Мир Вайри. Игроманка
Пролог
Эон Ридрих — самый молодой преподаватель Государственного института прикладной и теоретической магии, остановился в тёмном переулке. Его насторожил запах. Он почувствовал некроманта. Такой сильной вони этой мерзкой силы маг не ощущал давно. Он легко определил направление, пошёл не хуже гончей к источнику, держа наготове амулет.
Когда причина была всего в двадцати метрах, он убрал амулет, рассматривая её причину. Худенькая миловидная девушка шла с одной сумкой по тёмной улице, а на часах было часа три ночи, не время для прогулки юных особ. Эон спрятался в тени.
Девушка, почувствовав его взгляд, сама шагнула в тень дома и испуганно прижала сумку к груди. В руках у неё были листки для абитуриентов.
Но с такой силой некромантии она не могла быть абитуриенткой! И Эону стало интересно, с какой именно? Ни уровень, ни структуру ему прощупать не удалось — слишком большое расстояние и слишком напугана была некромантка; в идеале бы прикоснуться к незнакомке. Но запах был для него более надёжным индикатором.
Одежда на ней невзрачная, и ни о чём сказать не могла. А вот на сумке висела бирка… Подобную вешают в межмировом портальном зале. Если приглядеться, то можно было заметить отметку Лайона. Прикрыл себя сильнее щитом, чтобы ослабить её бдительность, стал ждать. Девушка застыла и, не думая сомневаться в том, что кого-то заметила. Тоненькие пальчики впились в сумку, а потом она сорвалась с места и побежала вперёд. Смотря на удаляющийся силуэт, решил о ней не сообщать — такой серьёзный отпор дать ему не сможет, да и о чём сообщать пока? Ничего противозаконного девушка не сделала, возможно, и силой не пользуется. Эон продолжал свой внутренний монолог.
«И если причастен Лайон, то возникает вопрос, кого именно стоило задействовать: Вильяма, советника или людей короля. Но если она шпионка, то почему не скрыла свою силу? Куда так рванула? К подельникам?» — Сейчас и посмотрим, решил Эон, и одним прыжком запрыгнул на крышу. А некромантка стала метаться по плохо освещённым улицам, явно ощущая его присутствие.
Местности совершенно не знала, забегала в тупики и хаотично передвигалась. И версию о Лайонских шпионах Эон отбросил. Подобное броуновское движение для их разведчиков не характерно. Он уже с ними встречался и успел оценить их школу.
Юная паникерша так и бегала, пока случайно не напоролась на городских стражников. Эон надеялся, побежит от них. Некромантов те терпеть не могли. Но она обрадовалась и стала догонять их, крича и прося подождать. Те, услышав её окрик, остановились.
Эон настроился наблюдать сцену задержания, как девушка сложила руки перед собой, выйдя на свет, сбросила капюшон. Она была не просто миловидна, а красива. Зеленовато-голубоватые волосы жили своей жизнью, чем-то походили на змей и шевелились вокруг головы, правильные черты лица и фигура. У некромантки было всё: грудь, талия, длинные ноги. Это должно было только ухудшить её положение, но та как будто этого не понимала.
– Как хорошо, что я вас встретила! Всего два часа на Вайри, а я думала, умру от разрыва сердца! Там кто-то был! Я так испугалась и побежала! Думала всё! Не подскажете, где здесь гостиница?
Стражники переглянулись. На месте девушки Эон бы бежал от них, но та упорно делала вид, что не замечает взглядов стражников, ближе подходила и с надеждой смотрела им в глаза.
Эон уже прикидывал в мыслях, как бы незаметно её из этого затруднительного положения спасти. Всё же именно из-за него она в него попала, как стражник спросил:
– А документы у тебя имеются?
Девушка достала из сумки бумаги и протянула. С документами явно было всё в порядке; взгляды стражников погасли, а сами они встали ровно.
– К родственникам?
И уходить стражники не спешили. Что-то с ней было не так. Девушка возразила, пряча в сумку свои документы:
– Нет. Поступать в вуз.
– Ты несовершеннолетняя. Детям на Вайри нужны опекуны, обратись к родственникам.
Вот и причина, почему их взгляды погасли: за несовершеннолетнюю не только погон, но и сесть в места не очень отдалённые можно, надолго. И родственники… Они узнали её фамилию, теперь оставить одну ночью не могут, пусть она хоть трижды будет некромантом. С них могут спросить её близкие. Им придётся делать всё по правилам: если задерживать, то в участке ей нужна будет отдельная камера, а также очень веская причина на это действие, которой у них не было. Более того, девушка обратилась к ним за помощью.
– Мне почти девятнадцать! Если я поступлю, то мне никто не нужен. Так где здесь гостиница? Я жутко замёрзла и хочу есть! Я и забыла, насколько на Вайри холодно. А, правда, в университете самый лучший факультет некромантии?
Они пошли в сторону хорошей гостиницы. Стражники сначала отвечали односложно, а затем девушка их разговорила. И ей стали советовать, куда поступить.
Девчонка совсем успокоилась, и Эон смог издалека прощупать её силу. Уровень определить не мог, а вот структуру удалось, этого оказалось достаточно. Сила не сформирована и при желании могла стать просто тёмным магом, необученная некромантка опасности не представляла. И помощь ей не требовалась. Пусть разбираются сами с ней. На этом наблюдать за ними Эону больше не хотелось.
Он решил отправиться туда, куда собирался изначально — бордель! Где его уже ждала сладкая Анни. Мужчина улыбнулся, предвкушая отличный вечер.
Но его мысли вновь вернулись к девчонке. Эон подумал: хоть бы она решила поступать не в институт. С такой мощью её возьмут в любой вуз, только слишком много проблем будет после. Была причина, почему на Вайри давно нет сильных некромантов.
Ему стало мерзко на душе, и он свернул в сторону кабака с хорошими напитками, а к Анни он зайдёт после, когда забудутся невольно всплывшие воспоминания. Уже не сегодня.
Глава 1
Деньги, свобода и целое лето! О чём ещё можно мечтать в почти девятнадцать лет? Поступить в институт? Именно это и собиралась Гариона Горгория, или попросту Гера.
На Лайоне она уже год была совершеннолетней, а вот на Вайри официально все решения и полную ответственность ей можно будет нести только через месяц.
Ещё три часа назад, проходя межмировой портал, она уговаривала себя, что всё к лучшему. Боялась и плакала. Только это был шанс стать тем, кем она мечтала с детства: некромантом! Родителей она любила без меры, как и они её. Но становиться врачом, как они хотели, Гариона больше не намерена. А на Лайоне только слабые кафедры некромантии. Нет никакого смысла поступать на них.
