Минус на минус

Глава 1. Дикарка

Варя влетает в универ, когда часы на телефоне показывают 8:23, а дядя Гриша, всеми любимый сторож, без лишних вопросов пропускает опаздывающую на семинар девушку. Она благодарно улыбается и летит к лестнице, ведь на лифт времени нет, а препод по социальной медицине ждать не будет и с удовольствием поставит ей "энку". Первый семестр только успел начаться, а Варвара уже успела несколько раз опоздать, забыть про новое расписание и потерять пропуск, за утрату которого пришлось выложить из кармана триста рублей. Грабёж! Она ведь бедный студент, чья стипендия три четыреста без учёта взносов, которые профком «честно» забирает себе раз в месяц. Одна мафия вокруг, а не университет.

Варя и глазом моргнуть не успела, как поднялась на четвёртый этаж. Остановилась, чтобы привести дыхание в норму и поправить джинсовку, которая от бега свалилась с одного плеча. Правильно мама говорила, что спорт - это жизнь. Если бы Варя чаще двигалась, а не зависала дома за ноутом и сериалами, то и неожиданные пробежки проходили бы легче. А так сама виновата, вот и страдай!

Пушкина (никаких родственных связей с Александром Сергеевичем, к сожалению) открывает дверь в аудиторию и тут же встречается взглядом с Никитой Алексеевичем, преподавателем. Он смотрит надменно, задрав одну бровь. Его взгляд так и кричит «Опять опоздала?». Во-первых, не опять, а снова. А во-вторых, да. В институте есть негласное правило, мол, преподаватель не опаздывает, а задерживается. Почему на студентов не распространяется? Варе бы это очень пригодилось. А так она вынуждена попросить прощения и разрешения войти.

— Проходи, — мужчина машет рукой куда-то в сторону студентов. — Продолжим.

Варя же проходит на последний ряд и усаживается рядом с одногруппником, который спокойно опустил голову на руку и лежит, даже не обращая внимания на преподавателя. Всем бы такой уровень заинтересованности в учёбе как у Желтка. Она достаёт из новенького белого рюкзака тетрадь и карандаш. Вот черт, ручка осталась дома! Сегодня не день, а сплошная карусель.

Никита Алексеевич пишет на доске синим маркером «Методы психотерапии». Варя точно помнит, как читала про эти ужасные методы сегодня ночью: про гипноз, про внушение (суггестию), про эмоционально-стрессовую психотерапию, про психоортопедию и что-то ещё, но всё вылетело из головы. В надежде конспекта она открывает тетрадь, но там только чистый белый лист, даже дата не стоит.

От отчаяния она ложится на парту, а волосы закрывают её лицо. Будет совсем весело, если Никита Алексеевич решит спросить именно Пушкину. Тогда можно будет смело идти в магазин за верёвкой и мылом.

— Ну что, кто хочет? — спрашивает мужчина и опирается на стол, складывая руки на груди.

В аудитории тишина. Студенты спрятали свои лица в тетради, делая вид, что все усердно повторяют. Но нет, они лишь молят бога, чтобы спросили не их, а кого-то другого. Мужчина усмехается этой привычной на семинарах картине. Когда-то он тоже был студентом, не так давно между прочим, и прекрасно понимает сидящих здесь парней и девушек. Тогда мучили его, теперь мучит он. Всё честно, это жизнь!

Мужчина берет список группы и пробегает взглядом от А до Я, выбирая себе жертву на первую тему из трех.

— Мошкова? — он поднимает голову к студентам.

— Её нет, болеет, — отзывается староста группы.

Удар оказался нанесён мимо, приходится выбрать кого-то другого. Среди студентов вновь нависло напряжение. Сейчас удар будет точно в цель.

— Желтков.

Варя выдыхает. Не она. Пронесло, черт возьми!

Она поднимает голову и смотрит на Рому, который также оторвался от парты. У него красные глаза и синяки под глазами. Кажется, будто сон нужно дарить ему в подарок, потому что по внешним признакам он точно не спал около суток или даже больше. С первого взгляда он выглядит как и всегда - растрепанные волосы, серая толстовка, джинсовка, чёрные брюки, кеды от Конверс и в завершении усталое лицо. В восемь утра оно тоже сохраняется. Со второго же взгляда можно подумать, что у Желтка проблемы.

Рома трёт глаза. Пытается прийти в себя и понять, что происходит.

— Доброе утро, любимый, — улыбается Алексеич, как его кличат внутри группы, и смотрит на студента. — Отвечать будешь?

Рома согласно кивает головой.

— В общем, — спустя некоторое время тишины начинает парень. — Есть несколько методов психотерапии. Первый — это гипноз, второй — су...

— Расскажи только про гипноз. Всё, что знаешь.

Мужчина обходит стол и садится на стул, ставя студенту балл за посещение. Если он ещё и ответит верно, то это будет успех.

— Ну, — достаточно тихо начинает Рома, — нансийская школа различала сначала три стадии гипнотического состояния. Это каталепсия, нарколепсия и сомнамбулизм.

— Что такое сомнамбулизм?

— Расстройство парасомнического спектра, при котором люди совершают какие-либо действия, находясь при этом в состоянии сна. Оно классифицируется как расстройство сна, относящееся к семейству парасомний, — будто заученный текст говорит Рома, удивляя этим всю группу.

Варя сидит рядом и в услышанное поверить не может. Желток еще никогда так четко и правильно не отвечал на вопросы преподавателя, сегодня точно необычный день, который можно обвести красным в календаре. Вся группа смотрит на одногруппника, не веря в происходящее. Никита Алексеевич же смотрит на студента и внимательно слушает всё, что он говорит. А главное правильне вещи говорит. Даже гордость берет за такого студента.

Желток продолжает рассказывать про гипноз, а Варя готова поддаться силе тяжести и лечь на парту. Ночь была ужасной из-за выбора темы для курсовой и преподавателя, который будет курировать ее работу. Всех нормальных и неприставучих разобрали сразу, а Пушкина не успела и в итоге староста записала ее к Никите Алексеевичу, у которого было свободно всего три места. Из четырех. Пришлось смириться и готовиться к моральным истязаниям. А их Алексеич любит и делает с регулярным постоянством. Тема тоже досталась ужасная, пришлось выбирать из оставшихся. "Проституция как вид социальной работы" - такая тема досталась Варе. И что теперь с ней делать? Идти и проверять на практике? Она в отчаянье.

После пары Алексеич просит студентов, которые записались к нему на курсовую, остаться и в аудитории остаются самые отчаявшиеся и побитые этой ночью студенты. На первом ряду совсем никого не осталось. На третьям ряду у окна осталась староста Таня, которая специально записалась к этому бесу социально-психологического института, сумев найти с ним общий язык и распознав, что он не так уж и ужасен. В аудитории также остался Желток и Чацкий, который проспал весь семинар и только сейчас поднял голову. Пушкина готова плакать от безысходности. Она уверена, что не выживет.

— Вот они — мои четыре всадника Апокалипсиса, — улыбается мужчина и разводит руки в стороны, обводя студентов. Он открывает свой черный блокнот, который среди студентов называется тетрадью смерти, и берет карандаш со стола, собираясь что-то писать. — Называйте фамилию и тему, которую выбрали.

Староста начинает первая.

— Шушкевич. «Медико-социальные аспекты защиты инвалидов».

- Чацкий, — начинает сонная принцесса группы. — «Проблемы социализации детей-сирот».

Варя готова застрелиться. Всё это похоже на страшный сон. Но нет, это реальность.

— Пушкина. «Проституция как вид социальной работы».

Алексеич начинает медленно качать головой. Это его странная привычка.

— Желтков, — тихо говорит Рома. — «Медико-социальная реабилитация пожилых людей».

Мужчина записывает и откладывает блокнот в сторону, оглядывая студентов.

— Предзащита назначена на март, предупреждаю сразу. К этому времени материал должен быть. Можете идти, — отпускает Алексеич и Варя первая вылетает из аудитории.

Хочется убежать из этого места как можно дальше и быстрее.

Всю следующую пару, лекцию от старого преподавателя по философии, Пушкина проводит в телефоне, листая ленты в различных социальных ситях. В Инстаграме новые фотографии от одногруппниц, которые приходится оценивать, чтобы поддерживать атмосферу дружбы, в Твиттере новости о сложных внешнеполитических отношениях Армении и Азербайджана. После таких новостей в интернет выходить совсем не хочется. А где же мир? Почему какие-то мужики в костюмах лишают людей спокойной жизни? Варя в очередной раз убедилась, что политика - это лишь одна большая игра богатых людей, которым плевать на мир.

Как-то на паре по конфликтологии они затронули тему внешнеполитичечкой стабильности. И Варя была готова убивать. Она помнит, как хотела поступить на юридический и изменить этот грязный мир к лучшему, очистить его от плохих людей, но в итоге поступила на госслужащего и теперь, если пойдёт по пути меньшего сопротивления, будет такой же кляксой, лишь очерняя окружающий мир. Но выхода нет, она учится и старается сопротивляться тому, что не считает приемлемым. Это получается не всегда, иногда ей приходится ломать свои принципы в угоду стандартам общества, но кто вообще, черт возьми, создаёт эти лживые стандарты?

Варя мирится с этим и принимает. Иногда это единственный выход.

После скучной лекции девушка отправляется в святую святых всего университета - буфет. Очередь на раздаче увеличивается в геометрической прогрессии. На кассе любимая старшекурсниками и ненавистная из-за своего сложного характера первокурсниками тётя Зина, которая вечно что-то кричит девочкам на кухню. А этот её фиолетовый фартук уже стал отличительной чертой всего университета. Его даже брали для сценок в КВН на первый снег.

Варя берет привычный набор: салат из свёклы, лапшу с котелтой и яблочный сок с коржиком. В отличие от других девочек, у которых на поднос только салат и чай без сахара, Варюшка, как её зовут одногруппники и друзья, набирает еду, чтобы набить свой желудок и успокоить душу. В этом мрачно мире нет ничего прекраснее еды. И она это поняла уже давно, не отказывая себе ни в чём. В буфете достаточно людей, компания парней сидит за дальним столиком, две девушки у окна, несколько первокурсников осматриваются по сторонам, пытаясь всё уловить, а также несколько знакомых лиц с института.

И всё бы шло хорошо и спокойно, Варя в прекрасном одиночестве продолжала бы набивать щёки, если бы в буфет не влетел дурачок Славик с лицом будто кого-то убили. И убил он. Слава парень хороший и Варя знает его уже очень давно, ещё со школьной скамьи. Он всегда был немного не таким, как все вокруг. Если все шли направо, то он налево, все говорят, что ответ пять, а он шесть и плевать, что неправильно. Он такой. И эта необычность его привлекательная сторона. Он до конца отстаивает свое мнение и поддерживает тех, кого любит, даже если те не правы. Так выглядит идеальный друг? Варя думает именно так.

Слава быстро находит глазами подругу и усаживается напротив, готовясь рассказать что-то сенсационное. Иначе всё это будет ни к чему.

— Если ты кого-то убил, то узнать как спрятать труп лучше у химиков, — с набитым ртом говорит Варя, запивая котлету соком.

— Шварц шагает сейчас сюда и будет через несколько минут, — довольно будто кот улыбается Славик и смотрит на подругу.

Какого черта? Варя давится несчастной котлетой. Какой Шварц, когда она сидит здесь в окружении тарелок и с лицом полным удовольствия поглащает обед? Нельзя, не сейчас!

Варя старается быстрее проглотить уже прожеванную часть обеда, но только больше давится, за что получает скукоженное лицо Славы. Правильно, это же не Ленка с психологического сейчас в буфет идёт со своими подружками. Ну ничего, придёт время и Варя отомстит ему. Нужно только подождать.

— Надо было написать, тебе телефон для чего? — не понимает Пушкина и вытирает рот салфеткой. Нужно привести себя в порядок, Даня идёт в буфет и не должен увидеть её с набитым, грязным ртом.

— И пропустить такое представление? — он откровенно смеётся на Варей. — Никогда, кисуль!

Варя смотрит на друга. В принципе, ожидаемо от этого товарища, но как-то неприятно. Она ведь и правда могла обложаться перед поулрителем сердца и тогда было бы очень неловко. А он только недавно начал обращать внимание на малютку Варюшку! Нет, нельзя так.

Варя щюрит глаза и резко хватает Славу за щеки, сжав их пальцами настолько сильно, на сколько позволяют силы. Их лица в сантиметрах друг от друга, но девушка наклоняется к ушам друга и шепчет:

— В следующий раз это будут не щеки, Славик, — улыбается и отпускает бедного парня, чьи щёки за короткое время успели изрядно покраснеть.

Варя возвращается к обеду, продолжая есть аккуратно.

— Дикарка, — дуется Слава, потирая лицо. — Поэтому-то у тебя и нет парня!

— Инвалидом стать хочешь говоришь? — Пушкина выдвигает вилку вперёд, тыкая ей вокруг друга.

Вот она — высокая дружба двух взрослых людей.

— Не хочу составлять тебе конкуренцию, ты номер один, — улыбается Слава.

Варя сидит спиной к дверям, поэтому не замечает, когда предмет её грёз входит в помещение. А Славик всё видит, но ничего не говорит. Наблюдать за подругой, которая с ума сходит от главного красавчик института фундаментальных наук и ненавидит его лучшего друга, забавно. Варя заставляет его смеяться.

Два друга, которых Пушкина до сих пор не заметила, пытаясь воткнуть вилку в друга, продвигаются с подносами вдоль раздачи. Они быстро расплачиваются за обед и направляются к свободному столу у входа, проходя мимо Вари и Славика. Тогда-то она и замечает их, замерев с вилкой у глаза друга.

— Привет, — здоровается Шварц, смотря на девушку и улыбаясь. Чёртов обольститель. Против этой солнечной улыбки Варя бессильна. — Всё хорошо?

— Абсолютно, — в ответ улыбается Варя, убрав вилку от Славы. А надо было воткнуть, чтобы не болтал.

Тишина. Слава единственный решает прервать ее:

— Присядите?

Варя быстро смотрит на друга Дани Шварца и возвращает внимание обратно на милого парня. Смотреть на него уже одно удовольствие, не то что говорить с ним, слушать его нежный голос.

— Только если вы уйдёте, — отвечает вдруг четвёртый, которого всё это время было не видно и не слышно. Только сейчас Пушкина обращает на него внимание как и положено.

Чёртов Басманов Яман. Бесит одним своим присутствием. Варя смотрит на этого хама со всем призрением, какое только испытывает к нему. Если с Даней она не была нормально знакома и их редкие беседы для неё на вес золото, то с этим придурком они знакомы и взаимно терпеть не могут друг друга. Так она считает. Их общение не заладилось с самого начала, когда Варя пришла в секцию по волейболу. Она пришла и также быстро благодаря Яману ушла.

О нем столько слухов по университету гуляет, что сложно уже во что-то верить и узнать, какой это на самом деле человек, почти невозможно. Варя заметила почти сразу, что Шварц и Басманов почти неразлучны, не считая тренировок по волейболу у последнего. Из-за этого по университету гуляет слушок о более тесных отношениях между друзьями. Никто эти слухи не опровергал, но и никаких доказательств тоже нет. Замкнутый круг получается. Но Варя не верит в эти сплетни, которые распускают глупые студенты.

Варя Пушкина не была бы собой, если промолчала на грубость со стороны этого придурка.

— Твоё место там, — грубо отвечает Варя, указывая рукой на мусорку возле входа.

Данил, которого все коротко называют Даней, пытается сдержать улыбку, но не получается, поэтому приходится спрятать губы за кулаком, чтобы не злить друга ещё больше. Эта девчонка сегодня в ударе!

— Рот вытри, грязнуля, — спокойно говорит Яман и удаляется к свободному столу в другом конце буфета.

Данил провожает друга взглядом, а после обращается к Варе и Славе, которые оторопели от слов этого хама:

— Простите его, он сегодня не в духе. Встретимся на собрании студклуба? Ты придёшь? — обращается к Варе.

Конечно она придёт, что за глупые вопросы? Она и пошла-то в этот студклуб, чтобы только лишний раз увидеть это милое личико и услышать этот нежный голос. Всё ради него.

— Конечно, — улыбается Варя.

— Тогда увидимся, — с мягкой улыбкой говорит Даня и уходит к столику, за которым его ждёт друг.

