Мирдар: Превратности судьбы.
Интермедия.
Немолодой маг с волевыми чертами лица сидел за дубовым столом, записывая что-то в приличного размера книгу. Самый престижный номер постоялого двора, на третьем этаже, он не отличался каким-то особенным убранством. Одна из трех комнат, отведенная под кабинет, где и работал человек, была обставлена простой, хоть и качественно сделанной мебелью. Стены из гладко остроганного бревна местами укрывали серые гобелены. Все они были схожи, каждое полотно украшал один и тот же рисунок - серебряный лавровый венок рожками вверх да буквы "С.У." под ним. Волшебник отложил перо, закрыл книгу и помассировал виски.
Его клан, "Солдаты Удачи", сформированный им лично десять лет назад, перешел теперь сюда, в мир бескрайних возможностей - Мирдар. Аналитики сходились во мнении, что выбора не было, тенденция являлась однозначной. Это был их заработок - онлайн игры, которые давно перестали быть просто развлечением для многих, а в особенности для его людей. Самая главная вещь, отличавшая их от других - идея постоянного развития и расширения сферы влияния клана. Оседлав волну, две сотни его проверенных боевиков могли обеспечивать как себя, так и главенствующее положение в определенных кругах. Клан не имел крабского фармового крыла, только элита войск, и несколько человек мирных профессий. Самые дорогие вещи, лучшие артефакты, сильнейшие игроки, огромное количество ценных контактов, и наконец - вершина почета среди простых людей - личный замок! За реальные деньги мажоры выкупали время и игровую информацию. Гильдия усиляла и уничтожала кланы, свергала правителей и захватывала земли. Пока другие фармили золото на покупку топовых вещей, их клан открывал новые локации, бил сильнейших боссов.
- Одеваясь в лучшее, мы сбрасывали массе свои обноски, которые те считали элитными. Мы имели игроков, а корпорация имела нас. - Горькая усмешка очертила его губы. Все это теперь в прошлом.
Информация о новой игре грянула как гром среди ясного неба. Скидывалось игровое имущество и переводилось в реал, стремительно таяли цены. Жемчужину клана - неприступную твердыню - удалось скинуть за жалкий миллион кредитов. Миллион золотом в ценах этого мира. Пять тысяч в реале на брата. Не такая уж и большая цифра, если считать так, но год прожить можно. Львиная часть средств разошлась по карманам. Неплохой гешефт. Конечно, и накопления присутствовали, не без этого. Люди - ценнейший ресурс, прослыть рвачом и хапать - дело нехитрое, но тупиковое. Гильдмастер уважал своих бойцов и знал, что они уважали его. Все две сотни перешли вслед!
Двадцать тысяч золотом ушло на этот большой постоялый двор на окраине города с обширным внутренним двором и конюшней. Новая резиденция клана "Солдаты Удачи" - обхохочешься, комнаты только для высших офицеров! Десять тысяч - расходы на предварительную разведку этого мира. Сорок тысяч - закупка экипировки и необходимых мелочей на весь клан. Тысяча - ежемесячные пассивные затраты. Осталось чуть меньше тридцатки. На один раз ошибиться.
Два отряда, лучшие из лучших. Двадцать два человека в течение трех недель старались изо всех сил, но так и не смогли добиться серьезного прогресса. Замануха от компании - несколько ступеней в первый же день - оказалась ложью. Нет, конечно, анализ ситуации подсказал, что в случае определенной подготовки это выполнимо, но это как с тем прикупом, или соломкой. Возможно один раз, и только с машиной времени. Потери: девять с половиной тысяч. Вторая ступень у одного, и первая только у десятерых. Остальные с нулем, как в начале. Подобного можно добиться, слив все стартовое золото и пройдя академию за неделю, с гарантированным первым уровнем для всех. Но выгоды все-таки присутствуют. Боевой опыт, отличный от прошлых игр, дал многое: привилегированные классы для самоучек, навыки владения оружием, разведка местности, ареал обитания монстров.
- Мде, скорее уже дикой живности, - поправил себя колдун. Монстры же обычно тупые, больше скриптованные, в отличие от того, с кем столкнулись ребята.
У лидера были свои проблемы, отличные от рядовых. Необходимо было найти путь развития клана, относительно безопасный и, главное, выгодный. Для старта выбрана достаточно тяжелая северная локация с большим количеством диких монстров. На юге же для большой толпы слабых наемников вообще нет места. Там своих хватает. Будет масса пвп и потерянного времени. Сначала всегда приходится крабить, добывая опыт и ресурсы, а иначе никак.
- Итого, что мы узнали в сухом остатке? - Колдун бормотал под нос и ходил по комнате из угла в угол.
Пробиться в гильдию наемников для перенимания опыта не вышло. Слишком слабы, с этим все понятно. Отсылать на прокачку малые группы можно, но с риском лишиться всего имущества - шанс пятьдесят на пятьдесят, не торт. Дробить на еще более мелкие группы или отправлять на соло прокачку - вариант хуже не придумаешь, разброд и шатание в коллективе обеспечены, и это наверняка без положительного итогового результата. Вывести большой рейд, как извечные конкуренты, Фениксы? Конечно, можно попробовать, но судя по реакции неписей, долго мы в поле так не протянем. Да и люди не готовы к длинным переходам, порталов-то нет. Точнее есть, за две тысячи триста полновесных в одну сторону на рейд. Кошмарная цена в начале. Можно в шикарный отпуск съездить в реале. Или обмундировать полностью средней экипировкой двадцать человек. Разрабы молодцы, учли все. Хардкор! Но и большое раздолье для казуалов. Разнообразнейшая социалка, и продуманные варианты безопасности. Но от этого мир стал еще более притягателен, контрастен.
- Если для нас сложно, то что для остальных. Решение должно быть на поверхности! - Колдуну казалось, что не оформившаяся идея витает совсем рядом. Аналитики клана в голос твердили, что при достижении третьей ступени, игра развернется во всей красе. Надо быстрее пробить планку и оторваться от преследователей. Но вот КАК это сделать? Вопрос на миллион.
Лидер начал тасовать классы в группах, пытаясь сформировать команды для различных задач. Реалии были нестандартны. По всему выходило, что универсальной командой являлись два лекаря, причем боевых, четыре бойца ближнего боя, два колдуна, разведчик, один стрелок и один персонаж, усиливающий группу в целом, типа повелителя природы или барда с его массовыми бафами. Гибридные классы пока в расчет брать смысла не было, они будут позже, с этим разберутся уже офицеры. От размышлений отвлек стук. В комнату тут же протиснулась полуэльфийка, прикрыв за собой дверь.
- Командир, остатки отряда разведчиков вернулись, - миловидная миниатюрная девушка с хитро заплетенными косичками, подчеркивающими остроту ушек, хмурилась.
- Докладывай, - поторопил ее маг. Вот всегда она так, скажет половину и молчит.
- Обнаружена группа горных троллей, четыре штуки, потери: восемь человек, экипировка и почти весь лут за день. Примерно половина дня пути от ближайшей деревни, - девушка, получив утвердительный кивок, тут же удалилась.
Она новый адъютант, из способных, а клану сейчас нужны дополнительные кадры управления. Так как ограничений по количеству личного состава гильдий в Мирдаре не существовало, то необходимость расширения была очевидной. Расширение... Хм... А ведь может и сработать! Воодушевление захватило в свой водоворот лидера организации. Вкладка онлайн активности - сто шесть человек, прекрасно, чуть больше половины. Не смотря на три недели бедлама, процент людей в игре до сих пор зашкаливал за среднестатистические нормы кланов по миру.
- Всем готовым отрядам сбор в рейд, выступаем немедленно! Разведчикам доложить обстановку по последней вылазке! - Клановая рассылка запестрила указаниями от командира. Шестеренки отработанных схем завертелись, люди экипировались и выдвигались в направлении резиденции.
***
Лидер стоял посреди поля брани. Повсюду лежали десятки убитых соклановцев. Детализация мира поражала. Кровь, внутренности и разорванное мясо валялось повсюду. Среди всей кучи выделялись и четыре больших серых тела. Горные тролли. Длинные руки, оканчивающиеся когтями, горбатое, неуклюжее на первый взгляд туловище с большой уродливой головой. Из пятидесяти шести человек ударной группы рейда выжило только девять, включая командира. В итоге восемь сотен опыта на каждого, бесценный опыт массовых сражений, выработанная тактика против троллей и их уязвимые места. Шестеро соклановцев после боя получили вторую ступень. План удался. А самое главное, свой шмот не потерян!
В пещере обнаружили богатую добычу: почти сотня монет разного достоинства в золотом эквиваленте и тысяча двести, по оценкам кланового казначея, в самоцветах. Там же нашлась и подранная экипировка отряда разведки. Добыты свитки магического запирания и малой иллюзии, да чья-то волшебная книга - а значит, несколько новых заклинаний для клана. Самый ценный приз - тяжелые пластинчатые латы и щит, оба предмета коцаные, но волшебные! Крепчайшие доспехи для лучшего бойца. Зависть многих и ответственность для одного. В целом намного больше пяти тысяч в золотом эквиваленте. Ничтожно мало для всего клана, и большая добыча для одной группы. Отряд поддержки соберет вещи убитых, тела развеятся, добро унесут. Но главное заключалось не в этом. Сам факт удачного фарма - возможен!
Лидер вспоминал опыт армии древнего Рима. Сперва рекруты сражались в первых рядах. Выжившие в нескольких боях считались опытными, и вступали в бой уже в качестве подкрепления.
Тактика работала, теперь необходимо только рассчитывать силы, для гарантированного упокоения противников. Тут не древний Рим, а всего лишь игра, важный момент - не потерять экипировку, а лазейка для получения опыта всегда найдется. Стремиться же к тому, чтобы выживали все на начальном этапе - бессмысленно и, получается, невозможно. Первоочередная задача - подтянуть всех до второй ступени, и вариант, судя по всему, найден. Да и двухдневный заработок в реале за сутки фарма в виртуале - отличный бонус каждому.
Ошалевшие от бойни, выжившие соклановцы, кто с удивлением, а кто и с небольшим испугом изредка поглядывали на командира. Тот стоял посредине поляны, заваленной трупами, и, судя по ослепительной улыбке, был очень доволен, не смотря на смерть восьмидесяти процентов боевой группы.
Интерлюдия I.
Незадолго до последних событий...
Василий Демьянович был раздражен, хоть и пытался скрыть это, но от него так и веяло подавляющей аурой, закладывающий в сердца участников совещания подсознательный страх.
- Павел, как руководитель отдела разработчиков скажи мне, - Павел внутренне сжался, ожидая вопроса с подвохом. - Почему запустилось континентальное событие на столь ранней стадии игры? И тебе, Григорий, - тут уже пришлось обтекать мужчине лет тридцати пяти, одетого в спортивное трико и футболку, явно приходящиеся не к месту для столь высокого собрания у генерального директора всей корпорации. - КАК? Как вы это допустили?
- Висилий Демьянович, но никто не ожидал, что возможно раскрыть местоположение, и тем более пройти это задание столь малыми силами. Дело в том, что игроки привлекли к нему более сильного НПС, с заоблачными характеристиками защиты для его уровня, у которого получилось выстоять, - властный жест прервал лепетания руководителя отдела разработки.
- Я все понял, - кивок в сторону Григория. Мало того, что выдернули в выходной, так еще и не сказали, что на совещание к генеральному, думал про себя Григорий Вениаминович, но ничего поделать не мог.
- Нестандартный подход к задаче помог им, в то же время, мы пытались надавить на фракцию и призвать помощь, - его тут же оборвал босс.
- Это ты про того колдуна, которого замочили из-за вашего вмешательства, и из-за письма, которое он нес, и начался весь сыр бор? - Казалось, что лицо генерального побагровело.
- Ну, э, - начал было оправдываться Гриша.
- Я читал отчет. Егор, проясни ситуацию, - Тут же опять оборвал пытающегося оправдаться сотрудника Василий Демьянович.
Начальник аналитического отдела мгновенно взял слово.
- Континентальное задание "Восстание" было придумано в рамках кратковременного предотвращения грубой экспансии игроков в мир с одной стороны, и для возможного передела сфер влияния для отличившихся кланов в войне с другой стороны. Другими словами, чтобы разнообразить контент. Но только когда средний уровень игроков превысит третий. На данный момент этот показатель ноль целых семьдесят восемь сотых. А главный антигерой уже получил толчок, и так как его агентурную сеть уже частично раскрыли, он будет действовать.
- Ну, Гриша, какие варианты локализации этого, без сомнения, стихийного бедствия возможны? - Василий Демьянович барабанил пальцами по столу. Была середина дня, и виски, как и сигар, в помещении не было.
- Можно попробовать стереть НПС, который к этому причастен, и тем самым мы немного отсрочим неизбежное. Также можно изъять письмо, с вознаграждением для игроков за неудобства, и подтереть логи, - Григорий знал, что все озвученные им варианты практически неосуществимы. Ведь подтереть логи почти что нереально, квины уже перепрограммировались, и логические цепочки устремились в бесконечность. Но придумать что-то дельное вот так вот, на коленке, он не мог.
- Боюсь, это невозможно, - Егор выразил скепсис, и Гриша понимающе слегка кивнул коллеге.
- Нам нужна проблема, - твердо взял слово Павел.
- Что? - Босс слегка опешил, - выражайся, пожалуйста, яснее.
- Необходимо выставить проблему для персоны икс, такую, которая покажется ему более весомой на данный момент, и, в идеале, при устранении которой он откажется на время форсировать события. - Павел расплылся в улыбке, - и я, кажется, знаю, какую.
***
- Ну, за удачу! - Шесть пенных бокалов столкнулись над столом, пролив изрядную часть на него.
- Почти по шесть сотен голды на брата! - паренек тут же получил удар в бок локтем, - ну и на сеструху, - уже более вялым тоном произнес он, кинув наигранный хмурый взгляд исподлобья в сторону блондинки.
- Поздравляю всех, это серьезный шаг вперед, можно сказать с уверенностью, что вход в игру мы окупили. Мы с легкостью можем вывести по триста-четыреста кредитов, оставить только две сотни золотом на обучение и обновление экипировки, - бородатый, крупный мужчина явно был доволен. - Кроме того, наемнику мы отдали только золото, вещи остались у нас. Есть шанс продать их несколько дороже.
- Ну ты и горазд поговорить, но вот как же тот магический амулет, может, зря мы отдали его? - Пухлый паренек хмыкнул и обвел всех взглядом.
Самый старший из компании кивнул в сторону тщедушного паренька:
- Тавик, объясни.
- Пф. Тавик, Тавик, буду звать тебя Бром! - Командир никак не отреагировал, молча смотря на мага. - В общем, Хог, бродяга, это наш залог на будущий квест. Мы очень хорошо прокачались и поднабрали деньжат. Вполне вероятно, что нас пригласят и дальше поучаствовать в каком-нибудь мероприятии.
- Да, и это просто батарейка, - тут же продолжила светловолосая девчушка, - ну, на девяносто процентов.
- Кроме того, нам необходимо выяснить о письме, кстати, Тавик, что там? - Парень за двадцать невысокого роста с крепким телосложением оглядывал соседние столики и людей, что за ними расположились.
- Да ниче, королей с именем, начинающимся на эс, в окрестных землях нет, как и лордов с баронами, но пенное тут классное! - Сделав несколько глотков, он отставил кружку в сторону, - можно пустить слух на форуме, может, кто что подскажет?
- Хэзэ, может, пока сами попробуем? И че ты, бороду решил отрастить? - Крепыш уставился на отрастившего небольшую растительность самого старшего из компании.
- Не, ну мне понравилось с бородой за дворфа играть, вот и отрастил. А что до письма, да, думаю, нам надо пока самим попробовать разобраться. Кроме того, Рион намекал, что у него также есть хороший квест, но пока он к нему не готов.
- Кстати о Рионе, вы не находите странным тот момент, что он не является игроком, то есть в плане интерфейса над его головой не отображается, что он игрок. А вот в таблице рейтинга игроков, что ввели недавно, он уже на двадцать седьмом месте? - Вир продолжал осматривать соседние столики.
- Да с ним вообще все непонятно, но то, что он полезен, и мы неплохо сработались, это факт, - человек почесал бороду, - чешется, гадина.
- Кто за то, чтобы купить какой-нибудь постоялый двор или другое строение и организовать базу? - Молчавшая до этого небольшая конопатая темноволосая девчонка резко сменила тему.
- Блин, но это большие траты, хотя идея достойная, - Бром кивал головой в такт тихой музыке, раздающейся из динамиков.
- Предлагаю купить магазин и задвигать свои товары по полной стоимости, а не за половину, у нас будет база, с одной стороны, и сбыт с другой. Я уже узнавала, что купить магазин в Гибсхольде стоит тысячу золотых за двухэтажное строение и полторы тысячи за трех. - Лина выжидающе осматривала компаньонов.
- А что, замечательная идея! Правда, придется опять отложить наши траты в реале, - вздохнул худощавый паренек.
- Тогда голосуем, - человек, играющий за дворфа, поднял руку, - За!
- За орду! - Звонко выкрикнула Дайна.
- Согласен, - коротко кивнул Вир.
- Ну, значит, за дело! - произнес старший, - но сначала надо выпить! - Бокалы с пенным взвились в воздух.
Глава 1. Интриги.
Я вертел в руке магическую плашку. Сила, заключенная в ней увеличилась многократно. Даже я, не имея никаких магических талантов и навыков, я явственно ощущал покалывание на кончиках пальцев, когда касался ее. Почему сменилась ее небольшая зеленоватая аура на ярко голубую? Камень силы. ???? (мифический). Обалдеть! Что только теперь с ним делать? Для чего он нужен? Сперва наперво необходимо было его спрятать.
Засунув плоский камешек в единственный поясной карман для зелий, и закрыв на пуговицу, я открыл ставни и выглянул в окно. Со стороны города послышались какие-то крики. Не долго думая, я свесился вниз, и легко спрыгнул со второго этажа. Тихонько позвякивая амуницией, легким бегом я отправился в сторону леса. Там всяко безопасней. Уже отбежав на приличное расстояние, я услышал, что шум доносится со стороны постоялого двора, откуда я успел сбежать.
Продвигаясь по дороге, я изредка припадал ухом к земле, пытаясь услышать доносящийся стук копыт, но все было тихо. Настроив интерфейс таким образом, что бы нижняя половина обзора была открытой, я копался на форуме в разделе магических предметов. Какой-то умный человек выложил то, что узнал в библиотеке одного из храмов, будучи послушником. Градация предметов начиналась с зеленого - это были обыкновенные волшебные предметы. Хоть и встречались они достаточно часто, если брать в сравнении с остальными, то стоить такое оружие могло, начиная от тысячи золотых монет. Далее шли редкие волшебные предметы, их свечение было уже красным. Говорили, что за один такой предмет можно отстроить целую факторию. Следующими по градации шли фиолетовые уникальные и легендарные золотые предметы. Их цена была просто запредельной, и это был не просто штучный товар, как правило, в продаже их не было от слова совсем.
Когда я прочитал следующую строчку - мифический предмет, мои волосы встали дыбом. При идентификации предмета, или при обнаружении магии на нем, голубое свечение должно быть огромной силы. Прямо как то, что произошло в комнате. Причем, как я понял из описания, суть идентификации заключается в высвобождении силы, заключенной в предмете, которую и высвобождает заклятие. В этот недолгий момент волшебник и изучает предмет. Сильный маг может почувствовать эманации на приличном расстоянии. Достав плашку, я рассмотрел ее еще раз. Она изменилась! Теперь какая-то мелкая рунная вязь шла по внешнему периметру с двух сторон, а в центре стоял замысловатый символ. Квадрат, с отходящими от его вершин ломаными линиями по два отрезка на каждый.
Я снова углубился в чтение форума и, не снижая бдительности, продвигался по дороге в сторону Гибсхольда. Я уже знал, что магический взгляд может подсветить все предметы на определенном расстоянии, и в зависимости от их силы раскрасит в нужный цвет. Поэтому любой случайный маг может раскрыть наличие у меня мифического предмета. Уже слегка познакомившись с жадной натурой людей, я понял, что, скорее всего, некоторые захотят его отобрать. Лишнее внимание мне ни к чему. Через час упорных поисков я узнал, что только толстый слой металла может скрыть магические эманации, а в идеале - свинец. Засунув ее под доспех, я ускорил шаг.
Спал в таверне я не долго, поэтому к обеду из-за холма появилась крепостная стена. На запад дорога уходила в Гибсхольд, а на восток к Озерному долу и далее в направлении замка Кседльварр. Крепость, а точнее поселение торговцев всех мастей представляло собой рынок и несколько постоялых дворов, обнесенных общей стеной. Тут правили деньги, а точнее три самых влиятельных купца, державших это поселение. Жители называли это место Распутьем. Первым делом, отдав пять медных монет за вход, я пошел на рынок искать шкатулку. К сожалению, ничего подходящего не было. Задерживаться тут не было никакого смысла. Я обошел все три постоялых двора и на последнем мне все-таки повезло. Пассажирский дележанс с большой каретой и шестью лошадьми собирался в дорогу.
- Возничий, куда едем? - Я подошел к пожилому плюгавому мужичку, который сидел на дрожках и чистил кинжалом какой-то овощ.
- В Гибсхольд, конечно, куда тут можно еще ехать? - Он меланхолично продолжил свое занятие.
- А места есть? - Я подкинул в руке серебряную монету. Взгляд возничего оживился, и он с готовностью поведал, что осталось еще два, и с нами едет пожилая пара купцов, да сыновья одного аристократа. Всего в карете было три ряда сидений, поэтому я выкупил оставшиеся два места на самом заднем за четыре золотых монеты. Оказавшись внутри, я улегся, и принялся ждать. Вдруг система выдала сообщение: Ваша репутация в Гильдии наемников "Северный Предел" увеличилась на 5. Вам присвоен титул "наемник" вместо "рекрут". Хм, не иначе Бромбург оставил отзыв, как и обещал. Немного поразмыслив на счет открывающихся перспектив, я улегся поудобнее.
Слегка подскочив на сидении, когда колесо дилижанса заскочило в рытвину, я очнулся, когда карета начала набирать ход. Видимо задремал, неожиданно. Выглянув в окошко, я заметил пятерку всадников на взмыленных лошадях, что въезжали в ворота. Гадать по чью душу они так торопились сюда желания не возникало. Десяток конных бойцов охранения сопровождали нашу процессию. Мысленно улыбнувшись тому, что удача пока на моей стороне, я вынул одеяло, скатал и положил под голову, решив хорошо выспаться в дороге.
Гибсхольд встретил ясным небом и небольшим морозом. В темноте могло показаться, что стены города пусты, но я замечал, то и дело мелькавшие наверху силуэты стражников. Осматриваясь вокруг, я быстрым шагом двинулся в сторону Гильдии наемников "Северный предел". Улицы были уже пустынны, ночь вступала в свои права. Не застав эльфа за стойкой, я отправился к себе в комнату. После моего ухода тут ничего не изменилось, все вещи оставались на местах, и я немного расслабился.
Утром я зашел к Мельтусу после того как снял в хранилище две с половиной сотни золотых платиной и еще тридцать золотом. Это было удобнее, чем таскать тяжелый кисет, набитый желтыми монетами. Все-таки килограмм с лишним - это приличный мешок.
- Здравствуй, Рион, - поздоровался эльф сразу, как только увидел меня, спускающегося со ступеней.
- И тебе не хворать, Мельтус, - я кивнул эльфу, и он расплылся в улыбке так, как будто увидел старого товарища. Странный персонаж, отметил я про себя.
- Тут вчера заходили твои друзья, и расхваливали тебя, что было сил, - все его тридцать два зуба сверкали.
- Я пришел отдать долги, - я кивнул в сторону неприметной двери.
- Не сомневался, нисколько в тебе не сомневался. - Мельтус кивнул и направился в кабинет.
- Твой долг двести шестьдесят полновесных, с учетом комиссии по доставке золота, - он оторвался от книги, и уставился на меня.
- Ах, да, - я очнулся от своих мыслей, - вот, держи, я высыпал на стол двадцать пять платиновых монет и добавил десяток золотых.
- Великолепно, всегда приятно иметь дело с ответственным человеком, - Мельтус оторвался от своей книги, внеся записи. - Есть ли у тебя какие-то конкретные планы на будущее? - Осторожно поинтересовался клерк.
- Ну, конкретных нет, необходимо только разделаться с парочкой пустяковых дел и я свободен, - я сильно приуменьшал степень своих проблем. Мифический предмет иголочками жег грудь и пустяковой вещью не казался. Дело было даже в несколько другом. Ведь нашли в пещере мы один камень силы, а теперь это уже совершенно другая вещь. Необходимо было идентифицировать её, потом либо использовать, либо продать. У кого это сделать? Нужен надежный маг. Стоит ли идти в группу Бромбурга или нет? Потяну ли я без их помощи в этом вопросе? И не станет ли это нарушением нашего договора? Как теперь его разделить на всю группу?
Эльф тактично молчал, пока я сидел с задумчивым видом. Когда я очнулся, то заметил тень улыбки на его лице.
- Пустяковые дела, - это хорошо, позволяют почувствовать себя живым, - он ехидно ухмыльнулся. - Другое дело клан Железных волков, - я встрепенулся, - пусть и начинающий, но многочисленный, - он с интересом смотрел на мою реакцию.
- Да, что там говорить, сами виноваты, - я отмахнулся. - Хотели ограбить нас, но не вышло, - решил я приоткрыть завесу тайны. Ведь сказал он это не просто так, явно с какой-то целью, мог ведь и промолчать, а так как заговорил, значит ждет ответного жеста, и я не прогадал.
- Аккуратнее теперь на улице. По косвенным данным они вычислили тебя. Эти люди не такие, как правосудие нашего Князя. Они не чтят заветы предков, и у них нет чести. За твою голову назначена награда в сотню золотых, но в этих стенах тебе ничего не грозит, - Мельтус ловко выудил пару квадратных стаканов и вытянул откуда-то снизу бутылку с янтарной жидкостью. Плеснув немного, он предложил и мне. Я кивнул. Отпив первым, он продолжил.
- Но это все ерунда, за сотню золотых серьезных наемников подписать на это дело не удастся, поэтому опасаться всерьез тебе нечего, еще налить? - Эльф заметил, что я уже опрокинул свою порцию.
- Нет, спасибо, люблю, что бы голова была ясная, огненная вода притупляет реакцию, как будто три шлема на голову надето, когда выпил, - я отставил стакан в сторону.
- Правильно решение, - кивнув, он продолжил, - только так совпало, что буквально через половину дня после сдачи вашего задания, в городке Полевой вскрылся мощный артефакт, за которым началась охота, ничего об этом не знаешь? - он с крутил стакан в руке, откинувшись в кресле.
Рассказать или нет? Может быть он поможет? А может быть это ловушка? Да что же делать!?
- Что за артефакт? Может быть, я что-нибудь об этом слышал. - Я решился закинуть удочку.
- Ладно, хватит ходить вокруг да около, - Мельтус вздохнул. - Я практически уверен, что артефакт у тебя. Ты показал Родусу некий камень силы, который вынес из подземелья, а следом активизировались шпионы Ворона. Если сложить два плюс два, то легко понять что к чему. Они ищут его. Пока им неизвестно где и у кого, но это дело времени. - Кажется, в облике эльфа появилась какая-то странная сила, некая жесткость, и неотступность.
- Хорошо, - я вздохнул, полез запазуху, и достал камень, завернутый в кусочек шкуры, выложил на стол. Мельтус развернул, и осмотрел плашку, не прикасаясь к ней.
- Тут идентифицировать его нельзя, маги башни сразу заметят искажение пространства, и всем все станет известно, бери, и пойдем, - он кивнул на камень и встал из-за стола. - Отвернись, пожалуйста, я открою тайный проход. - Он посмотрел на меня немигающим взглядом, от которого пробрал мороз по коже. Я подчинился, пытаясь ощутить все передвижения Мельтуса, если он вздумает напасть. В стене что-то щелкнуло. С легким шипением часть полок отъехала в сторону, открыв узкий проход вниз, с множеством ступеней.
Следуя за Мельтусом, я думал о том, что будет, окажись это хитроумной ловушкой. Но он и так мог забрать камень, если бы захотел. Верить в то, что это просто клерк я больше не мог. Слишком много было противоречий в его поведении косвенных и прямых. Мы спустились на пару ярусов в круглое помещение с громоздким круглым столом посередине. В середине лежал большой круглый кристалл. Воистину, комната волшебника.
- Здесь можно. Глубоко от поверхности, и много камня, маги не заметят. - Он выудил свиток из шкафа, спрятанного в нише, который я сразу не заметил. - Я не колдун, но кое-что умею. Положи, пожалуйста, камень на стол.
Когда я выудил плашку и отошел на пару шагов, Мельтус кивнул чему-то, развернул свиток и стал шептать какие-то слова. Вдруг с громким шипением свиток исчез, и легкая зеленоватая дымка по полу устремилась к столу. Обвив камень, она буквально впитывалась в него. Через долю секунды я уже прикрывал глаза руками. Настолько нестерпимо ярко лился из его недр голубой свет. Только по длительности он явно уступал тому, что было раньше. Всего через несколько десятков секунд свечение начало спадать. Пара минут и на столе лежал вроде бы вполне обычный предмет. Я сконцентрировался на нем:
Камень силы. Ключ Дайро. (Мифический).
- Что значит Дайро? - Я спросил у эльфа.
- Дайро, это заклинание, насколько мне известно. Колдовская печать. А это, видимо, ключ, открывающий эту печать. Одним богам известно, что может открыть ключ такой силы. Одно я знаю точно, что как минимум таких ключей должно быть три. Может и больше. Забери его, вот футляр из свинца, это тебе поможет, - Мельтус протянул мне квадратный футляр чуть больше чем камень по размеру. В футляре был вдет шнурок, который я подпоясал под кольчугой. Когда ключ исчез за пазухой, он продолжил:
- Если его найдут здесь, то нас сметут. - Эльф как будто извинялся за то, что отдавал его мне. - Одно знаю точно, никто и никогда не запечатывал что-то доброе. - Его тон стал задумчивым.
- Это что-то может быть внутри одинокой горы, - я рассказал последнее, что знал.
- Понятно, спасибо, что доверился, может быть, мы сможем помочь друг другу. Тебе надо стать сильнее, что бы выжить в этой игре. Ты, конечно, можешь избавиться от ключа, но боги присматривают за тобой, я в этом уверен. Хотя решать все-таки тебе.
- А что, если выкинуть его в море, например, так далеко, как только это возможно, - я уже прикидывал шансы добраться до побережья.
- Бессмысленно. У предмета такой силы всегда будет хозяин. Подобные вещи так просто не теряются. Удачи тебе, Рион, мы собьем след на время, затаись на пару дней. - Эльф стоял, как будто что-то обдумывая, сказать мне или нет.
- Что еще? - Я решил не тянуть кота за хвост.
- Хорошо, - он кивнул себе, как будто вторил своим мыслям, - существует легенда о библиотеке Эрнхорста. Говорят, это был великий маг древности. Он создал целый город света, и магии одной лишь силой мысли. Магическая вуаль скрывает все постройки, кроме одной. - Мельтус вновь замолчал, как будто о чем-то задумавшись. В этот момент я заметил, что истинный возраст эльфа гораздо больше, чем казался до этого.
- Библиотеки? - Вопрос сорвался у меня сам собой.
- Да, библиотеки, ее одну может увидеть смертный великой силы, ну или подготовленный маг. Библиотека собирает сведения из самой арканы, что течет по сфере нашего мира. В ней фиксируется все творимое волшебство, с определенного уровня. Ходят легенды, что всегда, когда происходит возмущение пространства, достаточно сильное, книга сама записывает, что произошло. - Эльф опять замолчал.
- И именно там можно найти, что произошло под одинокой горой за все время существования книги? - Это всего лишь моя догадка. Место, где можно было применить плашку, могло быть и иным. Но с чего-то надо начинать, не так ли?
- Да, ты верно мыслишь, а теперь пошли. - Система тут же отреагировала на эти события.
Вами получено задание: Найти книгу Эрнхорста (легендарное). Принять, Да/нет.
Кошмар, заданий становится все больше, да и уровень сложности просто запредельный. Что ж, отправим в долгий ящик.
А сейчас пара дней безделья, что может быть хуже?
Но заниматься праздностью в мои планы не входило. Отправившись в свою комнату, я заказал себе еды, и принялся изучать, что нового появилось в моем интерфейсе.
Раса: Человек. Путь: Воин Кседльварра. Ступень: 3. Здоровье: 100% (33).
Опыт: 6047/8500.
Сила: 28; Телосложение: 24; Ловкость: 33; Интеллект: 22; Мудрость: 24; Харизма: 20
Владение простым оружием. Владение военным оружием. Владение стрелковым оружием. Владение легким доспехом. Владение средним доспехом. Владение тяжелым доспехом. Владение щитом. Видение.
Таланты: Бой с оружием в каждой руке. Защита с оружием в каждой руке. Удар из защиты. Разумная защита. Мастер одноручного клинка (урон).
Атакующий потенциал: Ближний бой +5 | Дальний бой +6. Защитный потенциал +3 (максимально +6).
Доступно единиц навыков: 2/2.
Доступные навыки:
Лазание:23% - 6(+2)* | Бег:2% - 5(4+1)* | Прыжки: 1%: 5(3+2)* | Выживание: 89%: 3(2+1) | Скрытность: 92%: 6 (2+3+1)* | Бесшумное передвижение:100%: 4 (1+3)* | Акробатика: 85%: 5 (2+3) | Поиск: 18%: 1,5(1+0,5) | Обнаружение: 79%: 2(1+1) | Использование веревки: 1%: 4(1+3). | Запугивание: 0% 1 (+0). | Верховая езда: 57% 3(0+3). | Профессия: Учитель 42% 0(+0). | Лечение: 77% 0(+0). | Искусство магии 38% 0(+0). | Знание магии 59% 0(+0).
Крепость тела + 4, реакция +4, сила воли +4, удача +1.
Конечно, подросла шкала опыта, до уровня оставалось уже не так много. Навыки улучшились, но не так серьезно. Единственное, что удивило, это как я пропустил увеличение бега на единичку, видимо это было в том хаосе, что творился возле пещеры. Не мудрено и не заметить. Бесшумное передвижение уже давно висит на сотне, и интерфейс показывает, что дополнительная шкала практически заполнена. Это говорит о том, что скоро он апнется сам собой. Два навыка еще свободны. Думаю, стоит ускорить скрытность, когда будет возможность. Это не помешает, особенно в свете полученной информации, и назначенной награде за мою голову. Здорово подросли и магические навыки, но это понятно, близкое знакомство с магическими артефактами не остается без внимания.
В списке доступных талантов мой взгляд опять зацепился за атаку сквозь строй. Базовым в этой ветке был талант уклонение. Развитый мной на пятьдесят пять процентов. Это было даже больше, чем минимальное требование для вброса балла. Что если не тратить талант на него, а попытаться развить самостоятельно? Заинтересованный своей идеей, я направился на задний двор, где маячило несколько наставников, которые гоняли группу наемников.
Выйдя в атриум, я остановился в арке прохода. Происходящее там невольно завораживало взгляд. Утоптанная земля, радиусом в пятьдесят шагов, ограниченная каменным бортиком по пояс служила тренировочной площадкой. В центре три наставника, вооружённые алебардами, окружили группу пехотинцев в девять человек, ощетинившихся щитами. Защитники стояли полукругом в два ряда, а наставники попеременно пытались выдернуть кого-нибудь из них. Как только крюк цеплял кого-то, его соратники тут же прилагали все усилия, что бы снять наживку с крючка. Строй разворачивался, размыкался и смыкался по команде десятника, стоявшего поодаль. Бойцы перестраивались в сторону противника, сразу, как только с одной из сторон учителей становилось больше одного. Когда они не успевали, и один из наставников цеплял щитоносца, второй учитель тут же отталкивал ближайшего к рыбке бойца, и проводил дезориентирующую атаку на третьего. Выхваченного воина, уже втроем тут же разделывали под орех. Под задорное улюлюканье через пару секунд тот возвращался обратно в строй. Через некоторое время представление окончилось. Как только это произошло, ко мне тут же подошел наставник. Видимо мое появление не осталось незамеченным.
Ко мне обратился лопоухий лысый воин в потертом кожаном нагруднике. Он оперся на каменную ограду и переводил дух. Перебитый много раз нос только добавлял ему суровости. Я заметил мелкие капли пота на его лице. Погода стояла отнюдь не жаркая, по этому мне стало понятно, что тут принято выкладываться на полную.
- Я бы хотел обучиться, - выдал я цель своего визита.
- Чему? - он хмыкнул, - изъясняйся конкретнее.
- В бою один на один, я хотел бы лучше чувствовать соперника, и уклоняться от его выпадов. - Я не знал, как выразить в словах то, что мне было нужно, и сказал первое, что пришло в голову.
- Хорошо, ты попал по адресу. Но, обычно это больше по специальности плутов. Ребята вроде тебя, в железе редко владеют подобным талантом, полагаясь на крепкую броню. Одна тренировка будет стоить тебе один золотой. И, сомневаюсь, что ты преуспеешь, нужна отменная реакция, - его тон был скептическим. Возможно, он будет прав.
- Если это даст мне преимущество, то я готов. - Я выудил полновесный.
- Меня зовут Йорд. - Он сгреб монету, и пошел к сундуку, который прятался за оградой. Выудив простую длинную палку, он со зловещей улыбочкой направился ко мне.
- Твоя задача, не дать мне достать тебя. Клинки можешь скинуть в углу, они тебе не пригодятся.
Следующие два дня я спустил десять золотых. Йорд атаковал как бешеный, казалось, что само его восприятие мира было выше, чем у меня. Скорость, с которой я получал тычки и удары, была колоссальной. Радовало, что доспех исправно уменьшал входящий урон. Защищаться без оружия было не привычно. К концу второго дня я изрядно вымотался, и посмотрел прогресс таланта. Он составил всего пять процентов. Видимо, придется все-таки вбрасывать балл, удрученно отметил я. Это займет длительное время, а его нет. Между тренировками смотался на рынок и прикупил составной короткий лук, который давал дополнительный урон по врагу в зависимости от бонуса силы, имел большую дальность, чем у обычного, но не особо мешал для моих быстрых маневров.
Наутро третьего дня я выбрался на улицу. Повернув направо, в сторону хранилища, я отметил человека, поднявшегося с лавочки напротив. Наброшенный капюшон скрывал его лицо, а плащ и кожаная броня под ним была практически новой. Описания над ним не было видно, капюшон тщательно скрывал внешность. Свернув несколько раз по пути, я выглянул из-за угла. На той стороне узкой улочки, окруженной двухэтажными домами пробираясь через снующих горожан все тот же человек двигался в мою сторону.
- Видимо, по мою душу, - в сердцах я был рад этому. Хотелось приключения.
Пройдя еще один район, я задержался, что бы он заметил, куда я пошел, и свернул в неприметный проулок. Накрывшись плащом, я пристроился среди штабелей мешков с какими-то корнеплодами у овощной лавки. Наблюдая из щелки, было видно, как преследователь прошел мимо, остановился в конце на перекрестке, и принялся оглядываться. Насколько я знаю, обнажать оружие в городе нельзя, но эти могут пренебречь правилами. Повертев головой, он посмотрел назад, потом опять по сторонам, и всплеснул руками. В этот момент я заметил на крыше в стороне по ходу моего движения еще одного подельника, который знаками показывал, что не знает, куда я пошел. Ха, обложили все-таки. Нет, драться с вами на ваших условиях я не намерен. Когда они двинулись дальше, в разные стороны, я выбрался и потихоньку отправился обратно в гильдию.
Заказав поздний завтрак, я завалился на кровать ипринялся копаться в квестах Гибсхольда на форуме. Изучив информацию по одному, заинтересовавшему меня, я двинулся в сторону порта. Добравшись до склада, я взял задание и бумагу-пропуск у коменданта и пошел в сторону городских катакомб. Суть квеста была в очистке подземных сообщений города от наводнивших его вредителей. За каждый крысиный хвост комендант обещал две медные монеты. Возле полукруглого строения, ныряющего с задней стороны в землю, крутилось порядка нескольких десятков разношерстных игроков. Вся суть их движения сводилась к подбору группы. Подождав немного, пока мои перемещения будут замечены заинтересованными лицами, я отдал бумагу одному из стражников на входе. В двустворчатых воротах, явно рассчитанных на две телеги, была калитка, которой мне и предложили воспользоваться.
Сеть катакомб пронизывала весь город, соединяя между собой все районы. Широкий коридор уходил под углом вниз. К этому сооружению явно приложил руку волшебник. В выложенных кирпичом арчатых стенах были вмонтированы светильники через каждые пару десятков шагов. Они излучали зеленоватый свет, который слегка рассеивал мрак. Пройдя пару сотен шагов, я нашел более узкие ответвления в две стороны. Это уже были пути сообщения для людей.
Проблема этих катакомб заключалась в том, что, сколько бы крыс не изловили, они появлялись вновь буквально через несколько часов. Огромные твари могли сбиться в стаи, и напасть на человека, поэтому сейчас сеть подземных путей была закрыта. Откуда они брались, никто понять не мог. Отправленные на поиски причин стражники входили в подземные пути группами, но могли не встретить вообще ни одного грызуна, так как от большого числа людей крысы просто прятались. Власти не отчаивались, посылая желающих попытать удачу и найти корень всех зол. За эту информацию была щедрая награда в сотню золотых монет. От желающих не было отбоя.
Свернув направо, я сел за углом и принялся слушать шаги. Изредка из коридоров издалека доносилось пищание крыс и какая-то возня. Первое, на что я обратил внимание, вопреки своим ожиданиям, был общий чат ближайшей территории.
- Этот кент точно сюда попер? - Кто-то с именем Курт выяснял мое точное местоположение. Забавно, они ведь не знают, что я это вижу.
- Да, лови группу, елы-палы, третий раз кидаю. - Некто Фради_Дырявый отписался в ответ.
- Сча, свою расформирую, - ответил Курт.
Хорошо, очень хорошо. Я выудил лук и стрелу. Света было маловато - пятьдесят шагов и уже не видно ни зги. Через минуту я заметил пять силуэтов, ощетинившись оружием и щитами, они двигались по коридору. Четыре человека и эльф, сжимающий лук. Эльфы отлично видят в темноте, необходимо это учитывать, поэтому я хорошо прицелился. Спуск тетивы произошел одновременно с тем, как он слегка повернулся. Досадно, стрела впилась в руку. По тому, что он не выпустил оружие, я понял, что рана совсем пустяковая. Доспех из шкур изрядно замедлил стрелу.
- Где он!? - Вскрикнул эльф.
- Там! Это он! - широкоплечий воин указывал в моем направлении своим двуручным топором.
Эльф только натягивал тетиву, когда я уже выпустил вторую стрелу.
- Ай! Он меня опять ранил! - Вскрикнул игрок, и поспешил спрятаться за спину бойцов, которые неслись в моем направлении. Что ж, игра началась. Я ринулся в темноту коридора. Посередине каждого участка были небольшие расширения, с поддерживающей свод колонной посередине. В этих узких коридорах только в таких местах были установлены магические светильники, разрезающие мрак. Я добежал до очередной развилки, заметив посередине коридора крысу. Тупой зверек зачем-то заметался из стороны в сторону. Пинком отбросив зверька с дороги, я добрался до следующего ответвления. Спрятавшись за угол, я стал накладывать стрелу на рукоять лука. Топот ног усиливался, и как только светильник в тридцати шагах высветил фигуру, я выстрелил. Боец с щитом несся впереди, гремя подбитыми сапогами по брусчатке. В следующий момент он уже катился по земле, а я побежал налево, пересекая коридор специально, что бы меня заметили.
- Вон этот тип! Не уйдешь!
- Он убил Дога! - Орали сзади.
Добежав до следующего расширения, лук полетел в сторону. Достав клинки, я прижал их к груди крест-накрест, и закутался в плащ, устроившись у стены по левую руку от входа. Первый враг с топором наперевес, прикрываясь щитом, пролетел мимо. Второй также не заметил моего присутствия, держа двуручный топор, он без оглядки мчался за соратником. Третьим был эльф.
- Аааа! - Игрок заметил меня, и издал истошный вопль, резко шарахнувшись от меня в сторону. Мой длинный клинок сверкнул, разминувшись с его телом буквально на волосок. Скорректировав выпад левой рукой, мой короткий меч достал его шею, оставив широкий разрез, из которого тут же начала хлестать кровь. Осаживаясь на пол, эльф судорожно зажимал рану руками. Четвертый враг, бежавший последним, с копьем наперевес, огласил окрестности бешеным криком и успел протаранить меня. Ей богу, как тот кабан на поляне, мог бы быть и по тише. От смертельного удара я смог увернуться в последний момент, крутнувшись волчком. Удар копьем прошелся по наплечному щитку. Наконечник копья, сминая и разрезая металл доспеха, срикошетил в сторону. Получены повреждения от: Человек. Игрок. (Одноручное копье) повреждения: 0 (99,9% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 99,85%. Доспех получил повреждение: прочность 27/37.
Опять дорогостоящая починка. Но лучше так, чем быть раненым. Я разворачивался для ответного удара, пропуская мимо себя копейщика, краем глаза заметив, что двое других, убежавших вперед, возвращаются. Полностью вложившись в атаку, я силой раскидал оружие и щит врага в разные стороны, нанеся следом серию колющих ударов в грудь. Удовлетворенно скинув с клинка, опускающегося на колени врага, я двинулся навстречу остальным.
- Тебе не жить. - Со злостью в голосе отрезал широкоплечий боец в кольчуге.
- Это вам не уйти отсюда, - я решил слегка побеседовать.
Впереди были глубины катакомб, единственный выход отсюда находился сзади меня. Один из тех ходов, что не соединяются с остальными. Эта часть подземелья вела из порта к южной стороне города, где за дополнительной стеной располагался замок князя и городские казармы с постоялым двором для важных гостей. Я специально выбрал это место для охоты, изучив карту подземелья на форуме.
- Ты в кос листе нашего клана, тебя убьют, молись, и может быть, мы сжалимся, - воин наступал, поигрывая топором, пытаясь ввести меня в заблуждение ложными взмахами.
- Ну, тогда, поиграем, - я поманил его рукой, - давай, детка.
- Меня зовут Фради, запомни меня, - пафосно произнес человек. Над его головой тут же изменилась надпись, Человек. Игрок. Фради_Дырявый. Клан Железные Волки.Он кивнул второму бойцу, и тот тут же напал на меня, метя в живот. Я решил поиграть с ними, легко отбив пару выпадов щитоносца, я уклонился и от огромного топора, лишь слегка сместившись в сторону. Его широкое лезвие пронеслось совсем близко от моего лица. Лениво отбив несколько неуклюжих прямолинейных наскоков, я подсек ногу громилы. Когда он потерял равновесие, то тут же всадил второй клинок ему в шею. Издавая булькающие звуки, он завалился назад.
- Ты тут за деньги, или ради чего? - Я спросил оставшегося противника. С силой отбивая его атаки, от чего длинный клинок врага улетал достаточно далеко. Я мог прикончить его в любой момент, но пока не делал этого.
- Зза деньги, - слегка заикаясь от волнения, произнес тяжело дышавший боец.
- Тогда передай остальным, тем кто захочет золота, пусть приходят. У меня есть чем их угостить, - сделав ложный замах, я перекатился в сторону. Не ожидающий такого воин прикрылся щитом в тот момент, когда я был уже сбоку. Два мощный удара пробили кольчужную рубаху, разворотив доспех. Под тихие всхлипы и стоны врагов я принялся потрошить их карманы. Музыка для моих ушей. Добивать их я не стал. Сами подохнут. С такими ранами не живут. Может быть, в следующий раз они подумают трижды, перед тем, как на меня полезть.
Получен опыт за бой: 700.
А вот и опыт подкатил. Насвистывая веселую мелодию, я снимал с убитых доспехи. Наиболее ценные предметы необходимо продать. Что бы впредь неповадно было. Взяв с убитых длинный составной лук у эльфа, две чешуи, одну полную кольчугу и кольчужную рубаху, я свалил все это в прихваченный с собой мешок и двинулся в обратную сторону. К сожалению, денег у них не было вовсе, очень жаль. Хоть для крыс сегодня будет много добычи. Судя по тому, что игроки объединялись в группы можно сделать вывод, что находятся они достаточно далеко друг от друга. Теперь они пойдут в сторону последнего нашего столкновения. Выглянув на главный тракт, я не заметил никакой активности и направился в сторону ворот. Мешок вышел тяжелым, доспехи весили изрядно. Опасаясь, что он порвется, я поспешил домой. На выходе из катакомб стражники проводили меня изучающими взглядами, но вопросов не задали.
- Здарова, Вир! - Я осклабился, бросил мешок на пол, и крепко пожал руку удивленного плута.
- Ты откуда, и что за поклажа? - Он вышел из-за прилавка, отложив какую-то книгу в сторону.
- Да так, добрые люди подкинули. - Я начал вынимать вещи, и складывать их на пол, - говорят, вы совсем осесть решили?
- Да неее, решили базу себе устроить, заодно магазин, что бы лут по полной цене сбывать, - мне показалось или на его лице промелькнула и тут же погасла виноватая улыбка. - Как ты нас нашел?
- Хорошая идея, с магазином в смысле. Найти вас было просто. Бромбург оставил послание для меня в хранилище. Я когда заходил, прочитал, что вы купили магазин. Молодцы, что сказать. Принимай товар.
Я отдал также и лук, который брал взаймы. Купил у них и колчан стрел для длинного лука. Вир сказал, что торговля идет достаточно бойко, так что товар не залеживается. По сниженной цене доспехи и оружие улетают буквально как горячие пирожки.
- Мы то не крафтим, а забираем, так что и затрат у нас поменьше будет. - Он ехидно ухмыльнулся и развел руками в стороны. - Рыба ловится вооот такая.
Мы еще немного поговорили с моим бывшим товарищем покоманде, и я продал чешую по двадцать пять золотых за штуку, кольчугу, которая была целой, за восемьдесят пять, а рубаху за тридцать пять. Неплохо заработал, за короткий срок. Став богаче на две сотни золотом с небольшим, я отправился ремонтировать доспех к уже знакомому кузнецу. В этот раз, сторговавшись все-таки на пятидесяти монетах, я снял наплечник и отдал шлем на починку. Рихтовать же мелкие вмятины на остальных щитках не имело смысла, и я отправился обратно в гильдию.
Заглянув мельком в характеристики, я заметил, что навык скрытность теперь можно улучшить, что я тут же и сделал, закинув в него один балл.
- Здравствуй, Рион, - как только я переступил порог гильдии, на мне сразу же напал Мельтус, - как дела? - Он ехидно поинтересовался.
- Идут в гору, - я усмехнулся, начиная понимать, куда он клонит. Я осмотрелся, в холле, кроме доспеха у лестницы никого не было. Вторые латы куда-то пропали, странно. Вот ни в жизнь не поверю, что это не голем. Слишком он подозрительный.
- Всего один день на улице, а за твою голову платят уже две сотни, - Эльф зацокал языком, весь его вид выражал удовольствие.
- Пф, - я отмахнулся, - две сотни слишком мало за такое опасное дело.
- Знаешь, это несколько повышает рейтинг моей гильдии. За время твоего отсутствия несколько разумных приходили проситься вступить в наши ряды. - Мельтус начал рыться в свитках.
- Ставлю десятку, что они не дотягивали, - я решил поддержать эту игру.
- Ищи дураков, спорить не буду, так и есть, - он выудил сверток, перетянутый красной ленточкой. - Нашел! Вот посмотри, это может тебя заинтересовать.
- Видимо мне все-таки стоит освежиться за стенами города, может и страсти поутихнут, - я сразу понял, куда клонит хитрый лис.
- Что верно, то верно. Можешь забрать документ с собой для ознакомления. - Забрав сверток из его рук, я отсалютовал ему и начал подниматься по ступеням.
***
Мрачные коридоры подземной башни выводили на поверхность, к лесу. Человек, одетый во все черное, вооруженный коротким клинком и ручным арбалетом, поплотнее закутался в плащ. Погода стояла холодная, не то что в Алимане.
-Чертов снег, - проворчал худощавый мужчина. Серые глаза, лишенные всякой теплоты осматривали окрестности. Поле, уже не возделываемое крестьянами, простиралось на половину версты, упираясь в могучую полноводную реку. Неширокий мост был перекинут через нее. Деревушка, куда он направился, маячила посередине, между лесом и рекой. Дорога от нее была только одна - в город. Пятнадцатиметровая отвесная стена ограждала его.
- Так вот ты какая, Белая башня, - произнес мужчина. Высокое строение было видно за много лиг. Пологие холмы и поля, не загораживали обзор.
"Появится сразу много вопросов, если заявиться в открытую, привлекая внимание. Наставник не зря отправил меня к вечеру", - подумал человек.
С наступлением темноты, юркая тень перескочила через трехметровую стену из бревен. Они были заточены сверху, но это нисколько не помешало. Стражники, прохаживающиеся по досчатому настилу, ничего не заметили.
Второй этаж конюшен был завален сеном. Лошади сначала заволновались, но конюх, зашедший проверить все ли в порядке, добавил овса в кормушки после осмотра и животные успокоились. Человек проводил холодным взглядом крестьянина, удалившегося из постройки. Тому повезло, он не заметил фигуру, затаившуюся на балке перекрытия.
Местный зажиточный фермер каждое утро поставлял свежие овощи на рынок Гибсхольда. Очереди на вход в город не было. Стражник сразу заприметил Эрни, ведущего под уздцы тягловую лошадку. Очередная партия зелени и прочей снеди. Приняв от возничего две медных монеты в качестве платы за проезд, воин отметил, что парень сегодня бледноват. Может слегка приболел? Он хмыкнул, но не придал этому значения.
Человек, проехав пару кварталов, отпустил лошадь и подрезал гужи, соединяющие ее с телегой. Слившаяся с толпой фигура крепкого крестьянина свернула в переулок, грубая походка сменилась плавными движениями. Одежда вдруг истончилась, изменяясь на глазах, и стала полностью черной. Цель была достойной, чтобы, наконец, пройти испытание и стать полноценным членом гильдии. Человек проверил поясной карман. Две небольшие колбы с белесой жидкостью лежали на месте. Пятьсот золотых за две склянки. Весомый аргумент для любого убийства.
Глава 2. Разбойник и воин I.
Час скачки по неприметной дороге среди полей изрядно вымотал. Ухабистая дорога заставляла постоянно следить за тем, что бы лошадь не подвернула ногу, особенно когда она покрыта небольшим слоем снега. Полоса густого леса впереди упиралась в гору. Предстояло еще идти пешком по слабо проторенной дороге сквозь лесную чащу до пути назначения. То еще удовольствие. Я спешился.
- Спасибо, Гарлон, - три золотые монеты перекочевали в руку смышленого белобрысого юнца со смешными мелкими усиками.
- И вас спасибо, месье Рион, - он слегка поклонился, и тут же взял мою лошадь под уздцы. Я нанял Гарлона, что бы он за светлое время суток доставил меня сюда, а потом забрал лошадей. Место куда я приехал, обозначил на карте наниматель, как вход к лесной дороге.
Темнело. Под удаляющийся цокот копыт я направился к едва заметной колее, видимо от прошедшей здесь повозки. Подлесок, который должен был быть между колес, был вырублен и свален рядом. По его виду можно было сказать, что лежит он тут достаточно долго.
Мне следовало найти укрепленный лагерь на севере одинокой горы, заложенный господином Гримроу, князем Гибсхольда. По его приказу здесь должны были возвести небольшое укрепление, и на его основе уже построить полноценный форт. Расположение для него выбрано не случайно. С подножья горы в погожий день должна просматриваться часть долины, практически до самого города, в том числе и пресловутое Распутье, куда я заезжать не стал. Кроме того, северная часть гор будет под контролем людей, и бунгары уже не смогут так легко нападать на деревни. Всего тут должно работать две артели дровосеков, две каменщиков и одна плотников. Дюжина солдат во главе с сержантом должны были охранять людей. Кроме них, в состав начинающего поселения входил комендант, инженер, маг из Белой башни, и жрец. Всего семьдесят семь человек. Цель моего визита заключалась в разведке и установлении контакта с выжившими разумными. Две недели назад от них пришел последний курьер, и с тех пор сообщений больше не поступало. Совет князя предположил худшее, но сначала решили послать разведку. То есть меня.
Действительно, это задание меня заинтересовало. Действие должно было развернуться у небезызвестной Одинокой горы, где у меня висело, по крайней мере, еще два квеста. Первый на раскрытие тайны, что скрывается в ее недрах, а второй связан с закулисным владыкой, что плетет интриги, и манипулирует племенами враждебных человеку созданий. Задание "разведать обстановку в лагере" по категории сложности было стандартным, так что ничего особенного от него я не ожидал. За вылазку платили пятьдесят монет золотом, три из которых я уже истратил, так что можно было совместить приятное с полезным. Перед отправлением я проверил всю экипировку, докупил съестных припасов еще на три дня, и второй флакон с зельем лечения, размером с мизинец. Пара факелов, веревка, кремень с сухим огнивом, ну вроде бы все. Не помешает быть готовым к любым вывертам судьбы.
