Мир без солнца

ПРОЛОГ

Согласно астрономическим прогнозам:

Через четыре миллиарда земных лет Млечный путь встретится с Андромедой… Галактики закружатся и смешаются… И за два миллиарда лет сольются в одну…

Спустя шесть миллиардов земных лет Солнце превратится в красного гиганта и поглотит часть Солнечной системы, включая Землю…

Пройдёт более семи миллиардов гипотетических лет, прежде чем наше пространство и время – всё, что мы знали, исчезнет за горизонтами частиц и событий…

Теории утверждают, что Вселенная за пределами нынешних горизонтов совсем не похожа на ту, что мы видим сейчас.

Так ли это? Представить мы сможем, лишь заглянув за воображаемый окоём, где властвуют другие измерения…

***

– Почему снаружи всегда темно, холодно и много-много крошечных огоньков?

– Потому что мы в глубоком космосе, детка.

– Это наш дом?

– Блуждающий планетоид наш дом.

– Но у него ведь нет своего солнца!

– Ты ошибаешься. Мы живём среди множества звёзд!

Это было её последнее воспоминание, а дальше… Мрак кромешный…

Глава 1

На мягкую посадку в таких условиях рассчитывать не приходилось. Космо́билле пропахал канаву и остановился, взрыв носом почву, уткнувшись в им же собранную кучу.

Деору изрядно протрясло и приложило лбом о приборную доску. Не стоило иногда пренебрегать кресельными зажимами. И на этот раз пилота спас гермошлем…

А сейчас Деора стояла чуть поодаль от вспаханной полосы и критически взирала на произведённые ею разрушения. Хотя рушить тут было особо и нечего. До города она не дотянула. К счастью для города. И к сожалению для себя… Разведчице удалось-таки посадить космолёт на пустынной равнине с частыми порослями колючек и редкими зарослями пышного кустарника. А под ногами короткая сине-зелёная трава чередовалась с бурыми проплешинами…

Ладно… Потом опять всё зарастёт. А вот космолёт сам собой не починится…

Деора вздохнула и обошла вокруг, оценивая повреждения. Учитывая, как основательно космобилле вспахал это поле, несколько вмятин на корпусе – ерунда… К тому же, разведчица подозревала, что они появились там гораздо раньше. В последней стычке с амфибами Альдареда… Тогда ей как раз посчастливилось оторваться и ускользнуть… Но рано или поздно судьба настигает нас… Деора не верила, что её удел торчать на незнакомой планете возле неисправного космолёта… И кроме старых отметин, ни единой царапины на обшивке, только грязь и пыль. Увы, двигателю с волновым распределителем повезло меньше.

«Кто тебя конструировал? Банка консервная! – Деора подскочила и в сердцах пнула крыло раструба. – Пертум космобилле!»

Так называлась корпорация, проектирующая и производящая космические аппараты…

Вот как её угораздило? Летать столько времени и сбиться с курса именно тогда, когда ей так повезло! Разведчица обнаружила и нанесла на карту целое скопление астероидов с залежами полезных металлов. А это тянуло на премию, как минимум, размером с галактику... У неё даже поломок до сего момента не случалось. Надо же было так промотаться и угодить прямёхонько в поле тахионных частиц…

Стоп! А ведь оно не значилось на спектрографических картах. Однако все приборы указывали на возмущение пространства. Следовало доверять приборам, а не таращиться в карты… Но, если честно, Деора и на карты почти не смотрела. Она летала по звёздам… Как научил её кто-то, когда-то давно… Она не помнила.

«Растяпа!»

Всё произошло слишком внезапно. Космолёт подхватило, завертело и потащило – не разобрать, где зад, а где перёд. Навигационные приборы взбесились. Звёзды слились в сплошную радужную пелену, в глазах замелькало… А потом её вышвырнуло сюда.

Этого сектора Деора не знала. Едва ли он нанесён на карты, где и так хватало туманных пятен. Факториалцы только-только начали осваивать галактику… Всего-то маршей* пятьсот как. А из них сто-двести только ближайший космос. И планету эту Деора видела впервые. Не исключено, что её вообще занесло в другую галактику… Будь сейчас ночь и звёзды, она возможно бы определила, но… Высоко в небе переливалось голубовато-белое светило. Оставалось ждать…

Хорошо. Ничего другого не остаётся. Следовало исходить из того, что это неизвестный сектор. Сюда ведь даже разведчики корпорации Бестима не залетали. А Бе́стима – самая продвинутая инфраструктура в области звёздных исследований, занимающаяся поиском, разработкой и продажей ресурсов. И одна сотая часть огромного Звёздного Консорциума, захватившего четверть Млекандры. Тоже далеко не маленькой, даже по меркам космоса…

Теперь вот попробуй разберись, где ты. Всё ещё здесь или там…

Деора забралась внутрь через аварийный люк, потому что обычный заклинило. Немного покопалась в базе распределителя… Но от её умений мало что зависело. Перегорели все переходники и без робота-ремонтника теперь не обойтись… А последний так неудачно раскололся при посадке и в отчаянном призыве мигал полуразбитыми сигнификаторами. Разведчица сжалилась и совсем отключила бедолагу…

И что теперь? Попробовать дойти до города? Нужны детали с инструментами, коих у неё больше нет, или какие-нибудь заменители.

Деора отсоединила узловой энергоблок, оставив лишь аварийное питание. Энергию следовало экономить. Включила межпространственный передатчик, посылающий на всех частотах консорциума сигнал бедствия, и выбралась наружу. Теперь она с надеждой смотрела в сторону города… И сразу засомневалась.

Ведь это точно населённый пункт?

Высоченные до неба и острые, словно зубы дулузского аллигатора, башни. Перед ними маячили здания пониже, с плоскими крышами. А в основании торчали совсем низенькие треугольные строения… Издалека всё это сооружение напоминало дружелюбно раскрытый капкан.

И кто же в него попадётся?.. Давайте-ка угадаем!

Непонятно, существовала ли там жизнь вообще, и уж конечно отсюда не определить уровень технического развития… Поскольку оттуда до сих пор ничего не прилетело, не приехало и не отреагировало… Это вызывало смутные опасения… Но сидя здесь, много не выгадаешь.

Деора прищурившись глянула в серое небо. Никаких туч. Просто у него такой цвет. Здешнее солнце, мягко озаряя макушки башен, зависло над городом. Оно выглядело необычно крупным и довольно тусклым, в обрамлении тёмного ореола, будто окружённое тенью. Разведчица затонировала фильтры шлема и активировала датчики на сенсомоторное приближение. Тотчас явственно обозначился тёмный обод, вокруг сияющего ядра… Местное светило напоминало колесо со спицами… Кольцо вокруг звезды?!

Атмосферный феномен? Иллюзия?

Впрочем, гадать было недосуг. Надо двигаться, чтобы успеть до темноты. И Деора отправилась налегке, прихватив с собой минимум снаряжения. Многофункциональный нож-резак-фонарь, прессованные пайки, сухая вода, очки-фильтры и стрейдж-канат превосходно умещались в кармашках. Деора сбросила шлем и скафандр, оставшись в эко-костюме. Климатические датчики, в отличие от всего остального, сработали исправно и показали, что атмосфера пригодна для жизни, а уровень излучения в норме.

Деора вдохнула полной грудью чужой горьковатый воздух и чихнула. И пахло здесь тоже чудно́…

Примечание:

Марш* – средняя планетарная единица измерения времени и движения по-факториалски (один марш равен примерно 390 суткам – период, за который 1-Факториал полностью обращается вокруг звезды Факир).

Глава 2

«Небесные катапульты Трампли!»

Эту надпись с табло над выходом Скай читал всякий раз под конец смены. Он не просто выучил её наизусть. Она ему снилась. Ярко горящие буквы в голове. Словно напоминание о том, что его дежурство циклично.

Он машинально глянул на хронометр…

Пора!

Самое время прервать реакцию и погасить Гелиос. Это делали синхронно все бакенщики. С наступлением восемнадцатого дня…

Сегодня особый день – День сдачи и приёма вахты.

Двести бакенщиков постоянно находились на локационных постах Гелиоса по восемнадцать стандартных фаэтонских суток, поддерживая осветительно-отопительный режим планеты. Двести герметичных изоляционных камер, размещённых в строгом порядке внутри обода и вокруг реактора. Там несли вахту избранные. Каждая камера была связана с ядром тоннелем газопровода. И между собой они сообщались лишь вентиляционными шахтами. Однако в камерах размещалось всё необходимое для существования и работы: генераторы воздушной среды, запас продуктов на восемнадцать суток, гигиеническая установка, средства коммуникации, чтобы бакенщики могли связаться друг с другом цифровыми мозаичными кодами; книги и визиотека… И конечно же блок управления реакцией с инструкциями на случай неполадок и засоров… Нужные реактивы доставлялись сюда вместе с очередной сменой.

Скай привык к этой работе. Он не выбирал, на него пал жребий. Пройдёт ещё восемь лет, и его сменит кто-то другой. Кому-то также не повезёт… Предельный срок службы бакенщика десять лет, но уже через семь-восемь наступали необратимые изменения. Изоляция защищала полностью от жара и фильтровала освещение, но не спасала от излучения. Постепенно оно, хоть и в малых дозах, но отравляло кровь…

Однако через пять лет разрешалось уволиться, подав прошение в Синод Вышеграда. Но только если бакенщик намеревался создать семью, а его избранница соглашалась и ходатайствовала за возлюбленного… Скай знал, что это ему не светит, потому что его всё устраивало. В противном случае…

Катапульты Трампли!

Туда ему дорога. Квалификация механика позволяла. На другие работы бывших бакенщиков принимали неохотно. Ходили слухи, что они стремительно выгорали, даже не доработав стандартный срок. А на заводах Трампли рабочие руки требовались постоянно, в связи с высокой текучестью кадров. Вредное и опасное производство, как ни крути… Скай же не собирался идти к Трампли, по некоторым причинам. Несмотря на то, что мать слёзно упрашивала его. А сам Трампли беззастенчиво подбивал к ней клинья…

Прозвенел звонок. Первое предупреждение… Затем второй. И на экранном табло стали загораться цифры. В заданной последовательности. Едва зажглась последняя, как замигал весь код и стёрся с экрана. И тогда прозвенел третий звонок. Скай заученным движением опустил рычаги, прекращая действие реактива и перекрывая подачу топлива. Теперь надо ждать. Если никто не замешкался, и все сработали одновременно, то через несколько минут Гелиос потухнет. А ещё спустя час ядро полностью остынет. Затем два часа отводилось на пересменку. Три – на заправку, и профилактику. Бак-эксперты, составляющие десять процентов от каждой смены, проверяли состояние ядра и трубопроводов. Только пять-шесть часов, без вреда для Фаэтона и застоя гелиорания… Их учили, что от длительного бездействия и отсутствия топлива гелиораний превращается в твёрдую массу, которую потом никак не растопить. Так и Фаэтон мог навсегда замёрзнуть.

Скай подготовился. Собрал немногие вещи, уложив их в мешок. И в назначенное время табло над выходом вспыхнуло. Звякнув уехала вверх перегородка, и разошлись герметичные створки, пропуская сменщика. Другой бакенщик заступал на вахту, вместо Ская. Чтобы восемнадцать суток поддерживать реакцию, сохраняя тепло и свет Гелиоса, дарующего жизнь Фаэтону…

Они кивнули друг другу. Сменщик занял место Ская, а тот шагнул в полусвет транспортного снаряда, закинул мешок в нишу и нашёл свободное место, отвечая на приветствия других бакенщиков. Привычно устроился в мягком углублении справа от прохода, зафиксировал поперёк груди эластичные держатели и взялся за поручни.

Скоро он будет дома!

Скай мечтательно улыбнулся и спохватился…

Чуть не забыл!..

И сунул в рот пастилку, защищающую от перегрузок. А транспорт ощутимо тронулся дальше, по кругу, забирая и оставляя прочих работников…

Магнитные катапульты Трампли!..

Отец Ская проработал на катапультном заводе конструктором-испытателем более двадцати лет и погиб четыре года назад, во время очередной пробы… Так Чарлис Трампли и сблизился с матерью бакенщика…

Глава 3

Казалось, с момента аварии минула вечность…

Деора так долго тащилась по этой бесконечной равнине! По внутренним ощущениям. А на самом деле – всего ничего. Загадочное светило даже не успело опуститься за крыши самых высоких домов. Однако погода стремительно менялась. На серое небо набежали ещё более серые тучи. Скопились и набрякли. И перемещались так, будто следовали за разведчицей по пятам.

«Не хватало дождь за собой привести», – устало думала она.

Тёплый воздух обернулся горячим ветром и погнал по равнине пыль. Становилось душно…

Деора и так взмокла. Ткань эко-костюма запоздало отреагировала понижением температуры. Мета-робиконам – искусственным микроорганизмам, обитающим в волокнах ткани, требовалось время, чтобы адаптироваться к новым условиям. Одежда также и самоочищалась, поскольку грязь и вредные бактерии служили для робиконов пищей. Поэтому куртка и штаны-ползуны надевались прямо на голое тело и герметично соединялись. Те же функции выполняли перчатки и эластичная шапочка, под которой разведчица спрятала волосы. Но ботинки с высокой шнуровкой и острыми носами были её собственными. Деора предпочитала изящную обувь тупоносым ботам, что полагались от корпорации. А щегольские каблучки – толстой подошве… Когда-то она небрежно забросила боты в багажник. О чём сейчас горько жалела. На этой растительно-каменисто-бугристо-ямистой равнине девушка сбила себе все ноги. Разумеется, мета-робиконы в ботах и об этом позаботились бы. Плюс были гораздо удобнее…

«Сколько времени, интересно?»

Часы, встроенные в приборную доску, конечно же остались в кабине.

Деора вопросительно глянула на бело-голубое колесо.

О чём могла ей поведать эта дневная звезда?

Теперь светило передвинулось левее, но не опустилось и на мизинец…

Кто знает, как здесь обстоят дела с часами в сутках!

Она всё же устроила небольшой привал. Немного посидела на лапах поваленного кустарника и высыпала в рот порошковую воду из пакетика. Всего лишь химическая реакция, и несколько глотков чистой свежей влаги приободрили разведчицу.

Деора старалась думать о хорошем. О погоде и природе. Чтобы заглушить тревожные мысли о корпорации… Не получалось.

Ох, и разозлится генеральный! Он вечно горазд сожрать её с потрохами. И всё потому, что она не относится к почтенным семьям Факториала. Как и любой наёмник. А учитывая менталитет факториалцев, нынешнее положение разведчицы вполне тянет на провал. Вышвырнут и не посмотрят на карту с полезными ископаемыми. Это не поможет... Либо поручат другому, либо… Пока она здесь, – то потеет, то прохлаждается, – астероиды отыщет кто-то другой…

Понуро она пустилась дальше, и прежние гнетущие мысли разом вылетели из головы, когда надвинулся Город.

Деора почти достигла окраин… Теперь она могла хорошенько его рассмотреть через очки-фильтры. Равнина обрывалась так же резко, как и начинались первые дома. Никакого перехода или заграждения. Ни зелёной зоны, как в факториалских городах, ни каменных стен и рвов, как в дулузских. По краю многоярусного городского массива попросту вырастали причудливыми грибами конусовидные… Дома? Без окон и дверей. Словно зонтичные поганки без ножек.

Помилуйте, а дома́ ли это?

Деора в нерешительности остановилась.

Много-много конусов, натыканных по окраине друг возле друга… Они создавали даже не подобие улиц, а что-то вроде лабиринта. А местами располагались свободно, образуя площади с гладкими кольцами в центре, того же невыразимого оттенка…

Да и сам город преобразился. Уже не выглядел таким зловещим, хотя и оставался странным. Башни красиво поблёскивали, отражая свет, а на плоских крышах передних зданий как будто что-то росло… Башни и здания ничем особо не украшались. Разве что многоцветной окантовкой – белой, золотой, серебристой, зелёной, ровно по контурам этажей… Издалека невозможно разобрать, что это такое. А ещё Деора углядела козырьки и балконы…

Она достигла крайнего строения-конуса и различила силуэты между ними…

«Бом! Бом! Бом!» – огласилось пространство, на миг заглушая все звуки.

Деора зажала уши и её внезапно накрыла темнота. Резко, без предупреждения, если не считать колокольного звона... Как если бы светило погасло… Не закатилось, не село, а погасло, будто кто-то выключил свет. Деора помнила, как оно всего минуту назад высовывалось из-за вон той башни, и вдруг, нет его. Потухло?.. Единственное, что пришло в голову. Не бывает же таких скорых закатов! Или бывает?

Темно… Из-за туч и звёзд не видно. Похолодало…

Деора ничего не знала об этом мире. Она хотела зажечь фонарь, а не брести наощупь, но тотчас во всех домах засветились окна, и окантовки засияли разноцветьем. На верхушке каждого конуса загорелся фонарь, и множество огней в основании.

Разведчица добрела до крайнего дома и огляделась.

Куда теперь?

С неба посыпался снег… Снег! Повалил крупными хлопьями, укрывая конусы и площадки вокруг них. Внезапно наступила зима? Или здесь всегда так?

Пушистые снежинки оседали на деорином носу и эко-костюме. Мета-робиконы немедленно приступили к работе. Теперь их первоочередной адаптационной задачей стал термальный режим, то есть, обогрев и просушка.

Пора было двигаться дальше. Что Деора и сделала. По любому не из чего выбирать… И вот бы встретить кого-нибудь из местных жителей.

Разведчица уповала на то, что хотя бы некоторые из них отдалённо похожи на хуманидов. Дружественных ли – время покажет… Вот альды вроде и двуногие, и прямоходящие, и всеядные, но мыслят и чувствуют по-другому. Оттого и враги, факториалцев.

«Я не факториалка», – вспомнила Деора.

Бояться, наверное, нечего… Если только здесь не какая-нибудь тайная база Альдареда…

Рассудив таким образом, Деора завернула за очередной конус-дом и вскоре услышала голоса. Говорили, то совсем тихо, то слегка повышая голос… Похоже, спорили. Пока, кроме мешанины звуков, она ничего не разбирала… Тон, вкрапления и вибрации почти не отличались от стандартных. Тем лучше. Переводчик быстрее обработает.

Разведчица подкралась ближе и подождала, пока ВУИП – встроенный универсальный интерактивный переводчик, рассчитанный даже на громоздкие и чуждые конструкции, сконвертирует информацию. И, наконец, Деора различила слова. Она отчётливо воспринимала и понимала – это вдобавок активировались слуховые имплантаты, снижающие порог чувствительности… Контрабандные. Пилотов-разведчиков такими штуками не снабжали. Чересчур дорого, для жмотов из администрации. Деора потратила на имплантаты четыре своих зарплаты. А потом ещё и на операцию по внедрению угрохала оставшиеся сбережения… Но оно того стоило! Особенно когда тусуешься в старательском баре и узнаёшь столько полезного. И не раз благодаря Деоре корпорация Бестима оказывалась впереди всего Консорциума. И премии с лихвой окупили затраты…

Деора вслушалась и отметила очень знакомые слова.

– …Сомневаюсь… – твердил кто-то хриплый. – Недра Фаэтона полны.

Вот это, про недра, особенно. Чисто из профессионального интереса.

– Да, но запасы гелиорания тают, всему есть предел, – приглушённо отвечал другой.

– Но не могу я! Даже на сутки приостановить добычу и перекрыть шахты без последствий… А как же Синод?

– Синод я беру на себя, – теперь уже громче, приятным баритоном увещевал второй. – Зато рабочие порадуются дополнительным выходным… Объяви праздник шахты, что ли. Всего лишь на пару дней прекрати поставки.

– Говорю, не выйдет! К тому же, у них всегда есть в запасниках исходники.

– Об этом я позабочусь.

– Через Синод?

–У меня свои рычаги…

– Ой, ли? А как ты собираешься проникнуть в Гелиос?

– Подменю бак-эксперта… Да не бойся. Я заплачу.

На тягостную минуту воцарилась тишина, и только безмолвно падал снег… Потом скрипнуло у кого-то под ногами.

– Не могу, – прохрипел хриплый. – Как мы оставим Фаэтон без тепла и света надолго?

– Не беспокойся, – вкрадчиво произнёс баритон. – Я же изначально подразумевал альтернативу…

– Что за альтернатива, Дарк?

– Тссс… Не упоминай!

– Прости, забыл… Так что за альтернатива?

– Извини, но это не твоего ума дело.

