Мир в пузыре. Том 2: Иллюзия памяти

Обложка

Мир в пузыре. Том 2: Иллюзия памяти (16+)

Комментарии читателей > https://author.today/work/209789

Взаимосвязь всех романов и переплетение циклов книг во вселенных НАЛУС и Экзальтация > https://author.today/post/319867

От автора

Цикл книг НАЛУС spin-off

НАЛУС: Мир в пузыре. Том II: Иллюзия памяти

Все цитаты являются художественным вымыслом автора, приоткрывающие часть сюжета или события, которые произошли или произойдут в последующих книгах.

Глава 0

Дорогой пользователь Новой Реальности (НоРе 5.0), рады сообщить Вам, что теперь отличить Вашу Реальность от Новой будет ещё сложнее. Это Новое Поколение 5.0

Новые манипуляторы НоРеМа поколения 5.0, которые Вы можете приобрести отдельно, помогут погрузиться в мир настоящей мечты. Погрузитесь в свою мечту, а наша новая интуитивная система поколения 5.0, настроит Вашу Реальность по личным предпочтениям. Для настройки системы достаточно в течении первых десяти минут выбрать предпочтительные симуляции или просто задержаться на них на неопределенный срок. Система поймет Ваши вкусы и приведёт в мир мечты, подставляя контент по предпочтению, которое Вы проявили в течении первых десяти минут. Дальнейшее использование НоРе 5.0 внесет понимание предпочтительного Вам контента.

Внимание, симуляция 18+ доступна при подтверждении вашего возрастного уровня. Для этого следует произвести сопряжение паспорта гражданина ГорБу с системой НоРе 5.0. Шкала агрессии и насилия по-умолчанию снижена до уровня 12+. Заводские настройки и весь первоначальный контент по-умолчанию 12+.

Для увеличения уровня крови и других анатомических реалий, следует делать через подтверждение возраста ПасГра ГорБу. Все процедуры производятся через имплантат идентификации личности.

Функции расширенного пакета для удалённого доступа из любой точки мира, доступны по специальной подписке. Приятных наслаждений в НоРе 5.0, дорогой пользователь и Властелин своей Вселенной.

Скидка на приобретение НоРе 5.0 и сопутствующих аксессуаров, доступна на всех территориях ГорБу. Размер скидки зависит от Вашего уровня порядочного гражданина. Собирайте очки грамотно и используйте их правильно.

фрагмент из инструкции

„НоРе 5.0“

эксплуатация системы

Новая реальность 5.0

2111 год н.э.

Глава 0. Пролог (часть 1)

Земля. Январь 2111 года.

На дворе шёл сильный ливень. Последние несколько лет, он часто поливает землю. Климат немного изменился, и стал более теплым. Местные старожилы обеспокоено говорят, что январские ночи раньше были холодными в этих краях. В среднем температура опускалась до минус десяти. Сейчас она колеблется в пределах плюс пяти-семи, а днем и вовсе тепло — около пятнадцати-двадцати.

Многое изменилось после вторжения. Ой, что это я? Нет, сейчас так не говорят, за такое и посадить могут. Правильно будет сказать: „С приходом Богов, жизнь обрела смысл. Даровали они новые технологии, облегчили жизнь. Возвели Города Будущего, что впоследствии стали ГорБу. Воцарился „Новый порядок“ и появилась Новая Реальность“. Тьфу, как же противно лицемерить, вот такие новые законы. Ой, я ведь рассказчик, отвлекся, простите.

Уклад жизни людей изменился вместе с климатом. Местные фермеры стали выводить другую живность пригодную для этой температуры. Но некоторые до сих пор смотрят с опаской, что морозы ещё могут вернуться.

Прошло уже десять лет с момента тотального переворота мира. Для кого-то это ещё было вчера, а для подрастающего нового поколения — просто другая жизнь, знать о которой им не интересно. Они живут в ГорБу — в новом мире! А кто-то слишком много проводит времени в НоРе — в Новой Реальности. Те, кто сокращали все эти названия, явно не владели русским языком. А может это и хорошо, а может это и к лучшему. Потому как сейчас эти сокращения обрели иной окрас и на слух воспринимаются именно тем, чем являются на самом деле.

Артём Черевко по-прежнему трудился на бывшем космодроме Байконур. Счёт времени был потерян, вернее надежда на борьбу. Но, иногда она ещё возвращалась к нему, и он вновь пытался найти единомышленников. Только умы людей были увлечены, затянуты в Новую Реальность. Они жили и работали в реальном мире, кто-то в ГорБу, а кто-то за его пределами. А интересы и время препровождения досуга, чаще происходили в НоРе. Кто-то называл это мейнстримом, некой новой модой. Но, по сути, это было мировой зависимостью и уходом от настоящей реальности. Нет, это было болезнью, мир заболел, и уже не мог слезть с этой технологии. И с каждым годом появлялись новые и новые аксессуары и приспособления для ещё большего погружения в мир грёз, в мир мечты. У каждого была своя Вселенная, только она была не настоящей! Вот так мы и стали рабами.

Единственное, что радовало Артёма, нашего героя, так это то, что он смог отправить письма. Но, дошли они до адресата, проверить было невозможно. Надежда, что всё было сделано не зря, ещё теплилась в его сердце, но рутина повседневных будней угнетала. Часто возникало сомнение о том, делает ли он всё верно. И с каждым днём это начинало давить на него всё сильнее и сильнее. Найти единомышленников оказалось очень сложным, почти невозможным.

За последние семь лет он освоил новую профессию и стал полноценным инженером. Практика на том же рабочем месте, прибавила не малого мастерства. И сейчас он ценился, как квалифицированный сотрудник. Но, у него были и скрытые качества, о которых никто не знал.

Иногда Артём чувствовал себя социопатом, но лишь потому, что никак не мог принять виртуальную реальность за действительную. Вся жизнь и интересы людей вертелись вокруг этого, они будто стали зависимы и не могли жить без неё. Черевко не хотел привязываться и делал всё, чтоб не уподобиться ныне живущим. Но, чем дольше он жил в этом обществе, тем больше понимал — теперь это часть нашей реальности. Теперь это наша жизнь!

Мир менялся, всё новые и новые ГорБу возводились по-округе. Даже Сибирь, так гласили слухи, в самых холодных местах вся преобразилась. Государственная программа „ТерраКли“ расшифровываемая, как „Терраформирование во благо Климата Земли!“. Только на самом деле это убивала животный мир в тех уголках планеты, где весь год обитал холод или знойная жара. Так климат стал более умеренным, так холодные земли стали более подходящими для постройки мегаполисов, а именно Городов Будущего. Защитникам мира животных быстро заткнули рты. А потом их и вовсе не стало. Никому не было дело до флоры и фауны, как лесов, так и водоемов. У власти Земли находились недалёкие люди, которые безукоснительно выполняли все прихоти Высших. Так стало принято называть те создания, которых впервые годы сектанты нарекли Богами.

Теперь они правили этим миром, Высшие решали за нас, кому что дозволено. Так людей подсадили работать за очки, который повышали статус порядочного гражданина. С таким статусом тебе открывались большие возможности. А некоторые получали их, идя по чужим головам. И не всегда в переносном смысле.

Новое поколение уже не владело знаниями об истории, которая десять лет назад была прервана! Так знания могучего, и богатого историей, государство канула в лету. Новые люди уже не знали о некогда существовавшем Российском Союзе Федерации. Именно оно было образовано в середине двадцать первого века, и последующие полвека набирала невероятные уровень развития во всех отраслях и науках. Этот союз называли „СССР 2.0“. И звучало это очень гордо. А потом пришла зима и с наступлением 2101 года пришли Высшие. После того Нового Года это теперь другая история. О которой не говорят, но помнят. Однако, помнят не многие.

Изучение истории, искусства, всё могло стать под запретом, так как ЕдГосЗем не был заинтересован и дальше уходить от ответов на неудобные темы. Так Единому Государству Земли было удобно, чтоб все забыли об истории его становления. Им было крайне выгодно, чтоб все забыли о событиях 2101 Нового Года.

Новый уклад общества не интересовался тем, чего не было в просторах виртуальной реальности. Единое Государство Земли продвигало человечество в будущее, без оглядки на прошлое. Так человечество стало забывать о перевороте десятилетней давности, принимая нынешнее время за истинную действительность.

В одном из офисов бывшего космодрома Байконур сидела два коллеги. После рабочего дня они вели беседу.

Глава 0. Пролог (часть 2)

— Слышал новость по поводу Белого? — спросил бородатый мужчина.

— Ты про Гришу? — сделав глоток кофе, уточнил Артём.

— Ага, он самый. Попросил больше его Гришей не называть.

— А как?

— Григорием.

— Это после чего он так решил?

— Выиграл сразу пять миллионов.

— В смысле кредитов?

— Ну, а чего ещё? Их родимых! Взял и выиграл. Ты бы видел его лицо. Таких счастливых людей я ещё не видел.

— Так вот почему он сегодня не вышел на работу. А я думал, он...

— Повесился? — не дав договорить герою. — Артём, хватит крутить старое кино.

— Я ещё ничего не сказал.

— Сколько с тобой я работаю, уже знаю ход твоих мыслей.

— Ну, да.

— Ой, Артём, ты всё того дурака вспоминаешь? — махнул коллега.

— Но, ведь резонансное событие было.

— Ты сам видел?

— Нет, мне рассказывали.

— Забудь. Ты мне лучше скажи, ты будешь у меня покупать НоРе или мне на барахолку выставлять? Ты так и не дал вразумительного ответа.

— Напомни, зачем ты её продаешь. Тебе, что она сама не нужна?

— Артём, вот у тебя голова дырявая, как ты ещё инженером стал. У меня их две. Забыл что ли? Какого-то чёрта выиграл по акции, лучше бы кредиты дали или скидку на манипуляторы.

— Пускай думает, что у меня голова дырявая, — подумал Черевко. — Главное, лишнего не болтать, — продолжал он про себя.

— Чего молчишь. Твоя же сгорела. Да?

— Только блок питания. Я его заменил, — улыбался Артём.

— Вот потому барахолки я не люблю. Я и свою там может вечность буду продавать из-за таких же сомнительных как я. Или скупщик-жулик скинет цену в раз десять и скажет: „Беру по моей предлагаемой цене, а то выше ты не продашь“. А потом начнется, у тебя там того нет и того. Я так манипуляторы, предыдущего поколения НоРе, за копейки продал, до сих пор жалею. У меня новая система, продаю в два раза ниже рыночной. Я пломбы ещё не снимал. Следовательно, она на гарантии. Новая!

— Ладно, Максим, беру, успокойся.

— Завтра принесу! Ты свободен будешь?

— Хорошо, вздыхая.

— Твое „Хорошо“ какое-то странное. Тебе она, что не нужна?

— Лучше скажи, сколько ты времени проводишь в Новой Реальности?

— Ой, ты говоришь, как моя бабушка. Сейчас никто так не говорит. НоРе, НоРе пять.

— Да хоть десять.

— Шестая, Артём, выйдет в конце следующего года. Какая ещё десять? Такое ляпать в приличном обществе нельзя, засмеют.

— Странное это приличное общество.

— Чего это ты? Настроения нет?

— Почему у всех такая зависимость? Неужели другой реальности нет?

— Погоди, ты ещё пятую не видел. Потом вообще очки не снимешь.

— Я не об этом, Максим.

— А о чём?

— Не важно. Забудь.

— А я понял твоё предвзятое отношение к НоРе. Это всё потому, что ты пару раз вошёл в систему и, не врубившись в суть вещей, бросил её на половине пути регистрации. Так ведь? Ты хоть к сети подключался? Ты хоть клан для себя выбрал? Демонстрацию запускал?

— Какой ещё клан? Чего?

— А аватар настроил?

— Ну, я там ёжика выбрал.

— Грёбаный Экибастуз! Ты что смеёшься, ты действительно ёжа выбрал?

— Грёбаный Экибастуз? Ты серьезно, Максим? Кто так сейчас выражается?

— Ну, может моя бабушка, и вроде до этого её дедушка. Я без понятия.

— О Гулаге слышал?

— Это карта тренировочная такая?

— Я об истории, о сороковых годах позапрошлого века. Какая ещё карта? Ты слишком часто прибываешь в НоРе.

— Сейчас историей никто не интересуется.

— Экибастуз, это тяжелое место ссылки для политзаключённых и националистов. Туда ссылали тех, кто в годы Великой отечественной войны сотрудничал с нацистами.

— Ой, так это когда было. Ай! Перестань меня учить. Лучше другое мне скажи, ты действительно ёжа выбрал?

— А что? Нельзя?

— Можно, что угодно, но не стандартные демо модельки. Ты чего, с моста рухнул? Как ты вообще его выбрать смог? У тебя какая прошивка?