Первая неожиданность случилась уже через десяток минут пешего передвижения вглубь леса. Постоянно вслушиваясь в тишину леса, перемежаемую криками птиц, я заметил впереди телегу. Она стояла в сотне шагов впереди. Ни лошадей, ни людей с их извечной болтливостью не было слышно. Я затаился возле дерева, прикрытый раскидистым кустом. Следов не было видно, нападавший ночью снег мог все скрыть. Описав окружность и подкравшись ближе, я не заметил ничьего присутствия. Телега стояла, слегка накренившись, одно колесо валялось поодаль, разбитое вдребезги. Кто же так мог приложить деревянный обод, обитый полосами стали? Кое-где под слоем снега стали видны очертания трупов. Вот уж задачку ты мне подкинул, Мельтус. Возможно, в этом лесу поселились бунгары, чтоб их. Осмотрев поле боя, а это было именно оно, я заметил одну закономерность. Трупы были сильно обглоданы, доспехов не было, как и оружия. Людей я насчитал четырнадцать, лошадей не было видно. Тела могли обожрать и дикие животные, а что до трупов врагов - их я не нашел. Либо их унесли нападающие, либо для них все обошлось без потерь. Жаль, я не вызнал, насколько сильный отряд охраны был у поселенцев. Про себя я отметил, что мне не жаль этих людей. Тот, кто выбрал подобную стезю, должен учитывать все риски. Необходимо было двигаться дальше, ведь то, что я сейчас нашел хоть и полезно, но не исполняет договора, а он священен.
Сумерки сгустились еще больше. Ночь вступала в свои права. Снег лежал проплешинами, скрадывая видимость. Решив не разбивать ночлег в лесу при столь странных обстоятельствах, я двинулся назад. Когда я практически дошел до кромки леса, слева я заметил отголосок пламени, мелькнувший на кроне дерева. Интересненько.Приметив место, где я находился, я сбросил рюкзак и закинул его на сук повыше, что бы тот не достался зверью. Аккуратно пробираясь через подлесок, я ползком, прикрываясь подлеском подобрался на каких-то тридцать шагов к кострищу. Оттуда уже доносились тихие голоса. - Дерво, тупая ты скотина парнокопытная, кто же твою баранью голову учил так костер разводить? Ты или лес спалишь, или всех сюда соберешь, ошметок ты древней мозоли, - говоривший подошел с другой стороны временного лагеря, и принялся растаскивать горящие головешки, поочередно затушив их в снег.
Подкравшись еще на несколько шагов поближе, я принялся считать сколько их. Один, три, пять, десять, тринадцать... Ого, целых девятнадцать человек расположились вокруг кострища, с висящим над ним котелком. Я примостился между двух толстых деревьев, прикрытых справа кустом. Неплохое укрытие. Так, так, такой большой лагерь, а охранения нет, я принялся осматривать окрестности еще более внимательно. Вдруг кинув взгляд сквозь куст, я заметил отблеск металла, буквально в пяти метрах. Внутри меня все похолодело, а вдоль позвоночника пробежали стаи мурашек.
Вглядевшись пристальнее, получилось рассмотреть человека, который укрылся одеялом и осматривал окрестности. Мне очень повезло, что он еще не подал сигнал тревоги. Только раскидистый куст, уже практически без листвы находился между нами. Его выдал ятаган, что частью выглядывал из-под одеяла. Вот засада, ситуация хуже не придумаешь. Если это разбойники, или те, кто убил людей возле телеги, необходимо будет бить первым. Ведь если я начну уходить, то он может сразу меня заметить. Но если это дружественные бойцы, тогда можно и выйти поболтать. Шансы пятьдесят на пятьдесят. Но полагаться на удачу я не привык. Убивать человека просто из-за подозрений я пока не намерен, а значит, попробуем посидеть тихо и послушать, о чем они болтают.
Среди отряда я заметил одного полуорка, ни эльфов, ни дворфов или других более мелких рас не было. Одетый в шкуры, вооружен он был двуручной секирой, которую прислонил к дереву. Скорее всего, берсерк, опасный противник, не щадящий никого, в том числе и себя, когда атакует. Он один выделялся серьезным телосложением, в прочем, как и всегда. Его раса была изначально физически сильнее людей. У остальных были копья, мечи, щиты, топоры я насчитал также пять луков и один арбалет. Тем временем часть отряда прикладывалась к бурдюкам. Изредка я поглядывал на своего компаньона, но тот лежал практически без движений, и что меня больше всего радовало, не оборачивался в мою сторону. Через десяток минут разговоры стали более развязанными и на тон громче. Очень кстати, налакались.
Тут я заметил и командира. Одетый в кольчужный доспех и бармицу, он подошел к одному из бойцов, что как раз доел похлебку, и что-то ему сказал. Бородатый кивнул, подхватил лук, одноручный топорик, теплое одеяло и направился в мою сторону. Вот черт! По-видимому, смена караула. Пройдя половину расстояния, он встал и начал присматриваться. Тем временем главный подошел к еще двум бойцам, и те также, подхватив свои вещи, направились в разные стороны.
- Парко, ты где? - Негромко произнес лучник. Сейчас я мог рассмотреть его получше. Кожаная броня была грязной, и в некоторых местах залатана. Кровь это или грязь было не различить. Значит они здесь достаточно давно. Может быть, это выжившие люди с лагеря? Хотя эту мысль я тут же отмел, если бы это было так, то они были бы давно в городе.
Мой сосед поднял руку и потряс куст, что меня скрывал. Я напрягся, и приготовился нападать, медленно передвинув руку на рукоять кинжала.
- Нагрел тебе тут, - проворчал часовой, откинув одеяло, когда сменный приблизился.
- Давай, шевелись, хавчик стынет, - новый парень занял его место, даже не посмотрев в мою сторону, и тут же укрылся. Я заметил, что на земле уложены разлапистые хвойные ветки для сохранения тепла. Мое место не было оборудовано столь хорошо, и я уже начал слегка подмерзать, оставаясь без движения. Вскоре придется принимать решение, так или иначе. Тем временем боец, энергично разминая затекшие конечности по пути, пришел в лагерь.
- Крюк! - Пробасил он, - когда все это закончится? Надоело уже жрать эти помои, хочется нормальной еды и ласки! - Лагерь оживился, в ответ нестройно заржали, и несколько человек начали поддакивать. Одетый в кольчугу воин развернулся в сторону прибывшего и окинул того суровым взглядом.
- Тогда, когда наниматель скажет. Он забашлял нам круглую сумму, если ты не забыл. - Парко подошел к котлу и принялся выгребать остатки.
- Слышь, бугор, но ведь его тут нет а? Может мы все, уже того? - Он принялся энергично жевать, набивая полный рот.
- Чего того, Парко? - Командир сел, и достал длинный клинок из ножен.
- Ну это, всех того. - Парко слегка поежился, а Крюк достал точило и принялся водить им по лезвию клинка, скрадывая зазубрины. Мне бы тоже не помешало подправить свои, а то количество вмятин уже изрядное. Немного прожевав, он продолжил, - и хозяина то тут нет, как мы узнаем?
- Все, завали хавальник Парко, а то я тебе его забью. К тому же твой отряд упустил птичку, а она еще не выпорхнула, не зли меня, носатый, - Крюк даже не посмотрел в его сторону, - всем отбой!
- Как чо, сразу носатый, опять переться в эти пещеры, - проворчал Парко, качая головой. Действительно, нос у него был очень большой, приплюснутый, и практически доставал до губы. Вообще вся шайка очень смахивала на бандитов, именно такой контингент крутился в таверне у Дойса.
Они могут быть причастны к тому, что здесь произошло! Может быть, я ошибаюсь, но попадаться в их руки мне совсем перехотелось. Итак, какие у меня варианты? Первый - дождаться ночи, и попробовать улизнуть отсюда по-тихому. Второй - попробовать убить часового, затем убежать. Если сравнить риск уйти по-тихому и атаковать часового, затем уйти, то второе выглядит менее призрачно. Неплохой расклад, если бы не одно но. Снег. Утром он скорее всего выдаст меня с потрохами и единственное, что я смогу после этого сделать, так это направиться к дороге в город. А это значит, что первый вариант дополняется тем, что бежать надо к городу, и что я им расскажу? Что нашел повозку с трупами? Чьими? Что вокруг обитает банда? Да, обитает, но до городка то я не дошел, и ничего не знаю. Следы могут обнаружить, поэтому я туда, возможно, не дойду. Задание могут не зачесть, а это серьезный проступок. К тому же, я мог неверно понять ситуацию, и все уже плохо. Да пошло оно к Хорму. Чем дольше я нахожусь в засаде, тем больше одеревенеет тело. В эту цепочку необходимо добавить птичку, которая "еще не выпорхнула". Кто она? Зачем они ее сторожат? Может быть, она является свидетелем того, что тут произошло, или просто, важной фигурой. Если я уйду, то эта ниточка будет для меня потеряна. Выбора на самом деле, получается, и нет. Только как провернуть все так, что бы еще остаться при этом в живых, и, в идеале, отвадить отсюда эту шайку? Была у меня одна идея.
Лагерь укладывался, стал доноситься раскатистый храп. Снег подо мной давно подтаял, сделав одежду влажной. Холодная земля вытягивала тепло, доспех промерз, добавляя еще больше дискомфорта. Я выжидал до тех пор, когда больше не смог терпеть пробирающийся сквозь одежду холод, и аккуратно вынул кинжал. Медленно, буквально по волоску я начал продвигаться в сторону лагеря, огибая куст с той стороны, куда часовой не смотрел. Извини друг, но судьба распорядилась сегодня вот так. Рисковать я не мог, оставляя позади разведчика. По крайней мере, один путь к отступлению должен быть чист на случай неожиданного бегства.
Уже подкравшись к часовому вплотную, я занес кинжал над телом и ударил туда, где должна была быть шея. В этот момент противник резко перевернулся. Я навалился на него всем телом, прижимая к полу, и попытался зажать его рот левой рукой. Кинжал ударил в грудь, пробив легкое, изо рта у него пошла кровь. Боец издал хрип-полустон, я видел его расширившиеся от ужаса глаза. Он попытался сбросить меня с себя, и закричать, но издал только булькающие звуки, приглушенные моей рукой.Еще один удар кинжалом часовой не пережил, страх в его глазах сначала сменился непониманием, потом обреченностью и остекленел. Внутри меня все сжалось, никогда прежде таким подлым образом я не убивал. Все-таки он был нпс, без возможности воскрешения, и мне было жаль что пришлось расправиться с ним так. В первую очередь потому, что это было нечестно.
Я оглянулся на лагерь, но все было тихо. Первая часть плана удалась. Выкинув его из головы, я двинулся вглубь лагеря. Командир спал практически в середине, раскинув руки из-под одеяла. Вокруг по лагерю во множестве были раскиданы различные предметы: утварь, бутылки, кружки, миски, оружие, щиты и прочее. Полнейший бардак.
- Эй, кто там ходит? - Со стороны второго часового, отправившегося на северную сторону лагеря, донесся тихий окрик. Вот, твою же! Хорм, ну засада. Метнувшись в сторону спящего Крюка, я вонзил кинжал тому в шею. Глаза Крюка открылись. Пытаясь жадно схватить воздух, он только хлебал свою кровь. Вытащив кинжал, я опрометью бросился из лагеря в сторону своего рюкзака. Сзади уже доносились крики и ругань. Как только я оказался в относительной безопасности, система тут же выдала сообщение. Получен опыт за бой: 900. Это был самый постыдный момент в моей жизни. Я схватил висящий на суку рюкзак, и начал аккуратно пробираться в сторону поселения.
Восемьсот пятьдесят три опыта до уровня. Осталось совсем немного, что бы перейти на следующую планку. Сколько еще мне встретится вот таких вот Крюков на своем пути лучше не думать. Своей вылазкой я хотел обезглавить отряд. Насколько я понял, у них там намечался небольшой раскол, и теперь я мог его усугубить. Надеюсь, они не станут меня преследовать, а уйдут, как и хотели. Вытирая руки и одежду снегом, я прислушивался. Много крови. Немного покатавшись в снегу, я, надеялся, что немного сбил запах. Ночные хищники очень опасны. Мои надежды не оправдались, лагерь снялся. Ломая сучья, судя по звукам, много людей двигалось в мою сторону. Если у них есть следопыт, то дела мои плохи. Я продолжил движение, ускорившись до бега. Ветки то и дело пытались хлестнуть по лицу, добавляя дискомфорта. Приходилось уворачиваться, от торчащих в разные стороны сучьев. В этих местах лес был достаточно густой, преимущественно лиственный. Наконец я выбежал на лесную дорогу, которая начала уходить в гору. Выглянула луна, улучшая видимость, и я вознес благодарность Тардену, богу обновления.
Примерно через четверть часа сначала деревья расступились, открывая вид на гору, а затем из мрака появились строения. Видимо, ранее они были огорожены частоколом, но сейчас тот в основном лежал на земле. Сохранились только отдельные секции. Ворота были разломаны. Да, без сомнения поселение подверглось нападению. Заглянув внутрь из-за остатка стены, я увидел три деревянных длинных дома, похожих на бараки. Слева располагался небольшой каменный карьер, с приличным количеством заготовленных блоков. Один дом по больше, видимо склад стоял недалеко от выработки, двустворчатая дверь была распахнута настежь. Выше по склону располагалось нечто, напоминающее недостроенный полукруглый форт. В центре деревянных стены, высотой в полтора моих роста располагался вход. Створки валялись неподалеку. Форт был небольшой, и задней его стеной являлась скала. Там, куда доставал взгляд была разруха и запустение. Множество предметов, припорошенных снегом, лежало на земле, добавляя хаоса.
Постояв еще несколько минут, я не заметил никакого движения. Было мрачно, безветренно и тихо. Ничто не нарушало покой мертвецов. Вдруг из лесу донесся хруст поломанной ветки. Все-таки догнали. Спасибо неуклюжему, оповестившему меня об этом.
Юркнув за стену, продвигаясь вдоль стен и перебегая от укрытия к укрытию, я направился к последнему укреплению. Обнаружив по пути очертания нескольких тел, я вошел в форт. Небольшая полукруглая площадка, радиусом метров двадцать упиралась в скалу. Прямо посередине располагался вход в пещеру. Вот туда-то желания проникнуть у меня абсолютно не было. Двинувшись обратно, я выглянул за ворота и заметил тень, метнувшуюся через улицу в моем направлении. Причем с другой стороны от той, где был лагерь. Потом еще пара, с третьей. Обложили. Принимать бой один на двадцать желания не было. Пожав плечами, я вошел в мрак пещеры. На крайний случай, попробуем повторить тот же фокус, что удался с Железными Волками. Продвинувшись на десяток метров практически на ощупь, я остановился, взял лук и достал стрелу. А ну как кто-нибудь из них засветит факел. Время шло.
- Он ушел внутрь, Парко! - прокричали снаружи.
- Ха, будем сторожить тут. Утром загоним его вглубь, а там его сожрет демон ночи. Еще никто не выходил. - Голос, точно принадлежащий головорезу Парко, издал противный смех.
- Точно, загоним убийцу, - хриплый голос вторил новому главарю.
Вот уж угораздило меня попасться. Выходить вариантов не было, бандиты определенно засели на стенах и не были тупы, что бы сюда сунуться. Придется продвигаться внутрь. Прислушиваясь, я держался за край стены, каждый раз проверяя ногой опору, прежде чем ступить дальше. Было темно, хоть глаз выколи, разницы не заметишь. Наконец, я решился зажечь факел. Кремень несколько раз чиркнул, буквально разрезав тишину, словно ножом, и небольшой огонек заплясал на тряпье, пропитанном маслом.
Факел озарил пещеру. Широкий проход, трех метров в ширину и столько же в высоту, был не обработан людьми. Обычный ход, каких я думаю много на просторах Мирдара. Потолок был устлан мхом, в пещере пахло сыростью, и тут было заметно теплее, чем снаружи. Ну, хоть от холода спасаться нет необходимости. Вставив факел в трещину в стене, я быстро перекусил сухим вяленым мясом и сыром, запив все это водой. Еды было достаточно, а вот запасной факел был только один. Еще несколько часов и свет кончится. Необходимо искать пропитание для огня, либо альтернативную дорогу на поверхность.
Впереди маячило разветвление. Больший проход уходил налево, а меньший направо. Я выбрал более просторный, и вскоре был озадачен. Продвигаясь вперед, я чисто случайно отметил про себя, что потолок в этом месте, усеянный мхом вдруг усыпан небольшими сталактитами. Располагались они компактно в десятке метров впереди, на границе видимости. Только то, что ранее подобных им не было, меня напрягало. От греха подальше, я развернулся и отправился в проход поменьше. В этих подземельях всегда надо быть настороже. Я постоянно оглядывался, проверял стены, потолок и пол, сжимая в правой руке верный клинок. Демон ночи, говорили они, интересно кто же это может быть. Хотя всё же лучше не знать...
Ход уперся в расширяющийся карман. Тут были видны следы работы людей. Крупные камни сложены в одном углу, мелкие в другом. На полу лежало несколько бревен, досок, куски веревок, разбитый фонарь, мятый шлем, карабины. Стоп! Мятый шлем, я подошел поближе. Обычный солдатский шлем из железа с наносником, был помят, пробит в нескольких местах чем-то узким и острым. Дырки усеивали его в большом количестве, и располагались компактно. Внутри подкладка была в бурых пятнах, похожих на кровь.
Вдруг в правом дальнем углу я заметил дырку в полу, но пока подходить не стал. Сначала разберемся с освещением. Поискав еще немного, я обнаружил две бутылки забитых пробкой, залитые сверху сургучом. Откупорив одну, я с радостью осознал, что это масло для фонаря. Недалеко валялся и фонарь, но отражающее стекло было разбито, и толку от него не было. Зато сгодится для факелов. Я нашел доску с обзолом в метр длиной, и аккуратно разрубил ее вдоль на две половинки мечом. Сгодится. В следующий раз возьму с собой небольшой топорик, как у Бромбурга. Обмотав остатками веревки и пропитав их маслом, я приторочил два новых факела к сумке снаружи. Засунул вторую пузатую бутыль в мешок вместе с остатками веревки, и подошел к краю ямы. Склон градусов под сорок уходил вглубь. Причем ширина была такой, что смогла бы протиснуться и лошадь. Вот о какой глубине говорили бандиты. Я разжег второй факел, и кинул практически прогоревший вниз. Через пятнадцать метров переход расширялся и становился практически пологим. Я проверил поясной карман, в котором находились две склянки с малым лечением. Стоят такие склянки дорого, аж по 50 золотых, но остановят кровотечение и добавят до 8 единиц здоровья. Что ж, вперед.
Глава 2. Разбойник и воин II.
В нижней части пещеры, коридоры казались более древними. Хаотичные нагромождения камней иногда на половину перекрывали проход. Свисающие растения с потолка отбрасывали постоянно пляшущие тени и заставляли напрягаться еще больше. Стенки пещеры вдруг раздались в стороны, открылся первый зал. Я неожиданно присвистнул.
- Хорм! - я выругался, потом чуть не выругался еще раз, вовремя сообразив, что это еще больше может привлечь внимание, но вовремя прикусил язык. Похоже, я попал в настоящее подземье, некоторые называют ее даркой, о которой ходят легенды. Свод был на расстоянии не меньше десятка метров, а окружность пещеры и вовсе под сотню. Стена шла уступами, расширяясь к верху. Повсюду что-то росло, копошилось, под сводом потолка летали мелкие, похожие на летучих мышей создания. Светло-голубые, фиолетовые, зеленоватые растения издавали мягкий свет. Их было не много, но все равно большая часть пещеры была скрыта во тьме. Факел все также тянул свои языки в ту сторону, откуда я пришел. Это означало только одно, что если впереди и есть выход, то дальше чем вход. Я сглотнул подкативший к горлу ком, силой воли загоняя подкравшуюся волну страха обратно в глубины, туда, откуда она берется. Бояться будем потом, если вдруг влюбимся, уж это точно опасное занятие, судя по рассказам.
Из этого зала было три выхода. Пройдя насквозь, я попал в небольшой переход, в виде моста, который проходил над глубокой пропастью. По крайней мере, я не видел дна, а снизу был слышен шелест воды. Оказавшись в следующем зале, который был хоть и слегка поменьше, чем предыдущий, я задумался. Необходимо начать запоминать, или же записывать, куда я иду. Иначе тут вполне можно заблудиться. Прикинув в голове маршрут, который я проделал, стало очевидно, что я углубляюсь. Придется вернуться и отправиться в правый проход, который был ближе всего к выходу. После того, как я прошел первый зал, меня неотступно преследовало ощущение, что за мной кто-то наблюдает. Не просто животные, а кто-то разумный, не сводящий с меня взгляда. Я озирался по сторонам, но никого заметить не мог, как ни старался. Даже метнув наугад несколько поднятых с земли камней, я ничего не добился, кроме дробного стука. Может это обстановка так нагнетает? Гадать я не хотел, поэтому вынул из ножен второй клинок, и взял его обратным хватом, прижав рукоять к факелу. Пройдя очередной широкий коридор, меня встретила уже небольшая пещера, в пару десятков метров с небольшим потолком.
Резкий удар в спину, и острая боль внезапно пронзила тело. Я не удержался на ногах, и пол уже стремительно приближался к лицу. Сгруппировавшись, я перекатился через плечо, смягчив падение. Обернувшись, тут же получил второй хлесткий удар в плечо. От доспеха полетели искры. Нечто длинное и гибкое пробило щиток, нанеся легкую рану, и отпрянуло назад. Факел откатился в сторону, лежа на земле, он давал мало света. Вдруг я заметил уродливую морду, похожую на кошачью, но лысую, плотно обтянутую мышцами. Мощная мускулистая шея вдруг резко подалась вперед, и я только и успел, что отпихнуть голову зверя в левую сторону, тут же ныряя вправо. Зверь был огромен, размером с лошадь, он имел четыре пары лап. Задние две пары были мощными, как у тигра. Широко расставленные, они оканчивались острыми когтями с человеческий палец длиной. Тощее тело с выступающими ребрами спереди опиралось на другие две пары лап. Зверь пригибался, готовясь к прыжку. Два огромных щупальца, в полтора ее роста извивались над ней, выжидая момента для удара. Их концы расширялись, наподобие весел, и на внутренней стороне белели множеством шипов. Длинные и короткие, ровные и кривые, они выглядели устрашающе, а в моей голове проскочил образ пробитого шлема. Длинный извивающийся хвост твари метался из стороны в сторону. В чате красным цветом горели надписи.
Получены повреждения от: Подземный обманщик (щупальце) повреждения: 6 (14,3% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 81,2%. Доспех получил повреждение: прочность 36/37.
Получены повреждения от: Подземный обманщик (щупальце) повреждения: 1 (80,0% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 78,78%. Доспех получил повреждение: прочность 32/37. Слава богу воинов Брогу, что я успел забрать свой доспех у кузнеца и не пришлось делать замену. Серьезная тварь, подкралась так незаметно, что я даже ничего не услышал. Приготовившись защищаться, я перехватил клинки. Кровь потихоньку пропитывала мою одежду на спине. Зрачки подземного зверя сменили цвет с голубого на красный. От двух хлестких ударов я увернулся только чудом. Прикрывшись клинками и щитками на руках, удалось сбить его атаку. Щелкнувшая мощная челюсть твари пронеслась совсем рядом. Меня окатило смрадом гнили, острые длинные зубы у нее росли в два ряда. Я откатился в сторону, опять попав под очередную атаку. Тварь застрекотала и хлестко ударила. От одного щупальца я пригнулся, второе обошел, крутнувшись волчком. Брызжущая слюной пасть чудовища попыталась отхватить мою левую руку. Слишком опрометчиво с ее стороны. Шаг в сторону и мой длинный клинок бьет в основание передней лапы. Я заметил ощутимое сопротивление шкуры зверя. Несмотря на кажущуюся малой толщину, она изрядно останавливала клинок. Только инерция моего тела, которое я погасил о врага, позволила нанести серьезную рану. Фиолетовая кровь потекла из пробитой шкуры. Полузадушенный визг, похожий на удивление огласил свод небольшой пещеры, а мой короткий меч уже несся в сторону шеи. Что за ерунда?! Клинок прошел сквозь тело кота, не нанеся при этом повреждений. Времени на раздумья не было, перекат, снова перекат, щупальца били опасно близко. Выжимая из своего тела все, чему я научился, я еле успевал уходить от атак. Зверь прихрамывал на переднюю левую лапу, но остальные семь еще очень хорошо держали поджарое тело. Проще всего было увернуться от зубастой пасти. Пропустив ее мимо на пару ладоней, я вонзил ей в череп свой короткий клинок. Пробить кость не удалось, но попытавшись отпрянуть от меня, тварь получила вдогонку по шее длинным мечом. Тварь мгновенно отскочив на пару метров, хлестнула по мне сразу обоими щупальцами с двух сторон. Её отростки были очень тяжелыми. Попытавшись сбить удар, я чуть не выронил оружие из рук. Пришлось пригнуть голову, и закрыться правой рукой. Боль обожгла левое предплечье и затылок. Щиток не левой руке, и шлем оказались пробиты.
Мельком взглянул на логии – еще 3 единицы повреждения, а доспех так вообще страдает, забирая почти весь входящий урон. Вот уж неудобное оружие у твари, особенно для доспеха.
Устремившись вперед, я инстинктивно поставил веерную защиту. Чем ближе к монстру, тем тяжелее ему прицелиться по мне своими дальними атаками. Подземная тварь тут же снова отскочили назад, так и не успев меня укусить. К атаке трехметровых отростков я уже был морально готов. Перемещаясь по кругу, не оставаясь на месте, я вдруг остановился и сделал резкий кувырок назад. И вовремя! В то место, где я стоял тут же ударили сразу два щупальца. Стремительно кинувшись вперед, двухсоткилограммовая туша попыталась протаранить и подмять меня под себя. Инерция движения тянула меня назад, и сразу поменять траекторию не получалось. Оставался единственный выход - разрывать дистанцию. Еще раз, оттолкнувшись от пола, мне удалось избежать участи быть раздавленным. Но вот челюсти врага нашли-таки мое тело. Острые зубы впились в бок, разрывая кольца кольчуги и прокалывая поддоспешник. Тварь стала меня трепать. Превозмогая боль, я перехватил короткий клинок обратным хватом, и с силой вонзил его в голову врага. Бешено зарычав, подземный обманщик тут же разжал челюсти. Свой длинный клинок я пустил вдогонку. Тут я уже вложился со всей силы, промахнуться было невозможно. Но меч снова лишь рассек пустоту, хоть я и видел, что я попал! Осталась только половина здоровья, надо с этим заканчивать. В следующий миг мне показалось, что отросток бьет слегка в сторону, но на всякий случай я подставил сдвоенный блок. Вроде бы необходимо было лишь немного подправить щупальце, но я с удивлением ощутил жесткий контакт. Набедренный щиток принял удар. Как так?! Получается, зверь находится совершенно не там, где я его вижу.
Получены повреждения от: Подземный обманщик (щупальце) повреждения: 2 (66,66% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 45,45%. Доспех получил повреждение: прочность 20/37. Внимание броня получила критические повреждения. Шанс прохождения полного урона составляет 20%.
Полу коматозное состояние от полученных ранений не давало спокойно рассуждать. Бешеные атаки врага не позволяли рассмотреть ситуацию со стороны. Это был не тренировочный бой, а проигрыш означал смерть. Все силы мобилизировались, и каждый удар мог стать последним. Тварь была еще сильна, и не получила серьезных повреждений, а я уже был прилично изранен. Приходилось больше защищаться, чем нападать, но если перейти полностью в атаку, чутье мне подсказывало, что зверь меня сразу разорвет.
В следующий момент я скорее почувствовал, чем заметил, как тонкий слой дерна на полу с правой стороны вздыбился. Глаза говорили, что левое щупальце врага с той стороны било в плечо. Лишь на долю секунды, задержавшись на месте, что бы погасить инерцию, на одних инстинктах, я подпрыгнул в ту сторону, уводя тело в перекат. Тупая боль пронзила правую голень. Щиток деформировался, ощерившись дырками, несколько шипов отломились и застряли в нем. Я угадал. То, что показывали глаза, не являлось правдой. Точнее являлось, но не всегда.
Получены повреждения от: Подземный обманщик (щупальце) повреждения: 4 (50,0% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 33,33%. Доспех получил повреждение: прочность 16/37. Внимание броня получила критические повреждения. Шанс прохождения полного урона составляет 25%.
Перекувыркнувшись через плечо, что бы погасить инерцию от удара, я тут же отскочил назад, нашаривая в кармане левой рукой склянку с зельем. Заметив, что я мешкаю, тварь тут же бросилась на меня, хлестнув издалека щупальцем, но я вовремя пригнулся. Пробка из колбы вылетела, и я залпом опрокинул содержимое себе в рот. Приторно-сладкое, оно тут же впиталось, растекшись по телу приятным теплом. Раны мгновенно закрывались, возвращая телу былую подвижность. Вы использовали зелье лечения: +7 единиц жизней. Единицы жизни: 18/33. Так-то лучше. Тварь снова попыталась меня укусить. Выжидая до последнего момента, я метнулся в сторону уже нанесенной мной раны в ногу врага, отмечая, как опять вздыбился мох недалеко от этого места. В этот раз тело кота на самом деле находилось в шаге левее, чем казалось. Я практически распластался по земле, уходя от челюстей, но мой выпад достиг цели. Длинный клинок подрубил вторую левую конечность твари, а коротким мечом, снизу вверх, я хорошенько надрезал ей шею.
Фиолетовая кровь хлестнула на меня сверху, и душераздирающий вопль прокатился по залу. В следующую секунду я поплатился за свой маневр. Из неудобного положения, практически лежа на земле, я не успел сгруппироваться. Отскочивший на расстояние удара монстр сверху вниз нанес мне серию хлестких ударов. Первые пару мне удалось сбить, но один из них проскочил сквозь мои блоки, настигнув меня на отходе. Левый бок распороло, на землю посыпались кольца доспеха. Сжав зубы, чувствуя острую боль, я отбивал очередные атаки. Подняв правую ногу, одновременно разворачиваясь, я намеренно подставил еще целый правый набедренный щиток. Жесткий удар, и инерция моего корпуса усиливается, ускоряясь в заранее выбранном мной направлении. Прошел урон.
Внимание броня получила критические повреждения. Шанс прохождения полного урона составляет 40%.
Не удержавшись на ногах, от того, что меня закрутило еще сильнее, я упал, и покатился в сторону от врага. Отростки хлестали сверху вниз, спину обожгло болью на одном из перекатов.
Вскочив, я тут же откупорил вторую колбу, залив содержимое в себя, сразу же поднырнув под щупальце. Вы использовали зелье лечения: +7 единиц жизней. Единицы жизни: 17/33. Обманщик, припадая на левую сторону, сделал шаг в сторону, и прыгнул на меня. Глаза показывали, что он летит левее, но наученный горьким опытом я нанес мощный двойной удар сверху вниз, отступив в правую сторону. Вышло немного не так, как я планировал, челюсти твари впилась мне в бок, туда, где уже зияла дыра. Мои клинки хлестнули по горбу чудовища, фиолетовая кровь заливала его шкуру. Мой вопль от нестерпимой боли смешался с ревом подземного обманщика.
Остаток здоровья: 30,3%. Доспех находится в критическом состоянии и не заблокировал повреждений.
Я колотил его гардой и яблоком длинного клинка, короткий клинок выпал из моей руки, но я умудрился достать кинжал и наносил колющие удары. Щупальца хлестали по голове, плечам и рукам. Боли я уже не чувствовал, только кричал вместе с пещерным монстром. Одно из них пропороло мне левое плечо, до конца оторвав ремни наплечника.
Мы разошлись, кружа в смертельном танце. Я выжидал, что бы увернуться и контратаковать, а тварь, истекающая кровью, обходила меня, выискивая момент для атаки. Изображение плыло, тело налилось свинцом. Я заметил, что мой короткий меч лежит прямо под моей ногой. Я дернулся. Подземный обманщик, казалось, этого и ждал. Резко метнув один из отростков туда, где была точка моего приземления, и я в этот раз я не успевал остановиться. Единственное, что я мог сделать, так это подставить в очередной раз шлем и скрестить наручи над головой. Мощный удар откинул меня на пару шагов. Покатившись по земле, я почувствовал во рту металлический привкус крови.
Получены повреждения от: Подземный обманщик (щупальце) повреждения: 3 (57,14% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 6,06%. Доспех получил повреждение: прочность 1/37. Внимание броня получила критические повреждения. Шанс прохождения полного урона составляет 75%.
Щупальце врага стелилось по земле. Он хотел добить меня, нанеся решающий удар. Сдаваться нельзя. Тот, кто сдался, уже проиграл. Но пол такой мягкий, а тело неимоверно тяжелое. И я сдался. Неимоверное напряжение схватки вдруг на секунду рассеялось. Все мысли исчезли, все перестало иметь значение. Жизнь и смерть, боль и страх, прошлое, и будущее. Осталось только то, что есть на самом деле. Глаза показывали, что щупальце стелилось по земле. Но я чувствовал! Я знал! Само пространство буквально кричало, о том, что удар идет сверху. Откатившись на пол оборота назад, в следующий миг весло с шипами вонзилось в землю туда, где я лежал. Перевернувшись, я навалился на него всем телом и с разворота мощным рубящим ударом отсек посередине. Чудовище с воплем, который мог бы заморозить кровь в венах, отскочило в сторону, уставившись ненавидящим взглядом на меня. Я поднялся, и поманил тварь. - Давай страшила, делай свое дело. Морок, охвативший меня, сгинул, и я вновь ощутил упадок сил.
Выжить шансов практически никаких, но у меня уже не было такой цели. Тварь бросилась прямо на меня, и я не препятствовал. Кинувшись навстречу, в последний момент я выставил клинки вперед.
Глава 3. Приятности и неприятности.
Туша животного давила на меня сверху. Сил, что бы выползти из-под нее уже не оставалось. Сознание начала затапливать темнота, а боль и дискомфорт постепенно исчезали. Только я успел подумать, что умираю, как некая мощь начала наполнять меня до краев. Мурашки бегали по всему телу, казалось, выплескиваясь наружу. Необычайный прилив сил заполнил меня, а потом схлынул, оставив после себя чувство тоски. Теперь я был готов вылезти. Привалившись к стене, я отметил, что некоторые раны еще не закрылись. Слишком их было много. Особенно левый бок, которому досталось дважды. Хорошо, что основное количество ран было закрыто зельями, иначе я бы точно не выжил. Болела и кровоточила голова, правая скула была рассечена, левое плечо пробито в нескольких местах, практически от ключицы до локтя. Наваливалась сонливость. Я открыл окошко с логами по шире, что бы увидеть весь ворох сообщений.
Получены повреждения от: Подземный обманщик (щупальце) повреждения: 2. Остаток здоровья: 0,00%. Вы умираете. Шанс стабилизации организма 45%.
Единицы здоровья: -1. Шанс стабилизации организма 45%.
Единицы здоровья: -2.Шанс стабилизации организма 40%.
Единицы здоровья: -3.Шанс стабилизации организма 35%.
Единицы здоровья: -4.Шанс стабилизации организма 30%
Единицы здоровья: -5.Шанс стабилизации организма 25%.
Единицы здоровья: -6.Шанс стабилизации организма 20%.
Подземный обманщик повержен.
Поздравляем, получен опыт за бой: 1350.
Поздравляем, вами получено редкое достижение: незыблемый I.
Незыблемый I: Будучи жертвой, расправьтесь с врагом в одиночку, чей рейтинг опасности выше вашего как минимум на один. Ваша воля к победе просто поразительна, вас трудно убить, даже застав врасплох, и еще труднее заставить отступить с выбранного пути. Боги даруют вам дополнительную единицу жизней.
Поздравляем, вы перешли на новую ступень развития!
Вам доступны очки талантов, в зависимости от архетипа.
Вам доступны три единицы очков навыка.
Вам доступны две нераспределенные характеристики тела.
Ваши жизненные силы увеличены в зависимости от архетипа.
Ваш атакующий потенциал увеличен на единицу.
Крепость тела +1, реакция +0, сила воли +0.
Ваше восстановление невозможно без применения навыка лечения. Кровотечение снижает уровень здоровья на одну единицу в десять минут.
Уровень здоровья шесть единиц. Уфф, четвертая ступень. Вот что меня спасло. Получается, мы подыхали со зверем одновременно, но он умер раньше меня, а я получил опыт и выжил. Забавно до дрожи. Кровотечение убьет меня раньше, чем добавится четыре единицы здоровья. Четыре часа мне не протянуть, а значит, придется снять доспех, и попробовать наложить повязки. Только вот я не взял с собой ничего, что могло бы послужить бинтами и прочим. Болван, понадеялся на два зелья, хоть они меня и спасли тогда, но сейчас... Грязная одежда - вот все, что у меня осталось. Придется прижигать раны. Буду уродливым как собака, да и на запах горелой плоти могут слететься падальщики. Я усмехнулся и подтянул к себе горящий факел. Выдернув короткий клинок из туши, так удачно попавший под грудину, положил его на факел, начал стягивать с себя броню. Острая боль пронзила левый бок. Пот потек градом. Жадно дыша, я решил сделать маленький перерыв, тем более что клинок нагреется только минут через пять.
Вдруг в пещеру через проход, куда я намеревался идти влетел яркий сгусток света. ААА, Хорм его задери, еще одной битвы я не переживу. Пересиливая себя, я поднялся сначала на колено, потом, опершись мечом в пол, выпрямился полностью. Глаза пока не привыкли к свету, потянулся ко второму клинку, выдернул его и прорычал:
- Ну, давай, нападай, - скорее для того, что бы выгадать немного времени, которое понадобится врагу для обработки новой информации.
- Не собираюсь я нападать, - звонкий женский голос пронзил мрак, а я был настолько удивлен, что рухнул назад, повалившись набок, и тихо застонал. Здоровье опустилось до пяти единиц.
-Айме вис тарме милони науте мас тирис! - Её голос обволакивал спокойствием. Я расслабился, уже слышав подобные молитвы, только другому богу. Симол, который она держала на вытянутых руках засветился, и меня обдала теплая энергия, смывая усталость, и закрывая раны. В правой ноге что-то щелкнуло, плоть на боку стягивалась. Создавалось ощущение, как будто внутри копошилась стая червей. Боль отступила, оставив вместо себя слабость. Получен эффект исцеления от: ????? (Лечение легких ран) исцелено: 4 очка здоровья. Остаток здоровья: 10/45.
- Спасибо, - я не смог сдержать благодарной улыбки, наползшей на лицо.
- А я сначала сомневалась, стоит ли сюда идти, глубинный убийца так сильно ревел, что это было слышно даже за две пещеры, где я затаилась. Дай я тебя осмотрю.
После недолгого осмотра, когда она ощупывала мое тело, и спрашивала, болит ли здесь или нет, она произнесла. - Некоторые шрамы останутся, раны были слишком глубокие, а я достаточно слабая жрица. Мне подвластно излечить только небольшие раны и царапины, но в данном случае сила моей веры бессильна.
- Это будет лучше, чем быть плешивой собакой. - Я смог подняться, немного набравшись сил, и направился искать оброненный в пылу битвы кинжал, кажется я его кинул в обманщика. - Необходимо скорее уходить, а то сюда придут другие хищники.
- О, на счет этого, думаю, не стоит беспокоиться, - она поставила светящийся камень на возвышение повыше, и он рассеял мрак небольшого зала практически полностью. После того, как она вышла из ореола света, я смог ее разглядеть. Невысокая молодая девушка со стройной фигурой вызывала симпатию. Пухлые губки и узкие черты лица обрамляла копна длинных, густых огненно - рыжих волос, которые были раскиданы по плечам. Доспехов на ней не было, только узкий длинный эльфийский клинок висел на поясе в ножнах на правом боку. Серебряный символ в виде венка был прицеплен к витой цепочке, на шее. Тем временем, она продолжила, - Эта тварь была здесь самой сильной, сюда никто не полезет. Только если другие выйдут из глубин, но это произойдет не так быстро. Ты знаешь, мне столько всего хочется тебе рассказать, но я очень голодна, можешь дать мне еды?
- Да, конечно, - я переваривал информацию, доставая из рюкзака порцию еды на день и воду. Забрав вяленое мясо, лук и сыр, она принялась все это поглощать просто с огромной скоростью.
- Спасибо, я уже нормально не ела три дня, - ответила она на мой немой вопрос.
- Не за что, ты спасла мне жизнь, отдать еду это меньшее, что я мог сделать. - Я уже нашел кинжал, и собирал колечки от моего доспеха, валявшиеся на земле.
- Это ты меня спас. Я бы не вышла отсюда. Зверь стерег меня возле убежища, и не давал уйти. - Я заметил, что подол ее светлого платья был порван в нескольких местах. Судя по экипировке, сюда она убежала спасаться.
- Меня зовут Рион, я наемник, меня отправили сюда, что бы выяснить ситуацию. У тебя есть имя? Можешь рассказать, что тут произошло? - Я насобирал уже жмень колец, выискивая новые, не хотелось потерять что-либо. Восстановить доспех будет трудно.
- Я Шатти Огненноволосая, жрица Милоны, богини природы. - Немного прожевав и вытерев руки о подол, она продолжила. - Мы приехали сюда, и нас было семьдесят семь. Наши жрецы сказали, что это счастливое число. Я была старшей послушницей, и меня отправили в помощь отряду, как целителя. Мы должны были построить тут поселение, что бы в дальнейшем заложить укрепление. Но Табр, управляющий, вместо того, что бы быстро возвести стену и здания, направил часть людей вглубь обнаруженной тут пещеры, и начались раскопки. Люди были недовольны, но он был одержим. В один день все рухнуло. Перед этим был расчищен вход в эти глубины. - Она вздохнула, явно вновь переживая случившееся. - Сначала мы потеряли одну группу, которая задержалась до темноты в этих катакомбах. Когда Табр послал шестерых солдат, для того, что бы проверить что произошло, четверо из них сразу погибли. Твари, похожие на морского ската, только без хвоста убили их...
- Можно поподробнее про них? - Я перебил Шатти. Меня заинтересовал новый вид монстров. Всегда необходимо знать своего врага как можно лучше. Я запихнул кольца в рюкзак, завернув их в отдельный сверток, и принялся чинить ремни для щитков. Слава богу, набор для ремонта таких вещей был с собой. Спасибо академии.
- Хорошо, - она вздохнула. - Эти магические создания летают. Линия красных глаз опоясывает тело сверху, но они также пользуются и другим зрением, потому как очень хорошо ориентируются во тьме. Эти темные прилипалы, так мы их прозвали, приклеиваются к стенам и потолку. Отличить их от камня очень тяжело, так искусно они маскируются. Они даже умеют колдовать, делая это быстро. Просто внезапно вокруг разливается непроглядная мгла. Твари накидываются на голову, охватывая ее целиком, кусая и сжимая ее своим телом. Четверо стражей погибли, но двое вернулись, и рассказали о чудовищах. Табр приказал устранить угрозу. Мы просили его послать за помощью, но он заявил, что мы справимся своими силами. Оказалось, что прилипалы вылезли ночью из глубины, и заняли широкий коридор. Их было много. Пока мы научились с ними справляться, еще четверо ребят из каменщиков, трое дровосеков и два солдата умерли. Воины перебили два гнезда этих тварей, и зачистили верхний уровень, выставив охранение у входа в глубины. Сержант Брогг сам вызвался сторожить яму, но на следующее утро они все пропали, -она всхлипнула и шмыгнула носом.
- Поешь еще пока, потом расскажешь, а я попробую выровнять железо. - Я решил прервать рассказ и дать собраться ей с силами. Найденным камнем я начал стучать по правому наплечнику, пытаясь хоть немного его выправить, что бы приладить к доспеху. Краем глаза я заметил, что она все-таки продолжила жевать, изредка кидая на меня взгляд. Как только я замечал, что она смотрит, то она тут же отводила взгляд. Раскатистые удары разносились по пещере. Я еще ощущал небольшую слабость, поэтому работать в полную силу не мог.
- Знаешь, давай лучше мы пойдем в убежище, там ты сможешь шуметь, и мы будем в безопасности. - Она закончила с едой, и поднялась. - Потому, что скоро священный огонь потухнет, и мы останемся только с факелами. Я ничего не имел против, собрал щитки с поклажей, и мы выдвинулись. Она хотела продолжить рассказ по пути, но я настоял на том, что бы мы шли в тишине. Соседняя пещера не отличалась от предыдущей, за исключением одной стены, которая сплошь была усеяна мхом. Мне показался донесшийся звук текущей воды.
- Слышишь это? - Спросил я. Она отрицательно помотала головой. Я подошел к стенке и, раздвинув, растительность увидел, как по стене и мху вниз стекает тонкий слой воды.
- Хороший знак, сама я бы не заметила, здесь можно пополнить запасы воды, - она улыбнулась.
- Не сейчас, сначала убежище. Воды еще хватит на день, а мой доспех разбит. В таком состоянии я не смогу защитить не только тебя, но и себя тоже.
- Да, пошли скорее, - она провела меня к неприметному лазу, достаточно узкому, что бы в него не пролезло большое животное. Лаз скорее напоминал большую трещину в породе, и закончился небольшим овальным залом несколько метров в поперечнике.
- Ого! - Я воскликнул.
- Да, тут еще заклятие наложено, защита от зла. Именно здесь мне удалось спастись. Ни одно злое существо не пройдет сюда, - Шатти поправила волнистые волосы, и уселась на импровизированный стул из камня, - а вот что это за место, я не знаю.
- Ты наложила заклятие? - Я подошел к дальней стене. Барельеф сажень в высоту и аршин в ширину украшал стену.
- Нет конечно, что ты, такой силы это могут сделать только сообща сильный жрец и маг. Я рассмотрел ее более пристально. Складывалось ощущение, что эта стена, выполненная из сложенных прямоугольных блоков, буквально вплавлена в породу. Подобную кладку я уже видел, причем не так далеко от этого места. На барельефе была изображена арка, увитая змеями. У основания выгравирован череп, а сверху расположены три круглых углубления. Два у основания, и одно на вершине. Истертая вязь символов шла по верху. Похожие на руны, как на моей плашке, только в основном они были испорчены потеками затвердевшего камня. Жаль, что практически ничего не разобрать.
Я предложил передохнуть, и попросил продолжить рассказ.
- В этот же день в селении вспыхнул бунт. Двадцать человек, забрав четыре лошади, и повозку покинули становище. - Я решил промолчать про участь этих людей. После этого Табр приказал выстроить до конца частокол. Два дня ничего не происходило, но на третий ночью из пещеры вылезло нечто. Оно накинулось на часового, но тот успел поднять тревогу. Та тварь, которую ты убил, порвала двенадцать человек, и скрылась. Я не смогла спасти практически никого, настолько тяжелыми были их ранения, - Шатти расплакалась. Я подошел и обнял ее, похлопав по спине.
- Ну, ну, - через пару минут она успокоилась, и отстранилась.
- Я думала, что пришла помощь, когда услышала звуки сражения. Мне так страшно было выходить, но рискнуть стоило, и я не прогадала. Мне казалось, что победить ее в одиночку было невозможно, но ты справился. Ты великий воин, Рион. - Некоторое время она помолчала, а я не стал ничего говорить. Я понимал, что отчасти мне просто повезло. Справится с такой тварью, действительно, невероятно тяжело. Даже сейчас, перешагнув на четвертую ступень силы, я бы не рискнул напасть на нее в одиночку. - Дальше произошло то, чего никто не ожидал. Утром на нас напали бандиты. Люди попытались защититься, но они убили двенадцать человек. Четверо, включая меня, убежали в глубины, надеясь отсидеться. Повар Прогг, плотник Терриниус, и дворф каменщик Так. Может ты кого-нибудь видел, кроме меня? - Она посмотрела на меня с надеждой.
- Нет, я никого не видел, - я помотал головой, - как ты выжила?
- Значит, их всех убили, - грустно произнесла Шатти. - Я уже тут четвертый день. Сюда я попала случайно. Используя молитву убежища, убегая от хищника, я наткнулась на этот лаз и спряталась. Почувствовав тут силу, я решила посмотреть магические потоки. Через некоторое время разобравшись, что тут безопасно, я отдыхала. Когда я вернулась днем на поверхность, там меня уже поджидали бандиты. Они ранили меня, но мне удалось бежать, и я вновь спряталась здесь. Хищник приходил каждую ночь, я чувствовала его присутствие, иногда звуки шагов и утробное рычание. Бандиты ждали меня и на следующий день, и я практически отчаялась, но тут появился ты. - Шатти бросилась в объятья, - спасибо, спасибо, спасибо, - шмыгая носом, повторяла она.
- Хватит, мы еще не выбрались, - я отодвинул от себя девчонку. - Разбойники все еще стерегут, так что нам придется искать другой выход.
- Проклятые бандиты, они убили столько людей, - сокрушалась жрица. Внезапно на нее нахлынуло озарение, и она воскликнула, - Мы ведь можем убежать отсюда, ночью! Разбойники не стерегут его во тьме, потому что боятся зверя. Но ты его уничтожил! И теперь ничто не помешает нам сбежать. Ведь так? - она трясла меня за плечо. Я скривился от боли, потому что это было то самое плечо. - Ой, извини… - заметив мою реакцию, она тут же убрала руку.
- Может, и сбежим, но в таком виде ты точно далеко не уйдешь, - я указал на ее платье, в котором можно было бы ходить по дому, но никак не по улице зимой. - Вдобавок сейчас я не в форме, да и доспех надлежит подлатать. Ситуацию усугубляет и выпавший снег. Наши следы будут заметны, так что придется идти сразу далеко и долго. - Я как мог, разъяснил сложившуюся ситуацию.
- Хорошо, я поняла, придется ждать. Теплые вещи были в общем доме, возможно, они там и остались. С доспехом я тебе помочь ничем не могу, а вот с лечением... - она принялась читать короткие молитвы. Трижды теплая целительная энергия прокатывалась по телу.
Получен эффект исцеления от: Шатти Огненноволосой (Лечение мелких ран) исцелено: 1 очко здоровья. Остаток здоровья: 11/45.
Получен эффект исцеления от: Шатти Огненноволосой (Лечение мелких ран) исцелено: 1 очко здоровья. Остаток здоровья: 12/45.
Получен эффект исцеления от: Шатти Огненноволосой (Лечение мелких ран) исцелено: 1 очко здоровья. Остаток здоровья: 13/45.
Лицо жрицы осунулось, так, как будто она пробежала много верст.
- Все, я устала, ты очень сильный, сомневаюсь, что смогу тебя полностью вылечить даже через четыре часа, но я постараюсь. - Она собралась прилечь прямо на земле, но я вынул из рюкзака одеяло.
- Так будет удобнее, - я протянул его Шатти, - и спасибо тебе за лечение.
- Тебе спасибо. - Жрица сверкнула глазками, приняв теплую вещь, и начала расстилать ее на полу.
- Ты не знаешь, где может быть логово у подземного обманщика? - Я вынул кольца из мешка, и принялся соединять порванные части, орудуя специальным инструментом из набора для ремонта.
- Как ты его назвал? Подземный обманщик? - Она ответила вопросом на вопрос.
- Да, так он зовется, потому что находится не там, где он есть на самом деле. - Соединять кольца оказалось еще той задачкой. В состав моей кольчуги входил митраль, который был намного крепче, так что дело могло затянуться надолго. Многие кольца были порублены, поэтому соединять их пришлось с помощью крепких нитей.
- Понятно. Я не знаю, но он всегда приходил из той большой пещеры. Уходил туда же, больше я ничего не знаю, а теперь мне надо отдохнуть. - Шатти отвернулась, и закрыла глаза.
- Это тоже важная информация. - Я отцепил плащ и накрыл жрицу.
- Наконец-то я высплюсь, - сонно пробормотала она.
Следующие несколько часов я провозился с кольцами, восстанавливая доспех. Конечно, по-хорошему их необходимо будет ремонтировать, но пока и так сойдет. Когда Шатти проснулась, то первым делом начала возносить молитвы богине. После этого я получил целых два полноценных исцеления, в общей сложности на восемь единиц здоровья. Боль больше не беспокоила меня, оставалась только слабость.Я принялся орудовать камнем, выравнивая щитки. Жрица не захотела оставаться в стороне, отобрав у меня иголку с нитью, начала сшивать порванные ремни. Я показал Шатти, где находится еда, перед тем как я завалился спать. В это время она возилась со вторым ремнем.
Каково же было мое удивление, когда я проснулся. Все ремешки на моих доспехах были полностью целыми.
- Как ты это сделала? - Я спросил, рассматривая абсолютно целый, как будто новый ремень крепления правого поножа. Без единой нитки, буквально, как только что с кожевенной. Я недоверчиво покосился на Шатти.
- Так я же жрица, хоть и послушница, но старшая, вот монахи и не такое могут, - она заливисто расхохоталась, потом успокоившись, видя мое непонимание, продолжила - это же всем известно. Просто я попробовала порвать ремень, который зашила, и он легко поддался, а значит, не годится. Я вспомнила, что есть молитва для восстановления вещей. Я попробовала призвать силу богини, и она откликнулась. Потом, на следующий цикл еще, и еще.
- Стоп. Сколько же я проспал в таком случае? - Я был слегка обеспокоен.
- Не так и долго, при твоих ранениях ты мог и сутки пролежать. А так, ну часов двенадцать, может чуть больше. Я исцеляла тебя еще два раза. - Видно было, что она гордится тем, что сделала.
- Ты мне очень помогла, - я не мог не похвалить девушку.
Чувствовал я себя отлично, и действительно, заглянув в лог, я увидел, что два лечения восстановили мне девять и семь единиц здоровья, и сейчас оно было на максимуме. Отличные новости!
- Мне необходимо найти логово твари, я вернусь, - я видимо опечалил ее своим известием, собираясь в дорогу.
- Я пойду с тобой, - она твердо заявила.
- Будет лучше, если ты еще отдохнешь, а когда я вернусь, то мы вместе пойдем на поверхность. - Заглянув в интерфейс, я увидел, что сейчас вечер. - К тому же еще рано, и все равно придется ждать несколько часов до наступления полной темноты.
В изумрудных глазах Шатти я заметил страх, но она все-таки согласилась с такими доводами.
- Не беспокойся, клянусь, что я вернусь за тобой. - Возможно, я понял причину ее беспокойства. Жрица кивнула, и вроде бы успокоилась.
Заглянув в интерфейс, я принялся распределять уровень. Как-то я совсем забыл об этом, пора исправить это упущение. Вложив два пункта в ловкость, она достигла тридцати пяти единиц. Сделав пробный кувырок, я заметил, что координация движения стала лучше, и мне уже не приходится так сильно группироваться. Из талантов я все-таки взял уклонение, в битве один на один впредь достать меня будет еще тяжелее. В навыках я добавил по одному очку в акробатику, обнаружение и выживание, оставив один балл про запас. Сравнивая с тем, что было в самом начале, я стал гораздо сильнее.
Раса: Человек. Путь: Воин Кседльварра. Ступень: 4. Здоровье: 100% (45).
Опыт: 8.997 / 14.000.
Сила: 28; Телосложение: 24; Ловкость: 35; Интеллект: 22; Мудрость: 24; Харизма: 20
Таланты: Бой с оружием в каждой руке. Защита с оружием в каждой руке. Удар из защиты. Разумная защита. Мастер одноручного клинка (урон). Уклонение.
Атакующий потенциал: Ближний бой +6 | Дальний бой +7. Защитный потенциал +3 (максимально +7).
Доступно единиц навыков: 1.
Доступные навыки:
Лазание:26% - 6(+2)* | Бег:25% - 5(4+1)* | Прыжки: 3%: 5(3+2)* | Выживание: 0%: 4(3+1) | Скрытность: 44%: 7(3+3+1)* | Бесшумное передвижение:4%: 5(2+3)* | Акробатика: 0%: 6 (3+3) | Поиск: 24%: 1,5(1+0,5) | Обнаружение: 0%: 3(2+1) | Использование веревки: 2%: 4(1+3). | Запугивание: 0% 1(+0). | Верховая езда: 100% 3(0+3). | Профессия: Учитель 42% 0(+0). | Лечение: 77% 0(+0). | Искусство магии 38% 0(+0). | Знание магии 59% 0(+0).
Крепость тела + 5, реакция +4, сила воли +4, удача +1.