«Увидимся», — остаётся не сказано в ответ, но Пушкина продолжает глупо улыбаться, смотря куда в пространство. Ох уж эти чувства! Все эти описания любви в книжках и половину реальных чувств не рассказывают. Варя читала о бабочках в животе, но их нет. Есть нечто другое, что она не может объяснить даже себе. Нет мурашек или дрожи от прикосновений. Она не мечтает о возможном будущем. Это глупо. Никогда не мечтайте о будущем с кем-то, кто появился в вашей жизни слишком неожиданно, потому что он исчезнет также резко, а мечты останутся. И вам с ними жить всю жизни. Лучше не начинать.

Варя наблюдает за тем, как Даня садится за стол спиной к ней. У него широкие плечи, за которыми хочется спрятаться от всего этого жестокого мира. И от этих чёрных глаз. Яман смотрит на неё из-под опущенных ресниц, словно готовясь нанести удар на поражение. От такого взора может стать по-настоящему страшно и Варюшка чувствует себя не совсем комфортно, но отвести взгляд значит проиграть. А она никогда не проигрывает. Она лишь приподнимает бровь в немом вопросе, на что получает лёгкую ухмылка. Что? Он смеётся над ней? Вот урод! Да как он смеет?

— Хватит смотреть на него, дырку скоро просверлишь, — замечает Слава и крадёт с подноса коржик, который был куплен точно не для него.

Воришка!

— Ага, — совсем не слушая о чём говорит друг, отвечает Варя.

Только вот смотрит она совсем не на того, на кого должна. Эти чёрные глаза притягивают куда сильнее. Чёрт. Так быть не должно, точно не с ней.

Варя первая отводит взгляд, возращая внимание на друга, который забрал себе не только коржик, но и сок.

— Ты была так занята, — с набитым ртом оправдывается Слава, когда получает взгляд полный вопросов и непонимания.

— Лишь бы пожрать, бегемот.

— Кто бы говорил!

— Пошли уже, — бубнит Варя, поднимаясь с места и унося поднос с грязной посудой.

Слава хватает её и свои вещи и бежит из буфета за подругой. Что-то явно пошло не так.

***

В аудиторию, которую институт отдал под собрания студклубу, Варя влетает с опозданием на несколько минут. Она задержалась в грильной, доедая шаурму. В ней она знает толк, как ни в чём другом. С курицей и классическим соусом, по мнению Вари, шаурма получается лучше всего, как и должна быть. Они с мамой часто покупают её у дяди Джасура возле дома, а он в свою очередь делает её такой, чтобы пальчики съесть хотелось.

В аудитории уже все сидят. Во главе стола председатель студклуба Марина, которую все зовут по имени-отчеству из-за её важности и положения. Она единственная во всем институте, кто может договориться с любым преподавателем, даже с вредным Никитой Алексеичем. По бокам от неё сидят старцы университета - студенты четвёртого курса с направления истории. Даня же сидит совсем в конце стола один. Это точно на руку для Пушкиной, потому что она скидывает вещи возле двери на пол и усаживается рядом с парнем, тихо извиняюсь за опоздание.

Марина только кивает головой и продолжает говорить на чём была прервана.

Варя пытается уловить суть слов, которые вылетают из уст председателя, но все зря, она не понимает. Что-то про красивую речь, про презентабельный вид, про заучивание текста, про студентов с журналистики. При чём здесь они? Девушка не понимает.

— О чём она? — решает спросить у Шварца Варя.

Даня не отрывает глаз от председателя, но наклоняется ближе к Варе. Она чувствует его лёгкий одеколон. Это нечто цветочное и лёгкое. Пахнет приятно, даже немного сладко.

— О том, чем должны обладать будущие ведущие первого снега. В этом году будут выбирать новых, ведь те выпустились, — объясняет Данил и возвращается в прежнее положение.

— Хочешь попробовать? — спрашивает Варя, слушая Марину через слово.

Лишний раз поговорить с Даней и услышать его голос важнее. Она ведь не собирается становиться ведущей, ей это не нужно.

— Конечно, — улыбается он, — звучит интересно.

Варя улыбается в ответ.

— Уверена, ты будешь хорошо смотреться с микрофоном в руках на сцене.

— А ты? Не хочешь?

Что? Точно нет! Варя на паре среди одногруппников не всегда может подобрать слова, чтобы сказать что-то внятное и понятное, а вещать на огромное количество людей... Это не для неё, считает девушка. Она никогда не хотела этого. Она сидит на этом собрании только из-за Шварца, спокойная жизнь её привлекает гораздо больше. Без этого студклуба, волонтерства, активности и прочая выматывающая университетская деятельность.

— Думаю, это не для меня, — опуская взгляд на колени и теребя край футболки, отвечает Пушкина.

Парень молчит, но после тихо говорит, пожимая плечами:

— Сцена не для всех.

Варя так и не поднимает глаз на парня. Да, сцена не для неё, она поняла. Больше они не говорят — Шварц внимательно слушает председателя Марину Васильевну, а Пушкина смотрит куда угодно, только чтобы отвлечься от этих глупых мыслей. Он согласился, что сцена Варе не подходит. Да, она не первая красавица университета, не мисс мозг, не девочка богатых родителей, зато настоящая. Лучше быть настоящей тварью с дряным характером, чем милой куклой с пустой головой.

Марина выдвигает несколько своих кандидатов на роль новых ведущих и уточняет про желающих среди присутствующих. Данил поднимает руку и трое высказывают я в его поддержку. Варя тоже согласно кивает головой, говоря, что это может оказаться хороший вариант. Даня молчит, но его подбородок задирается всё выше. Он с улыбкой оглядывается всех и благодарит. В итоге на роль нового ведущего выбирают его. Девушку решают отобрать по заявкам.

— Зачем по заявкам? — недовольно спрашивает девушка, сидящая всё это время немного в стороне ото всех. — У нас столько своих симпатичных девочек. Вон Алинка или Варя...

Чего, простите? Варя? У неё глаза вот-вот готовы выпасть от услышанного. Нет-нет-нет!

— У меня госы в этом году, точно нет, — тут же отходит от всего Алина, совсем не делая слышать о какой-то деятельности вне учебной время.

— Варь? — спрашивает Марина и всё внимание тут же концентрируется на ней.

Варя смотрит на всех, кто присутствует в аудитории. Она? Нет. Перспектива видеть Данила и проводить с ним больше времени очень притягивает, тем более она сможет сблизиться с ним за такой короткий промежуток времени, но выйти на сцену с микрофоном в руках кажется для Пушкиной чем-то нереальным. После неудачного выступления на конкурсе чтецов ещё в средней школе она не выходила на сцену. Это страшно. Вдруг очередной провал? Его уже не забудут.

Но второй ведущий Шварц Даниил. Это привлекает.

— Можно попробовать, — бубнит Варя, смотря на Марину.

Председатель улыбается и громко оглашает новых ведущих. Все хлопают, а кто-то из парней даже свистит в поддержку. Даня смотрит на Пушкину с улыбкой и хлопает по плечу, выражая тем самым поздравления.

Больше они не говорили и не пересекались взглядами, Шварц отвернулся к председателю, а Варя смотрела в окно, за которым уже начало темнеть. Сентябрь подходит к концу, солнце начало садиться быстрее. Лето ушло, а совсем скоро и осень отдаст свое место зиме. Тогда всё будет жить от темноты до темноты. Варе нравится она, можно не скрывать эмоции, ведь их всё равно никто не увидит. Темнота спасает несчастных, позволяет им не лгать окружающим.

Марина говорит о бытовых вопросах по организации первого снега, который будет проводиться в декабре. Стандарты прежние, команда КВН от юридического института выступит и покажет несколько новых номеров, от социально-психологического института выступит дуэт с песней, а от института спорта будут танцы. Спустя год ничего не изменилось.

Марина отпускает всех ближе к восьми, когда за окном совсем стемнело. Варя неосознанно быстро хватает вещи и покидает аудиторию, направляясь прочь из университета. Слишком сильно хочется домой, где её ждут родители и вкусный ужин под «Улицы разбитых фонарей». Отец слишком сильно любит этот сериал, чтобы не смотреть его во время ужина с семьёй, поэтому смотрят все.

Варя приходит на остановку вовремя, потому что нужный автобус под номером 16 приходит буквально через несколько минут. Оплатила проезд, заняла свободное место в самом конце автобуса и уставилась в телефон — стандартная процедура для Вари. Автобус уже закрыл двери и начинает движение, как резкое торможение заставляет всех дёрнуться вперёд. Пушкина слегка ударяется о поручень впереди. Она чертыхается и уже начинает ненавидеть водителя за отвратительные навыки вождения, как дври открываются и в салон заходит тот, кого видеть сейчас хотелось бы меньше всего — Басманов.

Чёрт!

Он оплачивает проезд и встаёт лицом к Варе, опираясь на поручень спиной. Он совсем не замечает её, смотря в телефон, а в ушах наушники, как и у Пушкиной. Она без стеснения разглядывает знакомого. Чёрные брюки выгодно подчёркивают его подкаченные ноги, белая футболка и джинсовка. На голове волосы непонятным образом приглажены, а с плеча свисает спортивная сумка. Он был на тренировке по волейболу. Варя не может отрицать привлекательность этого придурка, но даже по сравнению со своим другом он не годится на звание первого парня университета. Его скверный характер отталкивает людей в мгновение, в то время как яркая улыбка Дани притягивает и заставляет оставаться с ним дольше. Эти двоя такие разные, Варя каждый раз удивляется, как они могут дружить. Может, слухи не такие уж и лживые?

Она мысленно бьёт себе по лицу за такие ужасные мысли.

Сегодня в буфете, когда их взгляды пересеклись, Варя была заворажена. Эти чёрные глаза притягивают также сильно как и улыбка Дани. Они полные противоположности. Но больше такого не должно быть, иначе она начнёт думать о вещах, которые вызывают странные чувства.

Яман выходит из автобуса за несколько остановок до того, как из салона выскакивает Варя. Она и подумать не могла, что они живут в одном районе. На улице её встречает одиночество и тиша спального микрорайона номер 21. Путь от остановки до дома освещен фонарями. На площадке возле дома никого нет и только соседские подростки сидят на лавке возле подъезда, смеясь и громко говоря о чём-то своём.

— Я дома! — громко говорит Варя, уведомляя родителей о возвращении.

— Мы на кухне, — слышит в ответ мамин голос девушка.

Варя проходит в свою комнату и, сбросив рюкзак около стола, снимает джинсовку, кидая её на стул. На кухне мама стоит у плиты, жаря картошку, а отец сидит за столом, разделывая селёдку к картошке. Иногда в семье Пушкиных готовят все вместе, чтобы хоть немного провести времени.

Варя разваливается на кухонный диванчик рядом с отцом.

— Почему так долго? Встречались со Славиком? — спрашивает мама, повернувшись ненадолго к дочери.

— Этот инвалид сегодня на свиданку полетел, — беря из вазочки конфетку, отвечает она. — У студклуба собрание было, задержалась.

— Разве туда берут скучных девочек с мешком лени? — заадет вопрос.

— Ну Славу же взяли, — пожимает плечами Варя.

На кухне повисает тишина, а после резкий взыр смеха. Отец и дочь ударяются кулачками — шутка засчитана. Женщина же закатывает глаза от всего этого представления, но улыбку не скрывает.

На стол ставится сковорода с картошкой. Запах вкусной еды на всю квартиру. Мужчина заканчивает с рыбой и семья садится за ужин. Ужинать всей семье — это традиция, которую Пушкины никогда не нарушают. А если кто-то и не успевает к нужному времени, то остальные ждут, но едят все вместе. Это правило.

Мама начинает расспрашивать у Вари про Славика и его свидание, а отец только глаза на все эти женские сплетни закатывает, хоть и через некоторое время сам присоединяется к разговору. Картошка быстро заканчивается и в дело идёт чай с конфетами и бутербродами. Всё-таки, любовь к еде Варе передалась по наследству, это их семейная черта.

Глава 2. Хвостатая особа

-... Она была словно куколка! Волшебная!... Ты слушаешь меня?

Варя лежит на столе, держа в руках стаканчик с горячим шоколадом. Сон этой ночью никак не хотел идти к ней, а неожиданная перестановка лекций только помогла. Изучение информации об ОМС и его важности в российском здравоохранении не дало заскучать Варе и до четырёх утра она была обложена учебниками, пособиями, тетрадями. Было весело настолько, что пришлось даже пить кофе, которое она ненавидит всем сердцем.

- К сожалению, - не поднимая головы со стола, отвечает Пушкина.

Слава продолжает рассказывать о своём невероятном свидании с Ленкой. Варя слушает каждое слово друга, даже голову в итоге поднимает, чтобы он не чувствовал себя некомфортно. Он рассказывает о том, как сначала они пошли в кино, затем в парк, а после они сидели в милой кофейне в центре. Это романтично и слишком сопливо для Вари, она к такому не привыкла. Ей никто никогда не устраивал романтические прогулки по вечерам, посиделки в кафе и просмотр фильма на последнем ряду.

Она же привыкла к вечерним посиделкам со Славиком во дворе, когда все маленькие дети уже разбегаются по домам и детская площадка становится полностью их территорией. Тогда они спокойно, не боясь косых взглядов от мамочек и любопытства от детей, могут сесть на лавку возле горки и выпить по бутылочки пива, которое обычно покупает парень. Это их уже небольшой ритуал.

Громов продолжает рассказывать про свидание с Ленкой и даже уже перешёл к заключению - проводы до дома. И Варя честно и старательно слушает его. Только до тех пор, пока в помещение не входит знакомый парень. Он всё также шикарно выглядит, в чёрных брюках и белой кофте, а на плечах висит кожаная куртка, которая известна на весь универ. На скольких женских плечах она висела даже невозможно сосчитать. Это отвратительно, Варя никогда такого не понимала и сейчас не может. Его чёрные волосы не то уложены, не то от природы так красиво ложатся. В заднем кармане брюк телефон, в ушах наушники, а в руках спортивная сумка - тренировки по волейболу проходят каждый день.

Слава говорит, Варя замечает это боковым зрением, но сама неотрывно смотрит на Басманова. Сукин сын, бесит до чёртиков. И как такой прекрасный человек как Даня может дружить с этим дьяволом? Этот вопрос мучает каждую вторую девочку в универе. Но ответа так никто и не нашёл ещё.

Яман заказывает американо. Варя знает, что этот злодей пьёт американо без сахара и молока, только кофе. Откуда? Она и сама была удивлена, когда в голове проговорила его обычный заказ в буфете университета. Сослала всё на хорошую память и слишком частое соседство в очереди за едой. И больше решила об этом не думать. Но сейчас этот момент сам всплыл в голове и заставил вновь задуматься.

Парень отходит в сторону, чтобы дождаться свой кофе и тогда они встречаются взглядами. Всего на мгновение и он переводит всё своё внимание на телефон, что-то упорно печатная в нем. Но Варя продолжает смотреть на него. Его красоту невозможно не заметить, он наделен острым умом и смекалкой, а также прекрасным чувством юмора. Варя застала его в компании друзей единожды, но тогда Басманов Яман, которого все знают как холодного и достаточно грубого человека, был совсем другой - он шутил, смеялся, а его улыбка освещала всё помещение. Это была первая тренировка в учебном году. Для Вари она же стала последней.

Яман отрывается от телефона. Он коротко смотрит на Пушкину, приподнимая бровь. Этот его фирменный жест сводит с ума всех девчонок.

- Перестань смотреть на него, - замечает эти странные переглядки Громов. - Там даже Шварца нет.

Слава отпивает немного шоколада из стаканчика подруги, ведь свой он уже давно выпил.

- Он не сварка, чтобы на него нельзя было смотреть, - Варя полностью фокусируется на друге, оставив Ямана наедине с собой.

- Можно подумать, что влюбилась ты в него, а не в Данила, - ехидничает Громов.

Он знает, что нужно говорить, чтобы вывести подругу на эмоции.

- Так ты не думай, - улыбается Варя, - это не твоё.

- Хамка, - дует губы Слава.

Слава отвлекается на пришедшее на телефон сообщение, и Варя уверена, что это Ленка уже с утра интересуется свободен ее верный холоп или нет, она просто так ему писать не будет. А парень только и расплывается в улыбке от короткого "Свободен сегодня?". Для нее он всегда свободен.