И вот портал за спиной, родители за ним, как и возможные неприятности. Возможные, потому что выиграла она почти честно. Почти — потому что воспользовалась чужим бесчестьем и подвернувшейся возможностью. А после помог сбежать её одноклассник, отец которого владел казино, где она играла. Хорошо то, что хорошо кончается. Она в одну ночь заработала столько, сколько не смогла бы и за десять лет. Закрыла все проблемы семьи за несколько часов. Над всем произошедшим Гера решила подумать после, когда остынут чувства. Многое из последних событий вызывало у неё вопросы, но эмоции не давали трезво оценить ситуацию, как всегда учил её папа: нужно думать на холодную голову. А сейчас можно немного порадоваться! Впереди маячили светлые перспективы! Мечта стала исполняться, она обязательно станет некромантом!
Разложила листовки вузов на кровати гостиничного номера, внимательно читала о каждом и не могла дождаться утра, чтобы посмотреть всё своими глазами.
Её привлекли два учебных заведения: Государственный институт прикладной и теоретической магии и Имперский университет магических искусств. Оба заведения были очень престижные, но первый был предпочтительнее, так как находился в черте города и был недалеко от предполагаемого места заработка — полулегальных казино. «Полу» — потому что государство чинило всякие препятствия для их закрытия, но официально вне закона пока не объявило.
Не договорились об отчислениях в казну — и не только в казну; видимо, и с размерами взяток не договорились.
Для Геры всё звучало более чем логично и сомнений не вызывало. Доходы подобного бизнеса могли сравниться, если не превосходить, ведущие отрасли промышленности, а вот контроля за налоговыми отчислениями и оборотом этих денег нет никакого. А ещё казино зачастую управляют бандиты. Друга рядом не было, но он дал ей подробные инструкции, чтобы не попасть в неприятности. Да и само детство на Лайоне её закалило — количество беспризорников в этом мире зашкаливало. Драки стенка на стенку и прочие прелести уличной жизни ей были хорошо знакомы, как и коварство людей. Людей Гера не боялась. На Лайоне бы стражники не то, что проводить до гостиницы — в лучшем случае наорали бы и тумаков отвесили, если не хуже. Мальчишкам с её улицы часто доставалось, а вот её не трогали. Она была девчонкой, а ещё её мать была сильной ведьмой, и с ней связываться никто не хотел. А мама могла — прецеденты были, и её опасались все. А когда Гера выросла, то и на неё посматривали с опаской, хотя ведьмой она не была.
В Гарионе проснулась сила предков, которой девушка очень гордилась.
А этих стражников напугала её фамилия и дворянское происхождение, что очень упростило ей задачу. Они даже страницу с титулом не открыли. Говорить, что с родственниками она не общалась десять лет и не собиралась в будущем, благоразумно не стала. От неё не укрылись их масляные взгляды и усмешки с самого начала. Гера улыбнулась — ни в тот момент, ни сейчас она не боялась их. Ничего бы они ей не сделали, если с прожжёнными мордоворотами с Лайона ей удавалось находить общий язык и не раз вытаскивать своих друзей, то и этих нашла возможность убедить.
А в институт прикладной и теоретической магии она отправится с самого утра. В нём учился её папа и много рассказывал хорошего о нём, а ещё местоположение... Но если в университете окажется кафедра некромантии сильнее, то, может быть, будет смысл ездить в город. Порталы никто не отменял, но магам не всегда можно им пользоваться.
Гера с сожалением посмотрела на свои порванные балетки, не их же одевать?! И достала одежду, в которой играла несколько часов назад. Кожаные брюки, подчёркивающие все её прелести, и такая же провокационная блуза с неприличным декольте, за которое мама могла отвесить ремня. Но декольте можно было прикрыть кофтой, а за такие классные штаны получить не страшно. В отличие от обычной кожи, эти имели магическую выделку: были мягкими, удобными, немного тянулись и возвращали форму, но при этом сохраняли свою прочность. Одежда была подарком друга перед игрой — на Лайоне подобное Гера себе позволить не могла.
Солнце встало над городом, а девушка шла в направлении института, несколько раз уточняя дорогу у встречающихся групп абитуриентов и студентов.
Территория института была огромной и гера не рискнула обходить её полность, но что-то увидеть успела. Государственный институт прикладной и теоретической магии представлял собой длинное прямое здание с выступающими боковыми корпусами. С высоты его структура напоминала гребень: центральная часть, была обращёна к городу, а ответвления-«зубцы» тянулись в сторону большого тренировочного стадиона и экспериментальных теплиц. Сквозь барьеры, просвечивали контуры редких растений. Между корпусами располагались квадратные дворики. Каждый из них был оформлен как отдельный сад: одни засажены лекарственными травами с аккуратными грядками, другие — декоративными кустарниками и деревьями, чьи ветви создавали тень над каменными скамьями. В некоторых двориках стояли открытые беседки с деревянными столами, где в тёплое время года работали летние буфеты. Стены института сложены из серого камня. Возле стадиона, западнее основных построек, находились дополнительные тренировочные площадки. Большие окна в учебных залах от пола до потолка. Гера вспомнила, как папа её рассказывал, что такие окна нужны, чтобы, если что-то рвануло внутри, вынесло окно, и повреждения здания были минимальны. Она не дошла до главного корпуса совсем немного, остановившись во внутреннем дворике. Гера дотронулась до камней — даже её скудных знаний хватало, чтобы ощутить ту мощную защиту, обволакивающую здание и способную образовать мощный щит в любой момент. Девушка помнила ещё одну историю, только теперь бабушки: что этот институт создала её далёкая прабабушка, великая Горгория, титул которой передался и ей, как первенцу по линии папы. А сейчас она почувствовала — это правда! Сила этих камней была похожа на её.
А сейчас она почувствовала — это правда! Сила этих камней была похожа на её.
А ещё чем дольше смотрела, тем чётче могла видеть рисунок древних заклинаний, вплетённых в щит. Сила была разноцветной, перетекала, образовывая красивые абстрактные рисунки. Это здание реагировало на каждого входящего в него. Невольно почувствовала трепет перед силой, заключённой в камнях. Голос позади прозвучал неожиданно.
– Ты что делаешь?
Девушка обернулась. Перед ней был худой дед лет шестидесяти, если мерить человеческими мерками. Глубокие морщины изрезали его лицо, крючковатый нос делал его внешность отталкивающей, а вот чёрные глаза были добрыми, одет он в простую рубашку и брюки. А ещё она почувствовала в нём некроманта.
– Смотрю.
Мужчина подошёл ближе и спросил, что же она такого увидела в каменной стене, а, гера действительно стояла перед ничем не примечательной стеной. Каменная кладка и ничего больше, но девушка с такой любовью гладила камни.
– Я думала, это враки, что этот институт основала Горгория. Но в камнях сила смерти. Это так красиво... А я абитуриентка, ищу самую сильную кафедру некромантии на Вайри. Сама с Лайона. Хочу стать великой некроманткой! Как и та, что построила этот институт. Я шла в приёмную комиссию и залюбовалась щитом.
Мужчина сделал ещё шаг к ней, и она почувствовала запах формалина и хлора, преподаватель явно заволновался.
– Ты видишь щит? Какого он цвета?
Чем больше она говорила, тем сильнее у мужчины вытягивалось лицо.