Нацепив доспехи, я просмотрел их прочность, которая достигла целых шестнадцати единиц. Конечно, щитки были не плотно подогнаны, и хуже сидели, так что система говорила, что шанс прохождения полного урона составляет двадцать процентов, а штрафы ношения возросли с трех до четырех. Возможно это и так, но что-то мне подсказывает, что все шансы относительны, и зависят только от того, подставишь ли ты уязвимое место, или нет. Возможно, скоро я это выясню. Все-таки жреческая магия сильна, что за 12 часов Шатти смогла так подлатать колечки, ремешки, и даже, кажется, дырочек в щитках заметно поубавилось. Удовлетворившись полученным результатом, я выдвинулся в сторону большого зала.
Как выяснилось, логово монстра обнаружить было не так просто. Полностью прогорел первый факел, пока я обшаривал пещеру. Сложность заключалась в том, что пещера расширялась к верху, образуя в некоторых местах нечто, вроде пандуса. Так, как она была огромной, мне пришлось обшарить практически половину, прежде чем я уловил запах гнили, который доносился с одного из выступов. Забраться туда получилось сравнительно легко, сказались каждодневные тренировки в замке.
Место для жилья обманщик выбрал что надо. Снизу никто бы не догадался, без отменного нюха, что в том месте, где был небольшой выступ, есть достаточно глубокая и обширная ниша. А тот, с нюхом, кто бы догадался, поспешил убраться восвояси. Когда я поднялся, мне чуть не стало плохо от того, что я увидел. Множество костяков усеивало пространство радиусом в десяток метров. Навскидку их тут не меньше пары десятков. Самые разные, все они были начисто обглоданы. Свежими были, естественно, людские.
- Ох, придется покопаться, не гоже луту пропадать, - произнес я, приступая к этому грязному делу. Раскуроченные кожаные доспехи, ремни, какие-то ошметки ткани и много других бесполезных вещей. Оружия не было видно, как и целых доспехов.
- О, ботинок, - я взял в руки неплохой, даже не пожеванный предмет, и тут же пожалел об этом. В нос мне ударил смрадный запах разложения. Внутри него все еще оставалась ступня. К горлу подкатил ком, но я сдержался.
- Какая гадость, - я откинул его в сторону, похоже, он оставил это про запас.
Покопавшись еще, я нашел только тяжелый кисет, завязанный лямками. Подбросив его на ладони, я ощутил, что в нем есть несколько крупных предметов и немного монет.
- Интересненько, - я развязал кошель и вывалил на свет содержимое. Два больших драгоценных камня выкатились на пол, затем посыпалась серебряная мелочь. Мое внимание сразу же привлекли камни, и я начал их рассматривать. Первый полукруглый с плоским основанием, навскидку весил грамм сто, и был величиной с половину куриного яйца. Небесно-голубого цвета он был очень прозрачным. Мягкое сияние преломленного света от факела вокруг него буквально притягивало взгляд. Великолепный камень! Если его обработать, будет настоящее произведение искусства. В лавке ювелирных украшений Гибсхольда я таких даже не видел. Второй выглядел больше раза в полтора, прямоугольный, весил он соответственно. Этот красный камень имел фиолетовый оттенок, и чем ближе к факелу я его подносил, тем больше он менял свой цвет на лиловый. Оба камня были отшлифованы, видно, что мастер все-таки приложил руку, но не довел дело до конца. Окончательную форму им еще только необходимо было придать. Аквамарин и Фиолетовый гранат, подсветила система камешки прозрачным шрифтом, после того как я их рассмотрел. Монет я насчитал пятнадцать, и переложил их себе. Отличный улов!
Глава 3. Приятности и неприятности II.
Шатти еще спала, когда я вернулся, поэтому я уселся в проходе, и принялся внимательно наблюдать за прилегающей пещерой. Время шло, но ничего не происходило. Вспоминая последний бой, я постарался воспроизвести то ощущение пространства, которое спасло мне жизнь, но ничего не получалось. Я бросил это занятие и сосредоточился на последних событиях, пытаясь понять, что они означают на самом деле. По всему получается, что в этом месте князь, или его окружение нашли часть древних руин, скрывающихся в подземелье. Вторая сила, за которой, возможно скрывается таинственный хозяин, грубо нарушила их планы, и все бы у них получилось, если бы не мое вмешательство. Хотя, и сейчас может получиться, но об этом думать не стоит. Может даже это не хозяин, а третья сторона, все возможно. Это означает только одно, враг каким-то образом узнал, что тут происходит на самом деле. Либо у него были соглядатаи здесь, либо в городе. Возможно это связано со свинорылыми у Полевого. Цепочка связей Гримроу – князя Гибсхольда, дала сбой. С этим вроде бы все понятно. Теперь о другом...
Мельтус. Этот старый эльф мне помогал. Более того, он не захотел забирать артефакт, хоть и могу поклясться, что мог. Тут пока все еще более не понятно. Чьи интересы на самом деле он защищает? Гильдия наемников Северного Предела, или какая-либо другая тайная организация стоит за этим? Теперь о преследователях. Некий тайный культ Ворона, который по слухам уничтожили тридцать лет назад, возможно, подчиняющийся таинственной фигуре объявил на меня охоту. Мельтус, как и обещал, сбил хвост, но надолго ли это? По крайней мере, возможно одно - когда я приведу Шатти в Гибсхольд, то молва об этом разнесется далеко вокруг, и я снова окажусь под ударом. По крайней мере, у меня будет день, а потом придется снова податься в бега. Не выкинуть ли артефакт в море? Но нет, не время для паники, в любом случае охота за мной уже началась, а значит я, так или иначе окажусь под ударом. Под эти невеселые мысли вдалеке мне послышались тихие, аккуратные шаги.
- Вот же! - Я выругался про себя, и подобрал лежащий неподалеку лук. Ни дня без приключений. Хотя чего жаловаться, я был даже немного рад. Неужели бандиты настолько обнаглели, что решились залезть в глубины? Пещерные растения давали скудное освещение, но на мое счастье прямо у входа в двадцати метрах от меня рос зеленый светящийся мох, на фоне которого я разобрал три силуэта, один за другим прошмыгнувшие в зал. Гоблины! Не узнать этих тварей я уже просто не мог. Да откуда же они тут взялись?
Я прижался к растениям, которые покрывали стену. Натянув тетиву, я выжидал, пока они подойдут поближе. Нельзя дать никому убежать, иначе они расскажут, что их убил человек, а не ужас глубин. Гоблины двигались медленно, обшаривая взглядами каждый закоулок. Я прицелился в того, что нес с собой несколько метательных копий. Через мгновение, шедший последним враг упал с пронзенной грудью, а другие резко обернулись, пытаясь сообразить, что произошло. Мне повезло, в тот момент, когда я выстрелил, они не смотрели в мою сторону, а таращились по сторонам. Оставшись незамеченным, я уже повторно натягивал тетиву, пока они пытались оценить ситуацию. Второй гоблин упал со стрелой, торчащей из головы. Последний разведчик издал испуганный крик, и рванул назад, петляя из стороны в сторону. Только один выстрел, потом он скроется в темноте переходов, и мне будет его не догнать. Внезапно гоблин пропал из поля зрения, слившись со стеной. Не ожидая такого подвоха, я отпустил тетиву, понадеявшись на везение. Стрела, разминувшись с вертким гуманоидом на каких-то пару ладоней, ударила в стену. В следующий миг он скрылся.
Получен опыт за бой: 150.
- Вот зараза! Шатти, вставай! - Я тряс жрицу, пытаясь ее разбудить.
- Что случилось? - Она привстала и сонно протирала глаза, а я уже запихивал припасы и прочую мелочь в вещмешок.
- Нас обнаружили, надо уходить, давай скорее. - Я нацепил свой плащ, которым мы накрывались во время сна.
- Кто? Кто нас обнаружил? - Она спросила, и не став медлить, начала скатывать одеяло.
- Гоблины, и боюсь что здесь они не одни. - Теперь мне стала ясна картина, которую неведомый кукловод хотел здесь изобразить. Несчастные поселенцы пали от рук злобных существ, захвативших форт силой. Неплохое развитие события для того, кто хочет остаться в тени.
- Они хорошо видят в темноте, различая тепло, мы пропали. - Она испуганно прижала руки к груди. - Что же нам теперь делать?
- Не переживай так, гоблины не проблема, а вот бунгары, что будут с ними, а может и кто похуже, действительно, может доставить хлопот, - вспоминая трехметровых бугров, их старших собратьев, произнес я. - Мы нападем на них, пока они не опомнились!
- Что? - Ее глаза на мгновение округлились, да и сам я не ожидал такого спонтанного решения от себя. Но если выбирать между известным врагом, и тайнами глубин дарки, к жизни в которой мы не приспособлены, выходит и выбора то, по сути, нет.
- Бунгары не будут рисковать собой, и пошлют вперед гоблинов. Стрелять с лука умеешь? - Я снял с плеча свой короткий составной лук, который купил и протянул его Шатти.
- Д-даа, - кивнув, и слегка заикаясь, протянула она. - Но я никогда не участвовала в настоящем бою, только лечила раненых, - в ее глазах явственно читался страх.
- Все бои настоящие! Только иногда приходится учиться новому, даже если оно не нравится, - колчан я тоже снял и отдал жрице. Она робко протянула руку и приняла предметы. Я отметил, что она правша. - Твоя задача прятаться, и стрелять. Не высовывайся, и не вставай на открытом пространстве. Прижмись к левой стене, и стреляй из-за угла. По моей команде будь готова тут же отступить. Нам надо выиграть время. - Я серьезно посмотрел ей в глаза, - и перестань бояться, это хуже чем гоблины.
- Хорошо, я постараюсь, - она закрыла глаза, и кивнула, как будто собралась с силами.
Я вылез из логова, осмотрелся, и, не заметив ничего подозрительного, поманил за собой жрицу. Вытащив из двух тел стрелы, отдал их Шатти, которая при этом поморщилась, принимая окровавленные предметы. Подхватив еще и короткое копье, у трупа, мы двинулись дальше. Когда мы дошли до большого зала, и я заглянул внутрь, то заметил много мелких силуэтов, вбегающих в него с другой стороны. Ну вот, теперь необходимо убить как можно больше. Гоблины, по сути, трусливые существа, и если нанести большие им большие потери, остальные могут просто сбежать, так говорили учителя в замке.
- Старайся стрелять в лучников. - Я взял лук у жрицы, и одну стрелу. До врагов уже было не более пятидесяти метров, они собирались в кучку. Я бегло насчитал больше двадцати штук. - И, оставайся незаметной.
- Я могу помолиться, и призвать на тебя круг защиты от зла, - Шатти явно волновалась. Её понять можно, ситуация отнюдь не тривиальна.
- Нет, - я помотал головой, натягивая тетиву, - оставь молитвы для исцеления, оно может понадобиться, - зная, что силы жрецов не бесконечны, я решил, что это будет лучшим вариантом. Шатти кивнула, а я спустил стрелу, тут же вернув лук ей. Один из врагов согнулся пополам. Вылетев из-за угла, я проорал нечто нечленораздельное, пытаясь их запугать, и подобрать поближе. По группе противника прошла дрожь, некоторые даже попытались убежать, но резкий окрик на гоблинском наречии, отрезвил дезертиров. Командира не было видно, видимо он скрывался в толпе. Пока я преодолевал расстояние между нами, навстречу мне кинулось только два гоблина с копьями наперевес. Перехватив копье, я метнул его в ближайшего. Не ожидавший этого противник схватился за древко, торчавшее из его бедра и, заскулив, свалился на землю. Второй после этого шарахнулся в сторону, и я успел проскочить мимо. Влетев в толпу, я насадил на длинный клинок первого коротышку, а второму, неудачно подставившемуся, снес голову одним ударом короткого меча. Струя крови забила фонтаном из обрубка шеи, обрызгивая стоящих неподалеку. Рядом истошно завизжали, часть гоблинов прыснула в стороны.
Уходить в глухую оборону не было смысла. Противников много, кто-нибудь да зацепит и собьет мне концентрацию. Вычленить уязвимые места в такой круговерти будет крайне тяжело. Да и Шатти могут заметить, если я буду сильно осторожничать. Необходимо привлечь к себе как можно больше внимания. Да, я сильно рискую, но кто не рискует, тот работает стражником. Враги быстро опомнились, удары посыпались градом со всех сторон. Пару подач я пропустил, больше досталось доспеху, чем мне.
Получены повреждения от: гоблин (копье) повреждения: 1 (80% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 44/45. Доспех получил повреждение: прочность 12/37. Внимание броня получила критические повреждения. Шанс прохождения полного урона составляет 30%.
Копье разорвало те кольца на боку, где я делал заплатку, неудачно подставился.
Получены повреждения от: гоблин (дубина) повреждения: 1 (83% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 43/45.
Дубинка с металлическим навершием ударила в плечо, но зацепила лишь вскользь. Несколько ударов я сбил клинками, еще пара отскочила от пластин. Одна стрела просвистела мимо. Я бился с пятью противниками, и еще больше уже бежало со всех сторон. Их лучники готовились стрелять. Не переоценил ли я свои силы? Я перешел в атаку, рубанув одного, который был ближе всех, но он извернулся, и практически ушел от меня, но я все-таки достал его вторым клинком, пробив кожанку на груди. Вскрикнув, он поспешил отойти в задний ряд. Одна стрела впилась в наплечник, снизив прочность доспеха еще на одну единицу. Гоблины кричали, наседая на меня, атаковали скопом. Я получил еще два ощутимых тычка в спину, но к счастью доспех держал удар. Несколько стрел с противным свистом пронеслись мимо. Такое количество врагов я видел впервые. Там где я привык сражаться с одним оппонентом, эти, более мелкие противники могли стоять по двое, практически не мешая друг другу.
Один гоблин стоял особняком, а перед ним расположились еще три противника. Похоже, вот и главарь. Выглядел он куда лучше, чем остальные. На нем я заметил кольчужный доспех. Решив пробиваться к вожаку, я подрубил одному самому наглому противнику ногу, а второму разбил морду, вонзив в нее короткий клинок. Четверо уже было ранено, еще столько же мы точно убили. Я занял место поверженного врага, продвинувшись немного в сторону цели.
Вертевшись как волчок, отбивая удары, уклоняясь и сбивая противника с толку резкими перемещениями, я пропустил только один удар. Дубина снесла прикрепленный наплечный щиток, когда я отвлекся что бы обломать стрелу, сильно мешавшую, засевшую в поддоспешнике.
Доспех получил повреждение: прочность 10/37. Внимание броня получила критические повреждения. Шанс прохождения полного урона составляет 40%.
Решив сменить тактику, я нагло попер на впереди стоящего гоблина, вытесняя его с позиции, сделав еще один рывок вперед, я выбрался на простор, перед тремя охранниками командира. С одной стороны, на мгновение, я получил небольшую передышку, но с другой для стрелков противника я был как на ладони. Не подумал об этом, отметил я, перерубая копье, которым пытался защититься гоблин вместе с его ключицей. Поверженный враг упал, а на его место тут же заступил другой.
Один из врагов попытался проскочить мимо меня юркой змеей, зайдя во фланг. Ударив наотмашь, я отсек ему руку. Стоны раненых перемежались предсмертными криками, и звоном металла. Другие гоблины тут же усвоили урок, что напролом лучше не лезть, и оббегали подальше, что бы обойти и опять взяли меня в клещи. Я почувствовал удары по ногам и спине. Левый понож отвалился, а кольца доспеха посыпались по полу. Так они меня скоро разденут! Похоже на спине теперь зияла рваная дыра в кольчуге. Стеганой куртке, заменяющей поддоспешник, тоже досталось не слабо.
Доспех получил повреждение: прочность 5/37. Внимание броня получила критические повреждения. Шанс прохождения полного урона составляет 50%.
Поставленная на пару секунд веерная защита собрала свою дань. Несколько уколов копьями, выпадов дубины и даже две стрелы отскочили, не причинив мне вреда. Почувствовав, что скоро я нападу, гоблины, стоящие передо мной подались назад. Кровожадная улыбка наползла на мое лицо. Надо как можно скорее убить главаря, доспех практически пробит, и осталось ему не долго. Вдруг я заметил, как один из лучников схватился за плечо. Стрела глубоко засела, повредив кость, он что-то прокричал на своем языке, показывая в сторону жрицы. Хорм!
- Шатти, если на тебя побегут эти твари, отступай к убежищу! - Я прокричал во все горло, разрубив почти пополам одного, и ранив в лицо второго противника. Тот схватился за физиономию, и поспешил скрыться в толпе. Все, теперь между мной и командиром отряда больше никого не было. Я удивился, когда тот, не став дожидаться моей атаки, сам налетел на меня. Вооруженный коротким клинком, явно хорошей работы, в другой руке он держал небольшой стальной щит. Я даже не стал отбивать его выпад, сдвинувшись всего на треть шага и повернув корпус боком. Этого хватило, что бы размашистый, достаточно быстрый удар просвистел мимо. В этот момент копье одного из врагов влетело в меня очень быстро, и неожиданно. Я не успел увернуться полностью, и только лишь подавшись назад, сумел уменьшить последствия. Удар пришелся на разбитый бок, очертя его вскользь.
Получены повреждения от: гоблин (копье) повреждения: 2 (0% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 41/45.
Небольшая царапина лишь раззадорила меня, заставив атаковать еще более яростно. Краем глаза я отметил, что несколько лучников начали стрелять в сторону прохода. Надо быстрее с ними заканчивать. В следующий момент я похолодел. Громкий женский вскрик донесся сзади. Неужели они в нее попали?! Твари! Ярость затопила сознание. Шквал моих ударов вожак принял достойно. От одной части он просто уклонился, а вторую блокировал щитом и мечом. Лишь один единственный выпад короткого клинка достиг цели. И тут он удивил меня, умудрившись повернуться так, что бы я нанес меньше вреда. Опытный противник. Внезапно я почувствовал несильную боль в пояснице, и лог окрасился в красный цвет.
Получены повреждения от: гоблин (короткий лук) повреждения: 2 (0% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 39/45.
Вторая стрела воткнулась в левый наплечник, каким-то чудом пробив его, и срезала ремень крепления. Вот что значит плохая подгонка доспеха с множеством щелей.
Доспех получил повреждение: прочность 4/37. Внимание броня получила критические повреждения. Шанс прохождения полного урона составляет 60%.
Какофония звуков сражения перекрывала все остальное, я старался расслышать молитву жрицы, но не смог. Отодвинув переживания на дальний план, я сосредоточился на военачальнике. Сделав несколько обманных движений, одновременно уворачиваясь и сбивая атаки, летящие со всех сторон, я резко кинулся на него. Короткий меч прочертил дугу, летя сверху, и противник допустил ошибку. Он закрылся щитом, а я тем временем подрубил ему ногу, пробив стальной понож. К сожалению, я попал в самое прочное место. Клинок не вошел глубоко, а гоблин, почуяв подвох, еще и отпрянул в последний момент, сводя мои усилия к минимуму. Надо поменять тактику, и закончить все одним ударом.
Сержант гоблинов, а именно так было написано над ним, тут же яростно контратаковал. Вклинив свой щит между моих клинков, он заставил меня податься назад. Это было моей ошибкой. Обзор, закрытый щитом тут же сменился клинком, летящим мне в грудь. Я успел закрыться руками. Гоблин успел ударить несколько раз. Левый наруч держался уже на одном ремне, а правому серьезно досталось.
Получены повреждения от: сержант гоблинов (короткий меч) повреждения: 3 (50% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 36/45.
Доспех получил повреждение: прочность 2/37. Внимание броня получила критические повреждения. Шанс прохождения полного урона составляет 70%.
Видя мою оплошность, тут же несколько врагов кинулись в атаку, пытаясь поддержать командира.
Получены повреждения от: гоблин (копье) повреждения: 2 (50% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 34/45.
Получены повреждения от: гоблин (дубина) повреждения: 5 (50% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 29/45.
Больше всего досталось ноге, волны боли расходились от бедра. Я слегка захромал, хоть мне и удалось увернуться практически полностью. Пока Шатти не было видно, а я надеялся на то, что она все-таки жива. Уйдя в глухую оборону, я выбирал момент для атаки. Веерная защита, и быстрое перемещение позволило избежать ударов и даже несколько стрел отскочили в сторону. Сержант распалился, наседая все сильнее. Пора ставить точку в этом противостоянии. Казалось, что камень с души свалился, когда я заметил стрелу, летящую со стороны, где пряталась жрица. Плохо только, что мимо.
Очередной выпад вожака отскочил в сторону, и я провел контратаку. Отбив щит, я нанес рубящие выпады одновременно в ногу и шею, не позволяя ни подпрыгнуть, ни присесть. В этот момент в глазах гоблина я заметил удивление и растерянность. Вожак сел на пол, прижимая руку к шее. Пузыри крови выступили изо рта. Гоблинов было еще много, и не все еще видели смерть вожака. Я заметил, что стоявшие ближе всего растерялись лишь на мгновение. Несколько раненых противников, немного отойдя от болевого шока, поспешили на помощь. Кто-то из них закричал на их наречии, и они бросились на меня всем скопом, вынуждая отступать. Я пропустил несколько ударов по ногам и один в шею. Слава богам, кольчужный воротник был еще цел, и принял на себя основной урон. Какой-то наглый гоблин вцепился сзади в хламиду доспеха, и попытался повалить меня. Не успев нанести ему удара, я просто сбросил наглеца в сторону. Здоровье снизилось до двадцати одной единицы, и я слегка поплыл.
Один из лучников, вереща, схватился за торчащее древко из ноги, и метнулся к стене, прячась за камень. Отлично, Шатти была еще жива. Я кинулся на врагов, разрубив одного из зеленых практически надвое от ключицы до паха. Половина гоблинов вокруг меня уже была ранена. Кто-то держался за ногу или руку, парочка вытирала с морды кровь, из одного торчала стрела, а последний все пытался вынуть древко копья, плотно засевшее в бедре. Раненые постоянно переглядывались между собой. Было видно, что их боевой дух на исходе. Но все-таки они были воинами, хоть и слабыми, потому еще сражались.
Удар дубиной пришелся вскользь, копье пропороло бок, нанеся первую серьезную травму, а короткий клинок, подобранный одним из бойцов с сержанта прочертил порез на руке.
Получены повреждения от: гоблин (дубина) повреждения: 1 (50% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 20/45.
Получены повреждения от: гоблин (копье) повреждения: 6 (0% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 16/45.
Получены повреждения от: гоблин (короткий меч) повреждения: 2 (0% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 14/45.
Один из врагов попытался протиснуться между своими, что бы напасть на меня, но поскользнулся на требухе, вывалившейся из разрубленного напополам. Нырнув рыбкой вниз, он видимо напоролся на что-то острое, и сейчас корчился на полу. Неудачник.
Кровь текла из многих ран, но я еще держался. Гоблины стали быстрее, или я стал медленнее, начиная уставать? Лучник, целившийся в меня, упал, пронзенный в грудь стрелой. Я мысленно улыбнулся, переходя полностью в защиту, и вовремя, две стрелы просвистели совсем рядом. Если бы я ринулся вперед, то одна точно бы в меня попала. Враги все еще обступали меня со всех сторон, но уже только в один ряд. Изредка пытались вклиниться легкораненые, но сразу же отступали назад, что бы я их не прикончил. Подкараулив тех, кто слишком подался вперед, быстрой контратакой мне удалось ранить сразу двоих гоблинов. Они быстро учились, после атаки сразу разорвали дистанцию, не позволив мне убить их на месте.
Звон заглушил все вокруг. Шипастая дубина врезалась в шлем, смяв его. Кувыркаясь, он отлетел в сторону. Набат гремел, и звезды мелькали перед глазами. В таком хаосе невозможно увидеть все.
Получены повреждения от: гоблин (шипастая дубина) повреждения: 4 (42,8% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 10/45. Доспех получил повреждение: прочность 0/37. Ваша броня разбита. Шанс прохождения полного урона составляет 90%.
- ААААААА! - Я заорал, разорвав дистанцию и вихрем налетел на одного из лучников, который был в пяти шагах от меня. Гоблин изломанной куклой отлетел к стене, после того, как я припечатал его коротким клинком и врезал ногой, снимая с лезвия и увеличивая повреждения.
В этот момент я понял, что меня окружает только три противника, а остальные пятятся назад.
- Сдохните, твари! - Из троих, что были возле меня, двое вздрогнули и кинулись убегать. Следом побежали лучники, один из которых тут же упал со стрелой между лопаток. Почти все раненые кинулись за ними, и только двое из них остались на поле боя, атаковав меня со спины. Я вовремя развернулся, от выпада копья сместился, а дубинку и меч принял на клинки. Приходилось вкладываться в защиту, так как надежды на броню не было никакой. Видя, что я защищаюсь, они и не думали убегать. Придется вас проучить, мелкие уродцы. Отбив еще пару росчерков оружия, я выждал, пока они откроются. Разум уже застилала пелена, граничащая с яростью. Стрела пробила шею второму недобитку, а последний противник наконец-то заметив, что он один, бросился наутек. Впрочем, он убежал недалеко, настигнув, я пробил ему спину и рванул к выходу. Раненые гоблины далеко не ушли. Они пытались выбраться на поверхность, но лаз был достаточно крутой, что бы с такими травмами легко выбраться наружу. Они сталкивались друг с другом, катились по полу вниз, и орали. Я рубил и кромсал налево и направо, фонтаны крови летели во все стороны. Наконец, когда все было кончено, я отметил, что уйти смогли только трое. Кровавая пелена потихоньку спадала с глаз. Пусть расскажут, о том, что здесь творилось.
Получен опыт за бой: 1600.
Глава 4. Неожиданная встреча I.
Получено редкое достижение: бесстрашный II. Победите в схватке, атаковав десятикратно более превосходящего по численности врага в одиночку или группой, будучи единственным бойцом ближнего боя. Уровень угрозы схватки должен превышать среднюю ступень группы минимум на три. Вы настолько неудержимы, что ваши враги боятся вас, а друзья опасаются вызвать ваше недовольство. Ваш навык запугивание вырос на две единицы.
Я нисколько не удивился выскочившим сообщениям, подспудно ожидая чего-то такого. За каждое рискованное предприятие игра всегда щедро одаривала. Отличный бонус! Да и опыта дали прилично. Видимо количество врагов как-то пропорционально влияет на общую сумму, учитывая, что, скорее всего, он поделился поровну на меня и Шатти. Сверху не спешили спускаться, и я направился назад. Встретившая меня жрица на половине пути тут же наложила на меня подряд два исцеления.
- Ты выглядишь ужасно, - произнесла она, перед тем, как использовать силу молитв. Действительно, осмотрев себя, я криво ухмыльнулся. Видок что надо для того, что бы напугать практически любого. Весь в крови с головы до ног, своей и чужой, в разорванной кольчуге, которая висела клочьями, я скорее напоминал живого мертвеца.
Получен эффект исцеления от: Шатти Огненноволосой (Лечение легких ран) исцелено: 8 единиц здоровья. Остаток здоровья: 18/45.
Получен эффект исцеления от: Шатти Огненноволосой (Лечение легких ран) исцелено: 7 единиц здоровья. Остаток здоровья: 25/45.
- Спасибо, Шатти. - Почувствовав себя лучше, я поблагодарил жрицу.
- Не за что... Это было так страшно. - Девушка была бледна, видно, что спокойствие давалось ей с трудом. - Я волновалась за тебя... Их было слишком много. Я старалась стрелять поточнее, но большая часть стрел всё равно улетела мимо.
- Не переживай, все уже позади. Тебя ранили? - я заметил кровавое пятно на платье в районе живота.
- Да, стрела попала в меня, но я ее вытащила, и милость богини закрыла рану. - Девушка посмотрела на пятно, оттянув двумя пальцами ткань. - Теперь оно совсем испорчено, - со вздохом произнесла она.
- Надо найти тебе одежду. Собери еще целые стрелы, а я быстро соберу трофеи. - Не теряя времени, я принялся собирать куски своих доспехов, и прятать их в рюкзак. Краем глаза я заметил, как Шатти все также стоит на месте. - Что-то случилось? - Осторожно спросил я. Мне показалось, что она сейчас расплачется.
- Ты же спасешь меня? Вытащишь отсюда? Я не хочу здесь умирать, - она тихонько всхлипнула.
- Ээээ, - протянул я, - ну ведь мы этим и занимаемся сейчас, мы ближе к цели, чем ты думаешь, - я решил ее обнадежить. Взгляд Шатти прояснился, а губы растянулись в робкой улыбке.
- Спасибо тебе, Рион, ты сильный воин. - Я заметил, что она дернулась, попытавшись меня обнять, но я был весь в крови, и она не стала этого делать. А лог тут же запестрил взятым заданием:
Получено скрытое задание (уникальное): Спасти Шатти Огненноволосую от смерти. Доставить ее в Гибсхольд в храм богини природы Милоны. Награда в случае успеха: Шатти может стать вашим спутником. Признательность от Шатти. Известность в регионе Гибсхольд.
- Не время, стрелы... Сюда могут пожаловать другие, - я одернул жрицу, несколько опешив от неожиданности подробностями квеста.
- Да, да, сейчас, - она бросилась к ближайшей стреле, торчащей из спины гоблина.
Порыскав по округе, переворачивая тела гоблинов, я не обнаружил клинка, что был у сержанта. Вот зараза! Какой-то ловкий гаденыш все-таки успел его утащить. Я вытряхнул сержанта из кольчуги и вдруг заметил нательный кошель, накинутый на шею. Заглянув в него, я увидел блеск камней. Опять камни? Везет мне на них, рассмотрим, когда будем в безопасности. Я насобирал еще кожаных завязок с убитых, которыми они подтягивали доспехи. Закончив с мародерством, мы пошли в сторону убежища. Надеюсь, никто не потревожит нас в ближайшее время. Конечно, был вариант выскочить на поверхность, и попробовать вырваться, но факт того, что Шатти не имеет зимней одежды и ее еще необходимо найти, не вселяло оптимизма. Доспех был порублен, я ранен, и у жрицы силы на исходе. Слишком рискованно. Гору лежащих тел я трогать не стал. Пусть внушает противнику трепет. В ближайшее время придется отсюда уйти, в любом случае такая кровавая баня может привлечь хищника и покрупнее.
- Откуда у тебя это? - Шатти восторженно разглядывала четыре камня, которые я высыпал на пол из небольшого кожаного мешочка. Непрозрачный синий камень с белыми прожилками - Лазурит сразу высветилось на одном из них. Такие я уже находил, ничего особо ценного, небольшой камень. Можно вставить в перстень. Второй был полупрозрачным сиреневым с перламутровым отливом, его размер был не больше кольца в диаметре. Система определила его как Халцедон. Смотрится явно дороже предыдущего, навскидку золотых на пятьдесят может и потянет. Третий примерно такого же размера, по структуре похож на тот, который я нашел в логове кота, но заметно хуже по качеству и намного меньше. Да и цвет просто красный. Над ним тут же высветилось: Гранат. Добротно. И последний, жемчужина этой коллекции, как и первые два камня он был наполовину обработан. Навскидку весил он грамм пятьдесят, и был размером с перепелиное яйцо. Ярко-синий, он поражал своей глубиной, и напоминал о небе. Как же не хватает простора над головой. Шпинель, загорелось над ним.
- Нашел в кошеле у гоблина, - не было смысла что-либо скрывать. Я взял первые три камня и протянул их жрице, - это твоя доля. - Я решил, что этого будет достаточно, хотя чувствовал, что это слегка не справедливо.
- Это камни Така, один раз я видела, как он занимался шлифовкой. Он рассказывал, что специально вызвался сюда идти, потому что в местной породе иногда встречаются ценные вещи. Хотел открыть ювелирную лавку в Гибсхольде, - закусив губу, Шатти потупила взор. - Я разыщу его семью, и отдам их.
Я опешил от подобного заявления. Впрочем, она имеет право распоряжаться ими по своему усмотрению. Теперь я по-иному взглянул на награду, доставшуюся мне из логова, и сгреб все камни. Глаза Шатти слегка расширились от удивления. Вздохнув, и задавив жабу, я полез в свой кисет.
- Вот, держи, ты сможешь его выгодно продать, он стоит несколько сотен золотых монет. Часть денег ты сможешь оставить себе, а другую вернуть. Оставаться совсем без средств не имеет никакого смысла. - Я достал прозрачный аквамарин в виде полусферы, и протянул его ей.
- Ого, какой красивый, - Шатти разглядывала камень, - тоже достался от гоблина?
- Нет, в другом месте. - Короткий ответ, по моему мнению, будет уместен, незачем ей знать, что я выудил его из логова чудовища.
Волосы на моей голове слиплись, и были покрыты коркой крови. От них стоял противный запах. Я попросил Шатти посторожить, пока я отмоюсь от крови. Раздевшись по пояс, я пошел к стене, под зеленым покровом которой мягко струилась по камню вода. Она была ледяной, и прекрасно бодрила.
Немного отмывшись, я принялся за починку доспехов. Осмотрев кольчугу с сержанта, я прикинул, что хоть Шатти и была худой, но гоблины все равно были меньше. Будет слегка коротковата и тесна. Заделав дыры, я расплел в ней ряд колец по бокам от подмышки до подола. Кожаные завязки продел сквозь кольца, таким образом можно было зафиксировать кольчугу на теле, что бы не болталась. Высвободившиеся кольца я пустил на починку своего доспеха, так как их уже стало изрядно не хватать. Шатти чинила молитвой ремни. Вот он лежит разорванный надвое, и тут же, после нескольких произнесенных слов, и жестов уже целый. Меня поражала магия этого мира.
- Держи, это тебе, - я протянул переделанный кольчужный доспех, - теперь тебя будет сложнее убить.
Она приняла его без слов, и тут стала надевать. Хорошо. Я принялся опять выравнивать щитки. Когда Шатти набиралась сил, она меня лечила, и уже через восемь часов я был жив, здоров и полон сил. Еды осталось не больше чем на день, и то, если растягивать. Мало взял, - пожалел я.
- Мои силы, как жрицы увеличились, я чувствую, что стала сильнее и теперь мне доступны новые возможности, - Шатти была довольной, после того, как проснулась, и лучилась счастьем. - Богиня ответила на мои молитвы.
- Что она сказала? - Я был удивлен и заинтересован.
- Я не могу это описать, но теперь я знаю, что мне нужно. Надо найти гадальные амулеты. - Она тут же развила бурную деятельность, натягивая и завязывая кольчугу, и уже прицепила меч к поясу, направившись к выходу.
- Ты куда? - я спросил жрицу, казалось, что она совершенно не воспринимает реальность, а ведь возле входа нас вполне могли сторожить, хоть я никого и не слышал за время дежурства.
- Нужно найти кости, или что-нибудь похожее. К тому же нам понадобится предмет, например, палочка из черного дерева, или другой материал, который может поглотить магию.
- Хорошо, подожди меня, и пойдем, только призови свет на этот камень, - я протянул обычный, ничем не примечательный небольшой предмет. Слабое освещение в помещении нам давал фитиль, сделанный из веревки, вставленный в бутылку с маслом. За узким лазом же было очень темно. Если бы я выбрал эльфа, - мечтательно протянул я.
- Что? - Жрица не расслышала, а я понял, что произнес это вслух.
- Да не, ничего, - уже пожалев об излишнем самокопании, сказал я.
- Арам тур милони шайн, - жрица добавила неуловимый жест, и яркий свет разлился по комнате. - Теперь он сильнее, чем был до этого, я надеюсь, он продержится не меньше чем полчаса.
Я уже пристегивал наплечник, и мельком взглянул на крепость доспеха. Мде, двенадцать единиц. Жалкое зрелище. Щитки все в круглых дырках, некоторые прорехи в палец длиной. И хоть я и попытался стянуть края и выровнять, все равно этого было мало. Шлем вполне можно было использовать в качестве дуршлага.
Взяв освященный камень, я выкинул его из лаза на середину пещеры. Яркий свет разлился по комнате. Чисто. Наверное. Темного дерева нам тут не найти, а вот идеи, где достать хорошие кости у меня были. Добравшись до большой пещеры, я заметил, как несколько трупов гоблинов исчезли. Досадно, объявился новый хищник. Причем следы были странными. Такое ощущение, что трупы волокли, на то указывала размазанная кровь. Следы были отчетливыми только метров тридцать, потом, видимо, кровь стерлась. Странно, что следов того, кто этим занимался, не было. Вдруг я почувствовал какой то посторонний запах.
- Чувствуешь? - Я тихо обратился к жрице.
- Да, как будто хлеб испортился, - Шатти тоже принюхивалась.
- Нам надо туда, - я указал рукой наверх, - там было логово обманщика.
Шатти помотала головой. - Я не смогу туда добраться.
- Тогда придется тебя отвести обратно, ну или я скину тебе веревку, - первый вариант меня устраивал больше. Меньше всего хотелось, что бы она видела, что творится там наверху.
- Давай веревку, - Шатти, не смотря на возможность столкновения с новым видом врага, оставалась спокойной. Может быть, она не подозревает об опасности?
Я быстро забрался на половину пути, и скинул веревку, предварительно размотав ее. После того, как она оказалась не небольшом выступе, рядом со мной, я полез дальше.
- Я буду показывать тебе кости, а ты скажешь, подойдут ли они, - я начал копаться в костях, выискивая интересные экземпляры.
- Может, просто скинешь веревку, и я сама поищу? - Я ожидал этого вопроса, поэтому сказал правду.
- Ты не хочешь этого видеть, поверь мне. Просто оставайся там, где ты есть. Лови, - я скинул ей длинный отросток из костей, состоящий из пяти суставов. На хвост что ли похоже, или щупальце, я не знал от какого это животного.
- Отлично, видимо это останки магического существа, это идеально подходит, надо еще несколько, но не таких. - Шатти, достав клинок, принялась отпиливать крайнюю фалангу. Я показал ей еще несколько различных останков, но она все их забраковала. Поглядывая все чаще на людские скелеты, я не решался предложить ей пальчик. Хотя по размеру он практически совпадал с тем, что она взяла себе.
Плесневый запах вновь окатил меня. Я выглянул вниз, но опять ничего не заметил. Странно все это. Шатти озиралась, но также ничего не могла разглядеть. Это уже начинало слегка напрягать. Наконец, опробовав все, я решился и быстро отрубил первую фалангу указательного пальца какого-то бедолаги, тут же обтерев об какой-то обрывок ткани.
- Вот, посмотри, - я аккуратно скинул находку прямо в руки девушки.
- Проклятье, Рион! Я же жрица! Я училась, и знаю, что это человеческая кость! - Ну, вот, так и знал что заругают. - Хотя она подходит, - Шатти продолжила уже более мягким тоном.
- За неимением лучшего предлагаю взять то, что имеем, тут больше ничего нет нового. Я перерыл все. - Я начал аккуратно спускаться. - Сама слезешь?
- Хорошо, возьмем, слезу, - она ответила сразу на все вопросы. - Нам нужна еще одна кость, базовая, самая большая. Нам может подойти позвонок, но он должен быть большим, и шейным. Ты не знаешь, где его можно взять? - Я подхватил болтавшую жрицу, и аккуратно поставил на пол.
- Совершенно случайно, знаю. - Мы направились в сторону первого убитого мной чудовища. Трупный запах уже распространился по небольшой пещере, но туша была еще более-менее целой. Я принялся за грязное дело, как можно более аккуратно отрубив клинком один из позвонков жертвы. Наконец, когда дело было сделано, я протянул ей кровавый предмет.
- Теперь все, - жрица вытирала его об растения.
Мы добрались до убежища, и Шатти, забрав у меня кинжал, начала царапать на костях небольшие символы и различные узоры. Я решил передохнуть, пока жрица занимается делом. Снилось небо, и какие-то люди, которые постоянно толкали меня вперед. Меня это напрягало, я отпихивался, но мне не удавалось сдержать их натиск. Опять этот запах, я заметил его даже во сне. Я резко проснулся от того, что Шатти меня трясла.
- Запах, - одними губами произнесла жрица. Вот же дрянь, я выругался про себя. Кто-то нас определенно преследует. Я взял лук, и резко пустил стрелу в расщелину.
- Я слышала! Там кто-то есть, он убежал. - Шатти сжимала в руках рукоять кинжала.
- Убежал, значит боится, - успокоил я девушку, хотя сам не расслышал ничего. - Ты закончила с амулетами?
- Да, почти, остался один штрих. Нужен небольшой минерал, что бы вставить в позвонок. Он будет главным амулетом. Можешь показать те, что у тебя остались? - Я не имел ничего против, по этому вывалил на пол мелкие камешки, но по размеру подошел только самый простой - Лазурит. Совместными усилиями нам удалось вставить камень, немного подточив его с одной стороны, теперь в центре позвонка красовался синий камень с прожилками. По бокам кости шли витиеватые узоры, а лежащие рядом другие две также были покрыты мелкими рунами.
- Как ты это сделала? - Казалось, что невозможно сделать это руками, но доказательства были прямо перед глазами.
- Я использовала силу молитв, что бы получилось красиво. Теперь мне необходимо отдохнуть. Не пугайся, - Шатти начала нараспев произносить слова, которые я не смог разобрать. Уловив только имя богини, ее священный символ налился белым светом, кольцо от доспеха, которое она держала в руке, засветилось и исчезло. Сияние перешло на руку, которой она прикоснулась мне к груди. Кольчуга ярко засияла на мгновение и тут же погасла. Лицо Шатти осунулось, а в глазах появилась усталость.
- Теперь можно спать, - произнесла она, зевая.
- Что ты сделала? - я был удивлен, грязь с доспеха как будто испарилась, а сам он сиял чистотой. Конечно, наплечники и другие щитки остались такими же мятыми, но вот кольчуга была целой.
- Собрала воедино, - с обворожительной улыбкой произнесла жрица, укладываясь на постель. Я проверил прочность доспеха, и присвистнул. Двадцать одна единица. Великолепно. Вскоре Шатти заснула, а я стал караулить неведомого зверя, который пытался проникнуть к нам.
Два раза я чувствовал запах, и столько же раз посылал стрелу в проход. Достало, подумал я, обнажая клинки и протискиваясь наружу. Если ты не смеешь напасть на меня, значит слаб. Я вылез, встал спиной к стене и начал прислушиваться. Никого не было видно, как впрочем, и всегда. Секунд десять ничего не происходило, но в следующий миг мне в живот что-то ударило несколько раз. Доспех оказался не пробит. Гамбезон смягчил удар, а крепкий пресс и вовсе свел на нет усилия врага. Махнув клинками вокруг себя, я не зацепил ничего. Что ж, значит, ты чем-то бьешь издалека, оставаясь в невидимости. Осталось понять, с какого расстояния. Сделав резкий перекат в сторону, звук ударов о стену позади меня известил о том, что враг промахнулся. Я перестроился так, что бы впереди меня не оставалось много места, все также прижимаясь к стене спиной. Темновато.
Рассчитав примерное время между атаками, я выставил веерную защиту, и действительно, несколько тяжелых снарядов, похожих на стрелы отскочили в сторону. Резко рванув вперед, я размахивал клинками налево и направо, пытаясь поразить невидимого противника. Чудо произошло, когда я уже от безысходности взмахнул коротким клинком впереди себя. Нечто издало шипящий звук, когда я почувствовал, что мой клинок зацепил что-то твердое, с натугой пройдя насквозь. Удача сопутствовала мне.
Теперь я знал, где враг, и что он реален. Я выставил защиту клинками и начал смещаться по кругу. Наконец, мне удалось расслышать тихое перемещение зверя, и какие-то звуки, похожие на шлепки, но доносящиеся на уровне моей груди. Дуновение ветерка слева оповестило о том, что враг опять допустил ошибку. Я не спешил нападать, так как не был уверен, что невидимка находится там, где я его засек несколько секунд назад. Продолжая уворачиваться от противника, я ставил блоки как на тренировке. Веерный выпад в центр, наверх, вниз, переход в сторону, повернуться вокруг оси, обведя вокруг себя клинками один за другим. Несколько следующих ударов не прошли сквозь мои ухищрения, но один отскочил от наплечного щитка, а второй от наруча, оставив на крепком железе только царапину. Мой ход. Сориентировавшись, где противник, я сделал двойной колющий выпад. Но достав только лишь пустоту, резко раскинул руки в стороны, приседая и затем кувыркаясь назад, опять достав только воздух. Я же был уверен, что он там. Надо мной что-то опять просвистело, когда я сгруппировался на земле.
Атаки невидимки были неуклюжи, особенно для ловкого соперника, коим я считал себя. По моему мнению, это был лишь вопрос времени, когда же он ошибется. Сделав еще пару обманных маневров, я еще раз бросился туда, где он вроде как должен был находиться.
- Ук! - раздалось в том месте, куда влетел мой длинный клинок. Есть! Враг уже дважды ранен. Продолжая уклоняться, через десяток секунд я понял, что невидимки поблизости больше нет. За углом отчетливо раздалось несколько торопливых шагов прочь.
- Сбежал, хмыреныш. - Я был доволен тем, что остался без ранений, сумев его прогнать. Система выдала несколько сообщений:
Поздравляем, вами раскрыт один из потенциалов вашего персонажа: навык тонкий слух доступен для разблокировки, желаете ли использовать для этого один свободный балл навыка? Да/нет.
Вы победили, ранив врага и заставив отступить, количество опыта снижено. Получен опыт за бой: 400.
Даже так! Я был вдвойне удовлетворен. Весь бой происходил в относительной тишине, нарушаемый только звуками доспеха. Острый слух очень кстати! Да, я подтвердил изменения. Навык застыл на значении в две единицы, причем одну из них давала моя повышенная мудрость. Хоть какое-то лекарство, а то меня начинало настораживать, что практически каждый противник в этих подземельях пользуется какими-то уловками. Нужно развивать свой талант ощущения пространства, но как это сделать, я не знал, хоть и не раз пробовал и так и эдак. Продолжив экспериментировать с ощущениями уже в безопасности, я не заметил, как пролетело время. Дурно пахнущий монстр так ни разу и не вернулся.
- Как пролетело дежурство? Невидимка не возвращался? - Жрица встала, и сонно потягиваясь.
- Отлично, - ответил я, вытаскивая последнюю порцию еды. - Он пока не вернется, я его прогнал, трусливое существо.
Под беседу на отвлеченные темы, мы употребили еду и запили водой, которую пришлось набирать уже здесь. Вода оказалась отменной, хоть Шатти и хотела призвать воду с помощью сил, даруемых её богиней, но я настоял на том, что бы оставить их как можно большее количество, не размениваясь на такие мелочи. Мешочек, который носил на теле сержант гоблинов как нельзя подошел к амулетам, которые сделала жрица.
Она уселась на колени в центр комнаты, положила позвонок, а две другие косточки распределила снизу и сверху от него. Сжав святой символ в ладонях, Шатти начала горячо молиться Милоне, сложив руки на груди. Это продолжалось примерно минуту. Нотки сомнения охватили меня в момент, когда девушку внезапно охватило мягкое зеленоватое сияние, перешедшее в лазурит, в центре позвонка. От него оно перекинулось на две другие косточки, и казалось, связало всю небольшую конструкцию. Внезапно я осознал, что слежу за этим невероятным моментом, задержав дыхание. Косточки поднялись в воздух. Две мелких начали одновременно вращаться во всех возможных плоскостях вокруг главного амулета. Это продолжалось буквально несколько секунд. Как только вращение достигло момента, когда, казалось, что все слилось воедино, амулеты резко остановились, и плавно опустились за пол. Фаланга указывала снизу наверх, к центру позвонка, а кость неведомого животного лежала в стороне.
- Если я все правильно поняла, то это благоприятный знак, - Шатти улыбнулась, и начала собирать амулеты.
- И что это значит? - Я определенно не понимал, что вообще происходит, и зачем это было нужно.
- Я представила, как мы выбрались из подземелья, на мне теплая одежда и мы пробираемся в сторону города. Богиня подсказала, что это осуществимо. - Она уже цепляла к поясу ножны.
- И когда нам выступать в таком случае? - Насколько я мог доверять подобным вещам я не мог определиться.
- Прямо сейчас, - жрица уже скатывала одеяло, и от нее просто веяло решимостью.
- Шатти, о таких вещах ты могла бы говорить заранее. - Я бросился упаковывать свои пожитки, сетуя на то, что мог бы это сделать раньше.
- Я сама не знала, что это предсказание работает всего на полчаса вперед, - жрица помогла мне накинуть тяжелый рюкзак, и первой рванула в сторону выхода. Слепая вера. Интересно, что из этого получится. Пройдя первый зал, я услышал впереди звуки сражения. Как раз в том, где было логово, и произошло сражение с гоблинами.
- Слышишь? - я спросил у девушки.
- Ага, - она пролезла вперед, стараясь разглядеть, что происходит впереди. Вот уж настырная, я отодвинул ее назад.
- Если там засада, мне лучше быть первым. - Она ничего не сказала, но послушно шла за спиной.
Впереди было на что посмотреть. Пара десятков гоблинов вели бой с четырьмя зелеными червяками. Причем черви были в пару раз больше. Толстые, не меньше, чем полтора метра в диаметре, он высоко поднимали свою пасть, оканчивающуюся десятком щупальцев, с множеством зубов на внутренней стороне. Зубы были похожи на когти, загнутые в сторону зева рта, в основании которого и располагались отростки. Я заметил удивительную вещь. Эти черви были неуклюжи, но мелкий народец, как ни пытался, не мог нанести им ранений. Все удары, причем любым их оружием оканчивались неудачей, отскакивая от толстой шкуры зверя. Я поманил жрицу за собой, видя, что гоблины с червяками развлекаются и очень уж заняты друг другом.
Когда мы были на середине пути, я заметил, как один из червей схватил одного из гоблинов, и, невзирая на многочисленные удары по нему, тащил жертву в сторону одного из проходов. Слава богу, тот пещерный лаз был в другой стороне, от той, где мы сейчас находились, и не пересекался с местом нашего назначения. По его размеру я понял, что у червей, возможно, там логово, и крупный хищник туда бы не пролез. Мы добрались до прохода не замеченными, и я попросил у Шатти лук.
Грех упускать возможность проредить поголовье гоблинов. Тем временем, первый червь затаскивал уже не сопротивляющегося гоблина, а второй ухватил очередную жертву.
- Рион, надо спешить, - Шатти попыталась поторопить меня.
- Не спеши, а то успеешь. Надо убить лучников. Иначе они потом могут здорово нам помешать. - Я натянул тетиву, и прицелился в крайнего к нашему проходу. К несчастью для этих зеленолобых, они всегда выбирали место подальше от ближнего боя. Первые пять выстрелов оказались точны. Три гоблина навсегда покинули этот мир, а двое были серьезно ранены. Пустив в одного из них шестую, я промахнулся. Гоблины разбежались. Хорм с ними, надо двигаться дальше. Получен опыт за бой: 113.
Мы отступили, так и оставшись незамеченными. Я понимал, что времени мало. Рано или поздно черви утащат четверых, или гоблины побегут назад, встречаться со всей этой толпой во второй раз не очень то и хотелось. Прокравшись к выходу, мы поднялись наверх. Вот здесь стало совсем темно.
- Шатти, давай свет, смысла скрываться нет. - Если же предсказание верное, в чем я уже практически не сомневался, то еще около двадцати минут у нас есть, и можно не прятаться. Даже если зажечь факел или лучину, то нас будет видно издалека, а мы будем ограничены. Свет мне показался наилучшей идеей. Камень разогнал мрак, и мы двинулись дальше. Перед самым выходом, я попросил рассеять заклинание, так как уже стало заметно светлее. Привыкшие к полумраку глаза за последние несколько дней сразу отметили это явление. Скрытно продвигаясь, мы добрались до развилки. Справа должны были гнездиться темные прилипалы. За поворотом я расслышал натуженное дыхание какого-то крупного зверя. Движением головы я указал вперед, и Шатти тут же кивнула, показав, что также это слышит. Я опять взял лук, потихоньку пробираясь вперед, знаком показав жрице оставаться на месте.
Недалеко от входа, привалившись к стене, сидел Бугр. Практически трехметровое существо с уродливыми чертами лица, и большими ушами было ранено. Кровавая кашица стекала между редкими длинными зубами, торчащими из выдающейся вперед нижней челюсти поверх верхней губы. Во многих местах кожа, в особенности на морде, висела лохмотьями, а из порезов струилась кровь. Именно его шумное дыхание мы и услышали. В правой руке он сжимал существо, похожее на черную тряпку. Кости животного были перемолоты. Несколько красных глаз, похожих на большие бусины валялось неподалеку, в бело-желтой луже какого-то вещества. Я улыбнулся своей удаче.
Бугр попытался вдохнуть, но не преуспел. Еще некоторое время он сопротивлялся, но поздно понял, что древко стрелы, торчащее из шеи, более не даст ему этого сделать.
- У него в руке прилипала, - прошептала Шатти, - наверное, он сражался с ними. Его раны очень похожи на те, от которых я исцеляла наших воинов.
Получен опыт за бой: 55.
Хмыкнув, я передал лук Шатти. С улицы стали доноситься крики.
- Похоже на гоблинское наречие, - сказал я жрице, на что она только пожала плечами. Наконец, посидев немного в тени, что бы глаза привыкли к свету, лившемуся снаружи, я аккуратно выглянул.
Глава 4. Неожиданная встреча II.
Напротив стоял рыжий Дримгон, вожак трех банд бунгаров, отчаянный боец и, к сожалению, абсолютно тупой командир. Где он раздобыл металл на доспехи, оставалось загадкой. Да и скроены они были наверняка не нашим племенем. Сильно уж похожи на поделки людей, или дворфов. Не так давно он обзавелся этой вещью, после чего стал абсолютно невменяемым, как будто эта железяка дала ему сил, и отняла последние мозги.
- Дримгон, ты понимаешь, что послал гоблинов на верную смерть?! - Кричал воин бунгар с черной шерстью, одетый в шкуры животных, поигрывая шипастой булавой. Бронгун, его друг, стоял рядом, и от него исходила молчаливая поддержка. То, что сейчас происходило, попахивало грядущей схваткой за главенство и статус.
- От них все равно нет толку, если эти пустоголовые не могут убить одного человека. Через день будет новое мясо. И завали пасть, Черный, а то я порублю тебя на солонину! - Самый здоровый из троицы, в пластинчатом доспехе и с двуручной секирой наперевес сделал едва уловимый шаг назад. Но Кригг, тот, кого назвали Чёрным, знал, что из такой позиции можно быстро отскочить, и нанести сокрушающий удар длинным топором.
- Но вождь, ты практически потерял монстра, теперь еще и мясо сгинет. Ты сам знаешь, какова Дарка! Да и Драбун ушел за ними, а ты тупой и дряной командир, Первый! - Мятежник плюнул в лицо вожаку и тут же отскочил назад. Второй бунтарь, как будто ожидавший чего-то подобного, выхватил одноручный тяжелый топор, и тут же обрушил со всех сил на Дримгона, пока тот не сообразил, что происходит. Все знали, что у него мало мозгов, но вот сказать это в лицо самому сильному из клана южных налетчиков никто не мог. До этого момента.
Главарь взревел от обиды, и даже не заметил топор, который попросту отскочил от пластины, врезавшись под неудачным углом. Это был мятеж! Размахнувшись секирой, он попытался зарубить Кригга, но тот поднырнул над ней. Тяжелый моргенштерн предателя гулко врезался в набедренный щиток, отскочив от него с ворохом искр.
- Да как вы посмели! - Слова вождя разносились далеко. Черный попытался снова ударить вожака, но тот лишь вовремя выставил наруч, сведя удар в сторону еще на замахе. Двуручная секира летела сверху, и мятежник уже прощался с жизнью, когда увидел, что топор товарища пробил кирасу главаря, отчего тот пошатнулся. Кригг ловко отскочил в сторону, воспользовавшись моментом.
- Хороший доспех, да? - Оскалившись, прорычал Дримгон, готовясь к нападению.
- Да, и из-за него ты совсем лишился мозгов! - выкрикнул Бронгун, поигрывая топором, отвлекая опасного противника на себя. Еще несколько выпадов отскочили от крепкой брони, но и вожак не смог нанести решающего удара. Мятежники пытались окружить бывшего лидера, но он был опытным воином, куда сильнее, чем каждый из них поодиночке. Наконец, когда вожак отвлекся, Кригг напал, и его тяжелый моргенштерн врезался тому в бок. Шипы пронзили кирасу и поддоспешник, но не вошли глубоко. Дримгон оттолкнул от себя предателя и тут же нанес косой удар секирой. Второй мятежник пытался сбить концентрацию бывшему лидеру, но его топор лишь бессильно отскочил от стального шлема Первого. Секира разрубила шкуры, прикрывающие грудь зачинщика ссоры.
Кригг успел частично увернуться. Лезвие не вошло слишком глубоко, но рана была ощутима, хотя и не была решающей для этой схватки. Бронгун закричал, увидев что товарищ ранен, и попытался повалить бывшего командира на землю. Вождь откинул от себя выскочку, но не уследил за черным бунгаром. Тот переместился и нанес сокрушительный удар в бок, где доспех был уже поврежден, метя в сочленение кирасы. Дубина промяла доспех, и шипы глубоко вошли в бок громилы. Друг заметил, что вожак покачнулся, и ударил топором в основание шлема, но Дримгон вовремя присел. Топор врезался выше, проделав в шлеме длинную дыру, но не достал до головы. Сила этих монстров была велика!
