Мир на краю пустоты

Часть первая "Охота". Глава 1

- Наконец-то! - Заметив вдалеке красную черепицу чуть покосившейся крыши постоялого двора, Арти пришпорил гнедую лошадку, которую он выменял нынче утром у бродячих циркачей на серебряную застёжку для плаща, - Там о нём уж точно должны знать.

Лошадь громко заржала, резво проскакала половину улицы и встала, как вкопанная, устало всхрапывая.

- Что? Ну, нет! – юноша с досадой ткнул гнедую пятками в бока, - Ты же совсем недавно отдыхала, Илта! Или как там тебя зовут? Что же это за лошадь такая, которая не может провезти своего хозяина даже лигу без постоянных передышек?

В ответ лошадка лишь многозначительно пошевелила ушами.

- Эх, не зря предыдущие хозяева были так рады от тебя избавиться, - раздражённо буркнул Арти, спешиваясь, - А я, как последняя деревенщина, купился на дешевизну! Ладно, потом обсудим, - перекинув поводья, он неторопливо пошёл по направлению к двухэтажному зданию, из приоткрытых дверей которого даже сюда доносились душераздирающие взрыкивания невиданного музыкально инструмента.

Уже издалека Арти увидел, что небольшая конюшня при постоялом дворе заполнена и свободных мест в ней ещё долго не предвидится. Остановившись, молодой человек осмотрелся, нерешительно переминаясь с ноги на ногу.

- Куда бы мне тебя пристроить, как ты думаешь? – спросил он у своей ленивой лошадки и та ему естественно ничего не ответила.

- Все стойла заняты, сударь, - подоспевший служка поправил длинный явно великоватый ему передник конюха и приветливо улыбнулся.

- Я ненадолго, - Арти кинул служке поводья, и придирчиво изучив свой дорожный костюм, поправил сбившуюся перевязь, - Просто привяжи её… куда-нибудь. Не думаю, что на эту доходягу кто-то позарится.

- Мне её покормить? – поинтересовался паренёк, похлопав лошадь по морде. Илта в ответ благосклонно фыркнула.

- Не надо, – отмахнулся Арти, незаметно пересчитывая оставшуюся в кармане мелочь. Негусто, - Мы только недавно… Ай! - он отскочил от лошади и резко развернулся, - Зараза! Ты это видел?! – возмущённо воскликнул молодой человек, потирая укушенное место.

- Что именно? – с преувеличенным беспокойством поинтересовался служка.

- Она цапнула меня! – хмуро глядя на лошадь, Арти погрозил ей зажатыми в руке перчатками, - Меня! Своего хозяина! Не стыдно тебе? - он взял притороченный к седлу меч, повесил его на пояс и бросил пареньку эрл, - Как следует приглядывай за ней.

- Всё будет сделано, сударь, - мальчишка ловко поймал монетку и улыбнулся, - Можете не беспокоиться.

- Я скоро вернуть, - надев плащ, Арти проверил, надёжно ли привязаны к седлу две тяжёлые перемётные сумки, - И будь осторожен с ней, парень, - он похлопал лошадь по лоснящемуся боку, - Это коварное создание умеет прекрасно притворяться. Или может быть её душа «переродилась» и мне пора показать тебя местному демонологу? – юноша внимательно посмотрел кобыле прямо в глаза и медленно проговорил: - Подумай об этом, Илта. Хорошенько подумай…

- Пойдём, - спрятав эрл в карман, служка повёл лошадь к конюшне, - Попробуем отыскать для тебя местечко и что-нибудь вкусненькое.

Илта покорно пошла следом за парнем, иронично косясь в спину своего нового хозяина внимательными карими глазами, окружёнными сверкающей золотой радужкой. Ещё совсем молодой рыжеволосый юноша обладал осанкой и манерами высшего сословья, однако старая практичная одежда выдавала в нём бывалого бродягу. Но больше всего взгляд случайных прохожих притягивали очень тонкие белоснежные перчатки, словно вторая кожа обтягивающие руки Артура до самых локтей. И если бы молодой человек снял камзол, любопытный зевака обязательно заметил бы алую кайму переплетённых букв, складывающихся в три коротких слова «Долг не оплачен».

Глава 2

Первый этаж постоялого двора, где располагались кухня, десяток маленьких круглых столиков, барная стойка и огромный занимающий почти всю стену камин, был полон народа. Как и в конюшне, здесь не было ни одного свободного места и даже у стойки все стулья были заняты.

- Господа и… хм… дамы, - с порога заявил Арти, внимательно оглядывая разношёрстных посетителей.

В зале собрались в основном крепкие хорошо вооружённые мужчины. Лишь самый дальний столик приютил двух хмурых воительниц, одна из которых, немолодая селянка с пепельными с проседью волосами была вооружена тонким длинным мечом. Рядом со стулом второй воительницы, курносой светловолосой девушки с открытым взглядом чуть раскосых васильковых глаз, стоял небольшой арбалет.

- Я хочу получить информацию об Коэрте, прозванном за незаконное занятие чёрной магией, Чернокнижником, - Арти гордо выпятил грудь и оглядел зал в ожидании ответа.

- И кого это к нам нелёгкая занесла? – выкрикнул кто-то из глубины обеденного зала, - Из бла-а-а-городных или просто сельский дурачок?

Зал наполнился громким смехом и едкими перешёптываниями.

- А кто интересуется? – пройдя в центр таверны, Арти опустил руку на эфес меча и окинул присутствующих внимательным взглядом.

- Да я интересуюсь, малыш.

Из-за круглого стола у стены поднялся высокий широкоплечий мужчина с наголо бритой головой. Подойдя к Арти почти вплотную, он склонился над молодым человеком, недовольно уперев руки в бока.

- Хо-ро-шо, - протянул юноша, - Я Артур де Реардор, - представился он, бесстрашно глядя прямо в маленькие, близко посаженные глазки громилы, - Граф де Реардор, - прокашлявшись, поправился Арти, - Граф Артур де Реардор, охотник за нечистью.

- Охотник? – крепыш от души расхохотался и обернулся, - Эй, парни! Очередной самозваный борец с «переродившимися» пожаловал! Прошу любить и жаловать.

- Моя квалификация подтверждена королевской грамотой, - молодой человек достал из внутреннего кармана своего порядком запылившегося в дороге камзола сложенный листок, - Вот!

Развернув его, Артур продемонстрировал всем собравшимся гербовую печать и длинную витиеватую подпись правителя Итариса Райена IV.

- Я прошёл обучение.

- И много нечисти ты наловил, граф де Артур? – поинтересовался его новый собеседник, скользнув по грамоте равнодушным взглядом.

- Де Реардор. Артур – это имя, - педантично поправил его Арти, - Я пока не приступил к практике. Но это не имеет никакого значения! Главное, что я имею право…

- Право? Слушай, граф «а ну-ка все быстро вокруг меня забегали», - улыбка громилы стала похожа на оскал, - Видишь всех этих почтенных вооружённых до зубов господ?

Он кивнул на посетителей постоялого двора, с любопытством слушающих их беседу.

- Как и я, все они охотники на нечисть, настоящие, - сделав ударение на последнем слове, крепыш многозначительно приподнял кустистую бровь, - И пришли эти доблестные воины по душу живодёра Коэрта. Они не станут возиться с тобой, малыш.

Его немедленно поддержал дружный гул голосов. Послышался стук пивных кружек. Громила махнул рукой, и в таверне тут же воцарилась тишина.

- Все мы слышали глашатая, объехавшего за последнюю неделю всю округу, Светлая не даст соврать, раз по десять. А те из нас, кто умеет читать, видели королевский указ, наклеенный, чуть ли не на каждое дерево этого славного городка. Да ты и сам его наверняка видел, грамотный, небось, - крепыш указал на выход.

- Там говорится про награду, - протянул Арти, вспоминая свою дорогу до постоялого двора.

- Конечно, говорится. Иначе здесь никого и не было бы, - охотник снова кивнул, - За голову Коэрта–Чернокнижника, нарушившего пакт о «невмешательстве», назначена награда в тысячу эрлов.

- За живого, Гром, - подсказал подошедший к громиле хозяин постоялого двора, - За мёртвого – полторы.

- Слышишь, что Зокер говорит? – крепыш хлопнул хозяина по плечу, от чего тот слегка пошатнулся, - Тут каждая собака в курсе этого дела. И все хотят поживиться за счёт этого заигравшегося в ворожбу старика. Да-да, и я тоже, а зовут меня Гром Торри, слышал, наверное, обо мне, граф?

Последнее слово было сказано с такой издёвкой, что Арти невольно поморщился.

- Сегодня наш небольшой отряд выдвигается к логову Коэрта, чтобы выжечь этот проклятый гадюшник дотла! А голову колдуна мы принесём нашему доброму правителю прямо во дворец на большом серебряном блюде, - его последние слова были встречены радостным гулом, - Так что давай-ка, парень, седлай лошадку и скачи домой к своим мамкам и нянькам, давно сбившимся с ног в поиске пропавшего дитятки …

- Но я же…

- Бросьте свои глупые мечты, ваша светлость, - хозяин постоялого двора сочувственно улыбнулся Арти, - Поезжайте домой. А мы обязательно расскажем вашей даме сердца, ради которой вы так стараетесь прослыть героем, как смело её возлюбленный сражался со всей нечистью, которая только забредала в наши края.

- Ты никогда не станешь охотником, малыш. Будь у тебя хоть сотня таких бумажек, - Гром кивнул на грамоту, которую Артур так и продолжал сжимать в руке, - Такие, как ты, чаще всего гибнут на первой же охоте. А потом их богатенькие родственнички сильно гневаются, что не смогли уберечь своё чадо от этого жестокого и несправедливого мира.

- И этот гнев почему–то всегда обрушивается на нас, простых городских жителей, - Зокер хмуро посмотрел на сбитого с толка юношу, - Они просто выжигаю такие города как наш и даже окрестности, рядом с которыми погибают их уставшие от скуки и опостылевшей опеки или сбежавшие в поисках приключений детишки.

- Я остаюсь, - Арти упрямо мотнул головой, - И могу вас заверить, что если колдун погубит меня, ваш город останется нетронутым. За меня попросту некому мстить, - тихо добавил он и снова поднял вверх свою грамоту, - Я имею право охотиться!

- Конечно, имеешь, красавчик, - к Грому неторопливо подошла арбалетчица с васильковыми глазами, - Вот, посмотри на себя, - она подвела Артура к висевшему у окна помутневшему старому зеркалу. На Арти смотрел высокий нескладный юноша с неожиданно усталыми для его возраста зелёными глазами.

- А теперь посмотри на него…

- На кого? - Артур обернулся и тут же отшатнулся, чуть не свалив стоявший рядом табурет.

Рядом с Арти стоял молодой парень немногим старше его. Волосы охотника были совершенно седыми, а лицо рассекал уродливый рубец, навсегда изменивший выражение его лица на надменно-удивлённое.

- Ох.

- Смотри внимательно, граф, - девушка положила на плечо изуродованному охотнику руку, - Это Винз. Несмотря на уговоры родни и друзей, он с детства мечтал уничтожать всякую невидаль. Судьба благоволила ему. Теперь Винз – Мастер. И этот шрам, - она указала на рубец, который молодой охотник носил гордо, словно королевскую корону, - он получил как раз в свою первую охоту, и это чуть было не стоило ему жизни.

- Проваливай отсюда, парень, - произнёс Винз, с неприязнью поглядывая на грамоту в руке Арти, - Пока ещё существуют такие люди так Веста, - он бросил быстрый взгляд на арбалетчицу и продолжил: - и Гром, которым не жаль тратить время на предостережения глупых самоуверенных юнцов, у тебя ещё есть шанс дожить хотя бы до…

- Я уже всё решил, - твёрдо ответил Артур, стараясь не смотреть на изуродованное лицо парня.

- Ну, как знаешь, - Винз пожал плечами и кивнул на небольшую бочку, стоявшую на столе в центре обеденного зала, - Тогда плати взнос и записывайся у Грома. Выступаем через четверть часа.

- Все вместе? – Арти потрясённо смотрел на мирно беседующих охотников. Казалось, что встретились старые друзья и сейчас они спокойно обсуждают предстоящий поход на рыбалку.

- А ты чего ждал? – хохотнул Гром, пододвигая к себе запотевшую пивную кружку.

- Конкуренции, - стушевавшись, пробормотал юный граф, вызвав новый приступ веселья у собравшихся.

- А смысл? – громила пожал плечами, и легко подхватив бочку, с грохотом поставил её прямо перед Артуром, - Мы все помним тот памятный случай, когда в деревне завёлся стригой. Нет уж, спасибо, нам хватило! Семеро не вернулось с той охоты. А ведь таких высокородных дурачков как ты, мечтающих о сомнительной славе охотника на нечисть, с каждым годом становится всё меньше и меньше, а нечисти наоборот. Так что, теперь мы стараемся собирать на охоту небольшие отряды. Если верить местным слухам, этот проклятый чернокнижник силён как дюжина «поднятых» и просто передавит нас как тараканов, пойди мы на него поодиночке. А вот вместе…

- А как же деньги?

- Всё очень просто, красавчик, - ответила за Грома арбалетчика, - Мы объединяем королевскую награду и наши взносы. Охотник, от чьей руки погибнет колдун, получает половину от всей суммы. Оставшуюся половину мы делим на всех.

- Действительно просто, - задумчиво протянул Арти, - Интересная стратегия. И каков взнос?

- Пятьдесят эрлов, - ответила Веста, нежно поглаживая бочку с деньгами, - Потянешь такой взнос, граф?

- Пятьдесят так пятьдесят, - Артур обречённо вздохнул и отсчитал положенную плату.

Это были его последние деньги, и душу грела лишь надежда на высокую награду за поимку Коэрта.

Глава 3

У распахнутых городских ворот скучали два немолодых стражника. Яркое солнце не на шутку разогрело улицу, и солдаты уже давно взмокли в своих старых кожаных кирасах. Сейчас они больше всего на свете мечтали об окончании ненавистного дежурства и кружке другой ледяного пива.

- Смотри, - один из стражей снял шлем и протёр мятым платком покрывшуюся мелким бисером пота лысину, - Кто это к нам несётся на таких порах?

Второй стражник оглянулся, прищурился и сплюнул на дорогу.

- Опять глашатай.

- Вот ведь неугомонный мужик наш правитель, – громко высморкавшись, его напарник спрятал платок в карман, - Дался ему этот чернокнижник.

Глашатай, тем временем, пронёсся мимо стражников, даже не сочтя нужным сбавить ход. Окутав стражей порядка облаком дорожной пыли, он поскакал к центральной площади. Остановившись напротив постоялого двора, в котором как раз допивал прохладное, но уж очень кислое пиво новоиспечённый охотник на демонов Артур де Реардор, мужчина лихо спрыгнул с коня. Не глядя, бросив поводья своей взмыленной лошади служке, глашатай ногой распахнул дверь в таверну.

- Славные жители … хм… этого прекрасного города! – Глашатай, плотный мужчина с красным небритым лицом, встал в самом центре таверны и развернул небольшой свиток, - Услышьте волю нашего правителя! – произнёс он, стараясь придать своему голосу подходящей случаю торжественности.

- Что опять? – Гром недовольно поморщился и отвернулся.

- Сего дня года шестьсот восьмидесятого провозглашаю! – проигнорировав реплику охотника, глашатай продолжил чтение, - Тому смельчаку кто приведёт ко мне проклятого колдуна Коэрта - Чернокнижника живым, наградой будет…, - Сделав короткую паузу и убедившись, что все посетители внимательно его слушают, мужчина провозгласил: - две тысячи полновесных итарийских эрлов!

- Уже две, - хмыкнул сидевший рядом с Арти Винз, - Вчера была тысяча. Того и гляди, к концу месяца всю казну за голову колдуна предложит.

- Доставившему же Коэрта, - глашатай запнулся, прокашлялся и продолжил: - Доставивший же проклятого чернокнижника Коэрта мёртвым, получит тысячу эрлов.

- О как! – Гром с грохотом поставил свою кружку на стол, - Живой всё дорожает, а мёртвый - дешевеет. С чего бы это?

- Что у нас в голове, кто мне подскажет? – поинтересовался Зокер, всё это время меланхолично протиравший тяжёлые кружки не очень чистым полотенцем.

- Мозги, - буркнул Винз, равнодушно поглядывая на глашатая.

- Знания, Винсент, - поправил его трактирщик, - Что-то знает наш сбившийся с пути колдун. И знание это множится с каждым днём. Держите ухо востро, парни. Как бы вместе с Коэртом вам и своих голов не лишиться.

Глашатай свернул свиток, и, не говоря больше ни слова, вышел на улицу. Спустя мгновение охотники услышали приглушённый цокот копыт удаляющейся лошади.

- Может, подождём ещё недельку и возьмём вдвое больше? – предложил Винз своим молчаливым коллегам.

- Держи карман шире, - проговорила Веста, хмуро глядя на покачивающиеся двери постоялого двора, - Думаешь, кроме нас больше нет охотников за такими деньжищами? Вот и наш граф прискакал из своего далёкого родового гнезда, польстившись на награду.

- Кстати, - сидевший напротив арбалетчицы охотник, взлохмаченный жилистый карлик, перевёл на Арти колючий взгляд тусклых голубых глаз, - Ты так нам и не сказал, откуда родом, граф де Артур?

- Не сказал, – Арти не отвёл взгляда и пожал плечам, - А разве это важно?

- Может быть, и нет, - верхняя губа карлика резко дёрнулась вверх, обнажая короткие жёлтые клыки, - А может быть…

- Ну, всё, пора выдвигаться! – Гром хлопнул ладонью по столу и одним глотком допил оставшееся в кружке пиво, - Скоро полдень. А я не хочу ловить колдуна ночью, когда его проклятые силы утроятся, - поднявшись на ноги, он легко словно пушинку, подхватил прислонённую к стулу булаву с навершием из кроваво-красного металла.

Охотники дружно встали и, позвякивая оружием, слаженной группой потянулись к выходу.

Проходивший мимо Арти охотник по имени Рор, огромный похожий на Грома бугай, одетый в длинный кожаный жилет, недоверчиво посмотрел на молодого человека.

- Удачной охоты! - Арти отошёл в сторону, пропуская его вперёд.

- Ага, - Рор кивнул и повесил на пояс небольшой топорик, - И ты тоже не зевай.

Глава 4

- Привести вашу лошадь, сударь?

Скучающий у дверей служка вежливо улыбнулся жмурящемуся от яркого после полумрака постоялого двора солнца Арти.

- Будь любезен.

«- Скорее всего, все они обречены, - думал Артур, глядя в спины удаляющихся людей, - И будь я таким же охотником за нечистью, как и они, мои часы в этом мире тоже были бы сочтены. Но я не охотник, никогда им не был и не особо стремлюсь стать. Однако этот факт совершенно не облегчает моей задачи».

Небольшой отряд, состоящий из шести воинов под предводительством могущего Грома Торри, собрался небольшим кружком прямо посреди дороги и теперь о чём-то в полголоса совещался. Артура никто в общую компанию, конечно же, не позвал, но и не прогнал, когда он осторожно вклинился между Рором и Винзом и с любопытством посмотрел на карту местности в руках Весты.

- Предлагаю пойти через этот овраг, - девушка указала на небольшую условно обозначенную ямку на карте, - Во времена войны Арии он и эти окопы, - она передвинула палец левее, - были последним рубежом, с помощью которого карлики и гномы сдерживали натиск двух шипоносов.

- Много наших там полегло, - кивнул привставший на цыпочки карлик, - Драконы всегда были беспощадными тварями.

- После того, как сражение закончилось, Жрецы «Седьмого исхода» почистили это место от…, - девушка запнулась и зябко поёжилась, - всего плохого.

- Откуда знаешь? – снова перебил её карлик и недоверчиво прищурился.

- Рассказывали, - Веста внимательно посмотрела на задиристого человечка, - Может, ты хочешь узнать кто, Люрк?

- Нет, - карлик отвёл взгляд, - Продолжай.

- Сразу за оврагом начинается Сизый лес, - Винз оттеснил Люрка и указал на тонкую линию пролеска на карте, - Как думаешь, мы сможем там пройти?

- Не знаю, - арбалетчица пожала плечами, - Но стоит рискнуть, ты так не считаешь?

- А можно перейти Исть. Вот здесь. Я знаю, где брод, - предложил Арти, изучая карту, - Выиграем пару часов и…

- Исть уже забрала себе двоих наших на прошлой неделе, - перебил его Гром, - Поговаривают, что в реке поселились рыбёшки-людоеды. Жрут, как эмпеорский спрут-великан, а сами не для ухи, не для жарки непригодны. Поверь, старый колдун - умный малый и давно прознал о кротчайшем пути к своему жилищу. Сделаем, как говорит Веста, - сказав это, он забрал у арбалетчицы карту и спрятал её в свою поясную сумку, - Нет нужды отступать от первоначально плана.

На том и порешили.

Служка вбежал в прохладу конюшни и сразу же направился в самый её конец, где он совсем недавно привязал Илту. Проходя мимо стойл, в которых тихо фыркали лошади остановившихся на постоялом дворе посетителей, он заглянул в каждое из них, проверяя своих подопечных.

- Ха-ха, глупый юнец! - услышал мальчишка еда уловимый шёпот и остановился.

- Показалось, - буркнул он себе под нос и усмехнулся своей впечатлительности.

Подойдя к Илте, юноша начал неторопливо отвязывать узду.

- Решил померяться силами с Мастером из Сизого леса! – странные голоса зазвучали снова, - Наглец! Самоуверенный олух! Ха!

Служка вздрогнул и замер, стараясь не дышать. На этот раз он был абсолютно уверен, что слышал тихие шелестящие голоса.

- Он умрёт! - заявил высокий недовольный голосок, - Надменный щенок.

- Да! И мы будем ждать его!

- Мы очень терпеливые, ха-ха! – поддакнул писклявый женский голос.

Юноша медленно развернулся, прислушиваясь к тоненькому ехидному смеху, и внимательно посмотрел на Илту. Лошадь беззаботно дремала, забавно подогнув заднюю ногу.

- Уже скоро! - снова услышал служка тихий шуршащий голосок, доносившийся из перемётной сумки того странного молодого франта, - Ско-оро!

- Осталось недолго…

Паренёк обошёл лошадь кругом и выглянул в проход конюшни. Никого.

- Твои шутки? – прошептал он, пристально вглядываясь в лошадиную морду.

- Тсс! Здесь кто-то есть! - прошептал потусторонний голосок, и в конюшне снова воцарилась тишина.

Нахмурившись, служка развернул одну из седельных сумок Артура застёжкой к себе и потянул на себя ремень.

- А что у нас тут?

Кроме сменной пары белья и завёрнутых в тряпицу бритвенных принадлежностей на самом дне сумки лежал небольшой плоский ларчик. Матово чёрный, он был закрыт на серебряную защёлку в виде скрещённых орочьих ятаганов. Осторожно встряхнув ларец, юноша с силой потянул один из кинжалов на себя.

Паренёк даже не успел сообразить, что же произошло, как вдруг неведомая сила рывком схватила его за шиворот и основательно встряхнув, отбросила к стене соседнего стойла. Из глаз любопытного мальчишки хлынули слёзы вперемежку с разноцветными искрами.

- О-ох! - Медленно поднявшись на ноги, он одёрнул задравшуюся рубаху и встряхнул головой, - Это ты, да? - подойдя к продолжавшей дремать Илте, юноша удивлённо посмотрел на седельную сумку, оказавшуюся снова закрытой, так, будто её никто никогда и не трогал, - Знаешь, что бывает за такие проделки? - прошептал служка и потянулся за кнутом.

- Эй! – Арти заглянул в конюшню и, скривившись от резкого запаха, сделал шаг назад, - Долго мне ещё ждать?

- Всё готово, сударь, - крикнул в ответ служка и, потирая отбитую поясницу, торопливо вывел лошадь молодого графа во двор.

Глава 5

Кони нервно всхрапнули, почувствовав близость недоброго, и встали, как вкопанные. Животные наотрез отказывались идти дальше по заросшей бурьяном дороге, ведущей, если верить карте Грома, прямо в самое сердце Сизого леса в логово старого чернокнижника. Лишь Илта, окинув своих неспокойных соратниц брезгливым взглядом, проскакала ещё десяток локтей и остановилась, вопросительно косясь на своего хозяина.

Небольшой отряд Грома Торри выехал за ворота, гостеприимно приютившего их города, и направился на восток в сторону Кельса, столицы королевства Итарис. По пути охотники пересекли небольшую деревеньку, где предприимчивый карлик Люрк заговорил у местной шептуньи свои маленькие, но очень острые метательные ножи. Не обошли стороной хижину старой ведьмы, и пожилая охотница Грета с напарником Рора Айзеком. Воительница приобрела у старухи небольшой амулет в виде кривоватого полумесяца, а Айзек прикупил себе короткую толстую верёвку, которой немедленно подпоясал свои алые шаровары. Неторопливо прохаживаясь по лавке, он приценивался к остальному ассортименту.

- Я, пожалуй, тоже загляну, - сказал Арти скучающему во дворе Грому. Охотник в ответ лишь равнодушно пожал плечами. Он в отличие от своих подопечных никогда не был суеверным.

- Идёшь? – Артур повернулся к Весте, но девушка лишь отрицательно покачала головой, - А ты? – он перевёл взгляд на Винза.

- После того случая, - парень тихонько щёлкнул себя пальцами по изуродованной щеке, - В отличие от нашего общего друга, я разуверился в действенности этих безделушек, - он кивнул на Айзека, известного любителя всевозможных амулетов, как раз выходящего из избушки. Охотник был увешан разнообразными амулетами с ног до головы, - Он на них просто помешан.

- Ну, как знаешь.

Хижина знахарки, снаружи казавшаяся крошечной землянкой, внутри оказалась довольно просторным жилищем.

- Чего тебе, молодой?

Арти резко остановился и посмотрел вниз. Ещё один шаг и он наступил бы на крошечную седую старушку с огромными болезненно поблёскивающими глазами.

- Хочу защиту для спины, «Третий глаз», - Арти провёл рукой по шее, - Есть такой?

- Есть… Есть… У старой Иссилы всё есть, - старушка засуетилась и исчезла в ворохе старых мешков, сваленных у стены, - Лучше есть! Вот. Возьми. На руки надень. А это на шею. Рукой меч или заклятье отбить сможешь. Семь минут любой магический удар или заклятье сдерживает, а потом исчезает, - она протянула Артуру две тонкие ниточки вязаных браслетов, - Помедлишь – голоса с плеч.

- Что–то они хлипкие какие-то, - Арти взял браслеты и алую нитку и покрутил их перед носом.

- Бери, не привередничай! – Иссила бесцеремонно развернула юношу лицом к двери и толкнула в спину, - И проваливай!

- А как же плата? – удивился Арти, завязывая браслеты на руках.

- Плата – услуга, - бабка счастливо заулыбалась, демонстрируя своему покупателю беззубые дёсны, - Вспомни про старую Иссилу, когда время придёт.

- Я не понимаю.

- Поймёшь, поймёшь, - зачастила бабка, выталкивая Арти за порог, - Скоро поймёшь!

Дверь за его спиной захлопнулась. Артур запрыгнул в седло и нагнал Грома.

Когда солнце перевалило за полдень, охотники въехали в долгожданную лесную прохладу и вполголоса переговариваясь, направились вглубь молодого ельника к тому самому оврагу, который условно разделял местность на две половинки: Живую твердь и Сизый лес.

- Да что с тобой такое? – Гром рванул поводья, тщетно пытаясь заставить свою лошадь повиноваться, - Ну давай! Вперёд! Чего встала?

- Эта животина лучше всякого предсказателя чует близость чёрной ворожбы и некромантии, - подскакавший к Арти карлик довольно ощерился, - А ты боишься нежити, граф де Артур?

- Её все боятся, - Арти пожал плечами, - Даже поднимающие мертвецов некроманты стараются держаться от своих творений как можно дальше, - он внимательно посмотрел на Люрка, - А ты разве не боишься?

- Я? – карлик громко рассмеялся, демонстрируя напускное бесстрашие, - Да я их…

Пронзительно вскрикнула птица, пугая затаившуюся в кронах деревьев стаю. В небо в едином порыве сорвалась стайка громко галдящих пернатых. Лошадь Люрка встала на дыбы и, сбросив своего зазевавшегося наездника, рванула назад.

- А ну стой! – Гром попытался поймать обезумевшую кобылу за узду, но лишь ещё больше напугал свою лошадь, - Когда-нибудь твоё хвастовство заведёт тебя в могилу, Люрк, - пробормотал охотник, спешиваясь.

- Лошади чуют мертвечину за лигу, - Веста уже успела выйти на дорогу, ведущую в чёрный провал Сизого леса, и теперь неторопливо заряжала арбалет, - Так что дальше они всё равно не пойдут, даже не надейтесь. Разве что эта, - она кивнула на Илту, неторопливо объедающую старую пожухлую листву со стоявшего рядом дерева, - Храбрая у тебя лошадь, граф. Где купил?

- У циркачей, - ответил Арти. Спрыгнув на землю, он наклонился к своей загадочной лошадке, - Тебе, что совсем не страшно?

Илта на мгновение перестала жевать и равнодушно посмотрела на утопающий в тумане пролесок впереди.

- А вот мне как-то не по себе, - Артур покрепче привязал к поясу мешочек с заговорённым песком и одел на шею купленный у Иссилы талисман.

- Дальше пойдём пешком, - объявил Гром, навьючивая на себя седельную сумку, - Нужно поторапливаться.

- Он ждёт нас, чует моё сердце, - пробормотал невысокий кряжистый Айзек, весь увешанный защитными амулетами, словно праздничная ель в день Падения Шола. Мужчина был выше Люрка на голову, но всё равно примесь гномьей крови давала о себе знать.

- Проклятый колдун наверняка окружил своё жилище хитроумными ловушками, - поддержал его Рор, расстёгивая свой кожаный жилет. Под ним оказалась тонкая кольчужная рубаха, - Как мы их обойдём, Гром?

- Я вам, что служба дознавателей? – огрызнулся их предводитель, поудобнее перехватывая свою булаву, - Или ты, Рор, как и этот мальчишка, первый раз на охоту вышел? – он кивнул в сторону прислонившегося к дереву Арти.

- Ты же сам вызывался быть командиром, - любитель защитных амулетов почесал заросшую колючей щетиной щёку, - Может, ты хочешь, чтобы мы действовали самостоятельно? – он злорадно хмыкнул.

- Кто-то должен быть главным, - набычившись, Гром обвёл разношёрстную группу охотников на нечисть хмурым взглядом, - Кто против меня – вперёд, - он указал в сторону пролеска, - Я никого здесь не держу. Как раз разрядите пару ловушек этого старикана и облегчите нам задачу. Как тебе такая идея, Айзек?

- И не надоело вам цапаться? - Веста встала между готовыми ввязаться в драку мужчинами, - Гром – командуй, Айзек – перестань его задирать.

- А ты следи за языком, девка, - любитель амулетов исподлобья посмотрел на арбалетчицу, - И не лезь в мужские разговоры, а не то…

- Это ты следи за языком, полукровка, - вмешалась в их перебранку Грета, - Иначе мы выберем командиром тебя, - пожилая женщина широко улыбнулась, и от этой улыбки бывалый охотник побледнел, - Потянешь эту лямку, бесстрашный ты наш? – она бросила многозначительный взгляд на отряд защитных ладанок на груди спорщика.

- Говорил я тебе не брать баб на охоту, - зло процедил Айзек, недовольно косясь на Грома, - Говорил ведь?

- Да что бы ты делал, если…, - взвилась Веста, сжимая маленькие кулачки.

- Ладно, хватит, - тихо сказал Гром, и охотники тут же замолчали, - Спустили пар и пора за дело. Она права. Сейчас не время и не место для перебранок.

Вооружившись и взяв все необходимые вещи, охотники привязали лошадей к деревьям и направились в заинтересовавший Арти пролесок. Сам же граф де Реардор закрепил на поясе небольшую матерчатую сумку и аккуратно положил поводья Илты на куст.

- Привязывать я тебя не буду, - проговорил он и неуверенно погладил лошадь по морде, - Мне начинает казаться, что ты знаешь, как поступать намного лучше нас всех.

Глава 6

Первая ловушка оказалась до того примитивной, что просто застала готовившихся к магическим арканам охотников на нечисть врасплох, и в неё чуть было не угодил сам Гром. Хоть громила и догадывался, что хитрый колдун давно прознал, что по его душу идёт целый отряд убийц и как следует подготовился к их встрече, однако такой подлянки от него никто не ожидал. Все кто имел хоть какие-то способности к чародейству, пытались нащупать магические переплетения линий заклинаний-ловушек или, на худой конец, почувствовать приближение «поднятого». Поэтому, когда земля под ногами идущего рядом с Громом Рора провалилась, и охотник, коротко вскрикнув, исчез из виду, никто даже не успел его подхватить и тем самым спасти мужчине жизнь. Лязгнуло железо, противно чавкнуло и хрустнуло, и крик жертвы оборвался.

- Что там? – опасливо спросил Люрк у склонившегося над волчьей ямой Грома.

- Колья, - громила отвернулся, скрывая от попутчиков разочарование. Эта жизнь была на его совести, - И какой-то хитроумный капкан. На обратном пути нужно рассмотреть его получше, может, пригодится в будущем.

- Обычные колья? – карлик сделал осторожный шаг вперёд и заглянул в смертельную ловушку, - Но это же так просто!

- Расскажи об этом Рору, - Гром повёл широкими плечами, пристально вглядываясь в лес, - Внимательнее смотрите под ноги. И… Удвойте бдительность!

- А лучше утроите, - Айзек сильнее сжал топор на длинной ручке и пошёл вперёд, внимательно глядя перед собой.

- Почему вы пытались отговорить меня? – Арти нагнал Весту и пошёл рядом с девушкой.

- Что? – арбалетчица непонимающе посмотрела на новоиспечённого охотника и растерянно улыбнулась.

- Там в таверне, - пояснил Артур, переступая торчащий из земли корень, - Ты и Гром. Вы отговаривали меня от этого похода. Неужели вам не нужны лишние руки и, - он положил руку на эфес меча, - оружие?

- Ты хорошо владеешь мечом, граф де Артур? – поинтересовался Винз, всё это время идущий следом за арбалетчицей и невольно услышавший их разговор.

- Да, - уверенно ответил Арти и приосанился, - Я – Мастер.

- И ты бывал на турнирах? – охотник кивнул, давая понять, что принял к сведению мастерство молодого графа.

- Конечно. И не раз, - Артур обернулся и снисходительно поинтересовался: - Хочешь попросить у меня пару уроков, Винз?

- Нет, - охотник улыбнулся и, покачав головой, спросил: - Ответь, ты бы взял меня с собой на турнир в качестве оруженосца?

- Ну, я даже не знаю, - Арти задумчиво посмотрел на крепкого неулыбчивого парня, - Ты умеешь обращаться с доспехами? Ухаживать за ними, чистить? Облачить латы? Разоблачить?

- Нет, - просто ответил Винз.

- Знаешь правила турнирных таблиц? – Арти нахмурился, вспоминая рыцарский кодекс, - Можешь согласовать все необходимые документы?

- Тоже нет.

- Сможешь подготовить коня и его амуницию? – молодой граф сделал последнюю попытку, уже не надеясь на утвердительный ответ.

Винз снова отрицательно покачал головой.

- Тогда не взял бы.

- Даже если бы я очень просился? – пряча улыбку, уточнил охотник, - Или принёс бы тебе красивую бумагу с печатью и подписью о том, что я прошёл теоретическое обучение?

- Прости, приятель, но не взял бы, - Арти извиняюще развёл руки в стороны, - Только не на турнир. Наподхват… возможно, но… Во время соревнования ты будешь только мешать мне, и путаться под ногами. У меня просто не будет времени объяснять простые истины и учить…

- Вот и я о том же, - Винз беззлобно усмехнулся и подмигнул Весте.

- Что значит… Хм, - Артур стушевался и покраснел, - Ясно. Вы считаете меня обузой. Но ведь я же…

- Вниз!!!

Арти не успел договорить. Плашмя рухнув на землю, он уткнулся лицом в мокрые пожухлые листья. Что-то очень большое и быстрое просвистело над его головой, ледяной рукой коснувшись волос на затылке. И потом снова. И опять. Словно гигантский маятник качался из стороны в сторону, не давая охотникам возможности пошевелиться.

- Люрк! – услышал Арти сдавленный голос Грома, - Что там?

Рядом с Арти что-то мягко засветилось, воздух зазвенел, впитывая слова произносимого заклинания, и безумный маятник на несколько мгновений остановился. Артур быстро поднял голову и увидел огромный блестящий шаг с торчащими из него длинными острыми иглами, застывший на расстоянии протянутой руки от молодого графа.

- Это простой «ёжик», Гром, - выкрикнул в ответ карлик, - Я сейчас уберу его!

Руки и лицо Люрка засветились тусклым голубым светом, делая его похожим на восставшего покойника. Горящий «ёж» вздрогнул и, покрывшись ледяной коркой, потух. Послышался громкий гул, треск и шар рухнул на землю.

- Можете подниматься, - карлик хохотнул, встряхивая руками, - Всё самое страшное уже позади.

- Это уже не шутки, Гром, - с кряхтением поднявшись, Айзек рывком поставил на ноги вжавшегося в землю Арти, - Пора активировать защиту.

- Защитный контур рассчитал лишь на четверть часа, - ответил Торри, похлопывая себя по карманам, - А мы и половину пути не прошли. Думаешь, нам хватит времени, чтобы обезвредить все ловушки и выманить колдуна из его жилища? Я уверен, что Коэрт припас всё самое интересное напоследок.

- Глупо беречь амулет, когда в игру вступила чёрная ворожба.

- И что ты предлагаешь? – Гром достал из кармана маленький картонный коробок и сжал его в руке.

- Давайте прибережём его для худших времён, - проговорила Веста, отряхиваясь.

Айзек недовольно посмотрел на арбалетчицу: - А я предпочитаю быть живым и здоровым, нежели…

- Ма-ма! Ма-а-а…

Веста вздрогнула и резко обернулась.

- Вы слышите? – прошептала она, поднимая вверх руку.

- Что? – Гром спрятал коробок обратно в карман.

- Мама! Помоги! Пожалуйста!

- Да вроде кричит кто-то, - Айзек прислушался, забавно шевеля торчащими ушами, - Голосок тоненький…

- Я слышу, - Грета вышла вперёд и тревожно огляделась по сторонам, - Это ребёнок. Нужно помочь ему…

- Откуда здесь оказаться ребёнку? – передёрнув плечами, Люрк достал парочку метательных ножей, - Похоже на ворожбу. Подождём.

Словно в ответ на его слова по лесу пронёсся громкий утробный рык, от которого у Арти перехватило дыхание.

- Это кто-то очень большой, - прошептал он, чувствуя, как по спине пробежал холодок, - И голодный.

- Я за то, чтобы подождать, – встал на сторону карлика Айзек.

- Нужно пойти проверить, - Грета отмахнулась от охотника как от назойливой мухи, - Вдруг малыш заблудился…

- Нет, - Люрк поморщился и подошёл к Грому, - Давайте подождём.

- По-мо-ги-те! А-а-а!

- Может и правда стоит пойти посмотреть, - неуверенно проговорила Веста, с опаской поглядывая в лесную чащу, - Вдруг мы сможем помочь? Нас много…

- Пока много, - Люрк нахмурился.

- А-а-а-а! Кто-нибудь! А-а!

До охотников донёсся хруст раздираемой одежды, и крик резко прервался.

- Ждать? – Грета резко обернулась и презрительно посмотрела на карлика, - Там же ребёнок! Ах, ты, бессердечная мелкая тварь!

- Зато живая, - Люрк криво усмехнулся, делая осторожный шаг назад, - Хочешь – иди и проверяй. А я не верю в совпадения, и дорожу своей жизнью.

- Гром! – Веста повернулась к их ставшему неожиданно молчаливым предводителю, - Скажи что-нибудь.

- Я знаю, что твой сын погиб в лесу, Грета, - медленно произнёс Торри и отвернулся от старой охотницы, пронзающей его ненавидящим взглядом, - Но сейчас я согласен с Люрком. Слишком опасно. Коэрт хитёр и беспощаден… И, возможно, он уже знает о твоём горе. Стоит подождать.

Словно в ответ на его слова по лесу пронёсся порывистый ледяной ветер, и стало совсем тихо.

- Вот и дождались, - пробормотал Винз, обнажая меч. Прошептав заговор, он провёл ладонью по лицу. На лбу молодого охотника проступила замысловатая татуировка.

- Держимся вместе! – гаркнул Гром, надевая на лицо узкую маску, скрывшую глаза и часть носа охотника, - Я чую нежить.

Казалось, они повалили сразу со всех сторон: медлительные, непреклонные, одетые в старые лохмотья, со сгнившими лицами и свисающей с них серой кожей. Мертвецы шли молча, лишь изредка хрипло порыкивая. «Поднятые» сосредоточенно переставляли негнущиеся ноги, вытянув вперёд тонкие костлявые руки и запрокинув лишённые глаз головы.

- И что нам с ними делать? – взвизгнул Айзек, хватаясь за все свои амулеты по очереди, - Гром!

- Ты что впервые на охоте? – на лице громилы отразилась гримаса призрения, - Убивать! Рубить на куски! Держимся вместе! - выдохнул громила и повернулся к Люрку, - Прикрывай мне спину!

Карлик, ставший вдруг неожиданно серьёзным, молча кивнул.

- На «поднятых» я не подписывался! – заорал Айзек, беспомощно водя перед собой своим коротким зазубренным мечом, - Как я могу убить того, кто уже давно мёртв? Да они просто сожрут нас! – бросив меч под ноги, охотник окинул маленький отряд обезумевшим взглядом и рванул в лес.

- Стой! Куда! – Гром сплюнул на землю, зло глядя в маячащую между деревьев спину Айзека, и отупил назад.

- Говорил тебе не брать его, - Люрк, не целясь, запустил в чащу один из своих ножей.

- Хорош, охотничек. Эй, граф де Артур! – Торри повернулся к Арти, - Есть идеи?

- Одна.

Артур уже успел снять с пояса заветный мешочек и бухнулся на колени, стараясь как можно скорее заключить отряд в круг из заговорённого песка, который тонкой фиолетовой струйкой высыпался из мешочка и тускло светился.

Все замерли, напряжённо глядя на «поднявшихся», которых с каждой минутой становилось всё больше и больше. Добредя до границы волшебного круга, первый мертвец пару раз ударился полуразложившейся головой в невидимую стену, и замер, хрипло дыша.

- Чего он ждёт? – Грета вцепилась в локоть Грома ледяными пальцами, - Почему остановился?

- Тсс! – Арти махнул рукой, высыпая последние песчинки драгоценного песка, - Молчите.

Услышав человеческую речь, «поднятый» оживился и начал торопливо обходить невидимую преграду по кругу, недовольно рыча себе под давно отвалившийся нос.

- Х-р-р-р-х! Ы-х-р, - вырвалось из его полуразложившейся глотки, - Р-р-р?

Спустя четверть часа вокруг начерченного Артуром круга собралось, казалось всё пригородное кладбище. Сотни мертвецов бесцельно бродили по кругу не в силах понять, куда же подевалась их казавшаяся такой лёгкой добыча.

- Что будем делать? – шепнул на ухо Арти предводитель их маленького отряда, - Всех нам не перебить. Их слишком много…

- Не знаю, - так же тихо ответил молодой граф, - Им не нужен ни сон, ни еда. Их не вымотать...

- Тогда давайте подождём, пока они уйдут, - вклинился в их разговор Люрк. Он свернул подрагивающими пальцами кривоватую самокрутку и теперь шарил по карманам в поисках огня.

- Нельзя! - Веста вырвала самокрутку прямо из зубов ошарашенного карлика, - Они учуют!

- Поганая мертвечина, - скрипнув зубами, карлик с силой запустил в одного из «поднявшихся» валявшимся рядом камнем.

Мертвец замер, медленно повернулся и уставился прямо на притаившихся охотников пустыми чёрными глазницами.

- Ты что творишь?! – Гром схватил карлика за грудки и поднял локтей на десять над землёй, - Угробить нас всех решил?!

- Я…, - Люрк бросил быстрый взгляд вниз, - Прости, Гром! Я не подумал!

- Смотрите! – прошептал Арти и указал на небо.

- Что ещё? – Гром разжал руку и освобождённый Люрк мешком рухнул на землю.

- Тучи, - проговорила Грета и испуганно вздрогнула, - Вода размоет песок!

- Надо выбираться отсюда, - Винз, всё это время молча сидевший на земле, поднялся на ноги, - И как можно скорее. Веста, – он обернулся к притихшей арбалетчице, - Веста? Что ты…

- Замолчите, - голос девушки звучал очень низко. Она обернулась, и охотники потрясённо притихли. Глаза воительницы были белыми словно бельмо на очах слепца. Она медленно подняла голову вверх и заговорила на певучем гортанном языке, от которого веяло замогильным ужасом и близкой смертью. Стоило Весте произнести первую фразу, как кроны деревьев вздрогнули от порывистого ветра. Вихрем проносясь по нестройным рядам оживших мертвецов, он сметал их словно детских оловянных солдатиков. Закрутив «поднятых» в воздушном круговороте, ветер поднял оживших в небо и с силой ударил оземь.

Стоило Весте произнести последние слова заклинания и земля под мертвецами начала медленно крошиться и проваливаться, забирая с собой то, что недавно было из неё извлечено.

Глава 7

- Ты не говорил, что девчонка практикующий некромант! – Люрк встал на цыпочки и, схватив Грома за рубаху, попытался встряхнуть.

- Я не знал, - Торри даже не пытался осадить вспыльчивого карлика. Он внимательно смотрел на Весту, из носа которой тоненькой струйкой текла кровь.

- Ни за что! – арбалетчица презрительно скривила губы. Щелчок пальцами и на её ладони появился крошечный серый шарик. Бросив его в груду сгнившей одежды оставшейся от «поднятых», девушка молча переступила волшебный круг и пошла вперёд, не обращая внимания на разгоревшееся зелёное пламя, охватившее полуистлевшие останки.

- Стой! – Арти метнулся к Весте и преградил ей дорогу, - Нельзя идти туда одной!

- Он прав, - Рядом уже стоял Винз, - Пусть даже ты и…, - он замолчал, косясь на раскрасневшегося карлика, - некромант, этот колдун намного сильнее тебя.

- И что? – огрызнулась арбалетчица, пряча за резкостью досаду.

- Великие Творцы! – Гром вздохнул и отпихнул от себя Люрка, - Порой мне кажется, что вы не охотники, а несмышлёные дети! Держимся вместе! Кто и что скрыл, разберёмся уже потом, когда выполним наше основное дело.

- А как же Айзек? – Винз убрал оружие и вопросительно посмотрел на Грома.

- Он сделал свой выбор.

- Трусливый заяц, - прорычал Люрк, сжимая кулаки, - Сбежал, спасая свою шкуру.

- Не нам его судить, - Грета осторожно обошла останки мертвецов и нагнала Весту, - Вернёмся – помянем его душу.

- Может он ещё выберется? Вдруг ему повезло? – неуверенно предположил Арти, но ему никто не ответил.

С неба упали первые ледяные капли злого дождя.

Хижина чернокнижника была построена прямо в кроне могучего старого дуба, пустившего свои корни в том самом овраге, в далёкие военные годы успешно сдержавшего осаду драконов - шипоносов. Ветки дерева вплетались в чёрную крышу строения, слегка приподнимая её. Из широкой трубы жилища в вечернее небо бил столп «чёрного света». Мрачная и массивная хижина распространяла вокруг себя ареол опасности и безысходности.

- Вот мы и на месте, - Гром ступил на небольшой мостик, перекинутый через старый овраг. Облокотившись на верёвочные перила, он посмотрел вниз.

- Предлагаю сжечь эту хибару и посмотреть, кто оттуда выбежит, - Люрк довольно хмыкнул.

- Хорошая идея, - неожиданно поддержала карлика Веста, - Коэрт…, - она запнулась и прикусила губу, - Он не любит… огонь…

- Давай, девочка, - не оборачиваясь, проговорил Гром, - Сейчас самое время рассказать всё, что ты так долго ото всех скрывала.

- Он не всегда был таким, - после недолгого молчания отозвалась арбалетчица, - Давно, когда я ещё была совсем маленькой, никто не звал его этим страшным прозвищем - Чернокнижник. Он был простым врачевателем. Тихим и добрым. Коэрт бесплатно лечил детей и всегда приходил на помощь сельчанам. Когда брат нашего кузнеца попал в медвежий капкан, именно Коэрт первым вызвался ему помочь и протащил раненого на спине прямо до дверей своей хижины. И потом выхаживал его… Но однажды…

- Что однажды? – заинтересованно переспросил Люрк.

- Однажды к нему в дом пришёл путник, - было видно, что девушка не очень-то и хочет говорить об этом.

- И что? – не отставал неугомонный карлик.

- Он научил его поднимать мёртвых, - очень тихо проговорила девушка, - И вроде не было в нём никогда дара чародейства. У меня был, дремал где-то на окраине души с самого детства, - она запнулась и неуверенно посмотрела на молчаливых охотников, - Но я его никогда не использовала. И никто из сельчан не знал о нём. А у Коэрта даже и мыслей никогда не было играть со смертью.

- Чернокнижничество открывает Мастерам неведомые доселе возможности, - проговорил Винз и, встав рядом с Вестой, тихо добавил: - Тебе ли не знать…

- Но ведь всегда можно просто не использовать Дар, - девушка вздрогнула от его слов, - Сделать вид, что его нет, - она вздохнула, - Но соблазн велик, это правда.

- А ты не запомнила, как выглядел тот человек? – тихо спросил Арти, чувствуя, как противный комок холодит сердце, - Ты же видела его?

- Да, - Веста кивнула, - Тот путник несколько раз заходил на наш постоялый двор. Он был…, - девушка пожала плечами, - обычным. Ни высокий, ни низкий, ни худой, ни толстый… С чуть заметной сединой в тёмных волосах и большими залысинами… Обычный путник.

- Обычный, да не совсем, - Арти вздохнул и решительно посмотрел на покосившуюся хижину, - Я пойду туда один, - и, не оборачиваясь, поспешил вниз.

- Эй! - его нагнал Гром и рывком повернул к себе, - Ты чего это удумал, парень?

- Он ждёт вас там, как паук на паутине, чутко чувствуя движение каждой нити, - Арти оттолкнул от себя руку Торри и упрямо посмотрел ему в глаза, - И он не простой чернокнижник. Ты многого не знаешь, охотник. Мне нужно поговорить с ним.

- Не о чем тебе с ним говорить, сопляк, - Гром зло прищурился и, достав из кармана заветный коробок, встряхнул его, - Настало время активировать защиту. А затем, мы пойдём туда все вместе и покончим со всем этим. И…

Охотник не договорил. Его глаза расширились и он замер.

- Что с тобой? – Арти коснулся его плеча и тут же отвернул руку, от обжигающего холода, - Что за…

Юноша обернулся и с ужасом посмотрел назад. С моста, на котором они совсем недавно стояли, застывшим истуканом падала Грета. Охотница даже не вскрикнула, когда, ударившись о землю, она разбилась на сотни маленьких кусочков, словно огромная ледяная глыба.

Арти метнулся наверх и замер тяжело дыша. На мосту стояли две фигуры. Веста держалась за протянутую руку Винза. Было видно, что арбалетчица с большим трудом, но всё же сопротивляется «ледяному» заклятью. Охотник упёрся ногами в подпорку моста и тянул застывшую девушку на себя.

Люрк исчез без следа.

- Я сейчас помогу, - Артур схватил парня за плечи и потянул на себя. Винз не сдвинулся с места. Казалось, он весил как целая гномья тележка, доверху наполненная камнями. Упёршись в охотника руками, Арти попробовал отодвинуть его назад подальше от пропасти.

- У-хо-ди, - с трудом разжал застывшие челюсти, процедил Винз, - В-ни-з! Мо-ост!

Артур замешкался, не зная как поступить, но почувствовав неожиданную тяжесть в ногах, поспешил спуститься вниз, оскальзываясь на покрывшейся тонкой белоснежной коркой земле.

Стоило юноше запрыгнуть на лестницу, ведущую наверх на огромное дерево, на котором чернокнижник построил свою хижину, как с его запястий слетел защитный амулет и рассыпался в прах.

- Ну, прекрасно! – выдохнул Арти, карабкаясь наверх по лестнице, - А обратно я как должен идти?

В жилище Коэрта - Чернокнижника царил полумрак, и лишь небольшая лучина на столе разгоняла густую темноту раннего вечера. За столом у дальней стены лицом к входу сидел худой измождённый старик, одетый в выцветшую рубаху без рукавов.

- Ты Коэрт? – Арти осторожно прикрыл за собой дверь, стараясь держаться так, чтобы чернокнижник видел его пустые руки.

- Да, - старик даже не шелохнулся, - А ты охотник? - в его голосе сухом и надтреснутом скользнула усмешка.

- Нет, - Артур покачал головой и вышел на свет, - Но я пришёл вместе с охотниками.

- Ты не врёшь мне, я бы почувствовал, - Коэрт покровительственно кивнул и медленно откинулся на спинку стула, - Это хорошо. Что тебе надо?

- Твоё умение.

- Сейчас не лучшее время, чтобы проситься ко мне в ученики, парень, – колдун отвёл взгляд и посмотрел в окно. В чёрной покосившейся фрамуге вместо стекла была натянута полупрозрачная серая плёнка, - Я сейчас несколько занят, - он довольно хихикнул.

- Я здесь не для того, чтобы учиться у тебя, чернокнижник. Я пришёл, чтобы кое-что предложить, - поймав удивлённый взгляд Коэрта, Арти медленно произнёс: - Советую хорошо обдумать моё предложение, прежде чем принять решение. За дверью ждут три охотника и одному из них суждено убить тебя, если я вдруг погибну.

- Охотники? – Коэрт улыбнулся, - Такие, как этот? - он кивнул на кол, торчащий из дальнего угла хижины. На него была насажена голова Айзека, рот которого навсегда исказил страшный беззвучный крик, - Нравится? Это подарок от моих новых друзей.

- «Поднятых»? Очень мило, - Арти сглотнул ставшую вдруг вязкой слюну и, стараясь не смотреть в мёртвые остекленевшие глаза охотника, так надеявшегося на свои амулеты.

- Подумываю оживить наглеца и натравить на его же дружков, - задумчиво произнёс Коэрт, - Как тебе такая идейка?

- Глупо, - Артур передёрнул плечами, - Среди них есть некромант и вряд ли она испугается злобной головы ожившего мертвеца.

- Я учил эту девчонку и знаю все её фокусы, - отмахнулся от Арти чернокнижник, - Меня начинает утомлять наша беседа. Давай, переходи к делу. Кто ты и что тебе от меня нужно? – в голосе колдуна зазвенела сталь. Он медленно встал и вышел из-за стола. Высушенный словно древняя мумия, старик, тем не менее, оказался почти на голову выше своего незваного гостя.

- Я граф Артур де Реардор, - юноша медленно поднял руки вверх, закатывая рукава своего камзола чуть ли не до локтей и снимая тонкие белые перчатки. Запястья юноши горели алым светом. На левой руке чернела надпись, выведенная красивым ровным почерком «Коэрт Чернокнижник».

- Собиратель душ? - колдун практически выплюнул это слово, - Вот уж кого не ожидал здесь сегодня увидеть, - он опёрся о крышку стола, и та жалобно скрипнула, - так это падальщика.

- Я не собиратель, - Артур аккуратно поправил рукава и положил на стол свою поясную сумку, - Я купец. Или даже рекрутёр. Да, назовём это так.

- Рекрутёр? – удивлённо переспросил Коэрт, - И что это меняет?

- Всё, - ответил молодой человек, - Я не ищу выгоды от удачной продажи твоей души «Чёрным путникам» или Жрецам «Седьмого исхода».

- Уходи, граф де Реардор, - Коэрт устало вздохнул, - Моя душа черна как ночь.

- Я знаю.

- И ты всё равно тут? – в глазах старого колдуна зажегся интерес, - И что ты можешь мне предложить?

- Я здесь, чтобы заключить с твоей душой сделку, Коэрт прозванный Чернокнижником, - Артур медленно произносил слова официального обращения.

- Сделку? – колючий взгляд пронзил Арти насквозь, - Я слышал о таких, как ты. «Чёрные путники» нанимают глупых юнцов, чтобы они собирали такие же насквозь прогнившие души, как моя, и приносили им… для исследования, - он поморщился.

- Я представляю другое заинтересованное лицо, - пространно проговорил Арти, - В отличие от «Чёрных путников», обрекающих душу на бесконечные мучения, он предлагает взамен некое подобие жизни.

- Правда? – чернокнижник холодно улыбнулся, и кисло повторил: - Подобие жизни?

- Мой… хм…, - Артур запнулся и нахмурился. Он всегда старался избегать слова «хозяин», - работодатель собирает лучших среди смертных. Ему неважно кто ты: убийца, чернокнижник, святой праведник, дворовая девка или целитель… Значение имеет лишь Дар и то, как ты смог развить его в течение жизни. Он набирает армию, и ты, Коэрт, подходишь ему.

- И кто же твой работодатель? - старик замер, словно испуганный зверь

- Я зову его Оз, - Артур пожал плечами, - И это всё, что тебе стоит знать.

- Мне хватит сил, чтобы выжать из тебя любую информацию, мальчишка, - Коэрт нехорошо усмехнулся.

- Это вряд ли, - Арти вернул ему улыбку такую же холодную и полную скрытой угрозы.

- Я могу убить тебя, - в руках колдуна засветилась небольшая серебристая сфера, - И никто никогда не узнает об этом. А потом, ты пополнишь ряды «поднятых», и я буду годами измываться над твоей душонкой. Хочешь, я расскажу тебе, что буду делать с ней?

- Ты не можешь причинить вреда моей душе, - повторил Арти, и по его губам скользнула снисходительная улыбка.

- Отчего же? – чернокнижник поднял сухую руку, размахиваясь.

- Потому что я давно продал её, колдун.

Взгляд графа де Реардора изменился, став вдруг кристально ясным и острым как лезвие эльфийского клинка. И не было в нём больше ничего от того растерянного смущённого юноши, который совсем недавно записался добровольцем в отряд охотников за нечистью. Теперь в глаза Коэрта смотрела сама смерть. Спокойная, терпеливая, загнавшая свою жертву в угол. Она никуда не торопилась. Смерть никогда никуда не торопится. Она умеет ждать и убеждать.

Чернокнижник вздрогнул и отшатнулся от визитёра, как от прокажённого. Внимательно посмотрев в зелёные глаза Арти, он медленно опустил руку с горящей сферой и вполголоса выругался на странном гортанном языке.

- Ты…, - голос колдуна сорвался, и он закашлялся, - Ты демон…

- Я ещё не определился, - отозвался Артур, спокойно наблюдая за действиями чернокнижника, - У меня в отличие от большинства ещё есть выбор и шанс всё изменить.

Коэрт медленно подошёл к молодому графу и долго вглядывался в его лицо.

- Странно, но я чувствую, как бьётся твоё сердце, - прошептал он, - Медленно, уверенно, оно гоняет кровь по венам. Ты жив, но пуст как высохший фрукт. Ха-а! Ты ведь согласился на сделку, я прав? – сказал он после долгого молчания, - К тебе тоже пришёл… Как ты выразился? Рекрутёр? И ты согласился? Ты же был на моём месте, да? Отвечай!

- Мне было сделано другое предложение, - Арти смущённо улыбнулся.

- Собирать души таких мерзавцев, как я? – Коэрт ощерился, показав ряд редких гнилых зубов, - Ведь так? Артур де … как там дальше?

- Де Реардор, - с готовностью подсказал Арти, - Нет. Как я уже сказал, прошлая жизнь души, которую я нанимаю, не имеет совершенно никакого значения. Светлая, «переродившаяся»… Любая душа, которая привлечёт внимание Оза, засчитывается. Просто…

- Просто что? – Коэрт облизнул пересохшие губы.

- Просто, такие, как ты, чаще соглашаются на моё предложение, колдун. Светлые души нынче такая редкость. Штучный товар.

- А ты хитрый гадёныш, - Коэрт погрозил Арти пальцем, - И сколько тебе осталось собрать?

- Ещё много, - неопределённо ответил молодой граф, - Не тяни время, Коэрт. Это бессмысленно.

- И на чём же он поймал тебя? – словно не услышав слов Арти, чернокнижник прищурился, - Ты не похож ни на преступника, ни на мошенника… Богатенький мальчик, правильный, чистенький, наверняка полон глупых идеалов… Так на чём? Порезвился с чьей-то жёнушкой и прихлопнул потом её муженька, так не вовремя вернувшегося домой? А? Увлёкся запрещённой ворожбой? Торговал Даром? Что?

Арти снова улыбнулся и промолчал.

- А ты задумывался, что с тобой будет потом? – спросил колдун, поняв, что ответа ему не дождаться, - Думаешь, он отпустит тебя? Твой работодатель? – старик расхохотался, пряча страх за бравадой, - Наивный мальчишка! В лучшем случае он пошлёт тебя за новой сотней таких же гнилых душ, как и у меня, а в худшем…

- Сейчас речь идёт о твоей душе, а не о моей, - Арти сжал кулаки. Проклятый колдун попал точно в цель, - О своей, я уж как-нибудь позабочусь сам. Итак, твой ответ. Соглашайся или я ухожу, - он развернулся и направился к двери.

- Постой, - остановил его колдун, украдкой поглядывая на окно, - Постой… Торопыга. Я должен всё обдумать. Ведь, в отличие от твоей, моя душа всё ещё принадлежит мне.

Арти обернулся и внимательно посмотрел на сгорбившегося старика.

- Думай.

- Что меня там ждёт?

- Не знаю, - честно ответил Артур, неторопливо надевая перчатки.

- Это навсегда? – старик разочарованно сжал губы.

- Да, - Арти кивнул, - Раз и навсегда. Обратной дороги не будет. Ты согласен?

- Душа в обмен на жизнь… Или что он там предлагает? – Коэрт потёр руки о ветхие штаны, - Вечную битву?

- Я только знаю, что он собирает армию, - Артур посмотрел в окно. Стемнело, - Из лучших Мастеров своего дела.

- Битва будет против сил добра? Тьмы? Или мы будем биться против Пророков? Жрецов? – чернокнижник всплеснул руками, - Давай, парень, расскажи мне хоть что-нибудь! Ведь речь идёт о моей душе! Нет ничего ценнее её!

- Я, – Артур глубоко вздохнул, чувствуя, что начинает злиться, - ничего не знаю.

- А тебя значит не взяли? – снова взялся за старое чернокнижник, - Ты слишком плохой или слишком хороший для грядущей битвы?

- Я просто не подхожу.

- И что я должен сделать? – колдун зябко потёр руки. Он чувствовал приближение смерти, её ледяное дыхание на своей шее.

- Так ты согласен?

- Что?

- Ты должен сказать это, - Арти сложил руки на груди, - Громко и внятно. Тогда сделка будет завершена.

- И ничего не надо подписывать кровью? – колдун снова тянул время, - Я слышал, что все подобные сделки скрепляются доброй пинтой крови, разве не так?

- Нет, - Артур покачал головой, - Кровь – это просто алая жидкость. А вот слова… Как и душа, они бессмертны.

- Потом ты убьёшь меня?

Юноша кивнул.

- Я же охотник, - «и на мели» про себя добавил молодой человек и усмехнулся, - Конечно, ты можешь дождаться других. Они придут и очень скоро. Райен с нетерпением ждёт твою голову, колдун.

- Всё не так просто, рекрутер. Ему нужны мои знания, - Коэрт колебался, покусывая тонкие губы, - Живой я полезнее, нежели мёртвый. Хочешь, узнать, что так ищет наш мудрый правитель? И тогда уже за твоей головой будут охотиться сотни головорезов, - он хрипло рассмеялся.

- Не втягивай меня в свои игры, старик. Да или нет?

- Я…, - было видно, что слова даются колдуну с трудом, - Я согласен с твоим предложением, Артур де Реардор.

Вопреки ожиданиям Коэрта, он не услышал ни громких фанфар Жрецов «Седьмого исхода», ни замогильного воя прихвостней Тёмного, ни колокола «Чёрных Путников». Ничего не изменилось.

- Хорошо, - Арти кивнул и подошёл к чернокнижнику почти вплотную, - И ещё, - он кивнул на окно, - Освободи их.

- Но они же пришли убить меня! – неожиданно возмутился колдун, только что продавший свою душу за возможность посмеяться в глаза костлявой смерти, - За это пускай поплатятся своими никчёмными жизнями!

- Теперь для тебя это не имеет никакого значения, Коэрт, - Арти бросил быстрый взгляд на дверь, - Но мне они ещё понадобятся. А тебе, - он посмотрел старику прямо в глаза, - Тебе это потом зачтётся. Я обещаю. Идёт?

- Что ж, раз так, то пусть поживут ещё немного, - колдун сложил руки лодочкой и что-то прошептал, - А среди них есть…, - старик хитро улыбнулся, - твои души?

- Есть, - Артур задумчиво посмотрел в окно, за которым зазвучали приглушённые голоса, - Но я приду на ней нескоро.

Артур резко поднял руки и сжал ладонями голову старика. Его запястья замерцали, разгоняя притаившиеся в углах хижины тени.

- Сделайте шаг назад, - приказал юноша, чувствуя, как руки начинают трястись и леденеть.

Коэрт послушно отступил, и его бездыханное тело обмякло. Разжав руки, Арти позволил пустой оболочке упасть на пол и посмотрел на зыбкий молочный дух перед глазами.

- Вот и всё, - он вытер выступивший на лбу пот и достал из кармана маленький прозрачный шарик, - Моя работа закончена.

Повинуясь неведомой силе, бесплотный туман втянулся в маленькую сферу, и она замерцала ярким оранжевым светом.

Открыв лежавшую на столе сумку, Артур извлёк из неё деревянный ларчик с хитрой застёжкой и осторожно открыл крышку. На дне ларца лежали две дюжины таких же разноцветных шариков.

- Отпусти! – зашелестели сферы, грозно изменяя цвет и поблёскивая, - Выпусти нас! Обманщик!

Аккуратно положив шарик, в который он только что заключил дух Коэрта, в ларчик, Артур закрыл его и спрятал обратно в сумку.

- Ещё один, - прошептал он и закрыл глаза, - Осталось ещё…

Дверь распахнулась, и в хижину вбежали Винз, Гром и Веста.

- Ты убил его! – воскликнула девушка, и обижено посмотрела на молодого графа, - И даже не дождался нас!

- Извини, но мне показалось, что вы были несколько… скованны, - устало пошутил Арти, - Не волнуйтесь, я разделю с вами награду.

- Как ты убил его? – Винза оказалось не так просто сбить с толку.

- Мне повезло, - Артур прикрепил свою сумку обратно на пояс.

- Нет, - Гром недоверчиво покачал головой, - Здесь что-то другое. Вы чувствуете? – он по-звериному втянул воздух.

- Я ничего не чувствую, - отозвалась Веста, осторожно обходя бездыханное тело колдуна и заглядывая ему в лицо.

- А вот я …, - Торри пристально посмотрел на Артура, - Ладно. Дело сделано, а это главное. Поехали, заберём у старосты деньги и разбегаемся.

