она стала кружить вокруг тролля, а затем и вовсе уселась у него на макушке.

Имени у тролля не было. Вернее, он сказал, что его нет. Элениэль дала ему имя Ондо, и тролль был не против. После того как она приняла его в служение, он выполнял каждый её приказ без малейшего сомнения.

Откуда он взялся? Элениэль объяснила это во время короткого привала у кромки леса. Таких троллей эльфы брали к себе с малых лет и воспитывали по особой методике. Их кормили секретными травами, поэтому они были меньше своих диких сородичей, но сила у них оставалась такой же, а порой и больше. Эти тролли были сообразительны, невероятно преданны и подчинялись своему хозяину до последнего вздоха.

Ондо потерял своё племя и хозяев в недавней битве. Жизнь его состояла из служения, и, оставшись один, он просто не знал, что делать. Именно поэтому, узнав в Элениэль стража — известным лишь им способом — он радостно бросился к ней. Элениэль передала Ондо под командование Стигура, но тролль всё равно ловил каждое её слово. Он был спокойным, слегка задумчивым, будто мир для него двигался чуть медленнее. Даже Фло не удавалось вывести его из равновесия.

Изначально все поглядывали на тролля с опаской, но Элениэль заверила, что, дав клятву, такой тролль никогда не предаст хозяина. Да и трудно было воспринимать его как угрозу, когда на его голове сидела болтающая ножками феечка.

Лес становился всё гуще, и порой они натыкались на непреодолимые заросли. Он отличался от родного леса Элениэль. Даже она не знала, чего здесь ожидать. Поэтому Стигур приказал быть предельно тихими и внимательными. Но даже это не помогло скрыться от обитателей этих земель. Грейс, шедший впереди, внезапно поднял руку. Все моментально заняли позиции. Фло и Ингенс встали в центр. Элениэль запрыгнула Ондо на плечи. Грейс и Стигур остались впереди. Скай растворилась за спиной тролля.

Некоторое время ничего не происходило. Затем из ближайших зарослей вышел эльф, а за его спиной выросла массивная фигура дендроида. Грейс поднял меч, но эльф поднял палец вверх. Стигур посмотрел в указанную сторону и увидел на дереве ещё одного эльфа. Потом ещё. На деревьях повсюду сидели лучники, а в зарослях проявлялись силуэты дриад.

— Нас окружили, — понял гном.

Он подошёл к Грейсу, положил руку ему на предплечье и слегка надавил, чтобы он опустил меч. Палладин огляделся и нехорошо прищурился, но послушался.

— Очень странная компания, — мягко сказал эльф. — Что вы делаете в нашем лесу?

— Просто хотим пройти. Не ищем неприятностей, — ответил Стигур.

— И куда вы идёте? — спросил эльф.

— Это не твоё дело, эльф. Мы не нарушали ни законов, ни покоя вашего леса, — грубо бросил Грейс.

— Возможно. И уж точно вы не вредили лесу. Иначе вас бы уже уничтожили. Мы следим за вами с самого входа, — сказал эльф и перевёл взгляд на палладина. Стигур цыкнул на Грейса и сказал:

— Прошу простить прямоту моего паладина. Но мы действительно, не можем сказать, куда направляемся. Могу лишь добавить: наша миссия дана богиней. И мы не замышляем зла.

— Дело в том, что я не могу просто пропустить вас, — так же мягко сказал эльф. — Вы должны пройти с нами.

Стигур напрягся:

— К сожалению, мы не можем принять ваше приглашение. Мы торопимся.

— Это не приглашение, гном, — уже твёрдо произнёс эльф.

Воздух загудел напряжением. Зазвенели тетивы. Дендроид выпрямился. Ингенс крепче ухватил посох. Грейс поднял меч. Стигур вздохнул и начал стягивать накидку, но Элениэль внезапно спрыгнула с Ондо и выступила вперёд.

— Стойте! Я Элениэль, страж восточной границы леса. Приветствую тебя, брат, — она обозначила поклон.

— Я Эсетадор, страж этого леса, — ответил он поклоном. — Можешь ли ты доказать свои слова, Элениэль?

Она сузила глаза, но вытащила из-под рубашки круглый медальон на простой бечёвке. Эльф внимательно изучил знак, не касаясь его, после чего поклонился уже значительно глубже.

— Саесэ омэнтиэн лле, — произнёс он на эльфийском.

— Ты хотел меня оскорбить, страж? — раздражённо спросила Элениэль на общем.

— Нет! Никоим образом, старшая. Прошу прощения. У нас… случилась беда, — уже менее уверенно сказал он.

— Пропусти нас. Мы действительно торопимся.

— Прости, старшая…, но я связан приказом князя, — эльф склонился ещё ниже.

— Тыыы!.. — начала повышать голос Элениэль. Но тут с дерева спрыгнул ещё один эльф и стал рядом с Эсетадором. Тот тут же отступил за его спину.

— Куэл ре, Элениэль, — сказал новый эльф. — Я Друлаван, сын князя этого леса и старший страж. Эти воины — мои.

— Твои воины оскорбили меня и моих соратников, — холодно сказала Элениэль.

— Это мои земли, сестра. И наш статус равен. Тебе стоило бы поприветствовать меня в ответ, — сказал он с лёгким упрёком.

Элениэль прикрыла глаза, успокаиваясь. Затем достала книгу, подаренную богиней. Она коснулась обложки в нескольких местах — и книга сама раскрылась. Листая страницы со всё увеличивающейся скоростью, остановилась на одной. Страница вспыхнула, и над их головами возникла руна, переливающаяся всеми цветами. Когда сияние пропало, все эльфы спустились с деревьев и опустились на одно колено. Даже Друлаван.

— Жрица, прости нас. Можешь забрать мою жизнь, если твоя обида столь велика, — сказал он, сняв нагрудник и распахнув рубашку, обнажив шею.

— Я принимаю твои извинения, страж. Твоя жизнь мне не нужна, — спокойно сказала Элениэль. — Просто пропусти нас. И… я ещё не жрица.

— Но на тебе знак Миреэль! Тебе осталось лишь пройти обряд! Мы давно не видели жрецов… — взволнованно сказал он.

— Мне нужно закончить миссию, — твёрдо сказала она. — Поэтому пропусти нас.

— Ты вправе делать всё, что пожелаешь, сестра. Но позволь хотя бы сопроводить тебя, — уважительно сказал Друлаван.

Элениэль посмотрела на Стигура. Гном помедлил, затем кивнул. Друлаван заметил это, но ничего не сказал.

Теперь они шли внутри большого эльфийского отряда. Друлаван шёл рядом с Элениэль и с интересом рассматривал её спутников.

— Позволь спросить, сестра? — вежливо произнёс он.

— Задавай.

— У тебя… необычная группа. Ладно тролль — он явно прислужник. Но тёмная? — взгляд упал на Скай, которая разглядывала дриад с любопытством ребёнка. — И вообще… откуда все эти разумные?

— Я не могу рассказать всего, брат, — сказала Элениэль. — Но нас собрала богиня. И поручила важную миссию. Я не смею ослушаться. Все они под её покровительством. И, как ты уже понял, лидер здесь не я.

— Как Миреэль могла поставить во главе гнома? — изумился Друлаван.

— Это не Миреэль, — ответила Элениэль.

— Тогда кто? Ты же её жрица!

— Подумай. Лишь одна богиня может говорить за Миреэль, — улыбнулась она.

— Многоликая Лунария, — тихо сказал он и замолчал.

Грейс хмуро спросил:

— Тебя что-то не устраивает, эльф?

Друлаван бросил на него быстрый взгляд и громко ответил так, чтобы слышали все:

— Ни я, ни мои воины не питаем ничего, кроме уважения к Многоликой. Она — наша защитница!

Грейс и Друлаван обменялись долгими взглядами. Палладин кивнул, и Друлаван вернулся к разговору с Элениэль.

— Не прими за назойливость, сестра, — сказал он тише. — Но в нашем лесу случилась беда…

— Ммм, — ответила Элениэль, отводя взгляд от тёмной.

Друлаван тоже посмотрел на Скай и повторил:

— Говорю, беда…

— Я услышала. Что произошло? — спросила Элениэль.

— В лес вошла орда орков. Один из наших отрядов наткнулся на них…

Никто не выжил. Разница в силе была слишком велика. Поэтому князь отправил несколько групп, таких как наша, чтобы выследить и уничтожить орков.

— Ах, это… — отмахнулась Элениэль.

— Что значит «это»? — возмутился Друлаван.

— Я скорблю о них, брат. Но это уже не проблема, — быстро пояснила Элениэль.

— Орда — это всегда проблема! — почти выкрикнул он. — Не знаю, сможет ли мой отряд одолеть их…

— Не переживай, — сказала Элениэль и кивнула в сторону Ингенса. — Мы их встретили. И… их больше нет.

— Как это? Вас же… почти ничего. Ты представляешь, сколько орков в орде?!

— До встречи с ними не представляла. А теперь знаю. Вон тот щуплый человек, — она указала на Ингенса, который таращился на дриаду, — это архимаг. Самый могущественный разумный на моей памяти.

— Архимаг?! — Друлаван раскрыл глаза. — Он же мальчишка!

— А ты думал, что богиня собрала простых смертных и отправила их в путь? — спросила Элениэль.

Друлаван ощутимо смутился.

— Среди нас нет обычных разумных. И этот «мальчишка» в одиночку разнёс всю орду так, что от неё остался один лишь пепел.

— Хмм. Информация точная? — серьёзно спросил он.

Элениэль уже хотела нахмуриться, но он поспешно добавил:

— Ты пойми, сестра, мне предстоит держать ответ перед князем. Я не пытаюсь усомниться в тебе.

Она вздохнула:

— Могу показать ориентир. Пусть разведчики сами убедятся.

— Буду благодарен, — тихо сказал Друлаван и вновь взглянул на архимага.

Глава 20 Препятствие

На следующий день, переночевав на одной из эльфийских стоянок, они двинулись дальше. Друлаван, который уверял их, что там, куда они направляются, пройти почти невозможно, долго уговаривал посетить их поселение и после утверждения князя провести их другой, безопасной дорогой.

Отряд отказался. Они убедили его, что если путь действительно окажется непреодолим, то вернутся и воспользуются его предложением. Друлаван провожал их взглядом до тех пор, пока фигуры не растворились в густых зарослях.

Эльфы не дали Ингенсу покоя: бесконечно спрашивали о заклинаниях, о том, как он стал архимагом. Выяснилось, что у него куда больше общего с эльфами, чем кто-либо ожидал — он рос среди них. Это удивило всех: и эльфов, и его собственный отряд. В итоге Ингенс почти не спал и всю дорогу зевал, бросая взгляды на Скай, которая с момента входа в лес погрузилась в молчаливую задумчивость.

Он пытался разговорить её, но всё было тщетно.

Грейс же, напротив, буквально кипел энергией. Даже Фло, знавшая его неплохо, наблюдала за ним с тревожной задумчивостью.

Наконец Стигур спросил:

— Грейс, ты в порядке? Может, привал сделаем?

— Ты о чём, командир? Я в полном порядке! Готов к бою хоть сейчас! — почти выкрикнул палладин.

Стигур прищурился, посмотрел на Фло. Та медленно, с сомнением, кивнула.

— Хорошо. Идём обычным порядком. Будьте настороже. Неизвестно, что имел в виду тот эльф, говоря, что нам здесь не пройти, — сказал Стигур.

— Элениэль, он тебе ничего не говорил?

— Нет. Только то, что слышали все, — ответила она, сидя на плечах Ондо.

К вечеру Скай вернулась с разведки, нахмурившись:

— Там тупик. Скалы по всей протяжённости.

— Пройти нигде нельзя? — спросил Стигур.

— Я нашла одну пещеру. Но что внутри — не знаю. Не стала рисковать, уже темно, — доложила Скай.

— Правильно. Не будем идти вслепую, — гном задумчиво помял свой нос.

— Привал. Еда, отдых, сон. Выступаем на рассвете.

Огонь потрескивал. Все ели молча. После ужина тоже сидели тихо, глядя в пламя. Один лишь Грейс всё никак не мог успокоиться и упражнялся с мечом неподалёку.

Скай резко поднялась и ушла в темноту.

Ингенс дёрнулся было вслед, но Элениэль удержала его:

— Давай я. Думаю, так будет лучше.

Он колебался мгновение, потом кивнул:

— Да… ты права. Только скажи ей, что я… переживаю, — пробормотал он, смутившись.

— Без проблем, — улыбнулась Элениэль, взъерошив ему волосы.

Не доходя до Скай, она услышала:

— Я хочу немного побыть одна, Ингенс.

— Мало кто может услышать меня со спины, — сказала Элениэль, улыбаясь.

Скай удивлённо повернулась.

— Ну что? — спросила Элениэль.

— Что? Что? — огрызнулась Скай.

— Рассказывай. Что с тобой?

— А с чего это я должна тебе что-то рассказывать? Я же тёмная. Предательница. Или что там ты ещё говорила?

— Говорила. А теперь я изменила мнение, — спокойно ответила Элениэль.

— С чего вдруг?

— Я видела, как ты вела себя в лесу. И поверь, я прекрасно знаю, что ты почувствовала, когда ступила на его территорию.

— Да отку… — подскочила Скай.

— Оттуда, — перебила её Элениэль. — Ты думаешь, только ты это ощущаешь? Все эльфы, которых принял Великий Лес, это чувствуют. Просто мы привыкли. А ты ещё не понимаешь.

Скай медленно села обратно, опустила голову.

— Значит… Он меня принял? — тихо спросила она.

— Выходит, так. Это связь. Единство. И теперь ты мне действительно сестра, — сказала Элениэль.

— Сестра? — Скай прищурилась.

— Да. Мы не можем ослушаться Его. Ведь Он — наш Отец. А мы — Его дети.

Они сидели долго. Скай задавала вопросы — десятки, сотни. Элениэль отвечала с удовольствием: едва ли не впервые она могла просто разговаривать, не как страж, а как девушка.

— Когда всё закончится… поедем ко мне? — вдруг предложила Элениэль.

Скай растерялась:

— А… так можно?

— Почему нет? Познакомлю с родителями, покажу лес.

— Было бы замечательно… — улыбнулась Скай.

Когда они вернулись к костру, там сидел один Ингенс. На его ладони танцевал маленький язычок пламени — и по форме удивительно напоминал эльфийку.

Элениэль толкнула Скай, указывая подбородком, мол, смотри.

Скай посмотрела — и тихо улыбнулась.

Потом бесшумно села рядом:

— Красиво. А что ещё можешь?

— А?! — Ингенс вздрогнул и стряхнул огонёк. — Вы уже вернулись? Всё… хорошо?

— Прекрасно, — ответила Скай.

Ингенс покраснел, суетливо стал разливать горячий отвар.

— Откуда ты столько знаешь об эльфах? — спросила Скай.

— Я рос в эльфийском лесу, — тихо сказал Ингенс, глядя в огонь.

— А я почти ничего не знаю о своём народе… — сказала Скай.

— Мы поможем тебе. Да, Элениэль?

— Это будет нетрудно. Тем более Лес тебя принял, — улыбнулась она.

Скай мечтательно взглянула в костёр.

С первыми лучами они двинулись к скалам. Дойдя до них, Стигур долго всматривался в каменные массивы, подзывал то Элениэль, то Ингенса. После чего скомандовал:

— Идём вперёд! Фло, Ингенс, Скай — в центр. Ондо и Элениэль прикрывают сзади. Мы — впереди.

Грейс молча кивнул и встал рядом с гномом.

У входа в пещеру камни вокруг них внезапно поднялись и начали соединяться между собой.

— В круг! Ингенс и Фло — в центр! — заорал Стигур, переходя в боевую форму.

— Нет! Это големы! Назад! — выкрикнул Ингенс.

Стигур бросил взгляд на мага — и тут же скомандовал:

— Отступаем! Быстро!

Отряд рванул назад. Гном шёл последним, прикрывая щитом отход.

Каменные тела окончательно сформировались — человекоподобные, по два метра ростом, тяжёлые как сама гора.

Гном оглянулся: большая часть отряда уже была в безопасности. Рядом лишь Грейс и Ондо.

— Давайте! — сказал он тихо. — Я за вами.

Но Грейс внезапно остановился. Его лицо потемнело, взгляд стал хищным. Он шагнул вперёд.

— Грейс? Куда ты?.. ГРЕЙС! — рявкнул Стигур.

Палладин не слышал. Он шёл прямо на големов.

— Стоять, я сказал!

Големы пришли в движение.

Грейс наконец повернулся:

— Идите! Я задержу их!

— Ты с ума сошёл?! Назад! — заорал гном.

Но Грейс только усмехнулся и шагнул дальше.

Стигур бросился к нему, схватил за руку:

— Назад! Что ты делаешь?!

— Я должен! Я докажу! — вырвал руку Грейс.

— Кому ты…

Договорить гном не успел: один голем катком прокатился по земле и вылетел прямо перед ними, нанося стремительный удар. Оба выставили щиты, но основная часть удара пришлась на Стигура — его отбросило в сторону.

Ондо бросился на голема. Тролль навалился, удерживая его двумя руками. Но сил едва хватало.

После удара, Грейс встал на колено, пошатнулся — и тут же получил ещё один удар по щиту. Он стиснул зубы и заорал:

— За Мирею! Вперёд!

И бросился в самую гущу.

Бой был бесполезен. Лезвие меча оставляло лишь царапины на каменной коже големов. Щит раскололся. Руку отбило ударом.

Отряд уже подоспел, но даже все вместе они едва удерживали натиск.

Фло раскидывала щиты и усиления.

Скай защищала магов.

Элениэль стреляла без остановки.

Но стрелы отскакивали.

Ондо держал одного голема, но едва стоял на ногах.

Стигур, очнувшись, рявкнул:

— Где этот придурок?!

Он вскочил.

— Ингенс! Как их победить?!

— Да… ну… — замямлил маг.

— Быстрее!

— Никак! Это стихийные, не сотворённые! Их можно остановить только ритуалом, а он не быстрый!

Стигур сжал челюсть и принял решение мгновенно:

— Вытаскиваем всех! Отходим! Я прикрываю!

— Вы двое, — указал он на Ингенса и Фло, — поддержка.

— Вы, — он посмотрел на Скай и Элениэль, — не лезете!

Он шагнул вперёд, доспехи сомкнулись вокруг него, чудо-оружие стало двуручным молотом.

Удар.

Второй.

Третий.

И голем разваливается.

— Ондо беги к Грейсу!

Тролль на секунду застыл, но оставил своего и рванул к Грейсу.

Там было хуже всего. На палладина наседало пятеро. Щита не было. Меч — обломался. Доспех измят и раскурочен.

Ондо таранным ударом впечатал одного голема в скалу, схватил Грейса за шиворот и швырнул назад, к отряду.

Стигур добил второго голема, но первые уже собирались из кусков снова. На Ондо насели сразу четыре, и он едва держался.

И тут Ингенс взялся за дело.

Он поднял посох — и земля взорвалась корнями, обматывая сразу троих големов.

— Назад, Стигур! — крикнул он.

Гном отскочил и корни стали утягивать големов под землю.

Ингенс двинулся вперёд, отражая каменные обломки воздушной волной.

Он воткнул посох в землю, вытянул руки, будто связывая невидимые канаты, и резко опустил их вниз.

Големов возле Ондо приковало к земле магическими цепями.

— Быстрее!!! — крикнул маг.

Ондо, шатаясь, побрёл назад. Ингенс тоже стал отступать, держа посох горизонтально над головой.

И тут он вдруг осел на одно колено. Будто на него обрушилась каменная глыба.

— Они… высасывают энергию… — прохрипел он.

— Что нам делать?! — рявкнул Стигур.

— Уходите… и забудьте… меня…

Гном сжал зубы.

Кивнул Ондо.

Тролль послушно двинулся.

Но Скай взвыла:

— Ещё чего!

Она рванула к Ингенсу.

Фло тоже подлетела к нему — и тонкая синяя нить потянулась от неё к магу.

— Магэнергия… — прошептала Элениэль. — Она передаёт её ему…

Скай добежала и пыталась поднять Ингенса:

— Вставай! Быстрее!

— Уходи… оставь…

— Замолчи, идиот! Я тебя не брошу!

Фло дрожала, бледнела, но продолжала держать нить.

И тут рядом с ними из земли вырвался новый голем.

Прямо под их ногами.

Элениэль даже не думала.

Она прыгнула на плечи Ондо, оттолкнулась, выстрелила своё тело вперёд и врезалась в Скай и Ингенса, отбрасывая их прочь.

Голем ударил!

От удара она пролетела несколько метров и упала, перекувырнувшись. С неестественно вывернутой рукой и застыла в неподвижности.

— СТИГУ-УР!!! — завопила Скай.

Гном встряхнулся и огляделся.

Грейс — без сознания.

Фло — бледная, едва держится.

Ингенс — повисает на Скай.

Элениэль — неподвижна.

Големы — идут.