— Наверно старая, я не знаю, — пожал плечами Черевко.

— У тебя НоРе третьего поколения?

— Да. Вроде бы да.

— А точно. В этом и беда твоя. Это НоРе хлам, на свалку её!

— В смысле моя беда?

— В третьем поколении.

— Потому, что уже не новая?

— Нет, — улыбался коллега. — Не только!

— А в чём? В том, что я её на барахолке купил?

— Блок питания сгорел именно по этой причине. Но не в этом дело.

— Так в чём? А то говоришь загадками.

— Ну, так знай, там есть баги. Иногда графика снижается из-за некорректного заводского брака на охлаждающих элементах. Первые ревизии вообще горели, стоило их поюзать с час-другой. Ах сколько было возврата по гарантии. Потому производителю пришлось менять не только ОС, но и всё железо. Я тебе гарантирую, пятое поколение лишено этих недостатков! К тому же, кланы все перешли на пятое поколение. Ты вообще в курсе, что сервера третьей версии почти все прикрыли? В них нет смысла уже.

— А, вот оно в чём дело.

— Короче, давай завтра. Выходной как раз, я тебе всё покажу и расскажу.

— Хорошо, — поднимаясь со стула. — Когда будешь, Макс?

— Не раньше двенадцати. Я обещал Джозефин, сходить с ней в театр.

— Макс, она же виртуальная.

— Ты мне скажи ещё, чтоб я ломанул её.

— Тебя, что-то держит?

— Артём!

— Ну, хорошо. Перепрошей её и не нужно будет выполнять обещания и вообще их давать. Она всегда будет тебе должна.

— Артём, ты меня удивляешь. С каких пор ты лезешь в мою личную жизнь? Ты же сам с ней любезничал.

— Погоди, та девушка, это она?

— Ага.

— Ты купил ей тело?

— Ага, как настоящее, да?

— О Боже,... — хватаясь за голову, — ...я не знал, что она машина.

— Артём, я с тобой сейчас поругаюсь, — резко приподнялся Максим. — Не называй маю жену машиной!

— Прости Макс. Ну вот такой я дурак, приверженец старых взглядов. Прости друг, мне очень стыдно. Виноват, — опуская голову.

— Ладно, не в обиду, — коллега сел на свое место. — Я тебя понял. Не смотри в пол, как нашкодивший котёнок.

— Да, — вздохнул герой, приподнимая взгляд.

— А ты бы понял меня, если бы обзавёлся такой же.

— Нет, спасибо.

— О, как она хороша в постели. Вауч-ух-ух-ух!

— Прекращай! Я не хочу вникать в твои виртуальные утехи. Пожалуйста!

— Я не про виртуальные.

— Да ну тебя, ещё что-нибудь заклинит. Хватит!

— Молчу. Артём, а ты куда?

— Закат! Хочу посмотреть на закат.

— Артём, некоторые коллеги считают тебя немного чокнутым. Причём именно из-за того, что ты каждый раз провожаешь рассвет. Я и сам не понимаю почему. Тебя это прёт?

— Привычка, — подходя к двери. — Природа дарит нам прекрасные цвета. Некоторые это не ценят. Ладно. Максим, тогда я буду ждать тебя. До завтра, — потянув дверную ручку. — Видимо, Максима уже не вытянуть в реальный мир, — подумал герой, выходя прочь из комнаты.

— Пока, друг! До завтра!

Глава 0. Пролог (часть 3)

— Закат, — сказал про себя Черевко. — Не все конечно, а именно те придурки, кто считают меня сумасшедшим, реально мне не товарищи. Они явно не понимают, что лишь на закате, можно увидеть хоть какую-то численность флота врага. Уже прошло десять лет, а я не признал, не признаю и никогда не признаю их. Первые три года, когда я выживал, выживал среди публичных казней. О, как же я маневрировал, дабы не попасться. И лишь по воле судьбы, мне дали второй шанс. Но, почему другим он не выпал. Боже, сколько людей было повешено, отравлено и задушено. Впервые годы изыматели не церемонились, была настоящая бойня. Боже сколько людей они перебили. А сколько пропало без вести? Может, это правда? Кану-Гвин едят человеческое мясо? И как после всего этого я могу забыть? Да, есть и мои ровесники, кто забыл уже об РСФ. Позор им! А может позор всему человечеству? Мы должны бороться! Но ведь именно Российский Союз Федерации дал им то, кем они являются сейчас. Мы разобщены. Разделены. Наше пребывание в Новой Реальности это пребывание в НоРе. И это в прямом смысле этого слова. Кланы, гильдии, школы — всё это видимость, ширма, дабы мы не видели суть. Мы уже давно не свободные люди. Наша реальность это мир, который стимулирует тебя быть послушным, и дает баллы репутации. Это всё инстинкты, нас приучают выживать за баллы, за очки. Чёрт, кем мы стали? Даже с Максом невозможно поговорить о реальной жизни. Они уже все там, они все в НоРе.

— Артём Черевко! — прозвучал чей-то голос.

— Что? — резко развернувшись, спросил герой.

— Испугался? — стоял человек в белом одеянии. — Выглядишь так, как будто что-то скрываешь.

— О! — вздрогнул герой.

— Ха-ха-ха, — произнёс это монотонно окликнувший.

— А, это ты... — пытаясь прочитать бирку, — ...Синтетик-365, — с облегчением выдохнул Черевко. — Отчасти шутка более удачная, я улыбнулся. Лучше, чем в прошлый раз. Но в самом начале ты меня напугал. А это вредит юмору.

— Обработаю полученный опыт, — улыбнулся человек в белом. — Но, с другой стороны, повышая градус напряжения, после его ослабления, любая шутка становится усиленно смешной.

— Молодец, — сказал Артём, хлопая синтетика по плечу, возвращаясь к закату. — Но это уже читерство.

— Это хорошо. Значит, мои познания улучшаются.

— Три-шесть-пять ты ведешь себя как психопат.

— Артём, почему?

— Ты пытаешься имитировать чувства, эмоции. Но сам ты что-то испытываешь?

— Закат очень красивый.

— Не нужно, я не в настроении, — развернувшись к синтетику. — Выкладывай, ты же не ради шутки пришёл.

— Да, верно. Я пришёл по делу.

— Эффективное использование времени, ресурсов и получение информации. Я же говорю — психопат.

— А ты не думал, что это может ранить меня?

— Ранить, в смысле обидеть?

— Да.

— И какие эмоции ты испытываешь при этом?

— Одну — страх.

— Опять страх. Ты хоть знаешь что это на самом деле?

— Потому меня поставили работать с людьми бок о бок, чтоб потом эти знания залить в память остальным синтетикам.

— Ладно. Прости меня три-шесть-пять. Так, для чего ты пришёл сюда. Вернее, ты пришёл за мной, зачем?

— Тебя ждут.

— Кто?

— Директор.

— Зачем?

— Мне не сказали, Артём. Он хочет видеть нас двоих, это единственная информация, которой я располагаю.

— Ну, — бросая ещё раз взгляд на заходящее солнце. — Чёрт, вроде вижу Рой! — уже про себя. — Мелькают. Ужас, что делают Боты! И если это действительно правда, скоро мы лишимся Меркурия. Сфера Дайсона, на деле мало эффективна. А вот Рой Дайсона, обойдется нам потерей не одной планеты, — рассматривая мелькающую корону солнца. — Эх, если бы не запрет на телескоп, я бы что-то мог рассмотреть. Фильтры сделать и сам могу, они отсекли бы свет. Я бы увидел на какой стадии строительство коллектора солнечной энергии. Чёрт, что нужно директору? Недоверию я этим синтетиком. Но, этот три-шесть-пять прикипел ко мне, — возвращая взгляд на человека в белом. — Да же не знаю, и всё же неверно его называть роботом. Но и человеком, хотя, как посмотреть. Он пытается быть человеком. Синтетик хренов, — улыбаясь, размышлял герой. — Ну, пошли, — после долгих размышлений, сказал герой.

Покинув верхнюю площадку, Артём и синтетик направились по коридору бывшего космодрома Байконур. Проходя мимо экранных стендов, Черевко уже не обращал особого внимания на пестрящую рекламу, что шла со всех информационных табло. Раньше она его раздражала.

На экранах появлялись разного рода заголовки: „СилУз НоРе Бай — залог будущего Казахстана“, „Силовой узел Новой Реальности Байконур — обработка и фильтрация данных“, „СилУз НоРе Бай фундамент ГорБу“.

— Три-шесть-пять, а тебе даже не намекнули зачем я нужен?

— Нет, Артём. Однако, если мыслить логически, то ты инженер по функционалу ИнТраБлоДа НоРе.

— Синтетик, ты же знаешь меня бесят эти сокращения.

— Прости, друг. Информационный Транспортировочный Блок Данных...

— Три-шесть-пять! — обрывая речь синтетика. — Просто помолчи. Иди молча. Пожалуйста.

— Хорошо, Артём Иванович.

— Не понимаю, ведь он меня называл Артёмом, а тут и по отчеству ещё, — размышляя, остановился Черевко. — Три-шесть-пять, ты обиделся?

— Да, — остановился синтетик.

— Интересно, они так истинно имитирую чувство, что начинаешь невольно верить в них, — подумал герой. — А настоящие ли они? Технология искусственного интеллекта наша, её не принесли вторженцы. Но, что отличает их программу от нас? — продолжал размышлять Иванович. — ТриШеП, извини, — произнес Артём. — Я не хотел тебя обидеть. Прости.

— Спасибо, Артём. Но, меня тешит больше не твоё извинение.

— А что?

— Ты единственный, кто пытается называть меня по имени. ТриШеП звучит, как имя. Мне приятно, — улыбнулся синтетик.

— Ну, пошли.

— Да, продолжая движение.

— А тебе сказали проследить за тем, чтоб я пришёл?

— Нет, он сказал есть задание для нас обоих.

— А, что ты пытался мне сказать, до того, как я нагрубил тебе?

— Однако, если мыслить логически, то ты инженер по функционалу ИнТраБлоДа НоРе. Я же техник и обладаю большой силой для возведения информационных магистралей.

— Итог?

— Вероятней всего где-то повреждение ИнТраБлоДа НоРе. Нас отправят чинить. Но, куда не знаю. И если вызывает директор, значит только одно. Ситуация не совсем удобная для него, и он попросит провести это в полной секретности. Вероятность такого исхода составляет девяносто два процента.

— Логики тебе не занимать. И это часто мешает тебе понять, что такое юмор. Но ты его все, же освоил.

— Я отключаю блок логики.

— Разве можно синтетикам делать это? Ты все же больше андроид, чем человек и подчиняешься определенному своду правил.

— Надеюсь ты об этом никому не расскажешь, — прошептал три-шесть-пять и подмигнул.

— ТриШеП, — засмеялся Черевко. — Смешно. Давай, мочи, какие ещё шутки знаешь.

— А почему ты не спросил про оставшиеся восемь процентов?

— Кстати, да. А они куда делись?

— Я их съел.

— Ха! ТриШеП, смешно, — засмеялся Артём.

Глава 0. Пролог (часть 4)

Дверь кабинета открылась, и Артём с синтетиком вошли в помещение. Они ещё смеялись над какой-то шуткой. На них молчаливо смотрел седовласый человек, сидевший за столом. Это был директор.

— Вижу, из вас хорошая команда получилась, — сказал он. — А я думал только Максима послать с тобой.

— Антон Павлович, а куда? — обернулся Черевко.

— В гетто.

— Нас увольняют?

— Артём, ну чего ты, — главный поднялся из-за стола. — Проблема в работе магистрали. Вероятней всего ИнТраБлоДа НоРе мог выйти из строя. Или его составляющие или прилегающие магистрали. Или всё же я пошлю с тобой Максима? Или справитесь? Управиться желательно в течении пары часов. До полуночи тянуть нельзя.

— Иначе все выйдут из своих нор, — пробубнил Черевко.

— Что ты говоришь?

— Я говорю, почему в гетто нас направляют?

— Да, тут такая незадача, — директор почесал затылок. — Как говориться: „Закон подлости“. Полиция переместила лагерь дефективных временно в зону проведения магистрали. На их прежнем месте закладывают фундамент нового ГорБу. И они туда уже не вернутся.

— Дефективные?

— Ну, а как мне этих идиотов называть? Давно бы уже имплантат поставили, а так как бомжи. Бумажные документы давно уже отменили.

— Но, там вроде есть и те, кто по медицинским показаниям не могут их себе их поставить.

— Ой, никто от этого ещё не умирал.

— Умирали, Антон Павлович. Умирали, я видел. В первые дни наблюдаются сбои, это один из случаев несовместимости, у человека поднимается температура. Потом сильные боли, такие люди могут жить и дальше, но имплантат не сопрягается с теплом кожного покрова. Следовательно, он не имеет питания. Попросту не работает.