- Проклятье! - выругался Бронгун, надеясь закончить драку этим ударом.
Лидер замер, развернувшись спиной к нему, и тот, почуяв победу, тут же бросился в атаку. То, что это был обманный трюк, предатель понял слишком поздно. Главарь резко развернулся вокруг своей оси, и ударил секирой вдоль земли, вынуждая с помощью длины своего оружия сделать прыжок. Как только второй бунтарь оторвался от земли, Дримгон пропустил нападающего мимо себя, обрушив вдогонку секиру ему на спину. Бунгар вскрикнул, получив серьезное ранение и упал. Кригг кинулся на помощь своему другу, но не преуспел. Первый сделал короткий ответный выпад в момент начала атаки, заставив отшатнуться. Черный понял, что ошибся. Острое лезвие распороло шкуры, и врезалось лежачему в бок, вышибая дух из бунтовщика.
- Теперь Ты сдохнешь, - негромко сказал главарь, вскидывая секиру. Криггу удалось сделать практически невозможное. Он ухитрился подставить легкий щит под невероятным углом, отчего тяжелое оружие врага отлетело в сторону. Силы удара нагруженного железом Дримгона играла против него. Булава встречным ударом врезалась в шлем, сбив его с головы. Вожак выплюнул несколько зубов, тут же сплюнув вдогонку кровью.
Кригг хотел закрепить успех, нанося размашистые удары, наседая на противника, но они лишь бессильно отлетели от доспехов, которыми умело пользовался вождь. Подгадав момент, тот выбросил вперед древко секиры, ударив Кригга в живот, отчего он на секунду сложился от боли. Этого вполне хватило, что бы следующим ударом разбить противнику левое плечо. Издав стон боли, бунтарь попытался отмахнуться, но Дримгона было уже не остановить. Перехватив на замахе, он схватил одной рукой древко топора Кригга, и врезал тому прямым ударом ноги в грудь, откинув от себя на пару шагов. Топор, оставшийся в его руке, полетел в сторону.
- Пока, шерсть, - Дримгон со всей силы рассек того секирой сверху вниз. Кригг попытался инстинктивно защититься рукой, но острое лезвие с легкостью разрубило кожаный щиток, плоть, кость руки, затем шлем и череп, остановившись только в районе шеи. Фонтан крови поверженного противника обдал Вождя, подтвердившего свой статус. Дримгон удерживал поверженного врага, одной рукой, другой, набирая кровь в широкую лапу. Испив ее, он взревел, оглашая окрестности своим победным воплем.
***
- Они дерутся, - шептала Шатти. Вот уж действительно, приятное занятие, смотреть, как враги убивают друг друга. Теперь я не сомневался, что богиня присматривает за жрицей. Три бунгара поругались между собой, а теперь выясняют отношения в драке, двое на одного. Судя по легким движениям тяжело бронированного бунгара, перевес в опыте был явно на его стороне. Он казался сильнее и быстрее. Драка продлилась не больше полутора минут, закончившись, как я и ожидал. Эффектной победой главного. А то, что это именно он, явно читалось в более богатой экипировке, от которой не отказался бы и бывалый воин. Двое других изрядно поранили его, и неплохо порубили доспех. Я присматривался к противнику с самого начала, отмечая то, какими приемами он пользуется, и как двигается. Наверняка он не все показал, на что способен. Противник был неуклюж, и полностью полагался на прочность своей брони, но вот топором пользовался мастерски.
Я вышел из пещеры, и не скрываясь направился к главарю. В колчане у Шатти осталось три стрелы, я велел ей вмешаться только в крайнем случае. Толку от стрел с противником такого рода почти не было, скорее всего они поотлетали бы от металла, вот если бы был более мощный лук…
Бунгар заметил меня, на его рыле, отчасти похожем на медвежье, если сплюснуть морду, отразилось удивление.
- Человек, - прорычал на общем языке вождь.
- Не ожидал? - я спросил, неторопливо приближаясь к противнику, разминая кисти, вращая клинки.
- Меня зовут Дримгон, я вождь клана Южных Налетчиков, и я убью тебя, - он видимо пытался запугать меня.
- Ответь мне, кто такой Крогун, которого я убил? - Возможно, если он знал его, то это сможет выбить его немного из колеи, по крайней мере, я ничего не терял. Да и надеялся выяснить масштаб сил врага. - Теперь же я буду знать имя второго, убитого мной вождя бунгаров, - я рассмеялся, пытаясь вывести противника из себя.
- Арррр, Крогун был всего лишь моим помощником, а не вождем, - перехватив секиру, он бросился на меня, а я устремился ему навстречу, набирая скорость.
Мы сшиблись. Я не думал защищаться, и хотел победить противника на его стезе. Лишь на мгновение, опередив его, я вонзил длинный клинок ему в шею, поднырнув под древком его оружия. Чуть не потеряв равновесие, от легкого столкновения, я сделал кувырок вперед. Если бы я не успел, нанести удар, то он разрубил бы меня своей секирой.
- Теперь ты что скажешь? - Я повернулся и смотрел, как жизнь уходит из его глаз. Он силился что-то сказать, но клинок, все еще торчавший в горле не давал ему этого сделать. Я выдернул меч, и вождь бунгаров завалился на бок. Это был честный поединок, я дал ему шанс, но он им не воспользовался.
Получен опыт за бой: 333. Отрапортовала система.
Довольная Шатти тут же выскочила из пещеры.
- Залезь на стену форта, осмотрись, а я пока обшарю их, - заметив, что жрица кивнула и полезла по лестнице, я быстренько обобрал убитых. У двух простых бунгар я нашел только три золотых монеты и семь серебряных, а вот вожак порадовал. В его поясном кармане я обнаружил сразу две интересных вещицы. Первой был небольшой цилиндр. В диаметре он достигал пары сантиметров, а в высоту все восемь, отлитый целиком из золота. Тяжелый, я прикинул его вес, примерно как мой длинный клинок, чуть больше килограмма. Второй находкой являлась тонкая серебристо-белая витая цепочка, к которой был прицеплен приличный по размеру кулон из такого же материала. Синий граненый камень был вставлен в центре обрамления в виде широкого полумесяца, украшенного орнаментом. Меньше чем треть камня оставалась открытой от оправы, придавая изделию изящность. Даже в такую неяркую погоду он переливался и отбрасывал блики. Неизвестная печать и Сапфировая подвеска из платины. Я улыбнулся и спрятал находку, направившись в сторону ворот.
- Все тихо, - отрапортовала Шатти, уже слезая со стены.
Ситуация складывалась в нашу пользу. Я уже не раз подумывал вернуться назад за гоблинами, опыт лишним не бывает. Интересно это кровожадность или прагматизм? Но одергивал себя всякий раз, потому что обещал Шатти вернуться домой. Жрица потянула меня за собой, в один из домов. Там была полнейшая разруха. Гоблины, казалось, испортили практически все, до чего можно было дотянуться. Но вот сундук с одеждой только вскрыли и выпотрошили, разбросав ее вокруг. Я караулил снаружи, пока Шатти переодевалась. Наконец она вышла. Я отметил, что под темным плащом все еще скрывается кольчуга, надетая поверх белесой кожаной куртки с мехом вовнутрь. Вот теперь можно и выступать.
Передвигаясь по лесу, я все время прислушивался, и всматривался, пытаясь разглядеть засаду. Но, слава богу, после прихода гоблинов, бандиты исчезли, и скорее всего, полагали, что окажутся безнаказанными. Но я был намерен их огорчить: такое вероломное нападение, да еще с союзниками в виде бунгаров, не должно остаться без возмездия. Висеть им на столбах, таково было мое мнение.
Сразу после нашего выхода пошел снег, заметая следы. Удачно все получилось. Сходил, развеялся, получил целую гамму ощущений, взял богатую добычу, даже почти выполнил несколько заданий. Что может быть лучше. Мое настроение, выражаясь игровыми терминами, скакнуло на один пункт вверх.
- Я устала, Рион, надо отдохнуть, - через пару часов подала голос жрица, выбив меня из омута мыслей. Ну вот, а я совсем забыл, что не один, и Шатти не привыкла к длинным прогулкам. Так, небольшими переходами, мы добрались до ближайшего поселения.
Невысокий деревянный частокол был виден издалека. Лесистая местность давно расступилась. Поля в окрестностях Распутья не возделывались. Здесь не занимались ничем, кроме торговли. Редкие часовые на стенах уже потирали руки в надежде на скорую смену. Вечерело. Назвавшись, мы без проблем вошли в городок, после уплаты взноса. Я слегка расслабился, и, обсуждая с Шатти, что будем заказывать, мы направились в сторону одного из трактиров.
- А может быть, баранью вырезку с подливой, и немного Кешерского вина, - Шатти, перебирая вслух возможные варианты последние пару минут, двигалась за мной. Улицы были грязными и достаточно узкими. Дорога не была вымощена камнем, поэтому передвигаться было не очень комфортно. Вывернув из переулка, мы оказались напротив трактира "У Корнума". Впереди было немного пространства перед конюшнями, где мальчишки сновали между четверкой лошадей, снимая с них седла и прочую поклажу. Перед входом в таверну стояла группа людей, с десяток человек. Как-то на душе стало тревожно. Неужели я в каждом встречном вскоре буду видеть врага или конкурента? Не хотелось бы. Отбросив тяжелые мысли, я двинулся вперед. Шатти, не переставая тараторить, плелась за мной. Когда я практически поравнялся с ними, ближайший человек, завернутый в плащ, обернулся.
- Парко? - услышал я голос жрицы за своей спиной. Обернувшись, я увидел удивление на лице девушки, сменяющееся испугом.
- Твою же, нерадивую! - Я выругался, одновременно смещаясь влево, в надежде прикрыть собой Шатти. Руки инстинктивно сжали рукояти мечей, вытаскивая их из ножен. Кинжал уже вылетел из кисти бандита, устремившись в сторону жрицы богини природы.
Глава 5. Предложение.
Неожиданная встреча в Распутье с половиной бандитской шайки не сулила ничего хорошего. Городок был по сути бесправным, охраняемый исключительно от внешних врагов. Стража имелась только на стенах, да у особняков владетелей. Конечно, был шанс, что кто-нибудь из них решит посмотреть, что за беспредел творится в ночное время, но я бы не сильно на это рассчитывал. Стражники тоже люди, и связываться с вдвое большим количеством противников мало кто захочет.
Я все-таки успел. Кинжал, брошенный Парко, отлетел от моей кольчуги, исчезнув в грязи. Чуть больше половины бандитов не раздумывая, выхватили оружие. Надписи над их головами тут же окрасились в красный цвет преступников. Стоявшие поодаль головорезы явно не понимали, что сейчас происходит.
- Бей их! - проорал Парко, метая подряд, один за другим, еще два блестящих предмета. Выставив перед собой клинки, я ускорился, и мне удалось сбить летящие в Шатти кинжалы на землю. А то, что он метил именно в нее, сомнений не оставалось. Бандит злобно выругался, и выхватил из-за пояса топорик. Двое его сторонников в это время выскочили из-за его спины, и кинулись на меня. Шатти, стоя позади, запела какую-то молитву. Я сосредоточился на ближайшем враге. Рослый боец с рыжей длинной бородой попытался проткнуть меня копьем, заходя слева, но мне удалось сбить древко вниз. Молодой русый разбойник тут же напал справа, пытаясь подрубить мне колено клинком, и лишь немного не успел отвлечь меня от контратаки. Когда копье рыжего достигло нижней точки, я вытянулся в длиннющем выпаде вразрез ему, одновременно отбивая короткий меч молодого бойца в сторону его напарника. Мой длинный клинок все-таки достал копейщика в районе груди, а коротким на противоходе я сильно распорол бедро мечнику. Рыжебородый беззвучно завалился набок, а русый схватился за ногу и начал истошно орать, поднимая на уши всю округу. Краем глаза я отметил, как два лучника уже натягивают тетиву. Дело плохо, расстояние небольшое, и промахнуться достаточно тяжело. А у меня не латы.
Вдруг вокруг нас сгустился туман. Он был настолько плотным, что дальше полутора метров ничего было не видно.
- Молодчина, Шатти! - Я громко похвалил жрицу в порыве чувств, поздно спохватившись, что враги могу выстрелить на звук.
- Бежим! - Она уже тянула меня за плащ в сторону. Отбежав на несколько шагов, мы уперлись в стену какого-то дома. На фоне непрекращающихся воплей, я расслышал свист нескольких стрел, и чего-то потяжелее. К нашей радости, все они пролетели мимо.
- Найти и расправиться! - прокричал главный разбойник. Чавканье грязи, крики, ругань, и угрозы со стороны неприятеля прекрасно выдавали их местоположение.
- Затаись где-нибудь, нам все равно не уйти незамеченными, да и некуда, - притянув ее поближе, я прошептал девушке на ухо. Не дожидаясь ее реакции, я тут же кинулся в обратную сторону. Необходимо как можно быстрее разобраться с ними, пока заклинание скрывает мои действия.
- Туман будет еще несколько минут, - тихо вдогонку произнесла жрица. Отличные новости. В предвкушении скорой расправы, я двинулся в ту сторону, где был Парко.
Первым из тумана показался коренастый боец с булавой. Он уже нацепил на левую руку большой щит, и успел проорать: - Вот он!
Вскрывать щиты я научился еще при спаррингах с Драблином. Сказать по правде, он был намного сильнее этого бойца. Я среагировал первым. Опережающим ударом по булаве я откинул ее в сторону, а вторым клинком ударил в кромку изнутри, раскрыв на мгновение щит. Сдвоенный выпад легко проник сквозь оборону, пробивая кожаный нагрудник. Я услышал свист стрелы, и звук попадания в тело. Пока булькающий противник осаживался на пол, я разглядел, что из его спины торчит вибрирующая стрела. Вот оно как. Значит, хотят убить, не смотря ни на что.
- Именем барона Каледа, требую остановить бой! - Зычный бас со стороны трактира пронесся над окрестностями и, наверное, на милю вокруг распугал всех окрестных птиц. Несколько коротких ударов стали об сталь вдалеке сменились мычанием и предсмертным хрипом.
- Бежим! - Кажется, это голос Парко донесся откуда-то справа.
Из тумана внезапно вынырнул силуэт. Противник удивленно охнул, когда я машинально сделал выпад и пробил ему бок. Вскрикнув, и схватившись за рану, он умчался дальше. Я пожал плечами, ну не гнаться же за ним. Лучше пойду, поприветствую того, кто нарушил мою охоту. Немного сожалея, я вышел из тумана, который и не думал развеиваться. Оглянувшись назад, я присвистнул. По размеру облако было просто колоссальным. Метров двенадцать в диаметре, и еще в высоту с двухэтажный дом. Я был просто поражен.
Получен опыт за бой: 600.
По моим оценкам осталось четыре-пять разбойников, которым удалось сбежать. Практически четверых уложил я. Русый разбойник лежал в грязи, и теперь только тихо мычал, зажимая рану. Последний далеко не уйдет, если у него только нет с собой зелий, в чем я сильно сомневаюсь, с их-то кошмарной ценой. Еще один валялся в грязи, у ног большого зеленого полуорка в облегченных латах с кольчатыми вставками. Не меньше Хога, прикинул я. Тот в свою очередь сжимал в руках двуручный клинок поистине огромных размеров. Как минимум полтора моих роста, да и веса в нем, килограмм десять-пятнадцать. Три коротких белых ирокеза, поставленные на равном расстоянии друг от друга шли ото лба до затылка. Эпатажный тип, откуда-то из глубин памяти всплыло словечко.
Полуорк не спешил нападать, а я уже перебирал в уме возможные тактики, которые следует выбрать с таким противником, если мы сойдемся в бою. От созерцания меня отвлек тот же голос, что разогнал бандитов.
- Кто таков!? - Чуть громче обычного, пробасил он. Очнувшись, я заметил в пяти шагах слева воина в матово-черных пластинчатых латах, покрытых серебряной гравировкой. Причем доспех покрывал все тело, и явно был качественно подогнан под владельца. Полный шлем с откинутым забралом сидел на голове дворфа. Весь доспех покрывали многочисленные короткие шипы. В руке смуглый бородач сжимал боевой топор странноватой формы. Очень уже массивно тот выглядел. Щита у него не было.
Дворф-защитник, Полуорк-воитель, гласили надписи над их головами.
- Рион, из Кседльварра, - представившись, я сделал короткий кивок. Дворф с полуорком опустили оружие. Видимо честь Кседльварра для них была не пустым звуком.
- Шатти, ты где? Иди сюда, разбойники разбежались, - я окликнул жрицу, а та уже вынырнула из тумана, как будто дожидалась, пока я ее позову.
- А это Шатти Огненноволосая, из Гибсхольда, жрица богини храма природы, - я представил воинам девушку. Внезапно для меня оба воина чуть ли не в пояс склонились, и начали восхвалять Милону и заодно Шатти. Я почувствовал легкий укол злости, тут же сошедший на нет. Что это было?
- Да славится богиня Милона, да пребудет с нами ее милость, леса наполнятся дичью, реки рыбой, поля зерном, а дни будут благодатными, - от всей души бубнили вроде как серьезные рубаки. Шатти подошла к обоим и поочередно приложила свой символ богини к их лбам, проговаривая слова благословения. После такого представления, я был немного не в своей тарелке. Воины стали совсем добродушными, на их лицах то и дело проскакивала глуповатая улыбка.
- Если госпожа жрица захочет приехать в наш скромный Лесной дол, то ручаюсь, что барон Калед даже выстроит для вас приход. - Голос дворфа, казалось, приобрел бархатные нотки, изменившись практически до неузнаваемости.
- Да, но сначала я хотел бы узнать, что тут происходит, и ликвидировать последствия, - все обернулись в сторону говорившего, который стоял на входе в постоялый двор. Светлые короткие волосы и широкие черты лица, невысокий, коренастый, одетый в широкополый кафтан из грубой прочной ткани, под которым угадывался кольчужный доспех. От него шла аура властности, но вот глаза выдавали в нем тщательно скрываемое добродушие. Он бросил мимолетный жест в сторону мальца, который уже отполз в сторону метров на десять, пока мы предавались любезностям. Еще столько же, и возможно, ему бы удалось проползли еще немного и завернуть за угол, скрывшись.
- Да, господин, - дворф сделал полупоклон. Агизаг, дружище, тащи сюда змею, а тебе, Рион, я предлагаю объясниться, что тут произошло.
- Но только в помещении, Бофус, - протянул барон, - если только ты не думаешь, что они представляют опасность, - он бросил из-за спины, покрутив указательным пальцем в воздухе, скрываясь в проеме. Дворф с полуорком тут же засуетились.
- Прошу прощения, меня зовут Бофус Стальная Стена, а это АгизагНеукротимый, пойдемте внутрь, - он поманил нас в таверну.
- Только сперва я слегка подлатаю этого юношу, - жрица, не дожидаясь ответа, повернулась в сторону раненого, и прочитала слова исцеления мелких ран. - Его рана закрыта, но бегать еще пару дней он точно не сможет, - Шатти обратилась к Агизагу.
- Да, госпожа, - полуорк взял парня, словно нашкодившего ребенка и потащил за собой.
- И у меня еще остался один момент, - я начал быстренько осматривать тела поверженных врагов. Дворф хмыкнул, сам подошел к убитому ими разбойнику, и сноровисто его обыскал.
У всех разбойников из ценного было только по пятьдесят монет золотом. Видимо получили плату и решили отвалить. Я подошел к ожидающему Агизагу, и сделал небольшой кивок в сторону пояса бандита, которого он держал. Полуорк слегка покривился, но все-таки кивнул в ответ. Я срезал кисет, и подбросив его на руке, отдал жрице.
- Плата за твою жизнь, - бросил я съежившемуся пареньку, - а с этими что будем делать? - Я кивнул на убитых.
- Дааа, - протянул дворф, махнув рукой. - О них не беспокойся, босота к утру ничего не оставит, даже трупы спрячут, чтобы скрыть мародерство, - и направился ко входу в трехэтажное бревенчатое строение.
Бофус уверенно провел нас через основную залу. Она была на треть заполнена посетителями, и они не стесняясь рассматривали нас. Среди них я отметил пару купцов, несколько путников, с десяток человек простого люда, и пятерых игроков, которые, по-видимому, обмывали какое-то удачное мероприятие. В дальнем конце зала за широкой дверью оказалась обширная комната с длинным столом человек на двадцать. Барон расположился во главе стола у стены. Пять солдат, судя по одинаковым кольчугам и щитам, сложенным в углу, ели и пили. Седой лысоватый жрец, выставивший на всеобщее обозрение золотой символ в виде уложенной набок восьмерки поверх туники, сидел рядом с правителем. В комнате была и другая челядь, приносившая еду, и обновляющая кубки с вином.
- Прошу, - поманил нас к столу Калед, - ешьте, пейте, затем расскажете, что произошло на улице, и какое лихо застигло вас по пути. - По его тону, он даже не сомневался в том, что имеет право спрашивать все, что захочет. Его цепкий пронзительный взгляд недвусмысленно указал на мой помятый доспех. Мы поблагодарили за оказанную честь, и не стесняясь принялись за еду. Бофус и Агизаг сели рядом с бароном. Пацана же усадили в угол, и связали ему руки.
Перебив голод, я начал потихоньку рассказывать о злоключениях. Так как задание не являлось тайным, то я мог свободно о нем говорить. Упустив ночной налет на банду, которого я стыдился, и обобщив некоторые детали боев, я сухо передал статистику сил врага. Рассказал вкратце и о роли людей, в частности, Парко о том, что в итоге произошло в форте.
Повествование о предыстории падения первого зарождающегося оплота людей у подножия одинокой горы я сразу же переложил на Шатти. Таким образом, мне не придется говорить о домыслах и догадках того, зачем вообще форт был нужен в этом месте.
Ваша репутация в провинции Лесной Дол повысилась на 5. Вас теперь узнают, если вы назоветесь своим именем.
- То есть ты в одиночку разгромил достаточно сильную группу врагов, выжил в недрах дарки, убил вождя бунгаров клана Южных Налетчиков, и спас жрицу? - Барон Калед, казалось, был удивлен, а остальные были очень возбуждены, тихо обсуждая эти новости.
- Без помощи Шатти Огненноволосой, я бы погиб, - мельком я отметил этот дополнительный статус. Мне не особо нравилось то, как они на меня смотрят, как будто на какой-то экспонат. Да и строка о репутации недвусмысленно намекала на это.
- Ты! - Палец барона ткнул в русоволосого разбойника с узкими чертами лица. - Все так и было? Вы напали на селение людей, зачем? Не смей врать или тебе отрубят голову! Скажешь правду, и может быть, я буду милостив к тебе! - В голосе правителя зазвучали стальные нотки. Парень съежился.
- Дда, - заикаясь, ответил он, - я недавно примкнул к ним, поэтому... зачем... я не знаю. - Уже севшим голосом, договорил он.
- Когда ты увидел Парко первый раз? - Продолжил допрос Калед.
- В лесу, перед тем как напасть. Парко вышел из леса, и сказал, что ворота на ночь открыты, так как он зарезал охрану. - Казалось, что разбойник, судя по его лицу, говорит чистую правду. Так ли это, я не знал, опыта в распознавании лжи у меня не было.
- Последний мой вопрос к тебе на сегодня. Зачем ты примкнул к шайке нелюдей? - Мне показалось, или в голосе барона что-то изменилось, и именно этот вопрос был главным. Паренек сглотнул.
- Я был должен, если бы я этого не сделал, меня бы убили, а заодно и мою семью, они угрожали, - паренек затараторил и чуть не расплакался следом.
- Ваоргил, - Калед кивнул жрецу.
- Ум мири асме тарде истус, - жрец пропел молитву, а знак бесконечности, символ Тардена, бога обновления, на его груди засветился белым. Вокруг распространилась вполне ощутимая аура. Я чувствовал, что сейчас не смогу сказать ничего, что не являлось бы исключительно истиной. Даже догадки, и те отсекала божественная воля.
- Вся ли твоя речь была правдивой? - тихий и умиротворенный голос жреца заполнил пространство. Было такое ощущение, что с той же интонацией он мог бы оглашать и смертные приговоры. Опасная личность.
- Да, - смог произнести парень, а барон кивнул стражникам.
- Заприте его где-нибудь. Дайте еды, воды, и обыщите хорошенько. Хозяину таверны скажите, что барон Калед велел. - Властитель махнул рукой, и два стражника, подняв пацана, скрылись за дверью.
- Шатти, этот пленник твой, - барон выдал то, чего никто не ожидал. - Ты спасла ему жизнь, и тебе решать, что с ним делать. Глаза жрицы округлились, а я мысленно усмехнулся. Насколько он легко и изящно решил этот вопрос, снимая с себя ответственность за дальнейшую судьбу пленного.
- Надо его допросить, и узнать все подробности, - достаточно быстро придя в себя, произнесла жрица. - Затем, если он будет согласен, я бы отправила его на послушание в один из монастырей, он еще молод, и вполне может измениться.
- Да, даа, - протянул Ваоргил, - мудрое решение, - старик кивал головой. Барон дал свое молчаливое согласие, а старик подсел к Шатти и завел разговор на религиозную тему. Барон Калед, не теряя времени, тут же пригласил меня поближе, на место старика.
- Рион, каковы твои планы на ближайшее время? - Его голос стал тихим и вкрадчивым. Казалось, что он заходит издалека, настолько умным мне показалось его выражение лица в тот момент.
- Мне необходимо добраться в Гибсхольд, сдать задание, и вернуть Шатти в орден. Ну а затем, я намеревался отправиться в Растерфелл, починить доспехи, или приобрести новые, так как в Гибсхольде, сомневаюсь, что найду подходящие. - Про Растерфелл я думал давно. В прошлый раз починка оказалась очень дорогой, да и с получением новой ступени, которая не за горами, я из него вырасту. Ступень, я полагал, возьму за задание о спасении Шатти, и единицу вложу в балл ловкости. Доспех уже сейчас слегка сковывал мои движения, в будущем это скажется еще сильнее. Необходимо было в любом случае его менять. Но обойдется это очень недешево, в этом я нисколько не сомневался. В идеале еще необходимо было бы сменить оружие с волшебным абрисом. Да и Растерфелле я смогу повидаться с Борхусом и Вильямом. Тем временем, я продолжил. - Говорили, что в Растерфелл ходят караваны дворфов из окрестных гор, так что может быть я смогу найти что-то подходящее у них.
- Ха, да уж, твой доспех действительно дышит на ладан! - Бофус хлопнул меня по плечу, и опрокинул в себя чарку пенного пива одним большим глотком. - Умеешь так? - он ухмыльнулся. - Схлестнулся бы с вождем бунгар, а, Агизаг? - дворф не умолкал, и ткнул того в грудь кулаком, протянувшись через весь стол. Калед откинулся в кресле. С виду он не очень переживал по поводу того, что ему не давали вставить и слова.
- Да легко! Я бы размозжил его! - Полуорк рыкнул, всем своим видом показывая воинственность.
- Идите, померяйтесь подвигами в стороне, а нам надо поговорить, - тихо сказал Калед, но не смотря на ситуацию, его слова тут же были услышаны шумным пьяным дворфом, и полуорком.
- Слушаюсь, - Бофус икнул и они с Агизагом обнявшись, пошли набираться дальше.
- Я смотрю, ты не очень привечаешь выпивку? - спросил Калед, кивнув на мой кубок, а я только заметил, что он, как и я, отпил всего несколько глотков.
- Люблю, чтобы голова оставалась ясной. Выпивка притупляет движения, да и ситуация может представиться в неверном свете. - Я взял немного фруктов, в изобилии стоявших на столе.
- Это правильно, ты не промах, Рион, из Кседльварра. Можно посмотреть твой ранг? - Я пару раз уже заметил, как владетель ранее пытался рассмотреть мою татуировку.
- Да, конечно, - я протянул руку, и поддёрнул рукав, что бы открыть ее полностью.
- Хм, семь, это сильно, Рион. У Бофуса есть татуировка низшего ранга, хоть он и бахвалится, что взял четверых, и не хватило чуть-чуть до пятого. Агизаг лучший воин, у него один кинжал, что означает пять врагов. А у тебя аж четвертый ранг. Сильно, Рион, сильно. - Повторился Калед, а его взгляд затуманился, как будто он о чем-то вспоминал, или что-то обдумывал. - Сколько ты странствуешь? - Вдруг задал вопрос барон.
- Не помню точно, после обучения, месяц, может больше, - я пожал плечами.
- Всего-то? Хм, а столько уже сделал, другим и за всю жизнь не удается добиться таких результатов. Мои личные телохранители уже давно закончили академию, и были в десятках битв, но силы, которую я чувствую в тебе, у них нет. - Закончил Калед, а я испугался, что он мог почувствовать плашку. Правитель заметил мое напряжение, и тут же рассмеялся. - Не переживай, Рион, я никогда никому не скажу об этом, честь превыше всего, - он опустил воротник на шее, и моему взору предстала гора, обвитая скорпионьим хвостом, с наконечником копья вместо жала, но без кинжалов. Сделали несколько глотков вина, и он, наконец, разорвал наступившую паузу.
- Мы направляемся в орден Огненной Зари, еще севернее Растерфелла. Там монахи обучают моего племянника. К сожалению, с тех сторон дошли дурные вести, и мне необходимо проверить все самому. Я предлагаю тебе пойти с нами, Рион, из Кседльварра. - Он закончил на официальной ноте, тем самым своим ответом я скреплю или отвергну соглашение. С одной стороны, предложение было интересным, да и на счет пути до Растерфелла беспокоиться будет не нужно. Я начал аккуратно подбираться к интересующим меня нюансам этого дела.
- Но ведь у вас столько воинов, - я обвел взглядом окружающих. - Зачем вам еще один? - Вопрос напрашивался сам собой, я не мог его не задать. Барон хмыкнул, но ответил, признав мое право.
- Пойми меня верно, Рион, со мной в монастырь пойдут только двое. Бофус и Агизаг. Ваоргил стар, и не пойдет с нами в горы. Солдаты с другими слугами также останутся в Растерфелле. На твоем примере, справиться даже с обычным зомби для них будет достаточно сложно, а уж умертвие порвет в клочья их всех. Я не из тех правителей, что попусту рискуют людьми. Мои подданные служат мне верой и правдой, и взамен я отдаю им должное. В случае, если у нас будут неприятности, я стану не бароном, а лидером отряда. Вся добыча делится как издревле - две доли лидеру, остальным доля. Если же это окажется легкой прогулкой, я в любом случае, обещаю, что замолвлю перед отъездом за тебя слово барону Ирионтару. Он откроет для тебя арсенал, или сделает скидку, как владетель, на обмундирование, которое продают в его городе. Ведь именно за этим ты туда едешь? - Калед, казалось, раскрыл все мои мотивы, и ответил на все возможные вопросы.
Мне ничего не оставалось делать, как соглашаться. Предложение было просто шикарным. Мало того, что я отправлюсь в поход с настоящими воинами, где смогу набраться опыта, а не носиться с кучкой детей, как наседка. Так еще и скидка на товары будет кстати, а они будут ОЧЕНЬ дорогими, в этом я нисколько не сомневался.
- Согласен, слово. - Я ответил барону.
- Слово. - Произнес Калед. Мы пожали друг другу руки в качестве скрепления договора. И данное друг другу, произнесенное вслух, оно было священным, о чем мы оба прекрасно знали.
- У тебя будет день, что бы сделать все свои дела в Гибсхольде, - сказал правитель, и я кивнул. Этого мне было вполне достаточно. Я обернулся, но не нашел в зале Шатти. Один из слуг сказал, что она ушла допрашивать пленника. Что ж, а мне необходимо отдохнуть. Я нашел управляющего, и за пять серебряных монет купил постой на ночь в комнате с ванной.
Ощутимо похолодало. Теперь на дворе стояли холодные деньки, снег уже не таял каждый день, и на улицах Гибсхольда прохожих становилось все меньше, а игроков больше. Барон Калед со свитой остановился на постоялом дворе "Королевский Визит" в центре города, за второй линией укреплений. Туда, где располагался дворец князя и казармы, не пускали простой люд.
- Куда тебя проводить? - Я спросил Шатти, когда мы вышли за стену княжеского замка в город.
- Проводи меня в храм Милоны, что на севере города, - девушка сегодня вела себя тише обычного, молчаливо следуя за мной.
Когда мы добрались до дверей во внутренние залы храма, она попросила меня следовать за собой. Поприветствовав одного из служек, охраняющего дверь, мы прошли во внутренние помещения. Небольшие коридоры резко контрастировали с возвышенностью и великолепием расписных арчатых сводов основной залы, где располагался алтарь. К сожалению, рассмотреть его издалека как следует, я не смог, но отметил, что он висел в воздухе и, по-моему, являлся живым карликовым деревом. Мы дошли до обширного внутреннего зала храма. Он скорее напоминал обедню напополам с залом для собраний, и был пуст. Горы пустых деревянных чашек и тарелок стояли на длинном столе.
- Подожди, пожалуйста, тут. - Шатти ушла в одну из дверей, и я остался один. Стены уже не были разукрашены, на них были только гобелены с символом богини, выведенные серебром на зеленом фоне. В сводчатых потолках были сделаны окна, для дневного освещения, а из центра свисала ажурная деревянная люстра. Долго ее разглядывать мне не пришлось, из двери появился сухонький старик в зеленой с серебром рясе, жрец-настоятель, понял я. По его возбужденному виду, и улыбке, я уловил, что Шатти уже вкратце что-то рассказала обо мне.
- Спасибо тебе, Рион, из Кседльварра, меня зовут Эллеклег, я настоятель этого храма, - он энергично затряс мою руку. По нему было видно, что он не чурается общаться с обычными людьми. Я был слегка смущен такой реакцией, и несколько взволнован.
- Да не за что, любой бы сделал то же самое на моем месте, - я попробовал тихонечко высвободиться, но жрец как будто и не замечал моих попыток, продолжая трясти мою руку.
- Скромность это залог великой силы, даруемой нашей богиней. По законам древних, теперь жизнь Шатти находится в рамках твоих духовных порывов. Береги ее, - он отпустил мою руку, а я что-то невъехал, выражаясь лексиконом Тавискарона, переводя ошарашенный взгляд со старика на девушку, и обратно.
- Пусть ее жизнь будет в рамках ее духовных порывов, - я попытался ответить на манер Эллеклега.
- Вижу, что не понимаешь древних законов, - произнес жрец, покачав головой из стороны в сторону. - Стар я стал, не могу долго стоять. - Он пожаловался, кряхтя от усилий, усаживаясь на стул. - Присядь, в ногах правды нет.
Шатти все это время, молча, стояла рядом, и только сейчас устроилась напротив меня.
- Ты спас Шатти Огненноволосую. Причем спас бескорыстно. - Я в этот момент сравнивал, являлся ли бескорыстным мой поступок в тот момент. Или уже потом я захотел опыта. Не помню. - Силой извечных, теперь ты имеешь право на ответный поступок с ее стороны. - Продолжал настоятель, а я уже хотел было возразить, что не имею ничего против того, чтобы Шатти осталась свободной. Эллеклег заметив мой порыв, тут же меня осадил. - Судьба, так или иначе, приведет ее к тебе, и сила ответного участия Шатти будет зависеть напрямую от твоей личной силы в тот момент. И поэтому я тут с тобой разговариваю. - Жрец умолк, явно намереваясь услышать мой ответ. А я уже догадывался, что он хочет от меня услышать.
- То есть, выражаясь иначе, если я не возьму Шатти с собой странствовать, и за время своих походов стану сильнее, то ее возможностей может не хватить в момент, когда силы судьбы вмешаются для восстановления равновесия? - Я как мог, сформулировал представившуюся мне ситуацию. С другой стороны, насколько можно было доверять этой информации. Извечные, древние, как все запутанно, и, наконец, почему все так? Сомневаюсь, что на последний вопрос мне кто-либо вообще сможет ответить.
- Именно, - Эллеклег медленно кивнул, - Тебе всегда будут здесь рады, Рион, ты сможешь найти пристанище в любом монастыре и храме Милоны, - он откуда-то выудил деревянный предмет в виде венка, точь-в-точь похожий на символ богини, что я видел у Шатти, только размер его был меньше. - Это символ Милоны, хоть в нем и нет какой-либо магии, к которой ты мог привыкнуть, Рион, но через него ты всегда сможешь при желании к Ней обратиться. Да и любой послушник будет знать, что тебе можно доверять, если ты его покажешь. На венке лежит аура чистоты, и такой предмет будет осквернен, если его украсть. - Жрец передал его мне. - Носи его с честью, а сейчас я оставлю вас. Вам есть о чем поговорить, а мне есть чем заняться. - Эллеклег заковылял в сторону одной из многих дверей этого зала. А мой взор заполонили буквы интерфейса.
Поздравляем, вами выполнено скрытое задание (уникальное): Спасти Шатти Огненноволосую от смерти. Доставить ее в Гибсхольд в храм богини природы Милоны. Репутация в городе Гибсхольд повысилась на 1.
Отношение Шатти Огненноволосой к вам повысилось до Признательность.
Шатти может стать вашим спутником.
Получены очки опыта: 2000.
Поздравляем, вы перешли на новую ступень развития!
Вам доступны очки талантов, в зависимости от архетипа.
Вам доступны две единицы очков навыка.
Вам доступна одна нераспределенная характеристика тела.
Ваши жизненные силы увеличены в зависимости от архетипа.
Ваш атакующий потенциал увеличен на единицу.
Я некоторое время сидел молча, скрывая волны возбуждения и удовольствия от приросшего могущества, надеясь, что это осталось незамеченным. За это задание мне отвалили кучу опыта, которого хватило на следующую ступень. Но вот крепости тела или реакции не дали, что намекало на то, что с каждым следующим уровнем прирост будет все больше замедляться. Я попытался обдумать сложившуюся ситуацию со жрицей, но она считала иначе.
- Возьми меня с собой, - негромко произнесла жрица, - теперь моя судьба принадлежит тебе, и к тому же, мне понравилось путешествовать, - она очаровательно улыбнулась.
- Давай так, - я поборол в себе желание взять её с собой прямо сейчас. - У тебя еще есть незаконченные дела здесь.
- Действительно, мне необходимо еще разыскать семью Така, и вернуть им часть твоих денег, - перебила меня Шатти и потупила взор, как будто обворовала меня.
- Вот этим ты и займешься, да и деньги не мои, а твои, ты их заработала. Далее, ты купишь себе амуницию, способную выдержать тяжелое путешествие, доспехи, недостающее оружие, и одну склянку с зельем исцеления мелких ран - обязательно. Кроме того, ты будешь тренироваться в мое отсутствие. - Вроде бы все, я замолчал и прикидывал, чего еще не сказал.
- Ты уезжаешь? - Шатти нахмурилась.
- Да, я уже скрепил договор с бароном Каледом. В этот поход идут только опытные воины, и там тебе не место, - я наотрез пресек возможные пререкания таким образом. - Когда я вернусь, а это будет через несколько недель, ты должна быть готова. Если тебе будут нужны учителя, то я предупрежу месье Мельтуса из гильдии наемников Северного Предела, и ты сможешь там учиться, а также пользоваться моей комнатой в мое отсутствие. Кроме этого, расскажи ему то, что ты узнала у разбойника, Мельтусу можно доверять. - Вот теперь я чувствовал, что сказал все.
- Хорошо, Рион, я буду ждать.
- До встречи, Шатти. - Ответил я. Девушка улыбнулась, и направилась в одну из дверей, вслед за наставником.
Уже на улице, я выдохнул, когда непонятное обилие чувств меня отпустило. Я пригляделся к вещице, что дал мне старик. Малый символ Милоны. Святой предмет. Добро, я положил его в поясной карман.
Глава 6. Сборы.
Устроившись на скамейке неподалеку, я решил распределить полученную ступень. Кто его знает, куда занесет меня судьба в следующие пару часов. Добавим единичку, как водится, в ловкость, а талантом возьму, как и планировал, верткость.
Верткость: Ваши таланты уклонения в бою достигли небывалых высот. Даже если вы пренебрегаете защитой, двигаясь сквозь построения противника, ваши движения настолько непредсказуемы, что практически не оставляют шанса врагам достать вас. В хаосе настоящей битвы ваши шансы на выживание повышаются. Защитный потенциал при активном перемещении рядом с противником увеличивается на 4 единицы.
Отлично, это то, что надо. Просмотрев навыки, верховую езду улучшать мне не хотелось. Оставим для чего-нибудь действительно важного. Я открыл лист персонажа.
Раса: Человек. Путь: Воин Кседльварра. Ступень: 5. Здоровье: 100% (56).
Опыт: 14.248 / 21.000.
Сила: 28; Телосложение: 24; Ловкость: 36; Интеллект: 22; Мудрость: 24; Харизма: 20
Таланты: Бой с оружием в каждой руке. Защита с оружием в каждой руке. Удар из защиты. Разумная защита. Мастер одноручного клинка (урон). Уклонение. Верткость.
Атакующий потенциал: Ближний бой +7 | Дальний бой +9. Защитный потенциал +4 (максимально +9).
Доступно единиц навыков: 2.
Доступные навыки:
Лазание:52% - 6(+2)* | Бег:35% - 5(4+1)* | Прыжки: 3%: 5(3+2)* | Выживание: 29%: 4(3+1) | Скрытность: 70%: 8(3+4+1)* | Бесшумное передвижение:44%: 6(2+4)* | Акробатика: 75%: 9 (3+4+2) | Поиск: 35%: 4(1+3) | Обнаружение: 52%: 3(2+1) | Тонкий слух: 14%: 2(1+1) | Использование веревки: 7%: 5(1+4). | Запугивание: 72% 3(1+2). | Верховая езда: 100% 3(0+3). | Профессия: Учитель 60% 0(+0). | Лечение: 97% 0(+0). | Искусство магии 38% 0(+0). | Знание магии 59% 0(+0).
Крепость тела + 5, реакция +4, сила воли +4, удача +1.
Пора было закочить на рынок и подготовиться к отбытию. Надо для начала сбыть честно добытое, и заменить некоторые детали экипировки новыми. Но тут возникают два вопроса – сколько стоит добро и как быстро можно его продать. Не доходя до основных торговых рядом заметил нелохую двухэтажную лавку по оценке предметов. Выглядела она не сильно броско и роскошно, и на мое счастье была открыта.
Она стояла чуть в стороне от главных торговых рядов - будто специально выбрала себе место, где шум базара не так давит на уши, но и от потока людей далеко не ушла. Двухэтажное здание из тёмно‑серого камня выглядело не броско: никаких позолоченных вывесок, резных драконов и кричащих красок. Но именно в этой сдержанности чувствовалась основательность: стены аккуратно подновлены, швы между камнями промазаны свежей замазкой, ставни на окнах второго этажа ровно подогнаны и покрашены в спокойный тёмно‑оливковый цвет. Над входом висела простая кованая вывеска — весы с чашами, слегка потемневшие от времени, но отполированные до мягкого блеска. Дверь была массивной, из дуба, с железной окантовкой и тяжёлой ручкой в виде львиной головы. Она приоткрылась легко, без скрипа, и это само по себе говорило о хозяйской заботе. Когда я переступил порог, то учуял запах старой бумаги, воска, дерева и чуть-чуть - металла.
Неплохо теперь было бы оценить стоимость добычи, что у меня скопилась. Молодая стройная темноволосая гнома в очках встретила меня за прилавком, буквально заваленным всякими свитками и книгами, которые, по-видимому, она изучала.
- Здравствуйте, чем могу помочь? – встретила она меня слегка писклявым голосом, изобразила приветливость, оглядела меня цепким взглядом с головы до ног и слегка улыбнулась. Видимо, я прошел критерии отбора потенциального клиента, потому как ее улыбка через пару секунд стала еще шире, а подозрительность во взгляде сменилась дружелюбием.
- Я хотел бы оценить несколько предметов и получить документ об их стоимости. - Я читал о подобной услуге на форуме, она была недешева, но могла быть и очень выгодным подспорьем в будущих торгах, в особенности на ценные предметы.
- Хорошо, выкладывайте все сюда, - гнома быстро расчистила место на столе. Невооруженным взглядом было видно, что она в предвкушении.
Я выложил сначала золотую печать, следом фиолетовый гранат.
- Оооо, - с восхищением протянула оценщица. Когда я достал ярко-голубой шпинель, ее глаза еще больше расширились. Внимательно отслеживая ее реакцию, я положил на стол и платиновую подвеску с сапфиром.
- Вот это дааа, - запричитала гнома. - Редкие экземпляры камней. Можете дать мне полчаса времени?
- Да, конечно, - напоследок я выудил халцедон и красный гранат, что были поменьше, и положил их рядом.
Девушка дернула за веревочку, что висела рядом, и с верхнего этажа спустился ветхий гном. Сама она собрала мои предметы в корзиночку и отправилась на второй этаж. Он кивнул мне, и уселся вместо нее, предложив мне устроиться на диване у дальней стены.
- Вы можете пойти со мной, - сказала гнома, а я заметил удивление на лице старика. Почему бы и нет, раз предлагают, поспешил следом.
Второй этаж представлял собой обширное квадратное помещение, с несколькими столами посередине и рядом стеллажей по всему периметру. Один из них был полностью свободен, куда она и сложила мое добро.
- Меня называют Алуорой, располагайтесь, - она сделала неопределенный жест рукой, и заметалась по комнате. Она выставила на столик большое увеличительное стекло, вытащила с полок несколько фолиантов и различных свитков.
- Начнем, пожалуй, с простого. - Бормотала себе под нос Алуора. - Это халцедон и красный гранат, - изучив, она отставила в сторону мелкие камни. - Сорок семь золотых монет за первый и пятьдесят шесть за второй, не более. Такие камни часто встречаются, и не особо ценны, в сравнении с остальными.
Фиолетовый гранат она разглядывала достаточно долго, прежде чем выдать резюме. - Великолепная светопропускная способность, самый твердый минерал этой породы. А его размер, ммм... Он еще даже не огранен как следует. Его цена..., - она стала листать один из фолиантов, что-то постоянно сверяя и делая в книге рядом какие-то пометки. - Четыреста двадцать золотых монет, отличный экземпляр, редкость.
Она взяла в руки шпинель, подставила его под свет, потом под увеличительное стекло. - Превосходный камень для сбора магической энергии, может вместить в себя сильное заклинание, думаю башня магов - это потенциальный клиент. Пятьсот семнадцать золотых монет, мой вердикт. - Я примерно представлял, какое огромное на самом деле богатство попало в мои руки, до момента, пока оценщица не взяла в руки подвеску.
Ее Алуора изучала дольше всего. Камень, казалось, загипнотизировал молодую гному, и она просто выпала из реальности на десяток минут, пока я не кашлянул, привлекая ее внимание. - Ах, да, я совсем забыла, что вы тууут, - пролепетала она, словно извиняясь, своим тонким голоском. - Я думаю, что эта вещица принадлежала кому-то очень состоятельному. Можно сделать аналогии только с княжескими драгоценностями, а их немного. - После кропотливого изучения третьей книги, она выдала, а я выпал в осадок. - Тысяча семьсот пятьдесят золотых монет, - а может и больше, уже совсем тихо добавила девушка, но я все-таки расслышал.
Тем временем Алуора взялась за изучение золотого цилиндра.
- Печать неизвестного рода. Судя по всему, монарха, откуда она у вас? - Алуора подняла на меня свои большие изумрудные глаза.
- Взял с бунгара, - коротко ответил я.
- Ммм, понятно. К сожалению, такого рода в известных королевствах уже не существует, да и нет у меня о нем вообще никаких данных. Скорее всего, это было очень давно. - Оценщица сняла предмет с весов и отложила в сторону, записала его в общий лист. - Только за вес, стоимость этого предмета двести девяносто золотых монет. Пойдет на переплавку и чеканку монет. С вас, уважаемый... - Она замялась, а я подсказал, что меня зовут Рион.
- Кхм, Рион, тридцать золотых, и сорок серебряных монет, - Алуора слегка замялась, даже ей эта цена показалась завышенной, и она тут же попыталась выкрутиться. - Извините, обычно за оценку я беру один процент от стоимости, и тут вышло действительно много...
- Хорошо, - я перебил ее. - Я заплачу столько, и даже добавлю сверху еще сотню.Только вы поможете мне продать эти ценности, или скажете, кто их сможет купить в течение этого дня. - Обед еще не наступил, и время еще имелось.
- Огооо, - не сдержала удивления Алуора. - Такой заработок, да за день, считайте меня неудачницей, если я не выполню ваш заказ, господин Рион.
Довольный сложившейся ситуацией, я попрощался и направился в гильдию. Все вырученные деньги гнома обещалась перевести в хранилище Ирмиса, и настоятельно убеждала меня не торопиться так с продажей, а максимально увеличить прибыль. Тридцать один золотой я заплатил сразу, а Алуора выдала мне документ, в котором отражались наши обязательства, скрепленные ее печатью. Я обещал зайти вечером, чтобы узнать, как продвигаются дела.
Следом заскочил в лавку к портному, купил новую, еще более теплую одежду для похода на север за десять золотых монет. Моя была уже порвана в нескольких местах, да и поизносилась в этих странствиях изрядно. За три золотых я обновил и гамбезон, который принял на себя просто огромное количество ударов. Продавец, в магазине которого я переодевался, только цокал языком и качал головой, ничего не сказав, рассматривая сплошные дыры в поддоспешнике и отправил тот прямиком в мусорный бак.
- Может господин захочет купить вот такую веревку, она намного, компактнее, удобнее, и легче, - тут же предложил полненький портной, увидев у меня джутовую веревку. Хм, сравнивая оба варианта, действительно второй был куда лучше. Гораздо крепче, меньше по размеру, и легче в два раза. Вес всех моих вещей уже перевалил за тридцать килограмм, так что, немного повздыхав, я отдал свою веревку, и доплатил еще девять с половиной золотых за новую, шелковую. Избавиться от пары лишних килограммов было очень кстати. А лишение всех походных вещей, если придется все бросать, например, при поспешном бегстве, могло обернуться катастрофой.
Ваша глобальная репутация в Провинции Гибсхольд повысилась на 1.
Отлично, видимо барон Калед рассказал обо мне князю Гримроу. Весьма неплохо.
В харчевню я заскочил приобрести походной еды на десяток дней. Странствовать впроголодь меня больше не прельщало. Припомнив последние злоключения в темноте, я приобрел и флягу хорошего масла для фонаря с парой факелов. Накинув рюкзак, я вздохнул. Тяжелый. Передвигаться с ним я по-прежнему мог долго, вот только он теперь ужасно сковывал движения.
Заскочив к цирюльнику на полчаса, лишился еще двух серебряных монет, но нисколько не расстроился по этому поводу.
Перед роскошным портиком здания гильдии Северного Предела стояла толпа. Я присвистнул, и это были игроки. Ну и дела. Я быстро протолкался внутрь здания, накинув на себя капюшон. - Куда прешь, не видишь, тут очередь? - Кто-то нетерпеливый окрикнул меня, но я быстро работая локтями, оказался уже у двери. В холле справа, в ложе для отдыха сидела группа наемников, опять же, из числа игроков. Под их никами, а я их видел вместе с классом и уровнем, что было странно, висели значки гильдии, и я был слегка удивлен. На месте Мельтуса я обнаружил какого-то нового эльфа, отличавшегося такой же манерностью и чопорностью.
- Где Мельтус? - обратился я к лакею, который записывал информацию об очередном игроке, стоящем за стойкой, в новый с виду фолиант. Я отметил, что страница была уже далеко не первой.
- Он у себя, - смерил меня взглядом новенький, - как ваше имя? Я запишу вас на прием. - В его голосе я нащупал железные нотки. Что ж, с таким нашествием, не мудрено.
- Рион, и он меня ждет с отчетом о последнем задании, - глаза ближайшего игрока округлились, и он резко обернулся, посмотрев на меня. Да и спиной я почувствовал, как другие игроки в холле сверлили меня взглядами.
- Да, да, проходите, он вас действительно ждет. - Эльф тут же сменил тон на любезный, указав рукой себе за спину.
Я подошел к двери за его спиной и постучал. Услышав отчетливый щелчок замка, я открыл ее и вошел внутрь.
Ваша глобальная репутация у ордена Милоны повысилась на 1.
Ваша репутация в городе Гибсхольд повысилась на 1.
Я улыбнулся, а вот и Шатти уже рассказала немного подробностей. Отлично, просто отлично, я великолепно справился со всеми дополнительными проблемами в этом вроде как простом, но оказавшемся таким сложным деле. К следующему разу надо получше подготовиться, пусть лучше вещей будет больше, чем меньше, не придется тревожиться по пустякам. Броню точно надо обновить, без нее меня бы порубили в капусту.
- Что-то ты не торопился, мой юный друг, - Мельтус ухмыльнулся, и протянул руку. - Знатно тебя потрепало на этом простеньком задании, - он еще больше расплылся в широкой улыбке. Как пить-дать, издевается.
- Здравствуй, глава великой и огромной гильдии, - я поклонился в пояс, проигнорировав рукопожатие.
- Да, да, я понял шутку, - эльф тут же жестом пригласил меня присесть. - Это благодаря тебе у меня появилось много головной боли. Все эти новобранцы только и спрашивают о Рионе, упоминают фразы топ один и всякую прочую абракадабру. Ты не в курсе, о чем они?
- Да они как будто с луны свалились, - я решил отмазаться от прямого ответа.
- Хорошо, рассказывай. - Мельтус нацедил бордовую жидкость в бокал на пару пальцев. - Будешь? - Он протянул его мне. Я отказался и поведал ему историю, за исключением ночных похождений в лагере разбойников.
- Да, я наслышан об этом. Только что вернулся от князя, который вызывал меня как раз по этому вопросу. И знаешь, ты верно поступил, что убил их командира. - Мельтус немигающим взором смотрел на меня, а я только хлопал глазами, не зная, что ответить.
- Если бы ты этого не сделал, то в Распутье встретился со всей бандой. Кролл, ваш пленник, поведал о том, как Парко с неким Густавом разделили отряд на две части, и половина ушла в южные земли. В общем, молодец, ты отлично себя проявил. Я напишу бумагу о присвоении тебе следующего ранга. К сожалению, выдать тебе дополнительные средства за сложность задания я не могу, сам понимаешь. Ты мог и сразу уйти, но полез внутрь. - Эльф хмыкнул. - Уважаю бесшабашность.
Ваша репутация в гильдии наемников Северный Предел увеличилась на 3. Вам присвоено звание Сержанта.
Задание "разведать обстановку в лагере" выполнено. Награда: 500 опыта. Бонус: 500 опыта за раскрытие тайны исчезновения поселения.
- Спасибо, - я коротко кивнул в знак благодарности тому, что он стал вдаваться в подробности. - Шатти Огненноволосая, жрица богини Милоны, теперь моя напарница, по стечению обстоятельств. Прошу допустить ее к наставникам, если она придет. Также она при необходимости расскажет вам подробности допроса Кролла, так как она этим занималась лично. - Я надеялся, что Мельтус не откажет мне в этой просьбе.
Эльф отмахнулся, - Мелочи, мы оформим все полагающиеся документы, но комнату выделить не смогу, сам понимаешь, у меня тут аврал. - Он развел руки в стороны, мол, ничего поделать не могу, занято.
- Спасибо, не потребуется, я буду в отъезде, она же сможет занять мою комнату. - Я тихонько выдохнул. Я боялся отказа - такая вроде бы мелочь, а сковывает похуже, чем удар булавой. Я высыпал на стол пригоршню золотых монет. - Вот двадцать полновесных, это оплата за ее обучение, и комнату на будущее. Пусть лежит у вас.
- Советую взять с собой в поход святую воду. Она дешева, и может спасти жизнь. Там где храмы с молитвами, там обычно и нежить. - Он сгреб монетки в руку и уложил куда-то в недра своего стола, - если все совсем плохо, - уже тише добавил глава гильдии.
Поблагодарив за совет, я отправился наверх, в свою комнату, которая осталась без изменений в мое отсутствие. Скинув лишнюю поклажу, я отправился в храм Ирмиса за святой водой и остальными средствами, а то на руках осталось совсем немного.
Я промотался до самого вечера. Три склянки со святой водой и две бутылочки исцеления заняли свои места в поясном кармане. За них пришлось отдать сто семьдесят пять монет, но это было необходимо, хоть и чудовищно дорого. Как и обещал, чуть позже я заглянул к Алуоре, и узнал, что на все предметы она уже нашла покупателей, и завтра, самое позднее послезавтра на моем счету появится целых три тысячи четыреста восемьдесят шесть золотых монет. Такая сумма была обусловлена тем, что на золотую печать удачно нашелся коллекционер, который и выкупил ее в два раза дороже.
Довольный собой, я шел обратно в гильдию, чтобы выспаться перед завтрашним днем. Утром мне надлежало быть в порту, откуда отойдет барка с нашей командой и высадит нас на севере, в двух днях пути от Растерфелла. Реку еще не сковали льды, так что это сократит наше время в пути на целых четверо суток.