– Я здесь живу! – воскликнул хриплый. – У меня семья…

– Дурак! Ещё несколько смен и всё! Гелиос погаснет сам и больше не загорится… И вовсе не из-за вашего поганого топлива. Нет… Как вы не поймёте! Он теряет силы, он умирает…

– Гелиораний? – явно усмехнулся хриплый. – Минерал?

– Нет, – баритон поправился. – Я хотел сказать истощается, иссякает… Никак не могу привыкнуть к вашему варварскому языку.

– Ты – чужак… Почему я должен верить тебе? По сводкам Синода, в Гелиосе энергии на тысячи лет.

– Синода!? Так тебе и выложили правду, дубина! Жди, когда подохнешь и не заметишь… Это неизбежно. Он или остынет, или… Не это, так другое. Ты не в состоянии уразуметь своим скудным умишком, на что способен… Гелиораний.

Деора забылась и шумно вдохнула. Снег попал ей в рот, и она поперхнулась.

– Так говоришь, будто…

– Тихо, – прошептал баритон. – Нас подслушивают.

Деора не сразу сообразила, что это о ней.

– Да брось! Кому надо? Бакенщики со смены возвращаются…

– Нет… Тише ты. Это не бакенщик…

Деора попятилась и почти развернулась, чтобы бежать, но он её опередил, внезапно появившись в проходе. Из-за густо сыплющего снега она не смогла рассмотреть ничего, кроме тёмной фигуры.

– Ты кто? – и две холодные белые вспышки, там, где по очертаниям находилось лицо. Девушка взвизгнула и кинулась прочь, не разбирая дороги.

– Стой! Остановись!

Деора петляла среди конусов, погружаясь в белёсую мглу…

Долго ли, коротко, пока не споткнулась и не упала, больно стукнувшись коленкой. Эко-костюм не смягчил удара, поскольку не был рассчитан на падение, в отличие от скафандра.

Девушка тихонько взвыла, схватилась за ушибленную ногу и в страхе огляделась… Никого… Рядом возвышалось уже знакомое кольцо, вокруг всё те же конусы и больше ничего. Похоже, её преследователь отстал… А если нет? И подкарауливает в засаде. Стоит ей только высунуться… Какие жуткие у него глаза… Это ведь были глаза? Интересно, здесь все такие?

Деора прислонилась спиной к кольцу, притянула колени к груди, уткнулась в них лицом и сидела неподвижно, пока мета-робиконы исправно делали своё дело…

Ужас отступил. Девушка постепенно согрелась и незаметно для себя задремала, улёгшись прямо на снег и свернувшись калачиком.

Такой он и нашёл её.

Глава 4

«Эй!.. Вставай… Да проснись же! Замёрзнешь...».

Чужой голос, не хриплый и не баритон, вырвал Деору из мягких объятий сна.

«Я уснула?!»

Она вздрогнула и резко открыла глаза. Как раз вовремя. Над ней нависал тёмный силуэт.

– Чего тут сидишь? – спокойный вопрос, заданный мужчиной, точнее, молодым парнем… Деора определила это по тону. Слуховой имплантат выделил и нужные интонации. Ничего угрожающего в этом вопросе не было, даже отдалённо. И никакого пугающего чувства, как при встрече… С кем?.. С тем Дарком, от которого мурашки по коже и желание забиться в какую-нибудь щель, лишь бы поглубже…

Абориген повторил вопрос:

– Почему тут мёрзнешь?

– Не знаю, – вяло ответила Деора.

– Не знаешь? – удивился незнакомец и выпрямился. – Всё равно, вставай.

«Он прав», – мысленно согласилась разведчица и встала. Отряхнула снег, тот, что пока не сожрали ненасытные мета-робиконы. Им зараз не управиться, белые хлопья всё падали и падали… Снега уже насыпалось по щиколотку.

Деора протёрла глаза.

– Не знаю, куда идти… Некуда.

– Ты не местная?

– Нет…

– Из Акополиса?

– Где это, Акополис?..

– Так… Понятно… Не из Акополиса, значит.

– Нет, боюсь, мой дом намного дальше… В небе.

В снежной пелене они едва различали друг друга, даже вблизи.

– Нечего тут стоять, – решил он. – Пойдём ко мне, домой…

«Так просто?» – удивилась она.

– … расскажешь, откуда ты. А если останемся здесь, то получится два снежных холмика.

– Здесь всегда так? – спросила она, тщетно пытаясь разглядеть его лицо, особенно глаза.

– Как?

– Снежно.

– Нет… Всё. Идём быстрее. Ты замёрзла.

С чего он взял? Деора в эко-костюме холода не ощущала. Даже щёки и нос были тёплыми, ведь она прятала их в ладонях, пока спала…

– Мне не холодно… Э-э…

Но абориген больше не слушал. Он целенаправленно устремился куда-то, и она, чтобы не отстать и не потерять его из виду, потрусила за ним. Всё же незнакомец казался вполне дружелюбным. И точно не с Альдареда.

– Я тут недалеко живу! – крикнул он через плечо.

Чего кричать-то? Вокруг безветренно, тихо и пусто, не считая снега, настолько, что от голосов создавалось лёгкое эхо…

Идти и вправду оказалось недалеко. «Дом» находился в одном из конусов, маячащих полукругом. Они всего-то обогнули кольцо и прошли с десяток-другой шагов.

«Надо потом спросить, что за кольца», – подумала Деора.

Незнакомец приблизился к конусу, подышал на застывшие ладони и начертил пальцем на поверхности ряд символов. Пока он это делал, разведчица присматривалась. И при ближайшем рассмотрении обнаружила, что конусы вовсе не гладкие, а ребристые и шершавые… И потрогала, разумеется, сняв перчатку. Стена конуса состояла из плотно подогнанных друг к другу светлых блоков, практически без швов… Если хорошо присмотреться в свете фонариков.

– Заходи, – пригласил незнакомец, закончив с манипуляциями.

Металлическая накладка, олицетворявшая дверь, плавно уехала внутрь и вверх. Внутри царил мрак…

Деору передёрнуло, будто от страшного воспоминания, и она замешкалась.

– Прошу, – повторил незнакомец и вошёл сам. Как только он переступил порог, вспыхнул свет, и тогда девушка шагнула следом.

Навстречу пахнуло жильём…

Удивительно! В чьи бы дома разведчица не попадала, по запаху мгновенно определялось, живёт там кто-нибудь или нет. Запах жилья, каким бы разным он не был, не спутаешь ни с каким другим.

Деора мигом оценила обстановку круглой комнаты. Ничего лишнего. Из мебели – лишь диван, и ещё стол. Весьма своеобразный, правда, с конусовидной ножкой, как гриб с плоской шляпкой. Но сомнений, что это именно стол, не возникало. А на нём стоял… кувшин…

Догадайтесь какой формы!..

Но разведчица по-прежнему не видела лица незнакомца, находясь у него за спиной…

Посреди комнаты закручивалась винтовая лестница. Возле неё мужчина обернулся и посмотрел на Деору. Улыбнулся и сказал просто:

– Я – Скай. А тебя как звать?

Девушка не ответила, обалдело уставившись на него.

Он – уникум!? Абсолютно такой же, как и она! Лицо, рот, нос, волосы, уши… Общее строение тела, за исключением половых признаков… И особенно Деору поразил взгляд – ясный, открытый… Голубые глаза парня на фоне смуглой кожи выглядели очень светлыми… И ещё… Он казался её сверстником. Деора впервые увидела ровесника своей расы и противоположного пола!.. Нет, она конечно старалась представить, но и предположить не могла, что он покажется ей настолько привлекательным… Ведь на факториале сугубо факториалцы считались образцом хуманидской расы. Остальных, включая и альдов, снисходительно называли «пара-хуманидами» или «подобием». А больше всех не везло юунэ, их за хуманидов совсем не считали… Деору хотя бы деликатно именовали «уникумом», вежливо подразумевая презрительное «мутант».

А этот… Тоже мутант?

Непостижимо! Вот так на отдалённой чужой планете встретить представителя своего вида и расы. Так неожиданно и легко… Деора облетела в поисках сотни миров, надеясь узнать хоть что-то о своём происхождении, а нашла ответ здесь… Наверное.

– Эй! Ты чего так на меня смотришь? – криво улыбнулся он. – Парней, что ли не видала?

– Не видала, – честно призналась Деора.

– Точно, упала с неба! – рассмеялся он.

– Правда… Только факториалцев и… прочих.

– Среди них не было парней? – усмехнулся он.

– Были… И девушки, и триды. Они похожи на нас, но всё же… другие.

– Кажется, я понимаю, – задумчиво сказал он, присев на лестницу. – Упавшая с неба.

– Так и было… А кто-нибудь до меня залетал сюда?

Скай нахмурился.

– Да есть тут, один – залётный.

«Выходит, и где-то ещё?» – прикинула Деора.

– Откуда?

– О нём лишь известно, что явился из ниоткуда. И тоже человек.

– Человек?

– Это наш вид…

«Вот значит, как я называюсь, – обрадовалась девушка. – Человек!»

– А пока... Может, назовёшь своё имя, как бы невзначай.

– Деора, – спохватилась разведчица. – Деора Сириус.

«Скай».

– Отлично, Деора! – он улыбнулся, деловито скинул мокрую куртку с капюшоном и бросил её на лестницу. – Поужинаем?

Она кивнула.

– Раздевайся и располагайся, – он махнул рукой в сторону стола и скрылся в смежном помещении, через узкую арку.

Раздеваться девушка не стала, по понятным причинам. Под курткой ничего не было. Сразу проследовала к столу и инстинктивно заглянула под него в поисках… Вот! В конусовидной ножке прятались три табурета. Деора извлекала два, на один села и осмотрелась… По периметру комнаты – зияли несколько арок и поблёскивали металлические дверные пластины… На потоке люк, туда-то и вела лестница…

Деора услышала странный звук и прислушалась. Парень в соседнем помещении чем-то жужжал. Наверное, готовил еду, судя по съестным запахам, распространившимся после…

Как только он выключил «жужжалку», Деора спросила, погромче, чтобы он услышал. Ведь у парня наверняка нет ушных имплантатов.

– Ты один тут живёшь?

– Нет… Со мной – двое. Сейчас на смене.

– А… Почему ты решил, что я из этого… как его… Акопо…?

– Акополиса!.. Это сельскохозяйственное поселение, на другой стороне равнины… День пути. Мне показалось, ты шла пешком… Катапульта на противоположной окраине города.

– Вашего?

– А чьего же ещё?

– Как называется этот город?

– Это ещё не город. Посёлок бакенщиков…

Он снова немного пожужжал.

– А башни?

– Это город… Ксирон – столица и центр катапультного бизнеса. Здесь головной офис Трампли.

– Кого?

– Трампли… Забыл! Ты же упала с неба…

Тут он возник на пороге… кухни, надо полагать. С подносом в руках.

Роста среднего и хорошо сложён…

Деора тряхнула головой.

– Молодец, с табуретками разобралась, – похвалил он, ставя поднос на стол и выставляя на столешницу тарелки с едой, два полных стакана и выкладывая ложки с вилками. – Скромно, но честно!

Разведчица бросила взгляд на содержимое одной тарелки и сразу поняла, почему он «жужжал». Скай приготовил пюре. Деора не выносила пюре и плохо его переваривала. А это вдобавок выглядело таким… зелёным. Она поморщилась.

– Вкусно, – заверил её Скай, убирая поднос под стол и усаживаясь на второй табурет. – И полезно. Не кривись.

Деора продолжала смотреть с опаской.

– Угощайся! – и радушный хозяин пододвинул ей блюдо с… Бисквитами. Обычные бисквиты, разноцветные только – в основном красные и синие. – Ешь давай, – он взялся за ложку и зачерпнул пюре. – Вот сыр…

На блюдце лежали толстые ломти чего-то, в жёлтую крапинку. Деора рискнула и попробовала. Сыр как сыр!

– Извини уж, – улыбнулся Скай, проглотив пюре. – Еда холостяцкая. Да я только со смены, не успел закупить. Что парни оставили, то и едим…

– Нормально, – с набитым ртом пробормотала Деора. – Сойдёт.

Бисквиты и сыр действительно были вкусными. Сыр – солоноватый с острым привкусом. Бисквиты – сладкие с кислинкой и какими-то ягодами внутри… Деора неожиданно ощутила, насколько проголодалась. Ведь про пайки разведчица как-то забыла. Она запила всё светло-коричневой терпкой жидкостью и почувствовала себя совсем хорошо.

– Это взвар, – пояснил Скай, отпивая из своего стакана, и пообещал. – А с утра схожу за деликатесами и накормлю тебя как следует.

Деора восприняла это обещание без восторгов, поскольку не знала, что здесь считается деликатесом. Вдруг это сердца свежепойманного врага, как у альдов, или жабьи языки, как у дулузов.

– Обычно я обедаю в городе, – продолжал рассказывать Скай. – Там отличные закусочные. Или у мамы…

«О, у него есть мама! – обрадовалась Деора. – Значит, нас таких, э-э, «человеков» тут много… Неужели я нашла свой дом?»

Сердце взволнованно затрепетало… И Деора внезапно поняла, что наслаждается обществом этого парня… Только потому что он её расы!

Они поели, и Скай убрал посуду. Всё отнёс на кухню, вернулся и вновь уселся напротив девушки. Деора размышляла и всё ждала, когда он начнёт задавать вопросы. Но парень молчал. Тогда спросила она. Первое, что пришло на ум.

– А… Ваша звезда… Она всегда заходит так внезапно?

И смутилась. Как-то глупо это прозвучало. Не по-научному. Но Скай и не думал над ней смеяться. А ведь среднестатистический факториалец уже бы со вкусом поиздевался и выставил дурой перед остальными. В такие моменты Деора понимала альдов и разделяла их намерения в отношении высокоинтеллектуальных болванов Факториала.

– Гелиос не звезда, – серьёзно объяснил Скай, не спуская с неё ясных глаз. – Гелиос – луна.

Деора опешила.

– Как это?..

Глава 5

– А вот так… Для нас луна – источник света и тепла…

– Погоди… Это же луна! Как она может согревать, освещать?

– Ядро Гелиоса состоит из реактивного гелиорания…

– Я не про это!

Во взгляде Ская мелькнуло недоумение.

– Ты спросила...

– То есть, я про это, – поправилась Деора, – но не в том смысле, – она совсем запуталась, но остановиться уже не могла. – В общем, я про то, что это… Невозможно! Луна не источник света. Она же просто спутник, планета и без солнца… Вернее, луна светит только отражённым светом… Не так ярко и не греет… Короче, я не понимаю! И не верю…

Она запнулась, не зная, как ещё выразить мысль.

Скай улыбнулся.

– Позволь мне договорить.

– Говори.

Деора впервые о таком слышала. И все полученные ранее знания отчаянно сопротивлялись новой – откровенно абсурдной информации.

«Да он смеётся! – разум подкидывал наиболее приемлемые варианты. – А когда я поверю, станет надо мной потешаться…».

Так иногда забавлялись разведчики-факториалцы.

Но Скай был крайне серьёзен.

– Мы искусственно запускаем реакцию и подаём топливо в ядро.

– Кто, мы?

– Бакенщики… Для этого вокруг Гелиуса построили геллариум с изоляционными камерами и баками – вместилищами для исходников. Сами баки соединяются с ядром трубопроводами. Всего таких вместилищ триста: двести действующих и сто резервных. В баки и помещаются топливные исходники – зевсиус и прометиум…

– Это ископаемые?

Скай подумал и ответил:

– Да, в своём роде… Горючее.

– А где их добывают?

Деора расспрашивала не из праздного любопытства, а по роду профессии. Нельзя упускать шанс.

– Здесь, на Фаэтоне.

– На Фаэтоне?

– Фаэтон – это планета, наш мир…

– Чудненько!

– Как есть, – Скай усмехнулся. – Мне продолжать?

Разведчица кивнула. По-прежнему недоверчиво, но заинтересовано.

– В баке зевсиус и прометиум отрицательно взаимодействуют. И тогда идёт реакция… Но только когда исходники сталкиваются в равных пропорциях и противоборствуют. Задача бакенщика следить за соотношением исходников и сохранять это равновесие, добавляя по необходимости недостающий компонент…

Звучало вроде бы убедительно. По крайней мере, Скай говорил убеждённо.

– В результате противостояния, образуется топливо и, попадая в ядро по трубопроводу, поддерживает активность гелиорания.

– А гелиораний это…

– Минерал. Надобно определённое количество топлива, чтобы поддерживать плазменную структуру. Тогда жар от полыхающего гелиорания устремляется к поверхности луны по кратерам… И Гелиос сияет, даря Фаэтону свет и тепло. А это – жизнь.

– Как же вашу луну до сих пор не разорвало и не расплавило? – Деора скептически усмехнулась.

Звезда внутри луны!.. Отменная подначка для какого-нибудь напыщенного фака. Так пара-хуманиды прозвали между собой факториалцев. А что такого?.. Альды дразнили тех ещё хуже – «щёткоголовыми».

– Гелиос состоит из крониуса – термостойкого железняка. Он выдерживает самые высокие температуры.

– А кольцо? – разведчица не сдавалась.

– Геллариум тоже, а из сплава крониуса и селлария – охладителя сделаны изоляционные камеры.

– И селларий добывают на Фаэтоне?

– Когда-то, возможно, но уже нет.

– А как вы дышите в своих камерах?

– Через вентиляционные преобразующие фильтры постоянно циркулирует воздушный поток. Специальный мох…

«У них есть биотехнологии!», – отметила Деора, подбираясь к главному вопросу:

– И как вы попадаете на свою… луну-звезду?

– На транспортных снарядах магнитных катапульт.

Поразительно, как терпеливо Скай отвечал на её вопросы!

– Они тоже из этого… кро… ниуса.

– Нет, крониус слишком тяжёл. Потому, увы, из другого, но лёгкого и прочного металла.

«Да эта планета напичкана полезными ископаемыми!» – возликовала Деора.

– А почему – увы?

– Транспорт не выдерживает жара гелиорания, вблизи. Из-за пересменки приходится выключать Гелиос.

– Пересменка?

– Замена бакенщиков, профилактика трубопроводов и ядра… Каждые восемнадцать суток. Когда луна выходит на низкую орбиту и максимально приближается к Фаэтону.

– Горячий ветер! – вспомнила Деора.

Что застиг её на равнине…

– Да, от Гелиоса сильный ветер. Но следующий ещё не скоро. Полный оборот луны вокруг планеты – тридцать шесть суток.

«Чудненько! Чудненько! Чудненько!» – Деора предвкушала, как безжалостно разрушит факториалские представления о реальности.

Только ради этого стоило поскорее вернуться. И она вернётся! Но для этого….

– Расскажи мне о катапультах? Как далеко вы так перемещаетесь? Как они устроены?..

– Всё! – неожиданно рассмеялся Скай. – На сегодня хватит… Твоя очередь рассказывать.

– Но… – обескураженно начала Деора. – Мне особо и нечего.

– Как это нечего? Упала с неба и нечего?!.. Откуда ты?

– Я… – она прикинула, какую информацию уместней ему преподнести. – Я из Звёздного консорциума,

О своей профессии Деора предпочла благоразумно умолчать. Кому понравится чужой разведчик полезных ресурсов на планете напичканной ископаемыми?..

– Где это?

– Галактика Млекандра, система Факториал. Я там… работаю.

Незачем было на этом заостряться, но…

– Кем?

– Э… пилотом… Мой космолёт разбился на равнине, за городом, – Деора ловко сменила тему в нужном ей направлении. – Я искала того, кто бы помог отремонтировать…

– Возможно, я смогу, – предложил Скай, задумчиво разглядывая её.

Странная девушка и… Привлекательная… Но, не для него!

– Да? –оживилась Деора и подалась к нему.

– Завтра, – отрезал Скай.

Разведчица выпрямилась и нахмурилась.

Он пояснил:

– Уже поздно. Темно и холодно. И дальше, приготовься. День ото дня будет всё холоднее и темнее. Гелиос уходит на дальнюю орбиту. Здесь так.

– Да…

Вот незадача! А Деора рассчитывала улететь в ближайшее время.

– Но… И всегда было так? Без солнца.

– Нет. Тысячу лет назад или больше... С нашим солнцем что-то случилось, и предки создали геллариум. Завещали его нам. С тех пор так и живём.

– А что случилось?

– Не знаю… Ещё ни одному бакенщику не удавалось заглянуть в архивы Синода. Архивариусы – на страже…

– Печально, – Деора и вправду расстроилась. – Но всё же… Мне очень надо!.. Понять уровень ваших технологий.

– Завтра кое с кем тебя сведу. Он и расскажет про катапульты. Лучше меня.