– Так в нём же много цветов. Там больше красного, – девушка показала на здание впереди, – в этом все цвета смешаны, так они ещё переливаются и сливаются…
Гера подозрительно покосилась на мужчину, а он за неё продолжил.
– В серый туман. Великая Смерть свела нас в этот час. Самая сильная кафедра некромантии находится в этих стенах, а я декан факультета некромантии, профессор Макр. Вижу в тебе огромный потенциал, но для некромантии одного потенциала мало. Профессор Макр сказал это с такой гордостью, и Гера прониклась торжественностью момента. Не каждый день меняешь полностью свою жизнь, поэтому можно немного пафосности в этот момент.
– А я Гариона Горгория. Я далёкая праправнучка легендарной Горгории…
После её ответа декан развернулся и пошёл к ближайшему входу в здание, махнув ей рукой.
– Гариона, иди за мной. Сегодня я набираю курс. На твоем месте я бы не афишировал бы свой титул.
– Но я же не могу его скрывать, это же противозаконно!
Гера не могла заглянуть ему в лицо, но ей показалось, как уголок губы декана дрогнул. Намекая на то, что для неё это не проблема.
Она даже подозрительно посмотрела ему в спину, вспоминая, не пересекались ли они раньше. Но она вспомнить могла, а память на лица у неё была великолепной.
Войдя в ближайшую дверь, они долго шли по извилистым коридорам. С внутренним убранством было сурово: такая же кладка, как и снаружи, разбавленная портретами на стенах.
Им постоянно попадались студенты, но редкие из них здоровались с преподавателем.
Зайдя в какой-то маленький кабинет, казавшийся состоящим из книг, профессор надел на неё амулет. Гера и пикнуть не успела. Посмотрев на амулет и отойдя на пару шагов от девушки, профессор критически оглядел её и остался недоволен. Стал рыться у себя в ящиках и нашёл что-то ещё на тонкой серебряной цепочке. Приглядевшись внимательнее, девушка поняла – это сапфир с её ноготь большого пальца.
– Надень его. Эти амулеты скроют твою силу, Гариона. На Вайри некромантов ненавидят.
Здесь не нужно быть ювелиром, чтобы догадаться, насколько дорогая эта штука. Сам сапфир стоил целое состояние, да и чары, заключённые в нём, были очень сложными!
– Я не могу это взять!
Гера и не думала брать, но преподаватель закачал головой.
– Если жить хочешь, то бери. Иначе тебе лучше вернуться на Лайон, немедленно. Я тебя даже сопровожу и прослежу, чтобы ты вернулась к родителям.
Гера с сомнением посмотрела на декана. Тон, с которым профессор это говорил, сомнений не вызывал. Она снова попыталась его вспомнить, на память она никогда не жаловалась. Он её точно знал, а она его нет. Как так?!
Как будто прочитав её мысли, преподаватель серьезно сказал,
– Нет, Гариона, я тебя вижу впервые. Но я хочу тебя защитить, потому что обещал кой-кому. Обещал научить всему чему знаю и помочь чем смогу, но я нарушу своё обещание, если ты не будешь меня слушаться. Я узнал тебя, ещё не подойдя: щит института реагирует на твою силу.
У Геры расширились глаза, это человек говорил о её бабушке. Бабушка в последнюю встречу говорила, что сделает всё возможное, видимо, и сделала.
Гера успокоилась, бабушка бы не просила бы абы кого. Даже клятвы с него не требовала, значит, она была не нужна, а это о многом говорит.
– Но вы же не скрываетесь!
У Геры закрадывалось глубокое чувство несправедливости, неверия в происходящее: с чего это вдруг самую притягательную науку во всех мирах могут притеснять?!
– Но я и не абитуриент, которого можно притопить, как новорождённого котёнка.
Гера всё ещё сомневалась, но надела украшение на шею. В любой момент сможет его вернуть.
– А ваши студенты?
Параллельно с беседой девушка рассматривала книги, и сама уже хотела поселиться в этом кабинете — столько интересного увидела. Но просить сразу такие книги будет неприличным.
– Все более или менее способные мои студенты носят подобное. С тобой стандартное не сработало, тебе нужны чары посильнее. К тому же если ты и правда Горгория, будет правильно, возвратить амулет тебе. Это амулет той, что построила этот институт, Гариона. Его для тебя оставила бабушка, но его могут узнать, лучше спрячь от лишних глаз. Присмотрись к силе: в стенах узнала, а в амулете нет?
Девушка протянула свои документы, внимательно изучая книги на столе своего куратора, с сомнением проговорив,
– Я же его не рассматривала.
Профессор не подумал взять бумаги. – Документы мне не нужны, с этим разбираешься сама. Я твой учитель, а не нянька. В таких вопросах сначала пробуешь сама, а только потом подходишь ко мне. Я отведу тебя в ректорат. Не снимай амулеты, пока находишься на Вайри. Если посчитаешь нужным вернуть его, то межмировые банковские ячейки никто не отменял — это не запрещённая вещь. Ты же чувствуешь, что это скрывающие амулеты. Не больше. Гариона, запрещено пользоваться некромантией вне стен института. Категорически! Договорились? В этот момент в одной из обложек Гера распознала книгу, похожую на дедову, которую листала, когда была маленькой, и именно эта книга так восхитила её в детстве и заразила желанием стать некромантом. Гера так увлеклась, что спросила совершенно невпопад: – Так я поступила? А как же экзамены? Профессор с таким изумлением смотрел на девушку, как будто сомневался в её умственных способностях. Она и сама уже в них сомневалась. – Поступила, иначе зачем бы я тебя сразу привёл к себе в кабинет?! Гариона, ты потенциальный маг первого уровня, я видел, как на тебя реагирует защита. Ты в любой институт можешь без экзаменов поступить, но наш — лучший. Ты не прогадала. Не говоря уже о просьбе твоей бабушки. Декан тяжело вздохнул, а у девушки на сероватой коже проступил румянец. Ей стало неловко за свои вопросы и умственные способности, а также за то, что не могла выбросить эту книгу из головы. Профессор успокоил-то ли себя, то ли девушку – и показал на дверь. – За десять лет успеем вложить в твою голову необходимые знания. Пойдём в ректорат. Девушка вышла за дверь и разозлилась, и волосы зашипели на профессора. – Да! Я не гений, но у меня свои преимущества! Не только потенциальный первый уровень внешней энергии! – Так ты знала об этом? Некромант шёл быстро, она едва успевала за ним. – Конечно! У меня же мать — ведьма. Но мне родители запрещали заниматься внешней энергией, только внутреннюю использовать. Профессор кивнул своим мыслям и вдруг остановился. – Правильно сделали твои родители. А я, кажется, вспомнил твоего отца. Как он? Профессор наблюдал, как радужка его студентки меняет цвет от светло-зелёной до чёрной. Смотрел он на волосы, извивающиеся под действием её чувств. Тема семьи явно была болезненной, поэтому он предпочёл сменить её на более нейтральную. А Гера очень надеялась, что операция отца прошла успешно, теперь на неё были деньги. Как Гера ни пыталась