Яман забирает свой кофе и мило улыбается девушке, которая отдает ему заказ. Чертов ловелас! Никогда не упустит возможности улыбнуться какой-нибудь симпатичной особе. Это иногда бесит, ведь с Варей он предельно груб и резок, в отличие от Дани, который всегда относится к ней с улыбкой и пониманием. Это их главное отличие. Поэтому она и влюбилась в этого русского немца бесповоротно. Он будто идеальный персонаж романа, у которого всегда есть зонтик на случай неожиданного дождя и который всегда на всё знает ответ. Идеальный, не иначе.

Басманов выходит, даже не взглянув в сторону друзей. Варя же глаз от него до последнего не отводила. И он ушел. Слава наблюдает за этим, но молчит. Говорить нечего. Он понимает, что на Ямана трудно не смотреть, он притягивает к себе все внимание, но Варя не из тех, кто легко поддается чарам. Но сейчас точно пошло что-то не так.

- Красивый бес, - говорит Слава, отпивая шоколад из стаканчика подруги.

- Он не бес. Он чертов придурок! - возмущается Варя, поднимаясь на ноги. - Я пошла, скоро пара по теории.

И она уходит, оставив друга одного. На долго ли только? Ленка прибегает в кафе достаточно быстро, буквально через несколько минут.

До университета всего несколько минут медленного шага. Варя только перешла дорогу, уступив нескольким машинам, поднялась по ступеням и тут же оказалась в главном корпусе универа. У кафетерия привычная для всех очередь, охрана внимательно смотрит сновидения, а студенты, прикладывая пропуска, проходят на пары.

В переходе у автоматов с кофе и снеками также небольшие очереди. Телевизор в переходе показывает 11.37. Варе устоит ускорится, преподаватель не любит опоздания на свою дисциплину, тем более когда она не стоит первой парой. В голове всё, кроме теории социальной работы.

Пара тянется бесконечно. Варя успевает посидеть в социальных сетях, где ей попадаются фотографии Данила. Он ярко, словно летнее солнце, улыбается, а глаза раскрыты широко. Под фото благодарность другу за сделанный кадр. Он выглядит словно с обложки глянцевого журнала, он будто нечто настолько далекое и недосягаемое для нее, что становится страшно. Варя не в силах что-то сделать с этим, ее участь остается в наблюдение со стороны, в то время как другие могут подойти к нему гораздо ближе. И где же справедливость?

Только когда преподаватель просит записать важную информацию со слайдов, Варя отвлекается от рассмотрения красивых фотографий Дани и берет ручку из пенала. Это мучение.

***

«Вот чёрт, обед уже начался!».

Варя не понимает, как могла так легко забыть о столовой и отвлечься на какую-то там учебу. В жизни есть только одно главное правило: НЕТ НИЧЕГО ВАЖНЕЕ ЕДЫ! Так считает не только она, но и Слава, который уже успел занять очередь и им не придется стоять 15 минут в толпе студентов, чтобы набрать полный поднос и посплетничать о каком-то новеньком, который заявился в группу к Славе.

Варя не заметила часы за набросками курсовой. Сейчас же она со всех ног мчит по лестнице вниз, обруливая всех студентов и попутно извиняясь за каждое касание. Стоит ей вбежать в столовую, как она тут же находит в очереди машущего ей друга. Уже спокойно и немного переведя дыхание, Варя берет поднос и присоединяется к Славке.

Стоит ей подойти, как друг тут же начинает говорить обо все, что успело произойти за половину дня. Опять жужжит про свою блондинку, которая Варе откровенно не нравится, слишком вся из себя, а таких никто не любит. Упоминает также про родителей, которые на выходных идут в гости к какому-то другу отца с работы, поэтому сразу договариваются на кино-вечер со сладким и роллами. Они готовы душу за них продать, родину обменять на Филадельфию, а родителей на Дракона. Договорились скинуться на сет и колу, без колы нельзя, это преступление, за которое можно получить по лбу.

— Мальчиков кстати видел твоих, — говорит Слава, когда ребята уже садятся за единственный свободный столик в самом углу у окна.

Вид из окна прекрасный. Солнце сегодня яркое и игривое, запускает свои лучи во все окна и норовит запустить свои переливы во все комнаты. Это прекрасное явление природы.

— Я с утра тоже одного дятла видала, — кривляется Варя и откусывает сразу половину от куриной котлетки, которые повар с такой любовью делала.

— Ну не дятла, а как минимум жар-птицу, — смеётся друг. — В подслушано в тви уже давно обсуждают его новые часы, — Слава не отстаёт от подружки, а также убивает свой обед и достаточно быстро.

— А чего их обсуждать?

— Паль или нет, — Слава не понимает, куда делась вся извилина, отвечающая за построение причинно-следственных связей. — Так я чего про них начал-то. Они ведь не одни были. Крутила своим хвостиком одна особа рядом с ряженым твоим.

Варе даже булка с ветчиной и сыром в рот не полезла. А она всегда лезет. Иначе быть не может, вкуснее только роллы и мамины домашние пельмешки.

— И кто она?

Хочет ли Пушкина знать, что это за девушка? Не особо, если быть уж предельно честной. Это потом думать о ней, искать ее в Инстаграм, а по-другому просто быть не может, смотреть ее истории с анонимки «Визажист Ульяна К*», искать Данила среди подписок и подписчиков. А если подписан? Это будет штрафной круг для Вари, а такое не прощают. Все, это будет полный пи... Как полная маршрутка после четырех пар, а ты ещё и стоять вынужден. Или когда тетя Галя говорит, что булок с ветчиной и сыром нет, разобрали. Вот что это будет.

— Да я хз, вообще впервые ее видел, — Слава без каких-либо проблем жуёт свою булку и запивает ее сладким чаем.

Это стало концом хорошего дня для Вари. Больше не было никакого желания идти на пары, слушать скучные лекции, отвечать на семинарах и вообще видеть любых людей вокруг себя. Кто-то пытался узнать у Вари все ли у нее хорошо, но она отвечала короткое и хмурое да.

Конечно, не хорошо, но так хочется, чтобы было. Она старается делать все, чтобы выглядеть той самой для Данила, что напрочь порой забывает, что они и не знакомы вовсе. Кто он? Какой-то парень из института фундаментальных наук. Что он любит? Она не особо в курсе, видела пару раз его в пиццерии на Ленина с Басмановым. Какой фильм его любимый? Она не знает. Что он любит: чай или кофе? Тоже не знает. По всем фронтам мимо. А так хочется попадать прямо в цель с первого выстрела.

«Разве я могу что-то сделать?» сокрушается она в мыслях. Ей кажется, что она просто тряпка, которая ни на что не способна.

Варя решает зайти в Гриль, чтобы поднять себе настроение. Все как обычно: шаурма "бургер", зелёный Липтон. Усаживается как можно подальше от всех, чтобы никто не видел ее поникшее лицо и можно было остаться с мыслями наедине. Наедине быть полезно, открываются самые полезные и сакральные стороны тебя самого. Узнаешь много нового о себе.

Кто эта девушка? Возможно, просто такая же влюбленная дура как и Варя? Ей казалось, что это взаимно. Да и какие девушки возле этого дуэта не крутились. Верно, это просто очередная "фанатка".

Такая же как и она сама...

Стоит Варе все решить для самой себя, как дверь в Гриль открывается и в нее заходит тот самый главные герой ее романов. Он выглядит прекрасно, почти идеально. Тренч, белая футболка, черные брюки и лёгкий рюкзак. Она видит его впервые за день, и просто не может насмотреться, ей все мало и мало. Он двигается в сторону кассы, останавливается у меню, а после к нему подходит девушка. Небольшой рост, длинные волосы цвета каштана, длинный почти в пол плащ, джинсы и "найки". Варя на ее фоне глупая простушка.

Именно так выглядит хвостатая особа, о которой сегодня Варя уже слышала от лучшего друга.

Стало чуть легче, теперь она видит их своими глазами. Значит, не просто фанатка. Шаурму с кем попало не едят.

Глава 3. Капризная девчонка

Варя стала недоступна для всех на этот вечер, полностью уйдя в написание курсовой. Слава был отправлен на саморазвлечение без объяснения причин, чем Варя задела его нежные чувства, в групповые чаты не заходила, даже на сообщение от Данила, почему не пришла на собрание студсовета, не ответила. В общем, вся погрузилась в работу. Периодически это происходит, поэтому нужно пользоваться по полной, потом опять станет абсолютно все равно.

Когда Варя уже лежала в кровати, сдерживать себя, чтобы не найти эту особу в интернете стало сложнее. В итоге она сдалась и нашла ее достаточно быстро. Данил подписан на нее. Из общих подписок только Яман, с которым они давно подписаны друг на друга. Катарина. Красивое имя, как и она сама, Варя убедилась в этом ещё раз. Всего 8 фотографий, но все пролайканы им. Обидно. У Вари ни одного лайка от него. Чёрт. В историях фото учебников по истории, фото лука в зеркало и шаурмы. Самая маленькая из предложенных в ассортименте. Варя берет самую большую. И кола без сахара. Варя считает, что она ужасна на вкус и они очень отличаются.

На опубликованных фото она, ее мир и он. Она узнала это пальто горчичного цвета. Фоту уже несколько месяцев.

Это полный провал. Варя завершает круг даже не второй, она где-то очень позади от Катарины, которая давно финишировала первой.

Варя впервые ее увидела сегодня, никогда не слышала о ней и не видела рядом с Даней. Она словно снег в июле свалилась на бедную голову Вари. Кажется, будто она специально пряталась и появилась в момент, когда в голове Пушкиной все рисовалось буквально идеально. Они с Даней ведут вместе "Первый снег", проводят много времени вместе на репетициях, видятся в столовой, Варя идеально спланировала как можно пригласить Даню в кафе якобы обсудить несколько деталей о сценарии в выходной день. И вот он уже понимает, что она и есть та самая, которая ему необходима.

Детские мечты.

Вся ночь была словно в тумане. Сон то находил волной, заставляя Варю закрыть глаза, то требовал проснуться и смотреть в потолок с мыслями о нем одном. Это казалось Варе безумием. Коктейль из различных чувств и эмоций овладел ей, такое было впервые, Варюша растерялась и испугалась самой себя. А они будто ураган, а то и круче. Словно смерч они рушили все ее равновесие и смирение. Всегда улыбчивая и яркая Варюша в один момент превратилась в хмурую и злую Варвару. Смерч сносит все на своем пути, абсолютно безжалостно. Она из последних сил держится.

Утро было не ярче. Без какого-либо желания собралась и поехала в универ. Старые потёртые джинсы, сальные волосы в гульку, огромная черная футболка, за которой совсем не видно ее женственности и грации, а на ногах старые кроссовки. Выглядела хуже обычного, но лучше, чем во время сессии. Сессия привносила страдания подобного масштаба, а порой и сильнее. Но сейчас не существует проблем и боли больше для Вари, как внезапная любовь Дани к неизвестной Катарине.

Слава, увидев подругу, все понял без слов. Кофе покупали молча, обмолвились только о предстоящей ночёвки, Варя сказала, что все в силе. Разошлись по своим корпусам и оба погрузились в учебу. Учиться Варе было невозможно, слушать лекции не хотелось, а в социальных сетях фотографии счастливого Дани, и причиной счастья стала не она. Только сейчас Варюша понимает, как сильно прилипла к Шварцу совсем не зная, что он и кто он. Теперь он должен стать ничем и никем.

В мыслях о смертельном смерче чувств проходят пары до обеда. В этот раз Варя приходит даже раньше Славы, занимает им очередь и берет еды больше обычного. Двойную порцию картофельного пюре, курицу, два салата, две пиццы и три стаканчика с компотом. Слава берет примерно также. Уходят в самый конец, чтобы спрятаться сегодня ото всех. Они все противны ей.

— Как твои дела с Леной? — решает прервать затянувшуюся тишину Варя.

Слава смотрит на подругу и не знает, стоит ли говорить о своем счастье. Варя никогда не была так печальна в его глазах.

— Ходили вчера на каток, — жуя куриную котлету, бормочет Громов.

— Это круто, — улыбается Варя. — Рада за вас.

Опять тишина. Славе откровенно некомфортно. Он не понимает, что должен делать, а что нет, потому что никогда не такой не видел. Даже после летнего лагеря, где встретила свою первую любовь и рассталась с ней спустя почти три недели, Варя не была так угрюма. Сейчас все по-взрослому.

— Варя, — они не замечают, как к столу подходит виновник торжества. Слава готов уничтожить его взглядом, однако у короля есть защитник, взгляд которого заставляет Славу стушеваться и заскулить. Басманов сильный даже взглядом.

Даня выглядит великолепно, Варя сразу это замечает. Они и рядом не стоят, у него идеальная укладка, белая рубашка и брюки. Варя сегодня же не в лучшем своем наряде.

— Ты что-то хотел?

Ей приходится собрать всю себя, что держать дистанцию. Теперь без этого нельзя.

— Вчера было собрание, тебя не было. Мы остановились на твоей кандидатуре на роль ведущего, — Даня поглядывает в сторону, все это замечают. Варя смотрит за ним и видит ту, которая смогла за один день испортить ее месячные мечты и воздушные замки. — В общем, — Шварц хочет поскорее закончить разговор, она понимает это, — приди сегодня, нужно начать писать сценарий.

— Я посмотрю по своему состоянию.

Шварц обращает внимание на нее. На мгновение Варе даже кажется, что он беспокоится. Но ей кажется. Он лишь выполняет свою роль.

— Выглядишь неважно, не болей, пожалуйста, — улыбается Даня и они с другом уходят к столу, где их ждёт та самая Катарина.

Все в столовой заметили, что Данил теперь не один. Теперь за из столом сидят три человека.

— Говнюк, — ругается Слава, прожигая спину Данила.

Варя решает смолчать и доесть обед. День предстоит ещё длинный и возможности перекусить больше не будет.

***

Собрание пришлось перенести на час из-за невозможности некоторых ребят присутствовать раньше. Варя устроилась в коридоре на 2 этаже, закинув ноги на сиденья, а сумку спрятав за спину. Под закрытыми глазами темнота и никто раздражительно не мелькает. Сегодня как назло ей удалось встретить всех знакомых. Сначала Марина у автоматов с закусками, не упустившая возможность напомнить, что пропускать нельзя собрания и сегодня нужно быть обязательно. Вот только Варя теперь не хочет стоять на одной сцене с Даниилом. Она может понять, как ей следует смотреть ему в глаза, не то что говорить и строить вид, что они теперь будут лучшими друзьями. Он говнюк, как его назвал сегодня Слава.

После Марины были ещё несколько ребят из волейбольной команды, которые учатся в одной группе со Славой. Перекинулись парой фраз и разошлись в разные стороны, Варя осталась благодарна, что они не стали спрашивать о ее самочувствии как все остальные. Ответа вовсе она не имеет. Ее внутренний мир настолько шаткий сейчас, что смерч сносит его за один раз. Кажется, что она вот-вот умрет, внутри пустота, всё, что она знала оказалось ложью и ее догадками и выдумками.

Варя стала маленькой и капризной девочкой, чьи мечты разрушились. Все пошло не так, как ей нужно было. Эгоизм прорвался сквозь пучину воспитания и нравоучений от родителей. Каждый из нас эгоист в большей или меньшей степени. Варя открыла в себе это только сейчас, миля на 2 этаже своего института.

— Ты выглядишь сегодня просто ужасно.

Варе не нужно оборачиваться, чтобы выяснить, кто решил унизить ее и испортить день окончательно. Голос Ямана имеет одну отличительную черту ото всех остальных — хрипота и тяжесть, которые пришли от огромного количества выкуренных сигарет в раннем возрасте. Голос Дани мягкий и аккуратный. Полная противоположность своему лучшему другу.

— Спасибо, твое мнение меня особо не интересует, — Варя даже глаза не открывает.

Смотреть на эту выскочку, который вообразил из себя всезнайку, совсем не хочется.

— А чего ты ожидала, Варюша?

Яман приземляется на соседнее место, закидывая руку ей на колено.

— Соблюдай дистанцию, — Варя сбрасывает руку знакомого и принимает полностью сидячее положение. — У меня есть личные границы, не смей их нарушать.

Усмешка его злит только больше. Чертов бес.

— Да я и не думал, Варюш, — ее имя звучит нежно и ласково. — Просто хочу сказать, что не нужно быть такой очевидной, если решаешь держать холод со Шварцем.