Он споро обыскал жилище колдуна и не найдя ничего ценного, обшарил карманы покойника.

- Интересно, кто нашептал ему о нашем отряде?

Гром бросил короткий взгляд на молчаливую Весту.

- Я его не предупреждала, если ты об этом, - с обидой проговорила арбалетчица.

- Ладно, - проговорил Винз, - Уходим отсюда.

Гром кивнул, лёгким движением сбросил со стола на пол лучину и направился к двери. Старые доски быстро загорелись, и уже спустя несколько минут за спинами удаляющихся охотников за нечистью полыхало огромное уродливое дерево.

Глава 8

Костёр с удовольствием хрустел сухими тонкими ветками, разгоняя чернильные сумерки летней ночи. Артур выкатил из костра поджарившуюся картофелину и подул на неё, перекатывая из руки в руку.

- Не возражаешь, если я присяду и погреюсь у твоего костра, Арти? – рядом с юношей сел одинокий путник в коричневом дорожном костюме, путешествующий, судя по простой сумке за его плечами, налегке. Не дождавшись разрешения, он сел на корточки и вытянул руки к костру. Мужчина был уже не молод, но и не стар. Хоть голову его уже и посеребрила седина, спина его не была сгорблена. Он не отводил взгляда и смотрел прямо, но без угрозы и лишь что-то неуловимое, но очень-очень опасное таилось в самой глубине его чёрных глаз, - Как всё прошло?

- Гладко, - Арти бросил шкурку от картофелины в костёр, и та ярко вспыхнула, - Когда ты, наконец, заберёшь их у меня, Оз? Мне тяжело нести эту ношу.

- Когда придёт время, - отозвался незнакомец и без спроса раскрыл валявшуюся у снятого с Илты седла сумку. Достав оттуда ларец, мужчина открыл его. На этот раз заточённые в сферы души благоразумно молчали, - Ты готов выбрать следующую?

- Разве у меня есть выбор? – Артур кисло усмехнулся и отпил из пузатой фляжки.

- Конечно, есть, - Оз открыто улыбнулся, - Мы всегда можем перезаключить контракт, - он потянулся к карману, - Хочешь со всем этим покончить?

- Нет, - твёрдо ответил Арти.

- Как знаешь, - улыбка слетела с губ путника. Он достал из кармана дюжину картинок и протянул их Артуру, - Тогда выбирай.

Юноша взял карточки и, не переворачивая их, спросил: - Ты всем позволяешь выбирать?

- Нет, - путник снова улыбнулся, - Только тебе.

- Неужели я такой особенный? – тихо спросил Арти.

- Да, - Оз кивнул, - Ты даже не представляешь насколько. Выбирай.

Артур перевернул картинки и долго всматривался в лица на карточках. Наконец, протянув путнику одну из них, юноша спросил: - Кто она?

Он удивлённо смотрел на такое знакомое лицо.

- Иссила, старая ведьма, - Оз с аппетитов вгрызся в горячую картофелину, - Промышляет шантажом селян и крадёт младенцев. Живучая хитрая бестия. Я засылал к ней ни одного рекрутёра, и никому из них не удалось обхитрить её. Выбрал?

- Да, - Арти снова изучил картинки и, выбрав одну, вернул остальные их своему собеседнику.

- Хороший выбор, - незнакомец удовлетворённо кивнул, - Не совсем то, чего я от тебя ждал, но всё же.

Карточка в руке Арти ярко вспыхнула, и он привычно сжал зубы, чувствуя, как имя нового рекрута прописывается на тыльной стороне его руки. На ладони путника материализовались две половинки маленькой жёлтой сферы, которые он протянул рекрутеру.

- Ведь ты подталкиваешь их, не так ли? – спрятав пустую сферу в карман, Арти неторопливо надевал свои белые перчатки, стараясь не смотреть на странного путника, - Ты сбиваешь их с пути, – он кивнул на картинки, которые его собеседник убирал в карман, - Но зачем?

- Потому что лучшими становятся лишь те, кто хоть раз в жизни со мной повстречался, - ответил Оз и посмотрел на небо, - И неважно добрый ты человек или проклятый колдун. Однажды, я позволю тебе сделать выбор. Я предоставляю выбор всем.

- Но мы с тобой не встречались до…, - Артур закашлялся, - До того дня.

- Правда? Ты так в этом уверен? – путник накинул на голову капюшон, - Светает. Пора выдвигаться. По дороге я расскажу о твоём новом задании.

- И куда мы направимся?

- В Сатари-канти.

Часть вторая "Мир на краю пустоты". Глава 1

- А тёмная душа может поработить светлую?

Арти отпил тягучего медового эля и, отставив кружку, посмотрел на сидящего напротив смуглокожего мужчину средних лет. На плечи его собеседника поверх лёгкой серой рубахи, был накинут китель королевской стражи довоенного кроя, тёплый и сильно поношенный, с рукавов и груди которого были спороты знаки отличия.

- Оз?

Мужчина молчал, задумчиво глядя в окно, и казалось, даже не слышал слов молодого человека.

Уже третий день Артур де Реардор слонялся по Бешу, небольшому городку на юге Релити, и близлежащим деревням и сёлам в поисках знающего проводника из местных, услуги которого, не сильно ударили бы по тощему кошельку седевшего на мели графа. Но стоило юноше обозначить цель своего путешествия, как все вокруг немедленно замолкали и начинали поглядывать на Арти как на самоубийцу или скорбного умом дурачка.

- Не бывает тёмных душ, Артур. Только светлые.

Оз даже не притронулся к выпивке, которую ему любезно принесла розовощёкая разносчица, тихо шепнув при этом: «За счёт заведения». Артур так до сих пор и не смог понять, чем же подкупал женщин этот невзрачный, долговязый и частенько язвительный бродяга, но, тем не менее, без женского внимания его работодатель оставался крайне редко.

- Ваши души – это чистые бриллианты изначальной Силы. Могучие, непобедимые, и, безусловно, светлые, они были отданы Творцами в дар людям, гномам, троллям и эльфам, - мужчина помолчал, разглядывая скол на своей кружке, - Ты никогда не сможешь до конца осознать, какая мощь стоит за этими крошечными сгустками энергии.

- Но…

- Просто у светлого очень много оттенков, - Оз звонко щёлкнул по кружке, и скол исчез, - И пора тебе уже научиться различать их, парень. Есть «чистые» души. До них простые рекрутеры вроде тебя редко дотягиваются, и «переродившиеся» - наш товар, - он довольно потёр руки, - Но все они без исключения были рождены изначальным Светом. Её Светом. А потом, их хозяева обменяли своё сокровище на нечто другое. Вы называете это Даром. Так появились первые Мастера.

- В последнее время многие рождаются с Даром, при этом, не жертвуя своей душой, - юноша нахмурился, - Как такое стало возможным?

- Хотел бы я это знать, - задумчиво произнёс Оз, - И, да, Артур, - мужчина с прищуром посмотрел на свою кружку с уже успевшим выдохнуться пивом, и оно медленно испарилось, - Душа может поработить другую. И даже не одну. Она может подчинить себе тысячи душ и даже собрать из них целую армию. Не забывай, что войну Арии начала именно «переродившаяся» душа.

- Мне всегда казалось, что светлые души не способны на злой поступок, - Арти слушал своего собеседника очень внимательно. Его работодатель редко делился своими мыслями и, тем более, знаниями, - Даже крошечное тёмное пятнышко не позволит ей продолжить свой путь.

- Как всегда упускаешь суть, - Оз высыпал лежавшие в блюдечке солёные орешки на стол и сложил из них странный узор, похожий на призывающий знак «Пакд», - Но со временем это пройдёт.

- А ты как всегда говоришь загадками, - юноша недовольно поморщился.

- Расскажи я тебе всё и сразу, ты бы быстро заскучал и продал свою бесценную душу кому-нибудь другому, разве не так? – мужчина от души потешался, при этом, стараясь выглядеть всезнающим мудрецом.

- Не думаю, что в этом славном мирке найдётся ещё один колдун, который предоставит мне шанс выкупить свою душу обратно, - Артур с грохотом поставил на стол свою кружку и странная ореховая композиция его собеседника развалилась.

- Я не колдун, - карие глаза Оза потемнели, став чёрными, - Не беспокойся, найдётся, и не один.

- И цена станет намного выше, - Арти криво усмехнулся, кружкой сгребая разбросанные орехи в кучку.

- Не обязательно, - его собеседник привстал и выглянул в окно, словно высматривая кого-то во дворе кабака, в гостеприимном зале которого они сидели уже второй час, - Просто она стала бы другой, и ты мог не решиться на заключение второй сделки.

- Отказаться от возможности вернуть свою душу?! – Артур поперхнулся и закашлялся, - Это невозможно!

Улицу огласило громкое раскатистое дребезжание, и перед распахнутыми дверями трактира остановилась древняя укрытая серым тентом телега, в которую была запряжена меланхоличная гнедая кобылка. Из воза выбрался невысокий плотный мужчина в длинной коричневой рясе Жреца Ордена «Седьмого исхода», подпоясанной куском толстой верёвки. Обутый в старые кожаные сандалии, с непокрытой головой, он светился довольной улыбкой любящего перекусить человека.

- «Невозможно» - это очень категоричное слово, - Оз не спускал глаз со Жреца до того момента, пока тот не привязал свою лошадь прямо к перилам небольшой лестницы, ведущей в питейное заведение, и не вошёл в обеденный зал, - Им мы сами загоняет себя в узкие рамки. Назови ситуацию «маловероятной» и вот, всё уже звучит не так трагично.

- Ты хочешь, чтобы я отыскал душу, проклявшую и поработившую Сатари-канти, город, давным-давно проклятый самими Творцами, - юноша пожал плечами. Не желая продолжать старый, уже успевший набить оскомину, спор, он вернулся к прежней теме разговора, - Уговорил её заключить со мной контракт и притащил в твою коллекцию, - он покачал головой и печально вздохнул, - Маловероятно, Оз, маловероятно.

- Смотрю, ты начал улавливать суть, - мужчина рассмеялся, продемонстрировав пожелтевшие от крепкого табака зубы, - Но ты снова торопишься. Для начала найди Сатари-канти,- посоветовал Оз, продолжая наблюдать за жизнерадостным толстяком, - Исчезнув однажды со всех карт мира, он стал страшной легендой для местных жителей.

Священнослужитель, тем временем, уже успел удобно устроиться за соседним столиком и неторопливо делал заказ.

- Хорошенькое дельце…

- А главное - прибыльное! – Оз отвернулся к окну и прошептал короткое заклинание, махнув рукой так, словно он только что сильно ошпарился. В воздухе запахло душицей, - Мне очень нужна эта душа, она стоит десятка, если не дюжины таких, как твоя.

- Возможно, наш «узурпатор» даже не представляет, что натворил и свято верит, что действует на благо не только себе, но и всему городу, - Арти откинулся на спинку стула и тот громко скрипнул.

- А ещё он может не знать, что давно покинул ряды живых, - его собеседник выглянул из-за плеча молодого человека, - Или же мы ошибаемся, и дела обстоят совершенно по-другому.

Жрец невозмутимо жевал, с неподдельным интересом наблюдая за кривоватым полётом толстой зелёной мухи, - Ищи того, кто свято верит в свою правоту и идёт вперёд, не обращая внимания на то, что творится вокруг и заставь осознать содеянное.

- Раскаявшийся грешник? - юноша отодвинул тарелку, есть расхотелось, - Дорогой товар. Обсудим его цену?

- У тебя начинает проявляться деловая хватка! – Оз покровительственно посмотрел на молодого человека, так, словно любимый ученик, наконец-то освоил простой, но долго не дававшийся ему урок, - Чего ты хочешь?

- Ты должен сказать, сколько мне еще выполнять наш контракт, - не задумываясь, ответил юноша, - Я устал жить в неведение.

- Договорились, - легко согласился его собеседник.

- Ты сделаешь это? – Артур растерянно посмотрел на сидевшего напротив мужчину. Юноша не ждал, что его работодатель так просто согласится.

- Найди Сатари-канти и приведи мне душу-бунтарку, - глаза Оза на миг стали чёрными, как у Пастырей Лучезарной тьмы, - И тогда мы вернёмся к этому разговору.

- Сударь желает ещё?

Вместо приветливой разносчицы к их столику подскочил худенький растрёпанный служка. Поставив опустевшую кружку Оза и тарелку с остывшими остатками рагу Арти на поднос, он выжидательное посмотрел на посетителей.

- Да, приятель, принеси-ка мне ещё кружечку, - Артур положил на стол эрл, - Справишься?

- Справлюсь, - отозвался малец звонким детским голоском, - Только я не мальчик, - глаза служки блеснули озорным огоньком, - А девочка.

Сделав это заявление, девчушка круто развернулась и упорхнула на кухню.

- Что? – стушевавшись Арти, растерянно глядел ей в след, - Но я… Что?!

- Это, Мия, - Оз обернулся, провожая худенькую девочку задумчивым взглядом, - За её душой я тоже приду, правда, лет через пять. Следующей зимой, возвращаясь со столичной ярмарки, отец Мии провалится в прорубь и утонет. Это подстегнёт Дар этой девчонки. Горе всегда делает вас, - он собрал орешки в горсть и высыпал себе в рот, - людей, злее и сильнее. Потрясение от утраты разрушит природный барьер, и мы получим прекрасную Ведунью-мастерицу. Почувствовав силу Дара, она пойдёт на многое, чтобы научиться управлять им, - мужчина задумчиво хрустел орешками, исподтишка поглядывая на святого отца, - А от меня лишь требуется, оказаться в нужное время рядом и предложить ей сделку, от которой она не сможет отказаться. Я же предупреждал, каждый Мастер хоть раз в жизни да повстречается со мной.

- А если вдруг кто-то предупредит её или отца о грядущем несчастье? – Артур натянуто улыбался, но всё внутри него клокотало от бешенства.

- Он лишь отсрочит неизбежное, - Оз равнодушно пожал плечами, - Рано или поздно она столкнётся с этой бедой. Все вы смертны, не забывай. Никто ещё не смог обыграть…, - он замолчал, словно боясь сболтнуть лишнего, - Или твоему мнимому доброхоту придётся следить за её отцом круглые сутки, оберегая от сквозняков и бандитов с большой дороги.

- Ваш эль, сударь, - появившаяся рядом девочка поставила перед Артуром запотевшую кружку и ухмыльнулась, - Что-нибудь ещё?

Юноша молчал, хмуро глядя перед собой.

- Нет, спасибо, - после долгого молчания ответил Арти, - Знаешь, Оз, - он поднял глаза, но рядом уже никого не было, - Оз? Что опять? - юноша устало вздохнул и повернулся к мнущейся рядом Мии, - Интересно узнать, а есть ли в вашем прекрасном городке хороший проводник?

- Проводник? – на высоком лбу девчушки проступила тонкая морщинка, - Гру считается лучшим проводником от Огла до Беша, но на прошлой неделе его свалил радикулит, - она нахмурилась, вспоминая, - Есть ещё Ишай. Он водит торговые обозы и паломников на запад в Горы Невидимки… А куда вы направляетесь?

- В Сатари-канти.

Побледневшая девочка сжала в руках поднос и отшатнулась от Артура, как от прокажённого.

- В «Мёртвый город»?!

- Именно. И, чтобы вернуться из этого опасного путешествия живым, мне нужен толковый проводник, - уже привыкший к подобной реакции, Арти не обратил на поведение Мии никакого внимания, - Я заплачу три платы.

- Одумайтесь, сударь! Сатари-канти был проклят ещё до начала войны Переродившихся душ, - девушка с жалостью посмотрела на неразумного посетителя, - И лишь одному Тёмному известно, что за твари поселились за его стенами…

- Думаю, он тоже плохо информирован, - Арти невесело усмехнулся.

- Не стоит идти туда… одному! Может, стоит захватить с собой…, - нервничая, Мия сжала поднос так, что он недовольно хрустнул, - Армию?

- А я и не один, - юноша указал на окно, из которого можно был разглядеть кусочек крошечной конюшни-пристройки, - Со мной Илта, моя боевая подруга!

- Лучше послушайте эту милую леди, молодой человек, и найдите себе достойную компанию в столь небезопасную поездку.

Артур обернулся и оказался нос к носу с широко улыбающимся Жрецом. Тем самым святым отцом, которым совсем недавно, так заинтересовался, бесследно исчезнувший Оз. Хитрющий взгляд голубых глаз, одинокие островки седых волос над ушами и тяжёлый перстень ордена Риальды или «Седьмого исхода», как привыкли его называть прихожане, на указательном пальце левой руки.

- Далековато вас занесло от обители вашего ордена, святой отец, - проговорил Арти вместо приветствия.

- Пути Светлой неисповедимы, - продолжая добродушно улыбаться.

Жрец взял тарелку со своим ужином и бесцеремонно уселся перед юношей, как раз на тот стул, который буквально минуту назад занимал Оз.

- А я лишь ведомый, следующий Её указаниям с присущим нашему ордену смирением.

- И куда на этот раз ваша богиня направила своего смелого пилигрима? – поинтересовался Артур, недовольно поглядывая на священнослужителя.

- Наша богиня, - мягко поправил молодого человека отец Отто, - Наша. Три полной луны назад Она указала мне на город Сатари-канти.

- Сама указала? – раздражённо бросил Арти, и тут же пожалел о своих словах. Негоже обижать служителей единственного ордена, всё ещё верящего в скорое возвращение Светлой.

- Во сне, - Жрец, казалось, даже не думал обижаться, - Если вы знакомы с историей Итариса, юноша, то знаете, что Светлая Риальда покинула наш мир и…

- …никто не знает почему. Да я знаю историю, святой отец.

- Рад слышать. Я невольно подслушал ваш разговор с той девчушкой и хотел бы…

- Кто вы?

Арти прищурился, пытаясь разглядеть хоть малейшие признаки лжи или же уловки в открытом взгляде святого отца, и похолодел. Даже отсюда он отчётливо видел яркий пронзительный свет его души, непривычно тяжёлой и монолитной, словно выкованной из сотен других, намертво запертой в этом улыбчивом, но очень непростом человеке. Она горела ярче солнца и дай ей волю, спалила бы весь этот мир в единый миг.

- Отто Сур, - представился Жрец и продемонстрировал своему собеседнику перстень на пальце, - Я скромный служитель ордена «Седьмого исхода», если ты вдруг до сих пор не догадался.

- Вы знали, что мы встретимся? - Артур, прекрасно знавший об особом Даре предвидения у служителей древних Орденов, с интересом разглядывал массивный перстень. Изумрудный, он словно врос в кожу святого отца, и едва заметно светился. По легенде, такие перстни вырастали на пальце послушника в тот час, когда ему давали сан и принимали в общину.

- Ты переоцениваешь нас, мальчик. Предсказания – это скорее удел «Чёрных путников», - Жрец польщено махнул рукой, - Но, тем не менее, да, я предвидел нашу встречу.

- Мы ждём кого-то ещё?- юноша оглянулся по сторонам.

- Ожидание бессмысленно, если нашим путям, так или иначе, суждено пересечься, - отец Отто с аппетитом доел мясную похлёбку и принялся за хлеб с сыром.

- Вы говорите прямо как Оз, - пробормотал юноша, неторопливо потягивая эль, - Непонятно, но многообещающе.

- Оз? – священнослужитель задумчиво посмотрел на Арти, и от его пронзительного взгляда молодому человеку стало не по себе, - Слышал я об одном таком Озе… Тозалион, прозванный в народе Тёмным. Так его привыкли называть и в нашей обители. Неприятный тип, скажу я тебе, - он опустил глаза и тяжело вздохнул, - Чудовище, собирающее странную коллекцию из некогда свободных человеческих душ, которые он когда-то сам и обрёк на бесконечные страдания.

- Это…, - Арти закашлялся и залпом осушил свою кружку, - Это был другой Оз, - хрипло договорил юноша, и губы его искривила нервная улыбка.

- Раз это слышать, сын мой, - отозвался Жрец, продолжая буравить Артура своими хитрющими глазками.

- А если я откажусь составить вам компанию? - Артур постарался как можно быстрее сменить тему разговора.

- Почему, позволь узнать? – оторвавшись от трапезы, отец Отто удивлённо посмотрел на молодого человека, - Неужели я уже успел тебя чем-то обидеть?

- Нет, просто я…, - Артур умолк, не зная, что сказать дальше.

- Не любишь Жрецов? – догадался священнослужитель и понимающе усмехнулся, - Успокойтесь, юноша, нас мало кто жалует. Но, как известно, в отличие от Пастырей Лучезарной тьмы, наш брат не наделён правом выбора своей судьбы.

- А вы пробовали? – юноша подался вперёд, - Поспорить с судьбой?

- Конечно, - священнослужитель медленно положил ложку в пустую тарелку, - Почти каждый из нас хоть раз пробовал воспротивиться своему предназначению. К сожалению, с одинаковым результатом. Больше не пытаемся. А вот и он! – Жрец кивнул на невысокого кряжистого мужчину, входящего в кабак, - Наш третий мудрец, - мужчина усмехнулся, вспоминая старую байку о трёх слепых мудрецах, пытающихся описать дракона.

- Откуда вы знаете? – Арти обернулся.

- Счастливая догадка. Ишай! – отец Отто радостно замахал руками и поднялся навстречу мужчине, - Тебя то мы как раз и ждём, друг мой!

- Святой отец? – непонимающе глядя на Жреца, Ишай прошёл в зал.

- Присаживайся,- священнослужитель указал на свободный стул рядом с Арти, - Меня зовут Отто Сур. А этот молодой человек так до сих пор и не представился.

- Артур де Реардор, - юноша встал из-за стола. Проводник оказался почти на голову выше молодого человека, но заметно уже в плечах.

- Ишай Гоно, - мужчина коротко кивнул, смерив Арти изучающим взглядом, - Что вы хотели?

- Попасть в Сатари-канти, мастер Гоно, - отец Отто разлил остатки пива из своего кувшина по кружкам собеседников, - Проведёшь нас туда?

- Нет, – Ишай покачал головой и залпом осушил свою кружку, - Я не самоубийца.

- Мы знаем, что за этим городом закрепилась не самая добрая слава, - осторожно начал Артур, но проводник снова упрямо замотал головой.

- Ни за что! Город проклят! Сто семьдесят девять семей исчезли в одночасье, словно их никогда и не было, - мужчина сжал зубы, так, что юноша услышал их скрежет, - И до сих пор неизвестно, что с ними стало. Никто в здравом уме не поведёт вас в Мёртвый город.

- Подведи нас к нему так близко, насколько сможешь, - предложил священнослужитель, беззаботно потягивая пиво.

- Считайте, подвёл, - кисло съязвил проводник, - От Беша до Сатари-канти рукой падать. Скоро вся тамошняя нечисть к нам в гости пожалует, вот увидите! А сказками про сатарийских мертвяков мы с ранних лет детишек от тех мест отваживаем. И знаете что, - он перешёл на свистящий шёпот, - Никакие это не сказки!

- Мы щедро заплатим, - переглянувшись со Жрецом, Артур де Реардор привёл свой последний аргумент.

- Да-да, - священнослужитель согласно закивал, - Он щедро заплатит.

Арти хмуро посмотрел на беззаботно улыбающегося Жреца, а тот лишь пожал плечами: «Прости, мол, приятель, что с меня взять, со старого бродяги-бессребреника?»

- Мёртвый город находится в двух днях пути отсюда, на Пяти холмах Регара, - Ишай надолго замолчал, глядя на дно своей кружки, - Через них проходит извилистый гномий тоннель, прорытый коротышками ещё во времена войны Арии. Я могу довести вас до входа в подземелье.

- Так дело не пойдёт, - отец Отто говорил очень уверенно, так, словно проводник уже согласился на его условия, - Ты доведёшь нас до иглы Алуда.

- Что?! Да ты с ума сошёл, святоша! – взвился Ишай, вскакивая из-за стола и отшвыривая ни в чём не повинный стул. Тот закрутился волчком, но, к удивлению Арти, не упал, - Это в трёх лигах от Сатари-канти! Нет таких денег, за которые я согласился бы на такое безумство!

- Я заберу с твоей души один грех, - голос Жреца звучал так тихо, что Артуру на миг показалось, будто это случайный сквозняк сыграл с его слухом злую шутку, - Авансом, - добавил он, не глядя на проводника.

- Два! – глаза Ишая загорелись нехорошим огнём, и он медленно сел, - Два греха и договорились!

- Нет, - по рукам священнослужителя пробежала едва заметная дрожь, и он поспешно спрятал их под стол, - В таких сделках торговля неуместна. Один или мы ищем другого провожатого.

- В этом захолустье, я единственный, кто сможет провести вас в обход драконьего гнезда!

- Я сказал своё слово, - в голос Жреца закралась усталость, - Ты же знаешь, мы не торгуемся.

- Я должен подумать, - проводник облизал пересохшие губы.

- Думай.

Ишай рывком поднялся на ноги и, сшибая стулья, побрёл к выходу из кабака. Посетители, забыв об остывшей трапезе и своих неторопливых беседах, с недоумением смотрели ему в след.

- Что значит авансом? – дождавшись, когда мужчина выйдет на улицу, Арти с азартом принялся за расспросы священнослужителя.

- Я возьму на себя его грех, - пояснил отец Отто, глядя в след сутулому проводнику, - Любой. Боюсь, что место осталось лишь для одного единственного прегрешения.

- Даже убийство? – заворожено прошептал Артур.

- Да, - священнослужитель на мгновение прикрыл глаза, - Думаю, это будет именно убийство. Такие, как он, всегда втихомолку точат на кого-нибудь зуб и ждут подходящего момента. Вот он и настал.

- Наверное, это тяжело?

- Что именно? – уточнил Жрец, растирая посиневшие пальцы, - Забрать себе или нести по жизни тысячи чужих грехов?

- Тысячи, - прошептал Арти, и сердце его сжалось, - Как ваша душа выдерживает всё это?

- Но ведь кто-то должен за всё расплачиваться.

- Это несправедливо.

- Правда? – отец Отто криво усмехнулся, - Иди, расскажи об этом Ишаю. Сейчас он как раз решает, кого больше ненавидит: неверную жену, вороватую любовницу или задолжавшего ему братца, к которому, кстати, и бегает его жёнушка.

- Вы смеётесь, - обиженно проговорил Арти.

- Конечно, смеюсь, - священнослужитель отломал кусочек хлеба от лежавшей на столе краюхи и выкинул в окно. На лакомство тут де налетела орава голодных шумных воробьёв, - А что прикажешь мне делать? Рыдать? Рвать на себе волосы?

Арти неуверенно пожал плечами и промолчал.

- Поверь, я пробовал. Не помогает. Да и последствия плачевные, - святой отец осторожно провёл рукой по блестящей лысине и вздохнул, - Практически с самого рождения жизнь Жрецов полна горестей и лишений и подчинена чудовищным временами безумным правилам. У адептов и послушников нет права иметь своё имущество, мало кто из нас может завести друзей, семью и детей. Промедление больше года на одном постое для нас невозможно. Мы всегда в дороге, - он посмотрел на свои стоптанные сандалии с неожиданной теплотой, - Именно поэтому Жрецом ордена «Седьмого исхода» может стать далеко не каждый, - отец Отто вздохнул и внимательно посмотрел на сидевшего напротив юношу, - Вот ты бы смог.

- Я бы не хотел этого, - честно признался Артур и, широко распахнув окно, выглянул на улицу, щурясь от яркого солнышка.

Весна в этом году выдалась тёплой и ранней. Дожди, зарядившие было в первую декаду лерсня, быстро закончились, и праздник Пахаря-весельчака решено было отметить на десятый тёплый день, то есть сегодня. Жители Беша радостно восприняли эту новость и с самого утра на улицах города не утихали песни и то тут, то там вспыхивали небольшие перебранки изрядно захмелевших гуляк.

- Хорошо! – Ишай появился рядом с беседующими мужчинами, словно вырос из-под земли, - Я согласен.

- Кто бы сомневался, - кисло проговорил священнослужитель, поднимаясь из-за стола, - Когда выдвигаемся?

- Завтра с рассветом, - проводник быстро вытер о штаны вспотевшие ладони, - Жду вас у конюшни четверть часа. Не явитесь - сделке конец.

- Мы придём.

Глава 2

Стоило покрывалу ночи накрыть готовящийся ко сну Беш, как небо немедленно затянули тяжёлые рыхлые тучи, и пошёл дождь. Он зло колотил по крыше крошечного чердака, который хозяин постоялого двора выделил Арти для ночлега, то набирая силу, то утихая. Завыл ветер, и в расположенное под самым потолком окно сухими костлявыми пальцами поскреблись ветки росшего у трактира дерева.

В детстве, такими дождливыми ночами Артуру всегда хорошо спалось. Стена воды словно бы огораживала его от остального мира, смывая детские обиды и отодвигая далеко вперёд неотложные дела. Ведь мало кому в голову придёт решать проблемы, когда за окном властвует гроза или, не приведи Тёмный, буран.

Но эта ночь вопреки ожиданиям не позволила Арти нормально выспаться. Юноше до рассвета мерещились странные тени за окном, слышался далёкий вой и тихие голоса, а сердце колотилось так, словно всеми силами стремилось вырваться из груди, предчувствуя беду. Лишь к самому утру молодого человека сморил похожий на рваное лоскутное одеяло сон, не принёсший и толики бодрости, а лишь усугубивший ночную нервозность.

Одевшись и побрившись, Артур быстро собрался походный мешок и на место утренней встречи прибыл первым, за полчаса до условленного срока. Спустя четверть часа на укутанной плотным туманом дороге показалась долговязая фигура Ишая. Проводник отчаянно зевал, но в отличие от юноши прибывал в хорошем расположении духа. Кивнув Арти, он неторопливо достал из кармана мешочек с табаком и, скрутив папироску, закурил.

- Уже решил, кто это будет?

Артур прикусил язык. Глупо было выспрашивать у незнакомого человека о готовящемся убийстве, но слова вырвались у юноши помимо его воли, видимо сказалась бессонная ночь. Но Ишай хорошо расслышал вопрос и не увидел в нём ничего предосудительного.

- Решил, - он недобро ухмыльнулся, смоля папиросой, и многозначительно добавил: - Давно уже решил.

Было ранее утро. За ночь дождь заметно выдохся, и теперь с неба падала лишь мелкая противная морось, покрывая лица беседующих мужчин тонкой прозрачной вуалью.

- Не боишься?

- А чего бояться? – злорадство на небритом лице проводника сменилось искренним удивлением, - Жрец всё на себя возьмёт. А я чистеньким выйду.

- А душу не думал продать? – Арти с удовольствием приобрёл бы такой товар, хотя Оз вряд ли много за неё дал. В отличие от Пастырей Лучезарной тьмы. Вот уж кто-кто, а эти почитатели Тёмного любят таких скользких типов, как Ишай Гоно.

- Думал, было дело, - казалось, эта мысль не взывала у мужчины особого отторжения. Наоборот, в глазах проводника загорелась искорка интереса, - А сколько за неё дают?

- По-разному, - Артур почувствовал близкую наживу, и сонливость как рукой сняло, - Чего бы тебе хотелось больше всего на свете?

- Дом новый, с пристройкой и банькой, - Ишай заулыбался, нырнув в сладкий омут грёз, - Дюжину кур и кабанчика… Жену лет на десять моложе. Нет! На пятнадцать! Да-а… Ещё сундук эрлов, да побольше, - он заколебался и вопросительно покосился на Арти, - Всё? Или можно ещё заказывать?

- Думаю, достаточно, - отец Отто вразвалочку вышел из конюшни и строго посмотрел на Артура, - Интересная тему ты выбрал для утренней беседы, юноша. Пустое любопытство или интересуешься товаром?

Арти похолодел. В его планы совсем не входило посвящение Жреца в особенности своей нераспространённой профессии и способов спорного заработка. Вряд ли священнослужитель одобрит, что Артур скупает души, и уж тем более, не оценит выбор его главного покупателя.

- Да мы просто языками чесали спозаранку, святой отец, - Ишай громко рассмеялся и, незаметно подмигнув Артуру, показывая, что намёк понят, забрался на мокрую от дождя скамейку кучера, - Ну что? Выдвигаемся?

Отец Отто закинул свои вещи под покрывающий тент телегу и, пыхтя от натуги, забрался внутрь.

- Поехали.

Проводник накинул на голову капюшон, щёлкнул поводьями и телега, мерно покачнувшись, покатилась в сторону леса.

Уже ближе к вечеру, когда дождь закончился, а солнце, перевалив за самый северный из пяти холмов, окрасило, оказавшийся в низине Релити, глубоким оранжево-бурым светом, маленькая телега, запряжённая смирной лошадкой по кличке Брусника, выкатилась на крутой узкий серпантин. За повозкой осторожно ступая по каменной крошке, плелась Илта, таща на себе нехитрые пожитки своего хозяина. Дорога обвивала одинокую протыкающую своей макушкой далёкие облака гору, под названием игла Алуда, словно ядовитая змея чащу на эмблеме мастерской лекарей и травников. Серпантин вёл к входу в печально знаменитую пещеру, прозванную не шибко гораздыми на выдумки местными Ухом карла. После памятных событий, произошедших в Сатари-канти, пошли слухи, что в сердце пещеры свил гнездо сизый плоскоголовый дракон, натаскав в Ухо разного добра и драгоценностей. Байки селяне слушали с удовольствием, но особо дивным россказням не верили. Последнего дракона в Итарисе видели сотню лет назад. Несмотря на упрёки охочих до наживы скептиков, Ухо стали обходит стороной, все, кроме сорвиголов, мечтающих о драконьих богатствах. Многие смельчаки ушли тогда в негостеприимную тьму Уха и больше никогда не вернулись.

Арти заглянул в открывшуюся их взорам пропасть и громко присвистнув, похлопал Ишая по плечу:

- Возьми немного левее, приятель, а то колесо в воздухе болтается. Сорвёмся ещё.

Проводник кивнул, аккуратно управляя телегой и внимательно следя за каждым шагом Брусники.

- На всё Её воля. И я искренне верю, что, даже покинув Итарис, Она приглядывает за своим скромным слугой. Откуда-то издалека, - уточнил отец Отто, меланхолично вгрызаясь в какой-то высушенный корешок, от которого Артур предусмотрительно отказался ещё в самом начале их путешествия, и, запивая его водой из походной фляги, - Но, тем не менее, по сторонам всё же поглядывать стоит. Где мы, Ишай?

- Это Борода Карла, - проводник обернулся и посмотрел наверх, - Не зря вход в это проклятое место был замурован ещё задолго до того, как сатарийцы заложили здесь первые камни будущего города, и нашли обходной путь. Дед мой рассказывал, что когда сюда добрались первые переселенцы, дорогу им преградил парящий в небе камень с предостережением.

Брусника оступилась, неосторожно наступив на шаткий камень, и громко заржала. Ишай вполголоса выругался и натянул на себя поводья.

- И что на нём было написано? – отец Отто с любопытством слушал рассказ своего попутчика, время от времени поглядывая на карту, которую внимательно изучал, сидевший рядом Артур.

- А Тёмный его знает, - проводник дождался, пока Брусника успокоится и направил повозку дальше, по неумолимо сужающемуся серпантину.

- Тогда почему обязательно предостережение? – Жрец нахмурился и, достав из кармана небольшую книжицу, начал неторопливо перелистывать толстые пожелтевшие страницы.

- А что же ещё? – Ишай снова обернулся, но быстро спохватился, вернувшись к наблюдению за дорогой, - «Добро пожаловать усталый путник»? - он усмехнулся и покачал головой, - Сильно сомневаюсь.

- Да-а-а… И я тоже, - задумчиво протянул священнослужитель, разглядывая маленькую иллюстрацию, украшающую одну из выпадающих из старой книги страниц, - Похоже? – Жрец привстал и протянул Ишаю листок так, чтобы проводник мог рассмотреть иллюстрацию, не отвлекаясь от дороги.

- Да я-то его не видел, - стушевался мужчина, всматриваясь в рисунок, - Но вообще похож на тот, о котором дед говорил. Здоровый такой, с непонятной надписью.

На иллюстрации, рядом со старым раскидистым дубом, был изображён массивный плоский булыжник из серого гранита, напоминающий плиту древнего надгробия. Он действительно висел в воздухе, игнорируя все известные законы природы, и перегораживал проезд по широкой мощёной дороге.

- Знаете, что здесь написано? - Артур заглянул отцу Отто через плечо. На камне тонкой вязью змеилась короткая надпись.

- Ни имею не малейшего представления, - священнослужитель захлопнул книжку и со вздохом уселся обратно на скамью, - А вот камень... Такие надгробия ставят у саркофагов гробниц ордена «Седьмого исхода».

- Большая честь?

- Скорее наоборот, - святой отец озадаченно поскрёб поросший колючей щетиной подбородок, - В стародавние времена, ещё до того рокового дня, как Светлая покинула наш мир, Жрецам, при жизни совершившим… хм… неоднозначный проступок, путь в склеп Общины закрывался навечно. Их хоронили под такими вот плитами, - он помахал в воздухе закрытой книжицей, - В пятидесяти шагах от входа в священную гробницу.

- И что писали на таких плитах? – поинтересовался Ишай, вполуха слушавший разговор своих попутчиков. Поводья в его руке дёрнулись и мужчина, привстал, вглядываясь в нить дороги впереди.

- «На свой страх и риск», - на открытом лице священнослужителя что-то неуловимо изменилось. Увидев непонимание в глазах Арти, он неохотно пояснил: - Прежде чем совершить что-то не укладывающееся в основные каноны Ордена, адепты заявляют о своих намерениях на совете Семи и ждут решение его главы. Если Совет одобряет идею Жреца – он со спокойной душой идёт в «мир» и вершит задуманное. А если нет, - священнослужитель повертел в руке остаток лечебного корешка и выкинул его в пропасть, - Тогда адепт получает в запечатанном конверте вот такую печать.

Отец Отто порылся в стоявшей у его ног котомке и извлёк оттуда плоский чёрный камушек, на котором были аккуратно высечены каллиграфические письмена. Подбросив его в ладони, Жрец протянул печать Арти.

- «На свой страх и риск»? - повторил юноша и покрутил камень перед носом, - И что это значит?

- Это значит, что каждый сын ордена «Седьмого исхода» абсолютно свободен в выборе своих поступков, но именно это его решение не нашло одобрения совета Семи. Однако, по заветам, оставленным нам Светлой, никто из ныне живущих не имеет права препятствовать действиям Жрецов или навязывать им свои решения. Поэтому Семёрка разрешает просителю выполнить задуманное, но с оговоркой, что сие деяние он берёт на свою совесть и, если всё кончится не совсем так, как Жрец предполагает, - мужчина забрал у Арти камень, сжал его в пухлой руке и помолчал, - Значит, заваренную кашу ему придётся расхлёбывать самому.

- Снимают с себя ответственность, - Артур горько усмехнулся и потянулся за мятой картой, упавшей под ноги, - Как же это похоже на…, - он запнулся, искоса поглядывая на священнослужителя, но святой отец похоже больше не слушал его, погрузившись в свои невесёлые мысли.

- И как? – обернувшись вполоборота, Ишай натянул поводья.

Отец Отто вздрогнул и непонимающе посмотрел на проводника.

- Выгорело дельце-то? – проводник кивнул на печать, который Жрец так и продолжал сжимать в руке.

- Нет.

- Ну, и Тёмный с ним, - глубокомысленно изрёк Ишай и остановил повозку, - Так, - пробормотал он себе под нос и спрыгнул на землю, - Где-то здесь. Или здесь? Хм…

Проводник задумчиво похлопал по скалистому уступу, так на базаре покупатели проверяют спелость фириги, сладкого лилового фрукта, размером частенько превышающую голову молодого телёнка. Фирига - южный фрукт, созревающий в середине лета. Есть этот прихотливый плод, следует как можно скорее, иначе пару дней спустя сочная пряная мягкость начинает портиться и распространять по округе отвратительный смрад. Разрежь переспевшую фиригу и гнилостный запах въестся в одежду и волосы и выветрится лишь дюжину дней спустя.

- Что он делает? - наблюдая за действиями Ишая, Арти выглянул из повозки.

- Отрабатывает свой хлеб, - отец Отто даже ухом не повёл, продолжая изучать карту их маршрута, - Наша шкатулка оказалась с секретом. Кто-то, возможно, сами Творцы, спрятали Сатари-канти от простых смертных, а наш словоохотливый попутчик каким-то образом прознал о секретном ключике.

- Я выкупил информацию у Трета, моего дядьки по материнской линии. Он тоже зарабатывал на жизнь, проводя купцов и торговые обозы обходными маршрутами, - ничуть не смутившись, отозвался Ишай, - Давно это было, столько воды утекло с тех дней. Старый пройдоха даже на смертном одре торговался так, как не торгуются самые ушлые продавцы Оборотного рынка!

- От чего он умер?

- От излишнего любопытства, - проводник потоптался на месте, смешно приседая и покачиваясь и неожиданно подпрыгнул, пытаясь ухватиться за воздух, - Полез не в своё дело и какой-то доброхот подлил ему в кувшин с вином мёртвой воды.

- А ты откуда знаешь? – не удержался от колкости Арти.

- Сорока на хвосте принесла, - проводник пожал плечами, и, опершись спиной о скалу, начал медленно отсчитывать шаги, - Я его не убивал, если ты об этом.

- Но знал, что ему грозит опасность.

- Знал, - честно признался Ишай, - Как и многие другие, - отвернувшись от своих собеседников, мужчина присел на корточки, - Глупо лезть ни в своё дело, парень, да и опасно для жизни, как показал опыт. Секрет я выведал, - его голос звучал приглушённо. Начертив что-то на песке, проводник тут же стёр рисунок и громко свистнул, - Остальное не моя забота.

Ишай выпрямился, взмахнул руками и снова подпрыгнул.

- Смотри внимательно, Артур, - глаза Жреца сверкнули неподдельным интересом, - Сейчас начнётся самое интересное.

На этот раз проводнику сопутствовала удача, и Ишай повис прямо в воздухе. Ухватившись за невидимую преграду, он закряхтел и подтянулся. Навалившись на невидимый барьер всем телом, проводник смешно задрыгал ногами и расставил руки в стороны. В следующий момент пространство перед Арти треснуло пополам и словно огромное зеркало перевернулось вокруг своей оси, опуская Ишая вниз. Проводник крепко ухватился за край переломленного пространства и оказался на ногах.

Взорам Артура и отца Отто открылась ужасающая картина. На той стороне невидимой преграды бурлил, извергаясь огненными потоками лавы, огромный вулкан.

- Это ещё что такое? – в лицо юноше пахнуло нестерпимым жаром, и он поспешно отвернулся.

- Этелентийская магия, - Жрец прикрыл глаза рукой и прищурился, - Твари давно научились искать тайники Творцов.

- Сейчас-сейчас, - Ишай развернул блестящее «зеркало», в котором отразилась телега священнослужителя и пыльная дорога, и перекинул его вперёд. Вулкан исчез из виду и его место занял ледяной склон крутой скалы, по форме напоминающую скошенную драконью голову, - Тоже не то, - пробормотал проводник, «листая» пространство, словно огромную книгу, - Вот, нашёл, - подавшись вперёд, он выровнял «зеркало» так, чтобы пространства Итариса и мира за чертой совпали, - Это наша остановка.

Ишай вытер выступивший на лбу пот и шумно выдохнул. Сведя руки на груди, он пропел короткую, но удивительно красивую мелодию.

- Вот для этого я и нанял проводника, - отец Отто усмехнулся и похлопал обомлевшего Арти по плечу.

- Мы почти на месте, - Ишай уже успел вернуться на своё место на козлах, и Брусника неторопливо двинулась вперёд. - Это единственный путь через старые штольни, в обход драконьего гнезда, - он указал путникам на открывшийся их взорам узкий проход в скале. В самом конце истинской битвы, когда орки, пытались добить гномов, последние, отступая, пошли через этот перевал. Поговаривают, что там целый лабиринт, заговорённый колдунами ещё в древности. Сотня Гогра ринулась вслед за коротышками и сгинула вместе со своим грозным предводителем. Тогда-то эти места и прозвали «Бездонное кладбище».

Слова проводника исчезали в бурлящих глубинах бездонной пропасти, заглушённые грохотом стремительной горной реки. Извиваясь по крутому перешейку, она несла вниз лавину ледяной воды, легко дотягиваясь своими колючими брызгами до утомлённых путников.

- Когда-то здесь добывали руду и золото, - отец Отто протянул руки и потрогал шершавый бок скалы, с уходящими высоко вверх тонкими желтоватыми прожилками. Кое-где всё ещё можно было рассмотреть рваные раны, оставленные мощными гномьими кирками на древнем горном массиве.

- Коротышки предприимчивые малые и так просто не откажутся от прибыльных разработок, – Арти отложил в сторону карту. Телега всё замедляла и замедляла ход и, наконец, совсем остановилась, - Что же их остановило?

- Завал, - констатировал Ишай, с трудом перекрикивая грохот бурных вод горной реки.

- Что? – Арти высунулся из телеги.

- Впереди завал. Всё, приехали, - проводник спрыгнул с козел на землю и несколько раз присел, разминая ноги, - Дальше дороги нет, - он запрокинул голову, разглядывая высоченную груду камней, словно специально сложенную здесь неведомым шутником-великаном, - Интересное дело. Не слышал, чтобы в последнее время здесь был обвал или камнепад.

- Боюсь, что это не простой завал, - святой отец тоже выбрался из-под тента и теперь недовольно смотрел на преграждающие им путь камни, - Это послание. Или предупреждение.

- Предостережение, - прошептал Ишай, оглядываясь назад, на пройденный ими путь, - Кто-то очень не хочет, чтобы мы продолжали этот злосчастный поход.

В нескольких шагах от заваленного входа в тоннель валялись два сгнивших деревянных колеса и почерневшая тряпка, из которой острыми клыками торчала пара старых досок и сломанная ось.

- А есть обходной путь? – Арти проверил седельные сумки и достал походную флягу.

- Нет! Это единственная дорога, минующая драконье гнездо, - проводник улыбнулся, не в силах скрыть вздох облегчения. Подойдя к обрыву, он с опаской заглянул в пропасть и носком сапога сбросил в бурлящие воды небольшой камушек, - Придётся поворачивать назад.

- Я помогу вам пройти, чужестранцы.

Зашуршала, осыпаясь, каменная крошка и на узкий горный серпантин вышел высокий седовласый старик в древних боевых доспехах. Испещрённые глубокими вмятинами и многочисленными сколами, латы были слишком громоздкими, для его худощавого телосложения. Казалось, их совсем недавно сняли с плеча могучего великана, ветерана войны Арии и заключили в них этого почтенного старца. Покрытые застарелой ржавчиной и грязными буровато-рыжими подтёками, доспехи выглядели так, словно нерадивый оруженосец рыцаря не чистил снаряжение целую вечность.

В одной руке пожилой мужчина держал приплюснутый шлем с покорёженным забралом, украшенный потрёпанным синим пером, через другую была перекинута перевязь со щитом. В глазах измождённого воина читалась такая грусть и усталость, что у отца Отто сжалось сердце.

- А вот и наш третий мудрец, - Жрец подтянул верёвку, опоясывающую его длинную рясу, и заковылял к едва стоявшему на ногах рыцарю, - Кто вы, сударь?

- Сэр Леонель барденский, - старец гордо вскинул острый, поросший редкой пегой бородой, подбородок и расправил плечи. Удивлённо скрипнули ржавые латы, - К вашим услугам, благородный путник. Зовите меня Лео, - он подслеповато прищурился, изучая попутчиков святого отца, - Мне кажется, - его взгляд снова остановился на Жреце, на миг затуманился и тут же прояснился, - Я уже где-то видел вас. Но последнее время глаза по необъяснимой причине стали подводить меня, - рыцарь рассеянно улыбнулся.

- Что привело вас в эти опасные земли, сэр Лео? – увидев смятение на морщинистом лице старца, священнослужитель поспешил прийти к нему на помощь.

- Обет, - глаза рыцаря болезненно заблестели, он пошатнулся, но устоял на ногах, опершись о телегу затянутой в кольчужную перчатку рукой, - Я должен выполнить его любой ценой. Это дело чести! Столько людей ждут моего возвращения!

- Безусловно, - святой отец с пониманием покивал. Обойдя рыцаря кругом, он придирчиво изучал его доспехи. Особенно Жрец заинтересовал герб, красующийся на потрескавшемся щите, висевшем на спине сэра Леонеля: красный вепрь с тремя белоснежными клыками, раздирающими солнечный диск, - И в чём заключался ваш обет?

- Я… я, - сэр Лео запнулся, хмуря широкие кустистые седые брови, - Не помню… Но я обязательно должен вернуться в Барден и возвратить жителям пропажу.

Приподняв тент своей старенькой телеги, священнослужитель извлёк из походной сумки обвязанную сеткой бутыль из тёмного стекла и глиняную кружку с отколотой ручкой.

- Выпей, - отец Отто вытащил из бутыли толстую пробку, наполнил кружку и протянул её старцу, - Это вино настояно на лечебных травах.

- Благодарю тебя, чужестранец, - сэр Леонель взял кружку в подрагивающие руки и, сделав большой глоток, закашлялся, - О-ох…

Священнослужитель кивнул в ответ и, спрятав бутыль обратно, извлёк из своей походной котомки полоски вяленого мяса и хлеб и угостил рыцаря.

- Вы можете провести нас в Сатари-канти, сэр Лео? – Арти старался говорить как можно громче, чтобы старик смог его расслышать.

- Чудное название для города. «Сатари-канти», - старец попробовал слово на вкус и похоже оно ему понравилось.

- Так испокон веков зовётся город, к вратам которого ведёт этот тоннель, - Артур указал на заваленный камнями проход в скале.

- Боюсь, что вы сбились с дороги, славные путники. Или же за морем Керчи даже города зовутся по-другому! – воскликнул рыцарь, удивлённо качая головой, - «Сатари-канти», - медленно повторил сэр Леонель, - «Цена души».

Арти вздрогнул, услышав до боли знакомое название.

- Так это название переводится с алатойского, языка моих далёких предков, - старец нахмурился, задумчиво пожёвывая губами, - Мёртвый язык, мёртвого народа… Очередной… Да… Хм… Долгое время, мой отец по заказу реальдийцев пытался расшифровать старинные тексты, найденные в этих пещерах в позапрошлом году, - старец кивнул на вход в тоннель, скрытый за сплошной каменной стеной, - Мама помогала ему.

- Алаторцы же…, - Артур резко замолчал, когда Жрец, как бы невзначай, достаточно болезненно наступил ему на ногу.

- Отец родился в небольшом селе на юго-востоке Релити и перебрался сюда после победы в трейдвальском турнире, - неспешно рассказывал сэр Леонель, - Повстречав маму, он обзавёлся семьёй и вскоре стал Старостой нашего славного города.

- Ты сказал, что можешь провести нас через тоннель, - священнослужитель осторожно напомнил скорому на длинные рассказы старцу о его недавнем обещании.

- Да, да, конечно! - рыцарь оживился и часто закивал.

- Мы будем благодарны тебя за помощь, - Жрец отошёл в сторону, пропуская сэра Леонеля вперёд, - Помоги нам, и мы с удовольствием сопроводим тебя в Барден.

– Сопроводить? Ох, нет. Я проведу вас этой ночью, - старец задумчиво смотрел на груду камней, преграждающую им путь, и в глазах его блеснула искорка далёкой молодости, - А сам останусь здесь.

- Отчего же тебе не пойти вместе с нами? – вежливо поинтересовался священнослужитель.

- Я страж этого места, - торжественно заявил сэр Лео, подняв вверх узловатый указательный палец, - Моя миссия охранять всех вас от …, - он замолчал и нахмурился.

- А как же обет? – удивлённо поинтересовался Арти, но, встретившись с затуманенным взглядом рыцаря, замолчал.

- Обет? Хм-м, – старец почесал в затылке, тревожа редкие седые волосы, - Да… Дело чести! Хм-м… Надо торопиться… Хм…

- И от чего же ты охраняешь нас, сэр Лео? – отец Отто снова подошёл к завалу и положил руку на один из камней.

- Вы увидите, - рыцарь провёл ладонью по шершавой поверхности щита и улыбнулся, - Скоро всё увидите.

- О чём говорит этот обезумевший старик? - Ишай, всё это время сидевший в повозке и неторопливо допивающий бутыль дешёвого вина, которую он прихватил из трактира, высунулся из-под тента.

- Что-то держит здесь этого славного рыцаря, привязав к тоннелю, словно жертвенную зверюшку на убой, превратив его жизнь в бесконечный липкий кошмар, - тихо проговорил отец Отто.

В глазах Жреца читалась удивительная смесь сострадания и удивления, словно то, что произошло со странным рыцарем, просто не укладывалось у него в голове.

- Барден никогда никого не отпускает навсегда, - он покачал головой, с жалостью глядя на старца, восторженно наблюдавшего за радугой, расчертившей небо над глубокой голодной пропастью, - Как давно ты не можешь попасть домой, сэр Лео?

- Несколько дней, я полагаю, - Леонель встрепенулся, и, вспомнив про хлеб, с удовольствием принялся за еду, - Но сколько раз я не пытался уйти, дорога постоянно выводит меня к этому проклятому тоннелю. Вчера я попробовал вернуться назад в Барден. Смиренно рассказать жителям, что миссия провалена, и я не смог вернуть их пропажу в срок. Но что-то в недрах горы загрохотало, и проход закрылся, не желая пропустить меня домой, - старик сел на огромный камень прямо у обрыва и положил на колени свой рыцарский меч, - Вечером, когда я совсем отчаялся, в горе открылся узкий проход. Увы, но в тот день мне не суждено было попасть на ту сторону. Они не пустили меня. А к утру проход затянулся, словно гнусная заживающая рана. На следующий день всё повторилось вновь. Думаю, сегодня нас снова ждёт похожее представление. И я не удивлюсь, что всё это проказы того вздорного воришки!

- О ком вы? – Жрец приложил ладонь козырьком ко лбу и внимательно наблюдал за алым закатом.

- Сынок Ликаи стащил у Старосты все души, которые мы приготовили на продажу, - раздражённо ответил пожилой рыцарь и с досадой стукнул кулаком по колену, - Паршивец сорвал сотни сделок!

Арти потрясённо молчал не в силах осознать услышанное.

- Вы собирались продавать души? Вы все?! Целый город? – голос Артура сел и он шумно сглотнул. Юноша пристально вглядывался в подслеповатые глаза старца, но вопреки ожиданиям они лучились добротой и участием, - И свою тоже?

- Вы говорите об этом так, словно это страшное преступление, юноша, - рыцарь хрипло рассмеялся и, наклонившись, прошептал: - Это идеальная сделка. Вы же не верите во все эти глупые россказни? Как можно продать то, чего не существует? Это был такой … эксперимент.

- Эксперимент?! – вырвалось у Артура. Юноша схватился за голову: «Целый город!» - Но зачем?

- Наш Староста вроде как заключил сделку, - сэр Лео пожал плечами, видимо удивляясь непонятливости молодого человека, - Все горожане простились с душами в обмен на значимые Дары. Для каждого свой, да… Все кроме одного мальчишки... Как же его звали? – он нахмурился, вспоминая, - Забыл.

- Но это же сотни душ! - Арти закрыл глаза и потёр переносицу, - Что им предложили взамен?

- О! Всё что угодно, - старец заулыбался, открыто глядя на молодого человека, - Свершись сделка, жители Бардена стали бы самыми богатыми и счастливыми людьми на всём белом свете! Но боюсь, мало кто из них действительно верил в реальность происходящего. Просто, подшутили над заезжими путниками. В городе развлечений стало мало, вот все и со скуки маялись. Где же это видано, чтобы за простую подпись на глупой бумажке, человек мог получить Дар и виртуозное Мастерство? Глупость какая. Шутка заезжего шарлатана, спор, затеянный молодой парой в трактире дядьки Крэна… Бумажка в обмен на счастье. Вот, - он спохватился и извлёк из сумки длинный пожелтевший от времени свиток, - Это мой договор.

- Можно взглянуть? – Арти вздрогнул, ощутив жар на запястьях. Старец кивнул и протянул ему договор. «Ай, да, Оз! Целый город! Как же тебе это удалось?»

Юноша не дышал и разворачивал свиток с трепетом и благоговением, опасаясь повредить хрупкий документ.

Перед Артуром предстал стандартный договор. Он и сам составил сотни таких же бумаг на протяжении своей казавшейся бесконечной жизни. Душа в обмен на заранее оговорённые блага. В данном конкретном случае сэр Леонель Типрик менял бушу на Дар «Искусного владения двуручным мечом и трёхлитровый бочонок тиртанского светлого пива». Арти улыбнулся. Дата. Почти шесть столетий минуло с того дня! Долго же сэр Леонель штурмует свою преграду, свято веря, что с памятного поручения прошло не больше нескольких дней. Подпись. Улыбка медленно слетела с губ молодого человека. Так тает первый снег, впервые выпавший ранней осенью.

- Вы же могли расторгнуть договор? – у юноши перехватило дыхание, - Вот! - он указал на один из последних пунктов договора.

- Да, - сэр Лео подслеповато прищурился, припоминая, - Нам было дано семь дней, чтобы отказаться от сделки.

- И что бы произойдёт потом?

- Когда выйдет срок? – старец равнодушно пожал плечами, - Полагаю, они покинут город. Но у меня ещё есть время! – заверил их сэр Леонель, - Пара дней в запасе.

- Семь дней? – рекрутер перевёл взгляд на молчаливого Жреца, - Так вот когда был переименован ваш Орден.

- Возможно, - уклончиво ответил святой отец.

- Кому вы продали свою душу, сэр Лео? – Арти говорил быстро и сбивчиво, словно опасаясь, что в следующий миг неразборчивая, но очень красивая подпись с кокетливой завитушкой в конце просто испарится.

- Милой леди, - рыцарь улыбнулся, и слегка покраснел, окунаясь в водоворот памяти, - Прекрасной златовласке, в длинном изумрудном платье, и тонкой белой лентой в волосах.

- Когда она приехала в Барден?

- Накануне, - старец нахмурился, вспоминая, - Девушка была не одна. С ней приехал молчаливый темноволосый юноша. Ах, как он смотрел на неё! Я никогда не видел столько любви в простом человеке. Красивая пара, совсем ещё молодая. Они остановились у Крэна. А потом златовласка предложила Старосте сделку.

- Я не понимаю, - прошептал Артур, удивлённо глядя на непривычно молчаливого Жреца, - Она? Но кто?

Отец Отто осторожно забрал у Арти свиток и пробежав глазами по ровным строчкам, и, так же как и юноша, остановился на подписи.

- Любопытно.

- Вы знаете, чья она?

- Я не уверен, - он свернул договор и прищурился. Внимание священнослужителя привлекла неровность на горном массиве. Жрец осторожно провёл рукой по шершавой поверхности скалы. Осыпалось мелкое крошево и на камне проступили два переплетённых рисунка, - Знаешь, что это?

- Это знак «Изначальный свет», а это – «Уводящая тьма». Сильный оберег и чудовищное проклятье, - отозвался юноша, внимательно изучая символы, - Но я никогда не видел, чтобы их рисовали вместе.

- Их нарисовал тот старичок, - сэр Лео привстал, разглядывая замысловатый рисунок, - Красиво, правда? Вначале они даже светились по ночам, а потом перестали, - расстроено добавил старец.

- Какой старичок? - отец Отто нахмурился, медленно покачиваясь с носка на пятку.

- Старик и старуха. Они приехали на крошечной телеге, направлялись в Барден торговать пряностями. Ждали меня тут, вот на этом камне, - рыцарь похлопал сухой ладонью по булыжнику, на котором всё это время сидел, - Увидев меня, старушка очень обрадовалась и начала расспрашивать, не передумал ли я продавать душу? Помню, меня очень удивило, откуда пожилой товарке известно о нашей хитрой задумке, – он пожал плечами, - Я заверил её, что был бы последним глупцом, упустив такую выгодную сделку.

- А они? – подал голос изрядно захмелевший Ишай.

- По-разному восприняли известия, - припомнил сэр Леонель, - Но оба сразу же ушли, да-а. На следующий день они вернулись, - брови старца сошлись на переносице, - Мне так кажется… И на следующий день тоже. Позавчера они приходили в последний раз. И каждый раз старушка задавала мне один и тот же вопрос. «Не передумал ли я продавать душу?». И когда я в очередной раз ответил: «Нет», они ушли. На этот раз навсегда. Старичок долго смеялся, чуть ли не танцуя от радости, а старушка горько плакала, повторяя: «За бесценок».

- За бесценок, - прошептал отец Отто и резко выпрямился. Закрыв глаза, он сжал кулаки, пытаясь унять дрожь в пальцах.

- Что-то не так? – участливо поинтересовался старец, заглядывая священнослужителю в лицо. В недрах горной реки послышался треск, и в воду упало старое дерево.

Жрец медленно выдохнул и, бросив быстрый взгляд на останки телеги, валяющиеся у входа в тоннель, мягко поинтересовался: - Вы выросли в Бардене, сэр Лео?

Леонель кивнул и заулыбался, радуясь, что его новый знакомый снова прибывает в хорошем расположении духа и начал неторопливый рассказ.

- Наше с Ликаей, моей старшей сестрой, детство прошло в холодных стенах замка Артсбург, фамильном гнезде одного лендлорда, чей род зачах, и в один прекрасный день крепость просто опустела, заброшенная и всеми забытая. Окружённый глубоким рвом, замок был построен на самом высоком из пяти холмов, которому и примостился наш славный городок. Заморские строители поработали на совесть и стены неприступной обители частенько отражали не всегда дружеские визиты неспокойных соседей. Отец выкупил его у тогдашнего старосты Бардена.

Сейчас под покровом вечера погружённый в свои воспоминания, рыцарь заметно помолодел и выглядел ровесником отца Отто.

- Замок оказался самым маленьким в округе и за глаза был прозван Волшебным Светлячком. Но приглашённый отцом зодчий не зря ел свой хлеб и перестроил крепость на зависть заморским архитекторам. Красивый, с миниатюрными резными башенками и двойным подвесным мостом, Артсбург снискал славу самого изящного строения в округе. Ночью, когда на небо опускалась луна, великолепные витражи, украшавшие окна северной стены, переливались всеми цветами радуги. Необычная система подсветки, сооружённая отцом, превращала замок в волшебное царство света и сверкающего хрусталём хоровода блестящих огоньков, отражённых специальными разноцветными фонариками.

К нам частенько заглядывали чародеи, надеясь вызнать секрет этого чуда камня и света. Выкупить тайную формулу или хоть одним глазком взглянуть на чертежи. Но отец был непреклонен. Ему давно надоело объяснять всем подряд азы его любимого увлечения – науки.

После того, как матушка умерла, а сестра вышла замуж и уехала жить в дом супруга, отец с головой окунулся в мир колбочек, разноцветных взрывоопасных порошков, небезопасных экспериментов и рискованных заклятий, свитки с которыми он привозил из своих бесконечных путешествий или выменивал у бродячих волшебников. Пока в один прекрасный день, он просто не исчез вместе со своей любимой лабораторией, завистью всех столичных колдунов и чародеев, и всем её содержимым.

- И стены тоже? - брови священнослужителя удивлённо взлетели вверх.

- Что? – сэр Лео вздрогнул и непонимающе посмотрел на Жреца.

- Стены лаборатории. Или исчезли лишь вещи, мебель и снадобья?

- Ах, это, - пожилой рыцарь покачал головой, - Пропала только стена с высоким окном, на котором отец любил рисовать замысловатые знаки и письмена.

- А что стало с библиотекой вашего батюшки? – Жрец подался вперёд, с жадностью ловя каждое слово их случайного попутчика, - Он наверняка подробно описывал все свои научные изыскания. Его записи? Они остались нетронутыми?

- Вы не первый кто интересуется его записями. Да-а… Библиотека исчезла вместе с отцом, - старец грустно вздохнул, тяжкие воспоминания всё ещё расстраивали его. Замерев, он закрыл глаза и, склонив голову на бок, и прислушался, - Начинается! Приготовьтесь.

Сэр Леонель торопливо поднялся на ноги, надел на голову шлем и громко щёлкнув забралом, обнажил меч.

- К чему? – с тревогой спросил отец Отто, поворачиваясь к скале.

- Сейчас вы всё увидите. Сейчас…

Воздух завибрировал, и по крутому серпантину дороги прошла лёгкая дрожь, которая усиливалась с каждой секундой. Грохот нарастал, и ранний вечер в единый миг сменила непроглядная завеса тьмы. Камни, преграждающие проход, пошли тонкой рябью, раскалились докрасна, осветив вход в тоннель алым заревом, и начали медленно растворяться.

Глава 3

Погружённый в вечную тьму Барден умирал, медленно, но неотвратимо, из последних сил цепляясь за ускользающий подол жизни. Всё в его облике кричало о приближающейся смерти: узкие заваленные мусором улицы, откормленное уверенное в своей силе и правоте вороньё, кружащее над выкинутыми на обочину трупами, заколоченные отсыревшими тёмными досками окна невысоких домов, покосившиеся виселицы у городских ворот: сгнившие чёрные они скрипуче раскачивались, баюкая в своих объятьях истлевших мертвецов.

Ошалевший ветер гонял по улочкам горький запах горя, страха и обречённости. Вдалеке слышался мерный гулкий звон далёкого колокола на старой полуразрушенной колокольне. Он не замолкал ни на мгновение и местные жители уже давно привыкли жить под его ожесточённый обречённый набат. Закрытые плотными тентами телеги, из которых свисали почерневшие руки покойников или, чем Тёмный не шутит, ещё живых людей, стояли прямо посреди городской площади. Никто не собирался проводить ритуал «очищения душ» и предавать тела умерших земле. Запертые в тюрьму из мёртвой плоти, костей, и остатков одежды, души были обречены на бесконечную муку, живущую в пустых глазницах умерших. Так продолжалось до того момента пока они не отчаивались и тогда на свете становилось на одну «переродившуюся» душу больше.

Измученные, уставшие от такого существования горожане, завернув лица плотными платками, передвигались короткими перебежками, испуганно вздрагивая от каждого шороха. Исхудавшие, затравленные они шарахались от наводнивших улицы некогда красивого и спокойного города головорезов и сумасшедших.

Мимо уставших путников, монотонно шлёпая по склизким застоявшимся лужам, катили свои повозки сборщики барахла. Они быстро обыскивали лежавших на мостовой мертвецов, забирая всё от редких ценностей до дырявых сапог.

И тут, ударив в последний раз, колокол затих.

Стоило телеге отца Отто, чудом пережившей последние часы их рискованного путешествия, выкатиться на мостовую Бардена, как всё вокруг замерло, и в воздухе повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь ленивым поскрипыванием несмазанных колёс и размеренным цокотом копыт, запряжённой в повозку Илты. Город настороженно разглядывал чужестранцев, незаметно обнажая мечи и заряжая болты в арбалеты.

- Вот мы и на месте, - Жрец надел перчатки, пряча от барденцев кольцо Риальды, и накинул на лежавший у его ног окровавленный топор, грязную тряпку.

Они миновали покосившуюся табличку, щедро измазанную землёй и запёкшейся кровью. Илта остановилась и попятилась, чуя вездесущий запах мертвечины. Дорогу преграждала невысокая баррикада из сгоревших брёвен, почерневших досок и острых кольев, направленных на высоченные распахнутые городские ворота города. Чуть поодаль, рядом с воротами, располагалась похожая преграда, но на этот раз острые колья были направлены на город.