— Почему, — скорчив лицо, спросил директор.

— Некроз. Некроз тканей вокруг имплантата.

— Откуда ты это знаешь?

— Около восьми лет назад, я был гетто. Я видел, что происходит с людьми, которым насильственно их имплантировали.

— Ладно, пускай это будут просто люди из гетто.

— Так, что именно произошло на территории гетто? Поломка в блоке? Информационный Транспортировочный Блок Данный вышел из строя?

— Да Артём, именно так. Думаю, это случайность. Но, поломку следует устранить.

— Хорошо, понял. С три-шесть-пять всё сделаем.

— Можете на нас рассчитывать, товарищ директор, — сказал андроид.

— Эти люди, они возможно никогда и синтетиков не видели. Не стоит об этом афишировать, когда будешь там находиться. Хорошо?

— Хорошо, Антон Павлович.

— Они могут меня сломать? — спросил андроид, в голосе чувствовалось волнение.

— Не беспокойся ТриШеП, разберёмся.

— Артём, ты меня удивляешь.

— Не понял Вас, Антон Григорьевич.

— Зачем ты синтетику имя дал? Это техническая единица. Не нужно наделять это качествами живого человека. Это машина. Ты ещё веник назвал бы другом.

— Имя?

— ТриШеП, странное имя, — задумался главный.

— Три-шесть-пять или коротко ТриШеП, — добавил синтетик.

— А, — вздыхая. — Вот оно в чём дело. А я уже подумал ты, как твой друг Максим. Хотя, нет. У него другая модель. Ладно. Все техники это синтетики и других не может быть. Это нужно понимать.

— Да, Антон Павлович. Но, это не имя. ТриШеП это сокращение.

— Ну, да. Прости. Транспорт уже во дворе со всеми инструментами. Охрана сходить на землю не будет. Потому припаркуйтесь, как можно ближе к центральному ИнТраБлоДа НоРе.

— Хорошо. Значит мы пошли?

— Да, и решите эту проблему, как можно быстрее.

Покинув директора сотрудники направились по очередному коридору.

— Но, ты ведь сказал: „Иначе все выйдут из своих нор“. Так ведь?

— О чём ты ТриШеП?

— Ты сказал это не чётко и товарищ директор переспросил.

— Э-э-э, — остановился Антон. — Пускай это будет нашим маленьким секретом.

— Секретом? — остановился синтетик. — Ну, хорошо, друг.

— Пошли, нужно устранить проблему, пока солнце не село.

Во дворе ждало транспортное средство. Взойдя на борт, техники уткнулись лицом к лицу к пилоту вертолёта.

— Присаживайтесь, сейчас взлетаем, — сказал он и тут же покинул их.

— Как всё чётко отработано, — удивился Артём, пристёгивая ремни безопасности.

Пролетая над черными холмами, вертолёт летел в нужном направлении. Стремительно вращая лопастями, летательное судно двигалось вдоль толстых силовых кабелей, что шли через пустошь и горную рябь.

— Это не совсем удачное время, — говорил седовласый военный. — Но, начальству это не донести, — пожимая плечами.

— Это Вы о чём? — спросил Черевко, сидя за спиной главного пилота.

— Дефективные уже закончили работать в рудниках и вернулись домой. Вам придется работать у всех на виду.

— Рудники? — недоумевая, спросил Артём.

— Ну, да. А что удивляет?

— Это штрафники что ли?

— Нет. Какой смысл уже десятый год держать такие гетто? Вот ЕдГосЗем и предприняли загрузить их работой, так хоть какой-то толк. Конечно, из-за изменения временного размещения их ночлежек, путь до рудников стал долгим. Ну, ничего, на час раньше просыпаются. Благо синтетики дисциплину поддерживают. Они всегда без опоздания приходят на работу.

— В смысле, синтетики дисциплину поддерживают?

— Силой волокут ни свет не заря на каторгу.

— Рудники, не каторга, — поправил Иванович.

— Ну, да. Какая разница. Это отбросы общества.

— Иждивенцы ЕдГосЗем, — вздохнул герой.

— Да, именно так. А остальное, Вы верно всё сказали. Синтетики, куда без них? А риск потери людей кому сейчас нужен, кроме дефективных.

— Я работаю техником, а он синтетик. Как быть?

— Тот тип синтетик?

— Добрый день, товарищ майор, — с улыбкой на устах, сказал андроид.

— А так и не приметишь. Ваш синтетик, Артём Иванович, отличается от наших силовиков. Так что не волнуйтесь, не побьют.

— А могут?

— Не должны, хотя комендантский час можно было и ввести.

— Увы, для введения его в сроки нужно время, — добавил синтетик.

— Нет, этот аппарат очень похож на человека, — указывал пилот. — Синтетиком реально не назовёшь. Хотя, может тут просто скудное освещение.

— Стараюсь быть полезным, — улыбнулся андроид.

— Майор, снижаемся.

— Нет! Артём Иванович готовьтесь вы к спуску.

— Вертолёт не будет садиться?

— Зачем мне риски контакта? Зачем подвергать моих людей опасности? Я думаю, там и так все привиты. Но, мало ли что.

— Ваши стрелки будут на борту?

— Да, я не хочу их отдавать на такие пустяки. Сами справитесь. И мы вас обоих заберём.

— Хороший расклад.

— За последние десять лет государственная программа вакцинации касается...

— Знаю майор, у кого есть имплантат идентификации личности.

— Не мне Вас учить, — улыбался военный. — Давайте, чем быстрее спуститесь, тем быстрее подниметесь.

— А где будите вы?

— Полетаем вокруг да около. Артём Иванович, когда закончите, вызовите, — сказал военный и рацией ткнул в грудь Черевко.

— Это хорошо, — подумал герой, смотря в глаза пилота.

Глава 0. Пролог (часть 5)

— Давай ТриШеП, пойдешь первым.

— Хорошо, Артём, — обхватив трос. — Это все инструменты? — сжимая рукоять небольшого бокса.

— Да, все необходимые приборы внутри.

— Хорошо, — сказал синтетик и прыгнул из вертолёта.

Приземлившись, Артём отпустил крепление, и спусковой трос поднялся вверх. Летательное судно стало разворачиваться. Повернувшись кабиной к героям, пилот жестам показал, что вернется через один час, и стал набирать высоту.

— Ловко они, — сказал Иванович, смотря вверх. — Сбагрили нас и смылись, — смотря на вертолёт, который стремительно несся прочь.

— Артём, — обратился три-шесть-пять.

— Что? — переводя взгляд на синтетика. — Доставай инструменты, чего стоишь.

— У тебя правая нога в собачим дерьме.

— Ай, — вздрагивая ногой. — Эй, ТриШеП, это не смешно. Нога чистая, — смотря на обе.

— Нет, я про другую.

— Да, где? — рассматривая подошву обоих ног. — Погоди, ты смеешься?

— А ты купился. Ха! — улыбался андроид.

— Ладно, давай центральный ключ.

— Держи, — подавая инструменты. — ТриШеП, а ты лестницу брал?

— Я задал вопрос, касательно того, все ли это инструменты.

— Ладно, не начинай. Я на тебя залезу. Столб не высокий.

— Конечно, Артём.

Синтетик выдвинул руки и сложил две ладони, это было чем-то вроде ступеньки. Артём наступил на руки и после ступил на плечи андроида. Техник выпрямился и Черевко дотянулся для квадратной панели.

— Отлично, так и стой, — сказал герой. — Чёрт подери! — сквозь оскал. — Сколько грязи. ТриШеП, когда устанавливали магистраль?

— Восемь лет назад. Не думаю, что тебе нужны точные цифры.

— Нет, не нужны, понял тебя, — проворачивая ключ. — Чёрт, заело, — бормоча себе под нос.

Зажав металлический прут в зубах, Иванович одной рукой обхватил столб, а второй полез в кобуру с инструментами. Бросая взгляд на ночное небо, герой тут же перевел его на округу. Любуясь видом, он продолжал усиленно крутить болты плоскогубцами.

— Артём, может я залезу? Мне и лестница не нужна.

— ТриШеП, стой на месте, — сквозь сжимающие зубы, ответил Черевко. — Есть!

— Получилось? — с тревогой в голосе, уточнил синтетик.

— Да! — перехватывая ключ, разжав зубы. — Не нужно привлекать внимание. Я сам всё сделаю. Эти болты залипли так, что пришлось инструментами винтить. Сейчас ключ вставлю. Есть!

Приподняв крышку, Артём надел очки с фонариками по бокам. И начал рассматривать все блоки и схемы. Для опытного инженера, это вполне могло стать решаемой задачей, но не для Артёма. Хоть, герой имел образование инженера, он всё ещё нуждался в практике. Да и образование инженера он получил, работая на территории бывшего космодрома Байконур. И он полез в боковой рюкзак.

— Будешь подключаться? — спросил андроид.

— Да, не вижу проблемы. Бездумной просто менять блоки может ничего не дать. Вдруг проблема в линии, — говорил инженер обхватывая ремнем себя и столб.

— Админ-инженерный код помнишь?

— ТриШеП, ты много звуков лишних издаёшь, давай тише. Коды, я их все знаю, — вытащив очки, он тут же надел их. Давай тихо, тут работы на пять минут.

— Молчу, ты прав.

Воткнув кабель в порт блока, Иванович протянул его до очков и воткнул в соответствующее отверстие в устройстве. Яркая картинка тут же ослепила Артёма.

— Чёрт! — сморщившись. — Заводские параметры. Теперь всё ясно, — манипулируя руками в воздухе.

Яркость упала ниже середины и Черевко увидел окно доступа. «Добро пожаловать! ИнТраБлоДа НоРе. Узел сопряжения №69А386» — появилось сообщение в воздухе. Его окружали горы, в качестве виртуального фона меню. Инженер провел рукой, и появилась клавиатура. Он тут же ввел код. Экран потемнел, и яркой алой вспышкой всё сменилось на виртуальный образ библиотеки. Горы исчезли.

— Так, это интересно, — сдвигая изображение в сторону.

Библиотека сменилась на какую-то оранжерею. Инженер сдвинул ещё раз и появилась пустыня.

— Всё плохо? — спросил синтетик.

— Просто фоны бесят. Вроде, нет уже, — переводя взгляд в верхний левый угол. — Обновление сейчас закачивается. Наверно Аккумулятор дал сбой, и все обнулилось и зависло. Сейчас система обновиться и пропингуем, — сдвигая ещё раз изображение.

Он появился на стадионном поле. Две команды играли в футбол. Черевко ещё раз сдвинул изображение, и он оказался на асфальтированной дороге. По обе стороны возвышалась зеленая трава, а чуть дальше какой-то туман, частично скрывая заходящее солнце на горизонте.

— Интересная имитация, — подумал Артём. — И кто всё это проектировал?

— Имитация? — прозвучал вопрос, отдавая эхом.

— Эй, кто здесь? — вертя головой.

— Я здесь.

Инженер повернул голову в сторону и увидел кого-то стоявшего к нему спиной.

— Кто ты? — спросил Иванович.

— Меня называют АльВер, — обернулся молодой человек. — Я потерял ход времени. Я не могу вернуться и наверно уже некуда. Что значит «Интересная имитация?»

— Послушай… — хотел сказать инженер, как его ноги потеряли упор.

Очки тут же слетели с его лица и повисли рядом с блоком. Герой висел на ремне, который сдавливал его талию. Он стал медленно сползать к земле.

— Чёрт, — сказал инженер и стал отстегивать ремень. — ТриШеП, ты что творишь!

Приземление оказалось вполне удачным. Выпрямившись, герой стал искать фонарик.

— Быстро потемнело. ТриШеП, ты куда делся? Чёрт! — продолжая искать осветительный прибор. — А, есть второй.

Включив фонарик, Артём тут же осветил толпу молчаливо стоящих людей. Их одеяние в разы отличалась по качеству от белой униформы инженера. Истрепанная одежда людей, так и кричала о тех муках, через которые они проходили каждый день. Люди окружали его и молчаливо смотрели в его сторону. От их грязных лиц герою стало жутко.

— Шахтёры, — подумал Черевко. — Здравствуйте! — растеряно произнес он, пытаясь взглядом найти своего синтетика.

Уставшие и молчаливые лица продолжали молча смотреть на него. Иванович водил фонарём, пытаясь найти помощника.

— ТриШеП! Эй, ты где?

Сейчас Артём начал осознавать, что его окружали люди почти из всего гетто, а может и все. Они молчаливо смотрели на него, ведь разговаривать им с людьми не из гетто, а тем более с такими как Черевко, было запрещено. Все еще помнили методы изымателей. И кто знает, возможно, эти методы и практики остались, только ими уподобились синтетики. Те самые синтетики, соблюдавшие порядок в этом гетто.