Варя воспринимает его имя в штыки. Не хочется слышать о нем, видеть его друзей, а говорить с ними тем более. Басманов пробуждает внутри Вари раздражение и равнодушие. Она знает, что их ничего не связывает, кроме взаимной подписки в Инстаграм, и хочется, чтобы так продолжалось и дальше.

— Если это все, то можешь быть свободен.

— Ты сама придумала себе идеальную историю, упуская из виду реальность, — бросает на последок Яман.

Варя не маленькая девочка, и вовсе не глупая. Знает, что многое сама себе нарисовала бурной фантазией и умением планировать много наперёд. И оказалось заложницей себя. Она понимает, что Яман прав, но признавать это очень не хочется.

Собрание проходит слишком напряжённо для Вари. Ведущие определены как и ожидалось. Написанием сценария в итоге должны заняться Варя и Даня, в помощники был выдан насильно один из активистов из выпускной группы, который прошел ведение не одного Снега.

За час с лишним, Варя смогла убедиться, что Шварц ни разу не пропускал на нее внимание, только когда она сама решалась что-то вставить. Дура, ругает себя, сама себе всё придумала. Хотелось плакать, но нужно было работать. Выбрали несколько дней в неделю, когда все были свободны и решили встречаться в эти дни для отработки и написания. Марина определила некоторое количество тем шутки и разговоры на которые запрещены. Также сказала кого обязательно нужно упомянуть как честных жюри и выдала список названий концертных программ от каждого института.

Варя покинула собрание самой первой, как только выдалась возможность. Хотелось как можно скорее зайти домой, раздеться и упасть спать. Этот день ещё не закончился, а уже выдал все соки из бедной девушки. Варя и подумать не могла, что сама способна загнать себя в клетку. И даже ее она нарисовала розовыми маркерами сама. В голове всё перемешалось, смерч будто все уничтожил внутри и осталась только пустота. Придется все заново строить, чтобы вернуться в прежнее состояние и стать той Пушкиной Варей, которую все знают и любят.

Стоит зайти домой, как ее в коридоре встречает запах запечённой курочки. Лучше отца ни один человек не готовит курочку. Несмотря на этот волшебный запах, который заставляет живот заурчать и попросить у Вари порцию.

— Варь, ты? — с кухни доносится голоса отца сквозь напор воды.

Варя быстро отвечает на вопрос и проскальзывает в комнату, желая как можно скорее смыть с себя всю грязь сегодняшнего дня и мыслей. Их за сегодня было слишком много, это было очень трудно вынести, а не думать просто невозможно.

Душ хорошо освежает, и уже после него Варя решает всё-таки отведать отцовской курочки. Она слишком слаба на вкусную еду. В мире так мало настоящих и беззаботных радостей, Варя нашла для себя вкус еды.

— Доня, как твой день? — отец ставит тарелки с едой на стол. — Покушаем без мамы, она сегодня у бабушки.

— Все хорошо, пап.

Отец не маленький мальчик, а сорока пятилетний мужчина, из этих годов двадцать в его жизни занимает Варя. Он знает свою дочь как свои пять пальцев. И сейчас он знает, что она откровенно врёт ему в глаза.

— Врать не красиво, дорогая. Особенно за курочкой. Но если ты не хочешь это обсудить, то я не буду настаивать.

Мужчина решает не донимать ребенка и отводит все внимание на пришедшее от жены сообщение и украшение еды.

Варя знает, что её родители лучшие, и в очередной раз убедилась в этом прямо сейчас. У них никогда не было секретов друг от друга (не считая пробу сигарет со Славой за гаражами в пятом классе).

— Я на выходных к Славке пойду, у него предки уходят, — Варе стало неловко от тишины на кухне, на которой обычно всегда царит атмосфера разговоров за едой под тихо идущий телевизор. — Хотим заказать роллы и посмотреть кино.

— Это ты так на деньги намекаешь? — мужчина улыбается.

Деньги в семье Пушкиных не водятся огромными мешками. Они та самая семья, которая может позволить себе обеспечить только одного ребенка. Разговоров о пополнении было много, но трёхкомнатная квартира, доставшаяся отцу в наследство от родителей, не могла разместить в себе ещё одного члена семьи, а диван в гостиной иногда занимала бабушка. Отец, Олег Анатольевич, работает авто-слесарем, получая среднюю зарплату по городу, в то время как мама, Инна Дмитриевна, и вовсе была учителем русского и литературы и получала в лучшем случае тридцать тысяч. Поступившая на бюджет Варя спасла семью от огромного кредита на ее обучение, тем самым не усложнив положение родителей.

— Я получу стипендию и отдам вам, — Варя с аппетитом начинает кушать курочку, тем самым радуя отца.

Варя всегда старалась все свои хотелки укладывать в размер стипендии, однако иногда это не получалось и сейчас именно такой случай.

— Это не обязательно, доня, — Олег Анатольевич улыбается. — От тысячи рублей никто не станет банкротом.

— Спасибо.

Разговор заходит о бабушке, которой сегодня стало не хорошо и маме пришлось после работы ехать к ней. Отец пытается не трогать темы, на которые Варя могла бы резко отреагировать, поэтому не задаёт вопросов об университете.

Сон сладкой пеленой укрывает Варю, только стоит ей прилечь после плотного ужина на кровать.

***

23.14 на экране телефона, когда Варя открывает глаза. За окном уже темно и только торчащий фонарь придает немного света. Из гостиной слышатся звуки телевизора, а значит родители ещё не спят. На кухне никого, а в коридоре появилась ещё одна пара обуви — Инна Дмитриевна дома. И верно. Варюша заглядывает в зал, где застаёт родителей на диване в обнимку. Они будто подростки, которые остались наедине. Папа что-то шепчет маме на ушко, заставляя ее хихикать и отвлекаться от просмотра Гарри Поттера по СТС.

— Что за милые создания, — тихонько врывается Варя, прекращая уединение родителей.

Она садится в кресло, закидывая ноги на мягкие боковые спинки.

— Проснулась, — улыбается мама.

— Как там бабушка?

— Цела и невредима, как всегда переживала зря.

— Может чаю? — Олег Анатольевич встаёт и разминает затёкшие ноги.

Варя отказывается от чая на ночь, а вот Инна Дмитриевна соглашается и просит суда принести к чаю ещё и конфет.

— Папа сказал, ты была сама не своя сегодня? — спрашивает женщина, стоит мужчине только удалиться. — Что-то стряслось?

Варя не хотела бы думать об этом вновь, но проснулась, а значит и мысли ее очнулись от небольшого перерыва.

— Небольшое разрушение выдуманных замков, — подытоживает Варя мысли за весь день.

Мама смотрит на дочь так внимательно, что на мгновение Варя чувствует себя не совсем комфортно.

— Знаешь, когда мне было двадцать и я училась как и ты, мне казалось, что я стану лучшим учителем, сделаю детей особенными, в моей голове было столько мыслей и замков, как ты говоришь, — улыбается женщина. — Но все рухнуло, когда я пришла работать. Сколько слёз было пролито в подушку... Пойми, дорогая, замки есть у всех и на все, это наша сущность. Мне сорок девять, а я до сих пор их строю. Нужно быть готовым, что любой из выдуманных тобой замков может в любой момент развалиться. И тогда жить станет чуточку проще.

Глава 4. Суслик

- Пас!

- Кидай мне!

- Слепой блин? Мяч в ауте!

- У вас переход, какашки!...

Варя вся мокрая, уставшая, но довольная. Игра выдалась активной и интересной. Это была последняя пара на сегодня и теперь впереди ее ждут выходные с фильмом и роллами. Пока переодевалась, на телефоне высветилось сообщения от Славы: «Ща с Леночкой, потом жду у себя. Давай к 5». Варя пишет короткое «Ок».

В раздевалке начинаются разговоры, как только все девочки заходят. Сначала о курсовых, которые совсем скоро нужно сдавать, потом кто-то начал советовать новый крем против мешков под глазами, а в конце не упустили момент обсудить новую подружку Дани Шварца.

- Видела их вчера у кофетерия, он буквально пылинки с нее сдувает, - фыркает сплетница.

- А я слышала, что она того... Ну, залетела всмысле.

Слушать эти бредни нет сил. За ночь Варя приняла для себя самое верное и мягкое решение - оставить этого человека в стороне. Он великолепен собой, нравится от начала и до конца, но любовь к себе гораздо важнее для Вари.

Пушкина переодевается в ускоренном режиме и бежит во 2 корпус, где сегодня она встречается с ребятами для написания сценария к Снегу. Студентов в коридорах почти не осталось, а часы показывают ровно 15.00. В кабинете сидит Даня и болтает о чем-то с Мариной, которая сразу замечает вошедшую Варю.

Сумка летит на стул, а сама Варя усаживает на столешницу парты, начиная болтать ногами в разные стороны.

- К чему-нибудь пришли?

Марина отвечает, не отрывая взгляд от листов с первыми набросками:

- Накинули приветствие, на, - Марина протягивает листы Варе, - попробуй.

Варя берет листы и быстро пробегается глазами по тексту, написанному синей ручкой. Прочищает наигранно голос в кулак, вызывая смешок у Марины, и начинает читать вслух:

- Дорогие дамы и господа, мы рады приветствовать вас на конкурсе, который объединил нас сегодня всех вместе! «Первый снег»! Для торжественной речи и открытия приглашается...

- Ну актриса, - смеётся Марина. - Думаю, пока оставим, а там посмотрим, подгоним по делу. Ну, мне пора, - она собирает свои вещи и направляется в сторону выхода, - помощник ваш скоро уже должен подойти. Удачи!

Марина уходит, оставив Варю один на один с бомбой замедленного действия. Она не хочет смотреть на него, слышать его, думать о нем. Если первые два получаются достаточно неплохо, то вот последнее оставляет желать лучшего. За ночь мыслей о Дане была слишком много. Варя пыталась убедить себя в том, что теперь он занят, она не может изменить его чувства и заставить парня полюбить ее. Но в голове это всё так легко. Сейчас же, только заметив его боковым зрением, она готова привязать Данила к стулу и под угрозами заставить стать её.

Варя смотрит в окно, отвлекается на телефон, но старается держать себя в руках и игнорировать присутствие привлекательного парня рядом. Хочется спросить у него, почему все так резко изменилось, но это только у Вари так сложилось. Он был в ее жизни, а ее в его никогда.

Помощник в написании сценария приходит быстро и Варя с облегчением вздыхает. Такой напряжённой для нее тишины она ещё не видела. С приходом третьего работа активизируется и на мгновение Пушкина забывает о своих глобальных, как она думает, проблемах. Даня говорит несколько стоящих идей, которые единогласно поддерживаются и записываются, а Варя гармонично вставляет несколько шуток в текст.

Проходит чуть больше часа работы, когда Даня отвлекается на звук уведомления телефона. От внимания Вари это не ушло. Он просит закончить на сегодня, и извиняется за свои срочные дела. Нужно быть дураком, чтобы не понять, что это сообщение от его новой подружки. Его еле заметная улыбка, появившаяся на мгновение, выдала его полностью. Варя молча соглашается, утешая себя скорым ужином роллами и интересным фильмом в хорошей компании.

Быстро попрощавшись, Варюша хватает вещи и выходит из кабинета, направляясь в сторону лестницы.

В дверях стоит Катарина. Красива сегодня как и обычно. Юбка чуть ниже колена, красивая белая блуза с рюшами, а на плечах пиджак раза в два больше её самой. Это его пиджак, Варя умная девочка. Наверное, теперь в ее голове не осталось ни малейшего сомнения. Эти двое вместе.

- Извините, - у нее мягкий и ещё совсем детский голос, - не подскажите, где здесь двести третий кабинета?

Варя смотрит на нее так внимательно, что забывает моргать. Только сейчас, смотря на Катарину так близко, можно понять, что они абсолютно разные и такая как Варя никогда не нравилась Данилу. И не понравилась бы.

- Вон тот, - с обидой от осознанного кидает Варя. И уходит вниз по лестнице, оставив смущенную девушку одну.

Всю дорогу до Славика мысли снова убивали мозг. Конечно, она волшебная, в такую невозможно не влюбиться. Вся такая мягкая, нежная, лёгкая. А Варя в 7 классе однокласснику разбила нос, потому что нечего лезть, когда говорят отстать. За свои границы она привыкла драться до последнего. Варя бушующий без перерыва океан, а Катарина суша, с редкими землетрясениями. И Данил никогда бы не выбрал ураган для спокойной жизни, он не глупый мальчик.

Настроение после такой неожиданной встречи легло в спячку до лучших времён, хотелось просто уснуть и проснуться, когда все ее чувства уже бы были мертвы. Варя искренне верила и видела, что в Дане есть заимность и он все понимает. Сейчас же она так не считает. Правильно говорят, у красавчиков нет мозгов, в итоге вчера поняла Варя.

Слава встречает подругу и по одному холодному «Здарово» понимает, что дела обстоят хреново.

Квартира у Славика небольшая. Две комнаты, одна из которых является гостиной и спальней родителей. Ремонт делался ещё при жизни старшего поколения родителей, поэтому обои уже давно потеряли свою яркость, мебель досталась ещё от советского союза, а пол периодически скрипел при ходьбе. Из нового выделялся только бежевый диван, на котором спят родители, ноутбук Славы, взятый несколько лет назад в кредит, и относительно свежий телевизор, который включается достаточно редко, отчего и сохранился.

Варя чувствует себя как дома. Спокойно снимает кеды в коридоре, ногой отодвинув их с порога, кидает джинсовку на крючок, а сумка летит на кровать Славы, когда вваливается к нему в комнату, спокойно проходя по валяющимся на полу носкам. Громов аккуратно прячет их под кровать, вспомнив, что пару ночей назад использовал их не по назначению. Надо кинуть в стирку, сделал пометку в голове.

- Я уже заказал роллы, скоро доставят, - Слава усаживается на кровать, укладывая ноги подруги у себя на коленях. Варя по собственнически лежит на ложе парня. - Что случилось?

Варя знает, что может все ему рассказать, только и говорить особо нечего. Даже стыдно как-то за свою глупость и поверхностность.

- Встретила Катарину после сценария, - без особо интузиазма признается Пушкина. - Спросила кабинет. А Даня перед этим попросил закончить пораньше, мол, у него важные дела.

- Слюнообмен важнее всего для него сейчас.

- Оно понятно, я просто не понимаю, что мне теперь делать. Как будто смысл жизни пропал.

- Ну, ты погорячилась, когда сделала его своим смыслом жизни, - Слава не боится сказать подруге все, как думает. Лучше правда, чем откровенная лесть. - Найди что-то, на что сможешь переключить свое внимание.

- Я пыталась, но как-то неудачно. Учеба занимает лишь на вечер.

Варя тяжело вздыхает. Хочется спать. Долго.

- Как вообще можно думать о нем? - сокрушается Слава. - Вместо того, чтобы спросить как ты, он сказал, что ты хреново выглядишь. Ну и пошел этот придурок в задницу!

Очередной тяжёлый вздох. Если бы Варя знала ответ, то с радостью оповестила об этом друга. К сожалению, она и сама хочет не думать о нем, но пока получается очень плохо.

- Все произошло слишком резко и быстро, мне казалось, что мои чувства взаимные, - жалуется Варюша.

- Когда кажется криститься надо, - закатывает глаза Слава. - Тебе же не десять и ты увидела лучшего друга старшего брата, не будь дурой, Варь.

Слава прав, она знает. Сама тысячу раз уже думала об этом.

- Любовь заставляет меня быть дурой, - улыбается, смотря на друга снизу вверх.

Слава не может сдержаться и хлопает ладонь по лбу. Глупая Варя Пушкина.

Любовь всех заставляет быть глупыми. Это секрет, который каждый скрывает.

Курьер звонит в дверь, когда ребята обсуждают новую серию Холостяка с Егором Кридом. От увиденного количества еды настроение девушки решительно поднимается. Расположившись на полу в зале, Слава включает на ноутбуке фильм, который они давно хотели посмотреть вместе и время пролетает мимо них.

Варя комментирует весь фильм и в итоге остаётся с мнением, что ей не понравилось, в то время как Слава в восторге от работы актеров и сценаристов. Друзья какое-то время спорят, но каждый остаётся при своем мнении.