- «Ты в Бардене, путник. Мы рады гостям» - громко прочитал Арти выцветшую надпись на доске и, подойдя к преграде, толкнул её ногой. Конструкция пошатнулась и медленно рассыпалась, подняв в воздух грязь и мелкий сор.

Сидевший на табличке огромный ворон скосил на юношу чёрный глаз-бусинку и громко провозгласил «Ра-а-ады!». Довольно каркнув, он тяжело поднялся в воздух и улетел.

- Слышишь? – отец Отто вытер рукавом вспотевшее лицо и огляделся, - Нам рады.

- Как же они здесь живут? - юноша неторопливо прошёл вперёд и остановился рядом с небольшим костерком, у которого, сбившись в плотное кольцо, грелись трое оборванцев.

- Ты называешь это жизнью? – Жрец с горечью усмехнулся, - Лестное утверждение.

- После того, что произошло в тоннеле, я даже не надеялся встретить здесь живых людей, - признался Артур и сделал большой глоток из фляги, которую осталась им в наследство от Ишая. Закашлявшись, он глубоко вздохнул. Оказывается, проводник возил с собой в дорогу забористый гномий самогон.

- А зачем они, по-твоему, отгородились от внешнего мира такой высокой стеной? – отец Отто махнул рукой куда-то назад, на древние развалины, оставшиеся от городских стен, разделённых распахнутыми створками ворот. Забрав у юноши флягу, он одним махом осушил её.

- Они не хотели, чтобы сюда попало то, что живёт за этими воротами, - предположил молодой человек, осматриваясь.

- Или наоборот, не хотели выпустить из Сатари-канти то, что поселилось за стенами их родной обители, - прошептал священнослужитель и поспешил вперёд, - Похоже, от города отвернулась не только Светлая, но и Тёмный не безосновательно побаивается заглядывать в эти края. И, простят нас Творцы, мы не сделали его лучше.

- Мы спасали собственные жизни, - Арти вздрогнул, вспоминая недавнее сражение. Перед глазами замелькали клыки, ужасные морды, окроплённое потемневшей кровью оружие и редкие вспышки света.

- Я убил три десятка…, - отец Отто запнулся и шумно сглотнул, - человек. Я не должен причинять вред смертным. Это неправильно.

- То были уже не люди, - юноша аккуратно потрогал выбитое плечо и поморщился, - Оборотни, вурдалаки, «поднятые», и прочие неведомые чудища… Все они давно мертвы. А их души нарасхват распродаются на Оборотном рынке.

- Кто-то сделал их такими, и я не в силах представить силы колдуна, способного на столь расточительные затраты жизненной энергии, - Жрец без труда оторвал табличку приветствия и бросил её в огонь.

- «На этого колдуна у меня большие планы», - подумал Арти, рассеянно наблюдая за действиями святого отца, а вслух сказал: - Я постараюсь отыскать дом старосты. Возможно, он сможет пролить свет на происходящее.

- Иди, мальчик, - отец Отто кивнул, и устало прикрыл глаза, - Я постараюсь отыскать местный приход Ордена и его каноника. У него и встану на постой на первое время. Если понадобится, я отыщу тебя.

- Возьмите телегу, а когда найдёте приют, просто отпустите Илту и она сама вернётся ко мне, - посоветовал Артур и хлопнул рукой по борту тележки, - Старушка ещё долго прослужит. Пережив такой бой, она просто обязана ещё несколько лет возить вас из города в город или…

Словно в подтверждение его слов телега предсмертно затрещала, будто огромное падающее дерево, оси треснули, и транспортное средство развалилось на части.

- … или нет.

Глава 4

Как только проход в скале открылся, лицо сэра Леонеля, растянулось в ужасном зверином оскале, а глаза загорелись хищным огнём предвкушающего знатную битву воина. Старый рыцарь стремительно молодел, словно свет, идущий из тоннеля, срывал годы с его морщинистого лица, забирая их себе и возвращая давно ушедшую молодость.

- Каждый день они пытаются пробиться на волю, - голос Леонеля креп, эхом отражаясь от далёких стен полыхающего тоннеля, - Но я не допущу этого!

На дорогу выползли толстые подвижные щупальца густого молочного тумана. Уверенно продвигаясь вперёд, он поглощал все звуки и краски, встававшие на его пути. Стоило взмахнуть мечом, как в тоннеле, словно почувствовав близкую битву, завыли, зарычали и захрипели сотни глоток.

Видит Светлая, Артур был совершенно не готов к тому, что произошло следом. Небо заволокло рыхлыми кроваво-чёрными тучами, и из открывшегося прохода повалила нечисть и мертвечина.

- Вам не место в этом мире! – отважный рыцарь взмахнул мечом, целясь в шевелящиеся щупальца тумана. В пелене мелькнула тень, противно чавкнуло и что-то упало в пропасть, огласив своё падение далёким всплеском воды.

«Поднятые», вампиры, «изменённые», перевёртыши шли, ползли, бежали навстречу хохочущему от счастья Леонелю. Казалось, что в одном месте собралась вся нечисть, обитающая в Итарисе. Туман продвигался всё дальше и дальше и несколько минут спустя они уже бились практически вслепую в полной тишине.

Присмотревшись, Арти разглядел, что в отличие от обычных «поднятых», их мёртвые противники прошли через удивительные перевоплощения. У многих монстров вместо рук из плеч торчали уродливые поросшие редкими перьями крылья или огромные клешни; другие, словно не успевшие до конца перевоплотиться оборотни, опирались на две лохматые лапы и две человеческие ладони, другие лысые бледные с выпирающими из-под синюшной кожи костями, шипели рассерженными змеями, демонстрируя длинные острые клыки.

Первой жертвой этой вакханалии стала обезумевшая от страха Брусника, которую просто разорвала первая волна нечисти. Следующим был Ишай. Можно сказать, что проводнику повезло. Увидев поток чудовищ, хлынувших из открывшегося прохода, он ринулся назад к телеге и, оступившись, сгинул в пропасти. Его угасающий крик ещё долго звучал в ушах Арти, удивительным образом пробиваясь сквозь густой туман.

- Это даже к лучшему, - отец Отто осенил пропасть знаком «Покоя» и выхватил из сумки проводника топорик, которым тот наверняка частенько рубил хворост для костра. Поудобнее перехватив его, Жрец начертил оружием в воздухе витиеватый знак и выкрикнул заклятье. Топор засверкал ярким слепящим факелом, разгоняя мутную пелену.

Арти обнажил меч и, срубив первому «поднятому» голову, обернулся. Плечом к плечу к сэру Леонелю стоял отец Отто и крошил восставших с мастерством опытного мясника, прорубая дорогу вперёд, к далёкой белой точке – выходу из тоннеля.

- Лео!

Но рыцарь не слышал оклика юноши. Он хохотал, собирая своим мечом кровавую жатву, не зная пощады и отдыха.

- Обернись!

Пробившийся к сэру Леонелю, полуистлевший покойник проворно кинулся на рыцаря и, удивительным образом пройдя сквозь него, полетел в пропасть на встречу к безвременно почившему Ишаю. Арти подскочил словно ошпаренный, и осенённый неожиданной догадкой, взмахнул мечом. Оружие не почувствовав никакого сопротивления прошло сквозь Лео, так же как сквозь него проходили ожившие мертвецы. Они тянули к нему свой истлевшие руки, но не могли причинить вред так, словно перед ним стоял призрак.

- Ты заманил нас в ловушку, старик! - не в силах сдержать приступ ярости, Артур со всей силы ударил Леонеля рукояткой меча по лицу. К всеобщему удивлению голова мужчины дёрнулась, из носа хлынула кровь. Рыцарь пошатнулся и отступил на шаг, ошарашено тряся головой.

- Я думал ты…

- Дух?

Сэр Лео обернулся и прочертил мечом широкую смертельную дугу, кромсая чудищ не хуже вошедшего в раж отца Отто.

- Приведение? – новый взмах и в тоннеле стало значительнее просторнее, - Нет. Сама Светлая заговорила меня! Я непобедим! Они не могут причинить мне вред! – он снова расхохотался и Арти попятился. В глазах рыцаря плавилось золото безумия, - Перед тобой страж покоя простых смертных славного королевства Итарис! Только я могу сдерживать всю эту нечисть за стенами проклятого тоннеля! И никто не в силах причинить мне вред.

- Что ты такое? – прошептал Артур, отшатываясь.

- Я есть Её Орудие! Меч карающий! – сэр Лионель больше не слушал молодого человека. Его клинок, сверкая синевой холодной стали, нёс смерть и разрушение.

- Да ты в конец свихнулся, братец.

Арти громко выругался. Вот только сошедшего с ума попутчика им сейчас и не хватало до полного счастья. Юноша обернулся, выискивая Жреца.

- Он проклят, Артур, - отец Отто тяжело дышал, держа в руках скользкую окровавленную рукоять топора, - Заперт в ловушке этого тоннеля до того момента, пока не выполнит свой обет. Если он уйдёт, землю действительно наводнят полчища нечисти. Но вопрос в другом - не является ли этот несчастный воин причиной всего происходящего?

- Думаете, всё это происходит из-за него? – юноша снёс голову ближайшему «поднятому» и поудобнее перехватил рукоять меча.

Мертвецы отошли на прежние позиции, готовясь к новому броску.

- И из-за него тоже, - устало проговорил священнослужитель, вытирая руки о полу своей рясы. Воспользовавшись короткой передышкой, Жрец вернулся назад и вскоре тоннель огласил бодрый стук лошадиных копыт.

Как Жрец сумел уговорить Илту впрячься в телегу, для Арти так навсегда и осталось загадкой.

- Следуйте за мной! - сэр Леонель раскрутил свой меч, словно чудовищную несущую неминуемую смерть мельницу, и пошёл вперёд, - Я проведу вас!

Арти, повинуясь боевому азарту, ринулся вслед за рыцарем. За ним лихо, управляя телегу, мчался отец Отто.

Стоило Арти переступить границу, отделяющую зловеще мерцающий тоннель от мёртвого лесного массива, окружающего Сатари-канти, как вся нечисть исчезла без следа, словно её никогда и не было. Вместе с ней пропал и храбрый сэр Леонель, словно его никогда и не было.

- Мы должны вернуться за ним! – Арти сделал шаг назад, к чёрному провалу тоннеля.

- Постой, - отец Отто удержал его за плечо, - Пока город проклят, сэр Лео должен защищать остальной мир от того, что породил Сатари-канти, или Барден, как привык его называть наш невольный проводник, за все эти годы. Я уверен, что окажись мы следующим вечером по ту сторону тоннеля, нас обязательно встретил бы застенчивый пожилой мужчина в старинных доспехах, который, конечно же, предложил нам, уставшим путешественникам, свою помощь и рассказал свою сказочную историю, так похожую на правду.

- Мы освободим его, - Артур хмуро посмотрел на гостеприимно зияющий вход в тоннель и повернулся к нему спиной, - Но сначала, я должен, - он замолчал, поражённо глядя на безмолвную стену леса.

Ему и раньше приходилось видеть мёртвые растения, даже целые поляны, поражённые неведомой приставучей заразой, но этот лес казалось, впитал в себя всю существующую в Итарисе тьму и безысходность. Ни живого существа, ни звука, ни лучика солнца, ни дуновения ветерка. Лишь мрачные безмолвные сумерки, казалось, навсегда поселились в этих негостеприимных местах.

- Плохое место: больное, умирающее, - отец Отто покачал головой и, откашлявшись, подался вперёд: - Поехали, дорогуша, - попросил он Илту, и лошадь, понимающе фыркнув, послушно потащила вперёд скрипящую повозку.

Дорога до городских ворот прошла в полном молчании и к удивлению Арти без каких-либо происшествий, и уже через четыре часа они оказались у огромной разрушенной стены, некогда защищавшей жителей Сатари-канти от чудовищных жителей мёртвого леса. На земле лежали сотни, если не тысячи трупов, некоторые из которых не только шевелились, но и пробовали ходить.

- Думаете, всё ещё можно исправить? - Арти говорил, вытирая руки и меч о кусок валявшейся на полу мешковины, - Когда Светлая вернётся...

- Если ей будет куда возвращаться, - голос Жреца дрогнул. Он остановился, и, подняв голову, посмотрел на свинцовое небо, - Знаешь, - святой отец замолчал, собираясь с мыслями, - Очень скоро, мне может понадобиться твоя помощь. Придётся… немного подыграть мне.

- Моя помощь дорогого стоит, - пошутил Арти. Юноша спрыгнул с телеги, и, накинув на голову капюшон, пошёл пешком.

- Думаю, мы сможем договориться, - отец Отто понимающе покивал, восприняв слова молодого человека всерьёз, - Много лет назад, я совершил не то чтобы ошибку, - он смущённо улыбнулся, - скорее не совсем обдуманный поступок…

Начинался дождь.

Глава 5

- А ну-ка стой!

Прямо под копыта Илты бросилась закутанная в грязное тряпьё женщина. Лошадь дёрнулась, раздумывая, стоит ли вставать на дыбы или просто проигнорировать глупого человека и недовольно заржала.

- Жить надоело? - Арти наклонился вперёд и прищурился, всматриваясь в измождённое осунувшееся лицо.

- Жить? – из тряпья послышался хриплый смех, - Разве это жизнь?

Взгляд раскосых глаз нищенки затуманился, старуха проворно подскочила вверх, схватила Артура за ногу и резко потянула на себя.

- Беги отсюда, парень! – она громко взвизгнула, - Спасайся! Наш город присмотрел для визита сам Тёмный! Видишь уже почти всё готово!

- Вряд ли Тёмный польстится на такое захолустье, - Арти схватился за луку, чтобы не свалиться, - У него для этого есть…, - он хотел сказать, что «для этого у него есть я», но вовремя прикусил язык.

- Ты пришёл освободить нас, чужак? Светлая послала тебя к нам для спасения? Она наконец-то вспомнила о своих детях и разрешила нам всем умереть?! – в глазах нищенки зажёгся лихорадочный огонь безумия, – Или ты слуга Тёмного? – с подозрением спросила она и в руках старухи блеснула полоска стали, - Тогда ты умрёшь, уж об этом я позабочусь!

Мимо разбрасывая в разные стороны жижу грязи, пробежала стая огромных крыс. Они догоняли худого облезлого кота, удирающего от них на всех порах.

- Я не слуга, - отрезал юноша, с трудом отцепляя руки старухи от стремян Илты, - Я посланник, - не уточняя, чей именно, юноша обернулся, - Где дом старосты?

- А зачем тебе? – недоверчиво глядя на молодого человека, нищенка зябко передёрнула плечами.

- У меня есть к нему деловое предложение.

- Он никого даже на порог дома не пускает, - казалось, женщину удовлетворило подобное объяснение, - Закрылся на замок, закупорил все окна и носа их дома не кажет. А тут чужак пожаловал! Ха! Погонит он тебя взашей, парень.

- Меня он примет, - уверенно произнёс Артур, - Надеюсь, страх смерти ещё не успел отбить у него инстинкт самосохранения.

- Путь-дорога, раз смелый. Здесь недалеко. Рядом с городской ратушей, - ответила нищенка и яростно зачесалась, - Третий дом слева по улице – это как раз жилище нашего старосты. Ошибиться невозможно. Самый богатый дом и там охрана стоит, так-то.

- Охрана? – Арти привстал в стременах, вглядываясь в туманный пустынный переулок впереди, - Это ещё зачем?

- Боится заразы, поселившейся в Сатари-канти. Она не щадит никого: ни детей, ни стариков, ни грешников, ни праведников, ни беглых каторжников, ни святых паломников. Ни-ко-го. Ей всё равно, - она мелко затряслась, громко хихикая, - Перед ней мы все равны.

- Так что с охраной?

- Сменяется каждую неделю, - старуха задумчиво покивала каким-то своим мыслям, - А трупы новые стражники поджигают и перекидывают прямо через городскую стену, в «Низину», - она тонко засмеялась и захлопала в ладоши, - Видел, небось, когда к городу подъезжал?

- Ещё как видел, - Арти кивнул и поморщился, - Благо они медленные. А так бы нас живьём сожрали.

- Сожрали? – нищенка осенила себя оберегающим знаком «Вять» и отшатнулась от Артура так, как будто болен был он, а не она, - Мертвяки?

- Мёртвые, да не совсем, - Арти задумчиво посмотрел вперёд, туда, где вдалеке высилась некогда величественная громада городской ратуши, - И они соглашаются?

- Кто? – плечо нищенки резко дёрнулась, - Мертвяки?

- Охранники, те, что старосте служат, - увидев под тонким платком, сползшим с плеч его странной собеседницы, страшные язвы, юноша сглотнул и отвернулся, - Никогда не поверю, что жёны и матери отпускают своих мужей и сыновей на такое безумство.

- Староста Цейх платит им за день службы месячное жалование, - пояснила нищенка, кутаясь в старый платок, - А это немало.

- Неужели деньги важнее жизни? – Артур поморщился и потёр зудящую руку. Заказ жёг его и ненавязчиво поторапливал: «Пора, мол, дружок, хватит разглагольствовать! Оз уже заждался».

Нищенка хрипло рассмеялась.

- О какой жизни ты говоришь? – она махнула рукой в сторону распахнутых и уже давно неохраняемых городских ворот, - Отсюда нет выхода. Мы в хитрой мышеловке. Вошёл, схватил приманку и хлоп! Ты в ловушке. Выхода нет. Наш город проклят! Проклят уже…, - она задумалась, - Третий месяц.

Артур промолчал. Время для этих несчастных давно остановилось или просто перестало существовать.

- И что же было для вас приманкой? – Арти посмотрел старухе прямо в глаза, и та поспешно отвела взгляд.

- А ты дурак, да не дурак, - пробубнила она, комкая в руках какую-то тряпку, - Ошиблась я…

- Я люблю разочаровывать людей, - юноша обернулся и посмотрел на распахнутые ворота, - Если есть вход, то должен быть и выход.

- Отсюда есть выход, - зловеще произнесла женщина, проследив за взглядом своего собеседника, - Вот через ту дверь, - она кивнула на небольшой приземистый домик, жмущийся к единственному сохранившемуся куску городской стены, - Прямо в лапы к Праотцам! – она визгливо рассмеялась, - Откроешь дверь, а там вместо пола – бездонная бездна. Заходила – знаю.

- Чей это дом?

- Теперь ничей, - старуха с ненавистью плюнула в сторону избёнки, - Но все кто туда входил, больше не возвращались.

Старый двухэтажный дом, сложенный из добротного бруса, был окружён чёрной дымкой и, казалось, утопал в его липких объятьях. Крышу строения украшал огромные сверкающий знак «Замок», а дверь украшал уже известный Арти герб: красный вепрь с тремя белоснежными клыками, раздирающими солнечный диск, не так давно украшавший щит сэра Леонеля.

- И ещё, - нищенка приложила грязные ладони ко рту, - Увидишь старосту, передай ему «привет» от Полики.

- От кого?

- От его жены, - пояснила женщина и с силой дёрнула платок, - Скажи, мне немного осталось и что я жду его в гостях у Тёмного!

- Передам, - Арти задумчиво смотрел в спину нищенке, танцующей походкой идущей по заваленной мусором улице, - Поехали, поболтаем с местным градоначальником, - сказал он Илте, и лошадь безропотно поскакала вперёд.

Близился полдень, и пустынные улицы Сатари-канти начали понемногу наполняться неровным гулом безликих голосов. Люди, утром и вечером боявшиеся даже нос из-за родных стен высунуть, боязливо выбирались из своих жилищ и бродили от дома к дому, бормоча несвязные фразы. Многие выходили лишь для того, чтобы заскочить в огороженные кольями, а нередко и охраняемые наёмниками, торговые лавки, предварительно издали продемонстрировав дежурившим у окон торговцам деньги или вещи на обмен. Выходя с покупками, чаще всего хлебом и чистой водой в бурдюках, покупатели нанимали тех же самых охранников провести их до дома в целости и сохранности. Ошивающиеся рядом головорезы, провожали их разочарованными взглядами и терпеливо ожидали следующую, возможно менее находчивую и рассудительную жертву.

Как и говорила старуха, Арти с лёгкостью нашёл жилище старосты. Дом, на крыше которого был установлен мощный заряженный арбалет, оказался обнесён высоченным деревянным забором, сложенным из молоденьких заострённых деревьев.

У единственного входа в новый двухэтажный сруб, в наглухо занавешенных окнах которого, красовались настоящие стёкла, скучали два охранника.

Один из стражей рябой и напряжённый, бдительно следил за тем, как Артур, монотонно покачиваясь в седле, приближается к воротам. Второй, здоровенный детина с красным потным лицом, сидел прямо на земле, на приличном расстоянии от своего напарника. Он сосредоточенно ел зиольскую икру большой деревянной ложкой из огромного глиняного горшка. Арти шумно сглотнул. Стоимость этого деликатеса в торговом квартале иногда достигала шестисот эрлов за плошку. На эту сумму семья из пяти человек могла безбедно прожить два или даже три месяца. Между коленей толстяка стояла большая бутыль из тончайшего фиолетового стекла, ручная эльфийская работа, из которой он шумно глотая, запивал свою бесценную трапезу.

Рябой, всё это время расслабленно подпиравший забор, пружинисто выпрямился и неторопливо направился навстречу Артуру.

- Куда? - хмуро поинтересовался он, выйдя за ворота и преградив Илте дорогу.

- К старосте.

Лошадь, скосив на стража недобрый взгляд, остановилась в шаге от мужчины. Охранник не дрогнул. Заложив большие пальцы за широкий кожаный ремень, он внимательно наблюдал за каждым движением незваного гостя. Юноша неторопливо спешился и подошёл к охраннику.

- Не принимает, - стражник отступил на шаг, по привычке поднося к носу платок, пропитанный отваром местных трав с резким пряным запахом и вдруг замер, недоверчиво глядя на Арти.

- А ты передай ему, что я знаю, как всем вам помочь, - юноша взял Илту за узду, - Если ещё не поздно.

- А ты знаешь? – охранник прищурился, покачиваясь с носка на пятку.

- Передай старосте, - повторил молодой человек, снизу вверх глядя на стража.

Мимо пробежала стая бродячих собак. Остановившись рядом с Илтой, они протяжно завыли, и слаженно рыкнув, понеслись дальше. Лошадь презрительно фыркнула и отвернулась.

- Ну и кто же ты такой, парень? - мужчина хмыкнул, но глаза его оставались настороженными, - Лекарь? Чародей?

- Простой путник.

Второй страж с кряхтением поднялся на ноги и, отставив блюдо с икрой, вразвалочку пошёл к напарнику. Неторопливо обойдя Арти, краснолицый толстяк шумно почесался и шмыгнул носом.

- Простых путников сюда лихие ветры не заносят, - вслух размышлял рябой, стараясь держаться от напарника на расстоянии, - Ты ведь не болен, так?

- Это ненадолго, - потирая слезящиеся красные глаза, толстяк закашлялся.

- Нет. В отличие от твоего напарника, - Арти склонил голову на бок, изучая охранника.

- Догадливый, - краснолицый ощерился, продемонстрировав редкие гнилые зубы, и подошёл к молодому человеку практически вплотную, - А ты, значит, можешь меня вылечить?

- Это зависит от исхода нашего разговора со старостой.

- Хм-м, - толстяк покосился на своего напарника, но тот, казалось, потерял всякий интерес к новому гостю. Он внимательно изучал Илту, так словно перед ним стояла не простая лошадь, а диковинные зверь, - Вылечишь меня – проси, что хочешь, - прошептал краснолицый, дыхнув в лицо юноши дорогим виноградом, - Понял? Озолочу!

Арти вздрогнул, услышав в голове довольный смех Оза и его тихий голос: - «Вот бы сейчас заключить с ним сделку! Но приглядись повнимательнее, граф де Артур. Как тебе? А толстяку-то нечего тебе предложить, как и его напарнику».

Юноша вгляделся в водянистые глаза толстяка и поморщился. У стража, как и его напарника, не было души.

- Передай мои слова старосте, - в ушах Артура всё ещё звучал раскатистый смех его работодателя, - Если он не захочет со мной беседовать, я уйду.

Охранник облизал пересохшие губы и, пятясь, вернулся к своему посту.

- Эй, Рорк! – толстяк с силой постучал в стекло, от чего оно противно задребезжало. В окне показался немолодой горбоносый мужчина, с длинными сальными волосами, неровными патлами, падающими на плечи. Обрюзгший с бледным одутловатым лицом, он недоверчиво кривил губы:

- Чего тебе?!

- Этот парень хочет поговорить с тобой, - прокричал в ответ стражники и указал на Арти.

- Гони его взашей! - выкрикнул староста, прижимая к лицу тонкий кружевной платок, - Я тебе, за что такие деньжищи плачу, дубина? Чтобы меня не беспокоили!

- Он говорит, что знает, как победить чуму, - выкрикнул второй стражник, так и продолжавший стоять рядом с Илтой.

Прожигая Арти колючим недоверчивым взглядом, староста молчал.

- И он не болен, Рорк, - привёл свой главный аргумент краснолицый и заговорщически подмигнул Арти. «Знай, мол, парень, замолвил я за тебя словечко».

Артур сделал несколько шагов вперёд так, чтобы староста Рорк слышал его, но не посчитал угрозой своему здоровью.

- Я говорил с Леонелем, - сказал он и по изменившемуся выражению лица градоначальника понял, что тот прекрасно расслышал его, - Помните его, староста? Он всё ещё на той стороне тоннеля и Сатари-канти не пускает его обратно. Не знаете почему?

- Ладно, - староста прикусил губу и, прислонившись лбом к стеклу, закрыл глаза, - Хорошо! Пусть войдёт. И не забудьте разоружить его, олухи!

- Ну, удачи, - рябой забрал у Артура меч и кинжал и, хлопнув юношу по плечу, тихо спросил: - Продашь лошадь? – в его руке блеснула пригоршня эрлов, старинных, тяжёлых, шестиугольных, сейчас таких уже не отливали. Лет сорок назад Райен начал экономить золото, и сейчас монеты чеканили тонкими, словно лист бумаги и маленькими кругляшами.

- Зачем тебе?

Охранник ощерился, и вместо ответа пихнул Арти деньги так, что юноша чуть их не выронил. Одна монета всё-таки шлёпнулась в грязь и теперь с укором поблёскивала на земле.

- Бери, тут на целый табун хватит.

- Не продам, - Арти разжал руки, и деньги упали на землю.

- Ладно, - глаза рябого нехорошо блеснули. Он быстро подобрал монеты, обтёр их о штаны и, спрятав деньги в карман, процедил: - Гляжу, смелый ты шибко, неужто уверен, что зараза тебя минует?

- А ты? – вопросом на вопрос ответил Артур.

Охранник отвернулся, пряча огонёк страха от странного путника.

- У меня есть секрет, - страж поморщился, стараясь не смотреть Арти в глаза.

- Знаю я твой секрет, - бросил юноша, крепко привязывая узду Илты к крыльцу, - Продешевил ты, приятель.

Он неторопливо поднялся по лестнице, толкнув тяжёлую покрытую красивой резьбой дверь, и вошёл в неприступную крепость, в которую староста Рорк превратил свой некогда уютный и богатый дом.

В сенях было очень тепло, пахло свежим хлебом и горячим воском. Нестерпимый жар шёл от новой печи, собранной из маленьких белых кирпичиков, несмотря на тёплую погоду пышущей жаром, словно разгневанный дракон. Артур нагнулся и провёл рукой над половой доской. Жар шло и из подпола. Покрывавшая его иссушенная солома едва заметно шевелилась. Мгновенно вспотев, Арти снял кафтан и обернулся в поисках короба для одежды.

Над входной дверью был нарисован оберегающий знак «Засов», отпугивающий воров и особенно бродячих продавцов, от которых когда-то в Бардене совсем не было спасу. А потом пришёл мор и в очередь к торговцам выстроились уже сами горожане. Справа на стене был выжжен перечёркнутый тонкими красными линиями лик Светлой. Похоже, в этом доме Её больше не почитали. И в глубине души Артур догадывался почему, хотя и не хотел верить в это. Юноша подошёл к рисунку и провёл пальцем по жирным бурым росчеркам. Палец закололо, и он немедленно почернел от краски.

- Я Рорк Цейх, управляю этим городом уже три года, - вышедший из комнаты мужчина оказался закутан в тёплый длинный халат, поверх которого был наброшен толстый шерстяной плед. Староста старался держаться от Артура как можно дальше, боясь подчинившей себе город заразы, - С того самого дня, как отец Лео сбежал из Бардена вместе со своими магическими книжонками, - он скривил тонкие губы.

- Артур де Реардор, - Арти незаметно вытер палец о полу кафтана, - И от чего сбежал прежний староста? Или от кого?

- Кто ж его знает, старого колдуна, - Рорк брезгливо поморщился, - что он там наворожил в своей проклятой лаборатории. Добрые люди поговаривают, что это старик догадался, как создать эликсир бессмертия.

- Неужто, сам догадался? – недоверчиво спросил юноша, бросая кафтан на стоявшую у двери лавку.

- Мне он не докладывался. Ты знаешь…, - голос Рорка сорвался и он закашлялся, - Знаешь, что происходит и как с этим бороться?

- Я уже видел такое, - Артур поднял голову и вздрогнул. Потолок рассекали глубокие длинные борозды, - В Лейте, во время истрийнского мора.

- Брешешь, мальчишка! Твоих родителей в те времена ещё в проекте не было, когда в Истру пришла Сонная чума! Что уж о тебе говорить? - староста неуверенно рассмеялся и погрозил молодому человеку пальцем, - С тех дней минуло сорок лет.

- Да-а, - протянул Артур, задумчиво кивая. «Вот только не сорок, а много-много больше, но откуда тебе знать об этом, Рорк Цейх? Проклятый управитель, мёртвого города», - Время летит, а люди не меняются. Очень жаль.

Рорк долго молчал, видимо уже пожалев, что впустил в свой дом этого странного человека.

- Ладно, проходи, - решился он и, развернувшись, ушёл в комнату.

- Давно всё это началось? - юноша вошёл вслед за ним в тёплую гостиную с запотевшими окнами и без приглашения сел на стул.

- Третья дюжина дней пошла, - отозвался староста, усаживаясь напротив.

- Кто-нибудь странный приезжал в город за месяц до начала мора? – издалека начал разговор молодой человек.

- Какой такой странный? – Рорк взял со стола кружку с травяным чаем и, отхлебнув, поморщился, - Остыл.

- Чужак, бродячий комедиант, вестник? Или незнакомая женщина, - Артур полез за пазуху и достал недавний свиток, который он «совершенно случайно» забыл вернуть сэру Леонелю, - Предложившая всему городу заложить души в обмен…, – он развернул свиток и продемонстрировал старосте витиеватую подпись в самом конце документа, - В обмен на что?

- Да пустотрёп всё это, парень, - Рорк бросил на росчерк быстрый взгляд и, пожав плечами, отвернулся, - Пришла какая-то странная девица и предложила нам всё, что не пожелаем. А взамен мы должны бумажки подписать, что души закладываем. Ха! Глупая! Как можно продать то, чего не существует и в помине?

- Значит, всё началось здесь, - Арти осторожно скатал свиток.

- Что началось?

- Торговля душами, - глухо отозвался юноша.

- Да что ты такое несёшь, мальчишка?! – взвился Староста, сжимая в ладонях холодную кружку.

- Она предложила вам продать то, что когда-то безвозмездно подарила, в обмен на Дары, Умения, Мастерство, Удачу. Как это тогда называлось? И вы согласились! - Артур разозлился и швырнул контрактом в закутанного в тряпки старика, - Вы были первыми. И после этого Она разочаровалась во всех нас!

- Ты вообще кто такой? – Рорк ловко увернулся и вскочил на ноги.

- Я – прямое последствие вашей глупости, - гнев юноши иссяк, и он откинулся на спинку стула, - И я пришёл помочь.

- В обмен на что? – Рорк криво ухмыльнулся, - Не просто так же ты сюда заявился?

- Мне нужен тот, кто виновен во всём, что произошло с Барденом, - помолчав, ответил Арти, - Отдайте мне его и …

- … мор отступит?

- Да.

- И всё будет как прежде?

- Как прежде уже не будет никогда, - юноша покачал головой, - Несмотря на многолетние усилия сэра Леонеля, болезнь, порождённая этим городом, неумолимо разрастается. За все эти годы по Итарису расползлись порождённые Барденом монстры. И если раньше их немногочисленность позволяла нам успешно охотиться на них, то со временем всё изменилось. Теперь они охотятся на нас. Если раньше в простых деревнях двери можно было не запирать не только днём, но и на ночь, то сейчас – никто не ляжет спать, не проверив сторожевые заклятья и защитные знаки, - юноша помолчал, - Настало время платить по счетам.

- Думаешь, если мы умрём, – голос старосты дрогнул, глаза лихорадочно заблестели, - Всё прекратится? Но… Но я не хочу умирать!

- Вы все давно мертвы, Рорк! - Арти повысил голос и подался вперёд, - Бессмертными тенями бродите по городу, страшась всего на свете. Целых пять столетий! Название вашего города, проклятое, покрытое позором, вычеркнуто из всех известных миру летописей! Сменились поколения, и люди уже не помнят, почему так боятся лишь одного упоминания о Бардене.

- Это невозможно, - прошептал Староста, закрывая глаза, - Прошло так мало времени…

- Сменилась целая эпоха.

- Нет…

- Почему сюда перестали приезжать купцы? Дальние родственники? Бродячие циркачи? – не дождавшись ответа, Артур продолжил: - Даже сборщики налогов забыли сюда дорогу… Да, где это видано?!

- Что это за заклятье? – Рорк Цейх с надеждой посмотрел на молодого человека, - Его можно снять? Ты сможешь?

- Я попытаюсь.

- Кто виновен в этом? – Рорк сжал сухие кулаки, - Скажи мне имя и я вырву его сердце!

Артур молчал.

- Говори, мальчишка!

- Расскажи мне, кто живёт в том доме у городских стен, - Арти нахмурился, стараясь не обращать внимания на вспыльчивый характер градоначальника, - Ты ведь понимаешь, о чём я?

- Да, - староста смутился и отвернулся, - Там жила местная ведьма Ликая с сынком-несмышлёнышем, - бросил он, стараясь не смотреть на юношу, - Дурная девка. Думаешь, это её рук дело?

- Почему дурная? – молодой человек, умаявшись от духоты, расстегнул ворот рубахи.

- Да несла всякую чушь про цену, - неохотно пояснил Рорк, ещё плотнее укутываясь в старый плед, - Цену за душу. Чокнутая травница!

- Она пыталась отговорить вас? – догадался Арти и рывком поднялся на ноги, - Эта ведьма ещё там? В доме? Я должен немедленно поговорить с ней!

- Нет её больше, - тихо отозвался староста, брезгливо морщась, - Отмучилась.

Артур похолодел.

- Что вы с ней сделали? – он старался говорить спокойно, с трудом сдерживая клокочущую внутри ярость.

- Послушай, парень, - Рорк встал и начал нервно расхаживать по комнате, - Мы не хотели причинять Ликаи зла. Но прознав про сделку, она словно обезумела! Заявилась ко мне, кричала на тех заезжих господ, страшила ужасной расплатой и пыталась… Святые творцы! Да она чуть не покалечила их!

- А они? – спросил Арти, чувствуя, как на место злости приходит опустошённость.

- Мужчина молчал, а женщина подошла к Ликаи и тихо так сказала «Я так рада, что ты есть». Ведьма отшатнулась от неё словно от прокажённой и сбежала. А напоследок крикнула, что образумит всех остальных и просила дать ей время.

- Кого просила?

- Не знаю. Да чокнутая она, - староста досадливо махнул рукой, - Не жалко таких.

- Что вы с ней сделали? – повторил Артур, уже догадываясь, каким будет ответ.

- Сожгли, - равнодушно отозвался Рорк, бесстрашно глядя на гостя, - На прошлой неделе, на городской площади, напротив ратуши. Народу на потеху и другим в назидание.

- «За что?!» – хотел прокричать Арти, но из горла вырвался лишь шелестящий шёпот.

- И поделом, - продолжал Рорк, довольно улыбаясь, - Нечего народ баламутить и подрывать мой авторитет. А если бы она и правда нам помешала? – в глазах старосты шевельнулся суеверный страх, - Разубедила ту женщину, и она бы просто ушла, оставив нас прозябать в грязи и нищете? Нельзя было этого допустить! Никак. Другое дело сейчас. Вот дождёмся Лео и заживём с такими умениями-то!

Арти без сил рухнул на стул и закрыл глаза.

- Ликая прокляла город, - прошептал он, с трудом проталкивая в лёгкие тягучий жаркий воздух, - И поделом.

- Да не могла она, - Цейх довольно хлопнул себя по колену и хмыкнул в пегую бородёнку, - Мы ж не деревенщины какие-то. Знаем, мы эти колдовские штучки. Любое заклятье состоит из слов и знаков. Вот мы сначала её и…

- Нет! - остановил его Артур, качая головой, - Хватит! Я не хочу знать.

- Так, ведьма же, - в голосе старосты проскользнуло удивление, - Для блага горожан… Я же должен следить… хм…

Арти долго молчал, пытаясь собрать все мозаичные осколки происходящего в чудовищное единое целое. Желание возиться с этими бездушными тварями таяло с каждым сказанным старостой словом, испарялось, словно роса под утренним солнцем.

- А сын? – неожиданно вспомнил юноша, - Ты говорил, что у неё был малолетний сын?

- Да, - Рорк шаркая, подошёл к окну и, отодвинув занавеску, выглянул на улицу, - Был. Стащил нашу плату, паршивец. А ведь смышлёный был парнишка, писать и читать умел. Готовился к посвящению в какой-то орден… Эх, память, забывать всё начал! Как же его звали? Отто! - Староста хлопнул в ладоши, радуясь словно ребёнок, - Поди ж ты! Вспомнил!

- Отто? – переспросил юноша и вздохнул. Артуру казалось, что он слышит свой голос издали, словно это и не он говорил вовсе, а кто-то другой, такой же опустошённый и измученный бесконечной гонкой, но в отличие от рекрутера, уставший удивляться, - Послушник Ордена «Седьмого исхода»?

- Да, - Рорк с улыбкой обернулся к гостю, - Как ты узнал?

- Счастливая догадка, - повторил Арти недавние слова отца Отто Сура, смиренного Жреца Ордена «Седьмого исхода», бродяги, так стремившемуся попасть в этот город и одновременно, так боявшемуся того дня, когда его старые сандалии ступят на расхлябанную мостовую Сатари-канти, или Бардена, как он привык называть его с самого детства. Проклятого города, с неимоверно алчными и жадными жителями. Вот где была совершена первая сделка и началась торговля душами. Артур вздохнул и прошептал: - Вот ты и вернулся домой, Отто. Но как ты сумел отсюда сбежать, умный мальчик?

- Что? – староста прищурился, подслеповато глядя на молодого человека, - Так ты поможешь нам?

- Нет, - Артур поднялся со стула, - Но я постараюсь уговорить одного человека.

- Уговорить? – Староста непонимающе посмотрел на странного гостя,- На что?

- Простить вас.

Артур развернулся и направился к выходу. Вспомнив, он обернулся с неожиданным удовольствием, сказал: - Кстати, Рорк, кое-кто передавал тебе «привет».

- Правда?

- Да, жена твоя, Полика, - он улыбнулся, глядя в испуганные глаза Старосты, - Сказала, что вы скоро встретитесь.

И не говоря больше ни слова, вышел на улицу.

Казалось, всё в обречённом на медленное тление Бардене перевернулось с ног на голову и законы природы, согласно которым день сменяли сумерки вечера, а ночь – сонная пелена утра, здесь больше не имели никакой власти. Средь бела дня на улицу мог выпасть снег, и, ещё не успев покрыть развороченные мостовые, смениться ужасным зноем, а следом и проливным ледяным дождём. Сама природа отказывалась признавать право на существование Сатари-канти в этом мире и изо всех сил пыталась избавиться от этой чудовищной опухоли на теле Итариса.

Как только за спиной Арти захлопнулась дверь негостеприимного дома старосты Рорка Цейха, глубокая ночь лениво накинула на плечи Сатари-канти чёрное покрывало. Яростно завыл порывистый ветер, поднимая в воздух мусор, перемешенный с грязью расхлябанных дорог, тёмно-фиолетовое небо расколол росчерк серебристой молнии.

Дежурившие у дома охранники зажгли сложенные под навесом крыльца просмолённые факелы и принялись разжигать небольшие костры, аккуратными кружками разложенные у забора под импровизированными укрытиями. Недовольно закоптил отсыревший хворост, но стражники, бдительно следящие за огнём, уже подбрасывали в костры свежие щепки и сухие дрова, которые краснолицый лихо нарубил под навесом слегка покосившегося дровника. Не обращая на вышедшего юношу никакого внимания, охранники опасливо поглядывали на улицу и торопливо заливали двор градоначальника теплом и светом.

- Что-то рано стемнело сегодня, – слова Арти превратились в сизый ледяной пар и лениво испарились. Поёжившись, молодой человек поднял воротник и подул на мёрзнущие руки.

- Рано - поздно, умник нашёлся, - пробормотал рябой, раздувая потрескивающий костерок, - Ночь пришла, неужели не видно?

- Средь бела дня?

- А кто ты такой, чтобы диктовать ей, когда приходить? Привыкай, чужак, – отозвался из дровника его напарник. Стук топора прекратился, и лохматая голова толстяка высунулась из-под навеса, - Поговорили?

- Поговорили, - Артур удивлённо наблюдал за тем, как вопреки усилиям охранников, костры, едва успев разгореться, немедленно тухли, словно некий «доброхот» выливал на них ушат с водой.

- И как?

- Время покажет, - юноша поднял голову и присмотрелся. Что - то ярко блеснуло в темноте ночного неба, мигнуло и погасло.

Взяв воткнутый в землю факел, Артур подошёл к воротам. Отварив дверь, он сделал шаг вперёд в темноту и замер. Там, где многочисленные костры старосты были не в силах разогнать опустившуюся на город тьму, воздух почернел и загустел, словно недавний туман, который юноша видел в злосчастном тоннеле у Драконьего гнезда. Молодой человек повёл факелом перед собой, и тьма дрогнула отступая. Сквозь плотную осязаемую тьму проступали расплывчатые очертания далёких человеческих фигур. Арти прищурился. Тени не двигались, они просто стояли в гробовой тишине напротив дома старосты искажёнными молчаливыми памятниками и терпеливо ждали.

- Чего они ожидают? – Артур обернулся, и стоило зажжённому факелу отстраниться от входа, как тьма немедленно выбросила вперёд своё тонкое нервное щупальце, хватая юношу за руку.

- Эй! – увидев, что странный гость вышел за порог, рябой схватился за голову и бросился к воротам. Рубанув горящим факелом по тёмному сгустку, он втащил Арти в круг света, - Совсем из ума выжил, чужак?! Закрой быстро!

Артур поспешно толкнул створку ногой, обжигая факелом нервное пульсирующее щупальце, и отшатнулся.

- Впустишь сюда эту дрянь и считай, спета наша песенка!

Охранник проверил, надёжно ли задвинут засов, и воткнул горящий факел в специальный держатель в воротах.

- Это надолго? – обожжённая темнотой рука слегка покалывала, а на тыльной стороне ладони расцветал тонкий ожог, словно по коже ударили ядовитым хлыстом.

- Ночь? – рябой поднял голову и, пожав плечами, усмехнулся, - До утра.

- И что им нужно? – юноша кивнул на молчаливые силуэты, равнодушно застывшие по ту сторону забора.

- Не что, а кто, - поправил его второй стражник. Сжав в руке топор, он, привстав на цыпочки, всматривался в вязкую тьму, - Рорк им нужен. Он единственный, до чьего дома пока ещё не дотянулась зараза, - краснолицый вытер слезящиеся глаза, - Когда на Барден опускается ночь, вместе с ней приходит что-то ещё… Или кто-то. И знаешь что? – толстяк шумно высморкался, - Я не горю желанием выяснять их намерения.

Так же неожиданно, как пришёл, ветер улёгся, забирая с собой яростный холод ночи, и на его место пришла утренняя свежесть. Небо над головами мужчин начало стремительно светлеть, а облака расступаться, словно огромный великан сдувал их с небосвода всем на потеху.

- Так скоро? – Арти удивлённо присвистнул, - И это вся ночь? Когда же вы спите?

- Спим?

Охранники переглянулись и беззлобно рассмеялись.

- Никогда, - ответил рябой, неторопливо туша костры, - Иногда прикорнём по очереди. А ты бы стал спать, когда под боком творятся такие ужасы? Вот пройдёт мор и выспимся. Десяток дней выдержали, выдержим и ещё парочку.

Рассвело так же быстро, как и стемнело. Новый день принёс с собой тёплый пахнущий гнилью дождь. Артур взял под узды Илту и, не прощаясь, вышел за ворота.

Глава 6

Беспощадный мор, душивший жителей Бардена в своих крепких объятьях, заставил хозяев практически всех постоялых дворов города свернуть дела до лучших времён или пока… Как раз об этом «пока» никто старался не задумываться, в душе надеясь на лучшее. Всем людям свойственно надеяться до последнего, даже проклятым Творцами бездушным отщепенцам. Особенно, когда кроме надежды в жизни больше ничего не осталось. Тогда за неё держатся с особым обречённым остервенением.

Единственный трактир, который Арти смог отыскать в центре города оказался крошечным домиком, в лучшие времена пользовавшийся большой популярностью и у местных пьянчуг, решивших пропустить стаканчик другой в спокойной обстановке, и у уставших путников, частенько заглядывавших в Барден, славящийся своими расписными шкатулками, гусиным паштетом и анисовой настойкой.

Старый не помнящий ремонта трактир, перестроенный хозяевами из обычного жилого дома, встретил нового постояльца уютным залом, к стенам которого жались несколько столов с поднятыми стульями. Как и в доме старосты в трактире было сильно натоплено, и это совершенно не смущало его владельцев. Хозяин, коренастый здоровяк с чёрной окладистой бородой, украшенной редкими серебристыми нитями седины, был так рад редкому нынче клиенту, что сдал Артуру комнату на ночь за треть её настоящей цены и вдобавок накормил хоть и нехитрым, но горячим ужином.

- Зря ты сюда приехал, сударь, - расставляя на столе большие тарелки с едой, жена трактирщика, немолодая, но всё ещё очень красивая женщина, с жалостью посмотрела на юношу.

- Отчего же? – Арти придвинул к себе тарелку с рассыпчатой гречневой кашей и блаженно зажмурился.

- Гиблое это место. Видишь, что в городе творится? - трактирщица села напротив молодого человека и, опершись о руку, устало вздохнула, - Староста мне не верит, говорит, что всё скоро пройдёт, - шёпотом поведала Артуру его собеседница, - Но боюсь, ошибается старый Цейх. Все мы здесь прокляты. Раньше вон хоть колокол звонил. Поначалу страшно было, но понемногу привыкли… А теперь жутко без него как-то. Но кто ж с Рорком Цехом спорить-то станет? Ликая вон высказалась, не таясь, и где она теперь? – женщина помолчала, - Никто на её похороны тогда не решился прийти, кроме сына. Побоялись. Зря, наверное, не по-людски как-то.

- Не по-людски.

- Боятся все судьбу её повторить. А чего боятся? Разве это жизнь? - трактирщица вздохнула и смахнула с ресниц слезинку, - Так, что беги отсюда. Заболеешь ещё.

- Вы же не болеете, - юноша с интересом посмотрел на символ «Бумеранга», нарисованный над окном и входной дверью трактира, - Вы тоже тогда подписали контракт? - Арти быстро расправился с кашей и принялся за суп из квашеной капусты, - С той женщиной?

- Все подписали, - она украдкой обернулась, не подслушивает ли кто их беседу, - И я, и Крэн, мой муж, тоже. И знаешь, что я тебе скажу…

- Элия! – из кухни выглянул трактирщик и сурово посмотрел на свою супругу, - Не мешай нашему гостю есть, женщина!

- А я ему и не мешаю, - Элия обворожительно улыбнулась и подмигнула Арти, - Ведь правда?

Артур кивнул и махнул рукой трактирщику.

- Ну, раз так, - мужчина задумчиво поскрёб затылок и, пожав плечами, взял стоявший рядом стул и сел рядом с молодым человеком, - Откуда путь держишь?

- Из Беша, - ответил Артур, сыто откидываясь назад.

- Ой! – Элия всплеснула руками и подалась вперёд, - А мы слышали, что там некромант завёлся! Страх-то какой!

- Да брехня всё это, - уверенно заявил Крэн и, встретившись взглядом с постояльцем, осторожно уточнил: - Ведь, брехня же?

- Не так страшны маги, как их непредсказуемые творения, - Арти сделал большой глоток прямо из принесённого ему кувшина, - Защитные знаки, усиленные заклятьями отрицания, например, – он серьёзно посмотрел на трактирщика и тот отвёл взгляд, - Но вы должны знать, что одного лишь знака не всегда хватает, чтобы насланная хворь в дом не пробралась. Или к хозяину возвратилась в троекратном размере. Вот «Бумеранг», например, - юноша перевёл взгляд на нарисованный над окном символ, - Древний и очень сильный знак чародеев «воздуха», им давно уже мало кто пользуется. Изначальные маги давно исчезли. Да и слишком уж велика отдача от таких заклятий для создавшего его волшебника. Но, тем не менее, оберег действенный и удивительно живучий. Давно ворожбой балуетесь?

- Мы не практикуем колдовство, - ответила за мужа Элия и обиженно посмотрела сначала на юного посетителя, а потом и на украшающий трактир оберег, - Просто несколько дней назад Крэн помог заезжему Жрецу Ордена Риальды. Приютил его, дал еды и снадобья от желудочной слабости. И денег не взял, - весомо добавила она и с любовью посмотрела на мужа, - Он у меня очень добрый, мой Крэн. А в благодарность Жрец нам красивый рисунок над окном магией своей мудрёной выжег, - женщина указала на символ над окном и с грустью добавила: - Правда, время от времени он не очень хорошо действует.

Словно в ответ на её слова, дверь трактира распахнулась, и в помещение влетел грязный куль. Глухо постукивая содержимым, он докатился до середины зала и замер рядом со столом Арти. Тряпки развернулись, и взорам беседующих предстала выпущенная мумия с зияющими глазница и проступающим знаком «заражённого» на лбу.

- Вот опять! Сколько же можно! - Элия тихо всхлипнула и всплеснула руками, наблюдая за тем, как её муж, бранясь в бороду, вытаскивает мертвеца на улицу, - Люди злые. Ненавидят нас, - её губы задрожали.

- На вашем месте я бы поставил за здравие того Жреца свечку в храме Светлой Риальды, - Арти поморщился от резкого запаха гнили, - Возможно, он спас ваши жизни.

- Нет у нас обители Риальды, - трактирщица подошла к печи и достала калач, - Не любит Жрецов наш Рорк Цейх.

- Отчего же?

- Говорят, - женщина покосилась на дверь, видимо Крэг не приветствовал увлечением своей жены местными сплетнями, - Что тот заезжий Жрец хотел помочь нам с мором, - Элия расстроено покачала головой, - Специально ради этого из столицы приехал. Вот так вот.

- Сами мы не видели, - вернувшийся трактирщик уселся на свой стул и положил на стол полотенце, которым до этого тщательно вытер вымытые руки, - А люди говорили, что не пустил его Рорк в дом, обозвал смутьяном и бездельником и велел убираться подобру-поздорову. А с мором он и сам прекрасно справляется.

- Оно и видно, - юноша отломил краюху хлеба и отрезал кусок сыра.

- Тогда Жрец попытался пролезть в его дом ночью, и в отместку староста спустил на него собак, - добавила Элия, разглаживая передник.

- Не видел у Цейха собак, - юноша нахмурился припоминая.

- А их с той ночи больше никто не видел. А святой отец расстроился и уехал тем же утром, - проговорил трактирщик и растерянно выглянул в окно, - Лошадь твоя ведёт себя странно, сударь, - он кивнул на конюшню, часть которой можно было легко увидеть из обеденного зала, - Сама перешла в другое стойло. Я её привязывал, клянусь!

- Верю, - Арти привстал на стуле, - И что она сейчас делает?

- Смотрит на дом Рорка, - мужчина пожал плечами и уселся обратно, - Из нового стойла как раз его крышу видно, - Крэн украдкой переглянулся с женой.

- Ясно, - Артур расплатился и расстроено пересчитал оставшиеся у него деньги, - Ну, пускай приглядывает за ним, раз считает нужным.

- То есть всё хорошо? – на всякий случай уточнил бородач.

- Более чем, - молодой человек поднялся на ноги и, сыто вздохнув, задал вопрос, ответ на который и без того прекрасно знал: - А, как говорите, его звали?

- Кого? – Элия замерла с пустыми тарелками в руках.

- Жреца того заезжего.

- Ах, его, - женщина снова загремела посудой, убирая со стола, - Отто. Отец Отто Сур.

- Сегодня он снова к нам приехал, - трактирщик не выдержал и, подойдя к двери, приоткрыл её, - Час назад заселился. Нужно попросить его заклятье обновить.

- «Решил попытать счастья вновь, святой отец?» - подумал Арти. Проследив за взглядом мужчины, молодой человек заприметил двух слоняющихся туда-сюда мужиков. Перешёптываясь, они кивали на трактир и довольно ухмыляться, - «Но зачем на этот раз тебе понадобился я?»

Поблагодарив хозяев за сытный ужин, Артур подхватил походные сумки и поднялся на второй этаж в выделенную ему комнату. Скромная и опрятная она выходила окнами на центральную площадь.

Отец Отто уже ждал его. Жрец сидел за крепким приземистым столиком и, подперев голову ладонью, дремал, тревожно вздрагивая во сне.

- Рад, что вы так легко нашли меня, святой отец, - Артур с силой захлопнув дверь.

Священнослужитель неловко дёрнулся, чуть не упав со стула, и сонно забормотав себе под нос, уселся обратно.

- Я поговорил со старостой и узнал много интересного, - юноша бросил дорожные сумки на кровать, - Зачем ты заманил меня в этот город, Жрец?

- Заманил? Да, Светлая с тобой, сын мой! Ты и без меня словно одержимый стремился попасть в Сатари-канти в погоне за жирным куском для Оза. Просто я…, - начал было священнослужитель и замолчал, потерянно озираясь по сторонам.

- … проклял целый город и больше не могу с этим жить? - подсказал ему Арти, стаскивая промокшие сапоги и зашвыривая их под кровать.

- Скорее устал с этим жить, мальчик, - поправил его Жрец и улыбнулся, но улыбка получилось жалкой и вымученной, - Уже очень давно.

- Но ведь кто-то должен за всё расплачиваться, - Арти напомнил святому отцу его же слова, сказанные накануне ещё в Беше, - Вы с самого начал знали, кто я и на кого работаю.

- Конечно, знал, - не стал отпираться священнослужитель, внимательно прислушиваясь. За дверью скрипнули половицы и зашуршали приглушённые голоса, - У нас с твоим хозяином старая дружба, - он усмехнулся и, привстав, плотнее закрыл окно, - Хитрец спит и видит, как моя душа окажется в его цепких ручонках. И уж тогда он её не упустит! И вот он послал тебя по мою душу… Любопытно.

- Мы с вами застряли в городе-призраке, захлёбывающемся в бесконечной агонии, и покинуть который, скорее всего, невозможно, - подытожил Арти, устало прислоняясь затылком к прохладной стене, - Что дальше?

- Вернувшись сюда впервые, много лет назад, - Жрец замолчал, хмурясь от мрачных воспоминаний, - Признаться, я просто пытался успокоить свою измученную совесть и надеялся, что все барденцы уже давно мертвы, а город исчез с лица Итариса, оставив после себя лишь гниющие молчаливые развалины. Но всё оказалось совсем по-иному. Потерявшие счёт времени, погрязшие в страхе и болезнях, не в силах нормально есть и спать, не раскаявшиеся и так до конца и не осознавшие происходящего, жители Бардена продолжают жить в янтаре прошлого и с надеждой ждать возвращения сэра Леонеля с беглым воришкой… глупым мальчишкой, ослеплённым страхом, злостью и горем. Тогда-то они смогут обменять украденные им души на обещанные Дары, - святой отец вздохнул и провёл рукой по потемневшим волосам. Седина исчезала на глазах, а паутинка тонких морщинок на лице стремительно разглаживалась, - Моё отчаянное детское проклятье породило ненасытного монстра.

- Ведь тогда… Это была Она? – Артур равнодушно наблюдал за происходящими с Отто Суром метаморфозами. Город признал своего беглого сына, и святой отец молодел на глазах, так, словно родные края забирали себе все прожитые им годы, - Светлая заключила с барденцами сделку?

- Тогда её звали Риальда, а её мужа – Тозалион, - Жрец невидящим взглядом смотрел на старые половые доски, окунувшись в тяжкие воспоминания, - Творцы-путешественники, прекрасная пара двух любящих сердец, они бродили по мирам, даря всем вокруг удивительные чудеса. А потом проведение завело их в наш маленький городок и всё изменилось. Навсегда. Оз не рассказывал тебе?

Арти покачал головой.

Глава 7

- Всё началось с одного глупого спора. Знаешь, она так и не смогла смириться с тем, что мы предали её. Ведь душа была Её Даром нам, много-много столетий назад. А знаешь, что самое ужасное? – глаза Жреца лихорадочно заблестели, - В тот роковой день Светлая всё же раздала барденцам плату. Да-да, сделала это ещё до того, как их души исчезли. Просто она не сочла нужным рассказать об этом, - он расхохотался, - А ненасытные нелюди этого просто не заметили. Город обречённых Мастеров даже не подозревавших о своём безграничном величии. Знай они о своих силах, - святой отец покачал головой, легко поднимаясь на ноги, - Эти безумцы смогли бы без труда покорить весь Итарис.

- Вы выкрали их души, – усталость навалилась на Артура неподъёмной глыбой, время текло всё медленнее и медленнее, затягивая юношу в вязкую липкую воронку.

- Меня сжигало бессилие и ярость, не давая ни думать, ни дышать. Ненависть отравляла детскую душу, мастеря лазейку для терпеливо ожидающего за её спиной безумия.

Добродушное лицо Жреца становился всё моложе и моложе, так же как и смелый сэр Леонель, теряющий год за годом в страшные часы сражения в гномьем тоннеле.

- Да, Артур, я украл их и надёжно спрятал.

- В той хижине у ворот? – предположил рекрутер, внимательно слушая откровения священнослужителя, - В доме, где вы выросли?

- Согласись, сын мой, это было бы слишком просто, - отец Отто хитро усмехнулся и неожиданно подмигнул юноше, - Знаешь, ведь старина Рорк, далеко не дурак и сразу догадался, кто стоит за кражей. И неужели ты думаешь, что прежде, чем послать за мной вдогонку бравого Леонеля, он в первую очередь не обыскал мой родной дом?

- Тогда почему туда невозможно войти? – голоса за дверью затихли, и вскоре юноша услышал тихие удаляющиеся шаги. Видимо, хозяева трактира решили, что эту тайну не стоит раскрывать посторонним.

- Невозможно? – переспросил Жрец и нахмурился, - А ты пытался?

- Нет.

- Стоит попробовать, ты так не думаешь? - священнослужитель понизил голос и подался вперёд, - Вдруг получится, - его губы изогнулись в издевательской улыбке, - Или нет.

- И где они сейчас?

Арти прищурился. Сейчас в помолодевшем лице святого отца угадывались смутно знакомые черты, но юноша всё никак не мог сообразить, чьи именно.

- Души? – Жрец встал. Изрядно похудевший и окрепший, он подтянул пояс, - Я спрятал их в самом неприступном тайнике на свете. Там, куда не рискнёт заглянуть даже твой приятель Оз. В своём сердце. По крайней мере, поначалу мне так показалось.

- Может, настала пора их отпустить? – казалось, что всё в комнате замедляется, сонно погружаясь в вязкую дремоту. Громко скрипнули половицы, но уже на лестнице в коридоре.

- Наивный мальчик, – отец Отто снова расхохотался, только на этот раз на его глаза навернулись слёзы отчаянья, - Неужели ты думаешь, что я не пробовал? Я даже сумел прорваться в Барден, правда, тогда всё было немного проще, и городу не требовался защитник в лице сэра Лео.

- Всё пошло не по плану? – догадался юноша.

За окном яркое солнце сменилось снегопадом. Ураганный ветер зло толкнул хлипкие оконные ставки и, рванув их на себя, унёс вверх в бешеном круговороте.

- Последствия этого поступка были ужасными. Выпустив первые души, я нарушил хрупкое равновесие, с таким трудом установившееся здесь за последние годы, и обрёк Барден на ещё больший хаос. Погода, времена года, день и ночь – всё сошло с ума, - священнослужитель потеряно покачал головой, - Прошло время и теперь уже они не отпускают меня. Впились, как клещи и я бессилен что-либо изменить. И тогда я понял, что выпускаю не то, что забрал когда-то. Нечто иное.

- Не боитесь, что пара сотен переродившихся душ рано или поздно выжгут вас изнутри? – Арти поёжился, представив эту картину.

- Не переродившиеся, нет, - святой отец налил себе воды из стоявшего на столике графина и задумчиво взболтнул стакан, - Теперь они уже нечто большее, - прошептал священнослужитель и сделал маленький глоток. Вода в стакане забурлила и выплеснулась на пол, - С самого детства я носил в себе ворованные души, в огромной клетке на самом краю сознания. Но в этом и состояла самая ужасная ошибка. Ведь, кроме всего, сотни лет…, – он замолчал, собираясь с силами, - Сотни лет я собирал чужие грехи.

- Вы хранили их рядом с чужими душами, - Артур похолодел, изумлённо глядя на поникшего Жреца.

- Они изменились, - святой отец говорил медленно, так, словно каждое слово давалось ему с большим трудом, - Впитав в себя тёмные силы, души стали заражать и мою. Медленно, но неуклонно, как плесень тянет свои тонкие споры всё дальше и дальше, отвоёвывая себе территорию для существования. И сейчас моя измученная душа гниёт в ловушке, в которую я сам же её и загнал. И силы мои на исходе, - он вздохнул, задумчиво глядя на Арти, - Знаешь, что произойдёт, если переродится душа Жреца «Седьмого исхода», самого преданного воина Светлой?

- Нет, - честно признался Артур.

- Вот и я тоже, - плечи отец Отто поникли, - Тогда, много лет назад, когда я прятал свой бесценный клад, моя душа была чиста, невинна и… цела, - он с силой ударил по стене кулаком, и она прогнулась, словно была сделана не из дерева, а из пластичного снега.

- А сейчас? – Артур с удивлением наблюдал за тем, как комната медленно трансформируется, становится бесформенной и неуклонно сжимается.

- Мне пришлось оставить часть её здесь в Бардене. В обмен на знания. Я бы никогда не смог построить тайник на такой длительный срок. Даже сейчас, прожив на свете не одну сотню лет, я не в силах представить, как он смог соорудить столь необычную клетку, которая бы нерушимо простояла столько времени. Но любой, даже самый сильный дух, со временем ослабевает. Вот и сейчас, боюсь, силы мои на исходе.

- Вот мы и перешли к делу, святой отец, - Арти поднялся на ноги и кровать, на которой он сидел, рухнула на подкосившихся ножках.

- Я могу попробовать возродить каждую душу из тайника и вернуть её законному владельцу, лишь после того, как очищу свою и возвращу ту её часть, которой я так бездумно лишился в детстве. Соединю её в единое целое и излечу. И тебе предстоит помочь мне в этом, мальчик, - Жрец потёр руками помолодевшее хоть и слегка осунувшееся лицо.

- Вы хотите передать их мне? – догадался Артур и нахмурился, не зная радоваться или страшиться. Сотни душ. Он мог бы забрать их и попытаться вырваться из ловушки Мёртвого города. А потом пойти на сделку с Рорком Цейхом или...

Отец Отто кивнул.

- Мне нужен человек, к которому я смогу привязать на время души и переложить… хм…, - он сжал губы и замолчал.

- Хотите вместе с душами взвалить на меня и все накопленные вами грехи?!

За окном стремительно темнело. Сошедшая с ума погода снова решила, что пришло время ночи, и поспешно ловила последние лучики угасающего солнца, свирепо уничтожая их.

Жрец молчал, застывшим взглядом глядя в окно.

- Да они же просто разорвут меня на части!

И снова ответом юноше была тишина.

- Зачем же вы взвалили на себя столько чужих грехов, святой отец? – взмолился Арти, затравленно огладывая комнату.

- Они исчезнуть без следа, как только я покину этот бренный мир навсегда, - смиренно отозвался священнослужитель и улыбнулся, - А это произойдёт когда в сердце моем больше не останется места для чужих прегрешений.

- И как…, - Арти хотел спросить, как много места осталось не занятым, но неожиданно смутился и умолк, словно этот вопрос мог задеть и без того истерзанную душу Жреца.

- Для одного, возможно двух, не больше, - отец Отто понял молодого человека без слов и тихо добавил: - Я не могу отказаться от своего призвания. Такова моя миссия.

- Ваша, а не моя! – взвился Арти, сжимая кулаки, - Что случится, если я не смогу удержать их вы пущу души на волю вместе с тысячами чужих грехов?

- Возможно, это станет последней каплей и Сатари-канти погибнет, исчезнет с лица Итариса раз и навсегда, - лицо священнослужителя окаменело, и он закрыл глаза - Или всё вернётся на круги своя и эти люди продолжат тонуть в своих чудовищных иллюзиях. Рано или поздно, чаща зла Сатари-канти переполнится, и сумасшествие этих мест перельётся через края, превратив Итарис в огромный обезумевший Барден.

- А если я откажусь? – хрипло спросил юноша.

- Тогда оглянись вокруг, граф Артур де Реардор, - отец Отто театральным жестом обвёл маленькую комнатку, - Теперь это твой новый дом! Обживайся. Город не выпустит тебя. Я не допущу этого.

- Интересные дела вы вершите именем Светлой, святой отец, - раздражённо бросил Арти. Проклятый Жрец загнал его в угол.

- Добро должно уметь постоять за себя, - назидательно проговорил священнослужитель, - Это главная заповедь моего ордена. И, возможно, единственная действенная, - он усмехнулся, - Конечно, ты можешь попробовать выбраться из города при помощи магии.

- В этой земле нет ни капли волшебства, - Арти замер, прислушиваясь к своим ощущениям, - Она давно мертва.

- Тебя обучали чародейству? - Жрец удивлённо присвистнул и с уважением посмотрел на своего собеседника, - Ты полон тайн, мальчик.

- В далёкие времена моего детства магия ещё жила в землях Итариса, - Арти достал из сумки ларец и, проверив замок, положил его на стол, на первый взгляд единственный предмет мебели не потерявший своей первоначальной целостности, - Это сейчас волшебниками могут стать лишь приверженцы одного из священных Орденов, а раньше… Раньше всё было по-другому.

- Всё не так радужно, как тебе кажется. Светлая оставила своим адептам, - Жрец замолчал, подбирая подходящие слова, - лишь крошечный источник, который охраняется Советом семи, как зеница ока. И, к всеобщему сожалению, он быстро иссякает. Говорят, подобная жила есть и у «Чёрных путников», только магия наполняющая её другая, жестокая и разрушающая. И даже её тоже с каждым днём становится всё меньше и меньше.