— Люди, я потерял своего техника, — бегая глазами по округе. — Мы не хотели Вас будить, — бросая взгляд на небо.

— Вертолёт кинул вас и смылся, — сказал кто-то из толпы.

— Они привезли нас для починки магистрали.

— Синтетик! — вырвалась фраза из толпы.

— Нет, что вы, я человек.

— Ты да, а он нет, — опять кто-то сказал из толпы.

И в тот же момент Артём почувствовал как, что-то подкатилось к его ногам. Что-то мягкое, но небольшого размера. Иванович опустил фонарь, направляя пучок света к своим ногам. Перед ним лежала голова андроида.

— ТриШеП, — встревожено выдохнул инженер.

Глава 0. Пролог (часть 6)

— Ты синтетику дал имя? — вновь вырвался голос из толпы молчаливых шахтёров.

— Это не имя, — поднимая голову. — Это номер модели. ТриШеП это три-шесть-пять. Для ускоренного обращения сократил.

— Артём? Артём, это ты? — опять донесся вопрос из толпы.

— Да, Роберт.

— Узнал?

— Да. Вам следует вынуть элемент питания из шейной части, — бросая взгляд на часы, подсвечивая фонариком. — Тело функционирует дальше, через три минуты произойдет синхронизация с сервером. Она проходит каждые десять минут. Вся визуальная, слуховая и аналитическая информация поступит на главный сервер. ИИ[1] распознает угрозу и вышлет подмогу. И тогда сюда пригонят силовой отряд. Я могу вынуть питание до того, как произойдет синхронизация. Я знаю лазейку, как это сделать быстро. У них мощный титановый сплав. Вы потратите полдня, пока его развальцуете.

— Хорошо, действуй. Проведите его.

Толпа расступилась, на земле лежало тело синтетика. Черевко подскочил к телу и, запихнув руку под куртку, вытянул прямоугольный блок.

— Всё. Никто не узнает об инциденте. Отправка ещё не произошла, — бросая взгляд на часы.

— А ИИ ничего не заподозрит?

— Нет, вполне допускается задержка данных, но только если прошло не более одного часа.

— Ты его обратно включишь?

— Мне придётся. Может, хватит прятаться.

Из толпы расступившихся, вышел лысый мужчина.

— Артём, ты мог бы предупредить нас. Я не рассчитывал на синтетика.

— Я тоже. Но это было не так просто сделать.

— Прости, мои люди запаниковали. У меня некоторые люди излишне нервными стали. А когда увидели этого синтетика, так вообще голову сорвало.

— Да, заметно, в итоге оторвало голову моему технику. Я понимаю, я их тоже опасаюсь.

— Моих людей?

— Синтетиков. Что за шутки?

— Ладно, прости, не буду. Как объяснишь его повреждения, когда вернешься на базу?

— Шеи у них хрупкие, случайно наступил на голову. Не волнуйся Роберт, я всё продумал. Такую ситуацию я допускал. Не бери дурного в голову.

— Ну, хорошо.

— Как вы хакнули систему?

— Умеем.

— Выглядело натурально, просто прошивка слетела. Великолепная работа! Я думал, не справитесь. Так хоть причина была, — улыбался инженер.

— У нас есть свои специалисты. Как твои письма? Ты смог их отправить?

— Да. Судя потому, как они не смогли вернуть корабль, письма сыграли свою роль. Или корабль слишком далеко отдалился.

— Как тебе вообще получилось устроиться на Байконур?

— Долгая история, времени мало, — расстегивая молнию инженерного костюма.

— Значит, принес, — улыбался Роберт.

— Вам нужно будет выбраться из гетто ближе к ночи. Встретимся у западной части ГорБу ровно в двадцать один час по местному времени, — сказал Иванович и открыл куртку. — Завтра!

На внутренней стороне находилось семь запечатанных коробок. Внутри, через прозрачны корпус виднелись небольшие чипы.

— После внедрения нужно полежать несколько часов, — продолжил Артём. — Это не сопряжение с мозгом, но для идентификации личности хватит. Может вызвать головокружение и даже тошноту.

— Артём, ты настоящий волшебник, — протягивая руку.

— Ну, — улыбнулся герой. — Великий и ужасный.

— Я не представляю, как ты это сделал, — ожидая рукопожатие, улыбался Роберт. — Без тебя человечеству точно будет конец.

Крепкое рукопожатие не заставило их долго ждать.

— Как Марина?

Роберт ничего не ответил, опуская голову.

— Она… — пытаясь сказать. — Чёрт. Медикаменты. Эти твари их все изъяли.

— Этого я не мог предвидеть, Боже!

— Артём, здесь нет твоей вины. Она не смогла. Очень много людей погибло. Мы сейчас работаем в рудниках. Они заставляют людей работать с каждым разом усердней и усердней. Это стоило многим здоровья, а кому-то и целой жизни.

— У них есть дроны, но они заставляют работать вас. Это намеренное издевательство. Так они хотят уничтожить вас, ведь сейчас они не проводят массовые казни. Слишком медийна стала деятельность ЕдГосЗем.

— Я слышал, они принялись за Меркурий.

— Увы, Роберт. У меня нет нормального телескопа, чтоб подтвердить эти сведенья. Но, я боюсь это так.

— У нас скоро не будет солнца?

— Думаю, что будет, им нужна солнечная энергия. Часть дойдет до Земли.

— Но, хватит ли нам, чтоб выжить?

— Не знаю. Я мало, что смог выяснить. Наших не посвящают.

— Значит завтра в двадцать один вечера быть у входа в ГорБу?

— Да, завтра. Как и условились.

— Ты уверен в том человеке?

— Нет, но он единственный, кто готов поставить оружие в обмен на золото, что вы припрятали. Мы должны начать восстание, иначе вставать будет уже некому.

— А как же Кану-Гвин?

— Это моя забота. Ваша задача местные синтетики.

— А если они придут? Что значит твоя забота?

— Кану никогда сюда не придут. Наша среда губительна для них.

— Это не убедительно для меня.

— Я слышал, что для этого есть низшие.

— Кану-Гвин? Верно? К чему ты клонишь, Артём? Мне нужны гарантии, что мы хоть кого-то сможем завалить. Если боевой дух падёт, то грош цена твоему восстанию.

— Да, и с ними мы справимся. Ваша задача местные синтетики. Сейчас мне нужно подключиться к системе и убедиться, что никто ничего не заподозрил. Над нами в облаках, где-то кружит вертолёт. Он планирует скоро забрать нас. Он может вернуться в любой момент, так что дай сделать мою работу. Направлю его, через косяк в его операционной системе, подальше отсюда. Есть лестница?

— Артём, ты меня удивляешь. За шесть лет пребывания у них…

— Семь! — поправил Черевко. — Я там уже семь лет!

— Да, семь. Ты овладел системой. Это похвально.

— Да. Сложно перед коллегами притворяться дилетантом в НоРе.

— Артём пообещай мне, что в ГорБу ты отведешь меня к Гудвину?

— Он же террорист. Зачем тебе это?

— Артём, я знаю кто он. Если ЕдГосЗем объявил его в розыск, значит он точно против них. А враг моего врага, мой друг. И он точно не террорист. Хакер высшего разряда. Ты же божился, что знаешь его. Почему ты идешь на попятную?

— Знаю, отведу. Мне нужно подключиться. Время не терпит.

— Народ, — сказал Роберт, и развернулся к людям, стоявшим у него за спиной. — Найдите его очки Новой Реальности!

— Нет, Роберт. Для обновления системы и ковыряния в БИОСе лучше использовать очки. А для доступа нужен уже порт, — указывая на свой висок с имплантатом.

— Но тебя просекут сразу.

— У меня свои секреты, — подмигнув.

— Погоди, я не настолько туп! — сквозь улыбку, сказал он. — Доступа к системе через такие приблуды… — указывая на столб, — …запрещены. Такие магистрали опасны. Если только... — задумчиво Роберт замолчал. — Ты хакер? Ты и этим уже овладел? Артём, ты меня удивляешь! Ты инженер и хакер?

— Роберт, время тикает. Не время сейчас болтать! Если в кратчайшие сроки я не подключусь, весь план будет насмарку. Более длинный кабель есть у меня в сумке, но туда нужно как-то дотянуться.

— Понял, — повернувшись к Черевко. — Народ, — вернувшись к толпе. — Нужна стремянка! БЫСТРО!

Через минуту инженер уже спускался по лестнице. В руке виднелся кабель, герой сел на землю, скрестив ноги.

— Никогда не видел процесс подключения. Это просто, бабах и подключился?

— Это устаревший разъем, но он подходит, Роберт.

— Почему устаревший?

— Потому как подключаться больно.

Артём тут же нажал на конец порта, и появилась иглу длиной в пять сантиметров.

— Ты это введёшь в голову?

— Такие были порты лет десять назад. А ты думал, они просто так имплантаты ставили? Это сейчас интерфейсы доработали, а тогда были только такие. И их сложнее засечь, потому я использую их. Роберт, не мешай, — сказал Иванович и, вздохнув полной грудью, ввел иглу в височную долю.

[1] Искусственный интеллект.

Глава 0. Пролог (часть 7)

В глазах героя моментально всё потемнело. Проскочили яркие вспышки, подобно разрядом молний. Мерцание и круговые разводы. Шумы и шорканье. Начался процесс сопряжения.

— Есть контакт! — сказал Артём. — Идет адаптация мозга.

Черноту перед глазами продолжали периодически сменять яркие вспышки. Частота вспышек стала возрастать, в ушах героя появилась неприятная боль, заставив его бросить оскал, и тут же ушла. Промелькнули панели с текстовой информацией. Артём провел руками, и появилось табло с цифровым отчётом. Перед ним бежали цифры, красная надпись «Тревога» горела красным цветом. Он ещё раз провёл рукой и надпись «Тревога» исчезла. Движение рук и появилось окно с текстовыми заголовками: «Инженерное окно», «Права Супер Администратор», «Поиск устройств сопряжения»

— Роберт, всё хорошо. Тревога сброшена, — сказал Черевко. — Сейчас вертолёт хакну и всё.

— Хакну? — удивленно спросил Роберт. — Артём, ты меня удивляешь.

— Роберт, не отвлекай, — отмахнулся Иванович.

Перед глазами инженера бегали окна с текстовыми сообщениями. Перебирая их, он что-то вводил в каждое. Отдельно, в трехмерной проекции, вертелось воздушное судно, на котором он прилетел. И вызвав новое окно, Иванович нажал на кнопку перезагрузка. Все окна свернулись.

Черевко движением рук вызвал окно с заголовком: «Выход из системы». Перед ним светились две кнопки: «Да» и «Нет».

Прикусив губу, Артём замешкался, его рука тянулась к кнопке «Да». Казалось, что уже всё, можно выходить, но он сдвинул руку и нажал на «Нет». Движение рук и появилось окно с заголовком: «Запуск программ из репозитория[1]». Черевко продолжал двигать руками. Появилась виртуальная клавиатура и герой вбил команду GoodWIN. Появилось окно с перечнем программ. Нужная была выбрана, и развернувшееся окно всё погрузило во тьму.

По центру мигало две кнопки с заголовками «Введите имя пользователя ГорБу» и «Открыть карту всех мегаполисов ГорБу». Инженер кликнул по второй кнопке.

Перед глазами открылось огромная карта, выбрав нужный отрезок, герой открыл новое окно. Огромная карта местности открылась перед ним. Сферы, символизирующие пользователей, перемещались в разных участках карты. Движение рук и он приблизился к одной из сферы. «Ирина Волк» — светилась надпись над сферой. Артём влетел в неё и стал видеть из её глаз.

Девушка в отражении чистила свои зубы. Вызвав меню «Вид со стороны», он моментально вылетел из неё. Она в банном халате, стоя у зеркала, чистила зубы.

Девушка, в которую он был влюблён уже много лет. С которой он никак не мог встретиться. Технологии сейчас позволяли найти её, но возможность заговорить, выдала бы его властям. Потому, как она знала его, но не как Артёма Черевко, а как человека, который был объявлен в розыск ЕдГосЗем. За ней постоянно следили и ждали, когда он выйдет с ней на контакт.

Артём вёл двойную жизнь, об этом мало кто догадывался, и по одной из них его ждал приговор. И лишь умение взламывать системы спасало его не раз из передряг. Сейчас ему ничего не оставалось, как смотреть на неё, вспоминая те моменты жарких объятий и поцелуев, когда они ещё были вместе. Но сейчас нужно было готовить восстание, которое может резко перевесить мощь людей. Мощь людей, которая была крайне важна в последней битве за Землю.