Я пробирался через последний рыночный квартал ремесленников. Размышлял о том, стоит ли с собой брать Шатти, если она захочет присоединиться, судя по логам задания. Она мне нравилась, я был ей благодарен, но сейчас она достаточно слаба сама по себе и не привыкла к путешествиям, к тому же, как я понял, в группе опыт делится на всех поровну. Двухэтажные домики нависали с двух сторон. Вывески, в том числе подсвеченные магическим огнем светились в темноте, но большинство лавок уже были закрыты. Легкий снежок кружился в воздухе, а я прикидывал, хватит ли мне трех тысяч семисот золотых монет на все мои запросы. По всему выходило, что нет. Свой доспех-то я продам, приобрести за четыре тысячи золотом приличную кольчугу из митраля можно было попробовать, но. На оружие уже не останется. Я поспрашивал торговцев, у которых не было магических предметов, и все в один голос твердили, что если таковой найдешь, то стоимость его будет не менее двух тысяч полновесных. А мне нужно два клинка. Дилемма.
Колыхание воздуха сзади я почувствовал только в последний момент. На инстинктах я начал разворачиваться, и это спасло мне жизнь. Отразивший блик от яркой вывески, короткий клинок, врезался со спины туда, где должно было быть мое сердце долей секунды ранее. Резкая боль пронзила тело, чуть не вогнав меня в болевой шок. Удар задел лишь вскользь, однако рана была все же глубока. Противник пробил мой доспех, но я, используя инерцию удара, перекатился вперед, предупреждая возможный повторный удар. Лог запестрил сообщениями, а боль, казалось, заполонила каждую мою клеточку, пытаясь вырвать жизнь из этого тела. Я подумал, что так не бывает от простого ранения.
Получены повреждения от: Убийца (короткий меч) повреждения: 17 (10,5% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 39/56. Доспех получил повреждения, прочность 20/37.
Вы отравлены неизвестным ядом, получены повреждения организма: 17 единиц. Остаток здоровья 22/56.
Разворачиваясь лицом к врагу, я уже выхватывал клинки. Отравил меня! Я приготовился сражаться до последнего, уходя в глухую оборону. Боец, закутанный во все темное, с широкой маской на лице, оставляющей открытыми только глаза уже делал низкий выпад, пытаясь подсечь мне ногу. Делая короткие и быстрые шаги назад, я вынуждал противника выкладываться на максимальную дистанцию. Наконец, мне слегка полегчало, и отведя один из его ударов коротким клинком в сторону, я сделал шаг навстречу. Мой длинный меч, казалось, вот-вот проткнет его шею, но убийца сделал невероятное. Резко бросив свое тело назад, он буквально снял себя с клинка, получив минимальное ранение, при этом он еще смог уследить за ногой опорной ногой, которую я уже вспарывал оружием в левой руке. Издав тихое шипение, он кинулся в ответную атаку.
Чем плох короткий клинок, так это малой пробивной способностью. Тягаться им против тяжело бронированной цели очень сложно. Мой доспех отразил несколько выпадов, получив при этом минимальные повреждения. Я пытался блокировать его удары, но противник был столь ловок, что успевал просачиваться сквозь мою оборону, подныривая и обходя меня с флангов. Не размениваясь на защиту, я принялся методично выдавливать его с позиции. Вдруг новый приступ боли сковал меня. Я почувствовал одновременно слабость, граничащую с обмороком. Липкий пот вдруг покатил градом с лица. Мне показалось, что я увидел ухмылку на лице убийцы сквозь ткань. Он думает, что почти достал меня.
Яд проник в ваш организм, получены повреждения телосложения 8 единиц. Ваши единицы жизней и их максимальное количество снижено на 10. Остаток здоровья 12/46.
Приступ злости вдруг окатил меня с ног до головы. Жестко приняв его удар на коленный щиток, я приблизился к нему вплотную и ударил локтем в лицо, одновременно подсекая ногу клинком. Я хотел было уже схватить его, завалить на землю и там добить. Но падая назад, он оперся на руку, и перекувыркнулся через нее, сделав нечто, наподобие колеса. Ловкий гаденыш. Я уже понял, как с ним следует бороться. У меня было преимущество, в доспехе, в длине оружия, в его количестве, чем я и пользовался. Я сводил его удары, но не до конца, принимая остатки выпадов на доспех, который, к счастью, еще держался на пятнадцати единицах прочности. Тетива на луке уже лопнула от разреза, и тот отлетел в сторону. Ну и Хорм с ним, главное, не пропустить жесткий удар.
Стремительный прямой выпад моего клинка пришелся на темную накидку, закрывающую его грудь. Я понял, что под одеждой у него скрывается доспех. По ощущениям я почувствовал, что как будто бы воткнул клинок в кирасу. А вот звук услышал как от кольчуги. Развернувшись боком в момент попадания враг смягчил удар, но коротким клинком я тут же добавил ему в бедро. Широкая зарубка на моем наплечном щитке осталась от его ответного выпада. Противник был хорош, он угадывал почти все мои движения, и только лишь немногие достигали цели. Я встретился с равным противником, но он надеялся на яд, и мою тихую смерть, и не рассчитал, взяв с собой лишь легкий доспех и такое же оружие. Впервые я видел воочию, как противник продавливал мою оборону не грубой силой и жесткими контратаками, а ловкостью, текучестью движений и проскальзыванием мимо моих клинков. Причем он использовал свою природную гибкость на максимум. Его проблема была в том, что в чистом фехтовании он был слабее меня, и знал меньше приемов и трюков в чистой рубке. Я насчитал уже пять ударов, которые не пробили мой доспех, и столько же я нанес ему, пустив кровь.
Вдруг, сделав обратный кувырок, он кинулся назад, метнувшись за угол.
-Трус! - В сердцах воскликнул я, сделав пару шагов следом. В последний момент я заметил, как он что-то подобрал в темноте, и уже оборачивался, выкидывая вперед правую руку, с зажатым в ней ручным арбалетом.
- Ах ты! - Я лихорадочно начал вращать клинками, выставляя веерную защиту, но чувствовал, что не успеваю. Арбалет был нацелен точно на меня, и в следующее мгновение, услышав щелчок, я начал откидываться назад и в бок, надеясь, что стрела меня не зацепит. Мир замедлился, а я смотрел, как летит небольшая, меньше чем в пол локтя стрелка. Вот она пролетает, не зацепляя ни один из моих клинков, и врезается в кольчугу, в считанных сантиметрах от наплечного щитка, который мог бы отвести ее в сторону.
Получены повреждения от: Убийца (ручной арбалет) повреждения: 1 (50% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 11/46.
В следующий момент случилось несколько вещей. Убийца стремительно ринулся на меня. Я же, откидываясь, успел подставить левую руку, которую от удара о землю чуть не вывернуло из сустава, и сделал перекат в сторону. Одновременно с этим почувствовав, как мое тело замирает, мышцы напрягаются, и твердеют.
Ваш организм успешно справился с действием неизвестного яда.
Сердце бешено колотилось, а неимоверный жар разлился по всему телу. Преступник попытался меня добить, насадив на клинок, но я извернулся, после секундного замешательства. Его глаза округлились, в тот момент, когда он понял, что я все еще в сознании. Пропустив его руку мимо, и сблизившись вплотную, я прижал его клинок к своему боку, лишая маневренности. Удар головой в шлеме по его лицу пришелся очень кстати. Пытаясь разорвать дистанцию, он сделал ошибку, чем я немедленно воспользовался, отпустив его оружие. Инерция не позволила ему сменить траекторию, и я пробил ему левый бок, одновременно прорезав бедро с правой стороны.
Отступая, он сделал несколько хитрых пируэтов клинком, взмахнул плащом и сместился правее к темному переулку, развернулся, набирая ход. Но я сразу понял, что он затевает.
- Не уйдешь! - я метнул длинный клинок ему в спину. Не зря нас учили метать все, что попадет под руку. Сейчас это очень сильно пригодилось. Острая полоса стали врезалась ему в поясницу, и противник упал на землю, еще несколько секунд перебирая ногами, но это были уже конвульсии. Я восстанавливал дыхание, уперев руки в колени, и все еще чувствовал действие яда. Возможно, еще не все закончилось, я выдернул мелкую стрелку из плеча, испытав очередной приступ боли. Одну колбу с зельем тут же опрокинул в себя, закрывая рану на спине, куда попал яд.
Получен опыт за бой: 2250 единиц.
Вы использовали зелье лечения: +4 единиц жизней. Единицы жизни: 15/46.
Сразу же полегчало, осталась только слабость, как будто я бежал два дня подряд. Делать нечего, надо было двигаться к телу. Вдалеке я уже слышал шум приближающихся стражников. Они грохотали на всю округу, распугивая и без того редких прохожих.
Так-так, это ж какой ступени он был, что за него отвалили СТОЛЬКО опыта. Короткий клинок врага перекочевал ко мне. Он был явно мастерски выполнен. Баланс был отменный, не хуже моего. Пойдет на продажу. Ручной арбалет отличался изяществом форм, резная ручка из красного дерева, забираем. Плащ был чем-то похож на мой, но выглядел еще лучше, возможно он даст больший прирост к навыку скрытность. Хм, интересная вещица, я рассматривал медальон, который был на шее убийцы. Выполненный в виде глаза из серебра, он был несколько меньшего размера, чем настоящий. В поясную сумку, потом разберемся. Браслет из кусочков черного дерева, скрепленных между собой тонкими шелковыми веревочками, тут тоже явно не просто так. Наконец, я дошел до кольчужной рубахи, оказавшейся под балахоном. Да, явно эксклюзив. А по прочности так не уступает митралю. Возможно, магия. Наконец крохотная деревянная модель мишени для стрельбы из лука привлекла мое внимание, ну не оставлять же ее тут. Я хмыкнул, вложил клинок в ножны, скинул все вещи на плащ и собрал его, наподобие мешка.
- Спасибо, брат, но выживает сильнейший, ты оказался слаб, - я похлопал по щеке убитого, и пошел домой. Не успел я выйти с противоположной стороны улицы, как меня тут же окликнули.
- Эй! Стоять! Стража! - Пф, бежать мне вообще не хотелось, было тяжело, так что я не спеша развернулся в сторону пятерых бойцов. Двое держали арбалеты наготове, двое щиты и копья, а пятый с мечом и щитом медленно продвигался ко мне.
- Стою, - я поднял руки, сверток лег на землю.
- Ты чего тут делаешь? Назовись! - Плотно сбитый щитник с красным круглым лицом, в чешуе и с шипастой булавой наперевес смещался в сторону, открывая сектор обстрела для арбалетчиков. Он прикрывался щитом и был настороже.
- Рион, из Кседльварра, - я все также держал руки наверху. Тут я заметил, как один из четверки опустил арбалет.
- Что в мешке? - Допытывался краснолицый сержант, - Ойло! Ты зачем опустил арбалет? - Он тут же окликнул солдата.
- Утром я стоял в охранении у князя Гримроу в обедне, и слышал, как о нем говорили, - ответил тощий Ойло, и все-таки приподнял оружие, но уже не целился в меня.
- И что? - главный переводил взгляд с меня на солдата.
- Некий Рион спас жрицу природы и завтра отправляется с бароном Каледом в Растерфелл, он не может быть преступником.
- Это мы посмотрим, - произнес сержант.
- В мешке вещи, труп убийцы в подворотне, - сказал я будничным тоном. - Меня хотели убить, а я защищался. - Солдаты, услышав это, подобрались, а я вспомнил, что совсем забыл осмотреть на трупе поясной кисет. Вот же зараза.
- Показывай вещи! - приказал щитник, и я развернул котомку на земле. Когда я отвернул один из краев, он присвистнул. - Говоришь, твои вещи? - Он осматривал ножны клинка.
- Я знаю это клеймо, - произнес один из стражей, хриплым голосом, указывая на печать, стоявшую на клинке. Я сначала и не обратил внимания, а сейчас заметил, что сделана она в виде черепа, укрытого капюшоном. - Это знак гильдии смертной тени.
- Хочешь забрать? - Улыбнувшись, я спросил сержанта, а он лишь помотал головой, в его глазах читался страх.
- Пошли смотреть труп, и забери свои вещи. – Выделил он слово свои уже более спокойным тоном, без резких ноток. Подойдя к поверженному мной врагу, солдаты его обступили и тщательно рассматривали.
- Я вам кое-что оставил тут, - я указал в сторону поясного кармана, один из бойцов тут же вывалил его содержимое.
- Ого, столько золота! - Ахнул страж, увидев тускло желтый металл монет.
- В ваших интересах будет забыть о том, что я тут был, гильдия убийц может спросить тех, кто меня видел. - Я решил немного напугать этих ребят, заодно скрыв свое участие от общественности в этом деле. Отряд напрягся, а сержант коротко кивнул мне.
- Парни, никто ничего не видел, поняли? - Он окинул суровым взглядом четверку своих подчиненных и те интенсивно закивали в ответ. Молча развернувшись, я отправился в сторону храма природы.
- Отличные ботинки! - Донеслось сзади, а я тихо смеялся, радуясь достаточно удачному стечению обстоятельств.
Переводя дух через каждые несколько сот метров, я наконец, добрался до храма Милоны. Постучав в дверь, я узнал, что Шатти, слава богам, была на месте. Увидем мое состояние, она без лишних слов провела меня в свою келью, где уже использовала свою магию исцеления.
Получен эффект исцеления от: Шатти Огненноволосой (Лечение средних ран) исцелено: 12 очков здоровья. Остаток здоровья: 27/46.
Получен эффект исцеления от: Шатти Огненноволосой (Лечение средних ран) исцелено: 12 очков здоровья. Остаток здоровья: 38/46.
- Прости, остальную силу я израсходовала на прихожан, - девушка хмурилась, и была чем-то недовольна. По опыту я знал, что после применения всех доступных заклинаний жрецы чувствуют себя очень плохо.
- Это тебе спасибо, Шатти. Без тебя я бы пропал. - Я вяло улыбнулся, непривычная слабость постепенно уходила, о чем свидетельствовали логи системы.
Я развернул сверток. Шатти с интересом подсела рядом, разглядывая вещи. К сожалению, на кольчужной рубахе были следы крови, а сама она была пробита в двух местах.
- Можно? - девушка указывала на арбалет.
- Конечно, - Я кивнул, и Шатти взяла в руки это миниатюрное оружие. Пока она разглядывала изящество форм, в сочетании с дорогими материалами, я начал перебирать другие вещи.
Сначала примерил браслет, одновременно просматривая логи, и параметры персонажа. Вот оно! Браслет черного дерева, добавлял две единицы к параметру акробатика, теперь я начинал понимать, почему противник был столь проворен. Медальон в виде глаза прибавлял три балла к поиску, но только, когда я держал его в руке. Кольчужная рубаха была явно магической, так что на нее у меня были отдельные надежды. Я подумывал над тем, что бы отдать эти вещи жрице. Примерив плащ убийцы, я заметил, что он прибавил две единицы к скрытности вместо моей одной.
- Держи, эта магическая вещь, она поможет тебе спрятаться в случае опасности. - Я снял его и протянул жрице. Мне он кардинально ничего не изменит, а ей может спасти жизнь.
- Это мне? - Переспросила она, а я кивнул, подтверждая свои слова.
Насчет мишени, жрица однозначно сказала, что это просто предмет фокусировки для заклинания. Обычно, такие вещи используют для нанесения лишь одного точного удара. Промахнуться под таким заклятием практически невозможно.
Тепло попрощавшись с Шатти, я направился в недавно открытый магазинчик своих товарищей. Они назвали его "У Хога", что было слегка удивительно. Необходимо было срочно заканчивать свои дела в Гибсхольде, завтра меня тут уже не будет, а тащить с собой лишнюю тяжесть ни к чему. Решил, что эти вещи мне важнее продать, нужно обновить доспехи.
Вечерняя тишина, царившая в городе, не имела ничего общего с положением вещей на улице, куда я пришел. Наблюдая из-за угла за нужным мне местом, я отметил, что в лавку мне никак не удастся добраться незамеченным. Для игроков вечер сейчас или день, по-видимому, не имело никакого значения. Перезвон колокольчиков на двери в магазин слышался с завидной частотой. Вздохнув, я накинул капюшон, и направился внутрь, пройдя мимо четверых игроков, громко спорящих о целесообразности приобретения каких-то вещей.
- Подогнать доспех без очереди вы сможете в двух кварталах отсюда, в кузнице под названием "Душа солдата". - Тонкий голосок встретил меня на пороге. Сребровласая эльфийка с тонкими изящными чертами лица передавала тощему пареньку увесистый сверток.
- Ба!!! Кого я вижу! Рион! - Справа из-за стойки пробасил рыжебородый дворф, сразу же, как только я переступил порог. Клиент тут же окинул меня заинтересованным взглядом.
- Привет, друг! - я обнял Бромбурга и Дайну. Товарищей, с которыми буквально неделю с небольшим назад, я выполнял свое первое задание. Оно вернуло мне свободу от денежных обязательств. Их лица было неожиданно приятно видеть.
- Не называйте меня по имени, пожалуйста, - я похлопал дворфа по спине, а эльфийку аккуратно потрепал по красивой шевелюре, на что она фыркнула и поспешила назад за прилавок. - На меня просто немножко охотятся.
- А, ты про Железных Волков, понимаю. Ты же до вчерашнего вечера был топом, пока открытый рейтинг не отменили. Дураков связываться с тобой может быть сколько угодно, но законы тут больно жесткие. Заметят за убийство, казнят, - минус уровень, проиграешь схватку, - минус уровень, так можно вечно на первом сидеть. А кому охота? Вот за городом другое дело. Пошли наверх лучше, расскажешь, что у тебя. - Дворф кивнул на мешок, который я прихватил в храме, а в зал уже входила та четверка посетителей, что стояла неподалеку.
Я осмотрел магазинчик. Пятнадцать на пятнадцать шагов квадратное помещение. Два толстых деревянных бруса с балкой, подпирают потолок ближе к центру комнаты. У задней стены обосновалась лестница, уводящая на третий этаж. Прилавок, несколько шкафов и полок вдоль стен, стойки для оружия и доспехов. Ассортимент товаров был невелик, но ребята явно не сидели на месте. Второй этаж представлял собой такую же полупустую комнату, как на первом. В центре стоял длинный прямоугольный стол. Семь деревянных кресел без обивки стояли вокруг него. Бромбург подошел к одному из шкафов и выудил оттуда квадратную бутылку с прозрачной жидкостью.
- Будешь? - Спросил он, наливая себе стакан до краев.
- Только ради встречи, на пару пальцев, - дворф хмыкнул, и емкость зашуршала по шершавому столу в мою сторону.
- Как видишь, обстановочка еще так себе, но дела идут в гору, - он выдохнул и залпом выпил содержимое. - Прям как настоящая, - крякнув, он поднес рукав к носу. - Уф, ну давай, высыпай. Я достал арбалет, потом кольчужную рубаху, и наконец, короткий клинок.
- Неплохо, - бурчал дворф, разглядывая резную ручку стреломета.
- Кольчужная рубаха наверняка с магией, по прочности, как кираса, - отметил я прочность доспеха.
- Да уж, вижу ты уже заценил, порублена здорово. Если это так, то я точно знаю, кто ее заберет. Хотя не, может Лина захочет. - Он хмыкнул и отложил ее в сторону. - Что за знак? - Толстый палец уткнулся в клеймо, украшающее лезвие клинка у гарды.
- Это знак гильдии смертной тени, наемных убийц. - Я не стал лукавить, что бы ненароком не подставить команду.
- Бааа! Да это же мощь! Даже если на нем нет магии, его можно продать в три дорога! Ну может и в два дорога, - он тут же поправился.
- У владельца могут быть неприятности, - я пытался вразумить коротышку.
- Хе! Ты просто ничего не понимаешь, это же возможный доступ к заданиям, или возможность вступления в гильдию убийц! - Дворф распалился, опрокинув перед этим еще один стакан. Увидев мой скептический взгляд, он тут добавил. - Не нам же его носить! А вот люди могут купить только ради возможности, дело в правильной подаче информации, а это мы могем, - довольный собой, он пригладил бороду. - Сотни за четыре точно уйдет. Вот что я тебе скажу, партнер, я тебе предлагаю девяносто процентов от стоимости. Десять мы берем себе в качестве платы за услуги. Притаскивай все что есть и если будет еще работенка за городом, можем помочь друг другу. Это честно, что скажешь?
Предложение было отличным. Я не стал отказываться. Опрокинув еще по одной, он рассказал, что на самом деле народ уже засиделся, и рвется в бой. Я пообещал, что подумаю, если найдется подходящее дельце, и обязательно возьму их с собой, но пока я занят, да и не мешало бы мне опять убраться из города, на время. Говорить о плашке я не стал, пока незачем, да и слишком опасная эта информация. А они и не спрашивали. Да и брать с собой куда то на задание особого смысла не было, только если использовать для своих целей, как в прошлый раз.
Интлюдия II.
Незадголго до событий.
Василий Демьянович был очень раздражен, впрочем, это было перманентное его состояние, начиная с релиза. Все время все пыталось расползтись в стороны, еще и эти подчиненные лепили горбатого к стенке каждый раз к месту и не к месту.
- Егор, больше никаких своеволий, пусть все идет, так как изначально сформирован сценарий, ты меня понял? Никаких вмешательств извне! – отчитывал босс главу дирекции разработки. – Все инициативы по изменению глобальных сценариев строго через меня, вы видимо по-другому не понимаете, еще один косяк и я буду вводить санкции... – что бормотал в ответ менеджер, генеральный не слушал, – И уберите к черту эту открытую статистику, от нее всегда одни проблемы, склоки, ссоры и войны, сейчас нам лишние движения ни к чему. Что по этой вашей аномалии?
- Василий Демьянович, направления по работе с пользователями и контентом уже мною задействованы, но там много работы, не факт что быстро что-то сможем предпринять, высокая нагрузка по поддержке. И каков на ваш взгляд целевой результат? – протараторил подчиненный.
- Это ТЫ У МЕНЯ спрашиваешь? – повысил голос директор, - завтра, к обеду, предоставить мне выкладку по возможным сценариям рисков и их последствиями, а также мероприятиям для их устранения. Все, за работу, - начальник повесил трубку.
- И когда все это закончится… - немного успокоившись, отпив немного янтарного напитка из хрустального стакана, протянул руководитель. Конечно не было особого смысла напрягать так сотрудников, но они прокосячились, следовательно пусть проработают дыры в защите. Квины похоже пытаются выйти за установленные рамки, что вполне ожидаемо. Завтра посмотрю, что предложат ребята, в экстренных ситуациях мозг работает быстрее, а тупых тут не держат… Потом можно сравнить полученные уязвимости с тем, что сформировано безопасниками, и покарать уже их, придать бодрости. Ваню Костомарова можно и повысить, семь лет все-таки в должности, также расширить слегка его отдел, все-таки они четко вовремя отработали, нашли важное отклонение, поставили на контроль, не стали поднимать панику, молодцы, есть выдержка, и управляющий совет пока не в курсе. Здравая конкуренция никогда не повредит.
Глава 7. Дорога на монастырь.
Река извивалась, загибаясь западнее, в сторону болот и лесов, которые являлись проходимыми только в зимнее время года. Слева от них, к северу высились огромные горы. Гряда уходила дальше на запад, расширяясь к северу. Нас высадили с торгового корабля, который тут же отчалил в обратную сторону. Он и плыл сюда только ради высадки одного пассажира, нанявшего его – Барона Каледа. Сам замок Растерфелл не имел подступов к реке. Он виднелся вдалеке большой темной точкой, укрывшейся в тени, прислонившись к первым серьезным возвышенностям. Местность была холмистая, дворф всю дорогу травил байки:
- Вот тут, говорю, завалили холмистого великана. Он землю грыз, как яблоко, пока мы ему не объяснили, что тут другие хозяева. Швырялся камнями шагов на двести, с меня размером. Повадился таскать коней из караванов. Прибьет одного и ждет, пока конину не бросят и не пойдут дальше. Потом наверное забирал и жрал где-то.
Барон с полуорком особо не реагировали, вяло поддерживая разговор, а я больше пытался не свалиться с лошади, чем участвовал в обсуждении, как же лучше завалить великана.
С великаном встречаться пока желания не было. Сами холмы казались не просто складками земли, а чем‑то вроде старых шрамов на теле этой суровой земли с притаившимися там страхами северных неприветливых земель. Погода тоже не давала забыть, где мы находились. То бросало в лицо снежные хлопья – мягкие, пушистые, на мгновение скрывавшие очертания стен. То вдруг начинало сечь мелкой ледяной крупой, жесткой и злой. Ветер гулял между холмами, завывал и швырял в лица холодные струи воздуха. Здесь смена погоды была не постепенной, а резкой, как удар клинка: только что было тихо - и вот уже небо темнеет, а воздух становится колючим.
Спутники поначалу иногда подшучивали что я как увалень, так плохо по их мнению я ехал на лошади, но я не подавал вида. На что Агизаг хмыкал и басил, что на правду, как говорится, не обижаются. Удивительно, что дворф сидел в седле как влитой. Мне бы столько времени, сколько потратили на жизнь вы, я бы уже не то что на лошади, на драконе бы летал. Но они однозначно не были слабаками и с ними можно было иметь дело, я терпел. Вечно мрачноватый полуорк, и вечно жрущий что-то дворф, у которого дворф - это лучшая раса да молчаливый но имеющий вес Барон. По нему сразу видно, что благородных кровей. Хорошо прошитая зимняя одежда, расшитая попона на коне, не особо боевой тонкий клинок на поясе, брони не видно, но легкая кольчуга точно имелась под одеждами. Ее я заметил еще на постоялом дворе, теперь видел, что она была из митраля, очень легкого материала не стесняющего движений. В замке рассказывали что для магов и колдунов очень важно что бы не было одето материалов, плохо пропускающих потоки арканы. Чем толще сталь тем больше возмущений вокруг нее. Как со стеной. Митраль почти не давал искажений, его очень уважали за это эльфы, у которых были в почете маги и друиды природы. Для жрецов такой проблемы не стояло, они работали через символ своего бога и могли носить любые одеяния, без потери возможности «магичить». Ирионтар, владелец Растерфелла, кстати был магом – узнал случайно во время общения с Бароном. Как занесло эльфа на дальний север было для меня загадкой.
Этот день скачки верхом, наконец-то, дал мне долгожданную прибавку к умению Верховой езды. Я научился сносно кататься, не цепляясь в вожжи и переднюю луку, и даже делать несложные маневры. Это только кажется, что все просто, а на самом деле тут огромное количество нюансов, не говоря о том, как запрягать скакуна. В пути прикидывал финансы: что же, у меня должно скопиться на счете в районе трех тысяч семисот золотых - огромная сумма, но только не для дворфийской работы, приправленной магией. Если дополнительная выручка от Бромбурга достигнет пары тысяч, можно будет рассчитывать еще хотя бы на один магический клинок. А это уже сильно, так как такая вещь может рубить даже тех противников, которые крайне неохотно поддаются обычному оружию, пусть и качественно сделанному. Плюс магический клинок даст дополнительные повреждения. Но там и ценник от двух тысяч немного выбивал дух. Как хранилище Ирмиса передавало вещи, и монеты на такое расстояние оставалось тайной. Наверняка, магия. Игроки говорили – игровые условности, пусть так, но удобно.
В Растерфеелл мы въехали далеко за полдень. Добрались слава добрым богам без приключений, как-то я немного устал от них в последнее время, хотелось получить немного спокойствия. Действие яда наконец-то сошло на нет, телосложение восстанавливалось постепенно, по пути.
Сначала бросилась в глаза сама посадка крепости: она будто приросла к первым серьезным возвышенностям, как гнездо хищной птицы к скале. Одна стена и правда обрывалась вниз - не просто крутой склон, а настоящий обрыв, лишенный всякой мягкости. С этой стороны к замку не подступиться ни штурмом, ни хитростью: только птицы да ветер могли там свободно гулять.
Крепость была многоярусной. Нижние уровни - толстые, приземистые, с редкими узкими бойницами, похожими на прищуренные глаза. Выше стены становились чуть изящнее, но не теряли тяжести: зубцы чередовались с башенками, а между ними тянулись галереи, где в хорошую погоду могли стоять лучники, а в плохую - просто держаться за перила, чтобы не сдуло. На самой высокой башне, венчавшей весь ансамбль, трепетало знамя: темно‑серое с серебряным узором, похожим на переплетение скал. Дома жались к стенам, будто искали у них защиты. Они были построены плотно, один к одному, без лишней роскоши, но и без убогости: крыши покрыты темной черепицей, местами припорошенной снегом, окна - маленькие, с крепкими ставнями. У подножия крепости виднелись склады, конюшни и крытые навесы для повозок: Растерфелл жил не только войной, но и торговлей с кланами северных дворфов, и умел хранить припасы на долгую зиму.
Если обернуться, то как на ладони до самого горизонта тянулась холмистая местность, наполовину укрытая лесами. Сразу закрадывался вопрос, с какой стороны этот замок защищает местность?
Отсюда было видно, как река извивалась тонкой синей лентой, уходя западнее, к болотам и лесам. Вода петляла среди темных берегов, неуклонно отдаляясь от крепости. Как говорили попутчики, болота и леса дальше были непроходимыми, а зимой, когда вода схватывалась льдом, а земля становилась твердой, эти места превращались в дороги. Собственно это было должно произойти очень скоро. Дальше, за лесами, высились еще горы - на таком расстоянии они не казались сильно высокими. Но это было обманчивое ощущение: их настоящая высота была даже в начале не менее трех верст, и эта громадная гряда уходила дальше на запад, расширяясь к северу, будто хотела обнять весь край и никого не выпустить.
Мы наконец подошли к главным воротам у угловой башни. Толстые дубовые створки были обиты железом. На галереях сверху уже виднелись фигуры в тяжелых плащах - стражники, привыкшие к этому ветру и к этой земле.
- Растерфелл не любит спешить, - пробормотал дворф, плотнее запахивая плащ. - Но если уж пустит внутрь - значит, ты свой. Или хотя бы полезный.
И ворота медленно, со скрипом, начали открываться, впуская путников в крепость, которая казалась не просто домом, а живым стражем этих диких, переменчивых земель.
Калед быстро провел нас в главный донжон, нас троих расположили на постоялом дворе, который находился внутри второго круга стен. Укрепления здесь были серьезными, стены как минимум с десяток метров в высоту, из крепкого камня. Дул промозглый холодный ветер, снег пока не валил, но охранение пряталось по всем щелям, где было хоть немного теплее. Обстановочка для несения службы - так себе. Где-то здесь должны тянуть лямку Драблин и Вильям. Надеюсь, они еще живы. Калед быстро договорился что бы главный кузнец открыл свою кубышку для меня. Отделение с хранилищем Ирмиса находилось недалеко от внешней стены, я быстро сходил и забрал все заработанное. Дайна отправила письмо, из которого я понял, что все добытое последний раз с убийцы удалось продать за две тысячи семьсот кругляков, из которых две тысячи четыреста шесть переданы в хранилище, с учетом комиссии. Что ж, неплохо. Конечно пришлось потратиться утром перед отплытием, докупить потраченную склянку лечения легких ран, и склянку жреческого противоядия аж за семьдесят пять полновесных. Не стал ее пить сразу, решил проверить, как организм справится с ядом на длинной дистанции. Сэкономил, удачно.
Перед отправкой обнаружил на дне мешка и сигнальную свирель из кости, что передали мне в Озерном долу, совсем забыл вернуть, а может и времени не было, тогда была постоянная суета, надеюсь на меня не обидятся. Вроде бы подготовился хорошо, стрел полный колчан докупил, хорошие, ровные, по серебрушке за штуку, десяток пайков, святая вода три бутылька, говорят хороша против нежити. Новая тетива на лук, а то прошлую в пылу боя разрезал мерзкий убийца, и второе зелье лечения, купленное прямо в приходе, где работала или как это у них там называется Шатти. Подсчитывая монеты я подошел к главному кузнецу, мужик в возрасте с предплечиями как мой бицепс и стянутым хвостом на затылке, бородой в оклад и добротном вареном дублете, стоял на открытой стороне кузницы и ковырялся в оружии, сваленном в кучу, что-то перекладывал, что-то помечал у себя на свитке углем.
- А, вот и ты, Рион, так? – опередил он меня, обернувшись. Я заметил, что все его лицо в старых шрамах, от огня.
- Да, доброго дня тебе – ответил я.
- Пойдем скорее, господин предупредил, - махнул он рукой и спорым шагом направился к двери за кузницей, из которой доносились ритмичные стуки металла об металл.
Пройдя немного по коридору и спустившись на этаж ниже, мимо нескольких дверей мы оказались в просторном помещении с небольшим окошком у потолка. По моим ощущениям мы должны были быть под землей, а из окна просматривались недалекие уже горы в снегу. Помещение было завалено доспехами с одной стороны и оружием с другой. Чего тут только не было. По середине стоял добротный стол.
- Это только для своих, цени, в продажу такое поступает редко, а если и поступает, то по другой цене, – проговорил кузнец, - что тебе требуется, наверное, броня, какая конкретно? – он оглядел меня пристальнее. Что ж, догадаться до этого было не сложно.
- Мне нужна броня, которая практически не сковывает движений, но как можно более крепкая.
Кузнец без слов подошел к одному из ящиков и откинул крышку, достал кольчугу, черную, она аж переливалась, так была отполирована.
Кольчужный доспех элитного разведчика +1 (вес 12,5 кг, защитный потенциал +8, сопротивление повреждениям 4-7, прочность 45/45. Максимальный бонус от ловкости +5, штрафы ношения -2. Материал сплав: адамант, митраль, работа мастера.)
- Вот это даа! – протянул я, намного прочнее моей, пробить будет непросто, - сколько?
- Восемь тысяч монет, - жестко припечатал мастер.
Я чуть не поперхнулся. Может если все продать что у меня есть я и соберу…
- А что-нибудь немного попроще, есть? – слегка обескуражено спросил его.
- Конечно есть, - усмехнулся в бороду кузнец, - это было лучшее, но без сильных магических плетений, можно подобрать вариант и подешевле, - он открыл еще один ларь, он вытащил серебристую кольчугу из мелких колец.
Кольчужный доспех эльфийского разведчика +1 (вес 9 кг, защитный потенциал +7, сопротивление повреждениям 4-6, прочность 42/42. Максимальный бонус от ловкости +6, штрафы ношения -1. Материал: митраль, работа мастера.)
-Отдам за шесть, - он раскладывал комплект на столе. Шлем с длинным наносником, уши оставались открытыми, шею же прикрывала тонкая кольчужная бармица. Наплечные, наколенные щитки, наручи, поножи, бедра прикрывает сама кольчуга и боковые щитки, с виду издалека не отличить от стальной, но если вблизи, цвет более блестящий что ли и, видимо, не ржавеет, - пеший вариант, и на тебя подгонять не придется, как тебе?
Я покрутил элементы брони, добротно сделанные, качественно.
- Мне хватит, если возьмешь взамен мой доспех, и дополнительно четыре с половиной золотом, - решился на покупку. Она отлично мне подходила, даже слегка на вырост. Начался торг…
В итоге я ушел, прихватив обновку и отдал сверху четыре девятьсот кругляков и свою старую. Кузнец сказал что на ней металл пусть и не плохой, но она явно латалась много раз, и митраль уже сильно разбавлен. Из нее получится неплохой сырец для нового приличного доспеха, но перековывать надо почти полностью, а работы тут много. Она спасала меня много раз, но и доводы кузнеца были вполне резонны, артачиться я не стал. Как и предполагал на хорошее оружие уже не осталось. Доспехи важнее, чтож, будем собирать. Облачился я там же. Плюсом было то, что доспех зачаровал маг и он будет защищать от магического же оружия намного эффективнее. А с ним чувствую, похоже, все-таки придется в скором времени столкнуться. Оставил в хранилище остатки - восемьсот пятьдесят золотых, и немного прихватил с собой на мелкие траты. Жаль комиссия в один процент никуда не делась…
Вечерний легкий снежок еще цеплялся за края тренировочной площадки, оседая хлопьями на каменных плитах и на свежей кольчуге. Легкий митралевый доспех переливался в последних лучах солнца. Металл не чувтсовался, и не мешал ни шагу, ни взмаху.
Я стоял в центре пустующего тренировочного круга, привыкая к новому весу. Крутанул оба клинка – короткий и длинный, рядом с легкой обновкой они казались особенно тяжелыми, рассчитанными на рубящий удар с инерцией. Движения получались резкими, почти злыми: я нарочно гнал себя быстрее, будто хотел доказать и себе, и камням вокруг, что эта тяжесть - не помеха. Каждый выпад отдавался в плечах, каждый разворот заставлял кольчугу тихо звенеть, как натянутая струна. На миг замер, взвешивая в руке оружие - в этом коротком движении вдруг проступила вся суть таланта. «Мастер одноручного клинка (урон)» - не просто строчка в списке умений, а отточенная привычка: я знал, где именно лежит точка баланса, как пустить удар по самой короткой траектории и в какой миг чуть развернуть запястье, чтобы лезвие вошло не по касательной, а точно в уязвимое место. Но сейчас, пробовал ощутить оружие слегка иначе, я не искал грубой силы, а искал тот самый миг, когда точность превращается в разрушительную мощь: один выверенный удар, который решает все.
- Ты слишком цепляешься за инерцию, - спокойно произнес Барон, не повышая голоса. Он стоял у края площадки, опершись на эфес рапиры, и смотрел не на лезвия, а на то, как двигается воин: на его бедра, на перенос веса, на едва заметную задержку в возврате удара. Воин не остановился, но в его движении мелькнула короткая, упрямая пауза - он услышал и не хотел соглашаться.
- Эти клинки держат линию защиты, - выдохнул я, делая еще один широкий удар по воздуху. - Я чувствую эту дистанцию.
Барон чуть наклонил голову, будто взвешивая слова.
- Дистанция - да. А скорость? Ты тратишь силу там, где хватило бы точности. С этим доспехом ты сможешь позволить себе легкое оружие. Ты бы поднял скорость атаки вдвое за счет ловкости, на которой и строишь свой стиль защиты.
Я замер, пытаясь четко уловить о чем говорит Барон. Тяжело дыша я опустил клинки, все же возразил:
- Легкое оружие не дает контроля над блоком. Если на меня пойдет кто‑то тяжелый…
- Контроль - в угле и шаге, а не в весе клинка, - перебил Барон без раздражения, скорее как учитель, который повторяет очевидное уже в десятый раз. - Ты полагаешься на то, что можешь продавить удар. Но в настоящем бою продавить не всегда значит победить. Иногда нужно не остановить удар, а уйти от него - и ударить туда, где враг уже не успеет закрыться.
Он неспешно вышел на площадку, не снимая перчаток, и поднял рапиру. Клинок был тонким, почти изящным, но в руке Барона он не выглядел игрушкой.
- Покажи еще раз, - кивнул он. - Тот же выпад, что ты делал минуту назад. Только не пытайся меня пробить. Попробуй просто коснуться.
Я прищурился, готовясь к ловушке, но кивнул. Снова закрутил клинки, на этот раз чуть осторожнее, усилив защиту, и рванулся вперед - широкий, мощный заход, призванный загнать противника к краю круга.
Барон не отступил. Он не стал ставить жесткий блок, вместо этого он скользнул вбок, почти танцуя, и рапира мелькнула, как игла: легкий укол прошел рядом с плечом воина, не касаясь, но ясно показывая, где была бы рана.
- Вот, - тихо сказал Барон, возвращаясь в стойку. - Ты вложил почти всю инерцию в этот удар, а я потратил лишь долю твоего усилия, чтобы оказаться там, где ты уже открыт. С легким оружием ты мог бы сделать два - три таких укола, пока твой тяжелый клинок возвращается.
Я опустил клинки, но не от досады - скорее от упрямого осознания.
- Три укола… если первый не пробьет.
- Если первый не пробьет, второй и третий могут решить дело, - спокойно ответил Барон. - А если ты промахнешься тяжелым ударом, ты останешься стоять, как мишень.
Он чуть наклонил рапиру, словно предлагая не спор, а эксперимент.
- Попробуй без этих клинков. Возьми что‑то легкое. Пусть митральная кольчуга покажет, на что она способна - не на то, чтобы держать удар, а на то, чтобы ты мог двигаться так, будто ее вообще нет.
Я помолчал, глядя на свои клинки, потом медленно убрал их в ножны, проступила готовность прислушаться.
- Хорошо, - наконец сказал я, чуть усмехнувшись. - Но если я не смогу держать линию…
- Тогда вернешься к тяжелому, - кивнул Барон, и в его голосе не было ни насмешки, ни укора. - Но сначала узнай, что ты можешь сделать, когда вес не тянет тебя за собой. Вернемся назад, и тогда подберем тебе новые клинки, а сейчас давай отдыхать, завтра тяжелая дорога.
Солнце уже уверенно зашло за гору. Я ощутил что‑то вроде уважения и удовлетворения одновременно: один поделился опытом, другой был готов его принять - но только убедившись на собственной шкуре.
***
Вышли мы на утро. Агизаг с Бофусом как всегда накидались вечером и теперь морщились от яркого солнца, которое било утром по глазам, отражаясь от снега. Калед ехал хмурый, и время от времени подгонял коня, торопился. Вчера же, перед тем как уйти спать барон еще раз нашел меня и у нас состоялся интересный разговор. Вести из монастыря Огненной Зари доходили скверные. До него было два дня пути конным, к самому подножию гор. Находился он за первым, самым небольшим перевалом, в складке местности. Местные монахи основали этот орден в этом царстве зимы, в которое практически не приходило лето на приличной высоте, в две с половиной тысячи и считали, что контраст льда и огня создает отличные условия для развития. Ирионтар поведал, что последний месяц монахи перестали покупать снабжение из города, а две недели назад он послал один отряд разведать, что произошло. Нанял десяток опытных ватажников, занимающихся поиском и уничтожением диких зверей и не очень зверей в округе, но никто так и не вернулся. Подозрительно? Еще как. Но этот поход уже мне окупил как минимум полтысячи золотом, так что я был немного должен, и отказываться от своего слова не собирался. Барон был колдуном, как я понял, не волшебником. Есть разница. Из того, что нам объясняли раньше - волшебник полагается на изыскания и вхождение в поток волшебства с помощью своего ума. Колдун же имеет врожденные способности, и полагается больше на свою интуицию. Арсенал волшебника шире, но ему необходимо подготовиться, выбрать, что он будет колдовать сегодня заранее. Колдуну же проще, он может использовать все что угодно из освоенного арсенала, пока не кончатся силы. Так и не скажешь, что привлекательнее. Пожалуй, я бы не отказался от возможности стать все-таки на «чуть-чуть» колдуном.
Мы ехали в монастырь с конкретным делом – забрать с обучения наследника барона, его первого сына, тоже колдуна. Теперь, похоже, что едем в неизвестность. Перевал встретил нас шквальным ветром, ночевать было решено у подножия. Барон хорошо подготовился, на пятой лошадке была приторочена целая палатка. Пришлось повозиться, но это того стоило. Костерок, разожженный посередине, исправно давал тепло, правда дырка в потолке его же и забирала. Но это было гораздо лучше, чем валяться на снегу.
Вышли рано, засветло. Сильный ветер обрушивался со стороны горы, нес с собой поземку и хлестал по открытым участкам кожи. На лошадях была хорошая сбруя, прикрывающая от непогоды, но даже так они не слишком охотно шли вперед.
- Внимание! – выкрикнул Агизаг спереди. Он ушел за поворот первым. Мы поспешили следом.
Взору открылась печальная картина. Повозки, пять штук, разбитые, раскуроченные, такое ощущение, что их растаскивали на древесину, а металл был выдран, ободы, оси, все отсутствовало. Тел было не видно, хоть и не удивительно, могло легко припорошить, так сразу и не заметишь. Дорога закручивалась вправо, стена была хоть и не сильно отвесная, но уже и не забраться так сразу. Повозки, или то, что от них осталось, были по левую сторону, далее был не сильно отвесный, но и уже не такой пологий обрыв. Спуститься можно, но уже без коня.
- Трупов не вижу, - порыскав между хламом, Бофус вернулся к лошади, - следов тоже нет.
- Давайте вперед, будем настороже, Агизаг замыкающий, - Барон сместился ближе к концу строя за меня, первым шел Бофус, - до перевала пол часа ходу, смотрите в оба.
Дорога сильнее забирала вправо, повозки скрылись, а камни и скалы становились с каждой минутой немного выше. Редкая низкорослая растительность просматривалась внизу вдалеке. Ни животных, ни птиц не было видно. Ветер громко завывал.
Резкий гортанный окрик, прорвавшийся сквозь стихию застал меня врасплох. Обернуться я успел, но тело врага, замотанное в шкуры в тот же момент двумя ногами влетело мне в грудь. Я рассмотрел двуручную секиру, зеленую морду с торчащими клыками, оскал, желтые мелкие глубоко посаженные глазки и лысую башку.
- Орки, засада! – взвыл Бофус, - Аааааааа! Идите сюда!!! – спереди донесся выкрик нашего дворфа.
Воздух выбило из груди приземление, орк покатился рядом, извернулся и насел сверху. Конь взвился на дыбы, развернулся на месте и чуть не прибил меня копытом, унесся назад. Меня охаживали длинным древком топора по лицу, пару раз совсем неприятно прилетело, кровь заполнила рот. Кинжал вытащить удалось левой со второго раза, защищаться лежа я как-то не привык. Правым наручем блокировал полумесяц топора, не давая пройти им ближе к телу. Удар, второй, кинжал входит в плоть, между шкур, орк отскакивает, заносит секиру, перекат в сторону, секира входит на ладонь левее, второй замах. Удар ногой в голень зеленому, его нога уходит в сторону, орк теряет равновесие. Огромный клинок входит ему в ключицу, разрубая до паха. Агизаг подоспел, ударил, рванул на себя монструозный меч, пошел дальше вперед. Встаю, оборчиваюсь, вижу еще одного, лежащего без головы и Барона, произносящего какое-то заклинание. Его рука направлена вперед, как будто пытается сжать что-то невидимое, вены на лице вздувшиеся, слов не слышно. Много чего-то мелкого, прозрачного, но каждое не больше арбалетного болта метнулось вперед, быстро, намного быстрее, чем стрела.
Впереди Бофус бился пешим, теперь с двумя, Агизаг уже отвлек третьего. Рядом лошадь жалась к скале. Цверг наседал на одного орка, второй же пытался его достать топором в бок, спина налетчика была открыта. Я только успел перевести взгляд, как шкуры, прикрывающие его, разлетелись в нескольких местах ошметками, и больше сотни килограмм уже мертвого веса взметнулись над землей, падая навзничь. Выхватив клинки, я метнулся к Агизагу, его противник только уворачивался, не рискуя принимать огромный меч полуорка на древко своей секиры. Я подскочил сбоку, взрезав ему бедро, пока он отвлекся на товарища. Миг растерянности и огромный клинок разваливает его тушу. Оглянулся на Бофуса, к моему удивлению невысокий дворф уже вцепился в огромного орка. Оружие валялось поодаль, они оба остались без него. Дворф мял его и ломал на земле. Орк взревел. Мне показалось, или он слегка увеличился в своих размерах, – подумал я, вот его удары стали еще яростнее, не щадя себя он пытался снять с себя Бофуса, доспех которого покрывали шипы, теперь я понимал зачем. Отталкивая голову дворфа, орк пытался коленом упереться в пластинчатый доспех, скидывать руку, но ничего не помогало. Через пол минуты все было закончено. Агизаг и Барон не вмешивались, видимо хорошо знали к чему идет дело.
Бросил взгляд на хитбар.
Остаток здоровья: 51/56.
Получен опыт за бой: 625.
А неплохо так опыт растет в опытной группе, когда сражаешься с серьезными противниками. Еще чуть меньше шести тысяч и новая ступень. Легкий бой. Пять противников, пара минут. Я осмотрел себя, из повреждений по сути только немного гордости. Агизаг уже осматривал добычу, дворф сел на поломанного орка, рука которого явно была под неправильным углом, и уминал уже вытащенное откуда-то вяленое мясо. – Бушь? - с забитым ртом предложил мне кусок, я мотнул головой, не время хавать, хотя у дворфа похоже были другие принципы.
- У нас осталось три лошади, - произнес Барон, выходя со стороны, откуда мы пришли, – вьючная, и Риона свалили, плохая видимость, их уже не видно на тропе, либо сорвались вниз либо убежали.
Я встрепенулся, выругался, - Хорм, моя лошадь!
Подумал: да ладно лошадь, на ней мои припасы, лук, стрелы, все остальное снаряжение, вот же невезение.
Я было кинулся в ту сторону, но Барон меня остановил: – Не догоним, идем дальше, скорее всего они поскачут в Растерфелл своим ходом. До монастыря совсем близко, за этой грядой, – он указал пальцем на гребень, возвышающийся шагов на пятьсот выше нашего уровня. Часа три пешком, прикинул я, не меньше.
Барон подошел к своему коню, достал из седельной сумки какие-то деревянные плашки, две оставил, одну закинул обратно. Сначала с видимым усилием переломил одну, потом вторую, - сигнальные амулеты, - пояснил он, увидев мой невысказанный вопрос, - одна это опасность, две это значит, есть враг.
- А три? – я все же спросил, хотя уже и догадывался.
- А три это значит, нужна армия, - нехотя ответил Барон, - вперед, нечего рассиживаться, время не на нашей стороне.
К гряде мы подошли ближе к вечеру. В горах темнело стремительно: не успел оглянуться, как небо налилось тяжелой синевой, и лишь закатные лучи еще цеплялись за снежные пики. Меня отправили на разведку. Забравшись немного правее, я залег на скальном выступе, и мне открылся вид на скалистую долину монастыря.
Внизу по плато вилась одинокая дорога, ведущая к массивной крепостной стене. За ней, на пятачке теснилась небольшая кучка домов – в основном двух и трехэтажные – они жались к уступам скалы – это был внешний посад, укрытый от ветров. Но взгляд невольно поднимался выше. Там, над посадом, возвышался сам монастырь. Циклопический. Не выдолбленный в породе, а возведенный из серого камня, он венчал скалу, его острые шпили, величественные арки и многоярусные переходы сливались с горным хребтом в единое целое. Колокольни, исполинские центральные ворота. Над главными башнями реяли темные стяги с золотым знаком солнца. А за стеной…
Боги, сколько же их тут. Несколько костров, вокруг которых грелись орки. Они сновали везде, целая армия мать его орков, сотни две, не меньше. Ворота проломлены, внешняя стена пала. И опять эти твари. Четыре бугра выделялись своим размером, их таскали как животных на цепи, а они в свою очередь тащили камни, складывая их возле проломленных ворот. Орки, судя по всему заняли внешний периметр зданий и дальше не совались, видимо, опасались, а значит, защитники еще есть, и это хорошая новость.
- Вот так вот, - я вернулся назад и рассказал компаньонам о том, что увидел.
- Значит, шансы еще есть, - Барон задумался, Агизаг и Бофус не отсвечивали, спокойно ждали, что же решит главный, - времени у нас мало. Тот отряд, который мы разбили по идее должен либо вернуться к остальным вечером, либо дождаться смены. Их временную стоянку мы не искали, где они обосновались нам неизвестно. Может быть там были еще, а значит мы уже в опасности, - Барон подошел к седлу и вытащил третью плашку, споро ее разломав, - Рион, у тебя два варианта, ты не мой подданный, на такое ты не подписывался, в монастырь мы дошли, твое слово исполнено, ты можешь взять лошадь и скакать обратно, либо остаться с нами. Нам же надо будет пробиться ко внутреннему двору и присоединиться к защитникам, в монастыре есть огромные катакомбы, там можно долго обороняться. Ирионтар уже получил известие, он будет собирать войско, - Барон кивнул на сломанную дощечку, - что скажешь?
Барон Калед, владетель Лесного Дола предлагает вам задание (редкое): Помогите отбить монастырь Огненной Зари и продержаться до подкрепления. Награда: репутация, добыча, титул, вариативно. Принять, Да/нет.
Да это просто подарок какой-то. Да, опасно, но, судя по обсуждениям форумов, именно такие задания были для любых кланов самой желанной наградой. Ведь имея титул можно купить у лордов в пользование землю и обосновать там свой город или крепость, в общем-то, в чем так нуждается любая серьезная организация. И это за деньги практически не купить. Кому попало наделы не раздают. Вопрос в том, нужно ли мне это. Засесть в своем наделе, организовать свой поселок и потихоньку править? Чем в принципе не вариант. Золото я заработаю, а вот землю… Решено
- Я согласен Барон, я с вами.
- Вот и ладно, - Калед хлопнул меня по плечу, Бофус отбил кулак, Агизаг кивнул, - выдвигаемся на позиции. Наш единственный шанс это пробиться во время их атаки, иначе нас разорвут. Четыре полувеликана - это серьезная сила, при возможности их надо положить первыми, они ударная сила, и камни готовят, чтобы проломить внутренние ворота.
Глава 8. Прорыв.
Мы залегли на неприметном уступе, сливаясь с серым камнем и сухой травой. Под нами вилась изломанная и узкая тропа. Время тянулось, словно смола, и казалось, что мы ждем здесь целую вечность.
Сначала по тропе, ближе к вечеру, почти не издавая звука, проскочила пара орков, - они мелькнули темными силуэтами и скрылись в сторону лагеря, со стороны перевала. В скором времени один отряд потянулся обратно: ровно двадцать голов. Они отделились от лагеря и двинулись по тропе к перевалу. Нашу активность все-таки заметили. Где-то среди скал все-таки прятались соглядатаи, и теперь эти патрули были ответом на наше присутствие.
Мы решили пропустить их, не привлекая внимания. Это было и хорошо, и плохо одновременно: следы на рыхлой земле заметало буквально за пару часов – но это работало в обе стороны. Еще вечером мы отпустили лошадей, и теперь оставалось только надеяться, что они уже на полпути к городу, проскочили по безопасной дороге, подальше от этой каменной ловушки.
Было холодно, в логах то и дело проскакивала информация об пока успешных бросках на крепость тела:
Вы подвержены воздействию холодной температуры. Ваш организм успешно справился с воздействием. В дальнейшем сила воздействия будет увеличина, а ваша характеристика телосложения может быть снижена.
- У орков неплохое ночное зрение, - прошептал Агизаг, голос его был едва слышен, будто он боялся потревожить сам воздух. - Даже получше моего или нашего не очень высокого друга.
- Да, и скорее всего, начнут они к ночи, - кивнул Барон, не отрывая взгляда от лагеря внизу. - Это пещерные орки. Я насчитал три племени, значит, как минимум три вождя. Будет тяжело.
- Как только они двинутся, идем следом и проходим правее. - Барон стал жестами указывать наш будущий путь. - Бьем во фланг и проскакиваем. Через ворота, вдоль стены, между теми крайними домами, проулком, и туда, к крайним воротам. Там есть неприметный вход, он хорошо запирается. Полувеликанам туда не пройти, они не будут там ломиться, но охрану должны поставить, по идее, я бы так и сделал. Готовьтесь, - тихо закончил он, время ожиданий подходило к концу.
Наконец-то моя первая серьезная заварушка, вот и проверим, на что я способен. Иллюзий я не питал, тот орк сбивший меня с лошади - был слабее меня. В честном бою один на один я бы наверняка его уложил, причем не особо напрягаясь, а вот в чистой силе, внезапно, да на его территории - он меня конкретно так прижал, и не факт что получилось бы отбиться без потерь не только репутации, но и какой-нибудь части тела, очень ценного для меня, между прочим. Так что надо было быть предельно собранным, я подобрался.
Вокруг зашевелились, проверяли застежки, закидывали последние мелочи в мешки, подтягивали ремешки рюкзаков, чтобы ничего не звякнуло в самый неподходящий момент…
Полуорк передал мне свой составной лук и колчан стрел: - Нам нужно прикрытие, мы будем волноломом, Бофус впереди, я за ним, ты с Бароном сзади. Если будет выбор между нами и им, защищаешь его. Возьми и мой рюкзак, он будет мне сильно мешать, – попросил меня Агизаг. Я перевел взгляд на Барона, он кивнул. Чтож, в принципе я был не против, если мне прикрывать, всегда легче идти вторым номером. В логах продолжали мелькать строки - броски на крепость тела. Пока что беспокоиться было не о чем, но вскоре все может сильно измениться, надеюсь они все-таки пойдут в атаку в скором времени. Устал ждать, надоело.
А внизу, в лагере, постепенно сгущались сумерки, и в этой темноте уже чувствовалось движение - не хаотичное, а расчетливое. Мы поняли, скоро они пойдут. И тогда начнется то, ради чего мы здесь.