себя убедить в том, что в ней бунтарский дух, но если бы не вся эта ситуация, она в жизни не бросила родителей и не перешла в мир Вайри — учитывая положение, в котором оказалась её семья. Голос профессора удалялся, и девушка ускорила шаг. – Ты знаешь, что твои волосы шевелятся, и глаза меняют цвет из-за энергии смерти? Теперь знаешь. Но никто этого не поймёт. Сейчас у каждой пятой студентки волосы шевелятся. Мода такая, и на серую кожу, кто-то себе и уши острые делает. Зачем-то. Странная нынче мода пошла. У меня не так много истинных некромантов среди студентов. Тех, кто может пользоваться энергией смерти без дополнительных амулетов – напрямую. Вас всего у меня пятеро. Не снимай амулеты, Гариона, и лишний раз о своём уровне не упоминай. Лучше ни с кем, кроме меня, это не обсуждать. Не успев отойти от своих грустных мыслей, девушка ответила первое, пришедшее ей в голову: – У меня нормальные уши! Вот! Профессор снова остановился, и она продемонстрировала свои уши, мысленно представляя, как профессор уговаривает себя: «Зато она будет некромантом первого уровня, мозги за десять лет вложим» – и постаралась очаровательно улыбнуться. Куратор сам усмехнулся и завернул в шикарно сделанный коридор. Стены из красивого золотистого камня и переливающегося под разными углами перламутра, колонны, статуи и цветы, растущие на стенах с помощью магических подпорок. Сразу ощущалось — это крыло администрации. И спрашивать не нужно: это не студенческие коридоры. И прошли они совсем немного от кабинета профессора Макра: пара длинных коридоров и два поворотов. При желании она могла найти дорогу назад. Получается, крыло некромантии соседствует с администрацией... Гера вновь вспомнила о прапрабабушке — это логично и удобно. Но странно, что это крыло не отдали никому другому, когда некроманты стали не в почёте. Гера отметила про себя: ей нравится, как стучат её каблуки о пол, и то, как звук эхом отдаётся по всему коридору, и решила, что стоит попробовать изменить отношение к некромантам. Кто знает, вдруг и ей удастся когда-нибудь занять своё место в центральном корпусе. А пока нужно оформить документы. Профессор завёл девушку в просторный кабинет, где стояло пять столов. За одним из них сидела красивая светловолосая женщина с пухлыми детскими губками и шевелящимися волосами, как у Геры. Только вся эта красота у неё была искусственной, как и грудь третьего или четвёртого размера. Декан некромантов дружелюбно обратился к женщине: – Доброе утро, Инишка. Оформи студентку, все документы у неё с собой. – Доброе утро, профессор Макр. Да, конечно. Пусть заходит. Учитель сразу вышел, а Гера оглядела девушку, решив, что то, что она задумала, будет несложно сделать, и надеясь, что профессор не испытывает положительных чувств к блондинке. Гера прошла к её столу и протянула документы. Ей показали на стул напротив. Женщина достала маленькую синюю книжку — явно зачётку — и спросила Гариону: – Ваше имя, фамилия, дата и мир, в котором родились. – Гариона Гаргория, тридцатое число первого летнего месяца, мир Вайри. Женщина быстро вписала, поставила печать и протянула зачётку Гере, даже не открыв её документы, и стала заполнять личное дело. Гера открыла свой новый документ. Всё произошло, чтобы в документах отразили правильно. Даже слишком просто. Она уже знала, что в зачётке исправить очень сложно после того, как в ней ставят печать: эту бумажку защищает щит института. Фамилию «Гаргория» через «а» давали бастардам рода отца по прямой линии, да и подражателей немало. Теперь ей нужно было, чтобы в документах отразили правильно. – Вы сделали ошибку. Я Горгория, а не Гаргория. Женщина даже не оторвалась от документов, пренебрежительно ответила: – И? Побудешь Гаргорией. Всё равно Горгория — один человек, а вас Го- и Гаргориев — как собак нерезаных. От притворного возмущения не только волосы поднялись, но и сама Гера готова была взорваться. – Я не могу побыть Гаргорией! До рождения первенца я обязана носить либо двойную фамилию, либо быть только Горгорией! За это, между прочим, оштрафовать могут! Это наследственный титул, и я его могу передать только своему ребёнку! Я и есть единственная Горгория! А вы допустили ошибку в моей фамилии! Исправляйте! Вот же все мои документы и дворянская книга! Для чего я вам их на стол положила? Для красоты? Или вы оскорбить меня хотели? Только тогда женщина подняла голову и посмотрела на документы. Затем скользнула взглядом по девушке, отмечая дорогую одежду. Теперь Инишка взяла её документы, сильно побледнела и внимательно заполнила бумаги. А затем женщина отдала Гере её документы, убрала личное дело. По цвету лица сливаясь уже с белой стеной. Но Гере женщину было не жаль — та халатно относилась к своей работе. Судя по виду, девушка платить штраф она не хотела и планировала сбежать сразу после того, как Гера уйдёт. Секретарь только после того как приняла заявление, и зарегистрировала его по всем формам, смогла удрать за дверь прихватив свой цветок. Оставив Геру с зачёткой, где она Гаргория. Гера снова открыла опечатку в зачётке и решила подойти к куратору. По Лайонским правилам при подобном безобразии, в зачётку вплеталась сила студента и трёх преподавателей. Может быть, и на Вайри было что-то похожее. Найти, где принимали будущих студентов, труда не составило, толпы абитуриентов были надёжным индикатором для поиска кабинета. Весь коридор был заполнен, местами приходилось работать локтями, бывшие школьники ещё и ворчали, что их куратор будет некромантом. Возле одного из них остановилась Гера и внимательно посмотрела. Этот юноша ей не понравился. Коварный план уже рождался в её голове. Это была бы отличная возможность показать себя и доказать, что умнее, чем показалась с самого начала. Когда Гариона подошла к двери, перед ней вышла бойкая девушка с зелёными волосами. – Здесь очередь. Мест всего двадцать. Гера достала зачётку. – Девятнадцать. У меня секретарь налажала с зачёткой, и мне нужно спросить у куратора, что теперь делать: нужно заверять или нет? Девушка протянула руку к зачётке, но волосы Геры закрыли путь к ней. Девушка ойкнула и убрала руку. А Гера повернулась к ней и не нашла ничего отталкивающего. Очень симпатичная девушка, красивый вырез в платье говорил о том, что эта абитуриентка прекрасно об этом осведомлена. – Чёртова ведьма! Гера улыбнулась девушке, да, её легко было спутать с ведьмой, и возможно, она бы обиделась, если бы зеленоволосая сама бы не была ведьмой. – От ведьмы слышу! Зеленоволосая аж скривилась, а Гере стало любопытно, чем вызван такой необычный пигмент волос, явно натуральный. Ведьма почувствовала нездоровое любопытство Геры, откинула волосы назад, а та грустно вздохнула. Горгория зашла со следующим абитуриентом.