– Я ведь не просто спрашиваю! – вспылила Деора. – Меня ждут в корпорации…

Чтобы отобрать космобилле и дать пинка. Для ускорения.

– Всё утром, – Скай поднялся. – А сейчас я устал. Завтра посмотрим, что можно сделать. Навыки у меня есть. Я учился на механика.

Деора продолжала хмуро взирать на него.

– Располагайся, – тот будто и не замечал её насупленных бровей, – комната Берта тебе подойдёт.

И указал на ближайшую дверную пластину, почему-то лиловую.

– Подойди, она сама и откроется.

– А почему Берта? – растерянно уточнила девушка.

– Он всегда убирается и меняет бельё перед сменой. А Клэй – неряха. Ложись спать. Разбужу рано. Сегодня самый короткий день, и ночь тоже. Зато у Берта постель мягкая.

– У Берта, так у Берта, – проворчала Деора.

В её ли положении спорить?

– Гигиеническая установка там же, – заметил Скай, направляясь к себе.

– Погоди! – окликнула его Деора.

– Что? – парень обернулся.

– Как называется ваша галактика? – с надеждой спросила она, вдруг что-то вспомнит, из прошлого.

– Эллата.

Надежды разлетелись в пух…

«Это ещё ничего не значит, – рассудила Деора. – Завтра гляну на звёзды, если будет ясная ночь».

– Доброй ночи, упавшая с неба…

Разведчица добралась до кровати Берта и рухнула на неё… Сил на гигиену и претензии к простыням уже не осталось. Напрасно Скай беспокоился. Она так и завалилась поверх покрывала… Даже не погасив свет. Да и не знала как… Но в неутомимых мозгах крутилось сразу несколько мыслей. И перед тем как отбыть в страну снов, Деора представила, что замечательно было бы навести корпорацию на эту богатую ископаемыми планету. И поскорее… Это бы покрыло неудачу сполна. И когда, вероятно, её найдут… Ведь передатчик работает…

Кажется, свет вскоре погас сам, и Деора заснула.

Глава 6

Наутро в комнате Берта появилось окно. И туда заглядывало жемчужно-серое небо.

«Наверное, такие же пластины, как и на дверях, – решила Деора. – На ночь опускаются, а днём поднимаются, автоматически».

Она немного повалялась в кровати, разглядывая обстановку…

Сперва взгляд упал на белый цилиндр, занимающий треть комнаты. Скорее всего, гигиеническая установка. Больше быть нечему... Несколько предметов загадочного назначения; стол и табурет, под окном…

Окно располагалось довольно высоко на покатой стене. Девушке пришлось встать на табурет, а оттуда забраться на стол, чтобы увидеть сквозь прозрачно-матовый треугольник соседние конусы и… Луну-солнце, едва озарившую острые маковки.

Как тут ориентироваться во времени? Сколько часов в сутках? И который теперь час?

Все эти вопросы следовало задать Скаю…

Дверная накладка плавно уехала вверх – на пороге стоял растерянный бакенщик с поднятым кулаком… Увидев Деору на столе, он смутился, разжал пальцы и опустил руку.

– Я собирался постучать, но… Ты не заперла дверь.

– А она запирается? – разведчица хмыкнула, слезая со стола. – Я и не знала.

– Это просто, – к Скаю вернулось прежнее самообладание. – Заходишь внутрь и делаешь вот так.

И наглядно ей продемонстрировал. Шагнул в комнату, пластина за ним опустилась, и он провёл крест-накрест две воображаемые диагонали.

– А надо отпереть, перечеркни их… И всё.

Дверная пластина снова уехала вверх.

– Уразумела?

– Конечно… Покажи заодно, как пользоваться гигиенической установкой.

– Ничего сложного… Смотри. Открываешь, заходишь. Не бойся, тут чисто. Видишь, цилиндр белый… Берт заменил очистительные вкладыши…

Пока Деора наслаждалась местной гигиеной, ругаясь время от времени, Скай заглянул в спальню Клэя… На всякий случай.

Так и есть! Цилиндр засорился… Придётся самому менять очистители, иначе сломается. Устанавливать другой накладно, даже для бакенщика… Озадаченный Скай отправился на кухню.

Когда Деора вылезла из гигиенической установки, то на столе её ждал экзотический завтрак – плотные коричневые шары.

– Плоды озоройки, – пояснил Скай и продемонстрировал, как их едят.

Сначала тёмная кожура счищалась тонким ножичком, обнажая жёлтую мякоть. Затем вязкая масса аккуратно откусывалась, чтобы не брызнул сок. Парень-то давно наловчился и добродушно посмеивался над Деорой. Она слишком рьяно куснула, испачкав щёки и закапав подбородок. Девушка смущённо вытерла их рукавом. Мета-робиконы всё впитают и растворят. А через минуту она уже смеялась вместе со Скаем, с аппетитом выедая ложечкой кисло-сладкую мясистую сердцевину и выпивая восхитительно пряный сироп.

Самое вкусное из всего, что она когда-либо ела! Честно, она впервые испытывала такое удовольствие от еды! Блаженство…

– Вкусно? – поинтересовался Скай.

– Мм-мм… Ижумительно, – причмокивая, промычала Деора, с трудом удерживаясь, чтобы не слопать всё зараз целиком. – Вкужнятина…

Скай усмехнулся.

– Озоройкины плоды лучше есть медленно, наслаждаясь оттенками вкуса, – заметил он, смачно облизывая ложечку.

Деора исподволь наблюдала за мужчиной. Открывая для себя разные нюансы его внешности, то, что вчера не успела рассмотреть… Губы алые, брови дугой, а глаза… Она вчера чудом умудрилась не утонуть в них… И нос, с небольшой горбинкой, почти что прямой. Деора мысленно соотнесла его со своим, чуть вздёрнутым… Совершенно разные, хотя и похожи… Ведь он первый… человек, с кем она может себя сравнить. Такой же, как она и... другие. Ей хотелось взглянуть на других и обязательно на женщин. Вот интересно, они красивее или нет? Не то, чтобы разведчицу так заботила её внешность. Жизнь и работа в корпорации приучили не думать о таких вещах, но любопытство одержало верх…

– Озоройка – это овощ? – спросила Деора, принимаясь за второй плод. – Или фрукт?

– Озоройка… – Скай смотрел на неё, слегка прищурившись, сквозь чёрные изгибы ресниц. – Озоройка – зверь.

– Кто-о?!

– Животное, сумчатое.

– Ты шутишь?

– Нет. Озоройка вынашивает свой плод в сумке на брюхе. Иногда до десяти… Эй?!

Деора отбросила надкусанный шарик и ложку, зажала ладонями рот и метнулась в комнату Берта – к гигиенической установке…

А Скай, как ни в чём не бывало, доел последний плод.

– Как ты можешь?! – возмутилась Деора, вернувшись.

Во рту было гадко, особенно после полоскания мыльным раствором… Разведчица с тоской подумала об аптечке и моющем наборе, что остались на космобилле.

– Элементарно, – ответил Скай. – Уже года два так питаюсь.

– Мог бы, и предупредить, – сердито пробурчала Деора. – Я такое не ем.

– Откуда я знал, – вздохнул парень. – Хотелось тебя угостить чем-нибудь… необычным. Плоды озоройки – деликатес, доступный лишь вышеградцам. Стоят немерено!

– Ты из вышеградцев?

– Нет, бакенщик. А нам их выдают бесплатно. За вредность…

– Ты вредный? – удивилась девушка.

– Работа вредная, – усмехнулся Скай. – Я тебе не говорил? Излучение от гелиорания постепенно убивает. Только плоды нас и спасают, и поддерживают. Какое-то время… Но без них мы загибались бы гораздо раньше…

– Всё равно, – Деора скривилась и выпила воды. – Убивать животных и… зародыши, чтобы самим выжить… Мерзко.

– У вас не так?

– Нет.

– А что вы едите?

– Мы выращиваем еду. Любые продукты. В пищевых цехах и лабораториях. У нас есть генераторы белков, жиров, углеводов и…

– Так и мы выращиваем, – невозмутимо заметил Скай, сгребая посуду с объедками на поднос. – На фермах. А половину озороек всегда оставляют на развод.

Деора вздохнула.

«Наверное, мы всё же разные… Не как факториалцы и альдаредцы, но в чём-то…».

Факи, помешанные на злаково-овощной диете, с ужасом называли альдов «сердцеедами». А те их презирали… Перед тем как вырвать сердце.

Поговаривали, что они вскрывают грудные клетки у ещё живых врагов…

Разведчица вздрогнула. Лучше этого не представлять!

А Скай посмотрел-посмотрел, да и принёс вчерашние бисквиты с сыром. Деора хмуро без аппетита пожевала. С опаской откусила кусочек сыра, надеясь, что он вчера где-нибудь не бегал…

– Ешь, – улыбнулся бакенщик, попивая взвар. – Всё ещё свежее.

Раз он так говорил... Деора понюхала сыр. Запах резкий, но не противный… Заметив это, парень рассмеялся.

– Ты что делаешь?

– Проверяю на свежесть.

– Зачем? Цвет тот же.

– Вот как? Интересно… Послушай, конечно не моё это дело… Но если работа такая вредная, почему ты её выбрал?

Скай нахмурился.

– Я не выбирал. На меня пал жребий. Кому-то ведь надо зажигать Гелиос, чтобы согреть Фаэтон.

Некоторое время они сидели молча.

«Как странно», – размышляла Деора.

А Скай напряжённо выстукивал пальцами по столешнице… И внезапно спросил:

– Ежели ты упала с неба, то… Как мы понимаем друг друга? Говорим на одном языке?

– Нет, – ответила Деора. – Это я говорю на твоём.

– За минуту выучила?

– Универсальный переводчик, – объяснила она. – Микроскопические ядра в височных долях, имплантированные в речевые центры.

– Ого…

– Ага! Переводчик модулирует в нервные узлы структуру, звучание, произношение и подаёт команду анализаторам…

– Как сложно… Теперь я вижу, что ты и впрямь с неба свалилась и точно не из Акополиса.

– А разве не очевидно? – удивилась Деора. – И всё, что я хочу, это улететь отсюда.

– Мало ли… Я хотел убедиться.

– Убедился?

– Да. Как, говоришь, называется твой космолёт?

– Космобилле… Так ты посмотришь? – Деора вскочила. – Это на равнине. Я провожу.

– Не сейчас…

Деора насторожилась.

«Что он задумал?»

– Послушай, там у меня…

Она прикинула, насколько крепко задраила люк. Ведь там её главное сокровище – карта ресурсов!

– А вдруг грабители?

– На равнине? – он усмехнулся. – Никто так просто туда не ходит. Кроме охотников. А среди них нету воров.

«Охотники? Что же такого водится на равнине?» – Деора запоздало перепугалась.

– Так ты поможешь? – спросила она, глядя на парня в упор.

Скай не любил, когда на него давили. Но в ярко-синих глазах девушки было столько всего намешано – страх, надежда, отчаянная решимость… И он кивнул.

– Но я не могу обещать. Наши технологии…

– Знаю, – согласилась Деора. – Потому и спрашивала о катапультах.

– Ладно, – Скай тоже поднялся из-за стола. – Постараюсь. Всё, что в моих силах. Но… с условием.

– У меня ничего нет!

– А мне ничего и не нужно, – Скай опёрся ладонями на стол, пристально разглядывая девушку. – Тебе бы надо переодеться.

– Для чего? – Деора медленно осела на табурет.

– А ты в этом собралась идти?

– На равнину?

– В город.

– Куда?!

– Сегодня мы обедаем с моей мамой. Это и есть условие.

– С мамой? – ошеломлённо переспросила разведчица. – Я?!.. В качестве кого?

– В качестве моей девушки. Устраивает? Или даже невесты…

– Чего?!

Деора чуть не грохнулась с табуретки.

– С какой это радости?

– Хочешь, чтоб я тебе помог?.. Тогда помоги мне.

Глава 7

«В этот погожий лунный денёк…».

Скай отправился покупать одежду, а Деора снова устроилась перед окном и наблюдала за бакенщиками и… бакенщицами, топчущими липкий снег.

Погода за окном разительно отличалась от вчерашней. Посёлок мало-помалу пробуждался. Местные шли по своим делам, останавливались и беседовали друг с другом… А разведчица с жадностью наблюдала, пока не зарябило в глазах. Всё-таки столько уникумов сразу, после того, как ты ежедневно созерцала одного-единственного, и то в зеркале, – это чересчур…

Деора спрыгнула со стола.

«Что-то он долго…», – забеспокоилась девушка, посматривая на дверную пластину, где плясали разноцветные пятна…

«Стоп! Это ещё что? Такого не было…» – Деора собралась с духом, подкралась к двери и провела перпендикуляр, как учил Скай…

Накладка уехала вверх, и… На пороге топтался хмурый бакенщик.

– Минут пять колотился, – заявил он. – Хотел уж ломать.

– Прости. Я не слышала.

– И не могла. Но глаза-то у тебя на месте.

– А причём тут… – начала она и внезапно сообразила. – Пятна на двери?

– Да, – подтвердил Скай. – Звукореляция. Видишь, когда к тебе стучатся, но не слышишь.

– А если я сижу спиной к двери? Или сплю…

– У нас не принято сидеть спиной к двери или спать днём, – пояснил Скай и передал девушке внушительный пакет. – Переодевайся. Я подожду.

И вышел.

Дверь разведчица не заперла и повернулась к ней спиной. Всё равно не зайдёт… Она припомнила, как парень тщательно обмерял её лентой с отметками, старательно не касаясь деликатных мест. Иногда у него не совсем получалось, и тогда он смешно отдёргивал руку, будто девушка его обжигала.

Деора улыбнулась.

«Вот глупый! Я же в эко-костюме... А что носят здесь?»

Женщины, расхаживающие за окном, одевались, как и мужчины – в стёганые штаны и куртки с капюшонами. Потому Деора надеялась, что Скай принёс нечто подобное. Она с любопытством вытряхнула одежду из пакета, разложила на кровати и разочарованно уставилась на разноцветные тряпки. Всё под стать тутошним бисквитам: синяя юбка, мешковатый свитер – красный. С капюшоном. И штаны… Зелёные!.. Но по их поводу хотя бы не возникало сомнений, что и куда надевать. А вот квадратный кусок двухслойной фиолетовой ткани с бахромой и прорезью посередине Деору озадачил.

Она вздохнула, поморщилась и всё-таки надела всё это, поверх эко-костюма. Подумала и нашла применение фиолетовому куску, попросту продев голову в дырку. Натянула шапочку и вышла из комнаты.

Скай ждал её в передней.

– Можно, я оставлю ботинки? – попросила Деора.

– Конечно, – разрешил бакенщик, и тут же признался. – Про башмаки-то я и забыл.

– У тебя есть зеркало?

– Зеркало?

– Э… Где можно увидеть отражение?

– Отобразитель?

– Наверное…

– На двери, в спальне.

– Где?

– Идём, покажу.

Выяснилось, что зеркало тоже вызывалось системой несложных манипуляций. Всего-то надо было запереть дверь, а потом начертить на ней круг.

«Едва ли это моя планета… – рассуждала Деора, разглядывая себя в отобразителе. – Шарады на каждом шагу, а я их не понимаю… Ну и видок!

Она возмущённо фыркнула и упрятала выбившиеся светлые локоны под шапочку.

Когда Деора снова появилась в передней, Скай уже стоял в куртке и сапогах.

– Пошли.

– Ты-то одет нормально, – заявила она. – А меня вырядил как на парад чучел.

– Что я могу поделать? – бакенщик развёл руками. – Так одеваются в Акополисе.

– Ты ходил за этим в Акополис? Далековато…

– Нет, купил на местном рынке.

– Может, я сниму… это? А? Пока не поздно… Пока меня с пугалом не перепутали.

Она принялась стаскивать юбку.

– Не смей!

Скай живо упал перед ней на колени и натянул ей юбку обратно, до самых подмышек.

Деора сообразила, в чём дело и расхохоталась.

– У меня под этим – костюм, – давясь от хохота, сообщила она.

– Разгуливай в своём костюме по посёлку, но к маме в инопланетном виде лучше не соваться. А то не так поймёт… Вернее, так, но мигом раскусит. А мне нужно, чтоб она верила.

Деора вздохнула, отпихнула ладони Ская и стянула злополучную юбку на талию.

– Слушай, но зачем тебе это?

– Что? – парень опомнился и вскочил.

– Изображать из себя жениха.

– Я же объяснил! Чтобы не сватали меня за Эльзу.

– А просто отказаться?

– Нельзя. Тогда она сосватает меня за кого-то ещё. Подруг у неё полный город и у каждой – по дочурке, а то и по две…

– Ты женоненавистник?

– Нет. В детстве я даже играл с девочками. Но матушка изо всех сил пытается устроить мой брак... Я не хочу её огорчать и жениться не собираюсь.

– Ладно. Но я тут причём? Заплати какой-нибудь девушке, из Акополиса, или из города, чтобы невесту из себя изображала.

– Из города нельзя. Меня там знают и мигом всё матушке донесут. Сплетни расходятся быстро. А если из Акополиса… Там девушки мечтательные. Ещё намечтаются невесть о чём. С последствиями… Папаши у них суровые. Жениться заставят, под ружьём. А я не хочу никому портить жизнь.

– А мне значит хочешь?.. Этим! – она красноречиво потеребила накидку с бахромой.

– Это же ненадолго. Потом ты улетишь…

– Как ты объяснишь это всем?

– Для всех ты уедешь в Акополис, работать. Я буду иногда навещать тебя. И якобы потом ты заявишь перед Синодом права на меня…

– Как романтично!

– Согласен. Но это лучший вариант, ради спокойствия матушки…

– И твоего.

– А как же. Не дождусь, когда от меня все отстанут. С тех пор как погиб отец, только и слышу: «Скай, женись! Женись, Скай!»

– Соболезную…

– Спасибо.

– Хорошо. Допустим, тебе удастся всех провести. Но потом… Они всё равно узнают.

– Даже если догадаются, потом будет поздно. Уже ничего не изменишь. А мне надо выиграть время.

«А мне бы его обмануть…».

– Трудно жить холостым в мире, где все помешаны на супружестве…

– Представляю.

Как знакомо! Факториалцы превыше всего ставили род и семью. Реалии, недоступные уникуму в их обществе. Деора была выродком, по факториалским понятиям, и не принадлежала ни к одной из семей. Однако девушку это не волновало. Она бы ни за что не променяла звёзды на сомнительное факториалское счастье, а интересную работу – на быт, сад и рутину. А в остальном… Всё, на что разведчица могла рассчитывать, это стать корабельным советником при консорциуме или компаньонкой дулуза. Дулузы уважали новизну и индивидуальность. Вот только Деору не привлекали «длинные подбородки»*…

А тут, раз, и невеста! Не настоящая, но забавно.

– Значит, жениться совсем не хочешь?

– Я ведь бакенщик, уже два года. И даже если проработаю половину срока, то всё равно отравлен на всю жизнь. Знаешь, кто родится у бакенщиков?

Деора замотала головой.

– Уроды! Мутанты.

– Я тоже мутант…

Так полагали на Факториале.

– … И ненавижу это слово!

Скай изучил её с головы до ног и рассмеялся.

– Тебе смешно?

Смех оборвался.

– Поверь. Если бы ты увидала тех мутантов, то не причисляла бы себя к ним. Некоторые умирают в младенчестве. А те, кто выжил… Я бы никому не пожелал такой участи…

– Постой! Так они живут среди вас?

Деора вспомнила незнакомца с жуткими глазами.

– Только дети. А взрослые – далеко отсюда в закрытом городе Кии… Родители мутанта до последнего уповают на чудо. Проходят дорогостоящее лечение, тратят сбережения на плоды озоройки и даже заводят фермы, но… В конце концов, все мутанты попадают в город Кии…

– И какой он?

– Это колоссальная башня, утыканная штырями… Только представь! Тёмный параллелепипед возвышается среди пустыни на фоне жёлтых песков и красных огневиков.

Деора прерывисто вздохнула.

– Ну, как? – поинтересовался Скай.

– Жутко и… красиво.

– А мутанты ещё и плодятся, бесконтрольно. Поэтому, я лучше отработаю срок и уйду в монастырь, как многие бакенщики.

– Это тоже башня? – машинально спросила Деора.

– Три башни. Три высоченных коноида* в центре озера, окружённые лесом… Рассказывают. Туда не пускают никого, даже охотников. Только бывших бакенщиков. Но большинство умирают, не протянув и двух лет, после...

Деора поёжилась и заторопилась.