— Ондо! За Элениэль! Быстро! — рявкнул он.

Гном врезался в ближайшего голема и начал крушить молотом, пока Скай тащила Ингенса, а Ондо поднимал Элениэль и Грейса разом.

Наконец все были рядом и гном скомандовал: бежать. Бежали быстро и долго.

Когда добрались до старой стоянки, Стигур обернулся:

— Стойте! — выдохнул он и тут же рухнул на землю.

Скай, запыхавшись, опустилась рядом.

Ондо аккуратно положил Грейса и Элениэль.

Фло едва удерживалась на ногах.

Глава 21 Болото

Грейс не понимал, как такое вообще могло случиться. Как опытный боец мог потерять голову, словно зелёный юнец? Но, видимо, возвращение истинного тела и сила, прибывающая с каждым днём, вскружили ему разум.

Теперь он сидел на камне, опустив голову, и краем глаза наблюдал, как Фло и Ингенс склонились над Элениэль. Ей досталось больше всех: почти каждая кость была переломана, а сознание так и не возвращалось. Маг и фея старались как могли, но, будучи почти полностью истощёнными, могли лишь поддерживать в ней жизнь.

Когда Грейс очнулся без доспехов и весь перевязанный, к нему тут же подскочил Стигур и залепил пощечину.

— Что ты наделал, придурок?! — рявкнул гном.

Его успели схватить и оттащить, но он продолжал кричать:

— Смотри! Смотри, что ты сделал!

Грейс повернул голову. На листьях лежала Элениэль — залитая кровью, страшно бледная. Рядом сидели качающийся Ингенс и едва живая Фло. Остальные были потрёпаны, но целы.

Скай подошла, взяла Грейса под локоть:

— Пойдём. Присядь вон там.

— Это… из-за меня? — хрипло спросил он, не сводя взгляда с Элениэль.

— Нет. Это из-за всех нас, — тихо ответила Скай.

Грейс сел и понял, что впервые за долгое время чувствует себя полностью бессильным. Да, он терял друзей и соратников, но сейчас всё иначе: из-за его безумного порыва могла погибнуть одна из них и сорваться вся миссия.

К нему присела Фло. Он заметил, что подошла она пешком, а не подлетела — знак полного магического истощения.

— Ты как? — спросила она.

— Не знаю… Паршиво, наверное, — выдавил он.

Он хотел добавить что-то ещё, но слова застряли.

Фло тихо сказала:

— Знаешь, почему ты мне понравился?

Он молчал.

— Сначала мной двигало просто любопытство. Но потом… с каждой встречей я всё сильнее чувствовала, что мы похожи. Словно две одинокие ноты, которые случайно совпали. Ты добрый, Грейс. Очень. Несмотря на суровость. И я знаю, что ты всегда делаешь всё ради других. Чтобы ни случилось — я рядом. Всегда.

Она положила свою маленькую ладонь на его руку, посмотрела большими фиолетовыми глазами:

— Не смей сдаваться. И не смей отчаиваться. Понял?

По щеке палладина, убивавшего драконов, медленно скатилась одинокая слезинка. Грейс отвернулся, быстро смахнул её. Фло улыбнулась. Попыталась встать, но он накрыл её руку второй ладонью.

— Спасибо… что ты рядом, — прошептал он и, поддавшись чувствам, поцеловал её в щёку.

— Дурак! — взвизгнула Фло. — Ты что творишь?!

Она вскочила и зашагала прочь, но улыбка сияла у неё до ушей.

Вечером решили остановиться и набраться сил. Завтра отправляться к эльфийскому поселению.

Элениэль всё ещё была без сознания, но Ингенс уверял, что сможет поддерживать её жизнь.

Стигур говорил с Грейсом неохотно, бросая злые взгляды. Палладин предпочитал молчать и держаться в тени.

Когда все поели и легли спать, бодрствовали только они вдвоём. Огонь потрескивал. Молчание длилось до рассвета, пока Грейс не вздохнул:

— Командир… я понимаю, что натворил. И хочу…

— Знаешь, кто я, Грейс? — перебил его гном.

Не дав ответить, продолжил:

— Я не только воин. Я легат второго гномьего легиона. Он был непобедим. Проиграл лишь однажды — и распался. Знаешь, почему мы побеждали?

Грейс молчал.

— Потому что каждый, каждый из нескольких тысяч бойцов доверял мне. И я им. Взаимное доверие и уважение. Я прошу немного. И когда это нарушают — я в ярости.

Гном посмотрел прямо в глаза палладину.

— Я…

— Я понимаю, что с тобой что-то происходит, — снова перебил Стигур. — Но сейчас не время копаться в душе. Сделаем вид, что ничего не было. Но знай: если ещё раз поставишь отряд под удар… я убью тебя сам.

— Я понял, — тихо сказал Грейс.

Гном кивнул. Достав из пространственного кармана доспех, щит и меч, сказал:

— Ты остался без оружия. Доспехи обычные. Щит тоже. А меч… — он на мгновение замолчал. — Этот меч выкован богом-кузнецом. Он мне очень дорог. Береги его.

Грейс осторожно взял оружие:

— Спасибо, Стигур. Я больше не подведу.

— Ладно, пошли спать. Завтра тяжёлая дорога.

До эльфийского поселения добрались без проблем. Но там тоже всё было неспокойно: очередная орда орков напала, и князь погиб, защищая своих. Теперь правителем стал Друлаван. Он принял отряд без вопросов и пообещал помощь.

Лучшие лекари занялись Элениэль. Остальным оставалось ждать.

Стигур был напряжён: Друлаван поделился, что тёмные всё чаще покидают запретные земли. Это совпадало с пророчеством богини — времени оставалось мало.

На четвёртый день Элениэль пришла в себя, вышла прогуляться. Она была слабой, шаталась, но улыбалась. Отряд облегчённо выдохнул.

Грейс подошёл и открыл рот, но Элениэль молча крепко его обняла.

— Всё хорошо. Я рада, что вы живы, — прошептала она.

— Ну всё! Хватит липнуть к моему Грейсу! — пискнула Фло.

Все рассмеялись, напряжение спало.

Через неделю Элениэль полностью восстановилась. Все были готовы двигаться дальше.

Друлаван выделил им эльфийский отряд до границы болота. Сам он не мог пойти: новый статус не позволял.

В дни ожидания, Ингенс вернулся к големам, провёл ритуал и заверил, что вскоре магическая энергия рассеется. Но ждать было невозможно — времени мало, а Стигур уже срывался от задержек.

Перед самым выходом из поселения их догнала одна из дриад — стройная, милая девчушка с зеленоватым оттенком кожи. Она стрельнув глазками в сторону Ингенса, протянула ладошки. В них было семечко неизвестного растения.

— Это вклад нашего князя в вашу миссию. Он решил поставить на вас, — сказала она и демонстративно виляя узкими бёдрами и ещё раз глянув на покрасневшего Ингенса удалилась.

Отряд проводил их до начала болота, где они встретили неизвестную тварь. Словно сплетённая из полусгнивших корней тварь, напала внезапно, впрочем, группа сопровождающих справилась с ней так быстро, что вмешиваться не пришлось. Распрощавшись эльфы пожелав всего наилучшего, покинули отряд.

Путь по болоту стал настоящим испытанием: вязкая жижа до пояса, огромные насекомые, вечная сырость, невозможность разжечь костёр. За четыре дня они не встретили врагов, но усталость давила так, будто сражались без остановки.

Добравшись до небольшого островка земли, Ингенс рухнул:

— Всё! Я больше не могу. Боги, убейте меня! Давайте проведём хоть одну ночь на суше…

Стигур оглядел отряд: почти все еле держались на ногах. Только он, Грейс и Ондо были бодрыми.

Гном вздохнул:

— Хорошо. Одну ночь. Но дальше — пойдём без остановок.

Скай тут же плюхнулась рядом с магом и начала снимать сапоги. Элениэль, хоть и устала, ходила вокруг, высматривала опасности. Фло свернулась клубочком и дрожала.

Грейс накрыл её плащом, хотел уйти за дровами, но Стигур остановил:

— Ты заметил?

— Тишина? — кивнул Грейс.

— Да. Ранее, всё болото стрекотало. А здесь — ни звука.

— Но выбора нет, — указал Грейс на измотанных товарищей.

— Да… — гном оценивающе провёл взглядом по своим бойцам. — Мне всё это не нравится. Будь начеку.

— Можешь рассчитывать, — серьёзно сказал Грейс.

Стигур хлопнул его по плечу и внезапно гаркнул:

— Эй, маг недоученный! И ты, тёмная! Разведите костёр!

Все давно привыкли к грубости гнома. Злобой там и не пахло.

— Элениэль, что насчёт свежего мясца? — спросил он.

— Свежей еды сегодня не будет. Здесь даже насекомых нет, — ответила она.

— Ладно. Обойдёмся вяленым мясом.

Гном поставил Грейса и Ондо в караул, Фло не трогал — она уснула прямо под плащом палладина. Сам пошёл патрулировать островок. Чувство опасности не отпускало ни на секунду.

Даже после еды он снова вышел обходить периметр.

Ночью к нему подошёл Грейс:

— Командир, отдохни. Я заменю.

— Я в порядке. Замечал что-нибудь?

— Всё тихо. Мы с Ондо обошли всё. Ничего подозрительного. Но ты прав — как-то тревожно.

— Смешно даже. Мы тут старики среди этих юнцов. Но, я рад, что ты пришёл в себя.

Грейс улыбнулся и положил руку ему на плечо:

— Такого больше не будет.

Они дежурили до рассвета. Ничего не произошло, но чувство тревоги исчезло только когда они отошли от острова на приличное расстояние.

Спустя пару дней наткнулись на склеп.

Долго спорили: заходить или нет. Скай находила древние артефакты в подобном, но опасность была очевидна. В итоге отправили её одну — на разведку.

Когда она исчезла внутри, Ингенс сразу стал нервничать. Ходил туда-сюда, не находил себе места.

Фло взвилась:

— Да хватит ходить! У меня уже голова кружится!

— Надо было идти с ней! — вскричал Ингенс. — Там же может быть что угодно!

— Ничего с ней не будет. Она опытная, — успокоила Элениэль.

Но договорить он не успел, как из склепа вылетела Скай:

— К бою! Нежить!

Все мгновенно заняли позиции.

Из склепа полез десяток гномьих скелетов. Они пытались строиться в порядке, но болото затягивало их ноги.

Грейс и Стигур легко расправились с ними.

Фло хмыкнула:

— И чего было так орать?

В ответ Скай зашипела.

Гном рявкнул:

— Хватит! Что внутри?

— Один большой зал, две двери и сундук, — блеснула глазами Скай. — Я только дошла до середины — и они выскочили. Их было намного больше.

— Ну да, ну да, — ехидно сказала Фло.

— Съем тебя мелкая, — клацнула зубками Скай.

— Хватит! — опять рявкнул Стигур. — Что делаем?

Грейс подумал:

— Думаю, всем интересно. И встряска не помешает.

— Никто не против?

Все замотали головами.

— Тогда вперёд. Ондо, ты остаёшься здесь.

Ингенс вмешался:

— Я оставлю магического вестника! Ондо сразу сообщит, если что!

Гном кивнул.

Вестник, яркая пульсирующая сфера с лучами, кружил вокруг тролля, а тот смешно поджимал уши при каждом прикосновении.

Элениэль погладила Ондо между ушей:

— Не бойся. Будь осторожен.

Спуск был долгим. Внизу, оказался круглый зал, две двери и как и сказала Скай — сундук.

— Скай, пробегись по кругу, — скомандовал Стигур.

После пробежки, ничего не произошло и Стигур тихо сказал:

— Идём вперёд. Щиты и усиления!

Щиты вспыхнули, и группа вошла в круг.

В тот же миг двери распахнулись. И поток скелетов — всех рас Миреи, повалил из них.

— Я же говорила, что их больше! — завопила Скай.

— От этого не легче! — пискнула Фло.

— В круг! — гаркнул Стигур.

— Мне нужно время! — крикнул Ингенс. — Есть заклинание упокоения!

— Работай!

Шум был невыносимый. Кости, металл, эхо.

Но Ингенс закончил заклятье. Тёмная волна разошлась по залу и скелеты остановились.

Сфера заклинания стала резонировать и звук усилился, стал рвать уши. Фло закрыла их руками и закричала.

Элениэль стояла на колене.

Скай держалась за Грейса и даже Стигур шатался, словно пьяный.

Но в следующую секунду всё стихло. Скелеты осыпались дождём из костей.

— Больше так не делай, — прохрипела Скай.

Ингенс улыбнулся и пустил волну исцеления.

Осмотрев сундук, они нашли:

— Полный божественный доспех палладина.

— Зелья, свитки.

— И волшебную палочку для Фло.

Получив палочку, фея взвизгнула от счастья, осыпав всех искрами.

Скай уже стала изучать две неизвестные двери и распахнув первую же, изумлённо сказала:

— Эмм… что это?

Все заинтересованно стали подходить к ней — за дверью был, казалось обыкновенный портал, но когда Ингенс подошёл к нему, то тут же побледнел.

— Разрушь его! — рявкнул Ингенс.

Грейс заозирался, но вскоре уже махал мечом, будто дровосек. Через десять ударов портал схлопнулся, обдав всех ударной волной и заложив уши.

— Предупреждать надо! — возмутилась Элениэль.

— Может объяснишь? — спросил Грейс.

— Это был направленный портал… — начал объяснять Ингенс, но вторая дверь открылась сама. Оттуда вышел разумный в чёрном балахоне.

Он протянул руку и чёрный сгусток полетел в Скай. Но,

Фло быстро среагировав, сбила его россыпью огоньков.

Бой вспыхнул мгновенно.

Стрелы Элениэль отскакивали от магического щита.

Удары Грейса также не давали результатов.

Щиты незнакомца были мощнейшими.

Тогда Фло и Ингенс одновременно начали сложное заклинание и щит дрогнул.

— Сейчас! — тут же крикнул маг.

Стигур, разогнавшись, всем своим массивным телом закованным в тяжёлый доспех, пробил купол и снёс незнакомца в стену.

Капюшон слетел — и все увидели худое, обтянутое тонкой кожей лицо, чёрные глаза.

Он хрипло рассмеялся и неприятным голосом сказал:

— Вы ограбили мои земли. И теперь будет кара.

— Кара? Ты, продавший душу тьме? — прошипел Ингенс. — Я сам уничтожу тебя!

— Архимаг? — прохрипел некромант.

Началась схватка.

Ингенс стал закидывать некроманта, десятками заклинаний — ледяные сосульки, воздушные лезвия, огненные шары и прочее. Магический щит держал, оберегая некроманта от смертельных «подарков»

Вдруг тёмный дым стал окутывать некроманта — он явно готовил мощное заклинание. Множество костей, лежащих повсюду дрогнули и стали медленно подниматься в воздух. Вскоре, вокруг кружили тысячи мелких костей — раня, сбивая с ног и преграждая путь назад.

— Все, встаньте за мной! — выкрикнул Ингенс и группа немедля ни секунды выполнила его приказ.

Выстроившись в ряд за щуплой спиной архимага, они просто ждали — это была схватка магии и вся надежда была только на Ингенса.

Архимаг действовал быстро и чётко. Сложив ладони вместе, он резко раскинул их в стороны — в тот же миг, группу окружил необычный магический щит. Полупрозрачный, золотистый щит навис куполом и лишь позади, осталась узкая брешь. Ингенс бросил мимолётный взгляд на Фло и она сразу же всё поняла. Подлетела к бреши и стала махать палочкой — с каждым взмахом затягивая её.

Дальше, Ингенс долго бормотал заклинания и взмахнув посохом, крутнулся на месте. Молнии, оглушительно стали уничтожать летающие вокруг кости и очень скоро от них остался один прах.

Некромант недовольно скривился и стал приближаться.

Ингенс тоже сделал шаг к нему, выходя из-под купола защиты.

Две линии магии — чёрная и белая — встретились, гудя.

Некромант давил.

Ингенс отступал и стоял уже на одном колене.

Фло снова подлетела к нему и проделала свой трюк с перекачкой энергии, но и у неё она была не бесконечной. Поэтому не выдержав, фея просто потеряла сознание и стала падать на пол.

Скай успела подхватить её и прижала к груди.

Стигур и Грейс яростно крича накинулись на некроманта, но отлетели от его мощнейшего щита.

Элениэль стреляла, но стрелы бесполезно вязли и не приносили ни малейшего толка — и именно тогда у архимага что-то щёлкнуло в голове.

Он стоя на коленях, посмотрел поочерёдно на всех и остановил свой взгляд на стоящей рядом Элениэль.

И глаза вспыхнули синим огнём.

Он выпрямился, улыбнулся почти безумно:

— Я обещал тебе, что уничтожу тебя. Сейчас ты умрёшь.

Синим пламенем, он легко развеял линию некроманта.

Посох тёмного мага рассыпался в пыль и от такого исхода некромант отшатнулся назад. И попытался сбежать, но Ингенс уже был рядом.

Он коснулся щита — и тот разлетелся как стекло.

Подойдя вплотную к сжавшемуся некроманту, Ингенс коснулся его лба — тело тёмного мага, вспыхнуло, словно факел. По залу пронёсся ледяной вопль, боли, ужаса и безысходности.

И уже через мгновение от него осталась лишь кучка пепла.

Ингенс рухнул.

Стигур подскочил и рявкнул:

— Ты в порядке?

— Да… нормально… — выдохнул маг.

— Жестоко ты с ним, — пробормотал Грейс.

— Осуждаешь? — огрызнулся Ингенс.

Грейс пожал плечами и улыбнулся ему.

Подошли Элениэль и Скай с Фло на руках.

— Что с ней? — спросил маг, указывая на фею.

— Просто истощение, — сказала Скай.

— Что это было, Ингенс? — спросила Элениэль.

— Дар богини… Я не знал, как активировать. И ещё не совсем могу этим управлять… слишком большая сила.

— Мы заметили, — пробурчала Скай.

— Ты испугалась? — тихо спросил он.

— Да, идиот! Я думала, ты сгоришь!

— Если бы не он, некромант убил бы всех нас, — заключил Стигур.

Ингенс нахмурился:

— Его кто-то подпитывал. Слишком сильный, даже для высшего некроманта.

— Уходим, разберёмся снаружи, — сказал Стигур.

Он подхватил мага под руку, а Скай помогла. Грейс взял Фло. Элениэль пошла впереди, с луком наготове.

Глава 22 Смерть и Судьба

Нона сидела на простом деревянном кресле и занималась тем, чем обычно занималась всегда: она плела очередную нить. Древняя богиня, одна из трёх сестёр, плетущих золотые нити судьбы. Повсюду были развешаны сплетённые нити, их было тысячи или миллионы — она и сама не знала. Не воинственная богиня почти не покидала свой спутник и, в отличие от остальных богов Миреи, была даже рада, что обрела уединение. Выглядела она как чуть полноватая женщина в просторном балахоне белого цвета с золотой вышивкой — такой образ был ей ближе всего. Вопреки всем мифам ей не было одиноко и грустно одной без сестёр, а скорее наоборот — здесь она чувствовала себя действительно вершительницей судеб!

У неё не было тысяч реинкарнаций, хоть она и была прославленной в веках древней богиней. Она уже и не помнит, сколько воплощений у неё было, да это и неважно. Здесь, в этом мире, ей нравилось, несмотря на эти подковёрные игры за власть. Она видела и похуже… намного хуже, и пережила всё это, и переживёт здесь. Сделает всё, чтобы остаться на Мирее, а может, и не просто остаться…

Она встала и подошла к одной из нитей и дотронулась до неё. Нить была переплетена, и на ней был виден обрыв.

— Надеюсь, она сдержит слово, — прошептала Нона.

Вдруг позади неё стал сгущаться воздух. Сначала она лишь бросила туда взгляд, так как была уверена, кто это: у неё здесь нет друзей, и мало кто её навещает. Но потом нахмурилась и стала вглядываться в фигуру, соткавшуюся из мрака, и даже нащупала амулет, висящий на шее — защитный амулет, который ей дала Многоликая.

Фигура сделала шаг вперёд и произнесла:

— Успокойся, сестра, я с миром, — подняв руки в примирительном жесте, к ней подошла Лима, богиня смерти Лима.

— Приветствую тебя в своём храме, сестра, — делая полупоклон, сказала Нона.

— И тебе здравствуй, — ответила тем же Лима.

Она огляделась и стала прохаживаться, разглядывая всё вокруг.

— Не богато для той, кто вершит судьбы всех смертных.

— Ну да. Я не очень люблю все эти блага. Чем обязана? — вопросила Нона.

— Да ничем, — пожала плечами Лима. — Просто решила навестить тебя. Мы же с тобой даже не общались ни разу. А судьба и смерть ведь обычно идут рука об руку.

— Так часто бывает. Но всё же…

Лима перевела взгляд на неё, и Нона съёжилась. Её белое мраморное лицо без единой морщинки и эмоций, волосы — чёрные до такой степени, что отдают синевой, серый плащ с капюшоном, а под ним, казалось, сама тьма. Ну и, конечно, глаза — большие и бездонные, как чёрные дыры.