Глава 2
В приёмной комиссии было 3 человека — за двумя столами. С профессором Макром сидел мужчина лет тридцати, с зачесанными назад волосами. А за отдельным столом ещё один мужчина, но чуть помладше, лет двадцати семи, с завязанным хвостом и правильными чертами лица, он был симпатичнее, чем тот у кого волосы зачёсаны назад, только вид у него был такой, как будто он лимон съел.
Гера тихо проскользнула к куратору, с самым хитрым видом, и показала зачётку. Абитуриента попросили подождать минутку.
– Что теперь делать? Секретарь сбежала, как поняла, что натворила. Это может иметь последствия, штрафы за подобное никто не отменял. Я заставила её принять моё заявление, но пока докажешь, что ты не слон, всё равно придётся заплатить.
Куратор задумался и прикрыл рукой рот, чтобы не улыбнуться. Актёр из него был отвратительный.
– Ты зря переживаешь, лет десять об этих штрафах не слышал. Рейн, представляешь, Иниша совсем совесть потеряла! Даже документы не открывает, когда принимает студентов.
Мужчина пристально смотрел на Геру. А она на него. У мужчины были глаза цвета красного дерева с фиолетовыми прожилками, и он смотрел не с осуждением, а с интересом, была в нем определенная харизма. Он явно её силу чувствует, а сам проговорил:
– Так заверьте слепком ауры. Пока мы трое здесь, сразу и утвердим, а потом пусть исправят. А что за студентка? Почему принимаем без приёмной комиссии?
Мужчина помоложе, это всё не вызывало никакого энтузиазма и вид был как у каторжника, но молчал. Видимо решают эти двое, а он для галочки. Профессор Макр с гордостью ответил:
– Самородок. Мечтает стать некромантом, потому не по вашу душу, Рейн.
Значит этого с харизмой зовут Рейн, а ведь он тоже тёмный!
Гера кивнула, подтверждая всё сразу: что она самородок и не по душу этого Рейна. Протянула руку куратору, тот закрепил её силу на зачётке. Два преподавателя поставили свои печати и закрепили.
А потом предложила:
– Я могу помочь с теми, кто за дверью. Если разрешите. Они слишком шумят и там слишком много тех, кого нужно гнать взашей. Тёмных не любят, некромантами недовольны и вообще зачем пришли не знают…
Преподаватели переглянулись, а Макр кивнул.
– Будем рады — но защищать не будем. Рассчитывай свои силы сама. Ты будешь старостой группы.
Гера сразу замахала руками!
– Ой, нет. Я больше не хочу. Два года была старостой в медицинской академии на Лайоне, с меня хватит! Куча бумаг и ответственности. Я задолбалась подтирать сопли пятидесяти придуркам.
Гера видела, как округлились глаза у Рейна, но спрашивать он не стал.
– Не обсуждается, Гариона.
Гера сначала скривилась, но профессора так быстро не переубедить поэтому она плюнула на это. Отвернулась от преподавателей и зло улыбнулась.
Она собиралась сделать гадость, хоть и не была ведьмой, но такое творить она любила.
Вышла в коридор, сняла кофту, которую ей одолжил Чириан. Ради такой гадости можно помёрзнуть, только амулет между грудей спрятала, длина цепочки позволяла это сделать. Нужны все прелести и отвлекающий манёвр. А сиськи для этого вполне были пригодны. В который раз подумала, что могла бы за подобное получить от мамы.
Завязала высокий хвост, а затем быстро заплела косу, накрасила губы. И залезла на стол на своих каблучищах на всякий случай поддерживая себя немного магией. Папа многому её научил в использовании внутренней силы.
– Дорогие абитуриенты! — крикнула она.
Её никто не услышал, тогда сотворила простенькое заклинание молнии. После световой вспышки, а затем и раската грома настала тишина. Гера же вдохнула запах озона и улыбнулась.
Все обернулись к ней, ей понравилось те взгляды, которыми на неё смотрели.
– Дорогие абитуриенты, у вас есть возможность повлиять на то кто именно будет куратором вашей будущей группы! Кто не хочет куратора некроманта, подходим и пишим своё имя и роспись, будем подавать заявление в ректорат! Иниша, это секретарь, сисястая такая, почти как у меня, только искусственные, она обещала помочь! Смелее, не бойтесь, только обязательно свою магическую метку оставляйте, для подлинности! А то решат, что подделали заявление и всё! Не примут. Сегодня никого не проклинаю! Слово ведьмы, у написавших своё имя точно не будет куратора некроманта! Вписывайте свои имена! Главное быстро! Пока нам никто не помешал и Иниша на месте! Она удрать планировала, поэтому нужно поторопиться. Быстрее! А то не успеем!
Вышли преподаватели, этот Рейн хотел вмешаться, но профессор Макр остановил его. Они прекрасно всё слышали.
Листок передавали и на нём очень быстро выстроились ровные ряды имён с подписями, больше сотни человек, Гера торопила их. Не давая и секунды передышки абитуриентам и времени хоть немного поразмыслить не согласным. Промедление могло всё испортить.
Тем, кто был поумнее и отходил — она не трогала и времени не тратила, около неё постепенно образовался ажиотаж из желающих вписать своё имя.
Десять минут заняло это всё действие, и вновь Гера забралась на стол, переспросила все ли недовольные записались и есть ли ещё кто-то. Когда ей в ответ было молчание, она спустилась и подошла к своим будущим преподавателям, делая копию листа на ходу. Маленький трюк, но такой же удобный.
– Я предлагаю недовольных отправить автоматом на вторую волну и дать шанс более способным студентам возможность поступить. Нужно быть полным идиотом, чтобы повестись на подобную удочку. Я им объявляю?
Макр с интересом разглядывал свою ученицу:
– Да. Если не боишься.
Гера серьезно кивнула. Могла бы похохмить, но не стала. За такое на Лайоне бы избили, только даже если так, пасовать никогда нельзя! Спасуешь лишь раз и никто, никогда на тебя не посмотрит с уважением. В своё время ей не раз разбивали нос, как и она. Главное правило: если бьют толпой — прикрывать голову и по возможности живот. И не пасовать. Никогда. Драться пока есть хоть капля силы, иначе уважать не будут.
Но в этот раз она не собиралась допустить подобное… А было время, когда синяки месяц не сходили. Гера тяжело вздохнула, вспоминая своё детство.
Гера вышла и залезла на стол лёгким прыжком, используя внутреннюю энергию в полную силу.
– Дорогие студенты не желающие в качестве куратора иметь практически универсального специалиста, и сегодня пришедшие сюда, в храм науки с замыленным взглядом и ярыми предубеждениями и не думавшие с ними расставаться, не понимающие, что они пришли учиться в том числе некромантии. Этим вы оскорбляете эти стены! Знание есть сила, а вы отказываетесь от части силы из-за своей узколобости. Я могу вас поздравить! Вы автоматически попадаете на вторую волну, к другому куратору. От себя добавлю, вы кретины, без вас воздух будет чище. Список передан преподавателям; вы не пройдёте в этой волне. Остальные подходим в порядке той очереди, которую заняли. Я выдам номерки. Время не теряем! Полночь наступит слишком быстро. В наших интересах не задерживать процесс, подходим быстрее! Мест осталось 19! Конкурс возрос! И не дайте этим глупцам уменьшить ваши шансы и загрязнить воздух. С вопросами можете подходить ко мне, я староста группы.