– Пойдём отсюда! Пообедаем с твоей мамой, а завтра…

Чем раньше она выполнит его условие, тем быстрее он починит её космолёт. Или хотя бы робота. И она улетит отсюда, навсегда.

Только бы всё получилось!

Деора выскочила из дома поперёд Ская. Благо, научилась открывать двери.

– Эй, погоди! – он впопыхах запер конус и догнал её у кольца. – Можно, я возьму тебя под руку?

– Зачем?

– Так убедительней. Все увидят… А кое-кто и матушке доложит.

– Ладно, бери…

Тут Деора вспомнила, о чём хотела спросить.

– А что это за кольца?

– В основном, входы в подвалы и подфаэтные коммуникации, – он взял ладонь девушки… Рука у него была твёрдая и шершавая… И мягко положил себе на предплечье. Так Деора обнаружила, что забыла перчатки…

– Одно время там прятались мутанты, пока охотники всех не извели…

Парень умолк, словно задумался о чём-то своём, и Деора вопросительно заглянула ему в лицо.

– Вроде бы раньше у колец было иное предназначение… Я слышал, что это трубы, пронзающие планету насквозь. Скоростные туннели на другую строну Фаэтона… Пошли, а то опоздаем. Темнеет сегодня рано.

Бакенщик смотрел на тускло мерцающий в зените Гелиос.

– Будет холодно. И снова тепло.

– Пока что тепло, – заметила девушка. – Относительно.

Снег вокруг таял, образуя грязные лужицы… И Деора со Скаем направились туда, где поднимались в небо островерхие башни. Прохожие встречались теперь чаще. Среди них были и женщины, некоторые приветствовали Ская, с любопытством косясь на Деору. А она поглядывала на них.

– А среди бакенщиков есть женщины?

– Немного… Жребий тянут взрослые бездетные мужчины, начиная с двадцати четырёх лет и старше.

«Ему двадцать шесть, – мысленно подсчитала Деора, – если не соврал про два года».

Со слов Ская она быстро поняла систему местного исчисления времени. Гелиос совершал полный виток вокруг Фаэтона за тридцать шесть суток. А годом здесь принято считать десять таких оборотов.

– В некоторых случаях, на Гелиосе работают и женщины. По своей воле.

– В каких случаях?

– По-разному… Замещают так своих братьев и сыновей… Если других детей нет. Подают прошение в Синод. Но таких мало. Здесь в основном подруги бакенщиков.

Деора нахмурилась.

Вот так, находишь мир с такими же уникумами-человеками, как и ты, а он не внушает тебе доверия. Радоваться не получалось.

Стало неуютно, хотя мета-робиконы старались вовсю…

Заметив, что девушка сникла, Скай попытался её подбодрить:

– Всё не так плохо. Иной раз бакенщики так и проводят срок в резерве, ни разу не попав на Гелиос. Либо, всего пару раз, заменяя других во время болезни или праздников… Это не страшно.

– Ты ещё так молод! – вырвалось у Деоры. – А уже себя приговорил…

– Это не так, и… Кто-то же должен. Иначе, все умрут.

– Наверное.

Они завернули за следующий конус, и Деора снова вспомнила.

Ночной незнакомец!

– Дарк...

– Откуда ты знаешь это имя? – удивился Скай. – Ты ж не местная.

– Да так… Услышала мимоходом. Не важно.

– Есть лишь один Дарк, которого я знаю. Дарк Нэмор – учёный. Недавно здесь. Работает над проблемой бакенщиков.

– Как?

– Радеет о нашем здоровье. Думает, как нейтрализовать излучение или найти лечение… Синод его поддерживает.

– Он живёт в посёлке?

– Неподалёку от меня. В коноиде* у него лаборатория… – Скай резко остановился, так, что Деора запнулась, и пристально взглянул на девушку.

– Ты случайно с ним не с одного неба упала?

– А что, похоже?

– Он тоже появился внезапно и ниоткуда, как и ты… Говорит, что прибыл издалека.

– А он… Человек?

Скай задумался.

– Выглядит как человек. Загадочный и чудаковатый…

Деора тотчас уцепилась за эту мысль, Значит, где-то ещё обитают уникумы, а не только на этой планете… От волнения стиснула Скаю локоть… Впрочем, парень не возражал, и они двинулись дальше. Миновали последние ряды конусов и подошли к городской окраине. Посёлок кончился, и перед ними раскинулся Нижнеград.

Примечание:

«Длинные подбородки»* – прозвище дулузов, за некоторые особенности их внешности.

Коноид* – название домов-конусов в посёлке и монастыре бакенщиков.

Глава 8

– Нижнеград! – объявил бакенщик.

Где-то высоко шумели деревья, наполняя округу запахом мокрой листвы.

Скай с Деорой быстро преодолели несколько улочек из увитых растительностью параллелепипедов, где на плоских крышах колыхались целые рощи, и вышли на широкий проспект. Широкий – относительно других улиц, с рядами высоченных домов-башен в форме рассечённых конусов…

Вскоре Деора заметила, что в городе, по существу, нет прямых улиц. Даже по проспекту дома стояли как-то волнообразно…

Но первое, что бросилось в глаза – это причудливые деревья с ползучими ветками. Они росли посреди дороги, и даже на козырьках и карнизах домов. Тех самых карнизах, что девушка издали приняла за окантовку. Вдобавок каждый выступ украшали разноцветные фонарики. А гибкие ветви заплетали стены, формируя растительные арки над дверными пластинами.

Второе – она не заметила на улицах крупного транспорта. Люди, как Скай именовал толпы уникумов, передвигались в основном пешком. Либо на самокатах… Деора понемногу узнавала новые слова. Некоторые раскатывали в ботинках на колёсиках. Деора недолго думая нарекла их роллоботами.

– Привилегия курьеров и мальчишек, – пояснил Скай. – А рикреты для групповых перевозок.

Неудивительно, что дорога перед ними отличалась ровным и твёрдым покрытием, без малейшей выбоинки, бугорка или рытвинки. И ни единой травинки.

– Но ведь это медленно!

– Что?

– Ходить пешком. А если на другой конец города?

– Поверь, это не так далеко. Город стремится ввысь, а не вширь.

Действительно. Недаром вокруг так много лестниц, подъёмников и мостов.

– Посмотри вверх.

Наверху от дома к дому ходили люди, пересекая проспект. И не по воздуху, а по желтоватым фотонным дорожкам. Так бакенщик называл мерцающие переходы между домами. Световые мосты появлялись и исчезали прямо над головами прохожих.

Деора во все глаза таращилась на ноги, шагающие по полупрозрачным дорожкам. Теперь-то она понимала, зачем жительницы Ксирона носили под юбками брюки. Хотя в целом одевались элегантно, не то, что женщины Акополиса…

В центре проспекта, возле пёстрых магазинчиков, где торговали всякой всячиной, Деора и Скай поднялись по наружной лестнице одного из зданий. И через три пролёта сели в подъёмник.

– Нам – в Среднеград, – сказал бакенщик. – Там я жил раньше.

– А в Вышеграде кто живёт? – поинтересовалась девушка, разглядывая верхние этажи и острые верхушки.

– Богачи, монополисты и Синод, – ответствовал Скай.

Подъёмник остановился и выгрузил их вместе с другими пассажирами. Тут же кто-то активировал мост, надавив красную панель на стене.

– Матушкин блок-этаж на той стороне, – сообщил бакенщик и первым ступил на светящуюся дорожку. И хотя она казалась довольно широкой, Деора забоялась.

– Смелее, – улыбнулся Скай и подал ей руку. – Здесь одностороннее движение.

Разведчица двинулась осторожно, с опаской, мелкими шажками, стараясь не смотреть вниз. Всё-таки этажей пять они проехали, если не больше… Сердце замерло и ухнуло куда-то в подреберье… Однако бакенщик крепко держал её ладонь, да и мост под Деорой не рассеялся. Световая дорожка, несмотря на явную эфемерность, оказалась на редкость надёжной. Хоть прыгай! Что Скай и проделал на середине моста – попрыгал на глазах у изумлённых горожан. И девушка с готовностью призналась ему, что поражена.

– Такие высокие технологии.

Причём, в буквальном смысле...

– Остались от предков, – нехотя пояснил Скай. – Мы их не создавали. Знаем только, как это работает, и обслуживаем.

Деора и это взяла на заметку…

С моста они попали на козырёк, а оттуда в арку.

– Сквозная. Нам на следующую улицу...

Арка закончилась, и они повернули налево, прошли немного по открытой галерее, протянувшейся вдоль стены, и опять ступили на мост. Но прежде чем попасть на другую сторону, Скай остановился на дорожке и показал Деоре башню Синода, окаймлённую балконами. Её шпиль терялся где-то в облаках…

Заодно Деора отметила ещё одну особенность Вышеграда – статуи и барельефы на стенах, парапетах, карнизах, козырьках и балконах. Они изображали людей, красивых людей, заключённых в лучистые абрисы… Уникумы словно застыли в движении и тянули руки к небу на фоне маленьких солнц, какими их рисовали дети в забытом мире Деоры… Почему-то это воспоминание неизменно возвращалось к ней...

Внимание разведчицы также привлекла и башня, справа от Синода, на том же блок-этаже. Верхушка как бы сплошь состояла из огромных окон… Внезапно в одном Деора заметила яркую белую вспышку… Всего на несколько секунд, а затем та пропала.

– Что это?! – воскликнула девушка, указывая на башню.

И внутри неё тоже как будто вспыхнуло и отозвалось неясной тревогой…

– Большой архив, – ответил Скай, который вспышки не видел. – Пошли.

Они не заметили, как на мосту стало людно, и теперь всем мешали.

– Послушай, – забеспокоилась Деора уже на противоположной стороне. – А вдруг мост отключится или разверзнется под ногами? Такое бывает?

– Ни разу не случалось, – успокоил девушку бакенщик. – Мост держится, пока хоть кто-то стоит на нём… Прошу!

И Скай убрал перед Деорой дверную пластину в глубине широкой полукруглой площадки.

Глава 9

Дарк спохватился и отошёл от окна… Он слишком устал и мог обнаружить себя в минуты волнения, отчаяния или злости. Конечно, фигура в окне не различима, но вспышку заметит любой. Даже в отсутствие других астроморфов, рисковать не стоило. Тысячелетие заканчивалось, и они могли нагрянуть в любой момент. Дарк всё чаще просыпался в ужасе после очередного кошмара и ощущал – они близко… Кто-то из них. Он не разучился чувствовать, проведя столько времени в бегах, вдали от своих.

«Своих! – Дарк усмехнулся. – Своих ли?»

В последней войне он потерял многих. А главное – брата… Но теперь нашёл и отступать не намерен.

Мужчина решительно вернулся к столу и вновь склонился над историческими текстами и научными документами.

Дарк много часов проводил в архиве. Гораздо больше, чем мог себе позволить. Он искал, готовился и спешил. Ведь следующая смена должна стать последней. А он так ни к чему и не пришёл!

Дарк лихорадочно пролистывал древние книги, оставленные здесь за тысячу лет до его появления. Выписывал нужное, чертил схемы и выводил формулы. Он понимал, что мало вытащить брата. Надо ещё вернуть его к нормальной жизни, избавив от пагубной зависимости… Если не поздно!

Он не хотел об этом думать и с усиленным рвением принимался за работу, бормоча под нос:

«Астероны, кразоны…».

Дарк провёл на Фаэтоне полгода. И за это время не слишком преуспел. Приручил отдельных членов Синода и прибрал к рукам исследования, связанные с гелиоранием. А что ему это дало?.. Когда-то он был способен и на большее, но… Он забыл своё подлинное имя! Имя – приводящее в трепет врагов. Дарк Нэмор – так к нему теперь обращались. Он – никто. Дарк свыкся с этим, как привык и скитаться… Но вдруг обнаружил то, что искал много веков подряд. Дёрнул вселенские рычаги, потянул за космические ниточки…

«Думай, Дарк… Думай! Для того ты здесь. Чтобы спасти его».

Он склонился над очередной задачкой.

«Итак, свободные астероны испускаются в результате реакции… Излучение! Вот… Астероны накапливаются в организме. И надо попытаться их оттуда извлечь в первозданном виде… Но как?.. В шахтах не вариант. Лучше о них забыть… Нет! Оставить как запасной план… Но, как брату вернуть былую концентрацию… Только собрав астероны у носителей… Как? Снова тупик! Я в тупике! Как и полгода назад… Попробуем обратится к истокам. Они ведь умели, тогда…».

И Дарк углубился в историю. В здешних книгах её излагали иначе, но он читал между строк, и кое-что помнил…

Огонь звёзд озарял вселенную, а человеческий разум подпитывал её. Разные измерения, чуждые реальности… Потом всё смешалось в Изначальной Битве.

Как и многие из его поколения, Дарк знал лишь конец и последствия Битвы. Как и многие – дети той войны… Лишь недавняя схватка больно врезалась ему в память. Ведь они с братом сражались там – на стороне Эгинхарда…

Зачем они последовали за ним? И где сейчас Эгинхард?.. Прячется, как и все остальные, кто выжил и не попал в плен. А Эгинхард мог бы помочь…

Дарк тоже скрывался, избегая других астроморфов. Но не уберёг брата… Его схватили враги, разгромив войско квазара в скоплении Глосса – последнем оплоте восставших…

И тогда Дарк взял себе новое имя. Едва ли кто-то из прежних недругов или союзников сейчас бы узнал его…

«Астероны, апейроны… Кразоны!» – Дарк словно бегал привязанным по кругу, и ему начинало всё надоедать.

Как избавить брата от реактивной зависимости и вернуть ему силы?.. Как помочь гиганту его класса быстро восстановиться? И… Альтернатива! Где взять альтернативу? Хотя бы на время, чтобы успеть замести следы. А их будут искать! Безо всякого сомнения. И нет никакой замены…

Дарку было плевать, что случится с планетой и её обитателями после их исчезновения. Фаэтонцы и так обречены. Но если он не придумает, как отвлечь тюремщиков, ослепить ненадолго, усыпить бдительность… Им с братом не оторваться и не спрятаться. Наверняка они пошлют сюда самого из самых… Когда-то и Дарк считался таким…

Он исписал формулами кипу листов и крышку стола. Забылся в пылу изысканий, повторяя, как заклиная:

«Астероны, кразоны, апейроны, прометоны… Прометоны!? Спокойно… Это оно. Если повысить уровень прометонов и создать дисбаланс…».

Вот, где кроется разгадка! В прометонах… Лучше проверить. Добыть элементаля, или двух. Обследовать бакенщиков, недавно вернувшихся со смены… Следующая – через восемнадцать суток, и станет последней… Времени осталось так мало! А голова пухла… Но где-то на горизонте забрезжила слабая надежда…

Дарк вскочил, схватил со стула куртку и окинул взглядом полутёмное хранилище. Скользнул глазами вдоль стеллажей с книгами…

Нет! Это подождёт! Сперва элементаль…

Скоро как раз стемнеет. Дарк знал, что с наступлением темноты они летают через пустошь, за катапультой, и над равниной. Да! Равнина подойдёт. Наиболее близкое место по маршруту их миграции. Пока не разогнали охотники. Выбирай любого. А ему необходим самый яркий. Пора устроить засаду.

И мужчина выскочил на верхоградскую площадь. Заодно развеяться и подышать воздухом.

Глава 10

Ничего хорошего от предстоящего обеда Деора не ждала. Но за возможность улететь отсюда пообедала бы со всем альдаредским воинством. Однако люди, сидящие с ней за одним столом, напрягали её куда больше, чем суровые вояки Альдареда в совокупности. Приходилось взвешивать каждое слово, прежде чем открыть рот и что-нибудь брякнуть.

Вот бакенщик удружил!

Голова трещала от непрерывных дум. Но, как бы там ни было…

«Ты чересчур много думаешь, Деора», – частенько говаривал инструктор.

В конце концов, девушка прикинулась дурочкой и глупо улыбалась. Так было проще!

Всё-таки матушка Ская – Стелла вызывала у Деоры симпатию. По крайней мере, раздражала меньше, чем остальные. Довольно приятная, моложавая и улыбчивая. Она благосклонно принимала «невесту сына». Заговаривала о погоде в Акополисе, предлагала отведать «это, это и то…». Пока, благодаря ей, у Деоры не скопилась полная тарелка всякой всячины. Ела девушка с осторожностью, памятуя об утренних «плодах».

Вот если кто и бесил Деору, так эта куколка напротив. Скай представил её как Эльзу Трампли. Миловидная дочурка местного эксплуататора. Завитая, надушенная и наряженная по последней моде… Вернее, Деора решила, что по последней. Костюмчик Эльзы не в пример разноцветным мешкам «суженой из Акополиса» отличался элегантностью, удачно подобранной цветовой гаммой и сидел как влитой… А сама Эльза не упускала возможности облить Деору презрительно-насмешливым взглядом. И даже вставила несколько фраз о том, что «мода так никогда и не доберётся до крестьян». В остальном же, была подчёркнуто вежливой. Улыбалась и щебетала, разговаривая в основном с матушкой Ская, но иногда и с мужчинами, а к Деоре обращалась исключительно в форме «подай-передай». Пока разведчица не решила, что ей это надоело, и неуклюже опрокинула солонку в салат «дочери капиталиста». Нечаянно.

Скай, конечно, извинился.

«А чего вы хотели от деревенщины? – злорадно думала Деора, с невинной улыбкой протягивая Эльзе стакан воды. – Не знаю я, чего у вас тут принято».

Об этом инциденте вскоре забыли. И, наверное, Скай постоянно говорил что-то смешное. Поскольку Эльза всякий раз хихикала, кокетливо закатывая глазки, а потом и стреляя ими же в сторону бакенщика. Но едва девица Трампли встречалась глазами с Деорой, как взгляд её делался студёным и колючим. Как кислотные айсберги Эагона…

Зато отец Эльзы – Чарлис Трампли, седоватый и поджарый, вёл себя с Деорой нейтрально. Вскользь упоминал о каких-то урожаях, при этом откровенно заигрывая с матушкой Ская. Деора что-то мямлила в ответ, а лучше бы и не отвечала. Урожаи интересовали монопольщика постольку поскольку – сугубо для поддержания беседы. Разведчица вскоре заподозрила, что её никто не принял всерьёз, чего бы там себе не думал Скай…

Но Скай, похоже, не думал. Или ему было плевать, что думают остальные. Он подчёркнуто заботливо ухаживал за девушкой весь обед. То напитка подольёт, то прядь волос за ухо заправит… Деора потихоньку стервенела, и жалела о том, что сняла шапку.

«Как там мои метаробиконы?! Проголодались?»

Да ещё этот наглый бакенщик периодически наступал «невесте» на ногу. Если Деора пропускала мимо ушей адресованные к ней вопросы. Но чаще попросту отвечал сам. Некоторых реплик инопланетянка вообще не понимала. Культурных бесед вести не умела. Фривольных тоже. Она так и не научилась различать их по рангам факториалского этикета. Деловые – то ли дело. Там всё ясно.

В итоге, разведчице это наскучило. Особенно когда она рискнула доесть всё, что лежало в тарелке, а Стелла, Эльза, Скай и Чарлис затеяли совместную болтовню. Обсуждали какие-то перспективы. Значит, беседа велась культурная – о живописи или архитектуре, либо прогностическая – о будущем… Что-то из двух. И поскольку Деора не особо преуспела в перспективах, то, не мудрствуя лукаво, занялась созерцанием интерьера.

Обедали в просторной квадратной зале с балконом, где помимо круглого стола на ножке, шкафов по углам, полочек на стенах и длинного дивана, мебели больше не было. Зато росло множество цветов – в горшках и в кадках. Они стояли на полках, шкафах, на полу и в нише над диваном. Заплетали цветущим ковром стены и потолок. И сладковато благоухали на всю комнату. В какой-то момент Деоре показалось, что она сейчас задохнётся…

И цветы тоже её нервировали. Хотя она в принципе ничего не имела против цветов. А каждая факториалская женщина была обязана любить цветы. К этому факториалок приучали с детства. К возрасту замужества любая приличная девушка из уважаемой факирской семьи должна непременно взрастить свой сад. Если собирается замуж. Садоводческое искусство впитывали с гормонами матери и развивали в ходе взросления. По красоте, ухоженности и разнообразию девичьего сада определяли, какой она будет женой и матерью…

Деора фыркнула. Она не была факториалкой и не разбиралась в декоративных цветах. Ни в горшках, ни на клумбах, ни в букетах. Особенно в букетах. Они чахли, вяли и воняли. Иное дело – дикие, не скованные условностями дизайна…

– Что с тобой, дорогая? – наигранно обеспокоился Скай.