- И что станет с Итарисом, когда эти источники иссякнут?

- Наш мир исчезнет, - просто ответил священнослужитель, - Созданный изначальной магией Творцов, он словно прочными верёвками скреплён пронизывающими землю магическими жилами. Если Она не вернётся и не исправит наш сломавшийся мирок, всё просто пропадёт раз и навсегда. Поэтому, в твоих же интересах согласиться на моё предложение, граф де Артур.

- И что я получу взамен? – поинтересовался юноша, отчаянно ища возможности выбраться из этой передряги, - Если всё пойдёт, как вы задумали?

- Ты покинешь стены Бардена, - пообещал Жрец, распрямляя плечи, - И вскоре, забудешь это путешествие, как страшный сон.

- И вы заберёте назад свой, - Артур сморщился, - Багаж?

- Я заберу грехи, - сказав это, отец Отто отвернулся.

- Этого не достаточно.

- Разве?

- Мне нужна душа того, кто сотворил всё это с городом, - Арти вспомнил недавний разговор с Озом и поправил перчатку, скрывающую буквы страшного договора, - Ваша душа, святой отец.

- Ты получишь и её, - после небольшого раздумья, Жрец кивнул, - Но в самом конце, последней, когда всё будет кончено.

Артур колебался. Одну душу, ему нужно принести Озу лишь одну душу, и игра пойдёт по его правилам.

- Мои силы на исходе, - по бледному лицу священнослужителя пробежала дрожь. Он протянул юноше руку и замер, пальцы его чуть подрагивали. Решайся.

- Хорошо, - рекрутер пожал протянутую руку и ту же отдёрнул свою. Ладонь Жреца горела так, словно вместо крови по её венам текла раскалённая лава.

- Для начала, загляни в самый дальний уголок своей души, - святой отец подался вперёд и положил руку на плечо своему собеседнику, - Я спрячу их там.

На плечи Артура опустилась непомерная тяжесть, рука священнослужителя становилась всё горячее и горящее, словно пальцы мужчины медленно вытягивали из юноши последние жизненные силы. В ушах зашипел пенный прибой, голос отца Отто звучал всё тише и тише. Молодой человек чувствовал, как в его плечи, прожигая кожу невиданным жаром, вливались тонкие чёрные иглы, одна за другой. Сотни, тысячи. Вот в голове появился нестройный хор возмущённых голосов.

- Сколько же их?! – юноше казалось, что он кричит, но из онемевшего горла, вырвался лишь сдавленный хрип.

Спину молодого человека обдало жаром. Артур вздрогнул и мгновенно взмок. Что-то пошло не так. Понял это и отец Отто. Обернувшись, Жрец свободной рукой начертил в воздухе знак «Провидения», но было уже поздно.

- Остановись! – голос священнослужителя звучал издалека, отдаляясь всё сильнее и сильнее, - Я же так убью его!

Стены трактира затряслись, пол вздыбился, опрокидывая стоявшую на нём искорёженную мебель, с потолка посыпался сор. Затрещав, окно распахнулось, впуская в комнату длинные щупальца живой оголодавшей темноты. Арти повернулся, пытаясь поймать непослушными руками падающий со стола ларец с душами. В глазах потемнело, а строптивый ларчик нахально вывернулся из онемевших пальцев и, подпрыгнув, упал на пол, раскрываясь. Разноцветные сферы вылетели на свободу и, поднявшись под потолок, закружились в завораживающем хороводе.

- Свобода! Ура! – гомонили они, перебивая друг друга, - Бежим! Скорее! Бежим? Но куда? Неважно! Бежим!

- Что происходит? – прохрипел Артур, с трудом перекрикивая гул поднявшегося ветра. Он попытался сесть, но тяжесть чужих душ и липкая вереница грехов неумолимо тянула юношу вниз, к обезумевшему полу.

- Не вовремя! – заорал Жрец, легко словно пушинку, откидывая юношу к стене, - Ты пришёл слишком рано! Я бы мог всё исправить!

- Поздно, - донеслось до Артура далёкое шипение, - Уже ничего не исправить. Ты опоздал, Отто Сур.

Комнату обволок вязкий полумрак. Темнота, такая плотная и осязаемая, закрутила шарики временных хранилищ сбежавших от рекрутера душ в тонкую воронку водоворота, образовавшегося в самом центре комнаты. Вихрь замер, словно в нерешительности, тьма лениво рассеялась.

На месте недавней воронки стоял нескладный темноволосый подросток лет четырнадцати и задумчиво смотрел на отца Отто пронзительными голубыми глазами. Гул медленно стих и в комнате воцарилась тишина.

- Здравствуй, Отто, - прошептала темнота, мгновение назад превратившаяся в долговязого паренька.

- Здравствуй, Отто, - эхом отозвался священнослужитель, ошарашено глядя на подростка. Облик святого отца постоянно менялся, словно не в силах решить на каком же возрасте ему стоит остаться.

Сейчас они были очень похожи, измождённый юноша с тёмными кругами под глазами, одетый с новенькую белую рясу послушника ордена «Седьмого исхода», и пожилой Жрец, ряса которого, уже успевшего пройти весь путь от посвящения до паломничества, была коричневой и изрядно потрёпанной временем.

- Ты явился сюда, чтобы разрушить мой мир, – послушник сделал шаг вперёд и склонил голову на бок, - Опять.

- Я пришёл исправлять ошибки, - лицо священнослужителя исказилось от боли, глаза полыхали жидким золотом.

- Свои? – послушник презрительно усмехнулся, и в руках его появились шарики, порабощённых Артуром душ.

- Все.

Подняв вверх левую руку, он прошептал заклятье «Стражника». Жреца и корчащегося на полу Арти окутал мерцающий купол. Священнослужитель наклонился к Артуру и прошептал:

- Держись, мальчик.

Артур перевернулся на бок и захрипел. Внутри его истерзанного страшной судорогой тела клокотала бурлящая лава обезумевших душ, волнами дрожи проходя по рукам и спине. В голове, кружась в бешеном танце, гомонили тысячи голосов, они требовали, умоляли и угрожали. И все их крики сводились к одному: «Выпусти нас!!!»

- Слишком…

Арти зажмурился. Бесконечный гвалт голосов не позволял юноше не то что сосредоточиться, а просто услышать свои мысли.

- Слишком много! Я не выдержу!

- Так выпусти их, - бесстрастно произнёс послушник и дотронулся до подрагивающего купола пальцем, - Подари им жизнь.

Замерцав, прозрачный защитный кокон лопнул, взорвавшись сотней ярких осколков.

- Не дай ему забрать их, Артур! – святой отец бросился навстречу послушнику, из последних сил пытаясь защитить рекрутера, но мальчишка легко увернулся и оттолкнул Жреца. Отец Отто неуклюжим мешком рухнул на пол.

- Много лет назад твой новый друг бросил меня здесь, совсем одного, - парень склонился над Артуром и заглянул ему в глаза, - Мне было очень страшно, веришь? - внезапная догадка озарила Арти, и он зажмурился, - Да, - услышал молодой человек насмешливый юношеский голос, - Малыш Отто Сур вырвал кусок своей души. Возможно, не самый лучший, но такой тёплый и живой, и сотворил с его помощью страшное охранное заклятье, заперев в ловушке целый город. Так всё было, святой отец?

Артур открыл глаза и попытался подняться. В двух шагах от него на коленях стоял отец Отто, Жрец потерянно смотрел то на свою тёмную половину то на плотно закрытую дверь, словно ожидая чего-то.

- Молчишь? Расскажи мальчишке, как ты сторговался с Тозалионом, и он согласился взять часть твоей души в обмен на небольшую услугу.

- Худшую часть, - поправил послушника Жрец, - Я воплотил в тебе всё тёмное, что было во мне.

- Не играй словами! - мальчик подошёл к отцу Отто и толкнул его ногой. Священнослужитель завалился на бок, и не торопился подниматься, - Ты бросил меня здесь гнить на долгие века! – голос парня окреп, гремя в голове Артура оглушающим набатом.

- Я пытался всё исправить! - попытался оправдаться святой отец, но послушник не слушал его.

- Плохо пытался, - прокричал мальчишка, глаза его почернели, и теперь на Жреца смотрела искажённое гримасой ненависти лицо «Чёрного путника», - Настало время расплаты!

- Ты часть меня, - прохрипел отец Отто. Сейчас он выглядел немногим старше паренька-послушника, буйствующего в несчастной комнате, - И не сможешь мне навредить.

- Тебе – нет, – послушник обернулся, его рука опустилась на лоб Арти, раскалённым железом прожигая кожу, - А вот ему…

Артур закричал.

- Я заберу кое-что, принадлежащее мне, ты не против?

Сознание Арти затуманилось, отказываясь участвовать в происходящем. Рука послушника почернела и всё глубже и глубже проваливалась в грудь юноши. Если Жрец вкладывал чужие души и грехи в сердце молодого человека очень аккуратно, словно они были хрустальными, то его худшая половина пыталась вырвать их с корнем, совершенно не церемонясь и не заботясь о сохранности нового «пристанища».

Боль завладела Артуром безраздельно, жгучим ядом разливаясь по всему телу.

- Сейчас! – выкрикнул Жрец, неожиданно бодро вскакивая на ноги, - Пора!

В полузабытье Арти стащил с рук перчатки, и схватил послушника за голову. Руны договора полыхнули, прожигая руки. Парень замер, лицо его покраснело.

- Я крепко держу их всех, тварь, - прохрипел Арти, с трудом фокусируя взгляд на расплывающемся лице послушника, - Неужели ты думаешь, будто я не смогу удержать ещё одну? Да ещё и не целую?

- Мою?– мальчишка неуверенно хмыкнул и дёрнул рукой, пытаясь вырваться из ловушки, - Предлагаешь заключить с тобой сделку, рекрутер? Видимо ты выжил из ума, если думаешь, что я пойду на это!

- Я заключу.

Послушник вздрогнул и медленно обернулся. Рядом с ним стоял пошатывающейся отец Отто. Метаморфозы, происходящее с лицом Жреца прекратились, и Артур с удивлением увидел перед собой сэра Леонеля, только ниже и шире в плечах, лицо мужчины было заметно шире, а ближе глаза посажены.

- Не забывай, приятель, мы с тобой всё ещё единое целое, - Жрец хищно улыбнулся, - Готов? – он рывком поднял Арти на ноги и усадил на стул.

- Да, я крепко держу его, - юноша размазал по лицу хлынувшую из носа кровь и сплюнул на пол.

- Ты нарушаешь договор, перепродавая душу! – взвизгнул послушник, тщетно пытаясь вырваться из крепкой хватки рекрутера.

- Прежде чем пойти на это, я получил согласие Семи. Условное, - уточнил отец Отто и, подкинув в руке небольшую каменную печать, с силой запустил её в извивающегося послушника, - «На свой страх и риск», мерзавец!

Мальчишка ловко увернулся от летящей в него печати, и камушек весело заскакал по комнате, закатываясь под кровать.

- Заканчивай с этим.

- Я здесь, чтобы заключить с твоей душой сделку, Отториус Сур, смиренный Жрец Ордена «Седьмого исхода», - привычные слова официального обращения давались легко и, рождаясь, забирали с собой боль сотен обезумевших душ.

Искажённое гримасой злобы лицо послушника удивлённо вытянулось, приняв по-детски обиженное выражение. Время неуверенно замерло, растягиваясь какофонию звуков в бессмысленный ожесточённый вой.

- В обмен на твою бессмертную душу я заберу и прощу все грехи, которые она так бесстрашно несла все эти годы.

- И? – фигура Жреца поплыла, став вдруг совершенно нереальной.

- Я исправлю то, что ты сотворил с нею, святой отец! – выкрикнул Артур, щурясь в полумраке, опустившемся на маленькую комнатку, - Соединю её воедино!

- А силёнок хватит? – прошипел послушник, извиваясь в руках Артура.

- У Оза хватит, - отозвался молодой человек, сильнее сжимая ладони, - Я забыл, - он зажмурился, пытаясь сосредоточиться на ускользающей мысли, - О чём-то забыл. Очень важном. Жизненно важном!

На руках юноши проступали всё новые и новые слова бесконечных договоров тех несчастных душ, который святой отец передал ему. Одна за другой строчки прожигали кожу, и казалось, не собирались оставить ни одного живого места на коже пошатывающегося рекрутера.

В голове Арти в чудовищном хороводе кружились мириады мыслей, перебивая друг друга и не давая остановиться ни на одной из них.

- Скорее! – прокричал Жрец.

- Что-то ещё, - прошептал Артур, цепко хватая ошарашенного послушника за горло, - Я забыл… Постой!

- Сейчас, Артур! – голос Жреца хлёстким бичом вернул его в реальность.

Рекрутер сжал зубы и зашвырнул, ставшего похожим на полупрозрачную тень, послушника прямо в стоявшего в шаге от него в святого отца. Тёмное сплелось со светлым, раскрашивая всё вокруг яркой радугой цветов. Лицо Жреца исчезло, словно неведомый художник уверенными мазками стёр ребяческие черты лица, оставив лиц пустой холст для новых набросков. Отец Отто упал на колени, спрятав лицо в ладонях. Его плечи подрагивали в беззвучном плаче. Или это был беззвучный смех? Тело священнослужителя выгнулось в страшной судороге, Жрец упал на спину, распластавшись на полу, и затих.

- Вот всё и закончилось, - прошептал Арти, усаживаясь на пол. Силы окончательно покинули его, - Как мы и планировали…

Юноша больше не стоял в крошечной комнатушке на окраине Бардена. Он снова шёл по мёртвому лесу у Драконьего гнезда, там, где отец Отто впервые рассказал ему удивительную историю своей разодранной в клочья души.

- Много лет назад, я совершил не то чтобы ошибку, - голос Жреца пробивался сквозь полузабытье, не давая Арти окончательно утратить ускользающее сознание, - Скорее не совсем обдуманный поступок. И хочу попросить тебя о помощи, мальчик. Там в Бардене. Ради всех нас, ты должен исправить злодеяние, совершённое мною много лет назад, и соединить две части моей измученной души воедино.

- Соединить? – Арти услышал свой далёкий потрясённый голос, эхо звучащий в воспалённом сознании, - Но как?

- За долгие годы я сумел придумать действительно стоящий план, - Жрец шёл рядом с телегой, постоянно оглядываясь, словно опасаясь нападения, - Просто доверься мне… Он будет следить за каждым нашим шагом, Артур, - далёкий голос святого отца пропадал, истончаясь, и теперь Артур слышал лишь отголоски недавней беседы,- Если догадается, что ты знаешь… знаешь…

- Я помогу… А взамен? Взамен…

- Душа…

- Ваша?

Голоса становились всё тише и тише, прячась на самом краю сознания.

- Да.

- … сделка?

- Да… Да… Соедини мою душу и она твоя… Твоя…

- Сначала договор… договор…

- Нет… Нет… Сначала душа….

- Смело… торгуетесь?

- Вся наша жизнь – это огромный базар, где каждый хочет урвать себе кусок пожирнее и заплатить за него подешевле. Разве ты не знал?

Смех. Беззлобный. Усталый. Обречённый. Смех уставшего человека… Человека ли?

- Хорошо… Но всё должно идти по моим правилам.

- Договорились…

- Вот всё и закончилось, - прошептал Жрец откуда-то издалека.

Его лицо снова приобрело привычные черты, хитрые голубые глаза, нос картошкой, трёхдневная щетина. Артур лежал на полу. Дышать удавалось с трудом, воздух, протестуя, отказывался наполнять лёгкие.

Дверь в комнату осторожно приоткрылась. Юноша медленно повернул голову, и увидел испуганное женское лицо. Он сразу узнал её.

- Веста.

- Веста, - эхом повторил святой отец и махнул рукой, приглашая девушку пройти в комнату, - Ты вовремя.

Веста кивнула, и плотно затворив за собой дверь, склонилась над Артуром: - Всё прошло успешно?

- Да, - Жрец кивнул и тут же болезненно поморщился, - Нужно привыкнуть. Ты оказалась права, мальчик выдержал. Оз не зря выбрал его себе в протеже.

Арти хотел что-то сказать, но лишь захрипел, с трудом фокусируя взгляд на хрупкой светловолосой девушке, храброй охотнице на нечисть, которую он однажды повстречал в команде Грома Торри. За спиной девушки виднелся старый добрый арбалет.

- Как он? – тихо спросила Веста. Её голос удивительным образом отдалялся, едва касаясь сознания Артура. Глаза слипались.

- Пока живой.

- Как ты решил поступить дальше? – девушка провела по щеке Арти ледяной ладонью, и жар медленно отступил, сознание прояснилось.

- Никак, - Жрец пожал плечами, - На этом продуманная часть моего плана заканчивается. Пора нам убираться отсюда.

- Ты ведь всё рассказал ему?

- Отчасти, - уклончиво ответил отец Отто, аккуратно приподнимая рекрутера, - Главное, что он согласился мне помочь.

- Что ты пообещал ему?

- Душу.

Девушка побледнела и растерянно посмотрела на чистые руки отца.

- А как же контракт?

- Я немножко смухлевал, милая, – по губам Жреца скользнула хитрая улыбка, - Пускай моя душа ещё немного побудет со мной. Да и сама понимаешь, пройдут годы, пока я залечу её.

- Ты же не хочешь сбежать и бросить его здесь умирать, отец? – строго спросила охотница.

- Не забывай, что твой приятель не лучший человек в этом странном, но любимом мною мире, - встретив недовольный взгляд дочери, Жрец вздохнул, - Ладно. Будь, по-твоему. Помоги-ка мне, – мужчина обернулся на дверь, - Попробуем донести его до хижины. Если дед согласится осмотреть его, - Жрец поднял валяющийся у окна стул и усадил на него юношу, - У парня ещё может появиться шанс. Надеюсь, он, как и раньше, держит оборону.

- Если у него не хватило сил очистить твою душу, - девушка с жалостью посмотрела на Арти, - почему ты думаешь, что в этот раз у него всё получится?

- Сам того не подозревая, мальчишка отпустил все накопленные грехи.

Отец Отто расплылся в довольной улыбке. Похлопав Арти по плечу, он едва успел подхватить молодой человек, медленно заваливающегося на бок.

- Ты, - выдохнул Артур, хватаясь за его руку, - Лжец! - рекрутер дёрнулся, пытаясь освободиться.

Волна ярости зашумела в ушах, нестерпимым жаром обжигая лицо. Руны договора пылали на его руках, немым укором напоминая о сделанной глупости, все кроме одного, такого нужного, заветного. Договора на душу Отто Сура.

- Ты пытался сцапать мою душу, граф де Реардор! – возмутился Жрец, прислоняя юношу к стене, - Я просто отстаивал свои интересы.

- Значит, ты обманул его, отец? - вступилась за рекрутера Веста.

- Ты преувеличиваешь, - отмахнулся от девушки священнослужитель, - Я просто не успел дать официозного согласия на продажу своей души. И только лишь, - отозвался Жрец и с укором посмотрел на молодого человека, - Неужели ты и правда думал, что я продам тебе свою душу? Единственное, что связывает меня со Светлой? Да ещё зная, кому ты мальчик отнесёшь её? Ради Творцов, Артур! Я стар, а не безумен! - взвалив обессиленного парня на плечо, Жрец смахнул пот со лба и кивнул на дверь, - Пора выдвигаться.

Торопливо собрав сумки рекрутера, Веста закинула их себе за спину и, оглядев перевёрнутый с ног на голову номер, собрала валяющиеся на полу сферы. Распахнул дверь, девушка пропустила отца вперёд и вышла в тёмный коридор, заканчивающийся крутой скрипучей лестницей.

Всё внутри Артура де Реардора клокотало, волнами дрожи проходя от затылка к кончикам пальцев, словно исполинский рассерженный вулкан рвался на свободу. В голове, кружась в бешеном танце, гомонили тысячи голосом, они кричали, требовали, умоляли и угрожали. И все их крики сводились к одному: «Выпусти нас!!!»

- Идти можешь? – отец Отто отошёл на шаг, неуверенно глядя на своего недавнего попутчика.

Арти медленно кивнул и, шатаясь, словно впервые ступивший на палубу матрос пошёл вниз по лестнице к дверям, ведущим из таверны на укутанную во тьму улицу. Поддерживаемый Жрецом, он спустился по казавшимся бесконечными ступенькам. После недавнего переполоха, хозяева трактира благоразумно спрятались на кухне, в щёлочку приоткрытой двери следя за действиями шумных постояльцев.

- Они окружили двор, - отдёрнув штору, Веста выглянула в окно, - Обступили трактир плотной чёрной стеной.

- В моём арсенале ещё осталась пара тройка грязных фокусов, - Жрец снял перчатку и сжал кулаки.

Сердце Арти глухо бухнуло и замерло.

- Помогите, - прошептал он пересохшими губами.

- Ты можешь что-нибудь сделать? - Веста с жалостью посмотрела на рекрутера.

- Да, но помощь будет недолгой, - кольцо Риальды ярко засияло в полумраке обеденного зала, окрашивая стены призрачными изумрудными всполохами, - Пока они не поймут, что ты это вовсе не я.

Жрец осторожно толкнул Арти ладонью в грудь. Как только рука святого отца коснулась юноши, остатки его призрачной молодости начали стремительно испаряться, словно со старого холста слезала пёстрая краска. Священнослужитель вздохнул и выкрикнул странное заклятье, так громко, что юноша чуть не оглох. Разобрать слов он не смог, лишь дёрнулся, как от удара и зажмурился. Из глаз молодого человека посыпались искры, и обезумевший хор голосов в его несчастной голове озадаченно замер.

Почувствовав прилив сил, Арти распахнул дверь, и сделал шаг в кромешную тьму улицы. Его лица коснулись бархатистые щупальца темноты, ощупывая, изучая. Коснулись и отпрянули, недоверчиво замерев в шаге от юноши. Последние силы, отданные Отто Суром, испарились в мгновение ока. Что-то внутри Арти рванулось наружи, разрывая связки и жилы. Юноша закричал, выгибаясь от ужасных судорог, глаза застлал кровавый туман.

- Веста! Нужно дотащить его до моего дома, – Жрец закашлялся и поморщился, схватился за прихватившую спину, - Вот ведь старость не радость…

Арти словно во сне перебирал ногами. Там, где тонкие щупальца коснулись его кожи, остались глубокие уродливые ожоги. Всё вокруг смешалось в бешеном круговороте криков, визга и рычания. Отец Отто что-то кричал, толкая юношу вперёд, словно тараном рассекая подступающую темноту. Его руки горели холодным ледяным огнём, а в глазах словно плескалось золото. А в сердце юноши, тем временем, ворчал и бурлил огромный вулкан, вот-вот готовый взорваться, заливая всё вокруг смертельной лавой обезумевших душ.

Вот перед его взором появилась старая исцарапанная дверь. Жрец втолкнул юношу в дом, а сам развернулся лицом к обезумевшей тьме. За спиной Арти полыхнуло зарево, и улицу огласил удивлённый вой, сменившийся оглушительным визгом.

- И кого ты мне притащил? – Артура основательно встряхнули сильные руки, - Эй, парень! – кто-то усадил его на лавку и поднёс к лицу тёплый свет, - Ты там не помер часом?

Арти с трудом сфокусировался на новом голосе, таком не похожем на бесконечный гомон пойманных в ловушку душ. Мир закружился перед глазами, и рекрутера вывернуло, явив свету недавний ужин.

- Ты смотри-ка, живой.

Перед Артуром стоял невысокий широкоплечий мужчина, грубое лицо которого практически полностью заросло кустистой седой бородой, оставив лишь маленькие островки для колючих прищуренных глазок.

- Вы кто? – Арти моргнул и сел прямо.

- Я бы и хотел сказать – друг, - борода мужчина шевельнулась, он ухмылялся, - Но вряд ли это так.

- Ты живой? – Арти подался вперёд и попробовал дотронуться до улыбчивого здоровяка. Не встретив препятствий, рука прошла насквозь.

- Хороший вопрос, - мужчина снова хлопнул Арти по плечу и расхохотался, - Я скорее жив, чем мёртв, но не здесь.

- Это как? – молодой человек откинулся назад и сглотнул. Комната закружилась и перевернулась с ног на голову.

- Сложно, - бородач снова усмехнулся, и протянул гостю плошку с водой, - Ради Творцов, парень, прекрати зеленеть. Меня это нервирует.

- Кто вы? – осушив плошку, повторил свой вопрос рекрутер.

- Я привык к тому, что барденцы зовут меня просто - Староста, - скромно представился хозяин дома и шутливо поклонился.

Арти заглянул мужчине в глаза и отвернулся.

- Вы продали душу.

Мужчина кивнул, отводя глаза.

- Я был первым, очень давно, - неохотно признался он, - Так давно, что начинает казаться, словно и не было всего этого вовсе. И я помню лишь старую легенду, рассказанную как-то заезжим менестрелем.

- Вы научились отделять души, - Арти так устал от всего происходящего, что даже не счёт необходимым удивиться своей неожиданной догадке.

Староста кивнул.

- И не только, - в голосе хозяина дома промелькнула искорка затаённой гордости, - Грехи, эмоции, страсти, переживания. Это я позвал в Барден Риальду и Тозалиона. Хотел продемонстрировать своё творение, самоуверенный наглец. Давай я помогу тебе, - мужчина задумчиво поскрёб бороду и ушёл. Вернувшись, он продемонстрировал Арти небольшую коробочку. Открыв её, бородач извлёк тонкий стеклянный обруч и надел его на голову юноше, - Если бы малышу Отто тогда ненависть не заслала глаза, всё это уже давно закончилось.

- Я бы не стал его винить, - обруч сжал юноше виски. Артур, чувствовал, как из его рук, медленно вытекали души одна за другой, они просачивались сквозь пальцы, уходя в пол и, забирая с собой жар и последние оставшиеся силы, - Он же ваш внук, отомстивший за смерть своей матери.

- Я не знал, что всё так обернётся…

- Но почему ваш именно я?

- Что-то в тебе есть, раз сам Тёмный так рьяно хранит твою крошечную душонку за семью замками, - Староста осторожно повернул обруч на голове незваного гостя,

- Если он знает, что здесь происходит, почему он не исправит?

- Он знает обо всём, что происходит в Итарисе? - мужчина тихо рассмеялся, -

- Тебе будет трудно в это поверить, но он делает всё от него зависящее, - в глазах мужчины отразился свет мерцающего обруча, - Даже больше, чем ты можешь себе представить. И я, в меру своих возможностей, стараюсь помогать ему.

- Он собирает армию!

- И очень скоро она понадобится ему.

- Вы просто не понимаете, о чём говорите, - раздражённо бросил Арти, - Сидите здесь…, - он замолчал. На мгновение что-то в его лице странного бородача показалось юноше смутно знакомым.

- Когда-нибудь он расскажет тебе… больше, и ты поймёшь, как ошибался, - в голосе хозяина дома послышалась грусть, - И тогда...

Но Арти уже не слушал его. Он вглядывался в мягкие черты сосредоточенного лица, крутя его и так и эдак.

- Где я мог вас видеть? - Озарённый неожиданной догадкой, юноша полез в карман и достал серебряный эрл, - Будь я проклят, - прошептал он, разглядывая блестящий аверс монеты.

- Так ты уже проклят, приятель. Остаться без души та ещё заслуга. Дай-ка сюда, - бородач расхохотался и забрал у парня монету. На эрле красовался строгий профиль немолодого бородатого мужчины, как две капли воды похожего на собеседника обессиленного Артура, с одной лишь разницей, что бородач был значительно моложе, - Что-то я исхудал на государственных харчах.

- Ты - Райен, - прохрипел Арти и закашлялся, - Я видел тебя в детстве, когда отец взял нас с братьями на приём…

- Когда-то давно я хотел править миром и жить вечно, - мужчина подкинул эрл в воздух и, не сумев поймать, витиевато выругался. Вредная монетка прошла сквозь его ладонь и закатилась под лавку, - И ради этого был готов на всё что угодно.

- Святые Творцы, кто же правит Итарисом? - Артур зажмурился и осторожно открыл глаза, словно надеясь, что странный призрак исчезнет.

- А это вопрос на все сокровища мира, парень, - голос Райена отдалялся. Арти клонило в сон, всё сильнее и сильнее, пока поток чужих душ не иссяк, и на его плечи не опустилась блаженная опустошённость. Обруч на голове юноше нагрелся и из кристалла в центре вылетел тонкий блестящий луч.

- Всё? – открыв глаза, Арти увидел перед собой задумчивое лицо отца Отто, - Так просто

- Думаешь, это было просто, торопыга? – Райен тихо рассмеялся. В руках мужчина держал толстую книгу в тонком кожаном переплёте.

- Мама рассказывала, что она исчезла вместе с твоей лабораторией, - Жрец попытался забрать у бородача книгу, но пальцы прошли сквозь фолиант, не встретив сопротивления.

Ураган за окном удивлённо затих, а на небосвод впервые за сотни лет неуверенно выбралось солнце.

- Исчезла, - не стал спорить Райен, - Эта рукопись такая же призрачная как твой старый дед, - пошутил мужчина и развернул фолиант так, чтобы священнослужитель увидел пустые страницы, - Я помню её до последнего слова, - он захлопнул книгу, и Арти с удивлением прочитал название на толстом корешке, - «Сатари-канти» - «Цена души».

- Поговаривают, что копия хранится у «Чёрных путников», - Жрец нахмурился, глядя на тающий пол подл ногами.

- Это правда, - бородач провёл рукой по полупрозрачным стенам, - Вам пора уходить. Пока этому городу не пришло в голову забрать вас с собой.

- А контракты? - пробормотал Жрец и Арти почувствовал, как кто-то взял его за руки, - Они всё ещё хранятся у твоего сына?

- Леонель больше не принадлежит этому миру, - голос Райена звучал всё тише и тише.

- А души? Что будет с ними?

- Я отпустил их, - бородач улыбнулся, - Их дальнейший путь – их судьба. Пускай выбирают сами, - он замолчал.

- И этот кошмар наконец-то закончится? – с надеждой в голосе спросил Отто.

- Нет, - Райен покачал головой, - Боюсь, он только начинается.

- Я не понимаю.

- Ты поймёшь, - лицо мужчины поплыло, исчезая вместе с сознанием Артура, - А теперь тебе нужно убраться отсюда до захода солнца.

Стены хижины потекли, словно кусок масла на горячей сковороде. - Ты смеёшься? – удивлённо воскликнул Отто, - Он здесь случается по дюжине раз на дню.

- Что ж, - Арти почувствовал, как голос бородача и зазвучал в сознании юноши, - Тогда нам стоит поторопиться.

Глава 8

Небольшой костерок с трудом разгонял зыбкую темноту, окутавшую горный перевал близ Драконьего гнезда. В бледный круг света, нарисованный взошедшей луной, попадали сваленные у скалы старые проржавевшие доспехи, рядом с которыми примостилась раскрытая кожаная котомка. В шаге от неё лежал выбеленный человеческий скелет. Сэр Леонель сатарский, наконец, нашёл долгожданный покой, а договора, которые он так преданно хранил все эти горы, рассыпались в прах. Тоннель больше не преграждала волшебная каменная преграда. Проход в мёртвый лес был снова открыт. Барден пропал, растворился в ночной тьме, забрав с собой порождённых им чудищ и обречённых на бесконечные муки жителей.

Придя в себя рядом с последним пристанищем сэра Лео, Артур прошёл через тоннель и убедился в том, что всё закончено и Сатари-канти навсегда исчез с лица Итариса. Сейчас же, опустошённый и уставший рекрутер сидел у маленького костра, с трудом согревая озябшие руки и ждал.

Ближе к полуночи на крутой горный тракт вышел сгорбленный старик и неторопливо подошёл к чёрному провалу тоннеля. Он провёл рукой по шершавой стене, и на её поверхности проступили скрещённые знаки Света и Тьмы. Ярко полыхнув, они растаяли, осыпавшись на землю тусклыми искрами. Пространство вокруг старика прошло рябью и вот перед Артуром стоит высокий худощавый мужчина.

- Отто Сур обманул меня, - Арти даже не стал поднимать голову. Он и так прекрасно знал кто перед ним, - Я поверил, а он…

- Хороший урок для тебя, - Оз встал рядом с юношей протянул руки к костру, - Никогда не верь…

- Жрецам? – догадался рекрутер, но усталый путник в ответ отрицательно покачал головой.

- Никому, если дело касается его души.

- Я всё испортил.

- Напротив, - не согласился с ним Оз. Он расстелил на дороге куртку, и уселся на неё, скрестив ноги на южный манер, - Мало кому в этом мире в одиночку удастся снять самое страшное проклятье за всю историю Итариса. Ты герой, правда, об этом вряд ли узнает кто-нибудь кроме меня.

- Зачем Она так с ними поступила? – юноша вспомнил рассказ отца Отто и сердце его сжалось.

- Даже очень хорошие люди способны на плохие поступки, - помолчав, проговорил Оз, - Там, откуда мы пришли, душа – это великий дар, она бесценна. И, чтобы получить её, нужно пройти через сложнейшие испытания, доказывая, что ты достоин.

- А откуда вы пришли? – Арти поворошил палкой потрескивающие головешки.

- Издалека, - путник внимательно смотрел на костёр, и нервные всполохи отражались в его тёмных глазах, - Мы тысячелетиями путешествовали по разным мирам, и далеко не везде нам были рады. Однажды дорога привела нас в Итарис: землю ремесленников и мастеровых, воинов и исследователей, лекарей и законников. Мир, прекрасный, но скучный, лишённый творчества, волшебства и созерцания. И не было здесь ни менестрелей, ни художников, ни рассказчиков, ни романтиков, и даже с ума в Итарисе сходили крайне редко, - он достал из дорожной сумки краюху хлеба и, разломав её пополам, протянул кусок Артуру, - Риальда пожалела вас и преподнесла бесценный дар, поместив в итарийцев крошечную искру. Набравшись сил и опыта, она вскоре разгорелась в яркое пламя человеческой души.

Оз хлопнул в ладоши, и у его руки, вспыхнув, зажглась маленькая сфера. Арти сразу же узнал её. Это была она. Его душа. Бирюзовая и потускневшая.

- Тебе рассказали о «Цене души», - уверенно проговорил путник и задумчиво посмотрел на рекрутера, - Что ты намерен делать?

- Я найду её! Какую цену мне бы не пришлось заплатить, книга будет моей, - не в силах оторвать взгляда от сферы, Артур неосознанно протянул вперёд руку.

- Главное, не прогадай, - Оз щёлкнул пальцами, и бирюзовый шарик исчез, а на его месте появилась маленькая монетка, - Знаешь, что это? - путник подкинул в воздух крошечный немного изогнутый тарр.

- Самая мелкая монета Итариса, - Арти устало потёр лицо.

Тускло блеснув в свете костра, монета снова оказалась в воздухе.

- Невеликая ценность, да?

Артур пожал плечами.

- Яблоко можно на рынке купить, если хорошо поторговаться.

- Я нашёл её валявшейся на дороге сто семьдесят шесть лет назад, - мужчина усмехнулся и достал из походной сумки большое зелёное яблоко с красным бочком и с явным удовольствием захрустел им, - В сером квартале Гильдии нищих и прокажённых в Уэрике. По этому тарру днями и ночами ходили люди, колесили тяжёлые кареты благородных, её топтала шумная детвора и даже матёрые попрошайки брезговали нагнуться и подобрать эту славную монетку.

- Так ведь мелкая же, - буркнул Арти, равнодушно поглядывая на потрёпанный временем кругляш, - Чего лишний раз спину гнуть?

- А вот я подобрал. И знаешь что? – Оз выдержал драматическую паузу, - В торговом доме Релити этот побитый жизнью тарр оценили в триста сорок тысяч эрлов. Оказалось, что монетка необычная. Она бракованная, вот видишь, - путник развернулся так, чтобы Артур видел изогнутый аверс, - Здесь у Райена шикарные подкрученные усы. Приглядись.

Арти прищурился.

- Наш загадочный правитель никогда не носил усов, и уж тем более таких щегольских, как на этой чеканке. Бороду носил, а усы – нет. Прознав про дерзкую шутку Гильдии монетчиков Итариса, он приказал выпороть Мастера-чеканщика прямо на главной площади города, а монеты изъять и уничтожить. И, конечно же, нашлись доброхоты, припрятавшие парочку бракованных тарров под подушку до лучших времён.

- И ты не продал её? – юноша потрясённо смотрел на протянутую ему монету, - Да на эти деньги можно поместье купить вместе с землёй и со скотом в придачу!

- Кто знает, в скольких руках, кошельках и карманах успела побывать эта монета, пока я не нашёл её в пыли и грязи? Возможно, она пересекла океан и дюжину морей, была в горах или в глубоких подземельях. Судьба этого крошечного тарра в сотни раз интереснее жизни любого жителя Итариса или даже целого города. Её история намного важнее скучного поместья, пусть даже с землёй и скотом. Вот, держи, - Оз положил монету в руку юноши, - Это подарок. И теперь уже тебе решать продавать её или проявить уважение и позволить истории твориться дальше, пусть даже посредством самой мелкой монеты в мире. Ты видишь сны? - неожиданно спросил путник, кидая огрызок от яблока в костёр.

- Вижу, - Арти насторожился и спрятал монетку в карман.

- И что тебя снится?

Юноша нахмурился:

- Я плохо их запоминаю, - он закрыл глаза и потёр переносицу, - Иногда мне снишься ты… Иногда мои братья.

- Это ещё один дар, Артур, - мужчина покровительственно улыбнулся, - Я даю тебе передышки. Путь и короткие, но всё же… Все, кто, так или иначе, остался без души, навсегда лишаются сна и обречены на бесконечное бодрствование.

- Лишаясь души, мы лишаемся возможности видеть сны? – неуверенно спросил Арти.

- Нет. Потеряв душу, вы лишаетесь возможности выбирать.

- Но зачем тебе столько душ? – этот вопрос не давал ему покоя многие годы, но юноша не был уверен, что его собеседник ответит.

- Душа всего одна, - поняв, что Арти готов задать новый вопрос, путник поднял руку вверх, - Для этого знания ещё не пришло время.

- А ты видишь сны? – Артур громко зевнул, чувствуя, как слипаются глаза.

- Да, - прошептал в ответ призрачный силуэт.

- И кто тебе снится? - юноша прищурился, силясь разглядеть ускользающую фигуру по другую сторону костра.

Оз улыбнулся и за мгновение до того, как исчезнуть, успел прошептать:

- Она.

Часть третья. "Бег по кругу". Глава 1

Старый блошиный рынок, прозванный в народе Оборотным за незаконную торговлю Ярлыками и заклеймёнными от побега рабами, примостился на самой окраине Ивицы, близ горного хребта «Горб карла». У улыбчивых торговцев, зорко следящих за каждым шагом многочисленных посетителей, можно было без труда прикупить приворотных и отворотных зелий и запрещённых настоек-невидимок. А если день выдастся удачным, хозяин магазинчика, к двери которой приколот красноречивым флажком с изображением перекрещённого с мечом посоха чародея мог извлечь из-под прилавка бесценные свитки с заклинаниями, в силу специфики рынка далеко не всегда срабатывающими именно так, как того хотел покупатель. Жалобы на качество заклятий и требования возврата денег случались крайне редко. Чаще всего, переживший не лучшие моменты в своей жизни клиент тихо радовался, что остался жив и здоров и благоразумно решал прекратить незаконную чародейскую деятельность.

Покой посетителей и честность заключаемых контрактов в меру бдительно охраняли подкупленные предприимчивыми торговцами городские стражники. Прельщённые задорным звоном итарийских эрлов, стражи сквозь пальцы поглядывали на мошенников и мелких воришек, обучавшихся своему нелёгкому ремеслу под присмотром более опытных собратьев.

Иногда наблюдательному путнику удавалось высмотреть среди горожан, облачённых в просторные тёмные одежды, мужчин, чем-то похожих на огромных нескладных грачей. Их длинные волосы были заплетены в толстые косы, а высокие лбы клеймил причудливый рисунок в виде перевёрнутых песочных часов. «Грачи» неторопливо прогуливались вдоль торговых рядов и спрятанных под навесами лавок и заключали свои собственные опасные и не всегда понятные простым смертным сделки.

Легко догадаться, что это были не обычные купцы или покупатели, заглянувшие на рынок в свободное от привычных хлопот время. После окончания войны Переродившихся душ, блошиный развал Ивицы облюбовали Пастыри Лучезарной тьмы, добровольно избравшие путь Тёмного или «Чёрные путники», как их за глаза называли мастеровые и крестьяне. Адепты самого жестокого окружённого множеством страшных легенд Ордена королевства Итарис, как никто знали толк в скользких сделках.

Приняв послушание, Пастыри всю жизнь соблюдали обет молчания и абсолютного послушания Канонику своей епархии. Лишь почувствовав ледяную руку смерти на плече, послушник получал священное право выкрикнуть имя своего убийцы или же, если перерывалась жизнь адепта высшей иерархии, приёмника, которому суждено было занять его место. Нарушившего обет, ждало наказание, в сравнении с которым смерть могла показаться благословением.

Со временем у учеников, проходивших обучение в стенах Обители Последнего пути, развивалась способность к чтению мыслей. Но и этот Дар был послан не всем послушникам. Одним из счастливчиков был Пастырь Виго, которому своим высочайшим дозволением говорить позволил сам правитель Итариса Райен IV.

Именно Мастера речи и разыскивал Артур де Реардор в этом забытом Творцами месте уже третий час.

- Позвольте пройти, сударь.

Арти придержал шляпу и учтиво посторонился, пропуская невысокую затянутую в узкий корсет девушку. Хоть лицо незнакомки и было скрыто за тонкой чёрной вуалью, они сразу узнали друг друга и предпочли не показывать этого.

- Благодарю, - бросила барышня, даже не соизволив обернуться.

Ветер подхватил обрывок фразы и, закружив слова в весёлом танце, унёс их наверх, в компанию к хмурым свинцовым облакам.

Юноша улыбнулся, уловив сладкий аромат её духов, и продолжил свой путь. Эта мимолётная встреча согрела души молодого человека и заставила утроить бдительность. Их интересы снова пересеклись и это, увы, не предвещало ничего хорошего.

Его неизменный преследователь, приземистый гном с густой гривой русых волос, напряжённый и упорный, словно почувствовавшая след гончая, ни на шаг не отставал от Артура уже четвёртые сутки. Держась на расстоянии, он не торопился раскрыть цели своей навязчивой слежки. Прошлым утром, Арти попытался сбить гнома со следа простенькой «Путалкой». Однако заклятье не возымело действия, и наблюдатель продолжил своё преследование.

Сейчас соглядатай, неотступно следовавший за молодым человеком от самого причала, отчаянно изображал заинтересованность широкополыми соломенными шляпами, гроздью свисавшими с демонстрационного дрына. Вот гном оглянулся, выискивая свою цель среди непрерывного потока прохожих. Наткнувшись на внимательный взгляд Артура, он дёрнул плечом и поспешно обернулся.

- Дилетант, - бросил юноша и двинулся дальше.

Заприметив, наконец, оранжевый тент «Чёрных путников», Арти уверенно повернул направо. Петляя меж рядов овощных лавок и развалов с разнообразными побрякушками, он остановился рядом со сбитым из неотёсанных досок столом, за которым лицом к лицу сидели двое мужчин. Один из них, тот, что был помоложе, оказался редким щёголем: прекрасного кроя бардовый кафтан с эмблемой придворных чародеев на рукаве, подобранная в цвет и лихо сдвинутая на затылок шапочка, тонкие лосины, аккуратно заправленные в высокие блестящие сапоги. Его оппонент был одет в простую крестьянскую одежду: на тонкую льняную рубаху наброшена плотная куртка без пуговиц, из-под широких штанов выглядывали стоптанные сапоги. Оба широкоплечие, с суровыми бородатыми лицами, они буравили друг друга застывшими взглядами, и, казалось, не дышали. Юноша впервые видел спор двух Мастеров, проходящий под присмотром «Чёрного путника». Как и вся жизнь Пастырей, он проходил в гробовой тишине.

Оглянувшись по сторонам, Арти не удержался от соблазна, и помахал перед носом у щёголя перчатками. Мужчина даже не шелохнулся.

- Вы что-то хотели, юноша?

Чья-то цепкая жилистая рука схватила Артура за запястье и сжала в железных тисках.

- Да, - Арти обернулся и бесстрашно посмотрел в антрацитовые глаза Пастыря, - Меня интересуют книги.

- Какие именно? – всё так же бесцветно прошелестел адепт. Клеймо на его лбу блеснуло, песочные часы перевернулись и тут же погасли.

- Для начала, я бы попросил вас отпустить меня, - мягко попросил Артур и вымученно улыбнулся, - Пожалуйста.

В настоящий момент, он даже и помыслить не смел о том, чтобы попытаться освободить руку или сделать резкое движение, которое этот невысокий щуплый человек с лишённой мимики лицом мог бы посчитать угрозой.

- Я не представляю для вас опасности.

- В этом городе нет живого существа, способного навредить мне, - мужчина сделал ударение на слове «живого» и едва заметно изменил захват. Рука юноши онемела до плеча, а в ушах зазвенело, - Вы совершили бестактность. Никто не смеет нарушать спор Мастеров.

- И я сожалею об этом, - Арти скрипнул зубами, чувствуя как колючий морозец заклинания, повисшего на кончиках пальцах Пастыря, перекидывается на его щёку, - Но мне было необходимо привлечь именно ваше внимание, Виго, - брови мужчины едва заметно дрогнули, - Лишь адепту вашего ранга могут доверить рассудить спор двух Мастеров, я прав? И ещё, - он замолчал, по губам прошла неприятная дрожь, - И в отличие от обречённых на молчание «Чёрных путников» вы… го-во-ри-те.

- Излишняя осведомлённость может когда-нибудь сыграть с вами злую шутку, молодой человек, и привести к неприятностям, - Пастырь ослабил хватку и к лицу Артура начала понемногу возвращаться чувствительность, - Особенно если вы являетесь слугой нашего злейшего врага, которого мы так давно дожидаемся в нашей Обители, - подавшись вперёд, прошипел адепт.

- Не слугой, - Арти говорил медленно, речь давалась ему с трудом, - А посредником.

- А он тоже так считает? – губы Виго едва заметно изогнулись в кривой ухмылке. Артур промолчал, из-за всех сил борясь с желанием ответить на колкость, - Хорошо, - после небольшого раздумья адепт разжал пальцы и сделал шаг назад. Рука Арти повисла безвольной плетью, и в неё тут же вцепился рой взбесившихся иголочек, - Через несколько минут беседа этих сударей, - он кивком указал на замерших мужчин, по лицам которых градом катил пот, - завершится, и тогда я буду готов ответить на некоторые ваши вопросы, юноша. Не бесплатно, конечно, - добавил Пастырь и небрежным жестом протянул вперёд узкую мозолистую руку.

- Конечно, - кисло повторил Арти и положил в обтянутую шелушащейся жёлтой кожей ладонь десять эрлов.

- Ждите.

Молодой человек перевёл дух и отошёл в сторону, наблюдая за тем, как Виго достаёт из кармана маленькую глиняную табличку и кладёт её на стол между ведущими безмолвный разговор Мастерами. Спорщики одновременно «оттаяли» и протянули к ней руки. Но лишь одному, суровому крепышу в старой куртке, удалось дотронуться до заветной дощечки. Его оппонент тонко вскрикнул и замертво рухнул на землю, испачкав грязью свой великолепный кафтан. Глаза Мастера остекленели и закатились. Он захрипел так, словно из него вытягивали последний воздух.

Арти отвернулся. Юноша прекрасно знал, что произойдёт дальше. Изо рта несчастного вылетит крошечный шарик души и по его цвету можно будет с лёгкостью определить, вёл её бывший владелец праведную жизнь, тогда сфера, в которую её спрячет Виго, будет мягких светлых тонов, жёлтого или изумрудного, или был душегубом, в этом случае шарик души окажется чёрного или тёмно-синего цвета.

Артур обернулся, потирая саднящее плечо. Проходящие мимо них люди не обращали на происходящее за простым деревянным столиком никакого внимания и спокойно шли за покупками, даже не подозревая, какие дела вершатся прямо под их носом.

- Я победил! – воскликнул выигравший спор Мастер и вытер выступивший на лице пот рукавом куртки. Вскочив со стула, он схватил дощечку и прижал её к груди, - Правда на моей стороне!

- Нет, - услышал Арти тихий ответ Виго.

Лицо Мастера побледнело, и он замер, испуганно глядя в страшные лишённые зрачков глаза Пастыря.

- Но как же…, - пробормотал он, отступая, - Я же…, - Мастер указал на своего соперника трясущимся пальцем, - Он ведь мёртв!

- Ты попытался смухлевать, Акр, - дождавшись, пока его помощники заберут бездыханное тело, адепт сел на освободившийся стул и положил руки на стол ладонями вниз, - Очень умело, но это ничего не меняет. Ты ведь знаешь правила.

- Нет! – воскликнул Мастер, снова вытирая лицо. Обманщика заметно трясло, - Я бы не стал…

- Ты снова врёшь мне? – в голосе Виго скользнуло удивление, смешанное с досадой, - Зачем?

- Я, я…, - мужчина обернулся, ища поддержки в безучастных лицах прохожих, - Ладно! Возможно, я догадывался обо всём заранее и искал подтверждения… Но это же мой сын! Он достоин лучшей доли, если, - мужчина запнулся, его ноги подкосились,- Если всё это окажется правдой!

- Я буду милосерден к тебе, - Пастырь внимательно наблюдал за реакцией победившего в споре Мастера, - И в наказание за обман заберу лишь десять лет твоей никчёмной жизни.

- Сколько?! - Акр схватился за голову и простонал: - Но за что?!

- Когда ты садился за этот стол, я предупредил тебя, что здесь господствует правда, и лишь она, - Виго не моргал, прожигая собеседника жутким взглядом, - Неужели ты забыл? Я повторил это дважды.

- Да, но…, - в глазах мужчины плескалась паника, - Мне уже сорок пять!

- У тебя есть выбор, - Пастырь снова улыбнулся, и от его змеиной улыбки по спине Арти пробежал холодок.

- Правда? – с подозрением спросил Мастер.

- Да, - Виго великодушно кивнул, - Тебе предстоит вернуться домой и привести в наш Орден своего сына.

- Что? – потрясённо прошептал Акр, ошарашено глядя на своего мучителя, - Да, ты с ума сошёл, этелентиец!

- Сын в обмен на твою жизнь, - лицо «Чёрного путника» на мгновение изменилось, неестественно вытягиваясь, словно под маской из кожи прятался кто-то другой, совсем не похожий на человека, - Не смотри на меня так. Я не собираюсь забирать его душу, - Арти вздрогнул, и перевёл потрясённый взгляд на Виго. Он говорил неправду. Пастырь «Последнего пути» нагло врал прямо в глаза своему собеседнику, - Мальчик проживёт ещё очень долго. Как и ты. Десять лет, Акр, - адепт по-птичьи склонил голову на бок и прищурился, - Сейчас тебе сорок пять. Твой жизненный путь оборвётся в пятьдесят семь. Это значит, что теперь у тебя в запасе лишь два неполных года. Мало, тебе не кажется? Выбирай. Два или двенадцать?

- Я не пожертвую будущим своего ребёнка ради лишних лет в этом гадюшнике! – Мастер практически выплюнул эти слова в лицо невозмутимому адепту, - Набирайте своих послушников в сиротских домах или среди беспризорников. Они с радостью ступят на зыбкую дорожку вашего Ордена.

- Если ты не согласишься на моё предложение, - Виго равнодушно пожал плечами, - Твой сын очень скоро там окажется, среди уличных отбросов.

- Ты чудовище в человеческом обличье!

- Не забывай, человек, ты сам пришёл ко мне.

- Я знаю, как вас инициируют, - выпалил Акр, вскакивая на ноги, - Я отказываюсь!

Затравленно озираясь по сторонам, Мастер метнулся к рыбному развалу и, сшибая прохожих, бежал вдоль торговых рядов. Ему под ноги летели спелые фрукты и овощи, но мужчина не замечал их. Он нёсся без оглядки, так, будто ему на пятки наступал сам Тёмный.

- Он вернётся, - Виго сидел неподвижно, не делая попыток остановить беглеца, - Рано или поздно. Один или с сыном. От судьбы не сбежишь. Эта хитрая бестия всегда на шаг впереди тебя, - он перевёл взгляд на Арти, - Присаживайся, Артур. Пришёл твой черёд.

Молодой человек снял с пояса меч и, положив его на стол, сел напротив адепта.

- Что тебе нужно?

- Ходят слухи, - Арти тщательно подбирал слова, опасаясь сболтнуть лишнего, - Что в развалинах старой дозорной крепости, в которой раньше располагалась одна из обителей вашего Ордена, сейчас находится тайная библиотека, где этелентийцы до сих пор хранят копии всех книг когда-либо существовавших в Итарисе.

- Это вопрос или утверждение?

- Вопрос.

- Кому, как не тебе, знать, что в основе любого слуха, лежит зерно правды, - Виго сплёл пальцы под подбородком и подался вперёд, - Что именно ты ищешь?

- Книгу, - юноша невольно отодвинулся назад, - А точнее, судовой журнал, описывающий события одного удивительного научного эксперимента. Если верить легендам, он был написан алхимиком-самоучкой, жившим некогда в городе под названием Барден.

- Ты ищешь «Цену души», граф, - Виго задумчиво цокнул языком, - Очень редкая книга.

- Да, - Арти облизал пересохшие губы, - Я знаю о трёх экземплярах, сохранившихся после Витийского пожарища, уничтожившего подземную библиотеку синорских карликов. Один хранился в расположенных под королевским замком катакомбах, - юноша прищурился, безуспешно пытаясь уловить хоть тень эмоции в неживых глазах Пастыря, - Я был свидетелем того, как старый король в очередном припадке скорбности ума изорвал её в клочья и скормил свиньям. Второй хранится у…, - он многозначительно посмотрел на адепта и тот медленно кивнул в ответ.

- И как я понимаю, Оз не горит желанием поделиться с тобой этим сокровищем?

Артур отрицательно покачал головой и проговорил: - Третий исчез из острийского храма Жрецов «Седьмого исхода» во время последнего соляного бунта, - молодой человек замолчал, подбирая слова, - Добрые люди поговаривают, что теперь он хранится у вас.

- Допустим, что это так, - не стал разубеждать своего собеседника адепт, - Что ты можешь предложить нам взамен?

- Я готов обсудить цену.

- Возможно, у меня найдётся небольшое задание для тебя, - Виго прикусил тонкую бескровную губу и в его глазах загорелся огонёк любопытства.

- И если я его выполню? – зная хитрый нрав этелентийцев, юноша старался внести как можно больше ясности в их беседу. Не задашь маленький незначительный вопрос, и тебя тут же оставят с носом, - Я получу книгу?

- Что ты хочешь найти в «Цене души»? – Пастырь демонстративно проигнорировал вопрос своего собеседника, - И позволь тебе напомнить об одной маленькой детали, - Виго сложил руки на столе и облокотился на них, - Каждое слово лжи из твоих уст будет стоить ровно год твоей единственной и неповторимой жизни. Не забывай о правилах.

- Правила только для людей, - отчеканил Арти.

Заметив тень злорадства на лице молодого человека, адепт снисходительно улыбнулся и медленно проговорил:

- Тот факт, что Оз отобрал твою никчёмную душонку, совсем не значит, что я не смогу превратить в бесконечный кошмар то, что ты привык называть жизнью. Не забывай, - рот Виго расплылся в страшной улыбке, обнажив два ряда длинных острых клыков, - На свете есть вещи намного страшнее смерти и уж кто-кто, а ты должен об этом знать лучше всех, граф де Реардор. Задумайся, стоят ли твои поиски таких жертв?

Арти молчал.

- Что ты надеешься найти в «Цене души»? – повторил свой вопрос «Чёрный путник».

- Я хочу исправить свою роковую ошибку… Ищу ответы, спрятанные за ворохом бесконечной лжи, которую на протяжении последних столетий нам так старательно скармливаете вы и Жрецы, - ответил Арти, чувствуя, как неимоверная усталость опускает свои горячие ладони на его плечи, - Например, как, Тёмный вас побери, Пастыри научились отделять бессмертную душу от бренного тела?!

- Ах, это, - адепт снисходительно усмехнулся, - Ты даже не представляешь, на что способна человеческая вера.

- Вы сделали её разменной монетой! – взвился Артур, чувствуя, как к горлу подступил шершавый комок, - Низвергли то, что некогда считалось бесценным даром, до обычного товара, который можно купить, продать, обменять… Тысячи людей живут без души!

- Ты, например, - согласился со своим собеседником адепт, - Ах, люди… Светлая наделила вас душами, чудесным даром, который не требовал от вас ничего взамен. И что вы сделали? Затеяли затяжную кровопролитную войну? Очень на вас похоже, - Виго постучал пальцем по крышке стола и неожиданно спросил: - А почему ты уверен, что с душой твоя жизнь станет лучше?

- Что? – Арти непонимающе посмотрел на Пастыря.

- Душа, - задумчиво произнёс Виго и впился в юношу колючим взглядом, - Ты думаешь, она делает человеческую жизнь лучше?

- Конечно, - Артур растерянно посмотрел на ссутулившегося адепта. Юноша знал, что этелентийцы не имеют души, в раннем возрасте после прохождения инициации она исчезает без следа. Но ему и в голову не могло прийти, что Пастырей заботит этот факт, - Душа – это всё, что остаётся от нас после смерти. Без неё жизнь теряет свой смысл.

- Сейчас ты не чувствуешь одиночества, совесть не мучает тебя и поступками руководит лишь холодный разум и твой смешной внутренний кодекс, конечно же, - Виго недовольно поморщился, - Сердце не рвёт боль от бесконечных потерь и разочарований, а рассудок острее балионского клинка. Неужели не проще жить именно так? – Пастырь подался вперёд, глаза его сузились, и на мгновение Арти показалось, что он тихо зашипел, - В чём секрет ваших душ?

Арти всё понял и замолчал. Жрецы «Седьмого исхода» издревле считали, что «Чёрные путники» ищут возможность вновь стать людьми, не потеряв той силы, которую даёт им инициация. Всячески отрицая это, они лелеют надёжу однажды вернуть позабытые эмоции: страсть, любовь, обиду и даже ненависть. Хотят получить обратно то, чего были навсегда лишены, сделав самый главный в жизни выбор.

- Мы договорились? – молодой человек вздохнул и потёр глаза, - Ты идёшь со мной на сделку?

- Артур, Артур, - Виго тихо рассмеялся, пряча лёгкую досаду, - Неужели твой хозяин не научил тебя избегать любых сделок, даже тех, которые на первый взгляд выглядят совершенно невинно? - он неторопливо достал из внутреннего кармана своего чёрного сюртука небольшую глиняную табличку, так похожую на ту, что совсем недавно лежала перед спорящими Мастерами. Но на этот раз, написанные на ней письмена сверкали ярким кроваво-алым светом.

- Мне больше нечего терять.

Арти пожал плечами и потянулся к дощечке. Стоило ему дотронуться до таблички, как странный свет перекинулся на его пальцы и пополз выше. Замерцала и рука адепта. На секунду юноше даже показалось, что она покрыта воском и тот начал неторопливо плавиться от жара, исходящего от тонкой вязи странных букв.

- А вот в этом ты сильно ошибаешься, - не согласился с ним Пастырь и положил табличку на стол, - Всем есть что терять. И они не узнают об этом, пока не лишатся насовсем. Помнишь нашего старого друга Акра? – поинтересовался адепт и, дождавшись утвердительного кивка, продолжил: - Я сказал неправду, - Арти снова кивнул, не в силах оторвать взгляд от мерцающих пальцев, - Ты заметил? Я поражён! Оз недооценивает твои таланты. Да, я поступился правилами Ордена и обманул его. И поверь, расплата, которая ждёт меня в Обители, покажется чудовищной даже твоему… работодателю. Но сейчас не об этом, – Виго отпустил раскалившуюся докрасна табличку и сжал руку в кулак, - Я не смогу забрать и дня из его жизни.

- Но тогда…

- Жизненный путь Акра прервётся через дюжину дней. Их с сыном ограбят по дороге домой, - перебил юношу «Чёрный путник», внимательно наблюдая за тем, как дощечка проваливается в древесину стола, прожигая её насквозь, - Мастер бросится на защиту сына и его убьют. А мальчишка попадёт сюда, в Ивицу, на невольничий рынок, - глаза Пророка засверкали, заглядывая в будущее, - Он сбежит от своих хозяев через семь лет и примкнёт к команде пиратов. И вскоре умрёт во время бессмысленного абордажа корабля-обманки, подсунутого им губернатором Земельта. Глупая и жестокая смерть великого Мастера Временщика, - адепт бросил короткий взгляд за спину Артура, - Я надеялся, что Акр ухватится за ту спасительную верёвочку, которую я бросил ему и приведёт мне своего сына. Да, этот юноша станет бриллиантом в нашей коллекции.

- … зачем тебе я? – невозмутимо закончил свою фразу Арти.

- Ты должен привести мне мальчишку, - глаза адепта погасли, и он моргнул впервые с начала их разговора, - Поезжай в Клядьму и найди его.

- Есть ещё что-то, о чём я должен знать?

- Да, тебе придётся инициировать его, - в руке Пастыря, словно по волшебству, появилась изящная золотая шкатулка, - Возьми, - адепт медленно открыл инкрустированную сапфирами крышечку. Внутри лежала крошечная хрустальная бабочка.

- Не думаю, что он захочет добровольно стать этелентийцем, – Арти закрыл шкатулку и, спрятав её в карман, неохотно добавил: - Вы же, хм, не совсем люди.

- А разве я говорил, что задание простое? – белёсые брови Виго взлетели вверх, - Но позволь добавить ложку мёда в эту бочку дёгтя. Помнишь своего заклятого друга Жреца Отто Сура? - в руке адепта появился сложенный лист желтоватой бумаги, - Помнится, во время последней встречи у вас возникли некоторые разногласия?

- Он провёл меня и сбежал, - Артур с трудом поборол раздражение, - Я так до сих пор и не понял, как мне тогда удалось выбраться из Сатари-канти.

- Мои послушники нашли его для тебя, - Пастырь развернул листок и положил его перед юношей, - Жрец перебрался на окраину Клядьмы.

- Какое совпадение, - Арти кисло усмехнулся.

- Думаю, вам есть о чём поболтать, - пропустив слова юноши мимо ушей, адепт поинтересовался: - Ну что? Берёшься или передумал?

- Теперь подумать должен я, - пробормотал Арти, задумчиво изучая корявый почерк Пастыря.

- Думать надо было до того, как ты пришёл на Оборотный рынок, - отрезал «Чёрный путник» и привстал на стуле, - Да или нет? Решай прямо сейчас.

- Да.

- Хорошо, - адепт улыбнулся, его голос снова звучал спокойно, - И будь добр, - Виго накинул на голову капюшон. Небо нахмурилось, готовясь полить рыночную площадь дождём или завалить снегом, как повезёт, - Избавься от этого проходимца, - он кивнул на мнущегося у рыбной лавки гнома. Наблюдатель явно заскучал и сейчас рассеянно грыз маленькое зелёное яблочко.

- С большим удовольствием.

Глава 2

- Вы позволите?

Приглядывающий за Арти гном обернулся и исподлобья посмотрел на стоявшего рядом юношу. Кряжистый и достаточно высокий, по меркам низкорослого народца, он носил бороду на охотничий манер, скрученной в три тугие косы.

- Валяй.

Сделав шаг в сторону, соглядатай пропустил молодого человека вперёд. Шмыгнув носом, он продолжил с завидным упорством смотреть в мутные глаза дохлой рыбы, выставленной на прилавке, и всем своим видом демонстрировал полную непричастность к происходящему. Хозяин рыбной лавки, вскинул голову, заметив приближающегося Артура и особенно висящий на его поясе меч. Поразмыслив, он счёл благоразумным удалиться, вспомнив о крайне важных и, безусловно, неотложных делах, ещё с прошлого года откладываемых им на потом. Выглядывая из-за палатки торговца прикормом и рыболовными снастями, примостившейся чуть поодаль от его лавки, хозяин бдительно следил за сохранностью своего бесценного товара.

- Пора нам побеседовать, приятель, - юноша демонстративно положил руку на эфес меча. Гном приосанился и медленно повернулся к Арти, - Начнём с того, что мне до смерти надоело, что ты таскаешься за мной как репей, прикрепившийся к хвосту бродячей дворняги!

- Сударь ошибается, - с вызовом отозвался коротышка, тоскливо поглядывая на пустой чехол от секиры, которую, зная драчливый нрав гномов, его заставили оставить на входе у охраны, - Я просто решил прикупить новые тёплые портки. Зима близко.

- Сколько Веста заплатила тебе за слежку за мной? – прямо спросил Артур, внимательно наблюдая за незадачливым преследователем.

- Кто-кто? – с деланным недоумением поинтересовался безоружный соглядатай.

- Она повесила на тебя «Клеща», мощное следящее заклятие, - устало проговорил юноша, чувствуя, что начинает злиться, - Ты светишься как праздничный салют в день взятия Анерлита. Поэтому, хватит юлить. Рассказывай. И знай, - он сердито посмотрел на расстроенного гнома, - Ты самый худший преследователь во всей истории Итариса!

Арти лукавил. Никакого защитного заклятья не существовало. Просто у юноши не было совершенно никакого желания пререкаться с упрямым наблюдателем до самого вечера и что похуже – мокнуть под накрапывающим дождём.

- Сказала, что пересмотрит долг, если я выясню, что тебе понадобилось на Оборотном рынке, - коротышка передёрнул плечами в неуместной попытке избавиться от волшебного маячка, - Она заприметила тебя ещё в гавани.

- Ты получил от неё расписку? – уже догадываясь, каким будет ответ, Арти отошёл от ароматного рыбного развала.

Молодого человека совсем не радовала мысль, что всё предстоявшее путешествие его будет преследовать навязчивый душок, не всегда свежей продукции местного рыболова. А ещё, Арти совсем не хотелось, чтобы их разговор подслушали наводнившие базар шпионы Пастырей или Мастера чтения по губам местных властей, если вдруг те по несчастливой случайности ошивались рядом. Гном, недовольно сопя, последовали за ним.

- Думаешь, она надула меня? – коротышка рассеянно похлопал себя по карманам и достал тонкую длинную трубку и старый потёртый кожаный кисет.

- Что за долг?

- Да, так, - наблюдатель с трудом раскурил трубку, мучаясь с отсыревшим табаком.

- Я хочу предложить тебе сделку, - стоило юноше сказать официальные слова стандартного договора, как руки обожгла волна жара, сердце гулко бухнуло, чувствуя близость жертвенной души. Или нет? Арти прищурился и разочарованно нахмурился. Проклятие! Кто-то уже опередил его.

- Сделку? – гном выпустил из-за рта струйку тёмно-синего дыма и смерил Артура недоверчивым взглядом.

- Да, - Арти кивнул и снял перчатки, прячущие от случайных взглядов выжженные на них руны договора, - Ты знаешь кто я такой?

- Скупщик?

- Это не совсем верное определение, - молодой человек опустил рукава, пряча мерцающие слова от любопытных взглядом, - Я работаю на скупщика.

- А что, есть большая разница? – соглядатай нервно хмыкнул, пряча тревогу.

- Существенная. Как ты лишился души?