Свернув все сферы и все окна, он перевел себя в инженерное окно. Тем временем из кармана он достал блок, который вынул из андроида и нажал на единственную кнопку, которая была на его корпусе.

Вернув руки в исходное положение, Иванович вызвал меню с заголовком «Удаленное сопряжение с блоком памяти синтетического биоробота», появлялось окошко с надписями «Синтетик модель 365», «Найден», «Резервное копирование данных», «Завершено».

— Пускай будет копия, вдруг что, — подумал он.

Инженер переключил окна и кликнул на заголовок «Исправительная колония № 300». А после нажал на кнопку «Открыть камеры», но окно не открылось. «Доступ запрещён!» — появилось сообщение. Артём вновь вызвал репозиторий GoodWIN и запустил какую-то программу. Спустя мгновение и открылось окно с видеоизображением.

На коленях, весь в крови, стоял человек. Спиной к камере стояло что-то огромное. Фигура надзирателя была странной формы, высокая и бесформенная.

— Если ты не скажешь где остальные,... — звучал неприятный голос, на каком-то ломанном русском языке, отдавая мерзким акцентом, — …тебя буду мучить долго и изнурительно. Ты познаешь боль всех своих нервных окончаний. Мы можем регенерировать твое тело столько, сколько посчитаем нужным. Только в таком случаи с заключёнными уже не ведут беседы и их просто бросают на муки вечные. Для этого у нас целые цеха! Пыточные цеха для тех кто пошёл против нашей веры!

— Я не понимаю, о чём Вы говорите, — что есть сил, говорил избитый.

— Ты чувствуешь, как тело твоё горит? Это радиация! Но мы не дадим тебе умереть! Ты будешь страдать вечность, если не станешь сотрудничать! Где они?

— Клянусь, у меня нет подельников.

— Вот теперь я тебе верю.

— Вы отпустите меня?

— Нет, ты сейчас умрешь.

— Но, почему?

— Избирательные пытки, формируют понимание преданности Богам среди населения. И с каждым годом процент растет.

— Уроды! — что есть сил сказал человек. — Вы не Боги, вы падаль!

Надзиратель своей рукой пробил голову мученика и резко развернулся в сторону камеры. Он понял, что за ним следят.

— Кану-Гвин! — ужаснулся Артём, сворачивая все окна, и вышел из системы. — Фу! — вытягивая кабель.

— Слишком долго ты, — улыбался Роберт. — Ира, да? Опять искал её?

— Роберт..., — сквозь напряжённые губы, — ...я был в Исправительной колонии.

— Номер триста?

— Да. Они убили Игната.

— Он что-то сказал им?

— Нет. Он держался до последнего.

— Как они его убили.

— Какая разница.

— Это важно. Его могут отправить в пыточные цеха, под землю.

— Кану-Гвин пробил ему голову.

Роберт ничего не ответил. Он несколько раз тяжело вздохнул, размышляя о чём-то. А потом посмотрел на своих людей и перевел взгляд на Черевко.

— Значит, его уже не идем спасать, — сказал главный.

— Да, Роберт, он покойник.

— Эти твари сильные, — скалясь.

— Синтетики не уступают им по силе. А вы смогли моего завалить. Мы справимся.

— Артём, скажи правду. Ты хакер?

— Ладно тебе. С чего ты взял?

— То, как ты манипулировал руками. Ты управлял сферами, так ведь?

— Да, Роберт, только не распространяйся об этом. Хорошо?

— Такое доступно только инженерным синтетиком. Люди не могут иметь такой доступ к системе. Кто ты такой? Гудвин?

— В ГорБу, я отведу тебе к нему. Не нужно сейчас видеть его во мне. Это опасно, — подмигнул Артём. — Хорошо?

— Я тебя понял.

— У нас есть тридцать минут, чтоб восстановить здесь всё.

— Как мы запустим синтетика? У него порт сопряжения сгорел.

— Ну, я предполагал о таком исходе.

— Потому, как это единственное слабое место в их броне. По-прежнему только через него их можно вывести из строя.

— Роберт, я сделал бэкап[2], он подгрузится напрямую из блока памяти, минуя сервер. ИИ ничего не заподозрит. Не волнуйся.

— Тридцать минут? Не мало?

— Для кого-то мало. Но не для нас.

— Хорошо бы.

— Роберт, только не нужно мешкать. Хорошо?

— Да, хорошо, хорошо. Что сделать нам?

— Перетащите синтетика под столб и найдите его голову.

— Хорошо, ребята, вы слышали. И дайте свет сюда.

— Тридцать минут до подлёта вертолёта, уверен я, нам хватит. Не больше, иначе активируется ваши синтетики по протоколу «Стиратель», и отнюдь не для того, чтоб спровадить вас к рудникам. Ты ведь не хочешь бойни?

— Нет!

— Тогда действуем быстро и в темпе!

[1] Репозиторий (от англ. repository — хранилище) — место, где хранятся и поддерживаются какие-либо данные, программы и файлы.

[2] Резервная копия.

Глава 1

В крови я ощущаю сласть блаженство, радость,

В тенях спасаюсь, обретая счастье, праздность.

Где горстями, на поле боя, Смерть сеет семена,

Там на закате, в тайне, пожинаю свои я имена.

отрывок из клятвенного текста

кодекс Орден „О“

автор неизвестен,

год неизвестен

Глава 1. Террорист (часть 1)

Франция. 1999 год.

На дворе стоял теплый летний день. У бистро „Рататуй“ за уличными столиками, под тентом сидело двое мужчин. В тени тополей ближайшего сквера, под дуновение прохладного ветра, они вели какую-то беседу. Старшему было шестьдесят три года, другому — тридцать шесть. Высоко над ними, выше деревьев, рядом с городским сквером, звонко щебетали птицы. Пернатые создания создавали атмосферу свежего утро, благодаря этому уличное заведение стало популярным среди местного населения. Здесь часто завтракали, как жители, так и гости города, и не только в утреннее время суток. А каменная брусчатка дополняла это место особым шармом. Сюда хотелось приходить каждое утро.

— Но он считается гением, — говорил старший. — Его картины не имеют цены.

— Папа, ты не прав, — спорил второй. — Ну, как можно платить за эту мазню? Лишь только за то, что его работам всего пару сотен лет.

— Мэтью! Ты не разбираешься в искусстве! К тому же, его картинам не пара сотен, а полтора.

— Я разбираюсь, — произнес сын на выдохе. — В Лувре полно прекрасных полотен, но есть в мире столько халтуры, в том числе и этот Ван Гог.

— Ну, считай так, как знаешь. А вообще... В каком-то смысле я с тобой согласен, — усмехнулся отец.

— Вот! — улыбнулся Мэтью.

Отец задумчиво улыбнулся в ответ и сделал глоток горячего напитка.

— Рисовать-то не умеешь, а судишь! — сказал он, вновь с улыбкой на лице. — Эх, неисправимый проказник, — сквозь улыбку, старший начал смеяться.

Младший подхватил смех и, морща глаза, залился смехом.

— Папа, я не умею, потому и не берусь, — сквозь улыбку, подобную отца.

— А из-за чего мы спорим? Так или иначе, это всего лишь твои доводы, — говорил старший.

— Однако факт остался неоспорим, — продолжил сын.

— Ну, как знать, — вполголоса сказал старший, потягивая горячий кофе. — Лишь с возрастом приходит мудрость и опыт.

— Кстати, ты читал ту книгу, что я тебе дал?

— Забавная книжка! — кашлянул отец. — Но это всего лишь вымысел автора!

— Но, ты прочитал её?

— Полностью. От корки до корки.

— Да, я не спорю, однако любая мысль материальна, если пришла такая идея, значит, где-то это так и есть.

— Ты в это веришь, сынок?

— Ну, я... — задумался Мэтью. — Но...

— Мэтью, — сказал отец. — Даже если ты...

Его речь оборвала вибрация во внутреннем кармане куртки, громко резонируя с ключами. Мэтью достал телефон и взглядом пробежался по дисплею мобильного, там было написано: „Луи Риго“.

— Папа, извини, начальство.

— Да ничего, — пожал плечами старший и вновь сделал глоток кофе.

— Да! — прикладывая мобильный телефон к уху.

— Перек. Срочно!

— Я сейчас буду.

Мэтью убрал телефон и сделал ещё несколько глотков кофе. Выдыхая, он выпрямился, разминая шею. Раздался характерный хруст.

— Ай, — сморщился отец. — Не люблю, когда ты так делаешь.

— Мне пора, — поднявшись из-за стола. — Папа, я убегаю. Работа! — подходя к машине. — Пусть мама не волнуется, я изучу вопрос по ремонту холодильника. Но лучше взять новый, как я и настаивал.

— Давай сынок, удачи, — сказал отец, приподнимая кружку с кофе. — Удачного тебе дня! — не отпуская улыбку.

Мэтью старался больше ходить, чем ездить. Однако, скорость в его деле играла важную роль! И это его иногда огорчало.

— Как обычно, весь в работе, — вздохнул пожилой отец, и укусил круассан. — Ой, Бог ты мой! — заметив, что содержимое с другой стороны стало вытекать наружу.

— Папа, я тебе говорил не кусать так, вытечет, — донесся голос из опущенного окна автомобиля. — В этом бистро на ночнике не экономят!

Крем стал стекать по его руке. Отец схватился за салфетку и стал вытирать руку.

— Созвонимся! — сказал сын, сверкая фарами.

Франция, улицы переполненные туристами, очередные пробки на городских магистралях. Казалось, что лучше купить велосипед или вообще ходить пешком. Злые водители, уставшие лица и жара, которая просто убивала.

Мэтью взглянул на приборную доску внутреннего салона автомобиля, где висела фотография жены с двумя детьми. Он перевел взгляд на старшего сына, а после на дочь. Они яро улыбались в кадре. Мама пыталась быть более серьезной, держа их за руки, но в последний момент рассмеялась.

— Как я вас обожаю, — выдохнул он, одновременно замечая в стекле заднего вида подъезжающий к нему автомобиль. — Ну, что же делать? — подумал водитель, рассматривая впереди стоявшую колонну машин. — Уверен, машин там километров под триста будет, не меньше. Так дело не пойдет. Поеду другой дорогой. Нарушу несколько правил, но объеду, — сказал он себе, включая огни заднего хода. — Надеюсь, жандармов не будет, — на выдохе.

Перек посигналил и сдал назад. Медленно, но верно следуя цели, он направился через узкие улицы. Объезжая закоулки, Мэтью уже почти был на месте, как вдруг услышал свисток.

— Проклятье! — выдохнул он, нажимая на тормоз. — Попался.

— Гражданин! — улыбался жандарм, придерживая фуражку, идя ему навстречу. — Вы, что себе позволяете? Знак не видите? Это пешеходная зона.

— Его мне ещё не хватало, — выдохнул водитель. — Проклятье, а документ-то ещё у Риго. Проклятье!

— Добрый день! — подошел человек. — Инспектор Арно. Нарушаем! Нарушаем! Вы знаете, что проезд здесь запрещён?

Перек тяжело вздохнул, появилась небольшая пауза.

— Чего молчите? — улыбался представитель правоохранительных органов.

— Да знаю, — выдохнул Мэтью, проводя рукой по лицу. — Мне срочно нужно быть на работе.

— То есть Вы это намеренно сделали?

— Простите, это было необходимостью, — улыбаясь. — Зачем я это ему говорю? Вот дурак! — уже про себя. — Молчал бы лучше!

— А от этого зависит чья-то жизнь? — уточнил жандарм.

— В смысле, жизнь?

— Ну, Вы торопитесь и решили нарушить, потому как? — мужчина вертел рукой, в ожидании окончания предложения. — Ну, так что?

— Я Вас не понимаю.

— Потому как, это может стоить кому-то жизни? Так ведь?

— Почему Вы так решили?

— Гражданин, я уточняю. Вы въехали туда, куда нельзя заезжать на авто. Я обязан выписать Вам штраф.

— Послушайте, инспектор... — делая паузу.

— Арно, инспектор Арно.

— Инспектор Арно, я сотрудник Интерпола, мне срочно нужно попасть на работу. И я при исполнении. Это вопрос национальной безопасности! В каком-то смысле это может как-то повлиять и на чью-то жизнь.

— Интерпол? Интересно поворот, — улыбался мужчина. — А документик у Вас имеется?

Глава 1. Террорист (часть 2) ​

— У начальника. Вот права, — доставая водительское удостоверение.

— Ага, — выдохнул инспектор, рассматривая пластиковую карточку. — Права-то вижу, а вот документика, который говорит, что Вы из Интерпола, не вижу, — сказал он сарказмом. — Ничего не поделаешь, — удерживая улыбку на своем лице. — Штраф!

— Я действительно работник...