Наверное, фыркнула слишком громко. Заметив, что и другие на неё уставились, Деора вскочила.

– А… Мне бы выйти, – и многозначительно посмотрела на Ская. Тогда он поднялся, приблизил губы к её уху и прошептал:

– Гигиеническая установка – прямо по коридору, направо за… Я провожу.

Эльза поморщилась, не преминув заморозить обоих своими зелёными айсбергами.

– Не надо! – запротестовала Деора. – Сама найду.

Если бы Скай отправился с ней, она бы силой усадила его обратно. Но бакенщик лишь кивнул и сел.

– Спасибо, – поблагодарила Деора.

Какая гигиена? Она с радостью вырвалась из блока на свежий воздух. Двери-то открывать умела и дорогу запомнила. Выскользнув из полутёмной арки, девушка уселась на карниз, рядом с кривым деревом. И с наслаждением смотрела, как заходит бело-голубой Гелиос, высветлив и посеребрив крыши. Тени удлинялись и ложились ровнее…

Внезапно в голову взбрела шальная мысль. Деора вернулась туда, где Скай показывал ей башню Синода, и включила мостик. Ещё раньше она заприметила на той стороне лестницу, увитую гибкими побегами, и сразу направилась к ней.

Чем выше разведчица поднималась, тем прохладней и яростней становились порывы ветра. Лестница вывела её на козырёк, а оттуда – по такой же светящейся дорожке к подъёмнику. Всю дорогу девушку сопровождало лёгкое гудение. И этот звук отчего-то вселял уверенность, что свечение не прервётся под ногами.

На площадке подъёмника Деора задержалась и вдохнула полной грудью. Полюбовалась на объятые закатом макушки башен, и серебристое небо… С заходом Гелиоса оно приобрело сиреневатый оттенок. Из-за луны-солнца, охваченного по контуру синевой. И синева волнами расплёскивалась по горизонту…

Вдоволь налюбовавшись, Деора шагнула в кабину подъёмника и растерялась… Кроме стрелок – указывающих вверх, вниз или вбок, на зелёной панели вертикально располагались неизвестные символы… По три в ряд. Поднимаясь в Среднеград, охваченная впечатлениями девушка, не успела отследить, какие именно нажимал Скай. И теперь надеялась, что логика этого мира в чём-то похожа на её собственную, хотя бы частично… Ведь Деора точно знала, куда хочет попасть.

Она нерешительно подняла руку, секунду помедлила и коснулась третьего верхнего символа, изображавшего солнце. Кабина тронулась, так неожиданно, что Деора едва успела схватиться за поручни. Ветер зашумел в ушах… И вскоре разведчица с любопытством ступила на плиты Вышеграда.

Глава 11

Интересующие Деору башни оказались на другой стороне. Девушка поколебалась немного и двинулась вдоль стены в поисках заветной «красной кнопки». На ходу она рассматривала барельефы, проводя ладонью по выпуклостям и очертаниям. Пока не очутилась в открытой галерее. Лишь там сообразила, что Вышеград пуст. Ни единого прохожего. В отличие от Среднеграда, где тут и там мелькали головы со спинами идущих и взбирающихся по лестницам. Вероятно, можно и отсюда различить их на нижних уровнях… Но смотреть вниз Деора побаивалась.

До самого конца галереи она так никого и не встретила. Галерея вывела её на широкий выступ под сенью каменного моста, что изгибался высоко над головой величественной аркой.

Деора огляделась и обнаружила в нише красную панель. Активировала дорожку… Но не успела сделать и шагу, как ветер разошёлся и принялся трепать юбку. Что существенно замедляло передвижение. Хорошо ещё, Деора не взяла накидку. Эко-костюм защищал от холода, но руки стыли без перчаток. Да и шапка сейчас бы не помешала. Ветер ерошил волосы, и девушка замучилась убирать их с лица.

Разведчица прикинула расстояние. Эта улица значительно уже проспекта. И если абстрагироваться от высоты, то можно перебежать быстро. А на той стороне призывно распахивала зев тёмная арка. Но едва Деора поставила ногу на дорожку, как сзади послышалось:

– Ваш пропуск!

Девушка вздрогнула и обернулась. Дверная пластина, ранее не замеченная, теперь уехала вверх. И в проёме возник громила в чёрном. Такой необычный контраст с разноцветьем здешнего мира встревожил Деору.

– Пропуск, – бесстрастно повторил субъект в чёрном.

– Что? – девушка мелкими шажками отступала к середине дорожки.

– Ваш вышеградский пропуск…

Этого она не учла.

– Э-э…

Деора не придумала ничего лучше, чем развернуться и бежать. Даже если «чёрный человек» бросится в погоню, она надеялась ускользнуть, нырнув в арку, и затеряться в лабиринтах лестниц и улиц… Но девушке вслед донёсся сердитый окрик:

– Стой! Не то, отключу фотонизатор!

Деора застряла посреди светящейся полосы – ни туда, и ни сюда. Туда – страшно. Вдруг и правда отключит, а она не успеет достичь карниза. Сюда тоже. Неизвестно, что в Вышеграде делают с людьми без пропуска…

В очередной раз Деора пожалела, что простым разведчикам не положено иметь портативного оружия. Только пушки, встроенные в космобилле, чтобы отстреливаться от патрулей Альдареда, если нарвёшься… И даже в этом случае выгодней удирать, чем палить по бронированным амфибам… Что касается бегства, то здесь у Деоры накопилось гораздо больше опыта, чем в ситуациях высадки на чужие планеты. Обычно разведчики спектрографировали полезные ископаемые непосредственно из космоса и приборами наносили на карту. Какие уж тут пушки… Пушки!?

«Мост держится, пока хоть кто-то стоит на нём…» – вспомнила Деора слова бакенщика.

Конечно! Этот громила запросто взял её на пушку. При таких экстремальных технологиях определённо предусмотрены меры безопасности.

– Иди сюда! – позвал чёрный тип, заподозрив неладное по тому, как замешкалась девушка.

По логике вещей, нельзя вот так просто отключить фотонный мост вручную и кому попало. Ведь от надёжности этого устройства зачатую зависело столько жизней. Иначе, любой психопат легко отправлял бы людей в небытие, пачками. Оставалось лишь уповать, что логика Деоры подобна образу мыслей фаэтонцев. И девушка ринулась на ту строну, в нутро спасительной арки, забыв о боязни высоты… Но она не добежала, резко затормозив всего в паре шагов от карниза, где заканчивалась световая дорожка… Навстречу ей из арки выступил ещё один незнакомец…

– Грэхо, что происходит? – громко поинтересовался он, и Деора сразу узнала этот голос.

Баритон!

– Нарушительница, одо* Дарк, – ответил громила.

Дарк!

Мужчина, в отличие от громилы, носил серый свитер и белые брюки, а в руках держал куртку, тоже белую. Но и от этой световой гаммы девушке не полегчало. Более того, ощущение ночного ужаса вернулось и сковало настолько, что она бы предпочла угодить в лапы Грэхо, чем шагнуть вперёд… А Дарк отличался более приятной наружностью, чем громила. И стоял намного ближе…

Дарк!

Тёмная вьющаяся прядь упала на лоб. Чёрные как ночь глаза выглядели тёмными пятнами, притягивая, сокращая и поглощая пространство между ним и… Деора попятилась. Мужчина смотрел на девушку так, будто увидел что-то невероятное…

– Взять её? – уточнил громила. – Одо Дарк?

– Нет, всё в порядке, – тот встряхнул головой, словно опомнился и крикнул охраннику:

– Сам разберусь! Эта юная особа ко мне! Ступай…

Деора обернулась, опасаясь ловушки… Но Грэхо и впрямь скрылся в проёме, и дверная накладка опустилась за ним. Неужто путь свободен? У неё появился шанс удрать…

– Не так резво, – таинственный незнакомец мигом разгадал её намерения и протянул свободную руку. При этом рукав свитера туго обтянул плечо.

– Давай-ка сюда… А то и вправду отключу фотонизатор.

Деора отпрянула и замотала головой.

– Не веришь? Зря. В отличие от Грэхо у меня есть доступ.

И Дарк уверенно открыл красную панель сбоку на стене.

– Ну же! Я не стану ждать вечно… Уверяю, полёт тебе не понравится, особенно в конце.

Но Деора не двигалась с места, хоть и боялась. Почему-то этот незнакомый мужчина представлялся ей ужаснее самой смерти. От него так и веяло опасностью и…

– Считаю до…

«Да они сговорились! – внезапно обозлилась Деора, переполняясь небывалой яростью. – Сколько можно так угрожать?!»

– Вот ты себя и проявила, – торжествующе определил Дарк.

Примечание:

Одо* – обращение к старшему по социальному рангу, принятое на Фаэтоне. Означает что-то вроде – «главный» или «господин».

Глава 12

– Эй, Дарк!

Сердце Деоры радостно забилось. Девушка обернулась и вздохнула с облегчением. Там, откуда недавно ушёл громила, стоял бакенщик.

– Что случилось?!

– Это моя проблема. Не мешай, парень. Если нет пропуска…

– Пропуск-то есть. А ты пугаешь мою невесту.

– Что? – Дарк рассмеялся. – Она твоя невеста?

– А не похоже? – усмехнулся Скай и позвал девушку. – Иди сюда, дорогая. Ты со мной. Пропуск на двоих… Дарк, ты не можешь её задерживать.

Деора кинула мимолётный взгляд на Дарка и перебежала по мосту обратно, на другую сторону. Там она вцепилась в спасительную ладонь Ская, и тот привлёк её к себе. Мужчина за мостом не шелохнулся. Он смотрел на Деору, а теперь ещё и на бакенщика.

– Откуда у тебя пропуск, Скай?

– Заботами Трампли. Он женится на моей матери. Не знал?

– Я сплетен не собираю, – отрывисто произнёс Дарк, продолжая пялиться на Деору, как охотник на добычу, улизнувшую в последний момент, но неокончательно...

– Свадьбу официально объявили.

«Вот это да!» – подумала разведчица, а Дарк лишь усмехнулся.

– Привет архивариусу! – Скай подмигнул ему и добавил. – Пойдём, дорогая.

Он стиснул талию Деоры и потащил её в сумерки галереи. А Дарк просто стоял и смотрел им вслед. Девушка украдкой оглядывалась и видела, что он всё ещё там…

Всю дорогу Скай молчал и на Деору не смотрел. Но как только они спустились в Среднеград и добрались до нужного блок-этажа, бакенщик повернулся к девушке и сердито высказался:

– Никогда не ходи в Вышеград одна.

– Я… – начала Деора и вскрикнула, испуганно отшатнувшись от парня, потому что его глаза вдруг засияли… Не так, как у Дарка, не страшным белым светом, не сверкнули, а именно засияли. Мягкое голубое свечение струилось оттуда и тоже пугало, до жути.

Скай всё понял, спохватился и прикрыл глаза ладонью.

– Не бойся, – прошептал он. – Это скоро пройдёт…

– Что это? – тоже шёпотом спросила она. – Ты – мутант?

– Нет… Но это последствия облучения.

– У всех бакенщиков так?

– Нет, не у всех и не всегда. По-разному проявляется. Я недавно со смены и… Мне не стоило любоваться Гелиосом на закате. Это как-то влияет… – парень замялся и смущённо закончил.– Он словно зовёт меня.

– Это плохо?

– Как сказать, – Скай отнял ладонь от лица, и улыбнулся. Он вновь смотрел на Деору обычными глазами. – Кое-кто из старых бакенщиков говаривал, что это хороший признак. Так организм лучше перестраивается и приспосабливается. Значит, я выживу. Но иметь нормальных детей уже не смогу. Никогда…

Деора прерывисто вздохнула.

– А Стелла знает?

– Я никому не говорил… Всё из-за эмоций. Я волновался.

– Честно? Обо мне? – шутливо спросила она.

– Отчасти… Зачем ушла?

– Просто… Надоело сидеть там и слушать ваши милые беседы.

– Милые беседы? А я, между прочим, намекнул Трампли, что тебя интересуют катапульты. Он же ими владеет и любит о них поговорить. Только спроси.

– Тогда пойдём, –и Деора решительно двинулась к блоку Стеллы.

– Без меня не войдёшь, – рассмеялся бакенщик, догоняя её и открывая дверь.

И напрасно он беспокоился. Никто не заметил длительного отсутствия Деоры. По крайней мере, не удивился при её появлении.

Все расположились на диване, перед маленьким столиком. И Стелла как раз подавала взвар с кремовыми рулетиками. Пирожные разведчицу не привлекали, а вот катапульты… Пока Эльза Трампли пробовала воздушные цветочки, манерно вытянув губки, Деора подсела к её отцу и спросила о катапультах. Как и советовал Скай.

– Прелестная, дева, – Чарлис маленькими глоточками допил взвар и с удовольствием приготовился рассказывать. – Это редкость, для юной особы, интересоваться такими вещами.

– Потому что я из Акополиса? – простодушно спросила Деора.

Она наконец-то ощутила себя в своей тарелке. Предвкушая деловой разговор на важную для неё тему.

– Юная дева! Ничего такого… Я рад, мне лестно. Но обычно, девушек в вашем возрасте интересует совсем другое… – Чарлис покосился на дочь. – Любовь, цветы, романтика…

– Я же из Акополиса, –пожала плечами Деора. – Там не до романтики. И… – она выразительно взглянула на бакенщика и расплылась в улыбке. – У меня есть Скай.

Эльза поперхнулась, закашлялась, и подоспевшая матушка засуетилась вокруг. То, наливая водички, то, подавая салфетку. А папашка Трампли хлопал дочурку по спине. Бакенщик почему-то осуждающе посмотрел на Деору и покрутил головой. Она же состряпала невинную физиономию. Эльза всё-таки прокашлялась.

– Ты в порядке, дочь? – заботливо осведомился Чарлис.

– Да… Скай, можно с тобой поговорить?

Они скрылись в соседней комнате. Стелла отправилась на кухню за новыми пирожными. А Деора наконец-то целиком заполучила Трампли в качестве рассказчика.

– У каждого транспортного снаряда персональный магнитный коридор, – с упоением вещал транспортный магнат. – Он связывает между собой две магнитные установки с магнетонами – катапультирующую и принимающую. Снаряды перемещаются по коридору посредством механизма отталкивания-притяжения, за счёт правильно заряженных магнетонов, образующих трио. Один магнетон установлен на снаряде. Отталкивающий момент обеспечивается одноимённым зарядом, а разноимённо заряженный – противоположный осуществляет притягивающий момент. И заряды магнетонов мощнее гравитации Фаэтона…

– И сами установки не притягиваются?

– Они слишком тяжелы для этого, – снисходительно заметил Трампли. – И диспетчер регулирует мощность. Как только снаряд отталкивается от первого магнетона, тот отключается. Снаряды подаются с перерывом, необходимым для безопасного движения…

– А скорость?

– Скорость зависит от усиления отталкивательно-притягивающего момента и величины снаряда. Пассажирские медленнее грузовых… А когда снаряд на подходе, притяжение магнетона соответственно регулируется. Снижается для плавной состыковки… Когда снаряд в начале пути, возможно ускорение. К примеру, до геллариума…

Деора выяснила много познавательного для себя, но так и не определилась до конца – сопоставимы фаэтонские технологии с факториалскими или нет… Поразмыслив, сделала печальный вывод, что скорей всего нет. Но отрицательный результат – тоже результат…

После, гости поели ещё пирожных. Тем временем, окно затянулось непроницаемой плёнкой. Это означало, что снаружи темно.

– Нам пора, – засобирался Скай. – Мама, всё было вкусно…

Эльза погрустнела, а Деора обрадовалась. Она чувствовала себя уставшей, хотя по её внутренним ощущениям день ещё не закончился…

По пути в посёлок разведчица пыталась определить по звёздам расположение Фаэтона. Однако небо снова заволокло тучами… Скай пригляделся к ним и сказал:

– Завтра с утра пойдём, если дождя не будет. В слякоть на равнине делать нечего.

– Мы пойдём в любом случае, – заявила Деора. – Я выполнила твоё условие.

– Хорошо, – согласился бакенщик. – Не растаем, так в грязь засосёт.

– А лучше бы тогда сегодня, – намекнула Дора. – Вдруг и вправду польёт, и всё размокнет.

Вопреки заверениям бакенщика, разведчица опасалась любителей лёгкой поживы. А космобилле просто лакомый кусочек для таких…

– Сейчас не пойдём, – покачал головой Скай. – Если нам дорога жизнь.

– А что такое? – нахмурилась Деора.

– Ночью равнины между посёлками и городами во власти элементалей.

Скай помрачнел, и Деора встревожилась.

– Элементали?

– Потомки мутантов. Днём они прячутся в пещерах и трещинах, а ночью заполоняют равнину…

– А они не испортят мой космолёт?

– Ты ненормальная, – усмехнулся Скай. – Какой-то аппарат тебе дороже жизни?

– Это не какой-то аппарат, а гарантия моего выживания, – возмутилась Деора. – Он – всё, что у меня есть! Ели я его угроблю, с меня взыщут. Космобилле принадлежит корпорации, но зарегистрирован на меня.

– Если ты его угробишь, то не вернёшься, – заметил Скай. – И взыскивать будет не с кого.

– И это тоже! – подхватила разведчица. – Я должна вернуться.

А про себя добавила:

«С добычей».

И возможно, корпорация найдёт способ помочь этим людям. Жить на планете с искусственным солнцем и ежедневно рисковать… То ещё развлечение!

Деора внезапно вспомнила слова Дарка, подслушанные в первую ночь. Говорил ли он серьёзно? Если да, то наверняка бакенщик бы знал… Или нет?..

Обидно за бакенщиков, умирающих от излучения. Ведь они все уникумы, как и она. А мутанты?..Помощь им – это ведь достойная плата за ресурсы?

– Так элементали его не испортят?

– Не волнуйся, – заверил её Скай. – Технику они не трогают. Скорее портят людей, необратимо. Жгут заживо. Если дотянутся. Сам видел.

«Опять жуть», – Деору передёрнуло.

– Мы пришли, – сообщил Скай, открывая перед ней дверь коноида.

Глава 13

После встречи с девушкой Дарк пребывал в смятении… Нет, он не мог так ошибаться. Она – это действительно она.

Астроморф не утратил чутьё. Однако вместе с подозрениями вернулись и опасения. Ведь это не её так остро почувствовал он несколько дней назад. Кто-то другой приближался… А эта девушка, скорее всего, недавно здесь. Это с ней он столкнулся прошлой ночью в снежной круговерти. Она пока невинна, нераскрыта. И, по всем признакам, не испытала ни единого превращения… У Дарка был опыт. Но её сущность настолько слабо выражена, что даже сейчас мужчина засомневался. Возможно, она просто чересчур экранировала излучение Гелиоса. Такое случалось у обычных людей, чувствительных к магнитным бурям. Но… Как понять, не убедившись?

И Дарк отложил охоту на элементалей. Теперь его путь лежал в посёлок бакенщиков. За другой добычей…

Там Деора больше не спорила со Скаем.

– Ложись спать, – посоветовал бакенщик. – Разбужу чуть свет.

А сам поднялся по винтовой лестнице и скрылся в отверстии люка.

Разведчица отправилась в комнату Берта. Но ей не спалось… Какой тут сон? Рано ещё! Биоритмы отказывались повиноваться. А встреча с Дарком взбудоражила и вызвала диковинные воспоминания… О несущемся в космическую даль планетоиде, дрейфующем среди миллиардов звёзд и не нашедшем пристанища… И взрыв – грандиозный, ошеломляющий, опустошающий… Сверхновый! Откуда в ней это?..

«Да кто он такой?!»

Устав от неопределённости, Деора вышла прогуляться и привести мысли в порядок. На этот раз она запомнила символ, убирающий дверную пластину. Не придётся будить Ская…

Далеко она не пошла. Было темно. И тихо. Даже фонари горели слабо. Остановилась в двух шагах от двери и с тоской посмотрела в небо…

Как же замучили эти тучи!

Деора соскучилась по звёздам. Но это ещё полбеды. Как определить, где она? Если в другой галактике, то даже на исправном космобилле не долететь до Млекандры… Наверное.

Щёки немели от студёного дыхания ночи. Деора обнаружила, что снова забыла перчатки, сунула мёрзнущие руки в подмышки… Вздрогнула, заслышав шорох, и обернулась. От соседнего конуса отделился силуэт и надвинулся зыбкой тенью. Приблизился и обрёл знакомые очертания.

– Какая ночь, звёздочка, – бархатом прильнул к ней в тишине его голос.

– Вы следите за мной? – Деора старалась не выказывать страха.