- По глупости, - на лицо гнома упала тень.

- Никто не лишается её от большого ума, - мимо, скрипя колёсами, проехала крепкая телега, в которой стояли две высокие клетки. Внутри, отчаянно тряся дребезжащие прутья, томились шестеро невольников – худые, грязные, они выкрикивали короткие фразы на грубом гортанном языке, - Расскажи мне свою историю.

- У меня был Ярлык, - неохотно признался наблюдатель. Увидев «перевозку» с рабами, он отвернулся, - Ещё от прадеда достался. Отец однажды хотел им воспользоваться, когда на меня ещё в детстве упал булыжник и повредил позвоночник. Но лекарь попался знающий, за полтора года смог меня на ноги поставить и вернуть на работу в штольни.

- Ярлык, хм, - Артур потёр ладони, на улице заметно похолодало, и на плечи юноши упали первые хрустальные снежинки, - Опасная игрушка.

- Не опаснее любого магической безделушки, которыми Жрецы и Пастыри наводнили Итарис, - гном равнодушно пожал плечами и, закусив трубку, порылся в карманах, - Никогда не знаешь, что ей взбредёт в голову.

Достав тонкий берестяной листок с опалёнными краями, он протянул находку молодому человеку. Артур аккуратно взял Ярлык, на тыльной стороне которого красовался жирный красный крест.

Такие Ярлыки были широко распространены в Итарисе и являлись своего рода распиской, залогом, иллюзией выбора. Заключая договор с рекрутерами или даже с самим Тёмным, продавец приобретал отсрочку или подстраховку, дающую ему право воспользоваться одним единственным желанием в обмен на свою душу. Использовать его можно было в любой критической ситуации. Время и заёмщик не имели никакого значения. Многие передавали «расписку» по наследству своим детям…. А те своим. И так до бесконечности, пока Ярлык не находил свою жертву. Что рано или поздно обязательно происходило.

- Всё случилось недалеко отсюда. Нас завалило в шахтах на севере «Горба карла», - глаза гнома затуманились и он пыхнул трубкой, - Холод был собачий, но мы смогли продержаться целых шесть дней. К сожалению, спасатели так и не смогли к нам добраться, даже пробить крошечную дырочку, чтобы спустить в завал воду, еду и тёплую одежду. К тому моменту уже трое рудокопов из моей бригады околели насмерть, а ещё двое впали в странное буйство, прозванное копателями «Подземный сверчок». Страшная штука, - он вздрогнул, - Ты смотришь на парня, совсем недавно подстраховывающего тебя в штольне. Он здоров и полон сил, а в глазах плещется океан безумия. Да-а… Они пытались заложить в крошечную щель в потолке оставшиеся у нас пороховые шашки. Это убило бы не только всю бригаду, но и парней, всё это время пытавшихся нас вытащить из завала. Тогда-то я вспомнил об отцовской реликвии, - рассказчик задумчиво изучал носки своих стоптанных сапог, - По правде говоря, я не думал, что Ярлык сработает. Но как только я произнёс слова клятвы, с гор чуть левее «Горба» сошёл камнепад, и прямо перед нами образовалась глубокая трещина, расширив которую, спасатели смогли нас вытащить.

- Ты спас своих людей, - Арти сглотнул, почувствовав противную горечь во рту.

- А через дюжину дней у порога дома меня уже поджидала твоя…, - гном бросил на юношу недовольный взгляд, - подружка. Знаешь, - он невесело усмехнулся, - В глубине души я до последней минуты надеялся, что это простое совпадение. Возможно, камнепад и так сошёл бы, даже если я не произнёс тех проклятых слов. Мне просто нужно было немного подождать! Я практически убедил себя в этом. Пока не пришла она.

- Ярлык – это как огромный маяк, который зажгла твоя пойманная в ловушку душа, - Артур не смотрел на наблюдателя. Таких историй за свою жизнь он слышал, если не тысячу. И несчастные всегда надеялись на чудо. Что всё это бабкины сказки или простое совпадение. Он тоже когда-то надеялся. Но чудо не произошло, - Рекрутеры видят его из любой точки мира. Он тянет магнитом. И дело остаётся лишь за тем, кто успеет первым обналичить Ярлык.

- Первой пришла Веста, - гном раздражённо постучал трубкой по голенищу сапога и с робкой надеждой посмотрел на Арти, - Ты сможешь вернуть мне душу?

- Нет, - честно ответил юноша. Подул сильный ветер, хлопая тонким тентом старой палатки торговца рыбой.

- Жаль.

- Это может сделать только Веста, и я научу тебя, как торговаться с ней правильно.

Наблюдатель долго молчал, крутя в руках украшенную искусной резьбой трубку и наконец, спросил:- Я могу верить тебе?

- Решай сам.

- Что ж, по рукам, - гном сурово посмотрел на своего собеседника. Чувствовалось, что он весь собрался и подтянулся, - Терять мне, похоже, больше нечего.

Артур хотел было повторить слова Виго, что всегда есть что терять, но вместо этого, он просто кивнул и проговорил: - Хорошо. Мне нужно подстраховаться на случай, если тот человек, к которому я иду, окажется умнее, чем я думал.

- Ценная мысль.

- Вот, что ты должен сделать…

Глава 3

- Вы куда?

Вздрогнув, Анджик испуганным зайцем метнулся в сторону и резко обернулся. За его спиной стоял маленький светловолосый мальчишка. Впопыхах натягивая мятую холщевую курточку, он растерянно озирался по сторонам, при этом старался выглядеть собранным и совершенно неиспуганным.

Облегчение, пришедшее на смену страху, заставило Анджика глубоко вздохнуть и быстро спрятать короткий кинжал, который он прихватил вчера из кузницы. Отец ещё не начал работать с его заточкой и возможно до утра не хватится пропажи. Оружие, словно по волшебству оказавшееся в руках испуганного парнишки, так же незаметно исчезло. Уроки у Мастера-оружейника, до открытия Дара, промышлявшего мелкими грабежами, не прошли даром.

- Сили! – сквозь зубы процедил мальчишка, с трудом поборов дрожь в голосе, - Ты, что тут делаешь посреди ночи?

Было уже далеко за полночь, когда родители Анджика и его старшей сестры Дальки, уснули, утомлённые визитом нежданных гостей, свалившихся на них накануне, словно снег на голову. Ранним утром к ним приехала тётка с семьёй: немногословным мужем, любителем крепкого первача и ранних походов за грибами, и таким же молчаливым и серьёзным восьмилетним сыном Сили. Мальчуган был на три года младше Анджика и чем-то напоминал нахохлившегося воробья, такой же взъерошенный и вездесущий.

- Неужто, денег будут просить? - поджав губы, пробормотала мама Анджика, наблюдая за приближением золовки. Родители Сили шли молча, сосредоточенно глядя на дорогу и крепко держа шедшего между ними сына за руки.

- Нет, - отец семейства козырьком приложил ладонь ко лбу, - Случилось что-то…

Когда гости, аккуратно сложив свой нехитрый скарб у двери в сенях, прошли в дом, настало время фальшивых объятий и притворных улыбок радости от неожиданной встречи. За хлебосольным столом потянулись долгие разговоры о детях, болезнях и неурожае, воспоминания былых дней далёкого детства и скупые слёзы по ушедшим родственникам. И лишь поздним вечером, когда всё было сказано и выпито, отец Сили решил перейти к главному вопросу, заставившему его семью преодолеть огромное расстояние до деревни старшего брата. Однако хозяин семейства сказал «Утро вечера мудренее», и серьёзный разговор был отложен на завтра. Далька с матерью убрали со стола грязную посуду, а Анджик вместе с отцом пошёл в привычный ночной обход, проверяя защитные заклятья на стенах, закрыт ли замок на старом амбаре и задвинуты ли запоры на ставнях и двери дома. Дождавшись их возвращения, домочадцы начали неторопливо укладываться спать.

Только сейчас, когда луна щедро озарила спящую деревню ярким серебристым светом, а взрослые уснули крепким сном, дети смогли, наконец, незаметно выбраться из дома и отравиться навстречу опасному приключению.

- Куда вы? – тихо повторил Сили, твёрдо глядя на Анджика спокойными серыми глазами.

- Тебе пора идти спать, малец, - к двоюродным братьям подошла Далька, высокая полноватая девочка на год старше Анджика. Склонившись над незваным гостем, она зловеще прошептала: - Ночь на дворе, малютка Сили, кровососы по дворам рыщут и тебя ищут! У-у-у, заберут в своё логово! Станешь вомпиренышем!

- Это всё детские страшилки, - неуверенно сказал мальчик, с силой вцепившись в толстый ремень, поддерживающий широкие штаны, - А я уже взрослый.

- Надо отвести его обратно, - Анджик недовольно посмотрел на зловещий силуэт их дома, издали похожий на толстую сгорбленную старуху, - А то отец заругает.

- Да он только образуется, - фыркнула Далька, кутаясь в старый мамин платок из тёплой овечьей шерсти, накинутой поверх длинного платья, - Если этот пострел где-нибудь потеряется.

- Я с вами пойду, - решительно заявил Сили, переступая босыми пятками по холодной земле. Связанные шнурками ботинки висели у мальчишки на шее.

- Мал ты ещё, чтобы с нами гулять, - Анджик вздохнул, поглядывал то на громаду их дома, от которого они не так уж и далеко отошли, то на притихшую стену ночного леса впереди, - Вот подрастёшь…

- Я всё расскажу, - прошептал Сили, отводя взгляд.

- Что?! – рассерженной гадюкой прошипела Далька, - Сдать нас решил, маленький доносчик?

- Если отец узнает – розгами высечет, - простонал Анджей, потирая не раз стёганную за всевозможные проказы спину.

- Поэтому проще взять меня с собой, - упрямо стоял на своём Сили и, помолчав, добавил: - Я уже видел… её.

- Банши? – Анджик ахнул и отшатнулся от младшего брата, словно от прокажённого, - Когда?!

- Ну, - Сили стушевался и громко шмыгнул носом, - Во сне.

- Во сне будущее видишь? – девочка усмехнулась, сверху вниз поглядывая на смелого малыша, - Так вот зачем тебя дядька завтра к местному Жрецу поведёт, - и сквозь зубы процедила: - Мажонок! Может ты ещё и некромант? – она зловеще завыла и махнула руками, - Покойников поднимаешь?

- Я не мажонок, - Сили дёрнулся, словно от удара, - Отец ошибается.

- Он же взрослый! – с готовностью возразила девушка, - Как он может ошибаться?

- Да ладно тебе, Далька, – Анджик испуганно посмотрел на сестру. В душе он всегда побаивался чародеев. А уж если дядька решил вести сына на встречу с адептом «Седьмого исхода», значит, дело не обошлось без Дара, - Зачем ты так?

- Нет, пускай скажет! – не уступала девочка, обходя Сили кругом. Мальчик втянул голову в плечи и промолчал.

- Хватит уже, нормальный он, - Анджик потянул сестру за рукав. Ледяной ночной ветер пробирал до костей и у мальчишки уже успели заледенеть уши. Шапку он по глупости забыл в сенях, - Пойдём.

- Тогда зачем тебя завтра поведут на смотрины к отцу Отто? – не отставала Далька, кружа вокруг мальчика, словно почуявший наживу коршун.

- Отец думает, что у меня есть Дар, - неохотно признался Сили, ёжась от ночной прохлады, - А Жрецы «Седьмого» исхода умеют видеть такие… вещи.

- Нет у тебя никакого Дара, - презрительно бросила девочка, - Ты просто… странный. Как и вся твоя семейка!

- Так вы идёте на банши смотреть или нет? – спросил Сили, задумчиво глядя куда-то за спину Анджика. Хрустнули ветки, и мальчик вздрогнул.

- Откуда ты вообще узнал, что мы в лес собрались? – Далька переглянулась с братом, но тот лишь обескуражено пожал плечами, - Тоже во сне привиделось?

- Я подслушал, - после недолгого молчания, признался Сиги и, спохватившись, начал торопливо натягивать на замёрзшие ноги стоптанные ботинки, - Под дверью.

- Ты только посмотри на него, - хмыкнула девушка, толкая брата локтем в бок, - Доносчик, да ещё и соглядатай! – и покачав головой, добавила: - Да и колдун в придачу! Беда на нашу голову.

- Вот и возьмите меня с собой, - Сили хитро усмехнулся, - Если я колдун - банши меня не тронет.

- А он дело говорит, - поддержал братишку Анджик. Ему хотелось поскорее уйти в лес или уже домой вернуться, но не стоять здесь на ветру у всех на виду, - Если у него Дар…

- Ладно, пойдёшь с нами, - после некоторого раздумья сказала Далька и махнула рукой, - Может банши как раз и любит маленьких нахальных колдунов… на ужин! - с хищной улыбкой добавила она.

Но Сили оказалось не так просто испугать.

- Или вы потом мне потом по гроб жизни будете обязаны.

- Да что ты говоришь!

- Да, вот, так! Ведь только чародей сможет вытащить вас из смертельно опасной передряги, - сунув руки в карманы, мальчишка насупился.

- Посмотрим, - неуверенно отозвался Анджик, в душе радуясь, что к их маленькому отряду присоединился маг.

- Посмотрим, - эхом повторил Сили.

- Вперёд! - Далька кивнула свои мыслям, видимо смирившись с новым членом их маленького отряда, и уверенно зашагала в темноту леса, - И не отставай, карапуз.

Глава 4

- Я ждал тебя.

Отец Отто отправил в рот румяную корочку ржаного хлеба, которой он только что с удовольствием собрал ароматную мясную подливу и отставил пустую тарелку в сторону. Сыто жмурясь, Жрец выбрался из-за стола, и с кряхтением потянувшись, направился к двери. Закат уже успел накрыть поляну за окном бархатной занавеской зыбкой осенней ночи, а расступившиеся облака - усыпать небосвод тусклой россыпью далёких звёзд. Подул лёгкий ветерок, донося до священнослужителя тихое лошадиное пофыркивание и мягкие шаги припозднившегося гостя.

- Неужели ты думал, что сможешь спрятаться от меня? – Артур де Реардор обошёл приземистый домик с кривоватой остроконечной крышей кругом, и не заметив никаких ловушек, поднялся на небольшой приступок.

- Рад, что ты выбрался из Сатари-канти невредимым, мальчик.

- Тебя было нелегко найти.

Ночной гость остановился у входа. По замершему лесу пронёсся сухой треск и сдавленные ругательства. Раскатисто громыхнуло, что-то за дверью хижины вспыхнуло бардовым всполохом, и улетело в кусты, ломая ни в чём не повинный шиповник.

- Ты не первый, кто мне это говорит, - Жрец неторопливо пересёк избушку, сейчас переливающуюся всеми цветами радуги от сработавшего защитного заклятья, подошёл к закрытой двери и прислушался, - И не пытайся нейтрализовать «Кокон», мальчик, - своевременно предупредил юношу Жрец, - Можешь покалечиться. Эта ворожба тебе пока не по зубам. Надёжная штука, я заплатил за него целых сорок эрлов! – с гордостью похвастался священнослужитель.

Отец Отто, смиренный Жрец «Седьмого исхода», распахнул дверь, облокотился о чуть покосившийся косяк и с любопытством наблюдал, как молодой человек, извергая страшные проклятья, неуклюже выбирается из смятых колючих кустов.

- Ты не сможешь прятаться здесь вечно, Жрец!

Арти разбежался и, выкрикнув короткое заклятье, бросился на застывшего в дверях священнослужителя. Глухо рыча, он, с трудом преодолевал сопротивление защитного заклинания, пытаясь дотянуться до хозяина непритязательного жилища. Невидимая стена, окружившая хижину, слегка прогнулась и остановила незваного гостя в дюйме от цели. Раздался неприятный хруст и с пальцев юноши посыпались яркие искры.

- А вот ты, как я погляжу, продешевил с покупкой «Тарана».

Артур выругался и отдёрнул руку, второпях снимая перчатки. Кончики пальцев посинели и нервно подрагивали. Молодой человек сжал кулак и отступил на шаг назад, прожигая смиренно улыбающегося священнослужителя ненавидящим взглядом.

- Мне кажется, ты чем-то расстроен, сын мой, – догадался отец Отто и усмехнулся. В руках Жреца появилась глиняная чашка, от которой шёл тонкий ароматный дымок, - Напрасно. Я лишь сделал то, на что ты не смог когда-то решиться - спас свою душу из лап твоего хозяина…

- Он мне не хозяин! – рявкнул Арти и вернулся к Илте, покорно ожидавшей его у старого потерявшего листву дуба. Достав из седельной сумки небольшой свёрток, он вновь направился к старому домику, - У нас взаимовыгодное сотрудничество.

- … и буду делать это впредь, - проигнорировав заявление юноши, Жрец отхлебнул обжигающе горячего травяного чай, - если возникнет такая необходимость, конечно же.

- Сейчас я тебя оттуда выкурю, толстяк, – пробормотал Артур, аккуратно раскладывая перед невидимой защитой дюжину маленьких горшочков, несколько кульков с резко пахнущими травами и переносную жаровню.

- Ты злишься, потому что я сумел обставить тебя, - священнослужитель бросил на горшочки равнодушный взгляд, - То есть, - он сделал паузу, - Злишься на себя. Разве ты никогда не использовал людей, чтобы добиться своей цели?

Артур с вызовом посмотрел на Жреца и, не ответив, продолжил собирать маленькую жаровню, с выкованными на крышке древними замысловатыми рунами. Удар кремня об огниво и в крошечном очаге загорелся огонь. Высыпав в висевшую на жёрдочке плошку заготовленные ингредиенты, юноша залил получившийся сбор водой из походной фляги и осторожно помешал получившееся варево тонким прутиком. Прогревшись, зелье потемнело и опасно забулькало.

- У меня есть к тебе предложение, - отец Отто сел на пол так, чтобы было удобнее разговаривать с незваным гостем, - Ты ведь любишь сделки, Артур? – глаза Жреца хитро блеснули, - Не хочешь для разнообразия заключить её со Светом, а не с Тьмой?

Арти снова промолчал, отворачиваясь от едкого дурно пахнущего дыма.

- Я знаю, что Оз на изнанку готов вывернуться, лишь бы заполучить мою душу, - отец Отто с отвращением принюхался и отвернулся. Порывшись в карманах, он достал иссушенный стебелёк травы, с парочкой одиноко торчащих листьев, - Вот, добавь это в свой прекрасный коктейль. Да не смотри ты на меня так! Это обычная мелисса, которая с лёгкостью отобьёт этот чудовищный запах. Ну, как знаешь, - увидев, что приправа не вызвала в юноше интереса, Жрец пожал плечами и лёгким щелчком переправил траву на сторону Арти, - Ты не задумывался, почему Оз так охотится за моей скромной душой?

- Вы два сапога пара, - проворчал Артур, морщась от отвратительного запаха, - Любите использовать людей, а взамен даёте лишь пустые обещания.

- Я знаю Оза уже…, - Жрец задумался, устремив взгляд своих ясных голубых глаз куда-то на украшенный замысловатыми паутинками потолок, - Лет шестьсот, если не больше. И надо отдать ему должное, мерзавец всегда исполнял свои обещания. Правда, преподносил он их несколько… по-своему, - подумав, добавил священнослужитель, - Что он обещал тебе, Артур?

- Вернуть закладную на душу.

- Да неужели?

- Подумать об этом. А, что б тебя! - Арти вытер слезящиеся глаза и, не выдержав, кинул в варево листья мелисы, всё это время валявшиеся у его ног.

- Подумать не значит вернуть, - Жрец с любопытством наблюдал за действиями припозднившегося гостя, грея руки о горячую чашку, - Ты смотришь на доску и не видишь игру на несколько ходов вперёд.

- Я воин, а не игрок, – Артур помахал перед лицом рукой, разгоняя приятный душистый аромат.

- Оно и видно, - отец Отто лучезарно улыбнулся, бросив быстрый взгляд на притороченный к луке седла меч молодого человека.

Арти украдкой посмотрел на свою правую руку, на тыльной стороне которой алела ненавистная надпись «Долг не оплачен».

- Итак, ты готов выслушать моё предложение? – отец Отто поставил чашку на пол, и в опустевших руках Жреца засверкала яркая серебристая сфера. Она шипела как рассерженный кот и искрилась, огрызаясь крошечными шаровыми молниями, - Или я вежливо попрошу тебя удалиться.

- Это ещё что такое? – к своему стыду этого заклятья Арти не знал. Но он нутром почувствовал исходящую от сферы опасность: смертельную, живую, голодную.

- Это? – священнослужитель осторожно махнул рукой, и сфера взлетела в воздух, - «Испепелитель обыкновенный». Моё любимое заклятье. Разнесёт здесь всё к Тёмному на сто шагов. Или ты думал, что я не могу постоять за себя?

Блестящий шар зашипел, метнулся к молодому человеку и замер напротив его лица прямо у защитного контура. Арти отшатнулся и опрокинул своё варево на землю. Жижа рассержено зашипела и с противным чавканьем впиталась в почву.

- Жрецы «Седьмого исхода» не могут причинить вред смертным.

- А ты и не смертный, мальчик, - в голосе отца Отто затрещал лёд, глаза заблестели, став золотыми, - Ты глупая бездушна марионетка в руках опытного кукловода.

- Я готов выслушать твоё предложение, - быстро проговорил Артур, с беспокойством наблюдая за тем, как сфера упрямо ввинчивается в защитный кокон, демонстративно прожигая его.

- Умный мальчик, - голос Жреца снова лучился добротой, радушием и всепрощением, - Я предлагаю тебе душу Мастера, маленького, но очень талантливого мальчика. В обмен ты навсегда забудешь о моём существовании.

- Вы отдадите мне душу ребёнка?! – воскликнул Арти, вставая на ноги.

- Да, - священнослужитель кивнул, распрямляя спину, - Он будущий Мастер с очень редким Даром. Оз с лёгкостью расстанется со всей своей коллекцией лишь бы заполучить его.

- Даром? – глухо переспросил молодой человек, и в сердце его ёкнуло, - Каким?

- Управление временем, - ответил Жрец, внимательно наблюдая за реакцией собеседника. Юноша сжал губы и побледнел, - Да-да, ты всё правильно понял, Артур. Мы проморгали рождение Мастера Временщика. Ты, конечно, можешь отдать его своему… работодателю или же оставить себе, - священнослужитель наклонил голову к плечу, - Через несколько лет, приобретя необходимые навыки, этот мальчишка сможет вернуть тот роковой момент, когда ты поставил памятный росчерк в проклятом контракте с Озом. Как тебе такое предложение?

- Ты хуже Тёмного, - прохрипел Арти, ошарашено глядя на невысокого дородного Жреца, - Тьма в обличие бескорыстной добродетели.

- Боюсь, что ты ошибаешься, Артур, - отец Отто грустно вздохнул, - Просто я единственный в этом крошечном мирке, у кого хватает духа открыто противостоять ей.

- Но ребёнок...

- Чтобы играть в игры с Тёмным, я просто обязан примерить на себя его шкуру, - с горечью проговорил священнослужитель, - Так что ты решил?

- Я согласен, - Артур отряхнулся и сжал кулаки, унимая предательскую дрожь. «Вот он! Шанс! Вернуть время вспять и исправить главную ошибку. Возвратить свою душу и жить дальше обычной человеческой жизнью». Юноша зажмурился, чувствуя, что глаза щиплют слёзы.

- Вот и славно, - отец Отто хлопнул в ладоши, и защитный кокон исчез вместе со злобно искрящейся сферой, - Заходи. Чаю? Свежий. Я его только что его заварил.

Глава 5

- И не страшно вам одним ночами по лесу шастать? – ёжась от ночной прохлады, Сили старался быстрее переступать замёрзшими ногами, боясь отстать от попутчиков.

Полная луна прекрасно освящала их дорогу, бросая на лица ребятишек зловещие рваные тени. Вдали неуверенно ухнул филин, и тяжело слетев с далёкой макушки огромной ели, рванул вниз, высмотрев юркий ночной ужин.

- Я этот лес как свои пять пальцев знаю, - Далька уверенно шла вперёд, перепрыгивая выступающие из-под земли корни, - Вот заведу тебя в Гнилой бурелом у Пасечного ручья. Наш мясник говорил, будто те места мертвяки обжили!

- А волки здесь водятся? – Сили, уже успевший привыкнуть к колкостям старшей сестры, не обратил на издёвку девушки никакого внимания.

- Прошлой осенью оборотень объявился, - отозвался идущий рядом с мальчиком Анджик, - Две семьи загрыз, прежде чем его мужики поймали и заперли в большом сарае рядом с кузницей.

- А ты его видел?

- Видел, - Анджик с гордостью расправил плечи, - Рычал и носился как бешеный, хорошо хоть отец додумался сарай досками укрепить! Страшнющий! Клюки – во! Глазищи огнём горят! Здоровый, лохматый! Я потом три ночи не спал. Вот как жутко было!

- Я тоже его видела, - вмешалась в беседу Далька. Девчушка решила внести свою лепту в рассказ брата, - Утром он превратился в купца, приехавшего к нам из Мельвы торговать данским шёлком и украшениями из жемчуга.

- Ага, - её младший братишка обернулся, вглядываюсь в темноту за спиной, - Худющий, прямо скелет, рёбра торчат, глаза впали, ногти поломаны. Кричал, что никого не трогал и просил не убивать.

- А как же его не убивать, когда он стольких людей живьём выпотрошил?- девочка фыркнула и указала на тонкую тропку в кустах, - Нам туда.

- И что они с ним сделали? – представив себе описанную детьми картину, Сили зябко поёжился.

- На следующий день из столицы приехал отец Отто, - Анджик подобрал валяющуюся на земле рогатину, - Заглянув в щель сарая, он приказал собрать все имеющееся в деревне серебро. Весь следующий день они с отцом пропадали в кузнице, а на утро Жрец принёс нашему старосте пять стрел с серебряными наконечниками и наказал поразить оборотня прямо в сердце. Тогда он умрёт. Навсегда.

- А ещё он сказал, - снова влезла в разговор Далька, - Что купец тот не один приехал, а с семьёй, женой и тремя ребятишками. И что они тоже волколаки! Представляешь?

- Пять оборотней – пять стрел, - пояснил Анджик, раздвигая ельник и выводя их маленький отряд на широкую тропу.

- И их убили? – Сили ловко уворачивался от колючих иголок, лезущих прямо в глаза, - Прямо всех?!

- Того, который был в сарае – да, - Анджик перепрыгнул трухлявый пенёк, - А остальных не нашли. Почуяли беду и успели сбежать. Отец говорил, что женщина подкупила местного лодочника, и он ночью переправил её семью через Ачку. Доказать ничего не смогли, но лодочника того нашли через неделю, - мальчик сглотнул, - Утонул он. Так староста сказал.

- И ты ему веришь?

Анджик пожал плечами.

- Теперь староста хранит серебряные стрелы у себя, на случай, если оборотни вернутся.

- Или появятся новые, - Далька, самая высокая из них, стряхнула с головы осыпавшиеся иголки и повернулась к Сили, - Вот потеряешься, они тебя и покусают. Будешь выть на луну и шерстью порастёшь, как шелудивый пёс.

- Чего ты его постоянно задираешь? - подождав, когда малыш уйдёт вперёд, Анджик несильно толкнул сестру плечом, - Смелый же парень.

- Я? – удивлённо прошептала Далька и презрительно ухмыльнувшись, показала брату язык, - Да мне до него вообще никакого дела нет!

- А вдруг у него и, правда, Дар? – неуверенно проговорил мальчик, с тревогой вглядываясь в темноту впереди, - Мастер в семье - это почёт и уважение. Да и деньги немалые…

- Нет у него никакого Дара, - девочка скрипнула зубами, со злостью глядя в худенькую спину Сили, - Если в нашей семье у кого и должен быть Дар, так это у меня, - прошептала она.

- Ну, а вдруг?

- И что с того? – Далька раздражённо повела плечами, - Эка невидаль. Дар-то… Он просто так называется, Дар, а по правде – это настоящее проклятие! Кому охота иссушать душевные силы?

- Но ведь Мастера не выбирают свой путь…

- Ты что его боишься? – догадалась девочка и с облегчением рассмеялась, - Трусишка.

- Нет, но я бы не хотел ссорить с будущим Мастером, - Анджик потёр замёрзшие уши руками, - Потеряем его, нас потом папка высечет…

- Если у малявки есть Дар, то нам нечего бояться. Он любую беду рукой разведёт. А если нет, - Далька на секунду остановилась и внимательно посмотрела на брата, - Тогда он сам виноват.

Глава 6

Дом отца Отто был построен древней колдуньей ещё в прошлом столетии прямо за старым деревенским погостом на Маковом холме. Ведьма жила нелюдимо, принимала лишь сильно хворых, продавая им снадобья и примочки, и дев на выданье, рассказывая им, кого же судьба приготовила сударыням в суженые. Дело было непыльным и прибыльным, пока в один прекрасный день, ведьма, никого не предупредив, собрала свои пожитки и была такова. Больше её в Клядьме никто не видел. Злые языки поговаривали, что старуха по приглашению одного чародея, перебралась на остров Руст, и открыла там школу колдовства. Староста же уверял всех, что ведьма, загуляв на ежегодном весеннем шабаше, поссорилась с влиятельным столичным чародеем, и предпочла на время уйти в подполье.

С того дня за хижиной закрепилась дурная слава. Бродяги и разбойники решившие переночевать в его стенах, утром утверждали, что дом проклят и кишит злобными призраками, и ноги их там больше не будет!

Избушка пустовала три года, пока на неё случайно не набрёл отец Отто. Жрец долго стоял у порога, не решаясь войти, и тихо беседовал с кем-то. А потом дом принял его, признав новым хозяином.

И вот, два дня назад, возвращаясь с отцом с ягодной поляны, Анджик увидел у распахнутых окон нового пристанища отца Отто странную сгорбленную фигуру. Кузнец, как и идущая рядом старшая дочь, ничего не заметили и даже не обернулись. Мужчина лишь зябко передёрнул плечами, словно от дуновения ледяного ветра. А вот его сынишка хорошо разглядел худую высокую фигуру с длинными чёрными когтями, выглядывающими из широких рукавов ветхой серой накидки, из-под капюшона которой свисали спутанные седые космы.

- Почему ты решил, что это именно банши? – в который раз спросила Далька, торопливо ведя их к хижине, в которой после памятного случая с оборотнями обосновался заезжий священнослужитель Жрец «Седьмого исхода» отец Отто.

- Говорят, они чуют смерть и всегда околачиваются рядом с теми, кому суждено в скором времени умереть, - ответил Анджик, вглядываясь в темноту.

- Думаешь, отец Отто скоро умрёт? – девочка обернулась и, споткнувшись о корень старого дерева, едва устояла на ногах, - Он не выглядел больным. Скорее наоборот. Да и всем известно, что Жрецы живут по триста лет.

- А может ему уже триста? – подал голос Сиги, цепко ухватив Анджика за руку.

- Или это не банши, а простая нищенка забрела в нашу глушь, пытаясь выяснить дома ли хозяин, и есть ли там чем поживиться, - выдвинула свою версию Далька.

- Нет, - уверенно проговорил Анджик, - Она…, - он покосился на сестру и, приготовившись к очередным нападкам, произнёс: - парила над землёй, понимаешь? А потом просочилась сквозь стену.

Ладошка брата в руке Анджика заледенела.

- Боишься?

Сили кивнул.

- Я тоже.

- Да врёшь ты всё, - недоверчиво глядя на брата, заявила Далька, - Нет там никого. Обманщик.

- А вот и не вру! – обиделся Анджик и махнул рукой в сторону погоста, - Здесь всякое можно встретить!

- Тогда почему я её не видела? – уперев руки в бока, поинтересовалась девушка.

- Не знаю, - неохотно признался мальчик, сворачивая в пролесок.

Дети испуганно поглядывали на чуть поблёскивающие в лунном свете тонкие планки перекрестий на могилах, мимо которых они торопливо проходили. Снова ухнул вездесущий филин.

- Отец Отто говорил, что с этого кладбища не сможет поднять мертвяка даже самый опытный некромант, - успокоила братьев Далька. Девочке тоже было не по себе, но она отчаянно скрывала это. Самая старшая в их маленьком отряде, она через силу старалась сохранять присутствие духа.

- А о призраках он что-нибудь говорил? – тихо спросил Сили.

- Нет, - девочка поёжилась, - Про них он как-то забыл упомянуть… Думаешь, Жрец пробуждает мертвецов?

- «Поднятых» контролирует Тёмный и их души подчиняются ему, - задумчиво проговорил Анджик, - А отец Отто поклоняется Риальде.

- Души никому не подчиняются, - не согласился с ним Сили, - Пока не заключишь сделку.

- Пришли, - Далька пробралась сквозь колючие кусты и остановилась у подножия небольшого холма, на самой вершине которого, словно редкий пух на блестящей лысине росла маленькая кленовая рощица. К одному из деревьев была привязана гнедая лошадка, сейчас игнорируя холодную ночь и зловещую полную луну на чёрном небосводе мирно спавшая. В нескольких шагах от неё стояла чуть покосившаяся избушка. Дети торопливо поднялись наверх, и спрятались в кустах.

- Там вроде свет горит, - Анджик привстал на цыпочки, вглядываясь в прорехи между деревьями, - Кто же не спит глубокой ночью? – удивлённо прошептал мальчик.

- Мы, например, - предположил Сили, всматриваясь в тусклый свет, мерцающий в далёком окошке, - И где она, ваша банши?

- Тебя испугалась, - огрызнулась Далька, отодвигая лезущие в лицо ветки, - Вроде тени там какие-то бродят…

- Почему вы вообще решили, что она сидит тут и вас дожидается? – поинтересовался Сили, натягивая рукава на озябшие руки, - Может у неё своих дел полно?

Глава 7

- Подойдём поближе? – Анджика пробил озноб, - Вдруг Жрец дома? Вон из трубы дымок идёт, значит, печка растоплена. Попросим погреться. Я замёрз как собака!

- Я и отсюда неплохо вижу, - Далька смахнула упавшую на глаза чёлку, - Вон пускай мажонок сходит и посмотрит. Пойдёшь, Сили?

Девочка обернулась и изумлённо посмотрела на высокий куст, за которым совсем недавно прятался хмурый малыш. Примятая пожухлая трава медленно распрямлялась и вот уже ничто не указывает на то, что когда-то здесь стоял маленький мальчик.

- Эй? Куда он делся?

В ответ лишь ветер насмешливо шевельнул кроны деревьев, шелестя невидимыми в темноте ветками. Громкий хруст и всё замерло в напряжённом ожидании.

- Нам нужно уходить отсюда! – ломая кусты и спотыкаясь на ходу, на полянку выбежал Сили. Бледный как полотно, он казался до смерти напуганным. Малыша заметно пошатывало, - Немедленно!

- Ты где был? - Анджик растеряно смотрел на взлохмаченного брата, - Как ты… Мы же…

- Вы что меня не слышали?! - прокричал мальчик, оглядываясь назад.

- Т-с-с-с! Тихо!

Даже во тьме ночи, которую разгонял лишь стальной свет далёкой луны, мальчишки увидели, как у Дальки округлились и болезненно засверкали глаза. Девочка вздрогнула и сжала плечи руками.

- Во-он, - прошептала она и указала подрагивающим пальцем куда-то за спину Сили, - Вон она!

У единственного окошка, гордым маячком тёплого оранжевого света сверкающего в самом центре маленькой хижины, стояла одинокая фигура. Сначала Дальке показалось, что это просто тень, густое чёрное пятно на тёмной щербатой стене, но потом… Потом фигура отделилась от сгустка тьмы, и стало очевидно, что это худая и очень высокая женщина в длинном просторном платье грязного серого цвета, сшитом из дорогого ситца и явно не предназначенного для ночных прогулок по дремучему бурелому. Высокий ворот-стойку перехватывала толстая петля висильной верёвки. Спутанные чёрные волосы чудища резко контрастировали с бледной практически белой кожей.

Девочка вздохнула, набирая побольше воздуха, чтобы завизжать, но Анджик успел зажать ей рот ладонью.

- Тихо ты! – прошипел он, чувствуя, как дрожат руки.

Космы банши подрагивали, словно живые, извиваясь мерзким клубком тонких змей. Облокотившись о стену дома, монстр, страшно изогнувшись, заглядывал в прикрытое занавеской окно.

- Она, - Анджик замолчал и сжал челюсти, пытаясь унять предательский стук зубов. Ноги мальчика сделались ватными, и казалось, приросли к земле, - Она другая… Не такая…

- Что?

- Я видел, - прохрипел Сили, вцепившись в трясущуюся руку брата, - Уже видел… Уже было…

Банши медленно обернулась. Её голова с впалыми щеками и заострившими выступающими скулами повернулась, словно на шарнирах, и дети увидели яркие блестящие глаза, пронзающие их ненавидящим взглядом. Чудовище страшно осклабилось, раззявив рот в жуткой лягушачьей улыбке, и провело длинным ногтем по окну хижины. Послышался протяжный скрежет, от которого бросало в дрожь. Так иногда шутила Далька, водя отцовским ножом по тарелкам. Анджик ненавидел этот звук и всегда просил её перестать, чем ещё больше раззадоривал сестру.

Рот банши растянулся до ушей, демонстрируя своим новым «друзьям» длинные острые зубы, такие же чёрные, как и эта холодная осенняя ночь и засмеялась. В следующую секунду её смех оборвался и по лесу пронёсся тоскливый вой, от которого даже душа проклятого всеми богами душегуба вывернулась бы на изнанку.

- Бежи… Бежим!

Далька хотела закричать, но из горла вырвался лишь сдавленный скрипучий хрип. Она похолодела. Сбывался её самый страшный ночной кошмар! Частенько девочке снилось, что она пытается убежать от ужасных стриг, которыми её и младшего братишку с детства пугала соседская бабка Агата, и не может. Её ноги проросли к земле, как корни столетнего дуба. Защитные заклятья больше не опутывают их детскую комнату мягким зеленоватым светом, окна и двери были распахнуты. По полу струился мягкий молочный туман, а дом окутывала густая безнадёжная тишина. Тогда Далька тоже пыталась заорать, разбудить отца, безмятежно спавшего на печи рядом с матерью, но любая попытка закричать выжимала из её горла лишь хриплый каркающий клёкот.

Собрав всю свою волю в кулак, девочка заставила себя разозлиться. Размазав по лицу предательские слёзы, она схватила брата за рубаху и рванулась назад, туда в спасительную кленовую рощу, из которой они совсем недавно вышли.

Но Анджик не двигался с места, заворожено глядя на приближающуюся гадину. Башни шла медленно, намертво впечатывая каждый свой шаг в землю.

- Чего ты стоишь?! – взвизгнула Далька, встряхивая братишку, словно тряпичную куклу, - Она, что заколдовала тебя?! Сили! – она обернулась к малышу и прокричала: - Сделай что-нибудь, проклятый мажонок!

И он сделал.

- Подойдём поближе? – Анджика пробил озноб, и он натянул рукава куртки на озябшие руки, - Вдруг Жрец дома? Вон из трубы дымок идёт, значит, печка растоплена. Попросим погреться. Я замёрз как собака!

- Я и отсюда неплохо вижу, - Далька смахнула упавшую на глаза чёлку, - Вон пускай мажонок сходит и посмотрит. Пойдёшь, Сили?

Девочка обернулась и изумлённо посмотрела на высокий куст, за которым совсем недавно прятался хмурый малыш. Примятая пожухлая трава медленно распрямлялась и вот уже ничто не указывает на то, что когда-то здесь стоял маленький мальчик.

- Эй? Куда он делся?

В ответ лишь ветер насмешливо шевельнул кроны деревьев, шелестя невидимыми в темноте ветками. Громкий хруст и всё замерло в напряжённом ожидании.

- Нам нужно уходить отсюда! – ломая кусты и спотыкаясь на ходу, на полянку выбежал Сили. Бледный как полотно, он казался до смерти напуганным. Малыша заметно пошатывало, - Немедленно!

- Ты где был?! - Анджик растеряно смотрел на взлохмаченного брата, - Как ты… Мы же…

- Вы меня не слушаете! Опять? Да сколько можно?! - прокричал мальчик, оглядываясь назад, - Она нас там ждёт! Сожрёт всех! Бежим!

- Да врёшь ты всё, - неуверенно протянула Далька, с недоверием поглядывая на испуганного мальчишку, - Как ты вообще…

- Она там! – голос Сили сорвался, - Там!

- Да что с тобой такое! – девочка разозлилась, и сделала шаг навстречу зловещему дому, - Сейчас я тебе докажу, трусишка. Нет там никакой банши.

- А что если есть?

Услышав спокойный мужской голос за спиной, Далька громко взвизгнула и свалилась в кусты. В тени старого дуба стоял невысокий полный мужчина, одетый в шерстяную накидку, из-под которой виднелся подпоясанный куском длинной бечёвки коричневый балахон и высокие кожаные сапоги. Каким образом он смог подкрасться к детям незамеченный, так и осталось для всех загадкой.

- Мы просто гуляли! – Анджик рванулся вперёд и, оступившись, чуть не упал, - А-а-а!

- В лесу? Среди ночи? – мужчина легко подхватил мальчишку и аккуратно поставил на ноги. Луна осветила лицо незнакомца: круглое, с лукавой улыбкой и короткой седой бородкой, - Уж не оборотней ли вы ищете в такой поздний час? Так их тут с прошлой осени не видели. Вон, староста до сих пор мои серебряные стрелы бережёт… Так, на всякий случай.

- Отец Отто! – воскликнула Далька и рассерженно посмотрела на Жреца, - Вы нас до смерти напугали!

- Значит, банши вы не боитесь, а старый бродяга поверг вас в ужас? - священнослужитель снова рассмеялся, и помог Дальке подняться на ноги.

- Да нет там никого!

Девочка отряхнулась и привстала на цыпочки, вглядываясь в темноту. Свет в обрамлённом резными наличниками окне мигнул, на мгновенье погаснув, и зажёгся снова ещё ярче прежнего.

- Это всё карапузу во сне привиделось.

- Она там! Говорю вам! – Сили от бессилия сжал кулаки и со всей силы толкнул сестру, - Почему вы меня не слушаете?!

- Потому что для них это ещё не произошло, малыш, - ответил за Дальку святой отец и присел перед мальчишкой на корточки, - Ты же Сили, верно? Мастер Временщик, - он покачал головой, - Не думал, что доживу до твоего рождения. Признаюсь, я вообще не особо в него верил, особенно после того, как Светлая покинула Итарис. У тебя редкий и очень опасный Дар. Хочешь научиться управлять им?

- Сейчас я больше всего на свете хочу побыстрее убраться отсюда, - Сили постоянно оборачивался, словно опасаясь, что банши нападёт на них из угрюмой тьмы леса, - И вам советую.

- За себя я смогу постоять, поверь, - священнослужитель хлопнул в ладоши и холм озарили сотни, если не тысячи огоньков, - Ты даже не представляешь, каким Даром наделила тебя Светлая, - полог жуткой тайны и опасности исчез, стоило стае крошечных светлячков разогнать последние сгустки тьмы, - Впервые за тысячелетие. Давайте зайдём в дом, - он указал на приоткрытую дверь своей хижины, - Там тепло и светло. Напою вас чаем с малиной и познакомлю с моим закадычным врагом Арти.

- С кем? – Анджик громко шмыгнул носом и вытер его рукавом.

- С банши, - отец Отто лукаво подмигнул ребятишкам, - Вы же за этим сюда пришли? - Жрец сложил руки на своём объёмном животе, заткнув большие пальцы за импровизированный пояс-верёвку, - И вы ей наверняка понравитесь. Особенно ты - Сили.

Мальчик вздрогнул, но страха постарался не показать.

- Может, мы лучше домой пойдём? – предложила Далька, переводя неуверенный взгляд со встревоженного Сили, на гостеприимную избушку, - А то мне как-то расхотелось… знакомиться с банши.

- Испугалась? – Жрец с деланным равнодушием пожал плечами, - Ну, что же, давай, беги к мамочке. Пошли, Сили, - он кивнул на приветливо светящиеся окна своей избушки, - Ведь ты не боишься? – и совсем тихо добавил: - Ты же уже всё это видел и не раз, не так ли?

Мальчик неуверенно пожал плечами, и секунду поколебавшись, первым пошёл вперёд.

Далька, по привычке в полголоса возмущаясь, медленно побрела следом. Рядом шёл непривычно молчаливый Анджик. Было видно, что мальчик чем-то озадачен, что-то не складывалось в его белобрысой голове, и он не собирался отставлять этот факт без внимания. Последним, забавно переваливаясь, топал отец Отто. Было темно, но священнослужитель прекрасно видел что следы, оставленные на земле старыми стоптанными ботинками Сили, тускло светятся в ночи.

Глава 8

Высокая обитая стальным каркасом дверь, отделяющая мрачный осенний лес от скромного жилища святого отца даже не скрипнула, когда Жрец толкнул её и пропустил вперёд озябших ребятишек. Она беззвучно открылась, гостеприимно впуская ночных путников, и так же тихо закрылась за их спинами, защищаясь от полного тайн и загадок мира. Хижина священнослужителя, снаружи казавшаяся старой полуразвалившейся лачугой, на поверку оказалась просторным добротно сколоченным домом. Стены избушки, разделённой на горницу, спальню и крошечную каморку, сверкали гречишным мёдом свежего сруба. Стол, на котором стояла закопчённая пузатая лампа, старый комод в углу, длинная лавка, шкафчик, тонкий коврик на полу и пара табуреток - вот вся скромная обстановка, окружавшая Жреца последние полгода. Главой чистой светлой горницы была, конечно же, высокая печь с тяжёлой чугунной заслонкой, немедленно окутавшая детей тёплом и пряным ароматом хвои.

У единственного окна на низкой колченогой табуретке сидел отец Анджика и Дальки Борт. Рядом, прислонившись к стене, стоял его брат, отец Сили. Оба напряжённые, словно готовые к прыжку степные волки, они, молча глядели на замёрзших ребятишек, и каждый в ту минуту думал о чём-то своём.

- Папа! – Анджик, радостно кинулся к отцу, но тут же остановился, столкнувшись о ледяную стену его взгляда, - Пап… Мы…

- Это я придумала, - Далька, всегда лучше брата чувствовавшая настроение родителей, толкнула брата себе за спину. Борт медленно перевёл взгляд на дочь, и девочка испуганно прикусила губу, - А эти двое, - голос её дрогнул. Она, не оборачиваясь, махнула рукой за спину, туда, где стояли Анджик и Сили, - Просто за мной увязались, дурачки - несмышлёныши.

Мужчина молчал.

- Я, - Далька обернулась и с надеждой посмотрела на замершего у двери отца Отто, - Виновата, конечно. Но ведь ничего страшного не произошло, правда?

- Да, - поддакнул Анджик, выглядывая из-за спины старшей сестры, - Мы все целы, даже он, - мальчик кивком указал на Сили, встревожено поглядывающего на отца, который замершим истуканом стоял рядом со своим братом.

Скрипнули половицы, и дверь в маленькую коморку, располагавшуюся напротив входа, медленно открылась. Широко шагая, в комнату вошла банши. В свете чадящей на столе лампы и пары светильников, спрятанных старой ведьмой под потолком, она уже не казалась детям такой ужасной и хищной, как во тьме возле хижины. Скорее угловатой и несуразной. Тем не менее, Далька громко завизжала и бросилась к двери.

- Убери! – она закрыла лицо руками и села на корточки в дальнем углу избушки, - Сили! Убери её!

- Сейчас! - мальчик вздрогнул, словно приходя в себе после долгого и тяжёлого сна. Распрямившись, он прикрыл глаза и поднял перед собой руки. Кончики пальцев привычно защипали, щёки вспыхнули нездоровым румянцем.

- Ни в это раз, малыш.

Кто-то мягко взял его за плечи и поднял в воздух. Магическая сила, такая привычная и спокойная, вдруг вылилась из него словно из разбитого кувшина.

- Пусти! – Сили задохнулся от нахлынувшего разочарования, - Я могу исправить!

- Больше не надо ничего исправлять, малыш, - тихо произнёс отец Отто, приподняв мальчика в воздух и осторожно держа за запястья, - Особенно в этой комнате. Кто знает, к чему это может привести. Ты уже продемонстрировал мне свой Дар. Достаточно.

- Ты абсолютно уверен в своих выводах, Жрец? – осипшим голосом спросил отец Сили, глядя на сына с горькой тоской и обречённостью, – Отсюда мы с Бортом так ничего и не заметили.

- А вы и не должны были, Акр, - священнослужитель продолжал крепко держать трепыхающегося Сили за руки, - Он ещё слишком мал и смог «отмотать» время всего на несколько минут назад. Но я всё видел, - Жрец ослабил хватку и нечего не понимающий мальчишка повис в его руках, - Поздоровайся с нашими гостями. Это Артур.

Неуверенно кашлянув, чудище сняло с шеи верёвку-удавку и расстегнуло тугой ворот старого платья. Помассировав затёкшую шею, «банши» стянула с головы уродливый чёрный парик. С наслаждением почесав зудящую шевелюру, Арти провёл ладонью по лицу, размазывая сажу и нехитрый грим. Теперь на ребятишек смотрел нескладный рыжеволосый парень с выбеленным лицом и щедро подведёнными углём глазами и бровями.

- Привет, парень, - Арти брезгливо отбросил парик под стол и выплюнул кривые вставные зубы, - Я Артур де Реардор и я хочу предложить тебе сдел…

- Никаких сделок, граф де Артур!

Дверь снова открылась и в хижину вошла улыбающаяся светловолосая девушка. Сжимая в руке тонкий святящийся боевым заклятием стилет, она обошла «чудище» кругом и подмигнула Жрецу:

- Так, отец?

Артур оглянулся в поиске меча. Оружие молодого человека так и продолжало висеть в седельных ножнах на боку Илты, забытое юношей во время скорой подготовки их маленького спектакля. Взмахнул рукой, Артур прошептал слова защитного заклинания, но язык не слушался, отказываясь произносить привычные фразы. Магические силы, уверенно накапливаемые им многие годы, покинули юношу. «Щит» дрогнул и, не успев сформироваться, растаял без следа.

Нож, который девушка сжимала в руке, задрожал и, вспыхнув, рассыпался в пыль.

- Что за шутки? - Артур тихо выругался и посмотрел наверх. Потолок горницы пошёл рябью и сквозь дерево проступили удлинённые руны запретительного заклятья.

- В моём доме магия под запретом. Для всех кроме меня, конечно, - святой отец беззаботно улыбнулся.

- Можно было просто попросить, - обиженно заявила Веста, носком сапога шевеля кучку пыли, оставшуюся от купленного у карликов оружия, - Хороший же был кинжал…

- С каких это пор Орден «Седьмого исхода» использует этелентийскую магию?! – Артур попытался вспомнить экранирующее заклятье, но мысли путались в голове, цепляясь одна за другую.

- Со вчерашнего дня, - беззаботно отозвался Жрец.

- Откуда вы её вообще знаете? – бросив бесплодные попытки, юноша пронзил потолок ненавидящим взглядом, - Пастыри хранят её секреты, как зеницу ока.

- Поверь, у меня была масса времени, чтобы изучить её! – священнослужитель прошептал напевный стишок, и стены дома засверкали.

- Временщик пойдёт со мной, - Артур сделал шаг вперёд, заслоняя Сили от Весты Сур.

- Прости, мальчик, - отец Отто извиняюще развёл руки в стороны, - Но она пришла первой.

Глава 9

- Тебя оказалось не так просто найти, отец.

Девушка с едва заметным усилием перешагнула контур оберегающего заклинания, защищающего невысокий порог от нежелательных посетителей, и вошла в маленькую хижину с недавних времён облюбованную смиренным Жрецом ордена «Седьмого исхода».

- Прячешься не хуже наёмных королевских умертвителей, выслеживающих «заказ», - с уважением добавила гостья.

- Я очень старался, - отец Отто мягко улыбнулся, не спуская с вошедшей девушки внимательных голубых глаз.

Она была молода, однако печать пережитых жизненных испытаний уже успела коснуться её красивого обманчиво располагающего к себе лица, сейчас кокетливо прикрытого тёмной вуалью. Высокая, статная, гостья предпочитала лёгкий дорожный костюм и удобные полусапожки, делающие поступь практически бесшумной. Любимая обувь «Безликих теней» – золотой дюжины наёмной убийц правителя Итариса его королевского величества Райена IV. Собранные в тяжёлый хвост светло-русые волосы, кое-где успела посеребрить седина, тонкие губы кривила напряжённая полуулыбка.

- Как ты сумела выбраться из Сатари-канти? – в глазах святого отца промелькнули золотые искорки.

- С трудом, - призналась девушка, задумчиво глядя на отца, - Я рада, что ты не бросил Артура на растерзание переродившимся душам и вытащил его из Драконьего тоннеля.

- Твой дед настоял, - Жрец равнодушно пожал плечами, - Гляжу, он тебе приглянулся, наш заносчивый граф де Артур?

- У Райена на него планы, - девушка недовольно вздёрнула подбородок, - Я здесь не причём!

- Догадываюсь, - усмехнулся священнослужитель, - Знаешь, зачем ему нужен этот мальчишка?

Девушка медленно кивнула.

- Расскажешь?

- Прости, - Веста виновато улыбнулась.

- Ты ведь давно обо всём узнала, не так ли и не сочла нужным поделиться со мной.

- Это знание не принесло бы тебе счастья, отец.

- Зачем ты собираешь для Райена души?

- Он не считает нужным отчитываться передо мной, - на этот раз девушка удостоила отца ответом, - А из того, что мне известно… Я знаю, что много лет назад он построил странную машину и сейчас собирает что-то из кусков разрозненных душ.

- Как же он сумел втянуть тебя во всё это? – с жалостью спросил священнослужитель.

- Возможно, всё дело в том, что он смог заменить мне отца, бросившего свою дочь в самом детстве и навещающую её в лучшем случае раз в год?

- Ты же знаешь, что я не мог иначе.

- Дорога, - Веста встала у стены так, чтобы видеть не только распахнутую дверь, но и занавешенное тонкой тканью окно, и задумчиво осмотрела нехитрое убранство временного пристанища священнослужителя, - Она тебя не отпускает, правда, отец? Манит, словно дудочка крысолова? Не даёт привыкнуть к новому месту, завести друзей, семью, вырастить детей, - её голос дрогнул, - Тянет непреодолимой силой – вперёд, быстрее, ведь ты не бывал в стольких городах и весях.

- Я рождён для странствий и помощи людям. Таков мой Дар, - отец Отто незаметно перехватил рукоятку тяжёлого анаринского кинжала, которой крепко сжимал в заведённой за спину руке.

- Можешь отложить оружие, - казалась, девушка видела Жреца насквозь, - Чародей твоего уровня выглядит очень забавно с этой варварской железякой в руках.

- Ты без спроса вошла в мой дом, Веста, - голос отца Отто стал пластичным как смола. Священнослужитель готовился произнести заклинание, - Не знал, что тебе это под силу.

- Теперь, да, - визитёрша пересекла комнату и села на лавку у печки. Двигалась она нарочито медленно, стараясь не провоцировать негостеприимного хозяина, - Поговорим?

- Уже говорим, - Жрец сделал короткий шаг влево, - Зачем ты пришла?

- Я хочу мира, отец, или хотя бы перемирия.

- Мира? – священнослужитель приподнял кустистую бровь и сильнее сжал кинжал, - Помнишь, когда я нагнал тебя в Беше, у самой Обители «Чёрных путников» и просил вернуть украденные у рекрутера души. Ты тоже предлагала мне мир…

- Это, - визитёрша зябко передёрнула плечами и отвела взгляд, - Было небольшим недоразумением. Пастыри предложили за души весьма щедрую цену.

- Недоразумением, которое уложило меня на три месяца в лечебницу Святого Марга. Там я пролежал без движения, запертый в собственном теле и обречённый день за днём прокручивать тот славный бой, когда ты отбила в меня заклинание Дервиша.

- Поймай его я, мне пришёл бы конец! - Веста повысила голос, пряча страх за грубостью, - Ты же знаешь магию Пастырей. Если заклинание произнесено, оно должно достигнуть адресата. Ну, или кого-нибудь близкого по крови, - неохотно добавила она, - Прости, но у меня не было выбора. Перенаправь я заклинание в «Чёрного путника», он бы взбесился ещё больше и уничтожил нас обоих. У меня было лишь мгновение для принятия решения.

- Твои слова греют мою душу и успокаивают сердце, - съязвил Жрец и, поморщившись, раздражённо швырнул кинжал на стол. Тот, дребезжа, воткнулся в самый центр.

- Красивая игрушка, - визитёрша легко выдернула оружие из стола, - Продай?

- Нет! – отец Отто выглянул в окно, проверяя, не привела ли его гостья с собой друзей.

- Мне действительно очень жаль, - девушка пожала плечами и положила кинжал на стол, - И в знак доброй воли я принесла тебе подарок, - она положила на колени, висевшую на поясе кожную сумку, и извлекла из неё крошечную бутылочку из тёмно-коричневого стекла. А затем ещё одну. И ещё.

Священнослужитель прищурился, вглядываясь в тонкую вязь, испещряющую толстое стекло.

- Хм…

- Антриосское янтарное вино, - смакуя каждое слово, Веста аккуратно пододвинула бутылочки в сторону Жреца, - Ты даже не представляешь, сколько глоток мне пришлось…

- Прошу, - перебил её отец Отто и осторожно взял одну из бутылочек. Та оказалась на удивление тяжёлой, - Избавь меня от подробностей своей личной жизни.

- Ты всегда был неженкой…

- …и всегда удивлялся, в кого ты пошла такая кровожадная, - вновь не дал ей договорить Жрец, - Убийства, охота на нечисть, торговля душами… О чём ещё я не знаю? - В его руках снова оказался кинжал, и мужчина легко подцепил им глиняную пробку.

- В мамочку, - легко парировала Веста. Внимательно следя за каждым движением своего собеседника, она едва заметно повернула кисти рук и из широких рукавов на крышку стола упали две тонких золотых иглы, - Видишь, теперь я безоружна.

Отец Отто бросил на оружие быстрый взгляд, и сокрушённо покачала головой. Отравленные иглы Зеркиса были излюбленным оружием «Безликих теней».

- Ты бы убила собственного отца?

- Скорее нет, чем да, - подумав, ответила гостья, - Но ещё пару лет в госпитале святого Марга были бы тебе обеспечены, прояви ты хоть толику враждебности.

- Мать гордилась бы тобой, - Жрец перевернул бутылочку, и из неё вылилась тягучая золотая жидкость, - Она хорошо тебя подготовила, - вопреки ожиданиям вино не выплеснулось на пол, а просто замерло в воздухе, приняв форму небольшого бокала, - Я слушаю.

Священнослужитель взял невидимый бокал и, пригубив напиток, блаженно поморщился.

- Раз уж мы вспомнили о Пастырях, - губы Весты тронула грустная улыбка, - Что ты знаешь о Временщиках, отец?

Глава 10

- Хочешь забрать Временщика с собой?

Арти задал вопрос Весте, но смотрел в тот миг не на девушку, а на Жреца непривычно молчаливого и собранного. Отец Отто хмурился, внимательно наблюдая за своими гостями.

- «Что же ты задумал, старый плут?», - читалось в холодном взгляде юноши, - «Ведь у тебя всегда есть запасной план, не так ли?»

- «Конечно, есть», - безмолвно соглашался с ним священнослужитель, - «А как же иначе?»

- Он нужен моему работодателю.

- Удивлён, что Райен прознал о великом Мастере, способном управлять временем, когда об этом уже было уже всем главам Орденов, несущих в этот проклятый всеми Богами мир Свет и Тьму.

- Плохо сработала разведка, - недовольно поморщилась девушка.

- «Твоих рук дело?» - Артур прищурился, буравя святого отца пронзительным взглядом, - «Нашептал Райену про Временщика? За сколько ты продал жизнь этого мальчишки, Жрец?»

- «Нет», - молчал в ответ священнослужитель, его улыбка померкла, став тусклой и усталой, - «В пенатах правящей элиты поселилось зло, и дорога во дворец Райена для меня навсегда закрыта. Свет моей измученной души не сможет разогнать Тьму, господствующую в его обители. Возможно, это был ты, любимчик Оза? Кому как не тебе знать истинную цену Временщику?»

- Передашь мальчишку людям Райена, и они получат господство над временем, - Артур, наконец, посмотрел на девушку, и к своему удивлению увидел в глазах лучшей наёмной убийцы королевства искру неуверенности и смятения, - Думаешь, ему будет лучше на побегушках у «Безликих теней»?

- Хочешь убедить меня, что твой дружок Оз превратит жизнь мальчика в прекрасную сказку? – Веста наклонилась к столу, под которым валялась её походная сумка, и в руках девушки оказался маленький чёрный арбалет.

- Может, стоит спросить его самого? – вмешался в готовый завязаться спор отец Отто и повернулся к Сили, - Что скажешь? Пастыри? Жрецы? Или хочешь служить при короле?

- Шли бы вы все отсюда, благодетели.

В избушке повисла тишина. Арти удивлённо переглянулся с озадаченной наёмницей. Отец Отто покраснел и разразился громким заразительным хохотом.

- О, да! - из глаз Жреца хлынули слёзы, и градус накала в хижине сразу же спал, - Ты истинный Мастер, хоть и ещё совсем маленький!

- Ты не понимаешь, - попыталась было образумить мальчишку Веста, но тот в ответ лишь махнул на девушку рукой.

- Ваши слова - сплошной обман! – борясь со слезами, Сили обвёл домик помутившимся от досады взглядом, - Особенно ваши! – он ткнул пальцев в отца и стоявших рядом Анджика и Дальку.

- Но мы не знали! – возмущённо воскликнула девочка и немедленно получила ощутимый тычок от младшего брата.

- Помолчи.

- Ну, а что? – зашипела она, потирая ушибленный бок, - Это же правда!

- В кое-то веки!

- Это испытание было необходимо, - Акр медленно поднялся на ноги и, встав перед сыном на колени, заглянул ему в глаза, - Мы должны быть уверены, что ты можешь управлять временем, прежде чем… У нас есть план, как спасти тебя, понимаешь? Спрятать. Ты ведь знал о своём Даре, правда? - он провёл ладонью по лицу и посмотрел в окно. Близился рассвет, - Зачем же дожидался, пока про тебя пронюхают Пастыри? Почему не рассказал мне?

Сили бросил быстрый взгляд на распахнутую дверь. Борт, всё это время, молча наблюдавший за действиями брата, неторопливо пересёк комнату и встал у дверного прохода, словно говоря племяннику: «Прости, малец, но сбежать из этой передряги тебя не удастся, как не старайся. Теперь всё по-взрослому».

- Как у тебя это получается? – стараясь не упускать из вида Арти, Веста одобряюще улыбнулась маленькому Мастеру, - Управление временем?

- Не знаю, - мальчишка прикусил губу, исподлобья глядя на хмурого Борта, - Просто, когда я очень хочу, события передумывают случаться.

- Интересная формулировка, - Артур с трудом стащил с себя старое пыльное платье «банши» и остался в простой рубахе с длинными рукавами и чёрных брюках, - И как ты потом восстанавливаешься? Еда? Сон? Залезаешь на крышу и воешь на луну?

- В основном, еда, - Сили громко сглотнул, в животе в ответ протестующе заурчало.

Поняв всё без слов, девушка, порылась в небольшом шкафчике, висевшем у окна, как раз над обеденным столом, нашла мешочек с лесными орешками и протянула мальчику.

- Держи.

- Ещё я погружаюсь под воду, - раскрыв мешочек, Сили сразу повеселел. Как и все дети, Великий Мастер легко сменял гнев на милость, - И усталость уходит.

- И как долго ты можешь не дышать? – Веста села рядом, оглядываясь на своего «конкурента», сейчас задумчиво рассматривающего заклятие на потолке.

- Полчаса, - с гордостью ответил малыш, луща орешки.

- Ого, - Арти с уважением посмотрел на нескладного парнишку.

Юноша и сам на протяжении нескольких лет учился подводному плаванию. Давным-давно, оставшись ни с чем и потеряв самое ценное, что есть в этом мире – свою душу, он подрабатывал ловцом жемчуга на далёком юге Итариса. Арти долго упражнялся, но похвастаться таким рекордом, как этот мальчуган, увы, не мог.

- Ты должен рассказать нам всё, как можно подробнее, - Акр заметно нервничал и с тревогой смотрел на сына.

- Не должен, - уверенно сказал Сили, без страха глядя отцу в глаза. Не по годам взрослый, он бесстрастно смотрел на окруживших его людей, и казалось, ничуточки не боялся.

- Это для твоего же блага, сынок.

- Такой Дар – большая редкость, - на помощь Акру пришёл священнослужитель, - Светлая наделяет им лишь своих самых любимых детей. Ты должен гордиться и беречь его как зеницу ока.

- Несколько дней назад я направил отцу Отто письмо по голубиной почте, - Акр сел рядом с сыном на пол и прислонился затылкам к прохладной бревенчатой стене, - Хотел обратиться к деревенскому магу, чародейская почта вмиг доставила бы послание, но передумал, боялся, что письмо перехватят, и моя задумка не выгорит.

- Кто перехватит? – Сили скомкал пустой мешочек и бросил на стол.

- Пастыри Лучезарной Тьмы, - мужчина украдкой переглянулся со Жрецом, и тот покровительственно кивнул, - Это такие люди…

- Это не люди, - рядом, кряхтя и отдуваясь, опустился отец Отто.

- Это звери, - тихо проговорила Веста, и на лицо девушки упала тень гадкого воспоминания, - Злопамятные, мстительные, беспринципные, насквозь прогнившие твари.

- И это тоже не совсем верно, - священнослужитель покачал головой, осуждающе глядя на дочь, - Они - нечто среднее. Будущих послушников инициируют в возрасте шести-семи лет, давая возможность выбрать … хм… направление своей дальнейшей деятельности. А потом, новоиспечённые адепты всю оставшуюся жизнь по крупицам собирают все Тёмное знание этого мира и ищут таких, как ты, мальчик. С одержимостью охотников за цритами, они высасывают из Мастеров их Дар, заключая его..., - святой отец долго смотрел в пол и наконец, признался: - Я не знаю, что они с ним делают, прости мальчик. Но в отличие от оборотней, становящихся чудовищами помимо своей воли, «Чёрные путники» впускают в своё сознание зверя добровольно.

- Волка? – прошептал Анджик, переминаясь рядом с взрослыми с ноги на ногу.

- Нет, - Жрец побледнел, - Не волка. Этелентийца.

- И ещё они живьём младенцев лопают! - не выдержала долгого молчания Далька, но на этот раз на девочку никто не обратил внимания.

- И вы хотите отдать меня им? – хмуро спросил Сили. Его щёки вспыхнули, а время округ собравшихся в маленькой избушке начало густеть. Стрелки на настенных часах замерли в нерешительности, не зная, отсчитать положенную песчинку или же пойти вспять.

- Подожди возвращать всё назад! – Жрец вытянул вперёд руку, - Выслушай нас!

- Говорите, - подумав, мальчик принял решение, и время снова возобновило свой привычный ход.

- Зачем ты приставила ко мне гнома, Веста? - Арти натянул куртку, от усталости путаясь в длинных рукавах, - Я видел его на Оборотном рынке.

