Romano Pasquini

Мир Боевых Искусств: Старт с Божественным навыком максимального уровня.

Глава 1

Город Парчового Солнца!

Был самый разгар дня. Шумные толпы затопили улицы огромного города, где отовсюду доносились крики зазывал, бойкая торговля и азартные споры о цене. Воздух звенел от суеты и жизни. У городских ворот молодой учёный в поклоне сложил руки перед другим юношей.

— Благодарю вас, брат Су, за то, что сопроводили меня до самого Города Парчового Солнца.

Однако тот юноша, казалось, витал где-то в облаках и даже не услышал слов благодарности.

Учёный на мгновение задумался, и его лицо озарила догадка. Он извлек из рукава горсть ломаного серебра и протянул своему спутнику.

— Брат Су, это плата за сопровождение. Прошу, примите.

— А?

Только теперь юноша словно очнулся ото сна. Он громко рассмеялся, небрежно сгреб серебро и, быстро пересчитав его на ладони, убедился, что сумма верна. Лишь после этого он с улыбкой произнес:

— Прекрасно, прекрасно. Дело сделано, деньги получены. Желаю брату Ли блестящего будущего.

Ученый муж по фамилии Ли лишь горько усмехнулся. Казалось, он хотел сказать многое, но в итоге из груди его вырвался лишь тяжелый вздох.

— Будем надеяться на ваши добрые слова. Что ж, на этом наши пути расходятся.

— Прошу!

Юноша отвесил ему учтивый поклон. Только после этого учёный развернулся и, смешавшись с бурлящей толпой, в мгновение ока исчез из виду.

Юноша, которым был не кто иной, как Су Мо, проводил его взглядом, пока тот не растворился в людском море Города Парчового Солнца. Затем он подбросил на ладони серебро и тихо вздохнул.

— Проделать весь этот путь от Города Падающей Зари до Города Парчового Солнца, терпеть дорожные лишения, кормить себя и коня… и все это ради жалких пяти серебряных. Эх, тяжелые нынче времена, нелегко вести дела. Но ничего, лиха беда начало. Раз уж первое дело сделано, дальше, надеюсь, пойдет полегче.

Он уже собирался было развернуться и отправиться обратно в Город Падающей Зари, но какая-то мысль заставила его остановиться. Вместо этого он шагнул в ворота и вошел в огромный город. Вскоре он нашел небольшой постоялый двор, снял комнату и решил немного передохнуть.

Проводив слугу, Су Мо присел на край дощатой кровати и, сосредоточившись, вызвал перед собой полупрозрачную панель.

[Система Охраны Грузов] [Владелец: Су Мо] [Охранное бюро: Охранное бюро Пурпурного Солнца] [Задание: Сопроводить Ли Ишу в Город Парчового Солнца к его родственникам (Выполнено)] [Награда: Расчет…]

Уголок рта Су Мо нервно дернулся.

«Расчет начался, как только я вошел в город. Я потратил полдня, чтобы найти этот постоялый двор и устроиться, а он все еще не завершен? А ты, Система, не слишком-то расторопна».

Проворчав про себя, Су Мо поднялся и распахнул окно, надеясь насладиться видом оживленной улицы Города Парчового Солнца. Но он забыл, что снял всего лишь комнату класса «Земля». Хоть она и была одноместной, с простой мебелью, но вид на улицу был привилегией комнат класса «Небо». Распахнув ставни, он увидел лишь задний двор с конюшнями, откуда в нос ударил едкий запах конского навоза, смешанного с прелым сеном. Су Мо поспешно захлопнул окно и лишь устало покачал головой.

Он хотел было налить себе чаю, чтобы промочить горло, но, подняв чайник, обнаружил, что тот пуст. С досадой поставив его на место, Су Мо взял в руки чашку и принялся вертеть ее, а взгляд его стал отсутствующим.

Он был обычным молодым человеком из современного мира, который неведомым образом перенесся в этот мир боевых искусств. Вдобавок ко всему, он унаследовал охранное бюро — «Пурпурное Солнце», фамильное достояние семьи Су. Три поколения назад его прадед, Су Чэнъюй, по счастливой случайности стал учеником Секты Пурпурного Солнца и овладел ее боевыми искусствами. Спустившись с гор, он, пользуясь именем секты, основал это бюро.

Надо сказать, что Охранное бюро Пурпурного Солнца знавало и лучшие времена. В пору своего расцвета оно пользовалось уважением как на праведном, так и на темном пути, а его охранники исходили едва ли не половину Восточной Пустоши. Пусть оно и не считалось первым в Пустоши, но определенно входило в число крупнейших. Однако слава предков осталась в прошлом, и со временем бюро пришло в упадок. Каждое следующее поколение было слабее предыдущего, а отец Су Мо и вовсе погиб во время одного из заданий. Вскоре после смерти мужа его мать угасла от тоски.

В те годы сам Су Мо был еще юн и несмышлен. Хотя ему и досталось немалое наследство, оно быстро растаяло в руках непутевого отпрыска. К тому же он был слаб в боевых искусствах, ленив, жаден и хитер. В конце концов, знамя Охранного бюро Пурпурного Солнца окончательно пало. Все охранники разбежались, и от некогда великого бюро остались лишь он сам да старый, преданный слуга. Именно в этот момент и появился Су Мо из другого мира, заняв место своего предшественника и став главой бюро. Правда, главой он был лишь на словах — скорее, генералом без армии.

Поначалу Су Мо думал продать остатки имущества и, пользуясь своими знаниями из другого мира, найти способ прокормиться. Но тут, откуда ни возьмись, появилась Система. После нескольких дней мучительных раздумий Су Мо все же решил вновь поднять павшее знамя своего рода. В тот день, когда он принял это решение, старый слуга плакал от счастья, причитая, что молодой господин наконец-то повзрослел. Но Су Мо прекрасно понимал: путь по миру боевых искусств тернист и опасен. А с такой подмоченной репутацией, как у его бюро, вернуть былую славу будет непросто.

Поэтому он дни напролет либо усердно тренировал семейные боевые искусства, либо изучал записки предков, впитывая знания о мире боевых искусств, его негласных правилах и тайном языке, и терпеливо ждал своего часа. Он готовился к тому, что если заказ все же появится, его не побьют первые же встречные разбойники. И его упорство было вознаграждено — кто-то действительно обратился в уже почти забытое Охранное бюро Пурпурного Солнца. Так Су Мо получил свое первое задание: сопроводить ученого Ли Ишу в Город Парчового Солнца.

…

Его размышления прервал стук в дверь. Он встал и спросил, кто там. Оказалось, это слуга принес горячей воды. Отпустив его, Су Мо заварил себе чай и только собрался сделать глоток, как в ушах раздался долгожданный голос.

[Первичный расчет завершен!]

— Ого!

Сердце Су Мо радостно екнуло. Мир боевых искусств полон бурь и коварства. Его главной опорой в грядущих странствиях была отнюдь не полузабытая семейная техника, а именно этот чит — его Система. Он тут же отставил чашку, и следом прозвучало новое уведомление.

[Получена награда: Искусство Праджни Дракона и Слона — Великое Совершенство!]

— !!!

Су Мо потрясенно замер. Не успел он прийти в себя, как почувствовал, что из его даньтяня хлынул поток внутренней энергии — мощный, неиссякаемый, бесконечный. Он устремился по меридианам, наполняя каждую частичку его тела. В то же мгновение в его разум ворвался огромный массив знаний — мантра для практики Искусства Праджни Дракона и Слона.

Не теряя ни секунды, он взлетел на кровать и сел, скрестив ноги, следуя полученным инструкциям. Внутренняя энергия, взяв за основу даньтянь, устремилась вверх по «двенадцатиэтажной башне» горла, хлынула в двенадцать главных меридианов… Внутри его тела раздавался непрерывный грохот, а виски неистово пульсировали!

Пройдя по всем двенадцати главным меридианам и пробив все акупунктурные точки, внутренняя энергия естественным образом устремилась в восемь чудесных меридианов. Первыми на ее пути оказались каналы Жэнь и Ду. Она пронзила их насквозь! Небесный Мост, Сокровенные Врата Жизни и Смерти для любого практика боевых искусств — каналы Жэнь и Ду — были пройдены в одно мгновение, без малейшего усилия… Открыты!

Глава 2

Искусство Праджни Дракона и Слона считалось высшим учением Тайной Секты. Говорили, что каждый освоенный уровень дарует силу одного дракона и одного слона. Достигший десятого уровня обретал мощь десяти драконов и десяти слонов! Однако награда, которую получил Су Мо, была куда выше — тринадцатый уровень, Великое Совершенство.

Такой ступени человек достичь не мог в принципе. И дело было не в сложности самой техники, а в единственном непреодолимом препятствии — времени! Обычному человеку требовалось два года на освоение первого уровня, четыре — на второй, восемь — на третий… и так далее. Кто из смертных мог прожить несколько тысяч лет, чтобы достичь тринадцатого уровня Великого Совершенства? Даже гений, чей талант позволял продвигаться намного быстрее, за всю свою жизнь мог лишь надеяться покорить десятую ступень.

И только Су Мо, благодаря награде Системы, за один день совершил прыжок через драконьи врата, достигнув невиданной доселе высоты. Но даже с таким даром ему потребовалась целая ночь, чтобы полностью подчинить себе эту колоссальную внутреннюю силу. Теперь она двигалась по его воле, послушная каждому его помыслу.

Он медленно выдохнул. Струя воздуха была такой длинной и ровной, что казалась бесконечной. Когда он резко открыл глаза, его взгляд был так ярок, что на миг озарил комнату призрачным светом. К счастью, это странное явление длилось лишь мгновение и осталось незамеченным, иначе о нем заговорил бы весь мир боевых искусств, и слава нашла бы его раньше времени.

«Так вот оно какое, Искусство Праджни Дракона и Слона!»

Су Мо вскочил на ноги и, ощущая бурлящую в теле внутреннюю энергию, почувствовал глубокое удовлетворение.

«С такой техникой в моем арсенале возрождение бюро — лишь вопрос времени. Хм, но мир боевых искусств коварен и опасен. Пусть даже с Великим Совершенством Искусства Праджни мне нечего бояться в открытом бою, нужно остерегаться тайных заговоров и подлых трюков».

За последнее время он досконально изучил записки своих предков и составил довольно четкое представление о жестоком мире боевых искусств. В нем хватало всякого сброда. Те, кто не мог одолеть противника в честном бою, не гнушались использовать за спиной самые грязные уловки, от которых было почти невозможно защититься. В рукописях не раз упоминались случаи, когда могучие мастера погибали от рук коварных негодяев, пав жертвой предательства или внезапного нападения.

Поэтому эйфория Су Мо быстро сменилась трезвым расчетом. Он мысленно предостерег себя от излишней самоуверенности.

Собрав свои скромные пожитки и отхлебнув остывший за ночь чай, он спустился вниз, перекусил и покинул постоялый двор. Дел в Городе Парчового Солнца у него больше не было. Доставив Ли Ишу, он мог сразу же возвращаться в Город Падающей Зари. Но из-за задержки с расчетом Системы и необходимости освоить первую награду он задержался на ночь. Теперь, когда награда была получена, пора было отправляться в путь.

Правда, в город они с Ли Ишу пришли на своих двоих, и обратно Су Мо тоже не собирался мчаться верхом. Лошади нынче дороги!

«Что ж, лиха беда начало. На данном этапе надо экономить, где только можно», — бормотал себе под нос Су Мо, покидая город. Определив направление, он двинулся в сторону Города Падающей Зари.

…

День был ясный. Су Мо нашел удобное место в тени деревьев у дороги и, прислонившись к стволу, принялся за свой сухой паек. Он шел уже полдня и в полной мере ощутил преимущества Искусства Праджни Дракона и Слона. Раньше, с его скудным запасом внутренней энергии, он быстро уставал. К счастью, Ли Ишу был обычным учёным, не способным и курицу удержать, так что его слабость осталась незамеченной. Теперь же, после целого утра пути, он чувствовал себя бодрым и полным сил, а выносливость казалась бесконечной. Если бы не голод, он мог бы, кажется, добежать до Города Падающей Зари без единой остановки.

Он откусил кусок лепешки, запивая ее водой из фляги. Не слишком вкусно, но живот набить можно. Внезапно его чуткий слух уловил какой-то шорох в лесу. Он обернулся, вглядываясь в чащу. Прошло довольно много времени, он успел съесть больше половины лепешки, прежде чем из-за деревьев показался человек в черной одежде.

Мужчина был худ, изможден, а во взгляде его горел дикий огонь. Заметив Су Мо, он вздрогнул от неожиданности — его брови и уголки глаз дернулись. Он явно не ожидал встретить здесь кого-то живого. Однако уже через мгновение на его лице отразилось облегчение, и он, пошатываясь, направился прямо к Су Мо.

Су Мо слегка нахмурился. Когда незнакомец подошел ближе, он почувствовал идущий от него густой запах крови.

«Такие люди — ходячая неприятность, — подумал он. — А в мире боевых искусств от неприятностей лучше держаться подальше».

Но не успел Су Мо подняться, чтобы уйти, как человек с глухим стуком рухнул перед ним на колени.

— Зачем же так кланяться? — изумился Су Мо.

Уголок рта черной фигуры дернулся, и, не успев произнести ни слова, он закашлялся, выплюнув сгусток крови. Его дыхание стало едва слышным.

— Ты… из Охранного бюро Пурпурного Солнца?

Су Мо опустил взгляд на свой рукав, где были вышиты иероглифы «Пурпурное Солнце», и все понял. Не дожидаясь ответа, незнакомец выхватил из-за пазухи парчовую шкатулку и бросил ее Су Мо.

— Прошу вас… доставьте это на Почтовую станцию Кричащего Петуха, в Постоялый двор Нефритового Источника. Передайте человеку по имени Ван Сянлинь. Когда дело будет сделано… вас щедро отблагодарят!

[Задание: Доставить парчовую шкатулку Ван Сянлиню в Постоялый двор Нефритового Источника на Почтовой станции Кричащего Петуха!] [Принять?]

«Так быстро второе задание?»

Су Мо заколебался. Почтовая станция Кричащего Петуха была не так уж далеко. Хоть и не совсем по пути, это заняло бы всего несколько лишних дней. Его смущало другое: это дело явно было опасным. Обещание щедрой награды, конечно, звучало заманчиво, но ввязываться в чужие разборки, ничего не зная о сути дела, — значит добровольно подставлять себя под удар. Хоть Су Мо и был новичком в мире боевых искусств, он уже усвоил главный принцип: тише едешь — дальше будешь. Он никак не мог решиться.

Но прежде чем он успел принять решение, тело незнакомца в черном обмякло, и он замертво рухнул на землю.

— Эм-м…

Су Мо ошеломленно уставился на него. Как это он так быстро умер?

Поразмыслив секунду, он поднялся, убрал лепешку в походную сумку и, взяв шкатулку, подошел к трупу. Натянув перчатки на случай, если тело отравлено, он перевернул его. Беглого осмотра хватило, чтобы понять: смерть этого человека была предрешена. Его тело было сплошь покрыто бесчисленными ранами от мечей и сабель, а в области сердца виднелась вмятина — след от мощного удара внутренней силой. То, что он вообще смог дотянуть до этого места, уже было чудом.

— Мечники, мастера кулачного боя… Врагов у него хватало. Да, этот заказ — сплошная головная боль. К тому же, даже аванса не оставил. Пожалуй, лучше не браться за это…

Пока Су Мо бормотал это себе под нос, до его слуха донесся звук приближающихся шагов. А затем раздался насмешливый голос:

— Верно, верно. За такое дело можно и головы лишиться. На твоем месте я бы тоже не взялся.

Глава 3

— Верно, верно. За такое дело можно и головы лишиться. На твоем месте я бы тоже не взялся.

Голос раздался сбоку. Су Мо обернулся и увидел молодого человека с широким мечом у пояса и добродушной улыбкой на лице. Заметив взгляд Су Мо, юноша улыбнулся еще шире.

— Раз уж ты не собираешься браться за это дело, может, отдашь шкатулку мне?

— Что ж, бери, — без колебаний ответил Су Мо и бросил ему ларец.

Молодой человек поспешно поймал шкатулку. Его ладони едва заметно дрожали, но он тут же расхохотался:

— Отлично! Какой ты сговорчивый! В таком случае, у меня есть еще одна нескромная просьба!

— И какая же? — полюбопытствовал Су Мо.

— Не мог бы ты... одолжить мне свою голову!

Не успели его слова затихнуть, как в воздухе сверкнул клинок, и острие уже неслось к шее Су Мо. С самого своего появления этот юноша не собирался оставлять Су Мо в живых. Убийство и грабеж — дела, требующие скрытности. Су Мо не только увидел и подержал в руках шкатулку, но и разглядел лицо человека в черном, а это уже само по себе было смертным приговором. Иначе зачем нападать? Су Мо ведь ясно дал понять, что не хочет ввязываться в неприятности. Почему бы просто не дать ему уйти, а потом забрать ларец? Все были бы довольны. Но нет, этот парень с самого начала пришел убивать. Отдаст Су Мо шкатулку или нет, возьмется за сопровождение или откажется — для него это не имело никакого значения.

Меч у юноши был хороший, и владел он им мастерски — отсекать головы ему было не впервой. К тому же, он сперва усыпил бдительность Су Мо своей улыбкой и мягким тоном. Этот удар не должен был встретить преград!

Однако... именно это и произошло.

Лезвие замерло в паре сантиметров от шеи Су Мо, не в силах продвинуться ни на миллиметр. Его намертво сжали два пальца.

— Я же сказал, что не берусь за это дело. Я дал тебе шанс. Зачем было нападать? — вздохнул Су Мо.

Его тело защищала мощь «Искусства Праджни Дракона и Слона», а глубина его внутренней энергии достигла немыслимых высот. Он услышал приближение юноши задолго до того, как тот появился. И слова о том, что он не собирается браться за сопровождение, были сказаны специально для него. Су Мо лишь хотел дать понять, что не желает лезть в это осиное гнездо. Если бы противник отступил, отказавшись от мысли убрать свидетеля, Су Мо действительно оставил бы шкатулку и ушел. Увы, все пошло наперекосяк.

С резким звоном превосходный меч был сломан двумя пальцами. Руку юноши пронзила острая боль, кожа лопнула, и по рукояти заструилась кровь, но ему было не до того. Он думал, что перед ним мелкая сошка, которую можно прикончить одним движением, но кто бы мог подумать, что этот человек окажется бездонным омутом? Юноша тут же попытался отскочить назад, двигаясь с поразительной скоростью.

Но как бы быстр он ни был, Су Мо оказался быстрее!

Раз уж пути назад не было, Су Мо не собирался проявлять милосердие. Он провернул в руке обломок клинка и метнул его. Осколок стали, словно разряд молнии, устремился к горлу противника. Юноша, надо отдать ему должное, был неплохим бойцом. Он вскинул обломок своего меча, пытаясь не только отразить удар, но и использовать его силу для контратаки. Однако все его хитроумные расчеты разбились о жестокую реальность. Обломок, брошенный Су Мо, с легкостью пробил клинок, выставленный для защиты, пронзил горло юноши и, не сбавляя скорости, понесся дальше, к деревьям позади. Он прошил насквозь три толстых ствола и лишь в четвертом наконец застрял, полностью скрывшись в древесине.

Юноша так и застыл с мечом, прижатым к шее. В его глазах навечно застыл ужас. Он был мертв.

Су Мо поднялся, подошел к телу и снова вздохнул.

— И зачем было так стараться...

Он спокойно подобрал шкатулку. Ларец был небольшой и легко помещался в дорожную сумку. Окинув лес быстрым взглядом, Су Мо снова вздохнул.

— Что ж, похоже, придется прогуляться до Почтовой станции Кричащего Петуха.

В мире боевых искусств бури налетают и уносятся в мгновение ока. Раз уж уклониться не вышло, остается лишь идти вперед. Су Мо закинул за спину свою поклажу, определил направление к станции и двинулся в путь.

…

Не прошло и четверти часа после ухода Су Мо, как из-за деревьев вышло несколько человек.

— Как думаете, он нас заметил?

— Трудно сказать. Его последний взгляд был очень уж многозначительным.

— Сломать меч двумя пальцами, а затем метнуть обломок так, что он пробил другой клинок, человеческое горло, три дерева и застрял в четвертом... Какая чудовищная сила!

— Хмф, нечего превозносить его и принижать себя. Всего лишь сопляк, только вышедший в мир боевых искусств. Смотрите, как я его скручу в бараний рог!

— Ха, ну конечно, твои методы многочисленны, а уловки непредсказуемы.

Осмотрев место происшествия, они не стали задерживаться и поспешили в том направлении, куда ушел Су Мо, не удостоив трупы юноши и человека в черном даже мимолетным взглядом.

…

А вскоре после того, как и они скрылись, из-за деревьев снова кто-то вышел. Этот человек проводил взглядом удаляющуюся группу, неторопливо дожевывая лепешку.

«Богомол охотится на цикаду, не замечая иволги позади? Решили разыграть со мной эту сценку?» — Су Мо запил лепешку водой и проглотил. — «Я-то надеялся подслушать, о чем вы болтаете, чтобы понять, что тут вообще происходит... но вы, как назло, молчали. Впрочем, раз уж вы себя выдали, мне стало даже проще. При таком раскладе это дельце, пожалуй, можно и провернуть».

Уходя, Су Мо уже знал, что в лесу прячутся и другие. Это было очевидно. На теле убитого в черном были раны от мечей, сабель и кулаков. По самым скромным подсчетам, на него напало как минимум трое. Почему же тогда появился только один мечник, а остальные не показали носа? Поэтому Су Мо и ушел — но лишь для вида. Он тайно вернулся, превратившись из цели в наблюдателя, чтобы выяснить, кто еще скрывается в тени.

Погруженный в раздумья, Су Мо мысленно вызвал системное сообщение, которое вновь появилось перед его глазами.

[Задание: Доставить шкатулку на Почтовую станцию Кричащего Петуха в Постоялый двор Нефритового Источника и передать Ван Сянлиню!] [Принять?]

«Сегодня я влип по полной. Хотел я того или нет, но меня уже затянуло в этот водоворот. Даже если я сейчас выброшу шкатулку и уйду, название "Охранное бюро Пурпурного Солнца" уже попало в их поле зрения. Не найдут меня — придут в бюро. Как говорится, монах-то сбежит, а вот храм останется. Раз так... что ж, давайте поиграем по-крупному».

Приняв решение, Су Мо щелкнул пальцем по воздуху.

— Принять!

Глава 4

По опасным горным тропам, перепрыгивая с уступа на уступ, летел молодой человек. Он несся по горам и долам, словно по ровной земле.

«Стоит только развить внутреннюю энергию, и любое дело спорится вдвое быстрее. Раньше я мог использовать лишь малую толику мастерства техники легкого шага "Блуждающий След Переправляющейся Тени" из арсенала Секты Пурпурного Солнца. Теперь же, с поддержкой внутренней силы, я словно заново родился!»

Этим человеком был, конечно же, Су Мо. Приняв задание, он немедленно направился к Почтовой станции Кричащего Петуха. Его уход был лишь уловкой, чтобы заставить преследователей раскрыть себя. Сделав крюк, он оказался позади них. Чтобы его не заподозрили, Су Мо пришлось искать обходной путь и, используя свою технику легкого шага, снова обогнать их, чтобы его маневр остался незамеченным.

Теперь, когда враг был известен, а информационное преимущество было на его стороне, Су Мо мог с легкостью парировать любой их удар. Ему всего-то и нужно было, что доставить эту посылку некоему Ван Сянлиню на Почтовую станцию Кричащего Петуха прямо у них под носом. После этого дело его больше не касалось. Все дальнейшие разборки станут проблемой Ван Сянлиня и этой шайки. А он сам? Если заплатят — получит серебро, если нет — все равно останется награда от Системы. В любом случае он в выигрыше!

«Вот он, верный способ выжить в мире боевых искусств. А просто перебить их всех... Во-первых, это может оказаться не так-то просто. А во-вторых, даже если я их убью, нет гарантии, что на этом все закончится. Новые проблемы могут нагрянуть в любой момент. Лучший выход — это поскорее избавиться от этой головной боли!»

Он на миг остановился, оценивая обстановку. «Я пробежал километров двадцать-двадцать пять, должен был уже их обогнать...»

Определив верную тропу, он вскоре вышел на заброшенный древний тракт, петлявший меж лесистых холмов.

«Если двигаться по этому пути с моей обычной скоростью, не останавливаясь ни днем, ни ночью, то до Почтовой станции Кричащего Петуха доберусь дня за четыре».

Выдохнув, Су Мо снова устремился вперед.

Время шло. Солнце клонилось к закату, тени деревьев вытягивались, дрожа на земле, а небо на западе окрасилось багрянцем. Хотя осень еще не наступила, в воздухе уже чувствовалось легкое дыхание увядания. Пройдя еще немного, Су Мо вдруг увидел у дороги небольшую чайную.

Он удивленно вскинул бровь. «Неужели уже началось?»

Захудалая чайная на заброшенном тракте — место по определению неспокойное. Подумать только, кто в здравом уме станет открывать заведение в такой глуши, где и путников-то почти не бывает? Не боятся, что проезжие лиходеи убьют и ограбят? Поэтому такие чайные и постоялые дворы в глухих местах часто оказывались разбойничьими логовами. Заглянешь на огонек — и вот ты уже жирная овца на разделочной доске.

Впрочем, Су Мо сейчас был из тех, кто, зная о тигре в горах, все равно идет в горы. Однако, подойдя к чайной, он понял, что ошибся. Вернее, он угадал начало, но совершенно не угадал финал.

Чайная была крохотной, с несколькими грубыми столами. На стойке, лицом вниз, лежало тело. Из шеи мужчины торчал меч, клинок которого пронзил не только его плоть, но и саму стойку. Кровь капля за каплей стекала с острия на пол. Глаза убитого были широко распахнуты, в них навечно застыл предсмертный ужас.

Су Мо узнал его... это был один из тех, кто следил за ним в лесу.

Именно поэтому Су Мо не ошибся в начале. Этот человек устроил здесь чайную, очевидно, чтобы заманить его в ловушку. Однако финал оказался неожиданным. Су Мо уже продумал несколько вариантов действий, но ни один из них не понадобился. Он и представить не мог, что кто-то убьет его врага раньше, чем он сам до него доберется.

«Кто это сделал?» — Су Мо застыл на месте, погрузившись в раздумья.

Помолчав немного, он обошел труп и заглянул за чайную. Там лежали еще два тела. Но в отличие от первого, эти двое покоились с большим достоинством — их аккуратно уложили рядом друг с другом. Судя по состоянию тел, они умерли раньше, чем человек за стойкой.

«Убийца — не один и тот же человек... Значит, это и были настоящие хозяева чайной?»

В голове Су Мо сложилась картина произошедшего, и одна загадка разрешилась.

«Я думал, что обогнал их, а этот тип умудрился обогнать меня. Наткнулся на эту чайную, убил хозяев и, заняв их место, стал дожидаться, когда я сам приду в его лапы. А я-то еще удивлялся, как можно за такое короткое время построить с нуля целую чайную? Но вот почему кто-то вмешался и пригвоздил его к стойке — это вопрос. Интересно получается. Вершишь добрые дела — так хоть имя свое оставь. Ну, или записку на худой конец».

Он покачал головой, не находя ответа. В уме пронеслось несколько догадок, но сейчас они были бесполезны. Обыскав чайную внутри и снаружи и не найдя никаких зацепок, Су Мо решил больше не забивать себе голову и продолжил путь.

В мире боевых искусств полно дел, которые невозможно ни объяснить, ни понять. Как говорится, не удивляйся странностям, и они исчезнут сами собой. Кто бы это ни сделал и по какой причине, если его целью был Су Мо, он рано или поздно себя проявит. А паниковать и сбиваться с толку сейчас было бы верхом глупости.

Покинув чайную, он снова двинулся к Почтовой станции Кричащего Петуха. Небо тем временем окончательно почернело. Идти в темноте Су Мо не собирался, а заброшенного храма, где можно было бы переночевать, поблизости не нашлось. Поэтому он просто выбрал подходящее место, развел костер, подогрел на огне лепешку из своей сумки и принялся за ужин, запивая его водой.

— Завтра нужно будет заглянуть в какой-нибудь городок и обязательно купить жареную курицу. От этих лепешек уже во рту пресно.

Договорив, он вдруг принюхался. Ночной ветер донес до него дразнящий аромат жареного мяса.

Су Мо опешил. «Только о подушке подумал, а она уже под головой? Стоило упомянуть жареную курицу, как я тут же учуял ее запах?»

Через мгновение из темноты, пошатываясь, вышла человеческая фигура. В свете костра стало видно, что это был немолодой мужчина. Лохматый, в рваной одежде, с огромной красной тыквой-горлянкой у пояса, он еле держался на ногах. В левой руке он сжимал палку, а в правой — ту самую жареную курицу, которую он обгладывал на ходу. Подойдя к костру, он, даже не взглянув на Су Мо, плюхнулся на землю.

Отложив курицу в сторону, он откупорил свою тыкву, и в воздухе тут же разлился густой винный дух. Мужчина запрокинул голову и сделал несколько жадных глотков, после чего шумно выдохнул.

— Хорошее вино!

Сказав это, он наконец скосил глаза на Су Мо.

— А ты... осмелишься выпить?

Глава 5

Странствующие рыцари в лазурных одеждах, с мечом за поясом, вольные и беззаботные! Сколько в этом романтики! Огромные чаши с вином, здоровенные куски мяса — широта души и доблесть. Случайная встреча у дороги, кувшин мутного вина, пара слов о жизни — во всем этом была своя, особая удаль. По-хорошему, Су Мо не стоило бы отказываться. Однако… он отказался. Решительно и без колебаний.

— Не осмелюсь!

«С какой это стати он спрашивает, осмелюсь ли я? — мысленно хмыкнул Су Мо. — Кто он вообще такой? Зачем сюда пришел? А в вине точно нет какой-нибудь дряни? С чего бы мне вообще пить с незнакомцем?»

Есть у охранников золотое правило, которое они чтут как священный закон: «Три трети для мира и покоя». А именно: улыбаться на три десятых, уступать в споре на три десятых и пить вино лишь на три десятых. Последнее, по сути, означало — не пить вовсе, если можно не пить. Алкоголь туманит разум и мешает делу. Разве что в лютый мороз, чтобы согреться, можно было пригубить, но и тогда — выпить лишь треть от того, что можешь осилить. Чаша с вином — вещь коварная, и о ней следовало всегда помнить. Сейчас же стояло лето, и Су Мо, молодой и полный сил, к тому же защищенный Искусством Праджни Дракона и Слона, в согревающих напитках не нуждался. Он и свое-то вино с собой не возил, так с какой стати ему пить то, что предлагает невесть кто?

— Хм? — Незнакомец напротив слегка прищурился, и во взгляде его промелькнуло что-то хищное. — Ты боишься, что в вине яд?

— Да.

— …

Незнакомец на миг замолчал, явно не зная, что на это ответить. Кто же так в лоб-то говорит? Смутившись, он с досадой убрал руку.

— Эх, юнец, не видишь сокровищ перед носом! Мое вино — редчайший напиток, давать его тебе — лишь зря переводить добро.

Су Мо лишь холодно усмехнулся и продолжил жевать свою лепешку. Незнакомец, кем бы он ни был, уселся прямо перед ним и принялся шумно пить из тыквенной фляги и пожирать жареную курицу, разбрасывая кости по всей земле. Осушив флягу, он, шатаясь, поднялся на ноги и принялся буянить, понося на чем свет стоит и небо, и землю. Он проклинал небеса за несправедливость, землю — за неровность, а мир людей — за кривые дороги. Из его уст полился такой поток изощренных ругательств, что Су Мо только и мог, что изумленно таращиться.

«Откуда только этот псих взялся?»

Но слова эти произнес не Су Мо. Говоривший стоял прямо напротив него, сложив руки на груди и прижимая к себе меч. Меч был очень длинным. Обычные клинки редко превышали метр в длину, но этот был не меньше двух с лишним метров! Длинный и прямой, как и его владелец, чья фигура была подобна натянутой струне. Появился он стремительно. Когда Су Мо только уловил движение, тот был еще в нескольких километрах, но уже в следующее мгновение бесшумно возник рядом, словно тень. Скрестив руки на груди, он с презрением бросил свою фразу. И Су Мо, как ни странно, был с ним полностью согласен. Пьяница и впрямь вел себя как сумасшедший.

Однако даже настоящему безумцу вряд ли понравится, когда его называют так в лицо. Пьяница резко замер и вперил взгляд в человека с мечом.

— Что ты сказал?

— Я сказал, что ты псих.

— А ты прав.

— Вот и славно, что понимаешь.

— За правду положена награда!

— Какая еще награда?

— Вино!

С этими словами тыквенная фляга со свистом сорвалась с места и, рассекая воздух, понеслась прямо к человеку с мечом.

— Ого? — тот слегка приподнял бровь. Одна его рука по-прежнему прижимала меч, а другую он выставил вперед и сделал легкое давящее движение в пустоту.

Фляга замерла в полуметре от него и принялась бешено вращаться на месте, не в силах продвинуться ни на сантиметр. Су Мо молча прижал к себе лепешку и попятился еще дальше. Случайная встреча, ссора на ровном месте, кровавая драка — в мире боевых искусств дело обыденное. Наблюдать со стороны, конечно, можно, главное — чтобы кровью не забрызгало.

— Я отродясь не любил вино. Забирай обратно! — холодно бросил мечник и легонько топнул ногой. Потоки внутренней энергии хлынули по его телу, рукава одежд взметнулись без ветра, и вращающаяся в воздухе фляга с удвоенной силой полетела назад.

Но пьяница лишь качнулся, мгновенно оказываясь рядом с летящим снарядом, и перехватил флягу прежде, чем заключенная в ней мощь успела его настигнуть. Впрочем, даже так его крутануло на месте от остаточной силы. Он, однако, ничуть не смутился, обратил инерцию во вращение и, взмахнув флягой как дубиной, с ревом обрушил ее на противника:

— Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому!

Его техника боя была странной и непредсказуемой. В одно мгновение небо и землю заполнили тени его импровизированного посоха.

— Отличная техника! — глаза мечника блеснули. Не смея проявлять небрежность, он тут же отступил.

Движения его были точны и выверены — он отскочил ровно на метр. Бесчисленные тени дубины замерли на невидимой черте перед ним. Всего один шаг, а казалось — целая пропасть. И тут тени внезапно слились в одну точку, нацеленную прямо в сердце.

— Из ножен! — коротко выкрикнул мечник. Выброс внутренней силы — и длиннющий меч сам вылетел из ножен. Клинок длиной в два с лишним метра описал в воздухе дугу, и его острие столкнулось с флягой.

Раздался гулкий звон. Энергия меча и внутренняя сила столкнулись, взрываясь во все стороны. Костер, который развел Су Мо, затрещал, и пламя взметнулось вверх, озаряя поляну. Когда он снова поднял голову, двое бойцов уже сошлись в яростной схватке. Мечник орудовал своим огромным клинком, нанося странные, но смертоносные удары. А пьяница, вооруженный лишь флягой, порхал вокруг него, словно мотылек: его посох мелькал то слева, то справа, шаги казались хаотичными и призрачными, но в этой кажущейся неразберихе чувствовался строгий порядок.

Су Мо практиковал боевые искусства Секты Пурпурного Солнца, доставшиеся ему по наследству. Однако его предшественник был ленив, и хотя сам Су Мо усердно тренировался, времени на это у него было слишком мало. Наблюдая за схваткой этих двоих, он чувствовал, что узнает много нового.

Впрочем, жажда знаний не затмила его здравый смысл. Су Мо без малейших колебаний собрал свои пожитки и повернулся, чтобы уйти. Эти двое были ему незнакомы, а причина их драки — туманна. Нечего совать нос в чужие разборки, особенно когда не знаешь ни подоплеки, ни кто есть кто. Иначе рискуешь сам превратиться в зрелище для других.

Он быстро удалялся, и вскоре отблески костра и звуки боя остались далеко позади, за несколько километров. Су Мо покачал головой.

«Хотел отдохнуть по-человечески, чтобы с утра продолжить путь. А тут эти два психа все испортили. Ладно, ладно, значит, обойдусь без сна. Эта шкатулка — та еще горячая картофелина, нужно поскорее доставить ее этому Ван Сянлиню и дело с концом…»

Приняв решение, он больше не колебался и зашагал дальше. Ночь прошла на удивление спокойно, и к утру следующего дня ничего не произошло. Это даже немного удивило Су Мо. Ему казалось, что те двое как-то связаны с его грузом, и он был готов к тому, что ночью его ждут новые неприятности. Но продолжения не последовало.

Подняв голову, он увидел вдалеке очертания города. Су Мо решил пока отбросить мысли о вчерашнем и первым делом зайти в город, чтобы купить еды, питья и прочих припасов. Долго ли, коротко ли, но вскоре он уже стоял у городских ворот. Над ними виднелись три больших иероглифа: Городок Родины Царей.

Едва он шагнул внутрь, как к нему подбежал юркий слуга, до этого озиравшийся по сторонам. Он внимательно осмотрел Су Мо с ног до головы, и его лицо озарилось радостной улыбкой.

— Могу я спросить, не ваша ли фамилия Су, господин?

Глава 6

— Могу я спросить, не ваша ли фамилия Су, господин? — подойдя к Су Мо и еще раз внимательно его оглядев, почтительно спросил слуга.