За окном солнце уже спряталось, а значит домой придется идти по темноте. Слава провожает подругу до подъезда, а сам двигается после совсем не в сторону своего дома и от глаз Вари это не остаётся незамеченным.

***

На улице холоднее, чем Варе казалось из окна. Руки покрылись мурашками, пока пришлось ждать автобус. Надевать толстовку на голое тело без джинсовки стало первой ошибкой на сегодняшний день. Только запрыгнув в автобус, Варя почувствовала тепло, а через какое-то мгновение закатила глаза. Встречать этого человека с самого утра ей хотелось меньше всего.

Яман выглядел хорошо. Не так шикарно как обычно, как показалось Варе, но достаточно лучше доброй половины парней в универе. И уж он явно умнее ее, потому что надел джинсовку.

Оплатив проезд, он встаёт у окна и делает вид, что не замечает Варю. Она благодарна ему за это, потому что говорить с ним удовольствием назвать сложно. Знакомство с этим человеком привнесло ложечку дёгтя в слишком сладкую жизнь Вари. Грубиян каких ещё поискать нужно, думает, что самый умный. В ее сердце он никак не отзывается, в отличие от его друга. Возможно, если бы Яман бы таким же добрым и нежным как Даня, то сердце выбрало бы другого? Варя не думает об этом, не хочет в очередной раз утонуть в фантазии.

Они вместе выходят из автобуса и двигаются в сторону университета, держа между собой небольшую дистанцию. Он чуть впереди, она позади, затерявшись в толпе студентов. У самого корпуса парень пропадает в ларьке, где все студенты покупают с утра кофе, а Варя замирает прямо у входа.

Даня выглядит волшебно, как и всегда. Да и Катарина неплохо, по сравнению с Варей, которая юбку последний раз надевала в 5 классе на 1 сентября. Парочка словно из романтического фильма вылезла, такие красивые они со стороны. Даня сначала что-то шепчет подружке на ухо, отчего та хихикает, а затем происходит то, чего Варя так боялась увидеть. Он нежно приподнимает за подбородок и целует. На ее месте могла бы быть она .

- Глаза выпадут, Варюш, - рядом появляется Яман с кофе. Американо, как и всегда.

Варя предпочитает молчать, ей нечего ответить. Она готова расплакаться прямо сейчас. И слезы вот-вот подступают к глазам.

- Пора бы уже понять, вы разные. Это как в математике, - он говорит медленно и лениво, явно ещё не проснувшись, - ты минус, а он плюс и вместе тот самый плюс вы не дадите.

Они смотрят друг на друга.

У него такие красивые глаза. Варя не может сдержать себя и одна слезинка падает на щеку. Яман достаёт упаковку салфеток из кармана и аккуратно вытерает солёную дорожку на щеке.

- Найди свой минус, Варюш, - он ухмыльнулся, убирая салфетку в задний карман, - и не ной, глаза покраснели, - он какое-то время смотрит на нее внимательно. - На суслика теперь похожа.

И уходит.

Даня давно уже заметил их, любопытно смотря. Катарина же пытается вспомнить, где видела Варю.

С крыльца доносится любопытный голос Дани, который тут же пытается все узнать:

- О чем вы говорили?

- Не твое дело, сосись дальше, - грубит Яман и один заходит в универ.

Варя по быстрому скрывается в своем корпусе, предпочитая не думать о произошедшем.

***

Встречаться с Даней после сегодняшнего происшествия не хотелось от слова совсем, но именно сегодня он решил предложить собраться для написания сценария, хотя должны были только через несколько дней, но из аргументов было, что совсем скоро начнутся репетиции, а им ещё так много нужно успеть. Варя лишь закатила глаза на это и написала другу, что он может не ждать ее и идти домой один. Слава в очередной раз назвал Даню говнюком и пожелал удачи. Да, именно она сейчас так нужна Варе.

В кабинете уже работали парни, когда она вошла после пары по конфликтологии. Яману бы не помешало посещение пары лекций и семинаров, отметила сегодня Варюша.

Кинув сумку на пол, она усаживается за стол поодаль от Шварца и достаёт несколько черновиков, которые успела накидать за выходные. Каждый высказывает наработанные за выходные мысли и все единогласно соглашаются, что наработки Вари выиграшнее смотрятся в тексте. Также впихнули несколько фраз от помощника и для подведения итога прочли по ролям.

Сегодня Данил никуда не спешил и даже был медленнее обычного: паузы порой были слишком длинными, несколько раз уводил тему разговора совсем не в рабочую. Варе показалось это все странным и она хотела закончить как можно скорее, чтобы уже поужинать и сесть с самой за просмотр «Любовь не картошка» по второму каналу.

Помощник ушел первым, сославшись на плохое самочувствие. Даня же попросил Варю задержаться и ещё раз всё перечитать. Она лишь согласно кивнула, а сама не сдержалась от закатанных глаз. На сериал она явно не успеет, часы над электронной доской показывают уже начало седьмого.

После прочтения, Варя решила уйти:

- Я пойду, - встаёт и начинает собирать вещи, - дела.

- С Яманом?

Даня делает вид, что в этих словах нет ничего необычного, но Варя замерла и смотрит на парня с удивлением.

- С чего такие вопросы?

- Видел вас утром, мило смотритесь.

Плакать хочется. Варя всегда воображала, как мило смотрелись бы они с Даней, а сейчас он говорит такие неприятные слова для нее. Монстер.

- Круто, - Варя хватает и сумку и стремится на выход из кабинета, - увидимся!

Ноги сами несут ее в сторону выхода. Институт уже пустой, ни одного человека по пути не встретила. Быстро попрощалась с дядей Гришей и пошла в сторону остановки, дрожа от холода. Температура на улице опустилась достаточно сильно.

Шварц и понятия не имеет, как сильно задел душу своими глупыми словами. Он был похож на маленького мальчика, у которого пытаются забрать любимую игрушку. Вот только она никому, кроме него, не нужна. Пара слезинок срываются и падают на холодные щеки.

В этот момент она замечает Басманова, который выходит из своего корпуса со спортивной сумкой на плече. Тренировки по волейболу заканчиваются достаточно рано, пока не начался сезон. Варя вытирает слёзы и нагоняет знакомого.

- Привет, - неловко начинает Варя. Хочется спрятаться и разрыдаться, но сейчас это невозможно.

Яман смотрит на нее и слегка хмурится.

- Чего опять сусликом ходишь? Сказал же, страшная, когда плачешь.

Варя молчит, не знает, что ответить.

Яман вздыхает. Кажется, он и сам все понимает. Он ещё раз смотрит на девушку и замечает ее дрожь по всему телу. Снимает с себя джинсовку и накидывает на узкие плечи Вари. Она с благодарностью смотрит на парня и получает подмигивание в ответ. Варя кутается в джинсовку и вдыхает ее запах. Аромат одеколона Ямана шлейфом тянется. Приятный, с лёгкой ноткой бергамота и табака.

- Видимо, написание сценария закончилось трагедией?

Он и так знает ответ на вопрос.

- Он спрашивал, что между нами, грубо говоря. Меня задели его слова, - признается Варя.

Они запрыгивают в один автобус и усаживаются на свободные места.

- Поэтому я сказал тебе найти другой предмет увлечения. Ты не знаешь Данила, а вообразила его уже принцем года, - Яман с жалостью в глазах смотрит на Варю. Таких как она он видел уже огромное множество. Но ее почему-то жалко, ее огромные круглые глаза зелёного цвета заставляют его сердце сжалиться. - Он не такой идеальный.

Варя опускает глаза, мечтая спрятаться от этого прожигающего взгляда.

- Подумай над моими словами, Варюш, - он щёлкает ее по носу и выпрыгивает из автобуса на своей остановке.

Только зайдя домой и начав раздеваться, Варя поняла, что забыла отдать ему джинсовку.

А она так приятно пахнет.

Глава 5. Чёрт

Всю ночь Варя не могла уснуть. Яман впервые сказал ей так много слов и над каждым нужно задуматься в отдельности. Даня не идеальный, в его голове тараканов не меньше, чем у кого-то другого, он не принц на белом коне и кто знает, кому, Катарине или Варе, ещё повезло больше.

Ночь выдалась невероятно долгой. Лунный свет проникал в комнату и составлял компанию ее одиночеству. Иногда заглядывали звёзды, отражаясь искорками в зеркале. Такого красивого неба Варя давно не видела, или вовсе не замечала, полностью погруженная в свои облачные проблемы. В итоге они разгоняются, а красота вокруг остаётся неизменной и привлекает взгляд своей тонкостью, изящностью. Хочется быть такой же, однако всё, на что способна Варюша - это джинсовая юбка в единственном экземпляре, купленная на рынке у какой-то женщины за копейки.

В социальных сетях ночью тишина. Просмотрев все истории в Инстаграм, оставив несколько реакций знакомым, замечает, что этой ночью она не одна одинока. Зелёный кругляшок горит под фотографией Ямана в Инстаграм. У них нет сообщений, даже на истории друг друга никогда не отвечали. Написать Варя боится, оказаться в его глазах дурнушкой страшнее всего. Кажется, их отношения приобретают дружеский оттенок в связи с последними встречами и разговорами. Мысли, что так кажется только ей, напускают небольшую тень страха и нерешительности.

Просидев в интернете некоторое время, Варя ещё раз проверяет в сети ли Яман. Зелёный кругляшок пропал, а надпись в верхней части экрана говорит о том, что был в сети 23 минуты назад. Вот Варя и осталась совсем одна. Все стало слишком сложно для нее. Ещё неделю назад она тихонько мечтала о Шварце, презирала грубияна Ямана и бегала на собрания студклуба, чтоб только увидеть любимого. Все изменилось так резко. А Яман пока и не кажется таким уж противным человеком.

Ближе к утру Варя решает, что должна выглядеть сегодня на сто процентов. Зачем ей это она и сама не особо понимает, находится лишь одна разумная причина в ее голове - показать Данилу, кого он потерял. А шанс того, что они увидятся сегодня не так уж и велик. Макияж скрывает небольшие прыщики в области щёк и придает ресницам объём, та самая единственная джинсовая юбка асимметричной формы выгодно подчеркивает талию и прячет выпирающий животик после утренних домашних пельмешек.

- А чего такая нарядная? - с набитым ртом пельменей интересуется отец.

Варя крутится из стороны в сторону перед зеркалом, аккуратно заправляя лёгкую белую блузу в юбку. Слава будет в шоке, думает Варюша.

- Мамочки, что за дива! - из спальни выходит Инна Дмитриевна и улыбается, видя дочь. - Кого сражаешь на повал?

Отец добавляет с серьезным видом, доедая последний пельмень:

- Надеюсь, он будет рукастый, а то баню нужно бабушке к лету отделать.

Варя закатывает глаза на слова отца. Она бы с радостью ответила родителям, ради кого весь этот «Модный приговор». И ответит, как только сама разберётся в этом.

Джинсовку Ямана накидывает на плечи и ещё немного любуется собой в зеркало. Его куртка смотрится на ее плечах гораздо лучше, нежели любая до. Но Варя снимает ее и аккуратно укладывает в бумажный пакет, чтобы вернуть сегодня, а на плечи перед выходом накидывает свою, которая заметно меньше размером и сидит намного плотнее.

Надо купить такую же, подмечает Варя, и на ходу завязывает шнурки на кедах, мчась на автобус и надеясь, что встретит Ямана в автобусе и не придется красоваться перед всеми в универе.

Погода великолепна и если бы не надежды Вари на совместную автобусную поездку, то до универа она бы шла пешком, чтобы насладиться прекрасным пейзажем. Солнце светит невероятно ярко, прорезая своими лучами все насквозь. На небе ни одного облака, небо кристального голубого цвета, а в воздухе парят синицы, сопровождая спешащих прохожих своей акапеллой. Они летают так бегло и легко, намертво приковывая к себе взгляды. Они не подвластны суете дня, полностью посвящая время себе и свои важным делам. В одном гнезде чистят пёрышки, в другом завтракают, в третьем пусто, а синички принимают душ в ближайшей небольшой лужице, которая за сегодня иссохнет вовсе. Они вовсе как люди, только чуточку меньше, а их хлопоты такие же большие. Варя попала под чары и даже не заметила как доехала до университета в одиночестве.

В потоке студентов Варя доходит до института, рассматривая природу по пути. Даже стоя на пешеходе, она замечает яркие краски увядающей зелени, которая словно прощается с людьми и дарит последние дни цвета. Совсем скоро осень одолеет лето полностью и возьмёт свое место. Октябрь прекрасен своими красками, Варя любит природу осени даже несмотря на частые дожди и наступающие холода. В мыслях также вспоминает прошлогодний осенний пеший тур. Пока о повторе мероприятия никто не говорит, но теплых дней осталось немного, а значит нужно успевать запрыгнуть в уходящий вагон.

Возле крыльца у мусорных урн собрались все курильщики второго и третьего корпусов. В толпе она замечает несколько знакомых и с яркой улыбкой желает им хорошего дня. В ответ Варя получает несколько комплиментов о сегодняшнем наряде. Она готова сражать наповал.

Поздоровавшись с дядей Гришей на входе, Варя поднимает на второй этаж в попытке найти Ямана у спортзала, однако там пусто. Всё время на парах мысли были только о Басманове, его черных глазах и, как оказалось, не таком уж и каменном сердце. Такой теплый момент согревает пустое сердце молодой девушки, отчего на ее лице появляется скромная улыбка. На трибуне преподаватель по философии объясняет значение любви в мире, периодически вступая в спор с парнем, мнение которого абсолютно противоположное.

- Любовь дана человеку, чтобы спасти его от одиночества, - утверждает мужчина.

Парнишка усмехается:

- Разве? А Ромео и Джульетта? Умерли из-за своих чувств.

- Это трагичная история любви, бывает и такое. Но это все также остаётся любовью.

Варя не особо вслушивается в дискуссию, вид из окна ее привлекает гораздо больше, а мысли в голове вихрем крутят, унося в глубины размышлений.

- Зачем же тогда любовь, если от нее умирают?

Преподаватель поправил очки на носу.

- Поймите, молодой человек, любовь подарил нам Господь, и мы должны пронести ее в своем сердце сквозь жизнь. Скажем, дышать, есть, пить - это все наши естественные потребности. Так вот и любить становится нашей потребностью. Ах!... - он тяжело вздыхает, усаживаясь на стул и сомкнув пальцы в кулак. Молодежь такая глупая, думает он. - Если Бог дал нам эту возможность (а любить кого-то это именно подаренная нам возможность), то человек обязан пронести этот долг через себя. Спустя время возможность стала нашей потребностью. Одиночество - это наказание.

Сейчас Варя одинока. Слава полностью погружен в Лену. На его лице улыбка не сходит, когда они говорят о ней. Глаза горят, улыбка во все лицо, а глаза обрамляются маленькими складочками. Это волшебное чувство. Возможно, бремя Вари сейчас - это одиночество, за которым обязательно последует эта прекрасная возможность, как считает преподаватель по философии, - любовь. От нее внутри все сжимается, в глазах буквально ничего и никого, кроме предмета частого сердцебиения.

Ещё пара проходит в мыслях и мечтах, от них Варя не может отказаться. Она представляет, что скажет ей Яман, когда она придет отдать ему его куртку. Что он сделает, что скажет, как повернется, как посмотрит - все это Варя воображает под закрытыми глазами, пока идёт скучная лекция по конфликтологии. В какой-то момент она вслушивается в слова преподавателя, но отвлекается на частички пыли, летающие под светом ярких ламп. Они кружатся в воздухе так свободна, приземляясь на ровную световую поверхность стола, где сидит лектор. Как бы Варя не пыталась сконцентрироваться, все получалось отвратительно. Ей было скучно в реальности, хотелось воротиться в свои мысли и закружится в танце с Даниилом.

Она стала меньше думать о нем, маленькая победа в бою с самой собой и своим нутром. Однако, как только разум остывает и отходит в думы, он возвращается и сторонятся новые замки, балы, разговоры.

Идя в столовую, Варя смирилась, что уже не увидит Ямана. Думала написать ему и договориться о встрече, но решила оставить эту мысль, не решившись на навязывание. Осталась при мнении, что если бы куртка была ему так необходима, то уже давно написал бы ей сам. Обед проходит на удивление спокойно и в одиночестве. Слава написал, что обедает сегодня с Леной. Варя ответила на сообщение друга коротко - «Предатель», а после добавила «Очаруй ее». Слава больше не ответил.

Яман попался на глаза совсем неожиданно. Он стоял в окружении незнакомых Варе парней на крыльце корпуса, когда она уже вышла из института и готовилась отправиться домой. Он выглядел обычно, никаких волнующих сердце Вари вещей. В кругу стоял и Даня, периодически отвлекаясь на телефон. Сердце предательски кольнуло, когда к нему подбежала Катарина. Варя никого вокруг больше не замечала, полностью глазами следя за парой.

Яман даже не поздоровался с подошедшей девушкой, полностью игнорируя ее появление. Он что-то горячо объясняет парню напротив, порой вскидывая руки к небу и ударяя себя по лбу от услышанного. Он говорит быстро, четко и только факты. Даня тоже внимательно слушает друга. Катарина что-то шепчет ему, Варя только наблюдает за этим, и пара прощается. Они держатся за руки, переплетая пальцы в единый союз.

Только пара отходит за угол, Яман пересекается глазами с Варей. Он видел ее, но не хотел усугублять. Она медленно поплелась в его стороны, таща ноги буквально не отрывая от асфальта. Взгляд опущен, губы больше не улыбаются, вся красота напрасна.

Товарищи прощаются с Яманом, стоит Варе подойти к ним. Они пожимают руки и расходятся.

- Вот, - Варя протягивает пакет, в котором весь день пролежала куртка Ямана. - Целая и невредимая.

Он молча берет пакет и заталкивает его в спортивную сумку.

- Что за ужасная юбка?

Они идут от крыльца в сторону остановки, проходя мимо высаженных берёзок. Они были посажены первыми студентами в семидесятых годах, когда университет перестал быть педагогическим колледжем, а пошел на расширение и получил статус университета. С тех пор этот статус не менялся, а институтов и кафедр становится больше. Университет развивается, чего о себе Варя сказать не может. Она застряла в этих односторонних чувствах. Она не может заставить себя не думать о нем, не мечтать, не представлять их разлад с Катариной. Ее сердце ноет и скулит каждый раз, когда она видит их. Обида взбирается на вершину, когда Катарина появляется в поле зрения и приходит осознание, что она во всем лучше.

Варя оглядывает юбку. Неужели так ужасна? Сегодня утром, да и все время до этого, ей казалось, что юбка хорошая. Не такая короткая, чтобы все было на виду, но и выше колена, для лёгкого флирта с мужским глазом самое то.

- Хорошая юбка, - бубнит себе под нос Пушкина.

Яман достаточно весел и активен для студента, чьи пары начались в 8 утра. Он поглядывает на Варю и отворачивается каждый раз, когда думает, что именно сейчас она взглянет на него.

- Для восьмиклассницы хорошая, а для завоевания Дани просто отвратительная.

Басманов отвлекается на телефон. Звонок быстро прекращается, а телефон он прячет обратно в карман.

- Юбки Катарины будто она из института благородных девиц, и что? Нравится, видимо, ему!

От одного упоминания ее имени Варю передёргивает.

- В тихом омуте черти водятся, уяснила, Варюша? - усмехается Яман. Ему все это кажется ужасно забавным. - Вот, что ему нравится.

- И всего? Я может тоже тот ещё чёрт, пф, - хмыкнула Варя, сложив руки на груди.

Яман не сдерживает смеха. Перед собой сейчас он видит не черта, а клоуна.

- Боже, какая же дурашка, - треплет по голове Яман девушку, утирая выступившие от смеха слезинки.

Варя дёргается и кричит, чтобы этот дьявол убрал свои руки от ее мягких и шелковистых волос. Да, этот бес не заслужил их трогать, они только для избранного.

Они садятся вместе в автобус и говорят о разных вещах, вовсе отойдя от темы, которая для Вари так была важна. Яман рассказывает о предстоящей игре с техническим университетом через несколько дней и даже вскользь говорит, что Варя могла бы прийти. Она лишь смеётся и обещает сделать самый большой фанатский плакат для Басманова. Он соглашается и не сдерживает улыбки. Говорят о сегодняшней прекрасной погоде и как было бы хорошо прогуляться перед сном. Варя заглядывается на парня и как солнце своими янтарными лучами играет на его лице. Он будто сошел с обложки журнала, будто персонаж из книги. Черные глаза полны светом, прядь волос спадает на лоб, а губу растянуты в лёгкой улыбке. Варя лишний раз одергивает себя за излишние мысли об этом человеке и отводит взгляд в окно. За окном тоже прекрасный вид.

Яман выходит на своей остановке, даже не попрощавшись.

Дома родители уже сидят перед телевизором, попивая домашний глинтвейн, в приготовлении которого Инне Дмитриевне нет равных. Варя здоровается с родителями и присаживается в кресло, отбирая стакан с напитком у отца. Да, расслабиться сейчас просто необходимо. По телевизору идет «Пёс», который родители любят смотреть вечерами под стаканчик чего-нибудь градусосодержательного. Опустошив стакан, на кухне она находит ещё половину кастрюли и занятие на вечер отпадает само собой. Набрав полную ванну с солью и пеной, Варя ставит стаканчик глинтвейна на раковину, а сама расслабляется в волнах теплой воды, которые аккуратно накрывают ее грудь и согревают. Вода ласково принимает ее в свои объятия и Варя тает.

За просмотром социальных сетей проходит около получаса, стакан пуст и вода начала остывать.

- Ты там утонула, русалка? - стучит отец. - Давай быстренько, мне тоже нужно, ужин был плотным.

Варя закатывает глаза и вылезает из ванны, хорошо опьяненная двумя полными стаканами глинтвейна. Закутавшись в полотенце, она быстро проскальзывает в комнату, по пути налив себе ещё один. Включив серию любимого сериала, Варя незаметно для себя выпивает стакан с напитком. В комнате жарко несмотря на раскрытое настежь окно. Волосы высохли и красивой лёгкой волной спадают на обнаженную грудь. Она лежит на спине, полностью отключив голову и разум. Только сейчас она признается себе, что Яман выглядел сегодня в автобусе просто волшебно. В принципе, как и всегда. Сознается в отвратительном и грязном, но отпускать без боя Даню она точно не будет!

Ветер иногда заглядывает в комнату, но Варя лишь поворачивается к нему навстречу. Из одежды на ней только черные трусики, отделанные по сторонам кружевом.

Телефон, лежавший в стороне, вдруг оживает. Это сообщение в Инстаграм от Ямана. Варя не может сдержать свое удивление.

«Эй, чёрт»

«Погода пушка»

«Не хочешь по пиву?»

«На набережной через 20 минут»

«Чур пиво за твой счет»

«Я бедная»

Глава 6. Набережная

Погода шептала о прогулках, свиданиях, встречах. Солнце спряталось, уйдя на покой до утра, а звёзды оказались за облаками, которые никак не хотели уходить вслед за солнцем.

Варя шла вдоль улицы, вдыхая свежий воздух полной грудью. Деревья слегка шумели листьями, создавая свою мелодию вечера. Хотелось сесть у дерева, поджать колени и наслаждаться атмосферой конца дня. Варя чувствует себя будто она вышла из фильма, в котором она главная героиня. Набережная, которую отстроили в прошлом году, выглядит волшебно. На лавках иногда встречались парочки, мило шептавшиеся и целующиеся, мимо проходили люди, торопившиеся домой с полными пакетами продуктов, а над головой пролетали голуби, присаживающиеся у специально отведённого им уголка в деревьях.

Яман вышагивает вдоль набережной, идя навстречу Варе. Спортивные штаны, белые кроссовки и джинсовка, которая так понравилась девушке. Варя не отрицает красоту и привлекательность знакомого, но выдержать его грубость и колкость порой невозможно. Она знает, что Басманов может помочь ей в завоевании сердца Швара, и никогда не упускает эту мысль из головы, вот только договориться с ним у нее вряд ли получится. Уж слишком неловко спрашивать о таком.

Они встречаются на середине набережной. Варя глупо улыбается, сейчас она рада видеть Ямана. С ним здесь будет гораздо веселее, чем сидеть дома одной и думать о том, что сейчас делает Даня и с ним ли Катарина. Яман замечает глупую улыбку сразу, а блеск в глазах заставляет его рассмеяться.

— Ты пила?

Они двигаются в сторону свободной лавки. Варя слышит звон нескольких бутылок в рюкзаке парня. Пиво все-таки купил.

— Родители сварили глинтвейн. Я была в роли дегустатора.

Яман улыбается. Она усаживаются на лавку и он сразу достает две бутылки светлого пива.

— Тебе, наверное, хватит. Уж слишком ты веселая.

— Хватит тебе скалиться при каждом моем появлении, — отвечает Варя, потянувшись за бутылкой пенного, — а мне можно еще немного выпить для крепкой ночи.

— Как скажите, госпожа, — уклоняется в сторону парень, отдавая девушке ее пиво.

Они открывают свои бутылки и делают по первым глоткам. Тишина не кажется им неловкой. Они наслаждаются прекрасным видом на главный парк аттракционов города, который весь светится, а главной звездой является колесо обозрения.

— Сейчас ты выглядишь гораздо лучше, нежели сегодня в универе.

На Варе старые растянутые джинсы, кроссовки и отцовская футболка с фирменным логотипом гаража, в котором он работает. Варя смотрит на знакомого как на полного идиота, ведь большей чепухи она еще не слышала. Яман переводит взгляд на нее. Глаза в глаза, но ничего романтичного, как могло бы показаться.

— В очередной раз убедилась, что ты полный дурак, — хмыкает Варя и делает несколько глотков из бутылки.

— Ну я бы поспорил, конечно, — отрицает свою дурость Яман. — Я стал призером городской олимпиады по математике в одиннадцатом классе, — делает несколько глотков из бутылки.

— Да-а, — смеётся Варя, завалившись на свободную часть скамейки и закинув ногу на парня. — Я тоже выиграла конкур стихов собственного сочинения в шестом классе, — она прерывается и отвлекается на пиво, — вот только ты не упускаешь возможности назвать меня дурой!

Она тыкает коротким пальцем в мужское плечо.

— Так это чтобы ты не задирала нос выше нужного, а он у тебя и так нормальных габаритов, — Яман тянется, чтобы поставить этой дурехе «сливу», но получает по руке.

— Руки прочь, обезьяна!

— Хамка! — восклицает Ям, укладывая руку на женскую ножку.

Все это остаётся для них незамеченным, будто в порядке вещей. Сейчас они оба наслаждаются минутами вместе. Сердца спокойны и бьются в унисон, став одним целым. Дыхания расслаблены. Варя не замечает, что закинула ногу на этого человека, не замечает его вальяжно расположившуюся руку, не замечает взгляд блестящих черных глаз. Яман не думает ни о чем, кроме воцарившегося на душе спокойствия и лёгкости атмосферы. Он мечтал об этом целый день и рад, что перешагнул через свои предрассудки.

— Поэтому Даня и забил на тебя почти сразу, — выпаливает прежде, чем успевает подумать.

Варя замолкает. Тишина и теперь она достаточно напряжённая.

На лице парня ничего не меняется, он все также расслаблен и холоден, однако Варя напряглись и теперь вряд ли сможет думать о чём-то, кроме Дани.

— Он забил на меня? — голос стал низким, грустным и разочарованным. Варя поникла.

— Ага, — Яман допивает первую бутылку и тут же открывает вторую. — Не нравятся ему такие открытые и сильные, не по нраву, Варюша.

Варя вслед допивает своё пиво. Сердце бьётся быстрее обычного, на ладонях выступили капельки пота, а голова пошла кругом. В последнее время ей удается отвлекаться на что-то и не думать о чувствах Дани к ней. Яман перечеркнул всё своими словами. Варя ловится себя на мыслях, что она все ещё может попробовать и воплотить все свои злые мысли.

— А какие ему тогда нравятся?

— Хм, — фыркает парень. — Скромные, воспитанные, милые. Ты ешь в два раза больше Шварца, а Катарина на обед берет только греческий. Ты постоянно в джинсах и кедах, а она юбки и платья для него каждый день носит. Ты громкая, активная, своего рода братан женской версии для кого-то. Он таких не любит.

Варя поняла свою ошибку. Жаль только, что чтобы понравиться этому человеку, необходимо полностью изменить себя и стать пустышкой для ребенка.

Яман достает телефон и включает Скриптонита, фанатом которого является уже на протяжении многих лет. Он молча пьет пиво и думает о своем. Варя смотрит коротко на него и ловит себя на мысли, что будь она дурочкой, которая любит абьюз и грубость, то непременно влюбилась бы в этого хама. Но она ведь адекватная, как сама думает.

— Смотри, я в хлам. Смотри в глаза. Смотри, я в ноль. Танцуй сама... — тихо напевает Варя, отпивая немного из бутылки.

Яман смотрит на девушку, которая слишком много места занимает в его голове уже на протяжении нескольких дней. Большие круглые глаза зеленого цвета, прямой вздёрнутый к верху носик, пухлые губы естественного розового цвета, округлые щеки и волнистые волосы ниже лопаток. Варя не худышка, которая следит за диетой. Она достаточно плотная девушка, у которой все в порядке с формами и парни часто смотрят ей не в глаза, а слегка ниже. Крупные бедра заставляют носить удобные джинсы и брюки вместо юбок, после которых на внутренней стороне бедер остаются натертости.

Яман увеличивает громкость и начинает подпевать в унисон с Варей.

На набережной совсем не осталось людей, а на небе светит яркая луна, освещает улицу. Соседние лавки пусты, люди мимо уже не проходят, а позади в домах начинает гаснуть свет.

— Помню, когда танцевала под эту песню в клубе. Тогда она мне и понравилась.

— Может потанцуем?

Варя смотрит на парня и не понимает, он издевается над ней и завтра вместе с Даней будет смеяться или на него накатила неожиданная волна интереса и доброты по отношению к ней. Но соглашается.

Его руки ложатся на бедра сразу. Варя умело двигает ими в разные стороны, точно в ритм. Яман следует за Варей и руками очерчивает перевёрнутую восьмёрку. Горячо. Ее руки блуждают по телу — от шеи и груди до горячих рук Басманова. Ко второму припеву Пушкина совсем уходит в кураж и, повернувшись к парню лицом, обхватывает его за шею. Его ладони прижимают ее настолько близко, что они чувствуют дыхания друг друга.

В небольшом периметре они наслаждаются друг другом и музыкой. У одного желание начинает преобладать над разумом, а у второй и вовсе отключается голова и она пропадает в мире иллюзии и галлюцинаций. Голос певца заводит и заставляет тело двигаться в ритм, а грудь Ямана, которая уже вся изучена пальчиками Вари, заставляет ее закрыть глаза и двигать бедрами по направлению к нему.

Оба в кураже чувств и эмоций. Губы Ямана оказываются слишком близко, когда песня уже подходит к концу. Глаза в глаза. Варя тонет в черном омуте глаз и не может понять, к чему все это приведёт. Но сейчас это не имеет никакого значения. Она первая целует его. Страстно и горячо. Так, что аж дыхание спирает, а земля из под ног уходит. Яман не строит из себя хмурого недотрогу, наоборот. Он прижимает ее мягкие бедра вплотную, сжимая от удовольствия. Желание обладать начинает вырываться наружу, но он не из тех, кто любит уединение на природе, пока никто не видит. Он ведь не Шварц.

Ее ручка аккуратно ложится на мужскую гладкую щеку. Поцелуй окрыляет и заставляет забыть о реальности. Варя и подумать не могла, что все закончится поцелуем и жаркими танцами под Скриптонита на набережной ночью. Яман сжимает ее за шею, заставляя буквально удариться губами. Он чувствует власть над ней только сейчас. Она управляет им днём при всех, он ей ночью, когда никто не видит.

Варя отходит первая. Голова от стыда опущена вниз, глаза закрыты, но руки все ещё держат его грудь, которая от страсти вздымается вверх и вниз. Он дышит настолько глубоко и громко, что это рушит всю тишину. Чувство, что он уйдет прямо сейчас не покидает Пушкину. Это моя ошибка, думает она и считает, что обязана всё исправить. Яман не винит её, только жалеет и желает.

— Мне пора домой, — набравшись смелости, шепчет Варя.

Время перевалило уже за полночь. Она уверена, что лучше вернуться домой и не продолжать это происшествие.

Басманов прожигает ее своими черными глазами. Его дыхание успокоилось, конфузность отошла, желание немного спало. Он понимает ее чувства, но не может поддержать.

— Я провожу.

Никаких вопросов и разрешений. Они идут молча и на приличном расстоянии. Варя впереди вышагивает с растрёпанными волосами. Голова слегла опущена и погружена в мысли. Слишком важное и ошибочное событие произошло в ее жизни.

Яман идёт позади, наблюдая за ней и не упуская ни одного момента. Красивая, стеснительная, в замешательстве. Красные щёчки от стыда, взъерошенные волнистые волосы и достаточно быстрые шаги, чтобы поскорее скрыться за дверью подъезда.

Уже у дома находит стеснение и на Ямана. Он не смотрит ей в глаза, нервно теребит лямку рюкзака и старается сдержать свою красноту на лице.

— Спасибо за время. Было хорошо.

— Тебе спасибо...

Неловкость. Обоим некомфортно и хочется спрятаться.

— Яман, — Варя уже открыла дверь в дом, прежде чем позвать парня. — Давай забудем об этом. Мне нравится другой.

Он знает.

— Кто сказал, что ты мне нравишься?

Варя улыбается:

— Рада. Давай оставим эту ошибку на набережной.

***

Всю ночь Варя спала плохо. Ворочалась, снились плохие и странные сны, соседи шумели, на улице кто-то долго выяснял отношения. Все это мешало спать спокойно, так считает она сама. То одеяло упадет с кровати, то жарко под ним, то холодно без него. В итоге вытащив одну ногу стало хорошо.

С утра отец быстро уехал на работу, а мама, спокойно собравшись ко второму уроку, упорхала в отличном настроении в школу. Утро Вари также не заладилось. Обожгла язык о чай, бутерброды были невкусными, автобус опоздал из-за чего Варе пришлось в прямом смысле бежать на пару, чтобы успеть хотя бы к середине.

Все шло к тому, что этот день будет ужасным, отвратительным.

В столовой Варя была молчалива, пока Слава рассказывал о проведенных днях с Леной. Их отношения развиваются так стремительно. Громов отзывается о ней как о ласковой, нежной, умной и веселой девушке, хотя в институте на каких-либо мероприятиях она показывала себя совсем не нежной и и ласковой. Она была активна и чаще всего выступала в роли лидера, забирая ведущие позиции себе. Она выступает ежегодно на апрельской конференции и пишет статьи о психологии личности. Ее кумиром является вовсе не старина Зигмунд Фрейд, портрет которого висит перед кафедрой психологического института.

Слава заметил, что с подругой что-то не то и она слишком поникшая для того, чьи пары начались не в восемь утра, а в одиннадцать. Он не давит на нее и не пытается что-то узнать, хотя жуть как интересно что же успело произойти за один день.

Встреча с Яманом произошла неожиданно. Он стоял у автоматов в переходе, когда Варя шла в первый корпус в кафетерий. Облокотившись на стену, он стоял и что-то печатал в телефоне, попивая кофе из стаканчика. Свеж, бодр и красив, как будто вчера они не пили пиво до двенадцати ночи. Возможно, это только для Вари ночь балы тяжёлой, а он и вовсе забыл уже обо всем. Варя мучает себя мыслями.

Он заметил ее первый. Осмотрел, но ничего больше не произошло. Пушкина схватила рюкзак посильнее и чуть ли не побежала к выходу. Позади шел и за всем наблюдал Шварц, которого это все только позабавило. Он подошёл к другу, с которым переписывался ранее, и поздоровался. Катарины с ним не было на удивление.

— Чего это она? Ведёт себя странно, — хмыкает Данил.

— Откуда мне знать, — голос низкий, а интонация холодная. Как всегда короток и груб.

— Мне кажется или между вами что-то есть? Она же дура.

— Ты не беспокойся. Завязка имеется, а о развязке мы позаботимся.

Глава 7. Игра

В попытке скрываться и не попадаться Яману на глаза Варя проучилась до конца недели. Тихонько приходила на пары, в буфет не ходила, просив Славу купить ей пиццу и принести в аудиторию. Собрания по подготовке к Снегу шли самым активным ходом, все хотели успеть до конца теплых дней, чтобы отправиться праздновать не в кафе, а на природу в коттедж. Варя встречалась на репетициях с Даней, но не говорила с ним ни о чем, кроме сценария и шоу. Шварц не задавал глупых вопросов.

Варя видела, что ему глубоко все равно на нее. Иногда к ним на репетиции заходила Катарина, сверкая своими яркими розовыми щёчками и юбкой миди. В основном она сидела тихо и что-то смотрела в своем телефоне, иногда обращая внимание на происходящее. Варя пыталась оставаться равнодушной. Внешне она выглядела спокойной, однако внутри мысли о Шварце не давали покоя.

Дома Варя пыталась погрузиться в сериалы и учебу. Первое нравилось больше. За несколько дней она посмотрела сериал на ТНТ, закрыла несколько долгов по учёбе и осилила мастерство приготовления блинов. Скучно было ужасно, но она не решалась с кем-то заговорить о своих переживаниях и накрученных проблемах.

В Инстаграм Варя тоже старалась лишний раз не выходить. То истории Дани со свиданий с Пестель, то фото в истории Басманова, где он стоит перед зеркалом без верха и демонстрирует все свои положительные качества. Он будто специально начал выкладывать откровенные и привлекающие внимание фотографии.

Пушкина старалась не думать о нем, но ноги каждый раз начинали дрожать, когда в голове всплывали воспоминания о поцелуе. Стыдно было смотреть на Даню во время репетиций. Она предала его, мысли об этом порой закрадывалась в голову.

Слава пытался развеять подругу, отвлечь ее от нагнетающих мыслей, однако сделать это было почти невозможно. В один из дней после учебы они посетили небольшое кафе, где любят заказывать мороженое, но и это не смогло поднять настроение. В этот раз Громов настойчиво пытался обо всем разузнать, но в ответ услышал только «Все хорошо» и «Учеба утомила». Но в эти отговорки он не поверил.

Варя ходила своя не своя и все в округе это заметили. Старенькие джинсы, серая толстовка и кожаная куртка помогали ей затеряться в толпе студентов и несколько раз ей даже удалось проскользнуть мимо Ямана незамеченной. На философии Желтков, с которым Пушкина обычно сидит на последней парте, решил спросить насчёт ее самочувствия, на что получил ответ, мол, здорова как бык, а учебы слишком много. Больше он о ней не интересовался.

Нечто странное и необычное произошло, когда Громов по чистой случайности застал в туалете Басманова. Яман стоял у зеркал и что-то печатал в своем телефоне. Слава сделал вид, что не заметил знакомого, но Ям сам проследовал за другом Вари и, облокотившись о стену, начал разговор:

— Пушкина в порядке? Давно не видел ее в универе.

Слава удивлённо вскинул бровью и застегнул ширинку.

— Смотря зачем спрашиваешь.

Яман не скрывает свою раздражительность, поэтому закатывает глаза, но все равно просит Славу рассказать о Варе.

— Она в порядке. Но лучше спроси сам, она на третьем этаже в своем корпусе.

— Ага, спасибо, — уже на выходе договаривает парень и направляется абсолютно в противоположную сторону от нужного корпуса.

«Переживет, не маленькая».

Варя встретилась с Яманом лицом к лицу только в пятницу в столовой, когда решила пообедать. Он присел за ее стол, заинтересовав несколько студентов и зародив несколько новых слухов. Он был красив как и всегда. На его фоне девушка выглядела серо, однотонно и грязно. Ее пучок не сравнится с его естественной укладкой, а джинсы с дырявой коленкой просто ничто по сравнению с его фирменными спортивными штанами от Найки. Варе стало неловко от бросающихся на них взглядов и хихиканья. Однако это беспокоило только ее.

Яман вынул из кармана билет. Волейбол. Опорные против техников. В воскресенье в семь вечера. Варя помнит, что Яман упоминал об игре, но после случившегося она была уверена, что он забудет о ней и пригласит на игру какую-нибудь первокурсницу, которая будет только рада такому вниманию. Но Пушкина ошиблась.

— Вот билет, как и говорил. Придёшь?

Он внимательно смотрит на Варю и хочет услышать только один ответ.

— Не думаю...

Он перебивает быстрее, чем она успевает договорить мысль:

— Не думай, тебе вредно. Буду ждать в шесть сорок у крыльца. Не опаздывай.

Яман поднимается со стула и поправляет свою спортивную сумку. Сегодня заключительная перед игрой тренировка. Нужно выложиться по максимуму.

Перед тем, как уйти из столовой, Басманов позволяет себе наклониться к уху Вари и совсем тихо проговорить, чтобы ни одна душа, кроме нее, не услышал.

— Я хочу, чтобы ты пришла. Развеяться иногда очень полезно.

Мурашки по телу пробежали, когда она услышала этот низкий голос, а его дыхание обдало жаром шею. Варя сидела смирно и боялась пошевелиться, а застывший в дверях Слава и вовсе не смог даже слово вымолвить.

В воскресенье Варя с самого утра не могла собраться с мыслями и была совсем не уверена, стоит ли ей идти. За завтраком она почти ничего не съела, чем удивила родителей. Утренний душ выдался дольше обычного. Она тщательно натирала каждый участок своего маленького тельца. Волосы помыла на два раза, выбрала самый приятный на запах бальзам, а на тело вылилось несколько скрабов и гелей.

В обед в Инстаграм пришло сообщение от Ямана. Короткое «Жду» чуть ли не заставило Варю упасть в обморок. Ещё никогда ранее она не получала столько внимания от него. Это впервые, когда он говорит не только обидные и колкие вещи, но и те, что заставляют сердце прыгать. Варя с трудом верит в происходящее. Но ближе к шести вечера начинает собираться.

Если бы ее увидел кто-то из знакомых, то не поверил бы своим глазам. Она выглядит невероятно. Волосы волной спадают с плеч и аккуратно обрамляют ее овальное лицо. Грудь прикрыта лёгкой белоснежной блузкой, которую она позаимствовала у мамы. На ногах голубые джинсы и белые кеды. Одета очень просто, но выглядит прекрасно. Лёгкий макияж не выделяет ее среди всех, а только подчеркивает пухленькие губы и длинные ресницы.

Варя в последний момент думает бросить это все и остаться дома, чтобы не создавать себе ещё больше причин для грусти и апатии. Она с шумом усаживается на диван в гостиной. Родители смотрят на дочь, но совсем ничего не могут понять. Она грустит, что бывает на их глазах очень редко. Инна Дмитриевна присаживается рядом с дочерью и приобнимет ее, чтобы приободрить.

— Что-то случилось? — она решает не заходить из далека и спросить обо всем напрямую.

— Денег нет, — сразу говорит отец и продолжает смотреть телевизор.

— Не знаю, — спустя какое-то время тишины, шепчет Варя, чтобы слышала только мама. — Один парень пригласил меня на игру, но нравится мне другой.

Инна Дмитриевна ещё сильнее стискивает дочь в своих объятиях.

— Просто развлекайся, ты ничего и никому не должна.

«Развеяться иногда очень полезно».

На улице яркое солнце, которое переливается на лице прохожих. Варя со всех ног бежит на остановку, чтобы не опоздать. Она и сама от части не понимает, зачем так делает, ведь ничем хорошим это не закончится. Но она откидывает все предрассудки и прибегает ко второму корпусу с опозданием на десять минут. Совсем скоро начнется игра, Яман уже, скорее всего, ушел.

Она быстро вбегает в корпус и бежит к спортивному залу, где ловит Ямана за руку. Она не может отдышаться, словно пробежала километровый забег. Он удивлённо смотрит на девушку, ведь уже совсем не ждал ее и успел разочароваться. Но она здесь.

— Пришла развеяться, — улыбается Варя и отпускает руку Басманова.

— Рад, что в тебе ещё осталась хоть частичка разумного. Я уже начал сомневаться.

Варя не знает как спросить о том, что ее волнует все это время, пока она пыталась не опоздать. Она бежала с волнением о Ямане и с трепетом тревоги о Дане. Она очень не хочет, чтобы он все испортил своим нежданным появлением.

— Бесишь, — фыркает и улыбается Варя, заходя в зал под руку с Яманом.

Трибуны полны людей. На входе какой-то парнишка принимает у Вари билет и провожает парочку взглядом, пока они что-то обсуждают. На трибунах сидит группа поддержки технического государственного, которые уже стоят на поле и разминаются под речи тренера. Среди толпы Варя замечает несколько знакомых лиц, которым Яман кидает приветственный знак. Дани нет. Камень с души будто.

Варя усаживается на место в первом ряду и желает удачи парню в игре.

— Поедешь со мной праздновать победу? — перед самым началом игры шепчет почти в лицо Пушкиной парень.

Варя смущается, но старается держать себя.

— Если победишь. И только чтобы развеяться.

— Естественно, а ты о чем подумала, — Яман подмигивает и убегает на игровое поле под крики тренера.

Игра начинает с матов на площадке со стороны родной команды и с первого попадания технической команды. Атмосфера с каждой минутой наполнялась и полностью погружала Варю в суету поддержки и борьбы за победу и звание лучшей команды среди высших учебных заведений.

Один из участников команды опорного подворачивает ногу, тем самым пропуская второй мяч за один раунд. Яман громко выругивается и команда совершает переход. Группа поддержки кричит привычные кричалки и старается изо всех сил придать родной команде сил. На моменте, когда Басманов встаёт на подачу, Варя не сводит с парня глаз и сжимает кулаки в знак поддержки. Он смотрит только вперёд, полностью смотря только вперёд и совсем не обращая внимания на ноющую боль в колене. Мяч пролетает над головами команды и падает четко перед линией аута команды соперников. Взрыв хлопков и радостных свистов людей. Даже Варя подскакивает с места и радостно хлопает.

На лице Ямана появляется ухмылка, когда он замечает Варю и ее искреннюю радость. Этого он и хотел. Пока этого вполне достаточно для него.

Второй гол не заставляет себя долго ждать и при равном счёте прошла почти вся игра. После взятого небольшого перерыва, тренер что-то долго объясняет команде, а Яман подходит к лавке и просит подать из его сумки бутылку воды, которая все это время стояла рядом с Пушкиной.

— Проигрываете, — справедливо замечает Варя.

— Ну так это дело поправимо.

И в самом деле. За несколько минут до конца игры, член команды опорного забивает решающий мяч и игра заканчивается со светом 2:3 в пользу опорного. Яман не мог позволить себе проиграть сегодня. Не когда она в столь роскошной тонкой блузе улыбается ему своей яркой улыбкой.

Варя радостно вскакивает со своего места, когда судья объявляет о конце игры и победе опорного. Болельщики кричат поздравления и хлопают победителям, что есть мочи. Игроки радостно обмениваются рукопожатиями и капитан принимает небольшой позолоченный кубок, который делает их лучшими в городе.

— Хорошая выдалась игра, — раздается чуть позади.

Варе не нужно оборачиваться, чтобы понять, кто это. Шварц Даниил стоит совсем рядом. Красивый, сухой и приятно пахнущий, чего нельзя сейчас сказать о Басманове, который заметил их и двигается в сторону опасности.

— Согласна.

— А ты не многословна. Я вроде не обижал тебя.

— Вроде, — вмешивается подошедший Ям.

Он поднимает сумку с пола и закидывает ее на плечо.

— Поздравляю, друг, — они обмениваются рукопожатиями. — Ты был на высоте. Куда теперь?

— Мы отмечать, а куда ты не знаю.

Варя чувствует себя будто между двумя огнями. Вот он — ее маленький и тайный мир грез и желаний стоит в сантиметрах от нее, а с другой стороны нужно учиться жить для себя и уметь развлекаться. И до этого момента она была настроена решительно. Каждый раз, когда Шварц появляется в поле зрения, Варя становится неуверенной ни в чем.

Взгляд Ямана тверд, холоден и жесток. В черных глазах отражается только свет огромных ламп. Остальное темнота и в ней все исчезает. Варя видит его сжатые кулаки. Пока друзья что-то грубо и тихо обсуждают между собой, девушка прячется за спиной парня, перед которым не может устоять каждый раз, когда они остаются один на один. Наверное, это не пустое место. Яман видит мелкое перемещение Вари к нему за спину и это не может не радовать. Он буквально возносится на седьмое небо от счастья.

— Варя, вы встречаетесь? — Шварц кидает в бедную девушку свой страшный вопрос и с улыбкой бэмби смотрит на нее.