- Бороду? Хотела, чтобы он приглядел за тобой. После памятных событий в Сатари-канти, правитель очень заинтересовался твоей персоной, граф де Артур. К слову, где он? - девушка недоверчиво прищурилась и отчеканила: - Что ты сделал с моим другом, отвечай немедленно!

- Другом? - Арти тихо рассмеялся, - Ты же шантажировала его!

- И что с того? – наёмница вздёрнула подбородок и отвернулась, - Одно другому не мешает, - она подошла к юноше вплотную и упёрла руки в бока, - Что ты делал на Оборотном рынке?

- Искал информацию, - раздражённо бросил Арти.

- У Пастырей?

Арти покачал головой. Борода оказался не таким уж плохим надсмотрщиком и уже успел обо всём доложить своей нанимательнице.

- Любопытно. И что взамен?

- «Цена души», - юноша уселся на низкую лавочку, стоявшую у стены, и старался не смотреть девушке в глаза.

- «Цена души» - это такой же миф, как и эта твоя ряженая банши! – взвилась Веста, встряхивая длинное мешковатое платье, от которого молодой человек совсем недавно с таким трудом избавился и, швыряя его к ногам Артура.

- Но я видел её! – неожиданно подал голос Анджик и вышел в центр хижины, так, чтобы его видели все собравшиеся, - Я видел банши тогда в лесу! И, - он покосился на распахнутую дверь и ссутулился, - Она была другая! В балахоне! С когтями! Не такая… как он, - мальчик указал на стушевавшегося рекрутера и вздрогнул, готовясь расплакаться, - Настоящая! Вы мне что, не верите?!

- Понимаешь, приятель, это было представление, - отец Отто осторожно погладил раскрасневшегося Анджика по голове, - Мы придумали всё это, чтобы удостовериться в способностях Сили, - священнослужитель обвёл рукой скромное убранство своего дома, - Это обман. И банши тоже, - он мягко улыбнулся, - Банши не нападают на людей. Они предвестницы смерти. Возможно, ты видел…

Жрец неожиданно замолчал и прерывисто вздохнул. Арти готов был поклясться, что в ту секунду он слышал, как все фрагменты головоломки в голове священнослужителя встают на свои места и складываются в ясную страшную картину.

- … не банши, - договорил за святого отца Борт и, подойдя к сыну, крепко взял его за руку, - Что ещё водится в этих лесах, святой отец?

По лесу пронёсся тоскливый душераздирающий вой совсем непохожий на тот, каким Арти совсем недавно пугал забредших в лес ребятишек. Занавески затрепетали на невидимом ветру, огонёк в лампе вздрогнул и, колыхнувшись рваным лепестком пламени, потух.

- Кого ты притащил с собой, Артур? – отец Отто рывком закрыл дверь, с грохотом опуская тяжёлый засов в пазы, - Святые творцы! Так далеко мы ещё не заходили, – он взмахнул руками, и серебряные всполохи, сорвавшиеся с его пальцев, взвились к потолку и перечеркнули запрещающее заклятье.

Засов затрещал, выгибаясь, и дверь медленно открылась. В рваном пятне света, образовавшемся в распахнутых дверях, появилась нескладная угловатая фигура в длинном балахоне с накинутым на голову мешковатым капюшоном. В широких рукавах с обтрёпанными краями прятались иссушенные руки с длинными чёрными когтями.

- К нам на огонёк заглянула брукса! – выкрикнул отец Отто, озираясь по сторонам, - Любимая игрушка «Чёрных путников». Нужна осина!

- Она убьёт её? - Артур, почувствовав, как в запястьях оживает магия, расправил плечи.

- Нет, но сможет задержать!

- Во… вот, её, - пролепетал Анджик, медленно отступая, - Её я видел!

Глава 11

Злой порыв ледяного ветра разметал лежавшие на столе бумаги по комнате, подняв одинокие листки к потолку. Мимолётное движение и брукса, мгновение назад стоявшая у входа, оказалась возле распахнутого окна. Двигалась вампирша в каком-то странном рваном и, тем не менее, завораживающем ритме. Вот брукса стоит в дверях, миг и она уже у окна, дуновение ветра и чудище склонилось над Сили, шипя рассерженной гадюкой.

- Я… исправлю… сейчас…, - малыш попятился, с ужасом глядя в чёрный провал капюшона, в котором тонкими клыками блестели острые белоснежные клыки. Взмах длинного рукава и мальчишку окутала липкая блестящая сеть, лишая возможности двигаться. Глубоко дыша, мальчик раскрыл рот в беззвучном крике и весь затрясся.

- Сили! Беги!

К бруксе метнулась длинная тень. Тварь дёрнулась, уворачиваясь. Полутьму разорвал стремительный росчерк длинных святящихся когтей. Бросившийся на помощь сыну Акр вскрикнул и отлетел в противоположный конец комнаты с распоротой грудью. В руке мужчины блеснул короткий окровавленный кинжал. Стены хижины окропил алый дождь, солома на полу запульсировала и сквозь неё проступили защитные руны. Брукса замерла, почувствовал запах человеческой крови и остаточную вибрацию чужой магии.

- Нет! – Сили пойманной птицей забился в магических силках.

Вампирша недовольно заклокотала, осторожно проводя по распоротому горлу указательным пальцем, и рана начала медленно затягиваться. Борт, обошёл восстанавливающуюся тварь со спины, и легко подняв длинную деревянную лавку, на которую совсем недавно сидел Арти, со всех сил опустил её на голову чудовищу, проламывая череп. Раздался сухой хруст и в разные стороны полетели длинные острые щепки.

Чудище завизжало так пронзительно и зло, что, стоявшая у стены Далька, тонко пискнула и рухнула в обморок. Капюшон упал бруксе на плечи, демонстрируя всем собравшимся маленькую обтянутую морщинистой коричневой кожей голову, лишённую носа и губ, с клочьями тонких чёрных волос на макушке. От удара правая часть её лица лишилась глаза и словно запеклась. Горло вампирши стягивал толстый кожаный ошейник, на котором золотом горел такой знакомый Артуру знак – серебряные песочные часы.

Тварь проворно развернулась и подняла руку, вместе с которой в воздух взлетел и захрипевший Борт. Хватая воздух, словно выброшенная на берег рыба, он дёрнул ногами, в отчаянной попытке ослабить невидимую удавку. Пригвоздив свою жертву к стене, брукса довольно захихикала, и взгляд её алого глаза остановился на замершем у стены Анджике.

- Иди-и-и ко мне-е-е!- прошелестела вампирша и мальчик, повинуясь неведомой силе, сделал маленький шаг вперёд.

- Эй, страхолюдина! - между Анджиком и чудищем встала Веста, - А как тебе это? - девушка с силой топнула ногой и с её уст сорвались слова «Боевого молота», стремительной волной, сносящего всё на своём пути.

- Видела знак? - рядом с дочерью уже стоял отец Отто, бросая в чудище короткие фразы на олжойском. С каждым произнесённым словом, тварь делала шаг назад, противно визжа, но даже не думая сдаваться.

- Не твои дружки кавалерию прислали, граф де Артур? – зло прокричала девушка.

С каждой минутой она неминуемо сдавала позиции. Брукса пришла в себя от удара «Молотом» и перешла в наступление.

Защищаясь, вампирша скрестила на груди длинные костлявые руки и резко развела их в стороны. Протяжно загудело и Веста, кувыркаясь, отлетела к стене.

- Они не мои! Проклятье! Как её убить?! - поймав девушку на лету, Арти легко поставил её на ноги и бросился к печи.

Схватив кочергу, юноша прошептал короткое заклятье, оружие в его руках засверкало ровным серебристым светом, и поспешил на помощь задыхающемуся Борту. Вой бруксы изменился, стал тоньше и злораднее, и кочерга в руках юноши раскалилась докрасна, насквозь прожигая перчатки.

- А Тёмный её знает! - отец Отто рассеянно похлопал себя по карманам и достал из невидимой складки своей потрёпанной временем рясы маленький шарик скомканной бумаги. Шепнув что-то, священнослужитель сжал его в кулаке и с размаха запустил в бруксу. Воздух взорвался какофонией звуков и цветов. Вампирша взвизгнула и, зарычав, отступила к окну.

- Не нравится? - пошатываясь, Жрец поднял руки вверх. Его пальцы засверкали искрящимся бирюзовым светом, - Приказываю! Именем Светлой! – его голос креп. Стены хижины задрожали, заскрипели потолочные балки. Хлопок в ладоши и лицо священнослужителя озарил мягкий пурпурный свет, - Убирайся отсюда!

- Твоя богиня больше не слышит тебя, - прошипела вампирша и медленно двинулась на святого отца, - Никого не слышит! Прощайся с жизнью!

Между руками твари сверкнули молнии, и воздух в хижине завибрировал. Отто Сур выкрикнул знакомые слова «Удара хлыстом», мощного и энергозатратного заклятья из тайного арсенала Ордена «Седьмого исхода». Брукса отлетела к стене, зарычала и снова оказалась на ногах.

- Силой Тёмного, повелеваю! - стянув дымящиеся рукавицы, Артур закатал рукава. Руны десятков договоров, выжженных на левой руке и его собственного – на правой, ярко вспыхнули. Юноша свёл руки перед лицом так, чтобы алые буквы, испещряющие их, были направлены на чудовище, - Отступи!

- Твой хозяин потерял Её, - голос вампирши сочился уверенностью, - Теперь он слаб! Беспомощен и слаб! Твоя магия бессильна против меня!

- Я конечно дико извиняюсь…

Осторожные слова вошедшего в ходящую ходуном хижину гостя на короткое время «заморозили» битву. Все замерли, и даже время на мгновение замедлило ход, удивлённо глядя на вновь прибывшего. В покосившемся дверном проёме, занимая его практически полностью, стоял хмурый гном. На носу ночного гостя красовались поблёскивающие в лунном свете окуляры. В одной руке он держал огромную секиру, а в другой толстую свечку.

- Но я тут уже четыре с лишним часа жду и замёрз как тролль в леднике, - гном прищурился, вглядываясь в творящийся во тьме хижины переполох, и поводил перед лицом свечой, - Вы… чего тут?

- Борода! – воскликнула Веста, кидаясь к коротышке, - Беги отсюда!

Тварь метнулась вперёд и замерла над гномом, громко стрекоча.

- Где-е? Где-е ты-ы? - брукса слепо озиралась по сторонам, стоя буквально в шаге от Бороды, - Слышу… Но где…

- Ох, и страшна же ты, подруга, - ночной гость недовольно поморщился и, отстранившись, поставил свечу на стол.

- Прочь! – вампирша слепо взмахнула руками, зацепив Бороду за кожаную перевязь, обхватывающую его плечи, и постаралась поднять гнома в воздух. Громко хрустнув, ремни порвались.

- Слышь-ка, не мешай мне, ладно?

Брукса замерла, склонив уродливую голову к костлявому плечу и слепо выставив руки вперёд, зашарила ими перед собой. Борода широко взмахнул секирой, и чудище отлетело к печи.

- Отдохни пока.

- Почему эта тварь не трогает его? – Веста с трудом подползла к Артуру, подволакивая раненую ногу. Юноша протянул ей арбалет и помог зарядить оружие.

Брукса пришла в себя и теперь в бешенстве носилась по комнате, завывая от бессилия, не в силах поймать нахальную жертву.

- Она не видит его! - Арти схватил огромную щепу, оставшуюся от разлетевшейся лавки, и со всей силы воткнул её в чудовище. Взвизгнув так, что у юноши заложило уши, вампирша схватила торчащую из шеи деревяшку и попыталась потянуть на себя. Из ладоней твари пошёл пар, и запахло палёным. Брукса тоскливо завыла, так и, продолжая стоять с торчащей щепкой, - Почему? - юноша, с трудом перекрикивал разочарованный вой чудища.

- Такие твари к нам в шахты частенько заглядывали, - Борода расстегнул куртку и продемонстрировал рекрутеру святящийся оберег. На тонкой шёлковой верёвке висел овальный медальон, с которого на молодого человека взирал раззявивший пасть хищный саблезубый тигр, - Дед мне в наследство не только Ярлык оставил, знаешь ли.

- Так вот почему я не мог от тебя отделаться на Оборотном рынке!

Борода довольно ухмыльнулся.

- Отто! – прокричал Арти, уклоняясь от летящих в него остатков скудной мебели, - Чем можно поразить эту тварь?

- А Тёмный её знает, - Жрец обессилено сполз по стене, - Все эти месяцы я проживал сегодняшний день сотни раз, но брукса появилась впервые.

- О чём ты? – Веста ошарашено смотрела на отца, заряженный арбалет в её руках дрогнул.

- Изо дня в день вы приходите ко мне, - священнослужитель закашлялся и отвернулся, - В первый раз ты, Артур, даже сумел застать меня врасплох. И мне пришлось убить тебя, мальчик. На следующее утро всё повторилось снова. Сначала по мою душу пришла Веста, а следом опять появился ты. На следующий день всё вновь пошло по кругу. И снова. И опять. И тогда я понял, что пойман в ловушку.

Арти вздрогнул, чувствуя, как по загривку пробежал холодок. «И мне пришлось убить тебя, мальчик», «по кругу», «изо дня в день».

- Воспоминания о прожитых днях обрывочны и частенько неточны… Помню, в один прекрасный день, я поставил на дверь и окно «Кокон», - святой отец виновато улыбнулся и тихо сказал: - Я немного перестарался, и в следующий раз тебя убила уже магия. Потом я снизил силу заклятья. Но это ничего не изменило. Следующей ночью, голубь опять принёс мне письмо от Мастера Акра, с рассказом о его злоключениях у «Чёрных путников» и о Даре сына.

- Сколько раз ты убивал меня, Жрец? – казалось, Артур не слышал последних слов отца Отто.

- Я давно сбился со счёта, - грустно ответил святой отец, - Всё это сотворил один маленький мальчик, - он кивнул на сжавшегося в углу Сили.

Мальчик, облепленный мерцающими лоскутами магической сети, полными ужаса глазами смотрел на происходящее в старой хижине. Словно почувствовав, что речь идёт о нём, малыш сжался ещё сильнее, подтягивая к себе колени, и зажмурился.

- Возможно, у малыша самые удивительные способности из тех, которые нам даровала Светлая. Он – Мастер Временщик, способный играть с пространством и временем, словно несмышлёное дитя с куличиками: рвать его, возвращать вспять, ускорять и замораживать. Каждый раз, возвращая время вспять, мальчик невольно оказывается в той злосчастной ночи, когда Анджик и Далька решили сбежать из дома и посмотреть на жуткую банши, поселившуюся в лесу. День изо дня. Раз за разом. И завтра мы снова встретимся с вами здесь, и всё повторится. И нет этому конца!

- Так скажите ему, чтобы перенёс нас в будущее! – Арти обернулся и с силой толкнул гнома в плечо. Мимо вращаясь, пролетел стул и рухнул как раз туда, где секунду назад стоял Борода.

- Ему не хватит сил, чтобы ускорить ход времени и забросить нас в будущее.

- Нужен, Мастер Проводник, помощник с Даром, позволяющим частично отдавать свою силу! – Веста быстро перезарядила оружие, и в вампиршу полетел очередной арбалетный болт, - Таких Мастеров пруд пруди в Итарисе, - она искоса посмотрела на потирающего бок гнома, - И их всегда видно издалека, как маяк туманным утром.

- И прознав о таких спорных способностях, они не слишком-то торопятся рассказывать о своём Даре, - буркнул Борода, поднимаясь на ноги, - Никто не хочет отдавать, ничего не получая взамен.

- Ты поможешь нам? – наёмница обречённо смотрела на беснующееся чудище, - Эта тварь находится под защитой Пастырей, хоть жги её, хоть режь – она всё равно достанет нас.

- Помог бы, если бы ты не забрала у меня душу, - гном усмехнулся и украдкой переглянулся с Арти. Юноша коротко кивнул, - Теперь мой Дар мёртв или спит, до тех пор, пока его снова не коснётся свет моей души.

- Насколько раньше было проще жить, - девушка отвернулась, поймав на себе недовольный взгляд отца Отто, - Дар в обмен на душу. Зачем нужны все эти новые сложности?

- Мир меняется, и мы меняемся вместе с ним, - глубокомысленно пробасил гном и довольно подбоченился, - Тебе придётся вернуть её мне. У нас был уговор.

- Послушай, Борода…

- Веста Сур! – прокричал святой отец, строго глядя на загнанную в угол дочь, - После Сатари-канти ты клялась, что сойдёшь со скользкой дорожки рекрутства и вернёшься к старым добрым заказным убийствам. Особенно после того как Райен лишил тебя магических способностей из-за использования Дара некромантии, - кисло добавил он, - ты ведь за этим так рвалась в Барден? Поговорить с дедом?

- Ты же отказался мне помогать! – девушка побледнела, бросив гневный взгляд на валявшуюся под столом сумку.

- Верни, немедленно! – приказал Жрец, с трудов удерживая прозрачный барьер «Заслонки», которая скорее ещё сильнее раззадоривала бруксу, нежели удерживала её от наступления, - Сейчас же!

- И неплохо было бы отдать мне те, что ты стащила из трактира, - Арти тревожно посмотрел на магическую заслонку, по которой расползалась тонкая трещина.

- Да она сама просилась в руки! – Веста задохнулась от возмущения, - Этому Ярлыку больше ста лет! Как я могла пройти мимо?!

- Это она?

Кто-то несильно дёрнул Жреца за рукав. Святой отец обернулся и посмотрел вниз. Стоявший рядом Анджик, смотрел на мечущуюся по дому вампиршу скорее с любопытством, нежели со страхом. В руках мальчик держал обитый чёрной кожей ларец, очень похожий на тот, что хранился в седельных сумках, навьюченных на спину Илты. Когда мальчишка раскрыла коробочку, его лицо озарил мягкий бирюзовый свет.

- А ну положи на место! – вскрикнула наёмницу, кидаясь к мальчишке.

Анджик легко увернулся и, встряхнув ларчик, прошептал:

- Лети. Ты свободна.

Из коробочки вырвался крошечный изумрудный шарик. Описав круг по хижине, он на мгновение завис у окна, словно размышляя о чём-то, и вспыхнув ещё ярче, стремительным метеором впился в грудь гнома. Из глаз упавшего на колени Бороды хлынули слёзы.

- Дай-ка мне, - Арти осторожно забрал у мальчика ларчик и заглянул внутрь. В тесных стенках ларца чёрной коробочки ютилась дюжина душ, - Неплохо.

Что-то больно кольнуло Артура в грудь. Сунув руку в карман куртки, юноша вытащил куски разломанной в падении коробочки, которую нынче утром ему презентовал Пастырь Виго. На ладони среди тонких щепок лежала красивая поблёскивающая бабочка.

- Я и забыл про тебя, - рекрутер сжал амулет в руке и, развернувшись, остолбенел. В шаге от него перекосив рот в чудовищной гримасе стояла брукса, благополучно справившаяся с волшебным барьером священнослужителя, - Что б тебя! - не найдя ничего более разумного, молодой человек с силой вдавил хрупкое тело хрустальной бабочки прямо в уродливое лицо вампирши. Артура ослепила яркая вспышка. Громыхнуло так, словно в избушке с минуты на минуту разразится буря. Тварь замерла, тихо стрекоча. Лопнул стягивающий горло бруксы ошейник и, упав на пол, мгновенно истлел.

- Отдавать всегда тяжелее, чем брать, - прохрипел Борода и, протянув руку, коснулся плеча, вжавшегося в стену Сили. Мальчик вздрогнул и поднял глаза.

- Посмотрим что там, в будущем, приятель.

Сили кивнул и зажмурился.

Стены недавнего пристанища отца Отто затрещали и рассыпались в труху. Арти закрутило в бешеном круговороте, гул прервал громкий хруст, и мир вокруг юноши погрузился во тьму.

Глава 12

- Эй, парень!

Кто-то настырно тряс Артура за плечо и бесцеремонно хлопал по щекам.

- Ты что как барышня раскис-то, бравый охотник за душами?

Артур открыл глаза и заморгал, прогоняя кровавую пелену, застилавшую глаза. Голова гудела так, словно юноша беспробудно пил днями напролёт, по крайней мере, всю прошедшую неделю, во рту чувствовался горьковатый металлический привкус, а в шее что-то подозрительно похрустывало. Над ним стоял совершенно седой Борода, осунувшийся и чумазый.

- Неужели сработало? – Артур приподнялся на локте, рукавом вытирая кровь с разбитых губ.

- Ну, как тебе сказать, - гном потёр сухие посиневшие руки и юноша с удивлением заметил свежий, но уже успевший зажить шрам на грубоватом лице Бороды, - Тварюга-то исчезла, да-а. Но клянусь Светлой, я понятия не имею, куда нас закинул наш чудо-временщик. Может в завтра, а может и в следующее тысячелетие. Мальчишка разметал всех по времени и пространстве.

- И где теперь все остальные? – Арти с трудом поднялся на ноги, ухватившись за протянутую гномом руку, и огляделся.

На покрытую плотным ковром снега землю, ещё недавно едва промороженную редкими ночными заморозками, мягко ложились крупные пушистые снежинки. Они уверенно падали на развороченный полусгнивший остов с провалившейся крышей, оставшийся от дома священнослужителя, уже успевшего удивительный образом зарасти сухим бурьяном. Деревья были искривлены и зияли огромными проплешинами содранной коры, а некоторые были вырваны с корнем, так, словно несколько лет назад здесь прошёл страшный ураган. А вокруг валялись привычные Арти предметы, искорёженные и вывернутые в чудовищной судороге. Вот, в кустах валяется чашка, из которой вместо привычной ручки торчит длинная вилка: рядом лежит кочерга, скрученная в замысловатую петлю: рассечённый пополам стол, из которого торчал дымоход, насквозь проткнутый чудом уцелевшей деревянной доской.

- Остались только мы с тобой и…, - Борода пошатнулся и, отвернувшись, громко закашлялся, - Пойдём, - он легко поставил юношу на ноги, - Я должен кое-что показать тебе.

Глава 13

Жрец будто огромный выброшенный из моря кит лежал на спине, умиротворённо глядя в звёздное небо. Из груди священнослужителя торчала рукоятка короткого эльфийского клинка, такого знакомого, что у Артура перехватило дыхание. Илты, к седлу которой должен был быть приторочен меч, нигде не было.

- Отто… Отто? - юноша ошарашено смотрел на человека, мысль о мести которому совсем недавно так грела его душу, и чувствовал, как щемит сердце.

Запястья привычно обожгло калёным железом. Почувствовав близкую поступь смерти, ожили руны договора, выжженные на руках рекрутера так давно, что это казалось старой глупой легендой, так и не ставшей правдой. Они чувствовали, что совсем рядом душа готовится покинуть бренное тело и требовали забрать эту жертву себе.

Где-то вдалеке сверкнула такая неуместная в разгар зимних холодов молния. Расчертив серое небо яркими рваными трещинами, она осветила небольшую поляну и руины старой хижины бледным потусторонним светом. В ответ на яркую вспышку где-то вдалеке раздражённо огрызнулся гром. Зыбкий полумрак разогнали лучи восходящего солнца, шаг за шагом отвоёвывающее своё право на существование.

- Почему это произошло?

- Кто ж его знает, не учёный я, - стоявший рядом Борода отвернулся и привычно пожал плечами, - Вон видишь, что со скарбом произошло? И вот…

- Мы победили? - донёсся до ушей Арти далёкий шёпот, совершенно непохожий на добродушный голос отца Отто.

- Да, - Артур, скрипя зубами от боли, опустился перед Жрецом на колени, - Но теперь это не имеет никакого значения.

- Ты не прав, мальчик.

Голос священнослужителя звучал всё тише и тише, и в какой-то момент юноше показалась, что он звучит только в его уставшем вымотанном последним злоключениями сознании.

- Что же мне теперь делать? – Арти в отчаянии смотрел на рукоять своего меча, торчащую из груди святого отца, и чувство, что в этой трагедии виноват именно он, никак не отпускало рекрутера.

- Продолжай бороться.

По тему телу Отто Сура прошла короткая судорога, оно замерцало и поднялось на локоть над землёй. Вспышка света и из груди Жреца вырвался крошечный шарик ослепляющего горячего света. Арти интуитивно протянул вперёд руку, и душа святого отца доверчиво опустилась на его раскрытую ладонь, окрашивая лицо юноши мягким оранжевым светом.

- Что делать будем, а? – над телом Жреца, смущённо переминаясь с ноги на ногу, стоял Борода.

Сидя на земле, юноша заворожено смотрел на золотой шарик в руке. Несмотря на свои крошечные размеры, сфера был чудовищно тяжёлой, словно в шарике было спрятано пушечное ядро.

- Я ждал этого шанса столько лет, - устало проговорил юноша, вдыхая прохладный предрассветный воздух, - Ты даже не представляешь, как долго. Я уже и сам начал забывать…

- О чём ты? – гном нахмурился, исподлобья глядя на Артура.

- Этот шарик может исправить всю мою жизнь, - пояснил юноша и, сложив ладони лодочкой, спрятал в них душу священнослужителя. Сфера трепыхнулась и замерла, грея его руки.

- А твоя жизнь стоит его? – голос Бороды звучал тихо и осуждающе.

Арти вздрогнул, вспоминая их утренний спор со Жрецом.

- «Ты хуже Тёмного! Тьма в обличие бескорыстной добродетели!»

- «Боюсь, что ты ошибаешься, Артур. Просто я единственный в этом крошечном мирке, у кого хватает духа открыто противостоять ей».

Казалось, этот спор случился так давно, что Арти уже забыл его причину.

- Сначала от нас ушла Светлая, потом наши души стали лежалым товаром под прилавком беспринципных торгашей, а теперь мы ещё и упустили Временщика, - перечислял Борода, неторопливо загибая пальцы, - Слишком много козырей у плохих парней, тебе не кажется?

- Что ты предлагаешь?

Гном зло шмыгнул покрасневшим на морозе носом и, ухватившись за рукоятку меча, потянул её на себя. Оружие легко вышло из груди Жреца. Клинок заточкой, которого Арти когда-то так гордился, теперь напоминал кривой, изогнувшийся в страшной судороге спиральный алый от крови штык.

Отбросив окровавленное оружие в сторону, Борода вытер руки о штаны.

- Есть одна мыслишка, - он достал из кармана новенький берестяной корешок Ярлыка.

- Я не понимаю, - Артур пристально смотрел на «расписку», с которой, после того как Веста вернула гному душу, исчез пресловутый красный крестик.

- А чего тут понимать? – Борода постучал Ярлыком по ладони, задумчиво глядя на тело святого отца, и глубоко вздохнул, - Девчонка вернула мне душу, и Ярлык аннулировался, - он продемонстрировал корешок Арти.

- Ты что решил продать за него душу? Снова?! – юноша хватился за голову и сокрушённо покачал головой, - Жизнь тебя ничему не учит!

- Может, ты умеешь оживлять мёртвых? – гном вопросительно посмотрел на рекрутера и тот, не выдержав испепеляющего взгляда, отвернулся, - Вот и я тоже не умею. Всегда кто-то жертвует самым главным, парень, и частенько остаётся у разбитого корыта. Такова жизнь. Готов?

- Да.

Расправив плечи, Борода закрыл глаза и громко от души выругался. Старый лес бесстрастно выслушал отборную тираду и зашелестел тонкими ветками.

- Значится, так, как вас там? - веки гнома дрогнули, - Это снова я. Хм… Верните-ка этому достопочтимому Жрецу жизнь, а я, - он криво усмехнулся, и нервно постучал по земле ногой, - Уже по старой привычке… Проклятье! Предлагаю взамен свою душу. Идёт?

Лёгкий порыв ветра шутливо потрепал гнома по волосам и Ярлык в его руке задрожал. Короткая вспышка и в центре корешка снова появился кроваво-красный крестик.

- Вот и славно, - тоскливо произнёс Борода и спрятал Ярлык обратно во внутренний карман куртки.

Лицо Артура озарил алый всполох, и в груди Жреца засияло маленький сиреневый вихрь.

- Ты же вернёшь её, так? – гном старался говорить равнодушно, но взгляд колючих карих глаз прожигал Артура насквозь.

- Юноша медлил.

- Вернёшь?

- Я пожалею об этом, - как можно бережнее вложив в образовавшуюся воронку шарик души, Арти закрыл глаза и запел медленную завораживающую песню. Воронка начала медленно закрываться пока не исчезла вовсе.

- Думаешь, сработает?

- Подождём, - гном сел рядом со Жрецом и неторопливо раскурил трубку.

Глава 14

Спустя четверть часа к лицу отца Отто начали медленно возвращаться краски жизни: щёки порозовели, исчезли тени под глазами и мертвенная бледность. Послышался булькающий хрип, и священнослужитель задышал.

Арти поднялся на ноги и посмотрел на остов, оставшийся от некогда уютного домика священнослужителя. Чудом уцелевшая оконная рама, искорёженным памятником стояла среди развалин, ставших страшной могилой для Арка и его брата Борта. Брукса исчезла, забрав с собой липкий кошмар недавних событий. Кто знает, что с ней стало? Но юноша очень надеялся, что она вернётся к Пастырям и тогда, проклятым колдунам не поздоровится.

А возможно, чудище прихватило с собой и Весту с ребятишками...

Он вздохнул. Мечты хоть одним глазком заглянуть в «Цену души» утеряна на долгие годы, если не навсегда. Сделку с Вино с этого момента можно считать расторгнутой, и наверняка мстительный «Чёрный путник» наточит на юношу зуб за обман. Значит, у Арти появился новый могущественный и злопамятный враг. Ещё один. Молодой человек поднял голову и посмотрел на бурое рыхлое небо, кокетливо прикрытое рваными облаками.

Рассветало.

- У тебя ещё появится шанс отыскать их, мальчик.

Артур улыбнулся, услышав знакомый чуть насмешливый голос, и обернулся.

- Скажу честно, я удивлён, - отец Отто открыл глаза и осторожно провёл рукой по груди, в которой совсем недавно торчал изогнутый эльфийский клинок, - Не ждал от тебя такого щедрого дара.

- А я то, как удивлён, - пробормотал рекрутер, помогая Жрецу подняться.

- Нужно похоронить умерших и побыстрее убираться отсюда.

Борода тревожно смотрел на пробуждающийся лес, попыхивая длинной трубкой.

Рано или поздно, хозяева бруксы поймут, что его надули, и тогда нам несдобровать.

- Пока ты рядом со мной, никто не посмеет покуситься на твою душу даже с использованным Ярлыком, - отец Отто поднялся на ноги и положил руку гному на плечо, - Я обещаю тебе. Мы всё исправим.

- Один же раз уже вернули, - гном пожал плечами и усмехнулся, - Повторим.

Час спустя, выполнив все скорбные деяния, они, молча, стояли напротив двух могил. Жрец молился, беззвучно шевеля губами. Борода, выудив откуда-то пузатую жестяную флягу и две помятые кружки, разлил по импровизированным бокалам тягучую чёрную жидкость.

- «Горная жижа», - с гордостью представил он, безусловно, самый благородный из гномьих напитков, и, сделав большой глоток, улыбнулся, - Хороша!

Видимо, вспомнив прошлый опыт Жрец, скривился и дипломатично покивал, отказываясь от угощения.

- Помянем.

Артур обречённо посмотрел на протянутую флягу и покорно наполнил свою кружку.

- Эх! – Борода крякнул, осушая флягу до дна.

«Горная жижа» колыхнулась на дне кружки рекрутера, стремительно светлея. Артур прищурил, разглядывая дно чарки. Вот там зажглось далёкое полуденное солнце, небо рассёк странный летательный аппарат и неожиданно проступили очертания знакомого горного пика.

- Вы видите это? – прошептал юноша, вглядываясь в напиток с дотошностью Мастера-ювелира, крутя кружку и так и этак.

- Чудеса, - заворожено прошептал гном. Привстав на мысочки, он с искренним любопытством заглядывал то в кружку Арти, то в свою.

- Это Рейлдейл! - отец Отто забрал у Арти кружку и видение тут же пропало, - О! Прости.

Жрец смущённо кашлянул и вернул напиток рекрутеру. И снова, стоило молодому человеку, коснуться кружки, как внутри появлялся прекрасный старинный город, с крошечным замком, примостившимся у самого предгорья.

- Да, - Арти взболтнул «горную жижу» и картинка пошла рябью.

- Бывал там?

Юноша кивнул.

- Я там родился.

Картинка дрогнула, и замок медленно приблизился. Вот уже можно разглядеть расписные витражи и маленькие смотровые башенки…

- Арти!

Молодой человек дёрнулся, едва не выплеснув «Горную жижу». Теперь всё пространство странного артефакта занимало осунувшееся, загорелое лицо Весты. Как и у Бороды, волосы девушки поседели.

- Арти! – Веста счастливо рассмеялась, - Наконец-то я смогла докричаться до тебя! После стольких лет!

- Где ты? – Жрец схватил юношу за руки и рванул на себя, так чтобы призрачное видение не исчезло.

- Отец! Мы…, - послышался скрип и далёкий хруст, - Вытащи нас от… Отец!

Картинка потемнела и растворилась в мутном гномьем пойле.

- Куда?! – закричал Жрец и встряхнул Артура за куртку, - Куда она пропала?

- Как я понимаю, - Борода сунул руки в карманы и покачался с ноги на ногу, - Мы отправляемся в Рейлдейл?

Юноша единим махом осушил кружку и закашлялся, смахивая выступившие слёзы.

- Этого мне только не хватало до полного счастья.

Глава 15

- Ты плохо влияешь на моего ставленника, старый враг.

Оз удобно устроился на припорошенном снегом трухлявом пне и неторопливо помешивал в небольшом котелке недовольно булькающее варево.

- Я очень стараюсь, Тозалион.

На небольшую окружённую умирающим ельником поляну вышел отец Отто Сур. Окрепший морозец заставил Жреца надеть поверх своей привычной коричневой рясы длинную шерстяную накидку с капюшоном, с гордо алеющим кровавым пятном на груди.

- Тем не менее, он сомневался.

- Он же просто человек, - губы его собеседника тронула грустная улыбка.

- В какой-то миг мне даже казалось, что Артур схватит мою несчастную душу и на всех порах помчится к тебе, торговаться, - священнослужитель недовольно посмотрел на готовящего похлёбку мужчину, - А это значит, что плохо на него влияешь именно ты.

- Очень скоро ему придётся выбрать сторону, - Оз сокрушённо покачал головой, и по его смуглому скуластому лицу заскакали рваные рыжие тени от костра, - И тебе прекрасно известно, что нейтралитет – это самая опасная форма политики, - мужчина зачерпнул густого варева, осторожно подул на ложку и попробовал похлёбку, - Угостишься?

- Не откажусь.

Садясь на землю, Жрец поморщился. Хоть и уже успевшая затянуться, рана от пресловутого эльфийского клинка не давала священнослужителю покоя.

- Ты знал о Временщике?

Оз отрицательно покачал головой. Закашлявшись, он отвернулся от едкого дыма. Выкипев, похлёбка выбралась из котелка и вылилась на алые головешки.

- Это правда? – святой отец неуверенно посмотрел на своего собеседника.

- Зачем спрашиваешь, если не веришь?

Жрец стушевался и отвёл взгляд.

- Риальда предупреждала меня о том, что рано или поздно он появится, – Оз достал из сумки краюху хлеба, отломал огромный ломоть и протянул священнослужителю.

- И что нам с ним делать?

- Для начала, не мешало бы его найти. Снова.

- А потом? - отец Отто наколол кусочки хлеба на прутик и сунул его в костёр.

- Отправить его к лейям, - мужчина с аппетитом накинулся на неаппетитную на вид похлёбку, - Только они смогут научить Мастера управлять своим Даром.

- Леи – это миф...

- Конечно, миф.

- Конечно, - Жрец понимающе покивал и взял протянутую Озом миску. Отхлебнув, он довольно зажмурился: - М-м-м… Горячая и невкусная.

- Моя любимая.

- И сколько у нас осталось времени?

- Может быть год, - Оз пожал плечами, задумчиво разглядывая своего собеседника, - Или месяц.

- Или день.

Мужчина равнодушно кивнул.

- Рождение Временщика – это знак, намекающий на то, что я больше не могу удерживать нарушившееся равновесие, придётся поторопиться.

- Оно было нарушено ещё задолго до рождения этого мальчика. Итарис чуть не уничтожила война «переродившихся» душ, его наводнили чудища, когда-то бывшие лишь вымыслом и страшным кошмаром, которым пугали маленьких ребятишек, мы торгуем душами…

- Вы сами сделали свой выбор, - Оз поморщился, будто Жрец потревожил старую, но ещё не успевшую затянуться рану, - Душа в обмен на Дар. Посеяли – теперь пожинайте.

- Но ведь никто не знал!

- Она знала… И не верила, что вы обменяете её Дар, на … мой.

- Ты подкинул ей эту идею?

- Нет.

Жрец ошарашено посмотрел на Оза.

- Но я бы уверен…

- Что чёрное всегда чёрное, а белое всегда белое? Люди. Все такие одинаковые и предсказуемые.

- Тогда кто?

- Я не знаю.

- И как долго ты собираешься побираться как нищий, собирая брошенные оступившиеся души? – священнослужитель впервые повысил голос.

- Душу, - тихо поправил его усталый путник, - Я собираю лишь одну Душу, Отто. Её душу. Придумав этот мир, Риальда вдохнула в людей жизнь, разделил свою душу на всех, подарив каждому по крошечному кусочку. И до того дня пока не была заключена первая сделка, её душа роста и полнилась счастья, проживая сотни тысяч жизней! А потом они продали самое важное, что было в её жизни и все проданные частички Её души начали перерождаться.

- И светлых душ становилось всё меньше и меньше.

Оз промолчал, и они долго сидели в тишине, слушая тактичное потрескивание маленького костерка.

- Я всё ещё надеюсь, что Она вернётся.

Сказав это, святой отец встал и, не прощаясь, скрылся в бледных обрывках уходящей ночи. Он возвращался обратно, туда, где его ждали Арти и Веста.

- Я тоже надеюсь, - тихо прошелестел в ответ ветер, - что вернётся именно Она.

Часть четвертая "Не буди лихо". Глава 1

- Ты можешь разбиться! - Артур дёрнул старшего брата за руку и потянул назад, подальше от крутого обрыва. Там, в аквамариновой глубине, волны с упрямой яростью хлестали беззащитный берег, и Арти казалось, что ещё чуть-чуть, и они устремятся ввысь, накрывая мальчишек с головой и увлекая в бурлящую бездну, - Это не игра!

- Конечно, игра!

Натаниэль, средний из трёх сыновей графа де Реардора, громко рассмеялся и с лёгкостью поднял руку вместе с повисшем на ней младшим братишкой. Как только босые ноги Арти оторвались от земли, мальчик испуганно выкрикнул:

- Тани, хватит! Я боюсь!

Это был самый высокий утёс в Рейлдейле. Лакомый кусочек для местной детворы, мечтавшей доказать свою удаль и превосходство перед сверстниками. Далеко не каждый посмеет бросить вызов морской пучине, бушующей внизу! Кто же он блистательный смельчак, не побоявшийся прыгнуть вниз со скалы, прозванной местными шалопаями Язык мертвеца и доказать своё право с гордостью носить серебряный талисман «Трезубец Корина», отличительный знак лучшего пловца Рейлдейла?

- Трусишка ты, Арти, - Натаниэль сделал шаг назад и, опустив руку, поставил брата на ноги, - Вот и стой тогда здесь, - он усмехнулся и провёл ладонью по волосам, таким же непокорным и рыжим, как и у Артура, - Как всегда пропустишь всё самое интересное.

Арти нахохлился и, переступая с ноги на ногу, сердито смотрел на брата. А тот уже успел подойти к самому краю обрыва и довольно улыбаясь, махал рукой собравшимся внизу приятелям. Те радостно засвистели, подбадривая своего любимца.

- Эй, герой!

Арти обернулся. На склон поднимался невысокий кряжистый парень, немногим старше Тани. На груди крепыша, на тонкой цепочке, висел небольшой искусно выкованный серебряный трезубец.

- Ты бы послушал малявку и поостерёгся, брат. Убьёшься, мне потом за тебя перед матушкой отдуваться.

Словно в подтверждение сказанного, порыв ветра невидимой рукой оттолкнул мальчика от обрыва.

Братья переглянулись и беззаботно рассмеялись. Арти с надеждой посмотрел на Натаниэля. Он так боялся, что с Тани может что-нибудь случиться, что даже не стал обижаться на старшего брата Корина, за обидное прозвище «малявка». Его душу сковало липкое удушливое предчувствие грядущей беды. Оно упрямо царапало сердце, колючим комом подступая к горлу. Так уже случалось однажды. Когда Кори решил исследовать печально известную в Рейлдейле горную расщелину. Артур знал, что грядёт беда. В тот день старший из братьев де Реардор сломал ногу, сорвавшись с шаткого уступа. Он долго отлёживался, а затем несколько месяцев ходил на костылях, но его жизни тогда ничего не угрожало. А вот сейчас…

- Рано тебе ещё покорять этот утёс, - Корин вразвалочку подошёл к обрыву и бесстрашно посмотрел вниз на бьющиеся о скалы воды, - Потренируйся входить в воду в Тихой заводи, а уж потом…

- Хватит тренировок! – в голосе Тани проскользнула старая обида, - Сегодня я одену этот знак, Кори-задавака, - он кивнул на висевший на груди брата трезубец, - Ведь я лучший ныряльщик во всём Рейлдейле! Это всем известно. Даже тебе далеко до меня.

Кори нахмурился, закусив нижнюю губу, и после недолгого раздумья кивнул соглашаясь. Он вообще был рассудительным парнем наследный граф графства Шоурли - Корин де Реардор. Будущий правитель и должен быть таким: уверенным, стойким и готовым к неприятным компромиссам.

- Но плаваю я всё равно лучше тебя, - крепыш снял с шеи цепочку с трезубцем и протянул Тани, - Ладно, держи, он твой.

Надев медальон на шею брата, Кори отошёл на шаг и торжественно провозгласил:

- Великовата она для тебя, но сойдёт. Перед лицом этого малыша, - юноша картинно поклонился Арти, - Я признаю тебя, Натаниэль де Реардор, лучшим пловцом в этом славном графстве, и предлагаю уже, наконец, пойти домой - обедать, - он прищурился, глядя на безоблачное солнечное небо, - А то наверняка уже всё остыло. Тильда била в колокол четверть часа назад.

- Нет уж, - Тани упрямо замотал головой и, сняв медальон, бросил её обратно брату, - Я должен доказать!

- Кому? – Кори хлопнул юношу по плечу и легонько подтолкнул к извилистой тропинке, ведущей от обрыва к замку их отца, - Если мне - то дело пустое! Я всё равно лучше тебя! – он шутливо подмигнул брату, - И к тому же я – наследный граф.

- Нашёл, чем хвастаться, - Тани приосанился, расправляя плечи.

- Ведь прыгнет, - прошептал Артур, так и продолжая стоять в нескольких шагах от старших братьев.

Корин внимательно посмотрел на бледного Арти, и очень серьёзно попросил: - Давай уйдём, Натаниэль, пожалуйста.

- Нет, лучше прыгнем вместе, - Тани бесстрашно смотрел на брата, - Подстрахуешь меня. Или слабо?

- Ну, давай тогда вместе, - Кори неожиданно легко согласился и, подкинув в руке медальон, кинул его притихшему малышу, - Теперь ты лучший пловец в Шоурли, Арти-плакса. Но это временно, так что не задирай нос.

- Нет! – Артур кинулся к братьям, но те уже легко оттолкнулись от крутого выступа Языка мертвеца и прыгнули вниз.

Всё вокруг замерло, словно пчела, попавшая в янтарную ловушку. Арти с удивлением услышал далёкий крик, свой крик. Ужас сковал его, заставив сердце метаться в груди испуганной птицей. Может, он зря паниковал и всё обойдётся? Мгновенья тянулись вальяжным заморским обозом, подгоняя ленивую улитку времени. Казалось, Арти уже целую вечность стоял у обрыва и, размазывая по лицу солёные слёзы, пытался высмотреть своих старших братьев в пенном прибое. У ног Артура валялся так и не пойманный им трезубец. Внизу замерли подбадривающие мальчишек друзья. Вязкую тишину, господствующую на Языке мертвеца, нарушал лишь рассерженный шелест далёких волн. Даже ветер перестал трепать волосы Артура и встал рядом, с тревогой заглядывая в пучину крутого обрыва. Ветер тоже ждал… И наделся. А братья де Реардор всё не появлялись, и не появлялись. На небо наползла ленивая серая туча, а где-то вдали зарокотал гром.

А потом Арти услышал пронзительный женский крик, и вода у скал окрасилась багрянцем.

Глава 2

- Давай, парень, просыпайся.

Артур вздрогнул, почувствовав, как кто-то настойчиво трясёт его за плечо, и неохотно приоткрыл глаза. Над головой нависало хмурое свинцовое небо, давя непомерной тяжестью вальяжных туч и не предвещая в ближайшее время ни одного солнечного денька.

- Горазд ты дрыхнуть, на такой-то холодине, - стоявший рядом с Арти, прокалённый суровыми ветрами паромщик, переправляющей его, отца Отто, Бороду и ещё одиннадцать путников на другой конец Сельны с неподдельным уважением посмотрел на юношу.

Была уже глубокая осень, когда Арти со спутниками, наконец, добрались до Шко, левого притока Сельны. Идея переправиться через реку на пароме, и тем самым сэкономить четыре дня пешего пути показалась Артуру и его спутникам крайне заманчивой. А хмельные расказни братьев Люми, старший Айк промышлял в этих землях браконьерством, а младший Лейк - ростовщичеством, о страшном речном монстре, потопившем за последние месяцы три больших переправы, не пугали, а скорее вызывали профессиональный интерес у бывалого рекрутера. Как известно там, где неожиданно появлялся мифический неуловимый монстр, там вскоре обнаруживался и нарушенный контракт. В отличие от простых смертных, Артур в силу своей профессии, искал все необъяснимое и опасное.

- Я три дня не спал, – рекрутер сонно поморгал, с трудом разлепляя глаза, - Приплыли?

- Да часа два уже ждём на воде. Закрыт был причал, - сидевший рядом Борода недовольно фыркнул, разминая пальцами отсыревший табак, - Видишь здоровенного тролля, меняющего чёрную тряпку на белую? Вон там.

Артур прищурился и кивнул.

- Значит можно швартоваться, - гном с кряхтением поднялся на ноги, - Что у них там стряслось-то?

Огромный паром, рассчитанный на пятьдесят человек, был непривычно пуст. А отважные смельчаки, отважившиеся на эту небезопасную поездку, старались держаться ближе к середине переправы и спокойному уверенному в себе старику-паромщику. Лишь отец Отто стоял на самом краю, заложив руки за спину, и задумчиво смотрел в грязные неспокойные воды Сельны.

- Верно, каторжника беглого ищут, - отозвался одетый в длинный тулуп высокий худощавый мужчина, судя по характерному выговору – местный житель, - На прошлой неделе шестеро сбежали. Ночью. Вроде как корсары. Два душегуба, три вора-взяточника и сказочник заезжий. Кто говорит, стражу перебили, а кто - подкоп сделали, и поминай, как звали.

- Поймали? – не оборачиваясь, поинтересовался Жрец.

Местный довольно хмыкнул.

- А то ж! Но только пятерых. Сказитель сбежал, паршивец. До сих пор видимо не нашли, - он махнул рукой в сторону берега, - А тех, кого поймали, вместе с начальником тюрьмы тем же вечером на виселицу отвели, - он провёл грязным ногтем большого пальца по своему горлу, - Без суда и следствия. Скор здешний граф на расправу. Ох, скор.

- Но в меру, - тактично добавил старик, направляя свой паром в сторону причала.

- В наказ другим, - согласился с ним местный, опасливо поглядывая по сторонам, но их разговор никого не заинтересовал, разве что пролетавшую мимо жирную чайку, - А нечего закон нарушать.

- Вон, уже и шпиль главной башни Янтарного Замка показался. Там, глядите, - паромщик поспешил сменить тему разговора и указал сухим желтоватым пальцем куда-то за спину Арти.

- Янтарный?

Артур обернулся. На высоком, чёрном, словно от недавнего пожара, холме, проткнув облака тремя изящными серыми башенками, стоял крошечный замок. Окружённый глубоким рвом, с открытыми бойницами и поднятым мостом, он словно готовился к долгой осаде, однако захватчиков вокруг не наблюдалось. Вокруг на милю чернела выжженная корка земли.

- Что там стряслось-то? – Борода прищурился. Глаза гнома слезились, не позволяя, как следует, разглядеть, окутывающий замок полупрозрачный оранжевый кокон.

- Колдовство, - авторитетно заявил старик, - Страшное, неизученное. Ага. Все местные знают эту легенду.

- Расскажешь? – не в силах оторвать взгляд от застывшего в янтаре замка, попросил Борода.

- Нет, - паромщик налёг на весло, заскрипели верёвки, - Я ж не местный. Вот их и спрашивай.

- Давненько я не бывал в Рейлдейле, - признался Арти, проверяя походные сумки, - Лет…, - он хотел сказать «лет пятьдесят», но вовремя осёкся, - Пять. Изменилось что?

- Всё изменилось, - отозвался старик, попыхивая древней испещрённой десятком маленьких трещинок трубкой, так подходящей его морщинистому лицу.

- Грамотка теперь нужна, чтобы в Рейлдейле на постой встать, - снова встрял в разговор местный житель, - Новое правило для всех приезжих, вот так вот.

- С королевской печатью и подписью Мастера – демонолога, - добавил паромщик и, выпустив в воздух кривое колечко сизого дыма, поинтересовался: - Есть у тебя такая бумажка, а парень?

- Нет, - признался Арти, задумчиво глядя на проплывающий мимо пейзаж. Голые деревья уже давно растеряли пожухлую листву. Кое-где лежали островки грязного снега. Золотую осень потеснила приближающуюся зима. И от её ледяного ветра у Артура онемели уши.

- Плохо. Без грамоты никак нельзя, - старик сокрушённо покачал головой и тут же хитро усмехнулся, - Посадят тебя в тюрьму, и пропадёшь, поминай, как знали.

- А с чего вдруг такие строгости? – Борода зябко поёжился. Лютый северный ветер продувал его кожаную куртку насквозь.

- А в последние месяцы что-то варпиряги, волколаки и прочая нелюдь совсем с цепи сорвалась.

Паромщик ловким движением извлёк из ножен на ремне узкий тонкий стилет с непривычно длинной остро заточенной ручкой.

- Вот, погляди - заговорённое серебро. Оно супротив оборотней хорошо применимо, - старик довольно ощерился, демонстрирую своему попутчику редкие гнилые зубы-пеньки, - А это, - он перехватил нож и показал Арти длинный острый клин рукоятки, - Осина. Кровососы её страх как не любят. Вгонишь такой кол ему в сердце, и издохнет, паршивец.

- А градоправитель приказал похоронных дел Мастерам Рейлдейла все гробы из осины мастерить, - местный привстал с двух здоровенных тюков, на которых всё это время с гордостью восседал, и приложил руку ко лбу козырьком, - Чтобы гадёнышам спалось не комфортно и они во сне ворочались, кошмары поглядывая, – он хрипло рассмеялся, плюхаясь обратно, - Нечисть поганая.

- Хм… А грамота-то зачем? – Арти нахмурился, разглядывая красивый тонкий клинок, с неудобной рукоятью. Гномья ковка, но какая-то топорная, не свойственная въедливым в вопросах Мастерства коротышкам. Юноша незаметно переглянулся с гномов. Борода брезгливо поморщился и, сплюнув в воду, отвернулся, демонстрируя своё призрение к столь бездарной и кустарной работе, - Она подтвердит, что я не оборотень?

- Волколаки-то в Рейлдейле в основном по ночам по городу шляются, и народ пугают, - старик поднял голову и ткнул пальцем в небо, - У нас все ночи лунные. То Ирь выглянет, то Ярь. Любят они лунный свет, нелюди. А днём себя не проявляют, может, спят, а может и бодрствует, кто ж их знает? Мужики разве что не каждый день рыщут по округе в поисках тварюг, но нелюди-то гады смышлёные, прячутся, словно заморская невидаль хамелеоном прозванная.

- Но это всё пока, - местный сжал кулаки, на скулах мужчины заиграли злые желваки, - Время придёт, они и под солнечным светом на нас нападать начнут! Вот увидите! Если сейчас их не потравим – потом, ох, как жалеть будем!

- И что? – Арти с любопытством изучал словоохотливого пассажира. Ярость бурлила в нём, словно лава в готовом к извержению вулкане. Ещё шаг и можно заключать выгодную сделку.

- И то, - меланхолично отозвался паромщик, - Прибыл днём, до ночи должен отметиться у Мастера-демонолога. Кто тебя знает, может ты к своему дружку кровососу с подмогой приехал, а то он в одиночку всех горожан перекусать не успел – намаялся, бедолага.

- Странно это всё, - пожал плечами юноша, - Нелогично.

- А что странно? – удивился старик, - В Рейлдейле все жители с грамотками. Но ведь захаживает к ним по ночам всякая нахальная нечисть. Значит, приблудный, не коренной. Вдруг это ты? Или…, – он перевёл взгляд на молчаливого Жреца и покачал головой, - Нет. Светлая не потерпела бы. А вот этот…, - паромщик подозрительно прищурился, глядя на проверяющего завязки кожаного оружейного чехла Бороду, - Бывают гномы-вампиры, а?

- Чего? – опешил коротышка, переводя взгляд с ухмыляющегося паромщика на Артура. Перехватив зачехлённую секиру, он обиженно прорычал, - Ты чего несёшь-то, старый…

- Да не вампир он, - не дал договорить гному Арти. Старик недовольно шмыгнул носом, но спор решил не продолжать. Дождь усилился, и юноша натянул на голову тонкий капюшон своего старого плаща, - Скажи мне на милость, как местный демонолог определяет по человеку, нечисть он или нет?

- Коэрт, предшественник нынешнего рейлдейлского демонолога, в бытность свою королевским ведуном служивший, знал тайный обряд, выявляющий кровососов и перевёртышей со всеми их мерзопакостными оборотническими потрохами, - важно заявил паромщик, пряча нож обратно в висевшие на поясе ножны.

- Коэрт! – юноша присвистнул. Становилось всё интереснее и интереснее.

- Именно. Перед смертью старый колдун передал знания своему приёмнику - Шайкару.

- Знавал я одного Шайкара…

- Чем там новый демонолог у себя в Старой башне занимается никому доподлинно неизвестно. Но все коренные жители Рейлдейла, а особенно приезжие, проходили у него…, - паромщик замолчал, собираясь с мыслями, и выдал скороговоркой: - ос-ви-де-те-льство-вание. Вот! Обряд такой, будь он неладен окаянный, язык сломаешь, пока выговоришь!

- Он подтверждает, что человек не перевёртыш через обряд? – Арти покачал головой и буркнул себе под нос: - Вот ведь плут.

- Да кто ж его знает, колдуна-то, - старик пожал плечами, внимательно вглядываясь в приближающийся берег, - Но правила есть правила, наш граф их одобрил и выдал по этому случаю важную бумагу с подписью и печатью. В первый же день после приезда в город любому гостю должно явиться к Шайкару и освиде-тельство-ваться! Вдруг тебя какая-нибудь нежить в лесу покусала, так, ради развлечения? Вон все на мельника Якова по первости кивали, что он вампиряга. Заболел бедолага чем-то, бледный ходил, исхудал аж до костей, язвами покрылся. Здороваться с ним горожане перестали, как те страшные раны увидели, бабы на другую строну дороги переходили, едва его завидев, - он громко прокашлялся, - А его волколак возьми и задери на позапрошлой неделе. Вот ведь как бывает. Неудобно вышло.

- Да уж, незадача, - пробормотал Арти, натягивая шерстяные перчатки, лишённые пальцев, - Труп сожгли?

- Да, Шайкар его чуть ли не на кусочки разрезал, сжёг и прах над Сельной развеял. Перевёртыш вроде успокоился. А через неделю новая пропажа.

- А сейчас кого подозреваете?

- Звонаря Михала, - уверенно ответил местный и в его выцветших серых глазках загорелся азартный огонёк, - Странный он, нелюдимый, образованный и… не пьёт совсем, - привёл мужчина свой главный аргумент, - Подозрительно это. Не нравится он мне.

- Кто бы мог подумать, - отозвался Арти, но мысли его уже были далеко.

- Так что парень, как прибудешь в Рейлдейл, сразу же направляйся к Шайкару. Эх, - паромщик поднял тяжёлый меховой воротник старого, но добротно сшитого зимнего тулупа и сочувственно посмотрел на продрогшего попутчика,- Снега что-то нет и нет. Выпадет ночью, да к утру почти весь растает. Смягчил бы погодку. А-то холодина, будь здоров, земля насквозь промёрзла, вот как. В этом году ждём затяжных морозов и метели до самой середины весны, да-а…

Артур рассеянно покивал, стуча зубами от холода. Юношу совсем не спасали две тёплые кофты из овечьей шерсти, купленные месяц назад на Оборотном рынке, надетые под стёганый осенний кафтан. А вот тёплые штаны, которые он стащил из лавки старьёвщика, оказались очень даже кстати.

В родной город Артура де Реардора пришла зима.

Глава 3

Северный пирс Рейлдейла негостеприимно встретил Арти порывистым ветром, подгнившими чёрными сваями причала, схваченными толстыми лохматыми канатами, и покосившейся дощатой платформой, на которой уже стояли готовые к новой переправе пассажиры. Рядом с пританцовывающими от мороза горожанами бродили хмурые молчаливые солдаты в тёмно-серой форме личной стражи графа де Реардора. Плечи их украшали тяжёлые плащи с изображением пушистой рыжей рыси в треугольном жёлтом поле на широких спинах. В руках стражники держали длинные багры. Сосредоточенно глядя в мутную ещё не успевшую покрыться коркой льда Сельну, солдаты неторопливо опускали длинные палки в воду и взбалтывали заводь, словно ведьмы колдовское варево. Один из мужчин вдруг замер, напрягся, вытаскивая что-то из воды, пошатнулся и громко закричал. Уже через секунду к нему подоспели помощники, и на свет вся в тине и водорослях явилась огромная коряга. Облегчение, на мгновенье отразившееся на суровых лицах, сменилось прежним недовольством. Поиски продолжились.

- Неужели, сказителя ищут? – Арти закинул походную сумку за спину, а вторую протянул подоспевшему Бороде.

- На прошлой неделе дети пропали, - на лицо идущего рядом худощавого пассажира упала тень, - Наверное, их ищут. А может и беглого, заодно… Поговаривают, что он как водяной, да не совсем. Под водой может дышать, правда, недолго. Вот так вот.

- Сдался им этот басенник, - мостик под ногами Артура недовольно скрипнул.

- Знал что-то, остроухий, как пить дать, знал! Не станет граф просто так свою личную охрану на поиски посылать. Последний раз такое было, когда сынок казначея пропал, лет шесть назад, - припомнил местный житель, неторопливо спускаясь по шаткому мосту на сушу. Паром качнуло, и он сквозь зубы выругался, с трудом удержав равновесие, - Потом оказалось, что мальчишка сбежал в соседнюю деревню, - мужчина криво усмехнулся, - К девице своей. Не по нраву парню был выбор отца, уже успевшему подыскать ему суженую. Вот и сбежал. Строптивый сорванец! Так и живут они с того времени в Кордете. Уже трое детей народили. Казначей наш тоже не сразу оттаял. Только когда его нерадивый сынок домой с внуком, названным в честь деда, заявился, тот с ним за один стол сел и беседу завёл.

- Суровый мужик, ваш казначей, - паромщик кивком поздоровался с парнем, привязавшим паром к причалу, - Я б шею намылил и простил.

Мимо прошли Борода с отцом Отто. О чём-то тихо беседуя, они направились в сторону причального трактира «Сизый нос». Гном обернулся и махнул рукой Артуру, словно говоря мол: «Давай, не отставай, а то уже желудок к рёбрам прилип, как есть хочется!» Юноша кивнул.

Жрец, поудобнее перехватив сумку, остановился и, сказав что-то озадаченному гному, устремился к окружённому плотной толпой проулку. Борода неуверенно заозирался по сторонам, глядя то на манящие двери питейного заведение, то на сутулую спину святого отца. Пожав плечами, он сделал, наконец, выбор и двинулся вслед за Отто Суром.

- Что может знать заезжий сказочник, чтобы так местную власть взбаламутить? – Артур неторопливо достал из-за пазухи кошель и, подбросив его в воздух, поймал, взвешивая на ладони, - Секрет вечной жизни?

- Чего мне не ведомо, того не ведомо. Политика, будь она неладна, - казалось, паромщик немного смутился. Что-то неуловимо изменилось в его взгляде. Ох, не всю жизнь грубоватый старик маялся на этой переправе, перевозя людей с одного берега Сельны на другой, - Меняет она людей, превращая мозги в кисель, а душу - в студень. Замажешься однажды и вовек не отмоешься. Мерзость на всю жизнь въедается под кожу, и никакими подаяниями и покаяниями от этой дряни не избавишься. Клеймо на всю жизнь. А ещё поговаривают, что в Рейлдейле кто-то души стал вырывать с корнем, - неожиданно заявил старик. Он остановился на мостике и развернулся, сверху вниз поглядывая на юношу.

- Что? – Артур так и замер с кошельком в руке и открытым от удивления ртом.

- А вот так вот, парень, - паромщик нахохлился, став похожим на недовольного воробья, - Запомни мои слова, странные здесь вещи творятся с того момента, как старый граф почил, вслед за супругой своей, так и не пережившей пропажу младшего сына.

Артур вздрогнул и сжался.

- Ох, не к добру всё это. Я тогда совсем мальчишкой был, но хорошо помню, как мы старика Маркуса всем городом схоронили. А потом…

- Что потом? – Арти осип и громко прокашлялся.

- Да, ничего, - старик отвернулся и посмотрел в мутную воду Сельны, - Перестали правители наши на свет солнечный выходить и все свои распоряжения через чудную живую картинку нам транслируют. Ходят слухи, что не помер старый граф, - и, наклонившись шёпотом добавил: - Может нежить он, да так и продолжает править городом уже шестьдесят лет подряд из-за кулисье, крутя своими наместниками, как искусный кукольник марионеткой. Мёртвый правит живыми. Каково, а?

- Да с чего вы взяли?!

- Люди говорят, - паромщик повёл плечами и вздохнул, - Не верю я в эти сказки, но что-то в этом городе не так. Да ещё и купол этот, - он невольно посмотрел на мрачную громаду замка вдали, - Ладно, пара мне. Бывай парень. И про грамоту не забудь.

- Не забуду, - Арти отсчитал вторую половину обещанной платы и протянул её пожилому мужчине, - Будет буря, - юноша посмотрел на стремительно чернеющее небо, - Может, переждёте на суше?

- Не дрейф, мальчишка! Я с детства заговорённый, не пропаду, - старик спрятал эрлы в карман и, хлопнув Артура на прощанье по плечу, пошёл обратно на переправу.

Глава 4

Поздняя осень, собрав причитавшийся ей урожай из разноцветной листвы и ласковых солнечных деньков, уверенно шагнула в лютые объятья зимы. Хлынувший сразу после приезда Арти ледяным дождь, бесцеремонно забирался за воротник и в рукава, превращая волосы в слипшиеся, свисающие на лоб ледяные пакли. Всё это совершенно не способствовало затяжным прогулкам и надолго отбивало любое желание высовывать нос из натопленного дома.

Погода скорее располагала к посиделкам в тёплой пропахшей дымом и жареной рыбой таверне. Там, за кружечкой - другой горячего грога, местные мастеровые лениво обсуждали взлетевшие цены на сыр и зерновые, кляня, на чём свет стоит, жадных перекупщиков и новую ремесленную пошлину. Заглянувшие на огонёк бездельники из местного Совета, живо сплетничали о том, что, дескать, многие Мастера, уехавшие позапрошлой весной в столицу на заработки, так и остались в Рейлдейле и возвращаться домой не спешат.

Как раз у такого питейного заведения, носящего гордое название «Сизый нос» и остановился отец Отто Сур, с трудом пробираясь сквозь толпу местных жителей, живо обсуждавших неведомое происшествие. Тут же стояла угрюмая охрана, отгонявшая особо любопытных зевак, так и норовивших заглянуть за плечо суровых стражей.

- Что там стряслось? - Жрец привстал на цыпочки в тщетной попытке разглядеть происходящее, но суровые охранники уже успели оградить небольшой участок улицы и теперь зорко следили, чтобы никто не нарушал дозволенные границы.

- Быстрее там! – с трудом перекрывая гул ветра, орал паромщик, держась за канаты раскачивающегося мостика, - Скоро отправляемся. Пол платы сразу, вторая – на выходе. Живее!

- Новая жертва, - горестно вздохнув, прокомментировала обстановку стоявшая рядом с Арти женщина.

- А были старые? – ухватив пышущую румянцем толстушку за локоть, отец Отто осторожно развернул говорившую к себе.

- О да! Напасть, обрушилась на город где-то полгода назад, - радости женщины от появления благодарного слушателя не было придела, - Сначала люди пропадать стали, а когда находились – уже ничего из своей прошлой жизни не помнили. А потом и убиенных находить начали. Говорят, что у несчастных не было душ, - свистящим шёпотом заявила она.

Жрец кивнул и сделал шаг вперёд.

- Не пустят, - Борода аккуратно оттеснил от святого отца зевак и встал рядом, - Да и сдалась вам это передряга? Пойдёмте лучше в кабак, - он кивнул на поскрипывающие двери «Сизого носа», - Там тепло и...

- Не пустят, говоришь? - Жрец прищурился, всматриваясь в недружелюбные лица стражников, - Это мы ещё посмотрим.

Сказав это, священнослужитель, активно работая локтями, пробрался сквозь толпу и заговорил с одним из стражей правопорядка. Мужчина смерил Жреца отсутствующим взглядом и что-то рыкнул в ответ. Отец Отто отрицательно покачал головой и начал что-то торопливо объяснять недовольному стражнику. Громила хмурился всё сильнее и сильнее, но в какой-то момент просиял и уверенно закивал. Священнослужитель обернулся и помахал Артуру рукой.

- Это Ларкин, - представил он своего нового знакомого, когда Арти и Борода всё-таки сумели пробраться сквозь плотные ряды жаждущих зрелища горожан, - И за десять эрлов он готов отвернуться, скажем, на…, - святой отец задумчиво посмотрел на громилу, - четверть часа.

- Ну, да, - погудел охранник, что-то сосредоточенно жуя, - Деньги где?

Отец Отто задумчиво похлопал себя по спрятанным в складках рясы карманам и на свет появились несколько блестящих эрлов.

- Здесь только восемь, – недовольно буркнул Лакрин, взвешивая в маленькой ладошке, совершенно не вяжущейся с его огромным обрюзгшим телом, глухо звякающие монеты. На его круглое узколобое лицо упала тень недовольства и досады.

- Нет больше, уж извини, – священнослужитель привстал на мысочки в тщетной попытке разглядеть хоть что-нибудь за спинами обступивших место преступления дознавателей. Вдалеке маячила долговязая фигура местного законника.

- Мы договаривались о десяти, Жрец. А восемь, - охранник потряс мясистым указательным пальцем прямо перед носом у святого отца, – Это никак не десять. Смекаешь?

- Что ж, - Отто Сур снова обыскал свои карманы и в его руке появился массивный почерневший от времени перстень с огромным изумрудом в окантовке, - С этим выводом не поспоришь, - он задумчиво посмотрел на перстень Риальды и вздохнул.

- Это колечко стоит как раз столько сколько нужно, - довольно осклабился Ларкин и протянул вперёд волосатую лапищу с восьмью эрлами, - Беру.

- Это, как ты выразился, колечко, бесценно, дружок. Поверь, история этой, - отец Отто сжал перстень в ладони, - реликвии, намного интереснее и насыщеннее истории её владельца. Такое часто бывает в жизни.

- Красивое, - громила ощерился в довольной улыбке, - Ладно, Жрец, бывай. Работа у меня.

- Ничего не забыл? - Арти пощёлкал пальцами, намекая предприимчивому стражу на то, что он позабыл вернуть путникам недавний задаток.

- Ты о чём, парень? - крепыш непонимающе уставился на юношу и, пожав плечами, спрятал руки в карманы.

- Он Жрец Риальды, Лакрин, - очень мягко проговорил Артур и улыбнулся, - Злой и страшный чародей. Смекаешь? – ввернул он любимое словечко охранника.

- Врёшь ты всё, - громила угрюмо засопел, и, потоптавшись на месте, отошёл в сторону, - Тёмный с вами, проходите.

- Так-то лучше, - святой отец хмуро посмотрел на охранника и подул на озябшие руки, - Рассказывай, что здесь стряслось.

- Наёмника заезжего убили. Проткнули сердце кинжалом, - страж исподлобья посмотрел на работающих в переулке дознавателей, - Странно всё это. Рана глубокая, а крови почти нет. Это уже четвёртый случай за последние месяцы, но со смертельным исходом – впервые, - Лакрин сделал шаг в сторону, так, чтобы отец Отто мог разглядеть огороженный остерегающими знаками участок на заднем дворе «Сизого носа».

- Сплетница местная, - громила кивнул на полную розовощёкую тётку, одетую в дорогой меховой тулуп, с которой совсем недавно беседовал священнослужитель, - Она с трактирщиком болтала, а потом рассказывала, что тут вчера ночью всё ходуном ходило... Так громыхало, так светилось! – он присвистнул и вжал голову в воротник форменной куртки, – Из таверны аж все окна вылетели, вместе с рамами! Никогда такого не было. Вот помяни моё слово, жди беды.

- А местные? – деловито поинтересовался святой отец.

- Местные-то? Да, как всегда, - охранник поморщился и сплюнул на землю, - Ничего не видели. Рано спать легли. Боятся, одним словом.

- Их можно понять, душу потерять никому не хочется. А это кто такой? – Арти указал на узкую, кособокую спину мужчины сидевшего на корточках рядом с покрытой жирной чёрной копотью стеной таверны. Склонившись над телом мёртвого наёмника, он увлечённо водил над его головой тонкой линзой, на которой замысловато переливались, вспыхивали и гасли разноцветные искорки.

Изучавший место преступление мужчина повёл узкими плечами, словно почувствовав недобрый взгляд охранника, и обернулся.

- Это Шайкар, местный демонолог, - отозвался Лакрин с затаённым страхом глядя на незнакомца, - Приехал ещё летом, вроде как, Коэрту на замену. Долго нам нового демонолога не присыла, а тут нате вам.

- Это плохо. Очень плохо, - Арти будто ведром холодной воды окатило. Юноша узнал долговязого мужчину, стоило тому повернуться к нему лицом.

- А я о чём.

Лакрин старательно глядел мимо демонолога прямо в грязный проулок и всячески старался не встретиться с Шайкаром взглядом. Арти натянул на нос капюшон и отступил в тень.

Глава 5

- Знакомый? – отец Отто с любопытством наблюдал за молодым человеком.

- Можно и так сказать.

Шайкар. Боевой маг короля, самый искусный Мастер-демонолог из ныне живущих, один из Серебряной пятёрки «не теряющих след» и личный друг столичного градоначальника. Он бродил по этому свету уже не первую сотню лет, и как, показывал опыт, покидать его совсем не собирался. Артур хорошо знал этого хитрого, мстительного и чертовски наблюдательного… Его трудно было назвать человеком. Уже нет. Шайкар скорее был похож на огромного богомола, одетого в дорогой подшитый мехом плащ. Юноша от всей души надеялся, что судьба больше никогда не сведёт их вместе. Но, похоже, что у злодейки были свои планы на его счёт.

- Куда он делся?

Выглянув из-за широкой спины Ларкина, Артур огляделся. Демонолога и след простыл.

Отец Отто пожал плечами и направлялся прямиком к месту преступления. Поскользнувшись на раскатанном дознавателями льду, он с трудом удержал равновесие, отчаянно замахав руками. Остановившись рядом с жертвой, Жрец задумчиво склонился над небольшой раной в его груди.

- Любопытно, - священнослужитель сел на корточки и подбросил в руке кольцо Риальды. Покойник дёрнулся и распахнул глаза, «украшенные» чудовищными бельмами. Жрец дёрнулся, чуть не упав на землю, и оглянулся.

Никто из дознавателей не обратил на это мимолётное происшествие никакого внимания.

- Ла-а-адно, - протянул священнослужитель и осторожно приблизил изумрудное кольцо к «прозревшему» мертвецу, - А если так?

Белёсое бельмо пошло рябью, став серебристым, крошечные волны сложились в замысловатый рисунок и вот Жрец уже смотрит на точную копию защитного знака Светлой.

Чья-то рука опустилась отцу Отто на плечо и хриплый насквозь прокуренный голос поинтересовался: - Думаешь, Она их убивает?

- Что?!

Глава 6

- Граф де Реардор, - Арти вздрогнул, вскидывая голову, и нос к носу столкнулся с Мастером-демонологом, который, казалось, просто материализовался в шаге от ошарашенного юноши, - Какая встреча. А вы, как я погляжу, всё ещё пытаетесь вернуть свою душу? – демонолог прищурился, склоняясь над своим собеседником, и ухмыльнулся, - Плохо пытаетесь. Чем обязан?

Шайкар был очень стар и непривычно высок для коренастых и широкоплечих жителей Рейлдейла. Дети частенько дразнят таких сверстников «дылдой» или «каланчей» и не берут играть в подвижные игры: такого не спрячешь, и от него не убежишь. Совершенно седой, худощавый, похожий на оживший скелет, обтянутый серой нездоровой кожей, демонолог носил баки и аккуратную короткую бородку.

- Мимо проходил, - слова пришлось проталкивать через ставшее вдруг шершавым горло. Артур прокашлялся и заглянул демонологу за спину.

Лакрина, хитрющего пройдоху, много повидавшего на своём веку, словно ветром сдуло. Как только запахло жареным, охранник решил, что безопаснее будет побыстрее вспомнить о своих крайне важных непосредственных обязанностях и приступить к их немедленному выполнению, стараясь не попадаться на глаза этому жутковатому колдуну.

- Ну, так проходите, - демонолог склонил голову на бок и медленно моргнул, - Мимо. Или, возможно, вам есть, что мне рассказать?

Артур словно одурманенный смотрел в его жёлтые поблёскивающие глаза. Всё повторялось, ведь однажды он уже вставал на дороге этого «существа». Что из этого вышло, юноша прекрасно помнил и совсем не жаждал повторения случившегося.

- Я знаю, что это ты убил его, - тогда, полвека назад, Шайкар, ещё чем-то отдалённо напоминал человека, которым был когда-то.

- Так докажи это!

В тот миг Арти был зол, чертовски зол на всех: на солгавшего ему Оза, подсунувшего юноше фальшивое пророчество и гнилую надежду на освобождение, на проклятого краснодеревщика не пожелавшего продавать ему комод с потайным ящиком, в котором должна была храниться часть «Цены жизни». Старик словно бы ждал его прихода и бросился на молодого человека с ножом, стоило тому во второй раз переступить порог старой лавки, желая переубедить или возможно даже повысить цену на заветный предмет мебели.

- Думаешь это кому-либо нужно? Доказательство? – демонолог пожал плечами, и что-то внутри его тщедушного тела громко хрустнуло, - Мне – нет. Я бы и сам придушил этого скрягу, если бы кто-то не опередил меня, сделав всю грязную работу, - он усмехнулся, - Ты сослужил Итарису добрую службу, гордись, мальчишка. Хочешь, Райен выпишет тебе грамоту? – было видно, что колдуну нравится дразнить взбешённого рекрутера, - Ты же знал, что старик продавал души Чёрным путникам?

Артур промолчал. Он не знал этого.

- Возможно, среди них была и твоя, - Шайкар многозначительно постучал себя по впалой груди, - Как ты думаешь, Оз продал бы твою душонку, предложи краснодеревщик достойную цену? А, граф де Реардор? Какова цена твоей души?

Глава 7

- Так есть?

Артур отчаянно замотал головой, прогоняя неприятные воспоминания.

- Нет.

- Тогда, прощайте, юноша. И не забудьте зайти ко мне вечером за освидетельствованием.

Круто развернувшись, Шайкар размашисто зашагал к ограждению, собираясь продолжить прерванную работу.

Артур медленно выдохнул и обернулся. Он стоял в гордом одиночестве под начинающимся дождём. Отец Отто, воспользовавшись заминкой, уже успел пару раз обойти место преступления и сейчас вместе с Бородой стоял в грязном переулке, параллельном тому, в котором располагался трактир. Помахав юноше рукой, он указал на мужчину сидевшего прямо на земле у кирпичной стены.

- Кто это? – подойдя к Жрецу Арти, недоверчиво посмотрел на грязного закутанного в бесформенные лохмотья попрошайку. У ног нищего стояла небольшая глиняная плошка и отбытым краем. Внутри сиротливо лежали три тарра. Неудачный сегодня выдался день, ничего не поделаешь.

- Не подашь старому калеке, мальчик? – донёсся снизу осипший сильно простуженный голос.

Старый ящик, выброшенный в проулок нерадивыми грузчиками, облюбовал изрядно опустившийся эльф, точнее незль - полукровка. Немолодой, слегка располневший, с не свойственной высокородным окладистой бородой, густыми усами и свалявшимися колтуном волосами цвета мокрой соломы, хорошо скрывающим острые кончики тонких ушей. Так же, от своих сородичей-людей он унаследовал аккуратную круглую лысину. Виски бродяги белели благородной сединой. В отличие от чистокровных эльфов – полукровки, так же как и люди, старели. Намного медленнее, но всё же.

- Лучше бы работу подыскал, незль, - юноша брезгливо сморщился.

- Познакомься, Артур, это Брэмиэль, - Жрец прищурился, пристально изучая попрошайку, - Возможно, это наш свидетель.

- Брэм, - попрошайка протянул юноше грязную руку, - Эльф.

- Не нравится мне он, святой отец, - буркнул Борода, не спуская с незля пронзительного взгляда, - Может, прогоним его от греха подальше? – нисколько не смущаясь стоявшего рядом Брэмиэля, поинтересовался гном у святого отца, - Враль он, а не свидетель.

- Торопись медленно, Борода, - задумчиво проговорил священнослужитель, вспоминая любимую поговорку настоятеля.

- Теперь я вижу, кто в вашем отряде главный, - Брэмиэль тихо рассмеялся, пряча озябшие руки под мышки, - Гном и человек на побегушках у…, - он замолчал и втянул голову в плечи.

- Ты мне ту не это! - обиделся Борода, и шумно засопел, - Никакой он не… Мы тут все главные! Правда, святой отец?

Жрец рассеянно покивал, продолжая прожигать попрошайку колючим взглядом. Глаза его на мгновение затуманились.

- В тебе спрятано зло, эльф, - констатировал он и неторопливо обошёл нищего, - Но тьма не твоя. Зачем ты копишь в себе чужое зло?

Арти присел рядом на корточки. Где-то, на самом краю сознания, неожиданно мелькнуло узнавание. Он уже где-то слышал это имя – Брэмиэль. Но это было очень-очень давно… Ещё в той, беззаботной жизни, когда он не рыскал по свету в поисках просроченных контрактов и людей, желающих за услугу расстаться с бессмертной душой, а просто жил со своей семьёй и ходил по вечерам на Язык мертвеца, смотреть, как его старшие братья ныряют в море. О Светлая, как же давно это было!

Нищий поднял на юношу мутный взгляд.

- Хочешь послушать интересную историю? – в покрасневших болезненно блестящих глазах читалась мировая тоска по креплёному лекарству от тяжёлого похмелья, - Сказка в обмен на мелочишку. А за хорошую выпивку я поведаю всё, что пожелаешь ты или эти благородные господа, - он перевёл взгляд на скучающего гнома, - Или не очень благородные.

- Эй, ты! Чудо природы! – немедленно взвился Борода, но отец Отто вклинился в начинающуюся перепалку.

- Три напёрстка тролличьей горилки, деньги на баню и горячий ужин, - Брэмиэль кивнул на приветливо распахнутые двери «Сизого носа», - За эту скромную плату я расскажу вам всё что угодно. Договорились?

Артур неуверенно кивнул.

- Славно. И не забудь обзавестись грамоткой, - легко поднявшись на ноги, нищий рывком оправил своё одеяние, - А то получишь серебряный нож под рёбра или чего похуже.

- А у тебя она есть? – Артур выпрямился, - Эта проклятая грамота?

- Конечно, - попрошайка полез за пазуху и извлёк оттуда скатанную в рулончик сильно потрёпанную по краям бумагу, - Вот, - он развернул свиток и продемонстрировал его юноше, не забыв предупредить: - Только руками не трогай. Всё-таки официальный документ.

В помятом свитке каллиграфическим почерком было написано: «Выдано сего числа текущего месяца, незлю на половину человеку – и наполовину эльфу Брэмиэлю, в удостоверение того, что он не является оборотнем сиречь волколаком, вампиром сиречь кровососом, поднятым сиречь ожившим мертвецом, переродившимся сиречь лишённой души невидалью и никакой другой нежитью». И кривая мелкая подпись в самом низу: Демонолог Шайкар.

- Это подпись Шайкара? – не веря своим глазам, Арти перечитал грамоту. В то, что текст был написан демонологом, юноша мог поверить, но подпись… Не вязалась она с образом грозного колдуна.

- Помощника его, Грига, - Брэмиэль пожал плечами, - Он весь документ и до рассвета бы не осилил, будущий демонолог называет.

- Так тебя проверял не Шайкар? – Арти задумчиво наблюдал за тем, как его новый знакомый прячет грамоту обратно.

- Нет. Григ разыграл целый спектакль. Дал мне какое-то пряное пойло, потом танцевал странный ритуальный танец, что-то долго рисовал на бумажке, затем рылся в своих многочисленных шкафах, где уже лежали сотни таких же бесполезных грамот. Потом вписал моё имя в одну из них и, вручив свиток, выпроводил восвояси.

- Обзаведусь-ка и я этой бумажкой, от Тёмного подальше. - Борода прищурившись, изучал помятый документ, - Пойду найду представительство Гильдии гномов. Там мне всё нарисуют в лучших фальшивомонетческих традициях Итариса, – гном с гордостью расправил широченную грудь, - И не нужно будет общаться с этим вашим крючкотвором-демонологом, чтоб ему несварение схлопотать намедни.

- Хорошо быть гномом.

- А-то, - с гордостью пробасил Борода и задумчиво огляделся, - И где же в этом захолустье расположился «Притон»…

- Хорошего же ты мнения о своей Гильдии, - беззлобно поддел Бороду Брэм и с намёком посмотрел на кистень с табаком, который коротышка всё это время держал в руке, - Советую прогуляться в центр города, за памятником графу Маркуса был какой-то притон.

- Часа через два буду, - Кистень немедленно исчез в глубоких карманах гномьего камзола вместе с дымящейся трубкой, - Или завтра, - подумав, добавил он, - Зависит от того, как сложится разговор.

- Ночь у ворот, – Брэмиэль отвернулся и пожал плечами, - Нечисть по городу бродит. Сожрёт тебя, Тёмному на радость.

- Это мы ещё посмотрим, кто кем поужинает, - махнул рукой бесстрашный гном и исчез в грязном проулке.

Брэмиэль замолчал и как-то весь ссутулился, опуская голову. Мимо них, гремя оружием, прошли двое стражей. Один из солдат остановился и пристально посмотрел на Арти. Насупившись, стражник протянул напарнику багор и перевёл взгляд на отбывающий паром. Недовольно покачав головой, он неторопливо подошёл к беседующим мужчинам, окинул отца Отто равнодушным взглядом и, громко высморкавшись, буркнул:

- Грамоту, живо.

Брэм немедленно полез за пазуху и с готовностью продемонстрировал заветный свиток мужчине. Стражник развернул грамотку и, окинув её быстрым взглядом, вернул попрошайке.

- Твоя?

- Я только что прибыл на этом пароме, - Артур указал на небольшое тёмное пятно, неторопливо удаляющееся от Рейлдейла.

Страж молчал, исподлобья глядя на юношу.

- И я обязательно получу её у демонолога Шайкара, - Арти посмотрел на небо. Белёсый солнечный диск как раз стоял в зените, - До вечера. Ведь таковы правила?

Мужчина не ответил. Сплюнул себе под ноги, он развернулся к юноше спиной и зашагал обратно к ожидающему его напарнику.

Глава 8

Кабак «Сизый нос» был полон народа и гудел, словно огромный рассерженный улей. Промёрзшие до костей жители Рейлдейла, как и Артур, совсем недавно сошедшие с парома, не нашли ничего лучшего, нежели зайти в ближайшее питейное заведение и пропустить по стаканчику другому пойла покрепче, да и перекусить чем-нибудь погорячее и пожирнее.

- Дети в Рейлдейле пропадали и раньше, - услышал Арти обрывок разговора двух посетителей, облюбовавших столик прямо у окна у входа в «Сизый нос», - В основном, беспризорники, да сироты-подмастерья, вот и не ищет их никто. Много хлопот, да мало пользы. Поговаривают, их забирает янтарный купол, что замок окружил. Врут, небось. А вот сейчас погляди-ка, засуетились… С чего бы это?

Беседовали невысокий плотный мужчина и огромный косматый тролль в поношенной кожаной кирасе. Точнее говорил толстяк, а его собеседник отрешённо кивал огромной лобастой головой и опрокидывал в себя один «напёрсток» тролличьей ширги за другим, словно бы не и ощущал высокий градус ядрёного самогона. Ширга не без основания считалась самой забористой выпивкой по ту и эту сторону Сельны. Заказывали её лишь по особым случаям, и чаще всего, огромной компании хватало одной бутылки самогона, чтобы ощутить все радости жизни, а впоследствии и все тяготы жутчайшего утреннего похмелья.

- Голодранцы-беспризорники никогда никого не интересовали, ты же понимаешь, да? – толстяк горестно вздохнул, - Вот они есть, а вот их нет. День сменил ночь и на место одних пришли другие, такие же злые и ловкие, просто более голодные и жадные до жизни и эрлов в чужих кошельках. Но всё же обычные дети… Просто им повезло куда меньше, чем другим. Жизнь не стала жеманничать и сразу показала им себя во всей красе, опустив ненужные прелюдии, - говоривший вытер рукавом скупую мужскую слезу, - Это опыт, брат. И приходит он не с пафосными нравоучениями зазнавшихся мудрецов, а с тяжёлыми потерями и нестерпимой болью. Только пропустив её через себя, ты сделаешь выводы. Слова ничему не учат. Учат – события. Я ведь тоже был таким… Когда-то очень давно. Ты не знал?

Тролль отрицательно мотнул головой и одним махом расправился с очередной стопкой крепкого пойла.

- А вот, представь себе, был, - толстяк широко улыбнулся и покачнулся, - И знаешь что? – он громко стукнул по столу маленьким стаканчиком, призывая тролля наполнить его. Хмурый великан плеснул в «напёрсток» немного прозрачной жидкости. Кустистые брови его собеседника недовольно сошлись на переносице. Тролль пожал широкими плечами и наполнил стаканчик до краёв, опустошая бутылку, - Но обстоятельства не сломили меня! Шли годы. Я вырос и стал владельцем этой помойки! – мужчина обвёл кабак нетрезвым взглядом, - И знаешь что? – подняв стаканчик, он задумчиво взболтнул его, - Я счастлив!

Сказав это, трактирщик осушил «напёрсток» до дна. Звонко икнув, он мешком рухнул на пол и громко захрапел.

Тролль бросил на хозяина «Сизого носа» задумчивый взгляд и, махнув пустой бутылкой проходящему мимо разносчику, глухо прорычал:

- Ещё!

Глава 9

Отец Отто не стал терять время зря и уже успел сделать заказ, удобно устроившись за столиком в самом дальнем углу питейного заведения. Расторопный служка, ловко лавируя между столами и посетителями, торопился к ним с подносом, на котором стояли три кувшина с пивом, бутылка ширги, три кружки и маленькие стаканчики.

- Для начала, расскажи нам, что здесь происходит, - Арти придвинул к столу четвёртый стул и, усевшись на него, устало откинулся на спинку.

- Дети стали пропадать, - эльф медленно вытер ладони о штаны, заворожённо глядя на запотевшую бутылку ширги, которую поставил на стол разносчик, - Вечером пропали, а на утро старики в дом стучатся и клянутся, что они детки несмышлёные. Да никто кто им не верит.

- Продолжай, - Жрец поставил перед Брэмиэлем стаканчик и наполнил его до краёв.

- Как-то я случайно услышал разговор Шайкара с главой местной стражи, - Незль громко сглотнул и придвинул стопку к себе.

- Случайно? – глаза святого отца лукаво блеснули.

- Демонолог считает, что, то, что скрыто под янтарным куполом тянет из детей молодость и поэтому проклятый пузырь растёт как на дрожжах, - сказав это, эльф принялся за ширгу. Стаканчик мгновенно опустел, а лицо нищего покраснело.

- Всё?

Было непонятно, о чём спрашивал священнослужитель: о ширге или о словах демонолога. А предприимчивый эльф, недолго думая, придвинул к Жрецу пустую пивную кружку и продолжил свой рассказ.

- Шайкар считает, что куполом кто-то управляет изнутри. И кроит реальность под себя, отрывая от неё куски, что-то добавляя, а кое-что - выбрасывая, - Брэмиэль посмотрел в окно, туда, где на чёрном холме возвышался Янтарный замок, - А ещё, он копит энергию.

- Для чего?

- Не знаю.

- И за всё это время никто не догадался заглянуть под купол? – Арти проследил за взглядом эльфа, - Никогда не поверю.

- И правильно сделаешь. За то время, что прошло с первого исчезновения, граф де Реардор направлял туда две поисковые группы и пятерых парней из личной стражи. Никто не вернулся.

- Откуда знаешь? - Арти поморщился, глядя как незль неторопливо выцедил кружку ширги, даже не поморщившись.

- Да все в городе об этом знают, просто помалкивают.

- А тот мертвец? – Жрец принялся за принесённую служкой похлёбку.

- Первого нашли спустя месяц после возвращения тех старичков, что уверяли, будто они дети, - Брэм протянул руки к очагу, - Местные поговаривают, что тогда пропал отчим Зела, мальчишки, семья которого жила на чердаке над пекарней. Поколачивал он мальца, и вот вроде как восторжествовала справедливость. Ночью на него напали, недалеко от «Сизого носа». Мужик очнулся и пошёл домой, руки ноги целы, голова тоже. Лишь на груди появился крошечный порез, глубокий, но не кровоточащий, - незль пожал плечами, - А спустя неделю в Рейлдейл забрёл рекрутер, - Арти подобрался, услышав о конкуренте, - и невзначай так пошутил: «Почём ты мужик душу свою продал? Я бы больше дал. Продешевил». Нашли Зела той же ночью у мельницы. Сердце не выдержало такой потери. Следующий случай произошёл спустя месяц, снова с недругом одного из детишек-старичков. Через неделю – ещё один. Затем - через пару дней… Теперь вот сегодня.

- Хочешь сказать, что этот неведомый убийца наказывает нерадивых жителей Рейлдейла?

- Кто ж его знает? - Брэмиэль задумчиво посмотрел в пустую кружку, - Но кодекс у него свой точно есть.

- А этот ваш демонолог, – перед внутренним взором Артура встало худощавое лицо старого колдуна, - Он что, побоялся идти в Янтарный замок?

- Шайкар? – Брэм усмехнулся и покачал головой, - Даром не пошёл. Заломил такую цену, что граф наш аж пятнами пошёл от злости. Хотел было его на дыбе вздёрнуть, а потом вспомнил, что у поганца нет ученика, а есть лишь непутёвый подмастерья. Нового демонолога из столицы придётся полгода ждать, а ситуация в городе неспокойная. Вот и промолчал. Но запомнил.

Арти медленно кивнул, так и, продолжая сидеть перед полной кружкой с пивом и блаженно жмурясь от ласкового тепла, идущею от камина. Дрова тихо потрескивали, убаюкивая. Юноша мотнул головой, чувствуя, что глаза начинают слипаться. Бессонные ночи не преминули о себе напомнить.

- Из этого вышла бы прекрасная баллада, - задумчиво проговорил незль, глядя куда-то за спину отца Отто, - Новое сказание блистательного Брэмиэля «Песнь ветра» о таинственном замке в янтаре и его ужасной тайне».

Арти вздрогнул, вырываясь из цепких лап дрёмы и воскликнул:

- «Песнь ветра!» Я вспомнил тебя!

- Это вряд ли, - Эльф прищурился, с подозрением глядя на молодого человека, - Слишком молод ты, чтобы обо мне знать.

- Я…, - Артур замолчал.

Некогда великий рассказчик Брэмиэль прозванный бродягами-менестрелями «Песнь ветра» был лучшим сказителем при дворе Райена справедливого правителя Итариса. И все признавали это, исподтишка завидуя блистательному повесе и любимцу удачи, и всегда соглашались с его нерушимым первенством в ремесле. А всё потому, что Брэм «Песня ветра» был истинным Мастером.

Отец Артура граф Маркус приглашал сказителя в их имение на пятнадцатый день рождение Тани. Великолепный и надменный, Брэмиэль в ту ночь превратил их праздник в чудесное наваждение. Да, именно таким его запомнил маленький Арти де Реардор. Великолепный рассказчик и гордый франт, совсем не похожим на того спившегося, опустившегося бродягу, который сидел сейчас перед ним. Однако вся спесь спала с Брэма, стоило тому начать свой неторопливый рассказ. Всё вокруг замирало и казалось, люди переставали дышать, застыв под чарами одарённого сказителя. История лилась из его уст, обволакивая слушателей, погружая в другой мир, красочный, полный чудных звуков и запахов. В настоящую живую Сказку. Тогда впервые Артур увидел, каково это - Мастер за работой. Брэмиэль был лучшим рассказчиком из всех, которые встречались на пути Артура за всю казавшуюся тогда бесконечной жизнь. Сказитель рисовал новый мир словами, словно художник кистью и красками на огромном белоснежном холсте. Он оживлял персонажей, заставляя их плакать и смеяться, ссорить и мириться. Брэм создавал мир прекрасный и хрупкий, словно прозрачная утренняя роса.

- Я хочу послушать твою историю, Песнь ветра, - Арти изо всех постарался скрыть жалость в голосе, - Куда пропал твой Дар, сказочник?

- Это история о глупце и хитреце, - эльф смотрел в старое почерневшее зеркало, висевшее напротив стойки бара над батареей разномастных бутылок и бутылочек. Он как будто обращался к кому-то невидимому ни Артуру, ни его спутникам, - Однажды я заключил странную сделку.

Молодой человек разочарованно вздохнул. Юноша прекрасно знал, что услышит дальше. Все истории, начинающиеся с фразы «Однажды я заключил странную сделку» заканчиваются одинаково. Человек остаётся без души. А потом за ним приходит рекрутер. Сердце Арти сжалось и на крошечный миг ему показалось, что он слышит тихий снисходительный смех Оза.

Эльф посмотрел Артуру в глаза, и рекрутер чуть было не подпрыгнул на месте. То, что он увидел в пронзительных удивительно живых глазах своего собеседника, заставило юношу замереть словно истукану. Она была там, внутри. Его душа! Точнее крошечная её частичка, маленькая искорка, но она определённо всё ещё жила в сердце этого пьянчуги.

- Как ты это сделал? – прошептал Арти, сжимая в руках напёрсток с позабытой ширгой, - Ты ведь сумел обмануть его, я вижу. Но как?!

- Хочешь знать, как я продал душу, но сумел оставить себе её частичку? – Брэмиэль впервые за весь вечер довольно усмехнулся. Вот он и поймал собеседника на крючок, - Эта история будет стоить тебе ещё и горячего обеда.

- Я согласен, - Арти махнул рукой разносчику, - Прими у него заказ.

- И ещё мне нужна новая одежда, - эльф осмотрел свои обноски с таким видом, как будто видел их впервые, - Эта уже совсем непригодна к носке. И ещё…

Артур склонил голову на бок и строго посмотрел на зарвавшегося оборванца.

- Что? – Брэм растерянно улыбнулся.

- Эй, парень! – крикнул Арти засуетившемуся разносчику. Юноша начал неторопливо вставать, делая вид, что собирается уходить, - Я передумал.

- Да пошутил я! – незль с силой дёрнул тугой грязный шарф и торопливо поднялся на ноги, - Пошутил. Постой!

- Со мной такие шутки не пройдут.

Эльф неохотно кивнул и начал рассказывать.

- Мне повезло, я родился в очень богатой семье торгового министра Лоэлена. И большую часть моего детства отец провёл в разъездах по далёким диковинным странам. Каждый раз, возвращаясь из очередного путешествия, он привозил нам с братьями удивительные подарки. Я до сих пор храню некоторые из них.

Стоило Брэму начать рассказ, как он тут же преобразился. Распрямилась сутулая спина, черты лица смягчились, а глаза… Его серые стальные глаза на миг потухли, чтобы загореться с новой силой, погружая рассказика в своё далёкое прошлое. Эльф спешил поведать о тех днях, которые он не смог бы позабыть, даже если имел такую возможность. Ведь когда-то очень давно он продал душу за Дар, за возможность стать Мастером-сказителем.

- Можно сказать, что нас воспитала мачеха. Все разговоры о моей настоящей матери жестоко пресекались, будто её никогда и не существовало, - он помолчал, - Годы юности, беспечности и глупости. Жизнь была полна достатка, война Арии бушевала далеко за границей Хентенского перешейка, и никак не касалось моего родного дома. Я рос в большой семье, кроме меня в доме бегали ещё четверо братьев. И всё бы было хорошо, но с детства меня сжигало желание сочинять, придумывать новые миры и делиться ими со всеми.

Брэмиэль обернулся и попытался заглянуть в приоткрытую дверь кухни, с нетерпением ожидая, когда же ему подадут заслуженный ужин. Арти не торопил его.

- Как-то раз, в наш город приехал бродячий цирк, а вместе с ним прибыл и сказочник. Я очень хорошо запомнил его. Невзрачный мужчина средних лет с хищным лицом, одетый в чистую, но видавшую виды одежду. Я тогда не мог понять, отчего мачеха так зазывает его к нам в гости, обхаживает, словно к нам пожаловал заморский посол или заезжий торговец пряностями. Пока в один прекрасный вечер он не постучал в нашу дверь. Увидев сказителя на пороге дома, отец обмер. Я впервые видел страх на его лице и, что и говорить, тогда испугался и сам.

- Это он спас меня…

Слова главы семейства звучали глухо, но мы с братьями сразу поняли, о ком идёт речь. Это был его старый сослуживец. Они вместе сражались в «войне Арии» в южных землях. Тогда отец спас сказителю жизнь, вытащив из-под удара тролличьего ятагана, и приобрёл огромный рваный шрам через левое плечо, - Брэм провёл ребром ладони по своей груди, - Мой отец, высокородный эльф, спас тому человеку жизнь… И они больше никогда не говорили об этом. Эту историю я узнал за несколько лет до приезда сказочника от старшего брата. Ему не терпелось поделиться подслушанным разговором нашей мачехи и жены дяди Кедолина, приехавших тогда к нам в гости.

Четыре года спустя пришло время возвращать долги. После окончания войны отец частенько спускался в старые штольни, надеясь найти лазейки в подземные библиотеки, утерянные во времена войны и добыть хоть крупицу знаний, оставленную Светлой перед уходом. Рокочущий грохот обвала был слышен, казалось, во всём городе! Три дня мачеха ждала и надеялась, рыдала и посылала проклятия небесам. И даже молилась, - он горько усмехнулся, - А, казалось бы, кому молиться, раз Светлая ушла? Наутро четвёртого дня в чёрном провале проклятых штолен показался долговязый шатающийся из стороны в сторону человек. Сказитель вынес своего старого друга из-под завала, чуть не лишившись при этом зрения. Он спас отцу жизнь … И они больше никогда не говорили об этом.

Что тогда произошло, и почему вообще случился тот злосчастный обвал я так и не смог выяснить. И вот прошли годы, и старый вояка снова пришёл в дом своего сослуживца.

Брэм замолчал и провёл ладонью по лицу.

- Тот вечер изменил мою жизнь навсегда. Я понял, чего мне не хватало всё это время, - он поднял голову. К беседующим мужчинам подошёл разносчик и поставил перед ними дымящиеся тарелки с мясным рагу, - Знаешь, в детстве я много и часто врал. Ну как врал, - эльф придвинул к себе тарелку и с удовольствием вдохнул исходящий от неё ароматный пар, - Я мог на пустом месте придумать сражение между троллями и гномами. И битва была бы… Но я отвлёкся. Давайте, вернёмся к моему рассказу.

Арти кивнул и заказал ещё один кувшин пива.

- Мои братья были в восторге от сказок о любопытных маленьких феях и великих бесстрашных героях, побеждавших драконов и спасающих прекрасных принцесс. Моритэл потом весь вечер носился по дому, размахивая игрушечным деревянным мечом. Гостя это не смущало. Он рассказывал свои удивительные истории, и в тот миг мне казалось, что он создаёт повествование из волшебной материи бытия. И вдруг я начал говорить. Как и сказитель, я переплетал нити истории, подстраивая ход моего рассказа под его волшебную сказку. Отец тогда впервые за весь вечер оторвался от изучения каких-то древних свитков и прислушался к моему детскому голоску, - Брэм задумчиво подул на ложку, остужая горячее рагу, - Когда наша история была рассказана, сказитель подошёл ко мне и долго смотрел в глаза. Я на всю жизнь запомнил то разочарование, которое отразилось на его узком загорелом лице.

«- Прости малыш, - сказал он тогда, - Но у тебя нет Дара, - мужчина утешающе похлопал меня по плечу, - Очень жаль. Твой Дар рвётся наружу и ему не хватает сил. Но…»

- Это короткое слово тогда перевернуло всю мою жизнь, - Брэм вздохнул, отодвигая пустую тарелку.

- Ты продал ему душу за Дар, - теперь Арти смотрел ни на опустившегося пьяницу, а на очередного должника, к которому его рано или поздно пошлёт Оз.

- Не совсем, - обветренные губы Брэмиэля растянулись в кривой ухмылке, - Я договорился о рассрочке.

- Впервые о таком слышу, - брови удивлённого Артура взлетели вверх, - Оз может отложить выполнение сделки на десять лет, и даже дать тебе возможность все эти годы пользоваться предоставленным Даром, - он осторожно поправил перчатки, скрывающие тонкие письмена его контракта, - Но рано или поздно он придёт за тобой и заберёт то, что ему принадлежит.

- А ты хорошо разбираешься в вопросе, как я погляжу, - незль прищурился, внимательно изучая лицо озадаченного собеседника, - Тоже продал?

Артур застыл на месте. Слова Брэма жгучим бичом ударили по лицу, оставив вязкую горечь и боль от тяжёлого воспоминания.

- Ты рассказывал про рассрочку, - Отто Сур, всё это время внимательно слушавший повествование эльфа, подпёр голову ладонью.

- Не знаю, как отец сторговался с тем сказителем, что пообещал ему, в чём поклялся, - Брэмиэль продолжил свой рассказ, видимо, решив больше не расспрашивать юношу о страшной сделке, - но с того самого дня, каждая сочинённая баллада стала стоить крошечной частички моей единственной и неповторимой души. И так пока она, наконец, не закончится, - он побледнел, - В моей голове рождались прекрасные стихи и поэмы, мне рукоплескали правители далёких земель, приглашали на званые балы и там я блистал ярче звёзд на ночном небосводе. Обо мне даже слагали легенды, - незль улыбнулся собственным воспоминаниям, - Имя, «Песнь ветра», эльфийской стрелой облетело весь мир. А потом…

Он замолчал.

- Ты понял, что прогадал? – догадался Жрец.

- Знаете, - Брэм сжал в руке опустевшую кружку и та пошла тонкими кривыми трещинами, - Прошло столько лет… И я начал убеждать себя, что той встречи никогда не было. Что мне приснился кошмарный сон, сотканный из детских страхов и потаённых мечтаний. Я думал…

- … вдруг, мне действительно суждено было стать «Песнью ветра», великим сказителем, голосом истории, - закончил за него Артур.

- О, Светлая, как же я был глуп! - горькие слёзы отчаяния покатились по одутловатому лицу незля, - Всю жизнь мне приходилось постоянно оглядываться, высматривая того сказителя в толпе, и ожидая, что за следующим поворотом он окликнет меня, и, положив руку на плечо, скажет «Пора». Но этого не происходило.

Арти слушал, не перебивая, позабыв об остывшем обеде.

- А потом Нить повествования покинула меня, - эльф сказал это так буднично, словно речь шла не о потере Дара, а о лёгком, но настырном насморке, - Слова перестали находить красивую рифму, сюжеты баллад ускользали, прячась за бессмысленными громоздкими рассуждениями. Я тонул в уютной жалости к себе, мне перестали сниться великие баталии и жгучие любовные страдания. Тогда-то и стал ясен весь коварный замысел этого проходимца.

- Забирая душу, он забирал и свой Дар вместе с ней, - отец Отто смотрел наверх, задумчиво разглядывая серый местами облупившийся потолок.

- Крупинка за крупинкой, - Брэмиэль сжал кулаки и с силой опустил их на стол. Крышка обиженно скрипнула, подпрыгнули удивлённые тарелки и кружки, - До того момента, пока в сердце ни осталось практически нечего. Тогда я вдруг стал кем-то другим… Чужим. Ни дара, ни Души. Лишь крошечная искорка, единственная, последняя… И я остановился. Испугавшись, решил бросить ремесло, - он сжал зубы, растягивая губы в зверином оскале, - Ты знаешь каково Мастеру не использовать свой Дар? – прошипел эльф, привставая на своём стуле, - Он жжёт меня изнутри, кровь бурлит в жилах! Я не могу спокойно спать! Мысли разрывают мою голову на части! Сюжеты рождаются и умирают! Я должен писать, но не могу.

- Он загнал тебя в ловушку, - горло Арти сжал комок.

- Рано или поздно я снова сорвусь, храни Светлая мою измученную душу!

- Светлая, да, - задумчиво протянул Жрец и вздохнул, - Так что произошло с теми детьми?

- Что? – незль непонимающе посмотрел на святого отца.

- Пропавшие дети, Брэм, - терпеливо уточнил священнослужитель.

- Я как-то разговаривал с Григом, помощников рейлдейловского демонолога, - Брэмиэль залпом осушил кувшин с пивом и вытер губы, чуть подрагивающей ладонью, - Подмастерье хорошо набрался и хмель быстро развязал ему язык. Шайкар считает, что это своего рода убыстрённые контракты, - эльф поморщился, увидев непонимание на лицах своих собеседников, - Заключив соглашение, ты, в большинстве случаев, имеешь десять лет на его реализацию. И вдруг появляется тот, кто очень торопится и не готов ждать столько лет. Заключая контракт, он вытягивает из людей годы, словно вурдалак свежую кровушку, и по соглашению забивает душу намного раньше назначенного срока. И судя по немощности недавних ребятишек, наш торопыга забирает намного больше, чем необходимо.

- Дети возвращаются древними стариками, - прошептал святой отец.

- А, возможно, контракты подписываются впопыхах, - выдвинул новую гипотезу захмелевший незль, - Условия ведь могут быть разными. Кому-то удалось выторговать тридцать лет, кому-то сорок, а кто-то всего лишь пару месяцев. Какое это имеет значение, если неведомый рекрутер не собирается выполнять условия сделки?

- Элизабет? - одними шубами прошептал Арти, удивлённо глядя на священнослужителя.

- С какой целью? – отец Отто побледнел.

- Знаете, кто это, святой отец? – от незля не ускользнули последние фразы.

- Нет, - отец Отто отвернулся.

- «Или не Элизабет? Да нет! Оз не станет нарушать правила игры, которые сам и установил в далёком прошлом», - уверенно сказал себе молодой человек, но неприятный внутренний голосок тут же подбросил новую мысль: - «А что, если неведомый сборщик просто не знаком с этими правилами?»

- Значит, никому не удалось проникнуть под купол? – Жрец задумчиво поворачивал на пальце кольцо Риальды. В голове священнослужителя зрел план.

- Нет. Но местные говорят…

- Что? – Жрец испытующе посмотрел на незля.

- Вы видели воронку над Янтарным замком, святой отец? – лицо Брэма пошло большими красными пятнами, он зажмурился и мотнул головой, - Её не разглядеть со стороны пирса, но если обойти замок, то можно рассмотреть тонкий бурый смерч, зависший над «мыльным пузырём», как прозвали тот странный купол горожане. Ходят слухи, что в том месте, где воронка касается земли, образовалась крошечная лазейка, позволяющая проникнуть внутрь под непроницаемый купол.

- Это правда? – недоверчиво спросил Артур.

- Так говорят, - Брэм пожал плечами. Наклонившись вперёд, он пододвинул к себе огромную плошку с квашеной капустой, - Никто из жителей Рейлдейла не рискнул сунуться туда и проверить.

- И давно он там? – Артур осторожно потянул плошку на себя. Незль дёрнул тарелку сильнее, отвоёвывая блюдо, - Этот смерч?

- С дюжину дней.

Жрец бросил на Арти насторожённый взгляд. Как раз столько времени прошло с того памятного дня, когда Сили разбросал их маленький отряд в пространстве и времени.

- И с каждым днём он становится всё сильнее и сильнее, - с удовольствием хрустя закуской, эльф постучал ложной по столу, - Григ рассказывал, что Шайкар однажды был у воронки. Демонолог вернулся на следующий день злой и изрядно помятый, словно поучаствовал в кабацкой драке.

- Никуда тебе не деться от визита к «богомолу», - отец Отто сочувственно посмотрел на расстроенного Артура. Откуда священнослужителю было известно о давнишнем прозвище Шайкара, он не уточнил, - Разузнай всё хорошенько. Светлая с тобой, мальчик, отправляйся.

- Как раз грамоту получу, будь она не ладна, - Арти поднялся на ноги и накинул на плечи отогревшийся у камина плащ, - Где проходит это освидетельствование? – юноша осторожно толкнул в плечо захмелевшего Брэма.

- Знаешь «Кривой шпиль»? – незль внимательно осмотрел стоявшие на столе тарелки.

- Старая обзорная башня за городским кладбищем, - припомнил Артур, кладя на стол плату за ужин.

- Она самая, - Брэм кивнул и широко зевнул, - Всё происходило именно там. Шайкар оборудовал её для своих колдовских экспериментов. Этой грамоткой, - он похлопал себя по груди, - я обзавёлся именно в «Кривом шпиле».

- Встретимся здесь через два часа, - от мысли, что ему вновь предстоит столкнуться со «Старым богомолом» у Арти окончательно испортилось настроение. Да и погода оставляла желать лучшего, ветер отчаянно тряс старые кабацкие ставни.

- Спрошу хозяина о комнатах, - Жрец оглянулся в поиске трактирщика.

- Вряд ли в такую ночь здесь найдётся место для трёх постояльцев, - с сомнением проговорил священнослужитель.

- Провести такую ночь на морозе, - Брэмиэль трагически вздохнул, с тоской поглядывая на остатки жаркого, - Какая жестокость и…

- Хорошо, на четверых, - Жрец покачал головой, - Светлая с тобой, заблудшая душа.

Эльф широко улыбнулся, демонстрируя на удивление ровные и белые зубы.

- Вот уж не накличете, святой отец, - прошептал он так, чтобы Жрец его не услышал.

Артур выглянул в окно, на улице начиналась метель. Долгожданный снег вопреки ожиданиям старика-паромщика не принёс улучшения погоды, а наоборот окончательно её испортил. Вскоре, за спиной юноши хлопнула дверь, впуская в трактир любопытный порыв зимнего ветра.

Глава 10

В детстве Артур любил гулять по родному городу, а особенно по Лоскутному кварталу, славящемуся своей удивительной сказочной архитектурой. Давным-давно в честь окончания затянувшейся войны Арии жители Рейлдейла решили украсить наружные, выходящие на дорогу стены каждого строения, будь то жилой дом, таверна или конюшня красочной батальной сценой или просто запечатлеть на своём жилище интересную историю времён недавнего длительного противостояния. Со стен дома на путников смотрели закованные в блестящие доспехи рыцари метко разящие мифических чудищ, крылатые драконы, извергающие из клыкастой пасти сноп алого пламени, солдат, преклонивший колени у высокого кургана, гном чинящий баллисту прямо на поле битвы под градом стрел и камней. И рейлдейлцы считали своим долгом каждое лето обновлять полотна, а представители нового поколения частенько дорисовывали новый кусочек картины, делая постройку похожей на красочное лоскутное одеяло. Центром этого великолепия была городская ратуша, словно хрустящая корочка на свежеиспечённом хлебе она являлась апогеем этой прекрасной художественной композиции. Как раз за ней, и располагалась рейлдейлская обзорная башня, построенная некогда Кригом, Мастером астроном, и являющаяся своеобразным маяком, направленным в небесный свод. Башня была достроена за год до внезапной кончины городского звездочёта и за несколько месяцев до того, как Арти покинул родной город.

Прошли годы, и Лоскутный квартал Рейлдейла изменился до неузнаваемости. Потускнели некогда яркие краски позабытых горожанами картин. То тут, то там виднелись куски потрескавшейся мозаики. И невооружённым взглядом было видно, что местные жители забросили предмет своей гордости и мало кому есть дело до красочных сцен из далёкого прошлого.

- Жаль, - Артур отвернулся, спасаюсь от колючего снега, и с грустью посмотрел на некогда величественное здание городской ратуши, сейчас казавшееся серым и безликим, как и большинство построек нынешнего Лоскутного квартала.

Молодой человек долго бродил по округе, оживляя старые воспоминания. Под ногами жалостливо хрустели осколки глиняной посуды вперемежку с белоснежным снегом, иногда на пути юноши попадались поломанные детские игрушки. Могло показаться, что домочадцы бежали из своих домов в жуткой спешке, стараясь оказаться как можно дальше от непонятного купола, так бесцеремонно вторгшегося в их родные земли и диктующего людям свои никому не понятные правила.

Башня Крига, перешедшая впоследствии печально известному чернокнижнику Коэрту, а ныне принадлежавшая рейлдейлскому демонологу Шайкару, основательно покосилась и сейчас располагалась как раз на самой границе Рейлдейла и Янтарного купола, практически упираясь в него скошенным боком. Часть стены красовалась новой кладкой, так, словно совсем недавно мощный взрыв вырвал целый кусок из «Кривого шпиля». В подтверждение этой догадке, на земле валялась рыжая каменная крошка.

Обойдя строение, Артур снял перчатку и протянул руку, чтобы дотронуться до оранжевого пузыря. Но своенравная полупрозрачная стена почуяла чужака и медленно выгнулась, отстраняясь.

- Не нравлюсь? – юноша усмехнулся, делая шаг вперёд. Купол отдалился ещё сильнее, - Это взаимно. Значит, вот откуда ты сбежал, Коэрт-чернокнижник, прежде чем поселиться в глуши маленького уездного городка и заняться чёрной ворожбой? – спросил Арти у безмолвных оконных провалов старой башни, - Что же ты такое узнал, что со всех ног кинулся на самый край света?

К «Кривому шпилю», словно замёрзшие щенки, жались старые покосившиеся домишки, а чуть вдали виднелось угрюмое здание заброшенной пекарни. На юге клубился густой пар, вырывающийся из местной кузни, не перестающей работать даже глубокой ночью. На самом верху башни зияло чёрным провалом распахнутое окно. Юноша долго и безрезультатно стучал в крепкую дощатую дверь, в центре которой красовался кривоватый знак, нарисованный мелком местной детворой. Значок был перечёркнут крест-накрест, а внизу была пририсована жирная стрелка, указывающая в чащу леса.

Никто не спешил впустить припозднившегося гостя в тепло высокой башни. Навалившись на дверь плечом, Арти из-за всех сил толкнул дверь. Та громко заскрипела и слегка поддалась, послышался шелест и стук бьющейся посуды, так будто с другой стороны её подпирала огромная куча мусора. Словно в ответ на самовольство непрошеного гостя, по куполу прошла разноцветная рябь.

Мимо рекрутера, по разбитой временем дороге, скрепя и дребезжа, проехала древняя телега с огромным деревянным ящиком на закорках. Остановившись, лошадь устало фыркнула, и из телеги выбралась крошечная бабулька в сером шерстяном платке. Увлечённо луща семечки, она, забавно семеня обутыми в валенки ножками, подошла к застывшему у купола Арти, встала рядом и, сдвинув платок на макушку, со скрипом её почесала.

- Красивый, зараза, - прокомментировала старушка янтарный пузырь и, вздохнув, добавила: - Да вот чудной какой-то… Сверху жар от него идёт, а снизу холод, - она для наглядности поводила рукой над головой и присев – у ног, если вдруг хмурый молчаливый собеседник не уразумел её слов, - Ого! А сейчас наоборот! – радости бабульки не было предела, - Вот ведь, колдовство поганое, забери его Тёмный. Ты чего здесь стоишь? - наконец перешла к делу бдительная горожанка.

- За грамотой пришёл, - Артур, прищурившись, посмотрел в далёкие окна пустующей башни, - Раньше здесь звездочёт жил. Говорят, нынче, его башню облюбовал Шайкар.

- Раньше это когда? – немедленно уточнила старушка, с любопытством изучая профиль Артура.

- Да с полвека назад, - увидев вытянувшееся полное недоверия лицо пожилой женщины, юноша немедленно исправился, - Дед рассказывал.

- Ага, дед значит, - бабулька понимающе покивала и протянула Арти ладошку полную пузатых семечек. Юноша покачал головой, - Да, не врал он, твой родственник. Мой вот тоже тут жил, когда я ещё совсем маленькой была. В старости он людей от хворей всяких лечить стал и вот сам заразился… Через полгода схоронили, а я его делами занялась. Да вот не оказалось у меня Дара отцовского, не смогла врачевать, да и звёздами как-то не увлеклась. И стал я рыбачкой. Страсть как рыбалку люблю, - старушка довольно цокнула языком, - Особенно подлёдную. Вскорости вышла я замуж и надолго забросила отцовскую башню. А лет двадцать назад переехал сюда Коэрт, тогдашний демонолог, - на всякий случай уточнила она, - Красивый был. Понравился он мне. Не будь я тогда уже замужем… Эх, - старушка грустно вздохнула, - А когда купол появился, а потом ещё и расти начал, сбежал наш бравый колдун ближе к воде… К причалу то бишь, да. А потом его и след простыл.

- Знаете, что это за купол? – помолчав, спросил Арти.

- Коэрт говорил, что это защитный механизм, - авторитетно ответила бабулька, смешно задирая голову, чтобы окинуть янтарный пузырь многозначительным взглядом, - Волшебство фэйри. Слышал о таких?

- Лесные духи, - припомнил Арти. После войны Арии о них все и думать забыли, а лет семь назад в лесах стали творится странные вещи. Вот и пришлось местным демонологам сдувать пыль со старых фолиантов и заниматься прорехами в образовании.

- Они самые, да. Поговаривают, что фейри так свои дома прячут, от ненужных взглядов. Только в отличие от куполов волшебного народца, этот непрозрачный и растёт. Не должен по идее, а вот погляди, - старушка сделала шаг к янтарному пузырю.

- И кого он защищает?

Артур удивлённо наблюдал, как купол проигнорировал приближение местной жительницы, видимо приняв за свою.

- И от кого? – поверхность пузыря мягко засветилась, - Горожан от того, что поселилось под куполом или наоборот?

- А вот это, мальчик, главная загадка, - старушка вздохнула и зябко поёжилась, - Подвезти тебя по дома Шайкара?

- Хорошо бы, - Артур впервые повернулся и посмотрел на словоохотливую бабульку, - А куда Коэрт пропал? Старый демонолог?

- Отец говорил, что он с ума сошёл со всеми своими склянками и порошками, - путница пожала плечами, - Всё кричал что «Свет умер без помощи тьмы». И что «Служа свету, мы всё сильнее увязаем во мраке».

- Как так?

- А ты, поди, разбери бредни умалишённого, - старушка рассмеялась, собрав на лице множество морщинок, - Умом тронулся, вот и кажется всякое. Хотя… Всё тогда и началось, считай. Как Коэрт сбежал.

- Что именно?

- Да, всё, - бабулька похлопала себя руками по бокам, борясь с крепнущим морозом, - Гибнет город. Граф наш, вон, уже который год из своего замка нос не кажет, - она легко говорила о правителе Рейлдейла, так словно была давно с ним знакома, - Забирайся. А то околеем тут!

Старушка улыбнулась и вернулась к телеге.

- Кого-то ты мне напоминаешь, - задумчиво пробубнила она, прищуриваясь, - Светлая с тобой, поехали, - ловко забравшись на козлы, бабулька взялась за вожжи, - Если ночью урагана будет, то поутру новый мертвяк в городе сыщется. Прям традиция, - старушка лихо присвистнула и щёлкнула поводьями, - На графа Маркуса ты похож, слышишь? Покойного. Чудно-то как, прямо одно лицо, – она обернулась, - Не говорили тебе такого некогда?

- Да вроде нет.

Артур залез в телегу и уселся на промёрзшие доски.

Глава 11

- А здесь не так уж и плохо, - Брэмиэль сидел на тонком соломенном тюфяке, лежавшем прямо у входа на крошечный чердак, который им после долгой торговли сдала жена владельца «Сизого носа», - Только холодина, зуб на зуб не попадает.

Отмытый и переодетый эльф стал похож на законопослушного гражданина, чему и сам был заметно рад.

- На улице было бы теплее? - слова отца Отто тонкой струйкой пара вырвались изо рта.

Привыкшего к жизненным лишениям Жреца совершенно не смущал чудовищный холод, царящий на продуваемом всеми ветрами чердаке. Как и Брэм, священнослужитель успел посетить баню и теперь красовался в чистой серой рясе. К удивлению готового расстаться с оставшимися таррами Жреца, на этот раз, предприимчивая хозяйка «Сизого носа» не потребовала дополнительной платы за лишнюю горячую воду. Однако выставила два непреклонных условия для проживания новых постояльцев в гостеприимных стенах кабака.

- Первое, - хозяйка брезгливо поджала полные губы и отвернулась от счастливо храпящего под столом мужа, - Вы затащите это пьяное тело в комнату на втором этаже и уложите на циновку рядом с кроватью. А завтра…

Глаза возмущённой жёнушки нехорошо блеснули, видимо, в её сегодняшние планы не входило такое раннее исчезновение супруга. Посетители гневно требовали, чтобы их обслужили, а бедный разносчик уже сбился с ног, мечась между многочисленными посетителями. Пришлось трактирщице надевать передник, и самолично принимать заказы.

- И второе, - хозяйка демонстративно зажала свой тонкий длинный нос двумя пальцами, - Этот жалкий незль должен вымыться и сменить одежду, немедленно! Горячая вода и мыло за ваш счёт, святой отец!»

- Хозяин – барин, - Жрец взял протянутый трактирщицей громоздкий ключ и обернулся к мнущемуся рядом эльфу, - В баню, живо.

Выполнив указание священнослужителя, Брэмиэль спешно облачился в застиранную льняную рубаху, любезно проданную хозяйкой «Сизого носа» новым постояльцам за три дорого, и теперь благоухал ромашкой и дегтярным мылом.

- Может, костёр разведём? – устало пошутил Брэм, натягивая на голову тонкое стёганое одеяло, - Я так всегда поступал, когда под землёй жил.

- Под землёй? – отец Отто аккуратно поправил зачадившую свечу, снимая лишний воск.

– Да, - Брэм сжал стучавшие от холода зубы и подтянул к подбородку колени, - Под Рейлдейлом есть сеть тоннелей и пещер. И зимой и летом там держится примерно одинаковая температура. Там уже много лет проживают целые кланы воров и мошенников. Поймать их в таких лабиринтах невозможно. Да и не полезет стража в те катакомбы.

- И как далеко протянулись эти тоннели? – Жрец достал из походной сумки маленькое зелёное яблочко и, покрутив его в руке, бросил эльфу, - Это наш сегодняшний ужин.

Вслед за первым на свет появились ещё четыре яблока и маленький ножик.

- Не знаю как раньше, но сейчас они обрываются у Янтарного купола, - Брэм поймал яблоко на лету, - Тоннели заканчиваются как раз под вихрем.

- Значит, там ты прятался от стражи, сбежав из Чистилища? – отец Отто продолжал смиренно улыбаться, пронзительно глядя на замёрзшего сказителя, - В подземельях?

Жрец бил наугад. Вероятность того, что полукровка, случайно встреченный им в грязной подворотне, и есть разыскиваемый всеми сказочник, была ничтожно мала. Но в священнослужителе неумолимо зрела уверенность в своей правоте. Пьянчуга долго молчал, задумчиво рассматривая лицо своего собеседника и наконец, проговорил:

- Сдадите меня? - он вскинул голову и помимо воли бросил затравленный взгляд на входную дверь.

- Ты кого-то убил?

Брэмиэль отрицательно покачал головой.

- Украл? – высказал новую догадку отец Отто.

- Нет, - сказитель помолчал, решая, говорить Жрецу правду или проще будет сбежать отсюда подобру-поздорову, - Я забрал себе чужое проклятье и сумел обмануть самого Тёмного. Однажды, провидение втянуло меня в глупую драку прямо у ворот Обители Ордена Риальды. И вот незадача, оппонент мой совершенно не умел вести честную битву и, сжульничав, умудрился перерезать мне горло. Я бы так там и остался там, в канаве за стенами вашей Обители, но случилось чудо.

- Чудес в жизни не бывает, - отец Отто грустно улыбнулся, - Лишь непредвиденные повороты сюжета.

- Я уже готов был проститься с жизнью, - эльф закрыл глаза и начал медленно раскачиваться из стороны в сторону в такт своим словам, - уже давно потерявшей для меня всякий смысл. Но тут надо мной склонился человек, на пальце которого поблёскивало такое же колечко, как и у вас, - он протянул руку к перстню с изумрудом на руке Отто Сура, - Судьба сводит меня с вашим Орденом снова и снова. Хотите узнать, что со мной произошло в подвалах Чистилища, святой отец?

Глава 12

На Рейлдейл устало опустилось тяжёлое покрывало ночной тишины. Метель, завалив город крупным рыхлым снегом, покинула город, забрав с собой нервный порывистый ветер. Где-то вдали тоскливо завыл волк и скрылся под покровом тёмного мрачного леса. Ему радостно вторили голодные дворняги и цепные городские псы.

- А свет, почему в окнах не горят? – съёжившись на обледенелом сидении, Артур оглянулся на молчаливые громады домов.

Телега громоздко подпрыгнула по дорожной яме и неторопливо покатилась дальше.

- Так нечисть же на свет идёт, - старушка не обернулась, лишь суетливо поправила съехавший на лоб платок, - Вот народ и оберегается, как может. Изнутри окна и двери досками на ночь забивают, печку стараются не топить. Вон, все стены защитными знаками разрисовали. Будто это поможет ночной морок отогнать. Как же! Держи карман шире! – и, усмехнувшись, добавила: - Дилетанты.

Юноша прищурился, вглядываясь в старые доски покосившихся срубов. Обереги по традиции рисовались чёрной краской или смолой и разглядеть их в темноте невооружённым взглядом было, ох, как непросто.

- А ты чего не боишься? - Арти медленно выпрямился, чувствуя, как по шее пробежали ледяные мурашки, - Ночью одна по улицам бродишь. Да и видишь ты в темноте, словно…, - он замолчал.

- Неужто, испугался? - старуха хрипло рассмеялась и вытерла мохнатой варежкой выступившие слёзы, - Не бойся, мальчишка, в обиду тебя не дам, да и сама не трону.

- Кто ты? – рука юноши крепко сжала холодную рукоять меча, но так и не решалась вынуть его из ножен. От словоохотливой бабульки не исходило угрозы, лишь абсолютная уверенность в своих силах и странное потустороннее спокойствие.

- Вот видишь дом? – проигнорировав вопрос своего пассажира, старушка указала на выглянувшую из-за высокой колокольни крышу на другой стороне улицы, - Там теперь Шайкар и живёт, да, - она обернулась к Арти. Глаза пожилой женщины едва заметно светились в темноте, - Иди. Тебе туда. И своё добро забрать не забудь, - бабулька кивнула на странный ящик на закорках телеги.

- Моё? - так и не решившись выпустить оружие из рук, Артур спрыгнул на землю и подошёл к ящику, - Что там?

- Не что, а кто, - бабулька недовольно всплеснула руками и развернулась, - Налетел на меня с кулаками! «Тварюгой» обозвал и обещал на экзекуцию местным ворожеям сдать, поганец. Пришлось его, - старушка задумчиво пожевала губами, подбирая подходящее слово, - Успокоить немного, для его же блага.

- Ясно, - Арти откинул крышку и потрясённо воззрился на скрюченного в три погибели Бороду. Гном лежал на самом дне глубокого деревянного короба, в обнимку со своим горячо любимым оружием. Глаза коротышки были широко раскрыты, а губы посинели от холода, - А…

- Да, живой он, живой. Что я убивица какая что ли? - махнула рукой бабка и помогла юноше извлечь Бороду из своего нового пристанища, - Перепугался маленько, ну, с кем не бывает? Да, дружок? – она ласково потрепала гнома по белой от мороза щеке.

- Мыиыак, - промычал Борода, следя за старушкой полными ужаса глазами.

- Ну, вставай, чего разлёгся? – пожилая женщина несильно толкнула гнома валенком в бок, - Околеешь ещё на таком-то морозе, бедолага.

Зрачки бабульки сузились и удлинились.

- Слышишь, чего говорю?

Гном словно ошпаренный вскочил на ноги и сильнее прижал к груди зачехлённую секиру.

- Спасибо, - осторожно поблагодарил Артур жизнерадостно улыбающуюся попутчицу, - Мы пойдём?

- Ну, идите, раз надо, - старушка широко улыбнулась, демонстрируя ряд маленьких острых зубов, - Бывай, мальчик.

Она лихо запрыгнула на место кучера и щёлкнула поводьями.

- Н-но!

Артур долго смотрел в след неведомому существу, заботливо подвёзшему его до дома демонолога, пока рядом не зашевелился Борода.

- Стоять сможешь? – молодой человек поставил гнома на ноги и, нахлобучив на голову шапку, похлопал его по плечам, сбивая налипший снег.

- Да, вроде, - Борода с трудом разжал пальцы, и секира звонко упала на лёд, в который уже успела превратиться дорога под ногами. Спохватившись, гном постарался поднять её, но пальцы не слушались.

- Знаешь, что за невидаль нам повстречалась?

- Никогда такого не видел, - опустившись на колени, Борода всё же сумел подобрать брошенное оружие, - Змея не змея, человек да не человек, - и, подумав, добавил: - Не стоило её расстраивать.

- Не стоило, - легко согласился с ним юноша.

- Нечисть она разная бывает, - с уважением проговорил Борода, отряхиваясь.

- До «Притона» так и не дошёл? – рекрутер повернулся к промёрзшему до костей попутчику.

Гном мотнул головой, растирая побелевшие от мороза уши.

- Пойдёшь?

Борода снова отрицательно покачал головой.

- Пойду я, пожалуй, обратно, помогу отцу Отто, - к лицу гнома быстро возвращались привычные краски, а голос наконец-то перестал предательски дрожать, - Хватит с меня на сегодня приключений.

Артур кивнул, и они разошлись в разные стороны.

Глава 13

- Явился для получения освидетельствования! – громко отрапортовал Артур, переступая порог огромного зала, голодные тени на стенах которой, с трудом разгоняла дюжина толстых жёлтых свечей, облюбовавших два старинных серебряных подсвечника.

Аскетизм, всецело царивший в рабочем кабинете рейлдейлского демонолога Шайкара, поразил юношу с первого взгляда. Кроме простого длинного стола, за которым сейчас и восседал увлечённый делами колдун на высоком деревянном стуле, в помещении прямо на полу стоял странный механический прибор с массивной линзой в центе и пара табуретов, а к стене жались длинные практически достающие до потолка стопки книг. Рядом раскинула кривые узловатые пальцы-крючки высокая уродливая вешалка для одежды, на которой сейчас висел тёплый зимний плащ и ножны с мечом. Лишь камин с весело потрескивающими дровами, по праву украшал мрачный кабинет, разбавляя гнетущую царящую вокруг атмосферу и придавая помещению хоть какой-то уют и теплоту.

Вопреки ожиданиям, Мастер-демонолог даже не взглянул на нарушившего его покой наглеца, без стука и разрешения вошедшего в его обитель. Бросив через длинный заваленный бумагами стол, перевязанный синей лентой свиток, он раздражённо буркнул:

- Проваливай.

И вернулся к работе. Белое гусиное перо недовольно заскрипело по длинному пожелтевшему свитку, вторя настрою своего нерадивого хозяина.

Поймав на лету готовую скатиться со стола грамоту, Артур спрятал свиток в висевшую на плече сумку, и уселся на табурет напротив негостеприимного хозяина. Минута лениво сменяли друг друга. Арти ждал.

- Зачем ты вернулся в Рейлдейл, вор? – после долгого молчания спросил Шайкар.

- Я не вор, - Артур задумчиво посмотрел на свои тонкие перчатки, словно впервые увидел, и снял их. По тонким буквам контракта пробежали разноцветные искры.

- Ты выкрал свой контракт, - демонолог опустил перо в чернильницу.

- Я забрал лишь то, что по праву принадлежит мне, - отрезал юноша, сжимая кулаки.

- И как он отреагировал на твой поступок?

Артур пожал плечами. Он прекрасно понимал, о ком спрашивает его собеседник.

- Дал мне возможность откупиться.

Шайкар поднял глаза и удивлённо присвистнул.

- До тебя лишь одному человеку удалось разорвать сделку с Озом, - демонолог замолчал, приводя свои мысли в порядок, - Ты уничтожил его? Свой контракт?

- Нет.

Шайкар кивнул, словно признавая правильность решения сидящего напротив юноши.

- Хотя бы пытался?

Артур горько усмехнулся. Тогда, полвека назад, в ту самую ночь, когда отец поведал ему правду, юноше судом удалось выкрасть контракт из седельных сумок Оза. Стоило его пальцам коснуться ровных чёрных букв, как письмо ожило и странным образом влилось в трясущиеся пальцы ошарашенного молодого человека. Не было ни боли, ни страха. Лишь камень, всё это время уютно покоящийся на том месте, где когда-то была его душа, грузно заворочался, почувствовав неладное.

- Так зачем ты вернулся? – повторил свой недавний вопрос демонолог, на этот раз, опустив обидное обращение «вор».

– Работа, - просто ответил рекрутер.