Су Мо задумчиво посмотрел на него и с легкой улыбкой ответил:

— Моя фамилия действительно Су. А как ты догадался?

— Вот и отлично! Это и вправду господин Су! — обрадовался слуга и затараторил: — Вчера вечером один господин прибыл в наш трактир «Взор на Отчий Край», заказал столик с лучшими блюдами и снял комнату небесного разряда. А еще он оставил особое распоряжение. Сказал, что завтра, утром или вечером, через Городок Родины Царей будет проходить господин по фамилии Су. Весь этот пир устроен для него. Он велел нам выставить здесь человека и ждать гостя. Описание было таким: брови-мечи и глаза-звезды, статная фигура, одет в лазурный боевой костюм, а на рукавах вышиты два иероглифа — «Пурпурное Солнце». Это и есть господин Су. Он тысячу раз просил и умолял, чтобы мы ни в коем случае не проявили к вам неуважения. Господин Су, может, вы сейчас пройдете со мной? Наш трактир «Взор на Отчий Край» находится в самом центре городка.

— Скажи-ка мне, любезный, — с улыбкой спросил Су Мо, — ты помнишь, как выглядел тот господин, что вчера заходил в ваш трактир и все это заказывал?

— Э-это… — слуга запнулся, явно чего-то опасаясь.

— Да чего ты мнешься? — рассмеялся Су Мо. — Раз он заказал для меня такой пир, значит, мы знакомы. Я просто хочу знать, кто из моих старых друзей проявил такую щедрость. Ты мне расскажи, а я буду знать, кому обязан. В этом мире все строится на взаимных услугах, не так ли? Раз уж для меня приготовили такой пышный прием, я же не могу потом не отблагодарить, верно?

— Господин прав, это я что-то не подумал, — поспешно согласился слуга. — Тому господину на вид лет тридцать-сорок, он очень видный и одет с иголочки. Наш трактир, конечно, не может похвастаться многим, но мы тут в Городке Родины Царей повидали немало знатных и богатых людей, однако мало кто мог сравниться с ним в осанке. Говорил он неторопливо, но в голосе чувствовалась властность. А глаза у него такие, что как взглянешь… так… так… — он на мгновение замолчал, подыскивая слова, и, порывшись в памяти, наконец выпалил: — Так сразу хочется выполнить любой его приказ.

— О? — Су Мо приподнял бровь. — Что-нибудь еще?

— Кроме этого… Ах, да! У него под мочкой уха родинка и три пряди длинной бороды. Господин Су, вы вспомнили, кто из ваших знакомых оказался таким щедрым?

— А, так это он, — расхохотался Су Мо. — Что ж, веди.

Слуга кивнул и, не решаясь задавать лишних вопросов, поспешил вперед.

«Так, прикинем...» — Су Мо мысленно сопоставил описание с людьми, которых видел накануне в лесной чайной. Точно, один из той шайки. Он едва заметно улыбнулся, и в голове у него уже начал складываться план. Странная и загадочная смерть в той чайной, а теперь эта компания устраивает для него такой прием в Городке Родины Царей. Цель их была почти очевидна. Раньше Су Мо, скорее всего, обошел бы это место стороной, чтобы избежать лишних проблем. Но после увиденного в чайной он передумал.

Слуга вел его по улицам, и через несколько минут они подошли к большому трактиру в центре города. Над входом висела вывеска с тремя иероглифами: «Взор на Отчий Край».

Неизвестно, как договорился тот таинственный господин и какие средства пустил в ход, но Су Мо действительно приняли как самого почетного гостя. Ужин подали в лучшей отдельной комнате на втором этаже, а компанию ему должны были составить две юные красавицы. Стол ломился от изысканнейших блюд, приготовленных не только из дорогих ингредиентов, но и с невероятным мастерством. Су Мо с улыбкой попросил девушек выйти. Не то чтобы он был праведником, не поддающимся соблазнам — иначе бы и вовсе их не выпроводил. Просто похоть — острый нож, скребущий кости, а нежные объятия — могила для героя. В мире боевых искусств это были не просто красивые слова.

Когда принесли еду и вино, Су Мо принялся методично проверять каждое блюдо. В этом деле он, благодаря записям в семейном дневнике, был весьма сведущ. Там подробно описывались способы проверки пищи на яд, и Су Мо усердно их изучал, так что теперь мог считаться наполовину экспертом. Убедившись, что отравы нет, он с удовольствием поужинал в лучшем трактире Городка Родины Царей, в лучшей комнате, наслаждаясь лучшими блюдами. Вот только к кувшину тридцатилетней выдержки вина «Дочь в красном» он так и не притронулся.

Сытно поев, Су Мо отправился в приготовленную для него комнату небесного разряда и крепко проспал все утро. Проснулся он только к полудню. Едва он встал, как за дверью послышались шаги. В дверь тихонько постучали, и раздался голос:

— Господин Су, вы проснулись? Я к вам по делу.

— Входи, — Су Мо слегка нахмурился.

Дверь отворилась, и в комнату вошел молодой человек. Он стоял, слегка ссутулившись, всем своим видом выражая смирение и осторожность.

— Господин Су, мой хозяин просит вас к себе. Прошу вас, окажите ему честь.

— О? И кто же твой хозяин? — с усмешкой поинтересовался Су Мо.

— Сегодняшние ваши угощения и ночлег — все это дар моего хозяина.

— Понятно… Значит, теперь ждете благодарности?

— Что вы, не смеем! — поспешно возразил тот. — Мой хозяин глубоко уважает молодых странствующих рыцарей. Узнав, что господин Су в столь юном возрасте уже возглавляет Охранное бюро Пурпурного Солнца, он проникся к вам еще большим почтением. Потому и устроил этот прием и просит о встрече. Умоляю вас, господин Су, не откажите.

Су Мо нахмурился, будто раздумывая над сложным решением, но в итоге вздохнул:

— Кто ест с чужих рук, тому неловко отказывать. Вкусная еда уже в желудке, да и выспался я на славу — все переварилось, даже обратно не выплюнуть. Раз уж я принял гостеприимство, было бы невежливо не явиться к хозяину. Ладно, ладно. Подожди за дверью, я соберусь и пойду с тобой. Тем более, у меня и самого есть пара вопросов к твоему господину.

— Благодарю вас, господин Су, за оказанную честь! — Молодой человек низко поклонился, вышел и аккуратно притворил за собой дверь.

Только тогда на губах Су Мо появилась хитрая улыбка.

«Я-то думал, что смогу еще пару раз так на халяву поесть и выспаться, а они уже торопят? Изначально мне было плевать, что в этой шкатулке, но теперь… теперь мне даже стало немного любопытно. Впрочем, вся эта затея с мелкими подачками, чтобы заманить меня в ловушку, — это они меня совсем за дурака держат. В романах про боевые искусства этот прием избит донельзя, серьезно?»

Поразмыслив еще мгновение, он все же взял свой узелок, поправил одежду и вышел за дверь. Увидев его, молодой человек заметно расслабился.

— Господин Су, прошу за мной.

— А ты, я смотрю, прямо с облегчением вздохнул. Уж не потому ли, что, пока ты вежливо ждал меня здесь, твои люди уже оцепили всю округу на случай, если я решу уйти по-тихому?..

Молодой человек замер и инстинктивно вскинул на Су Мо глаза.

Су Мо же громко рассмеялся:

— Да ты забавный. Я же просто шучу, а ты, похоже, все за чистую монету принял.

Глава 7

За городком Родины Царей раскинулась персиковая роща. В пору цветения видневшиеся на пять километров вдаль розовые кроны оставляли в душе неизгладимое впечатление. Однако сейчас было не время для цветения персиков, поэтому от былого великолепия остались лишь голые ветви, навевавшие легкую тоску.

Среди этих деревьев стояла изящная беседка, что звалась Беседкой Опадающих Цветов. Любоваться дождем из лепестков, размышляя о весне и осени людских судеб — в этом была своя прелесть. Именно сюда, к этой беседке в персиковой роще, Су Мо и шел вслед за молодым человеком.

Еще не дойдя, он услышал далекие, но величественные и страстные звуки цитры, в которых слышался рокот обваливающихся скал. Подойдя ближе, он увидел сидевшего в беседке мужчину средних лет, который, склонив голову, перебирал струны. Старинная цитра, курильница с благовониями! Три пряди его длинной бороды развевались на ветру, придавая ему вид свободного и раскованного мудреца.

Молодой человек знаком велел Су Мо немного подождать, после чего поклонился и удалился. Су Мо лишь усмехнулся и, не желая прерывать музыканта, замер, молча слушая мелодию.

Прошло немало времени, прежде чем музыка стихла. Мужчина прижал ладонью струны, прерывая их звон, и сквозь легкую дымку благовоний поднял взгляд на Су Мо.

— Юный господин уже здесь? — с непринужденной улыбкой произнес он. — Я лишь пытался унять смятенные чувства музыкой и, увлекшись, совсем забылся. Прошу простить за небрежность.

— Что вы, что вы, — отмахнулся Су Мо. — Это я в выигрыше остался: мне довелось бесплатно насладиться божественной мелодией.

— О? — В бровях мужчины промелькнула радость. — Так юный господин — ценитель? И в чем же, позвольте спросить, заключается прелесть этой мелодии?

— Хм-м... — Су Мо на мгновение задумался и искренне ответил: — Звучит приятно.

Мужчина опешил. Он явно не ожидал столь прямолинейного и, откровенно говоря, поверхностного ответа. Однако после секундного замешательства он не сдержался и громко расхохотался.

— Юный господин — человек с истинным вкусом к жизни, что ставит вас выше многих в этом суетном мире. Прошу, присаживайтесь.

Он указал на место напротив себя. Су Мо сложил руки в почтительном жесте и, войдя в беседку, сел. Мужчина тут же налил ему чашку чая.

— Не могу сказать, что это какой-то изысканный сорт, но он весьма необычен. Недавно один мой старый друг приехал с крайнего севера Восточной Пустоши. Там суровые холода, и чайные листья обычно не растут. Но есть там одно диковинное растение под названием Красный Снег. Чем сильнее мороз, тем пышнее оно разрастается. Местные жители готовят его по особому рецепту Восточной Пустоши, и, на удивление, получается очень неплохо. Юный господин, попробуйте.

Су Мо принял чашку и с улыбкой спросил:

— Могу я узнать ваше почтенное имя, старший?

— Ха-ха, это моя оплошность, — мягко усмехнулся мужчина. — Моя фамилия Сюй. В молодости, благодаря наставлениям предков, я освоил пару приемов и даже успел постранствовать по миру боевых искусств. Там мне дали прозвище Рука, переворачивающая горы. Но бури мира боевых искусств оказались слишком свирепыми, и через несколько лет я выдохся. Решил уйти на покой в горы и с тех пор живу в достатке и умиротворении.

— Так вы и есть старший Сюй, Рука, переворачивающая горы! Наслышан, наслышан, — поспешно произнес Су Мо, снова сложив руки в жесте уважения.

«Конечно, на словах-то я ему верю, — подумал он про себя, — вот только ни единому слову не поверил».

Прозвище «Рука, переворачивающая горы» он слышал впервые. Конечно, можно было списать это на его собственное невежество и неопытность, но этот человек определенно не был тем, кто «ушел на покой и живет в достатке». Иначе с чего бы ему так суетиться из-за какой-то шкатулки?

— Вы слишком добры, слишком добры, — с легкой улыбкой ответил Сюй. — Мое скромное имя не заслуживает такого внимания.

Хоть он и говорил так, на его лице явно отразилось удовольствие, словно похвала Су Мо и впрямь пришлась ему по душе. Су Мо, наблюдая за ним, не мог не восхититься. Этот человек явно держал в голове одно, но его слова, жесты, манеры и даже малейшие движения пальцев были безупречны. Все выглядело естественно, без единого изъяна. Если бы Су Мо собственными глазами не видел его в лесу с остальными, он бы, скорее всего, поверил каждому его слову.

«Вот оно, коварство мира боевых искусств, — размышлял он. — Оно кроется в человеческих сердцах. А опасность людских сердец и есть главное зло этого мира».

— Вероятно, в юности я так и не познал всей широты этого мира, — продолжал Сюй. — И все эти годы, вспоминая прошлое, я чувствовал сожаление. Поэтому я с особым уважением отношусь к молодым героям, странствующим по миру боевых искусств. Вот и осмелился пригласить вас на беседу. Надеюсь, вы не в обиде. Позвольте мне принести свои извинения.

С этими словами он встал и отвесил Су Мо глубокий, исполненный искренности поклон.

— Старший, вы слишком вежливы, — произнес Су Мо, сделав вид, будто пытается его остановить.

Уголок глаза Сюя едва заметно дернулся, но он тут же улыбнулся:

— Рад, что юный господин не сердится. Прошу, пейте чай.

Су Мо поднес чашку к губам, но в последний момент замер.

— Кстати говоря, есть одна вещь, которая не дает мне покоя. Хотелось бы попросить старшего развеять мои сомнения.

— О? Говорите, я слушаю.

— Мои передвижения, конечно, не были тайной, но о своем прибытии сюда я никому не сообщал. Старший не только знает мою фамилию Су, но и смог в точности описать мою одежду и внешность. Откуда вам это известно? — Су Мо поставил чашку и посмотрел на мужчину испытующим взглядом.

Тот, впрочем, ничуть не удивился и лишь усмехнулся.

— Я так и знал, что юному господину это будет любопытно, но... — Он многозначительно замолчал и, взяв свою чашку, сделал приглашающий жест.

Су Мо в ответ лишь молча улыбался.

— Эх... — вздохнул Сюй. — Что ж, раз юный господин так настойчив, я не стану скрывать... Дело в том, что день назад, у лесной тропы, я собственными глазами видел ваше божественное могущество!

— Что?!

«Так быстро перешел к делу?!» — Су Мо резко изменился в лице, но Сюй лишь тихо рассмеялся.

— Юный господин обладает поразительной силой и при этом весьма осторожен. Одна лишь ваша предусмотрительность ставит вас выше обычных новичков в мире боевых искусств. Однако время уже на исходе. Вы не чувствуете, как ваше тело слабеет?

Су Мо нахмурился, его лицо становилось все мрачнее.

— Это невозможно. Я не сделал ни глотка этого чая.

— Ха-ха-ха! Осторожность в еде и питье — это, конечно, правильно. Но в мире боевых искусств полно мастеров, чьи методы неисчислимы. Неужели вы думали, что опасность кроется лишь в чашке? — Он указал на курильницу рядом с цитрой и с улыбкой добавил: — А вот этим благовонием, юный господин, вы насладились сполна, не так ли?

— ...В благовонии яд? — скривился Су Мо. — А ты почему в порядке?

— Я заранее принял противоядие, разумеется, — самодовольно заявил Сюй, поднимаясь на ноги. — Ху Пяопяо хвалилась своими хитроумными уловками, а повар Чжоу решил действовать напролом. Не знаю, как тебе удалось пройти мимо него, но раз уж ты добрался до городка Родины Царей, из моих рук тебе все равно не вырваться. Малец, твоя физическая мощь и впрямь пугает. В честном бою у меня не было бы уверенности в победе. Поэтому мне пришлось прибегнуть к хитрости, чтобы ты не смог и пальцем шевельнуть. Теперь ты — рыба на разделочной доске. Если не хочешь умереть, лучше слушайся меня.

— ...Так вот оно что. Значит, вы тоже охотитесь за той шкатулкой? — с горькой усмешкой произнес Су Мо. — Я так и знал, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Кто бы стал просто так кормить и поить меня? Оказывается, у вас был свой умысел... Что ж, теперь я в безвыходном положении. Но перед смертью у меня остался один вопрос, хочу умереть со знанием дела. Скажите, что же все-таки в этой шкатулке?

Глава 8

— А ты сообразителен, понимаешь, что сопротивление бессмысленно. Но можешь не волноваться, если будешь послушным, я, возможно, и не стану тебя убивать, — с легкой улыбкой произнес Сюй. — Что до содержимого шкатулки... хмф, так и быть, скажу. Но что я получу взамен?

— А? — опешил Су Мо. — В моем положении, что у меня может быть ценного?

Но в следующую секунду его осенило.

— Вы хотите мое боевое искусство?

В лесу этот человек видел, как Су Мо двумя пальцами сломал клинок, а затем метнул обломок с такой силой, что тот пробил другой меч, пронзил шею человека и после этого прошил насквозь еще три дерева. Такая мощь была поистине ужасающей. Неудивительно, что у него возникло желание заполучить эту технику. Это также объясняло, почему он использовал яд, который лишь лишал сил, а не убивал на месте.

— С умными людьми приятно иметь дело, — снова сел Сюй и поднял чашку. — На самом деле, в этом чае нет яда. — Он сделал глоток и продолжил: — Так ты согласен или нет?

— Разве у меня есть выбор? — вздохнул Су Мо. — Я не прошу сохранить мне жизнь, лишь об одном — о быстрой смерти.

— Ха-ха-ха, если бы мы не были по разные стороны, я бы с твоим характером и подружиться не прочь, невзирая на разницу в возрасте, — сказал Сюй, но тут же умолк на мгновение, а затем заговорил снова: — В шкатулке находится предмет под названием Замок Сокровенной Тайны.

Су Мо нахмурился. Он тщательно перебрал в памяти все, что читал в семейных записях, но такого названия там точно не было. Его замешательство было совершенно искренним.

— Ты еще молод и мало что видел, неудивительно, что не слышал о нем, — равнодушно бросил Сюй. — Но ты должен был слышать о Великой Сокровищнице Боевых Искусств!

Брови Су Мо сошлись на переносице.

— Разве это не просто легенда?

Сотни лет назад мир был устроен иначе. Существовала могущественная династия под названием Сюань. Она была так сильна, что в одиночку подавляла весь мир, и не было в Поднебесной земли, что не принадлежала бы императору, и не было людей, что не были бы его подданными. В те времена даже самые гордые мастера боевых искусств и самые могущественные секты вынуждены были склонять головы перед императорской властью.

Говорят, что Сын Неба династии Сюань, объединяя мир, семь раз лично возглавлял походы, огнем и мечом проходясь по миру боевых искусств, и собирал все боевые искусства под эгидой государства. Для этого он и возвел огромную сокровищницу, в которой хранились не только бесчисленные трактаты о божественных техниках, но и несметные диковинные сокровища. Это было, без сомнения, величайшее хранилище в мире!

Однако в этом мире не бывает непобедимых мастеров, как не бывает и вечных династий. Даже такая могущественная империя, как Сюань, однажды пришла в упадок. За одну ночь императорская власть рухнула. Кто-то говорил, что это небесная удача вернулась в мир боевых искусств, но так или иначе, это положило начало многовековой эпохе смут и раздоров.

За эти столетия в мире боевых искусств появлялись и исчезали бесчисленные герои, делившие земли и власть, и их борьба не прекращалась. Мир то объединялся, то распадался, но так и не появилось новой династии, способной объединить Поднебесную. Это привело к тому, что боевые искусства процветали, а ученые пребывали в унынии. Именно поэтому Ли Ишу так горько усмехнулся, когда Су Мо пожелал ему блестящего будущего.

За это время родилось немало легенд, и самой волнующей из них, будоражащей сердца, была легенда о Великой Сокровищнице Боевых Искусств. Ее происхождение было не только овеяно преданиями, но и подтверждалось историческими записями. К тому же, в народе ходила поговорка: «Кто владеет сокровищницей Сюань — владеет Поднебесной!»

В свое время множество людей бросилось на ее поиски. Но волна за волной они лишь проливали реки крови, и все их старания заканчивались ничем. Никто не только не смог заполучить сокровищницу и ее богатства, но со временем само ее существование стало вызывать все больше сомнений. Постепенно большинство стало считать это просто красивой сказкой из мира боевых искусств.

«Неужели та шкатулка связана с этим?» — подумал Су Мо. Теперь он понимал, почему тот молодой мечник был так одержим идеей убить его. Дело было слишком серьезным. Любая утечка информации должна была быть пресечена на корню, нельзя было оставлять никаких следов. Иначе это грозило бы чудовищными неприятностями.

— Легенды... Легенды не рождаются на пустом месте. Не бывает дыма без огня, верно? — усмехнулся Сюй. — Ладно, тебе достаточно и этого. Теперь твоя очередь.

— Вы рассказали мне про какую-то сокровищницу и хотите выманить мое боевое искусство? — дернул уголком рта Су Мо. — Не слишком ли просто?

— Хм? Я считал тебя умным человеком, но, похоже, переоценил... Большинство из того, что я сказал, было ложью, но одно — правда. У меня действительно есть техника под названием Ладонь, переворачивающая горы. И пусть я не могу в самом деле сдвигать горы, но раздробить твои кости мне вполне по силам!

С этими словами он внезапно выбросил ладонь. Удар, окутанный свирепым ветром, устремился прямо к плечу Су Мо. Даже сейчас он не собирался убивать его, ведь со смертью Су Мо и его техника была бы утеряна. Сюй намеревался отыскать легендарную сокровищницу, а на этом пути его ждало немало трудностей. Божественная техника стала бы для него огромным подспорьем. А что до самого Су Мо? Разве рыба на разделочной доске может вырваться?

Но он не учел одного. Су Мо, который, казалось, безвольно распластался на каменном столе, вдруг усмехнулся и стремительно вскочил на ноги. Он тоже выбросил вперед ладонь, и прежде чем противник успел среагировать, их руки с силой столкнулись.

Раздался глухой удар. На лице Сюя отразилось изумление — он почувствовал, как неодолимая, сокрушительная внутренняя сила, подобно дикому зверю, грубо и бесцеремонно ворвалась в его меридианы. Она неслась по телу, круша все на своем пути, и его каналы лопались один за другим! В одно мгновение все его меридианы были разорваны в клочья.

Сюй, словно тряпичная кукла, отлетел назад метров на девять. Приземлившись, он по инерции прокатился еще несколько метров и лишь врезавшись в персиковое дерево, остановился. Дерево сильно затряслось, будто пережив немыслимый ужас.

Су Мо посмотрел на свою ладонь и тихо покачал головой.

— Я тебя переоценил...

В лесу он сломал клинок двумя пальцами и метнул его с чудовищной силой, но даже тогда он сознательно сдерживался. Сейчас же, не зная истинной силы противника, Су Мо использовал лишь три десятых своей мощи, но результат все равно оказался ошеломляющим. Пожалуй, он и впрямь несколько переоценил противника и недооценил себя.

Его Искусство Праджни Дракона и Слона, доведенное до тринадцатого уровня Великого Совершенства, даровало ему такую внутреннюю силу и физическую мощь, что во всем мире вряд ли нашлось бы много равных ему. Этот человек, очевидно, не входил в их число. Трех десятых силы хватило, чтобы превратить его в избитую собаку.

Глава 9

Тот, что назвался господином Сюй, — Су Мо понятия не имел, как его звали на самом деле, — с трудом перевернулся и сел, едва сумев совладать с собственным телом. От его былого благообразия не осталось и следа, лицо превратилось в неузнаваемое месиво. Жестокое падение на землю не прошло бесследно: нос был разбит, лицо опухло и покрылось ссадинами, а из уголка рта сочилась кровь. Он попытался что-то сказать, но вместо слов из его рта хлынул целый поток алой крови.

Когда он снова поднял голову, Су Мо уже стоял прямо перед ним.

— Не… возможно… — с трудом выдавил он. — Ты… ты… Если только твоя внутренняя сила не достигла вершин совершенства, ты ни за что не смог бы противостоять «Благовонию, разъедающему кости»!

— «Благовоние, разъедающее кости»? — кивнул Су Мо. — Оставим пока в стороне и этот твой яд, и уровень моей внутренней силы. Скажи-ка лучше, почему ты был так уверен, что я вдохнул эту отраву?

— ???

Сидящий на земле человек в изумлении выпучил глаза, не веря собственным ушам.

— Великие мастера врачевания, говорят, способны создавать яды из самых неожиданных вещей, — с улыбкой продолжил Су Мо. — Пара совершенно безобидных предметов, оказавшись рядом, могут превратиться в смертельную отраву. Раз уж ты считаешь меня осторожным, с чего ты взял, что я буду опасаться лишь того, что в чашке с чаем? Цитра и курильница с благовониями — всё это выглядит очень изысканно. Но зная, что ты затаил злой умысел, я, естественно, был готов ко всему: к клинку, спрятанному под цитрой, к стреле в твоем рукаве и, конечно же, к яду в благовониях.

Он сделал паузу и добавил:

— По правде говоря, с того самого момента, как я вошел в эту Беседку Опадающих Цветов и увидел курильницу, я не сделал ни единого вдоха. Моя внутренняя сила, скажем так, достигла кое-каких скромных успехов, так что задержать дыхание на довольно долгое время для меня не проблема.

Лицо его противника вмиг утратило все краски. Он догадывался, что Су Мо осторожен, но и представить не мог, что тот будет остерегаться не только чая. Он был начеку абсолютно во всём! Обладать столь высоким боевым мастерством и при этом быть до такой степени осмотрительным… Поражение от руки такого противника было не обидным, а закономерным.

Он горько усмехнулся:

— Но… как ты узнал, что я замышляю недоброе?

— А как ты думаешь, скажу я тебе или нет? — усмехнулся в ответ Су Мо. — Ладно, хватит пустой болтовни. Я задам тебе всего один вопрос. О Замке Сокровенной Тайны и Великой Сокровищнице Боевых Искусств знаете только вы, или есть кто-то еще?

Человек выглядел растерянным, его мысли явно путались, и он не уловил всей информации, которую Су Мо только что невольно раскрыл. Он лишь жалко улыбнулся:

— Хочешь убить — убивай! К чему лишние слова?!

— Что ж, как скажешь.

Едва его голос затих, Су Мо без колебаний нанес удар ладонью ему в темя. Раздался глухой треск. Взгляд человека мгновенно потух, лишившись всякого света, и безжизненное тело рухнуло на землю.

В такой ситуации Су Мо действовал без малейшей жалости. Во-первых, он не считал себя настолько обаятельным, чтобы враг, пав к его ногам, поклялся ему в вечной верности и преданности. Во-вторых, после их обмена ударами меридианы этого человека были уже разрушены. Даже если бы Су Мо не прикончил его сейчас, тот бы лишь недолго промучился в агонии перед неизбежной смертью. И в-третьих, самое главное… Разборки здесь достигли такого накала, а те, кто прятался снаружи, до сих пор не издали ни звука. Это было более чем странно.

Взмахнув рукавом, Су Мо развернулся и пошел прочь. Обойдя беседку, он вскоре остановился. К стволу персикового дерева был пригвожден человек. В груди у него торчал нож, лезвие которого прошло насквозь и глубоко вонзилось в древесину. С кончика ножа, видневшегося с обратной стороны ствола, на землю капала кровь, смешиваясь с грязью.

Этого человека Су Мо тоже знал. Именно этот юноша привел его из трактира «Взор на Отчий Край» в Беседку Опадающих Цветов. Всего несколько мгновений назад он был полон жизни, а теперь лежал мертвым. И не только он. Пройдясь по персиковой роще, Су Мо обнаружил, что все скрывавшиеся здесь люди были мертвы. Нельзя было сказать, что повсюду валялись трупы — их тела были аккуратно оставлены, кто-то лежал на земле, кто-то был прислонен к дереву. Объединяло их одно — все они были мертвы.

«Пока мы с тем типом в беседке вели интеллектуальную дуэль, кто-то устроил здесь настоящую резню… Судя по всему, почерк тот же, что и у убийцы в чайной», — размышлял Су Мо, возвращаясь к беседке.

«Сегодняшняя встреча была ловушкой. Они хотели схватить меня, забрать шкатулку и выведать секреты моих боевых искусств. Но и я, в свою очередь, использовал этот шанс, чтобы вытянуть из них информацию. Хотя тот человек говорил немного, и поначалу это была сплошная ложь, но когда пришло время действовать, он все же сказал пару правдивых вещей. Повар Чжоу — это, должно быть, тот тип, что погиб в чайной. А Ху Пяопяо… если не случится ничего непредвиденного, это единственная женщина в их компании. Если, конечно, так не могут звать и мужчину… Их цель — Замок Сокровенной Тайны в этой шкатулке, и ради него они действуют решительно и жестоко, не допуская ни малейшей оплошности. Однако, судя по их поведению, каждый из них играет за себя, преследуя собственные цели. Но самый важный вопрос так и остался без ответа».

Последний вопрос, который Су Мо задал умирающему, был напрямую связан со смертью Повара Чжоу. Тот погиб, и Су Мо легко миновал его ловушку. Теперь, когда он разобрался с главной угрозой в беседке, кто-то другой устранил и мелкие неприятности вокруг. Очевидно, за всем этим наблюдал кто-то третий.

«Неужели это те двое, что приходили вчера ночью?» — Су Мо снова подошел к трупу, чьи меридианы он разрушил, и, глядя на него, слегка нахмурился. «Непохоже. У одного из них была фляга, у другого — меч. Тот мечник, судя по его манере держаться, был полностью одержим своим клинком. Заставить такого человека убивать ножом, конечно, возможно, но крайне маловероятно. Кто станет недооценивать приверженность фехтовальщика своему оружию? Что до того, с дубиной… от него за версту несло вином. Эти же тела только что остыли, и никакого запаха алкоголя нет. Скорее всего, те двое здесь ни при чем. Тайный помощник сперва убил Повара Чжоу, а теперь устроил резню в персиковой роще… Неужели это люди Ван Сянлиня? Или… есть какая-то другая причина? Кстати, кто вообще такой этот Ван Сянлинь?»

Погруженный в эти мысли, Су Мо вдруг кое-что вспомнил. Он тут же надел перчатки из оленьей кожи, присел на корточки и принялся обыскивать труп. Через мгновение его лицо озарилось радостью.

«А вот это и есть настоящий улов!»

В его руках оказалась пачка банковских билетов — в общей сложности больше сотни лянов серебра.

«Таскать с собой столько денег, отправляясь на убийство, — ты сам напросился, чтобы тебя ограбили после смерти…» — хмыкнул Су Мо, тщательно проверил билеты и убрал их в дорожную сумку.

Остальные вещи на теле он трогать не стал. На склянках с ядами и противоядиями не было никаких пометок, они различались лишь по цвету. Су Мо понятия не имел, что это такое, и брать их вслепую было бы глупо — не зная, как их применять, можно было лишь навредить себе.

Глава 10

Убрав банковские билеты, Су Мо в последний раз взглянул на труп и невольно ощутил укол сожаления. Жалел он не об этом человеке, а о том, что не обыскал тела тех, кто погиб раньше.

«Эх, сколько же денег я упустил», — вздохнул он.

Хотя странствующие герои, как правило, с презрением относятся к презренному металлу, Су Мо к их числу не принадлежал. Деньги — вещь хорошая, и чем их больше, тем лучше. Особенно когда тебе нужно содержать целое охранное бюро, их ценность возрастает многократно.

«В роще было четверо, двое уже мертвы. Остались мужчина и женщина. О мужчине ничего не известно, а женщину зовут Ху Пяопяо… Почему я ни о ком из них раньше не слышал?»

В мире боевых искусств слава и выгода шли рука об руку. Выгоду можно было извлечь из самых разных источников, но имя было визитной карточкой любого мастера. Хоть Су Мо и был новичком в мире боевых искусств, он не был невеждой. Он старался запоминать все известные имена и истории, которые до него доходили. Но ни о какой «Ладони, переворачивающей горы», ни о какой Ху Пяопяо он прежде не слышал.

Он развернулся и зашагал прочь из персиковой рощи, продолжая свой путь к Почтовой станции Кричащего Петуха.

«На теле этого «Переворачивающего горы» не было никаких писем или знаков для связи с остальными. Это подтверждает, что каждый из них действовал сам по себе. Но если все они такие интриганы и при этом действуют сообща, неужели они не боятся, что Замок Сокровенной Тайны попадет в руки одного из них, и тот просто скроется? Должно быть, у них есть какой-то способ взаимного контроля».

Но их заговор был слишком тайным, а ставка — слишком высокой. Какими именно средствами они сдерживали друг друга, Су Мо вряд ли смог бы выяснить так быстро. Узнав правду о Замке Сокровенной Тайны, он еще больше захотел держаться подальше от этих разборок. Все, что он делал сейчас, было вынужденной мерой. Он надеялся, что после доставки груза ему удастся благополучно уйти.

…

Су Мо ожидал, что дальше обстановка станет еще более запутанной и опасной. Ведь из четырех заговорщиков, каждый из которых был по-своему хитер, двое все еще оставались на свободе. Пусть их было всего двое, но это сулило бесчисленное множество вариантов развития событий.

Во-первых, Су Мо до сих пор не знал, что именно их связывало. Тот тип в Беседке Опадающих Цветов явно не знал о преждевременной смерти Повара Чжоу. Но знали ли об этом двое оставшихся? Если да, то их последующие действия могли стать еще более яростными и непредсказуемыми. Если же нет… то они наверняка приготовили для него свои собственные ловушки.

И что самое неприятное — кто был тот таинственный убийца, что прятался в тени? Его целью был не Су Мо, но он, словно невзначай, помогал ему устранять препятствия. Однако его жестокие методы лишь подливали масла в огонь, ставя самого Су Мо в еще более рискованное положение. И имели ли ко всему этому отношение тот старик и юноша, что явились к нему ночью?

Все эти нити сплетались в тугой клубок, который, по логике вещей, должен был сделать дальнейший путь еще более хаотичным.

Но, к величайшему удивлению Су Мо… он просто дошел до Почтовой станции Кричащего Петуха.

Всю оставшуюся дорогу не произошло ровным счетом ничего. Никто не поджидал его в засаде, переодевшись трактирщиком. Никто не приглашал его на ужин с целью схватить, выпытать секреты боевых искусств и отобрать шкатулку.

К последнему Су Мо, по правде говоря, отнесся с некоторым разочарованием. Все-таки в пути и он, и его лошадь требовали еды, что увеличивало расходы. Если бы на каждом шагу его ждали такие вот «гостеприимные» хозяева, можно было бы не только сэкономить кучу денег, но и отлично питаться. Как ни крути, но уж точно не стали бы его кормить отрубями и помоями.

Увы, такое счастье выпало ему лишь раз. И вот теперь он стоял перед Постоялым двором Нефритового Источника. Поколебавшись мгновение, он все же шагнул внутрь.

— Добро пожаловать, господин! Желаете перекусить или остановиться на ночлег? — едва он переступил порог, как к нему с радушной улыбкой подскочил молодой слуга.

— Я ищу человека, — улыбнулся в ответ Су Мо. — Будьте добры, скажите, не останавливался ли у вас господин по имени Ван Сянлинь?

— А? — слуга на миг замер, но тут же кивнул. — Да, есть у нас такой постоялец. Может, присядете пока, выпьете чаю, а я поднимусь и спрошу его?

— Хорошо, будьте любезны.

Су Мо был сама вежливость. Слуга проводил его к столику, и почти сразу перед ним появился чайник с чашкой. Он поднял чашку, осмотрел ее, затем налил немного чая и легонько взболтал. Выплеснув первую порцию, он налил себе снова и сделал небольшой глоток, чтобы промочить горло.

Его чуткий слух уловил тихий шепот нескольких слуг неподалеку.

— Опять к этому господину Вану.

— Точно. Кто он вообще такой, этот господин Ван? За последние дни к нему уже двое или трое приходили…

— Кстати, тот мужчина, что приходил до этого, уходил с таким лицом, будто призрака увидел.

— Это еще что… А вот женщину я вообще не видел выходящей. Позже, когда я заходил в комнату убраться, ее там тоже не было.

Су Мо, опустив голову, молча пил чай, вслушиваясь в каждое слово. Как раз когда он поставил чашку на стол, вернулся слуга, ходивший наверх.

— Господин, господин Ван вас ждет, — с улыбкой сказал он. — Комната «Небесная», первая. Поднимитесь на второй этаж, поверните налево и идите до конца коридора. Можете проходить.

— Благодарю.

Су Мо сложил руки в почтительном жесте и поднялся по лестнице. Вскоре он уже стоял перед дверью комнаты «Небесная №1». Он легонько постучал. Изнутри донесся голос:

— Входите.

Открыв дверь, он увидел мужчину средних лет, который сидел с книгой в руках, полностью поглощенный чтением. В другой руке он держал чашку с чаем, но, казалось, совсем забыл о ней.

— Вы и есть Ван Сянлинь? — спросил Су Мо, оглядывая его.

Мужчина поднял на него глаза. Судя по нахмуренным бровям, он был недоволен, что его отвлекли.

— А что, похож на тебя?

— Ха-ха, конечно нет, — рассмеялся Су Мо. — Меня зовут Су Мо, я глава Охранного бюро Пурпурного Солнца. Один человек поручил мне доставить вам кое-что.

— Кое-что? — услышав это, Ван Сянлинь снова взглянул на Су Мо. — Что именно?

Су Мо без колебаний достал шкатулку и поставил ее на стол.

Взгляд Ван Сянлиня был поначалу безразличным, но при виде шкатулки его глаза чуть заметно изменились.

— Хм?

Он резко вскинул голову и посмотрел на Су Мо:

— А где тот, кто просил тебя доставить это?

— Мертв.

— Мертв? — Ван Сянлинь замер. Он отложил книгу и чашку и потянулся к шкатулке.

Но в следующий миг Су Мо положил руку поверх крышки.

— Что это значит? — нахмурившись, спросил Ван Сянлинь.