Я лежа попробовал натяжение тетивы и понял - до конца вытянуть ее не смогу, не хватит сил, натяжение было огромное. Думаю этот лук без проблем бил шагов на пятьсот, а если натянуть полностью то и дальше. Орки вдруг двинулись всей массой, огромная толпа, проскакивая ворота они рассредоточивались за домами. Уже достаточно стемнело и полувеликаны начали затаскивать камни на рабочую дистанцию шагов в тридцать во двор, им помогали орки, таща самые маленькие камни по двое. Готовились к штурму. Это были не простые обыватели, а воители, как те, встретившиеся на тропе. Каждый по силе, можно было признать, превосходил меня. И любого бойца из игроков, которые не прошли их обучение у своих богов - сильнее на голову. Тактика их была проста - рубка, сильнее размахнуться, мощнее ударить, смести, задавить. Сделать размен, выжить за счет крепости тела. Опасные бойцы. Когда они все втянулись в периметр, то выставили и охранение, около десятка. Совсем стемнело.
На третьем ярусе монастыря вдруг вспыхнуло яркое пятно - шар огня стремительно налился силой, раздулся и размазался в пространстве, оставляя за собой всполохи плазмы. Взрыв озарил все вокруг резким светом, на миг выхватив из сумрака суету: орки заметались. Один из полувеликанов, объятый пламенем рванул к строениям - он истошно ревел - несколько орков не смогли его удержать. Тяжелые цепи волочились следом по мерзлой земле, звеня на каждом рывке.
- Спускаемся, вперед, - произнес тихо Калед, и Бофус сразу скатился вниз на тропу.
Во дворе монастыря застрекотали тетивы луков и арбалетов, а там где на балконе стоял маг - из пустоты возникла светло-голубая пленка, исписанная знаками арканы. Следом огонь начал наливаться второй раз, но основная часть орков уже разбежалась, теперь они прятались за домами, кроме тех, кто управлял полувеликанами. Внезапно, из-за крайнего слева дома отделилась яркая искра и ударила в огненный шар, тот пошел рябью, не смог стабилизироваться и распался большими искрами. Дальше я досматривать не стал, и быстро спустился следом за Бароном вниз, пора было приниматься за дело. Вдалеке шум спущенных стрел уже перекрыли гортанные выкрики. Половина пути до стены была уже позади и тут я услышал новый звук - похожий на открывающиеся огромные ворота. Громкий и медленный ритмичный звук: «кэк-кэк-кэк-кэк».
- В атаку, за орден! - донеслось из-за стены. Яркая вспышка ударила куда-то налево, навстречу налился большой бело-молочный щит, гася атакующую магию защитников.
Шагов за шестьдесят до внешних ворот нас наконец заметили. Всполохи магии и огня давали достаточно света.
- Бей! – приказ Барона лег поверх криков.
Бофус с Агизагом рванули со всех ног вперед. Я остановился, натягивая тяжелый лук, Барон вытянул руку вперед, произнес активатор и выпустил с пальцев четыре прозрачные магические стрелы, теперь я хорошо это разглядел. Один орк свалился как подкошенный, второй схватился за шею. Второй был моим. Удачно попал. Наружу высыпал еще десяток и понесся навстречу, видимо их командир увидел нашу малочисленность и решил атаковать, пока у них было преимущество. Ну, наверное, он так думал.
Рев атакующих перекрыл звук сшибки - защитники врубились в строй орков гулким, плотным лязгом, который не спутаешь ни с чем. На миг даже крики стали тише, потому что все силы ушли в этот первый, самый жесткий удар. А следом за этим - другой звук, мерный: ворота начали закрываться. Тяжелая каменная створка, укрепленная магическими плетениями, поползла с натужным скрипом.
- Стрелки, - выкрикрул я, заметив парочку на стене. Барон кивнул, готовя новое заклинание. Бофус закрыл забрало и врубился в первый ряд врагов, буквально разметав тонкий строй надвое своим телом. Агизаг, не теряя времени быстро добивал упавших, размахивал мечом, не давая навалиться с двух сторон на дворфа. Он работал с дальней дистанции за счет длины своего оружия, Бофус же крутился у его ног и сбивал тех кто подходил ближе, причем работал он как своим топором, так и всем телом, тараня, входя в клинч, не давая оркам свободно действовать и в близи. Слаженная работа. Стрелки было попытались выцепить полуорка, выстрелил в первого, его силуэт тут же исчез за стеной. Похоже попал, но вот второй переключился на меня. Звон, голова дернулась, болт со звоном ушел в рикошет от шлема - я успел лишь слегка пригнуться за долю секунды, расслышав звук спущенной тетивы, еще бы чуть, и схватил бы в глаз. Арбалетчик же, спрятался за зубцом, заряжая оружие. Агизаг с Бофусом тем временем громили орков, а иначе как разгромом это назвать было нельзя.
- Достань клинок и готовься бить, - приказал Калед, подходя ближе ко мне. В его глазах застыла сосредоточенность, а воздух вокруг будто стал плотнее - это заклинание он готовил дольше предыдущего.
Я не понял, кого бить, но послушался: пальцы сами скользнули по рукояти, и длинный меч с тихим шелестом покинул ножны. А в следующий миг Калед просто… мигнул и исчез. На его месте, широко распахнув глаза от неожиданности, стоял на колене заряжая мощный арбалет орк‑лучник – сила колдуна подчинила пространство и оно выплюнуло врага прямо ко мне.
Рука сработала раньше головы - косой удар, резкий, без замаха. Орк рухнул в снег, голова пробита, тело еще дергалось в последних судорогах, а через несколько секунд и вовсе растворилось в воздухе, будто его и не было. И на том же месте, будто ничего не случилось, появился Барон.
- Неплохая магия! - только и успел выдохнуть я, пока разум пытался уложить в голове, что вообще сейчас произошло.
За стеной стоял сплошной гвалт драки: звучал треск ударов по щитам, крики перекрывали стоны, шла битва, защитники пока держались.
- Добивай, уходит! - донесся спереди рык дворфа.
Я заметил, как последний из орков, пригибаясь, мчится к проему ворот. Остальные валялись или ползали в разной степени «целостности» - кто без руки, кто с пробитым боком, кто просто не мог подняться. Отпустив клинок, я перехватил лук. Пальцы привычно легли на тетиву, взгляд прикинул дистанцию и угол, а система, словно подбадривая, тут же высветила в логе: «Прицеливание: +1 к атакующему потенциалу».
Выстрел в бегущего по прямой, да еще и в спину, - шансов у него почти не было. Стрела вонзилась точно между лопаток, орк пошатнулся и рухнул, будто подкошенный. Я уже опустил лук, думая, что дело сделано, но враг вдруг дернулся, приподнялся и попытался ползти дальше - уже не так резво, но с упрямой звериной волей. Пришлось потратить еще одну стрелу. Наконец тело обмякло, и на этот раз навсегда.
- Быстрее! Я осмотрелся сверху - там пока чисто! - снова раздался голос Каледа.
Мы рванули за ворота, ноги сами несли вперед, а глаза пытались ухватить сразу все: каждый угол, каждую тень. Заворачивая за угол, я заметил, как с балконов второго и третьего ярусов монастыря то и дело срывались уже небольшие огненные вспышки – слабые маги били по нападавшим. Всполохи подсвечивали все поле боя неровным светом, но с нашей позиции были видны только рослые спины орков и огромные - полувеликанов.
Перед нами, в сотне шагов, кипела сеча на главной широкой улице: щиты ходили ходуном, а крики сливались в единый гул, что-то внутри рвалось врубиться сзади, вихрем пройтись по тылам. Количество нападавших было раза в четыре больше, и они уже обходили фланги защитников. Но хуже всего было то, что за спинами сражающихся, будто три живые башни, стояли полувеликаны. Они методично, без суеты, подбирали камни размером с бочку и швыряли их в сторону главных монастырских ворот. Каждый такой удар отдавался в земле глухим толчком, и казалось, что ворота вот‑вот не выдержат.
- Меняем план! Этих надо убить быстро - и уходим направо, в сторону! - рявкнул Калед, голос его легко пробился сквозь шум. - Агизаг, твой выход! Рион, как Агизаг начнет, - твоя задача отвлечь левого. Бофус, ты знаешь, что делать!
Трехсполовинойметровые чудища пока нас не замечали: их внимание было приковано к воротам и к хаосу перед ними. Но это временное преимущество - считанные секунды - нужно было их использовать, пока они не повернули свои тяжелые головы в нашу сторону.
Полуорк выудил из‑за пазухи медальон‑амулет - тот тускло блеснул, сжал его в кулаке, по телу прошла рябь, и словно воздух вокруг него на миг стал жидким. Он начал расти на глазах, буквально за секунду - двумя отдельными рывками, вместе с ним тяжелел и рос его огромный клинок. Теперь он почти сравнялся с полувеликанами: плечи даже шире, а в каждом движении сквозила неукротимая сила. Казалось, еще немного - и камень под ногами треснет от одного его шага. Полуорк рыкнул - низко, раскатисто, так, что даже воздух дрогнул, - возник будто морок, прибавивший еще несколько ладоней к и без того устрашающему росту. Между тем Барон опять готовил какое-то заклинание. Некоторые орки начали оборачиваться, дергать товарищей, тыкать пальцами назад, не веря своим глазам.
Раздался еще один громогласный рев - и в тот же миг полуорк рванул вперед, сама ярость придала ему скорость. Четырехметровое лезвие, выросшее вместе с ним, обрушилось на спину полувеликана с такой силой, что земля под ногами вздрогнула. Бугра буквально вбило в землю - лезвие снесло его, едва не разрубив пополам. По строю орков прошла рябь и в воздухе на миг повисла тяжелая тишина, нарушаемая лишь хрустом камня и редким звоном металла.
Второй полувеликан развернулся с ревом, похожим рокот, и ударил цепью наотмашь - широкий, слепой удар, способный снести стену. Полуорк вскинул руки, прикрываясь клинком, шириной с половину двери, но цепь все равно обернулась вокруг, стеганув по спине с такой силой, что даже его чудовищная броня не спасла от удара.
Не дожидаясь нового замаха, я рванул к третьему полувеликану, самому крайнему, стараясь просто мешаться ему под ногами, готовый в любой миг уйти в уклонение.
Короткий, яростный размен ударами, без изящества, - и Агизаг вонзил меч в грудную клетку второго полувеликана. Сталь вошла глубоко. В тот же миг со всех сторон в него полетело все, что было у орков: копья, стрелы, топоры - будто сама толпа пыталась задавить его массой. Бофус, не теряя ни секунды, сбивал тех, кто подбирался ближе: полуорк сейчас не мог толком обороняться - вся его ярость ушла в напор. А дворф, стараясь не попасть под ноги гиганта, крушил врагов, ломая кости и отшвыривая прочь, словно мешки с соломой.
Вот только теперь я полностью понял всю разницу между опытными воинами, закаленными в сотнях схваток и теми детьми, с которыми я до этого имел дело, - не просто сила и натиск, а четкая, выверенная подстройка друг под друга. Бофус закрывал тылы, Агизаг ломал фронт, и вместе они становились неудержимой волной.
Агизаг, уже покрытый ранами, взревел снова - на этот раз неистово, так, что даже орки на миг замерли. Мне показалось, что еще увеличился, будто сама боль подпитывала его ярость, а скорость возросла до невозможного. Взмах вдоль земли, рассекающий воздух и сбивающий с ног ближайших врагов, - и тут же он взлетел в бешеном прыжке, врываясь в просеку, не замечая сыплющихся отовсюду ударов. Еще один взмах - и орки попятились, начали разбегаться с его дороги, будто перед ними был не боец, а сама стихия боя, неудержимая.
«Вот это силища, - пронеслось у меня в голове. - Прозвище под стать - Неукротимый. Тоже так хочу».
Я и сам уже дважды уворачивался от цепи последнего полувеликана - в предельно опасной близости, когда металл свистел буквально в сантиметрах от шеи. Удалось даже нанести несколько мелких ранений бугру, но уязвимые точки были слишком высоко и далеко - мне не хватало пробивной мощи, чтобы положить его так же быстро, как это делал Агизаг. Я его изматывал. Враг продолжал хлестать цепью - сначала сбоку, по ногам, потом пытался уронить и просто раздавить своим весом.
Хрясь! - белый ком льда ударил полувеликана точно в колено. Нога подломилась с сухим треском, и полувеликан пошатнулся, теряя равновесие. В тот же миг в его спину влетели два огненных сгустка - маги со второго яруса монастыря не теряли времени.
Пользуясь моментом, я рванулся вперед и вонзил клинок в шею, проворачивая сталь, чтобы не оставить ему шанса. Он дернулся, захрипел.
- Он в бешенстве, за ним, у нас нет времени! – окрикнул меня Барон и рванул за Агизагом.
Времени добивать нет - я лишь на миг задержал взгляд на оседающем бугре, надеясь, что он сдохнет и так. Впереди наконец образовалось пустое пространство, и я смог разглядеть защитников монастыря. В основном безоружные, они дрались отчаянно. Один из них переломил предплечьем древко топора - движение вышло резким, как будто он делал это тысячу раз. И тут же кулаком другой руки вбил морду орка внутрь черепа - удар прозвучал глухо, и зеленокожий рухнул, будто из него разом выдернули опору. Молниеносные удары сыпались на врагов один за другим, и даже от немногочисленных щитов летела щепа - тонкие осколки вылетали в воздух. Монахи пропускали удары топоров орков в считанных сантиметрах от тела. А те, немногие защитники кто был вооружен, и одоспешен - сбивали напор самым отчаянным врагам. Небольшая щель в воротах - как раз на пару человек - оставалась приоткрытой, раненые тонким ручейком втягивались туда, отступая.
В теле Агизага я мельком насчитал четыре копья, пять или шесть стрел - и одна из них торчала прямо из шеи. Прорыв дался ему нелегко, чудовищная сила держалась на чистой ярости и упрямстве. Но теперь размеры нашего великана начали истаивать: плечи опускались, громада сжималась.
Строй защитников расступился, и Агизаг ввалился за него - уже не гроза на поля боя, а как тяжело дышащий, израненный воин. Бофус тут же подхватил товарища, потащил ко внутренним створкам. Ноги Агизага уже волочились по земле, почти безвольно.
Защитники отходили назад, шаг за шагом, не разрывая строя. Орки, ошеломленные такой неожиданной атакой, тоже начали оттягиваться. Послышались грубые окрики на орочьем наречии - командиры пытались удержать рассыпающийся натиск. Они отступали, потеряв, наверное, четверть войска. Несколько защитников тоже лежали в грязи, перемешанной с кровью и снегом.
Барон заскочил внутрь следом за Бофусом и тут же принялся откупоривать склянки, вытащив несколько из поясной сумки. Бофус приоткрыл рот Агизагу, а Барон влил содержимое внутрь. Защитники монастыря затаскивали внутрь раненых и убитых, готовясь закрыть ворота.
Пока Агизаг уменьшался, часть копий из тела вывалилась сама - они просто выскользнули из усыхающей плоти. Но пара крепко засела в броне, намертво вцепившись в металл.
- Теперь стрелы и копья, живее! - скомандовал Барон, голос его звучал жестко, без лишних эмоций. Бофус вытаскивал их по одному, а Калед после каждого извлечения заливал в Агизага по нескольку капель из последней ампулы.
- Будет жить, - закончив, Барон откинулся на стену и начал оглядываться, будто только сейчас позволил себе на секунду перевести дух.
Защитники зализывали раны, сбившись в небольшие группы. Их было не больше пятидесяти - не армия, но они каким‑то чудом еще держали укрепление.
Из бокового прохода в большой холл вывалился хмурый лысый монах уже в возрасте, в простом одеянии, без украшений и знаков отличия. За ним шла свита - послушники и младшие братья, державшиеся чуть позади. Когда он проходил мимо молодых послушников, те кланялись, склоняя головы почти до пояса. «Настоятель», - догадался я.
Мигнуло новое сообщение:
Получен опыт за бой: 2250.
Тем временем настоятель выхватил из толпы новые лица и подошел к Барону.
- Барон Калед, какая встреча, вы очень вовремя! - Его взгляд не выражал ничего, он слегка склонил голову в знак почтения перед благородным лордом.
- И я рад вас видеть, в здравии, Настоятель, - ответил Барон, - это мои спутники, двоих вы уже знаете, а это Рион, воин из Кседльварра, наемник.
Я кивнул настоятелю, - здравствуйте, как могу к вам обращаться?
- Настоятель, - сухо ответил старик. Теперь я лучше его разглядел, он был уже в приличном возрасте.
- У монастыря проблемы, Барон, - настоятель кивнул, предлагая лорду отойти немного в сторону.
- Да уж вижу, пойдем, - хмыкнул Калед.
Далеко они отходить не стали и я прекрасно расслышал о чем шла речь. Дворф опрокинул мелкую склянку, зализывая раны, а Агизаг спал, его прислонили сидя к стене, цверг его подпирал собой, что бы тот не падал. У меня здоровье было на максимуме, я даже не получил ни одной мелкой раны, очень уж удачный сегодня день. Ну а Агизаг - это силище, может я зря ушел в ловкость, интересно, что можно сделать с билдом, как называли это игроки, что бы тоже действовать хотя бы вполовину так же эффективно, как он.
Заглянул, сколько же еще до новой ступени.
Опыт: 17.303 / 21.000.
Заветная шестая ступень приближалась просто гигантскими скачками. Разработчики писали, что с шестой ступени и начинается вся серьезная игра, подстегивая интерес игроков: сложный контент, богатый выбор заданий, а все что было до этого - так, баловство, начало пути - обучение. Персонажи сделают качественный рывок в силе, что ж посмотрим, осталось немного, судя по текущим темпам.
- Орки не единственная сложность, хотя на текущий момент без вашей помощи мы бы скорее всего и не справились. Может быть и отбились, но с большими потерями. Есть другая беда. Наш ударный отряд исчез. Самые сильные монахи и маги пропали в катакомбах внизу, под монастырем, именно поэтому мы не смогли ничего сделать оркам, - тем временем продолжал настоятель.
- Мой сын? – Калед подобрался.
- И он с ними, вызвался сам, – выдохнул старик. Барон поджал губы и отвернулся.
- Что произошло? – Барон в упор уставился на старика.
- С нижних этажей повалила всякая нечисть. Наши главные запасники отрезаны, часть послушников занята в охранении выходов из катакомб и того, что осталось от еды. - У нас сейчас запасов едва на несколько дней, - тихо, произнес настоятель - А вверху, на вторых и третьих ярусах, сидит почти полтысячи мирян. Еды хватит, чтобы не дать им умереть с голоду, но не больше. И если осада затянется…
- Значит, надо либо снять осаду в ближайшие дни, либо найти способ доставить припасы, - Барон уже успокоился, и говорил ровно, - но что все-таки с отрядом?
- Время от времени снизу ползет всякое. – Продолжил настоятель, – в основном лютокрысы, но гораздо хуже большие желеобразные слизни и морозные бесы, с которыми много возни. Было решено собрать ударный отряд, в него вошли двое волшебников третьего круга, четверо старших послушников и два единственных мастера, Кассий вызвался тоже. Группа ушла два дня назад. Больше серьезных сил, которые можно было бы отрядить, у нас нет. Орки давили нас с этой стороны, твари с той. Мы потеряли сначала стены, потом двор, хоть и без больших потерь. Сам понимаешь, там дальше, внизу, может быть все что угодно, этот мир хранит много секретов. Двери пока держатся, но ходить вглубь уже слишком опасно. Всего сейчас у нас сейчас семь подконтрольных проходов, и их охраняет всего по два человека. Последний ударный отряд приходит на помощь в случае активности в одном из них, - Настоятель описывал размер проблемы монастыря, с которой теперь придется встретиться и нам.
Мысли проносились в голове как молнии: маги третьего круга, помоги нам боги. Третий круг – это серьезная сила, Барон же, как я думаю, властвовал над четвертым кругом магии. И всего вчетвером мы разметали в районе пяти десятков орков и трех полувеликанов. Жаль, что опыт поделился как-то непонятно, возможно отвалился солидный кусок монахам. По подсчетам, если делить поровну на четверых, должно было бы накинуть в пару раз больше.
- Что считаешь послужило причиной? – спросил Барон
- Это либо хаотичный портал, что появился где-то на нижних уровнях, либо где-то в шахтах открылся пробой в дарку. Надо его завалить, иначе отсюда в скором времени придется уходить всем, и это будет печально для Растерфелла. Прошу извинить, мне надо сделать обход постов после нападения, перераспределить силы. Есть потери, - подытожил настоятель и двинулся дальше, - если что-то надо, найдете меня, а старший послушник Тенсор даст информацию по катакомбам, ах да, - проговорил он на ходу и резко остановился, - чуть не забыл сообщить. Орки сейчас отошли на свои старые позиции. Близко они подходить теперь боятся, у нас еще есть немного магов, хоть и не таких сильных, а от барона Ирионтара я получил сигнал, что он принял от вас сообщение. Ждать войска не меньше недели, дальше думай сам, приказывать тебе я не имею права.
Барон кивнул и отошел к нам. Послушники подлечивали раненых магией и наложением рук, работали несколько жрецов через символы бога обновления. Народ рассасывался по своим местам. Кто-то подходил и благодарил нас, я кивал. Первое серьезное нападение было успешно отбито, заварушка прошла без потерь и без ранений. Ну почти. Влияние удачи? Однозначно.
Глава 9. Начало поисков.
- Я иду в катакомбы, - заявил Барон, подойдя к нам.
- И я, - кряхтся, поднялся Бофус.
- Нет, ты останешься здесь с Агизагом, присмотришь за ним, - возразил Барон, - если начнется атака орков, то прикроешь его.
- Но я пригожусь в подземельях, это моя стихия, я ДВОРФ! К тому же я все-таки мастер-каменщик, кому как не мне там быть?! – Бофус даже немного разгорячился, Барон поджал губы.
- Допустим, - после недолгих раздумий он сдался, - я хотел проскочить незамеченными, все сделать все тихо.
Дворф запыхтел, - значит я буду идти сзади, подальше, и в случае чего прикрою!
- Не сомневаюсь мой друг, не сомневаюсь, - барон похлопал того по наплечнику в месте где не было шипов, перевел взгляд на меня.
Задание по защите монастыря оказалось с двойным дном. Чтобы выполнить его, видимо придется отражать угрозу и изнутри, хотя похоже, что можно и отказаться, никаких уведомлений не поступило, хотя кто знает, кто знает…
Негоже терять такую возможность, заиметь в должниках целого барона будет хорошей идеей. Может быть у него есть какая библиотека, в которой можно было бы поселиться на некоторое время и что-нибудь узнать про архив мира, о котором мне рассказывал Мельтус - не знаю кто он там на самом деле в гильдии наемников. Или может быть какие-то другие сказания или мифы о встречах с богами этого мира. Есть сомнения, что вот так вот можно задать вопрос напрямую кому-то – а как мне встретиться с богом, уважаемый Калед? Так и вижу такую картину, как он смотрит на меня как на душевно ущемленного, и говорит – есть вариант перерезать тебе глотку, но думаю ты этого не оценишь.
- Я тоже с вами, - согласился, похоже, не прогадал.
- Спасибо, не забуду, - барон пожал мне руку.
Ваша репутация с бароном Каледом повысилась на 5.
Отлично, личная репутация с лордом стоит дорого.
Я уже немного жалел, что не взял с собой Шатти, она бы здесь пригодилась. Я надеялся всего лишь закупить снаряжения и вернуться, поиметь немного связей, а оно вон как обернулось. Может быть я посчитал ее обузой и отверг? Я не мог понять до конца сам, какие на самом деле тогда были мои глубинные мотивы. Может постоянная беготня от непонятных врагов, которым я по сути ничего не сделал, изрядно напрягала. Но личная сила - вот что всегда в цене. И если меня будет кто-то замедлять и не давать толком никакой выгоды… в общем интереса в этом мало.
Агизага мы сдали на попечение жрецов, все равно в подвалах от него толку было мало. С его-то оружием развернуться там почти невозможно. Отлеживаться ему как минимум сутки, и это с учетом хорошего лечения чего может и не быть. А если откормить его зельями, то думаю они уйдут как в сухую воду. Барон хоть и не подавал вида, но развил бурную деятельность и задерживаться явно не намеревался.
Старший послушник Тенсор, парень лет двадцати пяти ходил в составе боевой группы, охранявшей выходы из подземелья. Когда мы его нашли, то он поведал, что те перечисленные Настоятелем монстры это еще не все печали. Были также замечены Рыболюды - скользкие многочисленные и опасные твари, которые должны, по идее, обитать у подземных рек, и что хуже Умроки - похожие на гоблиноидную расу любители ловушек с более квадратной и большой головой, по виду ближе к ящерице и с чешуйками по всему телу. Также определенно точно существовала проблема с ориентированием внутри подземелья, почему это произошло никто не знал, но пространство внутри подземелья «плыло», чем глубже, тем сильнее, будто что-то туманило разум. Коридоры могли казаться длиннее или короче. Сильно углубляться никто не рисковал, так что более точные сведения отсутствовали.
- Знаешь что это все мне напоминает? – произнес задумчиво Калед, обращаясь к дворфу.
- Переселение, - тут же ответил Бофус что-то жуя.
- Да, причем с магической основой. Что-то мощное вытолкнуло сюда всех этих существ. Так не бывает, когда пара более менее разумных рас сталкиваются друг с другом в таком замкнутом пространстве. Надо найти и закрыть тот проход, хотя бы временно. Собираемся, я захвачу у Настоятеля пару взрывных зелий на всякий случай, встретимся у центрального входа, откуда отряд монахов двинулся вглубь катакомб, - Калед направился искать настоятеля, намеренно не упоминая своего сына. Каждый держится как может.
Мне одолжили лук Агизага, к которому было только дюжина стрел. Настоятель же выдал каждому по амулету – оберегу от сил зла.
- Он защитит один раз от злой магии вплоть до второго круга, остановит достаточно сильных злых существ, есть шанс что замедлит очень сильных, берите, - он протянул нам три медальона на веревочках, - и удачи вам, пусть Рейми вас бережет, - мы помолимся за вас.
Оберег от сил зла +2. Амулет, защищающий от злых чар или существ. Зарядов 1/1.
Поблагодарив настоятеля, мы вышли за дверь. Вниз вели широкие ступени, трое легко разойдутся, и мы начали спускаться. У меня за спиной висел новый рюкзак, в него натолкали десяток факелов, три пайки и три бурдюка с водой. Монахи поделились добром. Коридор первого подземного яруса встретил нас тишиной и несколькими трупами лютокрыс размерами со среднюю собаку. Мы с дворфом накинули медальоны на шею, а колдун одевать не стал, убрал его в один из своих карманов.
- Бесполезные твари, - пнул одну в бок Бофус, она перевернулась на спину, открытая пасть с высунутым языком щеголяла двумя рядами зубов в пол пальца длиной каждый, - хорошо что дохлая, будьте аккуратны, они точно заразные.
Нас снабдили картой. Первый подземный ярус представлял из себя в основном подсобные помещения и кельи монахов, а также небольшой склад на текущие нужды. Следующий ярус уже был складским с помещениями для вещей на долгое хранение и для обработки породы, камень там был еще обработан, помещения были большими, коридоры длинными. Последний уровень представлял собой больше шахты, как оказалось там добывали магическую руду, из которой потом создавали камни силы, по типу того плоского, что висел у меня под доспехом в свинцовой коробочке. Я подозревал что именно из-за этого месторождения монастырь и поставили, а монахи его обслуживали, на том и жили. Карта третьего яруса была не точна, она не обновлялась последние лет десять, о чем нам сообщил настоятель.
- Соблюдаем тишину, двигаем, - командир начал движение, я следом, стараясь не шуметь, а Бофус немного отстал и топал сзади, шагах в десяти. Все-таки шумноват, поморщился я. Ну в таких латах это не удивительно. По обеим сторонам коридора тянулись двери одна за другой, много, некоторые были открыты, солидные, в пол ладони толщиной. Кельи, помещения со столами, заваленные книгами и свитками, какими-то изделиями. Были видны мастерские, я даже заметил вроде как целый алхимический кабинет – с колбами, мензурками и перегонными кубами. Отсюда неплохо было бы что-нибудь вынести, прикинул я, надо над этим поразмыслить, что можно взять в качестве благодарности. Нам сказали, что первый и второй ярус освещался магическими светильниками – торчащими из стен прозрачными кристаллами с кулак, обрамленные железом, они освещали тусклым белым светом шагов на десять в каждую сторону, потом десяток шагов полутьма, потом опять светильник. Через десяток дверей я услышал тихий писк и возню, поднял руку со сжатым кулаком – сигнал остановиться.
- Кто-то копошится за той дверью, - тихо сказал я. Копошение стихло.
Барон постоял пару секунд и ответил, - ничего не слышу. Я наложил стрелу на тетиву и начал осторожно подходить к полуоткрытой двери. Свет как назло не добивал сюда. Приходилось всматриваться, ожидая подвоха. Сзади в десяти шагах сопел Бофус. Я поморщился. Что-то быстрое и юркое метнулось из кельи, стрела сорвалась с тетивы и пригвоздила лютокрысу к двери. Я заметил как Барон расслабился.
- Хороший выстрел, - он хлопнул меня по плечу, - идем дальше.
Крыса подергалась несколько секунд и застыла.
Получен опыт за бой: 33.
Я поморщился еще раз. Трата стрел. Доставать изгвазданную стрелу и засовывать в колчан к остальным очень не хотелось. Споро вырезав ее кинжалом обтер о шкуру зверя. Все-таки лучше не раскидываться амуницией. Заглянул в комнату – келья: лежак, вырезанный в камне, крепкий стул без изысков и такой же столик. Остатки еды, раскиданные по полу.
Двинулись дальше. Коридор заворачивал слегка направо, и пока было тихо.
- Судя по карте нам прямо шагов четыреста и направо сотню, там будет ближайший спуск вниз, - бормотал сзади Бофус, вертел карту в руках, - коридор нарисован ровным, странно.
Мы двигались дальше. Через четыреста шагов остановились. Коридор не заканчивался. Слева привалившись к стенке валялось существо, внешне напоминающее гуманоида, но с более короткими лапам, на конце были перепонки, вместо шеи и головы просто здоровая башка, похожая на рыбью.
Бофус отогнул большое ухо топором и кивнул на находку, - смотри, жабры, эти твари хороши и на суше, но в воде им лучше совсем не попадаться, откуда же они тут? – Вопрос повис в воздухе. На туше виднелись проколы как от копий.
Калед сплюнул, - если эти твари тут, и что-то ищут, значит будут строить храм. Так они расселяются - я читал об этом в книгах. А храм строят из костей. Падальщики и живоглоты, жрут все что попало.
Новости не очень.
Еще через две сотни мы начали было волноваться, но коридор наконец-то завернул куда надо и мы вышли к спуску вниз. Со стороны ступеней снизу доносились какие-то отзвуки. Ступени были во мраке и покрыты тонкой коркой льда.
- Морозный бес, - процедил Калед, - нашел гадина удобное для себя место, не обойти.
- Кто это? Я не слышал о таких, - спросил я.
- Аморфный зверь. Перетекает с места на место. Охотится завлекая жертву запахом подтухшего мяса. Облепляет жертву, замораживает и поедает. Чувствуешь, как воняет? – спросил Бофус.
Да, легкий запашок тухлятины однозначно присутствовал.
- У тебя же обычное оружие? – спросил меня Калед, я кивнул, - плохо, эту тварь обычным оружием не взять, она его пропустит через себя и выплюнет с другой стороны. Бофуса одного пускать на лестницу верная погибель, а сильную магию пока надо поберечь. Давай сюда одну железку, - я вытянул длинный клинок и передал, - у тебя будет минута, идете с Бофусом вниз, выманиваете, быстро расправляетесь, против двух вас она ничего не сделает. И берегите глаза, может обжечь холодом.
- Там где эта тварь, других не будет, они собственники, - проворчал дворф, - хоть какая-то от них польза.
Барон взял клинок, провел над ним рукой, взял из мешочка на поясе какую-то пыль, - Иф Эст ун тиари, - произнес он слова заклинание-активатор, пыль засветилась, впиталась в лезвие, - Держи, идите.
Я мельком глянул на меч.
Длинный меч воинов Кседльварра (вес 2 кг, материал: сталь, повреждения 1-8, атакующий потенциал +1). Временные эффекты зачарования: атакующий потенциал +1, магический урон +1, осталось времени 00:00:58.
И эти секунды таяли на глазах. Калед перехватил у Бофуса факел и метнул на середину лестницы, осветив внизу еще ступеней сорок до следующего яруса. По правой стороне огонь высветил двух гуманоидов, по размеру схожих с гоблинами. Они валялись у стены и были похожи на высушенные мумии. В одежде, просматривалось даже что-то похожее на броню и с оружием, короткие копья с необычного вида наконечником и перекладиной валялись рядом.
- И умроки тут, - Дворф рыкнул, начал быстро спускаться, а я за ним. Беса нигде не было видно. Мы дошли до факела, как вдруг я заметил сверху прилепившийся к округлому своду комок.
- Бофус, слева, верх, - я ткнул клинком в сторону твари.
- Ага!!! – взревел дворф, потрясая топором. Достать ее у потолка со своим ростом он бы при всем желании не смог, а я только в прыжке, причем лестница была достаточно сколькой. Приходилось ступать аккуратно, не то что прыгать. И тут бес дыхнул с расстояния четыре шага. Конус холода ошпарил сначала коротышку, потом меня.
Получены повреждения от: Морозный бес (холод), повреждения: 6 (проверка на крепость тела успешна, урон снижен): Остаток здоровья: 50/56.
Тварь прыгнула. Дворф не удержался на ногах, плюхнулся на пятую точку и покатился вниз, - а-а-а-а-а-а-а-а-а! – с диким шумом понеслось вниз под две сотни килограммов, гремя железом, и собирая все ступени. Мне удалось удержаться на ногах. Морозный бес из-за такого маневра промазал в дворфа, шлепнувшись белесым желе прямо передо мной кучей размером с большой щит. Клинок вошел в податливое тело, проскрежетал по камню, и отрубил кусок. Желе затрепетало, отрубленный кусок начал быстро истаивать.
- Надо быстро порубить его, - выкрикнул сверху Барон.
Я хотел было рубануть еще раз, как желе резко вытянулось и попыталось прилепиться к ноге, пришлось отскакивать как ошпаренному. Снизу прилетел топор, он врезался в массу и та тут же попыталась залезть на стену.
- Ну уж нет, теперь не уйдешь, - настиг ее клинком. Проткнув несколько раз масса забулькала и начала растекаться. От доспеха шла изморозь, тело потряхивало, видимо от холода.
Получен опыт за бой: 250.
- Слишком нашумели, надо убираться отсюда, затаимся в ближайшей комнате, - быстро спускаясь мимо меня проговорил Барон, - подождем там, - он указал на ближайшую дверь. Я подхватил топор Бофуса и устремился следом. Надеюсь в том помещении никого нет. В принципе это была слабая тварь, если есть соответствующая подготовка. А вот если нападет и приклеится внезапно, как от себя ее тогда отрезать? Мде, задачка, ну а обычных бойцов, конечно, покосит враз, они ничего не смогут ей сделать на первой ступени. Может только маги, и то не один. Наверняка мы ей нанесли больше двадцати единиц урона. К сожалению, игра не спешила раскрывать параметры противников, как и проходящие по ним повреждения. Пока я размышлял, мы добежали до помещения, дверь была приоткрыта, один за другим быстро зашли и прикрыли дверь.
Факел Барона высветил длинную, в два десятка шагов комнату. Наша часть упиралась в длинный стол-стойку, делила комнату пополам, за ней были видны шкафы с открытыми полками, заваленные свитками различных размеров. Врагов было не видно.
- Это архив или казенная, - подтвердил мои догадки Калед. - Слышите?
- Слух не мой профиль, Барон, ты же знаешь, - Бофус уже раскладывал карту второго яруса на столе, потирая зад.
Я прислушался, за дверью стояла тишина. - Ничего не слышу.
- Дальше по коридору точно кто-то был, постереги, - кинул Барон мне и отошел к дворфу.
Я сам припомнил что шумы были, и их явно не мог издавать бес. Слишком они были похожи на то, что кто-то что-то тащил. Подошел поближе к двери и начал прислушиваться.
Бофус тихо бормотал, - так, мы тут, отсюда только два коридора налево и направо, ага, они делают большой круг в обратную сторону и сходятся к противоположной стороне, там где вторые главные ступени. Вход на третий ярус только один, в центре, хотя на второй их четыре, ну не удивлен, шахта все-таки. Так, справа у нас много рабочих помещений, а вот слева только два огромных, главные склады, как раз между ними и проход, заблудиться не должны, с учетом того что коридоры тут почему-то меняют форму и длину. Я же дворф, я заметил, что глаза видят немного не то, что тут происходит на самом деле. Что-то потихоньку давит на мозги. И когда мы спустились на ярус оно усилилось, - он снял шлем и поставил тот на стойку, массируя виски.
- Да, есть такое, какое-то магическое воздействие. Я могу прочитать заклинание и снять, но оно даст временный эффект, либо не даст вовсе ничего, пока не думаю что стоит к этому прибегать. Налево или направо…, - Барон задумался.
- Налево были шумы, даже я слышал, - проворчал дворф.
- Ну если они затаились значит опасаются, идем туда, справа можем прилично заплутать, отдыхать рано, - Калед принял решение, а его подчиненный тут же начал скатывать карту.
Мы пошли по коридору. Светильники горели уже максимум через раз. Часть была раскурочена. Пока что так и шли с одним зажженным факелом, его нес Барон, второй рукой он придерживал эфес своей рапиры. Более тонкое, даже можно сказать изящное лезвие на два пальца шириной, с витой гардой и посеребренным яблоком с гербом фамилии. Я был наготове стрелять из лука. Бофус плюнул на скрытность и шагал на пару шагов впереди с топором наперевес. Барон время от времени морщился но молчал. Я залез в логи.
Неизвестное ментальное воздействие (отражено)
Неизвестное ментальное воздействие (отражено)
Неизвестное ментальное воздействие (отражено)
Неизвестное ментальное воздействие (провал). Эффект складывается..
Неизвестное ментальное воздействие (отражено)
И таких строчек было много. Погано.
- Коридор ровный, - произнес Барон.
- А должен идти полукругом, на карте так. – Бофус подходил то к одной то к другой стенке и трогал их рукой, мотал головой, - ничего не чую.
Шагов через пятьдесят по левой стене виднелась двустворчатая дверь, коридор уходил дальше и была развилка направо. Ближняя створка к нам стояла приоткрытой. На полу виднелись остатки коробов, корзин, сваленных вдоль стен и прочего скарба. Компаньоны остановились. Как я понял этой развилки на карте не было. Мусор посередине указывал на то, что этот погром тут недавно.
- Нам везет, что тут обработанный камень и обжитые помещения, если дойдем до шахт, смотрите в оба, Умроки мастера ловушек, – ворчал дворф, - если заводятся в штольнях, то пока не разоришь их стойбище, так и будут гадить. Валить своды не вариант, умеют гады копать.
- Они грабят склады, - догадался я.
- Точно, нам придется осмотреть этот склад, хоть и не хотелось бы, иначе могут ударить в спину, - Калед вытащил рапиру. Цвет клинка был с иссиня-фиолетовым отливом, - Бофус!
Дворф подобрался и пошел в сторону двери. Заглянул в проход, потом за дверь и дальше по коридору. Мы следовали за ним. Барон знаком спросил что там - Бофус пожал плечами. Мы зашли на склад. Факел освещал слабо, детали терялись в десяти шагах, а через двадцать мне было уже ничего не видно. Я знал, что дворфы легко видят вдвое дальше при низком освещении. Всюду, куда дотягивался взгляд виднелись высокие стеллажи из дерева и камня. А освещения не было совсем. Я отметил что несмотря на все невзгоды походный камзол Каледа был все еще опрятен, а темный шерстяной плащ чист, не иначе магия, хотя в ближнем бою он и не рубился.
Мы пошли вперед, между двух центральных стеллажей. Проход в четыре шага, на полках мешки с чем-то, половина пустовала, остатки снеди валялись на полу. Рассыпанная крупа хрустела на каждом шагу. Сзади послышался быстрый скрип закрываемой створки, удар и скудный свет из коридора погас совсем. Что-то еще раз гулко ударило с той стороны в дверь. Барон метнулся назад, в боковой проход между рядами, факел бросил ближе к дальнему стеллажу. Я отставил лук в сторону и выхватил клинки. Стрелять тут не получится, обзор никакой. Последнее что заметил, как Бофус привычным жестом опустил забрало. Свет резко погас везде, зрение пропало полностью, факел погаснуть так быстро не мог. Спереди донеслись множественные хлопки тетивы и сразу забарабанило железо, том месте, где стоял дворф.
Голоса слились воедино: у них маг! Прикройте меня, - выкрикнул колдун, его перекрывал ор дворфа, – в меня стреляют!
Я почувствовал несколько легких ударов в плечо, живот, грудь и рванул в сторону, налево, ближе к стеллажу и Барону. Нащупал рукой полку. Из темноты донеслось змеиное шипение, - «ссссс», - с боков и спереди летел шум когтей по камню.
- Скррр-рааа! Ииииии! Ихх-Икк! – многоголосый высокий пронзительный звук разнесся по складу.
- Они рядом! Ничерта не вижу, – орал Бофус. На него наложился приказ Каледа, - Отступайте, держитесь! Я попробую рассеять тьму!
Спереди послышались удары посерьезнее. Железо сталкивалось с железом. Я услышал цокот когтей, фырканье и короткое «кхр», очень близко. Закрутив защиту сделал шаг вправо, и вовремя - меч завибрировал, что-то тяжелое ухнуло в сторону, судя по звуку из дерева. Ткнул вперед, пустота. Справа щелканье зубами, удар в щиток, боли не было. Что-то острое чиркнуло под скулу, потекло. Глухая оборона. Мечи засвистели, разрезая пространство.
Получены повреждения от: Умрок. (арбалет) повреждения: 4 (0% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 47/56.
- Это умроки, - выкрикнул Бофус, - бейте ниже! Чавк! - Спереди донесся звук топора, успешно вошедшего в плоть.
- Тур шайн, эст, - донеслось сзади. Вспышка со спины на долю секунды осветила пространство и схлопнулась обратно во тьму.
Взгляд успел выхватить уже четверых подобравшихся противников с копьями, они пытались сбить мне клинки, а пятый собирался броситься в ноги. Оскаленные морды с квадратной челюстью, похожие на змеиные, разношерстные доспехи, шкуры и кожа. Там где был дворф вообще была сплошная масса, не сосчитать, но цверг стоял крепко. В эту же секунду он впечатал одну из тварей телом в опору стеллажа. Умроки не смогли завалить Бофуса, его шипастый доспех в этом очень хорошо помогал.
Выпад уже в темноту, длинный клинок во что-то ударяется – «Ссссээээ» - мягкий шлепок, враг падает под ноги. Пятый, самый опасный, скорее всего готов. Рассекаемый воздух на уровне головы, наклоняю – удар, звон в ушах, что-то отлетает в сторону. Короткий клинок тоже постоянно сбивает что-то в левой полусфере.
Хац-Хац, - рубит Бофур с придыханием, спереди вопли, стоит гвалт и фырканье. Сзади доносился быстрый речитатив колдуна.
- Омне инкулум магиаэ солво вин диссипо эст! – громкий треск разорвал пространство. Тьма отхлынула, факел горел на пару шагов правее и сзади меня. Четверка умроков проскользнула левее, рванув к Барону. Удар с разворота, клинок в левой руке контролирует спину. Один из змеекожих завалился на пол, второй успел проскочить. Третий уже падал откуда-то сверху еще дальше, видимо, намереваясь выбить нашего колдуна.
Барон резко прижал руку к груди, выбросил вперед, пальцы сложил в какой-то знак, - Тего! – вокруг него вспыхивает и тут же гаснет белый круг, на его месте, только уже на полтора роста вверх вздымается прозрачное марево. Умроки замешкались. Я снес собой одного, сбив самого медленного на пол. Калед завертел кистью рапиру и распластался в резком выпаде с длинным подшагом, умрок прыгнувший сверху сам насадил себя на клинок. Следующие два прыгнули на колдуна, пытаясь насадить теперь его на копье. Я буквально видел, как ударив в прозрачную пелену копья сначала замедлились, потом вовсе слегка отклонились, а колдун кажется еще и сместился на пол ладони в две стороны одновременно. Следующего я срубил со спины, последний тут же рванул к своим. Встав плечом к плечу мы начали давить. Гораздо проще, когда хоть что-то видно и противников не пять на одного. Барон ловко уклонялся, подсекал ноги, быстрыми росчерками клинка пробивал шею, полагаясь не на силу а ловкость. Бофус спереди рубился как зверь. Если он ударом валил одного, то усиливал инерцию топора и тем же взмахом разваливал второго, крутился и следом валил следующего. Я быстро понял, что без темноты шансов у умроков нет. Через десяток секунд все закончилось, они побежали. Слабаки.
- Не догонять, - скомандовал Барон. Цокот когтей удалялся в темноту. Я насчитал еще не меньше пары десятков удирающих силуэтов. Скорее всего их гораздо больше.
Бофус оперся на топор и громко пыхтел, жаловался, - староват я стал для таких мероприятий.
- Тебе всего сотня, дружище, ты в самом расцвете сил, не прибедняйся. Ранены? – Калед сноровисто осмотрел меня потом дворфа, тот отнекивался, мол пара синяков да царапин, ничего стоящего для гордого уроженца подгорного царства. – Легко отделались, - заключил он, - а вот мне пришлось потратиться на третий круг заклятия, тьма была как минимум второго, и у них либо сильный маг, либо есть артефакт, и это плохо, значит племя большое. Сколько завалили?
- Почти два десятка. Но мы не за этим сюда пришли, - напомнил дворф, обходя поверженных врагов и со смачным выдохом «хе» - с удовольствием добивал на его взгляд еще раненых.
- Да, ты прав, привал на полчаса, посмотрите, что там с дверью, дальше сюда мы не пойдем, нет смысла, двигаем к третьему ярусу, сомневаюсь что группа крутилась тут. – Барон нашел место почище и присел на какой-то мешок, - мне надо восстановить часть сил.
Получено опыта за бой: 0.
Я чуть не подавился от удивления. Как ноль? Какого беса? По сути они нам ничего толком не смогли сделать, а до главарей мы не достали, но это было опасно! Вселенская несправедливость. Хоть лук не утащили, я поднял игрушку Агизага. Тетива цела, отлично. На складе вдалеке послышались шорохи.
Бофус подошел к двери, подергал и оповестил, что придется бить, дверь заблокирована. Барон дал добро.
Дворф проломился сквозь дыру в двери и огляделся, - Никого! Выходите. Я пропустил Барона и полез следом. Отдыхать не стали. Снаружи было все по-прежнему, кроме деревянного бруса, подпирающего дверь. Коридор направо, из которого мы пришли, темный коридор прямо и ход дальше, налево.
Бофус потыкал пальцем прямо, – этого коридора на карте нет! Смотрите, - ткнул в карту, - пусто! И основной коридор налево заворачивать должен, а он прямой!
Я опустил глаза на карту, поднял взгляд. Голова резко разболелась, темный коридор пошел рябью и его начало утаскивать направо, соединяя вместе с тем, откуда мы пришли, стены казалось, завибрировали и резко разошлись обратно в два коридора. Я отвернулся влево, коридор из прямого стал искривленным, картинка резко сменилась туда-сюда раз десять подряд и меня вырвало.
- Отравили? – спросил барон, протягивая склянку, - выпей, это антидот.
Я оперся на стену и посмотрел вдаль. Коридор был прямым. Но в голове прояснилось, я вспомнил что меня ранили стрелой, а я даже не перевязал или не выпил зелье. Залез в логи, последнее что там было из стоящего внимания:
Восстановлено здоровье 1 ед. Остаток здоровья: 48/56.
Никаких отравлений. Я провел рукой по шее, кровь, запекшаяся. Ничего серьезного.
- Спасибо, не надо, - отказался я, - видимо по шлему крепко прилетело.
- Да, такое бывает! Но у дворфов голова крепкая, не то что у вас, людей, – хмыкнул коротышка. Барон спрятал склянку.
- Думаю нам налево, коридор еще освещен да и умроки явно туда что-то таскали, - я придумывал на ходу.
- Резонно, - подтвердил Барон, - тогда идемте.
Две сотни шагов, опять перекресток на три прохода и на нем мы увидели восемь трупов рыболюдов, десяток затыканных, частично пожранных лютокрыс. Магические же фонари с пути почти исчезли. Становилось темнее.
- Неплохо они тут порезвились, - заметил дворф, доставая карту, - Качан трещит, зараза, - чертовы коротышки.
Из уст невысокого дворфа слышать такое было забавно, Калед усмехнулся, держа факел.
Вдруг из темноты вылетел какая-то бутылочка и предмет разбился о дворфа. Вспыхнуло пламя.
- Твари!!! – взревел дворф, он упал на пол и начал кататься, Барон начал сбивать пламя своим плащом. Я пустил стрелу в ту сторону, откуда прилетел подарок и услышал удаляющийся цокот когтей. Не попал.
- Твари!!! Собаки!!! Псины!!! – орал взбешенный дворф, - моя борода!!! – он вскочил, осмотрелся по сторонам и не заметив врагов, начал затаптывать догорающую карту. Бофус лишился половины бороды.
- Хорм! Выгорела! – он смял остатки бумаги и выкинул в сторону, в нем клокотала ярость, - Калед, да размажь ты их!
- Спокойней Бофус, - произнес Барон.
- Бесовщина! Нам, кажется еще пару поворотов направо! – сплюнул дворф, выцепил склянку здоровья с поясного ремня, опрокинул в себя, резко выхватил факел у Барона и споро пошел в коридор. Ожег на его лице вспучился белой пеной, смешанной с кровью, он смахнул это рукой, месте раны оказалась чистая кожа. Чудная магия!
Мы продвинулись еще до следующего поворота, потом прошли еще один, должны были выйти в большой холл, но оказались у двустворчатых дверей, подпертых брусом.
- Гадство! – взвыл Бофус. – Мы уже тут были, нас кружит магия!
- Я не смогу ее развеять, она связана якорем, если работает на такой площади и стабильно дает эффект, - придется искать ту дрянь, что держит заклинание.
- Сколько мы уже бродим? – спросил я.
- По ощущениям часа четыре, - задумчиво произнес Барон, - но мы только что зажгли второй факел. Значит, не более двух.
Голова начинала плыть, накатывала апатия. В логах все чаще проскакивала информация о провальных проверках на ментальное воздействие. Может бросить все, и отправиться назад, пока не поздно, хорм с ним с этим опытом. Я заметил, что дворф тоже изредка поглядывал назад, потом смотрел на Барона и молчал. Калед либо не видел либо игнорировал это, подбадривая двигаться вперед, и мы двигались, теперь блуждая почти наугад.
Каменные своды монастыря будто дышали - то сжимались, то растягивались, играя с тенями. Каждый шаг отдавался в висках тяжестью долгих часов, а коридоры, казалось, перестраивались прямо на глазах. Ментальная магия оплетала разум липкой паутиной – эхо собственных шагов звучало как чужой смех. Я посмотрел на Барона – теперь он мне казался человеком изборожденным бессонными ночами над гримуарами. Он выудил серебряную цепочку с медальоном, зажал тот в ладони. Его глаза, потемневшие от напряжения, ловили малейшие искажения в воздухе: там, где для меня реальность чуть рябила, как вода над костром, он замедлялся и что-то тихо шептал. Дворф стискивал рукоять топора, было похоже, что усталость наваливалась на него свинцовой тяжестью, латы, хоть и были гордостью его рода, теперь казались кандалами, он ссутулился, его плечи опустились. Бофус старался не подавать вида. Еще немного, мы уже близко, - бормотал он, стискивая зубы, мимика его выдавала.
И вот, когда очередной коридор, будто устав крутить нас, наконец выпрямился, впереди возникла развилка – которой, я мог поклясться, минуту назад здесь не было. Левый проход уходил вниз, терялся во тьме, правый петлял, обещая новые неприятности. А прямо посередине, словно насмешка, стояло удобное кресло – массивное, обитое темно-бордовым бархатом, с резными подлокотниками, будто перенесенное сюда из чьей-то уютной гостиной.
Дворф замер, его глаза на мгновение вспыхнули облегчением.
- Наконец-то можно отдохнуть! – прогремел он, и голос его, хриплый от пыли и напряжения, прозвучал в коридоре очень громко. Бофус шагнул вперед и тяжело опустился в кресло.
В тот же миг колдун вскинул руку, его губы разомкнулись в крике, - Нет!
Но было поздно.
Бархат под дворфом вспучился, как живая плоть. Резные подлокотники ожили, превращаясь в когтистые лапы, а сиденье распахнулось, обнажая ряды острых зубов. Перевертыш, принявший облик кресла рванулся вперед, пытаясь сомкнуть челюсти.
Я среагировал мгновенно. «Не лезть в ближний бой, не дать ему сомкнуть пасть», - пронеслось у меня в голове. Вскинул длинный составной лук и выпустил стрелу в самую широкую часть «спинки» перевертыша - туда, где угадывалось что‑то вроде узла мышц. Стрела вонзилась с глухим чавкающим звуком, и чудовище дернулось, на миг потеряв равновесие. Следом тут же отступил на шаг, убирая лук и выхватывая клинки, теперь нужно не давать монстру развернуться, отрезать от Барона, а он что-нибудь придумает.
Дворф, оказавшись в ловушке, не растерялся. Он зарычал, вложил всю свою ярость в один мощный взмах топора. Лезвие врезалось в «ножку», высекая искры и клочья плоти. Чудовище взвыло, его форма дрогнула, на мгновение теряя иллюзию кресла. Бофус рванулся вперед, вскрикнул от боли, вырываясь из захвата, и встал, тяжело дыша, готовый к новой атаке. Его глаза горели гневом.
Колдун, отступив на шаг, поднял руки, его пальцы замелькали - он сплел их в замысловатую фигуру, будто натягивая невидимые нити, а затем резко распрямил, словно разрывая ткань воздуха. Слова заклинания сорвались с его губ, жесткая фраза на древнем языке – Люкс! Дисцерпта! Форма! Кадат! - Из его ладоней вырвался поток мерцающего света, ударивший перевертыша в центр его искаженной формы. Воздух вокруг на миг стал густым, как смола, и свет будто впитался в тело монстра, заставляя его корчиться.
Монстр, разъяренный и раненый, рванулся вперед, целясь в колдуна. Но я оказался между ними. Не стал блокировать собой удар - вместо этого одним точным движением подсек одно из щупалец, заставив перевертыша потерять равновесие, и тут же отпрыгнул, оставляя пространство для удара дворфа.
Бофус не упустил шанса. Он взмахнул топором, вкладывая в удар всю свою силу и ярость за прошедшие обиды от этого подземелья. Лезвие глубоко врезалось в тело, и чудовище издало последний, хриплый вопль. Его форма начала распадаться, теряя иллюзию кресла и окончательно превращаясь в бесформенную массу, которая медленно оседала на каменный пол.
***
Кода все стихло, трое спутников стояли, тяжело дыша, в центре коридора. Дворф опустил топор, его плечи вздымались от тяжелого дыхания, а в голове крутилась одна упрямая мысль: «До шахт дойду. Хоть ползком, но дойду». Воин-челвоек убрал клинки, его лицо оставалось спокойным, но в глазах читалась усталость и холодный расчет: «Еще не конец. Здесь каждая тень может стать врагом». Двигаясь с кошачьей легкостью, он не спеша осматривал все помещение. Его движения были выжидающими – он ставил защиты выше удара, готовый в любой миг уйти в перекат или парировать невидимую угрозу. Колдун опустил руки, его пальцы дрожали от напряжения после тяжелого заклинания, а в груди теснилось странное чувство – не облегчение, а горькое понимание: «Магия искажает не только пространство. Она уже тронула нас всех, но отступать было нельзя, нужно найти пропавшую группу, ведь с ней ушел и мой сын».
Тишина, наступившая после битвы казалась почти оглушающей. Но они знали, это лишь короткая передышка. Впереди их ждал третий уровень подземелья, и кто знает, какие еще ловушки и иллюзии приготовила для них эта проклятая обитель.
Глава 10. Шахты.
Получен опыт за бой: 333.
Перевертыш исправно поделился опытом. «Еще десяток таких монстров и шестая ступень будет взята», - угрюмо подумал я.
Шаги гулко отдавались в пустоте, отражаясь от грубого, необработанного камня и рождая странные, чужие шорохи где‑то за спиной. Приходилось то и дело оборачиваться, вглядываться в полумрак, проверять каждый темный угол - словно сама тьма здесь была живой и тихо ждала, когда ты отвернешься.
Третий ярус монастыря совсем не походил на два верхних. Там, наверху, были кельи, залы и галереи - уютные, с запахом обжитых помещений. Здесь же скала мрачными ходами шахт, с какой-то неестественной пустотой внутри себя.
Воздух здесь был гуще, плотнее, вместе с обычной пылью он нес иную тяжесть - звенящая, почти осязаемая сила, оседавшая на коже, как невидимая сажа. От этой силы волосы на руках то и дело вставали дыбом, а по спине пробегал холодок, не от сырости, а от чего‑то куда более древнего.