— Понимаешь, я должна была пожать одну душу, — стала говорить Лима. — Очень сильную душу. Я ждала её очень долго, и когда настал момент… судьба этого смертного изменилась, и он стал жить дальше. Вот я и подумала: кто, как не богиня судьбы, может поменять её? Ты не знаешь случайно? — она подошла поближе к Ноне.

— Такое случается. Судьбы смертных непредсказуемы. Даже я не могу предугадать, — стараясь, чтобы её голос звучал ровно, ответила Нона.

— Я думала, что мы решили быть подругами, — сказала Лима. — А подруги должны говорить друг другу правду. Не так ли? — холодным голосом продолжила она.

— Так я тебе и не вру… — попыталась сделать шаг назад Нона, но Лима неуловимым движением переместилась вплотную к ней и ухватила её за локоть.

— Ты уверена? — приблизила она своё лицо.

— Я… я… — замямлила Нона.

Внезапно впереди что-то сверкнуло, и из сияния вышли две женщины.

— Привет, подруги! — улыбаясь, подняв руку в приветствие, сказала Многоликая.

— Здравствуйте, уважаемые богини, — поприветствовала их Миреэль.

Лима отпустила Нону и сделала полупоклон:

— И вам здравствовать, Верховная, Многоликая.

Многоликая подошла к Ноне и обняла её за шею:

— Как ты, Ноночка? Всё у тебя хорошо? Никто не обижает? — не сводя взгляда с Лимы, спросила она.

— Не… тт… то есть да… аа. Всё хорошо, Многоликая, — запинаясь, ответила Нона.

— Я же говорила тебе — называй меня сестра, — потрепала Многоликая её за щёку.

Лима стояла неподвижно и тоже не сводила взгляда с Многоликой.

— Вы о чём здесь шептались? — продолжила Многоликая.

— Да так, вот решила я подружиться с Ноной, — ровным голосом ответила Лима.

— Ну и правильно, нам всем нечего делить, на Мирее всем всего хватит, — жизнерадостно сказала Многоликая.

— Правда? — изогнула свою бровь Лима.

— Конечно! Вот стоит Верховная, спроси у неё, — Многоликая указала пальчиком в сторону Миреэль.

Все перевели взгляд на Миреэль, а она, чувствуя себя крайне неловко под их взглядами, еле слышно сказала:

— Конечно. Мирея щедра и молода.

— Как и наша Верховная! Поэтому она такая скромная и неуверенная. Но с нашей помощью мы возвысим свой мир и нашу Верховную, — торжественно продолжила Многоликая.

— Ты хотела сказать «с твоей помощью»? — посмотрела Лима на неё.

Многоликой это не понравилось. Она убрала руку с шеи Ноны и встала напротив Лимы. Её волосы стали красными и вздыбились вверх, словно при сильном ветре. Она чуть приподнялась над землёй, и её глаза засветились.

— Не забывайся! — прозвучал её громогласный голос.

— Ты можешь пугать своими фокусами этих недобогинь, — всё так же ровно сказала Лима.

— А ты не из робких, да? — меняя лик на прежний, сказала Лунария. — Но оскорблять Верховную нельзя.

Она махнула пальцем, будто сбила мошку на лету, и в сторону Лимы полетела мощнейшая воздушная волна. Она сбила богиню с ног, как пушинку, и унесла бы за пределы спутника, но Лима быстро среагировала: из её тела вылетели чёрные сгустки, похожие на щупальца, и воткнулись в землю, не давая улететь. Она тут же переместилась туда, где стояла, и крикнула:

— Как ты смеешь? Я — сама смерть!

— Ты не смерть, — спокойно перебила её Лунария. — Я видела смерть. Истинную смерть. А ты всего лишь жнец, который чуть возвысился над другими, — продолжила она и, выступив чуть вперёд, стала выпускать свою силу.

От её ауры исходило такое могущество, что Миреэль и Нона тут же упали на землю, не в силах подняться. Лима стояла на ногах, но это было на грани её сил, даже её бесстрастное лицо исказилось.

— Будем дальше меряться силами? — вопросила Многоликая и подняла руку.

— Нет! Я поняла, — выдавила из себя Лима.

— Ну и хорошо, — улыбнулась Многоликая и с недоумением посмотрела на лежавших на полу богинь.

Лёгким движением руки она подняла их и сказала:

— Простите, сестрёнки, я не специально.

— Да кто ты такая?.. — прошептала Лима.

— Тебе надо лишь знать, что со мной не стоит ссориться. И пока я здесь, Мирея — и, соответственно, её Верховная — под моей защитой. А для тебя, богиня смерти Лима, у меня тоже есть выгодное предложение.

Глава 23 Хозяин болота

Как только они стали шагать по подъёму наверх, к Стигуру вновь вернулось то чувство, которое он ощущал на островке суши, где они провели ночь, и чем выше они поднимались, тем сильнее оно становилось. На середине подъёма он прошептал:

— Что-то не так.

— Ты о чем? — спросила Скай.

— Я не знаю. Но что-то происходит, — нахмурился гном.

— Ондо бы послал вестника, если бы что-то произошло, — прохрипел Ингенс.

— Ладно, поднимемся — узнаем, — вдохнул Стигур.

Когда до выхода оставалось пару-тройку шагов, стало ясно, что опасения Стигура были не напрасными. Элениэль обернулась, переглянулась с Грейсом, и, не сговариваясь, они побежали на выход. Когда Стигур, Скай и Ингенс вышли, то ничего не увидели, но зато услышали… услышали рёв Ондо и скрипящие, хлюпающие звуки. Определившись по звуку, увидели неподалёку Грейса и Элениэль. Палладин аккуратно укладывал уже очнувшуюся Фло на плащ, а эльфийка уже пускала свои смертоносные стрелы в сторону чудовища.

Да! В метрах десяти стояло немыслимое существо и удерживало Ондо у земли сплетёнными корнями из своего тела, а тролль ревел, силясь вырваться. Выглядело чудовище ужасно. Рост примерно под три метра, состоящее из корней и веток туловище; отовсюду свисали болотная тина и лоскутки материи, в придачу из всех щелей лилась зелёная мутная жижа. Оно несколькими корнями прижимало тролля к земле, а пара более толстых и крепких хлестали Ондо с немыслимой силой. Тролль выглядел неважно, и так было понятно, что сил у него не осталось.

В это время Грейс вытащил свой меч и побежал к чудовищу, а Элениэль усилила натиск стрел. Стигур навалил мага на Скай и сказал:

— Будьте здесь.

И тоже побежал в сторону схватки.

— Что это за тварь? — сузив глаза, пробормотала Скай. — Похожа на ту, которую мы встретили по пути на болото, — продолжила она, вопросительно взглянув на мага.

— Нет, это нечто большее. Там был просто монстр, а это разумное существо, — сидя на коряге, куда усадила его Скай, и копаясь в поясной суме, проговорил он.

Тем временем битва была в самом разгаре. Грейс и Стигур уже добежали, но существо было наготове и поэтому встретило их ещё на подходе, выбросив к каждому по паре корней, и им пришлось отбиваться. Конечно, оно не учло, что это были опытнейшие бойцы; каких-то пару корней не смогли удержать их натиск, и тварь была вынуждена ослабить хватку на тролле. Это дало Ондо возможность высвободиться, но его силы иссякли, и он тут же рухнул лицом в болотную грязь и затих.

Ингенс наконец перестал копаться в своей сумке: вытащил один свиток и два зелья и, обернувшись, крикнул:

— Элениэль! — и кинул ей одно из зелий. — Брось рядом о землю, — пояснил он.

— А это тебе, — протянул он свиток Скай. — Подберись поближе, раскрой и зачитай.

Она кивнула, накинула капюшон и растворилась, помчавшись в сторону сражения.

Сам он встал и поковылял к Фло. Она сидела и бессмысленным взглядом смотрела в одну точку. Ингенс подошёл к ней и тихонько дотронулся до её плеча:

— Приходи в себя, малышка. Мы нужны им, — как можно мягче сказал он.

Фло перевела затуманенный взгляд и просипела:

— Зачем? Они сами справятся. Я не могу.

— Можешь. Ты сильная. Это не просто тварь, её надо быстрее одолеть, — чуть надавил маг и выпил зелье.

Фло тяжело вздохнула, нащупала свою последнюю баночку и тоже выпила её.

Скай уже была на месте — вовремя, так как существо бросило все свои силы на Грейса и Стигура, и им было непросто. Скай остановилась и стала зачитывать заклинание со свитка, но, словно почувствовав, чудовище выстрелило шквалом веток, как стрелами, и только быстрая реакция эльфийки спасла её от гибели.

Элениэль бросила склянку рядом с собой, и там тут же вспыхнуло синее магическое пламя. Смекнув замысел мага, она стала поджигать свои стрелы, и теперь в сторону чудовища летел град огненных стрел. Сначала казалось, что ничего не меняется, но одна стрела попала в корень, который давил Грейса: он затлел и задымил. Чудище отдёрнуло отросток и противно завизжало. Затем оно расставило отростки по кругу и стало вращаться вокруг своей оси, набирая чудовищную скорость.

Стигур и Грейс прикрылись щитами и не могли больше ничего сделать, а Скай, остановившись неподалёку, вновь пыталась зачитать заклинание со свитка, но чудовище, словно почувствовав неладное, стало помимо вращающихся с бешеной скоростью корней выстреливать ветками, и Скай пришлось отступить.

Тогда в дело вступили фея и архимаг. Фло навесила свои маг-щиты на всех, кто был в ближнем бою, а Ингенс стал зачитывать заклинание. Вдруг чудище остановилось и ударило о землю всеми корнями. Удар был очень силён: по земле пошла дрожь, и поднялась небольшая волна мутной болотной воды вместе с разным мусором. Этой волной буквально смыло Стигура и Грейса, и понесло дальше, но Фло, встав перед Ингенсом, выставила свою палочку и стала живым волнорезом, не дав грязной воде помешать заклинанию архимага.

Когда всё утихло, чудище очень быстро стало продвигаться в сторону мага. Ингенс свободной рукой отодвинул Фло за спину и поднял свой посох: от него начал разрастаться и накрыл мага вместе с феей прозрачный купол. После этого архимаг стал творить свою магию. Три огненных шара выросли перед ним и тут же полетели в сторону чудовища. Они врезались в него, и чудище зашипело, задымило и остановилось, завизжало и стало в бешенстве махать своими отростками, разбрасывая ошмётки корней, лоскутки материи и всякий мусор.

Ингенс на этом не остановился. Из его посоха выстрелила огненная струя.

— Скай! Свиток! — закричал архимаг.

Откуда-то из-под грязи выглянула чумазая морда Скай. Она вскочила и помчалась поближе к чудовищу. Подбежав, раскрыла мятый и мокрый свиток и зачитала заклинание…, но ничего не произошло. В недоумении она посмотрела на Ингенса.

— Кидай его! — крикнул он.

И Скай тут же швырнула свиток. Пламя накрыло чудовище полностью. Клубы пара и черного дыма взметнулись в небо. Сбоку, отфыркиваясь, подошла грязнущая Элениэль.

— Что за урод? — с возмущением спросила она.

— Не знаю… — размазывая копоть по лицу, ответил Ингенс.

Но внезапно он резко повернулся в сторону горящего чудовища и завопил:

— Назад! Скай!

Тёмная без промедления ринулась в сторону, но тысячи капель полетели от чудовища в разные стороны. И это были не простые капли воды: несколько из них, попав в Скай, прошили её плоть насквозь. Она вскрикнула от боли и на скорости врезалась в кучу грязи.

Ингенс было дёрнулся к ней, но вовремя взял себя в руки: за его спиной были обессиленные Фло и Элениэль. Он напрягся, усилил купол, защищавший их, и посмотрел в сторону чудовища. Там стояла неподвижная обугленная фигура, а рядом — нечто мерзкое. Склизкое. Зелёно-бурая кожа, непонятные наросты, длинные тонкие конечности, сгорбленное туловище и огромные на выкате глаза, почти полностью состоящие из белка, которыми существо зло смотрело на архимага.

— Ты-ы-ы… — дребезжащим голосом протянуло оно, указывая на Ингенса.

Архимаг ошарашенно переглянулся с Элениэль, стоявшей рядом.

— Вшивый маг… Как ты посмел повредить мою броню? — продолжило существо.

— А ты кто? — так же ошарашенно спросил Ингенс.

— Я? — взвыло оно. — Я бог! Хозяин болот! Я Мруш-Мерзейший!

— А я…

— Мне плевать, кто ты, жалкий смертный! — перебил Мруш.

Он запрыгнул на стоявшую рядом обугленную «броню», и та стала впитывать в себя жижу и обрастать новыми корнями и ветками. Ингенс поднял посох, но Мруш махнул рукой, и купол лопнул, как мыльный пузырь. Ингенса, Элениэль и Фло отбросило назад, но они устояли.

Подняв свои тонкие руки вверх, Мруш стал вращать ими, и в воздух поднялись пять сфер, состоящих из болотной грязи, обломанных веток и мусора. На миг зависнув, они устремились к Ингенсу и девушкам. Архимаг выставил посох и стал тараторить заклинание. Он успел остановить сферы, но не все: одна врезалась в Элениэль и Фло, поглотив их, а вторая — в самого архимага, тоже поглотив его. Ингенс удержался только потому, что успел уцепиться за посох, торчащий наружу.

Стигур, откопавшись, стал тянуть за руку Грейса, которого успел ухватить, пока их смывало волной.

— Да успокойся ты! — гаркнул гном, удерживая его.

Когда они выбрались, Стигур увидел Мруша.

— Что за уродец… — пробормотал он.

Грейс, уже пришедший в себя и вытряхивающий грязь из шлема, посмотрел вверх — и тут же вскочил.

— А где все?

— Вон Скай лежит, — указал гном.

— Надо помочь ей! — заволновался Грейс.

— Не сейчас. Давай разберёмся с этим, — указал гном на Мруша.

Грейс надел шлем, огляделся.

— Щит потерял…

— Ладно, обойдёшься. Вперёд!

Они похлюпали к Мрушу…

Дойдя до него, гном, перекатившись, подрубил конечность сплетению корней и, резко развернувшись, стал замахиваться для очередного удара, но из брони Мруша вылетели несколько корней и вцепились в Стигура. С другой стороны на Мруша насел Грейс и стал рубить его броню, но и его постигла кара гнома.

Ингенс, выставив руку в сторону сферы, где были заточены девчонки, гаркнул заклинание, и она с натугой, но всё же распалась, и из неё выпали Элениэль, державшая в руках Фло, и судорожно задышала. Ингенс тоже облегчённо вздохнул и крикнул в сторону, где стоял Мруш:

— Стигур, бейте его, а не эти корни!

— Помощь бы не помешала, — на миг обернувшись, ответил гном. Но этого мига хватило, чтобы корни оплели его и стали прижимать к земле. Грейс уже был прижат и рычал как зверь, силясь вырваться из хватки корней.

Элениэль запрыгнула на сферу, где застрял Ингенс, и стала тянуть его за руки, пытаясь вытащить. Когда в очередной раз суставы затрещали, он, застонав, сказал ей:

— Хватит. Возьми Фло и отойдите подальше. Я сам освобожусь. И по возможности помоги Скай. Повторяю, отойдите подальше.

— Ты опять будешь использовать это? — сузила эльфийка глаза.

— Выбора нет. Мы погибнем. Этот уродец очень силён.

Элениэль ещё пару мгновений смотрела на него и нехотя кивнула. Спрыгнув и подхватив на руки фею, побежала в сторону. Ингенс прикрыл глаза, и когда вновь открыл их, они уже горели синим светом. Сфера разлетелась на кусочки, и, высвободившись, архимаг зашагал в сторону Мруша.

Тот заметил его и протянул руку — в Ингенса полетели десятки острых веток, а вместе с ними сотни капель твёрдой воды. Архимаг лишь махнул посохом, и всё, что летело в него, просто упало на землю. Потом он махнул посохом ещё раз, и в Мруша полетели несколько воздушных лезвий. Пару из них срезали корни, удерживающие Стигура и Грейса, а остальные впились в броню и начали кромсать её.

Грейс, освободившись, тут же ринулся в атаку, но архимаг остановил его:

— Нет! Назад, отходите назад!

Стигур, не медля, доверяя Ингенсу, махнул рукой Грейсу и сам побежал в сторону. Тем временем броня Мруша стала разваливаться, и он спрыгнул с неё, мягко приземлившись напротив архимага.

Ингенс вновь махнул посохом, и из-под земли выскочили огромные каменные колья. Сразу же он запустил туда несколько огромных сосулек, и в придачу с неба сорвались несколько метеоров, летя в то же место. Удар метеоров был настолько силён и горяч, что воздух тут же нагрелся, испаряя болотную воду; ударной волной Стигура и Грейса отшвырнуло далеко вперёд.

Когда пар рассеялся, на месте удара была огромная воронка, вновь наполняющаяся водой, и оттуда послышался насмешливый голос:

— А ты неплох, человечишка. Но недостаточно.

Ингенс, стоявший всё это время наготове, вздрогнул и стал поднимать посох, но не успел. В него вновь полетели ветки и капли. Отбив их, он крикнул:

— Это всё, что ты можешь? Даже у меня больше заклинаний, а ты говорил, что ты бог!

— Хорошо. Я покажу тебе, что я могу, — мерзко засмеялся Мруш.

И тут же взлетел вверх… вернее, не совсем взлетел: он стоял на корне, который поднял его в воздух. Он раскинул руки и стал петь гнусным, булькающим голосом. Вокруг начали подниматься десятки фигур, сплетённых из корней и грязи. А из-под земли вырвались гибкие ветки и схватили Ингенса за руки и ноги.

Архимаг гаркнул заклинание, и ветки истлели. Потом он выстрелил из посоха чистой энергией, пытаясь сбить Мруша, но тот отмахнулся как от насекомого, и энергия развеялась, а посох Ингенса рассыпался у него в руках, а вокруг Мруша стали подниматься несколько сплетённых из корней фигур.

После этого Мруш сформировал в руках сгусток зеленоватой энергии и кинул его прямо в архимага. Когда сгусток попал Ингенсу в грудь, он дёрнулся и завалился на землю. Его тело стало дымить и дёргаться.

Элениэль, притащив Скай на горочку, куда отбежала вместе с феей, наблюдала оттуда за битвой. Увидев, как Стигур и Грейс бегут к Мрушу, она тоже рванула в их сторону.

Грейс снял помятый шлем, бросил его и налетел на одно из чудищ, стоявших полукругом, и стал неистово рубиться. Услышал, что Стигур тоже рядом. А когда увидел Элениэль, которая перемещалась и стреляла, но поняв, что это бесполезно, закинула лук за спину и вытащила кинжал, хотела было ринуться ближе, он крикнул ей:

— Элениэль! Ингенс! Помоги ему!

— Как? — возмутилась она, указывая на чудищ, преграждавших путь.

— Я помогу! — пробасил Стигур, принимая боевую форму.

И ворвался в самую гущу, разрывая чудищ.

Подгадав момент, Элениэль бросилась к Ингенсу и склонилась над ним, но лишь дотронувшись — отдёрнула руку: он был очень горячий. Заозиравшись как загнанный зверь, она прикусила губу и вновь попыталась поднять архимага, но его жар обжигал руки.

— Не трогай, на нём проклятие, — услышала она голос рядом.

Обернувшись, увидела — грязную, лохматую Фло.

— Ты что тут делаешь?!

— Отойди. Я сниму, — коротко сказала фея.

Она пару раз махнула палочкой и дотронулась ею до Ингенса. Сначала ничего не происходило, и Элениэль тревожно посмотрела на фею и увидела, как у той потекла кровь из носа. Но Фло только сильнее сжала зубы.

Тогда тело Ингенса стало окутывать разноцветное сияние и, мигнув, исчезло.

— Всё… — прошептала Фло и бухнулась на землю.

Элениэль подняла Ингенса и сказала:

— Давай, Фло. Вставай. Уходим.

Но внезапно рядом приземлился Мруш. Взмахнул рукой и запустил в них сгустком какой-то жижи. Элениэль оттолкнула Ингенса в одну сторону, сама отпрыгнула в другую, но Фло не успела — её накрыло густой жижей, и она прилипла к земле.

Элениэль встала и, вытащив кинжал, приняла боевую стойку. Мруш противно засмеялся и вновь взмахнул рукой: Элениэль сбило воздушной волной и отбросило в сторону.

Тем временем Фло высвободилась и, взлетев, запустила в Мруша несколько искорок, но он даже не заметил этого. Схватив её за руку, он бросил фею в сторону как ненужную вещь. Потом подошёл к Ингенсу, лежавшему без сознания, и зашипел:

— Ты грёбанный слабак. Ты должен быть наказан…

Он хотел сказать ещё что-то, но в него всем своим телом врезался Грейс и просто смёл его в сторону.