Су Мо, однако, выглядел еще серьезнее. Он посмотрел ему в глаза и отчеканил:

— Сначала деньги

Глава 11

Охранное бюро — не богадельня, и работать задаром здесь не принято. Поэтому, в какие бы заговоры и интриги ни было впутано это дело, Су Мо, как глава Охранного бюро Пурпурного Солнца, не собирался вкалывать бесплатно. С другой стороны, чем сильнее он будет настаивать на оплате, тем яснее покажет, что понятия не имеет о содержимом шкатулки. В противном случае, какой здравомыслящий человек откажется от Замка Сокровенной Тайны — величайшего сокровища, связанного с Великой Сокровищницей Боевых Искусств, — ради каких-то презренных денег?

Ван Сянлинь смерил Су Мо изменчивым взглядом и, наконец, с кривой усмешкой проговорил:

— Ты хоть знаешь, кто я такой?

— Не знаю и знать не хочу, — отрезал Су Мо.

Уголок рта Ван Сянлиня нервно дернулся.

— А ты знаешь, что в этой шкатулке?

— Человек, который вручил мне эту вещь, был на пороге смерти. Скажу честно, если бы он выжил, я бы ни за что не взялся за этот груз. Но раз уж вещь оказалась у меня, я не мог просто оставить ее себе. Вот и пришлось преодолеть не одну сотню километров до этой Почтовой станции Кричащего Петуха, чтобы с горем пополам доставить ее вам. Что до содержимого… за него уже пролилась кровь, и я не горю желанием стать следующим. Поэтому, какое бы несметное сокровище там ни хранилось, меня это не касается. Но есть один момент… тот человек сказал, что если я доставлю груз Ван Сянлиню на Почтовую станцию Кричащего Петуха, в постоялый двор Нефритового Источника, то получу щедрую награду. И это я хорошо запомнил.

Су Мо говорил уверенно и гладко, а под конец прямо спросил:

— Так что не будем ходить вокруг да около. Плату за доставку вы дадите или нет?

Ван Сянлинь долго смотрел на него, а потом внезапно расхохотался.

— Хорошо! Не ожидал, что в столь юном возрасте ты окажешься таким сообразительным. Если выживешь, в мире боевых искусств для тебя непременно найдется место. А плату я, конечно же, дам.

С этими словами он сунул руку в рукав, пошарил там и вытащил три банковских билета, протянув их Су Мо.

— Это билеты Банка Великого Достатка, их можно обналичить где угодно в пределах Восточной Пустоши. Триста лянов серебра. Думаю, этого хватит, чтобы покрыть твои расходы, не так ли?

— Более чем, — с широкой ухмылкой ответил Су Мо и потянулся за деньгами.

Однако Ван Сянлинь придержал его руку и многозначительно посмотрел на шкатулку в руках Су Мо.

— Ха-ха-ха, разумеется, — Су Мо тут же подвинул шкатулку к нему, и только тогда Ван Сянлинь отдал билеты.

Деньги в одну руку, товар — в другую… Честно говоря, это совсем не походило на обычную передачу груза, скорее на какую-то подпольную сделку, где обмениваются чем-то сомнительным.

Взяв в руки триста лянов, Су Мо взглянул на Ван Сянлиня, который уже сжимал шкатулку, и с легкой улыбкой произнес:

— Товар оплачен, сделка завершена. Позвольте откланяться.

— Угу, — промычал Ван Сянлинь, не отрывая глаз от шкатулки, словно держал в руках бесценное сокровище. Уход Су Мо его, казалось, нисколько не волновал.

Лишь когда Су Мо уже был у самого выхода, Ван Сянлинь бросил ему в спину:

— Дам тебе один совет. Если не хочешь навлечь на себя беду, держи рот на замке о том, что здесь произошло!

Су Мо обернулся, окинул его взглядом, но ничего не ответил. Выйдя из комнаты, он плотно прикрыл за собой дверь.

За дверью Су Мо на мгновение замер. По его мысленной команде прямо перед ним возникла панель.

[Задание: Доставить шкатулку Ван Сянлиню в постоялый двор Нефритового Источника на Почтовой станции Кричащего Петуха (Выполнено)] [Награда: Подсчет...]

Глядя на это уведомление, Су Мо не почувствовал облегчения. Наоборот, он нахмурился, еще раз бросил взгляд на закрытую дверь и только после этого развернулся и ушел.

…

В комнате черная ткань, в которую была завернута шкатулка, валялась на полу. Сама же шкатулка была отброшена в сторону, словно ненужный хлам. Ван Сянлинь сидел у окна, одна створка которого была приоткрыта. Теперь в его руках была не книга и не остывшая чашка чая, а клинок. Он медленно поглаживал лезвие, краем глаза наблюдая за Су Мо, покидающим постоялый двор. Лишь когда фигура юноши скрылась с улицы и исчезла за пределами Почтовой станции, он с облегчением выдохнул.

Внезапно вторая створка окна с силой распахнулась от порыва ветра. Вместе с ветром в комнату ворвался человек. В то же мгновение он уже сидел за столом, схватил чашку с чаем и поднес ее к губам.

Щелк!

Ножны клинка стукнули его по тыльной стороне ладони.

— Налей себе сам, — раздался холодный голос.

«…»

Пришедший лишь беспомощно вздохнул, налил себе чаю и положил рядом на стол свой меч. Меч был очень длинным, более двух метров!

— Так просто ушел?

— Это его не касается.

— Тогда и я пошел.

— Беги быстрее, может, еще догонишь.

«…»

Мечник явно разозлился.

— Я и так был быстр!

— Очевидно, недостаточно, — Ван Сянлинь бросил взгляд за окно. — Уже здесь.

— …Проклятье, не думай, что я тебя боюсь! Я просто уважаю старших!

Мечник схватил свое оружие и вылетел из окна. Едва его ноги коснулись земли, как сверху со свистом обрушился порыв ветра от удара палкой. Он поднял голову и увидел падающего с неба старика в рваной одежде, с деревянной палкой в руке и красной тыквой-горлянкой на поясе. Мечник хотел было выхватить меч, но, помедлив секунду, оттолкнулся от земли и бросился наутек.

Старик с красной тыквой бросил едва заметный взгляд на окно комнаты Ван Сянлиня и устремился в погоню за мечником. Один убегал, другой догонял — и вот уже обе фигуры скрылись вдали. Похоже, та самая парочка, которую Су Мо встретил в лесу, добралась в своей драке до Почтовой станции Кричащего Петуха, и, судя по всему, представление еще не окончено.

Ван Сянлинь отвел взгляд, тихо вздохнул и посмотрел на брошенную шкатулку. Едва заметная усмешка тронула уголки его губ, словно он о чем-то размышлял.

…

Ночь.

Безлунная, ветреная. Ветер выл и завывал.

Словно тень, с окна второго этажа постоялого двора соскользнула фигура. Легкое касание носком земли — и вот она уже на крыше. Человек несся вперед, не издав ни единого звука. Если бы кто-то закрыл глаза, он бы ни за что не догадался, что по крыше с бешеной скоростью мчится человек. Он не просто бежал — он летел. Словно гнался за ветром, а может, сам ветер толкал его вперед.

За несколько вдохов он покинул Почтовую станцию Кричащего Петуха. Путь в несколько километров остался позади в мгновение ока. Внезапно фигура остановилась на берегу озера и шумно выдохнула. Из-за пазухи был извлечен знакомый ларец.

Человек лишь мельком взглянул на него, отложил в сторону и провел рукой по лицу, срывая тонкую маску из человеческой кожи. Под ней открылось изящное, неземной красоты лицо. Сняв заколку, человек распустил волосы, и они тотчас шелковым водопадом хлынули вниз по плечам.

Это была женщина.

И в этот самый миг выражение ее лица резко изменилось.

— Выходи!

Ночь была тиха, лишь выл ветер. Спустя мгновение из тени, скрежеща зубами, вышел молодой человек.

— Ночь только началась, а я уже напуган до смерти. Как так вышло, что почтенный Ван Сянлинь вдруг обернулся женщиной?

— Ты не ушел?! — воскликнула женщина, глядя на появившегося перед ней Су Мо с нескрываемым изумлением.

Глава 12

Конечно, Су Мо не ушел. Как можно было уходить, когда ситуация оставалась такой туманной? Кто знает, какую бурю он принес бы домой на этот раз? Хотя в постоялом дворе он встретил Ван Сянлиня и, передав ему шкатулку, действительно получил системное уведомление о завершении задания, все это становилось лишь еще более странным.

Разговор двух слуг в гостинице был первой странностью. За последние дни Ван Сянлиня искали еще двое, помимо него самого: мужчина и женщина. И из тех четырех преследователей в живых тоже остались двое — мужчина и женщина. Су Мо не мог не связать эти факты воедино. Выходит, оставшаяся парочка не стала строить против него козни, потому что в это время отправилась на поиски самого Ван Сянлиня? Но если это предположение верно, странностей становилось еще больше.

Су Мо не знал, кто такой Ван Сянлинь. Но знали ли о нем другие, помимо него самого — «получателя» груза? Судя по всему, они были прекрасно осведомлены! Иначе с чего бы им бросать его и идти прямиком к Ван Сянлиню? Но и тут возникал вопрос: почему они не сделали этого раньше? Почему они решились на это только после смерти двух своих товарищей? Чего они опасались?

И вот теперь, судя по результату, они навестили Ван Сянлиня, и тот остался цел и невредим. Причем их визит не был тайным или скрытным — они явились открыто. Каковы же были их отношения? Все это не давало Су Мо покоя.

Прежде чем подняться наверх и отдать шкатулку, Су Мо рассматривал одну возможность: Ван Сянлинь мог быть не настоящим. Кто-то занял чужое гнездо, выдавая себя за другого, чтобы обманом заполучить шкатулку. Этот вариант объяснил бы многие нестыковки. Однако системное уведомление о завершении задания разрушило эту теорию — Ван Сянлинь был настоящим! Этот и без того запутанный клубок интриг стал еще более непостижимым.

«И я, оказавшись втянутым в эту мутную историю, должен был со спокойной душой и радостью на сердце отправиться домой? Насколько же беззаботным нужно быть для этого?»

Поэтому, покинув Почтовую станцию, Су Мо тщательно убедился, что за ним нет слежки, а затем тайно вернулся. Фигура Ван Сянлиня была ключом ко всей этой истории. И если он хотел во всем разобраться и по-настоящему выйти сухим из воды, начинать нужно было именно с него.

И он не ошибся. Глубокой ночью «Ван Сянлинь» покинул свою комнату и помчался прочь. Его техника легкого шага была поистине изумительной. Су Мо, поддерживая себя внутренней энергией, едва поспевал за ним, иначе точно бы его упустил.

Вот только чего Су Мо никак не мог ожидать, так это того, что почтенный Ван Сянлинь вдруг превратится в молодую девушку.

…

Под покровом ночи двое смотрели друг на друга, не находя слов. Недоумение во взгляде Су Мо постепенно сменилось задумчивостью, а затем и сожалением.

Женщина напротив тоже вздохнула:

— Я считала тебя умным человеком, но не думала, что ты слишком умен.

Умный человек знает, что не стоит лезть в эпицентр бури. Благородный муж не стоит под опасной стеной. Но именно эта излишняя сообразительность и заставила Су Мо, который мог бы спокойно уйти, снова вернуться в самый центр событий.

Су Мо и впрямь был умен и понял намек с полуслова.

— А если я уйду прямо сейчас, еще не поздно? — вздохнул он.

— Боюсь, уже поздно… — женщина снова вздохнула и огляделась по сторонам. — Они уже здесь.

— Пришли за тобой?

— А ты думал, за тобой? За безвестным охранником? — холодно бросила она.

— Ты намеренно их сюда заманила, значит, у тебя есть план, верно?

— Был. Но теперь я не так уверена.

— Почему?

— …Потому что теперь здесь есть ты.

— Может, ты им объяснишь? Я просто прохожий с избытком любопытства. Я не собираюсь ввязываться в ваши разборки…

— Поздно. Теперь, когда ты попал в их поле зрения, есть только один способ уйти целым и невредимым.

— Какой?

— Убить их всех!

В тот же миг, как прозвучали эти слова, из озера позади женщины с ревом взметнулся столб воды. Вместе с водой из глубины вылетел человек. Едва оказавшись в воздухе, он нанес удар — точка звездного света, подобная метеору или искре, в мгновение ока достигла спины женщины.

Но та уже развернулась. Ее руки пришли в движение, сверкнул клинок, и с громким «дзинь!» внезапная атака из-за спины рассыпалась в прах. Нападавший, казалось, ничуть не удивился и, взмахнув обеими ладонями, устремился вперед. Но не успел он приблизиться, как женщина исчезла.

Ошеломление длилось лишь миг. Внезапно он почувствовал леденящий холод на шее. Опустив голову, он увидел острие одноручного клинка, пронзившее его горло. Алая кровь еще не успела капнуть, как в спину ему пришелся мощный удар ногой. Тело отлетело к берегу и без единого содрогания замерло.

Женщина легко приземлилась и обвела взглядом окрестности. Вокруг бесшумно появились десять человек. Девять из них были одеты в черное, их взгляды были суровы и холодны. Лишь один не носил черного, и на его лице застыла смесь серьезности и радости.

Этого человека Су Мо узнал… один из тех четырех преследователей!

— Смертоносная формула Нефритовой Души! Так это и вправду отродье клана Юй! — воскликнул он возбужденно, его тон был почти приказным. — Почтенные посланники, это отродье клана Юй чудом уцелело, но вместо того, чтобы благодарить небеса за милость, посмело использовать Замок Сокровенной Тайны как приманку, чтобы заманить нас в ловушку! Его замыслы, должно быть, велики. Неизвестно, настоящий ли Замок, так что прошу вас, действуйте осторожно. Лучше всего взять ее живьем.

— Хм, ты говоришь разумно, — кивнул ближайший к нему человек в черном. Пружинный механизм в рукояти его клинка щелкнул, и лезвие на пару сантиметров вышло из ножен.

— В таком случае, я полагаюсь на вас… — тот человек сложил руки в почтительном жесте, но не успел договорить, как сверкнул холодный блик, и ци клинка пронзила его шею!

Он инстинктивно схватился за горло, в его глазах застыло полное неверие.

— По… поче…

Вопрос «почему» так и не сорвался с его губ. Он рухнул на землю замертво.

— Преступление первое: мы содержали вас столько лет, чтобы вы тайно расследовали местонахождение Замка Сокровенной Тайны. Вы не только ничего не нашли, но и угодили в ловушку. Какая от вас польза? — произнес человек в черном ледяным, бесстрастным тоном. — Преступление второе: попавшись на чужую уловку, ты еще и возомнил, что можешь рассчитывать на похвалу и награду. Невероятная глупость. Ты заслужил смерть. Преступление третье: кто ты такой, чтобы указывать нам, что делать? Сегодня ты сам навлек на себя гибель.

Человек в черном перевел взгляд на женщину:

— Ты Юй Линсинь?

Глава 13

— Ты Юй Линсинь?

Человек в черном посмотрел на женщину и медленно покачал головой.

— В те годы, истребляя твой клан Юй, мы умудрились упустить одну-единственную душу — тебя, старшую госпожу. Сведения о Замке Сокровенной Тайны, побродив по свету добрый десяток лет, в конце концов все равно оказались у тебя. Тот бедолага, что их принес, хоть и сам напросился на смерть, но свою лепту, надо признать, внес. Вот только заслуга эта не перевешивает его проступка. Сегодня ты сдашься по-хорошему и пойдешь со мной? Или будешь упираться до последнего, пока мы не отрубим тебе руки и ноги и не унесем с собой лишь живой обрубок?

Его тон был ровным и бесстрастным, словно перед ним стоял не живой человек и уж тем более не мастер боевых искусств, а всего лишь скот на убой, не заслуживающий ни капли внимания.

Женщина, которую назвали Юй Линсинь, молчала. Спрятав парчовую шкатулку обратно за пазуху, она лишь пристально смотрела на своего врага, словно пытаясь разглядеть его истинное лицо под маской. Наконец она не сдержала тяжелого вздоха.

— В тот год я была еще совсем маленькой. Вы явились так же, как сегодня, — глухой ночью, в черных одеждах. И убивали всех без разбора... служанок, прислугу, стражей, учеников, братьев и наставников клана, моих родителей... Триста семьдесят один человек из моего клана Юй — все они погибли от ваших рук в одну-единственную ночь. Самое смешное, что за все эти десять с лишним лет я так и не смогла выяснить, кто вы на самом деле. Ты спрашиваешь, что я выберу сегодня? Ответ прост… Сегодня я отправлю вас всех до единого в могилу!

Едва ее голос смолк, как клинок уже рассек ночную тьму. В небесах взорвалась оглушительная молния, и в тот же миг, словно по команде, на землю обрушился проливной дождь. Но быстрее дождевых капель в воздух взметнулась кровь!

Движения Юй Линсинь были непредсказуемы и обманчивы, но по-настоящему ужасал ее клинок. Он взмывал без свиста, опускался бесследно, воплощая в себе лишь одно-единственное слово — «смерть». Один из нападавших не успел даже среагировать, как лезвие пронзило его сердце. Волна внутренней энергии прокатилась по телу, уничтожая все признаки жизни.

— Смертоносная формула Нефритовой Души, как и ожидалось!

Оставшиеся восемь убийц в черном мгновенно разлетелись в восьми направлениях, не удостоив павшего товарища даже мимолетным взглядом. На дереве рядом с Су Мо, на самой верхушке, стоял тот самый предводитель в черном. Его фигура покачивалась на ветру, и, несмотря на ливень, голос его звучал все так же ровно и отчетливо, достигая ушей каждого присутствующего.

— Жалкая Смертоносная формула Нефритовой Души, и ты смеешь на нее полагаться? Раз мы смогли истребить твой клан в прошлом, то и с тобой одной справимся сегодня!

Он встряхнул запястьем, и оставшиеся семеро убийц атаковали одновременно. В одно мгновение небо усеяли мириады холодных звезд, которые в пелене ливня стало еще труднее различить. Но сияние клинка Юй Линсинь пронзило завесу дождя и отсекло россыпь смертоносных огней в трех десятках сантиметров от нее. Жестокая схватка разразилась под покровом дождливой ночи.

Су Мо окончательно понял, что он здесь действительно чужой.

«Если бы не тот помирающий тип в лесу, которому невесть что стукнуло в голову, и он не сунул мне эту шкатулку, я бы вообще здесь не оказался», — с досадой подумал он.

Вот только… уйти сейчас было проблематично. Хотя несколько убийц одновременно атаковали Юй Линсинь, их предводитель, стоявший на верхушке дерева, едва заметно, но неотступно держал его под прицелом своей внутренней энергии. Любое неосторожное движение — и на него обрушится удар со всей яростью грома и молнии.

Су Мо скривил губы и вздохнул. «Ну что за дела?»

Раз уж уйти в ближайшее время не получится, Су Мо решил не дергаться и просто наблюдать за схваткой. Он невольно нахмурился. Боевое искусство Юй Линсинь было на высоте. Судя по ее выпадам, никто из этих убийц, за исключением их предводителя на дереве, не был ей ровней в поединке один на один. Однако в битве одной против многих она все же начала уступать. Ее техника владения клинком была отточенной и смертоносной, нацеленной на мгновенное убийство — каждый взмах нес гибель. Но по мере того, как бой затягивался, она неизбежно получала раны. Ранения сковывали движения, ослабляя ее мастерство, и чаша весов медленно, но верно склонялась не в ее пользу. Хотя ее клинок оставался чистым, а на теле не было видно ран, кровь смывал проливной дождь. Но стоило взглянуть на ее шаги — каждый оставлял на земле кровавый след, — и становилось ясно, что ей далеко не так легко, как казалось.

— Ты использовала Замок Сокровенной Тайны как приманку, чтобы выманить нас, заставив тех четверых дураков напасть. Жаль… твое боевое искусство неплохо, но и двух кулаков мало против четырех пар рук. Так… где же твой спрятанный козырь? Неужели… этот маленький охранник?

Предводитель убийц снова заговорил, и на этот раз его слова были нацелены прямо на Су Мо.

Тот опешил, а затем поспешно затряс головой:

— Ты не городи ерунду, я с ней не знаком!

— …

Убийца на миг застыл, явно не ожидая такого ответа. Да и Юй Линсинь, похоже, была немного сбита с толку. Сегодняшний вечер складывался вполне логично, но вот этот Су Мо… он как-то совершенно не вписывался в общую картину.

— Он? — Взгляд Юй Линсинь стал жестким. Она изящным движением стерла с уголка губ струйку крови, смешавшуюся с дождем, и усмехнулась. — Всего лишь случайный охранник, попавший под горячую руку… А что до моей опоры? — Она достала из-за пазухи ту самую шкатулку. — Замок Сокровенной Тайны здесь. Настоящий или нет — почему бы вам самим не рискнуть и не проверить?

С этими словами она резко подбросила шкатулку в воздух. Вслед за ней метнулся сгусток энергии клинка, прорезавший пелену дождя! Энергия клинка настигала шкатулку и вот-вот должна была ее расколоть. В тот же миг один из убийц взмыл в воздух, устремляясь к ларцу. Он с легкостью развеял энергию клинка и схватил шкатулку.

— Я достал! — воскликнул он.

Но в глазах Юй Линсинь промелькнул ледяной блеск, смешанный с едва уловимым разочарованием. В то же мгновение из шкатулки вырвались сотни и тысячи серебристых лучей. Человек, державший ее, еще не успел коснуться земли, как все его тело забрызгало кровью. Он умер, не долетев до земли! Какой еще Замок Сокровенной Тайны? Внутри было спрятано коварное скрытое оружие, и оставалось лишь гадать, как оно было приведено в действие в тот самый миг, когда враг коснулся ларца. Как бы то ни было, при правильном применении этот трюк был поистине смертоносным.

Зрачки предводителя на дереве сузились.

— Иглы Непостоянного Греховного Дождя! Дрянная девчонка, какой змеиный умысел! Жаль только, ты недооценила нас. Какой у тебя теперь козырь?

Но не успел он договорить, как Юй Линсинь внезапно трижды нажала на точки на своем теле.

— «Нефрит и камень сгорят вместе»?! Стой!

Зрачки предводителя убийц резко сузились. В тот же миг он сорвался с места. Сверкающий клинок обрушился с неба, но целью его был Су Мо!

— Если не остановишься, он умрет из-за тебя!

Глава 14

Смертоносная формула Нефритовой Души!

Это боевое искусство было уникальной техникой клана Юй. Однако изначально оно называлось не так, а «Смертоносная формула Разбитого Нефрита». Название отсылало к древней мудрости: «Лучше быть разбитым нефритом, чем целой черепицей», что означало готовность умереть с честью, но не жить в позоре. Однако предки клана Юй сочли такое название дурным предзнаменованием и сменили иероглиф «разбить» на «пронзить», а затем и вовсе на «душа».

Но как бы ни менялось название, самой мощной техникой этого искусства оставался тот самый прием — «Нефрит и камень сгорят вместе». При его использовании внутренняя сила обращалась в пламя, а собственное тело становилось топливом. Вспыхивая, мастер высвобождал мощь, в несколько раз превосходящую его обычные возможности, и доводил «убийственное намерение» Смертоносной формулы до абсолютного предела. Никто в здравом уме не желал бы встретиться с такой атакой лицом к лицу.

В те далекие годы клан Юй пал под натиском этих убийц в черном лишь потому, что те заранее отравили колодцы в их поместье. Яд не позволил мастерам клана раскрыть всю свою силу, и уж тем более применить технику взаимного уничтожения. Лишь поэтому их постигла столь ужасная участь — полное истребление.

Предводитель убийц на дереве и представить себе не мог, что Юй Линсинь, будучи такой молодой, уже способна применить этот отчаянный прием. Еще больше его поразило то, с какой решимостью и готовностью пожертвовать собой действовала эта девушка, которой едва исполнилось двадцать лет. Если бы она действительно завершила технику, сегодняшний вечер закончился бы для них очень плохо.

Именно поэтому он в тот же миг решил не останавливать ее, а использовать Су Мо в качестве заложника. В этом и проявился его опыт. Этот человек был тертым калачом мира боевых искусств, его проницательность и опыт были несравнимы с умениями обычных бойцов.

Юй Линсинь действовала решительно, но все ее поступки этим вечером, казалось, были направлены на то, чтобы держаться от Су Мо подальше. Вначале они стояли близко, но, начав бой, она увела противников в сторону, очевидно, не желая втягивать случайного человека в эту кровавую заварушку. Именно поэтому предводитель убийц поначалу и решил, что Су Мо — ее скрытый козырь. Но когда Юй Линсинь бросила шкатулку, активировав Иглы Непостоянного Греховного Дождя, а затем, не колеблясь, прибегла к технике самосожжения, он понял — она просто не хотела впутывать невинного!

А раз так, то ключ к разрешению ситуации сам собой упал ему в руки.

«Не хочешь впутывать невинного? А я его впутаю. Не хочешь, чтобы этот юнец умер из-за тебя? Тогда послушно сложи оружие!»

Предводитель убийц принял решение в мгновение ока. Он взмыл в воздух и молниеносно оказался перед Су Мо. Его клинок несся вниз с убийственной скоростью, но цели убивать у него не было. Если он хотел использовать Су Мо как заложника, то мертвый заложник был бесполезен. Он намеревался схватить его, чтобы заставить Юй Линсинь подчиниться.

И в этот миг Юй Линсинь действительно замерла. Предводитель убийц мысленно выдохнул с облегчением.

И совершенно не заметил кулак, который уже поднял Су Мо…

«Пять стихий приводят в гармонию Инь и Ян, ранят сердце, терзают легкие, губят печень и селезенку. Поврежденные органы теряют свою суть, разум мутнеет, три обогревателя гаснут, и душа улетает прочь!»

В его сознании пронеслись строки из наставления к технике кулачного боя.

Система Су Мо по-прежнему работала невыносимо медленно. Расчет награды завершился лишь к ночи, пока он ждал, что «Ван Сянлинь» проявит себя. И результат этого расчета заставил Су Мо кое-что осознать. Его Система была совершенно нелогичной.

Задание по сопровождению Ли Ишу было до смешного простым. Никаких заговоров, никаких интриг. На большой дороге между Городом Падающей Зари и Городом Парчового Солнца не встретилось даже захудалого разбойника. Поездка прошла абсолютно гладко, без малейших происшествий. И за такое плевое дело он получил совершенное Искусство Праджни Дракона и Слона.

А в этот раз он вляпался в целую кучу неприятностей, да еще и оказался связан с такой опасной штукой, как Замок Сокровенной Тайны, способной ввергнуть весь мир в хаос. И за все это ему выдали лишь одну-единственную, пусть и совершенную, кулачную технику… Кулак Семи Ран!

В тот же миг его внутренняя сила хлынула по меридианам Инь и Ян. Мощь Искусства Праджни Дракона и Слона наполнила тело, пробуждая чудовищную физическую силу.

Предводитель убийц еще не успел опустить свой клинок, как почувствовал неладное. Дождевые капли вокруг него вдруг начали вести себя странно: они искажались, изгибались, теряли форму. Это было верным признаком того, что внутренняя энергия мастера достигла такого уровня, что начала влиять на сам воздух.

Человек в черном, только что вздохнувший с облегчением от удачно провернутого плана, почувствовал, как его зрачки сужаются от ужаса. Он перевел недоверчивый взгляд на Су Мо и увидел лишь кулак!

А затем — целое море кулаков!

Казалось, их было больше, чем капель в этом ливне. Они заполнили все его поле зрения, с легкостью обошли его клинок, который он не вложил в удар в полную силу, и в то же мгновение обрушились на его грудь.

Бесчисленные удары слились в одной точке, и чудовищная внутренняя сила взорвалась внутри его тела.

— Это не…

Убийца в ужасе уставился на Су Мо. Он не успел договорить и слова, как его отбросило назад, словно метеор. Пробив пелену дождя, он еще не коснулся земли, когда раздался оглушительный взрыв, и его тело попросту разорвало на куски!

На мгновение в мире воцарилась гробовая тишина.

Всем, кто стал свидетелем этой сцены, показалось, что у них помутился рассудок.

Однако Юй Линсинь, обладавшая молниеносной реакцией и знавшая чуть больше остальных, тут же пришла в себя. Она прервала свою технику самосожжения и, взмахнув клинком, за несколько вдохов прикончила оставшихся убийц, которые застыли на месте, потеряв от ужаса волю к сопротивлению.

Ветер не утихал, дождь продолжал лить.

Су Мо легонько встряхнул рукой и посмотрел на Юй Линсинь:

— Скажи-ка, ты ведь не нарочно, да?

— Нарочно что? — тяжело дыша, спросила Юй Линсинь.

Су Мо помедлил, но потом махнул рукой:

— Ладно, ничего. На этом все закончилось?

— …Почти.

— Чего еще не хватает?

— Вот этого.

Последние слова произнесла не Юй Линсинь. Из тени вышел человек. Одной рукой он придерживал длинный, почти двухметровый меч, а в другой тащил труп. Труп был испещрен ранами от меча.

— Это ты? — Су Мо взглянул на пришедшего с некоторым удивлением, хотя в глубине души не был слишком уж поражен.

Мечник бросил взгляд на Юй Линсинь и скривился:

— Ты была права, они и впрямь осторожны. Пока ты тут развлекалась, за всем наблюдала еще одна пара глаз. Правда, я их уже выковырял. Но… это не то, о чем мы договаривались.

— Просто небольшая накладка, — равнодушно махнула рукой Юй Линсинь. — У тебя есть время на пустую болтовню?

— Конечно, есть… Ах ты, сволочь! Прилипли, как банный лист, отродье проклятое!

Мечник, только что выглядевший совершенно расслабленным, вдруг что-то почувствовал. Он швырнул труп на землю, бросил на Су Мо еще один злобный взгляд и, развернувшись, бросился прочь.

Су Мо задумчиво посмотрел ему вслед, а затем перевел взгляд на Юй Линсинь:

— Что это за старик?

— Старец Десяти Ненавистей, — ответила Юй Линсинь, глядя прямо на Су Мо, и на ее губах появилась легкая улыбка. — А тот мечник, которого ты убил в лесу, был его учеником.

Глава 15

— Тот мечник, которого ты убил в лесу, был его учеником.

Одним этим предложением Юй Линсинь расставила все по своим местам. Су Мо наконец понял, с чего бы этот старик так внезапно нашел его. Он криво усмехнулся.

— Вино от незнакомцев и впрямь пить не стоит.

— То вино… на самом деле, можно было пить, — покачала головой Юй Линсинь. — Если твоя внутренняя сила достаточно глубока, оно даже пошло бы на пользу. Ну что, теперь твое любопытство удовлетворено?

— Пожалуй, да, — Су Мо был немного раздосадован. — Впредь постараюсь быть не таким любопытным.

На самом деле он не был таким уж любопытным человеком. Просто в этот раз его так затянуло в водоворот событий, что уйти, не разобравшись в происходящем, было бы опрометчиво — он рисковал навлечь на себя еще большие беды. Вот почему он решил проследить за ней и докопаться до истины. Кто бы мог подумать, что все обернется таким образом?

Когда они с Юй Линсинь стояли лицом к лицу, а убийцы в черном бросились в атаку, Су Мо уже начал кое-что понимать. Но услышав их разговор, он понял почти все. Клан Юй был уничтожен много лет назад, и в живых осталась одна лишь Юй Линсинь. Больше десяти лет она упорно тренировалась, и, достигнув мастерства, вышла в мир боевых искусств, чтобы отомстить.

Как именно она провернула все с самого начала, Су Мо не знал, но догадывался, что план был прост… Те четверо в лесу принадлежали к одной тайной организации, что скрывалась в тени мира боевых искусств и разыскивала Замок Сокровенной Тайны. Именно поэтому Су Мо никогда не слышал их имен — для таких, как они, чем меньше известности, тем лучше. Лишь оставаясь никем, они могли действовать свободно. Юй Линсинь использовала Замок Сокровенной Тайны как приманку, чтобы наконец выманить их. Впрочем, эти четверо не были ее целью. Ее настоящей целью была организация, стоящая за ними.

Она убила Повара Чжоу и того наемника по фамилии Сюй не просто так. Если слухи об этих смертях дойдут до ушей Ху Пяопяо и остальных, да еще и сопроводить их парой наводящих деталей, те наверняка решат, что это была месть. И кто же мог мстить? Если в этот момент подбросить им информацию о «клане Юй» и «Ван Сянлине», то в итоге обе стороны придут к выводу, который их устроит. Конечно, всех тонкостей этого замысла Су Мо не знал, но результат был налицо: таинственная организация узнала о существовании Юй Линсинь. И, как и ожидалось, тут же ринулась в атаку, что и привело к сегодняшней ночной бойне.

Можно сказать, что во всей этой истории Су Мо был всего лишь случайным прохожим, втянутым в чужие разборки. А Замок Сокровенной Тайны оказался подделкой… внутри которого пряталось смертоносное скрытое оружие.

«Вот уж действительно, — подумал Су Мо, — не такое уж у меня и сильное любопытство. Открой я тогда эту шкатулку, и лежать бы мне сейчас мертвым».

Что же до того, почему она попросила мечника отвлечь Старца Десяти Ненавистей и тем самым спасла его, то ответ был очевиден: ей нужна была эта шкатулка для завершения своего плана. Судя по ее действиям сегодня ночью, она собиралась использовать спрятанное в ларце оружие, чтобы разделаться с главной угрозой. Но тут неожиданно появился он, Су Мо, заставив ее действовать с оглядкой и в итоге даже пойти на отчаянный шаг, готовый погубить и ее саму.

Прокрутив все это в голове, Су Мо, не дожидаясь, пока Юй Линсинь заговорит, махнул рукой:

— Раз уж моих дел здесь больше нет, я, пожалуй, откланяюсь.

Юй Линсинь некоторое время молча смотрела на него, а затем кивнула.

— Я сама со всем разберусь. Но ты — держи рот на замке. Иначе, каким бы великим ни было твое боевое искусство, беда может прийти от длинного языка.

— Понимаю. Спасибо за напоминание.

— Да… и берегись Старца Десяти Ненавистей. Цилинь… не сможет сдерживать его долго.

Сказав это, Юй Линсинь отвернулась, давая понять, что разговор окончен. Су Мо был человеком понятливым. В этот раз он действительно развернулся и ушел без промедления. Интриги Юй Линсинь, сколько бы там ни было продолжений, его больше не касались. Как только она заметет следы, он сможет полностью выпутаться из этой истории и вернуться домой без лишних хлопот. По правде говоря, если бы он ушел сразу после событий на Почтовой станции Кричащего Петуха, то и продолжения бы не было… но, увы, тогда он слишком мало знал о ситуации и не мог уйти со спокойной душой, что и привело к сегодняшним осложнениям.

Су Мо двигался быстро и в мгновение ока исчез в ночи. Только тогда Юй Линсинь обернулась и посмотрела в ту сторону, куда он ушел. В ее глазах промелькнуло сомнение, но в конце концов она лишь покачала головой. Она не стала уходить далеко, а направилась вглубь леса. Неподалеку росло большое дерево. Обойдя ствол, она с силой потянула за кору. Та с треском отошла, открывая дупло, в котором прятался человек.

Это была женщина… Будь Су Мо здесь, он бы сразу ее узнал. Это была единственная женщина из той четверки — Ху Пяопяо. Сейчас она сидела с закрытыми глазами, без дыхания и сердцебиения, словно мертвец. Юй Линсинь несколько раз нажала на точки на ее теле. Ху Пяопяо, до этого похожая на труп, вдруг судорожно вдохнула и распахнула глаза.

…

Ночной дождь не лучшая погода для путника, но Су Мо шел очень быстро. Ему не терпелось выбраться из этого клубка интриг. По пути он невольно размышлял о мире боевых искусств. С виду он казался спокойным, но под поверхностью бурлили темные течения. Оставаясь в стороне, этого не замечаешь, но стоит лишь оказаться втянутым, как тут же осознаешь всю опасность. Замысел Юй Линсинь и ее схватка с той таинственной организацией были лишь одной из бесчисленных бурь этого мира, его крошечным отражением. Случайно попав в самый эпицентр, Су Мо смог лишь мельком заглянуть за кулисы, но и этого хватило, чтобы понять: ветры и дожди мира боевых искусств приходят и уходят, не спрашивая ничьего позволения. Иногда, даже если ты никого не трогаешь, буря все равно обрушится на твою голову. Есть вещи, которые не изменить — как дождь, что должен пролиться, или вдова, что снова выходит замуж. Кто может этому помешать?

«Значит, чтобы выжить в этом мире, нужно быть готовым к тому, что тебя затянет в бурю. Лишь тот, кто сможет устоять на ногах посреди шторма, обретет право на свое место в мире боевых искусств».

— Впредь буду держаться подальше от чужих дел, — выдохнул Су Мо. — Постараюсь не ввязываться в эти бури. Буду спокойно сопровождать грузы, выполнять задания, получать награды и оттачивать боевые искусства. Тогда, если в будущем меня все же затянет в какую-нибудь передрягу, у меня будет сила, чтобы защитить себя и не сгинуть в этом шторме. Вот только... что теперь с тем мечником по имени Цилинь?

Если разобраться, тот человек, что отдал ему шкатулку в лесу, вряд ли действовал по указке Юй Линсинь — скорее всего, это был его отчаянный предсмертный жест. Так что в том, что мечник напал на него, а он убил мечника, не было ничьей вины, кроме их собственной. А вот Цилинь, отвлекший Старца Десяти Ненавистей, в какой-то степени действительно принял удар на себя.