Все трое понимают, зачем это было сделано. Она самая слабая.

— Разве тебя это волнует? Катарину потерял?

— Нет...

— Так гуляй. Не мешайся, я ведь предупреждал, — буквально рычит Басманов другу в лицо.

Несколько зевак и сплетников обращают на них внимание и не торопятся покидать спортзал, несмотря на просьбы всем покинуть зал.

— Дура и в Африке дура, — шепчет на ухо Яману Шварц и уходит из зала.

Сука.

Глава 8. Развлечения

— Пей! Пей! Пей!

Варя опрокидывает в себя семь небольших вишнёвых шотов, надеясь опередить соперника, чтобы не пить проклятый Б-52. Она пробовала его всего один раз, когда пошла на первом курсе со Славой в клуб, где этот гад отрывался на ее незнании коктейлей и поил самыми наилучшими, как он говорил. Но Варя учится на ошибках с первого раза, чаще всего, поэтому не хочет большей повторять это ужасный опыт.

Соперник, которым является член из волейбольной команды, не отстаёт от Вари, опрокидывая уже четвертый шот. Девушка всего на пару секунд опережает парня, чье имя даже не знает, и выигрывает, забирая кусочек тирамису с высоко поднятой головой. Из толпы кричат слова поздравления, кто-то радуется, а кто-то сочувствует парню, ведь этого у него теперь будут проблемы с памятью завтра.

Мюнхен, ресторан в котором команда решила отпраздновать победу, полон молодых парней, их красивых спутниц и посетителей, которые думали хорошо провести вечер, а попали на попойку молодняка, как они сами обсуждали между собой в курилке. Мюнхен не самое дешевое заведение города, можно было пойти в обычные Доски и там хорошо оторваться, однако Яман выдвинул более роскошное предложение и все его поддержали.

С тысячей в кармане Варя старалась сильно не тратиться и купила себе только один коктейль «Лимонный пирог», который обошёлся ей в 400 рублей. Не долго размышляя, Пушкина посчитал, что это два обеда в столовой и несколько булок с ветчиной и сыром. Натуральный грабеж. Басманов, видимо, решил, что деньги есть у всех, но Варя не против благотворительности с его стороны. Денег-то у нее нет совсем. А до дома на такси придется, ещё одни непредвиденные траты.

После игры команда была настолько воодушевлена, что поскорее хотела уже пристроиться к какой-нибудь барной стойке и пить, пока ноги не отнимутся. Так и произошло. Все быстро согласились на Мюнхен и уже через пару часов были в ресторане. Выглядели все уже совсем иначе. Парни были сухими, чистыми и приятно пахли, а рядом с некоторыми появились приятные леди. Они выглядели хорошо и приятно. Кто-то в юбках выше колена, кто-то в маленьких черных платьях, кто-то в коротких шортиках. Но все они были словно с подиума. Варя любовалась каждой.

Ей и самой пришлось отправиться домой. Яман посадил ее в свое такси и попросил найти в гардеробе что-то, чтобы подошло под дресс-код заведения. Сидеть в одном такси с парнем было неловко. Они не говорили после произошедшего. Басманов командовал, а Варя будто дурочка следовала за ним и без поднятия головы выполняла все, о чем он говорил. Шварц был прав? Дура.

В гардеробе Варя нашла одно платье, которое давно не вытаскивалось из шкафа. Чуть выше колена, чёрное, отделанное под пиджак, с красивыми серебряными пуговицами. Пришлось стащить у мамы пару черных капроновых колготок и достать из коробки заветные новые черные сапоги, которыми Пушкина собиралась поразить сердце Данила. А теперь идёт праздновать победу своего вуза. Странная череда событий, которые вгоняют ее в страх.

Варя стояла перед зеркалом и не могла узнать себя. Она выглядела волшебно. Красные губы, слегка кривые стрелки (потому что рисовала их всего несколько раз за всю жизнь), платье, сапоги на приличном каблуке. Сделав фото в зеркале, она отправляет его Яману и спрашивает, подойдёт ли это по дресс-коду. Ответ приходит почти сразу «А ещё короче нет?». Пойдет, делает умозаключение Варя. Она не сомневается, что Басманов будет выглядеть шикарно, но глубоко в сердце надеется, что он заметит ее старания. Она старалась? Чушь. Треснет этот хрен, стараться ещё ради него.

В ресторан они приехали вместе. Несколько любопытных взглядов от подъехавших студентов было обращено на них, но сейчас это интересовало молодежь меньше всего. Они хотели только одного и как можно быстрее. Кровь в венах уже стыла, нужно было заставить ее бегать.

Варя сразу обратила внимание на внешний вид своего сопроводителя. Черные брюки, белая рубашка и кожаная куртка, которая спокойно покоилась на женских плечах. Варя стала той, которой боялась стать, той, которых осуждала и присваивала им статус лёгкой добычи. Теперь его куртка на ее плечах, сильная рука на ее талии, а взгляд на ее ногах. Это платье чертовски короткое! Так никто, кроме парня не думает.

Единственный большой столик был занят другой компанией, поэтому студенты разместили почти у входа, заняв все одиночные столы в радиусе нескольких метров. Варя попала за стол с Яманом и его товарищем по команде, который был один в этот вечер. Варя быстро скинула куртку и отправилась на розыскные мероприятия, найдя танцпол, курилку, туалет и бар, которые оказался совсем недалеко от стола.

— Что-нибудь для одинокой девушки! — Варя пытается перекричать музыку. Бармен буквально впритык подходит к девушке, чтобы услышать, что она говорит.

— Будет сделано, леди! Четыреста, — он вводит сумму на аппарате и Варя прикладывает карточку.

Это был не первый и последний коктейль.

Получив свой «Лимонный пирог», Варя возвращается за столик, где парни обсуждали меню и выбирали, что хотят отведать на ужин. Увидев цены, стало ясно, что пора на диету. Цезарь за шестьсот рублей, горячие блюда от семисот, а бутылка вина от двух тысяч. У Вари чуть не выпали глаза, когда она увидела это.

— Выбирай, что хочешь, — Яман шепчет на ушко, чтобы могла услышать только она.

— Я поела...

Яман не даёт договорить девушке, понимая, что та нагло врёт ему, не желая тратить деньги.

— Я плачу, так что можешь не переживать. Выбери что-нибудь вкусное.

Варя улыбается от услышанного. Приятно, что рядом с ним ей не нужно заказывать только салат, чтобы он не подумал, что она много ест. Она много ест, и ему это нравится. Здоровый человек — это самое важное.

Варя выбирает какое-то блюдо, в составе которого было мясо и квашеная капуста. Парни определяются с заказом также быстро. Через недолгое время на столе появляются две бутылки виски и набор из шести бутылочек колы. Варя ограничивается коктейлем и отказывается от виски. Шотов и коктейля ей вполне хватит, чтобы почувствовать себя невесомой и веселой.

Яман сидит вальяжно, раскинув тело на весь стул, а одной рукой обхватив стул Вари, как бы говоря заранее — занято. Пушкина предпочитает оставить это без внимания, хотя на самом деле мало понимает данный жест. Ещё вчера он говорил, что тупая и похожа на суслика, а сегодня платит и держит все время рядом. Варя не любит быть обязанной, поэтому сразу говорит себе, что вернёт ему все деньги, как только придет стипендия.

Яман выпивает первый стакан виски.

Парни разговаривают о прошедшей игре, обсуждают тактику на предстоящую и о скорой смене тренерского штаба. Варе определенно скучно, стейк, который ей принесли, был съеден достаточно быстро, а коктейль почти закончился. Денег на новый нет, поэтому скоро придётся заканчивать и ехать домой. Взгляд цепляется за черные глаза рядом и словно гипноз. Она тонет и ничего не может поделать с этим. Сейчас она видит рядом с собой не грубияна третьекурсника, а взрослого мужчину, который может позволить себе заплатить за неё. Все пошло не так, как она хотела.

— Варя, — она приходи в себя, только когда товарищ Ямана зовёт ее, — расскажите о себе. Вам, наверное, скучно с нами, — улыбается, слегка приподнимая уголки губ.

— Скучновато, если честно. Думала, вы умеете развлекаться.

Парень смеётся.

— Так может потанцуем? Развлечемся!

Яман молчит и выбирает тактику наблюдения. Он лишь единожды бросает взгляд на девушку. В его черных глазах отображается все мысли, но Басманов молчит и только сильнее сжимает стакан с виски и колой.

— Извини, не танцую.

— Грустно. А я пожалуй потанцую.

Парень уходит и Яман с Варей остаются наедине.

Диджей оглашает медленный танец и толпа на танцполе редеет. Варя замечает, как новый знакомый приглашает какую-то девушку на танец и та с удовольствием соглашается, уладив свои ручки ему на шею.

Яман сидит камнем. Суров, холоден. Варя смотрит то на свои руки, отмечая, что тоже нужно сходить на маникюр, чтобы обратить немного внимания на себя. То в окно, где открывается вид на спальный район и ночное чистое небо с яркими звёздами. Хочется стать звёздочкой и быть недоступной для всех. Луна светит так ярко, что и фонари не нужны.

— Надо было потанцевать. Ты ведь хорошо это делаешь.

Яман бросает взгляд на девушку. Варя не понимает, как должна вести себя рядом с этим человеком. Он ничего не говорит, заставляя сомневаться в каждом слове, действии, вздохе. Он смотрит своими черными глазами, в которых бездна, и кажется, что хуже быть не может. Он мил и добр в один момент, и холоден и груб в другой. С Данилом такого нет. Он мягок и спокоен всегда. Варя в очередной раз понимает, почему не Яман в ее сердце.

— Хм, ты ревнуешь? — Варя с ухмылкой смотрит на Басманова.

Стакан с виски пуст.

— Ого-го, какое самомнение, Варюша, — улыбкой отвечает парень. — Попридержи коней.

— Ну раз так, то я пошла танцевать, удачи тухнуть тебе в одиночестве!

Но уйти Варя не успевает, как Яман поднимается на ноги и следует за ней. Песня уже наполовину закончилась, когда они вышли оба на танцпол и Варя положила одну руку на крупную шею парня, а другую на плечо. От него приятно пахнет одеколоном, а его нежные касания заставляют тело дрожать. Пара кружит в танце будто вокруг никого не существует. Яман дотрагивается до Вари словно она самый дорогой фарфор мира и она вот-вот может разбиться.

Она хватается за него, как за последнюю возможность остаться на суше и не утонуть. Лёгкие прикосновения её пальчиков щекочут шею. Несколько оборотов и песня заканчивается, но он не может отпустить ее, наполняя грудь ее запахом. Варя медленно качает бедрами из стороны в стороны, притягиваясь к Яману ближе нужного. Она чувствует его горячее тело и не может сдержать тихий стон. Кажется, будто ещё немного и она будет готова предать свою любовь к Дане и полностью отдаться Басманову. Он слишком часто начал появляться в ее мыслях. Это заставляет Варю чувствовать себя неуютно. Она не из тех, кто предает свои чувства ради мимолётного влечения.

— Как тебе игра?

Яман говорит тихо, буквально лаская своим голосом ее ушко.

— Вы хорошо справились, в какой-то момент я подумала, что игра будет не в вашу пользу.

Варя отводит взгляд куда-то вниз, чтобы не смотреть на парня. Она чувствует, как он сжал ее сильнее прежнего и прижал настолько близко, что своим животом она чувствует его напряжённый торс. Сглотнув слюну, Варя попыталась вернуться на прежнее место, но Яман не позволил ей этого сделать.

— Я ведь сказал, что выиграю.

— Зачем ты это делаешь? — Варя выпаливает быстрее, чем успевает подумать, хочет ли она вообще знать ответ на этот вопрос.

Только после сказанного она понимает, что совсем не желает знать ответ. Она не готова. Возможно, Яман решит сказать все, что лежит у него на душе, но Пушкина надеятся, что он останется прежним и опять просто скажет, что она дура. Сейчас это услышать она хочет больше, чем правду.

Яман шепчет ей на ушко после коротких раздумий:

— Развлекаюсь.

Обидно. Неприятно.

— Со мной? Мог бы найти другую кандидатуру.

— Как и ты вообще-то. Не вижу в тебе огромной любви к моей персоне.

Он сжимает ее талию слишком сильно, из-за чего Варя слегка вскрикивает.

— Решил позлить Данила? Мог бы это сделать и по-другому.

— Меня не интересует Данил, Варюша. Он интересует только тебя.

— Откуда тебе знать, кто меня интересует?

Варя слегка толкает парня, вырываясь из его крепких объятий. Танцевать она больше не настроена. Чертов эгоист, заключает она. Глупая девочка, которая пропускала мысль о симпатии.

Она смотрит в его черные глаза и не может поверить в услышанное, хотя на что можно рассчитывать, это ведь Яман. Ему всё равно на любого. Он любит только себя. Он стоит меньше чем в метре от нее, но кажется будто они так далеки друг от друга. Варя хочет честных, красивых и нежных отношений. Она не хочет развлекаться за счёт кого-то другого. Яману хочется только грязи, считает девушка, и это отвращает ее. На какое-то мгновение он показался ей совсем другим.

— Найди другую для развлечения, — говорит Варя перед тем, как уйти.

На улице она позволяет себе слегка сгорбиться, а голова склоняется вниз. Она оказалась очередной жертвой. Ничего удивительного не произошло, этого стоило ожидать. Однако Варя надеялась, что сможет подружиться с этим человеком, он вызывал в ней яркие, положительные эмоции и чувства. Что раньше было только со Славой. Он мог стать ее другом, который вызывает в ней некоторое животное желание.

— Варь. — Яман появляется за спиной почти сразу. Пошел вслед за ней.

— Чего тебе?

Она поворачивается к нему лицом. По щеке бежит скупая слеза. Она не позволит себе расплакаться из-за этого человека, он того не стоит.

— Не к чему все усложнять...

— Это ты все усложнил.

— Не я поцеловал себя на набережной.

Яман начинает говорить строже, чётче. Голос понижается, а взгляд будто становится ещё темнее. Становится страшно.

— Я извинилась! — Варя почти кричит.

Из окна выглядывает охрана, чтобы убедиться, что все хорошо.

— Это ничего не поменяло! Ты вбила в свою тупую голову хреного Данила и не можешь ни о ком больше думать. А я ведь предупреждал! Говорил, что он не то, что строит из себя. Но нет, Варюша у нас самая умная, хренова всезнайка. Идиотка ты! — он тыкает ей пальцем в грудь и словно пронзает насквозь. С каждым сказанным словом становится все больнее и неприятнее. Но его это не волнует, он говорит только то, что думает. Сейчас эмоции и чувства правят его сознанием.

Варя медленно оступается об бордюр, но по воле Бога не летит с грохотом вниз, а удерживает равновесие. Она продолжает молчать и слушать Ямана, который даже не думает останавливаться.

— Что ты вообще знаешь? Я... Ты эгоистка и никого, кроме себя не видишь!

— А что видишь ты? — эмоционирует Варя и толкает парня в грудь. — Мальчик секс, огонь, каждая девочка моя. Кретин ты самый натуральный. Унижаешь меня, обзываешь, говоришь, какая я тупая. Давишь на мои больные места! Данил единственный, о ком я не хочу говорить, чувства к котором у меня уже давно и я бы с радостью избавилась от них! Но только у меня начало получаться, как ты все испортил!

— Ох, как замечательно! Так ты мной решила выгнать свои чувства? Спешу тебя разочаровать. Я не мальчик на побегушках, чтобы это делать.

— Я искренне была настроена по отношению к тебе! Это ты хренов мудак решил поиграть со мной, как со всеми предыдущими, и послать после. Я наслышана.

— Дура, да что ты знаешь! — Яман замахивается, но не позволяет себе совершить ошибку. Он не говно, он не отец.

Варя с ужасом в глазах смотрит на него. Большего разочарования она не ожидала. Он казался спокойным, а оказался просто бомбой, которая взрывается от любого шороха.

Варя медленно начинает двигаться назад, чтобы как можно быстрее уйти от этого монстра. Теперь ей все стало понятно.

— Варя...

— Не подходи ко мне! — Варя кричит будто последний раз в своей жизни. Яман не двигается за ней. — Чертов кретин... Я была лучшего мнения о тебе.

Яман что-то говорит ей, но Пушкина уже не слышит его. Вызывает такси на соседний адрес и пытается уйти от него как можно скорее.