Остановившись, палладин нашёл взглядом Фло, и на его скулах заиграли желваки — она лежала без сознания, не двигаясь.

— Элениэль! — как можно громче крикнул он.

— Да, да, — просипела она, поднимаясь неподалёку.

Увидев её, Грейс кивнул и зашагал к Мрушу, который уже встал и тряс головой. Одним взмахом своего меча он хотел снести ему голову, но тот резко увернулся, и меч просвистел мимо. Грейс наносил удар за ударом, но Мруш ловко уворачивался.

Элениэль уже оттащила Ингенса и Фло в сторону, туда, где была Скай. Та уже пришла в себя и перевязывала свои кровоточащие раны, а увидев хромающую Элениэль, помогла ей. Они уложили пострадавших и осмотрели их. Только тогда Скай встала и хотела направиться к битве, но эльфийка удержала её:

— Ты потеряла много крови. Останься. Я пойду.

— У тебя повреждена нога. Ты не сможешь помочь, — ответила Скай. Улыбнувшись, она подмигнула и помчалась на подмогу.

Элениэль тяжело вздохнула и начала осматривать свои повреждения.

А на месте схватки всё шло явно не в их пользу: Стигура окончательно сжали в тиски чудовища из корней; Грейс всё никак не мог попасть в вертлявого Мруша и уже стал уставать. Но тут из-за его спины возникла размытая фигура Скай и нанесла серию режущих молниеносных ударов.

Мруш завизжал и на миг остановился. Грейс не упустил шанс и со всего маху сверху вниз рубанул его по плечу. Послышался страшный звук дробящихся костей и рвущейся плоти. Мруш упал на колени и завопил во всю глотку.

Грейс вытащил свой меч и посмотрел в глаза стоящему перед ним Мрушу. А за его спиной из тени вышла Скай, держа кинжалы наготове.

— Не нужно обижать наших друзей, — с ненавистью сказал Грейс и нанёс смертельный удар, снося голову Мруша.

Корневые чудовища тут же распались, и Стигур, весь помятый, вывалился из их сплетений.

— Что так долго? — возмутился он.

— Ну извини, так получилось, — улыбаясь ответил Грейс.

Он подошёл к Скай и ухватил её под локоть, помогая встать.

— Ты в порядке?

— Да. Крови много потеряла. Спасибо, — ответила она.

— Тебе спасибо. Навряд ли смог бы его одолеть. Силён был уродец. Как остальные?

— Не знаю. Вроде хорошо. Я без сознания была, а как очнулась, немного помогла Элениэль и примчалась сюда.

— Ладно, хватит болтать. Пошли, там, похоже, не всё так хорошо, — сказал Стигур, указывая на Элениэль, которая неподвижно стояла неподалёку.

Элениэль молча смотрела на неподвижно лежащего Ондо, а по её щеке лились слёзы. Скай подошла к ней и обняла, а Стигур и Грейс, подойдя, опустили свои головы.

Все молча смотрели на тело Ондо. Только болото хлюпало где-то вдали.

Каждый с болью в сердце. Каждый знал: впереди ещё больше битв. И ещё больше потерь. Но сейчас… сейчас они впервые по-настоящему почувствовали, что их маленькая группа стала семьёй.

И эта семья потеряла одного из своих.

Глава 24 Неожиданные гости

Они разместились около склепа, так как там было более-менее сухое и чистое место. Развели костёр и уложили раненых — пока они хотя бы не придут в себя, выдвигаться дальше было невозможно, поэтому пришлось расположиться здесь. Да и теперь, после смерти Мруша, казалось, что здесь уже не так опасно.

Сложив погребальный костёр, они уложили тролля на него, но не стали поджигать, так как хотели, чтобы все присутствовали, а Ингенс ещё был без сознания, да и Фло выглядела и чувствовала себя неважно.

Элениэль сидела на бревне около костра и наблюдала за тем, как Стигур копошится у огня и готовит похлёбку, что-то бормоча себе под нос. Грейс сидел чуть поодаль и занимался своим снаряжением. Рядом плюхнулась Скай и спросила:

— Ты как?

— Нормально, — попыталась улыбнуться Элениэль.

— Врать ты всё-таки не умеешь.

— Правда, всё нормально. Просто… просто… Вы все… все выкладываетесь по полной, даже Ондо отдал свою жизнь, Ингенс уже в который раз истощает себя не жалея, а я ничем не могу помочь, — всхлипнула Элениэль.

— Это неправда, — серьёзно сказала Скай. — У каждого в отряде есть своя роль, и каждый из нас уже знает, что без друг друга мы не сможем преодолеть те испытания, которые нас ждут. И у тебя она есть. Ведь тебя, как и нас всех, выбрала сама богиня.

Элениэль посмотрела прямо в глаза Скай и, вздохнув, сказала:

— Ты права. Прости. Смерть Ондо меня подкосила.

— Его гибель — горе для всех, но нам нужно закончить свою миссию. Хоть все мы погибнем — главное закончить то, что должны сделать. Это самое важное. И ты должна будешь это сделать.

— Почему я? — удивлённо спросила Элениэль.

— Я думаю, что вот это — не просто, — Скай дотронулась до магической книги, висевшей у Элениэль на поясе.

— Я… я должна… — начала Элениэль, но Скай прижала ей губы пальцем и прошептала:

— Не надо. Если тебе сказали не говорить — не надо. Это игры богов, сестра, а они смотрят далеко.

— Послушайте подругу, она говорит очень правильные вещи, — услышали они голос позади себя.

Практически синхронно обернувшись и одновременно доставая оружие, они увидели… Оракула. Он стоял позади — всё такой же статный и могущественный, а за его спиной — ещё трое разумных. Две эльфийки и непонятное существо то ли человек, то ли зверь: очень здоровый, волосатый и с огромными клыками.

— Вы позволите нам? — учтиво спросил Оракул.

— Да, конечно. Простите. Прошу вас, — не менее учтиво ответила Элениэль, указывая на брёвна у костра.

Оракул подошёл, кивнул нахмурившемуся Стигуру и уселся.

— Оракул? Ты что здесь делаешь? — удивлённо сказал Грейс.

— Ты как всегда очень воспитан, Грейс, — ответил тот.

— Да ну тебя, — заулыбался Грейс.

— Разрешите представить моих спутников, — проигнорировал его Оракул. — Это Лаириэль, наш разведчик. Это Таэлария — маг-лекарь. А вот это наш боец, зовут его Рори.

Эльфийки встали и сделали полупоклоны, а громила лишь оскалил клыки.

— Таэлария, будь любезна, осмотри раненых, — попросил Оракул.

— Мы их уже полечили, и они в порядке, — проворчал Стигур.

— Прошу прощения, если задел вас. Разрешите Таэларии осмотреть ваших друзей — она одна из самых лучших лекарей, могу заверить, — спокойно сказал Оракул.

Стигур долго смотрел ему в глаза и кивнул.

— Так что ты здесь забыл, Оракул? — не унимался Грейс.

— Будь вежливее, мальчик, — прорычал Рори.

— И где ты увидел мальчика, зверь? — огрызнулся Грейс.

— Тебе что, зубы выбить? — захрустел Рори пальцами.

— А сможешь? — набычился Грейс.

— Хватит, — спокойно сказал Оракул, и оба сразу заткнулись. — Мы не враги. Мы делаем одно дело. Я вам уже говорил, что у меня своя миссия. Здесь я тоже из-за неё. И признаюсь честно, был удивлён встретить вас: вы должны были идти другим путём.

— Должны были, — ответил Стигур. — Но не сложилось. Пришлось менять маршрут.

— Понятно. Не расскажете, что здесь произошло?

— Почему бы и нет. Только после еды. Присоединитесь? — нехотя спросил Стигур.

— С удовольствием! — захлопала в ладошки Лаириэль.

Поев, они рассказали обо всём. Оракул заключил, что они сами виноваты в своих бедах из-за жадности и любопытства. Возразить было нечего — это была правда. Если бы не полезли в склеп, уже были бы вне болота. Но была и польза: Оракул прибыл сюда за Мрушем, и теперь ему не пришлось тратить время.

По словам Оракула, Мруш был полубогом и его сила была неизвестна даже ему. Подробностей он, конечно, не рассказал — лишь то, что ему нужно его сердце.

Таэлария подлечила всех, и к вечеру все уже стояли на ногах. Поэтому к погребальному костру Ондо пришли все. Они стояли полукругом и смотрели в огонь, провожая соратника и друга.

Вдруг Грейс вышел вперёд, положил руку на рукоять меча и произнёс:

— Ондо, сын рек, сын гор, сын своих простых стремлений… Ты был с нами и жил как воин. И умер как воин. Мирея услышит твой рёв. А мы не забудем.

Он вынул меч, отсалютовал и склонил голову. То же сделали Стигур и Рори.

Когда всё закончилось и они снова сидели у костра, Элениэль спросила:

— Что ты сделал у костра, Грейс?

— Это старый воинский обычай для павших соратников, — тихо ответил он.

— Извини за «мальчика», — внезапно сказал Рори. — Сейчас этого уже никто не помнит.

Он протянул руку Грейсу. Тот пожал без колебаний.

Стигур вытащил бочку и пробасил:

— Ну, тогда давайте как положено проводим его на покой.

Оракул сел рядом с Ингенсом, который был необычайно молчалив.

— Как вы, юноша?

— Всё хорошо. Я очень рад вас видеть.

— По вам не видно.

— Мне… мне так жаль Ондо. Я не смог его спасти…

— Так вы и не сможете всех спасти, — спокойно сказал Оракул. — Ни вы, ни я, ни даже боги.

Ингенс всхлипнул.

— Но мы погибаем со смыслом? — спросил он.

— Несомненно. Мы делаем важное дело. Мы надежда на будущее. Помните это, мой мальчик.

Он достал короткий посох с серебристым навершием.

— Этот посох служил мне в смертной жизни и помнит руку бога. Прими его.

— Это слишком ценный дар…

— Это подарок, Ингенс. Он выдержит твою новую силу.

Оракул вложил посох ему в руку и ушёл.

У костра смеялись — Фло после настойки рассказывала свои нелепые «грустные» истории, а Рори грохотал смехом.

— Рори, ты же из берсерков? — спросил Стигур.

Рори сначала нахмурился, потом сказал:

— А ты, я вижу, не из тех слюнтяев, что зовут себя гномами. И ты, — указал на Грейса. — Тоже не совсем человек. А ваш щуплый паренёк… я знаю Оракула давно и никогда не видел, чтобы он кому-то так благоволил.

Он вздохнул и продолжил:

— Я берсерк из племени Несокрушимых. Пил гномью с самим Дрором, королём истинных гномов.

Стигур дёрнулся, но промолчал.

— А это, — он указал на Таэларию, — дочь последнего короля эльфов. А Лаириэль — мастер теней. Как видишь — все мы не простые. Поэтому и разговариваем, а не размазываем ваши рожи по болоту.

— А сможешь? — улыбнулся Грейс.

Рори заржал и хлопнул его так, что любой другой провалился бы в землю. Но Грейс лишь качнулся и рассмеялся.

На следующий день все были готовы к пути. Оракул решил переместить их, чтобы сэкономить время.

Лаириэль подошла к Скай:

— Держи, подруга. Это зелье убийцы. Надеюсь, не пригодится.

Скай помедлив, ошарашенно взяла склянку.

Оракул с Ингенсом закончили разговор, собрали отряд, и Оракул произнёс заклинание. Круг магии окутал их. Последнее, что увидел Ингенс — как Оракул кивнул ему с лёгкой улыбкой.

Глава 25 Бог-кузнец

Дзинь-дзинь, дзинь-дзинь… Этот звук разносился почти без перерыва — звук удара молота о наковальню. Кузнец без устали работал в своей кузнице. Она была не очень большая и неказистая, но инструменты и различные приспособления — непростые. Меха были столь велики и выдували такую мощную струю воздуха, что казалось, будто созданы для великанов; горн его кузницы брал жар со звезды Миреи, а молот был изготовлен из непостоянного металла, и не каждый смог бы его просто даже поднять. Но это было ему под силу, ведь он был богом.

Да, он был богом, и благодаря его трудолюбию его изделия были известны всем без исключения. Он никогда не вмешивался ни в дела смертных, ни в дела богов — его вообще мало что волновало, кроме его работы. Но всё же его уважали искренне и заслуженно. Он был справедливым и мудрым богом.

Ха-Сэр — таково было его имя. Среднего роста, худощавое тело, но при этом непропорционально могучие руки, белоснежные волосы и раскосые глаза с глубоким строгим взглядом выдавали в нём мудреца, а мелкие морщинки по уголкам — то, что он часто улыбался. Смертный, который возвысился до бога, оставив своё прежнее имя и своё ремесло, он стал известен как Бог-кузнец. Сам он этого не желал, прожил простую смертную жизнь простого человека, но потомки и те, кто его знал, сами того не ведая, возвысили его.

Теперь, когда прошло уже неизвестно сколько времени, он помнил лишь то, что его имя Ха-Сэр и что он кузнец. Поэтому только этим он и занимался: иногда боги приходили к нему и просили изготовить то или иное изделие, и он выполнял заказы — или не выполнял. Ему никто ничего не мог сказать или тем более приказать: он никого не боялся и никому не подчинялся, хотя по божественным силам был слабее многих.

Вот так, в один из дней, к нему пожаловала Многоликая. Он, как обычно, был в кузнице. Она подошла чуть ближе и склонила голову:

— Приветствую, мудрейший.

Он повернулся к ней и слегка кивнул.

— Простите, что отвлекаю вас от работы, но у меня к вам важная просьба.

Он остановился, вышел из кузницы и жестом указал на два старых табурета, подумав, что его ждёт очередной заказ. Присев и опустив голову, Многоликая долго сидела неподвижно, а Ха-Сэр сидел напротив и дымил самокруткой.

Наконец она подняла голову, посмотрела на него своими жёлтыми глазами и тихо сказала:

— Скажите, мудрейший… вам нравится на Мирее?

Он лишь прикрыл на мгновение глаза.

— Беда идёт к нам. Ко всем нам, — продолжила она. — Я предпринимаю некоторые действия, но мы все должны сделать свой вклад.

Он затушил стлевшую самокрутку и слегка скривил рот.

— Я знаю, вам не нравится вмешиваться во все эти дела, но сейчас — исключение, мудрейший. Иначе я бы к вам не пришла.

Ха-Сэр, прикуривая вторую самокрутку, остановился и серьёзным, проникающим взглядом посмотрел ей прямо в глаза. Они сидели так некоторое время, а потом он произнёс:

— Я слушаю тебя, сильнейшая.

Многоликая мило улыбнулась и стала говорить. Много времени на разговор у них не ушло, и вскоре богиня покинула его спутник. А он сидел, отпивая маленькими глотками горячий отвар, курил и смотрел на Мирею.

За тысячи лет у него было немного воплощений: его ни разу не свергали, он чаще уходил сам. Бывало, что мир, в котором он воплощался, ему не подходил. Так было и в предыдущем до Миреи мире — там разумные пошли по другому пути развития, и кузнец был уже не нужен. Так, вися во мраке пустоты, он услышал зов… зов миллионов разумных, которым требовалось его искусство — и он снизошёл к ним.

С тех пор прошло почти тысячу лет и две войны, в которых великие воины держали в руках оружие его работы. И теперь, после затяжного затишья, похоже, грядёт третья.

Ему и вправду нравилось здесь. И если самая сильная богиня забеспокоилась, то и ему в этот раз не обойтись просто изготовлением оружия. Придётся нарушить свои принципы и внести свою лепту в судьбу этого мира.

Глава 26 Вход и благословения

Оракул переместил их не так далеко от края болота: это была небольшая роща. Если посмотреть назад, то можно было увидеть ненавистное болото, а впереди простиралась равнина, разбавленная то тут, то там такими же маленькими участками редких рощиц. Перемещение в этот раз прошло немного легче, но всё-таки не без последствий. Лишь Ингенс был в порядке и с сожалением смотрел на остальных.

— Ты же вроде тоже так умеешь? — спросила Элениэль, сидя на траве.

— Магия перемещения? — переспросил Ингенс.

— Угу, — промычала она, поскольку в этот момент пила воду из фляги.

— Да, могу. Но чтобы перемещаться куда-либо, надо знать координаты или побывать там хотя бы раз. Сейчас я могу переместить нас в любое место, где мы уже были.

— Понятно. Что, идём дальше? — посмотрела она на Стигура.

Он заторможенно повернулся и, прочистив горло, сказал:

— Клянусь силой, лучше я буду драться с ордой орков, чем вновь перемещаться с помощью этой вашей магии.

— Если бы не наша, как ты говоришь, магия, мы бы ещё целый день шли по болоту, — косясь на гнома, сказал Ингенс.

Элениэль отвернулась, и в её глазах набухли слёзы. Фло вовсе тихо захныкала, шмыгая носиком. Все замолчали: печаль и горечь утраты были слишком свежи, и любое упоминание о болоте напоминало им об их собственной глупости, из-за которой погиб Ондо.

— Ладно. Все пришли в себя? Двигаемся вперёд, — встряхнулся Стигур.

Вялые и подавленные, они двинулись по казалось бескрайним равнинам. Однако с каждым шагом все становились бодрее. Скай уже кружила вокруг отряда. Стигур и Грейс непоколебимой стеной шагали впереди. Фло без остановки болтала: её звонкий смех разносился по округе, а Элениэль и Ингенс невольно улыбались, слушая её.

Нет, они не забыли про своё горе. Но они должны идти дальше и победить, сделать то, ради чего всё затевалось. Лишь тогда жертва Ондо не будет напрасной.

Шли они не так чтобы долго, но пару-тройку раз пришлось переночевать. Всё было подозрительно тихо и спокойно: равнина, редкие рощи, где можно было укрыться в тени или пополнить фляжки свежей водой.

На третий день пути стало понятно, почему здесь так безжизненно.

Перед Стигуром и Грейсом, всё так же шедшими впереди, вдруг зашевелилась почва. Потом она стала подниматься, разлетаясь в стороны. Бойцы среагировали, встали в стойки и уставились в огромный глаз рептилии, который в свою очередь смотрел на них.

Глаз сузился, и из-под земли, стряхивая остатки почвы, поднялся… дракон.

— Назад! Назад! — завопил Стигур. Он принял боевую форму и закричал: — Бегите! Я задержу его!

Ингенс и Грейс переглянулись. В глазах читалось непонимание: гном паникует? Необычно. Стигур же, заслоняя их собой, уже сделал первый шаг к дракону, который поднялся в полный рост и, щурясь на свет, смотрел прямо на гнома.

Тогда Грейс подошёл и постучал перчаткой по его наголеннику, заорав вверх:

— Ты чего, командир?

— Разве не видишь? Земляной дракон!

— Вижу. А чего ты всполошился?

— Он нас всех положит! Бегите, я сказал! — почти сорвался на визг гном.

Грейс повернулся к Ингенсу, тот кивнул. Тогда палладин вновь постучал по ноге гнома:

— Успокойся. Давай мы с Ингенсом разберёмся. Снимай форму.

Гном уже хотел наорать на них обоих, но Грейс просто прошёл мимо и пошёл к дракону. Весело подпрыгивающий Ингенс шёл следом.

Подойдя почти вплотную, Грейс вытащил меч. Дракон зашипел, распахнул пасть. Стигур уже дёрнулся спасать друзей-идиотов, но…

Ингенс поднял руку к небу — и опустил.

С неба рухнули железные кандалы гигантских размеров, похожие на раму ворот. Они ударили дракона, прижав его к земле. Ингенс повторил движение — ещё и ещё — пока дракон не оказался полностью прижат и лишь бешено шипел.

Архимаг шагнул вперёд, направил посох — и луч, превращаясь в цепь, обвил пасть зверя, закрыв её.

Грейс спокойно подошёл и несколькими уверенными ударами отрубил дракону голову.

Гном подошёл, почесал затылок:

— И что это было?

— Это я у тебя хочу спросить, — ответил Грейс. — Чего так заволновался?

— Потому что видел настоящих драконов! — раздосадованно сплюнул гном.

— Эй! — возмущенно завопила Элениэль, которая уже пристраивалась к туше, держа в руке разделочный нож.

Стигур и Грейс только заметив недоумённо посмотрели на неё.

— Драконье мясо — это деликатес. Ещё спасибо мне потом скажете, — вздёрнула она носик и вновь стала примеряться к тушке дракона.

— Скажи, когда ты видел дракона в последний раз? — вдруг спросил Грейс.

— Известно когда. Где-то за пару лет до Великой войны и на ней… ну, на войне этой, — пробурчал Стигур.

Грейс улыбнулся и хлопнул его по плечу:

— Извини, друг. Я думал, ты заболел головой, я совершенно забыл, что ты — считай, с прошлого. Если это было бы в те времена, то тогда да, мы навряд ли бы выжили. А теперь, по истечению всего этого времени после войны, драконы… — он указал пальцем на труп. — Это всего лишь огромные ящеры, они тоже выродились. Нет, конечно, для простых разумных такая вот ящерка была бы ещё той проблемой, но для нашего отряда это так, — и он щёлкнул пальцем.