По стенам тут и там тускло мерцали мелкие точки - они не горели, а словно тлели изнутри, будто в самой породе застыли отголоски арканы. Казалось, эти камни - не просто минералы, а окаменевшие заклинания, сохранившие в себе эхо давно произнесенных слов. Каждый шаг давался тяжелее предыдущего, будто сама земля сопротивлялась, не желая пускать чужаков глубже.
Мы отошли на несколько сотен шагов внутрь третьего яруса по главной штольне, и коридор неожиданно сильно расширился, будто мы попали в чье‑то забытое подземелье. Казалось, мы спустились еще на пару ярусов вниз, когда пламя факела выхватило из темноты очертания двух дверей, намертво вмурованных в камень стен. Дальше помещение делилось на два рукава, и ни один из путей не обещал облегчения.
Все сильнее хотелось развернуться и пойти назад. Бросить это, казалось, безнадежное дело, пока еще есть силы выбраться. Я сам не понимал, что тянет меня вперед: то ли новая, едва ощутимая общность со спутниками - та самая тихая верность, что не позволяет бросить товарища в трудный момент, то ли какая-то внутренняя упрямость, нежелание признать, что страх может быть сильнее. Воля, жажда победителя. А может, и то, и другое вместе.
Я остановился, на мгновение прикрыл глаза, пытаясь вернуть себе ясность.
- Если мы не отдохнем сейчас, дальше не пройдем, - я не столько обращался к спутникам, сколько убеждал себя. - Эта магия не дает собраться с мыслями. На нас ведь амулеты защиты от зла, - произнес я то, что изредка крутилось в голове с момента нападения перевертыша, - ПОЧЕМУ они не работают?
Барон остановился, задумался, помолчал, и все-таки начал объяснять - представь, что эта проклятая магия как воздух, а амулет работает только на прямое воздействие, он не может запретить воздуху двигаться, иначе ты бы задохнулся, - попытался объяснить мне Барон. Вот если бы у нас была печать защиты от зла, там другое дело, она закольцовывает пространство внутри себя, но нужен концентратор фокусировки и надо еще правильно выписать круг арканы. Хм… - Барон задумался, - ты натолкнул меня на одну интересную идею, - лицо барона даже несколько посветлело. – Давайте посмотрим, что в этих комнатах, по идее там должны быть комнаты отдыха или инвентарные, нам нужно закрытое пространство. Здесь нельзя полагаться на инстинкты. Они лгут.
Бофус подскочил к одной, дернул, дверь оказалась открыта, заглянул, сказал что пусто, следом полез во вторую. На ней снаружи были запоры для засова, выглянул обратно. – Думаю тут будет удобнее. Какая-то старая подсобка. – Следом он вдел топор под засов с внешней стороны, крякнул, выломал защелку и тут же втянулся в комнату. Мы зашли следом.
Комната была небольшой, с двумя деревянными топчанами и неплохо выровненным полом.
- Отлично, это то что надо. Мне нужен амулет защиты от зла, что выдал нам Настоятель. - Произнес Барон, вытянув руку в сторону Бофуса.
У каждого только по одному амулету защиты от зла, - проворчал тот, постукивая пальцами по застежке на груди. - Один заряд в каждом. Не расточительство ли тратить на сон?
Моя улыбка вышла усталой. - Не на сон, - возразил я. - На передышку без этой… этой паутины в голове. Если мы сможем на время сбросить эту магию, мы не дотянем до конца, мы только зашли в шахты, и самый сложный участок еще впереди.
Дворф молча сорвал амулет с веревки и протянул его Барону.
- Это может сработать, - тихо произнес Барон, принял вещь и будто взвешивал ту на предмет возможных последствий. - Но только если мы сделаем все точно. Любая ошибка - и вместо защиты мы не просто не удержим эту силу, а притянем к себе еще больше магии.
Он опустился на колено, не замечая ни пыли, ни каменной крошки, впивающейся в ткань. Из внутреннего кармана плаща Барон достал тонкий стилус из зачарованного обсидиана - черный, с едва уловимым внутренним свечением. Стилус легко скользил по грубому камню пола, и вместо царапин на поверхности оставались тонкие светящиеся линии - как каналы, по которым должна была течь магия.
Барон начал выписывать круг - такой, где линии заходят внутрь себя, сплетаясь в сложный узор. Круг выходил ровным, каждый изгиб символов, тянущихся с внутренней стороны, был рассчитан не на красоту, а чтобы удержать магию, не дать ей просочиться сквозь малейшую щель ни в одну сторону. Он не прерывал линию, не отрывал стилуса, ведя руны с той же холодной точностью, с какой фехтовал со мной рапирой: каждое движение было, выверено, лишено суеты.
Дворф молча наблюдал, стоя чуть позади. Он знал: сейчас слово или лишнее движение могут стоить слишком дорого.
Светящиеся линии постепенно смыкались, образуя замкнутый контур, в тот миг, как круг стал цельным, воздух над ним будто загустел, наливаясь напряжением.
Когда контур замкнулся, он положил амулет точно в центр, туда, где сходились силовые линии. Металл тихо звякнул о камень, и на мгновение по кругу пробежала слабая рябь, словно вода от брошенного камешка.
Барон выпрямился, расправил плечи и, глядя не на амулет, а сквозь него - в самую суть заклинания, - начал произносить формулу. Слова не были громкими, но они звучали твердо, выверенно, на языке, который звучал так, будто сам мир был обязан ему подчиняться. - Циркулус арканеа винкулла пура. Аб омни мало кастоди сигнум фидеи сигнум фортитьюдэ!
Его пальцы сплетались и расплетались не размашисто, а экономно, как движения клинка в сложной защите - каждый жест был точкой опоры для магии. Он направлял ее, как опытный всадник направляет коня - без лишней грубости, но без колебаний.
На последнем слове он резко опустил ладонь над амулетом, будто ставил печать. Амулет вспыхнул холодным, ясным светом - не ярким, чтобы слепить, а таким, что тени в комнате словно съежились, отступили к углам. Круг на полу засветился изнутри, линии стали глубже, будто прорезались еще на одну ладонь в камень. И тут же давление ментальной магии, которое до этого висело на плечах, как мокрый плащ, ослабло - не исчезло совсем, но стало более терпимым, как далекий гул, который можно игнорировать.
Барон отступил на шаг, медленно обводя взглядом светящийся контур, проверяя, нет ли в защите малейшей трещины, любого намека на перекос. Его лицо оставалось спокойным, почти бесстрастным, но в глазах мелькнуло тихое признание хорошо сделанной работы.
- Заклинание легло ровно, без перекосов. Держит, - коротко произнес он, убирая стилус во внутренний карман. - На пару часов точно хватит. Если повезет - на четыре. А теперь вторая часть.
Он сделал короткую паузу, собираясь, и следом произнес заклинание рассеивания магии - те же слова, что звучали тогда, в битве с Умроками, только теперь они легли не на поле боя, а внутрь защитного круга. Вспышка рванулась вверх, но не вырвалась за границы контура - словно круг сам поймал ее и втянул внутрь. Контур на миг вспыхнул тусклым светом, будто на секунду стал тоньше, прозрачнее, а потом снова уплотнился, налившись ровным, спокойным сиянием.
Ментальное давление, которое до этого висело над нами, давило на виски, заставляло мысли течь вязко и тяжело, будто сквозь густой трактирный кисель, - вдруг отступило. Оно схлынуло, как волна, откатывающаяся от берега, оставляя после себя легкость. В груди стало свободнее, дыхание выровнялось, а мысли, только что путавшиеся в тревожных петлях, вдруг прояснились, все встало на свои места. Даже тени в углах коридора перестали казаться угрожающими: теперь это были просто тени, а не скрытые в темноте когти.
Дворф хмыкнул, одобряюще кивнул и, не теряя времени, опустился у края круга.
- Стало легче, - пробормотал он, проводя ладонью по лицу, словно стирая невидимую пленку. - Будто камень с плеч свалился.
Барон едва заметно кивнул. - Теперь у нас есть время, - сказал он, но его не так много. Надо выспаться, пока защита держит.
Я лег, положив клинки рядом - так, чтобы пальцы почти касались рукоятей. Глубоко вдохнул, впервые за долгое время чувствуя, как в голове проясняется, и устало улыбнулся.
- Теперь можно и глаза закрыть, - прошептал Барон, будто боялся спугнуть эту хрупкую тишину.
Мы устроились, кто как мог, и усталость наконец взяла свое. Но никто из нас не знал, что защита не только отгоняет тьму, но и собирает ее вокруг себя, как маяк - и что, когда последний отголосок чар растворится в воздухе, тьма обрушится извне, приняв форму того, что пряталось в тенях все это время.
Когда последний отголосок защиты растворился в воздухе, тишина стала не благом, а предвестником беды. Я проснулся от ощущения чужого взгляда - холодного, пристального, будто кто‑то стоял прямо надо мной, и ждал, когда я открою глаза. Я едва успел шевельнуться, как из темноты вырвалась фигура - не человек, не зверь, а нечто сотканное из теней и гнева. Дух метнулся вперед, его рука, похожая на сплетение черных нитей, рванулась к горлу.
Амулет защиты от зла вспыхнул ослепительным светом – единственный заряд ударил по духу, отбросив его назад. Треск магии разорвал тишину, уже не думая, я перекатился, выхватывая клинки. Сон слетел с меня, как плащ, сброшенный перед боем.
- Вставайте! – крикнул товарищам, и голос прозвучал в тесном пространстве набатом.
Барон вскочил мгновенно, его рапира уже была в руке, а глаза искали цель. Дворф, не тратя слов, шагнул вперед к двери, закрывая собой пространство, топор тяжело блеснул в тусклом свете.
Дух, отброшенный амулетом, не отступил. Я видел, как он кружил по стенам комнаты, его очертания то расплывались, то становились пугающе четкими. Он снова рванулся ко мне, но на этот раз клинок встретил его на полпути - быстрый, точный. Барон уже шептал слова заклинания. Сталь клинка прошла сквозь тень, но дух не замер ни на миг, и я осознал, что взять его честной сталью не выйдет. Могильный холод взорвался в центре груди, и мне на миг показалось что все мое тепло ухнуло в эту дыру.
Получены подтверждения от: Темный дух (раб), повреждения: 9 (0% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 47/56.
Дворф взмахнул топором, ударил телом. Дух замерцал, отлетел назад, и шипастый доспех отразил вспышку темной энергии, которую тот швырнул в ответ.
Бой шел быстрый, яростный. Он опять стал кружить вокруг нас, я потянулся к склянке со святой водой. Барон старался держать дистанцию.
Дух рванулся вперед, его тень растеклась по полу, будто сама тьма решила напасть. Я метнулся в сторону, кинул склянку в пол, дух издал жуткий визг на грани слышимости, проявился над полом, задрожал, словно отражение в бурлящей воде.
– Тенебрас. Стет! - Барон наконец закончил заклинание, произнеся последние два слова Из сложенных в жесте кончиков пальцев вырвались не вспышки и не пламя, а тонкие, мерцающие ленты света - они не обжигали, а сковывали, обвиваясь вокруг духа, как серебряные цепи, сотканные из самого воздуха.
Дух дернулся, пытаясь ускользнуть, раствориться в тенях, но путы держали крепко: они не давали ему менять форму, заставляли сохранять очертания, делали его уязвимым для стали. На миг его силуэт застыл, будто окаменев в движении, и в этой застывшей позе проступила его истинная суть - не просто тень, а сгусток чужой воли, злой.
Барон не опустил руки. Он знал: стоит ослабить хватку - и дух снова растворится, ударит из темноты, где его не достать клинком. Поэтому он продолжал шептать, сплетая слова в плотный узор, а его взгляд не отрывался от дрожащей фигуры в цепях света. Я рванулся вперед, оба клинка мелькнули в едином выпаде. Сталь прошла в тень как в плоть, и дух издал звук, похожий на скрежет камня о камень - стон материи, которую заставляют подчиняться законам плоти.
Барон чувствовал, как заклинание тянет из него силы - как холодная вода, забирающая тепло. Пот выступил на висках, но он не позволил себе моргнуть. Он продолжал держать путы, чувствуя, как они вибрируют от попыток духа вырваться, как каждая его попытка ускользнуть отдается в пальцах легким электрическим покалыванием.
- Еще миг, - прошептал Барон, и это было не для духа, а для своих.
И этот удар пришел - дворф наконец взмахнул топором, удар лег точно, туда, где путы сжимали дух крепче всего. Дух дрогнул, его форма пошла рябью, как вода, в которую бросили камень, а потом рассыпалась на тысячи мелких искр, которые таяли, не успевая коснуться пола. Путы света погасли, растворились в воздухе, будто их и не было.
Барон медленно опустил руки. Пальцы слегка дрожали от напряжения, но он тут же спрятал эту слабость, привычным движением поправив рукав.
- Готово, - тихо сказал Барон.
Я посмотрел на свой пустой амулет, который теперь был лишь куском металла, и криво усмехнулся.
- Ну что ж, - прохрипел дворф, вытирая пот со лба. – Хотя бы немного передохнули. В следующий раз будем спать по очереди.
Мы быстро собрали вещи, проверили оружие и снова двинулись вперед.
Теперь я видел один существенный недостаток при общении с исконными обитателями этого мира. В логах я явно заметил, что темный дух был чьим то рабом, но как сказать об этом своим попутчикам не понимал. Ни с одними – с игроками, ни с другими – неписями, как обзывали их игроки я не мог раскрыться, не вызвав подозрений. Что будет, если тайное станет слишком явным представить было невозможно, но я чувствовал в этом определенную опасность, зависшую как острый меч, висящий на тонкой нити над кроватью во время сна. Волевым усилием переключился на окружающую обстановку. В груди ныло. Выпить зелье лечения? Их осталось всего два, как и флаконов со святой водой. Нет, чувствую они еще пригодятся. Надо было не жалеть и купить больше в который раз пожалел я.
Теперь мы шли не по широким галереям, а по узким штрекам, где потолок нависал так низко, что мне даже приходилось невольно пригибать голову и стараться не задевать плечами влажные стены. Здесь пахло не сухими коридорами и старыми книгами, как наверху, а сырой землей, железом и едкой пылью, оседавшей на языке горьким привкусом.
Первый раз дворф попался на замаскированную нажимную пластину: камень под ногой у стены чуть просел, но так незаметно, что даже его чуткие подошвы уловили это лишь в последний миг. Он успел перенести вес, но механизм уже сработал - сверху сорвался тяжелый кусок породы, и дворф принял удар на левое плечо. Доспех выдержал, но металл загудел, а Бофус только глухо крякнул, будто его просто толкнули в толпе.
Умроки ставили ловушки с расчетливой аккуратностью: маскировали нажимные пластины под сколы камня, протягивали тонкие проволоки там, где уставший человек не заметит. И хуже всего было то, что в группе не было никого кто бы хорошо понимал это искусство.
Поэтому впереди шел дворф. Самый сильный и самый крепкий. Его магический латный доспех был не просто защитой - он был инструментом. Тяжелые сапоги с железными носами позволяли ему проверять каждый шаг, широкие плечи и большой опыт в шахтерском деле давали ему чутье на ненадежные перекрытия. Он шел медленно, почти по‑стариковски размеренно, но в этой неторопливости чувствовалась сила и опыт: он не торопился, потому что знал цену одному неверному шагу. Мы несколько раз обходили проходы - те, где были подпилены крепи, или те, где, по мнению дворфа, свод казался ненадежным по каким‑то лишь ему ведомым причинам. И все же эти ловушки были хитры.
Второй раз его подвела проволока. Она была натянута так низко, что можно было легко пройти над ней не зацепив. Дворф ее не увидел - просто почувствовал, как что‑то царапнуло по стальному носку ботинка, и тут же пол под ним провалился, сделанный из тонких плит. Яма была мелкой, но с острыми камнями внизу. Бофус рухнул на колено, но тут же поднялся, стряхивая каменную крошку, и даже не стал ругаться - лишь проверил сочленение на колене.
- Держи шаг короче, - тихо сказал Барон, когда дворф снова встал в проходе, чуть покачнувшись.
Дворф хмыкнул, но послушался: теперь он ставил ноги не вперед, а чуть в стороны, как по скользкому льду, и каждый шаг проверял не только ногой, но и коротким ударом древка топора по камню. Дворф не боялся ловушек, а просто заставлял их раскрыться раньше времени.
Я шел сразу за ним, готовый в любой миг подхватить его, если тот снова провалится, или метнуться в сторону, если сверху сорвется очередной камень. Новая кольчуга позволяла двигаться легко, но сейчас я не пользовался этой легкостью, а копировал ритм дворфа, ставя стопы точно туда, где тот уже прошел. Два клинка держал не наготове для удара, а так, чтобы ими можно было опереться, если пол уйдет из‑под ног.
Барон замыкал строй. Он жаловался, что здесь, в шахтах, пропитанных рудой силы, любая попытка прощупать реальность чарами могла сама по себе стать спусковым механизмом для чего‑то куда более опасного. Так мы и шли – медленно и тяжело. Каждый новый коридор встречал нас тишиной, которая уже не казалась доброй. Ментальная магия опять начала подтачивать разум. В тишине пряталась угроза, и все трое это знали. Но дворф, хоть и получал удар за ударом, не сдавал темпа, страдал но терпел. Один раз мы сунулись в более просторный и расчищенный проход, натянутая веревка и приличный камень, привязанный к потолку как на качели чуть не снес меня. Бофус не успел увернуться, камень отрикошетил от него и пролетел мимо меня. Другой раз умроки в нише над проходом собрали кучу сухой каменной пыли. Ловушка сработала, облако пыли упало сверху. Следом нас обстреляли, но мы легко отделались, не получив повреждений, и отошли за ближайший угол. Нам везло, что подлые твари еще не успели тут укрепиться и то, что у них не было тяжелых арбалетов, пробивающих доспехи навылет. Наконец, проход расширился, и впереди показалась небольшая выровненная площадка - не зал, а скорее перекресток трех штолен, где воздух был чуть свежее и не так давил на грудь.
Дворф остановился, тяжело дыша, но не от усталости, а от напряжения. Он постучал топором по камню перед выходом в помещение, проверяя, нет ли подвоха даже в этом, и только потом кивнул: - Тут можно перевести дух, – и в этот момент факел высветил ближе к углу труп человека. - Но недолго, - тут же добавил он. Припорошенный пылью, он лежал, опершись о стену спиной, словно отдыхая. Лысая голова, стеганая куртка-кимоно из плотной льняной ткани, простеганной в ромбы, набитой конским волосом и полосками жесткой кожи. Она не выглядела как хорошая броня, но гасила удары, а в ключевых местах - на груди, лопатках, по бокам - были вшиты тонкие пластины из дубленой кожи. Широкий пояс-обмотка из плотной ткани цвета старого песка. Штаны были свободного кроя, из прочной холстины, с кожаными вставками на коленях и внутренней стороне бедер. Ноги обматывали длинные полосы ткани, поверх которых были надеты легкие кожаные обмотки, застегивающиеся ремешками. Стопы оставались босыми – я слышал, что в ордене считали, что только так можно чувствовать пол, вибрации шагов и малейшие неровности, которые подсказывают, когда враг готовится к рывку. На предплечьях - жесткие наручи с бронзовыми заклепками. По вороту шла простая вышивка - геометрические символы, означавшие обеты дисциплины и контроля над гневом.
Но теперь это продуманное облачение стало памятником, когда реальность треснула от магии. На правом плече стеганая ткань прогорела до самой подкладки, края обуглились и крошились, обнажая глубокие ожоги - кожа вокруг была черной по кромке и багровой глубже, будто сама плоть пыталась удержать жар. На груди ткань спеклась в твердую корку, а один из кожаных сегментов треснул и отошел, открывая повязку, пропитанную целебной мазью - старый шрам, который он так и не успел залечить. Рукав на предплечье сгорел до кожаных наручей. Заклепки оплавились и торчали неровными шипами. Плотные штаны также имели следы жара. Бофус с Бароном переглянулись, - это ничего не значит, мы ничего не знаем, - произнес Барон и отвернулся в другую сторону.
У противоположной стороны входа лежало другое тело, тяжело, неестественно осевшее. Его сферическое тело, некогда внушавшее ужас одним видом, теперь казалось просто громоздким и безжизненным: оно наполовину завалилось на бок, придавив несколько камней. Кожа этого существа была серо‑стальной, плотной, будто отлитой из тугого металла. Матовая, как у старого клинка, долго пролежавшего в земле. По всей сфере тянулись тонкие, почти незаметные концентрические кольца - не шрамы, а естественные борозды, делящие тело на сегменты. Центральный глаз, огромный и темный, занимавший почти треть лицевой стороны, теперь был закрыт плотным веком, похожим на складку тяжелой кожи. Вокруг него, на гибких змеевидных отростках, располагались десять меньших глаз - каждый на своем стебельке. Сейчас эти стебельки безвольно обвисли, словно увядшие лианы, а сами глаза застыли, утратив стеклянный блеск хищника: радужки потухли, зрачки расплылись, и в них не осталось ничего, кроме мертвой пустоты. Особенно бросалась в глаза несколько деталей - на нижней части сферы, там, где у него располагалась широкая пасть с острыми, как иглы, зубами, виднелся глубокий, неровный след. Рана была темной, с запекшимися краями, и вокруг нее ткань слегка обуглилась. Бок твари оплыл и потеки плоти обнажили сгоревшие по краям внутренности.
В воздухе еще держался странный запах - чего‑то выжженного, как после сильной грозы, магия - рассеявшаяся и ставшая безвредной. И все же, несмотря на смерть, в облике твари оставалось нечто, от чего хотелось держаться подальше: даже мертвый, он выглядел не как обычный монстр, а как воплощение высокомерной, разрушительной воли, которая просто на мгновение перестала биться. И в этой неподвижности таилась своя угроза - будто стоило моргнуть, и он снова распахнет глаза. Но сейчас он был мертв.
- Злобоглаз, - выдохнул Дворф, - ужас глубин.
- Это плохо, это очень плохо, - произнес Барон.
Мы замерли, прислушиваясь к тишине, которая теперь звучала иначе. Где‑то далеко, в глубине шахт, что‑то скреблось по камню. И это «что‑то» явно ждало, когда мы придем к нему сами.
Бофус осмотрел тела и вынес вердикт – это было больше суток назад, - уже давно. Он уставился на Барона, тот молчал, как будто не отвечал на невысказанный вопрос.
- Что это значит? – спросил я. Барон с Бофусом переглянулись еще раз. Дворф отвел взгляд, и пошел проверять проходы.
- Эта тварь – сама по себе как зона антимагии, по этому на нее не действуют ментальное давление. При нахождении вблизи живого злобоглаза арканная магия может не замкнуться, а формула - не сработать. Против них обычно собираются жрецы. Эти твари сильные колдуны, и даже после смерти могут наделать сюрпризов.
- На сколько сильные? – уточнил я.
- Сильнее меня, - тише произнес Барон, - может быть, намного.
Подойдя ближе к монстру я почувствовал легкий «металлический» привкус. Попробовал коснуться тела, металл на доспехах слегка завибрировал, а в ушах на секунду появился тихий гул.
- Не трогай, - Барон, - и ничего от него не бери, это может сработать как маяк для других.
Я отошел подальше на всякий случай, дюже опасная тварь. Хорошо все-таки что я не взял с собой Шатти. Теперь важно определить границу, за которой продолжать путь не стоит, как бы ни манила неизвестность и награда.
Автор будет признателен за лайк книге!
Глава 10. Шахты. Часть 2.
Тоннель расширился, но воздух становился гуще - пах сыростью, каменной пылью. Мы дошли до большой выработки. Дворф, шедший впереди, вдруг замер и поднял руку: впереди из темноты проступила громада, и будь мы шагов на пятьдесят назад, заслонила бы почти весь проход.
Животное выглядело так, будто сама тьма и камень понемногу превращали ее в часть пещеры. Бока были мощными, с заметными буграми мышц, но при этом чуть впалыми. Шерсть напоминала спутанную паклю, жесткую и колкую. Она была густо покрыта слоем известковой пыли и мелкой каменной крошкой - казалось, специально терлась о стены, чтобы снять зуд или просто стряхнуть влагу. Рога были ее самой внушительной деталью: широкие, тяжелые, с неровной, будто изъеденной поверхностью.
Это была подземная корова - не обычная скотина с пастбища, а создание, явно привыкшее к жизни в темноте. Она стояла, тяжело дыша, и от ее дыхания в холодном воздухе поднимались клубы пара.
Дворф медленно опустил топор, не убирая, но и не выставляя вперед, и тихо, почти шепотом, произнес:
- Тихо… она просто стоит. Не пугайте.
Мы замерли. Я чуть присел, готовый рвануть в сторону, если тварь бросится. Барон хранил тишину: магия сейчас была лишней, я был с ним согласен, она могла напугать животное и сделать его опасным. Вместо этого он чуть наклонил голову, будто прислушиваясь, и сделал едва заметный жест - просил всех не шевелиться.
Подземная корова шумно втянула воздух широкими ноздрями, будто пробовала запахи на вкус. Потом наклонила голову, и один рог чиркнул по стене, высекая крошечные искры. Дворф даже не моргнул. Он знал шахтерскую мудрость: если зверь не бросается - не торопи его.
- Давай потихоньку, - прошептал дворф, обращаясь скорее к самой корове, чем к товарищам. - Мы не за тобой. Просто мимо.
Он сделал шаг вбок, к стене, прижимаясь ближе к камню. Корова снова фыркнула, но не двинулась. Ее глаза скользнули по дворфу, потом по мне, по Барону - и в этом взгляде я не заметил злобы, только усталость и настороженность существа, которое слишком долго жило в темноте и видело слишком много странных теней. Мы начали проскакивать мимо, не сговариваясь в тот проход из которого вышло животное.
Корова медленно повернула голову вслед за нами, но осталась стоять. Ее бока вздымались тяжело, будто каждый вдох давался с трудом. Может, она была ранена, может, просто устала. А скорее всего на нее также давила аура этой местности. Когда мы почти ушли, корова вдруг наклонила голову и глухо, утробно замычала - не угрожающе, а будто проверяя, ушли ли мы. Дворф на секунду замер, потом медленно кивнул, как будто отвечая, и шагнул дальше. А когда последний из нас скрылся за поворотом, из темноты донеслось еще одно мычание - на этот раз тише, почти как вздох.
- Видимо заблудилась, бедняга, - дворф пожалел животное, - для нас с той стороны откуда она пришла шансов найти вход больше.
Я так не думал. Ментальная магия опять начала бить по мозгам, источаемая где‑то из глубины, она действовала исподволь, коридоры начали опять то растягиваться, превращаясь в бесконечные туннели, то сжиматься, будто стены хотели раздавить нас между собой. Теперь я лучше это видел. Эффекты воздействия усиливались. Время теряло смысл - минута могла ощущаться как час, а час проносился, как миг. В этой искаженной реальности даже привычные навыки казались чужими, а собственные мысли – чужими голосами в голове. Я ориентировался по количеству оставшихся факелов – всего два из десяти. Значит мы ходим тут меньше суток, хотя кажется, что целую неделю.
И все-таки мы продвигались вперед, уже не крадучись, а с той усталой решимостью, когда надо завершить дело, не взирая не на что, все чувствовали что вот оно, уже близко. Я отбросил всякую конспирацию. Шел впереди, и каждый раз, когда перед глазами вставала эта странная, липкая иллюзия - ложный проход, который манил вбок, обещая короткий путь, а на деле закручивал петлю и возвращал туда, откуда мы только что вышли, - внутри все сжималось, будто кто-то скручивал внутренности в тугой узел. Меня начинало мутить, в висках стучала горячая кровь, а перед глазами плясали темные пятна. Но именно в эти мгновения я и видел истину: не глазами, а чем-то глубже, будто сам камень шептал мне, где стена настоящая, а где - лишь обман, сотканный из теней и чужого желания нас запутать. Я пытался вычистить мысли, но они как набат в голове стучали все громче и навязчивее. Нередко искушая, заставляя задуматься всерьез: может все бросить, уйти, отстать в темноте, пока не поздно, я точно смогу добраться назад один. Долго, сложно, но смогу, они и не заметят моего ухода… Все просто, передать факел, прислушаться, немного отстать перед поворотом, шаг назад, за угол, и все, меня нет. Нет, прочь, надо очистить мысли, не думать об этом.
- Тут не пойдем, - бормотал я, тыча пальцем в кажущийся удобным проход, от которого веяло легкой, обманчивой свежестью. - Он ведет по кругу. Нам туда.
И указал на узкий лаз, почти скрытый нагромождением обломков, где воздух был густым, как смола, и пах мокрым камнем и чем-то металлическим. Сначала спутники косились на меня с сомнением: дворф хмыкал и потирал топор, будто собирался проверить стену на прочность, а Барон приподнимал бровь, словно пытался разглядеть в моих словах логику, а не бред уставшего человека. Но после третьего или четвертого раза, когда я в очередной раз чуть не свалился от накатившей дурноты, а они, последовав за мной, вышли не в тот же самый коридор, а в новую штольню - свежую, с острыми, не стертыми шагами краями, где на стенах еще виднелись свежие следы кирки и угольные потеки от факелов, - их скепсис растаял. Теперь перед каждым развилкой они замирали. Не для того, чтобы спорить, а чтобы ждать моего слова. Дворф перекладывал топор из руки в руку, Барон чуть наклонял голову, прислушиваясь не ко мне, а к тишине, которая становилась гуще на ложных путях. А я стоял, закрыв глаза, и позволял этому тошнотворному чувству вести меня. Иногда я просто пожимал плечами, говорил, - ничего, - и тогда мы шли наугад, осторожно, шаг за шагом, проверяя каждый камень. Но чаще я уверенно кивал в одну сторону, и проход, который казался тупиком, вдруг открывал перед нами новый коридор.
Умроки от нас отстали, мелкие пакости с их стороны закончились, может они махнули на нас, не в состоянии справиться, а может и сами опасались быть в этой части пещер, гадать не было смысла.
Новые штольни отличались от старых, будто их выдолбили совсем недавно, в спешке. Стены здесь были неровными, с рваными сколами, а пол - усеян свежим щебнем, который хрустел под сапогами, выдавая наше приближение. На влажных участках проступали белесые минеральные налеты, похожие на застывшие слезы скалы. Воздух тут был чуть свежее - значит, где-то впереди мог быть выход, или хотя бы другой уровень шахт, или, что страшнее, обитаемое место, а я почему-то не сомневался, что дальше будет глобальное подземье – дарка, как называли ее игроки. Локация с повышенной сложностью и с большими наградами.
Однажды мы наткнулись на брошенный инструмент - кирку с треснувшей рукоятью, наполовину погребенную под осыпью. Дворф поднял ее, повертел в руках, хмыкнул: - Еще теплая. Ну, не буквально, конечно. Но бросили недавно. - Он постучал по металлу, прислушался к звону, потом положил кирку обратно, но так, чтобы она лежала ровно, будто отдавая дань тому, кто ее оставил.
Барон склонился над следом на пыли - отпечатком сапога, наполовину стертым, но все еще читаемым. - Не умроки, - тихо сказал он, не поднимая глаз. - Слишком большой размер. Мы переглянулись. Это значило, что мы не первые, кто идет этим путем. И, возможно, не последние. Мы были на верном пути, по крайней мере так казалось.
С каждым новым поворотом мое чувство становилось острее, а тошнота - привычнее. Я уже почти не вздрагивал, когда мир на секунду плыл перед глазами, и просто указывал: «Туда». И они шли за мной, доверяя не столько мне, сколько тому, что этот путь хотя бы вел вперед, а не по кругу.
В какой-то момент коридор расширился, превратившись в небольшую залу, где свод уходил вверх, теряясь в темноте. В центре виднелся широкий провал - вертикальный ствол, уходящий вниз, к которому вели свежие ступени, грубо выбитые в камне. Оттуда тянуло холодом и запахом сырости, смешанным с чем-то еще - тяжелым, древним, будто из глубин поднималось само забытье.
Дворф подошел к краю, осторожно заглянул вниз и тут же отступил, выругавшись сквозь зубы. - Тут кто-то ходит, - прошептал он, показывая на свежие царапины на камне, будто когтями провели по краю.
Барон поднял фонарь, и свет, дрожащий и желтый, скользнул по стенам, выхватывая из темноты странные символы - не руны, а скорее метки: круги, перечеркнутые линии, стрелки, указывающие вниз.
Я стоял чуть в стороне, чувствуя, как внутри снова поднимается знакомая волна дурноты. Но на этот раз она была другой - не от петли, а от чего-то огромного, ждущего внизу. И она не показывала мне ложные пути. Она просто шептала: «Дальше. Именно здесь».
- Нам туда, - сказал я, указывая на ступени. Голос прозвучал тверже, чем я ожидал.
Дворф посмотрел на меня, потом на Барона. Тот едва заметно кивнул.
- Ладно, - проворчал дворф, крепче сжимая топор. - Но если это ловушка, я буду ворчать всю дорогу.
- Ты и так ворчишь, - тихо подметил Калед.
И мы начали спускаться - вниз, туда, где камень становился холоднее, а тишина - тяжелее, будто сама шахта знала, что мы пересекли какую-то невидимую черту и теперь пути назад уже не будет. Пролом в полу уходил вниз, в чернильную тьму, откуда потянуло могильным холодом и запахом старой гнили. - Эти ступени не были сделаны монахами, клянусь своей бородой, - проворчал дворф.
Ступени провели нас, кажется, еще на несколько ярусов ниже. Когда мы наконец вышли в коридор пещеры, воздух стал совсем другим - тяжелым, неподвижным, пропитанным запахом сырой земли и чего-то древнего, давно забытого. Пол здесь был неровным, с наплывами минеральных отложений, похожими на застывшие волны, а стены местами покрывала тонкая корка белесого налета, который тускло мерцал в свете фонаря. Изредка проскакивала и растительность – белый вездесущий мох рос по складкам пещеры, питаясь конденсатом. Мы прошли несколько развилок, на каждой я стоял, казалось, по десятку минут, и наконец добрались. Впереди был проход - узкий, почти скрытый, неестественный, и от него веяло не просто холодом, а ощущением, что за ним кончается привычная земля и начинается что-то совсем иное.
Дворф остановился, положил ладонь на стену, будто хотел почувствовать пульс камня, и тихо подытожил, будто уверяясь, - Да, старше монастыря… намного старше. И строили не для того, чтобы ходить - а чтобы что-то спрятать.
- Оно там, – я вытянул руку вперед в один из проходов, и буквально ощущал волны, как от брошенного в воду камня на гладком озере. Они расходились и накрывали пространство, расходящейся наверх полусферой. Давление перестало нарастать, Бофус шел уже опираясь на стену, а Барон, кажется, передвигался с закрытыми глазами. С тех пор как он взял в руку серебряную цепочку с медальоном, он так и не выпустил ее. Я двигался замыкающим. Лучший момент из всех, чтобы исчезнуть.
Небольшое помещение оказалось почти круглым, будто его не вырубали кирками, а выжигали изнутри: стены были гладкими, с темными прожилками, словно по камню растекся застывший дым. В центре, прямо на каменном полу, лежала странная конструкция — совсем не похожая ни на что из того, что я видел ваньше. Это был массивный кованый предмет, тяжелый и угловатый, будто созданный для того, чтобы удерживать саму реальность.
- Якорь, - выдохнул Барон.
Его зубья, широкие и изогнутые, напоминали огромные когти. Они были покрыты вязкими черными рунами - те словно шевелились в полумраке, будто чернила еще не высохли и продолжали растекаться. В середине якоря тускло мерцал сгусток тьмы: он не был просто тенью, а казался плотным, почти осязаемым - будто сама пустота собралась в каплю и теперь пульсировала в такт чему-то невидимому. От него веяло могильным холодом, и воздух рядом с ним казался гуще, словно пространство там немного прогибалось под тяжестью этой вещи.
Мы замерли на пороге, не решаясь сделать еще шаг. Даже дворф, привыкший к самым странным подземельям, невольно сжал рукоять топора и тихо пробормотал что-то на родном наречии - не заклинание, а, скорее, оберег. Я прижался к стене, держа клинки наготове, но не для удара, а чтобы унять дрожь в руках, мутило – от якоря исходило ощущение, что он не просто лежит здесь, а жрет само людское тепло. Вполне вероятно, так и было.
Барон медленно шагнул вперед, не сводя глаз с мерцающего сгустка. В пальцах он сжал маленький пузырек со святой водой - стекло казалось почти прозрачным, а жидкость внутри слабо засветилась, как будто сопротивлялась той тьме, что витала в комнате. Он склонился над якорем, не касаясь его, будто боялся, что одно прикосновение запустит что-то необратимое.
- Это не просто якорь, - прошептал он, не поднимая головы. Голос прозвучал непривычно тихо, без обычной уверенности, будто даже слова могли потревожить эту вещь. – Это мощная магия, наверное какого-то подземного народа. Он пожирает эманации сверху, напитывая то, что снизу.
Дворф нахмурился и наклонил голову, будто пытался разглядеть в этих словах не магию, а обычную опасность - ту, которую можно разрубить топором.
- И что это значит? - спросил он, не скрывая напряжения. - Что будет, если мы его тронем?
Барон не ответил сразу. Он смотрел на черные руны, на пульсирующую каплю тьмы, и пальцы его чуть крепче сжали пузырек.
- Это значит, - наконец произнес он, и в голосе его прозвучала холодная решимость, - что если мы не остановим его работу, и когда он наестся, то все, что заперто внизу, рано или поздно прорвется наверх. И тогда эти шахты станут не просто могилой - они станут вратами.
Я выдохнул и перевел взгляд с якоря на Барона, будто искал в его лице подтверждение, что у них вообще есть шанс справиться с этим.
- Тогда давай делать то, что нужно, - тихо сказал Бофус. - Только скажи, что и как.
Барон кивнул, не отрывая взгляда от якоря, произнес - Держите дистанцию. Рион, я знаю, у тебя есть еще пузырек со святой водой, дай один, боюсь моих запасов тут не хватит. И будьте готовы к тому, что когда эта штука сломается, она не просто погаснет. Она закричит. – Он выудил из кармашка еще пять флаконов. – Все, что есть. - Я протянул один свой, в сумме получилось семь.
Дворф, стоявший рядом, хмуро кивнул, потирая под коленом: приключения по подземельям с самого монастыря не дались ему просто. - Тогда не тяни. Пока мы тут стоим, эта штука тянет из нас тепло.
Барон начал лить воду – по одному флакону на каждое основание когтя. Она зашипела, как кислота, руны вспыхнули болезненно‑ярким фиолетовым светом, а затем погасли, рассыпавшись пеплом. Седьмой флакон Калед кинул во тьму. Черное пламя затрепетало и схлопнулось в себя. Якорь дернулся, будто живой, и затих. По разуму хлестнуло будто бичом, звон и следом наступила оглушительная тишина. Каждый выдохнул. Наконец сводящее с ума давление пропало. Я сполз по стене, раскрыл челюсти пошире, силясь убрать звон в ушах. Бофус уселся где стоял и рассмеялся в голос, а Барон тем временем невесело произнес, - еще ничего не кончилось, у него был хозяин, вставайте быстрее, здесь оставаться нельзя.
Мы вышли из этого короткого коридора на предыдущую развилку. Теперь она казалась иной, будто вперед выступили детали, которые раньше скрывались пеленой давления злого артефакта. Обширное помещение, четыре хода, несколько больших сталагмитов, растущих прямо из земли будто застывшие копья, пара естественных ниш по стенам, потолок в три моих роста. Из темноты одного из проходов донесся не то шелест, не то гудение - влажный, тягучий звук, от которого волоски на затылке встали дыбом. За ним последовали сухие щелчки, будто кто-то быстро перебирает костяшками пальцев. Бофус шел расслабленно, чуть впереди, криво усмехаясь, - он ничего не слышал. Я перевел взгляд на Каледа: у того кровь будто отлила от лица, он бледнел прямо на глазах, а в глазах плескался чистый страх. Он тоже расслышал, и похоже, знал кто к нам идет.
- Опасность! — выкрикнул я, вбивая клинки в ножны, выхватывая лук и одновременно смещаясь за дальний сталагмит.
И в тот же миг из темноты, с той стороны, где через несколько переходов находился проход с проломом и ступенями, выплыл он.
***
Он не парил плавно, как рассказывали в легендах, - он дергался, будто каждое движение давалось ему через боль. Один из стебельков с глазом был обломан и торчал неровным обломком; на серой броне виднелись глубокие борозды - следы сражений и отголоски заклинаний. Это был Злобоглаз, такой же, как в той пещере, где мы нашли мертвого монаха, - израненный и злой. И в этот миг в голове Риона мелькнула и угасла горькая мысль: «мы даже не отдали монаху должной дани уважения, оставив его там, где он умер. Чертова злая магия, сводящая с ума даже сильных волей».
- Отверните его от меня! - прокричал Калед, рванув в сторону, и в его голосе слышался не просто страх - в нем была паника того, кто знает, на что способно это чудовище.
Бофус замешкался не больше секунды, будто в эту долю мгновения решал свою судьбу, в его голове все сложилось в простую, грубую правду: чудовище большое, бронированное, летает - значит, надо заставить его опуститься и принять удар на себя. Он рыкнул, захлопнул забрало, и его шипастый доспех глухо лязгнул. Он рванулся вперед, в открытую, нарочно громко, чтобы монстр видел, кто идет.
Злобоглаз посмотрел и следом ударил. Резко. Невидимой волной, что снесла как таран. Бофуса оторвало от земли, швырнуло в сторону, и он врезался в сталагмит. Камень треснул, осыпался белой крошкой, но сам дворф оказался крепче. Он рухнул на колено, на секунду мир у него перед глазами поплыл, в ушах зазвенело, а в груди вспыхнула горячая боль - будто ребра пытались собраться обратно, но тут же попытался подняться, стиснув зубы.
Лучник держался за укрытием, стреляя. Первые стрелы нашли цель - одна впилась в основание стебелька, другая скользнула по броне, высекая искры. Но Злобоглаз не был беспомощен. Он уставился на него одним из боковых глаз, и вдруг воздух между ними будто сгустился, стал вязким, как смола. Мир для стрелка словно потяжелел: пальцы онемели, тетива натянулась с мучительной медлительностью, а каждый вдох давался так, будто на грудь положили каменную плиту, что даже натянуть тетиву стало в разы труднее.
Барон не пытался колдовать в лоб. Первый раз он ударил заклинанием, едва успел выйти из тени подавления: вскинул свободную руку, резко очертив в воздухе ломаную линию - точно, без суеты, будто он тысячу раз репетировал этот жест в темноте. Одновременно он выговорил короткую, колючую фразу на древнем языке фраза прозвучала низко, твердо, с нажимом на шипящие. Из кончиков пальцев Барона вырвались не просто разряды - это были нити ослепительного света, пронизанные электрическим треском. Они метнулись к Злобоглазу, на секунду оплели его, словно сеть из чистого сияния, а потом с оглушительным треском ударили в броню. Молния не просто била - она «прожигала» магическую стойкость: по поверхности стебельков пробежали вспышки, будто руны пытались сопротивляться, но свет их выжигал. Воздух наполнился запахом озона и горелого камня, а сам Злобоглаз дернулся, его движения на мгновение стали дергаными, будто ток мешал ему управлять собственными глазами.
Барон не отводил взгляда, удерживая фокус даже тогда, когда разряд угасал. Он знал: свет в этом заклинании не только наносил урон, но и временно ослаблял магические способности цели - и сейчас, глядя на то, как один из стебельков с глазом мелко подрагивает, он понял, что защита чудовища дала трещину. Он просел ближе к полу.
Бофус тут же бросится вперед. Его шипастый доспех был не только защитой - он был оружием: шипы на наплечниках ударили в круглое тело, оставляя мелкие, но злые порезы, от которых Злобоглаз дернулся в сторону и тут же получил следом топором. Дворф почувствовал, как по руке прошла короткая вибрация - будто металл отозвался на металл. Он уже готовился к следующему удару, к тому, чтобы вбить топор в стык пластин, когда мир вдруг дрогнул не от удара, а от чего-то иного - от волны холода и страха, что прокатилась по залу. Бофус стиснул зубы, не позволяя страху стать главным. «Не смотри в глаза, - прошипел он себе под нос, хотя никто и не слышал. - Бей по телу». Рядом вонзилась стрела, еще один из отростков с глазом повис безжизненным толстым канатом.
Дворф сделал еще один резкий рывок вперед, открывая спину монстра своим товарищам, и в тот же миг Злобоглаз снова ударил. Но на этот раз Бофус был готов: он не пытался устоять, а использовал удар, чтобы самому рвануть ближе, перекатиться, сократить дистанцию. Топор мелькнул в полумраке, высекая искру о броню монстра - оставив не глубокий порез. Монстр перевел на дворфа один из боковых глаз, которым постоянно выцеливал лучника, прячущегося за укрытиями. Тот вспыхнул тусклым, пепельно‑серым светом, будто внутри зрачка треснуло стекло. Луч не был ослепительным, как солнечный клинок, и не пылал жаром - он был холодным и ударил плотной струной энергии, похожей на туго натянутую проволоку из тьмы и стали. Сначала он коснулся шипа на наплечнике - и тот с коротким, злым звоном отлетел, будто срезанный невидимым лезвием. Потом луч скользнул ниже, по бедру, и доспех там не просто прогнулся - он начал рассыпаться на глазах: металл тускнел, покрывался тонкой сеткой трещин. Каждый миллиметр стали, которого касался луч, терял прочность, будто сама суть стали растворялась в этом холоде.
Бофус почувствовал это даже сквозь латные пластины и подкладку: не ожог, а странное, леденящее онемение, будто нога вдруг стала чужой. Он нырнул в сторону, чтобы уйти из-под луча, броня на бедре уже не держала форму, она проседала под собственным весом, звеня мелкими осколками. А потом луч добрался до стыка пластин у колена. Там, где металл был чуть тоньше, а заклепки - старее, энергия ударила точно в слабину. Раздался короткий, сухой треск — не громкий, но очень отчетливый, будто лопнула туго натянутая струна. Пластина на колене пошла волной, а затем рассыпалась, обнажив верх поножи и часть ткани поддоспешника. Луч не остановился - он прошел дальше, кромсая камень, как разогретый нож режет подтаявший лед. В этот миг Бофус понял: броня больше не спасает. Он рванулся в сторону, уходя из линии поражения, но было поздно - луч уже сделал свое дело. Когда сияние погасло, на ноге дворфа не осталось цельного куска доспеха: только искореженные, почерневшие края пластин, свисающие клочьями, и открытая рана на бедре - там, где сталь не успела принять удар на себя. Дворф рухнул на одно колено. Он стиснул рукоять топора, чувствуя, как холод от разрушенного доспеха ползет по коже, и поднял взгляд на Злобоглаза - теперь уже не с вызовом, а с ледяной ясностью: он понял, что следующий такой луч может не оставить ему даже шанса подняться. И он снова шагнул вперед, готовый встретить следующий удар.
Барон видел, как луч разрушения кромсает доспех Бофуса, как дворф пытается удержаться на ногах - и понимал: еще секунда, и Злобоглаз добьет его вторым ударом. Времени на изящные ходы не осталось. Он вскинул руку, не выговаривая длинных слов, а швыряя в реальность короткую, колючую фразу - приказ пространству подчиниться. Один резкий жест: пальцы сложились в узкий клин, будто он прорезал воздух, и тут же Барон шагнул вперед, не делая шага по камню, а просто исчезая из одной точки и появляясь в другой. Телепортация ударила по чувствам ледяной вспышкой: на долю мгновения мир для Каледа превратился в серую пелену, где не было ни звука, ни веса, только холод, сжимающий грудь. А потом пелена сорвалась - и Барон оказался в полуметре от Злобоглаза, так близко, что видел, как подрагивают стебельки глаз, как в зрачке зреет новый разряд. Не теряя ни мгновения, он ударил рапирой - коротко и точно, как иглой. Клинок чиркнул по стыку пластин на боку монстра, высекая сноп искр и оставляя глубокую борозду. Сталь на секунду будто прилипла к броне Злобоглаза, а потом со скрежетом вырвалась - и в этот миг Барон почувствовал, как магия чудовища пытается оттолкнуть его, как воздух вокруг становится вязким, сопротивляясь любому движению. Но он не дал себе застрять. Едва клинок освободился, Барон рванулся в сторону, уходя с линии взгляда, и именно в этот момент один из боковых глаз Злобоглаза вспыхнул тусклым, стальным светом. Луч ударил его в плечо - не как пламя, а как ледяной обруч вокруг тела, который мгновенно стянул мышцы. Рука с рапирой вдруг стала чужой: пальцы разжались сами собой, клинок звякнул о камень, а все тело будто сковало невидимыми цепями. Мир не потемнел, но замедлился - каждый мускул кричал, что нужно двигаться, а тело не слушалось, словно кто-то вынул из него стержень воли. Сквозь эту ледяную неподвижность Барон успел заметить, как мышцы на его предплечье вздуваются от напряжения, как вены проступают под кожей, будто тело борется с магией. И тогда он сделал единственное, что еще мог, - резко поджал ноги и рухнул назад, не пытаясь устоять, а используя инерцию, чтобы откатиться прочь. Каменный пол царапнул спину, плечо обожгло болью, но этот рывок разорвал прямую линию луча. Барон замер на мгновение, лежа на боку, тяжело дыша, чувствуя, как паралич еще держит его, но уже слабеет - будто хватка чудовища начала рассыпаться. Он перекатился на колено, вслепую нашаривая рапиру, и поднял взгляд на Злобоглаза. Монстр уже смещался, отлетая назад, готовя новый удар. Он встал между чудовищем и другом, а не подчиненным и этого хватило, чтобы дворф смог собраться, чтобы у них появился еще один шанс.
Воин с двумя клинками выскользнул из темноты с той стороны, где коридор сужался в узкую щель между двумя массивными сталагмитами - он держался в тени, выжидая, пока фокус чудовища сместится на Барона и дворфа. Он не бежал - он стекал по стенам, отталкивался от камня так, будто пол был ему не нужен. Оттолкнувшись от стены, он взвился в длинный, почти невозможный прыжок, развернулся в воздухе и обрушился на Злобоглаза сбоку - не с размашистым ударом, а с серией быстрых, точных выпадов, словно хотел не столько пробить броню, сколько сбить ритм чудовища. Клинки мелькнули в полумраке: один чиркнул по основанию стебелька, второй вонзился в стык пластин, проскочив внутрь тела, заставив монстра дернуться.
Злобоглаз не ожидал атаки с этой стороны. Его боковые глаза закрутились, пытаясь поймать новую угрозу, центральный глаз на секунду потерял фокус - и этого хватило, чтобы сделать еще один резкий маневр: перекатиться по воздуху, оттолкнуться от выступа на стене и снова ударить, на этот раз целясь в незащищенное основание одного из двигающихся глазных стебельков. Сталь звякнула о кость, и чудовище издало звук, похожий на скрежет камня по стеклу - низкий, вибрирующий, будто само пространство возмутилось. Но монстр не был оглушен. Он не стал отвечать грубой силой - вместо этого он резко повернул центральный глаз, поймав фигуру в фокус, и из зрачка вырвалась не вспышка, не луч, а густая, вязкая тень, похожая на каплю чернил, которая мгновенно расплылась в воздухе. Она не обожгла, не ударила - она легла на сознание, как тяжелый плащ, приглушая все чувства, кроме одного: необходимости уничтожить угрозу.
***
В этот миг моя реальность треснула, разделилась надвое. Я видел и понимал что происходит, но тело действовало теперь отдельно, автономно, без моего участия, как будто меня отодвинули на шаг назад и сделали простым зрителем. Друзья, которых я прикрывал, вдруг стали чужими фигурами, мешающими в узком пространстве. Барон, все еще поднимающийся с пола, показался мне чудищем, который хочет перекрыть путь к отступлению. Бофус, сжимающий топор, превратился в громоздкую, опасную преграду, которую нужно убрать первой, любой ценой. А сам Злобоглаз… он перестал быть чудовищем - он стал единственной ясной точкой в этом искаженном мире, голосом, который шептал: «Они мешают. Убери их». Воля треснула, провалилась, исчезла.
Я почувствовал, как моя собственная рука действует отдельно от мыслей - она сжала рукоять с такой силой, что костяшки побелели, а мышцы на предплечье вздулись, будто пытаясь удержать не клинок, а самое малое тяжелый молот кузнеца. Тело сделало резкий шаг вперед, не к монстру, а к дворфу - потому что в этой искаженной картине именно Бофус был главной угрозой.
И когда я занес клинок, чтобы ударить, внутри не было ни злобы, ни радости – только отстраненность и холодная, пустая сосредоточенность существа, которое выполняет приказ, даже не понимая, кому он принадлежит. В этот миг я уже не был собой, а стал оружием в руках Твари.
***
Бофус вдруг почувствовал, как реальность вокруг него на секунду искривилась, а вместо товарищей перед ним встали чудовища. Но дворф не был новичком в битвах с магией. Он знал этот вкус - когда мир врет, а ты должен верить только железу и собственной ярости. Он стиснул рукоять топора, опустил голову, прикрываясь наплечником, и сделал еще один шаг, чтобы занять позицию, чтобы быть там, где он нужен.
А потом мир снова дернулся, но уже не от магии - от стали. Рион, под ментальным контролем, нанес удар. Бофус едва успел заметить движение, слишком быстрое, слишком точное, чтобы быть случайным. Клинки мелькнули в полумраке, и один из них нашел слабину в защите - удар пришелся по колену, рассекая остатки доспеха и плоть. Дворф рухнул, и на этот раз не от телекинеза, а от собственной тяжести и боли, что вспыхнула огнем ниже пояса. Он упал на бок, не выпуская топора. Тяжело, утробно закричал, на инстинктах отбил еще несколько стремительных росчерков стали лезвием и древком. Боль была такой, что на секунду потемнело в глазах, но он все равно поднял взгляд - не на воина, не на монстра, а на Барона, потому что знал: если кто-то и может вернуть реальность на место, это он. И когда Барон выкрикнул формулу рассеивания, Бофус сжал зубы и удержался в сознании, не позволяя боли утащить его в темноту.
Вот он и наступил момент, когда дворф получил серьезную рану - не от когтей, не от луча, а от клинка своего же товарища, которого магия превратила во врага. И в этом была самая горькая правда боя: самый страшный удар приходит оттуда, откуда ты его не ждешь.
- Омне инкулум магиаэ солво вин диссипо эст! – донесся знакомый речитатив колдуна.
***
Барон выкрикнул формулу рассеивания. Магия подчинения рассыпалась. Реальность вернулась с оглушающей ясностью - и вместе с ней я пришел ужас от того, что я только что сделал. Я перетек в одно движение, клинки мелькнули в едином выпаде - один колол, второй рубил. Сталь прошла сквозь плотную шкуру твари, рассекая сухожилия и мышцы твари. Один из отростков отлетел в сторону, и чудовище попятилось, ударившись о камень с глухим, вибрирующим звуком.
***
Злобоглаз не стал тратить время на новые лучи. Он уже понял: эти трое не сломаются от страха, а раны и ярость делают их опаснее. С резким, сухим звуком, похожим на треск ломающегося льда, монстр выбросил вперед волну телекинеза - не тонкую нить, как раньше, а плотную, тяжелую стену невидимой силы. Она не светилась, не искрила, но воздух перед ним налился тяжестью, а пространство исказилось, как над раскаленным камнем. Хоть и не настолько мощная как по одной цели, но подходящая для текущей ситуации. Ударная волна разошлась от него кругом.
***
Волна настигла меня в середине выпада, подхватила и крутанула в воздухе, словно тряпичную куклу, ударился плечом о выступ, а потом сполз вниз. Барона, который только-только поднялся на колено и тянулся к рапире, швырнуло назад, будто кто-то пнул его в грудь кованым сапогом. Он пролетел по камню, скребя спиной по неровностям, и врезался в основание сталагмита.
Получены повреждения от: Злобоглаз (Раб) (волна телекинеза) повреждения: 11 (0% заблокировано доспехом). Остаток здоровья: 43/56. Доспех получил повреждения, прочность 41/42.
А Злобоглаз уже не смотрел на нас. Едва телекинетическая волна сорвалась с его глаз, он резко развернулся всем телом - не плавно, а дергано, будто каждый поворот давался через боль. Его стебельки с глазами сложились, прижимаясь к сфере, чтобы не цепляться за выступы, а центральный глаз на долю мгновения вспыхнул тусклым светом, словно проверяя путь впереди.
Барон, сделал единственное, что оставалось: резко выбросил руку ладонью вперед - жест был коротким, без витиеватых завитков, только чистая линия силы. Хлесткий удар молнии ушел следом за монстром, не настигнув его, но заставив Злобоглаза на долю секунды потерять плавность движения, тот заскочил в проход - туда, где свод поднимался, а камни лежали грудами, будто когда-то здесь обвалился потолок. Пролетая мимо острых обломков, он не замедлялся: напротив, его движение стало стремительным, почти отчаянным. Один из стебельков все же задел выступ - и с сухим хрустом обломился, оставив на камне тонкую полосу темной слизи. Но монстр даже не дернулся: он просто ускорился.