«Впрочем... какая мне разница? Не я же его просил за меня вступаться».

Су Мо быстро и безжалостно отбросил эту мысль и продолжил свой путь в Город Падающей Зари.

Глава 16

Павильон Десяти Ли!

Отсюда до Города Падающей Зари оставалось всего десять ли, то есть пять километров. Изначально это был простой павильон. В эпоху, когда ни карет, ни лошадей особо не было, проводить друга на десять ли или встретить его за десять ли от города считалось знаком величайшего уважения. Для этого и построили беседку. Здесь, в павильоне, прощались, не зная, сколько весен и осеней пройдет до новой встречи.

Однако вскоре кто-то смекнул, как на этом заработать. Ведь провожая или встречая, люди непременно хотели выпить чашку чая или кувшин вина. Кто-то приносил с собой, но что делать тем, у кого такой возможности не было или кто не хотел тащить лишний груз? Заметив это, предприимчивые люди стали открывать рядом с павильоном чайные и винные лавки. Со временем, когда здесь стали останавливаться торговцы и отдыхать странствующие мастера боевых искусств, дела пошли в гору.

Су Мо как раз сидел в одной из таких чайных у Павильона Десяти Ли. Посетителей было немало: отдыхающие торговцы, одинокие бродяги из мира боевых искусств. Одни сбивались в группы, громко смеясь и обсуждая что-то, другие сидели в одиночестве, уткнувшись в свои чашки. Су Мо спешил как мог и наконец, спустя почти полмесяца, добрался до родных мест. Увидев павильон, он понял, что почти дома. Можно выпить чаю, перевести дух, а потом уже и возвращаться.

«Я обещал дядюшке Фу вернуться через полмесяца. А у меня только дорога от Почтовой станции Кричащего Петуха заняла почти столько же. Старик, наверное, уже извелся от беспокойства», — вздохнул Су Мо, сделав глоток чая. — «Хотя в историю с Юй Линсинь я вляпался случайно, и плевать на их вражду с той организацией, но, по крайней мере, за это задание, плюс щедрый посмертный дар того наемника Сюя, я заработал больше четырехсот лянов серебра. Попрошу дядюшку Фу прикупить кое-что для бюро. Оно сейчас пустое, как гулкий барабан, дел невпроворот. Для начала хотя бы хорошую лошадь купить, а то надоело на своих двоих бегать... А когда бюро разрастется, можно будет и людей нанимать. Тогда понадобятся и повозки, и форма... все это расходы, расходы. Эти четыреста лянов — капля в море».

От этих мыслей четыреста лянов серебра в кармане как-то сразу перестали казаться такой уж большой суммой. Впрочем, он был к этому морально готов.

Кроме четырехсот лянов серебра, был и другой трофей — Кулак Семи Ран. Это было чрезвычайно опасное боевое искусство. В теле человека пять стихий: сердце — огонь, легкие — металл, печень — дерево, почки — вода, селезенка — земля. Добавь к ним две энергии, инь и ян, и получишь семь ран. Практикуя эту технику, ты ранишь всех семерых. Сначала калечишь себя, чтобы потом калечить врага! Однако Су Мо находился под защитой Искусства Праджни Дракона и Слона, доведенного до совершенства, так что Кулак Семи Ран не мог ему навредить. К тому же, он сразу получил эту технику на уровне великого мастера, и усердные тренировки не только не вредили ему, но и укрепляли его внутренние органы.

В ту дождливую ночь убийца в черном пытался прижать его клинком к дереву, чтобы взять в заложники и заставить Юй Линсинь сдаться. Неизвестно, сработал бы его план, но он предоставил Су Мо прекрасную возможность опробовать новую технику. Правда, тот и сам не ожидал, что мощь Кулака Семи Ран, усиленная его внутренней энергией, окажется настолько разрушительной, что противника просто разнесет на куски.

«Кулак Семи Ран слишком опасен. Лучше приберечь его для смертельных схваток. В деле сопровождения грузов семь десятых успеха — это хорошие отношения, и лишь три десятых — боевое искусство. В будущем нужно стараться заводить больше друзей. Хотя сейчас у меня нет никакой репутации, а слава предков давно развеялась по ветру… но даже в дружеских поединках можно наладить связи. Мой Кулак Семи Ран, хоть я и могу его контролировать, чтобы не убивать противника, все равно слишком жесток. Его удары бьют прямо по внутренним органам, это выглядит слишком агрессивно».

Су Мо горько усмехнулся и поднял глаза. Внезапно его брови слегка дрогнули. Вдалеке на полной скорости мчались несколько всадников, направляясь прямо к павильону. Он нахмурился, но тут же расслабился.

«Кажется, я стал параноиком. Услышу стук копыт — и сразу жду беды. Юй Линсинь нужно действовать в тайне, иначе ее план мести провалится. Так что я буду молчать, и она тоже будет держать язык за зубами. В ту ночь она не смогла меня убить, а если бы я убил ее, то взвалил бы на себя все ее проблемы. Так что, по сути, я мог уйти, только чтобы не навлекать на себя беду, а она была вынуждена меня отпустить, чтобы не создавать лишних сложностей. Эта история действительно закончилась. Не может же быть, чтобы неприятности нашли меня прямо здесь, пока я пью чай».

Подумав об этом, он успокоился. Но когда всадники подъехали ближе, Су Мо пожалел, что не ушел раньше.

«Охранное бюро Железной Крови!»

Лошади еще не доскакали, а флаги уже были видны. Огромные иероглифы «Железная Кровь» тут же вызвали перешептывания среди посетителей чайной.

— Одно из трех крупнейших охранных бюро Города Падающей Зари!

— Драконье Копье Железной Крови, Ян Ичжи, и впрямь выдающийся человек. С нуля создал такое огромное дело. Теперь, когда развевается флаг Железной Крови, кто в мире боевых искусств не окажет ему уважения?

— Боевое искусство Ян Ичжи действительно на высоте, жаль только, со зрением у него неважно…

— Это еще почему?

— У Ян Ичжи нет сыновей, только одна дочь, которую он с детства обожал. И надо сказать, юная госпожа Ян оправдала надежды: не только красавица, но и в боевых искусствах уже достигла больших высот, переняв семь десятых мастерства своего отца…

— Да только вот муж ей достался непутевый…

— Тсс, тише, они уже здесь.

Разговор оборвался на полуслове, потому что всадники уже подъехали. Во главе отряда была молодая, красивая девушка. За спиной у нее висело серебряное копье, совершенно не вязавшееся с ее изящной внешностью. Она резко осадила коня, спрыгнула на землю — само воплощение отваги и удали.

— Дядюшка Ван, дядюшка Ли, это путешествие было нелегким. Мы уже почти дома, давайте спешимся и выпьем чаю, — обратилась она к мужчинам позади нее.

— Слушаем юную главу! — ответили те и, спешившись, вошли в чайную.

Многие тут же уставились на них. Лишь Су Мо попытался вжать голову в плечи так, что чуть не засунул ее в штаны. Но именно этим он и привлек к себе внимание, став белой вороной. Девушка-предводительница окинула взглядом чайную в поисках свободного места и тут же наткнулась на него. Она прищурилась и громко крикнула:

— Су Мо!!!

У Су Мо дернулся уголок рта. «Ну узнала ты меня, и что? Зачем же так орать?»

И действительно, услышав его имя, посетители тут же начали переглядываться и шептаться.

— Так это и есть Су Мо?

— А кто такой Су Мо? Чей-то юный герой? Почему я о нем не слышал?

— Потише, как бы беды не накликать… Он не герой, а тот самый… непутевый человек.

После обретения Искусства Праджни Дракона и Слона слух Су Мо стал невероятно острым, и он прекрасно расслышал даже этот тихий шепот. Он уже хотел было испепелить сплетников взглядом, но девушка в три шага оказалась рядом и с силой хлопнула его по плечу. Удар был такой, что его едва не вдавило в скамью.

— Ты что здесь делаешь? — раздался ее веселый смех. — Я слышала, ты в последнее время усердно тренируешься, и очень за тебя радовалась. Почему сегодня не занимаешься? Неужели взялся за старое и снова отправился по веселым кварталам?

Глава 17

Хотя она и была женщиной, в её манере говорить чувствовалась властная стать Ян Ичжи, Драконьего Копья Железной Крови. Взгляд её мог на миг потеплеть, но куда сильнее в нём сквозила врождённая, идущая из самой души уверенность.

Уголок рта Су Мо дёрнулся. Сегодняшний день определённо не задался. Как, ну как его угораздило столкнуться именно с ней...

Женщину звали Ян Сяоюнь. Она была на два года старше Су Мо.

Когда они познакомились в детстве, Охранное бюро Железной Крови ещё не достигло своего нынешнего величия, а Охранное бюро Пурпурного Солнца не пришло в такой упадок. Отцы Ян Сяоюнь и Су Мо были побратимами. Как водится в таких случаях, они решили скрепить дружбу родственными узами, и потому Ян Сяоюнь с малых лет считалась наречённой невестой Су Мо.

Вот только… что до этого брака, то и до, и после своего перерождения Су Мо был категорически против. Главным образом потому, что Ян Сяоюнь совершенно не походила на обычных девушек. Её не интересовали наряды и вышивание, зато при виде оружия глаза загорались хищным блеском. Она не знала ни нежности, ни ласки. С самого детства она была королевой здешних улиц и переулков, чьи маленькие, но крепкие кулачки заставляли других детей склонять головы и «добровольно» отдавать ей свои леденцы на палочке. Потом они с Су Мо вместе с наслаждением уплетали добычу.

Конечно, их отношения не всегда были такими гармоничными. Поскольку Ян Сяоюнь была старше на два года и к тому же его будущей женой, она считала своим долгом присматривать за непутёвым женихом. Поэтому с самого детства она следила за его тренировками куда усерднее, чем его собственные родители. И если Су Мо не слушался, Ян Сяоюнь его била. По-настоящему. Это внушило Су Мо такой страх, что он был готов бежать, едва завидев её издали.

Позже семья Су пришла в упадок. Его отец погиб в мире боевых искусств, мать умерла от тоски, а огромное охранное бюро развалилось. Разумеется, это не могло не сказаться на их помолвке. Вдобавок ко всему, прежний Су Мо был негодяем, настоящим позором для своих предков. Вместо того чтобы попытаться исправить положение, он пустился во все тяжкие и принялся проматывать остатки семейного достояния. Ян Ичжи больше не хотел, чтобы его дочь имела дело с таким никчёмным парнем. Это, впрочем, было только на руку прежнему Су Мо, который с радостью проводил дни в весёлых кварталах.

Но когда эта железная леди прознала о его похождениях, она ворвалась в тот самый квартал красных фонарей, выволокла его на улицу и отходила прямо на мостовой. Скандал разразился нешуточный. Весь Город Падающей Зари гудел о том, как разгневанная невеста избила своего суженого, и эта история надолго стала местной байкой, которую до сих пор вспоминали со смехом. Су Мо благодаря этому прославился на весь город, хотя слава эта была, мягко говоря, дурной.

Говорили, что после этого случая Ян Ичжи страшно отругал дочь — отец и дочь впервые так сильно поссорились. Подробностей Су Мо не знал, но с тех пор они почти не виделись. А после того, как нынешний Су Мо занял это тело, он и вовсе вёл затворнический образ жизни, так что их пути почти не пересекались.

И надо же было такому случиться, что их следующая встреча произошла именно сейчас. Когда тебя в лоб спрашивают, не проснулись ли в тебе старые привычки и не тянет ли снова в квартал красных фонарей… Су Мо почувствовал, что краснеет.

Пока он мучительно соображал, что ответить, Ян Сяоюнь уже опустилась на скамью и, вскинув голову, посмотрела на него:

— Садись.

Су Мо ничего не оставалось, кроме как послушно сесть. Он украдкой взглянул на охранников из бюро Железной Крови. Те в ответ вежливо кивнули. О почтении речи не шло — если оно и было, то лишь из уважения к его отцу. Но и презрения в их взглядах не было. Даже если они и презирали его, зачем показывать это на людях и злить свою юную госпожу? Люди, вращающиеся в таких кругах, пусть и не обладали выдающимися боевыми навыками, по крайней мере, не были желторотыми юнцами. Те, кто не умеет скрывать своих чувств, в мире боевых искусств долго не живут.

— Как ты в последнее время? — спросила Ян Сяоюнь, когда он сел. Её голос стал тише, а во взгляде промелькнуло искреннее беспокойство.

— В порядке, в порядке.

— Что ж, это хорошо, — кивнула она и снова напустила на себя вид заботливой старшей сестры. — Последнее время меня не было дома. Отец постепенно передаёт мне дела бюро, так что я постоянно в разъездах. Прости, если уделяла тебе мало внимания. Надеюсь, ты не в обиде.

— Что ты, что ты! — решительно замотал головой Су Мо.

— Хм… — Ян Сяоюнь на мгновение задумалась, не зная, что ещё сказать, а потом решительно хлопнула по столу: — Эй, хозяин, чаю!

Мальчишка-слуга в чайной уже был наготове и, услышав зов, тут же подскочил с подносом, уставленным большими пиалами с чаем. Воспользовавшись моментом, Ян Сяоюнь, казалось, что-то придумала и снова улыбнулась:

— Я тут недавно слышала, ты в последнее время сильно изменился. Реже бываешь в весёлых кварталах, больше времени уделяешь боевым искусствам и познанию мира. Это хорошо. Мир боевых искусств — суровая школа. Рано или поздно тебе придётся поднять знамя Охранного бюро Пурпурного Солнца, так что тебе нужно больше знать и усерднее тренироваться. Твоя семья происходит из великого рода, а боевые искусства Секты Пурпурного Солнца — не шутка. Хоть за последние десять с лишним лет её ученики редко появлялись в мире боевых искусств, это всё ещё громкое имя. Теперь оно в твоих руках, так не дай ему покрыться пылью.

Хотя вся эта сцена казалась Су Мо немного странной, слова Ян Сяоюнь были чистым золотом. Он не был из тех, кто не ценит добрых советов, и потому серьёзно кивнул:

— Разумеется.

Такой ответ, похоже, удивил Ян Сяоюнь. Она взглянула на него по-новому, и в её глазах, словно в мёртвой тишине, затеплился огонёк. Уголки её губ невольно поползли вверх, и она мягко улыбнулась.

— Ты и правда изменился. Я всегда говорила, что дядя Су был настоящим героем, а значит, и ты, Су Мо, не можешь быть мелкой рыбёшкой в пруду. Хм, если будет время, заходи к нам в гости. Когда дядя Су был жив, наши семьи часто виделись. Не знаю, как так вышло, что всё изменилось в одночасье. И люди те же, и город тот же, а всё равно всё стало иначе. Думаю, если ты будешь чаще заходить к нам, мой отец тоже будет рад.

Су Мо не знал, смеяться ему или плакать. Он помнил Ян Ичжи — сурового, неразговорчивого человека. После трагедии в семье Су он появился лишь раз, на поминках, и больше никогда не переступал порог их дома. Люди говорили, что Ян Ичжи не хочет больше иметь дел с семьёй Су. Он даже запретил Ян Сяоюнь видеться с Су Мо. Некоторые свахи уже начали захаживать к нему, предлагая сыновей в мужья… но, что странно, Ян Ичжи всем отказывал. При этом о помолвке Су Мо и Ян Сяоюнь он тоже помалкивал, чем ставил многих в тупик.

Услышав слова Ян Сяоюнь, Су Мо не нашёлся, что ответить, и лишь уклончиво пробормотал:

— Как только освобожусь, непременно загляну.

— Вот и договорились! Я ближайшее время никуда не уезжаю. Приходи в бюро, я лично прослежу за твоими тренировками.

— …

Глава 18

Стоило Су Мо произнести эти слова, как он тут же пожалел о них.

«И какой чёрт дёрнул меня согласиться на этот визит?»

Он хотел было взять свои слова назад, но, увидев радостное лицо Ян Сяоюнь, понял, что язык не повернётся. Горько усмехнувшись, он решил, что придётся смириться. Как-нибудь выкроит время, заглянет на минутку для приличия, и на этом всё.

Дальнейший разговор с Ян Сяоюнь не клеился. За последние несколько лет они почти не общались, а после своего перерождения Су Мо, кроме смутных воспоминаний, и вовсе не имел с ней ничего общего. Их можно было назвать скорее знакомыми незнакомцами, чем друзьями детства. Однако было видно, что Ян Сяоюнь искренне о нём беспокоится.

Она рассказывала о своих путешествиях и сопровождении грузов. К сожалению, рассказчицей она оказалась неважной — её повествование было сухим и монотонным. К тому же, в отличие от пришедшего в упадок бюро Пурпурного Солнца, бюро Железной Крови было на пике могущества. Куда бы она ни отправилась, разбойники с больших дорог и главари горных крепостей оказывали ей должное уважение. Конечно, это уважение предназначалось Охранному бюро Железной Крови, а точнее — её отцу, Ян Ичжи. Но благодаря фундаменту, заложенному отцом, и собственным незаурядным способностям Ян Сяоюнь, её путь был гладким и безопасным.

За этой беседой Су Мо взглянул на Ян Сяоюнь по-новому. В его воспоминаниях она была воплощением грубой силы, и страх перед ней затмевал все остальные чувства. Но теперь он видел, что забота Ян Сяоюнь о нём была искренней. Она возлагала на него большие надежды. Что до любви… её, похоже, и не было. Скорее, это была привычка, выработанная с детства.

«И это к лучшему, — подумал Су Мо. — Меньше проблем».

Они пили чай и болтали ни о чём, пока солнце не начало клониться к закату. К их столику подошёл мужчина средних лет из бюро Железной Крови.

— Молодая глава, нам нельзя больше задерживаться. Пора возвращаться.

— Хорошо. Су Мо, поедешь с нами.

Возражать Су Мо не стал. Он всё равно шёл пешком, а с охранниками бюро Железной Крови можно было рассчитывать на лошадь. Никто из них не был против. Двое охранников сели на одну лошадь, освободив скакуна для Су Мо.

Так, в компании людей из бюро Железной Крови, он вернулся в Город Падающей Зари. Въехав в городские ворота, они распрощались.

— Не забудь зайти! — крикнула Ян Сяоюнь на прощание, махая ему рукой.

Су Мо пришлось ещё раз пообещать, после чего он направился к Охранному бюро Пурпурного Солнца.

…

Охранное бюро Пурпурного Солнца располагалось в хорошем месте, прямо у одной из главных улиц Города Падающей Зари. В оживлённые часы здесь было не протолкнуться от повозок и пешеходов. Но сейчас, когда день ещё не сменился вечером и ночной рынок не открылся, улица была пуста.

Су Мо остановился у ворот и поднял голову. Над ним висела большая вывеска с четырьмя иероглифами: «Охранное бюро Пурпурного Солнца». Надпись, выполненная древним, мощным и энергичным почерком, по преданию, была дарована его предку Су Чэнъюю самой Сектой Пурпурного Солнца. Считалось, что пока эта вывеска висит над воротами, бюро находится под защитой секты.

Но на такую защиту были свои условия. По пустякам беспокоить секту было нельзя. Однако если возникала непримиримая вражда, угрожавшая всему роду, Секта Пурпурного Солнца не оставалась в стороне. Впрочем, это обещание было дано Су Чэнъюю. Су Мо же с сектой почти не контактировал. Нельзя сказать, что они его презирали, но, скорее всего, смотрели на непутёвого отпрыска семьи Су свысока. Так что теперь вывеска имела лишь символическое значение.

Он подошёл к воротам, взялся за дверное кольцо и постучал. Через мгновение в смотровом окошке показались мутноватые глаза. Их владелец хотел было что-то спросить, но, увидев Су Мо, радостно вспыхнул.

— Молодой господин вернулся!

Ворота со скрипом отворились, и на пороге показался старый слуга.

Дядюшка Фу!

Дядюшка Фу был очень стар, ему было уже за шестьдесят. Сколько Су Мо себя помнил, старик всегда служил в их бюро. Говорили, что в молодости дед Су Мо спас его от верной гибели. С тех пор он и остался при бюро, отслужив верой и правдой трём поколениям семьи Су. Даже когда Су Мо опустился на самое дно и все остальные слуги разбежались, дядюшка Фу остался верен ему.

Увидев Су Мо, старик не смог скрыть радости, но при этом держался скромно и почтительно. Он с ног до головы осмотрел юношу и, убедившись, что тот цел и невредим, с облегчением вздохнул.

— Молодой господин, скорее входите! Тяжёлая, поди, была поездка? Вы вернулись на несколько дней позже, чем я ожидал. Я уж думал, если вы сегодня не появитесь, завтра с утра пойду встречать вас к беседке в пяти километрах от города.

— Не стоит, — с горькой усмешкой ответил Су Мо. — Вам уже много лет, не нужно так утруждаться.

— Что вы… В молодости я с господином-прадедом по всему свету мотался, даже в снегу спал. Здоровья у меня ещё хоть отбавляй! — улыбнулся дядюшка Фу, обнажив три оставшихся зуба. Морщинки на его лице собрались в весёлые лучики, и в голосе прозвучала гордость.

— Это да, это да. Но не волнуйтесь. Задание было несложным, путь коротким и безопасным, никаких происшествий. Просто тот учёный шёл медленно, вот и задержались.

— «Бесполезнее учёного зверя нет», — верно говорят, — понимающе кивнул дядюшка Фу. — Главное, что вы вернулись в целости. Я сейчас на кухню, согрею вам воды. Вымоетесь с дороги, смоете всю пыль. А как закончите, можно будет и ужинать.

— Хорошо, — кивнул Су Мо, но тут же остановил его: — Дядюшка Фу, вот, возьмите.

Он вынул из-за пазухи серебряные ассигнации и те пять лян серебра, что дал ему Ли Ишу.

— Ох, почему так много? — удивился старик.

— Не спрашивайте. Просто внесите в счёт.

— Хорошо, хорошо, — дядюшка Фу не стал больше расспрашивать и спрятал деньги и ассигнации за пазуху.

В этом маленьком, пришедшем в упадок бюро всеми расходами теперь заведовал он. Су Мо как-то думал, что раз уж они остались вдвоём, к чему такая щепетильность? Но дядюшка Фу настоял: без правил не будет порядка. Бюро не всегда будет в таком состоянии, а устои нужно закладывать с самого начала. Сейчас, за неимением счетовода, он временно исполняет его обязанности, но в будущем, когда бюро снова расцветёт, у них будет и счетовод для ведения счетов, и конюх для ухода за лошадьми, и привратник для охраны ворот — каждый на своём месте. Су Мо был человеком сговорчивым и, поразмыслив, счёл слова старика разумными и согласился.

Проводив Су Мо через внутренний двор в его спальню, дядюшка Фу быстро скрылся и почти сразу вернулся. Но не с горячей водой, а с медным тазом. Лицо старика расплылось в улыбке.

— Молодой господин, по возвращении домой первым делом умывают лицо.

Глава 19

В мире странствующих охранников существует множество неписаных законов и своих хитростей. Один из них гласит: не умывайся в пути. Дело в том, что от частого умывания на ветру и под палящим солнцем кожа грубеет и трескается: летом она шелушится, а зимой ледяной ветер режет лицо, словно ножом. Поэтому отказ от умывания в дороге — это своего рода защита. А когда же можно умыться? Разумеется, по возвращении домой. В Охранном бюро Пурпурного Солнца этот обычай превратился в настоящий ритуал. Завершил сопровождение, вернулся домой — и первым делом смой с себя все тяготы пути.

Глядя на сияющее лицо дядюшки Фу, Су Мо и сам невольно улыбнулся. Он скинул верхнюю одежду, зачерпнул пригоршней воду и принялся тщательно смывать с лица дорожную пыль и усталость. Дядюшка Фу неотлучно находился рядом, а когда Су Мо закончил, подхватил таз и, выйдя на улицу, с силой выплеснул воду на землю. Словно вместе с ней он избавлялся от всех тягот, выпавших на долю его господина в пути.

…

А затем — баня и сытный ужин! После долгого сопровождения полагалось как следует подкрепиться. На столе красовались нежные ломтики обжаренного мяса, изысканная хрустальная рулька, сочная, аппетитно-зеленая свежая зелень — целый пир из мясных и овощных блюд. Но главным угощением, коронным блюдом дядюшки Фу, были паровые пирожки с бульоном внутри — он приготовил целых пять бамбуковых корзинок, чтобы Су Мо мог наесться до отвала.

Дядюшка Фу свято чтил правила, а потому никогда не садился за один стол с Су Мо. Пока тот ел, старый слуга стоял рядом, готовый в любой момент услужить. Су Мо не раз говорил ему, что в бюро остались только они вдвоем, и нет никакой нужды так строго придерживаться старых порядков. Но дядюшка Фу был непреклонен, и никакие красноречивые уговоры на него не действовали. Стоило Су Мо проявить настойчивость, как старик начинал вести себя как обиженный ребенок: садился на пол и, размазывая по лицу сопли и слезы, причитал, что не сможет смотреть в глаза предкам семьи Су. После таких представлений Су Мо оставалось лишь с позором отступить.

Уплетая один пирожок за другим и наслаждаясь их восхитительным вкусом, Су Мо между делом обмолвился о встрече с Ян Сяоюнь в Беседке Опадающих Цветов.

— А, барышня Ян! — глаза дядюшки Фу тут же загорелись. — Кстати говоря, молодой господин, вы уже достигли брачного возраста. А барышня Ян расцвела, словно нефритовый стебелек, и стала вам прекрасной парой. Может, мне выбрать время, сходить от вашего имени в Охранное бюро Железной Крови и поговорить с господином Яном? Пора бы уже поднять вопрос о вашей свадьбе!

Су Мо как раз запивал еду чаем и от этих слов едва не поперхнулся и не выплюнул все обратно.

— Дядюшка Фу, погодите! — поспешно замахал он руками. — Ни в коем случае!

— Что значит «ни в коем случае», молодой господин? — покачал головой старик. — Ваша помолвка была устроена еще при жизни вашего отца, и господин Ян тогда был несказанно рад. Хоть ваш отец и покинул этот мир, договор остается в силе. Неужели этот Ян Ичжи осмелится пойти на попятную? Разве у него хватит наглости? Если так, то не смотрите, что дядюшка Фу стар. Я лягу костьми у ворот его Охранного бюро Железной Крови, и пусть только попробует меня сдвинуть! Уверен, у Ян Ичжи от этого голова будет болеть дня три, не меньше.

Су Мо не знал, смеяться ему или плакать. Что же за жизнь была у этого старика в молодости? Даже в преклонном возрасте он оставался упрямцем из тех, про которых говорят «мертвая свинья кипятка не боится». Су Мо прекрасно знал своего слугу — тот и впрямь был способен на подобную выходку.

— Я не говорю, что помолвка недействительна или что семья Ян хочет от нее отказаться, — поспешил объяснить он. — Подумайте сами: последние несколько лет порог их дома едва не стерли сваты со всего города, но разве дядюшка Ян хоть кому-то дал согласие?

— Хм, это правда. Значит, Ян Ичжи держит свое слово, — кивнул дядюшка Фу. — А ведь в молодости они с вашим отцом были закадычными друзьями, не раз жизнь друг другу спасали. Сколько раз ваш отец вытаскивал этого Ян Ичжи из груды трупов после очередной бури в мире боевых искусств! Если он посмеет нарушить клятву, я даже после смерти стану мстительным духом и буду донимать его до конца дней!

— …

— Вот-вот, — поспешно согласился Су Мо.

— Так когда, по-вашему, молодой господин, будет удобно поднять этот вопрос? — не унимался дядюшка Фу. — Нельзя же оставлять все в подвешенном состоянии. Пока я, старик, еще на что-то гожусь, я бы хотел увидеть, как вы продолжите род Су. Я бы и с маленьким господином понянчился. Не смотрите на меня так, я ведь и вас в детстве растил. Ваша матушка говорила, что я с детьми управляюсь лучше нее.

Разговор уходил все дальше и дальше, грозя окончательно потерять связь с реальностью.

— Дядюшка Фу, сейчас действительно не время, — пришлось импровизировать Су Мо. — Пару лет назад я вел себя непотребно, и слухи об этом разнеслись по всему Городу Падающей Зари. Хоть я и взялся за ум, дурную славу так просто не исправить. Боюсь, у дядюшки Яна сложилось обо мне не лучшее мнение. И пусть он не расторг помолвку из уважения к былому договору… если мы сейчас поднимем этот вопрос, он вряд ли согласится…

Видя, что старик снова начинает хмуриться, Су Мо торопливо добавил:

— Но! Все уже меняется к лучшему. Бюро снова открыто и принимает заказы, моя репутация постепенно восстановится. Когда я верну Охранному бюро былую славу и добьюсь успеха, разве сможет дядюшка Ян чинить нам преграды? Возможно, он столько лет отказывал всем женихам именно потому, что ждал, когда я исправлюсь?

Услышав это, дядюшка Фу немного успокоился. Он поразмыслил и кивнул:

— Молодой господин и впрямь повзрослел, ваши слова разумны и справедливы. Что ж… поступим по-вашему?

— Да-да, так и сделаем, — с облегчением выдохнул Су Мо. Кое-как отбился. А что будет дальше — там и видно будет.

— Но хоть мы так и решили, — улыбнулся дядюшка Фу, — если у молодого господина выдастся свободное время, вам все же стоит наведаться в Охранное бюро Железной Крови.

— …Знаю, — кивнул Су Мо. — Я уже обещал Ян Сяоюнь, что как-нибудь загляну к ним в гости.

— Вот и славно, вот и славно, — закивал старик. — Я понимаю, что для вас сейчас главное — боевые искусства, но и барышня Ян в этом деле большой мастер. Вариться в собственном соку — не лучший путь. Вам, молодым, нужно больше общаться, обмениваться опытом. Как там говорится… «смело и усердно продвигаться вперед»? Кто знает, может, в будущем по всему миру боевых искусств разнесутся легенды о вас, и это станет прекрасной историей…

Говоря это, старик уже погрузился в мечты. В его голове, должно быть, уже рождались громкие прозвища для Су Мо и Ян Сяоюнь, которыми их нарекут в мире боевых искусств… Су Мо же украдкой вздохнул с облегчением, хотя одна мысль об этом браке все еще вызывала головную боль.

«К счастью, позиция Ян Ичжи пока неясна. Дело еще вилами по воде писано, так что не стоит раньше времени забивать себе голову».

Решив больше не думать об этом, он как следует поужинал и вернулся в свою комнату. Эта поездка выдалась на редкость утомительной. Благодаря высокому уровню внутренней энергии физическая усталость почти не ощущалась, но вот душевных сил было потрачено немало. Едва рухнув на кровать, он в тот же миг провалился в глубокий сон.

Глава 20

Вручив визитную карточку, Су Мо замер в ожидании у массивных ворот. Над головой на ветру развевалось огромное знамя с иероглифом «Железо», а на вывеске каллиграфически выведенные символы извивались, словно драконы и змеи, — каждый штрих был отточен и полон силы. Это было Охранное бюро Железной Крови.

С момента его возвращения в Город Падающей Зари прошло уже семь дней. Все это время Су Мо вновь наслаждался тихой и размеренной жизнью затворника, не покидая пределов своего бюро. Каждое утро он вставал с первыми лучами солнца для тренировок, после завтрака непременно отправлялся в кабинет для чтения, а через час снова возвращался к боевым искусствам, которыми занимался вплоть до обеда. После короткого дневного отдыха все повторялось. Жизнь его была простой, почти однообразной, но он находил в этом умиротворение и не видел ничего дурного. Единственным, что нарушало его покой, был дядюшка Фу, который все семь дней без умолку твердил, что пора бы нанести визит в Охранное бюро Железной Крови. В конце концов, Су Мо не выдержал и, взяв подготовленную стариком визитную карточку, отправился в путь.

Карточку приняли, и привратник скрылся внутри, чтобы доложить о госте. Вскоре из ворот вышел мужчина средних лет.

— Молодой господин Су, прошу за мной.

Его тон нельзя было назвать ни восторженным, ни холодным — вежливая улыбка, легкая, как весенний ветерок. Су Мо поблагодарил его и последовал за ним. Спустя столько лет он снова переступал порог Охранного бюро Железной Крови, и его охватило странное, неописуемое чувство. В памяти невольно всплыли слова Ян Сяоюнь, сказанные в Беседке Опадающих Цветов. Люди остались те же, город — тот же, но в то же время все неуловимо изменилось. Впрочем, воспоминания пронеслись мимолетной тенью, не оставив глубокого следа, и жаркий летний ветер развеял эту легкую грусть без остатка.

Они миновали стену-ширму, прошли через огромный двор, где усердно тренировались охранники, под их изучающими и любопытными взглядами пересекли несколько крытых галерей и наконец оказались перед главным залом. Войдя внутрь, провожатый произнес:

— Господин Су, присаживайтесь, пожалуйста. Глава бюро скоро будет. — С этими словами он легонько хлопнул в ладоши. — Подать чаю!

Тут же появилась служанка с чашкой ароматного напитка. После этого все покинули зал, оставив Су Мо в одиночестве, наедине со стынущим на столе чаем. Мгновение он сидел неподвижно, затем покачал головой, взял чашку, сдвинул крышечкой плавающие на поверхности чаинки и сделал глоток.

«По крайней мере, не „Звездным небом“ угощают», — криво усмехнулся он. Чай, должно быть, был хорош, но Су Мо в нем не разбирался. Даже если бы он напряг всю свою фантазию, высшей похвалой было бы простое «вкусно». Увы, даже самая изысканная еда приедается, если есть ее постоянно, а от хорошего чая, если выпить его слишком много, начинает распирать живот.

После четвертой или пятой чашки Су Мо почувствовал, как при малейшем движении у него в животе начинает хлюпать вода. А «скоро» обещанный глава бюро все не появлялся. «Неужели заблудился на жизненном пути?» — с иронией подумал Су Мо. Но он не выказывал ни малейшего нетерпения и сидел с невозмутимым видом, словно ничего не происходило.

Прошло еще какое-то время, и снаружи послышался торопливый стук шагов. Су Мо обернулся и увидел, как в зал, развевая волосами, легкой и быстрой походкой влетела Ян Сяоюнь. Она тут же заметила его.

— Ты пришел! — Ее глаза сияли неподдельной радостью. Эта девушка по-прежнему была порывистой и энергичной. — Я ждала тебя целых семь дней! Если бы ты не появился сегодня, я бы сама пришла в Охранное бюро Пурпурного Солнца и притащила бы тебя сюда силой!

— Раз уж я дал слово, то не мог его нарушить, — улыбнулся Су Мо.

— Держать слово — удел благородного мужа, — кивнула она и оглядела зал. — А где отец?

— Главу бюро я не видел, — с едва заметной усмешкой ответил Су Мо.

— Хм, — нахмурилась Ян Сяоюнь. — И не надо. Пойдем со мной.

Не обращая внимания на приличия, она без церемоний схватила Су Мо за руку и потащила его из зала. Су Мо на мгновение замялся, но вырываться не стал. Лишь перед тем, как покинуть зал, он едва заметно кивнул в его глубину.

Вскоре они скрылись из виду. Лишь тогда из-за внутренней ширмы вышел высокий, худощавый мужчина. Он стоял прямо и гордо, словно копье, а в глазах его мерцал яркий свет, выдавая глубокую внутреннюю силу. В этот момент его брови были слегка нахмурены, будто он был чем-то озадачен. Мужчина, который привел Су Мо, подошел к нему сзади.

— Глава бюро, этот молодой господин из семьи Су, похоже, не так прост, как о нем говорят. Он… кажется, заметил, что мы наблюдаем за ним.

Ян Ичжи молчал. Спустя мгновение он закрыл глаза.

— Когда он будет уходить, скажи ему, чтобы поменьше сюда захаживал.

— А сейчас?.. — растерянно спросил мужчина, явно не зная, как поступить.

Ян Ичжи развернулся, чтобы уйти, не желая отвечать. Но, сделав два шага, он остановился и, немного подумав, произнес:

— В конце концов, они выросли вместе. Даже если им не суждено быть вместе, эти мгновения бесценны. Не будем им мешать.

— Слушаюсь, — тихо кивнул мужчина и удалился.

…

— Охранное бюро Железной Крови процветает, у вас действительно много талантливых людей, — как бы невзначай начал Су Мо, следуя за Ян Сяоюнь вглубь территории бюро. — Тот человек, что провел меня сегодня, держится с большим достоинством. Интересно, когда дядюшка Ян нанял такого мастера?

— А, ты про дядюшку Сюя? Его зовут Сюй Жошэнь, а прозвище у него — Рука, ловящая облака. Отец познакомился с ним пару лет назад. Он высоко ценит дядюшку Сюя и считает его своей правой рукой. А почему ты вдруг спросил? — Ян Сяоюнь с любопытством посмотрела на Су Мо.

— Да так, просто стало интересно, — улыбнулся он.

«На самом деле, — подумал Су Мо, — мне куда интереснее, почему Ян Ичжи ведет себя так странно». Он впустил его, но не встретился, а вместо этого тайком наблюдал из укрытия. К такому выводу Су Мо пришел благодаря словам Ян Сяоюнь. Человек, который его встретил, пользуется большим уважением Ян Ичжи. А у одного из тех двоих, что следили за ним, был необычный ритм дыхания, в точности такой же, как у этого Сюй Жошэня. Очевидно, они оба практиковали одну и ту же особую технику внутренней энергии. Если Ян Ичжи считает его своей правой рукой, значит, положение Сюй Жошэня в бюро очень высоко. А кто, кроме самого Ян Ичжи, мог стоять рядом с ним, заставив уступить полшага? К тому же, это Охранное бюро Железной Крови. Кто, кроме главы бюро, осмелился бы так открыто шпионить за гостем?