— Ой, не нужно мне лапшу на уши вешать, — перебил его жандарм. — Вы из Интерпола, а я из охраны президента. Моя мама королева Англии, а папа первый астронавт, ступивший на Луну. Ничего не поделаешь, — сквозь улыбку. — Сейчас оформимся. И езжайте в суд с чистой совестью.

— Но я действительно...

— Послушайте, — обрывая, выдохнул жандарм. — Будь Вы действительно сотрудником Интерпола...

— С сегодняшнего дня я старший инспектор, — добавил Мэтью.

— Да без разницы, — сморщив лицо. — Закон для всех един! И радуйтесь, что я не обвиняю Вас по введению в заблуждение представителя правоохранительных органов. Ясно Вам? У меня просто сегодня хорошее настроение! А хотите, Вы ещё можете мне взятку предложить. Давайте повысим ставки? Я Вам такой штраф выпишу, что мало...

— Жак, — раздался голос второго жандарма.

— Что Франсуа? — медленно развернулся первый.

— Это Перек, — подходил второй жандарм. — Он из Интерпола. Тут же рядом штаб. Чего ты его держишь?

— Да? — неуверенно переспросил первый. — И что?

— Да, да. Я его знаю. Не мешай людям работать.

— Я, что должен делать поблажки?

— Жак, но человек работает. Человек при исполнении своих служебных обязанностей, как и ты, а ты его задерживаешь.

— Уважаемый жандарм, Жак, — улыбнулся Мэтью. — Вы видели, какие пробки в центре? Я постараюсь больше не нарушать. Я извиняюсь. Я всё понял. Прошу прощения. Меня ждёт начальник. Срочно вызвал. Я должен получить удостоверение. Обычно меня не зовут, так по пустякам. Вы же знаете, чем занимается Интерпол.

— Конечно, — сквозь улыбку ответил Франсуа, подходя ещё ближе.

— Он документ не показал. И нарушил... Э... Правила... — стал запинаться Жак.

— Так, отдай, — сказал второй, пытаясь выхватить водительское удостоверение из рук первого.

— Коллеги, Вы простите меня, — продолжил Перек. — Просто сейчас в нашем отделе идет реорганизация кадров. К тому же в связи с повышением нужно было заменить документ. Новый документ выдадут сегодня, сейчас, потому и еду за ним. Без документа сами понимаете — никуда. Ну, потому срочно нужно быть на месте. Пришлось ехать окольными путями. Признаю, нарушил. Согласен, я не прав. Но Вы сами знаете, какие сейчас пробки в центре. К начальнику еду забрать документ, удостоверяющий меня, как старшего инспектора Интерпола! Войдите в положение, уважаемый, Жак! Мало ли что, какое дело, а я без документа. Войдите в мое положение. Мы же коллеги!

— Я Вас понял, — улыбнулся первый жандарм и отпустил документ. — Начальство поменялось, небось.

— Я... — хотел ответить Мэтью.

— Удачи, — продолжил второй жандарм, не дав договорить, отдал документы, и отдал честь.

Спустя несколько минут Перек уже выходил из авто. Находясь в районе парковочной площадки, вблизи штаб-квартиры Интерпол, он бросил взгляд на многоэтажное здание. Огромное стеклянное строение частично сливалась с небом, отражая густые тучи на своей поверхности. Большое табло над входной дверью с надписью „ИНТЕРПОЛ“ и нижней припиской „Международная организация уголовной полиции“, отдавая длинными лучами, ослепительно сияло на солнце. Присмотревшись, Мэтью увидел, как её мыло несколько человек спустившись на тросах с крыши.

— О! — выдохнул он. — Опять ведро кому-нибудь на голову опрокинут, — продолжая про себя, обходя лужи стекавшей воды. — Не люблю, когда они это делают.

На входе его встретил сутулый охранник. Он что-то жевал, или это было нервное.

— Документы, месье, — произнес он, без каких либо эмоций.

Позади громилы, за стеклянной ширмой сидело ещё несколько человек.

— Персонал обновился, — улыбаясь в ответ. — Мэтью Перек, уже старший инспектор, — показывая паспорт.

— Удостоверение. На кой мне твой паспорт.

— Сейчас выдадут. Пропустите.

— Без него не пропущу.

— Да, чтоб меня, — сквозь оскал. — Проклятье, — улыбаясь. — Будьте добры, проверьте по базе. Пожалуйста! Я здесь работаю.

— Почему без удостоверения?

— Ну, я же сказал. Сейчас выдадут.

— Утеряли?

— Старый документ сдал, а новый сегодня выдадут, должны были сразу выдать, но мне нужно было отлучиться по делам и...

— Да, месье Перек. Мы видим Вас в базе, — сказал второй охранник. — Это Мэтью Перек, старший инспектор, — обращаясь к первому охраннику. — Проходите, пожалуйста! — сквозь улыбку.

Держа в руке какое-то приспособление, подходил третий охранник.

— Проходите, — указывая на раму с металлодетектором.

Перек прошел через неё и услышал писк.

— Табельное оружие?

— Нет, что Вы. Ремень, пуговицы, да мало ли что.

Мужчина быстро провел мобильным металлодетектором по всему телу Перека. Раздался какой-то писк. Устройство остановилось на уровне пояса.

— Ремень, — сказал третий охранник. — Проходите.

Мэтью не мешкая, направился к лестнице.

— Ой, совсем забыл, — подумал он. — В воскресенье футбольный матч, я обещал Жану и Дениз сводить их. Виолет убьет меня, если я опять забуду, — проскочила мысль в голове Перека. — Точно убьет, — улыбаясь. — И будет права!

Спустя несколько минут, и он уже был у двери с надписью „Приемная“.

— Луи у себя? — спросил мужчина у секретаря, отворяя двери.

— Месье Перек, Вам назначено? — сказала секретарь вредным голосом, обрабатывая ноготки.

— Николетта, он мне звонил минут пятнадцать-двадцать назад. Может больше.

Девушка посмотрела на него косым взглядом, лениво убирая в сторону пилочку для ногтей. Казалось, что её отвлекли от очень важного дела, и ей было не до посетителей.

Выдержав ещё некоторую паузу, она осмотрела его с головы до ног. На какое-то время девушка задержала взгляд на его туфлях, а после на уровне пояса.

— У него плотный график, — сказала она, продолжая смотреть на его брюки. — И он...

— Николетта, пусть заходит, — раздался голос из-за приоткрытой двери, с надписью „Начальник — Луи Риго“. — Не задерживай Перека.

Глава 1. Террорист (часть 3)

— Ну, тогда проходите, — улыбнулась секретарь, смотря в глаза мужчины.

Она незаметно схватилась за пилочку и вернулась к своему важному делу.

Перек приоткрыл дверь, пытаясь найти начальника взглядом, и зашёл внутрь.

— Николетта, где этот чертов мастер, дверь все время нараспашку, — непонятно откуда донесся голос Риго.

— Да, я его ещё раз вызову, — ответила девушка.

Мэтью зашёл внутрь и остановился на пороге. Помещение было большим, если бы не пять шкафов с делами. А по центру весела огромная репродукция полотна какого-то известного художника. Перек узнал эту картину, но никак не мог вспомнить её автора. Слишком много забот и задач сейчас было в его голове.

— Мэт, потяни её к верху.

— Что? — пробегая взглядом по пустому кабинету.

— Да, дверь, дверь потяни за ручку к верху. И Мэт, не нужно записываться, сколько раз тебе говорить ещё. Ты можешь не стучаться и не записываться у Николетты, тебе я всегда рад, — по-прежнему непонятно откуда раздавался голос начальника.

— Луи, ну мало ли, — прикрыв дверь до щелчка. — Вдруг ты вышел, — продолжая искать начальника взглядом. — Может, тебя на месте нет. В конце концов, должна быть субординация.

Прозвучал слив воды и стук пластиковой крышки. Раздался звон чего-то металлического, отдавая в керамическое покрытие. Доносились шоркающие звуки и ещё какой-то скрип.

— Я понимаю, субординация и всё такое. Но сейчас я тут начальник, а не этот — урод!

— Н-да, — на выдохе. — Ты где?

— Да тут я, — выходя из соседней комнаты. — Рыбка умерла. Представь себе, — выдыхая. — Ну, та, что дочурка мне подарила на мой день рожденье. В этом году!

— Красивая была рыбка. Синяя?

— Да, — вновь выдыхая. — И редкая, Мэтью. Но, померла. Не плавать же ей верх брюхом в аквариуме. Не тот вид будет, — вздыхая.

— Да, нет конечно.

— Вот и я о том же. Пришлось спустить, — указывая большим пальцем в сторону двери, откуда он вышел. — Нужно срочно найти мне ей замену. А то если узнает, столько рева будет, ой, — махнул Луи. — Ладно. Я тебя не по этому поводу звал.

— Да, слава Богу! Я уже подумал...

— Да ладно тебе, — улыбнулся Луи. — Серьезно?

— Ага.

Усевшись в кресло, Риго вздохнул и стал чесать ухо. На спинке висел китель с погонами.

— Ух, — на выдохе сказал он. — Ну, начальники своих подчиненных по таким делам разве запрягают? Хотя этот мог, — хватаясь за лицо. — На кой чёрт он всю картотеку перетащил к себе в кабинет? Я до сих пор не разгребу.

— Ну, это не вся картотека, Луи.

— Ай, Мэт, ты меня понял. Это не нормально. Во что он кабинет превратил? Жесть!

Мэтью продолжал смотреть на картину позади Риго. Раньше её здесь не было. Она ему была очень знакома. На ней виднелось огромное небо с ночным городским пейзажем. Холодное, отдавая синевой, полотно периодически привлекала к себе внимание Перека.

— Мэт, ты чего задумался? — отвлекая, спросил начальник.

— Луи, так ты будешь все это выносить в коридор?

— Ну, думаю, нужно будет перенести в архив. Тут много личных данных, их нельзя просто так хранить, у меня все же могут быть посетители. А это посторонние люди. Ну-то, ладно. Кстати, Мэтью чего стоишь? Проходи, присаживайся. Кофе будешь?

— Нет! Только с отцом позавтракали. Две кружки выпил. А документ готов?

— А, ну да. Вот, — отодвигая ящик стола. — Так, — на выдохе, и он начал перекладывать какие-то бумаги. — Сейчас, вчера бы ещё получил. Ты куда сбежал?

— Луи, дети.

— П... Понятно. Ну! А, вот он.

Начальник положил документ и двинул его по столу в сторону Мэтью. Глянцевая обложка позволила ему проскользнуть до конца стола. И Перек в тот же момент поймал удостоверение.

— Кстати, если всё же захочешь кофе, то слева от тебя. Вчера установили. Теперь секретаршу дергать не нужно.

— Ты же говорил, что „секретарша“ это не правильно, нужно говорить „секретарь“.

— Ай, — махнул Луи. — Это когда я на должности ниже был. А сейчас всё вижу иначе. В другом свете! Секретарша, она и есть секретарша, — вновь махнув рукой в сторону входной двери. — К тому же если мозгами не блещет. А она ещё и вредная.

— А как же равноправие и равенство полов?

— Этот человек... — указывая в сторону входной двери, — ...и рядом стоять с ними не пытается. Вот что она делала, когда ты зашел?

— Ногти пилила.

— Вот, так и всегда! — указывая пальцем вновь в сторону двери. — Она не хочет работать!

— Ну, может совпадение?

— Ай, ну тебя, совпадение, — вздыхая.

— Ты же охрану поменял.

— Поменял? Ты чего, старого охранника не узнал. Я форму сменил и добавил пару человек. А то всё один да один, сложно ему было. Смен не было, а работу терять он не хотел. Это же не нормально. Да он почти жил на работе. Ужас просто.

— Согласен. А зачем ты её держишь? Можно поставить другого человека?

— Ты о Николетт? У неё мама болеет. Не сейчас. Ты себя предлагаешь?

— Смеешься?

— Ладно тебе. Я бы не сказал, что она создана идеально для этой работы. Но функции выполнят, механизм крутится...

— Стрелки идут — часы работают, — закончи за ним Перек.

— Ты, как всегда. Вот все мои высказывания знаешь. Хватит умничать. Да, она не совершенна, но работает. Хотя часто занимается не тем, чем нужно. И мне плевать на это. Но иногда это видят посетители.

— Ты это только сейчас понял?

— Я это знал всегда. Николетта, полная ду... — Риго тут же замолчал, бросив взгляд на входную дверь. — Дверь закрыта?

— Не волнуйся, я надавил на дверь, и язычок замка щёлкнул, — улыбнулся Мэтью. — Ты такой напряженный. Расслабься.

— Ладно. А то ещё услышит, обидеться, — сказал он шепотом. — Да, кабинет этот для меня такой ещё не обжитый. Каждый скрип настораживает, и не ясно какая звукоизоляция у дверей, — продолжая шептать.