Проход поглотил его почти мгновенно. Только на секунду мелькнули в темноте подрагивающие остатки глазных стебельков - и все. Тишина, которая наступила следом, была не спокойной, а звенящей, будто пещера еще не поверила, что чудовище ушло.
Барон, приходя в себя, приподнялся на локте и посмотрел туда, где только что висел Злобоглаз. В груди жгло, в ушах стоял гул, но он все равно хрипло выдохнул: - Ушел…
Чуть в стороне от последней стычки рычал и хрипел Бофус, шаря по карманам в поиске зелий. Но там было только крошево стекла и пустые ячейки.
Я медленно приходя в себя, потянулся за зельем, пальцы дрожали, а взгляд был еще мутным, я как будто до сих пор видел перед собой не камни, а искаженную картину, навязанную монстром. Стиснул рукоять, будто хотел убедиться, что она настоящая, и тихо, почти шепотом, произнес: - Я… я чуть не убил Бофуса.
Дворф лежал на полу, его лицо исказилось от боли, но глаза оставались ясными. Он не обвинял меня - он просто стискивал зубы, пытаясь удержать сознание.
Я нашарил рукой последнее зелье лечения, и протянул его дворфу. Тот принял трясущейся рукой и опрокинул в себя. Кивнул, отвернулся, втягивая воздух сквозь сжатые зубы.
Тишина была горькой, мы стояли посреди разрушенного зала, среди обломков камня и собственных ошибок. Барон тяжело опирался на рапиру, Калед медленно опускался на пол, будто ноги больше не держали его. А я смотрел на Бофуса, на его ногу ниже колена, которая лежала рядом, и понимал: этот бой мы не выиграли - мы его проиграли. И теперь перед нами стояла новая задача: как спасти дворфа и понять, куда теперь ведет нас эта проклятая шахта.
- Мы его сделали, - тихо сказал дворф, скорее себе, чем остальным.
Никто не ответил. Даже желанная ранее строчка лога не принесла радости. Вы победили, ранив врага и заставив отступить, количество опыта снижено.
Получен опыт за бой: 1500.
Глава 11. Глубины.
Барон, пошатываясь и морщась от боли в ребрах, подошел к Бофусу и опустился рядом на одно колено, осторожно, чтобы не задеть раненую ногу. Он снял перчатку и положил ладонь дворфу на плечо? - Как ты, друг? Держишься?
Бофус стиснул зубы, потом он коротко, хрипло выдохнул и чуть приподнял подбородок, будто даже сейчас не хотел выглядеть раненым.
- Держусь. Нога - дело поправимое. Если только не придется сейчас бежать. – Попытался выдавить шутку дворф.
Я знал, что сильная боль после выпитого зелья уже отступила, осталась тягучая, ноющая. Барон чуть усмехнулся, но в улыбке не было веселья, - только усталость.
- Бежать ты еще сможешь. У меня в схроне есть зелье регенерации. Самое настоящее, не разбавленная настойка. Мы вытащим тебя отсюда, и я его принесу. И ты ничего не будешь мне должен. Слышишь? Ни клятвы, ни долга. Я так хочу.
Дворф хотел было что‑то буркнуть – наверняка что‑то про: «я сам заплачу» или «не надо мне подачек», но Барон не дал ему начать. Он чуть наклонился вперед, глядя прямо в глаза, и сказал тихо, но так, что спорить было бесполезно:
- Ты прикрывал меня столько раз, что я бы до сих пор валялся где‑нибудь в канаве, если бы не твоя секира. Так что это не подарок. Это… просто возвращение старого долга.
Бофус помолчал, сжал рукоять топора, потом медленно кивнул. Не потому, что сдался, а потому, что понял: тут не жалость, тут верность. Его верность, отданная барону, возвращается к нему обратно.
- Моя служба – это честь, достоинство, клятва. Но, ладно. Если ты так говоришь… я приму.
Барон кивнул, будто это и было тем, что он хотел услышать.
Тем временем я подошел ближе и присел на корточки, сказал. - Мы не можем идти дальше втроем, - не с такой раной. Даже если Бофус будет держаться, он не сможет нормально двигаться. А если снова будет бой… - Я не договорил, но все и так поняли.
- Назад тоже нельзя, - проговорил Барон, поднимая взгляд в темноту прохода, откуда они пришли. - Там пусто. А вперед ушла группа. Их осталось еще семь, а это тоже сила. И… мой сын.
Последнее слово он произнес почти шепотом, но оно прозвучало громче любого крика. Мы молчали, понимая, почему каждый шаг для него - необходимость.
- Значит, я подожду здесь, - прохрипел дворф. - И если Злобоглаз уйдет туда… если он их найдет раньше…
- Мы его сильно потрепали, если они живы, то прикончат его, монахи сильные воины, - спокойно сказал Барон. – Теперь он не нападет просто так. Он будет искать слабых, будет бить по тем, кто не ждет. Якорь уничтожен, теперь монахи будут идти уверенно, они даже могут подумать, что зачистили подземелье, и вернуться.
Я провел ладонью по лицу, стирая пот и пыль. - Тогда у нас нет выбора. Мы не можем бросить их, ждать тоже. Но и Бофуса тащить по этим коридорам… это самоубийство. К тому же они могут не вернуться этим ходом. Где-то есть еще как минимум один, и та подземная корова, она не могла пройти нашим путем.
Дворф снова хотел возразить, хотел сказать, что он пойдет, что он выдержит, что не станет обузой, но Барон мягко, но настойчиво остановил его жестом.
- Я предлагаю план. Ты останешься здесь. Не один - с тобой будет Рион. Он не даст никому подкрасться к тебе. А я пойду вперед. Быстро, по коротким путям, если они есть. Либо догоню монахов, либо... – он замолчал. Было очевидно что в план сквозит дырами.
Я нахмурился, обдумывая. - Это рискованно. Ты один, а он где‑то там. И если он тебя заметит…
- Я видел, где у него слабые места. И я не собираюсь с ним драться. Я собираюсь пробежать мимо. Как тень, - спокойно ответил Барон.
Бофус смотрел на него долго. Потом медленно, с усилием, протянул руку и положил ее на плечо Барону. - Положите меня ближе к ступеням, если монахи вернутся, они не смогут пройти мимо, а вы пойдете вдвоем, так надежнее.
Барон только начал было говорить и вдруг замер, подняв руку. Я тоже это услышал. Бофус притих, и в этой тишине особенно отчетливо прозвучало то, что до этого скрадывалось эхом подземелья: из соседней пещеры донесся надсадный кашель, сухой и тяжелый, будто человек пытался вытолкнуть из груди осколки камня. За ним последовал хрип - не долгий, но такой, что у любого, кто хоть раз слышал раненого, сжималось сердце.
Я мгновенно прижался к стене, мечи стали продолжением. Бофус, стиснув рукоять топора, медленно, без лишнего лязга, приподнялся на здоровом колене, готовый хоть ползком, хоть на одной ноге, но встать навстречу угрозе.
Барон поднял свободную руку, приказывая всем оставаться на месте, и сделал несколько шагов в сторону от прохода, откуда доносились звуки. Замер, чуть наклонил голову, прислушиваясь к тишине пещеры - к тому, как она дрожит на грани слышимого. Потом он поднял руку чуть выше, пальцы сложились в короткий, точный жест. И тут же в стороне ото всех, за грудой обломков, раздался гулкий звук шагов - тяжелых, уверенных, будто кто-то в латных сапогах нарочно топал по камню, выдавая себя. Звук был настолько явным, что даже я невольно повернул голову туда, ожидая увидеть силуэт. Но там никого не было.
Это было колдовство Барона - отвлекающий маневр. Если из темноты кто-то следил, если там притаился не только раненый, но и еще какая-то тварь или дозорный Злобоглаза - пусть теперь смотрит туда, гадает, кто идет, тратит мгновения на решение. Он не стал ждать, пока эхо утихнет. Как только звук ударил по стенам и растекся по пещере, он швырнул вперед факел.
Свет выхватил из темноты силуэт. Шатаясь и опираясь на обломок сталагмита, вышел человек в изодранной монашеской одежде. Лицо его было покрыто пылью и копотью, один рукав висел клочьями, а на груди темнело пятно, которое даже в полумраке нельзя было спутать ни с чем, кроме крови. Это был один из мастеров-монахов. Сейчас его глаза, казалось, не видели ничего.
Он сделал еще один шаг, закашлялся так, что согнулся пополам, и едва не рухнул. Точно не враг – я стоял ближе всех и успел подхватить его, не дав удариться о камень.
- Тихо… тихо, - подскочил Барон, усаживая монаха спиной к стене и придерживая его за плечи. - Ты не один. Мы здесь.
Монах с трудом сфокусировал взгляд, будто пытался вспомнить, кто перед ним, и наконец, хрипло, с паузами, выдавил: - Они… они не ждали… эта тварь… она пришла из теней…
Барон не стал расспрашивать. Он знал, о какой твари идет речь. Вместо этого он быстро, но бережно осмотрел рану, оценил, сколько крови потеряно, и понял: без зелья монах не дойдет даже до первого подъема.
Не раздумывая, он снял с пояса один из двух последних флаконов с золотистой жидкостью - зелье исцеления, которые мы берегли на крайний случай.
- Пей, - коротко приказал он, поднеся флакон к губам монаха.
Он сделал глоток, и по его телу прошла короткая, заметная дрожь. Цвет лица чуть выровнялся, дыхание стало глубже, а взгляд - острее. Рана на груди не исчезла полностью, но перестала сочиться кровью.
- Спасибо, - прошептал монах, и в этом слове было больше, чем простая благодарность.
Барон кивнул, убрал пустой флакон и повернулся к Бофусу. Дворф уже понял, к чему идет дело, и в его взгляде опять читалась упрямость, но он не успел ничего сказать. Барон заговорил первым, обращаясь к монаху.
- Ты пойдешь назад. С тобой будет он, - он кивнул на дворфа – Ты поможешь ему отсюда выбраться. Он знает, как мы шли сюда, а ты сможешь его защитить, если что.
Бофус хотел возразить, стиснул рукоять топора так, что пальцы побелели, но потом медленно, тяжело выдохнул. Он был упрямым, но не глупцом. Он видел, что сейчас его нога - риск для всех.
- Я никогда не сдавался, - прохрипел он, глядя прямо на Барона.
- И не сдавайся, - спокойно ответил Барон. - Считай, что ты не отступаешь, а прикрываешь тылы. Если мы не вернемся, ты будешь тем, кто расскажет правду. Если вернемся - ты будешь тем, кто поможет добить эту тварь, когда ее загонят
Дворф помолчал, потом коротко, почти незаметно кивнул.
- Ладно. Но если ты погибнешь там, я найду тебя даже в загробном мире и выскажу все, что думаю.
Барон чуть улыбнулся - впервые за долгое время, искренне. - Договорились. Тогда у меня нет права погибнуть.
Он повернулся к монаху, который уже смог сесть ровнее, и немного расслабиться. - Сможешь идти?
Монах кивнул.
— Смогу. Спасибо… еще раз.
— Не благодари. Просто расскажи, где ты видел остальных. И что там было перед тем, как ты отстал.
Монах заговорил. Он описал развилку, где группа разделилась, чтобы проверить боковые ходы, и упомянул проход, не лестницу, а штольню, которая вела вверх, к старой шахте - туда, где раньше добывали камень силы. С ним было два старших послушника и один маг. Они тут долго бродили наугад, заблудились, а потом был внезапный бой. Его ранило, оглушило, и он пришел в себя буквально только что, когда действие магии разума закончилось. Куда пропали остальные, он не знал.
Барон посмотрел на Бофуса и монаха, будто хотел убедиться, что они действительно смогут уйти.
- Держитесь вместе. Не разделяйтесь. Если встретите что-то - не геройствуйте. Просто уходите. Мы догоним.
Когда они наконец двинулись в сторону выхода, ступая осторожно, чтобы не тревожить раненую ногу дворфа, Барон стоял на развилке, провожая их взглядом, пока тени не поглотили их фигуры. Только тогда он повернулся ко мне. Теперь настала пора решать, что делать дальше.
Он достал последнюю склянку, опрокинул в себя, произнес - Теперь и я могу двигаться дальше, и ты, насколько вижу, почти в порядке.
- Я пойду дальше, если ты мне все расскажешь, - выдвинул я свой ультиматум. Я не мог не замечать этих переглядываний Барона и Бофуса, их невысказанных вопросов и таких же ответов, как не мог и не замечать того, что Барон не сильно беспокоится о том, что Монстр вернется и закончит начатое.
- Что рассказать? – Барон был не сильно удивлен, но и не спешил выкладывать карт на стол.
- Твоя магия, - я покрутил пальцем в воздухе, - родовая, это свет и молния, так?
- Так, - сухо подтвердил Калед.
- Тот монах… - я закинул удочку, выразительно посмотрев на Барона.
Он медленно убрал пустую склянку в поясной карман, закрыл, провел большим пальцем по пробке, словно стирая невидимую пыль, и только после этого поднял взгляд. В нем не было злости, или желания закрыться - скорее усталость.
- Родовая магия - это не просто «свет и молния», - сказал он тихо. - Это… как шрам, который тянется через поколения. У нас в роду каждый, у кого хватает силы, получает этот долг. Свет - он не только освещает. Он может выжигать. А молния - она не просто бьет. Она может связывать. Мы специализировались на духах, на призыве потусторонних сил…
Я слегка наклонил голову, не перебивая.
- Мой сын… - Барон помолчал, подбирая слово, - Его магия была мягче. Он учился не разрушать, а удерживать. Свет у него был не как клинок, а как щит. И когда я вижу, что сделал с ним Злобоглаз… я понимаю: монстр не просто подчинил его магию. Он вывернул ее наизнанку, заставил работать против него самого, – он помедлил. - Но это не все, что ты хочешь знать. Ты спрашиваешь про тайны. Их не так много, как кажется. Просто они не простые. В моем роду есть еще одна особенность. Мы можем… чувствовать чужие заклинания. Не видеть их, не слышать, а именно чувствовать - как дрожь в воздухе, как холод на коже. Когда Злобоглаз выпустил ментальную хватку, я не просто вздохнул свободнее. Я снова начал ощущать, где он, как он дышит магией. Это не точный компас, скорее как нить, след впереди. И именно поэтому я знаю: он сейчас уходит, а не сидит неподалеку или сзади. Он будет выжидать, когда мы сделаем неверный шаг.
- Снова? – я уцепился за оговорку.
Барон тяжело вздохнул.
- «Снова» - потому что раньше я это чувствовал постоянно. Пока ментальная хватка давила, она не просто мешала колдовать. Она будто накинула на мир толстое одеяло: все стало глухим, размытым. Я не мог отличить свой собственный импульс магии от чужого, не мог понять, где кончается моя воля и начинается его искажение. Это как пытаться услышать шепот в грозу. Именно по этому я старался колдовать как можно реже. Если я начну швырять сильные заклинания направо и налево, он тоже меня почувствует. Поэтому я не бил, пока не был уверен, что удар действительно нужен.
- Тогда расскажи мне то, что поможет нам не умереть в этих коридорах.
Барон чуть усмехнулся, но эта усмешка выдала его облегчение.
- Хорошо. Слушай. Когда я буду чувствовать, что он близко, я дам знак. Жестом. Ты в этот момент не лезь в бой. Уводи его внимание. Создавай шум, отвлекай, заставляй смотреть не туда. А я использую эту секунду, чтобы добить его. - Он помолчал, потом добавил уже спокойнее. - И еще. Если вдруг я начну говорить что-то странное, если мои приказы станут слишком резкими или, наоборот, слишком мягкими - останови меня. Потому что если Злобоглаз снова дотянется до разума, он может попробовать использовать и меня. Моя магия сделает меня… заметным для него.
- Договорились, но это все-таки большой риск, - я озвучил свои сомнения, помолчал, будто взвешивал, стоит ли вообще произносить эти слова вслух - а потом все-таки выдохнул, глядя не на Барона, а куда-то в сторону, туда, где тень от сталагмита ложилась особенно густо: - А вдруг у него есть хозяин? Ну… тот, кто дергает за ниточки.
Барон не стал сразу отмахиваться. Вместо этого он чуть склонил голову, прищурился. - Хозяин… - протянул он тихо, пробуя слово на вкус, - Ты думаешь, кто-то его ведет? Лич? Архимаг? Или… нечто похуже?
Я хотел было кивнуть, но запнулся. Тут-то и начиналась главная сложность: он-то не знал про метку «(Раб)» из логов, про сухие строчки урона, которые видели только мои глаза. Но сказать об этом Барону – либо забудет и еще неизвестно что это будет и за какой срок, либо это может сломать для него весь мир, превратить его из живого, чувствующего человека в строчку текста как минимум на этот день. А этого я делать не хотел. Не сейчас. Может, вообще никогда. Это было бы не честно, не справедливо.
- Просто… - я опять запнулся.
- Ты вел нас последнюю часть пути. Если ты говоришь, что тут что-то еще…. - Он замолчал, а потом вдруг резко, без перехода, спросил:
- Откуда ты это знаешь? Ты раньше сталкивался с таким? Или это… предчувствие?
Я чуть не вздрогнул от этого прямого взгляда. Ему хотелось сказать: «Я видел это в логах», хотелось объяснить про механику, про метки, про то, что в этом мире есть правила, которые Барон не может увидеть. Но вместо этого медленно выдохнул и выбрал другую правду - ту, что не поломала бы реальность Барона:
- Я… не знаю. Просто заметил одну вещь. Когда он ударил меня тем лучом, на миг мне показалось… будто я почувствовал не только боль. А еще… чужой взгляд. Будто кто-то смотрел не глазами Злобоглаза, а через них. И этот взгляд был… холодным. Расчетливым. Не как у простого зверя, а как у того, кто привык командовать.
Барон слушал, не перебивая, и по мере того как слова складывались в картину, его лицо становилось все более жестким.
- Чужой взгляд… через него, - прошептал он, и в этом шепоте не было страха, только холодная догадка. - Значит, он не просто чудовище. Он - оружие. И если есть тот, кто его держит… тогда все, что мы делали, пока был якорь, он видел через свою магию. Каждый наш шаг. Каждую ошибку и каждый их шаг…
Он помолчал, сжимая и разжимая пальцы, будто хотел почувствовать рукоять рапиры, но не тянулся к ней - потому что сейчас его оружием была мысль.
- Если есть хозяин, - продолжил Барон уже тверже, как будто принял решение, - то он нас пока потерял. Я не заметил в последнем бою заклинания слежки, когда рассеивал магию, либо она слишком сильна, либо ее нет совсем. Тогда мы не можем идти так, как он ждет. Мы должны сделать что-то, чего он не предскажет. Что-то… нелогичное.
***
Мы мчались по подземным галереям, едва успевая сворачивать на резких поворотах, и иногда, казалось, что вот-вот врежемся в камень. Барон двигался впереди совсем не как уставший маг.
- Настигаем, он ближе, - время от времени коротко сообщал колдун.
Теперь он колдовал свободнее - подвесил заклинание света на два камня размером с кулак: те вспыхнули, как факелы, заливая пространство ярким светом в радиусе десятка шагов, и еще на столько же дальше тянулся тусклый ореол. Это было куда удобнее, чем тащить факел: руки свободны, пламя не гаснет от сквозняка, и свет не мечется, выхватывая из темноты то один угол, то другой.
Наконец Барон резко остановился, будто налетел на невидимую стену. Тихо проговорил. - Он исчез, просто перестал быть там, где только что был. - Он был там, - Барон указал рукой на проход, из которого тянуло холодным воздухом.
Мы рванули следом, и через несколько десятков шагов галереи распахнулись в обширное помещение. Свет от зачарованных камней ударил по стенам, выхватывая из тьмы неестественный рельеф: пол здесь был явно обработан, плита отшлифована с тщательностью, какой не встретишь в дикой пещере. Напротив, на стене, тускло светились надписи - сложная вязь, в которой угадывались очертания букв, но смысл ускользал, как вода сквозь пальцы.
- Стой! - рявкнул Барон, и я замер, едва не врезавшись в него. - Не смотри. Это ловушка.
Я послушно опустил взгляд, уставившись на собственные сапоги. Сердце все еще колотилось от быстрого бега.
Барон не смотрел на руны прямо. Он чуть наклонял голову, ловил отсветы боковым зрением, поворачивался так, чтобы не пересекать линию, ведущую от глаз к надписи. Он осматривал не текст.
Через несколько долгих, тягучих мгновений он выдохнул, будто сбросил с плеч мешок с камнями, и тихо произнес. - Вот оно. На полу.
Я осторожно, не поднимая глаз к стене, вглянул. И только теперь заметил: на полу был выведен круг приличного размера, исписанный символами и линиями. Они почти сливались с камнем, прятались в тенях, но отблеск магических чернил выдавал их - тонкая, едва заметная линия мерцала, как след от масляной капли на воде.
Он сделал шаг вперед, но не к стене, а вдоль края круга, внимательно изучая последовательность символов. Барон замер, чуть склонив голову, и прошептал короткое заклятие - обнаружение магии легло на воздух тонкой рябью, потоки арканы подсветились яркими нитями всевозможных цветов, видимых даже мне. И будто в спокойную воду бросили горсть камней: круги пошли от центра к краям, цепляя каждый знак, каждую линию, каждый едва заметный отблеск в своем, только магам понятном, порядке. Потоки арканы вспыхнули на первый взгляд хаотичными линиями и искрами, будто их вырезали в самой ткани реальности.
- Это не просто руны на стене, - прошептал Барон, в его голосе не было паники, - Это связка. Руны на стене – это и приманка и ловушка, любой, кто окажется близко и попытается их прочитать или стереть, вызовет сильный взрыв. Круг на полу - портальный, и он запитан от этих рун. Пока руны светят, он не погаснет. Но к рунам не подойти, портал сработает и перенесет неизвестно куда.
Я застыл, не сразу осознав, насколько хуже стало от этих слов. - Портал? Но он не активирован. Нет ни вихря, ни свечения…
Барон покачал головой, не отрывая взгляда от линий, будто боялся, что если моргнет, они исчезнут. - Он не в режиме перехода. Он в режиме ожидания. Представь дверь, которую держат закрытой, но не на засов, а на натянутую струну. Как ловушка на перепелок. Пока мы не пересечем некую линию, он не откроется.
Он провел ладонью в воздухе над кругом, не касаясь камня, и я увидел, как по его пальцам пробежала короткая дрожь. Он подобрался, медленно повернулся ко мне, внимательно посмотрел.
- Это самоубийство, - произнес я.
- Знаю, поэтому и не прошу. Позже, я хотел предложить тебе надел и место в дружине. Теперь говорю это сейчас. – Во взгляде Каледа не читалось ничего.
- Я не за выгодой сюда пошел, - сказал я, четко понимая, что пошел следом в первую очередь за легким опытом. Да, поначалу была выгода от похода, но возможно она уже переросла во что-то другое. Хотя, может быть, частично, и за деньги, я не понимал. Взвешивал. Шанс подохнуть крайне высок. Но и выгода в случае успеха колоссальная. Возможно, даже умерев я буду воскрешен, возможно…
Я шагнул вперед, молча, Барон кивнул, развернулся, зашагал следом. Вспышка и длящееся ощущение что тебя растягивают, сжимают, следом идет невесомость, и вот тьма расступается и то что предстает перед глазами сначала удивляет, потом настораживает, проходит секунда и тебя оглушает невозможностью этой реальности.
***
Мы стояли на широкой, мощеной камнем площадке - будто на крепостной стене, но без зубцов, без бойниц, без привычной человеческой логики в пропорциях. В обе стороны от нас уходили два массивных моста - налево и направо - к огромным башням, выделяющихся из стен титанической пещеры. Я обернулся, позади угадывались чертоги, словно высеченные прямо в стене пещеры, но не как дикая порода, а как творение чьих-то чудовищных рук: колонны из камня, арки, и окна, в которых не было стекол, а была только тьма, чуть подсвеченная изнутри тем же мертвенно-бледным зеленым светом.
А впереди, до самых стен, теряющихся в дымке, стояло войско. Не строй, не отряд, не армия - а сборище, от которого веяло неправильностью. Люди, орки, дворфы, полувеликаны… и кого только нет - тени с человеческими очертаниями, но без лиц; существа, у которых вместо глаз горели узкие щели: фигуры, покрытые костяными наростами, будто они росли прямо из доспехов - големы. И над всем этим висела тишина.
Барон вдруг резко осунулся, будто с него разом сняли десять лет и столько же сил. Он посмотрел под ноги, словно надеялся увидеть там хоть какой-то знак, хоть намек, что это не конец пути, а только поворот. И прошептал в отчаянии, едва слышно, так, что я едва разобрал: - Он односторонний… Прости.
Его взгляд заметался по площадке, по мостам, по башням, по строю впереди - ища лазейку, выход, хоть что-то, что могло бы опровергнуть очевидное. Но лазеек не было. Портал, который казался просто каналом, на деле был дверью в одну сторону. И мы ее пересекли.
Вдруг раздался хохот - не человеческий, не звериный, а такой, будто сама пустота научилась смеяться. Он шел отовсюду - замогильный, страшный, лишающий надежды одним своим звуком. - Мои новые гости, как же я рад, каждому своему гостю я искренне благодааарен - протянул голос. Но радость это роскошь, которую я давно утратил. Добро пожаловать в мои чертоги.
Я не стал искать на источник голоса. Вместо этого я шагнул ближе к Барону и резко, почти грубо встряхнул его, спросил: - Куда нам!?
Барон не отзывался. Он стоял, будто прикованный к камню, и в его глазах я видел осознание, тяжелое и горькое. Он все уже понял. И от этого понимания ему было хуже, чем от любой раны.
- Не время для рефлексий! - рявкнул я, хватая его за плечо и встряхивая, чтобы вернуть в реальность.
Он моргнул, будто выныривая из кошмара, и тут же, не теряя ни секунды, снова прошептал формулу обнаружения магии. Его глаза на миг вспыхнули внутренним светом, а потом он резко вытянул руку, указывая вправо: - Туда! Там больше устойчивой магии, а Злобоглаз в другой стороне, может еще есть шанс.
Мы оба рванули вперед, к правому мосту. На середине пути я оглянулся - и увидел, как из башни напротив выплывает он.
Он левитировал, невысоко над полом, будто плыл по воздуху, не касаясь камня, неторопливо. Его фигура была высокой, неестественно прямой, словно позвоночник давно перестал быть костью и стал стержнем из металла. Плащ, похожий на рваные крылья летучей мыши, тянулся за ним, как шлейф из теней. Лицо… если это можно было назвать лицом… было почти человеческим, но лишенным жизни до такой степени, что казалось не маской, а чертежом лица, набросанным на кости. Кожа была серой, тонкой, будто пергамент, натянутый на череп, а глаза особенно выделялись… в них не было зрачков, не было радужки - только тусклое, холодное свечение, похожее на свет гнилушек в лесу.
В одной руке он держал посох, словно выросший из самой тьмы: черный, с прожилками, похожими на застывшие молнии. На вершине посоха пульсировал кристалл, казалось он поглощает свет, делая пространство вокруг чуть темнее.
Лич улыбался. Его губы едва шевельнулись, когда он снова заговорил, и голос его звучал так, будто слова рождались не в горле, а в самой тишине: - Бегите, бегите… Это ничего не изменит. Но мне нравится чувствовать, как вы все пытаетесь.
И тогда я понял: это не просто враг - это хозяин этого места, архитектор ловушек, тот, кто заранее знал каждый наш шаг. И мы только что сыграли ему на руку.
Но Барон уже тянул меня вперед. Впереди была башня - темная, угрюмая, полная теней и, возможно, ответов. Или новых ловушек. Но это было хоть какое-то направление.
Мы влетели под свод башни, будто нырнули в тень, камень здесь словно впитывал звук: наши шаги стали глухими, а дыхание - тяжелым, будто воздух загустел. В глаза сразу бросились три прохода. Один уходил дальше, в кромешную темноту - будто кто-то вырезал в скале дыру и забыл вставить туда хоть каплю света. Слева тянулся длинный коридор, перекрытый силовой пленкой: она тускло мерцала - как натянутая струна, которая вот-вот зазвенит. За ней в конце коридора виднелась большая арка, ее контуры слабо пульсировали, будто она спала, но не была мертва.
А третий проход, напротив, притягивал взгляд против воли - ужасом, который в нем застыл. Там, на полу, вповалку лежали тела, будто выброшенные, как отработанный материал. Монахи в боевых одеждах, распотрошенные, с позами, в которых не было ни достоинства, ни покоя. Две колдовские рясы я заметил особенно четко: одна была разорвана на груди, и ткань лежала, как крылья сломанной птицы; на другой еще держался вышитый знак ордена - круг с расходящимися лучами, теперь потемневший от крови.
Прямо посередине помещения стоял алтарь. Он был выточен из темно‑серого базальта, но по всей поверхности шли тонкие прожилки, отливавшие не серебром, а бледной синевой, будто под камнем текла застывшая молния. Края алтаря были зубчатыми, словно его не высекали, а выращивали, давая камню расти в нужную форму. На верхней плите, в небольшом углублении, стояла чаша - неглубокая, широкая, с толстыми стенками.
К чаше тянулся мановод - канал, вытравленный в камне, подсвеченный изнутри тусклыми синими рунами. Он вился как змея. В чаше лежал небольшой цилиндр: в диаметре он достигал пары сантиметров, а в высоту - всех восьми. Отлитый целиком из золота, он весил чуть больше килограмма. Но золото это казалось холодным, как лед, и тусклым, будто само светило не наружу, а внутрь. На поверхности цилиндра шли тонкие насечки - и буквы, и руны, и линии, которые сплетались в узоры.
- Вы здорово потрепали моих зверушек, - продолжал лич, и его голос, казалось, проникал не через уши, а прямо в кости, заставляя их звенеть. - Одну придется даже немного поправить, не без удовольствия, конечно. Немного жаль терять такой экземпляр. Но за это я вас прощаю: вы неплохо помогли мне, ускорив распад оскверненного моими рабами алтаря, который мне изрядно досаждал.
Взгляд Барона налетел на лежащие вповалку тела - и вдруг он выдохнул, будто с плеч его свалилась гора, которую он даже не замечал, пока она была там. Худшее, чего он боялся, возможно, еще не случилось, и теперь можно было надеяться, что все обойдется. Теперь нужно было просто действовать.
- Вместилище лича, - прошептал он, указывая на желтый цилиндр, - Если мы его уничтожим, он потеряет силы. Без него лич не сможет удерживать форму, не сможет подпитываться…
- Сможешь открыть тот проход? - крикнул я Барону, кивая на силовую пленку, перекрывавшую левый коридор.
Барон посмотрел на поле, провел ладонью по воздуху, будто пытаясь нащупать его границы, и покачал головой:
- Сейчас нет. Я уже потратил самые сильные заклинания сегодня. Но у меня есть одна идея.
Он резко опустился на одно колено перед входом в башню, и начал быстро, но точно вычерчивать линии на полу - стилус из зачарованного обсидиана порхал, линии тут же вспыхивали светом и тут же гасли, камень будто плавился, запоминая прикосновение магии.
- Я могу его задержать, - произнес он, не поднимая глаз, сосредоточенный на узоре. - Не остановить, немного замедлить. Это даст тебе время.
- Задержать? - переспросил я, чувствуя, как внутри все сжимается от понимания, что сейчас придется действовать в одиночку. - А что делать мне?
- Попробуй достать тот цилиндр и уничтожить, - Барон чертил не поднимая взгляда, игнорируя приближения хозяина этого места, - Это его вместилище. Его сила. Его бессмертие. Если ты сможешь его сломать… тогда у нас появится хороший шанс.
Я кивнул, но вовсе не был уверен в успехе, просто потому что другого плана не было. Шагнул вперед, к алтарю.
Вдруг как обухом по голове меня ударила догадка – цилиндр, золотой, почти точно такой же какой я взял с вождя Бунгаров.
Я ударил клинком по белой пелене над чашей - и будто стукнул по натянутому стальному листу: лезвие отскочило, а по руке пошла такая вибрация, что пальцы едва не разжались сами. В груди все сжалось от понимания - обычным оружием эту преграду не взять.
- Водой! - крикнул Барон.
Я рванулся к поясному карману, пальцы нащупали последнюю склянку со святой водой – последнюю из тех, которые взял «на всякий случай». Надо было брать больше, усмехнулся я, казалось, в который раз за последнее время. Но прежде чем успел сорвать пробку, то из стены рядом со мной прямо сквозь камень вышел фантом.
Он шагнул из пустоты, будто его вытолкнула сама тьма, и в тот же миг Барон закричал: - Нет!
В этом крике не было даже страха - только боль, острая и беспощадная. Он узнал в нем сына. Того самого, чью магию он чувствовал как дрожащую нить в груди. Он хранил это в тайне, только теперь это была не нить - это была петля, затянутая чужой волей, закольцованная внутри этой тени. Лицо фантома казалось искаженным, будто кто-то взял живой образ и вывернул его наизнанку: черты чуть смещены, глаза - не человеческие, а пустые, как провалы, в которых шевелится чужой холод. Они сканировали, холодные и пустые, движения были неестественно плавными, перетекающими, а от призрачного клинка веяло могильным холодом.
- Смотрите, какой хороший у меня новый раб, - прозвучал голос Лича, ровный, почти скучающий, будто он обсуждал качество клинка, а не судьбу человека. – Подготовь-ка их к процедуре.
Меня окатило ледяной волной. Мозг против воли выкрикнул – рабы, цилиндр, коллекционер, выкупивший цилиндр, Хозяин! Они готовили новое вместилище!
Полотно логов вдруг взорвалось надписями:
Задание: Кто же этот Хозяин (уникальное, цепочка заданий) – частично выполнено!
Получено опыта: 2000.
Поздравляем, вы догадались и получили доказательства того, кто такой на самом деле один из этих Хозяев, соберите группу сильных искателей…
Я, смахнул строки, перемотал в конец:
Поздравляем, вы перешли на шестую ступень развития!
…
Тело налилось мощью, которой до этого я не ощущал ни разу. Но раздумывать об этом было некогда, фантом сорвался с места. Его клинок ударил - и прошел сквозь мой клинок, сквозь доспех, не встречая сопротивления, оставляя после себя не разрез, а ледяную пустоту, которая буквально вспарывала плоть изнутри. Я почувствовал этот замогильный холод, как будто сама смерть провела по мне когтем.
Барон перевел взгляд на лича - и в ту же секунду в стену защиты от зла ударило заклинание. Оно врезалось как тяжелый молот, и светящаяся преграда дрогнула, пошла рябью, будто тонкая пленка на воде. Барон разрывался между тем, чтобы продолжать подпитывать заклинание - потому что долго оно не продержится - и тем, чтобы броситься ко мне. Его просто уничтожил вид сына, превращенного в извращенный некромантом дух: это было как смотреть на собственное сердце, вынутое из груди и выставленное на всеобщее обозрение.
И тогда он принял решение. Выхватив родовую рапиру, он бросил ее мне - ту самую, с тонким лезвием, на котором были вытравлены линии, вспыхивавшие при касании магии. - Избавь его от этой ноши!
Рапира пролетела по дуге, и я поймал ее инстинктивно, почти не глядя, потому что в этот момент фантом снова летел на меня, и его клинок уже тянулся к моему горлу.
А Барон сел на пол, прямо на холодный камень, и начал вливать в узоры, которые он начертил, остатки своих сил. Последний, третий медальон защиты от зла лежал в схождении линий, пальцы скользили по ним, будто он пытался вплести в них не магию, а собственную волю, собственную жизнь.
Рапира столкнулась, высекая жгуты энергии из призрачного клинка, остановив его в считанных сантиметрах от моей шеи. Я вспомнил, чему учил меня Барон - не стой там, где нужно, чтобы нанести урон. Стой там, где противник должен открыться, чтобы ударить.
Из коридора доносились мерные удары по защитной стене – каждый из них отдавался в груди глухим толчком, и с каждым таким ударом Барон терял еще немного сил. Лич усиливал напор методично, как кузнец бьет по наковальне, выискивая слабину.
Я не пытался блокировать его удары - я начал уходить с траектории, заставляя его вкладываться в каждый выпад, тратить ту призрачную силу, которой его наделил лич. И когда он снова рванулся вперед, я шагнул не назад, а вбок и чуть вперед - туда, где его движение создавало брешь, и рапира прошла не сквозь пустоту, а сквозь саму суть фантома. Два удара. Фантом замер на миг, будто пытаясь осознать, что с ним происходит, а потом начал рассыпаться, как ледяной узор под горячим ветром. Его черты на секунду снова стали чертами человека - чистыми, живыми, полными боли, - а потом исчезли, оставив после себя только холод, который медленно истаивал в воздухе.
Барон держался из последних сил. Он осунулся, посерел, и казалось, что даже его тень стала тоньше, будто мир начал стирать его с холста реальности. Но он не отпускал узор. Он сидел, склонив голову, и шептал речитатив, который теперь больше походил на молитву.
Я, наконец, сорвал пробку со склянки и вылил святую воду на пленку. Вода ударилась о преграду - и там, где она коснулась, пелена будто растворилась, как тонкий лед под кипятком. Проход открылся.
Донесся вой - такой, будто кричало само пространство. И все же в этом вое было больше негодования, чем ярости или боли: лич не ожидал, что мы сможем прорваться. И в следующий миг особенно мощный удар раздался со стороны входа.
Я успел просунуть руку и в последний момент выдернуть цилиндр. Золото обожгло пальцы не жаром, а холодом.
Цилиндр в руке вдруг стал неимоверно тяжелым но не от веса, а от влитой в него энергии: он будто вгрызался в меня, вытягивая тепло, высасывая жизнь, заставляя мышцы деревенеть, а дыхание сбиваться. Я не мог этому противиться - казалось, золото само решает, сколько мне осталось быть собой. Но вдруг, словно сквозь туман, я почувствовал нечто, о чем давно забыл: символ богини природы Милоны, висевший на груди, вспыхнул аурой чистоты. Его свет рванулся вперед, оплетая энергию цилиндра тонкими, но крепкими нитями, не давая ей расползтись дальше по телу, сковать сердце, задушить волю. Отростки этой чистой силы проросли в самой моей сути, сдерживая чужое вторжение, и на миг стало легче - будто с груди сняли камень.
Лич стоял неподвижно уже внутри башни, и на его лице, лишенном человеческих эмоций, мелькнуло что-то, похожее на раздражение.
- Ваши страдания я выпью с наслаждением, - произнес он, и голос его стал чуть злее. - Надежда обреченного - мой самый сладкий нектар.
Не раздумывая, я швырнул цилиндр на алтарь и рубанул по нему рапирой. Удар отозвался звенящим грохотом, осколки металла разлетелись, ударяясь о камень, и этот звон хлестнул по стенам.
Клинок разлетелся на куски, рассыпавшись бесполезными обломками.
В ответ раздался истерический хохот лича - торжествующий. Барон, пошатываясь, вскочил и рванул в коридор, ведущий к порталу. Защитная пленка, перекрывавшая проход, исчезла - вместе с ней рухнула и защита, которую он держал: это была его задумка, его отчаянный расчет - перенаправлять часть силы ударов лича не на удержание стены, а на разрушение преграды. И идея сработала. Жаль не выгорела моя часть плана…
Лич будто и не заметил этих изменений, и медленно повернулся ко мне. Его взгляд скользнул по мне, потом метнулся туда, куда только что проскочил Барон, и в этом движении не было спешки - только холодное понимание. Для него Барон теперь был не озером, где можно разглядеть дно, а мелкой лужей, тонкой пленкой, растекшейся по столу: никакой глубины силы, никакой угрозы. Он чувствовал, что все силы Барона иссякли, что тот больше не сможет ни колдовать, ни сопротивляться.
- Дай мне это, - Лич протянул ко мне руку, и даже в этом жесте не было нетерпения - только холодная уверенность существа, привыкшего получать все, чего коснется.
Я схватил цилиндр, сжал его в кулаке, чувствуя, как холод золота проникает под кожу, что у меня в руке чужая вечность, но сделать я с ней ничего не мог. Я посмотрел на Барона. Он поднял на меня глаза - усталые, но ясные, в них была только тяжесть понимания: он видел, что времени на другой план уже не осталось, выхода не было.
- То, что у тебя на шее, - лич начал двигаться вперед, шаг за шагом.
- Не давай ему ничего добровольно! - вдруг выкрикнул Калед, голос его прозвучал хрипло, надтреснуто, как человек, потративший все силы.
И тут я вспомнил: на шее у меня висел камень силы - тот самый, что когда‑то казался просто трофеем, взятым в пылу боя, а потом вспыхнул мощью мифического ранга. Я носил его в свинцовой коробочке под доспехом, пряча ото всех - потому что не знал, что делать с такой силой. И теперь лич почувствовал его. Почуял, как хищник чует кровь сквозь толщу воды.
Лич резко развернулся в сторону Барона - и воздух между ними будто сгустился.
- Шшшшш, - просвистело заклинание, и этот звук ударил как абсолютный запрет на само право быть. Это холодная пустота, которая входила в тело и заставляла каждую клетку помнить, что она должна рассыпаться в прах.
Барон упал, как от удара невидимым молотом - тяжело, по инерции прокатившись по каменному полу. На миг показалось, что он не встанет. Но вот он оперся на локоть, потом на колено, и, стиснув зубы, поднялся. Плечи его вздымались от тяжелого дыхания, но взгляд оставался твердым.
- Крепкий, - произнес лич, будто хмыкнул, когда игрушка вопреки ожиданиям не сломалась с первого удара. В его голосе скользнуло даже что‑то похожее на уважение - но без тепла.
- А что взамен? - произнес я. Это были слова, брошенные, чтобы выиграть хоть немного времени.
- Вы сможете идти, - спокойно ответил лич, словно предлагал сделку.
- Он обманет тебя! - прокричал хрипло Барон, и в этом крике было не отчаяние, а ярость человека, который видит, как другого заманивают в ловушку, а сам он не может дотянуться, чтобы вытолкнуть.
- Смерть не может обманывать! - возразил Лич, и в его тоне действительно не было лжи - только ледяная логика давно мертвого существа, для которого правда - это просто то, что неизбежно. - Это ВЫ играетесь в ложь, НАМ ЭТО НЕ НУЖНО, – как виной, давил он.
Я медленно, не сводя взгляда с лича, снял цепочку с шеи. Металл звякнул, когда я положил ее на ладонь - и этот звук отразился в тишине чертогов.
- Нет! Нет! - причитал Барон, медленно отходя дальше, в сторону портала, ноги его уже не слушались, но воля гнала вперед. Его лицо исказилось не от боли, а от бессилия - от того, что он все понимал: сейчас он не мог ни остановить меня, ни защитить, ни даже сказать нужные слова, которые удержали бы от шага в пропасть.
А лич просто смотрел – спокойно, не торжествующе, как смотрят на вещь, которая уже твоя, и ее тебе принесут вот прямо сейчас.
Я бросил ему шкатулку и начал медленно идти, пытаясь обойти немертвого по дуге. В груди все сжалось до одной острой точки, но я заставлял ноги ступать ровно.
Лич схватил коробочку. Щелкнул крышкой, вынул плашку, положил на ладонь, склонил голову, будто прислушиваясь к ее безмолвию. А потом просто сжал пальцы - и смял ее, как комочек сухой земли. Камень, что когда‑то вспыхивал мощью мифического ранга, рассыпался без сопротивления, и пыль просыпалась сквозь его пальцы, оседая на черном камне пола.
- Пустышшшка, - протянул Лич, сухо, слегка разочарованно.
Сердце пропустило удар, как будто из мира выдернули одну из опор, на которых он держался. И в этот миг инстинкт пересилил осторожность: я рванул к выходу, бездумно, не выбирая пути, просто туда, где был хоть какой‑то шанс вырваться из этой комнаты, пропитанной смертью.
- Идти, а не бежать, - произнес Лич, и в его голосе была спокойная констатация его миропорядка. – Умри!
Шшшшш…
Я успел развернуться - успел увидеть, как нечто срывается с его пальцев и летит ко мне. Заклинание ударило в грудь, не разрывая плоть, без боли, выталкивая саму суть из привычной оболочки.
На миг я перестал быть телом. Я стал чем‑то, что существовало и снаружи, и внутри него одновременно - будто выскользнул из привычной формы, повиснув в воздухе, наблюдая за тем, как мое тело, все еще сжимающее в руке золотой цилиндр, летит по дуге вниз. И в этом странном, холодном отстранении я почувствовал, как рвутся тонкие нити, связывавшие меня настоящего с этим телом - не сухожилия, не нервы, а что‑то глубже, древнее: нити воли, привычки, памяти о том, каково это - быть живым. Они лопались одна за другой с тихим, почти неслышным треском, как тонкие струны на морозе. Я чувствовал в себе энергию цилиндра, чувствовал чистоту, обволакивавшую своей энергией злую, разрушительную. «Видел» как Барон скользнул в портал, вспышку, как он исчез.
Темнота…
***
Шатти сидела на краю высокого холма, у обрыва, позади нависала гора свинорылых. Ветер, пробиравшийся к горе, был не ледяным, как в подземелье, а живым - теплым, пахнущим травой и дождем. Перед ней на куске грубой ткани лежали три кости предсказания: позвонок чудовища, что умел прятать правду за иллюзиями; маленькая кость безымянного зверя, гладкая, будто отполированная временем; и фаланга человеческого пальца - сухая, легкая.
Вести приходили с севера, обрывочные, как лоскуты. Сначала - о созыве наемников: какой-то сильный капитан откликнулся, из тех, кого боги присылали в этот мир как помощь. Они не умирали по-настоящему, но с каждой смертью теряли часть сил - будто кто-то срезал с них по ломтику воли, пока не останется одна тень – так говорил настоятель. Потом дошли слухи про орков: их разбили у монастыря - там, куда ушел Рион вместе с Бароном. Потом хуже, новый крик о помощи Растерфелла, и следом нашествие нежити. И это совпадение, или судьба, или просто жестокая насмешка мира - резало по живому: он ушел туда, где теперь все были залито кровью, и где не осталось ничего, кроме следов битвы.
Она перекидывала их уже в третий раз за два дня, и каждый раз узор ложился странно - не как «да» и не как «четкое «нет», а как будто ответ был и там, и не там одновременно. На вопрос «Встретимся ли мы снова?» кости падали так, словно богиня кивала и качала головой в одно и то же мгновение. На вопрос «Жив ли он?» - тот же узор. И даже на простое «Есть ли хоть искра его присутствия где‑то рядом?» - та же двойственность.
Богиня природы молчала. Не отворачивалась, не гневалась - просто не давала знака. И в этом молчании Шатти чувствовала тяжесть знания, которое невозможно произнести вслух.
«Его больше нет, — шептала она про себя, сжимая в пальцах фалангу, будто хотела почувствовать тепло, которого давно не было. - По крайней мере, нет того Риона, которого я знала».
Шатти закрыла глаза, вспоминая, как они выбирались из подземья. Как она впервые использовала жреческое заклинание предвестия, и мир на миг замер, чтобы за долю мгновения вложить в голову память еще или уже несуществующих ощущений, отсвет мысли и картинок, как от ушедших снов, показать одно-единственное мгновение истины: «Иди сейчас. Не жди. Не оглядывайся». И они пошли. И выжили. И она думала, что самое страшное уже позади.
Она снова бросила кости, и они легли тем же странным узором - одновременно утверждая и отрицая. И вдруг Шатти поняла. Она молчит, потому что ответ слишком сложен для простых слов. «Да» и «нет» здесь не работают. Здесь работает «иначе».
- Иначе, - прошептала Шатти, проводя пальцем по позвонку чудовища. - Не мертв. Не жив. Не здесь. Но… не исчез.
Ветер на мгновение стих, будто прислушиваясь, а потом снова рванул вперед, унося слова в тени горы. И в этой тишине Шатти приняла решение, - просто шаг, который она должна была сделать, потому что иначе ее сердце разорвалось бы от тишины.
Она собрала кости, завернула их в ткань и спрятала в поясную суму, туда, где они лежали рядом с маленьким мешочком земли, щепоткой соли и засушенным цветком - ее скромными дарами богине, которые сейчас казались такими же бессильными, как и она сама. Потом поднялась, поправила плащ и посмотрела на дорогу, ведущую к монастырю.
- Я не знаю, встречу ли тебя снова, - проговорила она тихо, будто Рион мог услышать ее даже сквозь завесу смерти. - Но я буду ждать, слышишь? А завтра - я кину кости снова и буду кидать до тех пор, пока не пойму, куда мне идти.
И она пошла, не торопясь, как человек, который знает, что впереди нет легких ответов, но есть долг, который нельзя оставить невыполненным.
Интерлюдия III.
Дата стюард по качеству данных сидел в большом оупэн-спейсе. В офисе почти никого не осталось, только похожие на него бедолаги, остававшиеся после работы доделать какую-нибудь «особенно» важную ерунду. Но дело не требовало отлагательств. Разработчик пять дней тянул с написанием кода для эфэмника, который смог бы пофиксить неконсистенцию между табличными данными пользователей. Завтра выходной, хотелось бы поспать а не чтобы РП вдруг дергал его по выходным.
Наконец протестив в Q-системе функциональность разработки, он запустил программу в боевой. Задачу спустили сверху, как дополнение к ограничениям со стороны направления работы с пользователями, а точнее их Квинов. По сути ерунда. Одна лишняя строка и тянущиеся вслед за этим связи. Непрямые связи в игре потрут Квины, за отсутствием запросов, - размышлял он. - Ничего критичного. Пара кликов.
- Ну вот, теперь количество аккаунтов соответствует количеству игроков. Теперь все чисто.
Он всегда был не против сделать именно свою работу, а это как раз был такой случай.
- Так, теперь коротко чиркнуть эрпэшке в месенеджере, а отчет подождет до понедельника. Можно и домой, – улыбнулся сотрудник, с чувством хорошо выполненной задачи.
***
Барон Ирионтар стоял на краю площадки над полем боя и смотрел, как бьются бойцы клана «Солдаты удачи». Орки шли плотной волной, но наемники встречали их без криков и пафосных речей - только сталь звенела о сталь, да слышались короткие, рубленые команды. Они верили только в клинок и блюли контракт: не отступали, не просили пощады и не требовали ее сами. Бились бесстрашно, почти отчаянно.
И они переломили ход схватки. Орки падали один за другим, тяжелые туши оседали в пыль, натиск слабел, и вскоре поле боя стало принадлежать наемникам. Победа была выгрызена, выкована в поте и крови, и даже в усталых движениях бойцов чувствовалось удовлетворение от того, что они выстояли и сделали дело.
Пока разбирались с последствиями: связывали пленных, собирали трофеи, выносили раненых, - из темноты подземных ярусов монастыря вышел Бофус, личный телохранитель Барона Каледа. Без одной ноги, всего лишь вдвоем с мастером – монахом, из двенадцати лучших, ушедших закрыть пробой. Лицо его было серым. Он рассказал правду. Вести были очень дурными, тяжелыми: внизу что-то было. И самое страшное - от самого Барона так и не было ни знака, ни колдовской весточки, жив ли он, или его воля уже стала частью чужой, неизвестно.
На следующее утро орки опять встали. Не как люди, поднимающиеся после тяжелой ночи, а как марионетки, чьи нити натянул кто-то безжалостный: пустые глаза, движения, лишенные прежней звериной ярости, но оттого еще более пугающие своей механической точностью. Теперь они шли не ради добычи и не ради славы - они шли, потому что их заставили. И наемникам пришлось рубить их снова, теперь уже как проклятие, которое нужно стереть с лица земли. Нежить не чувствовала боли, не знала усталости, и каждый удар, который должен был остановить живого орка, лишь замедлял мертвеца на мгновение. Потери росли, крики сливались с лязгом. Но отступать было некуда - за их спинами стоял монастырь, святое место, которое нельзя было отдать тьме.
Когда солнце поднялось выше и осветило поле, усеянное телами - теперь уже и орков, и той кучки, что гордо называла себя солдатами удачи, - началась эвакуация. Монахи спешно собирали реликвии, уводили послушников и мирян в Растерфелл. В воздухе витал запах гари и паники, и холодная решимость тех, кто понимал: сегодня они уходят, чтобы завтра вернуться.
***
Капитан наемников, он же лидер клана стоял чуть в стороне от поля боя - не в центре, где еще кружились последние всполохи заклинаний, а там, где пыль уже осела, и можно было разглядеть лица живых. Его плечи были опущены от усталости: каждый из тех, кто остался стоять, был стал частью хрупкой опоры, на которой держался весь клан.
Магия была вычерпана досуха - в груди не осталось даже того тихого гула, который обычно напоминал о запасе сил. Заклинания, что еще недавно срывались с пальцев как дыхание, теперь казались чужими, будто кто-то забрал из него саму способность шептать слова, заставляющие мир подчиняться. Но среди этой пустоты горело одно: четвертая ступень, и этот бой стоил того.
Те, кто не ушел на перерождение сейчас зализывали раны: кто-то прижимал к боку скомканный лоскут ткани, пока лекарь водил над раной тускло светящимся жезлом, вытягивая осколки брони и останавливая кровь. Но в их глазах была радость - они смогли прорваться. Повсюду слышались веселые разговоры.
Пятнадцать лучших бойцов и десяток поддержки – элита, собранная по крупицам за месяц рейдов. Капитан скользнул взглядом по их лицам - по шрамам, по ссадинам. Эта игра была самой жесткой из всех, которые были до этого. Тут не было привычного гринда, от слова «совсем». Теперь надо было научиться балансировать этим составом в этой среде, что бы у всех появился хороший шанс на развитие.
Он не стал произносить громких речей. Вместо этого он шагнул к ближайшему бойцу, положил руку ему на плечо - проверьте снаряжение, - голос капитана звучал ровно, - через час мы должны быть готовы к любому сценарию. Но если какая-то хрень опять полезет из подземелья - то мы сваливаем, наш контракт исполнен.
Капитан был очень доволен. Он снова посмотрел на строчку интерфейса - на четвертую ступень. Его план сработал на все сто.
Он не гнался за идеальной победой без потерь - он строил тактику под реальность: под то, что сохраненная экипировка поначалу стоит дороже многих жизней, и главная ценность - не сохранить каждого, а дать тем, кто остался на ногах шанс стать сильнее. И этот шанс они использовали. Двадцать пять лучших, закаленных в этой мясорубке, теперь были сильнее. Потери укладывались в его стратегию: выжившие получили столько опыта, сколько не дали бы десять спокойных рейдов.
Добыча с боя, кстати, тоже не подвела. Доспехи и щиты, пусть и побитые, найдут своего владельца. Свитки, самоцветы, монеты - все это укрепит клан, даст ресурсы для новых рейдов.
- План сработал, - тихо произнес он, скорее для себя, чем для отряда, но те, кто стоял ближе, услышали и коротко кивнули.
К тому же в момент восстания нежити он выбить еще один договор. Теперь не за золото - оно здесь, оказывается, ничего не стоило против настоящей власти. Договор за то, что нельзя купить. У клана будет своя земля. Свое место под замок близко от обжитых земель. Первый заслуженный, среди всех игроков. Не временная база, не купленный домик в городе, не укромный лагерь в лесу под боком у города - а настоящая твердыня: толстые стены, башни, смотрящие во все стороны, ворота, которые можно закрыть перед любой угрозой. Место, которое станет сердцем клана, его мощью, его щитом.
И капитан знал: как только весть разойдется по миру игры, желающим вступить в клан не будет конца. Рекруты потянутся толпами, каждый с надеждой в глазах и жаждой силы. Но он не собирался открывать ворота для всех. Теперь у них был статус, и этот статус нужно было беречь.
- Мы будем производить отбор тщательнее, - проговорил он. - Теперь у нас есть не только мечи.
Рядом тихо хмыкнул один из ветеранов, протирая клинок тряпкой, на которой уже не осталось чистого места: - Значит, теперь будем выбирать задачи поприятнее?
- Возможно, - капитан кивнул. - Теперь нужно искать тех, кто нужен клану: спокойных и надежных.
А пока… пока нужно было закончить здесь. Собрать трофеи, укрыть раненых, выстроить охрану на ночь. Впереди – большое строительство.
- Подготовьте лагерь на ночь, - произнес он уже громче, чтобы слышали все. - Завтра начнем перевозить самое ценное к новым владениям. И пусть каждый запомнит: сегодня мы не просто выжили. Сегодня мы положили первый камень в основание нашего дома.
Вокруг закивали, заулюлюкали, кто-то обсуждал долю в добыче, все были довольны. Ну по крайней мере те, кто выжил.
- Теперь пора создавать идеологию... – тихо произнес он.
Автор будет признателен за лайк книге!
Конец второй книги. Третья книга Сияние Тени выйдет 29.11: https://author.today/work/685289
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