– Признаю, чуть-чуть… Я всегда гуляю по ночам.

– Тогда гуляйте мимо.

Внутреннее напряжение росло, искало выхода.

– Если позволишь, я тут постою.

– Нет! – вырвалось у Деоры.

– Напрасно, – он подошёл совсем близко, и она почти различила его черты – глаза, губы…

– Я тебя чувствую, звёздочка.

– Прекратите так меня называть! – взвизгнула Деора, отступая назад.

– От кого ты прячешься, яркая?

Дарк наступал. И Ская рядом не было. Девушка пожалела, что так опрометчиво покинула коноид.

– И ты меня чувствуешь… Правда?

– Я не понимаю, о чём вы.

– Всё ты понимаешь… Это азы пробуждения, едва начинаешь взрослеть. Твой возраст давно настал…

– Прекратите немедленно… – голос дрожал, с губ срывались облачка пара.

– … А тебя не научили закрываться. Так и белый карлик учует и заворожит оком, а ненасытный гигант поймает длинными протуберанцами.

«Какие белые карлики? И что за гиганты…?»

По мнению Деоры, мужчина нёс околесицу.

Как там сказал Скай? Чудаковатый?

– И берегись чёрных дыр, звёздочка. А больше всех, квазаров и блазаров. Эти чудовища пожирают таких как ты… Зато кометы тебе не страшны. Их ты легко подчинишь и заставишь себе служить…

У Деоры внезапно разболелась голова.

– Можешь мне доверять. Я не выдам твой секрет. Ты ведь в бегах, да?

– Вы чего объелись? – спросила разведчица.

И Дарк более не колебался. Он резко подался вперёд. Схватил девушку, прижал к стене и приложил правую ладонь к её щеке.

Кожу моментально ожгло так, что Деора заорала от нестерпимой боли.

– Тебя ещё ни разу не пробуждали, – заметил он, – потому так больно. Потерпи.

Но Деора терпеть не собиралась, крича и отбиваясь руками и ногами. Пока белая вспышка не ослепила её, и она замерла, парализованная сверкающим взглядом Дарка. И никого вокруг, чтобы прийти на помощь…

– Тихо, тихо, – повторял мужчина, удерживая девушку. – Тебе и невдомёк, кто я. Противостоять мне опасно…

Она всё равно не могла шелохнуться.

– Славная звёздочка, – пробормотал он напоследок и внезапно отпустил её. – Мне жаль, что я напугал тебя. Но лучше я, чем…

Деора оттолкнула мужчину и бросилась к двери. Ничего не видя толком, на автомате начертала трясущимися руками открывающий символ и ввалилась в переднюю, ни жива, ни мертва от страха. Влетела в комнату Берта, из последних сил заперла крестом дверь. В ужасе забилась между кроватью и стеной. И дрожала так, пока не уснула. И снились ей отнюдь не добрые сны.

А Дарк обошёл посёлок, дождался, когда погаснут коноидные огни. Понаблюдал за танцующими на безмолвной равнине элементалями. Безликие, объятые тусклым свечением, они выписывали безумные па и пируэты, безрадостно расцвечивая тьму… И до рассвета оставалось недолго…

Почему бы завтра не поохотиться и всё-таки изловить парочку. Даже, теперь, когда он нашёл кое-что получше, чем отпрыски мутантов. Дарк отыскал альтернативу… И удостоверился. Она – великолепна! Идеально подходит ему. Терпение! Очень скоро он выяснит, какая она. Звезда…

Глава 14

Наутро, всё произошедшее ночью показалось Деоре бредом или диковинным сном.

«Как есть, бред!» – размышляла она, закрывшись в гигиенической установке и старательно натираясь пеной, как будто хотела смыть с себя ночной морок.

И, конечно же, ни к какому Дарку она не пойдёт. Наоборот, станет теперь обходить его десятой дорогой. Скай ещё мягко назвал учёного «чудаком». По ходу, это самый типичный местный сумасшедший…

Но что-то здесь явно творилось!

Горящий взгляд, бессмысленные речи… Возможно, в этом парадоксальном мире, что освещался луной, каждый сходил с ума по-своему. И скоро её очередь?

Деору передёрнуло от этих мыслей. Она закончила умываться, швырнув в лицо несколько пригоршней воды, и попутно заключила, что Дарк со Скаем просто облучились. Один мозгами, а другой… Ну, чем же ещё, коли не собирается заводить семью.

Ей-то что?! Главное, чтобы космобилле полетел.

С такими соображениями она вышла к завтраку. И, к своему удивлению, Ская не обнаружила. Вместо него на диванчике в передней комнате примостился… Оборванец? В пёстрой вязанной шапке, натянутой на лоб и на уши. И весь наряд его, отдалённо напоминающий одежду, выглядел так, словно он неделю провёл в дремучем лесу, валяясь под кустом на куче прелых листьев. Так долго, что они прилипли к нему.

Повидала Деора и такие места…

Приглядевшись к оборванцу, она поняла, что на куртке у него повсюду нашиты лоскуты, в основном неопределённого цвета, но встречались в этой мешанине и зелёные, и жёлтые, и бурые пятна. Портрет довершали штаны, с засохшей на коленях грязью… Тоже для маскировки?.. И пыльные сапоги. Оборванец сидел, положив руки на тубу с ремешком. Её он поставил на пол, перед собой, и стиснул коленками… И что-то там напевал себе под нос. Почти беззвучно… Ещё один полоумный?

«Где Скай?»

Только Деора собралась поискать бакенщика, как незнакомец с тубой поднял на неё глаза и стрельнул выцветшей бирюзой.

– Чего уставилась? – грубо бросил он вместо приветствия. – Охотников не видела?

– Так ты охотник?

– А кто ты думала?

– Похож на бродягу, – честно призналась она.

– Девочка, – парень укоризненно покачал головой. – Это не вежливо. И как, по-твоему, должен выглядеть человек сутки пролежавший в засаде на мокрой траве в грязном овраге? А?

– Э…

– Давишь на жалость, Керк? – из кухни выглянул улыбающийся Скай. – Познакомились?

– Да уж, – буркнула девушка.

– Керк – мой приятель. Охотник. Согласился нас сопровождать.

– Ещё бы! – хмыкнул Керк. – Охота поглазеть на чудо.

– Какое чудо? – нахмурилась Деора.

– Ну, ты же… Скай трындел… С неба грохнулась. Хотел бы я посмотреть на твой снаряд.

– Космолёт, – поправила разведчица.

Язык бы этому Скаю продырявить! Каблуком…

– Один схрон, залётная.

Бродяга-охотник шмыгнул распухшим носом. И потёр обветренное лицо, покрытое красными шелушащимися пятнами и многодневной щетиной.

– А зачем нам охотник? – спросила Деора. – Элементали же днём прячутся.

– Всякое на равнинах бывает, – зловеще протянул Керк. – Тьма настигает внезапно…

«Бррр!»

– Завтракать будешь? – поинтересовался бакенщик у охотника, появляясь в комнате с подносом и водружая его на стол.

– Не-а, завтракал я уже. И вы быстрее хавайте. Хмарит, к обеду снег обещали. Да и темнеет нынче рано…

Ела Деора без аппетита, кусок не лез в горло от волнения. Хотя на этот раз обошлось без плодов несчастных животных. Но присутствие Керка разведчицу смущало. Охотник периодически метал на девушку бесстыжие взгляды, тарабаня пальцами по тубе-колбасе.

«Ну, да. Этот-то обет безбрачия не давал, – мысленно усмехнулась Деора. – А у них охотницы есть?»

После завтрака Скай экипировался по-походному. Зато Деоре не пришлось тратить время на сборы. Костюм был при ней. Осталось добавить шапку, очки и ботинки. И больше никакого маскарада! Только мета-технологии.

Скай надел плотный комбинезон и тёплую куртку. Взял с собой чемоданчик.

– Инструменты, – пояснил он.

– Готовы? – охотник неспешно поднялся и перекинул загадочную «колбасу» через плечо.

– Что это? – полюбопытствовала Деора.

– Пылемёт, – усмехнулся Керк, перебросил ремень через голову, подтянул перевязь и подпихнул нижний конец тубы, устраивая её поудобней на спине, чтобы не телепалась и ничего не задевала.

– Значит, этим ты охотишься на элементалей?

– Только чёрная пыль их берёт, – охотник проверил, надёжно ли закреплена поясная сумка. – Выдвигаемся! Что ли…

– Мигом домчимся, – пообещал Скай.

И вскоре Деора поняла, как и на чём. Снаружи, перед входом, зависал гравицикл. Но, это разведчица так решила, по аналогии с факториалскими машинами. Для гравискутера он выглядел слишком вытянутым и узким, а для гравицикла в самый раз.

– Магнограв, – так представил бакенщик это крестообразное чудо техники.

Разведчица даже обошла его по кругу, чтобы как следует рассмотреть. Почему она раньше таких не видела?.. В городе. И когда спросила у Ская, он ответил, что катапульты – единственное транспортное средство на планете для путешествий на дальние расстояния. Правда, потом добавил, что охотники иногда пользуются зонтогонами, отталкиваясь ими с поверхности планеты. Но летают зонтогоны невысоко и недолго. После нужно снова пружинить. А как выглядели эти прыжковые агрегаты, для разведчицы пока так и осталось тайной за семью печатями.

«Наверное, очень мобильные», – предположила она.

И, судя по всему, у Керка такого не водилось.

А тут – нате вам! Новое передвижное средство. Из кармана его Скай, что ли, вытащил? Фокусник!

– Откуда он у тебя? – поинтересовалась Деора, изучая круглый прибор с циферблатом на передней треугольной раме. – Сам собрал?

Мало ли. Факториалские мальчишки обычно так развлекались. Пока девчонки выращивали цветочки.

– От отца, – отрывисто пояснил бакенщик и занялся магногравом, тем самым будто сворачивая тему.

Закрепил чемоданчик на раме багажника.

– Устраивайтесь.

Охотник уселся на заднее сиденье, пристегнулся и ухватился за верхнюю крестовину. Скай запрыгнул на переднее и, выразительно глядя на Деору, похлопал ладонью по валику позади себя. Приглашая садиться между ним и Керком. Девушка вздохнула и забралась следом. Поискала какую-нибудь держалку, помимо ремешков, и обнаружила, что ей придётся обхватить парня за пояс.

«Ладно».

Она упёрлась ногами в нижнюю крестовину.

– А эти штуки, – всё же не удержалась и спросила, – магно… Как-то связаны с магнитными катапультами?

– Принцип общий, – ответил Скай, застёгивая под подбородком шлем с наушниками. – Основан на свойствах поля. Но, если транспортный снаряд одолевает притяжение, двигаясь по магнитному коридору от катапульты к катапульте, то магнограв использует гравитацию планеты для отталкивания. Передвигается самостоятельно и с большей скоростью.

– А где ускоритель? – поинтересовалась Деора, заглядывая под сиденье.

– Правильно, – подтвердил Скай. – Ты на нём сидишь. Он – внутри центрального ствола. Пропускает воздух через турбер, создавая реактивный поток. А моё дело – регулировать мощность антиграва и диаметр прохождения. От этого зависят скорость и торможение. Направление задаю я, отслеживая показания по градусату…

– А-а, по тому круглому прибору.

– Держитесь крепче… Поехали!

Он сдавил передние рукоятки. А Деора изо всех сил вцепилась в куртку бакенщика. Магнограв рванул вверх и вперёд, так, что задница сразу прилипла к сиденью, а ветер засвистел в ушах… Скай что-то прокричал, но девушка его не расслышала. Пока имплантаты подстраивались на полном ходу…

Достигнув равнины, они снизились и сбавили скорость. Бакенщик изловчился и, удерживая управление одной рукой, передал Деоре через плечо наушники с микрофоном.

– Забыл! Надень! Куда лететь-то?!

– Карта?! – сердито прокричала она.

– Не заблудимся! – проорал в ответ Скай.

– Прямо!

Разведчица закрепила наушники и включила на очках определитель космобилле. Мигающая точка указывала курс и расстояние.

– Вправо… на десять градусов… Скажу, когда стоп.

Глава 15

– Вот так агрегат! – Керк даже присвистнул, по новому кругу обходя космобилле. – И ещё пускала слюни на магнограв?

– Кто, я?! – возмутилась разведчица.

Пререкания пресёк Скай, задумчиво уточнив:

– И откуда ты, Деора?

Слегка прищурившись, он переводил взор с девушки на машину, внимательно изучая выпуклый полупрозрачный верх… А налетевший ветер ерошил светлые волосы парня, взметал на равнине пыль и сухие травинки, так и норовя вдуть мусор за воротник… Деора поёжилась, хотя эко-костюм обеспечивал ей комфорт и защиту от холода и грязи.

– Кажется, я говорила. Из системы Факториал.

– Да уж… – Скай тоже обошёл космолёт. – Боюсь, что ваши технологии мне не осилить.

– А ты попробуй.

И Деора открыла аварийный люк.

Скай вздохнул, протолкнул туда чемоданчик и полез внутрь сам. Керк расчехлил пылемёт – широкую трубу с рукоятью, двумя выемками и рычагом. Проверил заряд…

– До краёв! На сотню элементалей хватит.

– И эта штука стреляет пылью? – поинтересовалась Деора, в свою очередь разглядывая тубу.

– Чёрной пылью, – солидно поправил охотник.

Керк деловито установил прицел и оглядел равнину сквозь него, поворачиваясь при этом на девяносто градусов и примериваясь.

– Из чего состоит чёрная пыль?

– Это продукт распада гелиорания, – коротко и непонятно объяснил Керк, занимая удобную наблюдательную позицию в хвосте космобилле.

– Деора! – позвал из кабины Скай.

– Сейчас…

Пока бакенщик копался в блоке распределителя, разведчица проверила передатчик. Он-то работал исправно… А толку-то! Никто не откликнулся на сигнал бедствия и даже не зарегистрировался. Скорее всего, этот неизвестный удалённый сектор недосягаем для межпространственного приёмника Факториала.

Деора подумала и отключила бесполезный сигнал. Чтобы не тратить энергию, пусть и в экономичном режиме, и не привлекать к Фаэтону ненужного внимания. Например, со стороны Альдареда. Они бывало далековато залетали…

– Интересное устройство, – Скай тем временем заприметил робота-ремонтника и осматривал расколотый корпус, вернее, то, что под ним.

– Робот-механик.

– Может быть, я смогу его починить… – задумчиво пробормотал бакенщик, заглядывая во внутренности робота. – В мастерской… И где таких делают?

– В системе Факториал, – вздохнула Деора. – В корпорации Робиконелл.

Она решила помочь Скаю и отсоединяла сгоревшие переходники.

– Звезда Факир. Планеты: Один Факториал, Два Факториал, Три Факториал, Четыре…

– Факториал, – усмехнулся Скай, выуживая из робота основную энергосхему и изучая её на свет. – И все Факториалы? Пошутил кто-то?

– Нет, не все, – Деора покачала головой. – Есть и другие звёзды, и колонии… Вот, глянь-ка, скоростной привод не пострадал. Мне бы только поднять эту махину на орбиту, а там…

«Скотство!» – донеслось снаружи, и Керк разразился отборными ругательствами.

Скай с Деорой тревожно переглянулись. Не сговариваясь, ринулись к люку, и, пихая друг дружку, высунулись из отверстия…

Их окружали! Великое множество сизых силуэтов. Эти пылающие сгустки отдалённо напоминали человеческие фигуры…

– Проклятье, – пробормотал Скай, – элементали.

Фигуры приближались. Скользили по воздуху, не касаясь поверхности планеты и шевеля раздвоенным шлейфом, там, где у обычного человека находились ноги.

Время от времени, кто-нибудь из элементалей ускорялся, пролетал вперёд, и тогда Керк палил в него из своей трубо-пушки.

Хлопок!

Чёрный ком вырывался из трубы и неизменно попадал в цель. Охотник никогда не промахивался, и очередной сгусток просто рвался на горящие лоскуты. Обрывки вспыхивали, распадались искрами и таяли прямо на глазах. Элементали не восстанавливались… Но вскоре попёрли сплошной светящейся массой, а заряд пыли успевал поразить только одного, и на его месте тут же возникал другой. Элементали делились… В геометрической прогрессии.

«Размножаются почкованием, – сходу определила Деора, но вскоре засомневалась. – Или скопом?»

– Скотство! – завопил Керк, прижал к себе трубу и рванулся к люку. – Живо! Внутрь! Их слишком много!

– Задраивай! – заорал охотник, едва очутился внутри и захлопнул люк, потеснив спутников, и так вжавшихся в металлическое покрытие.

– Ч-что это сейчас было? – наконец сумела выговорить Деора, опомнившись и завинчивая крышку. Увы, без энергии и автоматика не работала. А Скай, казалось, был ошарашен чуть сильнее остальных.

– Парад элементалей? Откуда? И почему днём?

– Не знаю, – Керк сердито дёрнул плечом и поменял заряд, вытащив из поясной сумки цилиндр с прессованной пылью.

– Вы же говорили, засветло они не высовываются, – напомнила Деора.

– Никогда, – подтвердил Скай. – Бред…

– Никакой не бред, – возразил Керк. – Всё реально. Иногда они ведут себя нетипично. Или вы думаете, я от безделья с вами попёрся?

Говоря это, он с любопытством озирался, разглядывая космолёт изнутри.

– Ну и начинка!

– Лучше скажи, что нам теперь делать! – рассердилась Деора, холодея от ужаса и представляя, что бы было, если бы она нарвалась на светящихся тварей в первый раз пересекая равнину пешком.

– А ничего, – Керк шмыгнул носом. – Сами рассосутся. Когда-нибудь.

– Сюда они не просочатся, – пояснил Скай. – Чем плотнее огнестойкий материал… А этот достаточно прочный? – бакенщик указал на купол.

– Достаточно, – ответила Деора. – Выдерживает даже космическое излучение. Фильтры… И сколько нам так сидеть?

– Айда наверх! – сориентировался Керк, проследив взглядом за движением Ская.

И они втроём устроились в кабине, угрюмо наблюдая за элементалями, кружащими над куполом… Светящиеся твари облепили космобилле со всех сторон.

– Проблему надо как-то решать, – заметил Скай. – Керк?

– Без тебя знаю! – огрызнулся охотник. – Но всей пыли, что у меня есть не хватит на такую кодлу. И сноровки недостаточно…

– Откуда они взялись? – задумчиво проговорила Деора.

– Лучше спроси, что их привлекло, – пробурчал Керк.

– Какая разница! – фыркнула разведчица. – Они здесь.

Подспудно она догадывалась, но боялась себе в этом признаться. Ведь тогда… Домыслы сумасшедшего окажутся правдой и…

– Возможно, это я привлёк их, – нахмурился Скай. – Иногда они стремятся к источнику.

– Не мели ерунды, – хмыкнул Керк. – Ты не настолько пропитан излучением… – охотник осёкся, потому что глаза Ская засветились голубым светом, уже знакомым Деоре. – Подстава, Скай! Предупреждать надо. Вот скотство, так скотство!

– Как будто ты не знал…

– Можешь связаться с кем-нибудь из охотников? – спросила Деора.

– Охотники – одиночки и связываются только ради состязаний.

– Вот это точно скотство и подстава!

Элементали летали над куполом, снижались и мазали по гладкой поверхности, оставляя следы, как от фосфоресцирующей краски…

– Проклятье! – Скай отшатнулся.

Один из сгустков буквально прилепился к куполу, словно рассчитывал просочиться внутрь. Деоре это надоело. Не понимая, что делает, будто ощутила толчок изнутри, она взобралась ногами на кресло и прижала ладонь к куполу, прямо к светящемуся пятну, где распласталось… Тело?.. Элементаля.

И сразу пожалела об этом. Кожа моментально зачесалась, и зуд усиливался, пока…

– Полоумная! – Скай оттащил Деору от купола, и вместе они упали в кресло пилота. Даже сквозь куртку бакенщика и эко-костюм девушка ощущала, как сильно бьётся его сердце. Или же так воспринимала звук усиленным имплантатами слухом…

– Дура! – повторил за Скаем Керк.

Элементали всё прибывали и прибывали. Они облепили купол и светились всё интенсивнее, точно собирались ослепить их… Деора зажмурилась. Скай же не отпускал её, плотнее прижимая к себе. И сердце её тоже лихорадочно забилось…

С чего это вдруг?

И в копчик упёрлось нечто твёрдое, что заставило девушку усомнится, будто облучение гелиоранием влияет на детородную мужскую функцию… Она хотела вырваться, оттолкнуть парня… И не хотела… Это было так странно, но… Внезапно всё закончилось само собой.