— Ясно, — нахмурил брови Стигур.

— Ты спрашивай, дружище, поверь, за четыре века очень многое изменилось, — Грейс улыбнулся и, хлопнув его по плечу, пошагал в сторону.

Стигур стоял и смотрел, как Элениэль залезла на дракона и что-то там вырезала, уже испачкавшись по локоть в крови, а Фло летала вокруг и, как всегда, пыталась помочь, но лишь мешалась.

— Здоровая тварь, — услышал он голос Скай, бесшумно подошедшей к нему.

— А что, раньше драконы были другими? — спросил Ингенс, подойдя следом.

— Раньше драконы были одними из самых могущественных существ. Почти иммунные к магии, их чешую практически невозможно было пробить, пламя, которым некоторые из них плевались, могло расплавить камень, а вдобавок они были очень умны и хитры. В войске императора были лишь два дракона, но и они положили столько разумных, что страшно даже подумать.

— А как же их можно было победить? — спросил Ингенс, очень внимательно слушая гнома.

— А это, мой юный друг, можешь спросить у вон того победителя драконов, — и он указал на Грейса, сидящего на камне и наблюдавшего за Фло и Элениэль.

Глаза Ингенса засияли, и он телепортировался к Грейсу, подняв облако пыли.

— Не слишком? — улыбаясь, спросила Скай. — Он же теперь от него не отстанет.

— Нууу, такой вот я вредный старый гном. Нечего издеваться надо мной, — с ухмылкой ответил Стигур.

Дойдя до очередной рощи, они расположились в ней на ночёвку и попробовали драконьего мяса, которое так восхваляла Элениэль. Оно и вправду оказалось очень вкусным, а Ингенс и Фло уверяли, что их магическая энергия восполнилась и укрепла.

На следующий день они упёрлись в препятствие, которое не ожидали здесь увидеть. Это были огромные ступени, край которых не был виден с земли. Каждая ступень была около десяти метров в высоту и пятнадцати в ширину. Сделаны они были из огромных валунов, аккуратно подогнанных друг к другу и стёсанных под ровным углом.

Отряд остановился перед ступенями, и все молча смотрели заворожёнными глазами на одну из загадок Миреи.

— Я читал об этом, но не думал, что это правда, — тихо произнёс Ингенс.

— Говорят, что в очень давние времена, когда даже богов не было на Мирее, здесь жили и правили великаны, — сказала Элениэль.

— Я уже однажды видел это, но всё равно каждый раз поражаюсь этим сооружениям. Кто мог такое создать, и какими огромными они были? — задумчиво сказал Грейс.

— Н-да, не хотел бы я с ними встретиться в бою, — пробасил Стигур.

— Они бы даже не заметили тебя и как насекомое прибили, — засмеялась Фло.

— Нууу, я бы побарахтался. Ладно, как будем преодолевать эти стены? — тут же добавил он, не давая возможности фее открыть рот.

— Надо лезть наверх, — предложил Грейс.

— И как ты это собрался делать? — сказала Элениэль.

Грейс пожал плечами и посмотрел на Ингенса, а он уже привычно для всех, открыв рот и задрав голову, смотрел вверх и даже не слышал происходящего вокруг.

Фло, летавшая вокруг и подметившая это, вытащила, казалось, из ниоткуда косточку какого-то фрукта и метким броском закинула её прямо в рот Ингенсу. Архимаг забулькал и выпучил глаза, пытаясь освободить своё горло от застрявшей там косточки. К нему быстро подбежали Элениэль и Скай и стали колотить его по спине, но без результата.

Тогда Стигур, неспешно подошедший вслед за ними, со всего маху так шарахнул Ингенса, что тот, вслед за тут же вылетевшей косточкой, полетел вперёд и упал плашмя в пыль.

Вскочив на ноги, он, весь в пыли и красным лицом, зло посмотрел на фею, а она закатывалась своим заливистым смехом. И глядя на неё, у всех непроизвольно натягивалась улыбка на лице, и даже пострадавший архимаг вскоре улыбнулся.

— Прибить бы тебя, — улыбаясь сказал он.

— Не сможешь, — тут же ответила фея. — Ты добрый, да и у меня есть мой Грейс, — прячась у него за спиной добавила она.

Ингенс задумчиво посмотрел на улыбающегося Грейса и быстро отвёл взгляд.

— А у него есть я, и я не добрая, — ответила на это Скай, отряхивая Ингенса от пыли.

— Ладно, хватит мериться… ммм… силой, — посмотрев на Скай, сказал Стигур. — Что там? Можешь нас переправить через эти ступени? Или будем обходить? Скай, далеко они простираются?

— Я далеко не разведывала, но точно не менее двух-трёх дней придётся обходить эту стену.

— Надо подумать… у меня есть заклинание быстрого портала, но я должен видеть конечную точку, — потёр подбородок архимаг.

После короткого спора, выход был найден.

Связавшись верёвкой, архимаг наложил на всех магию невесомости, а на Фло наложил всевозможные усиления, и она просто тянула их вверх, пока они болтались позади. Чем был плох этот способ — так тем, что невесомость не давала им возможности управлять своим телом: они просто висели в воздухе, и если бы их увидел враг, то мог бы расстрелять издалека.

Но всё обошлось, и отряд благополучно забрался на вершину ступеней. Когда Ингенс снял заклинание и все облегчённо приземлились на землю, первоначально казалось, что ничего не изменилось, будто бы та же равнина, только без встречающихся рощ. Просто бескрайняя степь без растительности и без единой живой души.

Скай закрыла глаза, глубоко вдохнула воздух. Крылышки её ноздрей зашевелились, уши дёрнулись. Она присела на полусогнутых ногах и положила руки на рукояти кинжалов. Ингенс беспечно подошёл к ней и, положив руку ей на плечо, сказал:

— Ты в поря…

Но не успел договорить — упал спиной на землю. Как только Скай почувствовала прикосновение, она стремительным круговым движением ноги сделала ему подсечку. И в тот же миг одним рывком подняла его на ноги.

— Прости, прости, — вновь отряхивая его, запричитала она.

Ингенс стоял столбом и даже не понимал, что произошло. Стигур оглядел степь и, переведя хмурый взгляд на тёмную, произнёс:

— Скай?

— Это запретные земли, — упавшим голосом ответила она.

— Но как? Мы же шли в обратную сторону от них, — удивилась Элениэль.

— Ты уверена? — спросил Стигур.

— Да. Я всю жизнь провела в таких степях. Единственное, что меня смущает — я не знаю этих мест.

— А ты что, знаешь все запретные земли? — с сияющими глазами спросил Ингенс.

— Конечно нет. Они, наверное, бескрайние, но… эти какие-то странные. Ммм… я не могу объяснить.

— Ладно. Что нас здесь ждёт? — вновь спросил гном.

— Я не знаю, — посмотрев ему прямо в глаза, ответила Скай. — Никогда не знаешь, что ждёт тебя в запретных землях.

Стигур помял нос, погладил бороду, задумчиво глядя на коричневую почву бескрайних запретных земель.

— Идём вперёд, нет смысла торчать здесь. Будем, как всегда, разбираться по ходу. Построение стандартное. Пошли!

И они пошли, медленно продвигаясь дальше по этой безжизненной земле. В разведке не было смысла, так как по сути они шли по открытой местности: лишь редкие валуны и полувысохшие колючки-кустарники виднелись повсюду. Но Скай всё равно то и дело отваливалась от отряда и исследовала окрестности.

На второй день пути вдали стала виднеться заснеженная гора. Вскоре стало понятно, что это целая цепь горных вершин. Воздух стал заметно холоднее, а кое-где даже лежал снег. Фло летала и веселилась, кидая снежками во всех подряд, пока окончательно не замёрзла и не притихла.

Когда они подошли к подножию, уже стемнело, и, разведя костёр, они устроились у него, греясь у огня. Разговоров не было — все были вымотаны и сильно замёрзли. На Мирее не было привычных времён года: все разумные жили на одном огромном материке, а тот, в свою очередь, делился на своеобразные биомы. На большей части была умеренная погода; иногда лили дожди, но не было ни жары, ни холода. В другой части материка была пустыня и ужасное пекло. Третья часть представляла собой горную местность с холодом.

Поэтому непривычные к такому климату разумные тяжело страдали. Особенно трудно было Фло: феи всю жизнь жили на солнечных полянах и плохо переносили перепады температуры. Она тряслась всем телом и стучала зубками, прижимаясь к Грейсу.

— Долго мы так не протянем, — с сочувствием глядя на Фло, сказал Грейс.

— Ничего не поделаешь. Придётся потерпеть. Назад идти некуда, а впереди только эти горы, — хмурясь ответил Стигур.

Разговоры стихли, и каждый думал о своём. Когда небо только начало сереть, а из-за гор показались первые лучи светила, отряд засобирался в путь: терять время они не хотели. Все уже были готовы и ждали Скай, которую Стигур отправил найти подходящий проход.

Ингенс сидел чуть поодаль и читал какую-то книгу.

— Интересная книга? — внезапно услышал он голос рядом.

— М-мм… — повернувшись, увидел разумного, сидящего рядом и со смешинкой глядящего на него. — Вы… вы кто? — запинаясь и пятясь, произнёс он.

Со стороны костра уже бежали Грейс и Элениэль, остальные тоже не отставали. Разумный встал и молча дождался, пока все добегут. Добежав, Грейс и Стигур остановились, пару мгновений ошеломлённо смотрели на него, а потом дружно бухнулись на одно колено. Элениэль, не понимая сути, но доверяя товарищам, тоже опустилась.

— Встаньте! — повелительно приказал разумный.

— Мудрейший, приветствую тебя, — поднявшись, учтиво сказал Стигур.

Ингенс рассматривал незнакомца: средний рост, обычное телосложение, седые волосы, лёгкая щетина, непропорционально могучие руки, добрые карие глаза со смешинкой, но глубокие, будто заглядывающие в душу. От него веяло могуществом — тихим, спокойным, мудрым.

— Истинный сын гор. И я приветствую тебя, — без пафоса ответил разумный. — Для тех, кто не знает: я Ха-Сэр, кузнец. И по просьбе моей знакомой прибыл сюда, чтобы оказать вам помощь.

— Мы почтём за честь, мудрейший, — поклонился Грейс.

— Начнём с тебя, великий палладин, — улыбнулся Ха-Сэр.

Он подошёл и вручил Грейсу щит из тёмного металла. Такой же получил Стигур. Элениэль — наручи лучника. Скай — новые кинжалы. Фло он погладил по голове и дал заколку, а Ингенсу — кольцо.

— Ну вот, вроде всё, — оглядев ошеломлённых друзей, сказал Ха-Сэр. — За оружие и доспехи ручаюсь: изготовлены лично мной и благословлены. Заколка и кольцо из старых запасов, но и на них моё благословение.

Вдруг он резко повернулся к Грейсу:

— Откуда у тебя этот доспех, палладин?

— Мы добыли его на болоте, — махнул рукой Грейс.

— А меч?

— Меч вручил мне отец… которому его даровал ты, мудрейший. А я передал его своему другу, — закончил Стигур.

— Ты сын Дрора? — удивился Ха-Сэр.

— Да. Я Стигур Стальной, сын Дрора Трудолюбивого.

Ха-Сэр слегка нахмурился и выжидающе посмотрел на него. Стигур опустил голову и замявшись, протянул своё чудо-оружие. Бог повертел чёрную палку и сжав двумя ладонями, прикрыл веки. Прямо на глазах, металл стал плавиться и принимать разные формы. Миг и в его руках было уже иное оружие — завершённое, божественного уровня.

— Я не люблю лжецов и воров, — сказал кузнец, глядя строго, — но понимаю тебя. И прощаю.

После он усовершенствовал меч Грейса и его доспех. И как только закончил, в небе грохнуло. Ха-Сэр взглянул вверх, нахмурил брови и ничего больше не сказав, исчез.

Все молча уставились в то место, где он только что стоял.

— Он что, бог? — пробормотал Ингенс, нарушая повисшую тишину.

— Он не просто бог, — ответил Грейс. — Он бог-кузнец. Самый уважаемый.

Фло вспыхнула:

— Он такой добрый! Если бы у меня не было Грейса, я бы полюбила его!

— Да зачем ты ему нужна, непоседа, — фыркнула Скай.

— А вот злючных вредин никто не спрашивал! — показала язык фея и умчалась. Скай бросилась за ней.

Грейс наклонился к поникшему Стигуру и прошептал:

— Что бы ты ни сделал… забудь. Сам бог простил тебя.

— Скай, — встрепенувшись, хрипло позвал Стигур. — Нашла что-нибудь?

— Похоже, там тот самый вход, — улыбнулась она.

— А почему сразу не сказала? — возмутилась Элениэль.

— Ну, вообще-то здесь бог одаривал нас, — возмутилась в ответ Скай.

— Хватит. Пошли, — буркнул Стигур.

Скоро они стояли перед простой дырой в подножии горы.

— А с чего ты взяла, что это тот самый вход? — спросила Фло.

— Я же не дура, как некоторые, — бросила Скай. — Спустила фантом из свитка, который дал Ингенс. Дальше, чуть глубже, есть ещё один проход, и оттуда идёт жар и странный запах.

Грейс и Стигур переглянулись. Гном, как обычно, помял нос, потрепал бороду и скомандовал:

— Спускаемся. Давайте уже закончим эту грёбаную миссию.

Глава 27 Демоны

Со спуском возникла некоторая заминка, так как он представлял собой просто вертикальную дыру у подножия горы. Ингенс, как обычно, предлагал свои магические услуги, но с некоторых пор Стигур очень невзлюбил магические способы перемещения и поэтому категорически был против. В итоге они пришли к варианту, который устраивал всех: привязали верёвку и воспользовались левитацией. По очереди, держась за верёвку для страховки, они спрыгнули вниз, а магия помогла мягко приземлиться.

Стигур и Грейс были первыми, и, приземлившись на скалистый пол пещеры, они сразу же приготовились к любым неприятностям. У Стигура непроизвольно натянулась улыбка на лице: как же он давно не был под землёй. Душа подземного жителя ликовала и трепетала, а зрачки его глаз то расширялись, то сужались, приспосабливаясь к темноте пещеры.

— Я ничего не вижу, — прошептал Грейс.

— Всё хорошо, зато я вижу. Если что — предупрежу, — ответил Стигур.

Дождавшись остальных и подождав немного, чтобы все освоились, гном скомандовал:

— Полная готовность! И посветите что ли.

С ладони Ингенса слетел маленький светящийся шарик и, повиснув над головами, неожиданно засветил ярким белым светом — и сразу ослепил всех. Проморгавшись, Стигур с упрёком посмотрел на архимага.

— Так ты же сказал, — широко улыбаясь, ответил Ингенс.

Стигур покачал головой и пробурчал:

— Долбаные маги. Не расходимся и потихоньку двигаемся, — чуть громче добавил он.

В пещере было прохладно; повсюду торчали сталактиты, а с них капала вода, падая на землю, отчего та была скользкой — это очень замедляло продвижение. Вскоре стало заметно теплее, а потом стал виден проход, и из него лился тусклый свет. Подойдя ближе, Стигур заглянул в проход и увидел лестницу, ведущую ещё ниже, а по стенам висели факелы.

— Фло, сюда, подстрахуешь, — шепнул он.

Они аккуратно и медленно двинулись вниз по лестнице. Стигур и Грейс всё так же шли впереди, но теперь между ними летела Фло и сосредоточенно вглядывалась вперёд. Когда лестница закончилась, они вышли в квадратное помещение — это явно было место охраны, но никого не было видно. Стигур повернулся, посмотрел на Фло, и она замотала головой.

В комнате было три двери, и одна была чуть приоткрыта, а за ней слышались странные звуки. Стигур поднял сжатый кулак вверх и жестами показал приготовиться, а сам потихоньку подошёл к приоткрытой двери… и тут же отлетел в сторону. Его щит вылетел из рук и покатился по полу с жутким грохотом — кто-то толкнул дверь с такой силой, что просто смёл не лёгкого гнома и откинул его на пару метров.

Дверь распахнулась, и, цокая по каменному полу, в комнату вышло нечто: красная рожица с острыми клыками и маленькими рожками на голове, чёрный тонкий хвост и копыта на ногах.

— Вы кто такие? — неприятным писклявым голосом сказало существо.

Все опешив стояли и глазели на него.

— А ты кто? — спросил любопытный Ингенс.

— Я бес-охранник, и вас здесь не должно быть, — ответил бес и коротко свистнул.

Из той же двери вышли ещё два беса и, достав плети, грозно уставились на незваных гостей.

Стигур встал с пола и тут же кинулся в сторону бесов…

Бесы не были так сильны, как показалось, но они были очень быстры и проворны. Стигур хотел врезаться в тройку бесов, разметав их, но не тут-то было — они шустро рассыпались в стороны и стали дружно хлестать его своими плетями.

Элениэль достала кинжал и вместе с Грейсом взяла на себя одного из бесов. Она была бы не прочь расстрелять их из своего лука, но комната была слишком мала. Скай, проявившись из тени сзади одного из бесов, стала сражаться с ним, а Фло поддерживала всех почти без перерыва, так как плети бесов были непросты: они с одного, реже с двух ударов, снимали щит, который тут же возобновляла фея.

Ингенсу не оставалось ничего, кроме как помогать Фло и нет-нет затормаживать или пытаться достать единичным атакующим заклинанием бесов.

Вскоре стало понятно, как бес открыл дверь с такой силой, что снёс гнома. У них была особая способность: отскакивая на некоторое расстояние, бес останавливался на мгновение — и в его ногах что-то щёлкало, а потом он прыгал на противника и с такой силой лягал своими копытами, что это было сродни удару тарана.

Такой удар достался Грейсу: бес лягнул его, и через щит, которым он прикрылся, прошло что-то вроде воздушной волны. Прогудев, она врезалась в тело паладина, и того отбросило на стену.

Скай, не уступавшая бесу в скорости, первой расправилась со своим: сначала она подрезала ему ноги, а потом сдвоенным ударом своих кинжалов полоснула по горлу и лицу. Бес забулькал кровью и стал заваливаться, но Скай уже пропала и появилась за спиной у второго, который атаковал Стигура.

Гном уже получил пару усиленных ударов копытами, и, если бы не божественный доспех, ему, вероятно, было бы не продолжить бой. Скай нанесла пару резких ударов, а Стигур сразу же вбил свой боевой топор в голову противника.

Элениэль и Грейс уже тоже расправились со своим бесом и стояли тяжело дыша. Наконец, отдышавшись, Элениэль сказала:

— Это и есть те самые демоны?

— Я думаю, это всего лишь привратники. А дальше нас ждёт не самая приятная прогулка, — вытирая пот, ответил Грейс.

— Не знаю, демоны они или нет, но теперь понятно, почему нам рекомендовали не вступать в затяжную схватку. Даже если наш архимаг вступит в бой, то всё равно — если это лишь привратники, нам не устоять, — сказал гном и поморщился.

— Ты ранен? — встревоженно подошёл к нему Ингенс.

Несмотря на доспех, Стигуру досталось: у него были переломаны рёбра. Исцелив его и немного придя в себя после такой встряски, они стояли у двери, которая должна была вывести их отсюда, так как вторая дверь вела в что-то вроде комнаты отдыха, а та, из которой вышли бесы, была подобием кухни. Лишь заглянув в неё, Скай отбежала в сторону — её вырвало. Там лежали ошмётки чьей-то плоти, и повсюду была кровь.

Ступив за дверь, они попали в зал со спиралевидной лестницей посередине. По сути, там была только лестница, так как лишь прямоугольные пролёты между витками можно было считать этажами, а пролёты были не особо велики — лишь немного больше той комнаты, из которой они вышли. И в каждом пролёте была дверь, ведущая неизвестно куда.

Двигались цепочкой, и, когда прошли пару пролётов, Грейс удержал идущего впереди Стигура и прошептал:

— Куда мы идём? Может, стоит осмотреться здесь?

Но, посмотрев ему в глаза, он увидел растерянность. Помедлив, он повернулся к двери напротив, приложил ухо, прислушался, а затем тихонько толкнул её.

Там было темно и тихо, поэтому, показав всем, чтобы ждали снаружи, он вошёл внутрь. Через пару мгновений выглянул и поманил остальных.

Когда все вошли, Грейс попросил Ингенса посветить, но не так, как в прошлый раз. Пока архимаг думал, крылышки Фло засветились не очень ярким светом.

Грейс взглянул на неё, и увидел, что она тоже смотрит на него и широко улыбается.

— Красиво? — спросила она.

— Ты просто прелесть, — улыбнувшись, ответил он.

— Я всё понимаю, но вы правда думаете, что сейчас время для этого? — зашипела Скай. — Что делать будем?