Не успел он углубиться в размышления, как голос Ян Сяоюнь вывел его из задумчивости:

— Понятно. Но знаешь, когда странствуешь по миру боевых искусств, лучше не проявлять излишнего любопытства. Многие именно из-за него погибли загадочной и нелепой смертью. Мы так давно не виделись, давай не будем об этом. Лучше я проверю, чему ты научился за это время!

— А? — Су Мо обернулся к ней и увидел, как уголки ее губ лукаво изогнулись.

— Берегись!

Не успела она договорить, как ее ладонь, острая, словно лезвие ножа, метнулась к нему. Удар был резким и точным. И хотя она не вкладывала в него внутреннюю силу, он все равно был невероятно опасен.

Глава 21

Ян Сяоюнь происходила из прославленного рода воинов. Ее отец, Ян Ичжи, еще в юности удостоился наставлений великого мастера, что позволило ему рано раскрыть свой талант и встать на путь боевых искусств. Позже он стал учеником даоса Сухое Дерево с Утеса Вопрошающего Неба, что на горе Далекой Лазури. Этот даос, еще до того как принять монашеский постриг, прославился в мире боевых искусств благодаря своей непревзойденной технике «Копье Лазурного Дракона Восьми Пустошей, Пронзающее Облака». Приняв даосизм, он вдобавок овладел чистейшим внутренним искусством своей школы. Десятилетиями совершенствуя и внешние, и внутренние техники, он достиг поистине заоблачных высот.

Ян Ичжи десять лет изучал под его началом искусство копья и постиг самую его суть, что и позволило ему основать могущественное Охранное бюро Железной Крови. Ян Сяоюнь с малых лет питала страсть к боевым искусствам и с детства практиковала ту самую технику копья, дополняя ее чистейшей внутренней энергией «Канона Высшего Сокровенного Двора». Ее мастерство было весьма незаурядным.

И хотя сейчас она не использовала внутреннюю силу, а вместо копья сражалась лишь рукой, ее неукротимая и смертоносная техника явила нешуточную мощь. Су Мо тут же изменил шаг, отвечая техникой передвижения Секты Пурпурного Солнца. Он вскинул руку, и его пальцы вспорхнули, словно пробежались по струнам пипы, одним легким движением развеяв «наконечник» ее воображаемого копья. Этот изящный прием заставил Ян Сяоюнь на миг замереть от удивления.

— Недурно! — воскликнула она. — Это же «Рассеивающие Руки Открытого Ян»? Я видела в детстве, как дядя Су использовал эту технику. Удивительно искусное боевое искусство, где каждое движение выверено, а наступление и отступление подчинены строгой логике. Дядя Су когда-то говорил мне, что суть этой техники заключена в четырех словах: «искусность, сокрытая в простоте». Судя по твоему приему, ты уже достиг в ней немалых высот.

Она сделала паузу, а затем добавила с серьезным видом:

— Однако в настоящем бою этого будет мало. Необходимо подкреплять движения внутренней силой. Если бы сейчас в моей руке было серебряное копье, а удар был наполнен энергией «Канона Высшего Сокровенного Двора», твоей внутренней силы не хватило бы, чтобы пробить мою защиту. Ты бы не смог отразить наконечник копья, и ранен был бы ты сам.

Все мастера боевых искусств в поднебесной стремились совершенствовать и внешнее, и внутреннее: взращивали ци в даньтяне и закаляли плоть, кости и сухожилия. Лишь когда внутренняя сила сливалась с отточенными приемами, можно было явить истинную мощь. В нынешние времена боевые искусства переживали расцвет. Сотни школ и тысячи стилей соревновались друг с другом, и у каждого были свои уникальные достоинства. Но могла ли какая-то одна секта или школа претендовать на абсолютное превосходство? На этот счет мнения расходились. В действительности, какой мастер, странствуя по миру боевых искусств, осмелился бы назвать себя первым в мире? Даже те, чьи имена гремели на всю страну, в решающий момент могли сказать лишь одно: победитель определится только в бою!

За две последние перевозки Су Мо несказанно разбогател. Первая принесла ему совершенный уровень «Искусства Праджни Дракона и Слона», что уже ставило его в один ряд с редчайшими мастерами мира. Вторая подарила ему «Кулак Семи Ран» — невероятно жестокую и сокрушительную технику. Опыт, полученный от этой техники уровня «Великого Мастерства», открыл ему глаза. Последние семь дней, тренируясь дома, он постоянно ловил себя на озарениях. Благодаря опыту, полученному от чужих техник, он начал видеть связи там, где раньше их не замечал, и постигать одно через другое. За короткий срок его владение боевыми искусствами родной Секты Пурпурного Солнца взлетело до небес.

Выслушав похвалу и наставления Ян Сяоюнь, он лишь кивнул.

— Еще раз!

Он широко раскинул руки и ринулся вперед, вновь используя «Рассеивающие Руки Открытого Ян».

— Отлично! — обрадовалась Ян Сяоюнь. Ее глаза заблестели от азарта, и она, не отступая, бросилась навстречу. В мгновение ока они с Су Мо сошлись в яростном вихре ударов.

Конечно, это был лишь дружеский поединок, а не битва на смерть. Оба сосредоточились на разборе и отражении приемов, совершенно не используя внутреннюю силу, а смертоносные удары лишь обозначали, останавливаясь в последний момент. Спустя некоторое время Су Мо в полной мере осознал правоту дядюшки Фу. Вариться в собственном соку, тренируясь в одиночестве, — путь в никуда. В боевых искусствах настоящий прогресс приходит лишь в спаррингах с другими мастерами.

Погрузившись в поединок, он и не заметил, как прошло больше часа. Сам Су Мо не чувствовал ни малейшей усталости, а вот Ян Сяоюнь уже тяжело дышала, ее лоб покрылся испариной. Наконец, она резко отпрыгнула назад и, выставив ладонь, скомандовала:

— Стой!

Су Мо как раз обдумывал, как через три хода провести неожиданную комбинацию, чтобы застать ее врасплох. Резкий окрик вывел его из задумчивости. Он поднял голову и, увидев ее состояние, не смог сдержать усмешки.

— Устала?

— Ты в юности был таким распутником, как же тебя до сих пор не выпотрошили досуха? — с неподдельным удивлением протянула она. — Мы деремся больше часа без капли внутренней силы, а твое дыхание все такое же ровное и глубокое! Как тебе это удается? Может, ты в тех злачных переулках еще и каким-то тайным парным техникам обучился?

Она с любопытством разглядывала его, одновременно восстанавливая дыхание с помощью внутренней энергии. У Су Мо нервно дернулся уголок рта.

— Девушке не пристало постоянно сыпать словечками из борделей. И откуда, скажи на милость, взяться парным техникам? Тебе стоит поменьше читать всякую бульварщину и сомнительные исторические хроники.

Ян Сяоюнь на миг опешила. Она не ожидала, что Су Мо не только парирует ее выпад, но и примется ее отчитывать. Впрочем, злости она не почувствовала — скорее, непривычное смущение.

— Если… если тебе не нравится, когда я так говорю, я больше не буду, — немного растерянно пробормотала она. — Но хоть в этих хрониках и много выдумок, там порой встречаются и правдивые истории. Мир боевых искусств непредсказуем, кто знает, с чем придется столкнуться.

— Хм, в этом есть резон, — кивнул Су Мо.

— Но твой прогресс в боевых искусствах и впрямь поражает, — продолжила она, и на ее лице расцвела искренняя улыбка. — Сегодня я поняла, какой же ты на самом деле талант. В начале нашего поединка ты использовал «Рассеивающие Руки» от силы на треть, но с каждым новым обменом ударами твои движения становились все увереннее и отточеннее. Пусть до совершенства еще далеко, но ты определенно достиг уровня настоящего мастера.

— Это все благодаря твоим наставлениям. Только с твоей помощью я смог так быстро продвинуться, — скромно ответил Су Мо.

— Тогда я буду приходить каждый день, чтобы спарринговать с тобой!

— …

Су Мо замер. «Как это разговор свернул в такое русло?» — растерянно подумал он, не зная, что и ответить. В этот момент со двора донесся торопливый стук шагов. Они с Ян Сяоюнь обернулись и увидели подбегающего слугу, который издалека поклонился девушке.

— Юная госпожа, снова пришел молодой господин У.

— И чего ему неймется? — нахмурилась Ян Сяоюнь.

Су Мо стало любопытно, и он невольно навострил уши. Заметив его интерес, Ян Сяоюнь прямо пояснила:

— Город Падающей Зари входит в Альянс Упавшего Феникса. Третий лидер альянса, У Даою, по совместительству является заместителем правителя нашего города. Думаю, не нужно объяснять, кто этот молодой господин У?

— У Чэнфэн? — удивленно переспросил Су Мо.

Ну конечно, как он мог не знать этого человека? Он сам был жителем Города Падающей Зари, и если бы за два года не разобрался в местных раскладах, то его попаданчество можно было бы считать провальным. Насколько он знал, У Чэнфэн считался весьма перспективным молодым человеком. Его боевые искусства были выдающимися среди сверстников, репутация — неплохой, и он редко вел себя как избалованный сынок богатых родителей.

Пока он размышлял, Ян Сяоюнь бросила слуге:

— Пойди и скажи ему, что меня нет дома. Пусть приходит лет через десять.

«Лет через десять?! Ничего себе!» — Су Мо ошарашенно уставился на нее, но слуга, к его чести, ничуть не удивился. Он лишь покорно кивнул и развернулся, чтобы уйти.

— Пойдем, пойдем, выпьем чаю, — беззаботно махнула рукой Ян Сяоюнь и потянула Су Мо к беседке в глубине двора.

Глава 22

— И это сработает? — спросил Су Мо, усаживаясь в беседке и отпивая глоток чая. За сегодняшний визит он, кажется, только и делал, что пил чай.

— А почему нет? — холодно усмехнулась Ян Сяоюнь. — Даже если У Даою — заместитель правителя Города Падающей Зари, наше Охранное бюро Железной Крови тоже не лыком шито. Сказать, чтобы он приходил через десять лет, — это я еще проявила к его сынку У Чэнфэну огромное уважение. Если он и дальше будет меня донимать, я, разозлившись, возьму копье, ворвусь в их резиденцию и разукрашу ему лицо так, что родная мать не узнает!

Су Мо кивнул. Он не сомневался, что Ян Сяоюнь способна на такое. С такой опорой, как ее отец Ян Ичжи по прозвищу Драконье Копье Железной Крови, их охранное бюро действительно могло не бояться многих.

— И что этому У Чэнфэну вдруг понадобилось? — с любопытством спросил он.

— Эх… это долгая история, — вздохнула Ян Сяоюнь, подливая ему чаю. — В последние годы Альянс Упавшего Феникса сильно разросся. Изначально это был лишь оборонительный союз правителей Города Падающей Зари и Города Небесного Пера, созданный для защиты от бурь мира боевых искусств. Но времена изменились. Альянс расширил свое влияние, поглотив множество мелких и крупных кланов в округе. Позже к нему присоединились Город Срединного Удела и Город Парчового Солнца. Теперь его власть простирается на четыре крупных города и весь регион Трех Рек и Двух Заливов.

Она сделала паузу, чтобы отпить чаю и смочить горло, и, видя, что Су Мо слушает без тени нетерпения, с легкой улыбкой продолжила:

— Дальше на запад лежат земли Зала Отсутствия Жизни, на юг — Бескрайнее Море, на север — владения Секты Небесного Клинка. А про восток и говорить нечего: там раскинулись богатые земли Восточной Пустоши, где кланы и секты так многочисленны и сильны, что Альянсу, несмотря на всю его мощь, туда не пробиться. Так и сложилась относительно стабильная ситуация. Расширять влияние дальше альянс уже не может, но и любой, кто захочет его спровоцировать, сперва хорошенько подумает, достаточно ли крепка у него шея.

— Изначально все было мирно, — продолжала она, — но в последние два года великий лидер альянса, Вэй Жухань, совсем состарился. Он слабеет с каждым днем и, кто знает, может, скоро и вовсе покинет этот мир. Он готов отойти от дел, но пост великого лидера не может оставаться пустым. А среди оставшихся — будь то У Даою или другие лидеры — ни у кого нет решающего преимущества ни в репутации, ни в заслугах. Выбрать из них преемника, который возглавит Альянс Упавшего Феникса, — задача почти невыполнимая.

Су Мо кивнул.

— Действительно сложная ситуация. Если принять поспешное решение, никто не подчинится новому лидеру, и такой огромный альянс может развалиться в мгновение ока.

— Именно! — Ян Сяоюнь с улыбкой взглянула на него. — Теперь ты понимаешь?

Су Мо на мгновение замер. «Что я должен понимать?» Но тут же в его голове промелькнула мысль, и он вспомнил одну деталь.

— Я помню, как дядя Ян когда-то с одним копьем отправился на восток, прошел через Три Горы, Семь Оплотов и Восемнадцать Кланов, заработав своему прозвищу «Драконье Копье Железной Крови» поистине золотую славу. Заодно он свел знакомство со многими известными мастерами. Это и стало основой для Охранного бюро Железной Крови… Неужели они хотят заполучить эти связи?

— Альянсу Упавшего Феникса стало крайне трудно расширяться силой. Единственный выход — искать обходные пути. И вот какой-то безмозглый советник, у которого, видать, у самого сыновей нет, подкинул У Даою идиотскую идею: женить на мне своего тупоголового отпрыска. Через этот брак они надеются получить доступ к связям, которые мой отец держит в своих руках, и тем самым прорубить для альянса окно на восток.

При этих словах Ян Сяоюнь стиснула зубы так, что заходили желваки. Казалось, она готова была найти того «безмозглого советника» и разорвать его на куски.

— Будь моя воля, я бы еще при первой нашей встрече насадила этого У Чэнфэна на копье и вывесила на городских воротах — пусть бы сох на солнце три дня и три ночи! Но Альянс Упавшего Феникса — сила серьезная, и я не могу из-за такого дела подставлять под удар Охранное бюро. Я его пару раз поколотила, он вроде на несколько дней притих. Не думала, что сегодня он снова осмелится прийти и донимать меня. Поистине, призрак, не ведающий страха смерти! Если он тебя так раздражает, я могу как-нибудь темной безлунной ночью пробраться в резиденцию У и по-тихому прикончить этого парня.

— Это ты сгоряча, — с кривой усмешкой ответил Су Мо. — Не боишься, что попадешь в чужую ловушку?

— А? — удивилась Ян Сяоюнь. — Это как понимать?

— Какими бы ни были истинные намерения того «безмозглого советника», он должен был знать одну вещь. Мы с тобой помолвлены. Дядя Ян хоть и смотрит на меня свысока все эти годы, но брачный договор он так и не разорвал.

Сказав это, Су Мо невольно запнулся. Он не собирался поднимать эту тему, но слово за слово… Он украдкой взглянул на Ян Сяоюнь, но на ее лице не было ни недовольства, ни каких-либо иных эмоций. Она слушала так, будто он говорил о самых обыденных вещах. Слегка качнув головой, он продолжил:

— А настырные ухаживания У Чэнфэна, увенчаются они успехом или нет, уже бросают тень на твою репутацию. Поэтому мне кажется, что тот, кто подал У Даою эту идею, вряд ли желал ему добра.

— Вот как… — Ян Сяоюнь нахмурилась. — В этом определенно есть смысл. Но неужели У Даою этого не видит?

— Кто знает… — с улыбкой протянул Су Мо. — Интриги этих людей слишком коварны. Дела сердечные вряд ли для них что-то значат. А если отбросить все прочее, то У Даою мог просто понадеяться на «авось»…

— Тогда он просто мечтатель! — холодно фыркнула Ян Сяоюнь. — Весь Город Падающей Зари знает, что мы с тобой помолвлены с детства! Я — твоя будущая жена, это известно всем. За кого они меня, Ян Сяоюнь, принимают? За какую-то ветреную девицу, что меняет женихов как перчатки?

Су Мо на мгновение потерял дар речи. Он снова убедился, насколько Ян Сяоюнь отличается от обычных девушек. Говоря о помолвке и браке, она не выказывала ни капли девичьей застенчивости. Судя по ее тону и позе, еще неизвестно было, кто кого замуж берет.

Он посмотрел на нее и увидел, как ее лицо то светлело, то омрачалось. Было видно, что она о чем-то напряженно размышляет.

— О чем задумалась? — невзначай спросил он.

Ян Сяоюнь глубоко вздохнула.

— Отец никак не комментирует эту ситуацию. Неужели он тоже надеется на этот «авось»?

— Эм…

— Благородный муж, идя по жизни, должен быть тверд в своих решениях. Данное им слово должно весить тысячу цзиней. Когда-то он сам дал обещание о нашем браке. Теперь, когда дядя Су покинул этот мир, он, как его названый брат, должен был бы заботиться о тебе, поддерживать и наставлять, чтобы ты вырос достойным человеком. Только так он не посрамил бы честь благородного мужа. Но то, как он ведет себя последние годы… я все меньше его понимаю.

Говоря это, она невольно тяжело вздохнула, и в ее глазах промелькнуло неясное разочарование.

— Возможно, пока рано делать выводы, — попытался успокоить ее Су Мо. — Наверняка у дяди Яна есть свои соображения.

— Хотелось бы верить, — покачала головой Ян Сяоюнь. — В детстве он воспитывал меня как мальчика, говорил, что благородный муж, ступая по земле под небесами, должен знать, что достойно, а что нет. А в мире боевых искусств — превыше всего чтить справедливость и верность слову, никогда не лицемерить. Надеюсь, его слова не расходятся с делами.

Она снова покачала головой, но тут ее брови резко взлетели вверх.

— Но если я убью этого У Чэнфэна… или если Охранное бюро Железной Крови столкнется с У Даою… кому это будет выгоднее всего?

Глава 23

На самом деле, задавая этот вопрос, Ян Сяоюнь уже знала ответ. Не дожидаясь, пока Су Мо откроет рот, она продолжила:

— Я кое-что слышала.

— Хм?

— Вэй Жухань на самом деле не хочет уступать пост верховного лидера кому бы то ни было, — понизив голос, сказала Ян Сяоюнь. — У него было трое сыновей. Старший, Вэй Цифэн, сошёлся в поединке с кем-то на берегу Поперечной Реки. Его убили и сбросили в воду. Вэй Жухань с людьми искал тело целых три года, но так и не нашёл. Второй сын, Вэй Цисюн, с юных лет был учеником Эксцентричного Гостя Инь и Ян. Ради совершенствования в искусстве Диска Инь и Ян Жерновов Неба и Земли он в одиночку отправился на крайний север, в ледники, что простираются на тысячи километров. Прошло уже двадцать три года, а он так и не вернулся… Боюсь, его тоже постигла печальная участь. Младший же сын родился слабоумным. Его растили дома, надеясь, что он проживёт жизнь без бед и несчастий, но… он умудрился подавиться яйцом и задохнуться насмерть. Из-за всего этого род Вэй практически прервался. Однако мало кто знает, что перед смертью у Вэй Цифэна родилась дочь.

Су Мо удивлённо вскинул брови:

— У Вэй Жуханя, оказывается, есть внучка?

О трагедиях с сыновьями, хоть Вэй Жухань и наложил на эту тему табу, в Городе Падающей Зари так или иначе судачили. Но вот о внучке Су Мо не слышал ни разу.

— И не просто внучка, — кивнула Ян Сяоюнь. — С самого детства она была ученицей третьей госпожи Дворца Холодной Луны и овладела высочайшим боевым искусством. Совсем недавно она тайно вернулась в Город Падающей Зари и поселилась в резиденции городского правителя.

— Хочешь сказать, что за всем этим стоит эта юная госпожа? — догадался Су Мо.

— Сложно сказать, — покачала головой Ян Сяоюнь. — Пост правителя Города Падающей Зари и главы Альянса Упавшего Феникса — это огромное богатство и власть. Думаю, никто не захочет так просто отдать их в чужие руки. Но вот так, без всякой причины втягивать в свои интриги посторонних… это действительно выводит из себя.

— Таковы уж бури в мире боевых искусств, они никогда не считаются с волей людей, — вздохнул Су Мо.

— Верно. — Ян Сяоюнь посмотрела на Су Мо и вдруг улыбнулась. — Впрочем, ты меня сегодня поразил. Твои суждения и проницательность не идут ни в какое сравнение с тем, что было раньше. Если бы дядюшка Су знал об этом в мире ином, он бы обрёл покой.

При этих словах они оба замолчали. Когда разговор возобновился, речь снова зашла о боевых искусствах.

Су Мо пришёл утром, а ушёл только в полдень. Ян Сяоюнь хотела удержать его на обед, но он твёрдо настоял на уходе, и ей пришлось уступить. В итоге она провожала его до самых ворот Охранного бюро Железной Крови, без конца напоминая, чтобы он непременно заходил ещё, как только выдастся свободная минута. А тот самый Сюй Жошэнь, Рука, ловящая облака, стоял в стороне, и по его виду было ясно, что он хочет что-то сказать, но так и не решился произнести ни слова.

…

В кабинете вился тонкий дымок благовоний. За столом с идеально прямой спиной сидел Ян Ичжи, погружённый в чтение. Вскоре послышались шаги — это был Сюй Жошэнь, Рука, ловящая облака.

— Глава бюро, — произнёс он, сложив руки в почтительном жесте.

Ян Ичжи не отрывал взгляда от книги.

— Ушёл? — тихо спросил он.

— Ушёл.

— Сказал?

— Юная госпожа была рядом, не нашлось возможности.

Ян Ичжи едва заметно кивнул:

— Значит, в следующий раз.

— Есть. — Сюй Жошэнь нахмурился. — За это время нас посещал молодой господин У.

— И что?

— Госпожа велела ему прийти через десять лет.

Уголок губ Ян Ичжи дрогнул. Он отвёл взгляд от книги и посмотрел в окно:

— Он ушёл?

— Ждёт у ворот бюро.

Ян Ичжи наконец повернулся к Сюй Жошэню. Тот молча застыл в ожидании.

— Рано или поздно им всё равно придётся встретиться. Не стоит вмешиваться в дела молодых. Ступай.

— Есть.

Сюй Жошэнь поклонился и вышел. Ян Ичжи ещё долго сидел в тишине за столом, после чего отложил книгу в сторону.

…

Покинув Охранное бюро Железной Крови, Су Мо не пошёл сразу домой. Время близилось к полудню, и он решил перекусить где-нибудь в городе. Дядюшка Фу хоть и не был привередлив в еде, но каждый раз, готовя для него, суетился и выкладывался на полную. «Скорее всего, он думает, что я пообедаю в бюро Железной Крови. Что ж, пусть старик отдохнёт денёк», — подумал Су Мо.

Он наугад выбрал уличный лоток и заказал миску пельменей. Не успел он и рта раскрыть, как напротив него кто-то сел.

— Ты и есть Су Мо? — спросил незнакомец. Голос его был ровным и холодным, а во взгляде читалась откровенная оценка.

Су Мо окинул его взглядом. Парень лет двадцати, волосы собраны в пучок и скреплены нефритовой заколкой. Лицо, должно быть, было красивым, но сейчас его «украшали» свежие синяки, а один глаз почти заплыл. Су Мо собирался что-то ответить, но при виде этого «макияжа» на мгновение опешил и невольно хмыкнул:

— А Ян Сяоюнь не церемонится.

Эти слова, похоже, задели парня за живое. Он невольно кивнул и коснулся ушибов на лице:

— И не говори, жестоко… Ещё и специально по лицу била…

Су Мо промолчал.

У Чэнфэн тоже замолчал.

Пауза, однако, длилась недолго. Он хлопнул по столу:

— Хозяин, ещё миску пельменей! — Затем он посмотрел на Су Мо. — Я угощаю!

— Как скажешь, — безразлично пожал плечами Су Мо.

Две миски пельмешек появились на столе одна за другой. Двое мужчин молча принялись за еду. Через пару мгновений обе миски были пусты.

У Чэнфэн первым поднялся:

— Пойдём со мной.

Сказав это, он развернулся и зашагал прочь. Су Мо, не колеблясь, тоже встал и направился в сторону своего охранного бюро. У Чэнфэн прошёл довольно далеко, прежде чем понял, что за спиной не слышно шагов. Обернувшись, он увидел, что Су Мо уже почти скрылся из виду. Опешив, он бросился вдогонку и через несколько прыжков оказался позади Су Мо.

— Постой!

Су Мо остановился и с усмешкой обернулся:

— Я забыл поблагодарить молодого господина У за щедрое угощение?

— …Я сказал тебе идти со мной!

— А я разве согласился?

— …Нет.

— Ну вот и всё.

— …

У Чэнфэн побагровел от гнева:

— Ты издеваешься надо мной?

— Не смею, — покачал головой Су Мо. — Сын заместителя правителя Города Падающей Зари, можно сказать, наш молодой господин. Куда уж мне, главе захудалого охранного бюро, издеваться над вами?

— Хорошо… Весь Город Падающей Зари трубит, что ты, Су Мо, — никчёмный прожигатель жизни, но, оказывается, в тебе есть стержень, — расхохотался У Чэнфэн. — Раз так, не буду ходить вокруг да около. Давай сразимся. Если я выиграю, ты пойдёшь в дом Ян и расторгнешь помолвку. Если выиграешь ты, я обещаю, что больше никогда не появлюсь там, где будете вы с Ян Сяоюнь!

Су Мо смерил У Чэнфэна взглядом с головы до ног и спокойно покачал головой:

— Прощай.

Сказав это, он развернулся и пошёл прочь. У Чэнфэн опешил и потянулся, чтобы схватить Су Мо за плечо:

— Постой…

Не успел он договорить, как плечо Су Мо едва заметно дёрнулось. Внезапно высвободившаяся мощная сила подхватила У Чэнфэна и швырнула его прочь. Он пролетел по воздуху и влетел прямо в окно соседнего трактира, приземлившись на свободное место за столиком, где несколько молодых людей весело пили и болтали.

Все ошеломлённо замерли, а потом, присмотревшись, узнали его.

— Брат У, ты откуда взялся? — удивлённо спросил один из них.

У Чэнфэн сидел в полном замешательстве, не зная, что ответить.

В этот самый момент из тёмного переулка за происходящим наблюдала пара глаз. В них застыло крайнее изумление.

Глава 24

По мнению Су Мо, поступок У Чэнфэна был чистой воды ребячеством. Свадьба и расторжение помолвки — дела серьёзные, как можно решать их исходом поединка в пару ударов? Самое главное, что даже если Су Мо и не был в восторге от этой помолвки, решение о её расторжении он принял бы сам, по собственному желанию, а не под чьим-то давлением или в результате пари. Это было бы проявлением неуважения не только к Ян Сяоюнь, но и к нему самому.

«Сын заместителя правителя Города Падающей Зари, а ведёт себя как безмозглый болван, у которого ни капли хитрости? Неудивительно, что он только и умеет, что настырно лезть на рожон и всех раздражать», — размышлял Су Мо, покачивая головой, пока шёл в Охранное бюро Пурпурного Солнца.

Сегодняшний разговор с Ян Сяоюнь прояснил ситуацию в Охранном бюро Железной Крови. Теперь они поневоле оказались втянуты во внутренние распри Альянса Упавшего Феникса, став одним из ключевых факторов. Кто-то хотел использовать связи Ян Ичжи на востоке, а кто-то — сделать Ян Сяоюнь своей разменной монетой. У Чэнфэн, этот простодушный болван, похоже, стал пешкой в чужой игре, даже не подозревая об этом.

«Надеюсь, эта встряска заставит его отступить… Избавлю от хлопот и себя, и Ян Сяоюнь, пусть вздохнёт спокойно».

Он уже собирался продолжить путь, как вдруг резко остановился. Чтобы избавиться от назойливого У Чэнфэна, он намеренно швырнул его внутренней силой в трактир, а сам свернул в узкий переулок, ведущий к его бюро. В этот час переулок был пуст, ни единого прохожего, лишь в воздухе витала жажда крови.

Он поднял глаза и увидел, как с неба на него рухнули две фигуры в чёрном, целясь короткими клинками прямо в макушку. Удар был смертельным!

В глазах Су Мо вспыхнул убийственный холод. Одним неуловимым движением он применил Рассеивающие Руки Открытого Ян. Его ладони, словно живые, обогнули клинки нападавших и мёртвой хваткой вцепились в их запястья. Внутренняя сила хлынула наружу, и с двумя отчётливыми хрустами кости были раздроблены.

Убийцы, кем бы они ни были, действовали с ледяной решимостью. Даже с раздробленными запястьями они не издали ни звука и тут же попытались перехватить клинки в другие руки, чтобы продолжить атаку. Но в тот же миг чудовищная сила подхватила их тела. Су Мо, всё ещё держа их за руки, раскрутил нападавших, висящих в воздухе вниз головой, и с грохотом впечатал каждого в стену переулка. От удара у них потемнело в глазах, а внутренности, казалось, превратились в кашу. Не давая им опомниться, Су Мо нанёс ещё два удара ладонями, буквально вдавив их головы в каменную кладку. Кости черепов раскрошились, смерть наступила мгновенно.

Однако на этом покушение не закончилось. Уничтожив двоих, Су Мо без малейшего промедления оттолкнулся от земли и взмыл в воздух, в самый последний момент уходя от двух коротких клинков, нацеленных ему в спину. Ещё находясь в полёте, он нанёс сокрушительный удар кулаком. Один из убийц принял всю мощь удара на себя. Сила пронзила его тело, разрушая внутренние органы. Пошатнувшись, он сделал два шага вперёд и изверг фонтан крови, которая пропитала маску на его лице. Вместе с кровью на землю выпали и куски внутренних органов.

Другой убийца, увидев, что атака провалилась, тут же попытался скрыться. Но не успел он применить свою технику лёгкости, как его шею сдавила стальная хватка. Невероятная сила дёрнула его вниз, и он с грохотом рухнул на землю. Вслед за этим послышался омерзительный хруст ломающихся костей. Дикая боль пронзила его тело. Повернув голову, он с ужасом увидел, что за одно мгновение Су Мо переломал ему все руки и ноги.

В следующий миг на его голове оказалась нога Су Мо.

Су Мо наклонился и сорвал с лица убийцы маску, после чего удивлённо приподнял бровь. Лицо под маской было сплошь покрыто шрамами — его изуродовали до неузнаваемости.

— Вот это да, даже к себе так жестоки? — хмыкнул Су Мо и надавил ногой. — Открой-ка рот.

Услышав это, убийца почему-то впал в отчаяние, но губы сжал ещё плотнее.

— Да неужели? — удивился Су Мо.

Он надавил сильнее, и рот пленника невольно приоткрылся. В тот же миг оттуда что-то сверкнуло и, вылетев с огромной скоростью, вонзилось в противоположную стену.

Су Мо втянул воздух. Поразмыслив, он достал из-за пазухи перчатки, надел их и лишь после этого силой разжал челюсти убийцы, чтобы заглянуть внутрь. Оказалось, что у этого человека не только было изуродовано лицо, но и вырван язык. На его месте находился небольшой чёрный мешочек, соединённый с хитроумным механизмом, закреплённым на зубах. Это было коварное устройство: его можно было вставить в рот перед заданием и вынуть после. В нужный момент достаточно было открыть рот, чтобы механизм сработал и выстрелил спрятанным в мешочке оружием, лишая врага жизни. Если бы Су Мо не заметил, что пленник упорно держит рот на замке, и не заподозрил неладное, он вполне мог бы попасться на эту уловку.

«Язык вырван под корень, говорить он не сможет», — вздохнул Су Мо. Недолго думая, он прикончил его одним ударом ладони.

Раз уж эти люди зашли так далеко, их фанатизм был очевиден. В такой ситуации, даже если бы у Су Мо и были навыки допроса с пристрастием, а убийца умел бы писать, он всё равно ничего бы не сказал и не написал. Более того, вполне вероятно, что такие смертники перед выходом принимают яд, который сработает, если они не вернутся вовремя. Тратить на него время было бессмысленно.

Поднявшись, Су Мо почувствовал себя обиженным. Он ведь просто шёл домой, с чего бы этим людям нападать на него?

«Месть У Чэнфэна? Вряд ли… Он ждал меня у ворот бюро Железной Крови. Даже если бы у него было время отдать приказ после того, как я его отшвырнул, его люди не появились бы так быстро. Если не он, то…» — Су Мо перебрал варианты. — «Остаются две возможности… Первая: люди, уничтожившие клан Юй, вышли на мой след и решили убить меня, чтобы стереть все ниточки, ведущие к Замку Сокровенной Тайны. Но манера этих убийц сильно отличается от тех, что были в ту ночь. Непохоже, что это одна и та же группа. К тому же, раз уж Юй Линсинь использовала замок как приманку, она наверняка замела все следы. Вряд ли они смогли бы так быстро что-то раскопать. Вторая возможность… тот, у кого не рождаются сыновья?»

При этой мысли Су Мо замер, а затем нахмурился, посмотрев в определённом направлении:

— И просто так ушёл?

Там, в тени, кто-то прятался. Этот человек владел превосходной техникой сокрытия ауры, и лишь в момент внезапного появления убийц он на долю секунды выдал себя. Су Мо притворился, что задумался, именно для того, чтобы проверить, не является ли этот наблюдатель ещё одним убийцей. Если бы тот напал, воспользовавшись моментом, то неминуемо попался бы в ловушку.

Но сейчас…

— Бури в мире боевых искусств не утихают ни на миг. Почему даже дома столько проблем? — тяжело вздохнул он.

Больше не раздумывая, он направился прямиком в Охранное бюро Пурпурного Солнца.

Глава 25

Покушение состоялось, но тот, кого хотели убить, не умер. А значит, это еще далеко не конец.

Можно даже сказать, что все только начинается.

Однако прежде, чем заговорщики нанесли следующий удар, в охранное бюро явилась Ян Сяоюнь. Этот визит ничуть не удивил Су Мо — наоборот, он лишь подтвердил некоторые его догадки.

Сейчас Ян Сяоюнь сидела прямо напротив него в главном зале Охранного бюро Пурпурного Солнца, и вид у нее был, мягко говоря, нерадостный.

— Почему ты не сообщил мне сразу? — нахмурившись, потребовала она ответа.

— Тш-ш! — приложил палец к губам Су Мо, бросив взгляд на дядюшку Фу, который с широкой улыбкой приближался к ним. Он знаком велел Ян Сяоюнь успокоиться.

— Дядюшка Фу еще не знает? — осеклась Ян Сяоюнь и тут же умолкла.

Старый слуга, неся поднос с двумя чашками, подошел к ним.

— Госпожа Юнь, прошу, отведайте чаю. Он не из лучших, так что не обессудьте.

— Что вы, дядюшка Фу, — поспешно встала Ян Сяоюнь. — Не нужно такой обходительности. Я здесь как дома. Когда вы так любезничаете, я, наоборот, чувствую себя чужой.

— Ха-ха-ха, да-да, вы правы, — рассмеялся дядюшка Фу. — В детстве госпожа Юнь частенько у нас бывала. Вместе с нашим молодым господином они носились по всему двору, и спереди, и сзади дома. А потом, не знаю уж почему, вы вдруг начинали драться, и молодой господин прибегал ко мне в слезах, жалуясь: «Сестрица Сяоюнь меня обижает!» Ха-ха-ха, до сих пор помню, будто вчера это было.

Су Мо почувствовал, как у него дернулся уголок рта. Он покосился на Ян Сяоюнь и заметил, что ей тоже стало неловко.

— Дядюшка Фу, мы бы хотели поговорить с… сестрицей Сяоюнь, — выдавил он.

— Ах да, конечно-конечно. Не буду вам мешать. Пойду лучше приготовлю для вас что-нибудь вкусненькое, — кивнул старик и, развернувшись, зашагал прочь. Казалось, даже походка его стала легче.

Ян Сяоюнь проводила его взглядом и, лишь когда он скрылся из виду, тихо вздохнула.

— Когда-то Охранное бюро Пурпурного Солнца было шумным и процветающим, а теперь остался один лишь дядюшка Фу. Старик верой и правдой служил трем поколениям семьи Су, не оставил вас даже в самые тяжелые времена. В будущем мы должны позаботиться о его старости и проводить в последний путь.

— …Да, — тихо кивнул Су Мо.

В этот момент он, кажется, начал немного понимать Ян Сяоюнь. Для нее их помолвка, устроенная еще в детстве, давно стала неотъемлемой частью жизни. Выйти замуж за Су Мо — это то, что она непременно сделает. Дело было не в любви или страсти, а в обещании, которое ее отец дал отцу Су Мо много лет назад. Слово благородного мужа весит тонну, и его нельзя нарушить.

Вот только… осознав это, Су Мо почувствовал себя еще более странно. Но в чем именно заключалась эта странность, он пока и сам не мог сформулировать.

Пока он кривил губы в раздумьях, Ян Сяоюнь снова села и вперила в него гневный взгляд.

— Говори, что именно произошло?

— Так ты же уже все знаешь, — криво усмехнулся Су Мо. — Кто-то устроил на меня засаду по дороге домой. И я их всех убил.