– Смотрите! – заорал Керк.

От неожиданности Скай ослабил хватку. Деора рванулась и открыла глаза.

– Они уходят!

Элементали стремительно исчезали один за другим. Отлипали от купола и уносились в серое небо, без проблесков и надежды…

Бакенщик окончательно разжал руки, и разведчица мигом очутилась у люка. Сняла герметизацию. Осторожно приоткрыла, выглянула и уловила краем глаза ярко-белую вспышку на краю равнины. Что-то вспыхнуло и пропало. Как девушка не высматривала, больше ничего заметить не удалось. Но элементали убрались. И даже чересчур быстро.

– Подожди, – позади неё нарисовался Керк. – Что, если вернутся.

Но мутанты не вернулись. Их словно ветром сдуло, или… Деора не хотела об этом думать.

– Всё равно не стоит рассиживаться, – заявил Скай.

Глаза у него снова стали нормальными, без свечения. И покуда Керк с пылемётом наизготовку охранял рубежи, обходя космолёт и зорко всматриваясь вдаль, бакенщик с помощью разведчицы снял распределительный блок. Затем разобрал робота и сложил вместе с неисправными переходниками в сборный ящик.

Покамест Деора запирала люк, Скай собирал и укладывал инструменты. Нет-нет, да и поглядывая на девушку… Она ловила на себе эти взгляды и пожимала плечами. Закрепляя ящик с чемоданчиком на багажнике магнограва, бакенщик почему-то выглядел смущённым и за всё время не произнёс ни слова. Молча, словно что-то склеило ему губы, помог девушке усесться, и лишь потом забрался на сиденье сам.

«Что это с ним?» – гадала разведчица всю дорогу через равнину.

Но как только магнограв приблизился к городу, Скай наконец обрёл голос.

– Вернёмся ещё, если понадобится! – прокричал он в микрофон.

– Ищи другого охотника! – проорал в ответ Керк.

Деора ничего не ответила, прислушиваясь к своим ощущениям. По её мнению, обратная дорога заняла гораздо меньше времени. А белая вспышка на краю равнины по-прежнему не выходила из головы.

Глава 16

Несмотря на заверения Керка, что «больше он с такими безумцами связываться не желает», охотник покидать их не спешил, безумцев, то есть. Увязался с ними до коноида Ская, и даже в коноид зашёл, и предложил:

– Выпьем, а? После таких треволнений.

Скай нахмурился.

– Ты же знаешь, что мне нельзя.

Керк фыркнул.

– А тебя никто и не заставляет. Хотя в пересменку не грех… Но у меня и без тебя собутыльник найдётся, – он подмигнул Деоре, а она криво улыбнулась в ответ. – А ты посиди с нами за компанию, попей… молочка, – охотник хохотнул.

– Выпивки у меня нет, – развёл руками бакенщик, – как ты правильно заметил.

– Вот так всегда, – протяжно вздохнул Керк. – Ну пошарь, что ли, в загашниках у Берта или…

– Не буду я ни у кого шарить!

– Ладночки, тогда я у себя пошарю.

И он действительно «пошарил» – в бездонном внутреннем кармане куртки и как заправский фокусник выудил на свет ламповый плоскую флягу.

Снаружи, к тому моменту как они вернулись с равнины, уже стемнело и Скай зажёг светильники в общей комнате. Керк водрузил фляжку на столик вместе с двумя извлечёнными из нагрудного кармашка металлическими стаканчиками и вопросительно посмотрел на девушку.

– Будешь?

Деора пожала плечами.

– А что это?

– Лучше и не пробуй, – предостерёг её Скай, отправляясь на кухню готовить взвар. – Опасно для жизни.

– Ой да, барышню не пугай, – охотник выразительно скривился. – Обычная настойка из дербянника. Любимое пойло всех охотников! Бодрит, пьянит и…

– Это ты сейчас яд свой расхваливаешь? – посмеивался Скай, возвращаясь с кувшином и кружками на подносе. – И я добавлю… Разжижает мозги!

– Не преувеличивай!

Керк крякнул, отвинтил пробку и разлил светло-зелёную жидкость по стаканчикам. Один протянул Деоре. Она неуверенно поднесла напиток к губам, понюхала заодно… Пахло каким-то растением и ещё чем-то незнакомым и едким, резко, но не противно… Конечно, она и раньше пробовала… вино, например, или кое-что покрепче, но это… Поймав выжидающий взгляд бакенщика и усмешку охотника, девушка окунула в жидкость кончик языка и поморщилась от горечи.

– Это что, тоже сделано из чёрной пыли?

– Остроумно подмечено! – хохотнул Керк, совершенно не обидевшись. – Я ж предупреждал – пойло для настоящих охотников.

– Ясно, – ответила Деора, отодвинула стаканчик и поднялась из-за стола. – Вы тут пейте, а я пойду прогуляюсь… Мысли надо проветрить.

– Далеко не уходи, – предупредил Скай, – мало ли…

– Я вокруг коноида прогуляю, – пообещала девушка, и бакенщик проводил её взглядом до выхода.

– Ты чего такой мрачный? – охотник толкнул приятеля в плечо.

– Думаю… как починить её агрегат… как его… космобилле.

– Смотри веселее, – с намёком подмигнул ему Керк, – а то я бы на твоём месте эту цыпочку далеко не отпускал…

– Ты же знаешь, что…

– А что? Чего тебе терять-то? Замути с нею и все дела, а там… Всё решится само собой. Или я её…

– Губа не дура, но не про тебя она.

– А про кого? Если не про тебя…

– И не про меня. Да и не до того мне сейчас…

– Что ещё случилось? – охотник не забывал цедить своё пойло, доверительно заглядывая в глаза бакенщику.

– Матушка выходит за Трампли.

– Вона-но чё! Всё ж таки он её охмурил, но… Посмотри на это иначе! Станет твоим влиятельным отчимом. Будешь гулять по Вышеграду как у себя дома. Да и… Слушай, может он тебя и отмажет от этой гиблой работы?

– Это вряд ли…

– А чего? Женишься на его дочурке…

– Не женюсь. Это в прошлом… И потом, они думают у меня другая невеста.

– Кто? Деора?

– Вроде того… И не нужно мне помощи от Чарлиса Трампли. Моему отцу он уже помог…

– Брось! – Керк задумчиво посмотрел в пустой стакан и долил себе ещё. – Домыслы это всё.

– Нет, я уверен. Это Чарлис сгубил моего отца… Отец погиб из-за него. Мама в это не верит, но я-то уж знаю…

– А ты, что, видел?

– Не то, чтобы…

– Вот и не пори горячку, пока нет доказательств.

– Я их найду!

– Ну-ну, попутного тебе… Если не сдохнешь раньше. Я бы на твоём месте воспользовался блага́ми.

– Поздно, – нахмурился Скай. – А знаешь, что? Хуже уже не будет! – он схватил со стола недопитый Деорой напиток и махом закинул в себя весь. Чуть не задохнулся и закашлялся, сипло дыша.

Жалостливый Керк подсунул ему бисквит.

– Закуси, друг.

Скай запихал его себе в рот почти целиком, прожевал, запил взваром и решительно пододвинул стаканчик охотнику.

– Налей ещё!

– Уверен?

– Наливай.

Пока они пьянствовали и разглагольствовали, Деора четырежды обошла коноид… И на пятый раз заметила вдалеке свечение. Девушка остановилась, упершись ладонью в шершавую стену домика-конуса и замерла, завороженно наблюдая в просветы между строениями за бело-голубым огоньком. Он как будто плыл по воздуху, и в первые секунды Деора отринула все невозможные объяснения, решив, что это фонарик запоздалого бакенщика, спешащего к ужину домой и освещающего себе путь в темноте…

Тут огонёк вильнул и резко направился к ней. Но Деора на этот раз не испугалась и не подумала удирать, а двинулась ему навстречу и очень скоро убедилась, что это не фонарик и не бакенщик. Это был Дарк и свет разгорался прямо у него на ладони. Деора упрямо продолжила движение, пока они не оказались друг против друга… Дарк остановился первым и Деора вынуждена была затормозить, чтобы не столкнуться с ним.

– На этот раз не бежишь? – он поднял руку с голубоватым пламенем повыше, выхватывая фигурку девушки из мрака целиком.

– Нет, – Деора мотнула головой. – Теперь мне нужны ответы.

– Так я и думал, – мужчина кивнул чуточку самодовольно. – Тогда пойдём ко мне домой. Я живу неподалёку.

– Ладно. Веди.

– Не страшно?

Девушка пожала плечами.

Что может быть хуже, чем застрять на этой странной планете без солнца? Неизвестность! И Деора собиралась это последовательно исправить. То есть сперва получить ответы на вопросы, а затем отсюда улететь.

– Идём, – повторил Дарк, освящая им путь всё тем же сгустком пламени у себя на ладони. И они пошли рядом.

– Как ты это делаешь? – Деора указала на его руку.

– На все вопросы отвечу в своё время, – уклонился Дарк. – Тем более мы уже пришли.

Действительно!

Мужчина открыл перед гостьей дверь своего коноида и пропустил внутрь. Огонёк с его ладони испарился, зато включился верхний свет.

– Проходи, будь как дома.

Деора огляделась.

Стандартная обстановка коноида, ничего из того, что она себе представляла. Он же вроде учёный, значит, должно быть что-то эдакое… Ну там разные устройства, приборы, колбы-пробирки… А тут ничего… Впрочем, если он творит огонь прямо из воздуха, то и всякая аппаратура ему без надобности.

Дарк затворил за собой дверь.

– Садись, – он пригласил девушку присесть на диванчик, стоящий в простенке между двумя смежными помещениями с наглухо запертыми овальными дверями-пластинами. Возможно, все атрибуты исследований хранятся там.

«Это наверняка лаборатории», – предположила Деора и присела на диван. Дарк остался стоять напротив неё.

– Итак. Готова?

– К чему?

– К правде.

– Смотря, чем она окажется.

– Всё не так страшно на самом деле, – усмехнулся Дарк, – но правда в том, что я не человек.

Глава 17

Лорд Дарк, он же дон Алазар – несокрушимый идальго космоса, звёздный рыцарь, преданный друг, вассал и соратник принца-квазара Эгинхарда, властитель ночи и повелитель зимы на Лидиве… Друзья им восхищались, женщины обожали, а враги ужасались при одном проблеске его протуберанца… Когда-то. Да и сейчас! Дарка боялись, узнав, кто он на самом деле. Смертоносный и безжалостный пульсар, после своего перерождения в боевую форму.

Разумеется, Дарк не стал вываливать на голову Деоре все свои регалии, пока не разобрался, кто она на самом деле и что о нём может знать, да и потом не собирался об этом особо распространяться. Она могла ему понадобиться для других целей и очень скоро… К тому же, во времена астроморфических войн – осторожность не последнее дело.

Впрочем, кое о чём девушке следовало знать. И вопреки ожиданиям пульсара, Деора даже не удивилась его словам о том, что он не человек. Она лишь слегка нахмурилась и переспросила:

– Не человек? То есть не уникум?

– Уникум? – в свою очередь растерялся Дарк. – Кто такие уникумы?

– М-мм… ну-у… – Деора запнулась, не зная как объяснить, потом вздохнула. – Я выросла среди факториалцев…

– Вот оно что! – Дарк вытянул из-под стола табурет и уселся на нём перед собеседницей. – Факториалцы – это же хуманиды?

Деора кивнула.

– Следовательно… – он наморщил лоб. – Я не хуманид.

– Понятно.

– А кто такие уникумы?

– Мутанты, – ответила Деора, – по мнению респектабельных факториалцев, а ещё так называют тех, кто на них не похож, в том числе и на дулузов, пигмеев и прочих обитателей Млекандры.

Дарк поморщился.

– Я не очень хорошо знаком с населением Млекандры.

– Ты из другой галактики?

– Да… Можно и так сказать.

– Тогда ясно, почему ты не в курсе, но если следовать твоей логике, то я тоже не человек. Хотя вот Скай вроде уникум, а утверждает, что человек.

Дарк усмехнулся.

– Я не Скай. И он человек, или по-факториалски уникум. А вот ты как раз не человек.

– И не уникум? – Деора совсем запуталась.

Дарк задумчиво смотрел на неё.

– По-видимому, нет, если тебе удобнее эта классификация.

– А кто я? – вполне закономерный вопрос.

– Ты… То же, что и я.

– А ты кто?

Вот они и подошли к самому главному! Дарку, откровенно говоря, уже надоели эти хождения вокруг да около или наскучили.

– Я – астроморф.

– Гм…

Похоже, Деоре это ни о чём не говорило.

– Астроморфы – это кто?

Сложный вопрос… Оказался.

Будучи астроморфом, Дарку ещё никому не приходилось объяснять суть своей природы. Ну не другим же астроморфам! А до людей он и его сородичи с подобными разъяснениями не снисходили. Не считали нужным. Зачем? Людям и без того страшно жить! А узнав вдруг, что родное светило, которое они привыкли видеть на своём небосклоне на самом деле чудовище, в их представлении, и способно жить рядом с ними в человеческом облике, а в небе лишь его воплощённое отражение и оно в любой момент может собрать вещички и рвануть на другой край вселенной за миллионы световых лет только потому что ему такое приспичило. Шлея под протуберанец попала.… Это чревато паникой и смертоубийствами. Знали лишь немногие посвящённые, и то лишь ради удобства самих астроморфов и посредничества.

Впрочем, нормальные астроморфы так редко поступали, только в самых крайних случаях. Или уж совсем сумасшедшие и сумасбродные, но такие даже среди астроморфов осуждались. Те ведь людей ценили и оберегали по-своему. Как ни крути, их исходная ипостась человеческая и только так они способны приумножать свой род.

– Астроморфы… – Дарк задумался, подбирая правильные слова, чтобы объяснить доступно и не напугать. – Это практически метаморфы…

Надо же! Как понятно объяснил!

Увидев недоумение Деоры, мужчина тотчас исправился.

– Я умею принимать другую форму, благодаря тому, что состою не из обычных молекул, а из астеронов. Свободных астеронов и фотонов. Сейчас я в человеческой ипостаси и выгляжу как уникум, – он постарался использовать известные Деоре термины, – но в любой момент могу энергетически преобразоваться в нечто большее. То есть моя вторая ипостась – это звезда и всё производное от неё.

Деора смотрела на него настороженно, изучающе, недоверчиво…

Не верит? Сомневается?

– И? Что за звезда? Звёзд разных много…

– Пульсар, но это моя нынешняя форма, раньше я был другим. Астроморфы способны перерождаться. Кто в магнетары, а кто-то в чёрные дыры, лацертиды, а я – пульсар. Существуют квазары и блазары, но это уже другой уровень, следующий этап. Мы эволюционируем.

Деора внимательно слушала и не перебивала, а её взгляд беспокойно блуждал по собеседнику…

– Я вот стал пульсаром, из-за войны… Принял боевую форму.

– Поэтому ты светишься? – неожиданный вопрос, но он не застал Дарка врасплох.

– Поэтому и не только. Отчасти из-за элементалей.

– Так там на краю равнины был ты? Я видела вспышки.

Догадливая!

– Да. Но в обычном смысле, звёздам сторонняя энергия не нужна, они сами её генерируют. Исключение только чёрные дыры, вот эти любят пожирать всё и вся, что движется и ещё…

Тут он умолк, не следовало болтать слишком много. На неё и так обрушилось столько информации. Пусть сперва переварит.

– А ты можешь превратиться в кого-то ещё? – поинтересовалась Деора.

– Могу, но это не так просто, а сейчас мне удобно быть пульсаром.

– Почему?

– Чтобы наводить ужас на врагов, – он усмехнулся.

– У тебя есть враги? Здесь?

– Пока не знаю…

Стоило выяснить!

– То есть, – её осенило, – ты никакой не учёный и вовсе не работаешь над проблемой облучения бакенщиков, как говорил Скай?

Дарк нахмурился. Что ей сказать? Что цели у него другие и бакенщикам он не собирался помогать? Нет, рано, рано пока…

– Отчасти я учёный и воин. И да, я работаю над проблемой…

Вот так, а над какой именно, ей знать не обязательно.

– Ладно, – она протяжно вздохнула и вернулась к тому, что совершенно не укладывалось в голове. – Значит, я, как и ты, астроморф?

Он кивнул.

А ей всё ещё казалось, что это какой-то сон, или бред, но она почему-то верила мужчине, хотя и ущипнула себя украдкой. Больно… Нет, к сожалению, это не сон.

– Тогда почему я об этом ничего не знаю? И не чувствую…

– Это другой вопрос… – он озадачился. – И нам предстоит выяснить.

– Нам?

– Я помогу тебе выяснить. Как я понял, ты жила в неведении.

– Я считала себя мутантом, уникумом.

– С точки зрения невежественных факов, мы все мутанты.

«Невежественных факов?» – Деора невольно улыбнулась, и Дарк улыбнулся в ответ.

– Не переживай, мы это обязательно выясним…

– Но почему? Почему я ничего не знала, не чувствовала?

– Так бывает.

– Как?

– Элементарно. Ты пока что не пробудилась.

– Как это?

Дарк пересел с табуретки на диван, поближе к девушке и доверительно заговорил:

– Изначально мы рождаемся подобно людям и целиком в человеческой ипостаси, но постепенно перерождаемся, преображаемся, и это происходит по прошествии многих лет… А ты ещё очень молодая звёздочка…

– Я тоже звезда?

– По всей видимости. Когда ты эмоционально взвинчена от тебя исходит слабое свечение, как аура. Но его улавливаю лишь я или…

– Или?

– Другие астроморфы.

– Тут есть и другие астроморфы? – она напряглась.

– Да.

Лгать не имело смысла.

– Где?

– В Вышеграде и лучше тебе им на глаза не попадаться. По крайней мере, сейчас.

– То есть астроморфы чуют себе подобных?

– В определённом смысле, но некоторые умело маскируются.

– А какие ещё бывают? Ну кроме звёзд, квазаров и…

Какое неуёмное любопытство!

– Низшие. Кометы. Это скорее вырожденцы, но вполне себе полезные. Вестники на побегушках у высших астроморфов. Есть целая книга о нашей расе – «Астрогеника».

– У тебя?

– Нет, у меня нет… В библиотеке императора.

– Ух ты! У вас… У нас и император есть?

– И зачастую не один… А ещё принцы, герцоги, графы, бароны. Я вот…

– Хочу выяснить, кто я! – объявила Деора.

– Гм… Что ты о себе помнишь?

– Почти ничего… Когда-то в детстве я жила на планетоиде… Родителей не помню, только мамин голос. Она рассказывала мне сказки. О звёздах… Потом слепящий свет и темнота, провал в памяти, и… всё. Приют. Я выросла в колонии Факториала. После, меня пристроили в корпорацию Бестима.

– Гм… Но ты носишь фамилию «Сириус». Откуда она у тебя?

– Не знаю… А ты? Тебе что-то об этом известно?

– Знавал я одного Сириуса.

– Астроморфа?

– Да, белого карлика.

– Он может быть моим… родственником?

– Вполне…

И возможно даже отцом. Вездесущий и неуловимый пройдоха Сириус – отец Эгинхарда и ещё сотен разных астроморфов. Дети любвеобильного Сириуса, у которого в каждой звёздной системе по возлюбленной, рассеяны по всему космосу. По пальцам не сосчитать. Так что… Вероятно.

Но Деоре об этом Дарк рассказывать не стал. Зачем ей знать? Тем более её следующий вопрос:

– Как же тогда узнать, кто я?

Подстегнул его перейти к делу.

– Прежде всего, необходимо тебя пробудить. Настала пора. Сколько тебе примерно планетарных лет?

Деора пожала плечами и неопределённо махнула рукой.

– Более двадцати точно, но меньше тридцати, где-то.

– Тогда определённо пора. У астроморфов возраст течёт иначе и измеряется световыми годами, но это только после пробуждения и первого перевоплощения.

– И как мне пробудиться? – Деора на всякий случай отодвинулась от мужчины, который сидел уж как-то чересчур близко, почти касаясь её.

Дарк прокашлялся.

– Кхм… Всё просто и сложно одновременно. Можно конечно напоить тебе коктейлями из реактивов…

Например, зевсием и прометием с примесью апейронов… Это Дарк сразу отмёл.

– Но не стоит, это худший вариант.

– Почему?

Хотя, если эти коктейли как пойло из дербянника, то и правда не стоит.

– Чревато побочными эффектами. Если пить их раньше времени, то это может вызвать преждевременное искажение твоей структуры, то есть ускоренную эволюцию. Вместо звезды, ты преобразишься в чёрную дыру, например…

Чёрной дырой Деоре становиться не хотелось.

– И что же делать? – растерянно спросила она.

– Существует другой путь, надёжный, проверенный и естественный, – Дарк придвинулся к ней. – Лучше всего естественным путём. И займёт это гораздо меньше времени, и намного приятней… Хватит одного раза, возможно… – он взял ладонь Деоры в свои крепкие мужские ладони и обхватил. – Или два… Если понравится.

Деора снова попыталась отодвинуться, но Дарк выпустил её ладонь, вместо этого обхватил одной рукой за талию и мягко привлёк к себе, прижал. И зашептал:

– Не бойся, милая, так обычно и пробуждают молодых звёздочек… Часто этот процесс взаимный, так пробуждаются оба, но здесь нет астроморфов-юношей твоих ровесников, здесь только я… – он наклонился к её губам и… Деора резко оттолкнула его, вырвалась и вскочила.

– В другой раз! – выкрикнула она и бросилась к двери.

Хвала космосу, входная накладка беспрепятственно отъехала перед ней, разведчица выскочила наружу и со всех ног кинулась к коноиду Ская.

А Дарк не стал её удерживать или догонять. Он остался сидеть на диване, и едва дверь его коноида закрылась за девушкой, сокрушённо пробормотал, качая головой:

«Всё-таки я её напугал».

Наверное, следовало действовать иначе. И он это учтёт.

Глава 18

Деора неслась очертя голову, не оглядываясь, но лорд Дарк за ней не последовал, чего она боялась. И уже на подходе к коноиду Ская, девушка замедлилась и сбавила шаг. На этот раз она дорогу запомнила и не заблудилась, безошибочно подойдя к дому бакенщика, и в недоумении остановилась.

Что-то было не так!

Вход в коноид зиял незакрытым провалом, словно закопанный по колпак в почву великан с разверстой пастью. Вокруг стемнело, а из его нутра лился свет.

Помедлив немного, Деора вбежала в коноид и остановилась посреди комнаты. За столом восседал одинокий Керк с пустым стаканом, а Ская нигде не было видно.

Ушёл наверх?

– Почему у вас дверь открыта? – потребовала ответа девушка. – И где Скай?

Керк оторвался от стакана и озадаченно посмотрел на неё.

– Рванул отсюда как оглашенный и даже не запечатал вход… Наверное, уже на пути к Вышеграду. Скорее всего.

Деора нахмурилась.

– Что его туда понесло?

Охотник пожал плечами.

– И что он там забыл? – Деора нависла над ним и над столом. – Отвечай!

– Э-э… А я тут при чём?! – возмутился Керк. – Нянька ему, что ли? Ну… выпил и побежал устраивать разборки со своим будущим отчимом…

– Погоди, – девушка грозно уставилась на охотника. – Так он же не пьёт! – и её осенило. – Это ты его напоил?

– Ага, щаз! Я ему не нянька. Он сам выпить захотел и понеслась… Трампли, видите ли, укокошил его отца! И этот герой решил защитить от женишка-убивца свою разнесчастную доверчивую матушку…

Керк пьяненько хихикнул.

– А кто я такой, чтобы его держать?

– Ты дурак! – взвилась Деора. – Не надо было его отпускать! Спьяну он наломает там дров.

– Угу, если его туда пропустят… К самому Трампли! Хм, – Керк с прищуром уставился на девушку. – А ты-то чего с ним нянькаешься? Ах да, ты ж невеста его!

– Дебил! – парировала Деора. – Где живёт этот ваш Трампли?

– Ну-у… Где-то в Вышеграде, точнее адреса не знаю. Я всё больше по пустошам…

Деора не дослушала и рванула прочь из коноида. На этот раз закрыв за собой дверь. На Керка надежды никакой.

И куда теперь?

Ская, по всей видимости, ей уже не догнать, да и в городе тот ориентируется лучше неё, то есть она-то тамошних закоулков не знает совсем. Была только раз, и то…

Деора в нерешительности остановилась и задумалась.

Что же делать?

Судя по всему, ей в Вышеград путь заказан. А может, и для бакенщика тоже? Помыкается, поорёт и вернётся… Ну как там пьяные себя обычно ведут… А если его посадят в тюрьму за дебош? Или того хуже. Упадёт где-нибудь в переулке и насмерть замёрзнет. На нём ведь нет её защитного термокостюмчика. Так глупо!

С тёмного неба снова посыпался редкий снежок, а на равнине завывал ветер… Но в посёлке бакенщиков хотя бы относительный штиль и соседние коноиды умиротворённо светились треугольниками окон. Кое-где за ними угадывались силуэты жильцов. Кто-то сейчас дома и в безопасности. И лишь Скай где-то возможно в беде…

А чего она так печётся об этом бакенщике? Как верно заметил Керк.

Кто он ей?

Фиктивный жених, или…

От следующего предположения сердце скакнуло, а на губах заиграла неуверенная усмешка.

Влюбилась, что ли? В кого? В почти незнакомца? Нет, всё гораздо прагматичнее и прозаичнее. Кто-то же должен починить её космобилле, не привлекая к ней самой ненужного внимания!

И на фоне самых нелепых догадок, как оно порой и бывает, в голове у Деоры зародилась дельная мысль.

Дарк! Вот кто ей поможет вытащить этого болвана Ская из возможной передряги. Учитывая, как обращался к нему охранник на мосту, одо Дарк та ещё важная шишка в Вышеграде.

Да… Но ради этого придётся вернуться туда, откуда она только что сбежала и ещё дулуз знает что!.. Ничего, выкрутится и разберётся.

Деора тряхнула головой и решительно направилась к коноиду Дарка.

А тот как будто ждал её и сразу впустил.

– Передумала? – насмешливо спросил он.

– Услуга за услугу! – в лоб огорошила его девушка.

– Даже так?

– Сперва ты поможешь мне, а потом я подумаю об этом твоём… м-м-м, посвящении, инициировании, как там его…

– Пробуждении, – он внезапно рассмеялся. – А ты умеешь вести дела, хватка есть.

Она пожала плечами.

– А то ж! Я столько времени проработала в корпорации Бестима.

– Бестима? – он задумчиво хмыкнул. – Я слишком давно покинул Млекандру…

– Так ты родом оттуда? Там твой дом?

– Нет, мой дом не там. Временное пристанище. Я переселенец в некотором роде…

Он говорил загадками, а Деоре это не нравилось, поэтому она поспешила вернуть его к насущной проблеме. И быстро изложила суть своей просьбы.

– Надо спасать этого дурака от самого себя, пока он не вляпался в неприятности, – заключила она.

– А ты уверена, что это того стоит? – удивился Дарк.

Признаться, она поразила его ещё сильнее, рассказав о Скае. Он-то ожидал чего-то сверхординарного и для неё выгодного. А выручать этого, хм, аборигена…

– Уверена, – коротко бросила Деора и направилась к выходу из коноида.

– Погоди, – остановил её Дарк-Алазар, Деора затормозила и развернулась к нему. – Если это сделка, то мы должны её скрепить.

Девушка нахмурилась.

– Как?

Он молниеносно очутился рядом с ней, схватил за плечи и заглянул в глаза.

– Поцелуем. Задаток, так сказать…

– Валяй, – равнодушно ответила Деора и зажмурилась, подставляя ему губы.

Астроморф коварно улыбнулся. Он рассчитывал оправдать её ожидания и даже больше, заставить желать его, испытывать томление в предвкушении большей близости. Ей ведь пока невдомёк, как загораются звёзды… Но он проведёт её по безопасному пути. Он умел, опытен, искушён…

Дарк привлёк девушку к себе и накрыл её губы своими…

Ресницы Деоры затрепетали, и она изумлённо распахнула глаза… Её никто раньше так не целовал! Впрочем, она ни с кем из астроморфов не целовалась. Вроде… Ей не с чем было сравнить, чтобы оценить нормально ли то, что с ней происходит… Жаркая волна разлилась внутри неё, поднимаясь откуда-то снизу верх, захватывая и опаляя всё тело, грозящая вот-вот хлынуть через кожу и воспламенить голову!

Это ошеломило не только её. Дарк внезапно отпрянул, ловя ртом воздух и пробормотал:

– Что-то не так…

– Что не так? – хрипло откликнулась Деора.

– Не знаю… – он задумчиво взирал не неё и глаза его странно блестели, лоб покрылся лёгкой испариной, а пальцы, всё ещё сжимающие плечи девушки едва заметно подрагивали. Да её и саму потряхивало… От необъяснимого и неведомого доселе прилива сил. Энергия! Вот что наполняло её и… Какое-то безумное ликование!

– Это… – Деора счастливо выдохнула. – И есть пробуждение?

– Возможно, – озадачился Дарк. – И если ты уже от одного поцелуя начала преображаться, то нам следует быть осторожными и не спешить.

Он убрал руки с её плеч и сжал кисти в замок, восстанавливая дыхание.

– Чёрт!

– Что такое чёрт? – спросила Деора.

– Не что, а кто. Существо из мифологии Абаддона.

– А что такое Абаддон?

– Да ты совсем тёмная, как я погляжу, – слабо улыбнулся он, надеясь обратить всё это в шутку, но Деора его надежд не разделяла и насупилась.

– Не парься, – мигом сменил тон Дарк. – Абаддон – загадочная планета и сам из разряда мифов, там мало кто побывал, даже астроморфы, особенно астроморфы, нас туда и и близко не подпустят. Разве что одинокие кометы издали смотрели на него…

– Так мы идём спасать Ская или нет? – опомнилась Деора.

– Идём, – кивнул Алазар и первым устремился к двери, бурча на ходу:

«Дался ей этот бакенщик».

А девушка заметила, что мужчину слегка пошатывает. Словно он тоже приложился чуть-чуть к пойлу охотника.

Глава 19

Скай попал в Вышеград без проблем, благодаря пропуску. И охрана его не остановила. Преимущества полезных знакомств. Недаром матушка водила дружбу с самим Чарлисом Трампли.

«Какова ирония!» – Скай горько усмехнулся про себя.

Однако в резиденцию транспортного магната его не пустили. И он, признаться, чуть было не повернул назад, что порывался сделать множество раз, пока добирался сюда. Честно говоря, Скай и не помнил, как вообще дошёл. Он немного поплутал по тёмным улицам Нижнеграда, не чувствуя холода и усталости, и только потом отправился наверх. В ушах шумело, его качало из стороны в сторону так, что бакенщик неоднократно норовил прилечь на тротуар или притулиться к мусорным бакам в подворотнях и уснуть. Да и мерзкий вкус охотничьего пойла, который всё ещё бродил во рту, ничем не перебить. Наверное, как раз это не дало ему завалиться под куст и захрапеть.

«Неужели я так наклюкался?» – сам себе удивлялся Скай.

И сейчас, нетвёрдо стоя перед охранником, он прежде всего попросил воды, а затем потребовал Трампли. Воды ему, разумеется, не подали, и пока невозмутимый портье-охранник вызывал своего патрона, Скай, махнув рукой напился из фонтанчика тут же у входа.

«Оооо, да!»

Прохладная жидкость разлилась по дёснам спасительным бальзамом, до этого Скаю казалось, что сквозь язык у него проросли колючки и царапали нёбо…

Он же никогда так не напивался! Да и вообще давно ничего крепче взвара не употреблял. Вроде бы, в последний раз до этого на вечеринке по случаю окончания школы. С Эльзой…

Явился недовольный патрон и вежливо предложил «возмутителю спокойствия» уйти и проспаться, но Скай ему не внял, сунув под нос пропуск и продолжая требовать Чарлиса Трампли, по-родственному.

– Господин Трампли отдыхает, – сухо сообщил патрон. – Он спит.

– И потому иллюминацию в его доме из Нижнеграда заметно? – съязвил Скай.

– Босса нет дома, – пришёл на выручку патрону охранник, на что бакенщик лишь расхохотался, а патрон наградил подчинённого сердитым взглядом. Тот не только не помог, а ещё вдобавок и распалил дебошира.

– А чьи это голоса разносятся по всему дому? – пьяно веселился Скай. – Уж не незваных ли гостей? Тогда я буду одним из них, – и он решительно переступил порог. Охранник, возмущённый такой наглостью, преградил ему путь, а патрон лихорадочно вызывал подмогу…

– Пропустите его, – раздался бесстрастный голос.

Бакенщика тут же пропустили, отступив в стороны. Посреди зала стоял сам Чарлис Трампли. Наверное, только что спустился по лестнице… Выглядел он с иголочки, разодетый в новенький пиджак, шёлковую рубашку и галстук бабочкой. Брюки щеголяли стрелками, в ботинках отражались лампы…

Скай бесцеремонно сплюнул прямо на блестящий отделанный дорогим мрамором пол.

– Скай, – улыбнулся ему кандидат в отчимы.

– Я тут поговорить…

– Тогда поговорим. Но не здесь, – Чарлис кивнул, жестом пригласил Ская следовать за ним, и бакенщик уверенно двинулся к центральной лестнице зала, ведущей на галерею. Он бывал тут неоднократно, вместе с Эльзой, ещё в детстве и знал расположение комнат.

– Не туда, – Трампли придержал его за рукав и указал направление.

– Поговорим в моём кабинете. У меня сегодня гости, не следует выяснять отношения при них.

Скай пожал плечами.

В кабинете, так в кабинете. Ему определённо не хотелось встречаться с гостями Трампли. Однако поинтересовался на всякий случай:

– Моя мать тоже здесь?

– Нет, она…

– Не вписывается в твой круг? – Скай не преминул ввернуть Чарлису шпильку. – А-а, тебе неохота позориться перед своими богатенькими влиятельными прилипалами! Только представь, как ты её с ними знакомишь! – потешался бакенщик. – Господа, это моя будущая жена – вдова моего бывшего слуги!.. Поэтому ты её не пригласил?

Чарлис нахмурился.

– Я приглашал, она сама отказалась. Её условие – никаких представлений до свадьбы.

– Вот как, – ухмыльнулся Скай, – а матушка-то не промах! – Но развивать эту тему не стал, они уже заходили в кабинет.

Трампли плотно закрыл дверь, проследовал к массивному столу с крышкой, затянутой зелёным сукном и уселся в кресло за ним. Скай остался стоять посреди кабинета.

А как же! Теперь Чарлис даст ему сполна почувствовать своё место и вину…

Будущий отчим вдруг выдвинул ящик стола, достал оттуда пузырёк с таблетками и налил из графина, стоящего на столешнице, полный стакан воды. Он протянул таблетки Скаю.

– Выпей парочку. Сразу протрезвеешь.

Бакенщик таблетки и стакан взял. Воду выпил залпом, спасаясь от вновь нахлынувшего сушняка, а пузырёк с таблетками пристроил на круглый столик под портретом какого-то напыщенного щёголя с тросточкой. Наверное, предка Трампли. Чарлис следил за будущим пасынком взглядом – молча и беспристрастно.

– Не поверишь, – осклабился Скай, развалившись на диване перед столом напротив Чарлиса, – но я трезв как стёклышко. Голова ясная, а кое-что вижу даже яснее обычного.

– И что же? – скривился Трампли. – Дно стакана?

– Смерть своего отца!

– Так ты об этом хотел со мной поговорить? – Чарлис ничуть не смутился.

– Об этом… И надеялся, что ты прольёшь свет, расскажешь, за что убил его.

Трампли вздохнул.

– Это был несчастный случай.

– Можешь сколько угодно это талдычить, обманывая мою матушку и Синод, но я-то знаю…

– А что ты знаешь? Ничего. Это был несчастный случай!

– Несчастный случай?! А не ты ли отправил моего отца испытывать неисправную катапульту?

– Он сам вызвался…

– Неужели? – Скай подался вперёд и сузил глаза. – Ты ему приказал, а до этого сбил все настройки, и катапульта занесла моего отца прямо в корону Гелиоса в активной фазе… – голос бакенщика дрогнул, но он завершил фразу:

– И отец сгорел… по твоей злой воле.

– Подумай, Скай, – примирительным тоном попытался вразумить его Чарлис. – Зачем мне намеренно губить своего лучшего инженера-конструктора? Я без него теперь как без рук…

Но Скай голосу рассудка не внял и продолжил кидаться обвинениями в Трампли.

– А затем, что он разрабатывал альтернативу твоим громоздким, устаревшим и опасным катапультам!

– Скай, Скай, я тебя умоляю! С чего ты это взял?

– Я видел у него чертежи! И он наверняка показывал их тебе, надеясь на финансовую поддержку, но ты испугался… Ты подстроил его гибель, а теперь женишься на его вдове, – с горечью заключил Скай.

– И где эти чертежи теперь?

– Полагаю, ты их уничтожил… как улики.

Бакенщик действительно искал их и дома, и в мастерской отца, но они бесследно пропали. Словно ему приснились…

– Ты такой фантазёр, Скай, – рассмеялся Чарлис, откидываясь на спинку кресла и сцепляя кисти в замок на столе. – Если бы они были… это создало бы многие проблемы... Иди-ка домой и проспись.

– А иначе, кому бы они понадобились… – задумчиво пробормотал Скай, разглядывая рисунок на паркете и не обращая внимания на слова Трампли. – Они бы так и остались там…

– Скай?!

– Чарлис, – он вскинул голову и посмотрел на собеседника. – По какому поводу праздник?

– Это приём… Помолвка моей дочери, – Трампли слегка удивился таким переменам в настроении бакенщика. – Она скоро выходит замуж за среднего сына Ласкера.

Горнодобывающего магната… В его руках сосредоточены все рудники и шахты Фаэтона, богатые ископаемыми.

Скай покачал головой. Матушка зря питала иллюзии.

– Не переживай, – Чарлис по-своему истолковал его задумчивость. – У вас с Эльзой всё равно ничего бы не получилось.

Разумеется! Скай-то в отличие от матери не заблуждался на их счёт. Хотя это он оставил её… Понимая, что у него нет будущего ни с одной девушкой Фаэтона. Но даже если бы он не стал бакенщиком… Всё равно Эльза птица не его полёта. Что ей сын какого-то инженера, когда сыновья магнатов – горнодобывающего, сельскохозяйственного так и вьются вокруг неё, соревнуясь между собой за внимание единственной дочери самого Трампли.

– И не собирался, – равнодушно ответил Скай. – Пусть будет счастлива.

– Ты тоже можешь, – заметил Чарлис. – Одно моё слово и тебя переведут из бакенщиков в мои цеха, сборщиком, или на станцию – обслуживать катапульты. Ты парень толковый, я знаю. Помню, как целыми днями вертелся в мастерских возле отца. Сразу после уроков бежал к нему.

«Где же ты раньше был, когда тянули жребий?»

– А сделаете меня главным конструктором? – осведомился Скай.

– Вполне возможно. Будешь хорошо работать – пойдёшь на повышение, – пообещал Трампли, не подозревая подвоха.

– Чтобы потом как отца? – глухо проговорил Скай.

– Брось! – Трампли поморщился. – Я искренне люблю твою мать и не стану вредить её сыну.

– Но моему отцу вы уже навредили.

– То был несчастный случай, – снова повторил Чарлис. – Я же хочу спасти тебя, чтобы ты мог жениться и завести детей. Всё-таки единственный сын у матери…

«И даром не нужно мне такого спасения!» – подумал Скай. Он уже был настроен не так категорично, как прежде. Остатки пойла охотника постепенно выветривались из его головы…

– Что вы за это хотите?

– Ничего, – Трамли даже дёрнулся от досады. – Просто тебе помочь, если позволишь. Ну, разве что перестанешь донимать меня этими нелепыми домыслами.

– Вот оно что! – Скай усмехнулся и поднялся с дивана. – Поздно уже. Всё поздно… Действительно, пойду-ка я лучше домой.

И подумаю ещё.

При выходе из кабинета бакенщик столкнулся с лордом Дарком. И изумлённо уставился на Деору, маячившую у того за спиной.

Этот член Синода, ясно дело, вхож во все дома… А Деора что тут с ним забыла?

Недоразумение разъяснилось скоро. Они явились сюда, чтобы спасти его, как сбивчиво сообщила девушка.

«Спасители!» – Скай закатил глаза.

Ну прямо все сегодня вознамерились его несчастного спасти.

Чарлис тотчас сориентировался и пригласил лорда Дарка на торжество по случаю помолвки своей прелестной дочери, мигом смекнув, как выгоднее представить всем «почётного гостя». Дарк не отказался, тем более кое-кто из Синода здесь уже гостил.

Тем временем, Деора под шумок увела Ская из резиденции Трампли от греха подальше. Или это он увёл её.