Грейс неохотно отвернулся от сияющей Фло и посмотрел на тёмную. Потом будто опомнился, резко схватил за грудки Стигура:

— Что с тобой, командир? Ты погубишь нас всех!

— Я… я… — замямлил гном, и это поразило всех: они впервые видели его таким.

Элениэль мягко сказала:

— Всё в порядке. Что случилось?

Стигур покачнулся, провёл рукой по лицу и тяжело вздохнул.

— Понимаете… я же не разведчик или тайный убийца. Я умею командовать в открытом поле или при прямом столкновении. А здесь… я просто не знаю, что делать. Может, передадим лидерство Грейсу или Скай? Ведь это её стезя.

Скай тут же отступила назад и замотала головой. Грейс же сказал тихо, без упрёка:

— Ты наш командир. И с самого начала мы доверяли лишь тебе. Не стоит напоминать, что мы все здесь не просты. Но, командного опыта нет ни у кого. Да и богиня не просто так сделала тебя лидером. Ну и главное — ты наш друг. Что бы ты ни решил, мы сделаем и примем это без сомнений. Так что давай. Включай голову и командуй.

Стигур поднял голову. Взглянул каждому в глаза — и увидел там поддержку и решимость. Грейс вновь положил руку ему на плечо, Фло уселась на другое плечо и обняла его, прижавшись к щеке.

— Спасибо. Простите меня. Вы правы, это моё бремя.

— Только учти, что просто так я не умру, — грозно сказал Грейс, но сиял довольной улыбкой.

Они разработали план. Очень простой: Скай и Фло выходят и проверяют комнаты по очереди, начиная с самого первого пролёта. Когда находят ту, где кто-то есть, Фло возвращается, и всей группой они зачищают помещение. Так — до тех пор, пока не найдут того, за кем пришли.

А, проверяли так: Скай прижималась к двери и пыталась услышать, своим чутким слухом, что там происходит, а Фло, приняв первую форму, вовсе могла заглянуть под дверь.

Но всё пошло не так гладко: почти все комнаты были пусты.

Но не совсем, конечно, пусты — там был какой-то хлам, в некоторых даже оружие и непонятные предметы, но живых не было.

Так первая вылазка затянулась на очень долгое время, и сидящие в комнате друзья заволновались о судьбе девчонок. Но те догадались прийти за ними, и весь отряд дружно переместился на пять пролётов вниз.

Во второй раз им, если это вообще можно так назвать, повезло: практически сразу Фло вернулась и позвала их за собой. Буквально на следующем пролёте от того, где они остановились, у двери стояла Скай и, прислонившись к ней, сосредоточенно слушала, что за ней происходит.

Подошедший первым Стигур посмотрел на неё, и она показала четыре пальца. Кивнув, он оглядел остальных. Однако остальные выглядели не очень: долгое ожидание и первая стычка не прошли бесследно. В глазах и в действиях чувствовались неуверенность и страх.

Стигур глубоко вдохнул и приблизился почти вплотную, говоря едва одними губами:

— Сегодня я проявил слабость, но я забылся и позволил забыться вам. Мы должны помнить, что мы лучшие. Нас выбрала сильнейшая богиня Миреи. И какие-то демоны или ещё кто бы то ни было не могут просто так сломить нас. Вместе мы преодолеем все преграды, уготованные нам, и после будем праздновать свою победу и смеяться над тем, как сомневались в своих силах.

Он выдохнул и по очереди заглянул каждому в глаза, стараясь передать свою уверенность. Похоже, ему это удалось: в глазах остальных стал разгораться азарт и предвкушение боя.

В комнате оказалось четыре беса, и отряд справился с ними уже без особых проблем. Так и продвигались: находили, уничтожали и опять ждали.

Они прошли уже около тридцати пролётов. Встречали только бесов. Лишь однажды, во время зачистки очередной комнаты, снаружи ворвались пара бесов с какими-то ужасными псами на привязи. С бесами разобрались почти сразу, но вот с собаками пришлось повозиться, и не обошлось без ранений: одна из псин вцепилась мёртвой хваткой в ногу Стигура, и он потерял немало крови, пока наконец Ингенс не исцелил его.

Дальше продвигались без неожиданностей, и это вскоре превратилось в рутину. Все были вымотаны морально, да и физически не находились в лучшей форме. Сколько они уже находились в этом мрачном месте — было непонятно.

В таком состоянии они подошли к следующей двери, к которой привела их фея. Отсюда было видно, что пролётов оставалось всего ничего, а внизу виднелся огромный зал с кучей проходов.

Лишь подойдя к Скай, стоявшей у двери, стало понятно, что в этот раз не обойдётся одними бесами. Стигур вопросительно изогнул бровь, и Скай пожала плечами, немного подумала и прошептала:

— Очень странные и непонятные… мм… звуки.

Даже в полумраке заметно было, что она покраснела.

Войдя, как обычно, первыми, Стигур и Грейс застыли, даже не подняв своего оружия. Непривычно большая комната была заставлена свечами, а посередине были привязаны к столбам люди. Они были истерзаны и еле слышно стонали.

Около стояла почти обнажённая девушка — так показалось на первый взгляд, но когда она обернулась, стало ясно, что это вовсе не милая девушка.

Существо женского пола, красноватая кожа, маленькие рожки на голове, иглообразные белые клыки, длинный хвост с острым наконечником. Он был прижат к её ноге, поэтому не сразу был заметен. Фигура же была близка к идеалу, и с учётом почти полного отсутствия одежды — это заморозило всех мужчин отряда.

Обернувшись, суккуб на мгновение удивилась, но тут же её лицо исказила хищная улыбка.

— Ооо, а кто это тут у нас? — томным, чуть хрипловатым голосом сказала она.

— Смерть твоя, — резко сказала Скай, пытаясь отвернуть лицо Ингенса, который не мог отвести взгляд.

Суккуб завораживающе засмеялась.

— Я высший суккуб. Ты понимаешь, какой силой надо обладать, чтобы меня убить? Если бы вы все на меня накинулись — возможно, был бы шанс. Но сейчас… ваши мужчинки не в деле, а вас всего двое. Думаю, шансов нет вовсе.

— Нас трое, а сейчас будет шестеро, — вылетела из-за спины Грейса Фло и махнула своей палочкой.

Искорки посыпались вокруг них и, засверкав, прилипли к мужской половине отряда. В тот же миг Стигур, Грейс и Ингенс встряхнули головами, и в их глазах появилось осмысленное выражение.

— Фея… — зашипела суккуб.

Взмахнув хвостом, резко удлинившимся, она попыталась хлестнуть Фло, но удар звонко ударил по щиту, который подставил Грейс.

Суккуб облизнула чёрным языком свои губы, но искорки всё так же висели на воинах и слегка потрескивали.

И в её руке появилось короткое копьё.

Стигур и Грейс шагнули вперёд, и началась ожесточённая схватка.

Стигур и Грейс рубились в ближнем бою, Скай кружила вокруг и нет-нет стремительно атаковала. Элениэль, пользуясь тем, что комната была большая, наконец могла стрелять из лука. Фло поддерживала всех щитами и усилениями, а Ингенс пытался замедлить или удержать суккуба, хотя из-за боя в ближнем радиусе заклинания он выпускал редко — слишком высок был риск задеть своих.

Такого напора выдержать казалось невозможным: отряд одновременно атаковал и в ближнем бою, и издали, да ещё и с магической поддержкой. Но суккуб с лёгкостью отбивала все атаки — и физические, и магические. Она буквально танцевала под градом ударов, умело орудуя своим коротким копьём, встраивая удары хвостом в каждую серию движений.

После очередной атаки Ингенс остановился на мгновение, затем резко подбежал к Фло и что-то зашептал ей на ухо. Повернувшись к Стигуру и Грейсу, он закричал:

— Браслет! Браслет на левой руке! Снимите его!

Суккуб резко обернулась к нему, зрачки сузились, но в этот момент Фло махнула палочкой, и целый рой светящихся насекомых сорвался к демонице. Та отмахивалась, шипела и пыталась сбить их хвостом.

Скай не упустила момент: она влетела в суккуба и связала её боем, а Стигур обеими руками ухватился за левую руку демоницы. Суккуб зашипела и хлестнула его хвостом несколько раз, один удар пришёлся в лицо — кровь потекла по рассечённой брови, но гном лишь крепче вцепился в руку.

Когда суккуб мощным движением отбросила Скай и уже замахнулась копьём, чтобы вонзить его в Стигура, подоспел Грейс. Почти без замаха, коротким резким движением он срубил левую руку суккуба.

Стигур вместе с отрубленной рукой упал на пол. Суккуб не издала ни звука — только перекосила лицо, и тут же, резко развернувшись, метнула копьё в Ингенса. Архимаг одновременно выпустил в неё заклинание.

Копьё пролетело несколько метров за долю секунды, врезалось ему в плечо и протащило дальше, пришпилив к стене.

Фло и Элениэль кинулись к нему, пытаясь освободить. Суккуб замерла: её ноги были намертво приморожены к полу. Но она не пыталась вырваться — лишь подняла голову, улыбаясь. Из обрубка руки толчками текла чёрная кровь.

Она посмотрела своими вертикальными красными зрачками на Стигура и Грейса и томно произнесла:

— Вы все здесь умрёте.

— Это мы ещё посмотрим, — пробасил Стигур и снёс ей голову.

Не успело тело упасть, как за привязанными людьми раздался грохот. Дверь сорвалась, и вышел маленький бес. Он дошёл до трупа суккуба, выпучил глаза, посмотрел на Стигура и Грейса.

Потом стал шарить руками по поясу, явно что-то нащупывая, вытащил похожую на раковину вещицу и дунул в неё. В его голову тут же воткнулся нож, брошенный Скай.

— Что рты раззинули, будто беса не видели? Мы сегодня их уже целую кучу поубивали, — пробормотала она, вытаскивая нож.

— Ммм… да что-то не знаю… может, магия вот этой ещё не развеялась, — ткнул ногой труп суккуба Грейс.

— Пошли отсюда. Этот не просто дудел в свою раковину, — Скай заозиралась. — А Ингенсу плохо.

— Кого вы там поубивали? — раздалось из темноты.

Все обернулись. Из мрака вышел огромный демон. С первого взгляда было ясно, что это — не бес, не суккуб, а высшая тварь: четырёхрукий двухметровый громила с полуметровыми рогами и ужасающей мордой.

Он вышел в свет и посмотрел на трупы.

Скай тут же метнула пару ножей, но он лишь чуть повернул корпус — лезвия звякнули о доспехи.

Стигур и Грейс не дрогнули и атаковали первыми, но демон даже не отступил. Две верхние руки скрестил на груди, а двумя нижними отбивал удары, не вытаскивая оружие из ножен. Два меча висели на поясе, ещё два — на спине.

Наконец, ему надоело играть: шаг в сторону — мощнейший удар и Грейс отлетает к двери.

— Стигур! Боевая форма! — закричала Скай.

Гном огляделся: места было мало.

— Невозможно! Слишком тесно! — рявкнул он.

Они снова бросились в бой. Но теперь стало ясно: разница сил колоссальная. Суккуб держалась за счёт ловкости; демон же просто давил грубой мощью.

— Назад! Все назад! Я помогу! — крикнул Ингенс.

Он поднял посох, выкрикивая заклинание. На навершии образовался огненный шар, внутри которого мелькали молнии и огни. Убедившись, что все отступили, он бросил его.

Шар врезался в демона и взорвался. Волна отбросила всех к стене.

Шмякнувшись о стену, Элениэль вскочила и подбежала к Ингенсу, который сидел у стены и стонал.

— Ты в порядке? — взволнованно спросила она.

— Ты как, Ингенс? — Скай подбежала, ощупывая его и крича почти в ухо, видимо после взрыва её оглушило.

— Всё хорошо, хорошо. Я просто ударился головой, — отмахнулся он.

— Ха-ха! А ты неплох, маг, — раздался насмешливый голос из пламени, где должен был быть демон. — Но ты, видимо, не знаешь, что мы, демоны, вышли из первородного пламени, и оно нам благоволит.

Пламя рассеялось, и демон вышел из него целый, невредимый.

Ингенс вскочил, покачнулся, но тут же кинулся вперёд и стал швырять в демона всё подряд: каменные диски, сосульки, воздушные волны, огненные шары. Демон хохотал и, раскинув руки, принимал всё на грудь без малейшего вреда.

— Этого мало, малец! Ну же! Давай как в первый раз! — насмешливо сказал он. Но Ингенс будто не слышал и продолжал.

— Успокой его. Отходим! Перегруппируемся и нападём вновь, — Стигур слегка коснулся Скай. Та схватила Ингенса за мантию.

— Хватит! Уходим, Ингенс!

Архимаг обернулся. В глазах всё ещё блестело безумие. Скай обхватила его руку и что-то прошептала. Он стиснул зубы, еле слышно выдохнул, но подчинился.

— Ладно, вы мне надоели, — зарокотал демон. — Я покажу тебе силу первородного пламени, мальчишка.

Выставив четыре руки вперёд, он гаркнул заклинание. Между ладонями вспыхнул ярко-красный огненный шар, и из него вырвалась струя огня невероятной силы. Жар был таким, что мантия Ингенса сначала затлела, потом вспыхнула.

Лишь Скай спасла его: сорвала горящую ткань и отбросила. Фло подлетела и добавила силы щиту Ингенса. Но даже так было тяжело: щит трещал, оседал, дрожал.

Ингенс взглянул на Скай. Его руки дрожали, ноги подкашивались, но он всё равно улыбнулся ей и едва заметно кивнул. Он отодвинул Фло за спину и поднял посох. Его глаза вспыхнули синим светом.

Щит усилился.

Скай, стиснув зубы, подхватила фею и вскрикнула:

— Уходим! Уходим! Ингенс справится!

Они уже знали силу архимага. Никто не сомневался. Поэтому сразу же рванули прочь.

Тем временем Ингенс продавливал пламя демона. Тот был ошарашен такой мощью и только усиливал свой поток огня.

Ингенс тяжело ступал по расплавленному полу. С натугой поднял посох над головой. Когда до демона оставалось лишь пару метров, а посох был высоко, архимаг выкрикнул:

— Сила богини — явись!

С посоха сорвался маленький светящийся шарик. Над головой архимага закружили сферы разных цветов, затем одна за другой влетели в шар. Он вспыхнул всеми цветами, переливаясь, и полетел к демону.

Слегка ударился о его грудь. Демон озадаченно посмотрел на шар, затем на Ингенса. Ухмыльнулся.

Ингенс улыбнулся ему в ответ.

— Покарай.

Шар взвыл, заискрил и взорвался.

Взрыв был такой силы, что эхо разнеслось по всем этажам. Пыль и ударная волна вырвались из комнаты. Грейса, который уже бежал обратно и держал Ингенса, чуть не выбросило за перила. Элениэль рывком схватила его и удержала. Стигур подскочил и вытянул всех троих.

Потолок комнаты обрушился. Пыль клубилась так, что ничего не было видно. Но снизу уже доносились очень нехорошие звуки.

— Уходим? — спросила Скай, озираясь как зверёк в капкане.

— Нельзя. Нам нужно его сердце. Иначе всё напрасно, — выдохнул Стигур.

— Сейчас мы сдохнем, и тогда точно всё напрасно! — сорвалась Скай.

Гном посмотрел на вялую Фло, на без сознания лежащего Ингенса. Сжал кулаки.

— Отступаем.

Грейс и Скай подхватили архимага. Элениэль указала вниз: снизу к ним поднимались около тридцати бесов, и поднимались быстро.

— Мы прикрываем! Вы — несите его! — пробасил Стигур.

— Не получится… — тихо сказал Грейс.

Стигур резко развернулся и увидел: позади, из кучи обломков, поднялся демон. Покрытый пылью, без одной руки, весь израненный. Доспехи разорваны, рога обломаны, пол-лица содрано до кости. Один глаз отсутствует. Но он жив — и не просто жив, а в ярости.

Снизу уже ревели бесы. Демон кровью на полу начертал символ и гаркнул. Вспышка — и рядом появились два суккуба.

Скай потрясла Ингенса, хлопнула по щеке. Он открыл глаза.

— Давай, очнись, ты нам нужен.

Демон с суккубами и бесы медленно, но неотвратимо сжимали их в кольцо.

Скай отбросила плащ, вытащила два кинжала, хищно оскалилась. Грейс и Элениэль тоже приготовились.

Стигур словно непробиваемый таран, ринулся в толпу бесов. Скай закружила среди них, вспарывая глотки. Грейс и Элениэль держались против суккуба, но та явно была сильнее предыдущей.

Бесы бесконечно прибывали.

Скай крикнула:

— Стигур! Помоги им! Я справлюсь!

Гном взглядом оценил поле боя и кивнул. Принял боевую форму и тяжело зашагал на помощь. Схватил одну из суккуб за голову и стал с размаху бить её о пол.

Не принимающий участие демон, выхватил меч и метнул его. Меч пронзил ногу Стигура насквозь, пригвоздив его к полу.

Пока гном дёргался, пытаясь высвободиться, он прыгнул и обрушил на Стигура свой ураган ударов. А в довершение, пронзил живот, поднятым копьём суккубы.

В этот момент в демона вцепились полупрозрачные магические цепи от посоха Ингенса. Тот был бледен, дрожал, но держал.

Стигур бросил суккуба на пол и вогнал ей в грудь секиру, затем ударил по плечу демона с такой силой, что отрубил ему вторую руку. Демон взревел и окутался яростным пламенем.

Жар был невыносим и Стигур отступил, а Ингенс рухнул на колено.

Скай уже выбила последних бесов. Её дыхание было сбивчивым, кожа — в крови.

Она увидела, что бесы снизу больше не идут.

— Уходим! — крикнула она.

Стигур подхватил, обесилившего архимага и присоеденился к группе, а после они стали быстро отступать.

Но демон догнал их слишком быстро.

Начался последний бой.

Грейс отпустил Стигура, бросился вперёд, выставил щит и принял на себя удар демона. Его отнесло назад, он заскользил, упёрся в низкий бордюр, который сотворил Ингенс. Стигур, бледный, истекающий кровью, встал рядом с ним, превратил своё оружие в щит и тоже выставил его.

Фло быстро исцелила его, остановила кровь, но этого было мало: раны были слишком серьёзными, а обломок копья всё ещё торчал в животе. Фея оглядела потрёпанных друзей и печально улыбнулась. Ингенс и Элениэль торопливо переговаривались, пытаясь найти выход. Демон бешено атаковал, щиты трещали, и после каждого удара приходилось обновлять защиту и исцелять их.

— Сейчас я оттолкну его воздушной волной, а потом поставлю земляные преграды, — затараторил Ингенс. — Тогда быстро бежим в проход, и я его запечатаю.

Фло встретилась с ним взглядом и покачала головой. Ингенс побледнел, шагнул к ней и схватил за руку.

— Нет. Мы справимся. Как всегда справлялись… — прошептал он.

— Не в этот раз, шибанутый ты архимаг, — непривычно грустно ответила она.

— Подожди, Фло. Дай мне попробовать.

Она пожала плечами и отошла.

— Готовы? Давай! — крикнул Ингенс.

Он выпустил сразу несколько мощных воздушных волн, и они оттолкнули демона, даже частично затушив его пламя. Отряд рванул внутрь прохода. Ингенс стал возводить преграды: земляные, каменные, ледяные. Он выкладывался полностью, но демон всё сносил. Его рев становился всё ближе.

Когда до них оставалось совсем мало, Фло оттолкнула Ингенса и встала спиной к выходу. Её крылышки выросли, расширились, полностью перекрыв проход. Она взмахнула палочкой, накладывая усиления, когда демон врезался в неё. Фло пошатнулась, но не упала. Демон отскочил: её щит он пробить не смог.

Грейс с расширенными от ужаса глазами подошёл к ней, стоя на негнущихся ногах.

— Фло… Давай, отходи! Пошли отсюда… — хрипло сказал он.

Фло улыбнулась и покачала головой.

— У вас мало времени. Не теряйте его, — сказала она, и по её щеке скатилась слеза.

Демон бушевал снаружи, бил, жёг огнём, но Фло держала оборону.

— Флоо! Идём! Хватит! — закричал Грейс.

Фея посмотрела на него так тепло, как никогда.

— Может, в следующей жизни мы снова встретимся. Я буду искать тебя, Грейсик. Ты же знаешь меня… я точно найду, — сказала она своим озорным голоском, прижав руки к груди. Она засветилась, а затем протянула ему свои ладони.

На них лежало маленькое зёрнышко.

— Это моя суть. Кому, как не тебе, её доверить?

Она вложила зёрнышко в руки Грейса, погладила его по щеке и заглянула в глаза.

— Ты мой палладин. Ты должен завершить всё. Понял?

Грейс лишь кивнул.

— Всё. Бегите! Он скоро пробьётся! — воскликнула она.

Ингенс коснулся её руки, резко отвернулся и зашагал по коридору. За ним пошла Скай. Элениэль в слезах обняла Фло и тоже ушла.

Стигур стоял и смотрел на фею. Потом улыбнулся и пробасил:

— Ещё увидимся, малая.

— Непременно, дядька Стигур, — показала она ему язык.

Грейс стоял, не двигаясь. Элениэль, Скай и Ингенс вернулись, схватили его и утащили дальше по коридору. Он сначала шёл, опустив голову. Потом поднял взгляд, увидел Фло — и сорвался.

— Нееет! Флоо! Пожалуйста! Не надо! Флоо!

Но друзья крепко держали его, затаскивали вглубь прохода. Его крик стихал, исчезал.

Фло ещё раз улыбнулась своим мыслям. Поморщилась от удара демона за спиной и закрыла глаза. Её тело вспыхнуло светом — ярче, чем когда-либо.

А, после раздался взрыв.

Такой силы, что даже стены задрожали. Демона тут же отбросило назад, а проход засыпало камнями.

Глава 28 Жертва

Пробежав весь коридор, который оказался довольно-таки длинным, они вновь оказались в квадратном зале с несколькими проходами. Войдя в один из них, решили притаиться здесь и перевести дух. Ингенс, бегая туда-сюда, осматривал и по возможности исцелял друзей. Его силы были явно на исходе, но он, сжимая зубы, не жаловался и делал всё, что мог. Оставшись без своей мантии, он выглядел непривычно и даже немного смешно: белая рубаха и обтягивающие короткие штаны были ему явно малы, а при его щуплом телосложении он вообще выглядел как сельский мальчишка-оборванец.

Грейс молча сидел у стены и смотрел в одну точку, не реагируя на происходящее. Никто его не трогал — все понимали, что он чувствует, так как остальные тоже очень любили Фло, и её гибель сильно потрясла отряд.

Стигур выглядел совсем плохо. Несмотря на то, что Ингенс постоянно накладывал на него магию исцеления и вытащил обломок копья, который всё это время торчал из его живота, он чувствовал, что это не особо даёт результат. Очень много серьёзных ранений было получено, и крови он потерял немало. Поэтому, когда Ингенс в очередной раз подошёл к нему, он схватил его за руку и, отодвинув её, медленно покачал головой.

— Хватит, малец. Силы тебе ещё пригодятся.

Все сразу затихли и уставились в его сторону.

— Ты чего говоришь? Я исцелю тебя, иначе тебе худо придётся! — срывающимся голосом сказал Ингенс.

— Прекрати. Я… мне конец. И поэтому слушайте мою последнюю команду.

Ингенс открывал и закрывал рот, силясь что-то сказать, а на его глазах набухали слёзы. Стигур нахмурился и, схватив его за грудки, гаркнул:

— А ну отставить слёзы, боец! Подойдите ближе, все, — уже тише добавил он.

Когда все подошли, он повернулся к Грейсу, который смотрел на него, но всё так же сидел на своём месте.

— Ты, Грейс, возьмёшь на себя дальнейшее командование, и меня не волнует твоё моральное и душевное состояние. Ты должен… в память о Фло и обо мне, если считаешь меня другом, ты выполнишь мою последнюю просьбу. Вы все слушайте его как меня. Если не он — никто не доведёт дело до конца.

Он вновь посмотрел на палладина и тот, чуть помедлив, кивнул.

— Вам нужно двигаться из зала в зал и в каждом встречать этого урода и наносить ему урон. Ингенс и Фло уже начали это, и в конце вы его одолеете. Сейчас Скай разведает путь, и вы пойдёте дальше, подготовитесь и встретите его. А потом снова, и снова, пока он не сдохнет. Последней должна остаться Элениэль.

Все дружно перевели взгляд на неё. Она замялась и уже открыла рот, чтобы сказать, но гном поднял свою руку, останавливая её.

— Всё, что вам нужно знать, так это то, что вот это… — он дотронулся до книги, висящей у Элениэль на поясе, — там есть всё, чтоб закончить наше задание.

— Я… я хотела… — начала сбиваясь Элениэль.

— Ты сделала всё правильно, иначе ничего бы не получилось. Это бы отвлекало нас. А теперь, Скай, беги. И потом идите. У вас много работы.

Скай молча кивнула и помчалась в один из проходов, а Стигур повернулся к Ингенсу и серьёзно сказал:

— Ты величайший из всех магов, которых я видел, а я видел самого сильнейшего архимага, который стоял в одном ряду с князем эльфов и моим отцом. И сейчас могу уверенно тебе сказать, что ты уже сильнее его, просто у тебя ещё мало опыта. Но не зазнавайся. И помни, что сильнейшим быть мало.

Стигур закашлял кровью и усмехнулся, потом кряхтя встал и, посмотрев на вернувшуюся Скай, произнёс:

— Давайте без всех этих соплей. Я не люблю этого. Просто идите и сделайте своё дело.

Несмотря на просьбу, Ингенс и Элениэль бросились и обняли его. Когда он их оттолкнул, к нему подошла Скай и протянула руку. А после и Грейс, подойдя, крепко обнял и прошептал:

— Я всё сделаю, дружище. Можешь на меня положиться.

— Как всегда, друг. Встретимся на полях вечного боя. И думаю, это тебе пригодится больше, — и он протянул ему своё оружие.

После завершения богом оно не выглядело как палка, оно всегда было в форме оружия. Сейчас Стигур протягивал короткий меч.

Грейс внимательно посмотрел на гнома и принял оружие.

Когда все ушли, Стигур присел к стене и, достав трубку, закурил. У него осталось не так много сил, но теперь нет смысла экономить — её можно выкладывать до конца. Докурив и сделав пару глотков из своей фляги, он встал напротив прохода, так как услышал звук приближающихся шагов.

— Давайте, уроды! Я вам покажу, за что меня прозвали Стальным! — крикнул он в проход.

Он принял боевую форму и упёрся в потолок головой. Комната была мала, но это не остановило его. Он присел, и когда первые бесы стали входить в помещение, в них полетел град из оружия. Стигур доставал из своего пространственного кармана всё новое и новое оружие и метал его в толпу.

Копья, алебарды, мечи и топоры летели в толпу бесов. Так как коридор был узким, вскоре там образовалась гора трупов. Когда оружие закончилось, он достал последний щит и секиру и принялся ждать. Без своего оружия в форме это было ему не по руке, но и сил поддерживать форму оставалось совсем немного, поэтому он ждал, чтобы сделать последний удар по демону.

За горой трупов копошились бесы и пытались проникнуть в комнату. Вдруг там кто-то заскулил, и затор из мяса буквально разлетелся в клочья, а в комнату зашли несколько суккуб и ещё пара почти таких же уродов, как демон, с которым они сражались.

Они, рассредоточившись по комнате, окружили Стигура и мерзко смеясь, хлестали и тыкали его своим оружием. А он, по возможности закрываясь, терпел и ждал. Наконец в комнату вошёл тот самый демон, и гном, взревев как раненый кабан, размахнулся своей секирой и разрубил впереди стоявших бесов и пару суккубов.

Отбросив щит, он двумя руками, взявшись за секиру, одновременно заваливая своё тело на демона, нанёс свой последний удар. Демон, изящно повернув корпус, пропустил секиру мимо себя, и она с треском впилась в каменный пол. Но Стигур учёл этот момент, и поэтому вместе с ударом начал заваливать своё тело вслед за секирой на демона. Всей своей массой в боевой форме упал и придавил его.

Он почувствовал, как сзади стоящие уроды — демоны и суккубы — стали рубить его тело, но он старался не обращать на это внимания. Он бил своей головой в шлеме, придавленного демона. Тот сопротивлялся, ворочался и пытался удержать закованную в сталь голову Стигура, но это было напрасно. Гном шёл в свой последний бой — смертельный бой — и терять ему было нечего.

Его тело было изрублено, глаза и лицо истерзаны лежащим демоном, но он не останавливаясь наносил удар за ударом.

И тогда, весь в крови, демон воспламенил своё тело. Стигур заорал от боли — горящая плоть шипела и бурлила — но он всё равно не останавливался, пока искра жизни не покинула его растерзанное тело.

Демон скинул с себя мёртвое тело. Боевая форма, естественно, слетела после его смерти, и теперь на полу лежало обгорелое и изрубленное тело обычного гнома. Он посмотрел на него и вытер свою чёрную кровь с лица, а потом пнул труп Стигура и, принюхавшись, указал в один из проходов. Два демона и пара оставшихся суккубов вслед за уже не такой огромной толпой бесов пошагали туда.

Отряд остановился в похожей комнате, где они оставили Стигура. Грейс, Элениэль и Ингенс стояли кружком и обсуждали план, а Скай сидела в стороне и наблюдала за ними. Её мысли были совсем не о том, что, возможно, они все погибнут здесь, или о том, что стоит обсудить план вместе со всеми. Она думала о Фло, о Стигуре. Неужели они так верны своему долгу, что, не задумываясь, пожертвовали своей жизнью? Или всё-таки они верны не долгу?

Она вновь посмотрела на своих друзей, бурно обсуждающих предстоящий бой. Ингенс, в своей нелепой одежде, махал руками и что-то быстро говорил. Элениэль, красивая и изящная, не менее импульсивно спорила с ним. И Грейс, гордый и непоколебимый, молча стоял и задумчиво теребил свою аккуратную бородку.

Эти разумные за столь короткое время стали ей очень дороги, и, наверное, она теперь понимает жертвы Фло и Стигура — не ради выполнения миссии, а ради своих друзей, даже больше чем друзей, ради своей семьи можно пожертвовать всем, чем угодно, чтобы у них был хоть малейший шанс выбраться отсюда.

— Скай? — она встрепенулась и увидела, что Грейс смотрит на неё.

— Да? Что такое?

— У тебя всё хорошо? — спросил он. — Я зову тебя, а ты не реагируешь.

— Всё хорошо, просто задумалась, — улыбнувшись, подошла она.

— Вообщем, план таков. Ингенс ещё слаб, и поэтому этот бой вести нам. Под «нам» я имею в виду нас с тобой.

Скай безразлично пожала плечами и улыбнулась, взглянув на насупившегося Ингенса.

— Я был против такого расклада, — сказал он, увидев её взгляд.

— Это правильно, и я совсем не против, если ты переживаешь за это. И всё? — перевела она взгляд на Грейса.

— Ну, вообщем-то, да. Ингенс и Элениэль стоят у прохода, который ты нашла, а мы с тобой рубимся, пока можем. И как только пару раз достанем этого ублюдка — отходим, и наш архимаг закрывает проход, а мы движемся к следующему.

— Ведь мы это уже проходили. Он с лёгкостью пройдёт через препятствие, которое сделает Ингенс, — заметила она.

— Это да, но Ингенс уверяет, что учёл свои ошибки и в этот раз всё сделает правильно, — ответила ей Элениэль.

— Да, в этот раз я удержу его благодаря… — он бросил быстрый взгляд на Грейса и замолк.

— Ладно, принято, — вновь пожав плечиками, ответила Скай.

Ждали они недолго, и, как только услышали гвалт и шум, приготовились. Скай и Грейс встали посередине комнаты, а Ингенс и Элениэль встали по бокам у прохода. По плану они должны были быть внутри коридора, но он оказался слишком узким.

Первыми в комнату ворвались бесы и, не дожидаясь, накинулись на Грейса и Скай. Бой начался, и Грейс с новым оружием и пылающий неугасаемым гневом показывал, что он не так прост, как казалось всё это время. Он раскидывал бесов и рубил их, мгновенно меняя форму своего оружия. А Скай была, как всегда, словно жнец, который сеял лишь смерть.

Так продолжалось всего несколько минут, и за это время они вдвоём уменьшили вдвое количество бесов, пока в комнату не вошли четверо — два суккуба и два страшнючих демона.

Демоны сразу пошагали в сторону Элениэль и Ингенса, но Грейс загородил им путь и вперился грозным взглядом. Скай уже вступила в схватку с двумя суккубами, а Элениэль, не выдержав, помогала ей, постреливая из лука.

Эти два демона своим появлением разрушили все их прежние планы. Вдвоём против таких противников Грейс и Скай никак не устоят. Поэтому, когда в зал вошёл их старый знакомый, Ингенс сразу вступил в бой: он пустил исцеляющую волну и попытался сковать демонов, с которыми сражался Грейс, но один из них махнул рукой, и заклинание Ингенса просто развеялось.

Тогда, озираясь, архимаг напитал свой посох энергией и со всего маху ударил о пол, проделав неглубокое отверстие, и бросил туда маленькое семечко — то самое, которое им подарил через дриаду князь Друлаван.

— Расти и защити! — крикнул он и плеснул воды на семечко из своей фляжки.

Из ямки, в которую он бросил семя, ярко и неожиданно сверкнуло. Когда он проморгался, огромный вьюн заполонил всю комнату, оплетая своими гибкими стеблями всех, кроме друзей Ингенса.

Скай тут же нанесла целую серию ударов, окончательно успокаивая одну из оплетённых суккуб, и двинулась ко второй. Но со стороны входа загудело пламя — высший демон, стоявший там, выжигал живой вьюн.

— Уходим! — закричал Ингенс, уже стоявший у прохода.

Элениэль тут же подбежала к нему, продолжая стрелять. Один из демонов уже был нашпигован стрелами, а Грейс пытался достать его, но даже частично скованный демон давал не хилый отпор. Скай, расправившись со второй суккубой, побежала к нему, но Ингенс вновь заорал:

— Быстрее, уходим!

Она остановилась на полпути и, увидев, что Грейс ругаясь стал отступать, повернула в сторону выхода.

Вдруг комнату буквально окутало жарким пламенем, и вьюн практически сразу сгорел. Огонь навис над отрядом и стремительной волной захлестнул их. Ингенс выбежал вперёд и выставил посох. Огонь, огибая их, стал реветь, будто живой; архимаг тоже ревел и упрямо стоял, удерживая его.

Когда пламя опало, на полу закоптившейся комнаты остался лишь пепел — сгорели даже мёртвые суккубы и бесы.

Высший демон шагнул на середину, а за его спиной встали два его подручных. Тот, который был нашпигован стрелами Элениэль, истекал кровью из множества ран, самих стрел уже не было.

Ингенс быстро утёр кровь из носа и гордо выпрямился перед ними.

— Ты на пределе, мальчишка, — язвительно сказал демон.

— Пусть так. Но я не один.

Демон, поморщившись, дотронулся до разбитого лица и, сквозь зубы, процедил:

— Вы мне уже надоели. Как вы вообще пролезли сюда? Да это уже и не важно… — ответил он сам себе на свой же вопрос. — Убить их.

Демоны двинулись на них, молча поигрывая своими мечами.

Вдруг Ингенс заорал как сумасшедший и, вытянув руку с посохом, резко крутнулся на каблуках. Загудело, и пространство разрезало синей молнией — глубокий разрез появился на стенах комнаты, а один из демонов стоял с половиной головы.

Друзья Ингенса успели присесть лишь благодаря скорости Скай — она потянула Элениэль вниз, а Грейса просто сбила подсечкой.

Не было времени на споры и упрёки, поэтому, толкнув Элениэль и Грейса по коридору, она схватила обезумевшего архимага за шиворот и понеслась по коридору, а сзади уже послышался рёв демона.

Добежав до следующего помещения, она бросила Ингенса на пол и закричала ему в лицо:

— Ты вообще рехнулся?! Держи себя в руках, ты чуть не убил нас!

— Я… я думал… — забормотал он.

— Оставь его. Как бы ни было, он снова спас нас, — спокойно сказал Грейс.

Скай злобно посмотрела на всё так же лежавшего Ингенса и нервно отошла в сторону. Демоны где-то задержались, или отряд так нёсся, что оторвался довольно далеко.

— Что делаем? — наконец нарушила тишину Элениэль.

— Придерживаемся плана, — без эмоций ответил ей Грейс.

— Простите, что вышел из себя. Это действительно было глупо. Скай? — посмотрел Ингенс на тёмную.

— Всё нормально. В следующий раз просто предупреждай о таком, — пробурчала она.

Когда демоны вошли в комнату, отряд уже был в полной готовности. Стало понятно, где они задержались — их стало немного побольше, чем два потрёпанных демона.

В комнату первыми ворвались несколько бесов с псинами на привязи, а следом — уже демоны. Грейс с криком бросился на бесов, а за спиной демонов из тени вышла Скай. Без своего плаща её маскировка не была идеальна, но полумрак комнаты возмещал этот недостаток. Она, проскользив по полу на коленях, подрезала ноги демону и хотела продолжить свой успех, подранив ещё высшего, но он очень быстро взмахнул рукой и своими когтями разодрал её кожаный доспех.

Отскочив от демонов, она недолго думая ринулась на бесов. Элениэль отбивалась от двух псин, а за её спиной стоял Ингенс, накладывая щиты на Грейса.

Высший выступил чуть вперёд и топнул по полу ногой. От него волной распространилось пламя, и в этот раз Ингенс не успел поставить защиту. Лишь Элениэль, стоявшая рядом с проходом, успела вместе с ним прыгнуть в коридор.

Грейс стоял на колене и, выставив щит, принимал на него удары уцелевших бесов, а Скай, крича, каталась по полу, пытаясь потушить огонь, который воспламенил её волосы и частично одежду.

Ингенс, выглянув из коридора, кинул в неё водный шар и следом — исцеление. Не успел огонь потухнуть, как на неё тут же накинулся демон. Перекатившись и увернувшись от удара, она вскочила на ноги и закружила вокруг него, делая резкие выпады. Её волосы ещё тлели, а доспех и одежда обгорели. На лице и руках были свежие ожоги, но на её подвижность это не влияло — она всё так же легко порхала.

Высший тоже не стоял столбом и хотел присоединиться к их схватке, но Грейс, разрубив последнего беса, налетел на него, сбивая щитом. А с другой стороны на него насела Элениэль.

Ингенс был сосредоточен на Скай — он как мог пытался облегчить её боль и не заметил, как высший одной рукой схватил Грейса за горло, а второй, в которой имелся меч, наотмашь рубанул подскочившую Элениэль. Она отлетела к стене, и к ней бросилась последняя оставшаяся в живых псина, вцепившись в ногу и разрывая плоть.

Ингенс, растерявшись, помчался к ней с посохом наперевес и ударил по загривку твари. Псина, резко развернувшись, повалила его и пыталась вцепиться в горло, но внезапно захрипела, и из её пасти полилась кровь прямо на лицо Ингенса.

Демон был силён, но скорости ему явно не хватало, да и ранения сказывались — Скай не резала куда попало, она расчётливо подрезала ему сухожилия. Подранив его ещё пару раз, она завершила своё дело, окончательно разрезав ему ноги. Он упал и уже вряд ли смог бы подняться.

Она огляделась и увидела, как высший держит Грейса за горло — у того явно заканчивались силы для сопротивления. А в другой стороне у Ингенса и Элениэль тоже было не всё в порядке.

Она прыгнула к архимагу и одним ударом расправилась с псиной, нависавшей над ним, и, не останавливаясь, вновь хотела провернуть свой трюк, подрезав сухожилия высшему. Но на подкате получила удар ногой в грудь и отлетела в другую сторону. Но результат был — Грейс смог высвободиться из хватки демона и, немного отступив, тяжело дышал.

Скай тяжело поднявшись, увидела, как Ингенс, нависнув над Элениэль, пытался ей помочь, а Грейс пятился от неспешно надвигавшегося на него демона.

Нащупав в кармане маленькую склянку, она повернулась к архимагу и крикнула:

— Ингенс! Хватай её и уходите!

Он вскинул голову и хотел возразить, но увидел её решительно-серьёзное лицо и промолчал. Отвернувшись и больше не смотря в его сторону, Скай выпила одну за другой две баночки — одну красную, ту самую, которую она нашла в склепе, и другую тёмно-синюю, которую ей дала спутница Оракула.

Её тело изогнулось в судороге и переполнилось силой, а в глазах появилась чёрная дымка. Зелье убийцы, которое ей дала Лаириэль — спутница Оракула — было настолько редким, что она лишь слышала о нём на уровне легенд и мифов, но не надеялась, что даже увидит и тем более попробует его сама.

По тем крохам, которые она знала, было ясно только то, что зелье даёт невероятные способности, но лишь для тех, кто умеет и знает, что такое тени и как с ними совладать. Ведь это прекрасно, тем более для такого случая как этот. Да, это очень прекрасно, но, как водится, за всё нужно платить — и плата за эту силу была высшей. После недолгого действия зелья она умрёт, и в этом Скай уже не сомневалась, так как чувствовала, как её организм сгорает изнутри.

— Времени очень мало… тех сил, которые у меня остались, не хватит, чтоб долго противостоять разрушительным действиям зелья… — подумала Скай и, оглянувшись, увидела, как Ингенс скрывается с Элениэль в проходе.

Хищно оскалившись, Скай рванула в сторону демона. Рывок был столь быстр, что казалось, будто она телепортировалась. Не останавливаясь, она перерезала горло тому демону, который лежал на полу с подрезанными ногами, и налетела на высшего, который уже загнал Грейса в угол.

Её скорость была действительно невероятной. Она исчезала и появлялась так быстро, что визуально было видно несколько её фигур. Демон не успевал реагировать на её молниеносные атаки. Они не были смертельными, но их количество с каждым новым порезом перерастало в качество, и вскоре демон был весь в своей крови.

Грейс тоже пытался помочь, но больше мешал и заставлял Скай сдерживаться, а её время всё быстрее подходило к концу. Тогда она схватила его, и Грейс сам не понял, как оказался у выхода.

— Иди. Ты им нужен.

— Ну как же ты? Пойдём, нам нужно придерживаться плана! — поймал он её за руку.

Она мягко убрала её и, покачав головой, отодвинула ворот своей рубашки. И он увидел, что её кожа покрыта мелкими красными капиллярами, которые пульсировали. Подтолкнув его в коридор и повернувшись спиной, она помедлила и грустно произнесла:

— Закончите это… и… скажи Ингенсу — пусть не ноет, а просто делает своё дело.

Грейс посмотрел на напряжённую спину Скай и хриплым, уставшим голосом ответил:

— Хорошо. Мы всё сделаем.

И она выдвинулась к демону, который уже пришёл в себя и яростно зыркал на неё. Сорвав с себя разодранный доспех, она услышала, как гулкие шаги Грейса утихают в проходе. Скинув поясную сумку, она осталась в кожаных штанах и коротком топе, лишь два кинжала в руках — ничего не должно препятствовать её скорости.

Скай ринулась на высшего и продолжила свой смертельный танец. Но на этот раз ей никто и ничто не мешал. Демон ревел и махал своим единственным оставшимся мечом, но и близко не успевал за такой скоростью. Скай улыбалась и наносила удар за ударом. На миг подумалось — может, она справится сама. Но как только она подумала об этом, её сердце сбойнуло, и, запнувшись о свою ногу, Скай полетела на пол.

Демон, под которым уже растекалась лужа крови, выпрямился и захохотал.

— Вот эти красные вены на твоём теле ведь не просто так. Ты умираешь, эльф. Но хочу тебе сказать, что твоё мастерство заслуживает уважения. Даже тот гном, которого я сжёг заживо, не так меня потрепал.

Скай дёрнулась, когда услышала о Стигуре, и, сплюнув кровавую слюну, поднялась на ноги.

— Мне плевать, урод, на твоё уважение. Сейчас я убью тебя, — злобно зашипела она.

Демон оскалился в улыбке и покрыл своё тело пламенем, но тут же потушил его.

— Я хочу посмотреть, на сколько тебя хватит, — пророкотал он, а его раны перестали кровоточить, и даже лужа на полу исчезла.

Скай прикусила губу до крови, пережидая вспышку боли, которая пронеслась по её телу. Вновь, сойдясь в схватке, Скай продолжила трепать высшего, но её заёмная скорость и ловкость явно поубавились. И когда в очередной раз она притормозила от волны боли, демон поймал её и, прижимая к стене, стал душить.

Скай ещё успела нанести сдвоенный удар по его руке и подняла кинжалы для следующего, но получила страшный удар по животу. Кинжалы выпали из рук, и она закашляла кровью. В глазах потемнело, и она увидела страшную рожу демона, который смотрел ей в лицо и довольно скалился.

Скай вспомнила неуклюжего Ингенса, добрую Элениэль, угрюмого Стигура и справедливого Грейса. Ну и, конечно, эту непоседу Фло. Они действительно были важны. Она плохо помнила своих родителей и мало понимала, что такое семья, а теперь эта кучка сумасшедших стала для неё семьёй. И ради них не жаль пожертвовать своей жизнью.

Она улыбнулась, вспоминая свою семью, а потом захрипела. Её глаза закатились, тело дёрнулось и затихло.

Глава 29 Всё ради победы

Ингенс открыл и передал флягу с водой Элениэль, которая сидела у стены совсем уж маленькой комнаты. Дальше пути не было, коридор заканчивался тупиком. У него осталось последнее зелье и почти опустошённый внутренний резервуар магической энергии. Элениэль он не смог исцелить до конца, но даже если бы был полон сил — такую глубокую рану так быстро не залатать.

Когда он услышал шаги из коридора, то вскочил на ноги и вгляделся в полумрак. Через пару мгновений в комнату вошёл Грейс, но Ингенс, не отрываясь, всё равно смотрел в коридор. Грейс дошёл до него и, положив руку на плечо, сказал:

— Она не придёт.

— Ты бросил её там одну? Как ты мог? Надо вернуться! — срываясь, закричал Ингенс.

— Хватит! — жёстко сказал Грейс.

— Она просила передать тебе, чтоб ты не ныл, а просто делал своё дело, — намного тише и как можно мягче добавил он.

Ингенс опустил голову, и его слёзы закапали по полу. Мысли путались, и было тяжело дышать. Ему было жаль всех — и Фло, и Стигура, но Скай… Он считал, что нашёл ту, с которой готов был прожить остаток своей жизни, и всё надеялся, что они выберутся из этого клятого логова и заживут счастливо и красиво.

Конечно, Ингенс не был глупым, даже наоборот — был слишком умён для своих лет — и понимал, что они, скорее всего, не вернутся. Но тогда ему было наплевать на это. Не то чтобы ему было нечего терять: были отец с матерью и братья с сёстрами. Но он хотел лишь быть полезным. А когда встретил Скай и остальных — он задумался, и ему захотелось жить. И чтобы жили они.

Но этому уже не суждено случиться. Ведь они погибли — Стигур, Фло и его Скай. Остаётся лишь довести всё до конца, чтобы их жертвы не были пустыми и напрасными. Всё… всё ради победы.

Грейс, немного задержавшись у задумчивого Ингенса, пошагал дальше и присел рядом с Элениэль.

— Как ты? — спросил он.

— Не очень… — попыталась улыбнуться она, но и у неё слёзы лились ручьём.

— Готовьтесь. Он очень близко, и он остался один. Мы должны закончить дело. Ты слышишь меня, Ингенс? Без тебя нам не справиться.

Ингенс шумно шмыгнул носом, вытер рукавом лицо и, повернувшись с серьёзным видом, кивнул.

— Плана нет, сил нет. Мы просто убьём его, когда он явится, — яростно закончил свою фразу Грейс.

Он встал на одно колено и упёр меч остриём в пол, а сам опустил голову и что-то забормотал. Прислушавшись, Элениэль поняла, что Грейс молится. Палладин всех богов, палладин Миреи молился и просил своих покровителей о помощи впервые за очень долгое время.

Его доспех засветился, и пульсирующая аура обволокла всех присутствующих. Он встал на ноги, его глаза сверкнули, тут же погаснув.

— Вперёд, друзья! Во имя павших! — воодушевляюще сказал он.

Ингенс и Элениэль встали рядом. Архимаг выставил свой посох, и, выпив последнее своё зелье, накладывал на них щиты и усиления. А Элениэль, крутанув свой кинжал, вторую руку положила на магическую книгу на поясе.

Демон вошёл не спеша и вальяжно. Остановившись в метре от выстроившихся друзей, он усмехнулся и язвительно произнёс:

— Герои… Что вами движет? Что вам нужно здесь?

— Ничего особенного… лишь твоя смерть! — на последних словах Грейс набросился на демона и, махая огромным двуручным мечом, пытался достать его. Элениэль не могла двигаться так же активно, как раньше, и, прихрамывая, пыталась обойти демона сзади. Ингенс же стоял и ловил момент, чтобы либо поставить защиту, либо в удачный момент атаковать магией.

Грейс сражался с демоном и поражался тому, как такая, казалось бы, неуклюжая громадина умело орудовала мечом. Да и телом демон владел неплохо. А ведь Грейс в своё время считался одним из лучших мечников Миреи. Да, сейчас он не на своём пике сил, но с поддержкой такого мага, как Ингенс, и с таким оружием и доспехами — всё равно явно не тянул против демона. Думалось ему, что даже если бы он был в самой лучшей своей форме, то может и победил бы, но с большими потерями.

Когда Элениэль посчитала, что заняла удобную позицию, она прыгнула на, казалось бы, ничего не подозревающего демона, но он резко крутнулся, едва не полоснув её по горлу. Его меч звякнул по подставленному кинжалу, и не успела Элениэль и опомниться, как он, сделав ещё один оборот, глубоко порезал рефлекторно подставленную руку.

Брызнула кровь. Элениэль попыталась отскочить назад, позабыв о своей подраненной ноге, поэтому неловко запнулась и упала, больно ударившись о стену головой.

Демон тем временем откинул Грейса и, повернувшись, пнул её в живот и занёс меч над головой. Кинжал Элениэль выронила, когда упала, и поэтому просто зажмурилась.

Открыв глаза, с удивлением увидела спину Ингенса, а после — и звон клинка о каменный пол совсем в другой стороне.

— Ты в порядке? Я телепортировал тебя, — пояснил Ингенс, полуобернувшись и тяжело дыша.

— Как ты мне надоел, мальчишка! — взревел демон.

Взглянув в его сторону, она увидела, как Грейс лежит на полу, и под ним растекается лужа крови. Демон, сделав пару шагов вперёд, вновь взревел и выставил свои две оставшиеся руки — и мощная струя огня выстрелила в Ингенса. Пока Элениэль крутила головой, архимаг сдвинулся чуть в сторону от неё.

Он выставил посох и рычал, удерживая пламя. Из носа лилась кровь, а из-за жара тлели волосы. Всё так же держа посох перед собой, он с натугой отставил одну руку в сторону и стал делать какие-то пасы. Его ладонь стала искрить, а глаза засветились синим светом.

Подвигав пальцами, Ингенс резко выставил свою ладонь на демона, и из неё с гудением выстрелила молния. Сверкнуло — и, попав в демона, оторвало ему руку вместе с плечом. Он захрипел и рухнул на пол, подняв облако пыли.

А Ингенс повернулся к Элениэль и широко улыбнулся. Вдруг он закашлял, и изо рта полилась кровь. Потом, посмотрев на ужас в глазах Элениэль, он опустил голову и посмотрел себе в район груди — там зияла сквозная дыра.

Подняв свой взгляд, он попытался снова улыбнуться, но пошатнулся и упал лицом на пол.

Элениэль сразу же бросилась к нему и перевернула его на спину, но глаза Ингенса уже смотрели в никуда, а на лице была безмятежная улыбка. Элениэль положила свою голову ему на плечо и нежно погладила его по голове.

Встрепенувшись, она вспомнила о Грейсе и, подняв голову в ужасе, попыталась вскочить на ноги, но прежде чем встать — пару раз упала. А демон, который должен был быть мёртвым, медленно и тяжело вставал на ноги и сверлил её своими красными глазами.

Элениэль заозиралась и, увидев под рукой только посох Ингенса, схватила его и встала, готовясь подороже продать свою жизнь. Демон, встав, медленно надвигался на неё и шевелил страшными когтями на единственной руке.

Внезапно от стены на него набросился Грейс и, рыча как дикий зверь, стал вонзать своё оружие — которое сейчас было в форме короткого обоюдоострого клинка — демону в тело. А тот, в свою очередь, рвал его своими когтями. Они ревели и кричали, терзая друг друга.

Элениэль, увидев в стороне свой кинжал, поковыляла к нему, а когда подобрала и хотела направиться на помощь — короткая и ожесточённая схватка уже была окончена. Грейс лежал на демоне, а тот — соответственно на полу. И оба не подавали признаков жизни.

Элениэль споткнулась и поползла дальше, не вставая на ноги. Скинув Грейса на пол, она увидела, как демон злобно крутит глазом. И, заорав, воткнула туда свой кинжал.

Добравшись до Грейса, она потрясла его и закричала:

— Вставай! Грейс, пожалуйста! — разревелась она.

Он застонал и медленно открыл глаза.

— Сдох? — первым делом спросил он.

Элениэль быстро закивала головой и, сбиваясь и тараторя, добавила:

— Сейчас, подожди… подожди немного, я найду что-нибудь и подлечу тебя!

Грейс рукой, без латной перчатки, вытер слёзы на её щеках и еле слышно прошептал:

— Не надо. Закончи дело.

Его рука опала, и он закрыл глаза.

Элениэль подняла голову к потолку и завыла, тряся мёртвое тело Грейса. Сколько она так просидела — она не понимала. В голове были лишь последние слова Грейса.

Она подползла к телу демона и сняла книгу с пояса. Открыв её и прикладывая к телу, замарала книгу, и сама уже была вся в чёрной крови. Но наконец книга засветилась, и послышались странные звуки. Тело демона выгнулось дугой, и через миг всё закончилось.

Элениэль подняла книгу, а на её месте в теле демона была дыра в районе сердца. Повесив книгу на пояс, она выдернула кинжал из глазницы и встала, опершись на посох Ингенса. Оглядевшись, стала думать, как ей теперь выбираться.

Откуда-то издали послышались страшные звуки — гвалт, скулёж и рычание. Элениэль вновь упала на колени и крикнула в потолок:

— Многоликая!

Не успело затихнуть эхо, как она услышала знакомый голос позади:

— Кажется, вам не помешает помощь, юная эльфийка.

Эпилог

Заброшенный храм Многоликой был, как обычно, пустынен. У того же витражного окна стояли богиня и Оракул. Они молча смотрели на ужасный и в то же время величественный пейзаж — бескрайние просторы выжженной мёртвой земли.

— Как она? — спросила Многоликая.

— Всё хорошо. Я перенёс её к родным, они позаботятся о ней.

— Ты знаешь, почему проиграл Император? — внезапно и не в тему спросила богиня.

— Так все это знают, госпожа.

— На самом деле всё не так. Нет, конечно, запретное заклинание тоже внесло свой вклад, но смертные никогда не смогут одолеть бога.

Оракул перевёл свой взгляд на богиню и застыл. По его лицу было непонятно, какие эмоции он испытывает.

— Да, Оракул, Император — бог. Почему тогда мы все не вступили в бой и не уничтожили его? Потому что он очень умён и хитёр. Он так же, как и ты, шёл по лестнице к вершине, но на последней ступеньке намеренно остановился. Ты понимаешь?

— Да, госпожа. Остановившись, он не считался богом, и поэтому Великое Равновесие учло бы ваше вмешательство.

— Всё правильно. Но его ошибка была в том, что он вступил в то сражение, и Равновесие покарало его, отняв силы и скинув на самую первую ступень. Даже полубоги и идущие к вершине должны следить за своими действиями.

Оракул уже понял, к чему ведёт богиня, и опустил голову.

— Зачем ты вмешался, Оракул? — холодным, леденящим кровь голосом спросила Многоликая.

— Это было моё решение, госпожа, и я готов понести любое наказание, — преклонил колени Оракул.

— Зачем мне тебя наказывать? Ты уже наказан. Ведь я права?

Оракул медленно и неохотно покачал головой.

— Твои силы в разы уменьшились, и теперь всё сначала. Тебе придётся повторить пройденный путь снова. Ты понимаешь это? — крикнула богиня.

Её голос прокатился невидимой волной по храму и, отражаясь от стен, возвращался обратно, создавая иллюзию, будто она снова и снова повторяла эти слова. Оракул, всё так же стоя на коленях, сжался и ещё ниже опустил голову.

Многоликая некоторое время сверлила своими жёлтыми глазами его макушку, а потом отвела взгляд и уже спокойно произнесла:

— Встань, Оракул. Я не буду тебя наказывать, ведь ты уже сам себя наказал. Я понимаю, ты хотел как лучше. Но теперь у нас меньше шансов — они должны были справиться сами. Давай, — протянула она руку.

Оракул передал ей запачканную в чёрной крови демона магическую книгу. Взяв её, богиня щёлкнула пальцами, и книга распалась, а в воздухе повисло огромное, ещё бьющееся сердце высшего демона. Она вновь щёлкнула, и сердце исчезло.

— Побудет пока у меня. Что насчёт других ингредиентов?

— Всё готово, госпожа.

— Хорошо. Думаю, можно приступать. Но для начала, пожалуй, воздадим нашим героям по заслугам — их история не должна так закончиться.

***

Запретные земли и город-обитель жили своей жизнью. Многочисленные расы обитали в нём. И не казалось, что этот город считают местом, где собрались самые злые и тёмные твари Миреи. В городе шла торговля, были многочисленные таверны и различные производственные строения.

В центре города стоял огромный замок, и в нём жил Император. Большинство из ныне живущих не видели его ни разу, но всё равно все без исключения уважали его. В городе было безопасно, тепло и сытно — и всё благодаря грамотному правлению Императора.

В огромном прямоугольном зале стоял массивный трон, а на нём восседал Император, полностью скрытый чёрным балахоном. Рядом стоял тёмный эльф и тихо что-то ему говорил.

— Слушай, Морохир, давай расположимся в более удобном месте. И мне обязательно носить этот грёбанный капюшон? — молодым и высоким голосом произнёс Император.

— Да, это обязательно. Вы должны поддерживать свою репутацию, — спокойно ответил эльф.

— Ты зануда! Здесь же никого нет, — капризно сказал Император.

— Вы страшный и ужасный. И все должны верить в это, — не меняя интонаций сказал Морохир.

— Уффф… Мне всё это надоело. Почему нельзя пойти и помириться со всеми?

— Вы заключили союз с самым подлым богом Миреи и уничтожили сотни тысяч разумных. А теперь хотите просто помириться?

— Мне стыдно за тот раз… я просто вышел из себя, они убивали моих друзей… — пробубнил Император.

— Назад ничего не вернуть. Они вас ненавидят. А сегодня разведчики доложили, что они собрали очень редкие ингредиенты для очень редкого и мощнейшего заклинания.

— И что? Этим заклинанием они меня убьют? — безразлично сказал Император.

— Может, и не убьют, а может, и убьют. Но в любом случае откинут ваше восстановление на сотни лет назад.

— Подумаешь… буду опять сидеть здесь, и рано или поздно восстановлюсь, — он всё-таки скинул капюшон и взъерошил волосы.

Молодое лицо с белоснежной, почти прозрачной кожей, серые глаза со смешинкой и каштановые волосы средней длины — так выглядел ужас Миреи, темнейший и страшный Император.

— Слушай, Морохир, а если…

— Нет! — резко и жёстко ответил тёмный. — Боги Миреи размажут вас. Как бы вы ни были сильны — они только этого и ждут.

— Я совершил ошибку, что привела нас сюда, — он обвёл рукой пространство вокруг. — Может, стоит начать всё сначала?

— Но всё, что вы строили столетиями, будет разрушено.

— Построю вновь.

— Все разумные погибнут или разбегутся.

— Ммм… к такому я не готов… — задумчиво почесал он затылок.

— Выход всё-таки есть, господин.

— Ну ты опять? Я просил — называй меня по имени, ведь ты мой единственный друг.

— Вы мой господин, а я ваш советник. И только потом — ваш друг, — сказал эльф.

Император махнул рукой и отвернувшись достал из кармана завёрнутый в яркую обёртку леденец. Развернул и закинул в рот. Морохир поморщился и продолжил:

— Так вот, выход — я думаю, он устроит и вас, и другую сторону. Они, разыскивая ингредиенты, задели очень могущественную силу. И теперь их ждут большие неприятности, а вы можете существенно увеличить их шансы на победу.

Император вскочил на ноги и запрыгал как ребёнок. Но подавился и, упав на колени, с натугой закашлялся. Морохир степенно подошёл и пару раз ударил его по спине.

— Спасибо! И да, отличная новость! Давай, пошли, предложим свою помощь! — замахал Император руками.

— Не так быстро, господин. Сначала я всё подготовлю. Вам остаётся только ждать.

***

Неизведанная часть Запретных земель. Считалось, что здесь нет разумной жизни, и поэтому даже границу здесь не охраняли. Заснеженные горные вершины безмолвно нависали над просторами равнин. Холод и тишина.

Из полумрака пещеры у подножия одной из гор вышел огромный рогатый и чернокожий демон и зажмурил свои красные глаза с вертикальным зрачком. Рядом встал худой и высокий демон с менее внушительными рогами и уже красной кожей.

— Мой повелитель. Вы уверены, что нам следует вылезти на поверхность? — скрипучим и гнусавым голосом сказал худой.

— Я размажу их всех! Они нанесли вред лично мне, напав на мои владения. А твой брат, позорище, сдох от каких-то мошек! — презрительно посмотрел верзила на худого.

Тот скривился и, не смея посмотреть верзиле в глаза, что-то забубнил себе под нос. Чёрный схватил его за загривок и поднял над землёй.

— Тебе что-то не нравится, Ксафан? — зарычал верзила.

— Нет-нет, господин! Я повинуюсь любым вашим приказам! — залебезил Ксафан.

Чёрный хмыкнул и оскалил свои длинные клыки.

— Тебе придётся вспомнить то, что ты делал тысячелетиями, Ксафан.

Худой вопросительно посмотрел снизу вверх на верзилу.

— Разводи костры, Ксафан. Разжигай их по всей этой планете. Я, Небирос, фельдмаршал Ада, а ныне владыка шести легионов, уничтожу и сожгу эту Мирею…