— Как же легко ты об этом говоришь! — ее точеные брови взлетели вверх, а в голосе зазвучал неприкрытый гнев. — Это было покушение! Ты чуть не погиб!

— Кстати, а как ты узнала? — решил сменить тему Су Мо.

— Ты что, недооцениваешь Охранное бюро Железной Крови? Ах да, ты же у нас теперь великий мастер, искусно скрывающий свою силу. Вчера во время нашего поединка ты мне поддавался, верно? Убил четырех наемников в узком переулке. Одним движением отбросил У Чэнфэна. А уже вчера днем У Чэнфэн прислал гонца с письмом, в котором клялся, что отныне будет обходить за три версты любое место, где находимся мы с тобой. И он ясно объяснил причину своего решения! Сопоставив место вашей стычки с местом, где нашли трупы, и проведя небольшое расследование, не так уж и сложно сложить два и два, — Ян Сяоюнь холодно усмехнулась. — Что, великий герой Су, твои боевые искусства настолько высоки, что теперь ты собираешься упрекнуть меня в том, что я лезу не в свое дело?

Уголок рта Су Мо снова дернулся. Этот У Чэнфэн оказался тем еще болтуном. Впрочем, парень держал слово: сказал, что не будет лезть, и тут же исчез с горизонта. Это даже навело Су Мо на мысль: а не искал ли У Чэнфэн с самого начала повод для почетного отступления? В конце концов, будь ты хоть из железа, сколько можно терпеть побои?

Видя, как кипит от негодования Ян Сяоюнь, Су Мо не удержался от улыбки.

— Я всегда знал, что ты мастерски владеешь копьем, но не подозревал, что твой язык не уступает в остроте твоему блестящему серебряному копью.

— Ты еще смеешь шутить?! — вскочила Ян Сяоюнь.

— Не буду, не буду, — сдался Су Мо и, взяв чашку, примирительно произнес: — Пей чай, пей.

— Хмф, — сердито фыркнув, Ян Сяоюнь села и залпом осушила свою чашку. — У тебя есть мысли, кто за этим стоит?

— Сложно сказать, — вздохнул Су Мо. — Вероятно, я кому-то перешел дорогу.

На самом деле, догадаться было нетрудно. Достаточно было подумать, кому выгодна его смерть. Учитывая, что Су Мо до сих пор был никому не известной фигурой, единственное, что могло навлечь на него смертельную опасность, было связано лишь с одним человеком.

Он перевел взгляд на Ян Сяоюнь.

— Это те, кто не может родить сына? Они знают о нашей помолвке, и твое существование мешает У Чэнфэну, поэтому они хотят твоей смерти? — холодно усмехнулась девушка. — Пошли!

— Куда?

— К У Чэнфэну. Выясним, кто подкинул его отцу, У Даою, такую гнусную идею. Если он не знает, пойдем прямо к У Даою. Как ни посмотри, они точно замешаны в этом деле. Нужно докопаться до истины!

С этими словами она одной рукой схватилась за свое серебряное копье, а другой уже тянулась, чтобы схватить Су Мо.

— Погоди, погоди, — остановил ее Су Мо, махнув рукой. — Мне кажется, в этом деле не стоит торопиться.

— Ты еще можешь сидеть спокойно? У тебя же земля под ногами горит! — Ян Сяоюнь с удивлением поняла, что совершенно не узнает мужчину перед собой. Его только что пытались убить, а он сидит и невозмутимо пьет чай, в то время как она сама мечется, словно ей пятки подпалили.

— Огонь еще даже до бровей не добрался, — Су Мо жестом попросил ее сесть. — Я ведь жив, не так ли?

— Сейчас ты жив. Но если у них не вышло с первого раза, они наверняка попытаются снова. И во второй раз защититься будет куда сложнее. К тому же, вор может тысячу дней воровать, но кто сможет тысячу дней от него защищаться? Малейшая оплошность — и ты труп!

— Значит, впредь мне нужно быть осторожнее.

— Осторожнее? — Ян Сяоюнь замерла, а затем вспыхнула. — Ты собираешься ждать их второго покушения? Мо, не играй со своей жизнью!

— Именно потому, что я не хочу играть со своей жизнью, и нельзя действовать опрометчиво, — спокойно ответил Су Мо. — По крайней мере, пока мы не знаем, кто настоящий заказчик, нельзя бросаться в бой. Иначе мы не только не решим проблему, но и рискуем стать клинком в чужих руках.

— Хм? Что ты имеешь в виду?

— Подумай сама. Я всего лишь скромный глава охранного бюро, никого не трогаю. Моя смерть — не самоцель. Их интересует то, что они получат, убив меня, — Су Мо скривил губы. — Я только что повздорил с У Чэнфэном, и сразу после этого меня находят мертвым в темном переулке. Будь ты на их месте, о ком бы ты подумала в первую очередь?

— Что это дело рук У Чэнфэна? — нахмурилась Ян Сяоюнь.

— Верно… это нормальная реакция. Но они просчитались в одном. Они думали, что я слаб, и послали четырех убийц, чтобы я умер быстро и без лишнего шума. Вот только я не умер… А раз я не умер, то понял одну вещь.

Су Мо снова налил ей чаю.

— Да, у меня был конфликт с У Чэнфэном, но наемники появились слишком быстро. Он не мог их организовать. А раз так, не пытается ли кто-то за кулисами подставить его? И не пытается ли… кто-то третий извлечь из всего этого выгоду, оставшись в тени?

В Альянсе Упавшего Феникса было восемь лидеров, по двое в каждом из четырех крупных городов. За исключением верховного лидера Вэй Жуханя, остальные семеро боролись за его место, видя друг в друге занозу. К тому же, в тени скрывалась мастерица из Дворца Холодной Луны, ставшая потенциальной соперницей. Если и она нацелилась на пост верховного лидера, кто знает, на что она способна?

У Даою хотел заключить союз с Охранным бюро Железной Крови. Удастся ему это или нет, другие лидеры точно не хотели бы видеть такого усиления. А значит, версий происходящего становилось слишком много.

Су Мо не был бесхребетным слабаком, который мог спокойно сидеть и пить чай после покушения. Просто… чтобы нанести ответный удар, нужно хотя бы знать, кто твой враг. Бездумно бросаться в бой, думая, что ты грозен и могуч, — значит лишь стать послушным клинком в чужих руках.

Глава 26

Когда Су Мо спокойно и обстоятельно изложил свои соображения, Ян Сяоюнь наконец немного остыла. По правде говоря, в другое время она и сама могла бы прийти к таким же выводам. Но, как говорится, тревога за близких затуманивает разум. Она с детства считала Су Мо своей семьей, и когда дело коснулось его жизни, да еще и такого опасного покушения, она, естественно, потеряла голову.

— Ты прав, это я все продумала недостаточно… — признала она. — Я думала только об У Чэнфэне и том негодяе, что стоит за ним, зациклилась на мелких обидах молодого поколения. И совсем забыла, что это может быть связано с борьбой за пост верховного лидера Альянса Упавшего Феникса. Но… ждать, пока они нанесут второй удар, — это слишком опасно, не находишь?

— На самом деле… насчет второго покушения еще вилами по воде писано. Если бы я был слаб и умер от их рук, это была бы одна история. Но я выжил, и теперь… ситуация зависла в неопределенности. А раз так…

Он сделал небольшую паузу.

— Что? — Ян Сяоюнь внимательно посмотрела на него, ожидая продолжения.

Су Мо немного помолчал, а затем произнес:

— Знаешь, меня тут кое-что занимает. Они так торопились меня убить, будто моя смерть могла немедленно разрушить союз между У Даою и дядей Яном. Но вот в чем вопрос… дядя Ян вообще давал свое согласие на этот союз?

— Это… Отец в последние годы стал таким скрытным, все делает втихую, мне ничего не рассказывает. Мы с ним за последние несколько месяцев и десятой доли того не наговорили, что я с тобой за сегодня. Откуда мне знать, что он думает по этому поводу? — в голосе Ян Сяоюнь прозвучали нотки обиды.

Вспомнив ее вчерашние слова о том, как она ждет от Ян Ичжи «единства слова и дела», Су Мо легко понял ее чувства.

— Тогда пока оставим этот вопрос, — кивнул он. — Если наши догадки верны, как думаешь, тот, на кого они на самом деле нацелились, будет сидеть сложа руки и спокойно наблюдать, как перед его беседкой опадают цветы?

— Кто бы ни стоял за покушением на тебя, его главная цель — помешать У Даою. Этот удар был нанесен прямо по нему, — кивнула Ян Сяоюнь и облегченно выдохнула.

— …Хотя нож предназначался мне.

— И ты это понимаешь? — Ян Сяоюнь бросила на него раздраженный взгляд. — Но если так, то у того, кто дергает за ниточки, теперь связаны руки.

Су Мо слегка кивнул и улыбнулся.

— Разве это не делает ситуацию интереснее?

— И что, по-твоему, мы должны делать сейчас?

— Сохранять спокойствие и не дергаться, — усмехнулся Су Мо. — Чем сильнее они хотят, чтобы ты что-то сделал, тем упрямее ты должен этого не делать. Вместо того чтобы слепо бросаться в бой, лучше сесть и наблюдать за их суматохой. Иначе, даже если предположить, что мы сможем перебить весь Альянс Упавшего Феникса, — а это вряд ли, — разве можно вот так полагаться на одну лишь грубую силу?

В мире боевых искусств сила, безусловно, важна, но нельзя впадать в гордыню и творить все, что взбредет в голову. Особенно для Су Мо, который собирался развивать свое охранное бюро. Чтобы дело процветало, нужно действовать с умом и тактом. Чуть что — хвататься за меч и устраивать резню — это удел глупцов, а не путь к долголетию и успеху. Те, кто в мире боевых искусств полагался только на грубую силу, обычно плохо кончали. Либо их клеймили как злодеев и еретиков, и праведные мастера со всего света устраивали на них облаву. Либо они становились клинком в чужих руках, даже не подозревая об этом и гордясь своей «мощью». А когда обман раскрывался, было уже слишком поздно.

— А ты стал выдержанным… Раньше я за тобой такого хладнокровия не замечала.

— Жизнь заставит — и не такому научишься, — бросил он шутливую фразу и тут же пожалел об этом, встретив взгляд Ян Сяоюнь, в котором плескалось неподдельное сочувствие.

Он мысленно дал себе затрещину. Для него это была просто шутка, но откуда ей было знать? Одна фраза — и она, поди, уже напридумывала себе бог весть что. Он уже собирался что-то сказать, чтобы сменить тему, как Ян Сяоюнь вдруг хлопнула ладонью по столу.

— Раз так, то я пока не буду возвращаться домой.

— М-м… что? — Су Мо резко поднял на нее глаза. — В смысле?

— Неважно, связаны ли у закулисного кукловода руки, как они там друг с другом переплетены и кто кого перетянет. Неважно, принял ли У Даою какое-то решение. Все это меня не волнует. Для меня нет ничего важнее твоей жизни. Пока это дело не закончится, как я смогу спокойно спать у себя дома? — с видом полной уверенности заявила она. — Естественно, я останусь рядом с тобой, чтобы защищать тебя.

— …Дядя Ян не согласится.

— Я уже не трехлетний ребенок. Ты разве не слышал поговорку?

— Какую?

— Сын вырос — отец не указ!

«Такой поговорки я не только не слышал, но и не думал, что ее можно произносить с таким праведным видом», — подумал Су Мо, нахмурившись.

— Сестрица Сяоюнь… это, боюсь, не очень хорошая идея. Хоть мы и помолвлены, но еще не женаты. Если ты сейчас поселишься в Охранном бюро Пурпурного Солнца, что станет с твоей репутацией…

— А? Какая разница? Что такое какая-то репутация по сравнению с твоей жизнью? Пустяк, не стоящий упоминания, — решительно отмахнулась Ян Сяоюнь. — К тому же, мы все равно станем мужем и женой. Весь Город Падающей Зари знает, что меня с детства обещали тебе. Девушки из семьи Ян дважды замуж не выходят. Так что моей репутации это не повредит.

— Э-э… — Су Мо скрипнул зубами, не зная, что и ответить.

Он заметил, что Ян Сяоюнь смотрит на него не моргая. Су Мо инстинктивно потер щеку, проверяя, не прилипла ли к ней чаинка.

— Что такое?

— Хочу рассмотреть тебя получше, — ответила Ян Сяоюнь. — Я знаю это лицо с самого детства, но не думала, что за те пару лет, что мы редко виделись, ты так изменишься.

— …И где же я изменился?

— Раньше ты был легкомысленным повесой, нерешительным и безнадежным, как кусок грязи, которым и стену не обмажешь, — с улыбкой сказала Ян Сяоюнь. — Не обижайся на мои слова. На самом деле, раньше я была не в восторге от нашей помолвки. Но это обещание, и я не могла его нарушить. Поэтому я уже приготовилась всю жизнь тащить тебя на себе.

— Ну… — покачал головой Су Мо. Если бы они поженились, никто не смог бы вечно тащить другого на себе. Такая жизнь была бы слишком утомительной.

— Но теперь все иначе, — продолжила Ян Сяоюнь, глядя на него. — Кажется, на тебя можно положиться. Ты невозмутимо встретил покушение, а твоя проницательность такова, что мне за тобой не угнаться. У Чэнфэн среди молодого поколения считается неплохим бойцом, а ты одним движением плеча швырнул его в трактир. Такая внутренняя сила просто поражает… Мо, откуда у тебя такая мощная внутренняя энергия? Как ты смог достичь такого прорыва?

Эта женщина была настоящей воительницей. Стоило разговору в третий раз зайти о боевых искусствах, как ее глаза снова загорелись. Она тут же вскочила на ноги.

— А ну-ка, давай еще разок сразимся! Вчера я думала, что твоя внутренняя сила слаба, и не решалась использовать свою, боясь случайно тебя покалечить. Но раз уж ты достиг таких высот, давай устроим настоящий бой!

С этими словами она схватила Су Мо за руку, собираясь тащить его на тренировочную площадку. Су Мо не знал, смеяться ему или плакать, но в этот момент к ним с улыбкой подошел дядюшка Фу.

— Вы, должно быть, проголодались? Я приготовил обед, идемте скорее к столу.

Глава 27

К обеду дядюшка Фу постарался на славу. В былые времена, когда их семьи были не разлей вода, Ян Сяоюнь частенько обедала в Охранном бюро Пурпурного Солнца, и старый слуга прекрасно помнил все ее любимые блюда. Сегодня стол ломился от яств, приготовленных в точности по ее вкусу.

Ян Сяоюнь уплетала за обе щеки, не переставая нахваливать кулинарное мастерство дядюшки Фу. Тот, стоя за спиной Су Мо, расплылся в такой широкой улыбке, что глаз почти не было видно.

— Если госпоже Юнь нравится, так вы приходите почаще, я для вас всегда что-нибудь вкусненькое приготовлю.

— Угу, угу! — закивала Ян Сяоюнь с набитым ртом. — Дядюшка Фу, зачем же откладывать? Я тут подумала… останусь-ка я в Охранном бюро Пурпурного Солнца на некоторое время.

— А? — опешил дядюшка Фу и рефлекторно покосился на Су Мо.

— Сестрица Сяоюнь, это дело надо хорошенько обдумать, — кашлянув, начал Су Мо.

— Да что тут обдумывать? — сверкнула на него глазами Ян Сяоюнь. — У тебя на всё одно и то же: «надо обдумать». Ты можешь быть хоть немного решительнее?

У Су Мо дернулся уголок рта. Он метнул умоляющий взгляд на дядюшку Фу, но тот, словно ничего не заметив, развернулся и зашагал прочь.

— Дядюшка Фу, вы куда? — растерянно спросил Су Мо.

— Пойду приберу комнату для госпожи Юнь.

— …

«Великолепно, — с тоской подумал Су Мо. — Враг у ворот, а в собственном лагере завелся предатель».

Он беспомощно посмотрел на Ян Сяоюнь, а та лишь ослепительно улыбнулась:

— Ешь, ешь.

Не успели они закончить обед, как дядюшка Фу снова вошел в комнату.

— Молодой господин, там человек пришел, просит принять его.

— Знакомый?

— Говорит, фамилия его Цзи. Лицо незнакомое, но, похоже, пришел по делу.

Су Мо на мгновение замер, затем кивнул:

— Проводите его в гостиную, пусть немного подождет. Я сейчас подойду.

— Будет сделано, — отозвался дядюшка Фу и вышел.

Су Мо и Ян Сяоюнь обменялись многозначительными взглядами.

— Времена нынче неспокойные, — напомнила Ян Сяоюнь. — С незнакомцами, да еще и с непонятной целью, стоит быть осторожнее.

— Сначала посмотрю, что ему нужно, — кивнул Су Мо.

— Я с тобой.

Подумав секунду, Су Мо не стал возражать. Они отложили палочки, наскоро привели себя в порядок и направились в гостиную.

Гостиная Охранного бюро Пурпурного Солнца, конечно, не шла ни в какое сравнение с роскошными залами Бюро Железной Крови. Обстановка здесь была простой и скромной, и чай гостю подали самый обычный. Пришедший — мужчина в скромных серых одеждах, с ничем не примечательной внешностью — спокойно сидел и пил чай. На столике рядом с ним лежал продолговатый ларец.

Услышав шаги, гость поднялся. Увидев Су Мо и Ян Сяоюнь, он на миг растерялся.

— Э-э… Прошу прощения, а вы?..

Ян Сяоюнь едва не фыркнула от возмущения. Прийти к кому-то в дом с визитом и спрашивать у хозяев, кто они такие? Где это видано?

— Я — Су Мо, глава Охранного бюро Пурпурного Солнца, — с улыбкой представился Су Мо.

Мужчина на мгновение застыл, а затем, спохватившись, сложил руки в почтительном жесте:

— Наслышан, наслышан…

Хотя он и произнес «наслышан», по выражению его лица было ясно, что он и сам себе не верит. Впрочем, он быстро взял себя в руки.

— Не осудите, не осудите. Я просто не ожидал, что глава Охранного бюро Пурпурного Солнца окажется так молод… Ах да, позвольте представиться. Моя фамилия Цзи, имя Шухуа. Приветствую главу Су.

Су Мо мысленно повторил это имя и тут же понял, кто перед ним.

— Так это сам господин «Справедливость на все времена»! Прошу простить за невежливость, — с легкой улыбкой произнес он.

— Что вы, что вы, это лишь друзья в мире боевых искусств меня так балуют, — рассмеялся Цзи Шухуа. И хотя он говорил это со скромностью, было очевидно, что слова Су Мо почесали его тщеславие.

Этот Цзи Шухуа по прозвищу «Справедливость на все времена» был довольно известной личностью в мире боевых искусств. Его собственное мастерство было весьма средним, но он славился одной отличительной чертой — любовью заводить друзей. Причем в знакомствах он был неразборчив: среди его приятелей можно было встретить кого угодно, от благородных ученых до бродяг и разбойников. И если у друга случалась беда, Цзи Шухуа никогда не скупился на помощь, за что и заслужил свое громкое прозвище.

Обменявшись еще парой любезностей, они расселись, и Су Мо перешел к делу:

— Откуда путь держите, доблестный Цзи?

Он не стал спрашивать напрямую о цели визита или использовать избитые фразы вроде «без дела и в храм не ходят», чтобы не показаться заносчивым. При первой встрече стоило проявить уважение, а вежливый вопрос «откуда путь держите» сам по себе подразумевал и вопрос о цели визита.

— Сказать по правде, я здесь по поручению одного человека, — без обиняков начал Цзи Шухуа. — И мой внезапный визит связан с тем, что мне нужно сопроводить один груз.

— О? — Су Мо бросил взгляд на ларец рядом с Цзи Шухуа и после недолгого раздумья спросил: — Могу я узнать, кто поручитель?

— Один мой друг, — ответил Цзи Шухуа. — Он человек непубличный, предпочитает держаться в тени и не любит, когда его имя упоминают без нужды. Прошу главу Су не обижаться.

Су Мо лишь приподнял бровь, не говоря ни слова.

Цзи Шухуа продолжил:

— Хотя мой друг и не ищет славы, он — непревзойденный мастер кузнечного дела. Не так давно один человек заказал у него оружие. Когда клинок был готов, заказчик за ним так и не явился. Я как раз заехал навестить друга, и он поведал мне об этой незадаче. Глава Су, раз уж вы знаете мое скромное прозвище, то вам известно, что я люблю совать нос в чужие дела, а уж тем более, когда речь идет о друге. Я не мог остаться в стороне. Изначально я думал доставить оружие сам, но, прибыв в Город Падающей Зари, столкнулся с другим неотложным делом. Возить с собой такую ценную вещь стало неудобно, а потерять ее — значит подвести друга. Вот мне и пришла в голову мысль нанять охранное бюро. Я подумывал обратиться в «Железную Кровь», «Прославленное Величие» или «Небесные Врата», но эти три гиганта берут за свои услуги немалые деньги. А я, бродяга мира боевых искусств, не обременен богатством. После долгих расспросов я и узнал об Охранном бюро Пурпурного Солнца. Простите за столь бесцеремонное вторжение, но я очень надеюсь, что глава Су поможет мне и возьмется за этот заказ.

Он изложил все четко и по порядку. И хотя имя друга так и не прозвучало, суть дела была ясна. Су Мо погрузился в раздумья, а Ян Сяоюнь едва заметно покачала головой, предостерегая его.

Су Мо одарил ее мимолетной улыбкой и обратился к Цзи Шухуа:

— Раз так, могу ли я взглянуть на предмет, который нужно доставить?

— Прошу, глава Су.

С этими словами Цзи Шухуа легко шлепнул ладонью по ларцу, и тот со свистом полетел прямо на Су Мо.

Су Мо тихо усмехнулся. Когда ларец был уже совсем близко, он легким движением руки встретил его. Ларец несколько раз изящно крутанулся в воздухе и плавно опустился ему в ладонь.

Цзи Шухуа с облегчением выдохнул, затем встал и сложил руки в жесте уважения.

— Глава Су, не гневайтесь. Вы так молоды, а дело важное, вот я и не удержался от проверки. Не ожидал, что при столь юном возрасте вы обладаете таким выдающимся мастерством. Я восхищен. Цзи Шухуа приносит вам свои извинения.

Сказав это, он решительно поклонился до самой земли.

Глава 28

В мире боевых искусств принято признавать свои ошибки. И Цзи Шухуа делал это превосходно. Теперь Су Мо стало понятно, почему у этого человека так много друзей. Он проверил его силу, но сделал это в меру, а после не стал делать вид, будто ничего не произошло, а сразу же принес искренние извинения. Как говорится, улыбающегося и бить неловко. При таком подходе любая злость улетучится.

— Что вы, доблестный Цзи, — махнул рукой Су Мо. — Я молод и неопытен, а Охранное бюро Пурпурного Солнца не может похвастаться громким именем. Ваши опасения вполне естественны. Прошу, садитесь.

— Благодарю главу Су за понимание, — улыбнулся Цзи Шухуа и снова занял свое место.

Су Мо же перевел взгляд на ларец в своих руках. Присмотревшись, он заметил, что защелка находится сверху. Поставив ларец на пол, он одним касанием пальца открыл крышку. В тот же миг изнутри раздался протяжный звук, подобный драконьему рыку, и воздух наполнился ощущением пронзительной остроты. Су Мо заглянул внутрь — в ларце покоился меч. Меч, еще не покинувший ножен, уже источал поразительную ауру мощи, заставляя сердце замирать.

— Это?.. — он вопросительно посмотрел на Цзи Шухуа.

— Этот меч зовется «Драконий Стон», — пояснил тот. — Когда он был выкован, его аура оказалась слишком могучей. Моему другу пришлось создать этот ларец, чтобы сдержать ее. В шутку он назвал его… «Драконий Стон в Ларце»!

— …

У Су Мо снова дернулся уголок рта. Почему-то при этих словах в его голове всплыла картинка из какой-то игры. Он тряхнул головой, отгоняя наваждение, и с восхищением произнес:

— Воистину великолепный меч. Ваш друг — настоящий мастер своего дела, это вызывает уважение.

— Это точно, я всегда так считал, — рассмеялся Цзи Шухуа. — Вот только он сам вечно твердит, что его мастерство еще не достигло совершенства. Мол, будь оно отточено до блеска, зачем бы ему понадобилось сдерживать ауру клинка? И не было бы тогда никакого «Драконьего Стона в Ларце».

Су Мо приподнял бровь. Ему и впрямь стало любопытно, что за человек этот друг Цзи Шухуа. Однако сейчас было не время для расспросов. Цзи Шухуа ясно дал понять, что его друг не любит излишнего внимания. А раз уж он носит прозвище «Справедливость на все времена», то наверняка умеет хранить чужие тайны.

Поэтому Су Мо сменил тему:

— И куда же нужно доставить этот меч?

— В Горную виллу Нефритовой Ивы! — произнес Цзи Шухуа.

Ян Сяоюнь вздрогнула. С самого появления в гостиной она держалась в тени, предоставив Су Мо вести разговор и не позволяя себе вмешиваться. Но сейчас она не сдержалась:

— Уж не та ли это вилла, что стоит на берегу Озера Нефритового Кристалла у Горы Нефритовой Ясности?

— Именно она! Госпожа весьма осведомлена, — подтвердил Цзи Шухуа. — Этот меч был выкован по заказу главы Горной виллы Нефритовой Ивы, Лю Суйфэна, прозванного Нефритовым Ивовым Сердцем Меча.

На Горе Нефритовой Ясности раскинулось Озеро Нефритового Кристалла, а на его берегу стояла Горная вилла Нефритовой Ивы. Ее глава, Лю Суйфэн, был человеком-легендой.

Когда-то давно предки Лю основали на берегу озера огромное поместье. Они надеялись прославиться в мире боевых искусств с помощью своего семейного искусства — «Меча Небесной Радуги, Вопрошающего Сердце», состоявшего из восьмидесяти одной техники. Но, увы, первый же вышедший в мир мастер потерпел сокрушительное поражение, а за ним и второе, и третье, и в итоге умер в унынии. Его потомки, извлекши горький урок, двадцать лет оттачивали мастерство, прежде чем снова явить себя миру, но и они чаще проигрывали, чем побеждали.

Несмотря на это, Горная вилла Нефритовой Ивы выстояла. Пусть она и не гремела на весь мир боевых искусств, оставаясь лишь скромным украшением мира боевых искусств, но все же была его частью. Так продолжалось до тех пор, пока на свет не появился Лю Суйфэн.

Он был гением, упрямым и невероятно трудолюбивым. Начав тренироваться в пять лет, он занимался днем и ночью, и уже к десяти годам довел семейное искусство меча до такого совершенства, что дальше двигаться было некуда. Говорят, когда упираешься в стену, нужно искать обходной путь. Любой другой на его месте стал бы изучать чужие техники, чтобы обогатить свой стиль. Но Лю Суйфэн поступил иначе. Достигнув предела, он начал менять само искусство.

Он сократил восемьдесят одну технику «Меча Небесной Радуги» до сорока девяти. После этого, выйдя в мир, он уже сражался на равных, одерживая как победы, так и поражения. Вернувшись на три года в уединение, он переработал сорок девять техник в тридцать две. Снова покинув виллу, он уже побеждал гораздо чаще, чем проигрывал. Затем он ушел в затворничество на семь лет и, выйдя из него, объявил, что свел все искусство к шестнадцати техникам. Увы, увидеть их во всей красе не удалось почти никому. К тому времени большинство мастеров мира боевых искусств не могли выдержать и десяти его ударов.

Почти за двадцать лет он очистил семейное искусство от всего лишнего, превратив его в непревзойденную технику меча. С тех пор слава о Нефритовом Ивовом Сердце Меча разнеслась по всему миру боевых искусств, а Горная вилла Нефритовой Ивы обрела небывалую известность. Именно тогда он и принял пост главы виллы.

Впрочем, борьба за власть в мире боевых искусств его не интересовала. Он лишь хотел вернуть доброе имя своей семье, и, добившись этого, осел на вилле, стараясь держаться подальше от интриг мира боевых искусств. Но даже так его слава и авторитет продолжали расти. Даже могущественный Альянс Упавшего Феникса предпочитал не связываться с ним без крайней нужды.

И вот теперь заказ на доставку предназначался именно ему…

Су Мо задумчиво побарабанил пальцами по подлокотнику кресла. На лице Ян Сяоюнь отражалась сложная гамма чувств.

— Эм-м… — кашлянул Цзи Шухуа. — Я, право, весьма стеснен в средствах. Готов предложить сто лянов серебра за эту доставку. Если глава Су согласен, я сразу же передам вам плату.

С этими словами он достал из-за пазухи новенькую банковую ассигнацию Банка Великого Достатка. Судя по ее виду, он обменял деньги совсем недавно.

«Вот же…» — Су Мо не знал, смеяться ему или плакать. Он взглянул на системное уведомление, появившееся перед глазами.

[Задание: Доставить «Драконий Стон в Ларце» в Горную виллу Нефритовой Ивы на берегу Озера Нефритового Кристалла у Горы Нефритовой Ясности и передать его Лю Суйфэну, Нефритовому Ивовому Сердцу Меча!] [Принять?]

Поразмыслив мгновение, он мысленно выбрал [Принять].

А затем громко и добродушно рассмеялся:

— Раз доблестный Цзи оказал мне такое доверие, отказ был бы невежлив. Бюро Пурпурного Солнца берется за этот заказ!

Услышав это, Цзи Шухуа с огромным облегчением выдохнул.

— Благодарю главу Су.

— Мы открыли бюро, чтобы вести дела, а не от них отказываться. Это не вам благодарить меня, доблестный Цзи, а я должен благодарить вас за то, что выбрали нас.

Они обменялись еще несколькими любезностями, уточнили детали заказа, скрепили все письменным договором, и лишь после этого Цзи Шухуа откланялся и ушел. «Драконий Стон в Ларце» остался в Охранном бюро Пурпурного Солнца, как и сто лянов серебра.

— Этот Цзи Шухуа хоть и кажется прямодушным и щедрым, но есть в нем и какая-то хитринка, — тихо заметила Ян Сяоюнь, глядя вслед удаляющемуся гостю. — Он отдал всю плату вперед и даже не беспокоится, что ты можешь просто взять деньги и не выполнить работу. Уж не потому ли, что меч предназначен для самого Нефритового Ивового Сердца Меча?

Су Мо покачал головой.

— У него обширные связи по всему свету, среди его знакомых есть кто угодно. И при этом он до сих пор жив и здоров. Думаешь, такой человек может быть так прост, как кажется на первый взгляд?

— Пожалуй, ты прав, — кивнула Ян Сяоюнь и посмотрела на Су Мо. — Но не слишком ли ты поспешно взялся за этот заказ?

Глава 29

Они сидели за тем же столом, уставленным недоеденными блюдами. Раз уж с главным делом было покончено, стоило продолжить трапезу. Вот только дядюшка Фу куда-то запропастился — видимо, снова ушел прибираться в комнате Ян Сяоюнь. Су Мо, с аппетитом уплетая рис из своей пиалы, поставил рядом с собой ларец с «Драконьим Стоном». Ян Сяоюнь взглянула на него, но кусок в горло уже не лез.

— Ты беспокоишься, что этот заказ какой-то странный? — усмехнулся Су Мо, заметив ее состояние.

— Сначала на тебя совершают покушение, а сразу следом появляется такой заказ, — нахмурилась она. — Цзи Шухуа, конечно, прав: Охранное бюро Железной Крови, «Прославленное Величие» и «Небесные Врата» — все они крупные конторы с огромным штатом, и цены у них соответствующие. Но если бы этот груз предложили тому же Лю Суйфэну, он бы, я уверена, взялся за него даже бесплатно.

Ян Сяоюнь отложила палочки.

— С тех пор как три года назад Лю Суйфэн вышел из уединения, он прославился в мире боевых искусств своим «Мечом Небесной Радуги, Вопрошающим Сердце» из шестнадцати техник. Однако последние год-два он ведет затворнический образ жизни и редко появляется в мире боевых искусств. Возможность завязать с ним дружбу — это шанс, который не купишь и за десять тысяч золотых.

— Истинно так, — кивнул Су Мо. — Поэтому, как ни крути, он не должен был выбирать Охранное бюро Пурпурного Солнца.

— Я не это имела в виду! — поспешно возразила Ян Сяоюнь. — Я не хотела сказать, что твоё бюро плохое…

— Но ведь оно в упадке, это факт. Я просто констатирую очевидное, что ж у меня, сердце из стекла, что ли?

— Хм… а что такое стекло? — удивленно моргнула она.

— Э-э-э… — Су Мо на мгновение задумался. — Неметаллический материал на основе силикатов?

— ???

Ян Сяоюнь окончательно сбилась с толку. Каждое слово по отдельности она знала, но когда они складывались в одну фразу, смысл ускользал, словно она слышала их впервые.

— Ладно, неважно, — отмахнулся Су Мо. — Заказ и впрямь странный. Но то, что Лю Суйфэн поручил кому-то выковать для него меч, не похоже на выдумку. Скорее всего, кто-то за кулисами специально подстроил все так, чтобы груз достался именно мне.

— Раз ты это понимаешь, зачем же согласился? — опешила Ян Сяоюнь.

— Это интересная возможность, нельзя ее упускать, — ответил Су Мо. — Если я буду сидеть дома и ждать у моря погоды, неизвестно, сколько времени это займет. К тому же, дядюшка Фу не владеет боевыми искусствами. Если опасность настигнет нас здесь, я, конечно, уверен в своих силах, но не могу гарантировать его полную безопасность. Сейчас же я выведу эту угрозу за пределы города. Цель этих людей — я. Возможно, даже не убить меня, а что-то другое. В любом случае, они не станут вредить старику.

Помимо желания выманить врагов и получить шанс во всем разобраться, у Су Мо была еще одна причина, о которой он умолчал. «Вчера, во время покушения, помимо четырех убийц, в тени прятался кто-то еще. Враг он или друг? Если враг, то в этом путешествии я наверняка с ним столкнусь, и это станет отличной зацепкой. Если друг — тем лучше. В любом случае, это путешествие — как пробный камень. Возможно, оно даст ответы на все вопросы».

Подумав об этом, он перевел взгляд на Ян Сяоюнь.

— Но на всякий случай, сестрица Сяоюнь, пока меня не будет, я хотел бы попросить тебя присмотреть за дядюшкой Фу.

— Нет, — без малейших колебаний отрезала она.

— ??

Су Мо замер, и в душе у него шевельнулось дурное предчувствие. Оно не обмануло. Ян Сяоюнь с самым серьезным видом заявила:

— Я поеду с тобой.

— … — Су Мо моргнул. — Это опасное путешествие.

— Именно потому, что оно опасное, я и должна ехать с тобой.

— Но дядюшка Фу…

— Я все устрою.

— Дядюшка Ян не согласится…

— Сын вырос — отец не указ! — отрезала она.

Уголок рта Су Мо нервно дернулся. С этой девушкой решительно невозможно было спорить. Хотелось бы рявкнуть на нее, чтобы выбить эту дурь из головы, но он был уверен, что в ответ она рявкнет еще громче. К тому же, она действовала из лучших побуждений, искренне желая ему помочь. Как тут прогонишь?

Он тяжело вздохнул:

— Ладно, ладно, поступай как знаешь.

— Что значит «поступай как знаешь»? — возмутилась Ян Сяоюнь. — Говоришь так, будто я для тебя обуза… Ах, так вот оно что! Наш великий герой Су, значит, обрел невиданную силу и теперь смотрит свысока на слабую девушку вроде меня?

— Что ты, не смею! — Су Мо торопливо затряс головой. — Да кто посмеет назвать тебя слабой девушкой? Я первый ему не позволю!

— Вот и хорошо, что ты это понимаешь.

Раз решение было принято, спорить дальше не имело смысла. Насытившись, они принялись готовиться к дороге прямо в Охранном бюро Пурпурного Солнца. Странствия по миру боевых искусств — это не просто прогулка за порог. Выйти с пустыми руками — значит искать себе смерти. Они разложили на столе небольшой дорожный мешок: несколько пилюль-противоядий на крайний случай, сменная одежда и, само собой, перчатки из оленьей кожи. В мире боевых искусств использовали самые изощренные яды, и никто не мог с уверенностью сказать, что, прикоснувшись к неизвестному предмету голыми руками, не отравится. Поэтому, если была возможность подготовиться, лучше было предусмотреть все. Кроме того, поменьше серебра и побольше банковских чеков — их легче спрятать, а звенящие монеты лишь привлекают лишнее внимание. Богатство будоражит людские сердца и легче всего навлекает беду.

Закончив сборы, они решили как следует отдохнуть ночь в бюро, а на рассвете отправиться в путь. Однако перед сном каждый из них занялся своими делами. Ян Сяоюнь, с одной стороны, договорилась, чтобы за дядюшкой Фу тайно присматривали, а с другой — отправила письмо Ян Ичжи, чтобы не исчезать без предупреждения. Су Мо уже приготовился к тому, что разъяренный Ян Ичжи сегодня же ночью вломится в Охранное бюро Пурпурного Солнца с грозными расспросами, но ночь прошла на удивление спокойно. Что же до самого Су Мо… он тоже куда-то отлучался, но с кем встречался и что делал — об этом он не проронил ни слова. Вернулся он с абсолютно невозмутимым лицом, будто просто вышел прогуляться.

На следующее утро, позавтракав и попрощавшись с дядюшкой Фу, они выехали в путь. Ян Ичжи так и не появился. Су Мо все больше недоумевал, что творится в голове у этого человека. Неудивительно, что Ян Сяоюнь порой отзывалась об отце с легким раздражением — тот и впрямь вел себя крайне ненадежно.