Кто-то из абитуриентов двинулся на Геру но несколько крупных парней вышли вперёд. На это Гера и рассчитывала. Оставшиеся ухватятся за этот шанс, особенно когда она напомнила о конкурсе.
Гера на нумерацию потратила больше часа только после прошла к преподавателям.
Профессор Макр сразу предложил:
– Гариона, если не занята, то составишь нам компанию? Тебе ещё общежитие должны выделить...
Гера отчиталась, что пронумеровала оставшихся, и записала номера на листе, напротив сделав отметку ауры. А ещё что она планирует следить за соблюдением очереди.
Этот список лёг перед куратором, тот хотел вернуть его ей, но она показала копию. Куратор пробубнил себе под нос:
– Гены — страшная сила.
Экзамен проходил просто: определение уровня, несколько лёгких вопросов, по мнению Геры, но не абитуриентов, и на выход. Очередь под её руководством двигалась споро, и к обеду успели принять половину оставшихся. Подходили ещё, и Гера записывала, предварительно уточнив об отношении к некромантам и сверив со списком уже не принятых в эту волну.
***
К трём дня у Геры из-за каблуков ныли ноги, ей хотелось уже не кушать, а жрать, от чего девушка была злая, хуже фурии кидалась на крыс, пытавшихся пробраться. Коса хлыстом рассекала воздух за спиной.
Сначала она не обратила внимание на парней, стоявших в конце коридора, а потом их стало больше. Собралось студентов десять.
Занеся свой листок к преподавателям, сказав, что пойдёт обедать, Гера пошла с ними разбираться.
Явного лидера среди них не увидела. Вперёд вышел невысокий и крепкий парень, светловолосый парень. Но даже невысокому юноше Гера сравнялась в росте только благодаря высоким каблукам.
– Это ты здесь распоряжалась? А как же слово ведьмы?
– Кто-то поплакался? Так я не ведьма, а будущая некромантка. В своём праве не терпеть оскорбления от всякого отребья. А если кто-то хочет восстановить справедливость, что за твою спину прячется? Ты явно студент и далеко не первокурсник. Или тот или та, девчонку мелкую испугался?
Кто из этих парней выразил свою мысль, Гера не разобрала, но ей повторили.
– Вот же чокнутая!
Гера спокойно возразила.
– Справедливая и рациональная. Учитывая, кто будет нашим куратором, логично дать больше шанса сообразительным обладателям внешней энергии. Для всех остальных есть ещё четыре волны.
Гера хотела обойти их, поняв, что те ничего ей больше сказать не могут и делать не собираются. Вышел тёмный маг, долговязый, своим длиным носом напоминавшим хищную птицу.
– Так ты, это, куда?
Гера удивлённо на него посмотрела, от неожиданного перехода от агрессии к неприкрытому подкату, она смутилась. Но бойко ответила.
– В буфет!
– Может сходим куда-нибудь?
Парень с трудом смотрел ей в глаза, его глаза опускались ниже, на грудь. На что девушка покачала головой и стала обходить его, надевая тёплую кофту.
Но они в покое не оставили и стали наперебой советовать буфет, ещё и умудрились поспорить, где булочки вкуснее. Так как совсем не знала куда идти, всё же поинтересовалась.
– А где не булки, а нормально поесть можно? Я сейчас и на креветки в кляре согласна… И даже гребешки зайдут.
Парни как по команде замолчали и переглянулись.
– Это только в ресторане. Сосиська в тесте, пирожок с повидлом?
Гера прикусила язык, не будет же она объяснять, что с Лайона, а там наоборот, приличные сосиски только в ресторане, а вот креветки с мидиями, прочими морепродуктами на каждом шагу и дешево, так как пройти километр и наловить самостоятельно может каждый, особенно маг.
– О, с повидлом! Яблочным?
Спрашивала с надеждой. Яблоки она помнила из детства. Если в мир Лайона весь мир был островами, то на Вайри вся поверхность была покрыта землей и огромными реками, некоторые из них впадающими в единственный океан, занимающий едва ли одну десятую поверхности.
– Да… А с каким ещё может?
Она пыталась припомнить растёт ли на Вайри, это растение или всё же нет.
– С нанакой… Разве нет?
На Лайоне деревья нанаки росли повсюду, так были очень декоративными и неприхотливыми, этот распространенный цитрус был повсюду и здорово загрязнял улицы. Плодоносил практически круглогодично. Невысокий продолжил разговаривать с Герой.
– Эм, не в буфете института. У тебя личный повар был? А как тебя родители отпустили одну?
Девушка посмотрела на парня с выражением, а тебе какое дело и грубо сказала, ей хотелось скрыть свои истинные чувства.
– Тебе какое дело?! Надо письмо написать.
***
Уже съев пирожок, Гера почувствовала вкус хитрой соли, от которой у неё совсем скоро заболит живот и ей потребуется уборная. Её мама учила её определять яды в еде и за такую оплошность, только бы добавила. Долго охать и ахать, не было в характере Геры. Что ж… Они сами напросились. Злобная улыбка сама появилась на её лице.
– Ммм, какая необычная сладость. И послевкусие чёрной соли… Оттеняет повидло, чья идея?
Судя по глазам идея была долговязого, Гера не долго думая прокляла его.
– И остальных я запомнила! Моя мать высшая ведьма, вы совсем умственно отсталые? Связываться со мной… Ну-ну… Ещё встретимся.
Стул под долговязым подломился. Проклятие стало действовать мгновенно, как и практически всегда у неё. Гера могла бы стать ведьмой, если бы захотела. Но с детства отдала сердце другой науке, но это вовсе не значит что ничего не умела. Ещё как умела, мать вбивала в неё знания с раннего детства.
Она достала пузырёк и собиралась выпить, но этот долговязый подскочил.
– Ридею нельзя ни с чем смешивать!
А она продолжила проклинать:
– Без тебя разберусь! Чтоб вас всех прыщами покрыло и свести их не могли пока не будет также плохо как мне сегодня! Ничего вы не добьётесь! Слово некромантки!
Долговязый обжёгся о её волосы и заойкав отошёл.
Гера была зла, пив эту настройку. В первую очередь на себя, она слишком расслабилась, когда сама выбрала пирожок и такие же пирожки ели остальные, он она то теперь в институте магии и каверзы здесь будут более хитромудрые, чем-то что было на Лайоне. Хотя слабительное в еде совсем не изящно.
Настойка не могла нейтрализовать чёрную соль выделенную из ридеи, но могла замедлить её всасывание. Платой будут жуткие рези в животе, но не просто так эти недоделанные маги хотели подобным образом её спровадить в туалет. Необычная месть, а какой-то план.
Она подскочив побежала в направлении кабинета приёмной комиссии, не стала дожидаться пока выйдет абитуриент.
– Профессор Макр…
Студентов было двое, один был крысой. Гера сама не поняла откуда у неё взялись силы вышвырнуть из кабинета щуплого, но сильного парня. Со словами «крыс за борт», выдворила наглеца за дверь, дав пинка на прощание. Только после этого вернулась в кабинет к профессорам. Те были крайне удивлены, но не вмешались.
– А есть уже абитуриенты, которых точно берём? Если да, можно список? Очень нужно.
Преподаватель с хвостом, хорошо поставленным голосом возразил.
– Так не делается. Все результаты утром следующего дня.
Профессор Макр уже писал на листочке имена – за что Гера была ему благодарна. Абитуриент, вытянувший свои вопросы, пытался подсмотреть в шпору. В этот момент декан кафедры некромантии протянул ей лист.
– Их точно возьмём.
Гера схватила листок и выбежала за дверь.
Она произнесла пять имён.
– Патрик Генуар, Анника Хамари, Лика Кариора, Ридан Трак, Николь Эрис, есть эти абитуриенты здесь? Если да, то немедленно ко мне! У меня для вас новость.
– Я Патрик Генуар.
К ней подошёл высокий широкоплечий парень, с вьющимися светлыми волосами. Один из двух парней, не давших её в обиду этим утром. Она быстро проверила его документы и спросила.
– Поступать не передумал?
– Нет.
Гера вытащила свои копии списков, она видела что парень наблюдал за ней всё это время и как действовать знает.
– Тогда следишь за порядком. Не пропускать тех кто есть в этом списке, следить за очерёдность этого списка, в помощники можешь взять этих абитуриентов, если они поступать не передумали. Хорошо себя проявите, то завтра будете студентами. Провалитесь, сами виноваты, костьми лягу но найду способ заменить вас. Мне нужно уйти, в пятером должны меня заменить. Всё понял?
– Так точно. А отлучиться можно?
– Нельзя! Вон крыса уже попыталась пробраться. Не пускать этих вонючек!
Живот подозрительно заурчал, а радостному парню было явно не до проблем Геры, она же не долго думая побежала в крыло некромантов, предполагая, что там будет меньше людей, надеясь на этих пятерых.
Санузел был небольшой, на две кабинки с небольшой каменной скамейкой и двумя раковинами. И никого не было поблизости. Тишина. Почти
Как же девушке было плохо, как этим идиотам должно было икаться! Гера делала всё как учила мама, представляла лица и желала всего «хорошего». Ей казалось, что у неё температура, она не могла отойти от туалета. Эти жалкие выигранные минуты дорого обошлись.
Вдруг к ней постучались.
– Эй ты, сумасшедшая! Я Анника Хамари, ты там живая?
Голос ей показался знакомым, она сразу вспомнила ту зеленоволосую симпатичную девушку. Ответила Гера, с трудом преодолевая тошноту.
– Теоретически. Иди к Патрику, он тебе всё объяснит.
С той стороны двери ей бойко ответили.
– Да я всё слышала, мы просто беспокоимся, ты исчезла надолго. Лика с Патриком вполне справляются.
Гера подумала, что всё же суждено ей узнать, почему у Анники такие зелённые волосы, постаралась сделать голос бодрее, чем есть на самом деле.
– Эм. Всё хорошо.
– Когда всё хорошо не сидят в толчке полтора часа!
С этим было сложно поспорить, но бодрый голос стал успокаивать собеседницу и Гера продолжила в этом же духе.
– Всё хорошо. Я проклинаю своих недоброжелателей!
Голос девушки стал серьезным.
– Ты это, будь с этим осторожнее. Это сил много высасывает. Если что, чтобы ты знала, мы следуем твоим заветам! Крыс за борт, все в порядке очереди. Недовольных вместе с крысами, топим в их же дерьме.
Анника была права, проклятия сжирали тонну внутренних сил, но сейчас Гере так было легче, а эти сами виноваты. У каждой ведьмы было своё внутреннее слово, которое придавало той силу. И у Геры это было справедливость. Сейчас её внутреннее чувство справедливости требовало крови этих десятерых.
– Мне от этого легче… Так держать!
Ещё через час стук повторился, в этот раз Анника была не одна, Геру страшно тошнило и ответить она не могла. Дверь просто выбили. В дверях был куратор и Анника.
– Гариона…
Гера прополоскала рот, заставила себя выпить несколько глотков воды. Обезвоживание допускать она не собиралась.
– Со мной всё хорошо. Ридея и болотная трава, не самое лучшее сочетание, но не смертельное. Скоро станет лучше. Я уже рискнула выпить сорбента.
– Анника, бегом за профессором Пинком!
Гера попыталась возразить, но её никто не послушал. Скоро и второй преподаватель с зачесанными волосами из приёмной комиссии появился. А Гере уже становилось лучше. Но её заставили лечь на скамейку и осмотрели живот. А ещё вытрясли откуда она столько знает.
– Мать ведьма и два года Центральной медицинской академии на Лайоне, я была отличницей…
Не без гордости объяснила Гера.
– Была бы ты хоть немного слабее, ты могла умереть! Тебе повезло, что у тебя колоссальный энергетический потенциал. Закатай рукав, я сделаю тебе сжатую воду и электролиты. На месте твоей матери я бы высек тебя за твою самодеятельность. У нас есть медкабинет, нужно было идти в него. Сейчас в комнату отдыха и спать.
Гера посмотрела в глаза профессору Пинка, а потом Макра и покачала головой. Она прекрасно знала о своём энергетическом потенциале, но не переоценивала его. Сила лишь подстегнула внутренние резервы: лучше работает иммунная система, выводились токсины, у некоторых заживление и восстановление было лучше, а у некоторых наоборот — хуже. Всё зависело от силы.
– Мне…
Она хотела что-то сказать. Но глаза закрылись и девушка заснула.
Профессоры переглянулись. Пинк проверил пульс — он был ровным, а вот сила скачками восстанавливалась в теле студентки. Энергетическое истощение.
– Она ещё и силу применяла… Истощение. Хорошо, Макр. Все остальные за эту студентку.
Этот диалог они уже несколько раз проговорили в разных вариантах, каждый из них хотел взрастить мага первого уровня, но у Макра было обещание, которое тот дал много лет назад и не мог нарушить.
– Профессор Пинк, эту студенку не отдам! Я её нашёл, принял и она сама не пойдёт. Она приехала с Лайона, чтобы учиться некромантии!
Профессор Пинк не сдавался, снова решил зайти с самой слабой стороны. Профессора изначально договаривались разделить студентов, официально всех курировал Макр, а по факту десять на фармакопею, а десять на некромантию.
– Так может когда она узнает об отношении к некромантии на Вайри, студентка передумает. Медицинская академия Лайона, это по моей части студентка!
– Гариона не передумает. У неё врождённый талант, Рейн, её не отдам! Остальных можно обсудить.
– У нас один потенциальный маг первого уровня!
Профессор Макр перебил Пинка.
– Тише! Даже не произноси этого вслух! Если не хочешь чтобы с ней произошёл несчастный случай! Ты же сам знаешь насколько ненавидят тёмных, а ты настолько неосторожен!
Они обернулись на Аннику стоящую позади, увлеченные спором, они совсем о ней забыли. А та стояла и внимательно слушала.
– Я молчать буду! Я сама как бы тёмная. Не, ну круто. Теперь понятно почему её сразу приняли, но она чокнутая! Сдохнет на Вайри!
Макр покачал головой, он всё время наблюдал за Горгорией. И определённые выводы сделал.
– А ты знаешь обстановку на Лайоне, чтобы так рассуждать? Ты видела как она вас построила? Держись поближе к ней, у тебя шансов не меньше сдохнуть, как ты выразилась, ты потенциальный маг второго уровня. Тебе как раз советую к профессору Пинку.
Рейн впервые вслух высказал свои сомнения.
– Макр, целая волна тёмных… Это разумно? Одно дело пару, а другое целую группу…
Макр знал что рисковал, но он решил, что среди девятнадцати тёмных Геру будет легче спрятать. Ему было неприятно рисковать остальными студентами, но девчонка слишком важна и нужно было использовать всё.
– Дать двадцати студентам больше шансов? Это не разумно? Выберем самых сильных из тёмных, которые будут. У нас уже пятнадцать человек потенциальных второго и третьего уровня, пять найдём!
– А если тогда не разделять? Её возьмёшь в ученицы, а остальные по общей программе? Факультативом мои предметы, чтобы меньше внимания привлекать к ним?
Эта идея нравилась некроманту, он сам обдумывал что-то подобное и предложил:
– И сейчас на практику вместе со старшим курсом.
Обычно первокурсников везли все группы вместе, на месяц в поместье около Чёрного леса, но сейчас будет разумно отделиться.
– Я поговорю с Ридрихом, у него второй курс и он мне не откажет. Ты же не против его кандидатуры?
Макр быстро заговорил. Это было отличной идеей.
– Отлично! Просто замечательно! Нет, он хороший юноша, разумный и с ним меньше шансов групповых несчастных случаев. Своё дело он знает.
– Он будет "счастлив".
Рейн был осведомлён о нелюбви своего друга к некромантам, которую привил учитель того. Старая рухлядь Юэй, был когда-то специализировался в выслеживании тёмных магов. И немногие выживали после его "задержания" и не все оказывались виновными, по итогу расследования.
Глава 3
Проверив состояние Геры в комнате отдыха, Рейн отправился к кабинету друга. Парень был на добрый десяток лет младше Пинка, но начав преподавать в одно время: пять лет назад, они быстро подружились.
Кроме преподавания у них оказалось много совместных увлечений, например, они любили дегустировать крепкие напитки и посещать сомнительные заведения по всему Вайри.
Ридрих часто засиживался в институте до глубокой ночи, и этот день не был исключением. Сегодня Эон проводил эксперимент со щитом. Почему Ридрих решил стать синэнергетиком и подтирать сопли младшекурсников — Пинк не понимал до сих пор. Как и то почему он в принципе работает в институте. Эон — был очень способный и многосторонний маг.
Эон же почувствовал запах некромантки, едва Рейн зашёл. Он прекрасно знал, что сегодня происходит набор.
– Только не говори что вы взяли синеволосую некромантку… Да, глупый вопрос. Вы бы мимо не прошли.
Пинк и не думал отрицать этого.
– Взяли её и ещё 19 тёмных. И ты через неделю вывозишь своих на практику, мы бы хотели присоединиться к второкурсникам. Ребята у нас достаточно взрослые.
Ридрих поднял брови на это замечание, намекая на то что-то кто-то заговаривается и не веря своим ушам. Где бы они могли найти столько способных тёмных?!
– Точно одна несовершеннолетняя, для которой нужно оформить кучу документов. Вы не успеете за неделю, а ещё билеты.
Рейн с интересом взглянул на друга, тот предпочитал девушек постарше, но другой причины почему тот знает её возраст и с таким угрюмым лицом сейчас сидел, он предположить не мог. Поэтому поинтересовался напрямую:
– Ты с ней близко знаком?
Эон покачал головой.
– Нет, на улице случайно встретил, силу успел оценить. Надеюсь, у неё хватит мозгов быть осторожной.
Но вспомнив, как та безумно металась по закоулкам, смутно ощущал: его надежды напрасны.
– Так почему происходят эти несчастные случаи? Только не нужно мне о проклятии некромантов, я в это не поверю. Проклятия работают иначе.
Ридрих долго смотрел на друга, но не решился ему рассказать правду, а врать не хотел. Вместо этого хрипло спросил:
– А к себе забрать не сможешь? У неё направление развития силы до конца не сформировано. Пусть лучше у тебя с твоими пробирками занимается, перенаправить силу ещё можно. Или проклятиями на худой конец.
Рейн задумался, он бы сам был не прочь её забрать, но особой надежды не питал. Да и по его душу было достаточном студентов в этом году. Ему следовало быть довольным. Но он испытывал смутную тревогу, и усилилась она с молчания Эона.
– О, с проклятиями у неё и так всё прекрасно. Десяток студентов в лазарете с сильнейшей угревой сыпью, прям фурункулы формируются. Эти недотёпы чуть не отравили её, и она в долгу не осталась. Заковыристо получилось, я подцепить не смог! А это сам понимаешь о каком уровне владения проклятиями говорит.
Рейн провел бы глубокое тестирование половине свежепринятых студентов первого курса, для определения истинного уровня знаний. Большинство из них знали больше, чем обычные абитуриенты. Вопрос Эона вырвал Пинка из задумчивости.
– Мать ведьма?
Рейн прослушал о матери Геры, когда та рассказывала, оценивая её состояние в тот момент, полностью включился, когда та рассказывала о медакадемии.
– Мать, тётка или кто-то из близких. Ещё не очнулась, переспрошу потом. С этой с детства занимались. Способная. И не только она… Взяли парочку отчисленных из академии, полноценный третий уровень. Помнишь скандал, когда разнесли целый корпус? Так вот они главные герои — два близнеца, врожденный дар тёмного огня. Я вряд ли ошибусь, если предположу что при совместном применении силы они могут достигать первого уровня. Но вот с их силой нужно работать, сильнейшее смешение энергии, на грани коллапса. Я их даже в медкабинет определил. По твою душу будут. Девушки все ведьмы, с теми или иными наклонностями. Слух о том что приоритет тёмным быстро разлетелся, и много способных ребят подтянулось. И ведьмы явно по своим каналам распространили. Даже жаль, что мест всего двадцать. Сложно было выбрать.
Эон сглотнул. Целый курс тёмных, Рейн не шутил… Но насчёт остальных он не беспокоился, это просто слухи, чтобы маскировать пропажу некромантов, только всё равно пахло неприятностями
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