— Не услышит, дверь закрыта. Отвечаю, — сказал Мэтью сквозь оскал улыбки. — Если только, орать не будешь.

И они засмеялись.

— Ладно, ладно, — успокаивал себя Луи, махнув рукой.

— И если что, ты же можешь её заменить. У нас в других отделах, что нет желающих, занять её место?

— Мэтью, — вновь махнув рукой. — Проехали.

— Ладно.

— Пускай работает, — улыбнулся Риго.

— У неё наверно просто хорошая задница?

— Из тебя хороший следователь вышел, — улыбнулся начальник. — Кстати, а автомат все же хорош! — переводя взгляд на кофемашину. — Хотя да, — вновь на выдохе. — Задница, у неё действительно хорошая, — после чего начальник вновь рассмеялся. — Ладно, — махнул он, вновь бросил взгляд на кофеварный автомат. — А если эту штуку поставить очень низко и попросить её сделать кофе. Ай, — улыбаясь. — Мэт, на какие мысли ты меня подталкиваешь! Ужас несусветный! — он продолжал смеяться.

— Да хороший автомат, хороший, — оглянулся Мэтью к устройству позади него. — В особенности для тебя, ты же кофеман.

— Ты садись, — улыбнулся Риго. — Звал я тебя не поэтому. Дело есть! Важное дело!

Глава 1. Террорист (часть 4)

— Ты ещё что-то хотел мне сказать?

После Перек сел в кресло.

— Звал я тебя не на беседы душевные, а вот по какому делу. Вот бумаги, взгляни.

Начальник положил на стол толстую папку в желтом пластиковом футляре.

— Узнаешь дело? — со всей серьезностью в голосе. — Узнаешь эту папку?

— Двэйн Скотт? Мы вроде закрыли это дело? — с какой-то неуверенностью в голосе, произнес Мэтью. — Год уже, как прошёл. Это уже архивное дело.

— Спрашиваешь?

— Утверждаю. Я же вёл это дело. Мы же установили, что он мёртв. Дело закрыто и передано в архив.

— Как бы, да, — на выдохе. — Но, появились новые улики.

— Луи, я тебя не понял. Нашли его ещё какие-то остатки после того пожара?

Между ними возникла пауза. В такой тишине можно было услышать шум с парковочной стоянки, несмотря на то, что окна были закрыты. Не проронив ни слово, они смотрели друг на друга.

— Луи, я не понял. А разве он не сгорел...

— Мэт, тело не было найдено, — тут же вставил Риго. — Только часть руки. Это дело было закрыто поспешно. Введу последних событий, будет вынесен именно такой вердикт. Нет достаточных улик подтверждающих, что эта горстка пепла принадлежит ему. Вот какие обвинения пойдут и в твой адрес и в адрес нашего отдела. Именно наш Отдел Особого Приоритета ООП ввел это дело.

— Часть руки и большая горсть пепла, — сказал Перек.

— Горсть? Это была не горсть пепла.

— Да, не важно.

— Мэт, ты так говоришь, будто не хочешь этим заниматься.

— Нет, нет. Ну, чего ты. Просто пока я не понимаю причину открытия дела. Рассказывай.

— Если хочешь, я могу передать это кому-то другому. Просто ты ранее вёл это дело, ты имеешь первостепенное право продолжить его.

—Я вёл это дело, и я его доведу до конца. Если оно не доведено и...

— Тела нет! — вновь вставил Риго. — И на это так же будут указывать.

— Это ты о ком?

— Грядут проверки в этом году или в следующем, я точно не знаю. Но они будут! Спасибо моему предшественнику. Это всё из-за него. Мне нужно, что бы все дела были доведены до ума, так как требует это инструкция.

— Да чуть больше года прошло наверно уже.

— Ты будешь, заниматься этим делом или нет?

— Луи, всё в силе. Я, я.

— Что до тела...

— Луи, да там чёрт ногу сломит, какое тебе ещё тело надо? Пожар! Медэкспертиза, заключение, год уже прошёл...

— Год назад, это год назад, — опять обрывая Перека.

— Но, Луи.

— На месте происшествия была найдена только его рука. И предположительно, я подчеркиваю это, предположительно — пепел, пепел вместо тела. Дело закрыли, а теперь я его вновь открываю.

— То есть получается, ты открываешь это дело лишь потому, что тебе не нравиться стиль изложения, мои отчеты? Что? Экспертиза установила, что он сам взорвал себя. Или теперь ты сомневаешься в экспертизе?

— Выходит, что так, — выдохнул начальник. — Хотя террористических актов мы больше не наблюдали от его имени. Но он мог вполне залечь на дно, подкинув нам не те улики.

— Откуда такие выводы? Луи, что ты такое говоришь? — недоумевая, спросил Мэтью, просматривая дело. — Откуда такие странные теории? И с чем мне работать? Не тяни.

— Ни с чем, а с кем!

— В смысле? Ты на что намекаешь? Я не понимаю, в чём дело? Говори прямо! Зачем ты поднял это закрытое дело?

— Если б не инцидент, произошедший сегодня утром. Я бы не начал вообще этот разговор. Такие действия требуют инструкции. И я не открыл это дело опять. Оно бы и дальше лежала себе в шкафу. Но, видимо время пришло.

— Луи, ты чего такой загадочный?

— Мэт, он... — запинаясь, сказал начальник, — ...вновь появился.

— Он, появился? Так, это уже интересно! — отрываясь от дела. — Значит, это не просто твоя прихоть?

— Конечно, нет. Ну, чего ты?

— Ты хочешь сказать, что он работал не один и есть другие ребята? Его сообщники?

— Нет, нет, Мэтью. Ты ещё скажи последователи!

— Я не понимаю, к чему ты клонишь. Что конкретно побудило тебя поднять это дело? Кто появился? Дуэйн Скотт восстал из мертвых?

— Сегодня утром, — на выдохе. — Священнослужитель собора Парижской Богоматери — Нотр-Дам де Пари сообщил оператору о том, что ирландский террорист известный, как Дуэйн Скотт... — вновь выдыхая, сделав небольшую паузу. — Прямо в исповедальне выстрелил себе в голову. Меня это новость немного ошарашила.

— А это точно Дуэйн Скотт? — поинтересовался Мэтью. — Это точно он?

— Священник узнал его, при нём так же была бомба.

— Бомба?

— Она была не активирована. Местная жандармерия подтвердила наличие взрывчатых веществ. На месте работали кинологи.

— Такая достопримечательность. А сколько там находятся туристов каждый день. Выбор такого места в его стиле. Но мне не понятно, с чего ты взял, что это он? Как его опознали? Неужели только по бомбе? Священник узнал его, говоришь?

— Священнослужитель сообщил, что видел его фоторобот в новостях.

— Уже, как год фоторобот Дуэйна не крутят по ТВ. Дело было закрыто. Я уже подзабыл, какие черты были у этого субъективного портрета.

— Ну, а что тут такого? У священнослужителя может быть хорошая память. К тому же, он описал этого человека.

— Неужели. Как человека без руки?

— Да. Он описал, что это был однорукий человек с протезом вместо левой руки. Плотное телосложение, мужчина лет тридцати-тридцати пяти. Брюнет. Сутулый.

— Сходится, — ответил Перек.

— Ещё бы не сходилось, — вскочил Владислав. — Прямо, как тот сон, — садясь обратно на кресло. — Ладно, что там дальше, — вновь обращая внимание к видеофильму. — Вот только сон мой, чем-то похож на всё это. И это действительно очень странно.

— В каком смысле сходится? — насупил брови начальник. — Буд-то бы ты был с ним знаком лично.

— Ориентировки я помню.

— Хорошая память, — с удивлением на лице, сказал Риго. — И стоило ему так обводить вокруг пальца криминалистов, ценой своей руки? Выходит, предыдущее происшествие было инсценировкой смерти. Стоило оно ему руки. Бред какой-то. Тебе нужно выяснить. Может это действительно не он. Нужно поставить точку в этом деле, — указывая на Перека. — А вдруг священник ошибся.

— Дай Бог!

— Важно, чтоб после не было никаких слухов, как без почвенных, так и остальных. Всё должно быть в тайне! Под грифом „секретно“!

Глава 1. Террорист (часть 5)

— Да, — выдохнул Перек. — Нужно ещё подтвердить слова священника. Пока это лишь доводы. И если это он. Готов признать свои ошибки и довести дело до конца. Ты же меня знаешь.

— Успокойся, какая тут твоя ошибка, только если ты не ясновидящий. Ты не медэксперт, да и работала целая бригада, тогда на пепелище. Лабораторный анализ дал нам убедительные результаты. Потому и закрыли это дело. Я внимательно просмотрел всю папку.

— Да, — вновь на выдохе сказал Мэтью.

— А по поводу священника ты прав. Тебе следует подтвердить его слова, для протокола, — продолжал Луи. — Или опровергнуть. Проверить все нужно тщательно и без всяких там „возможно“. Тогда будем думать дальше. Может быть это имитатор[1]. Тогда этим займутся уже местные правоохранительные органы.

— Бог ты мой! Этого ещё нам не хватало. Он, что уже так популярен?

— Да, кто его знает!

— Тут нет никакой новой информации, — уткнувшись в папку.

— Вот сам её и дополнишь.

— А где его тело? Мне в какой морг ехать? Рассказывай.

— А тут самое интересное. К счастью пуля не задела жизненно важные области.

— Так он, что? Он жив?

— Да! Выжил, и его будут судить, как полагается. Если это он конечно. Нужно точно установить личность. Тебе следует отправиться к нему в больницу. Нужно всё тщательно проверить!

— Ясно, — не отвлекаясь от просмотра бумаг, ответил Мэтью. — Что-что... — приподняв голову.

— Да не смотри ты в то дело, — вздохнул начальник. — Там нет ничего нового. Я только из архива его принес, перед твоим приходом. Я вообще не понимаю, кто его туда передал. Ты?

— Нет, конечно.

— Хотя дело было закрыто. Ладно, — вздохнул начальник.

Мэтью в тот же момент закрыл папку.

— Нужно не дать информации просочиться в прессу, — продолжал Риго. — Пока ещё рано, давать какие-то комментарии. Журналисты постоянно суют нос не в свои дела. Вдруг священник ошибся. Вдруг это не он. Вдруг это другой, но наличие бомбы меня наталкивает на два исхода в данной ситуации. Или это Скотт или это ещё один террорист.

— Из его ячейки?

— Да, кто его знает. Может быть. А вдруг это подпольная организация, которая просто ждала своего часа. Но, зачем кончать с жизнью. Он получил большие травмы. Бомба не сработала. Не понятно почему, вроде бы он сломал её.

— Передумал взрывать?

— Я не знаю.

— А жандармерия? Думаю, они уже все там оцепили.

— Мэтью, они работают по своим должностным инструкциям, а мы по своим. Отправляйся туда, это дело продолжаешь вести ты, постарайся подогнать местные правоохранительные органы. У тебя будут особые полномочия.

— Особые?

— И запомни! Пресса нам не нужна! Ты меня понял?

— Ясно. Конечно. Так получается, он жив?

— В центральном госпитале, под охраной и наблюдениям врачей. Вот тебе пропуск в госпиталь. Это дело не должно иметь никакой огласки. У нас всё должно быть на высшем уровне. Просто ещё раз напоминаю. Так, вот этот документ.

Риго отодвинул ящик стола и вновь стал перекладывать что-то, перебирая какие-то пластиковые карточки. На слух, по крайней мере, это так и казалось. Потом он положил на стол ламинированный пропуск и задвинул ящик.

— Луи, к чему такая осторожность? Что за пропуск?

Дотянувшись, Мэтью взял документ.

— Это что-то новое?

— Да, у нас расширились полномочия, теперь мы не только работаем с бумагами.

— Помню, как мне говорили коллеги, зачем я туда лезу, моя работа — бумажная. Тогда, ещё год назад, на пепелище. А теперь всё изменилось.

— Да, было дело. Теперь это не особая ситуация, а норма. Норма, но не для всех. Лично у тебя расширенные полномочия по указу Министерство. Времена меняются, и иногда приходится больше делать движений, чем раньше. Мы должны понять всё.

— Луи, что тебя волнует? Всё это неспроста. Довести дело до ума! Ты даешь мне особые полномочия! В чём дело?

— А ты вспомни, что было этой зимой? — вздыхая. — Когда на шестом канале они показали, как мы работаем. Ты ведь помнишь?

— Да, — выдохнул Перек. — Помню. Наверняка, это как-то повлияло на положение твоего предшественника. Он сам виноват.