И вот, когда они уже подъезжали к городским воротам, то увидели одинокую фигуру. Сюй Жошэнь, высокий и прямой, стоял перед ними с горькой усмешкой на лице.

— Молодая госпожа, куда это вы собрались?

— Дядюшка Сюй, вчера вечером я отправила отцу письмо, в котором все объяснила. Прошу вас, уступите дорогу и не мешайте нам заниматься делами, — тон Ян Сяоюнь, несмотря на уважительное «дядюшка», был холоден и резок. В ее голосе явно звучало с трудом сдерживаемое раздражение. Она отправила весточку родному отцу, а тот, вместо того чтобы явиться лично, прислал Сюй Жошэня ей наперерез. Что за вздор?

Сюй Жошэнь вздохнул и, не став спорить с девушкой, повернулся к Су Мо.

— Господин Су, — мягко улыбнулся он, — хоть вы и связаны с нашей молодой госпожой брачным договором, времена меняются, и еще неизвестно, останется ли он в силе. А теперь вы, даже не известив нашего главу, собираетесь увезти ее с собой. Вам не кажется, что это несколько… неправильно?

Су Мо согласно кивнул, чувствуя, что в словах Сюй Жошэня есть резон. Но Ян Сяоюнь больше не могла сдерживать гнев.

— Если у вас есть что сказать, пусть мой отец скажет это мне в лицо!

— Молодая госпожа, глава бюро еще вчера днем покинул город, но не сообщил нам, куда именно направился. Ваше письмо я видел, и хоть не осмелился заглянуть внутрь, догадался, что оно связано с господином Су. Потому и решился преградить вам путь. Я не знаю, что вы задумали, но прошу вас — обдумайте все трижды.

— Что? Ты смеешь меня учить, что делать? — прищурилась она.

— Не осмелюсь.

— А если я все равно поеду? — рука Ян Сяоюнь легла на рукоять серебряного копья за спиной.

Сюй Жошэнь снова вздохнул.

— Раз так… Господин Су, простите за дерзость, но я вынужден вас ненадолго задержать!

С этими словами он оттолкнулся от земли и, словно вспышка света, в одно мгновение оказался перед Су Мо. Его ладонь устремилась к плечу юноши. Он не собирался наносить смертельный удар, лишь ранить, чтобы Су Мо не смог покинуть город. Кроме того, им двигало и простое любопытство: неужели этот парень, чья репутация давно упала ниже плинтуса, и впрямь в одиночку перебил четверых в том узком переулке?

Но Су Мо лишь тихо вздохнул и встретил его атаку своей ладонью.

Раздался глухой удар. Тело Сюй Жошэня содрогнулось, и в тот же миг его отбросило назад.

Глава 30

Сюй Жошэнь появился стремительно, но улетел еще быстрее! Су Мо явно сдержался, иначе одним этим ударом мог бы лишить его жизни так же легко, как достать вещь из собственного кармана. Но даже так Сюй Жошэню пришлось несколько раз перекувыркнуться в воздухе, прежде чем он с трудом приземлился. Едва коснувшись ногами земли, он пошатнулся и, не удержав равновесия, отступил еще на добрый десяток метров. Кое-как устояв на ногах, он с изумлением и недоверием уставился на Су Мо.

— Простите за дерзость, — Су Мо сложил руки в почтительном жесте и, не оборачиваясь, пошел прочь.

Ян Сяоюнь, хоть и была ошеломлена, молча последовала за ним. Сюй Жошэнь хотел было что-то крикнуть им вслед, но, открыв рот, побледнел и инстинктивно прижал руку к груди. В груди разлилась тупая боль, а в горле появился сладковатый привкус — он получил внутреннее ранение.

«Какая чудовищная внутренняя сила! Этот молодой господин Су и впрямь совсем не тот, кем его считают», — он судорожно втянул воздух. Преследовать их он больше не осмелился. Постояв в молчании, он топнул ногой и поспешил обратно в Охранное бюро Железной Крови.

…

В Городе Падающей Зари, в одном из больших особняков, находилась тайная комната. В ней, скрестив ноги, сидел мужчина средних лет. На чайном столике перед ним стояли две чашки со свежезаваренным чаем. Вот только… напротив него никого не было.

Никого не было, но голос раздавался из-за ширмы.

— Они отправились в путь.

— Я знаю.

— Ты уверен в успехе?

— Полагаю, шансы есть.

— Ты играешь с огнем! — голос за ширмой стал жестче.

Сидевший мужчина лишь усмехнулся и подлил себе чаю.

— Свежий сорт, прямиком с Бескрайнего Моря. Неужели не хочешь попробовать?

Человек за ширмой не ответил, но воздух в комнате пропитался едва уловимой жаждой убийства. Мужчине пришлось отставить чашку.

— Этот шаг хоть и рискован, но весьма своевременен. Их уход создаст возможности, которые увидим не только мы с тобой.

Тот, кто скрывался за ширмой, по-прежнему молчал, но убийственная аура становилась все плотнее, сгущая воздух в тайной комнате так, что становилось трудно дышать. Рука мужчины, державшая чашку, едва заметно дрогнула. Наконец, из-за ширмы донесся ледяной голос:

— Но я советую тебе крепко запомнить одну вещь.

— Слушаю.

— Если с головы Су Мо упадет хоть один волос, я позабочусь, чтобы от твоего Альянса Упавшего Феникса не осталось и следа, ни от людей, ни от их скота!

С последними словами мощный поток внутренней энергии вихрем пронесся по комнате, и в следующее мгновение фигура за ширмой бесследно исчезла. Мужчина несколько раз подносил чашку к губам и опускал ее, прежде чем тихо вздохнуть.

— Годы идут, а характер все такой же взрывной. Даже молодежь порой бывает сдержаннее.

Он хотел было допить свой чай, но, помедлив, снова поставил чашку на стол. Легонько постучав пальцами по столешнице, он пробормотал себе под нос:

— Су Мо…

…

— Су Мо…

Выехав из Города Падающей Зари, Ян Сяоюнь не сводила с него глаз. Су Мо почувствовал, как по спине у него забегали мурашки.

— Ты до каких пор будешь на меня так пялиться?

— Говорят, после трех дней разлуки на человека нужно смотреть новыми глазами. В твоем случае, мне кажется, придется менять глазные яблоки, — выдохнула Ян Сяоюнь. — Этот Сюй Жошэнь — не из тех, с кем легко справиться. Свое прозвище «Рука, ловящая облака» он носит не за красивые глаза. Его мастерство намного превосходит силу У Чэнфэна. И все же… ты одолел его одним ударом ладони. Откуда у тебя такая внутренняя сила?

— Эх… это долгая история, — вздохнул Су Мо. — В общем, как-то раз бродил я по улице и наткнулся на старого нищего. Он затащил меня в какой-то угол и начал твердить, что у меня редчайший дар, что я — гений боевых искусств, каких рождается один на миллион. И давай мне всучивать свиток с секретной техникой, приговаривая, что, как только я достигну мастерства, на мои плечи ляжет великая миссия по спасению мира боевых искусств.

— ??? — в глазах Ян Сяоюнь промелькнуло явное недоумение, но она все же вставила: — Обычный шарлатан, да?

— Я тоже так подумал, — кивнул Су Мо. — По идее, мне следовало просто развернуться и уйти. Но старик вцепился в меня мертвой хваткой… и даже выложил несколько свитков на выбор. Я посмотрел на него: одет в лохмотья, худющий, кожа да кости… и мне стало его жаль. Подумал, что он, наверное, так на жизнь зарабатывает. Мир жесток, жизнь трудна… Вспомнил о своем положении и почувствовал некое родство душ. Если бы я однажды докатился до такого, разве не мечтал бы о тарелке горячего риса? В общем, поддался минутной слабости, наугад выбрал один свиток и купил его за десять медяков.

Эти слова нашли отклик в душе Ян Сяоюнь, хотя она и нахмурилась с легким укором.

— Что ты такое говоришь? Неужели я позволила бы тебе дойти до такого состояния? Когда ты тогда проматывал семейное достояние, я хотела оглушить тебя и утащить с собой, но отец не разрешил… А последние два года ты исправился, и у меня просто не было повода. Но знай: пока я жива, я никогда не позволю тебе бродяжничать.

Эти слова не были клятвой, но звучали убедительнее любой клятвы. Су Мо взглянул на нее и на мгновение забыл, как продолжать свою выдуманную историю. К счастью, любопытство Ян Сяоюнь взяло верх.

— И что было дальше? Какую технику ты купил?

— Техника эта… называлась «Великая Чудесная Формула Неба и Земли».

— …Что? Великая Чудесная Формула? Звучит как-то слишком заумно.

— Почем я знаю, — пожал плечами Су Мо. — Но вступление к ней было впечатляющим. Говорилось, что она заключает в себе суть всех боевых искусств мира, подобно морю, вбирающему в себя все реки. Что она — основа всех боевых техник под небесами!

— Может, это просто хвастовство?

— Я тоже не понял. Но под вступлением была еще одна приписка. Там говорилось, что постижение этой техники зависит исключительно от таланта и одаренности ученика. Чем выше одаренность и лучше природные данные, тем более совершенные техники можно из нее извлечь. Во всем тексте не было ни единого слова о боевых приемах, но самое странное случилось потом: как только я дочитал свиток до конца, он рассыпался в прах. А текст с тех пор навсегда запечатлелся в моей памяти. Со временем я и впрямь почувствовал нечто удивительное. Мне действительно удалось постичь из этого текста одну внутреннюю технику и один стиль кулачного боя. С тех пор мое мастерство стало расти не по дням, а по часам.

Ян Сяоюнь слушала его, разинув рот. Она и не думала, что Су Мо все это выдумал, лишь пораженно вздохнула:

— Как же далеки небеса и огромен мир боевых искусств… Невозможно измерить их глубину. Воистину, всегда найдется кто-то сильнее тебя, и за каждой горой есть гора повыше. Твоя история настолько удивительна, что в нее трудно поверить. Должно быть, тот таинственный нищий, что передал тебе эту технику, был величайшим мастером, странствующим по миру.

Су Мо, заметив ее реакцию, украдкой выдохнул с облегчением. Ему казалось, что он переборщил с фантастикой, но Ян Сяоюнь не была из тех недалеких людей, кто считает, что мир ограничен лишь тем, что они видели своими глазами. Она просто решила, что ей не хватает знаний, и еще больше восхитилась чудесами мира боевых искусств. Конечно, свою роль сыграло и то, что эту историю рассказывал Су Мо — ему она верила безоговорочно.

Помолчав немного, он тихо спросил:

— Сестрица Сяоюнь, хочешь, я научу тебя «Великой Чудесной Формуле Неба и Земли» и тем двум техникам, что я постиг?

— Это твоя судьбоносная встреча, как я могу посягать на нее? К тому же, мне и целой жизни не хватит, чтобы довести до совершенства «Копье Лазурного Дракона Восьми Пустошей, Пронзающее Облака» нашей семьи. Зачем мне распыляться? Но если ты не против, мы могли бы почаще обмениваться опытом. — Ян Сяоюнь бросила на него серьезный взгляд. — И я тебе советую: не пытайся объять необъятное. Путь боевых искусств подобен безбрежному океану, здесь важна глубина, а не широта. И еще… то, что ты рассказал мне о «Великой Чудесной Формуле», должно остаться между нами. Никогда и никому больше об этом не говори, иначе непременно накличешь беду. Запомни это!

Су Мо поспешно кивнул, чувствуя огромное облегчение. Теперь у всех боевых искусств, которые он получит от Системы, было вполне правдоподобное объяснение. К тому же, ему даже не пришлось просить Ян Сяоюнь держать язык за зубами — она сама его об этом предупредила, избавив от лишних слов.

Глава 31

Путь от Города Падающей Зари до Горы Нефритовой Ясности был неблизким. Вернувшись недавно домой, Су Мо привез с собой четыреста с лишним лянов серебра и велел Дядюшке Фу подыскать в городе двух хороших скакунов. Но даже если гнать лошадей без отдыха, путь занял бы не меньше полумесяца. А если ехать как положено, останавливаясь на ночлег, да еще если в дороге что-то случится, то и вовсе стоило закладывать на путешествие целый месяц.

Несколько дней пути прошли на удивление спокойно. Кроме пары случайных встреч с придорожными головорезами, ничего серьезного не произошло. Впрочем, что до этих головорезов… им было достаточно лишь завидеть в руках Ян Сяоюнь ее сверкающее серебряное копье, чтобы тут же обратиться в бегство. Некоторые, узнав ее, даже подходили поздороваться и с любопытством спрашивали, почему она путешествует без знамени своего охранного бюро. Услышав, что она сопровождает главу Охранного бюро Пурпурного Солнца, они бросали на Су Мо странные взгляды. Однако благодаря авторитету Ян Сяоюнь никто не осмеливался чинить им препятствий, и путников пропускали без лишних слов. Что же до скрытой в тени смертельной угрозы, то от нее не было ни следа, ни тени…

…

В тот день они добрались до окрестностей Горы Лежащего Быка. Места здесь были дикие и безлюдные, но гору эту никак не обойти — она лежала на единственном пути к Горе Нефритовой Ясности. Любой крюк лишь бессмысленно удлинил бы дорогу. Су Мо и Ян Сяоюнь рассчитывали как можно скорее миновать этот край, но их планы нарушил внезапно хлынувший ливень. Людям-то все равно, а вот лошадь на скользкой дороге могла и ногу сломать, а это уже серьезная потеря, от которой у рачительного Су Мо защемило бы сердце. Делать было нечего, пришлось искать укрытие от дождя.

Когда-то в этих краях бушевали жестокие битвы мира боевых искусств, и полегло здесь немало народу. Местные жители, боясь попасть под горячую руку, давно разбежались кто куда. С тех пор поползли слухи, что места эти прокляты: души убитых не могут обрести покой и бродят по земле, творя зло. Правда это или нет, уже не важно, но из-за таких россказней желающих вернуться сюда не нашлось. Большинство домов давно обветшало, крыши провалились, и теперь здесь повсюду были лишь руины да обломки стен. Искать крышу над головой среди развалин было непросто.

К счастью, проехав еще немного вперед, они заметили в лесной чаще строение, выглядевшее на удивление целым. Однако, подъехав ближе, Су Мо и Ян Сяоюнь замерли.

— Погребальный дом?

В таких местах обычно хранили гробы с телами тех, кто умер на чужбине, но хотел быть похоронен на родине. Перед смертью такой человек просил кого-нибудь отправить письмо или передать весточку родным, чтобы те приехали и забрали тело для захоронения. Все это время, пока тело нельзя было предать земле, его нельзя было и бросить где попало. Для этого и существовали погребальные дома, где усопшие временно находили приют. Впрочем, бывали и те, кто умирал слишком внезапно и не успевал отправить весть. Их тела тоже на время оставляли здесь, и если за ними долго никто не являлся, то их хоронили на общем кладбище для безымянных.

Удивительно, что в давно заброшенных окрестностях Горы Лежащего Быка этот погребальный дом остался почти цел. Впрочем, вид его в такой час и в такую погоду вызывал неприятный холодок в душе. Но Су Мо и Ян Сяоюнь были мастерами боевых искусств, и, странствуя по миру, давно перестали верить в призраков и демонов. Поэтому, хоть они и удивились, но особого значения этому не придали и, спешившись, повели лошадей внутрь.

Погребальный дом оказался немаленьким. У входа была крытая галерея, наполовину обрушившаяся, но пройти по ней еще было можно. За галереей открывался двор, густо заросший сорняками, которые под тяжелыми ударами дождя пригибались к земле. Было видно, что за этим местом уже очень давно никто не ухаживал. По обе стороны двора стояли восточный и западный флигели, но они были пусты, а в черепичных крышах зияли дыры, сквозь которые ручьями лилась вода. Людям там было не укрыться, а вот лошадей поставить можно.

Главный зал, судя по всему, когда-то служил поминальным. Там виднелись остатки алтарного стола и подставки для поминальных табличек, но стол был разломан, а таблички опрокинуты и покрыты толстым слоем пыли. В углу зала стояло несколько гробов. Просторное помещение от этого не казалось тесным, но приобретало зловещую, гнетущую пустоту.

Ян Сяоюнь заглянула на задний двор и обнаружила, что все постройки там полностью обрушились. Тогда они вдвоем наломали каких-то досок, расчистили в главном зале сухое место и развели костер. Подогрев сухой паек и вяленое мясо, купленные в последнем городке, они кое-как перекусили.

Когда они насытились, на улице уже совсем стемнело. Су Мо потянулся, разминая затекшие кости, и вышел на порог зала.

— Долго еще этому дождю лить?

— Ливень начался резко, долго не продлится. К ночи, думаю, утихнет… Но ехать все равно лучше завтра, — отозвалась Ян Сяоюнь. — Ночью в пути и так неудобно, а по размытой дороге и подавно.

— Похоже, придется нам коротать ночь в этом гостеприимном заведении.

Су Мо усмехнулся:

— По старой схеме: ты первая, я — после полуночи.

— Хорошо, — без колебаний согласилась Ян Сяоюнь.

Вдвоем в пути, да еще и в незнакомой обстановке, следовало быть осторожными. Этот уединенный погребальный дом, с одной стороны, внушал спокойствие, но с другой — где-то в тени таились опасные враги, которые могли напасть в любой момент. Поэтому днем они ехали, а ночью всегда отдыхали по очереди, будь то в дикой местности или на постоялом дворе в городе.

Ян Сяоюнь привыкла отдыхать по команде. Годы странствий закалили ее. У таких людей, как они, не было времени на то, чтобы нежиться и ждать, пока придет сон. Когда на счету каждая минута, нужно уметь засыпать мгновенно, иначе драгоценное время для отдыха будет упущено. Поэтому она просто закрыла глаза, и сон тут же сморил ее. Вскоре ее тихое ровное дыхание смешалось с шумом дождя за стенами.

Су Мо же сел, скрестив ноги, и погрузился в безмолвную медитацию, направляя свою внутреннюю энергию. Искусство Праджни Дракона и Слона он получил уже в состоянии Великого Совершенства, и в тот же день вся его внутренняя сила полностью подчинилась ему, став послушной, как собственные руки и ноги. Сейчас же он практиковал внутреннюю технику Секты Пурпурного Солнца, что звалась «Сердечная формула Сияющего Солнца»!

В секте эта техника не считалась высшей, но и к проходным не относилась. Она, конечно, не шла ни в какое сравнение с главной святыней Секты Пурпурного Солнца — «Формулой Девяти Пурпурных Свирепых Солнц, Сжигающих Небеса», — но обладала своими уникальными достоинствами. Благодаря Искусству Праджни Дракона и Слона почти все меридианы и акупунктурные точки в теле Су Мо были открыты, поэтому, когда он практиковал Сердечную формулу Сияющего Солнца, скорость его продвижения была поразительной. Раньше он владел ею лишь на третьем уровне, а теперь был всего в шаге от девятого, уровня Великого Совершенства.

Внезапно уши Су Мо едва заметно дрогнули, и он резко открыл глаза. Ночь была в самом разгаре. Невесть откуда налетевший порыв ветра яростно завыл за окнами. Лошади, стоявшие во флигеле, тревожно заржали. В воздухе послышался какой-то едва уловимый звук… Прислушавшись, Су Мо различил тихий, прерывистый плач. Этот скорбный звук, сплетаясь и накладываясь друг на друга, окутывал все вокруг невидимым пологом. Сначала казалось, что он доносится издалека, но в мгновение ока плач уже звучал прямо у него в ушах, проникая в самый мозг.

Су Мо лишь едва заметно сверкнул глазами, сохраняя полное самообладание.

— Не соблаговолит ли многоуважаемый мастер, что дурачится здесь, явить себя? — негромко произнес он. — Зачем же разыгрывать нас, двух скромных путников из мира боевых искусств?

Голос его был негромок, но, усиленный внутренней энергией, он мгновенно заставил призрачный плач умолкнуть.

Глава 32

Одинокая ночь, проливной дождь… В этом шуме таился леденящий душу холод. Ян Сяоюнь проснулась в тот же миг, как завыл ветер. Схватив серебряное копье, она уже осматривалась по сторонам. Су Мо, не дождавшись ответа, обвел взглядом несколько гробов, стоявших в зале, а затем посмотрел на Ян Сяоюнь.

— Это не они, — тихо сказала она. — Будь это наши преследователи, они бы не стали поднимать такой шум.

Сказав это, она вскочила на ноги. Су Мо, в свою очередь, сложил руки в почтительном жесте и снова обратился в пустоту:

— Мы с сестрой всего лишь путники, застигнутые ливнем в дороге. Зашли в этот погребальный дом лишь переждать непогоду. Как только рассветет и дождь прекратится, мы немедленно уйдем, не причинив никакого беспокойства.

Пока Су Мо говорил, Ян Сяоюнь внимательно осматривала окрестности, готовая отреагировать на малейшее движение. Но… не было ничего. Ни звука дыхания, ни шагов, ни стука сердца. Абсолютно ничего. Лишь шум дождя за стенами становился все яростнее, а в главном зале погребального дома воцарилась зловещая, сверхъестественная тишина.

Это молчание, впрочем, продлилось недолго. Снаружи внезапно послышался стук копыт, который быстро приближался. Вскоре у входа в погребальный дом остановились два всадника. Спешившись, они один за другим повели лошадей во двор.

— Старший брат, а в этом погребальном доме… не водятся призраки? — донесся до Су Мо взволнованный женский голос. Из-за шума дождя звук доносился плохо, поэтому девушка говорила громко, но слова ее все равно звучали прерывисто.

Мужчина громко ответил:

— Какие еще призраки в мире боевых искусств? Если бы они существовали, кто бы осмелился вступать в смертельную схватку? Сегодня я убью тебя, завтра ты станешь призраком и придешь мстить… а когда я умру и стану злобным духом, то буду преследовать тебя в ответ. Этой вражде не будет конца…

Говоря это, он уже подошел к главному залу и, подняв глаза, увидел Су Мо и Ян Сяоюнь. Он слегка вздрогнул, на его лице отразилось удивление — похоже, он изрядно напугался. Но, заметив на полу догорающий костер, он с облегчением выдохнул и, сложив руки в приветственном жесте, произнес:

— Мы путники, застигнутые ливнем. В этих краях только здесь и можно укрыться. Не окажут ли друзья внутри любезность, позволив нам войти?

В мире боевых искусств всякое случается, и в подобных ситуациях принято помогать друг другу. К тому же, погребальный дом не принадлежал Су Мо и Ян Сяоюнь, так что у них не было права выгонять кого-то на улицу. Однако странный плач, который раздавался здесь совсем недавно, заставил Су Мо помедлить с ответом.

— Что до нас двоих — мы не против. Вот только не знаю, что об этом думают здешние… обитатели.

Мужчина опешил и с любопытством заглянул внутрь:

— А где же они?

— Этого… я и сам сейчас не знаю, — с кривой усмешкой ответил Су Мо. — Как бы то ни было, если вы двое не боитесь навлечь на себя неприятности, то заходите и обсушитесь.

Эти слова прозвучали так загадочно, что на лице мужчины проступило недовольство. Он решил, что Су Мо просто не хочет их впускать и выдумал какой-то предлог. Покачав головой, он вошел в зал, ведя за собой спутницу.

Оба были молоды: юноше на вид было лет двадцать, а девушке — не больше семнадцати-восемнадцати. Она была не то чтобы красавицей, но ее живые глаза делали лицо очень миловидным. Войдя в зал, она, казалось, очень боялась стоявших в углу гробов. Хоть девушка и старалась на них не смотреть, ее взгляд то и дело невольно скользил в их сторону и тут же испуганно отскакивал.

Одежда на них промокла насквозь.

— Младшая сестра, сперва используй внутреннюю энергию, чтобы согреться. Я посторожу, — сказал юноша.

Девушка, услышав его, инстинктивно покосилась на гробы, затем на Су Мо и Ян Сяоюнь, и только потом тихо ответила:

— Полагаюсь на старшего брата.

С этими словами она села, скрестив ноги, и начала медитировать, чтобы разогнать холод и высушить одежду. Ее старший брат сел рядом. Он делал вид, что не смотрит на Су Мо и Ян Сяоюнь, но краем глаза старался держать их в поле зрения. Очевидно, туманный «отказ» Су Мо зародил в его сердце подозрение и заставил быть начеку.

Су Мо лишь мысленно усмехнулся и больше не обращал на них внимания. Он снова раздул костер, и зал наполнился теплым светом.

— Судя по их одежде, осанке и походке, это ученики Секты Падающей Звезды, — тихо прошептала ему на ухо Ян Сяоюнь.

«Секта Падающей Звезды?»

Название показалось Су Мо смутно знакомым. Порывшись в памяти, он припомнил кое-что об этой школе. Секта Падающей Звезды славилась своими мастерами скрытого оружия. Однако она никогда не открывала врата для широкого набора учеников, и ее наследие передавалось либо единственному преемнику, либо паре учеников. Их коронная техника, «Падающая Звезда по Щелчку Пальцев», была широко известна в мире боевых искусств. Су Мо так смутно помнил о них лишь потому, что секта располагалась очень далеко от Города Падающей Зари, а ее ученики редко появлялись на публике, так что сведений о них было мало.

«И что они здесь делают?» — с любопытством подумал Су Мо, но тут же подавил в себе это чувство. В прошлый раз из-за излишнего любопытства он ввязался в неприятности, в которые не должен был лезть. И хотя в итоге он хотел лишь обрубить все концы, связанные с тем делом, если бы он тогда проявил благоразумное безразличие, то избежал бы многих проблем. Так что сейчас не его ума дело, зачем эти двое здесь. Главное — разобраться со своими делами. К тому же, куда важнее было понять, откуда доносился тот странный звук.

С тех пор как в зале появились ученики Секты Падающей Звезды, таинственный плач больше не возобновлялся. Обменявшись взглядом с Ян Сяоюнь, Су Мо увидел, как она снова закрыла глаза. Погребальный дом разделился на две части: с одной стороны — брат и сестра из Секты Падающей Звезды, с другой — Су Мо и Ян Сяоюнь. Никто никого не трогал.

Призрачный плач больше не раздавался. Когда наступила вторая половина ночи, Ян Сяоюнь, как и договаривались, открыла глаза и сменила Су Мо на посту. Он поменялся с ней местами и бросил взгляд на другую сторону зала. Старший брат сидел, скрестив ноги, в медитации, а его младшая сестра, которая так боялась гробов, теперь безмятежно спала, прислонившись спиной к одному из них…

Су Мо удивленно приподнял бровь. В этот момент старший брат внезапно поднял голову и метнул в него гневный взгляд.

«…»

Уголок рта Су Мо дернулся. Он отвернулся и больше не обращал на них внимания.

Время шло, минута за минутой. Ливень за стенами постепенно утих, сменившись тихим, моросящим дождем. В погребальном доме по-прежнему царила тишина.

И вдруг гроб, к которому прислонилась спящая ученица Секты Падающей Звезды, едва заметно шевельнулся. Абсолютно беззвучно, словно кто-то толкал изнутри, крышка гроба приподнялась, образовав тонкую щель…

Глава 33

За окном тянулись бесконечные нити дождя. В поминальном зале царила мертвая тишина.

Внезапно гроб, на который опиралась ученица Секты Падающей Звезды, едва заметно шевельнулся. Бесшумно, словно кто-то толкнул крышку изнутри, между ней и стенками гроба образовалась тонкая щель.

И тут же из этой щели показалась иссохшая, мертвенно-бледная рука. Кожа на ней была сине-черной, словно у давно высохшего трупа, а длинные изогнутые ногти тускло поблескивали в полумраке. Пять пальцев медленно, хищно потянулись к шее девушки.

Девушка в этот момент ничего не замечала. Ее старший брат беспокоился лишь о живых и даже не предполагал, что угроза может исходить из гроба за ее спиной, а потому не почувствовал ни малейшего движения.

И в тот самый миг, когда пальцы уже почти сомкнулись на ее горле…

Пустоту пронзил всполох серебряного света!

Раздался оглушительный драконий рык, и воздух наполнился такой древней, всепоглощающей жаждой крови, что казалось, будто всех присутствующих перенесло на поле древней битвы.

Лицо старшего ученика Секты Падающей Звезды исказилось. Он никак не ожидал, что девушка с серебряным копьем внезапно ринется в бой. И что ее атака будет столь яростной и беспощадной!

— Копье Лазурного Дракона Восьми Пустошей, Пронзающее Облака?!

Он узнал эту технику с первого взгляда, но не посмел принять удар на себя, да и не смог бы. Когда он осознал, что произошло, острие копья уже пронеслось мимо его щеки. Все, что он успел, — это отчаянно крикнуть:

— Сестра, берегись!

Кричал он, чтобы сестра остерегалась серебряного копья. Но, выкрикнув, сам застыл в изумлении. Теперь он тоже увидел иссохшую руку, тянувшуюся к его сестре. Увидев копье, он испытал шок и тревогу, но теперь его душа ушла в пятки.

Серебряное копье уже достигло цели.

Разумеется, оно целилось не в его сестру, а в руку нападавшего. Если бы тот продолжил свою атаку, копье неминуемо пронзило бы его предплечье. Это была классическая уловка, чтобы заставить врага отступить.

И она сработала. Обладатель руки мгновенно принял решение и отказался от своего первоначального замысла. Пять пальцев, окутанные зловещей аурой, метнулись навстречу серебряному копью Ян Сяоюнь. Рука, казалось, была выкована из металла — когда пять пальцев сомкнулись на острие копья, раздался скрежет, и во все стороны полетели искры.

В мгновение ока рука и копье сошлись в яростной схватке, обменявшись тремя или пятью ударами на крошечном пятачке пространства.

Девушка из Секты Падающей Звезды давно очнулась. Даже если она была неопытна и редко покидала пределы секты, не проснуться в такой момент означало бы не просто недостаток бдительности… а полное ее отсутствие. Однако, очнувшись, она не смела шелохнуться. Схватка рядом с ней была быстрой как молния, и любое неверное движение могло стоить ей жизни.

Внезапно Ян Сяоюнь издала короткий выкрик:

— Получай!

Ее серебряное копье закрутилось волчком и устремилось прямо к руке противника. Тот как раз раскрыл ладонь и не успевал сменить прием, поэтому ему ничего не оставалось, кроме как принять удар в центр ладони.

Раздался звонкий удар. В тот миг, когда острие копья коснулось ладони, чудовищная сила вырвалась наружу. Ученица Секты Падающей Звезды, оказавшаяся в эпицентре, не удержалась на ногах и покатилась по полу от мощного порыва ветра. Гроб отбросило почти на три метра, а с ладони нападавшего закапала алая, режущая глаз кровь.

Серебряное копье, однако, тут же вернулось назад. Ян Сяоюнь перехватила его, зажав наконечник под мышкой. Древко, свисавшее за спиной, не переставая дрожало.

— Сначала призраками притворяетесь, теперь исподтишка нападаете… Не слишком ли это недостойно вашего статуса, уважаемый? — холодно бросила Ян Сяоюнь и, перевернув копье, ударила концом древка о землю, прекращая дрожь.

— Отличное Копье Лазурного Дракона Восьми Пустошей! Девчонка, неплохо ты натренировалась, — раздался из гроба пронзительный, скрипучий голос. Рука стремительно втянулась обратно, и тут же гроб взмыл в воздух, закрутился и с ревом устремился вперед, неся с собой ураганный ветер.

— Наше Охранное бюро Железной Крови и вы — мы друг другу не мешаем.

— Я не хотел создавать вам проблем, иначе вы бы уже давно сгинули под натиском мириад призраков, пожирающих души. Но я не ожидал, что какая-то соплячка, освоив пару трюков, осмелится совать нос в мои дела. Теперь, даже если сам Ян Ичжи явится сюда, вам всем суждено умереть!

Пока он говорил, вопли призраков, казалось, зазвучали отовсюду, проникая в каждую щель. Одновременно с этим ревущий гроб уже был совсем близко. Из него снова высунулась рука, но на этот раз она раздвоилась, затем учетверилась, и вот уже все небо заполнилось призрачными руками, что тянулись к жизненно важным точкам Ян Сяоюнь.

Вокруг выли и стенали призраки, а перед глазами мельтешили сотни призрачных рук!

Ян Сяоюнь, однако, не выказала ни капли страха и громко рассмеялась:

— Так это же Тысяча Теневых Рук Сокровенного Мрака! Я-то думала, что за великий мастер пожаловал. Оказывается, это Призрачный Владыка Горы Инь. Но разве вы не должны были умереть давным-давно?

Она стояла, гордо выпрямившись, сжимая серебряное копье. Когда призрачные руки уже почти достигли ее, в воздухе снова раздался драконий рык. Истинная ци, сконденсировавшись, окутала ее оружие. Не отступая ни на шаг, она ринулась вперед. Наконечник копья, подобный голове дракона, взметнулся вверх и столкнулся с мириадами призрачных рук.

— Призрачный Владыка Горы Инь?

Услышав это имя, ученица Секты Падающей Звезды побледнела от ужаса. Хотя она понятия не имела, кто это такой, само прозвище звучало достаточно пугающе, чтобы понять — перед ними не рядовой противник. Она с тревогой посмотрела на Ян Сяоюнь, а затем инстинктивно повернулась к своему старшему брату в поисках помощи.

А тот пребывал в полном недоумении.

Сестра могла не знать, кто такой Призрачный Владыка Горы Инь, но он-то знал. Гора Инь, возвышающаяся на юго-западе Восточной Пустоши, была местом, круглый год окутанным тенью и ядовитыми миазмами. О ней ходило множество зловещих слухов. Некоторые мастера, практикующие темные искусства, намеренно создавали вокруг себя мистический ореол и называли себя «призраками».

Призрачный Владыка был как раз одним из таких выходцев с Горы Инь. Он утверждал, что практикует священный для мира демонов Канон Сокровенного Мрака, и сам себя так прозвал. В этом каноне были собраны самые коварные, жестокие и неортодоксальные боевые техники. Более того, он даровал способность впадать в состояние, подобное смерти, задерживая дыхание и все жизненные процессы. Именно поэтому Су Мо и остальные не смогли обнаружить его в гробу.

С тех пор как этот человек появился в мире боевых искусств, он творил зло, чем навлек на себя гнев праведных мастеров. Десять лет назад в Деревне семьи Чэнь на Западном Хребте он убил почти сотню мирных жителей, оттачивая свои техники, и это стало последней каплей. Праведные секты объединились, окружили его и убили.

Но как он мог внезапно появиться в этом поминальном зале?

И самое главное, даже если это был тот самый Призрачный Владыка, его секта никогда не враждовала с ним. Даже если ему посчастливилось выжить тогда, с какой стати он стал бы нападать на них здесь? Судя по его словам, он пришел именно за ними, братом и сестрой.

Пока он размышлял, то заметил полный отчаяния взгляд сестры. Кивнув ей, он сжал в ладони несколько метательных снарядов, готовясь к атаке, и попытался ее успокоить:

— Сестра, не волнуйся. Посмотри на ее спутника, он совершенно спокоен.

Девушка на миг замерла, а затем перевела взгляд на Су Мо, который все так же сидел, прислонившись к колонне. Она не выдержала и топнула ногой:

— Ты… твой товарищ бьется насмерть, а ты и пальцем не пошевелишь? У тебя… у тебя что, сердце из камня?

— ???

Су Мо озадаченно взглянул на девушку и криво усмехнулся:

— Я бы с радостью вмешался, но тогда моя спутница первой же меня и поколотит… Ты что, не видишь, что она сейчас в полном восторге?

Глава 34

Ян Сяоюнь действительно была в восторге.

Эта девушка с юных лет отличалась от сверстниц. Она была помешана на боевых искусствах и обладала выдающимся талантом. С детства она любила померяться силой и на любое недовольство отвечала кулаками. Такой характер, разумеется, приносил ей немало хлопот, но… все эти хлопоты она решала с помощью своего серебряного копья. В итоге среди молодого поколения Города Падающей Зари не осталось никого, кто осмелился бы бросить ей вызов.

Когда она говорила, что У Чэнфэн — неплохой боец для своего поколения, она никогда не ставила себя с ними в один ряд. Это было бы просто издевательством.

В последние годы она изнывала от отсутствия достойных противников. Не то чтобы она действительно победила всех в Городе Падающей Зари. Просто среди молодежи ей больше не с кем было сражаться, а бросать вызов мастерам старшего поколения она не могла — это было бы слишком дерзко. Мир боевых искусств — это клубок запутанных связей. Высокое мастерство — основа основ, но человеческие отношения сплетают вокруг тебя плотную сеть. Она принадлежала к Охранному бюро Железной Крови и не могла потакать своим прихотям, наживая врагов для своей семьи.

Если бы она вызвала на бой кого-то из старших и проиграла, все бы похвалили ее за смелость и порадовались усердию молодого поколения. В худшем случае ее бы назвали самонадеянной. Но если бы она победила… кто знает, какие интриги и неприятности это могло бы за собой повлечь?

Поэтому, не находя себе соперников среди молодежи, она решила сопровождать грузы, путешествовать по миру и искать сильных бойцов. Увы… слава Охранного бюро Железной Крови была слишком велика. Куда бы она ни приезжала, все горные кланы, разбойничьи шайки и секты оказывали ей уважение. Некоторые и вовсе относились к ней как к младшей: вместо того чтобы грабить груз, устраивали в ее честь пышный пир, укрепляя тем самым отношения с Охранным бюро Железной Крови. За эти годы ее первоначальная цель так и не была достигнута, зато характер закалился.