- Пришёл за моей душой? – по губам мужчины скользнула хитрая улыбка. Шайкар медленно распрямился, отложив документ, под которым только что поставил финальный росчерк.

Артур прищурился. Душа Шайкара была сродни исполину. Пульсирующий малиновый шар ослеплял своей мощью и великолепием. Мало кому придёт в голову, что человек с такой отталкивающей внешностью и неоднозначным прошлым, может обладать подобным сокровищем. Чистая, сияющая она слепила сильнее солнца и стала бы прекрасным пополнением коллекции Оза.

- Я хочу попасть под купол, - признался Артур, решив не отвечать на столь риторический вопрос. Эта душа была ему не по зубам.

- Это не купол, а временная западня, - старый маг смотрел на юношу так, как смотрят усталые преподаватели на глупого и ленивого ученика, не потрудившегося подготовиться к уроку домашнее задание, - Зачем тебе это? – «старый богомол» подался вперёд и оперся о сложенные руки.

- Там мой друг.

- Очень жаль, - равнодушно отозвался старый колдун.

- Откуда она взялась.

Этот вопрос заставил Мастера-демонолога нахмуриться.

- Чтобы появилась такого рода ловушка, нужно было…, - колючий взгляд его бесцветных глаз вонзился в рекрутера. Прищурившись, Шайкар сквозь зубы процедил: - Что ты натворил?

- Не я.

- Не важно! - отрезал демонолог, откидываясь на спинку стула, - Отвечай!

Артур вздохнул, словно перед прыжком в холодную воду.

- Разбудил Мастера-Временщика.

- Прекрасно! – Шайкар дёрнул плечом, нервно барабаня пальцами по крышке стола, - Очень вовремя, - по кислой улыбке колдуна, было видно, что эти слова были лишь резкой шуткой, - Надеюсь, он у реальдийцев. Потому что если до него дотянулись Чёрные путники – Итарис ждёт кровавая жатва.

Артур молчал. В голове царил кавардак. Мысли путались, не успев сложиться в чёткую линию. Затянувшаяся пауза совсем не понравилась Мастеру демонологу.

- Временщик, он там? - Шайкар пододвинул подсвечник так, чтобы свечи освещали лицо его собеседника и тихо уточнил: - Под куполом?

- Скорее всего, - усталость навалилась на юношу непосильной ношей. Или это были очередные проделки старого-старого колдуна? – Я пришёл, чтобы выручить его из этой беды.

- Ещё никому не удавалось проникнуть за янтарный барьер, - отвернувшись, демонолог неохотно добавил: - Даже мне. Я долго пытался выяснить, что за чародей сотворил его. Старая, чуждая нашему миру магия лежит в основе этой преграды. Мне даже пришлось наведаться к дорожайшему Мастеру Виго, - увидев удивление на лице припозднившегося визитёра, Шайкар громко хмыкнул, - Да-да, я в курсе твоих делишек с «Чёрными путниками» и поисками «Цены души».

Демонолог поднялся на ноги, широкими шагами пересёк кабинет и остановился у стены рядом с высоченной кипой книг. Покачавшись с носка на пятку, он ловким движением выудил из самой середины тонкую книжечку в кожаном переплёте. Стопка книг пошатнулась, грозясь обрушить своё содержимое на голову легкомысленному чародею, но устояла, накренившись налево. Раскрыв книгу, маг перелистнул пару страниц и повернулся к припозднившемуся гостю.

- Ты только погляди, вот же она!

Артур замер, не в силах оторвать взгляда от вожделенной рукописи. Десятки лет поисков свелись к этому ненастному вечеру в родном, но теперь уже таком не гостеприимном Рейлдейле. Когда, сам того не ожидая, он увидел артефакт, поиски которого были целью его жизни многие годы.

- Она нужна тебе? – Шайкар махнул рукописью так, словно в его руках был обычная купеческая перепись привезённого товара, - Забирай.

Демонолог бросил книгу в сторону юноши, и та упала точно на колени ошарашенного рекрутера. Арти трясущимися руками раскрыл первую страницу и потрясённо замер.

- Только вот кокой тебе от неё прок? – Мастер сел обратно на недовольно скрипнувший стул. Юноша не ответил. Он судорожно перелистовал страницы не зная плакать ему или смеяться, - Вижу, ты расстроен, - чародей вскинул тонкие белёсые брови в притворном удивлении, - Не может быть! Неужели, Виго забыл рассказать тебе что она…

- … зашифрована, - Артур раздражённо захлопнул книгу и сжал её в похолодевших руках.

- Вот не задача, - демонолог широко улыбнулся, медленно раскачиваясь на стуле, - Этот шифр был придуман тысячу лет назад. Или ты и правда, думал, что этелентийцы позволили бы простому человеку заглянуть за грань привычного мира?

- Они расшифровали её? – с затаённой надеждой спросил Артур.

Шайкар покачал головой.

- За сотни лет никто так и не смог подобрать заветный ключик. А ведь над этой рукописью бились лучшие Мастера-шифровальщики Итариса. Мы даже гномов подключили к поиску, можешь себе представить? – Шайкар усмехнулся, с сочувствием глядя на расстроенного рекрутера.

- Она бесполезна! - Арти сильнее сжал скрипнувший кожаный переплёт.

- Отнюдь, - на этот раз демонолог был серьёзен, - Остался один шанс. Последний. Долгие годы мы разыскивали древнее существо, ишитори, демона, знающего тысячи языков, даже таких, о существовании которых наши историки даже не подозревают. Он копил свои знания веками, кропотливо собирая воспоминания целых поколений людей и нелюдей. И вот, месяц назад, нам улыбнулась удача. Зиальская шхуна, принадлежащая шайке мелких контрабандистов, попала в страшный шторм и потерпела крушение у берегов Сельны. Часть экипажа чудом выжила. Пятеро отъявленных головорезов, воры и убийцы – все как один утверждали, что не помнят ни своих имён, ни причин того, как они попали на корабль и занялись своим, безусловно, прибыльным, но не очень законным ремеслом. И никто из них не смог объяснить, откуда на их руках тонкие почти зажившие порезы. Лишь юнга припомнил, что за несколько дней до того, как на корабль обрушилась стихия, капитан шхуны подобрал потерпевшего кораблекрушение мужчину. Сначала моряки решили, что несчастный мёртв, но корабельный врач смог привести его в чувства. В качестве платы за то, что контрабандисты довезли бедолагу до суши, счастливчик рассказывал команде множество интереснейших историй и сказаний, собранных казалось со всего мира.

- Тот сказочник, которого разыскивает стража, - юноша замер. Плохое предчувствие поселилось в его сердце.

- Вскоре они бежали, - взгляд демонолога стал тусклым и Арти искренне пожалел виновников этого лихого побега, - Я узнал о случившемся уже после их поимки. Мы упустили ишитори. Он растворился в Рейлдейле, сумев обмануть всех, включая и меня! Дорога этого демона усеяна тысячами лишённых прошлого людей и, как оказалось, он не только вбирает в себя память своих жертв, стирая их прошлое. Теперь он стал забирать их жизни. Оголодав во время плавания, иссушив себя, этот незль начал подпитывается чужой душевной энергией. Брэмиэль «Песнь ветра». Уже третье столетие его разыскивают лучшие чародеи Итариса.

- Брэм?

- Где он?! – прошипел демонолог, сжимая крышку стола побелевшими пальцами. Казалось, маг читал мысли поражённого рекрутера. Хотя… Скорее всего так и было.

- В «Сизом носе», - Арти вскочил на ноги, - С отцом Отто!

- Рядом со Жрецом ордена Риальды? Кельи, молитвы и посты? – чародей пожал плечами и тут же успокоился, - Не думаю, что у этого толстяка найдётся хоть одна история, которая смогла бы заинтересовать ишитори.

- Вы даже не представляете, как ошибаетесь!

Глава 14

- У зла тысячи масок, - отец Отто медленно вытянул вперёд руку с поблёскивающим кольцом на указательном пальце.

- И все они фальшивые.

- Судьба сыграла с тобой злую шутку, сын мой, но это не означает, что больше нет смысла бороться.

- Я сам впустил тьму в своё сердце, - Брэм поднялся на ноги. Взгляд незля изменился: белки глаз потемнели, а зрачки расширились, став медными, - Иногда мне кажет, что лучше бы я сгинул в плену во время войны Арии.

- Убьёшь меня? – в голосе Жреца не слышалось ни толики страха. Как и все служители ордена Риальды он давно был готов к смерти, но, тем не менее, никогда не стремился её приблизить.

- Вас? – Брэмиэль отступил на шаг, - Наоборот, святой отец, вы – мой золотой прииск! Жизнь, великолепная полная удивительных впечатлений жизнь бурлит в ваших жилах. Ждёт, пока кто-то терпеливо выслушает её историю, - сейчас на Жреца смотрела древнее существо, лишь отдалённо напоминающее великого сказителя. Скулы заострились, а впавшие глаза, сделали Брэма похожим на «поднятого», - Я хочу узнать обо всём, что произошло с вами за все эти годы. И тогда на свет родится новая прекрасная баллада о храбром Жреце Отто Суре! Я прославлю вас на весь Итарис! Рассказывайте. И не упускайте деталей. Ведь эта такая привилегия – заполучить благодарного слушателя, не так ли?

- Продлеваешь агонию остатков своей души, питаясь историями о чужих жизнях? – священнослужитель встрепенулся, мягкий мелодичный голос эльфа гипнотизировал, действуя усыпляюще. Привычные заклинания путались, прячась в самых дальних закоулках одурманенного сознания, - Так ты обычный паразит, Песнь ветра.

- Вампиры пьют кровь, чтобы выжить. Чем я хуже? – его зрачки глаз расширились и стали вертикальными, - Я просто не хочу умирать, - в последних словах Брэмиэля неожиданно прозвучала неподдельная боль и толика обиды на несовершенный мир.

- Ты уже давно мёртв, - с грустью сказал Жрец, глядя в сумасшедшие глаза древнего существа, стоявшего перед ним. Хитрое и смертельно голодное, мастерски постигшее искусство приспособления. Только в отличие от обычных кровососов, Брэмиэль «Песнь ветра» научился лишать свою жертву самого главного – воспоминаний. Спасая последние крупицы души, Брэм боялся использовать свой Дар и сочинять новые сказки. Он превратился в изворотливого вора, чьим ремеслом стал пересказ чужих жизней, которые он сам и уничтожил когда-то, - Сколько осталось таких, как ты? – святой отец мотнул головой и до боли стиснул кулаки. Сон, такой мягкий и уютный, окутывал его тёплым ласковым одеялом, не позволяя анализировать и принимать решения.

- Я заберу себе боль утраты, грусть и ненависть, - Брэм больше не слушал его, с острых клыков ишитори капнула густая прозрачная слюна, - Не стоит сопротивляться. Вы просто забудете всё, что рассказали и станете простым скитальцем без рода и племени. Из памяти сотрутся воспоминания обо всех людях, которых вы знали раньше, плохих и хороших, умных и глупцах. Да и своё имя вряд ли вспомните. Или как этелентийцы, – он усмехнулся, от чего его уродливое лицо исказилось ещё сильнее, - превратитесь в огромную медлительную рептилию, ту, что когда-то давно была драконом, и уползёте в укромную душную пещеру. Ведь реальдийцам не грозит человеческая смерть, - в длинной культе, в которую превратилась правая рука Брэма, сверкнул мизерикорд, тонкий и удивительно красивый кинжал с узким трёхгранным лезвием.

Дверь в комнату распахнулась. Незль отшатнулся и тут же ринулся вперёд. Стоявший в дверях Борода, на секунду растерялся ошарашенно глядя на взбешённое чудище.

- Что опять?!

Он прыгнул к окну, оказавшись рядом с одурманенным Жрецом. Что-то больно кольнуло гнома в плечо, и комната перед глазами Бороды раздвоилась.

- На час вас одних не оставишь!

Борода махнул пудовым кулаком, целясь в вёрткий расплывчатый силуэт. Брэмиэль легко увернулся, но отвлёкшись, потерял контроль над недавней жертвой. Стоило магии ишитори ослабнуть, как отец Отто встрепенулся и хрипло выкрикнул несвязную фразу, от которых воздух в комнатушке наполнился разноцветными бликами. Громкий треск и что-то грузно навалилось на гнома, откидывая назад.

Сломав оконную раму, Борода летел на встречу запорошенной снегом земле, а из плеча удивлённого гнома торчала резная рукоять мизерикорда.

Глава 15

Удар оглушил его. Над головой взорвался хоровод крошечных молний, огласив свой приход громким набатом в голове. Гном услышал далёкий крик Артура. Земля затряслась, и вдалеке громыхнул гром. Перед глазами Бороды заплясали звёзды, а на грудь сердитой кошкой навалилась духота и нестерпимый жар. Хмурые чернильные тучи неприветливо нависли над головой, закрывая далёкое ночное небо.

- Живой? - в поле зрения гнома появилось озадаченное лицо запыхавшегося Жреца.

- Это ещё что за тварь?! - выдохнул гном, хватаясь за протянутую руку. Подняться крепышу удалось лишь со второго раза.

На заднем дворе, несмотря на позднее время, быстро собиралась толпа любопытных зевак.

- Наш новый друг Брэмиэль, оказался нам совсем не друг, - невесело пошутил отец Отто, осматривая рану гнома, - Нужно вытащить кинжал.

Борода глухо ойкнул, когда Жрец рывком извлёк из плеча гнома тонкое окровавленное оружие и, покрутив его перед носом, спрятал в бесконечных потайных карманах своей рясы. Наскоро перевязав кровоточащую рану, он сложил пальцы щепотью и несильно стукнул гнома по лбу, прошептав короткое заклятье.

- Это поможет… Временно.

- Знаете, святой отец, - сознание гнома сразу же просветлело. Борода поморщился и, пошатнувшись, ухватился за плечо священнослужителя, - У меня появилось непонятное желание излить вам душу…

- Это «ишитори», хитрый изворотливый демон, - подоспевший на помощь Артур с тревогой смотрел в небо. Шайкар сильно отстал от юноши, и теперь облокотившись о стену «Сизого носа» шумно дышал, с трудом переводя дыхание. Над головой демонолога проскользнула тень. Огромные крылья, казалось, закрывали всё небо.

- Вы не смогли справиться с обычным паразитом, святой отец? Чему вас учили в Обители все эти годы?! – рассерженно воскликнул демонолог и раздражённо махнул рукой, прерывая готового возразить Жреца, - Нужно поймать его! Этих тварей осталось меньше сотни во всём Итарисе. А я уже слишком стар, чтобы ловить их по всему миру.

Шайкар рывком сорвал с плеч плотный тёмно-коричневый плащ и бросил его на землю. Глаза колдуна сузились, а из-за рта вырвалось странное гортанное пение. Валявшийся на земле плащ неуверенно шевельнулся, оживая и качнувшись, поднялся на локоть над землёй.

- Забирайтесь, живо.

- Мы полетим на этом? - в глазах гнома поселилась паника. Борода обошёл чудной артефакт по кругу и отчаянно замотал головой, - Ни за что!

- Можешь бежать за нами по земле, - Шайкар запрыгнул на колышущийся плащ и ехидно добавил: - Если испугался.

- Не боюсь я волшебных тряпок! - Борода оскорблённо подбоченился, с ещё большей тревогой поглядывая на замерший плач.

- Тогда поторопись! – рявкнул демонолог, усаживаясь в центре плаща-самолёта, - Иначе я снова его потеряю, и убийства продолжатся. Только на этот раз, он не позволит себе совершить ошибку, которая позволит мне напасть на его след!

- Оно направляется к замку, – Артур смотрел в небо, наблюдая за тем, как ишитори быстро удаляется в сторону Тихой заводи.

- Живее! - прокричал колдун, перекрывая поднявшийся ветер.

Арти осторожно наступил на плащ, и к его удивлению нога не провалилась, а встала на жёсткую чуть подрагивающую поверхность. Жрец, тем временем, безрезультатно пытался увести ударившегося в воспоминания гнома от взбешённой хозяйки «Сизого носа», уже успевшей на глаз оценить масштабы разрушения.

- Когда я был маленьким…, - глаза Бороды затуманились, а внимание переключилось на трактирщицу, гневно взирающую на разбитое окно и вывороченную раму.

- И кто за всё это будет платить, скажите мне?! - не обращая внимания на болтовню околдованного постояльца, женщина расстроенно всплеснула руками.

- … я очень боялся лошадей, а мой отец…

- Потом расскажешь, - Жрец шепнул что-то над флягой с водой и брызнул из неё гному в лицо. Схватив пришедшего в себя Бороду за руку, отец Отто толкнул его на волшебный плащ и, протянув хозяйке «Сизого носа» пару оставшихся в наличие эрлов, уселся в самый центр летательного средства, - Я прошу прощения за принесённые неудобства.

- Да что б вы сгорели в…

Плащ вздрогнул и стремительно поднялся в небо, к всеобщему облегчению заглушая последние слова разгневанной трактирщицы.

Глава 16

- Как он?

Артур склонился над бледным, словно только что прошедшим посвящение этелентийцем гномом. Бороду била дрожь, а с лица градом лил пот. Сжав зубы, он прислонился к спине отца Отто. Положив руки на плащ, Жрец закрыл глаза и нараспев читал длинное заклятье. Голос священнослужителя дрожал, видимо он тоже не сильно жаловал столь экстравагантное средство передвижения. С каждым произнесённым Жрецом словом морщины на лице гнома разглаживались, а к щекам возвращались краски.

- Жизнь покидает его, словно вода прохудившийся бурдюк, - отец Отто приоткрыл правый глаз, - Мизерикорд делает свою работу и я не в силах залечить эту рану. Но могу отсрочить неизбежное.

- А если убить ишитори? – Арти, прищурившись, посмотрел на далёкую чёрную кляксу. Демон стремительно приближалась, - Он выдыхается.

- Смерть владельца этого кинжала, - Жрец достал из кармана окровавленный мизерикорд, - Ничего не изменит. Здесь нужна магия. Старая и более могущественная, чем те знания, которым меня обучили в Обители, - он положил руку на плечо гнома.

- Мне сразу станет лучше, если мы окажемся на земле! – Борода осторожно посмотрел вниз и громко выругался.

- Зачем ты полетел с нами, если боишься высоты?! – Шайкар всё это время в пол уха слушавший их разговор, поднялся на ноги и развёл руки в стороны, - Нужно было отправить его в «Притон». Там есть хороший маг.

- Пропадёте же без меня, - выдохнул гном, хмуро глядя на долговязого демонолога.

- Похвальная забота, - колдун повернулся к гному спиной, - И преданность друзьям тоже заслуживает похвалы, гном, - он громко запел, с трудом перекрывая гул ветра. По волшебному плащу, преследующему ишитори, прошла рябь и скорость увеличилась.

- Тёмный тебя пробери! – прохрипел Борода, сворачиваясь в клубочек. Осунувшееся лицо храброго мученика приобрело зеленоватый оттенок, - За что?!

- Вниз!

Восклицание Шайкара застало Артура врасплох. Юноша обернулся и тут же был сбит с ног отцом Отто. До ишитори оставалась четверть мили. Брэмиэль развернулся на месте, и сейчас смотрел прямо на них, летя назад спиной.

- Как он…

- Вниз я сказал! – удар пришёлся Артуру в левое ухо. Мир резко накренился и зазвенел. Лицо юноши вспыхнуло от ярости. Но лишь на мгновение. В следующий миг над головой Арти просвистел небольшой огненный шар, а затем и ещё один. Шайкар не остался в долгу. В ишитори неслась стремительная бирюзовая комета. Запахло палёным. Демонолог обессиленно опустился на ковёр, со странным спокойствием наблюдая за тем, как на его ладонях набухают страшные красные пузыри.

- Я устал, - прошептал старый маг, стараясь не смотреть на трясущиеся руки.

- Так дело не пойдёт, - рядом запыхтел, поднимаясь на ноги, отец Отто. Жрец задумчиво потоптался по плащу и, наклонившись вперёд, с силой хлопнул демонолога по спине. Хвост волшебной кометой взорвался алыми сполохами, а скорость значительно возросла. Заметив летящий в него огненный вихрь, Брэмиэль ушёл в крутое пике. Но усиленную риальдийской магией комету оказалось ни так просто обмануть. Она неотступно следовала за мечущимся по небу ишитори и, наконец, настигла его, взорвавшись сотней опалесцирующих бликов.

- Попал! – радостно воскликнул Артур, с силой хлопнув кулаком по ладонь.

Закрутившись обезумевшим волчком, демон пролетел немного вперёд и камнем рухнул в алый вихрь страшного смерча, бушующего на границе янтарного купола.

- За ним! – в глазах демонолога зажёгся огонь азарта.

- Ты же утверждал, что туда невозможно попасть! – Артур вцепился в край несущегося на бешеной скорости плаща, с трудом перекрикивая гудящий ветер.

- В этом мире нет ничего невозможного!

Погоня продолжилась. Вместо того чтобы закружить волшебный плащ в безумном вихре, смерч неожиданно легко пропустил его, даже не сделав попытки помешать безумным авантюристам.

- Это…, - демонолог резко обернулся, - Странно.

Они неотступно следовали за расплывчатой тенью сражающегося с песчаной бурей Брэма, боясь потерять демона из вида. Где-то вдалеке закричал Шайкар, прыгая с плаща на мечущегося в чреве вихря ишитори. Две фигуры закрутились в сумасшедшем танце и растворились в бешеной круговерти.

- Шайкар! - Артур ринулся вперёд, потрясённо глядя на то место, где буквально секунду назад шла схватка двух непримиримых врагов.

Плащ, потеряв связь со своим хозяином, вильнул из стороны в сторону, теряя магическую энергию.

- Держитесь! – крик отца Отто потонул в гуле воющего урагана.

В глаза Арти ударила яркая вспышка, мир закрутился, и на преследователей обрушилась звенящая тишина.

Глава 17

Короткая вспышка света, вязкая духота, забирающаяся прямо в горящие огнём лёгкие и янтарная преграда осталась позади. Послышался громкий хлопок, Артур упал на живот и захрипел. Казалось, из лёгких исчез весь воздух. Когда свистопляска прекратилась, а земля перестала вращаться перед глазами, Арти обнаружил под ногами твердыню земли. Наконец-то! Рядом отец Отто помогал подняться на ноги Бороде. Гном выглядел намного лучше, чем во время полёта и даже пытался напустить на себя вид бывалого летуна на заколдованных плащах. Казалось, что замершее под куполом время, на короткий срок остановила метаморфозы, происходящие с организмом Бороды, давая его спутникам возможность найти решение и лекарство, и там самым спасти гному жизнь.

- Хорошо прокатились, - авторитетно заявил Борода, отряхиваясь, - Надо будет как-нибудь повторить, - и, кашлянув, добавил: - Лет через сто.

Под куполом, вопреки всяким законам природы, господствовало лето. Под ногами путников громко захрустела полупрозрачная стеклянная трава и крошечные одуванчики, превращаясь в хрупкие острые осколки. Пепел, зеленоватый песок и расплавленные дымчатые кристаллы – вот во что превратилась под ногами Артура некогда щедрая на скорые всходы земля. Могло показаться, что её выжгло яростное пламя обезумевшего дракона. Но ведь крылатых ящеров не видели в Итарисе уже шесть столетий… Откуда ему взяться в этом забытом Светлой месте?

- Где они?

- А Тёмный их знает, - гном пожал плечами, - Думаешь, Шайкар справится с демоном без нашей помощи?

- Всё в руках Светлой, - деликатно отзывался отец Отто, пряча улыбку, - Что ж, раз судьба позаботилась о том, чтобы мы благополучно прибыли к месту наших скитаний, предлагаю осмотреться.

- Судьба бросила кости, - Арти оглянулся.

Купол, скрывающий замок от незваных гостей, медленно двигался вперёд, пожирая пожухлую осеннюю траву, и оставляя после себя лишь мёртвую непривычную взгляду стеклянную пустыню с редкими островками непонятный местным жителям жизни. Если приглядятся, то на ребристой поверхности преграды можно было разглядеть крошечные отростки-щупальца, педантично ощупывающие всё, что попадалось на их пути. Живая масса, неприятно шевелилась в абсолютном безмолвии, царившем под удивительным куполом.

- Как скоро он дойдёт до города? – Борода с тревогой смотрел на магическую преграду. Странное многоголосое эхо вторило его обеспокоенному голосу.

- Через несколько лет, - отец Отто опустился на корточки и дотронулся ладонью до остекленевшей травы. Острые осколки с мелодичным звоном осыпались на землю, несильно царапнув руку Жреца, - Возможно и раньше. Где был купол, когда ты покинул родной дом, Артур?

- Его не было. С кем они сражались? - Арти подошёл к небольшому подвесному мосту, сейчас закрытому, что делало замок похожим на одинокого готового к нападению броненосца. Насыпь окружал высокий палисад, соединённый прочными деревянными брусьями, - От кого защищались?

Ответом ему была мёртвая тишина.

Вдалеке, гордо высился покрытый чёрной копотью, но так и оставшийся неприступным донжон, спрятанный за пробитой в нескольких местах каменной стеной. Огромные прорехи были частично заделаны. Когда-то давно здесь шли ожесточённые бои. Подтверждением тому были сгоревшие остовы осадных машин, замершие по периметру.

- Как мы попадём внутрь? – Бороде пришлось сильно задрать голову, чтобы рассмотреть громаду фамильного замка де Реардор.

- Когда я был маленьким, этот мост почти всегда оставался опущенным, - юноша насупился и заглянул в широкий и очень глубокий ров. Шелестя, осыпалась сухая земля, - Всегда. Мы ни с кем не воевали и не ждали нападения. В Рейлдейле царил мир и достаток. Мой отец, как и дед до него чтили пакт «Трёх основ».

На дне рва валялись сотни искривлённых, ржавых мечей, древков копей, обломков стрел и части боевых доспехов. И ни одного скелета.

- Граф де Реардор ни на секунду не сомневался в верности своих вассалов? – гном опустил секиру на землю и, облокотившись на её рукоять, неторопливо закурил, - Он был настолько силён? Или беспечен?

- «Сильный – великодушен», - процитировал Арти одну из любимых присказок своего отца, - Чтобы держать людей под контролем не обязательно обладать недюжей силой и умением запугивать. Нужно лишь иметь могущественных покровителей.

- Таких, как наш правитель Райен, чтоб ему неспокойно спалось по ночам? – уточнил дотошный гном. В его глазах загорелся неподдельный интерес.

Ветер, продемонстрировав привычное для этих земель непостоянство, переменился и принёс из неведомых далей едва уловимый запах дыма и затхлости, чем ещё сильнее подкрепил впечатление, что путники попали в древний наглухо заколоченный склеп.

- Таких, как Тёмный.

Борода громко присвистнул.

- Сомнительная радость в таком знакомстве.

- Смотря для кого, - стоявший рядом отец Отто, задумчиво рассматривал далёкий донжон, - Как ты собираешься попасть внутрь, мальчик?

- Ключ под ковриком? – скрывая растущую тревогу за привычной бравадой, гном ухмыльнулся, - Или может, стоит просто представиться? – набрав в лёгкие побольше воздуха, он громко прокричал: - Эй, вы там! В замке! А ну-ка живо открывайте! Граф Артур вернулся!

Губы Жреца тронула лёгкая улыбка.

- Думаешь, обитатели замка всё это время сидят и ждут возращения блудного сына старого графа?

- Есть предложения получше? – взвился изрядно вымотанный Борода, - Может вы умеете летать, святой отец? Каким хитрым фокусам учат послушников в Обители ордена Риальды? Проходить сквозь стены? Делать подкопы одним лишь взглядом? Карабкаться по отвесным стенам? – он побагровел, исчерпав большую часть возможных сценариев, - Или открывать мосты взглядом? Сможете?

- Я не слышу в твоём голосе робкого смирения, присущего всякому праведному жителю славного Итариса, сын мой, - отец Отто тоже устал от странной гонки за призраками прошлого и теперь бессовестно раззадоривал вспыльчивого гнома.

- Да я…

Борода не успел договорить. Старый мост дёрнулся и протяжно заскрипел, словно вековое дерево под ураганным порывом. Зазвенела старая ржавая цепь и мост начал рывками опускаться вниз. На головы уставших путешественников посыпался сор и сухие хвойные иголки.

- Так бы сразу, - Борода подтянул широкие штаны и подбоченился, - Говорил же, со мной не пропадёшь.

- Везение, - пробормотал Жрец, отходя назад, - Не больше, не меньше.

- А нам всегда везёт, - парировал довольный гном, - смиренным праведникам. Не знали, святой отец?

- Не хвастайся, сын гор, - отозвался священнослужитель, первым ступая на затрещавшие под его весом доски подвесного моста, - А то Светлая обрушит свой праведный гнев на твои глубокие залысины. Когда вернётся.

- Если вернётся, - вздохнул гном, но затянувшуюся перебранку решил не продолжать.

Взорам путников предстал овальный пустынный двор, с ровной мощёной мостовой и кисловатым запахом тления в воздухе. Шаги путников гулким эхом отражались от далёких стен, и исчезали где-то в далёких сводах дозорных замковых башенок.

Артур оглянулся и поёжился от предательского холодка, скользнувшего между лопатками. Он помнил каждый булыжник под ногами, все закоулки и потайные места фамильного гнезда. Вихрь воспоминаний нахлынул на юношу, закружив в объятьях далёкого детства. Вот он с братьями, громко смеясь, бежит куда-то по длинной винтовой лестнице, а у той стены раньше располагалось стрельбище. И каждый день дядя Ролард давал братьям де Реардор уроки владения арбалетом и длинным луком, учил азам фехтования и кулачного боя, вызывавшего неподдельный интерес у Корина и ненавистного для Натаниэля. А вон там находилась кухня, с пекарней и крошечной коптильней на заднем дворе. Сознание юноши уже дурманил пряный запах свежеиспечённых сладких булочек с корицей, излюбленного лакомства воскресных дней и копчёной красной рыбки.

Закоулки многочисленных замковых коридоров, частенько скрывали Артура от вездесущего Кори во время игры в прятки. А на втором этаже находилась потайная комната, которую однажды нашёл Тани. Там Артур проходил посвящение в «братство серебряного трезубца». А потом было жаркое лето, то самое, последнее лето его неожиданно кончившегося детства. Тогда он с братьями прыгал в неспокойные морские воды с уступа Языка мертвеца…

Арти вздохнул, отгоняя расплывчатые картины, услужливо демонстрируемые злодейкой-памятью, и огляделся.

Они стояли у высокой двери с тяжёлой мраморной ручкой. Вход в главный зал. Там в первый день каждой декады года его отец принимал просителей и судил провинившихся. У графа Маркуса де Реардора было нерушимое правило: достигнув совершеннолетия его сыновья, до того дня лишь присутствовавшие на разных почётных мероприятиях, теперь обязаны были раз в месяц принимать участие в судействе. И не простыми сторонними наблюдателями, а непосредственными участниками. Естественно мудрый граф не поручал сыновьям судейство серьёзных бед. В основном им доставались бытовые ссоры о проспоренном или проигранном в карты имуществе. Или же семейные распри обиженных супругов.

- Будущий правитель обязан принимать ответственность за свои поступки и решения, Корин, - граф Маркус размашисто подписал очередное судейское предписание белоснежным гусиным пером и поднял взгляд на сына, - Иначе, многочисленные ошибки приведут его на эшафот на радость восторженной толпе горожан. Казнь… Прекрасное воскресное развлечение, тебе так не кажется? – мужчина насмешливо посмотрел на ошарашенного сына.

Корин, бледный как смерть, заворожённо наблюдал, как отец посыпает песком подписанный указ и, дождавшись когда чернила высохнут, аккуратно стряхивает его в камин.

- Всё же интереснее, чем повседневные хлопоты и надоевший быт, - граф де Реардор улыбнулся и отложил документ в сторону, - И всегда есть надежда, что следующий правитель понизит налоги и выкатит на главную площадь пару бочек дармового вина. Всегда помни об этом, сын.

- Я запомню, отец. Эй, Жако, - юноша обернулся, привлекая внимание стоявшего у дверей слуги, - Проследи, чтобы сегодня в честь летнего солнцестояния горожан угостили вином.

- Как прикажите.

Граф Маркус довольно хмыкнул в пышные рыжие усы, и одобрительно кивнув, протянул поджидающему гонцу украшенный гербовой печатью указ.

И вот, пришёл час, когда настала очередь сесть на кресло «Правды» Натаниэлю де Реардору. Арти прекрасно помнил тот день. Всю ночь шёл дождь, а мальчик забыл с вечера закрыть окно в свою комнату. Нагрянувший ливень залил оставленные на столе рисунки, приготовленные на день рождения Корина. Артур несколько дней корпел над картинкой, а утром на холсте его ждали лишь разноцветные подтёки и кляксы. Мальчик долго ревел, с ненавистью глядя в прохудившееся небо. Возможно, именно поэтому он тогда так сильно опоздал и, тихонечко прошмыгнув в узкую щель приоткрытой двери, заработал недовольный взгляд отца из-под кустистых бровей.

В большом круге в центре зала стояли двое мужчин, разделённые молчаливым стражем. Время от времени, один из спорящих, тот, что был пониже ростом, пытался пнуть ответчика ногой. Но бдительный охранник вовремя оттаскивал его подальше от оппонента, при этом встряхивая бедолагу, словно тряпичную куклу.

- Говорите, - голос облачённого в парадный мундир Тани дрогнул, и он шумно сглотнул. Бледный от непривычной для юноши ответственности, он хоть и сидел, гордо выпрямив спину на высокой бархатной подушке, но всё же терялся в глубоком отцовском кресле. Нижняя челюсть «судьи» заметно подрагивала, а побелевшие пальцы намертво вцепились в резные подлокотники. За импровизированным троном стояли отец и Корин. Оба очень серьёзные, как и Натаниэль, они одели парадные выходные одежды.

- Разреши наш спор, эм…, - первым заговорил невысокий жилистый мужчина в засаленной рубахе и коротких широких штанах в крупную полоску,- Правитель, - неуверенно закончил он, задумчиво глядя на сжавшего зубы Тани.

Юноша медленно кивнул и повторил:

- Говорите.

- Лучше я скажу! – стоявший рядом с просителем мужчина, тот самый, что всё время пытался добраться до просителя, громко шмыгнул носом и затараторил: - Вор он! Вор и проходимец! И шулер! Ты же шулер, Гар! – он бесцеремонно повернулся к Натаниэлю спиной и ткнул в ответчика пальцем, - Сознайся! Ты! Нелюдь!

За креслом «Правды» многозначительно откашлялся Маркус де Реардор.

- Ох, простите, ваше сиятельство, - говоривший побагровел и низко поклонился, - И вы… тоже, - он бросил быстрый взгляд на замершего Тани, - Сир. Но этот человек жулик!

- Говорите, - в третий раз сказал Натаниэль, и на этот раз в его голосе послышалась лёгкое раздражение.

- Я выиграл у этого достойного мужа триста эрлов, - тот, кого назвали Гар, заискивающе улыбнулся и приложил руку к груди, - Честно выиграл в славной игре под названием «Дурак». А он, - мужчина мотнул в сторону своего оппонента головой, - Силт, местный плотник, платить отказывается. Да и ещё поколотить меня пытался. Вот синяки, - мужчина продемонстрировал собравшимся большой лилово-синий фингал под глазом и ссадину на левой скуле, - Рассудите нас, ваша светлость, по-людски и по закону.

- Да врёт он всё! – Силт сжал кулаки, выглядывая из-за широкой спины невозмутимого охранника. Страж не шелохнулся, лишь медленно расправил плечи, - Мало я тебя поколотил, проходимец! Ты вор и враль! Не смог бы он меня обыграть без жульничества, слышите, ваше сиятельство? Ничего ты от меня не получишь, мошенник!

- А ты докажи, что я вор! – впервые потерял обладание Гар и резко развернулся, - У меня есть три свидетеля, которые видели, как ты на стол свой кафтан кидал, умоляя меня отыграться! Иж, ты! Раздухарился!

- И докажу!

- И докажи!

Тани обернулся и беспомощно посмотрел на отца.

- И что я должен сделать?

- Рассудить, - граф де Реардор покровительственно похлопал сына по плечу.

Юноша надолго замолчал, отстранённо наблюдая за шумной перепалкой спорщиков.

- А ты что думаешь, Корин? – Маркус де Реардор повернулся к старшему сыну. На губах старшего сына графа гуляла довольная улыбка.

- Пусть переиграют, - прошептал юноша так, чтобы его слышали только отец и Натаниэль, - Заставь их играть прямо здесь. Гар конечно пройдоха, но далеко не дурак. Не думаю, что он рискнёт жульничать в твоём присутствии.

Тани просветлел и заулыбался.

- Ты принёс деньги, Силт?

Силт неуверенно кивнул и достал из-за пазухи толстенький кошелёк. Грустно взвесив его в руке, мужчина положил кошель перед «судьёй» на серебряный поднос, стоявший на столике, рядом с креслом «Правды».

- Хорошо, - Натаниэль величественно кивнул и приказал: - Принесите стол и два стула. Вы двое, - он окинул спорщиков внимательным взглядом, - Закатайте рукава. Я прослежу за игрой.

- Вы хотите, чтобы мы переиграли, сир? – Гар страдальчески вздохнул и поморщился.

- Начинайте.

В тот памятный день Арти научился играть в «Дурака».

Глава 18

- Мы пришли.

Артур толкнул тяжёлую дверь, и они оказались в практически пустом зале с высокими сводчатыми потолками и огромным, сейчас занавешенным тяжёлой шторой, окном, занимающем большую часть стены. Центр помещения венчало старое деревянное кресло с высокой покрытой выцветшим красным бархатом спинкой, перед которым стоял круглый столик. На нём стоял странный плоский прибор, назначения которого Артур не знал и раньше его никогда не видел.

В кресле «Правды», названного так с лёгкой руки Корина, развалился крепкий седовласый старик в лёгкой белой рубахе навыпуск, с распахнутым воротом и широкими рукавами и чёрных бархатных брюках. Босые ноги покаялись на приземистом столике. Артур сжал похолодевшие руки в кулаки и шумно вздохнул.

- Это твой отец? – тихо спросил Жрец, с любопытством разглядывая немолодого мужчину. Тот в свою очередь внимательно изучал незваных гостей.

- Мой отец мёртв.

Священнослужитель перевёл взгляд на стены, которые по старинной традиции украшали фамильные портреты семьи де Реардор. Один из них, самый крайний, принадлежал Артуру. На картине юноша был облачён в парадную форму серебристо-чёрного цвета, рука традиционно покаялась на гарде шпаги. Рядом с портретом Арти, оказался холст, с которого на собравшихся взирал худой, кажущийся измождённым молодой человек, с презрительно изогнутыми тонкими губами.

- «Граф Натаниэль де Реардор», - догадался отец Отто.

На следующей картине художник изобразил хитро улыбающегося крепыша со спокойными серыми глазами. Он гордо подбоченился и смотрел куда-то вдаль, мимо заинтересованного зрителя. А с того холста, что был ближе всего к импровизированному трону, на визитёров смотрел пожилой мужчина, с короткими седыми волосами и аккуратной бородкой, который в настоящий момент и восседал на старом кресле.

- Здравствуй, Арти-плакса, - в голосе мужчины чувствовалась властность, странным образом сочетающаяся с толикой растерянности и затаённой радостью от встречи.

- Здравствуй, Корин, - тихо отозвался Артур, - Ты стал очень похож на отца.

- А ты на мать. И, поглядите-ка, он ни на час не постарел! - старик счастливо рассмеялся и слишком проворно для своего возраста спрыгнул с кресла. В складках его белоснежной рубахи блеснул небольшой серебряный медальон: трезубец, одно остриё которого было отломано, - А ведь полвека минуло с того рокового дня, - он закусил губу, так, как всегда делал в детстве будучи чем-то недовольным или взволнованным, - И каково это быть вечно молодым, малыш?

- А каково это иметь душу, Кори-задавака? – вопросом на вопрос ответил Артур.

Корин равнодушно пожал плечами.

- Временами накладно и невыгодно, - наследный граф де Реардор медленно обошёл своего младшего брата по кругу, - Но полезно, если ты об этом. Неужели ты до сих пор ищешь её?

- У меня нет иного выбора.

- Выбор есть всегда, пока Светлая терпит тебя на этой бренной земле.

- Не для меня.

- Твои поиски выжгли тебя изнутри, брат, - Корин осторожно положил руку Арти на плечо, словно пытаясь удостовериться, что это не мираж и не сон и перед ним действительно стоит его давно покинувший родную обитель брат, - Может, стоит остановиться и…, - он отвернулся и громко откашлялся, - Смириться?

- Я должен вернуть то, что у меня укали, ты же знаешь, – Арти старался говорить спокойно, но голос предательски дрогнул.

- Всё ещё ненавидишь его? – после короткой паузы спросил Кори.

- Отца? – на этот раз пришло время помолчать Артуру, - А ты как думаешь? Он обманом заставил своего семилетнего сына подписать договор и продать душу. Это любого разозлит, ты не считаешь?

Рядом шумно выдохнул отец Отто. Жрец стремительно бледнел, с ужасом глядя на стоявшего рядом Артура. На пальце Жреца предостерегающе блеснуло изумрудное кольцо ордена Риальды.

- Кажется, Арти умолчал об этом скромном факте своей биографии, не так ли, святой отец? – Корин читал по лицам не хуже чем в открытой книге. Он подошёл к Жрецу и сверху вниз посмотрел на ошарашенного священнослужителя, - Шестьдесят семь лет назад я погиб, можете себе представить? – старик громко расхохотался, став похожим на беспощадного лесного разбойника, - Глупый подросток захотел обмануть силы природы. И в наказание за наглость, разбился насмерть вместе со своим братом Натаниэлем. Эй, Тани! – он обернулся к осиротевшему без правителя креслу «Правды», - Помнишь, как мы умерли, тогда на Языке мертвеца?

От тёмного закоулка у стены отделилась зыбкая тень, оказавшаяся высоким лысым мужчиной с суетливыми блёклыми глазками. Натаниэль де Реардор, в отличие от Корина, был болезненно худ и сутул, кожа желтоватого оттенка обтягивала острые выступающие скулы, так словно пожилой мужчина не ел, по меньшей мере, дюжину дней.

- Нет, - бесцветно прошелестел Натаниэль, облокачиваясь на скрипнувший подлокотник, - Я помню, как пришёл в себя, лёгкие горели огнём, а во рту поселился дрянной привкус морских водорослей. А ещё - лицо склонившегося надо мной отца. Да… Это был первый и последний раз, когда я видел страх в его глазах.

- Наш отец заключил сделку с Тёмным, - медленно проговорил Артур, изучая сутулую фигуру брата, так словно видел его впервые. В каком-то смысле так и было. Слишком много воды утекло с тех дней, - Я был тогда слишком мал, чтобы осознать, на что соглашаюсь. Он так горевал…

В отличие от широкоплечего и подтянутого Корина, Натаниэль выглядел глубоким старцем.

- Так вот почему Оз так возится с тобой, - прошептал Жрец, пряча руку со сверкающим камнем за спину, - Неужели он не знал об обмане, когда соглашался на сделку?

- Нет.

- А когда всё стало ясно…

- … было уже поздно что-либо менять, - Арти кивнул, не спуская глаз с Натаниэля, - Договор был подписан.

- А ты бы пожертвовал своей душой, если знал обо всех условиях сделки? – хищно улыбаясь, спросил Кори.

Артур не ответил.

- Значит, ты не простил его, - заключил Корин, покачиваясь с пятки на носок.

- Нет, - уверенно ответил его младший брат.

- Ты должен быть благодарен! Отец выторговал для тебя десять лет нормальной жизни, - голос Натаниэля прозвучал резко и надрывно в пустынной тёмном зале, - Достойная плата за жизни двух братьев, не считаешь?

- Не считаю.

- Наглец! – Тани побледнел и пошатнулся, - Ты всегда был эгоистом!

- Подожди, - постарался образумить его старший брат, - В его словах есть правда.

- Он должен был всё мне рассказать, - отрезал Арти, с ненавистью глядя на портрет отца, - А не вызвать к себе в семнадцатилетие и ставить перед фактом, что моя душа теперь собственность самого страшного существа из ныне живущих! «Артур, сынок, это Тозалион, и твоя душа отныне принадлежит ему. Вот удостоверяющий документ. Ты же помнишь, как подписал его сразу после той страшной трагедии на Языке мертвеца?

- Жадный мальчишка, - взвизгнул Тани и закашлялся, - Не благодарный…

- Мог бы продать свою душу, раз так хотел вернуть сыновей! - не остался в долгу Артур. В молчаливых стенах фамильного замка снова вспыхнула старая ссора.

- Правитель без души? – Натаниэль расхохотался, хрипло, словно закаркала старая ворона, - Ты представляешь, к чему могло привести такое решение? Он спасал своих наследников!

- Я тоже был его наследником, - Артур отвернулся, и теперь устало смотрел на свой портрет, висевший на стене.

- Эта очередь никогда не настала бы, - презрительно бросил средний из детей графа де Реардор, - Ты всегда был слаб и слишком… слишком…

- Человечен? – тихо подсказал Арти.

- Ты всегда был размазнёй, Артур! – выкрикнул Натаниэль, багровея, - И никогда не смог бы управлять Рейлдейлом.

- Бывают моменты, когда я начинаю теряться в догадках, чью именно душу продал отец и кого Оз вернул из мира мёртвых, моих братьев или…

- Достаточно, - устало сказал Корин, и братья замолчали, буравя друг друга злыми взглядами, - Забирай то, зачем пришёл, Артур, – он указал на небольшую дверцу в дальней стене зала, - Если сможешь, конечно.

Арти настороженно посмотрел на брата, затем на запертую дверь.

- О чём ты?

- Они появились пятьдесят лет назад, через несколько дней после твоего … бегства, - Кори устало сел в кресло и откинулся на спинку. На лбу мужчины блестели капельки пота, - И видит Светлая, я не имею ни малейшего представления, как ты сможешь их оттуда вытащить.

Глава 19

Корин поднялся на ноги, и вразвалочку подойдя к окну, распахнул его настежь. Вопреки ожиданиям Артура в пустынный тронный зал не проникли ни юркие лучики далёкого солнца, ни освежающее дуновение ветра. Даже звуки и запахи поленились разбавлять тоскливую тишину, царящую в старом замке. Затхлость и странная горечь не желали сдавать своих позиций, и так и продолжали господствовать вокруг.

- Как ты думаешь, - Кори уселся на подоконник, подняв тучу пыли, - откуда взялся этот прекрасный купол? – он поднял голову, словно силясь рассмотреть янтарный пузырь через высокий мрачный потолок зала, - А главное, почему он до сих пор не уничтожил замок? Ему не составило труда стереть в порошок всю растительность, живность и многие пристройки за палисадом. Но не замок. Он ему не по зубам. Так?

Арти словно во сне подошёл к креслу «Правды» и положил ладонь на потрескавшийся подлокотник.

- «Ты должен смириться, Артур!», - голос отца, услужливо напомненный коварной памятью, звенел от ярости. Их последний разговор с отцом произошёл именно здесь, - «Слышишь? Только у тебя хватит сил и упорства, чтобы вернуть её!»

- «Ты предал меня!» - глаза застилали слёзы отчаяния и страха. Что с ним будет дальше? Где он должен искать свою душу?

- «Да», - отец сломанной куклой отсел на кресло, голова и плечи его поникли, - «Я предал тебя. А теперь уходи».

С того дня, они больше никогда не виделись.

- Охраняет кого-то? – юноша отдёрнул руку, словно боялся обжечься о старую деревяшку.

Белёсые брови Натаниэля взлетели вверх в притворном удивлении.

- Ты смотри-ка, какой у меня смышлёный братец вырос. А мы-то дурни всё гадаем!

- Мы здесь уже пять сотен лет, Арти. Без сна, еду, воды, - увидев изумление на лице брата, Корин обвёл зал рукой, - Да, да, парень. Время здесь живёт своей непредсказуемой жизнью. То тянется ленивой змеёй по нагретым солнцем камням, то летит, будто заметивший добычу коршун, - мужчина указал на спинку кресла, рядом с которым стоял Артур, - Видишь эти зарубки?

Артур обошёл импровизированный трон. Бархат кресла «Правды» был содран, а дерево спинки испещрено тысячами насечек.

- Это дни, брат, - ответил Корин на безмолвный вопрос поражённого юноши, - Недели, месяцы и года, десятилетия. И каждое солнцестояние они приходят вновь и вновь, - он кивком указал на стоящий в центре зала куб, - Мы управляем городом с помощью этого славного приспособления. Только так мы можем определить, сколько дней прошло или столетий… А для них, простых жителей Рейлдейла, время идёт своим чередом.

- Что это? – Борода осторожно обошёл подставку с кристаллом по кругу. Глаза любопытного и охочего до всяких механизмов гнома загорелись неподдельным интересом.

- Гало-проектор.

- Интересно, хм…, - крепыш с видом знатока покачал головой, - И как он работает?

- Транслирует картинку на специальные экраны на главной площади города, - Корин закинул руки за голову, - Занятная штуковина. Её нам презентовал сам правитель Итариса, Райен. Прибыл инкогнито в гости через месяц после твоего отъезда. Отец тогда слёг, - он бросил на Артура осуждающий взгляд, - Очень переживал. И вдруг граф Маркус всех нас собирает в атмосфере строжайшей секретности. Мы с Тани, конечно же, не знали, кто нас ждёт в читальном зале отца. В отличие от него самого.

Корин подмигнул младшему брату и вдруг легко откинулся назад, и прежде чем Артур успел что-либо осознать, попросту лёг прямо на воздух, словно на мягкое пушистое облако.

- Испугался? – граф де Реардор довольно расхохотался, устраиваясь поудобнее, - Эта тварь, - он с усталой злобой воззрился на потолок, - охраняет и нас, можешь себе представить? Не даёт умереть, навредить себе.

- И сбежать, - подал голос Натаниэль, - А ведь настолько проще было бы просто уничтожить нас, раздавить и забыть навсегда. Но нет…

- Может, вы не представляете угрозы? – меланхолично предположил Борода.

Глаза Корина оскоблено блеснули. Наследный граф нахмурился, и склонил голову на бок, внимательно изучая смутившегося гнома.

- Или он придерживает вас для чего-то, - пришёл не помощь Бороде Артур. Юноша подошёл к брату и осторожно потрогал пространство между спиной Корина и туманной бездной, ведущей к земле. Воздух мягко пружинил, так, словно Кори лежал на мягкой перине.

- Думаешь, он выпустит тебя? - мужчина с любопытством наблюдал за манипуляциями брата, - Или ты представляешь угрозу, как выразился твой приятель?

- Ты застрял тут вместе с нами, малявка, - злорадно заметил Натаниэль, - Добро пожаловать в клуб.

- Это мы ещё посмотрим, - чувство дежавю постучалось в сознание юноши. Он снова играл со временем и попал в ловушку. Где же ты Сили? Кто на этот раз будет вытаскивать их из передряги?

- Что за дверью? – Артур посмотрел на крошечную дверцу за креслом. В детстве там располагалось полуподвальное помещение, в котором отец оборудовал себе небольшой кабинет и не пускал туда ни единую живую душу.

- Нечто особое, - туманно ответил Корин.

- Ты там гарпию, что ли, прячешь? – Арти нервно рассмеялся, сказывались приключения последних недель, - Или как?

- Или как, - Кори спрыгнув на пол и, в несколько шагов преодолев тронный зал, распахнул перед Артуром заветную дверцу, - Пойдём. Сейчас сам всё увидишь. Только, - мужчина остановился и обернулся, - Тебя там кое-кто ждёт. И прежде чем принять решение, - он по-мальчишечьи ухмыльнулся, совсем как в детстве, - выслушай его, будь добр.

- Кого?

- Увидишь.

Наследный граф де Реардор зажёг факел и протянул его младшему брату. Несколько шагов вниз по лестнице и зачадивший светоч распугал прижившиеся во тьме тени, заставив их в панике скакать по шершавым каменным стенам. Следом за юношей шёл настороженный гном. Отец Отто замыкал шествие. За спинами путников с лязгом закрылась дверь.

Глава 20

Здесь всё было по-старому, именно так, как Артур запомнил ещё с детства. Длинная тесная винтовая лестница вела глубоко под землю. Бороде пришлось постараться, чтобы протиснуться между стенами подвального прохода. Гном шёл боком, непрестанно бормоча себе под нос что-то о «горе-строителях» и «узких черепушках».

- Сейчас будут сломанные ступени, - Арти обернулся, и тень от факела упала на его лицо, - Осторожнее.

Проход закончился широкой площадкой, ведущей к простой дубовой двери, скрывавшей от любопытных взоров обширную библиотеку, гордость графа Маркуса де Реардора.

- Он умер здесь, - на последней ступеньке спиной к маленькому отряду сидел худощавый мужчина в видавшей виды походной куртке, - Твой отец, - он медленно встал и обернулся. Во впалых глазах Оза плескалось густое янтарное озеро.

Артур равнодушно смотрел на своего работодателя. В пору бы удивиться, но нет. В душе юноше зрела уверенность, что всё идёт по плану и именно так и должно быть.

- Что там?

Из-под двери, из тонкой щели робко проглядывало оранжевое щупальце тепла.

- Прошлое, настоящее и будущее, - Оз проследил за взглядом юноши и улыбнулся, совсем немного, уголками губ, - То с чего всё начиналось и то, чем всё закончится.

- Неужели мальчишка так изменил прошлое?

- Мальчишка, - устало повторил Оз, проводя рукой по измождённому лицу, - Мастер Силард, единственный оставшийся на Итарисе Мастер-Временщик. Надежда и ужас поколений. Безграничная власть в руках ребёнка, - он глубоко вздохнул и поинтересовался: - А знаешь, кто был последним Временщиком, Артур?

Арти отрицательно покачал головой. Беседа с Озом вдруг показалась ему совсем незначительной и лишней. Всё внимание юноши занимало мягкое и такое притягательное свечение, идущее из щели под дверью. Молодой человек потянул руку к тонкой медной ручке.

- Им был я, - глаза мужчины сузились, - Эй, - он схватил Артура за руку, - Сначала выслушай меня. Это важно!

- Что там? – повторил юноша и упрямо мотнул головой, отгоняя странный морок.

- Усыпальница.

Его прервал грохот и шумный возглас. Отец Отто кубарем скатился с крутых ступенек и, утерев рукавом, вспотевший лоб, замер потрясённо глядя на свою руку. Кольцо на среднем пальце взорвалось ярким изумрудным сиянием и пульсировало. Металл пожелтел и от него шёл ощутимый жар.

- Что же такое творится? - прошептал Жрец, переводя заворожённый взгляд с кольца на неприметную дверцу библиотеки, - Кого вы там прячете?

- Ты знаешь ответ, Отто Сур.

- Неужели…

- Если мы сейчас разбудим её, наш мир погибнет, - Оз с лёгкостью догадался, о чём думает священнослужитель. Мужчина встал между Жрецом и заветной дверью и распрямил плечи, загораживая её.

- Да ты…, - отец Отто задохнулся от возмущения, с ненавистью глядя на Оза. В горле его что-то заклокотало и вырвалось наружу с яростным рёвом, - Как ты посмел?!

- Если этот мальчик раскроет временную капсулу, твоя дочь погибнет, - в голосе Оза звенела сталь, - Она заберёт её себе.

- Что? – затуманенный взгляд Жреца на мгновение прояснится.

- Она заперта там, во временной ловушке, Отто, - устало проговорил Оз. Он положил руки на плечи Жреца и несильно встряхнул его, приводя в чувства.

- Как она там оказалась? – святой отец моргнул и нахмурился.

Оз вздохнул, собираясь с силами.

- Давным-давно я создал временной карман, но последние события повлияли на него и саркофаг оказался в Итарисе именно сейчас, в этом замке. И Она… защищается. Я не в силах противостоять созданному Ей куполу. Он будет продолжать расти и отвоёвывать себе территорию для существования.

- Это невозможно, - Жрец прислонился спиной к двери и медленно сел на пол, - Невозможно.

- О чём он? – Арти растерянно смотрел то на ошарашенного священнослужителя, то на усталого опустошённого Оза.

- Зачем ты это сделал? – святой отец прислонился головой к голодной стене.

- Вы распродали Её душу за гроши, Жрец, - тихо ответил Оз, усаживаясь рядом, - Она мечтала с помощью своего Дара прожить сотни, тысячи жизней, переживая ваши радости и разделяя горести, а вы…

- Мы не знали….

– Это ложь, - с усталой улыбкой отозвался Оз, - Этот обман Она не смогла пережить. Мне пришлось обмануть Её. Ту, что любил больше жизни. Предать, заманив в хитроумную ловушку.

- Но зачем? – голос Жреца стал похож на шелест увядшей листвы.

- Чтобы спасти хоть крупинку той женщины, которую я боготворил. Ярость отравила Её сердце, ярость и жгучая обида. Шло время, и эта опасная парочка поработила Её дух и сердце, вытеснив любовь ко мне и всему живому, сотворённому когда-то нами, - Оз вытянул длинные ноги и невидящим взглядом уставился в стену, - Я спасал вас, погрузив Её в бесконечный сон.

- И что произойдёт, когда мы откроем саркофаг? – тени на стене шевельнулись, с любопытством прислушиваясь к странной беседе.

- Итарис утонет в ненависти. За все годы, проведённые в этом подземелье, Она успела забыть, что такое радость и счастье. Я истоптал все дороги нашего мира, пытаясь собрать Её душу по крошечным осколкам, используя все мыслимые и немыслимые возможности. Но не успел. Появился Силард. И это стало толчком. Она начала пробуждаться и затягивать в себя чужие души, как страшный водоворот. Особенно детские. Лакомый кусочек первозданной силы.

- Дети, - прошептал Борода, заворожённо глядя на поникшего святого отца, - В Рейлдейле начали пропадать дети.

- И вот сон начал проникать в реальность, рождая кровожадных чудищ, заполонивших Итарис. Её силы множатся, взращивая мощь диких невообразимых тварей, охочих до чужой крови. А мальчишка, - губы Оза посинели, а изо рта вырвалось облачко молочного пара, - Не ведая, что творит, он потревожил Её сон и теперь Она пытается освободиться из временного кокона, в который я Её поместил. То, что мне удалось собрать, - он достал из стоявшей у его ног сумки свёрнутое в рулон полотно и раскатал его по полу. Внутри оказалось множество кармашков-ячеек, каждую из которых занимала переливающаяся сфера души, - Боюсь, что этого не хватит, - его плечи поникли, - Слишком рано.

- Чем дольше Итарис живёт без Светлой, тем страшнее последствия, - Отец Отто как заворожённый смотрел на тихо перешёптывающиеся сферы, - Наш мир стоит на грани катастрофы. Он разрушается, превращаясь, в одинокие развалины старого замка. Всё живое неминуемо исчезнет.

- У вас ещё есть надежда, - Оз склонился над сумкой и провёл пальцами по шарикам душ. Сферы испуганно замерли, - А если мы выпустим Её - Итарис будет обречён.

«Тоза-алион».

Оз вздрогнул и обернулся. Нежный шёпот пробивался из-за двери и весенней капелью звенел по стенам и потолку тёмного коридора. Он обволакивал растерянного мужчину, словно мягкая туманная дымка.

- Она зовёт тебя, - отец Отто обернулся, и зажмурился. Голова священнослужителя кружилась так, словно он вышел из увеселительного заведения после доброй ночной гулянки.

Воздух загустел, став медово-жёлтым.

- Она просыпается, - Оз приложил ладони к тёплому дереву двери.

Пол под ногами задрожал и закачался, а с потолка посыпалась мелкая каменная крошка.

- Землетрясение? – Борода крепко стоял на ногах, упираясь широкими плечами в узкие высокие стены.

- Так Она разрушит весь город, - воскликнул Артур, восстанавливая равновесие.

- Это только начало, – Оз обернулся. В глазах мужчины плескался янтарь.

- Я должен увидеть Её, - сказав это, отец Отто ловко поднялся на ноги и, взявшись за блеснувшую в свете факела ручку, толкнул дверь. Отступив на шаг, он зажмурился от отселившего его зарева.

Глава 21

Граф Маркус частенько сиживал здесь, в большом овальном зале, погрузившись в свои мысли или просто читая книги своей обширной библиотеки. В отличие от сыновей, предпочитавших читать на улице на свежем воздухе, он любил изучать старые книги именно под землёй, вдыхая горький аромат древних рукописей. Стены библиотеки представляли собой длинные ряды стеллажей, заполненных старыми фолиантами, потрёпанными книгами и крошечными книжечками, альбомами с красивыми картами далёких земель и тысячами аккуратно свёрнутых свитков. Сейчас полки истинной гордости Маркуса де Реардора опустели. Ни одной книги не попалось на глаза Артура. Теперь законные места старых рукописей и многочисленных томов в кожаных переплётах занимали крошечные коробочки-ячейки, в каждой из которых дремал яркий шарик чьей-то души. Некоторые перешёптывались между собой, кто-то кричал, пискляво, но так отчаянно и обречённо, что у Артура сжалось сердце.

Часть полок была и вовсе пуста.

- Да их тут сотни тысяч! – прошептал Артур, заворожённо оглядываясь.

- Чуть больше половины, - Оз вошёл следом за Арти и с хозяйским видом осмотрел библиотеку, - Всё, что я успел собрать за эти годы. Пойдём.

Они прошли вглубь библиотеки. У стены, там, где при жизни графа Маркуса стоял вечно заваленный книгами стол, над которым в простом держателе крепился подсвечник, сейчас находился длинный изящный саркофаг из горного хрусталя, окованный тонкими золотыми пластинами. Стенки саркофага были испещрены витиеватыми письменами совершенно не знакомыми Артуру. Буквы словно бы жили своей собственной жизнью, постоянно меняя свои места, приплетаясь и переливаясь всеми цветами радуги.

- Этелентийцы? – с недоумением прошептал идущий рядом отец Отто. - Неужто это они заговаривали эту гробницу?

Рядом с саркофагом стоял включённый гало-проектор. В тусклом шаре одна батальная сцена сменяла другую, переплетались лица людей, день уступал место ночи. Небо то укрывалось тучами, то озарялось солнцем. Шёл снег, затем дождь. Миг и с небосвода светил яркое солнце.

- Здравствуй, любовь моя, - Оз опустился на колени и положил ладони на прозрачную крышку.

В саркофаге лежала хрупкая девушка, глаза её были закрыты, длинные медные волосы аккуратно уложены на белоснежной подушке. Могло показаться, что она мирно спит, если бы не её лицо. Оно постоянно менялось. Гримасы ужаса и умиротворения сменяли одна другую. Грусть, ужас, смятение, ненависть сражались в ожесточённой безмолвной войне за сердце юной красавицы.

От большинства сфер-душ, занимавших почётное место на полках старой библиотеки, к саркофагу тянулись тонкие практически незаметные нити, окутывая девушку белёсым коконом. Несколько сфер погасли и лопнули, но большинство горели так ярко, что на них было больно смотреть.

- Она страдает, – хрипло прошептал отец Отто с жалостью глядя на постоянно меняющееся лицо Риальды. Он стоял за спиной Оза, губы и руки Жреца дрожали. Кольцо на руке переливалась в такт свечения саркофага, становясь то нежно-зелёным, то тёмно-изумрудным или даже почти чёрным. Золото раскалилось докрасна, могучими тисками сжав палец священнослужителя, но Жрец казалось, не замечал боли. Святой отец прошёл вперёд, задумчиво склонился над танцующими рунами и тут же отпрянул.

- Отец! – прямо на мутноватой хрустальной поверхности саркофага появилось лицо Элизабет, - Помоги мне, отец!

- Элизабет! - священнослужитель бросился на тонкую крышку, - Как ты там очутилась?!

- Это ещё одна загадка, - Оз мрачно смотрел на искажённое мукой лицо юной рекрутерши.

- Выпусти её оттуда! – отец Отто подскочил к мужчине и схватил его за грудки, - Слышишь?! Отпусти!

- Я не могу, - Оз осторожно отцепил от своей куртки похолодевшие руки испуганного Жреца, - Идёт война, Отто Сур. Многие годы. Здесь и сейчас. Крошечная война за огромную душу.

- Что с Её волосами? – священнослужитель смутился, устыдившись внезапного яростного порыва, и предусмотрительно заложил руки за спину.

- Золото ушло, - прошептал Тозалион, проводя ладонью по пыльному хрусталю, - Настало время меди, - он подошёл к гало-проектору и склонился над ним словно полководец над картой боевых действий, - Видите? Это то, что происходит сейчас там, - мужчина поднял голову и посмотрел на потолок, - В Итарисе. Она спит и видит сны. И всё, что Ей снится, происходят по-настоящему, где-то очень далеко… Она разрушает всё, что некогда мы создали вместе.

- Ты держишь Её в тюрьме, - отец Отто положил руку на крышку саркофага. Призрачная Элизабет сделала то же самое с другой стороны, - Их обеих.

- Я хочу помочь! – воскликнул Оз, хватаясь за голову, - Как же вы не понимаете?!

- Что будет, если она проснётся раньше? – Артур склонился над огромным шаром, в котором с безумной скоростью сменялись картинки. Юноша вздрогнул от ледяной мысли и, бросив свою сумку на пол, начал судорожно в ней рыться, - Что произойдёт, если всех этих душ не хватит?

На свет появился резной ларец и мешочек из тёмно-синего бархата. Артур дрожащими руками отрыл ларчик и начал торопливо раскладывать собранные им души по деревянным нишам, заменяя ими почерневшие осколки.

- Она силой заберёт, то, что принадлежит Ей по праву, - Оз с грустной улыбкой наблюдал за действиями Арти. Вот совсем недавно они были заклятыми врагами, и теперь недавний рекрутер сам делает его работу, возвращая то, что ему никогда не принадлежало.

- Или простит нас, как и надлежит поступать с неразумными детьми, - Отец Отто безрезультатно пробовал снять с пальца кольцо, - Ты должен выпустить её, - прошептал Жрец и склонился над саркофагом. Он как заворожённым следил за метаморфозами, происходящими с лицом Риальды, и казалось, перестал дышать.

- Время ещё не пришло.

- Это не вам решать, - голос отца Отто изменился. Он поднял голову и широко улыбнулся. В глазах Жреца плескался янтарь.

Тозалион бросился вперёд, но всё же опоздал. Заклинание рождалось слишком медленно, словно неохотно слетая с губ уставшего волшебника. Руки налились свинцом, пальцы не слушались, отказываясь складываться в такой знакомый знак «Смерти». Заклятье мгновенной погибели не желало воплотить своё чудовищное предназначение и словно подыгрывало Жрецу ордена Риальды.

Рядом раздался грохот. Бросив ларец на пол, Артур прыгнул к святому отцу, в отчаянной попытке оттолкнуть его от саркофага. Он всё понял, мальчик, чья душа хранилась в одной из ячеек на самом дальнем стеллаже графской библиотеки. Но было уже поздно. Размахнувшись, отец Отто со всех ударил кольцом Риальды прямо в центр хрустального саркофага. В разные стороны полетели разноцветные осколки, зал огласил мелодичный перезвон, тут же сменившийся оглушающей тишиной.

Где-то под потолком родился крошечный чёрный вихрь. Громко гудя, он опустился к старым стеллажам, в многочисленных ячейках которых в едином порыве вскрикнули тысячи душ. Испугано мигнув, потухли свечи, и старая библиотека погрузилась во тьму.