— Именно! Ты, что забыл про тот скандал в январе? Ясное дело, что они не специально. Но ты меня извини, а что если сейчас, они уже и так протараторили о том, что Дуэйн Скотт пойман, а что если сейчас выясниться...

— Что он это не он, что мы пускаем утку, отвлекаем внимание от себя, — стал монотонно говорить Мэтью. — Или ещё хуже, что мы плохо работаем и тогда его упустили. В обоих случая будет худо! Репутация и всё такое. Придут к тебе с вопросами. Найдут причину, — на выдохе. — Новый начальник не справляется с обязанностями, — вновь монотонно, подражая диктору новостного канала. — Я понял, — сквозь улыбку. — Я сразу понял твое беспокойство. Но, особые полномочия? Зачем?

— Мэт, да тут больше название, чем остальное. Ты всегда так работал, недаром получил повышение. Кто знает, может и дальше пойдешь.

— И стану начальником, — улыбаясь.

— Вот тут, не торопись. Я ещё тут не обжился. Ты не думай, что я трясусь за свое место. Мне просто обидно за наше управление. Сейчас я за это отвечаю. Так упасть в лице общественности, как это было с предыдущим, нет извольте!

— Я понимаю.

— Нужно тебе всё проверить. Я на этой должности несколько дней, и не хотелось бы сейчас резких действий и заявлений. Ты понимаешь? Нужно быть точно уверенным, что это он. Тогда, я смогу собрать пресс-конференцию и проинформирую общественность через прессу.

— Так, вот к чему всё это.

— Мэт, пойми меня. Мне это нужно! Это вообще всем нужно! Следует разрешить эту неудобную ситуацию. Я не хочу на этом делать сенсацию. Разберись! И касательно заявления священника, это может пойти нам на руку или ударит по репутации. Нужно действовать быстро и по инструкции!

— Понимаю.

— К тому же, ты единственный кому я могу довериться. Да чёрт меня дери! Выговорился, — вздыхая. — Похоже, что я выговорился. Фу! Да, мне нужна пресс-конференция. Мне нужно утвердить себя, как начальника на этой должности. Ты мне поможешь?

— Может тебе к нашему психоаналитику сходить?

— Нет уж, нет. Извольте! Потом все пойдет в мой, так называемый психологический портрет, мне это не нужно. Не сейчас, позже. Нужно просто привыкнуть к более высокой ответственности. Я ещё переживаю по мелочам. И постепенно вхожу в русло.

— Но, ты же сам метил на это место. Ты не знал об ответственности? Знал, конечно.

— На деле не всё так гладко, — сказал начальник на выдохе. — Много подводных камней. К примеру, я тебя ввожу в курс дела по Скотту, а сам продумываю, что нужно сделать и какие дела разгрести. Мой предшественник не все документы подписал, а я не могу это сделать не глядя. Приходится всё изучать. Требуется всё прочитать. Нужно всё изучить. И только потом принимать решение и подписывать. Ладно, это тебе не нужно знать. Разберусь.

— Я тебя понимаю. А что до телевизионщиков, то я уверен, что они специально это сделали. На место твоего предшественника метил другой. И сейчас, я уверен, он...

— У меня свои счеты с ними, давай лучше о деле.

— Ладно, Луи. Я отправляюсь в госпиталь.

— Нет, нет Мэтью!

— В смысле нет?

— Сначала в собор Нотр-Дам де Пари. Поговори с преподобным Морелем и выясни, что ему известно. Нужны все факты! Хотя я понимаю, тайна исповеди и всё такое — будет трудно! Поговори с ним. Выясни, как он понял, что это Скотт. Что он ему рассказал. А потом отправляйся в госпиталь.

— Тайна исповеди?

— Да.

— В смысле, он исповедовался?

— Да. Во время исповеди предполагаемый Скотт выстрелил себе в голову. Разве я не сказал об этом?

— Извини, я просто не правильно понял. Ужас!

[1] Имитатор, от лат. imitatio — „подражание“, тот, кто имитирует, то есть подражает, воспроизводит, копирует что-либо или кого-либо. В данном случаи подражательно убийцы, террориста.

Глава 1. Террорист (часть 6)

— Что-то ты какой-то не внимательный сегодня, — сморщился лицо начальник. — Ты хорошо спишь?

— Извини. Наверно не выспался, — сказал Перек и улыбнулся. — Последнее время мучают кошмары.

— Если это по работе, то может тебе к психологу?

— Вот не нужно этого, — подняв руку.

— А мне советовал.

— Луи, ты же начальник. А нам начальник в здравом уме нужен.

— Ой, льстец, — улыбнулся Риго. — Так или иначе, выясни всё, что известно об этом правоохранительным органам. Уверен, они уже успели допросить священника.

— Луи, ты раньше так не разговаривал. Говоришь как-то...

— Как позёр, перед камерой, — резко вставил Луи.

— Ну, я не так хотел сказать.

— Да ладно тебе, это так и есть. Я просто приучаю себя говорить так, как подобает это начальнику, — Риго стал жестикулировать руками. — Грамотно! Лаконично и чётко! Приходится читать эти книги, — показывая на полку со справочниками. — Смотреть новости. Не хочется выглядеть простачком.

— Я тебя понимаю, Луи.

— Так вот, вернемся к теме. Понимаешь, наша жандармерия не знает этики, может чересчур надавить со своими допросами на преподобного Мореля. Этого нам не нужно. Мы это вообще потом не сможем применить в суде. Нужны будут определенные обстоятельства. Просто я знаю некоторых инспекторов в том районе, — вздохнул Риго. — Я с ними работал. Я ничего не имею против жандармерии в целом, просто есть те, кто портят репутацию всему органу! Такие люди могут иногда превысить полномочия, и тогда наступает крах всему!

— Вижу, это больная тема для тебя. Я тебя понял. Но ведь тайну исповеди нарушать нельзя. Это все знают. В особенности для служителя, да ещё в таком месте. Его могут лишить сана[1]. И вообще с точки зрения моральной стороны этики, он не будет этого делать.

— У каждого человека есть предел. Если настаивать, сильно убеждать, то всё возможно! Достаточно чуть больше надавить.

— Это называется допрос с пристрастием, под давлением. Это незаконно!

— Да не важно, в каком соборе или часовне человек прислуживает Господу. Он должен соблюдать все каноны или он не священник. Отправляйся в собор. Жандармам так же не нужно знать, что это Скотт и что он вообще жив. Застрелился или нет и остальное. Вообще, всё то, что они выяснили до нас, не имеют право распространять, пусть молчат! Дело переходит к нам. Если они что-то уже знают, то пусть не болтают. Если что, надави на жандармов! У тебя особые полномочия. Понял?

— О, как. Хорошо Луи. Я понял. Кстати, кто-то рылся в этом деле? — указывая на папку в желтом футляре.

— Я не понимаю, о чём ты? — развалившись в своем кресле, неохотно спросил Риго.

— Да, я так. Просто листы местами переставлены. Я на глаз помню, как сдавал дело. Ладно, не важно. Может, быть я путаю. Забудь.

— По-твоему я это дело излучал путем прикосновения руки? Конечно, я листал папку. Наверно и перепутал что-то. Там некоторые листы выпадали, видать клей пересох.

— Ну, да, — выдыхая.

— Мэт, ты не высыпаешься, говоришь?

— Иногда бессонница мучает, а в другой раз какие-то кошмары. Деталей не помню, но ощущение усталости и тревоги остается.

— А что за кошмары-то?

— В том то и дело, что я не помню. А может, их и не было вовсе. В голове каша. Сегодня вообще какой-то бред. Лошади, рыцари, копья, головы на копьях.

— Правда что ли?

— Они стали уже реже. У нас же ремонт дома, и спится плохо. Но видимо уже стал привыкать.

— Чуткий сон.

— Видимо да, — вздыхая. — Ладно, думаю это временно.

— Давай отправляйся. Мэт, и вот кое-что ещё, — начальник наклонился к другому выдвижному ящику. — Вот, держи! — он метнул черный прямоугольник.

— Что это? — тут же схватил Мэтью.

— Отзыв о тебе для космической программы. Полетишь на МКС[2].

— Луи, я не понимаю...

— Мэт, да открой папку, — тут же обрывая его речь. — Это документ подписанный судьей, дающий тебе особые полномочия, чем обычно. Экземпляры уже разосланы в нужные инстанции. А та пластиковая карточка, просто пропуск, для охраны в палату с больным.

— А, — выдохнул подчинённый. — Ну, ты и шутник. МКС, ха!

— Мне важно, чтоб ты поставил точку в это деле или запятую, но такую, чтоб после неё было одно или пару слов и точно ТОЧКА! — Риго со всей силой ударил по столу. — Нам нужен Хэппи-энд!

— Луи, я тебя понял. Я сделаю всё, что только возможно.

— Я знаю, потому доверяю только тебе. И только тебе!

— Ну, что же, тогда я поехал.

— И позови мою секретаршу, у меня опять АТС[3] не работает.

— Хорошо, — сказал Перек и встал со стула, держа под мышкой дело террориста. — До связи, — показывая телефон жестом руки.

— Удачи, — выдохнул начальник. — Жду результат! И ещё раз невероятной удачи!

— Спасибо, — с улыбкой ответил Мэтью и направился к выходу. — Она мне понадобится.

Но, Перек внезапно остановился. Риго, что-то перебирал в столе и не заметил этого.

— Звёздная ночь? — спросил он.

— Что? — растерянно спросил начальник, отрываясь от своего дела.

— Это репродукция, — развернувшись. — Звёздная ночь?

— А, ты про Винсента Ван Гога, — указывая пальцем на полотно, что висела позади Луи. — Да!

— Ах, вот оно в чём дело. Никак не мог вспомнить автора.

— Да, вчера повесил, — возвращаясь к содержимому в ящике стола.

— Я был не прав в разговоре с отцом, — подумал старший инспектор и направился к выходу. — Прекрасная работа, — уже вслух.

Мэтью вышел из кабинета и тут же его взгляд упал на улыбку секретаря.

— Николетта, у начальника опять АТС не работает.

— Опять? — на выдохе проявив оскал, она вновь прикрылась улыбкой.

— Ну, я не знаю. Просил передать.

— Я убью Пьера, — с оскалом на лице, она взяла трубку. — Что за день сегодня такой? Черт!

— Ладно, я ушёл, — махая рукой.

— Это к богатству, — сказала девушка ему в след.

— В смысле? — развернувшись.

— У Вас на брюках птичий помет. Это к богатству.

— А, — опуская голову. — Вот оно что, наверно испачкался, когда из бистро выходил.

С трудом, обхватив карандаш, Николетта стала яростно стучать им по циферблату телефона. Она, не переставая, шипела, после каждой нажатой кнопки. Постоянно перебирая выскальзывающий карандаш, девушка нервничала. У неё с трудом получалась делать это пальцами с длинными ноготками. И она ещё сильнее злилась.

— С такими ногтями мало, как пригоден к работе, — подумал Мэтью, выходя из кабинета.

— ПЬЕР! — на повышенных тонах, стала говорить секретарь. — Опять сломался внутренней АТС. ОПЯТЬ! — кричала она. — Внутренней или Виртуальный, да какая разница, не нужно меня поправлять! Чини давай!

— Да, — выдохнул Перек. — Похоже, кому-то сегодня влетит, — спускаясь по лестнице. — Голос у неё мощный!

Выходя из здания, Мэтью опять вспомнил.

— Футбол, — выдыхая. — Нужно не забыть.

Сев в машину, старший инспектор вновь бросил взгляд на семейное фото.

— Чёрт, работа, — вздохнул он. — Ладно, — бросив всё, что было под мышкой, на соседнее сиденье. — Скотт, как ты мне дорог! — с сарказмом сказал Мэтью, заводя машину. — Чёрт! Я же теперь официально старший инспектор, нужно привыкнуть. И ещё расширенные полномочия, или особые, как верно говорить? Ладно, — вздыхая. — Лошади, рыцари, копья, головы на копьях. Черт! Что я нёс? Не помню, чтоб мне такое снилось. А может и снилось? Зачем я на этом зацикливаюсь? Бред! Ладно, — он ещё раз вздохнул, переводя взгляд на желтую папку. — Но, чёрт меня дери, опять это дело! — и Перек нажал на газ.

[1] Церковная степень и должность в Римско-католической церкви.

[2] Международная космическая станция, сокращенно МКС (англ. International Space Station, сокр. ISS) — пилотируемая орбитальная станция, используемая как многоцелевой космический исследовательский комплекс. Эксплуатируется с конца 1998 года по настоящее время (странами согласована эксплуатация по 2024 год включительно, рассматривается продление срока работы до 2028, 2030 года).

[3] Автоматическая телефонная станция – виртуальная телефонная станция, которая обеспечивает автоматическое соединение и поддержание телефонной связи внутри организации.