Она и подумать не могла, что, путешествуя по миру в качестве юной главы Охранного бюро, где ее мало кто осмеливался задеть, она встретит достойного противника всего через несколько дней после того, как отправилась в путь с Су Мо.

Это было именно то, чего ей так не хватало.

Как можно было не насладиться такой редкой удачей и не выложиться на полную?

Копье Лазурного Дракона Восьми Пустошей обрушивалось на врага с оглушительным ревом, а Канон Высшего Сокровенного Двора бурлил в ее жилах. Уже через несколько мгновений над ее головой заклубился пар, а сама битва приносила ей ни с чем не сравнимое удовольствие.

Однако, обменявшись сорока-пятьюдесятью ударами, Ян Сяоюнь почувствовала неладное.

«У Призрачного Владыки Горы Инь такая громкая слава, так почему же его удары не так сильны, как я ожидала?»

Внезапно по древку копья пробежал ледяной холод. Она тут же оттолкнулась ногами от земли и, взмахнув копьем, силой своей внутренней энергии отогнала эту зловещую ауру. В этот момент гроб с грохотом, подобно огромному валуну, покатился прямо на нее.

Удар был настолько мощным, что блокировать его в лоб было бы самоубийством.

Ян Сяоюнь отступила, позволив гробу пронестись мимо. И тут же из него раздался скрипучий голос:

— Отличная работа, Охранное бюро Железной Крови! И Копье Лазурного Дракона… тоже! Если бы я не был тяжело ранен, я бы с тобой еще повозился! Сегодняшний щедрый дар я запомню. Жди ответного визита!

С этими словами гроб достиг входа в зал и уже готов был вылететь наружу.

Но в этот самый миг в дверях появился человек.

Он даже не заговорил — лишь взмахнул кулаком, и мириады дождевых капель, казалось, закружились в вихре, даруя этому удару свою мощь. В следующее мгновение бесчисленные тени кулаков слились в одну точку прямо перед гробом и, неся с собой силу дождя, обрушились на него.

— Назад!

Когда Призрачный Владыка в гробу заметил этот удар, было уже слишком поздно. Стиснув зубы, он вложил всю свою внутреннюю силу в ответный удар!

Бум!

Глухой удар, мгновение противостояния — и гроб, вылетевший из зала, с той же скоростью вернулся обратно.

Ян Сяоюнь и ученики Секты Падающей Звезды, которые невольно шагнули вперед, чтобы «проводить» гроб взглядом, не ожидали такого поворота. Им пришлось поспешно отскочить в сторону. Гроб с грохотом врезался в алтарь с поминальными табличками, пробил стену и на треть ушел в нее.

После секундного затишья раздался треск. Та часть гроба, что была обращена к Ян Сяоюнь и остальным, раскололась, словно распустившийся цветок, разбрасывая во все стороны щепки!

— Явился, когда захотел, напал, когда вздумалось, а теперь решил уйти? Где это видано, чтобы в подлунном мире все было так просто?

Только теперь человек, стоявший в дверях, вошел в зал. Это был не кто иной, как Су Мо!

Ян Сяоюнь была в пылу битвы и могла этого не заметить, но Су Мо со стороны все видел ясно. Человек в гробу, кем бы он ни был, по силе был примерно равен Ян Сяоюнь. Но на их стороне, не считая его самого, были еще брат и сестра из Секты Падающей Звезды, которые уже изготовились к бою. Когда карты были раскрыты, «Призрачный Владыка», не сумев одержать быструю победу, понял, что лучший выход — бегство.

Поэтому, перекинувшись парой слов с ученицей Секты Падающей Звезды, Су Мо уже приготовился и ждал его у выхода. Как и ожидалось, одним ударом он отправил врага обратно.

Из пробоины в гробу закапала кровь.

Ян Сяоюнь, стоя с копьем наготове, склонила голову набок:

— Умер?

И тут все изменилось.

Леденящая аура вспыхнула с новой силой, и из расколотого гроба вырвалась тень. В мгновение ока она разделилась надвое, и обе тени, словно молнии, метнулись в разные стороны, к окнам поминального зала. Одна из теней протянула пять пальцев, намереваясь схватить ученицу Секты Падающей Звезды.

— Стой!!! — взревел ее брат, и в сторону тени полетел скрытый снаряд, похожий на лепесток цветка.

— Падающая Звезда по Щелчку Пальцев? — дерзко рассмеялась тень. — Недоучка!

Со звоном летящий «цветок» был отбит и вонзился в потолочную балку. Одной рукой отбив снаряд, тень другой рукой схватила девушку и, не сбавляя скорости, устремилась к окну.

Но, подняв голову, она увидела перед собой серебряный всполох, несущий с собой древнюю жажду крови.

Это было Копье Лазурного Дракона Восьми Пустошей, Пронзающее Облака!

— Ты…

Черная тень замерла. Использовать девушку в качестве заложницы было уже поздно.

В отчаянии он с силой толкнул девушку, которую держал в руке, прямо вперед:

— На, убивай!!!

Это был жестокий и коварный ход. Ученица Секты Падающей Звезды летела прямо на острие копья Ян Сяоюнь. Ее брат вскрикнул, и его глаза налились кровью от ярости и отчаяния.

Но Ян Сяоюнь уже давно достигла того уровня мастерства, когда ее движения полностью подчинялись ее воле. Она мгновенно изменила направление удара, сменив выпад на широкий взмах, и одновременно другой рукой притянула ученицу Секты Падающей Звезды к себе, заключая в объятия.

Глава 35

Дзынь!

Серебряное копье с оглушительным звоном столкнулось с оружием темной тени. Но та и не думала продолжать бой. Воспользовавшись силой удара, она развернулась и метнулась к главным воротам скорбного зала. Один удар — и тот мимо. Теперь оставалось лишь одно — бежать. Нападавший рассчитывал, что раз Су Мо и Ян Сяоюнь разделились и один бросился на перехват, то второй непременно займется другой тенью.

Но стоило ему поднять голову, как прямо перед лицом он увидел ладонь.

— Какого черта?!

На его лице отразилось чистое изумление. Он вскинул руки, пытаясь повторить свой защитный блок, но удар противника оказался невообразимо тяжел. Едва их руки соприкоснулись, как его предплечья будто придавило тысячепудовым валуном. Руки его разлетелись в стороны, а ладонь противника, проскользнув дальше, прошлась по его груди, задев точки Тяньчи, Шэньфэн и Чжунтин. Чистейшая энергия Ян Сердечной формулы Сияющего Солнца хлынула в его тело вслед за касанием пальцев, и он, словно пушечное ядро, отлетел назад.

С глухим стуком рухнув на землю, он больше не мог пошевелиться.

— Ты почему… — сдавленно прохрипел он, но слова застряли в горле, и изо рта хлынула кровь.

— Почему ты не погнался за другим? — с усмешкой закончил за него Су Мо и указал пальцем в угол. — Зачем мне гоняться за трупом?

Канон Сокровенного Мрака действительно даровал способность задерживать дыхание. При его активации происходили странные вещи: кровь остывала, дыхание прекращалось, и человек становился неотличим от мертвеца. Но была одна загвоздка — этот трюк работал только в неподвижности. Стоило начать двигаться, как ци вырывалась наружу, и весь эффект сходил на нет. Разве что довести это искусство до абсолютного совершенства… Но Призрачный Владыка Горы Инь, не говоря уже о его многолетней тяжелой ране, вряд ли смог бы достичь высшей ступени Канона Сокровенного Мрака, даже будучи в добром здравии.

Когда тень появилась, она была одна, но в следующее мгновение раздвоилась, отбросив вторую фигуру в сторону. Хитрец хотел воспользоваться секундным замешательством противников, чтобы сбежать. Увы, если бы он думал только о спасении своей шкуры и не стал жадничать, пытаясь захватить ученицу Секты Падающей Звезды, у него, возможно, и был бы шанс уйти. В тот первый миг его маневр действительно сбивал с толку, а учитывая его выдающееся искусство легкого шага, остановить того, кто решил бежать во что бы то ни стало, было бы непросто.

Однако он не смог побороть свою алчность и решил прихватить с собой девушку. Сам по себе план был неплох — останься здесь только двое учеников Секты Падающей Звезды, он бы преуспел и скрылся. Но его жадность дала Су Мо и Ян Сяоюнь драгоценное мгновение, чтобы отличить правду от лжи. Хоть времени на раздумья почти не было, и решение нужно было принимать мгновенно, ни Су Мо, ни Ян Сяоюнь не были обычными юнцами из мира боевых искусств. Они не только за долю секунды раскусили обман, но и тут же распределили роли: один спасает, другой задерживает. Их действия оказались безупречно слаженными, и в итоге этот человек лишился своего последнего шанса на побег, оказавшись запертым в скорбном зале.

— Девушка, вы можете меня отпустить, — произнесла Ян Сяоюнь, обращаясь к ученице Секты Падающей Звезды, которую все еще держала в объятиях.

Та словно очнулась ото сна. Поспешно кивнув, она высвободилась из рук спасительницы и, смущенно пробормотала:

— Большое… большое спасибо за спасение.

Ян Сяоюнь лишь слегка кивнула в ответ, не говоря ни слова, но внутренне наконец расслабилась. Когда она бросилась на помощь, выбора не было — пришлось схватить девушку в охапку. Но, как говорится, нельзя замышлять зло против других, но и бдительности терять не стоит. Что именно произошло этим вечером, было пока неясно, а с этими братом и сестрой из Секты Падающей Звезды они не были знакомы. Спасти их велел долг справедливости, но кто знает, не была ли это ловушка в ловушке? Поэтому, даже спасая девушку, Ян Сяоюнь подсознательно готовилась к тому, что та может напасть исподтишка. Возможно, это и было проявлением излишней подозрительности, но в мире боевых искусств, если у тебя есть лишь рыцарское сердце, но нет должной осмотрительности, долго не проживешь.

— Спасибо, спасибо вам обоим за спасение! — поспешно вмешался старший ученик Секты Падающей Звезды. Он старался говорить спокойно, но в его голосе все еще слышался отголосок пережитого ужаса. — Я Чэн Фэйюй из Секты Падающей Звезды, а это моя младшая сестра Лоу Цзинцзин. Простите за недавнее недоразумение. Мы безмерно благодарны, что вы не стали таить обиды и спасли мою сестру!

— Вы слишком учтивы, — покачала головой Ян Сяоюнь. — Я — Ян Сяоюнь из Охранного бюро Железной Крови Города Падающей Зари. А это Су Мо из Охранного бюро Пурпурного Солнца… Мо?

Она подняла голову и увидела, что Су Мо разглядывает тот самый гроб. Он обернулся, улыбнулся и вытащил из гроба еще два тела.

— Это…

Все ошеломленно застыли. Затем Су Мо подошел к углу, подобрал еще один труп и положил его рядом с остальными. Три тела лежали в ряд, а рядом — четвертый, обездвиженный и беспомощный. Все они были ростом с трех-пятилетних детей, с мертвенно-бледными, землистыми лицами, иссохшими руками и неестественно длинными ногтями.

— До чего же странный этот ваш Канон Сокровенного Мрака, — хмыкнул Су Мо, глядя на пленника, чьи точки были запечатаны. — Как нужно себя истязать, чтобы превратиться в нечто, что и на человека не похоже, и на призрака не тянет? Старший Призрачный Владыка Горы Инь… хм, нет, не так. Скажем, один из старших Призрачных Владык Горы Инь, не поведаете ли нам, как вы разыгрывали этот спектакль с призраками?

С самого своего появления в мире боевых искусств Призрачный Владыка Горы Инь никогда не показывал своего истинного лица. Поначалу он не прятался в гробу. Очевидцы описывали его как чрезвычайно высокого и худого человека с тысячью рук и ног. Лицо его всегда скрывала белая ткань. Именно поэтому Су Мо и Ян Сяоюнь не сразу его узнали. Во-первых, он считался мертвым уже много лет, а во-вторых, его телосложение было весьма специфичным, тогда как этот самозванец разыгрывал комедию с гробом.

Что до техники «Мириады призраков, пожирающих душу», то название звучало устрашающе и действительно могло пошатнуть рассудок, но по сути это была лишь хитроумная звуковая техника. Подобных боевых искусств в мире было хоть и не много, но и не мало. Ян Сяоюнь знала несколько, например, «Смертоносный Демонический Звук» или «Ад Авичи». Любой уважающий себя злодей из призрачных сект владел парой таких трюков, иначе ему было бы стыдно показываться на людях и пугать народ.

Но никто не ожидал, что Призрачный Владыка Горы Инь подойдет к «представлению» с такой изобретательностью и хитростью. В конце концов… кто бы мог подумать, что Призрачный Владыка — это не один человек, а целых четверо?

В этот миг не только Су Мо сгорал от любопытства. Даже Ян Сяоюнь и ученики Секты Падающей Звезды с интересом разглядывали плененного… одного из Призрачных Владык.

Тот, однако, лишь почернел лицом.

— Какая наглость! Хотите убить — убивайте! К чему пустые разговоры?

Су Мо кивнул.

— Раз так, я провожу старшего в последний путь.

С этими словами он занес ладонь, чтобы размозжить пленнику череп. Чэн Фэйюй не ожидал, что Су Мо без малейших колебаний готов убить, и поспешно воскликнул:

— Брат Су, погоди! Я хочу задать ему несколько вопросов!

Глава 36

У Чэн Фэйюя в голове роилась тысяча вопросов. Они с сестрой редко покидали секту, и уж тем более ни с кем не враждовали. Однако этот Призрачный Владыка Горы Инь целенаправленно охотился именно на них. С какой стати? Даже если вспомнить события десятилетней давности, в той облаве участвовали глава Горной виллы Нефритовой Ивы Лю Суйфэн, Истинный Безымянный и другие мастера праведного пути. Секта Падающей Звезды не то что не принимала участия, но даже флажками в поддержку не махала. Как ни посмотри, у них не было никаких причин для вражды с Призрачным Владыкой. Так почему же он напал на них сейчас? Не выяснив этого, Чэн Фэйюй не мог успокоиться.

Ладонь Су Мо замерла в паре сантиметров от макушки Призрачного Владыки. Но даже без касания мощный поток воздуха, сорвавшийся с его ладони, был страшен. Он не только заставил раскачиваться жалкие остатки волос на голове пленника, но и заставил Чэн Фэйюя и Лоу Цзинцзин содрогнуться от ужаса.

— Тогда сначала допросим? — Су Мо взглянул на Ян Сяоюнь.

— Тогда допросим, а потом убьем. Чтобы не оставлять хвостов, — кивнула Ян Сяоюнь.

— Хорошо, — согласился Су Мо и посмотрел на Чэн Фэйюя. — Брат Чэн, прошу.

— Благодарю, — сложив руки в знак признательности, ответил Чэн Фэйюй и подошел к пленнику. — Позвольте спросить, старший…

— Тогда не спрашивай, — не дожидаясь конца вопроса, отрезал Призрачный Владыка и разразился холодным смехом. — Если бы не старые раны, что так и не зажили, и если бы моя сила не иссякла до одной десятой от былой мощи, одной моей истинной ци Сокровенного Мрака хватило бы, чтобы вы молили о смерти! Теперь же я по неосторожности попал в лапы к вам, крысятам, и говорить мне не о чем. Режьте, убивайте — как вам будет угодно! Но заставить меня выложить все начистоту…

Тут он вдруг зловеще хихикнул.

— Но… можно и договориться.

Чэн Фэйюй слушал его, разинув рот. Начало речи звучало гордо и непреклонно, но почему в конце он вдруг пошел на попятную?

— И чего же ты хочешь? — поспешно спросил он.

— А вы падите на колени, отбейте мне несколько земных поклонов, назовите дедушкой, а потом найдите пару красоток мне в утешение. Тогда, быть может, я и подумаю.

Чэн Фэйюй покраснел до корней волос и лишился дара речи. Хоть у него и было больше опыта в мире боевых искусств, чем у его сестры, но против такого отъявленного негодяя он был бессилен. Хотелось выругаться, но он понимал, что его скудного словарного запаса явно не хватит, чтобы тягаться с этим человеком.

В этот момент Су Мо усмехнулся:

— Старший, с такими ядовитыми речами вы, похоже, и впрямь смерти ищете?

В глазах Призрачного Владыки мелькнуло удивление, но он тут же снова холодно рассмеялся:

— Что, сопляк, тоже пришел дедушку проведать?

Су Мо ничуть не обиделся. Он подошел к Чэн Фэйюю, взглянул на трупы на полу и вздохнул:

— Призрачный Владыка Горы Инь когда-то был первоклассным мастером, его имя гремело по всему миру боевых искусств. Какая была слава! Кто бы мог подумать, что на самом деле он выглядит так.

— Сопляк, ты смерти ищешь!

Больше всего на свете Призрачный Владыка ненавидел, когда кто-то упоминал его внешность. Говорят, в драке не бьют по лицу, а в споре не переходят на личности. Су Мо не просто перешел на личности — он наотмашь влепил ему пощечину.

— Боюсь, сегодня старшему меня не убить, — махнул рукой Су Мо. — Пустая перебранка — дело скучное. Похоже, брат Чэн сегодня ничего не выяснит. Раз так, то лучше проводим старшего в последний путь.

— Хмф, если ты и впрямь так поступишь, значит, в тебе есть хоть капля достоинства воина, — с ноткой одобрения в голосе хмыкнул Призрачный Владыка.

Но не успел он договорить, как услышал слова Су Мо:

— Однако… Старший при жизни прославился на весь мир, так неужели после смерти он канет в безвестность? Вот что я сделаю: когда вы умрете, я отрублю вам руки и ноги, подвешу тело к потолочной балке, а на грудь повешу табличку. На ней будет написано… хм… скажем так: «Призрачный Владыка Горы Инь, осознав свои бесчисленные злодеяния, повесился здесь в назидание потомкам». Как вам такая идея, старший? Ваша слава после такого прогремит в разы громче, чем при жизни!

Слова Су Мо не были громкими, но каждое из них, словно нож, вонзалось в сердце Призрачного Владыки. Лицо его исказилось, став землисто-серым.

— Сопляк, ты смеешь!!!

— А что вы мне сделаете? — с улыбкой ответил Су Мо.

— …Ты… ты хочешь надругаться над телом! Не боишься возмездия?!

— Забавно слышать это от вас. После всего, что вы натворили, чего бояться мне, младшему?

Призрачный Владыка и впрямь был злодеем до мозга костей. Боевые искусства, описанные в Каноне Сокровенного Мрака, были не только коварны и жестоки — для их практики требовались жизни людей. Если уж и говорить о возмездии, то он был первым в очереди.

Призрачный Владыка онемел, не зная, что ответить. Су Мо же с улыбкой добавил:

— Если старшему больше нечего сказать, то я провожу вас в последний путь.

С этими словами он снова приготовился нанести удар.

— Погоди!

Лицо Призрачного Владыки исказилось. Он не боялся смерти. Прожив такую жизнь в мире боевых искусств, он если и не смотрел смерти в лицо безразлично, то многое повидал и ко многому привык. Но он действительно дорожил своей посмертной славой. Он прожил жизнь, оставив после себя грозное имя, и это было не зря. Но если после смерти его имя станет предметом насмешек, он и в могиле не найдет покоя.

Глубоко вздохнув, он процедил:

— Хорошо, я скажу! Я не собирался убивать этих юнцов из Секты Падающей Звезды. Мне нужно было лишь схватить девушку, что была с ними. А вот зачем ее хватать… этого я и сам не знаю.

Эти слова заставили всех удивленно переглянуться.

— Моя сестра чем-то обидела старшего? — спросил Чэн Фэйюй.

— Нет!

— Или, может, моя Секта Падающей Звезды провинилась перед вами?

— Тоже нет.

— Тогда, может, мы как-то навлекли на себя вашу вражду, сами того не зная?

— Хмф, у нас с вами нет ни старых обид, ни новой вражды. Ничего общего!

— Какая наглость! — взорвался Чэн Фэйюй. — Если нет ни вражды, ни обид, зачем ты пытался схватить мою сестру?!

— Естественно, по чужому поручению! — не стал больше скрывать Призрачный Владыка и рассказал все как на духу.

Оказалось, что когда-то Призрачных Владык Горы Инь было не четверо, а пятеро братьев. Рожденные с увечьями, они были брошены родителями в младенчестве. Их детство прошло в нищете и унижениях. Позже, по счастливой случайности, они попали на Гору Инь, где нашли Канон Сокровенного Мрака — одно из самых зловещих боевых искусств в мире. Так они обрели свою силу. Пережитые в юности страдания исказили их души. Они презирали все законы и порядки, творя зло, чтобы, во-первых, отомстить за былые обиды, а во-вторых, укрепить свои тела, практикуя свое искусство.

Это и привело к той самой облаве десять лет назад. Тогда Нефритовое Ивовое Сердце Меча Лю Суйфэн одним ударом пронзил сердце одного из братьев. Остальные четверо сорвались со скалы, но чудом выжили. Однако в то время, хоть Меч Небесной Радуги, Вопрошающий Сердце, еще не достиг своего совершенства в руках Лю Суйфэна, его мощь уже была огромна. Частица его ци меча осталась в их телах, и рана не заживала десять лет!

С тех пор четверо братьев скрылись, чтобы залечить раны, и десять лет не появлялись в мире боевых искусств. Но несколько месяцев назад их кое-кто нашел…

Глава 37

Призрачный Владыка Горы Инь не знал ни имени этого человека, ни его происхождения. Однако боевые искусства незнакомца были столь высоки, что, по собственному признанию Владыки, он не смог бы одолеть его, даже будучи на пике своей силы, до того, как получил тяжелое ранение. После короткой схватки он уже приготовился к смерти, но, к своему удивлению, не только выжил, но и получил шанс. Шанс изгнать из своего тела губительную энергию меча.

— Он пообещал вам шанс, и вы вот так просто поверили? — не удержался Су Мо, вставив слово.

— Хмф, — холодно усмехнулся Призрачный Владыка. — Даже такой неопытный юнец, как ты, должен был слышать о Пилюле Ядовитого Дракона.

— Пилюля Ядовитого Дракона?

Едва эти слова сорвались с его губ, как лица всех присутствующих резко изменились.

Ян Сяоюнь нахмурилась:

— Та самая Пилюля Ядовитого Дракона? Легендарное снадобье, способное исцелить любую рану в Поднебесной, созданное Ядовитым Драконом — непревзойденным мастером ядов и целительства, который изготовил ее из сотни различных токсинов?

— Хмф, именно она! — подтвердил Владыка.

Услышав это, все поняли, почему Призрачный Владыка Горы Инь, который десять лет не появлялся в мире боевых искусств, скрываясь и залечивая раны, на этот раз рискнул выйти в свет. Если речь шла о Пилюле Ядовитого Дракона, то она могла не только исцелить его внутренние повреждения, но и помочь ему прорваться на новый уровень мастерства…

Все потому, что Ядовитый Дракон былых времен был поистине незаурядной личностью. Он в совершенстве владел и медициной, и ядами. Его яды могли, подобно ночному ветру или мелкому дождю, незаметно проникать повсюду и в одно мгновение убивать сотни людей. Говорили, что если бы он захотел, то за одну ночь мог бы лишить жизни целый город.

Но что действительно сделало его знаменитым, так это его искусство врачевания. Хотя его владение ядами внушало благоговейный трепет, он не был злодеем. Напротив, он любил раздавать лекарства и лечить людей, часто странствуя по миру боевых искусств и безвозмездно помогая простому народу. Если же к нему за помощью обращался раненый мастер боевых искусств, он никогда не отказывал и не придерживался никаких дурацких правил вроде «трех лечу, трех не лечу». Он всегда спасал тех, кого мог спасти. Поэтому, несмотря на ужасающую славу его ядов, в мире боевых искусств его считали человеком праведного пути.

К сожалению, позже он по неизвестной причине исчез без следа. В мире боевых искусств ходило множество слухов на этот счет. Одни говорили, что он удалился от дел и больше не интересовался мирскими заботами. Другие — что он спас не того человека и пал от его руки. Самые невероятные слухи гласили, что, изучая яды и лекарства, он открыл секрет бессмертия и теперь скрывается в неприступных горах, постигая путь к вечной жизни…

Но какой бы ни была правда, никто не сомневался в его способности возвращать к жизни мертвых и наращивать плоть на голых костях. Поэтому созданные им пилюли стали объектом вожделения для всех мастеров боевых искусств. Самыми ценными из них считались Три Ядовитые Пилюли, и Пилюля Ядовитого Дракона была одной из них. Это было сокровище, которое невозможно было купить ни за какие деньги, а найти его можно было лишь по великой удаче.

Призрачный Владыка продолжил свой рассказ. В тот день таинственный незнакомец лишь показал ему Пилюлю Ядовитого Дракона, но подлинная она была или нет, оставалось неизвестным. Он лишь сказал, что если они хотят получить пилюлю и спасти свои жизни, то должны явиться пятого дня шестого месяца в Долину Поиска Сокровенного на Горе Сжигающего Мрака. Сказав это, он развернулся и ушел, не дожидаясь ответа.

Призрачный Владыка долго размышлял и все же решил рискнуть. Каково же было его удивление, когда пятого дня шестого месяца в Долине Поиска Сокровенного он увидел, что там собрался целый сброд отъявленных злодеев!

— Ума не приложу, кем был тот человек, но он сумел собрать вместе целую толпу кровожадных негодяев с темного пути. Мясной Монах, Даос, Пожирающий Сердца, Владыка Ян… Любой из них — фигура, с которой нельзя не считаться во всей Восточной Пустоши. Просочись весть о любом из них, и люди праведного пути тут же устроили бы облаву, чтобы выследить и убить.

— Тот человек собрал такую шайку демонов и чудовищ явно с какой-то великой целью, хотя и не сказал прямо, какой именно. Лишь упомянул, что затевает большое дело. Сказал, что для успеха потребуется объединить усилия всех присутствующих, и когда дело будет сделано, нам больше не придется прятаться в тени праведного пути и жить в вечном страхе.

— Хех… — холодно усмехнулся Призрачный Владыка. — Мы, братья, в эту чушь не поверили. Если бы не Пилюля Ядовитого Дракона, кто бы стал связываться с этим прохвостом? После этого он раздал всем задания. Мое задание… вы уже знаете. Он пообещал мне, что как только я доставлю ему этих птенцов из Секты Падающей Звезды, он тут же отдаст мне пилюлю. Но кто бы мог подумать, что на ровном месте возникнут такие сложности… что на моем пути встанете вы, два сопляка, и разрушите все мои планы… Воистину, такова превратность судьбы!

На этом его длинный рассказ подошел к концу. Однако информации в нем содержалось предостаточно.

Су Мо взглянул на Чэн Фэйюя:

— Брат Чэн, у вас есть еще вопросы?

— …Нет, нет, — поспешно замотал головой Чэн Фэйюй. В его голове эхом отдавались услышанные имена.

Мясной Монах, Даос, Пожирающий Сердца, Владыка Ян… Каждый из них был чудовищем темного пути, на чьих руках кровь бесчисленных жертв. «Кто же обладает такой властью, чтобы собрать их всех вместе? И что за великое дело они задумали?» — пронеслось у него в голове.

В этот момент Призрачный Владыка снова заговорил:

— Юноша, я все рассказал как на духу. Надеюсь, ты сдержишь слово и не станешь вероломно осквернять наши тела.

— Само собой, — кивнул Су Мо.

— И еще одно… — Призрачный Владыка посмотрел на три трупа рядом, и в его глазах промелькнула тень скорби. — Мы, братья, при жизни делили одну судьбу, так пусть и в смерти покоимся в одной могиле. Если тебе не трудно, похорони нас всех вместе. А если не хочешь возиться, то хотя бы положи в один гроб. На дороге в Желтые источники нам, братьям, будет веселее идти вместе, чем брести поодиночке в тоскливом одиночестве.

— Это еще проще. — В скорбном зале как раз были гробы, так что проблем не предвиделось.

— Ха-ха-ха, отлично! — рассмеялся Призрачный Владыка. — Давай!

Су Мо без колебаний нанес удар ладонью ему по темени. Внутренняя сила хлынула в череп, и тот мгновенно раскололся. Голова Призрачного Владыки безвольно свесилась набок, в нем не осталось ни капли жизни.

Ян Сяоюнь, увидев это, тихо вздохнула:

— Призрачный Владыка Горы Инь не был праведником, и на его руках много крови, но такая братская преданность… поистине драгоценна.

Услышав это, Су Мо вдруг взглянул на Ян Сяоюнь и задумчиво кивнул. Затем он прошел на задний двор, нашел пустой гроб и уложил в него все четыре тела братьев.

К этому времени дождь на улице уже давно прекратился. Су Мо в одиночку вынес гроб во двор, достал тлеющий уголек и бросил его на крышку. Легкое движение ладони — и поток воздуха раздул пламя, которое тут же жадно охватило дерево.

— Это… — опешила Лоу Цзинцзин и хотела было что-то сказать, но Чэн Фэйюй остановил ее.

Лоу Цзинцзин инстинктивно опустила голову и пробормотала:

— Но ведь он обещал не осквернять тела…

Однако, увидев, что даже Ян Сяоюнь молчит, она подумала и решила промолчать.

И в этот самый момент из ревущего пламени вдруг донесся яростный крик:

— Ты нарушил слово! Ты посмел сжечь наши тела!!!

Глава 38

Летний ливень только что прекратился, но полыхающий посреди двора скорбного зала погребальный костер не развеял мрак. Напротив, пляшущие искры отбрасывали на стены причудливые, гротескные тени. И посреди этого гротеска раздался яростный рев.

— Ты нарушил слово! Ты посмел сжечь наши тела!!!

Крышка гроба, уже охваченная ревущим пламенем, которое Су Мо раздул своей внутренней силой, с треском разлетелась на куски. Из него вырвалась невысокая горящая фигура. Вопя от ярости, она отчаянно размахивала руками, пытаясь сбить с себя огонь.

— Он… он не умер!!! — вскрикнула Лоу Цзинцзин и инстинктивно спряталась за спину своего старшего брата.

Чэн Фэйюй тоже был потрясен. Как мертвец мог ожить от огня? Первой его мыслью было броситься на помощь… Но тут же он одернул себя: «Какого черта его спасать?!»

Это же Призрачный Владыка Горы Инь! Он пытался обмануть их, притворившись мертвым, но не ожидал, что Су Мо решит устроить кремацию. Сами небеса были на их стороне — дождь прекратился как раз вовремя. Не будь этого, огонь бы не разгорелся, и злодей бы преспокойно ушел. При этой мысли Чэн Фэйюя прошиб холодный пот.

Кто такой Призрачный Владыка Горы Инь? Отпусти они такого тигра обратно в горы, да еще и будучи уверенными в его смерти, они бы и опомниться не успели, как он вернулся бы и перерезал их с сестрой. Они бы даже не поняли, как умерли. Осознав это, он почувствовал огромную благодарность к Су Мо за этот… непреднамеренный поступок.

Однако, взглянув на Су Мо, он увидел на его губах легкую усмешку. Тот не выглядел ни капли удивленным. Даже Ян Сяоюнь не выказала особого изумления, лишь покачала головой:

— Я так и знала, что у него есть козырь в рукаве.

— Вы знали? — не удержался от вопроса Чэн Фэйюй.

— Человек, который так дорожит братскими узами, стал бы в решающий момент бросать тела своих братьев, словно старые сандалии, лишь бы спасти свою шкуру? — вздохнул Су Мо. — Это сестрица Сяоюнь натолкнула меня на мысль, иначе я бы и сам не догадался.

— Я сказала это не подумав, но когда увидела, что ты делаешь, то все поняла, — улыбнулась Ян Сяоюнь. — Мир боевых искусств полон коварства. Твоя сообразительность восхищает.

Су Мо ничего не ответил, лишь молча смотрел на Призрачного Владыку, чьи отчаянные вопли становились все тише. Тот и так был тяжело ранен, иначе ему не пришлось бы прибегать к уловке с мнимой смертью. Сейчас у него хватило сил лишь на то, чтобы выбраться из гроба, но на бой их уже не осталось. Он не мог даже сбить с себя пламя.

Возможно, он был слишком ошеломлен яростью или боль лишила его разума, иначе он мог бы броситься в лужи, оставшиеся после дождя, и продлить свою агонию на несколько мгновений. Но теперь его крики затихали, и вскоре он заживо сгорел дотла.

Никто не сдвинулся с места. Лишь когда Призрачный Владыка превратился в обугленный скелет, а тела в гробу — в пепел, Су Мо подошел ближе. Он внимательно осмотрел почерневшие останки и слегка приподнял бровь:

— Теменная кость… цела.

Его удар не мог дать осечки. Значит, из гроба выскочил не тот, кого он убил. Задумавшись над этим, он невольно поразился хитрости братьев.

— Оставим пока так, — вздохнула Ян Сяоюнь. — Когда остынет, тогда и закопаем. Пусть теперь они действительно покоятся в одном месте.

Только после этого все вернулись в главный зал погребального дома. Чэн Фэйюй и его младшая сестра без умолку благодарили спасителей. Лоу Цзинцзин, все еще не оправившись от страха, бросила взгляд на обугленный труп во дворе:

— Он… он ведь точно больше не оживет?

— Боевые искусства Поднебесной подобны сотне цветов, каждый прекрасен по-своему. Некоторые техники позволяют пережить даже смертельные раны… Я знаю одно искусство, оно называется Приказ Бессмертия Инь и Ян. Его должны практиковать двое: один развивает энергию Инь, другой — Ян. Главный принцип гласит: Инь не отделима от Ян, а Ян — от Инь. Пока они вместе, их жизненные силы связаны, образуя единый цикл, и жизнь в них не угасает.

Ян Сяоюнь задумчиво смотрела на догорающий костер, продолжая свой рассказ:

— Самое поразительное, что благодаря этой неразрывной связи, даже если одному из них отрубить голову, он не умрет мгновенно. Напротив, сможет схватить свою голову и убежать. А если дать ему время, он даже сможет прирастить ее обратно.

— Что… неужели есть такое боевое искусство? Да это же делает их непобедимыми! — ахнула Лоу Цзинцзин.

— В Поднебесной нет непобедимых боевых искусств, — вздохнула Ян Сяоюнь. — Приказ Бессмертия Инь и Ян могущественен, но есть два способа убить таких практиков. Любой из них приведет к неминуемой смерти. Первый — разделить их… Раз уж Инь не отделима от Ян, то у их связи есть предел. Стоит им оказаться дальше этого предела, и их жизненные силы больше не смогут переплетаться. Убей одного в этот момент, и он умрет окончательно. Причем, если один из практикующих Приказ Бессмертия умрет, второй тут же потеряет всю свою силу и тоже погибнет.

— Второй способ — использовать настолько мощное боевое искусство, чтобы силой разорвать их энергетическую связь, что приведет к тому же результату. Однако оба способа чрезвычайно сложны, но не невыполнимы. Канон Сокровенного Мрака хоть и дает способность впадать в подобие анабиоза, но не делает из людей бессмертных демонов. После того, как его сожгли дотла, он уже точно не оживет.

Лоу Цзинцзин молча слушала и смотрела, и было непонятно, то ли она восхищена услышанным, то ли погрузилась в какие-то свои мысли. Она выглядела немного рассеянной.

Тем временем Су Мо обратился к Чэн Фэйюю:

— Брат Чэн, не сочтите за дерзость мои слова, ведь мы едва знакомы.

— Что вы, что вы! — Чэн Фэйюй уже не испытывал к Су Мо ни малейшей неприязни. Спасение жизни равносильно второму рождению. Этой ночью не только он с младшей сестрой оказались в неоплатном долгу, но и вся Секта Падающей Звезды должна была быть благодарна Су Мо. — Брат Су, если у вас есть ко мне дело, говорите прямо!

— Вы слишком вежливы, — покачал головой Су Мо. — Сегодняшняя ночь была довольно странной. Неизвестно, можно ли верить хотя бы трети из того, что наговорил Призрачный Владыка. Но… есть кое-что, о чем вам двоим стоит серьезно подумать. Ваше дальнейшее путешествие вряд ли будет гладким. Раз уж на вашем пути встал Призрачный Владыка, нужно быть готовыми к тому, что за ним могут последовать и другие.

Раз уж Призрачный Владыка целенаправленно охотился за ними, то даже если в его словах и была ложь, такую возможность нельзя было сбрасывать со счетов. Если отмахнуться от этого, кто знает, что может случиться дальше?

На лице Чэн Фэйюя отразилось отчаяние:

— Мы никак не ожидали такого… Мы с младшей сестрой отправились в путь, получив приглашение. Изначально оно предназначалось нашему наставнику. Но он давно не покидал секту и не любит странствовать по миру боевых искусств. А мы с Цзинцзин как раз достигли определенных успехов и должны были набираться опыта. Вот он и отправил нас двоих. Кто бы мог подумать, что на нас тут же откроют охоту.

— Приглашение… — задумчиво повторила Ян Сяоюнь, взглянув на Чэн Фэйюя.

Призрачный Владыка ждал их здесь, а значит, знал их маршрут. Секта Падающей Звезды давно не проявляла себя в мире боевых искусств, и было удивительно, как злодей сумел так точно их выследить. Но если дело было в приглашении… Если Призрачный Владыка знал и о нем, то вычислить маршрут двух учеников не составляло никакого труда.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге