Минотавр

Глава I

Я бежал изо всех сил, громко продираясь между кустов и тяжело дыша, легкая курточка порвалась в некоторых местах, пот заливал мне глаза, тело было покрыто многочисленными ушибами и царапинами после недавней драки и десятиминутного марафона по густому лесу, но на все это мне было наплевать. Сейчас главное спастись. Об остальном буду думать когда этот кошмар кончится.

Недалеко в который раз послышался лай собак. Ч-черт! Сегодня фортуна была точно не на моей стороне. Я ускорился еще немножко, несмотря на то, что в таком темпе при обычных обстоятельствах уже бы выдохся. Бегал я очень быстро, но вот с выносливостью всегда было плохо, даже на соревнованиях муай-тай, на которые иногда ездил раньше, я обычно брал напором и агрессией. Если же противник выстоял в первые минуты под градом моих ударов, то потом победа была у него почти что в кармане, хотя далеко не каждому это удавалось. Но теперь, когда я забросил спорт и прожил пару лет в качестве офисного планктона, с этим все стало намного хуже. Поэтому очень странно, что я не упал, задыхаясь, еще несколько минут назад, но говорят, что в борьбе за жизнь человек способен показывать такие невероятные результаты, что даст фору олимпийским чемпионам. Раньше я только читал об этом, но теперь убеждался на своем опыте.

А от кого и, собственно, почему я убегал? О-о, забавная история получилась. Я, не убавляя скорости, громко заржал, в который раз удивляясь своей тупости, но сразу замолчал. Не нужно сбивать дыхание, но, увы, удержаться я не мог, поэтому засмеялся еще раз, в унисон с очередным лаем собак, которые, судя по звуку, немного отстали. Блин, во всем виноват мой дурацкий характер, а именно такая его черта, как влюбчивость. Иногда я просто возгорался пламенной страстью к очередной привлекательной незнакомке. Однако обычно так же быстро и потухал. Настолько быстро, что девушки иногда даже не замечали этого, а если и замечали, то не успевали ответить, а потом их ожидал только игнор. Парень-то я был не полностью свободный, все уже шло к свадьбе. Моя избранница давно уже смирилась с этой моей чертой, как ни странно, и просто следила чтобы ко мне не подходила слишком близко ни одна привлекательная девушка, даже занятая, ведь я обладал некоторой харизмой, и ни одна женатая дурочка была бы не прочь побывать в моих объятьях. И поэтому мои интрижки можно было бы пересчитать на пальцах одной руки, и ни одна из них не продолжалась долгое время и не имела последствий.

Но на этот раз мне не повезло. В клубе, в который меня затащили знакомые, я сразу обнаружил чертовски привлекательную девушку, которая отдыхала в окружении своих друзей, и, судя по тому, как один из них тесно к ней прижимался, своего парня. Тут совпало несколько факторов, которые и привели к такому неблагоприятному исходу. Во-первых, обаятельная брюнетка тоже сразу обратила на меня внимание и начала строить мне глазки, чем завела меня еще больше. Во-вторых, со мной не было ни моей девушки, ни близких друзей, которые могли бы меня остановить. А те случайные собутыльники с которыми я тут и оказался, только начали меня подстрекать. Ну и я, моментом проглотив коктейль, подошел к своей симпатии и пригласил потанцевать. Она, даже не посмотрев на своего воздыхателя, согласилась. После танца, который, у нас был довольно… Хм, довольно страстным, скажем так, меня окружила довольно агрессивно настроенная компания, во главе с парнем, у которого я увел девушку. Он подошел, с ненавистью смотря на меня своими крошечными налитыми кровью глазами, и, громко и зло дыша мне в подбородок прорычал, еле сдерживаясь:

— Пошли, выйдем.

Я никогда от драк не убегал, даже превосходящее число противников не могло остановить меня, особенно, когда я был пьян. Поэтому, безуспешно поискав глазами парней, из-за которых я здесь и появился, я лишь ухмыльнулся, с уверенностью смотря в глаза парню:

— Дамы впереди, — так как мне не нравилось, даже когда друзья шли позади меня, а в такой обстановке я тем более не желал подставлять спину.

Тот шумно повернулся в сторону выхода, и, негромко что-то сказав друзьям, пошел вместе с ними к двери, постоянно оглядываясь на меня, чтобы я не сбежал.

Но бежать я даже не собирался. Тело сладко задрожало в ожидании драки. Выпив напоследок еще один дрянной коктейльчик, я зло оскалил зубы и широким уверенным шагом пошел за компанией. Ну-с, сейчас разомнемся. Оскал стал еще шире, а желание драки удвоилось. Мои руки на автомате начали разминку, а глаза были прикованы к двери, за которой только что исчез последний из будущих жертв. Вышибала сразу заметил наши телодвижения и проводил меня глазами к выходу. Главное, чтобы драки не было в клубе, вот его забота. Остальное его не беспокоило.

Когда я вышел из более-менее светлого клуба в темный двор, я потратил несколько секунд, чтобы привыкнуть к почти полному отсутствию освещения. Вывеска клуба почему-то вдруг перестала мигать разноцветными огнями, и если бы мои противники захотели напасть сразу, как только я вышел, у меня бы было мало шансов устоять. Однако они не спешили нападать. Сразу видно любителей. Любой более-менее опасный боец воспользовался бы тем преимуществом, которое ему бы дало время, пока я адаптировался к ночной улице. Похоже, что это будет совсем легко.

Я окинул взглядом темные фигуры, которые меня обступили полукругом. Пятеро парней совсем не выглядели опасными. Были еще трое девчонок, которые стояли позади и, само собой, не рвались в драку, скорее хотели поучаствовать в предстоящем моем избиении, ну, как они думали, в роли зрительниц. Только я был об этом другого мнения. Посмотрев на противников опытным взглядом, я понял — они даже на турник никогда не вылазили, не говоря уж о занятии спортом. Это подтвердило и их последующее поведение. Вместо того чтобы начать драку, парни начали угрожать мне и выяснять какого лешего я лапал девушку Игоря, при том каждое их второе слово было матом.

Внимания на их тявканье я не обращал. Быстро разглядев в темноте (ведь ночное зрение у меня с рождения было почти что как у кота), Игоря, который никак не мог прийти в себя из-за того, что я лапал его девушку и пенился от злости больше всех, я подскочил к нему и устранил его из боя быстрым ударом коленом в живот. Его друзья еще только начали осознавать произошедшее, а я уже переместился к второму и от всей души зарядил ему в подбородок кулаком, от чего тот с грохотом повалился на чей-то мотоцикл, который стоял метра за полтора от него. Девушки завизжали, а остальные трое парней пришли в себя и попытались атаковать меня. Вырубив двоих меткими ударами ног, я остановился, услышав звук железа со стороны третьего. В его руках я увидел нож. Быстро отскочив, я осмотрелся в поисках оружия, все-таки противостоять противнику с ножом меня почти и не учили. Но вокруг меня ничего такого, чем я мог бы воспользоваться, не было. Пнув мусорную урну, которая стояла рядом, среди ее содержимого я заметил пустую бутылку от пива. Что ж, это лучше чем ничего. Подняв бутылку я шагнул к парню с ножом и кинул ее в него. Все прошло, как я и запланировал — он уклонился от стеклотары и на мгновение выпустил из вида меня, чем я не замедлил воспользоваться. Взяв его руку на болевой, я заставил его выронить опасное орудие. Далее ударом в затылок я вырубил и его. Пнув еще несколько раз врагов для порядка, я обернулся к девушкам со своим любимым звериным оскалом. Двое из них испуганно отшатнулись и с визгом побежали от меня. Однако последняя не спешила убегать. Это и была понравившаяся мне девушка.

— Ты бы еще зарычал, — сказала она, впрочем улыбка ее тоже была несколько напуганной.

— А что, я могу, — улыбнулся я вновь, но уже совершенно другой улыбкой, той, которая всегда нравилась девушкам и спросил:

— А ты чего не убегаешь с ними, ведь не похоже было, что ты болела за меня?

— Откуда ты взял это? Я всего лишь ждала пока ты с ними разберешься, ведь не было похоже, что ты испугался пятерых человек, а значит можешь их победить. Ну, а если бы они избили тебя, то на кой-черт мне такой слабак нужен?

— А ты жестока, — опять улыбнулся я.

— Не я такая, жизнь такая, впрочем, чего мы тут стоим, поехали ко мне, — ответила она.

— Ого, так сразу? — еще шире улыбнулся я.

— Ну, а чего тянуть-то? Я тебя хочу и не похоже, что ты против.

Такой подход мне определенно понравился. Я надеялся на жаркую ночку, и она превысила все мои ожидание. Девчонка, имя которой я так и не узнал, оказалась горячей штучкой, и мы с ней, кувыркаясь, даже чуть проломили единственную в квартире кровать (она была очень ветхой, странно, что не развалилась на части от всех тех кульбитов, которые мы на ней вытворяли). А в четыре утра пришла подруга брюнетки, с которой они снимали однушку вместе. Пришла сама немного выпившей и, вместо возмущаться насчет поломанной кровати, решила присоединится к нам. Несчастную кровать мы все-таки доломали и плавно переместились на кухню. Раньше до этого я ни разу не занимался сексом сразу с двумя девушками, поэтому решил не рисковать и втихаря глотнул таблетку «Виагры», которая уже года полтора дожидалась подобного в потайном кармане джинсов.

Уснули мы ранним утром, измученные как после марафона. Пробуждение же было очень неприятным. От грохота я рефлекторно вскочил с кровати, но из-за последствий алкоголя поскользнулся на паркете и чуть не упал. Поэтому бравые ребята в черных балаклавах, которые в следующий момент завалились в выбитую дверь, взяли меня почти без боя. Сначала я не понял, кто же они такие. Однако вслед за ними в квартиру зашел седой мужчина, по лицу которого я сразу понял — это к нам в гости пожаловала наша доблестная полиция. Даже со стуком, правда он получился слишком громким, но кто же сейчас без изъянов?

— Вы ошиблись дверью? — наигранно удивленно спросил я. Но мой мозг уже очнулся и я понял, они здесь из-за тех парней, которых я избил ночью. Других косяков на данный момент за мной не было.

— Не прикидывайся дурачком парень. Ты вчера избил моего сына. Теперь тебя ждет расплата. — спокойно сказал тот, и по его взгляду я понял — у меня кру-у-упные неприятности.

А потом меня вывезли за город и устроили, блядь, охоту! Натравили на меня собак, а сами пошли за ними со стволами. К слову, своего сыночка, которым, конечно, оказался именно Игорь, папаша тоже взял на охоту за людьми. Вернее, за одним человеком — за мной.

Я, в отличии от большинства людей, не особо ценил свою жизнь, но отдавать ее просто так не собирался. Вдруг еще смогу кого-то из них подловить или даже, чем черт не шутит, убежать. Поэтому, как только меня отпустили, я сразу изо всех сил побежал к спасительной тени леса. Форы мне дали целую минуту, чем я сполна использовался

— Блядь! — заорал я, падая, когда, не успев отреагировать, напоролся глазом на ветку.

Когда, закончив выть и кататься по земле от боли, я поднялся, понял, что теперь шансов убежать у меня не осталось. Глаз немного кровоточил и болел, но, в целом, работал исправно. Я выломал ту острую ветку, на которую напоролся и приготовился отдать свою жизнь подороже. Спустя десять секунд ко мне пришла неплохая идея. Я залез на дерево и перебрался на несколько деревьев в сторону погони.

Мой расчет оказался правильным. Собаки, которые подбежали довольно быстро, потеряли мой след возле дуба, на который я залез сперва. Я же притаился среди листьев за толстой веткой на другом дубе, метров за семь от них. Спустя несколько минут показались и преследователи. Менты держались бодрячком, но вот Игорь выглядел совсем загнанным. Ему я и решил попытаться отомстить, решив быстро нейтрализовать его и забрать его ствол.

Как только они подошли под мое дерево, я спрыгнул с него и подскочил к виновнику всего этого. А дальше все пошло не по плану. Меня вдруг взяла такая злость, на него, что я потерял самообладание. Вонзив сук в шею парню я не остановился даже когда почувствовал как зубы псов вонзаются в мое тело. Лишь громкие звуки выстрелов заставили меня остановиться. Я вонзил сук в глаз псу, распинал остальных и зарычал. Наверное, я страшно выглядел тогда, весь в крови возле трупов и рычащий. Даже собаки на мгновение замерли, чем я воспользовался и, истекая кровью, бросился к папаше Игоря, который был ближе всех ко мне, сцепил руки на его глотке. Уже будто сквозь туман я услышал еще выстрелы, почувствовал, как нож вонзается в тело, но хватку не ослаблял. Так я и рухнул вместе с ним на землю. «Ну вот и все, допрыгался, кобель. Жаль, Анька скорее всего даже не узнает, где меня закопают» — появилась мысль, сознание почти полностью поглотил туман. «Хм, а интересно, ад существует?» — еще успел подумать я, когда увидел, как лезвие ножа приближается ко мне.

Глава II

… И вдруг туман, который окутал меня исчез, как и нож, который должен был в следующее мгновение вонзится мне в живот, исчезла боль от ран и ушибов. Вместо всего этого я увидел как на меня несется какая-то огромная странная рогатая туша!

Мое тело отреагировало вроде как положено, но слишком неуклюже, поэтому мчащееся на меня странное создание зацепило меня вроде бы и слегка, но от столкновения меня отбросило метров на пять. Оно же пролетело еще метров двадцать и с громким грохотом тоже повалилось на землю. Поднимаясь, я вдруг заметил, что окружающий меня лес тоже куда-то исчез. Вместо леса я вдруг оказался посреди огромной степи, а недалеко от меня стояли, пылая, несколько десятков хижин примитивной конструкции. Послышались крики и лязг металла. Нос уловил запах гари.

На секунду я оцепенел. Что со мной случилось? Где я, черт возьми? Это что, галлюцинации перед смертью? Да вроде бы не похоже. Мой мозг решительно отказывался воспринимать происходящее. Постояв несколько минут шокировано рассматривая степь и горящие дома. Помогла лишь хорошенькая пощечина, которую я отвесил сам себе. Это помогало мне всегда, помогло и сейчас. Я очнулся от удивления и решил все осторожно осмотреть, чтобы понять что тут происходит. Потом уже можно будет поискать других людей.

В первую очередь я подошел к тому рогачу, который толкнул меня падая и знатно офигел! Это было не обычное животное вроде быка или еще чего-то. На земле передо мною лежал странная, но не сказать чтобы уродливая помесь быка и человека. Гигантское трехметровое тело, волосатые бычьи ноги с огромными, словно тарелки, копытами, накачанный человеческий торс, на широких плечах находилась бычья голова, плечи сзади и частично спину покрывала густая, почта как на ногах, шерсть. Также, чудище имело на себе повязку, которая и прикрывала срам. Если прибавить к этому окружающие хижины, в которых, очевидно, человекобыки и жили, становилось понятно — они обладали, как минимум, примитивным интеллектом!

«Это меня в Чернобыль перекинули или, может быть, я уже в аду, а это представитель местного населения? «, — удивленно подумал я, ничего не понимая, но тут же отогнал эту мысль, не время, ох, не время сейчас об этом думать.

Продолжив осмотр твари я обратил внимание на несколько, кто бы мог подумать, стрел, которые торчали из его спины, и, вероятно, и являлись причиной его смерти. Да тут, блин, опасно тоже. Нужно быть поосторожнее, а то и в меня натыкают стрел, как в подушку для иголок.

Вдруг от изучения невиданной до сих пор разумной формы жизни меня отвлек громкий топот копыт, который стремительно приближался. Я немедленно обратил свое внимание в сторону поселка, откуда и услышал этот звук. Нужно быть готовым ко всему. Я не знаю смогу ли устоять даже против одного такого человекобыка, не говоря уж о большем количестве. Да и не факт, что смогу убежать, тут ведь не лес, да и бегать эти создания должны быстрее, банально из-за более длинных ног.

Однако, когда топот приблизился я увидел совсем не стадо рогатых, которые хотел прикончить меня, а всадника в доспехах на коне и с копьем в руках. От него убегала, предположительно самка человекобыков, ростом она была поменьше самца, метра два ростом, кажется. Самка была более близка к человеку, ведь от обычной человеческой женщины ее отличала лишь голова, похожа на коровью, остальное тело было полностью человеческим, более того, очень даже красивым и мускулистым, и вовсе не отличалось повышенной волосатостью, как можно было бы подумать.

Все это я заметил пока всадник и самка неслись ко мне на огромной скорости. Человекокорова, хотя блин, это же скорее минотавры — вдруг осенило меня. Так вот, самка минотавра, как ни странно, не только не отставала от лошади всадника, а и понемногу увеличивала отрыв, бежа в мою сторону. Блин, что мне делать? Прятаться? Убегать? Помочь? Вот только кому?

Пока я лихорадочно думал как поступить, всадник тоже заметил, что ему не догнать жертву, ведь конь его, похоже, был совсем измучен. Тогда он остановился и размахнувшись

кинул свое копье прямо в спину убегающей минотаврихе. Похоже, копья он кидать умел превосходно, так как оно попало, как всадник и хотел в спину жертве. Она пробежала еще метров десять по инерции, и рухнула почти мне под ноги. Вдруг самка минотавра заметили сидящего возле трупа меня, ведь раньше ей было не до этого, и жалобно что-то закричала в мою сторону. Слова в крике было слышно отчетливо, однако, язык, на котором она говорила, был мне неизвестен. Но, несмотря на это, общий смысл я понял сразу, это читалось в ее глазах — меня просили о помощи.

Всадник тем временем протер глаза от заливавшего их пота и тоже обратил свое внимание на меня. Я поднял руки, показывая, что настроен неагрессивно, но он, похоже, этого не понял. Выхватив меч он со странным возгласом пришпорил лошадь в мою сторону. Кажется меня опять хотят убить.

Все, что я успел сделать прежде чем всадник подскакал ко мне, это подняться во весь рост. Далее я попытался жестами показать ему, что я не враг, но ему, кажется, было все равно. Всадник с размаху попытался ударить меня мечом, и вроде бы попал, хотя я и попытался быстро упасть, уклоняясь. Однако боли не было. Вместо нее пришла злость. Она поднялась с глубин моей души и забурлила, требуя выхода. Я рывком вскочил, знатно удивив этим противника, который уже собирался меня добить. Еще в броске я мимоходом подметил маленькие размеры человека и лошади — своим ростом я доставал почти до плеча всадника, но не обратил на это внимание. С разбега я влетел в бок лошади и врезавшись в нее, сбил ее вместе со всадником, которого она придавила, на землю. Не тратя зря ни секунды я подбежал к ним и, подняв меч, который упал с рук всадника при падении, начал неистово, хоть и неумело, рубить врага. Очнулся я лишь когда изрубил тело в доспехах на несколько кусков.

Убийство никакого волнения у меня не вызвало, хотя до этого я никогда не убивал. Много кто сейчас бы начал крутить пальцем у виска, мол, ненормальный. И угадал бы. Социопата уж точно не можно назвать нормальным человеком. Как я и не особо держался за свою жизнь, так и совершенно не уважал жизнь других. Эмоции я же мог испытывать только самые яркие вроде вспышек страсти или ярости. И да, я понимал, что это ненормально, но не это меня совершенно не заботило. Я нравился себе таким, каким был.

Меня взволновало кое-что другое. Разгибаясь я обратил внимание на непривычный центр тяжести тела. Я посмотрел на свои руки и, черт возьми, это были не мои руки! Понимание появилось внезапно, словно удар молнии. Я наклонился к зеркально начищенном нагруднике мертвого врага, который теперь был весь в пятнах от крови, и посмотрел на свое отражение…

… И увидел вовсе не себя. На меня смотрела бычья морда, которая уж точно не могла быть моей головой, скорее головой очередного быкочеловека! Я отвел взгляд, но сразу же, глубоко вдохнув, посмотрел обратно на теперь уже свое отражение. Нужно принять действительность. Я не знаю как здесь оказался и почему, но это не важно. У меня появился шанс на новую жизнь и, кто знает, вдруг она будет интересней предыдущей? Лишь ради этого и стоило хотя бы попробовать адаптироваться в новом мире и в новом теле. Жаль только я не могу возвратиться обратно и отомстить тем мразям, которые устроили столь увлекательную охоту с моим непосредственным участием. И я вновь заскрежетал зубами от нахлынувшей ярости, но почти сразу успокоился. Нет никакого смысла сейчас вспоминать былую жизнь. Теперь у меня новая есть и, похоже, мне придется еще неоднократно ее защищать, если тут все такие агрессивные, как этот всадник.

Но стоп, что-то не так. Мои ноги были совершенно нормальными, без копыт, не наблюдалось и повышенной волосатости. Подойдя к мертвому телу минотавра я сравнил его и себя. Кроме вышеуказанных отличий я заметил, что рост и пропорции тела мои были поменьше чем у этого самца, но все же побольше чем у человека. Если сбивший меня с ног минотавр был около трех метров ростом, то мой рост не превышал двух с половиной метров.

Я вернулся обратно и сравнил себя с самкой. Да, я больше был похож именно на нее, и пропорции тела были более сопоставимы, и ноги человеческими, да и шерсти на спине не наблюдалось. Хм, и что получается? Тут есть два вида минотавров? Или тот самец был каким-то мутантом? Странно.

Вдруг опять послышался топот конских копыт. Вот только на этот раз его издавал, похоже, целый отряд. Я скрипнул зубами. Кажется, только что

я сам отнял у себя возможность спастись и убежать. Ведь если один из представителей отряда не раздумывая напал на меня, то напрасно было бы надеяться, что другие не поступят также. Подняв меч убитого я приготовился дать какой-никакой отпор. Доспехи пробовать надеть смысла не было, слишком уж мое тело отличалось размером от человеческого.

И вот, когда всадники проехали мимо последней лачуги и выехали на широкую степную дорогу, я наконец их увидел. Все они напоминали того, который пал от моих рук. Даже доспехи были почти одинаковые, с чего я сделал вывод, что отряд довольно профессиональный, а не сборная бандитская солянка. За отрядом ехали несколько телег с клетками, которые были битком забитые пленными минотаврами. Минотавров, впрочем, было не так уж и много, особенно особей мужского пола. Самих всадников было около сотни, а пленных, в основном молодых женщин (если так можно назвать самок полузверей), раза в два меньше, хотя точное количество определить было невозможно из-за тесноты в которой они находились.

Когда отряд заметил меня, останавливаться он не стал. Пятерка передних всадников пришпорили своих лошадей и понеслись прямо на меня. Я был готов к бою, которого не последовало. Я был готов до того, что меня просто задавят числом, до нескольких схваток один на один, не исключал и того варианта развития событий, что меня просто истыкают стрелами, но этого всего не последовало. Вместо стрел свистнули пять арканов и я повалился на землю, с удивлением понимая, что почти не могу пошевелиться. Когда удивление прошло, появилась злость. Но тщетно. Как бы я яростно не извивался, пытаясь вырваться, веревки держали меня крепко. Всадники действительно знали свое дело. Было видно, что ловить вот так вот люд… Живых существ для них далеко не в новинку.

Немного поиздевавшись над моими потугами, и несколько раз ткнув меня палками копий двое из всадников потащили меня к ближайшой клетке.

... Находится в таких условиях было совершенно невозможно и я довольно скоро упал в обморок из-за духоты и вони потных немытых тел. Несколько раз мое сознание прояснялось, но, так как переполненная клетка никуда не исчезала я падал в обморок опять.

Очнулся я уже под вечер. Судя по всему, мы наконец-то остановились, но выпускать меня и других пленников никто не собирался. Мои собратья по несчастью устало переговаривались между собой, но сколько я не прислушивался, не понимал ни одного слова. Похоже нужно принять уже то, что я нахожусь в ином мире, да еще и не в своем теле. Мысли, что это все сон у меня даже не возникло, уж слишком все было реальным. Реальным до ужаса. И вонь потных волосатых тел и боль от ран и затекшие от невозможности ими пошевелить конечности. Все это было настоящим, я это понимал. Нужно думать, как с этой ситуации выбраться живым и желательно невредимым.

Тем временем люди, которые взяли меня и других минотавров (а я внешне теперь был не человеком — минотавром, глупо это отрицать) в плен, поставили на поляне, где мы остановились, несколько палаток, развели костер и начали что-то готовить, судя по апетитныму запаху, от которого у меня заворчал живот, напоминая, что ел я последний раз еще в своем мире и теле, это было мясо.

Мясо было зажарено, частично съедено, запито, если судить по запаху, кислым вином, а к нам никто так и не думал подходить. Выпускать пленников по естественным нуждам или дать им пищи тем более никто не собирался. В клетке запахло мочой. Похоже кто-то уже не мог сдерживаться и справил нужду прямо тут. Ситуация была далеко не сахар и с каждой минутой нравилась мне все меньше и меньше. Но изменить я ничего не мог, приходилось ждать.

Когда уже стало совсем темно и мои наши пленители порядком напились и нажрались им захотелось понятно чего. Солдаты вытащили с клетки десяток самок и пустили их по кругу, предварительно связав им руки. Похоже доблестных защитников добра и порядка не волновало то, что они занимаются этим фактически с полукоровами. Странно. Или это в порядке вещей в этом мире? Хм, хотя вполне возможно, что солдаты просто пьяные в стельку и им уже абсолютно фиолетово.

Тем временем несколько воинов, которые успели уже отведать всей сегодняшней «развлекательной программы» похоже решили накормить пленников. В клетку, где стало свободнее, после того, как забрали часть самок, кинули несколько огромных кусков мяса, есть которые, несмотря на явный голод, никто не спешил. Они что все вегетарианцы эти минотавры, или что? Хотя да, полукоровы же, им бы травки, наверное. Но меня в принципе это не слишком волновало, тем лучше, больше останется, и я с аппетитом начал уплетать мясо за обе щеки. Однако, как только я проглотил первый кусок я заметил странную реакцию других минотавров. Они смотрели на меня со страхом и отвращением и о чем-то тихо шептались. Людей эта картина наоборот знатно позабавила и они начали дико смеяться и хвататься за бока. Сначала я не понял, в чем причина такой реакции, но потом, когда я нашел взглядом кости, которые остались от мяса сьеденного солдатами все стало на свои места. Меня накормили мясом минотавров! Сначала к горлу подкатил гадкий комок и мне захотелось все выблевать, но потом появилась мысль: а ведь солдаты жрали это мясо без проблем, я ведь тоже внутри человек, почему я не могу есть то, что едят другие люди? Конечно, после этого другие пленники уж точно не примут меня за своего, но кто сказал, что мне это нужно? Может быть нас всех на казнь везут и это последняя трапеза в моей жизни? Поэтому я не обращая внимание на других продолжил, по сути, каннибальствовать. При виде мяса мной овладел столь жуткий голод, что все моральные терзания были отброшены вмиг.

Солдатам довольно быстро надоело зрелище в виде минотавра-каннибала, в них были развлечения поинтереснее — женщины и выпивка, однако мои новые соплеменники и дальше смотрели на меня с отвращением. Думаю, не будь мы сейчас в клетке, меня бы вмиг забили насмерть. Но это меня ничуть не волновало. Даже если бы я попал в деревню этих человекокоров в мирное время, я бы всеравно ушел от них к людям, ведь минотавры сущие дикари, как было видно по их одежде и самой деревне, а люди, думаю, поинтересней будут, да и наличие других рас в этом мире вполне возможно. Эльфов там например, или гномов, интересно ведь было бы их увидеть. Но пока что думать нужно не об этом. Для начала нужно как-то освободится из плена. Однако как? Ведь даже с клетки никого из особей мужского пола не выпускали, а даже если бы и выпустили, это была бы еще та задачка выбратся из человеческого лагеря. Я опять пришел к тому выводу, что пока что не могу ничего сделать для своего освобождения, но успокоится никак не мог. Вновь вновь мое возбужденное сознание придумывало новые планы как убежать и что делать и вновь и вновь отвергало их. А тем временем у клетке кажется завоняло уже и дерьмом.

Эх была не была, решил я и доев мясо начал готовиться к действиям, хотя и понимал, что побег практически невозможен. Разомнувши затекшие мышцы я отопхнув нескольких пленников в сторону приблизился к двери клетки, благо она была недалеко, ведь засунули меня в нее последним. И вот наступила та долгожданная минута, когда несколько солдат привели обратно минотаврих и начали их по одной запускать обратно, наставив копья в нашу сторону. Участь быть проткнутым копьем меня совершенно не привлекала, поэтому я вмиг понял, что мне делать. Я со всей силы толкнул тех трех самок, которых успели запустить в клетку прямо на копья стражников. Ну, а что? Минотавры для меня были странными монстрами, которых я первый раз в жизни увидел, а желание опять быть свободным было сильно. Вообще, свобода это все для меня. Главная цель и главное желание.

Минотаврихи упали прямо на копья стражников, те растерялись, да и пьяные они были в стельку, чем я мгновенно и воспользовался выпрыгнув с клетки и напав на ближайшего из солдат. Выхватить у него копье и свернуть ему шею не доставило мне трудностей, тем более с моей новой силой. Остальных я оставил на минотавров, которые наконец-то пришли в себя и начали тоже выпрыгивать с клетки. Солдаты закричали во всю силу своих глоток скликая подмогу, а я не стал терять времени и рванул в ту сторону, где, как мне показалось, было меньше всего людей, по пути пригвоздив одного из них к земле броском копья, которое лишь мешало мне бежать. Вместо копья я на ходу поднял меч убитого и побежал дальше.

Глава III

Сзади слышались крики пьяных солдат, которые не могли быстро сообразить, что происходит и рык минотавров, которые, несмотря на абсолютное меньшеньство и безоружность пока что успешно отбивались от пленителей. Но это все меня не сильно беспокоило, главное, что хаос в лагере был мне на руку и я не собирался тратить зря ни секунды.

Сперва я бежал медленно и неуклюже спотыкался петляя между деревьев из-за долгого пребывания в клетке, но через несколько десятков метров начал набирать скорость и уже было подумал, что спасен, ведь шум в лагере и не думал утихать, а всадники ну никак не смогли бы догнать меня в лесу да еще и ночью, но мне опять чертовски не повезло. Впереди показались освещенные факелами силуэты людей. Ч-черт! Наверное, это возвращался патруль или один с отрядов отстал от основной группы.

Я быстро юркнул в кусты, но не мне с моими теперешними габаритами прятаться там, да и я порядком нашумел, когда во всю проламывался сквозь заросли. Поэтому я сразу и выпрыгнул из кустарника, услышав возгласы людей. И сразу же почувствовал резкую боль в плече и левой руке — туда вонзились стрелы. Этот отряд, в отличии от того, который находился в лагере, был трезвый, голодный и злой. Поэтому солдаты состоящие в нем решили по быстрому прибить неизвестного, как только увидели, что это не человек, и продолжить свой путь к кострам и горячей еде. Тут уже нужно подумать не то что о свободе, а о сохранении жизни. Хотя жизнь раба полноценной никак не назовешь. Это скорее жалкое существование, лучше уж умереть вовсе.

Вот так вот попутно размышляя я не стал тормозить и поспешил укрыться от стрел за ближайшим деревом. Пока я это делал еще несколько стрел просвистели в опасной близости к моей драгоценной тушке. Вот как они могут так метко стрелять, ведь между деревьев уже ведь совсем темно, как спрашивается?

Ответ на этот вопрос я получил в следующее мгновение, когда неведомая сила нахрен снесла меня вместе с деревом, за которым я спрятался. Резкая боль от удара не помешала мне еще в полете сложить дважды два и понять — вот она, магия! После того как станешь черт знает кем и переместишься черт знает куда, волей-неволей поверишь в магию или ее аналог. А тут и наглядное подтверждение появилось, что тут даже обычные люди могут творить чудеса с помощью магии. Только я бы предпочел получить это подтверждение в другом виде. Менее травматическом.

Приземлился я не то, чтобы удачно — от удара об землю мне полностью забило дыхание да еще сила удара была такая, что мое тело отскочило от земли словно мяч. Уже при втором падении я услышал как что-то хрустнуло. Ну, по крайней мере, деревом не завалило, уже хорошо. Из-за адреналина в крови я подскочил практически сразу, почти не почувствовав боли. Двое из солдат, которые как раз подбежали к месту моего падения совсем не ожидали, что я смогу стоять после такого и поэтому без сопротивления дали снести свои головы, что я и сделал, воспользовавшись мечем их товарища из лагеря.

Первые двое противников были повержены практически в один миг без единой для меня царапины, но это все было неважно, ведь меня окружили остальные — всего целая дюжина, и скорее всего как раз среди них и был маг, вот только кто именно? Что-то не видно мантий или капюшонов ни на ком из них, как должно было быть по идее. Похоже местные маги предпочитают более практические одеяния. И действительно, маг, который в следующий момент запустил у меня классический файрбол, был одет в полный доспех, который правда в отличии от доспехов остальных был кожанным и разукрашенным серебром, которое блестело в свете факелов, но тем не менее это был доспех, а не те тряпки, которые обычно представляли на магах в моем прежнем мире.

Не дожидаясь пока меня поджарят, я с мечом наперевес бросился к противникам, в толпе маг не сможет по мне попасть, так как тогда заденет и своих. Вот только выбранная тактика плодов не принесла, сразу сказалась солдатская выучка и умение сражаться вместе. Я хоть и занимался боевыми искусствами прежде, но сражаться оружием мне не приходилось, и даже моя умноженная новым телом сила ничем не могла помочь. Солдаты брали слаженностью и умением и довольно быстро мне пришлось защищаться от окруживших меня вплотную солдат, а мое тело получило еще множество мелких ранений, благо хоть крепкость минотаврей шкуры не позволила им ранить меня серьезно. Однако за всем этим я упустил с виду мага, который не терял времени зря. Услышав от него непонятную для меня команду окружавшие меня воины проворно отскочили, а из земли подо мной подо мной стремительно полезли корни деревьев. На это заклинание я никак не мог успеть отреагировать и за несколько секунд волшебные корни полностью меня связали и то, что я несколько из них успел порвать ничуть не изменило исход.

Маг, который очевидно был заодно и главным в отряде без боязни подошел ко мне и что-то спросил. В его речи я уже мог узнать слова, в отличии от языка минотавров, который был для меня бессмысленным набором звуков, однако, само собой, я также ничего не понял. Ответом моим ему был плевок прямиком в лицо. Плевок получился знатный, захаркав все лицо магу, от чего он просто взбесился и начал наносить удары прямиком по моему лицу. Слабыми они вовсе не были, хотя если подумать, то по всем канонам маг должен быть физически слаб. Однако чувствовалось, что воинская наука ему не чужда.

Избив меня до такого состояния, что я перестал что-либо видить, маг успокоился и проговорил скороговоркой несколько слов, после чего я почуствовал, как меня отпускают корни, а вместо них сразу же связивает что-то похожее на веревки. Дальше меня той же магией потащили по земле, уверен, это было сделано с умыслом, ведь магу ничего не стоило просто отлевитировать меня, но он решил еще раз отомстить мне. Хм, как ни странно, похоже убивать меня сейчас не будут, но побег не удался. Несмотря на неудачу, оно стоило того, и все вполне могло выгореть если бы не мое минусовое везение.

… Вот и аукнулся мне мой неудачный побег — вместо ехать со всем в удобной клетке (сарказм, конечно), я был вынужден бежать за повозкой к которой меня привязали цепями. Сначала конечно было очень нелегко, особенно когда каждый из солдат считал своим долгом подъехать ко мне поиздеваться, а поняв, что я не обращаю внимания на слова или не понимаю их, ударить кнутом со всей дури. Но довольно быстро им это надоело, особенно когда пригрело солнышко, тогда и вовсе людям стало лень совершать лишние телодвижения, а их кони замедлились в два раза. Так что, в принципе, грех жаловаться, тем более, что самцов минотавров, которых и так было мало, перебили две третьих от общего количества, так как почти все они были в моей клетке. Минотаврих почти не трогали, так как они не проявили такого рвения к побегу как их мужья.

Однако когда наша процессия вышла с лесной дороги на широкий степной тракт я понял, что рано радовался. Если в лесостепной местности, где я появился была вполне комфортная температура, жара особо не донимала даже в тесной клетке, то в степи было все иначе. Солнце просто сжигало все вокруг. Еще даже не наступил полдень, да и, как я уже говорил, лошади замедлили свою ходьбу, а я уже истекал потом. Солдатам тоже было не очень хорошо в их то железных латах, поэтому они начали масово скидать из себя мешающее им железо и постоянно прикладывались к бурдюкам с водой, некоторые додумались напится вина, что еще больше усугубило их жажду. Прекратились разговоры, на всех накатила апатия. Солдаты молча сидели в седлах, прижавшись к конским шеям. Лишь иногда оживала плеть того или иного солдата, показывая пленникам, что не нужно расслабляться. Но и это было лишь, как говорится, для галочки.

Однако пленники и не думали расслабляться. Их незажившие раны привлекали к себе полно мух которые так и роились вокруг несчастных пленных и лезли везде куда только можно. Лошади людей тоже страдали от этой напасти и постоянно отмахиваясь от мух постепенно сбрасывали скорость.

Солнце палило все сильнее и сильнее. Довольно быстро солдатня поскидала все железо с себя, некоторые и вовсе щеголяли голыми торсами. Воды им надолго не хватило, а уж о том, чтобы напоить пленников никто и не подумал. Самые слабые самки уже несколько раз падали в обморок, но все самцы держались порядком лучше даже большинства стражников, несмотря на нестачу воды и огромных мух, которые становились все злее и злее.

А что насчет меня? Я уже давно исчерпал все силы, которых осталось и так немного после вчерашних событий, несколько раз падал и так как не было кому меня поднять некоторое время просто волочился по сухой, пыльной и твердой степой дороге вслед за повозкой. Ну, а уж мухи в этот момент были моими худшими врагами, я просто возненавидел их. О глотке воды я уже даже и не мечтал.

… И вот наконец-то наступил долгожданный вечер. Дневная жара исчезла как за взмахом волшебной палочки. Кроме того, остановились мы возле полупересохшего водоема, чего вполне хватило для счастья солдатам, тем более, что им удалось подстрелить несколько диких лошадей, которых они тут же зажарили на кострах. Опять полилось вино, зазвучали пьяные песни и разговоры, выстроилась процессия к клеткам с пленницами. В этот раз была назначена стража, которой было запрещено прикасаться к спиртному, чему они начали громко возмущаться. Оприходованные минотаврихи получали немного мяса и воды, самцам оставались кости и грязные остатки воды из бурдюков. Никто и не думал ни с кем делится, все уже думали только про самых себя. Выжить! Вот о чем они все думали.

Я тоже решил напомнить о себе и жестами попросил воды у ближайшего охранника, на что тот лишь хрипло и зло заржал. Но так как мы были у водоема я смог найти небольшую лужицу мутной воды, но и это было для меня сокровищем, а когда один из солдат обронил недалеко от меня еще не до конца обглоданну лошадиную кость, мне и вовсе показалось, что жизнь не так уж плоха. Но вот сил даже думать о побеге не было. Я всегда не переносил жару и от переноса в иной мир совершенно ничего не изменилось.

Второй день был еще хуже. Та же невыносимая жара, те же огромные, яркие надоедливые мухи, та же недостача воды. Вот только в этот раз солдаты уже более менее привыкли и вместо апатии проявляли агрессию ко всему, что двигается — к вездесущим мухам, к слишком медленным лошадям, один к одному. Ну и само собой, наибольшее количество злости выплескивалось на пленников. Засвистели плети, вялый жаркий воздух прорезали крики боли. Путь продолжался.

Спустя несколько часов мне начало казатся, что под моей кожей на месте ран что-то шевелится, сначала мне казалось, что это бред, но довольно скоро я убедился в обратно, когда случайно сдер кусочек струпа раны на руке, оттуда полился гной и показались белые черви. Я согнулся в рвотном спазме, несмотря на всю крепкость моих нервов, к такому судьба меня не готовила. Разогнуться вовремя я не успел и упал, и потащился по земле за повозкой, прикованный к ней цепью. А ведь лицо мое тоже все в ранах, и если такое случится и с ним, тогда я вполне могу ослепнуть. Меня охватило отчаяние. Участь стать слепым реально пугала меня, в отличии от той же смерти.

Я даже не пытался встать и несколько километров кони протащили меня по дороге вместе с повозкой, когда мое состояние заметили солдаты. Сначала они видимо подумали что я уже умер, ведь когда увидели меня еще живым, то немного удивились, однако все же подняли меня и закинули в клетку опять, там я завалися на пол и, чуствуя, как во мне шевелятся черви, желал лишь одного — сдохнуть.

… Камышовый потолок, глиняные стены и помещение, похожее на хлев для худобы, однако переполненное различными представителями разумных на вид рас — вот что я увидел очнувшись. В другой раз я бы не упустил возможности хорошенько разглядеть ту же, судя по всему, эльфийку, которая привалилась к стене в нескольких метрах от меня, но теперь меня больше всего интересовали именно мои раны. Осмотрев места на теле куда меня ранили я облегченно вздохнул — вместо сочащихся гноем и полных червей ужасных ран была подсохшая корка, пощупав лицо я ощутил там ту же корку. От радости мне захотелось встать и громко закричать, однако осуществить это желание мне помешали две минотаврихи. Они удержали меня за руки, а потом первая из них поднесла к моим губам какое-то питье, оно пахло травами и на вкус было такое же, а вторая что-то сказала и показала мне три пальца. Похоже она хотела сказать мне сколько я дней был без сознания. Вот только три чего? Часа, дня, три недели?

Впрочем, неважно. Важнее то, где мы находимся и можно ли отсюда сбежать. А то все это слишком на тюрьму какую-то смахивает, да и в кандалах все, вот только какой смысл свозить такое количество разных рас вместе, только чтобы посадить сюда и не выпускать? Вот такими вопросами я задавался пока не открылись единственные входные двери (кстате окон не было вообще) и не вошли как я понял охранники этого места. От тех, которые меня пленили, они отличались, и не в лучшую сторону. И доспехи были похуже и выправки военного не было. Однако, они были вооруженные, а я в кандалах. А сколько их еще их было снаружи? Похоже, пока что побег откладывается.

Охранники тем временем поставили на пол в угол несколько огромных котлов из которых на все помещение разнесся запах пищи. К котлам сразу начала собираться очередь. Вот только охранникам нужно было что-то еще. Порыскав глазами они забрали з собой несколько десятков женщин разных рас. Брали именно тех, которые выглядели получше остальных, получше, всмысле не как полутрупы. Взамен через несколько минут привели новую партию — в ней были смуглые женщины и несколько подростков мужского пола, вроде бы все они были людьми.

И тут меня словно молнией прошибло. Странно, как я раньше этого не понял. Похоже, я попал в руки работорговцев, те солдаты просто продали меня вместе с минотаврами как обычный товар!

Глава IV

Прошло уже около двух недель с того времени как меня заперли в рабском загоне. Первые несколько дней я почти ничем не занимался, только спал и ел. Потом, когда я полностью поправился от ран и утомительного «путешествия», на меня напала жажда действий, но делать тут было нечего и я сосредоточил все свои силы на обдумывании очередного плана побега. Был конечно вариант, опять напасть на стражников и в суматохе попробовать сбежать, ведь и эти стражники были не чета тем солдатам, которые взял меня в плен. Однако этот план остался напоследок, так как я уже один раз обжегся на этом, и мне не очень хотелось повторять эту ошибку, тем более, судя по звуках, которые были слышны из улицы, я находился как минимум в немаленькой дереве, если не в городе, а с такого места будет сбежать посложнее чем с обычного временного лагеря.

Поэтому, обдумав все это, я решил вырыть подкоп. Разбив несколько глиняных тарелок, в которые нам насыпали еду, я спрятал несколько черепков, а после начал рыть. Копалось хорошо, почва была мягкая и фундамента никакого не было, в противном случае моя затея не имела бы никакого смысла. Однако стоило мне углубиться в землю на полметра, как охрана неведомым образом узнала об этом. Ближе к вечеру в помещение влетели несколько человек и несильно избив меня, видимо не хотели товар попортить, заставили закопать обратно яму. Ну, а потом меня приковали поближе к входу и, уже уходя, еще раз пнули. Так сказать в виде напутствия.

Вы спросите почему я даже не пытался контактировать с товарищами по несчастью? Тут все просто, все они были полностью неадекватными. Кто-то постоянно истерил, кто-то целыми днями молча пялился в стенку, игнорируя всех и вся. Серьезно, я не раз замечал, как такие несколько раз подряд пропускали приемы пищи, даже на пинки охранников никак не реагировали. Ну, а почти половина из присутствующих вели себя подобно мне до того, как я поправился — просто ели и спали. Да и никто из прибывших долго здесь не задерживался, например, всех минотавров, кроме наиболее потасканных во время доставки солдатами самок, продали еще на первой неделе. Меня, как я понял, не тронули из-за ран.

Добавим к всему этому мое полное незнание местного языка и то, что большую часть моих жестов не понимали, даже если и обращали на них внимание, и поймем, что я мог надеяться только на себя и свои силы. А так как попытка вырыть подкоп провалилась, мне оставалось или напасть на охрану, которая теперь будет ожидать от меня подобных действий, или выжидать. Вторым я и решил заняться, а предпринять вторую попытку собрался в день, когда меня попытаются продать.

***

Долгожданный день все не наступал. Ничего не менялось, все те же кандалы, та же похлебка, те же пинки от охранников, текучка народа тоже уменьшилась, новенькие тоже почти не появлялись. Некоторые из пленников даже начали между собой общаться, пару раз и до меня обращались, однако быстро заметили, что я ничего не понимаю и перестали обращать на меня внимание. Я же попытался начать изучать местный язык, слушая их разговоры, но потерпел неудачу. Не то чтобы я был тупой или неспособный, нет. Хотя в новом теле я и начал соображать немного помедленнее, но это несильно мне мешало. Основной причиной было то, что я находился среди представителей множества рас, у многих из них был свой язык и одинаковые вещи они называли по разному. Притом еще и акценты у каждой расы были совершенно разными. Так что я временно отложил изучение языка, хоть и неудобно не понимать о чем разговаривают окружающие, однако не критично. Еще успеется.

Когда я бросил попытки научится разговаривать по местному на меня напала скука. Делать было совершенно нечего. Здание, в котором меня держали, было настолько заучено мной, что мог полностью воссоздать его интерьер в воображении, не открывая глаз. Может кому-то было бы и в кайф только жрать и спать, но я не мог так. Моя деятельная натура требовала хоть каких-то действий. Поэтому я начал заниматься физическими упражнениями, которыми даже у прежней жизни я время от времени пренебрегал, особенно после того, как бросил заниматься муай-тай. Соседи сначала отнеслись с удивлением к моему занятию, все они ничем кроме разговоров, еды и спанья не занимались. Ну разве гадили еще. От дыры предназначенной для справления нужд уже порядочно воняло, однако это похоже никому не мешало. Кроме меня разве что. Хорошо, что мое место было возле входа, а значит концентрация свежего воздуха была максимальной.

Так вот сначала все удивились, увидев чем я занимаюсь, некоторые кажется вообще приняли меня за сумашедшого (что не так и далеко от истины, на самом то деле), однако довольно быстро продолжили дальше меня игнорировать. Примера так никто с меня и не взял. У всех были дела поважнее. А я продолжал свои занятия.

Довольно скоро ближайшие мои соседи отодвинулись от меня, ведь когда я занимался повторение связок ударов, можно было запросто попасть под шальной кулак, а сказать мне о том, чтобы я был поаккуратней было некому. Все пленники превратились в покорных трусливых животных и даже когда я кого-то случайно цеплял ударом, максимум что они могли выдать это ругательства себе под нос. Так что довольно быстро вокруг меня образовалась, так сказать зона отчуждения, что было мне только на руку. Места больше, да и воздух чище.

Возобновив занятия я почти сразу заметил значительное изменение своих физических данных. Что самое обидное, пропали наработанные годами крови и пота рефлексы. Все связки мне пришлось разрабатывать заново, притом значительную часть я вообще не мог исполнить, ведь гибкость и растяжка моего нового тела были почти равные дереву. Как утешение можно заметить, что сила и выносливость неплохо так увеличились. Особенно сила.

Через несколько дней охрана заметила мои телодвижения и ей это не понравилось. После полчаса избиений и двух дней голодного поста я понял свою ошибку и начал заниматься своим телом только когда точно знал, что сейчас не вломится очередной охранник. Данное событие значительно уменьшило мой прогресс, но что поделать.

… Ну вот наконец и наступил долгожданный день большого аукциона рабов уж теперь то мне точно представится возможность сбежать! А потом или школу свою бойцовскую открою, если мои навыки будут затребованы в этом мире, или в наемники пойду, уверен, данная ветка военного ремесла тут представлена широко. В общем там уже будет видно, сначала нужно опять стать свободным чел… минотавром, да. Может, чем черт не шутит, даже смогу опять человеком стать, ведь если в наличии фентезийные расы, так может и волшебники с алхимиками в наличии? А если так, тогда какое-то зелье и заклинание точно должно мне помочь.

Вечером всем пленникам наконец предоставили возможность помыться. Хотя некоторым было наплевать на то, что от них несет как от помойной ямы, но я такой возможность сильно обрадовался. Подумать только, я еще ни разу не мылся в этом теле, что, ввиду моей чистоплотности, мне очень сильно мешало.

Чтобы осуществить массовое купание нас всех выгнали на улицу, чему я также сильно обрадовался, и окатили теплой от солнца водой, выдали что-то похожее на мочалку, потом еще раз облили водой и оставили сохнуть на солнышке, которое даже вечером грело очень даже не слабо.

Вообще, мне еще раньше досаждал жаркий и сухой воздух, но это могло быть и из-за летнего сезона, а теперь то я четко понял — этот город стоит где-то возле пустыни, на улице теплый вечерний ветерок то и гляди время от времени швырялся горстками песка, который встречался и в небольших кучках на улице. Да и одеяния местных жителей недвусмысленно намекали на то, где мы находимся. Все эти чалмы и халаты давали понять, что пустыня рядом, или же мы вовсе среди нее.

Место, где нас содержали похоже находилось прямо посреди квартала нищих, маленькие домишки из глины и песчаника были слишком убогими, чтобы принадлежать кому-то вроде бедняков. Некоторые были покрыты чем-то вроде камыша или тростника, странно, вроде бы в пустыне он не должен расти. Хотя, бес его знает, какая в этом мире флора. Да и фауна тоже.

Короче, на фоне местных развалюх даже хлев, в котором содержали рабов выглядел более-менее прилично. Хотя бы благодаря своим размерам. Мыться нас вообще погнали на, как я понял, местную торговую площадь, откуда уже разошлись по домам все торговцы, только их прилавки давали понять где мы находимся. А мыли нас здесь только потому, что узенькая улица не давала такой возможности, ее ширина была достаточной чтобы трое-четверо человек прошли бок-о-бок, ну или же двое лошадей. Хорошо хоть помои на улицу не выливали, как должны были, насколько я помню из истории земного Средневековья. Те же нищие с улиц никуда не делись, возле людных мест постоянно ошивались попрошайки и другие мутные личности.

После купания всем выдали чистую одежду, хотя она была чисто номинальной, хорошо хоть вообще голыми не отправили, ведь зачем рабам одежда? Потом был ужин, более сытный чем обычно. Серьезно, даже небольшой кусок мяса положили, что, как по мне, было неслыханной щедростью по отношению к рабам. Всего этого было достаточно, чтобы понять — завтра день аукциона. Я не ошибся.

… И вот я стою посреди торговой площади, среди таких же везунчиков и судорожно размышляю когда и куда бежать. Площадь, кстати, была не та где происходила помывка, да и выглядела иначе, никаких прилавков, только стайки рабов, их охрана и снующие туда-сюда покупатели, часто тоже со своей охраной, ну и воришки с попрошайками, куда же без них. А находилась эта площадь уже посреди богатых кварталов, красота которых чудовищно контрастировала с кварталами бедных. Та же улица, которая вела к торговой площади, была раз в пять-шесть шире тех, которые мы прошли раньше, и мощеная она была ровными плитами из материала, похожем на мрамор, а целая армия уборщиков не давала вездесущему песку скопиться даже в небольшие кучки. Журчащие фонтаны, величественные статуи, необычные деревья, сказочные дворцы, каждый красивее предыдущего, экзотические представители фэнтезийных рас, соблазнительные смуглянки, которые в отличии от мужчин, одевающихся точно так как и на нашем Востоке, казалось, соревновались, у кого одежда будет более откровенной, по сути все их одеяния были максимум полупрозрачными, все это непременно привлекло бы мое внимание, будь я в немного другом положении. Но сейчас все мысли мои были только о побеге.

Но сколько я не думал, стоящий план так и не появлялся, ну слишком уж мало информации было в наличии. Поэтому я решил, что буду действовать по обстоятельствам, а так как возможности сбежать пока не было — уж слишком уж много охраны было возле меня, то я и начал рассматривать происходящее на площади. Раньше я думал, что будет проведен аукцион, однако это было скорее похоже на обычный базар, но с необычным товаром — разумные всех мастей и видов. Различных рабов было так много, что споров за то, кто будет обладать тем или иным рабом почти не возникало. Мне кажется, что значительной части рабов придется ожидать следующих торгов.

Простояв уже несколько часов под жгучим солнцем я уже было начал думать, что желающих заграбастать мою душонку вместе с потрохами в комплекте не найдется, а значит и у меня не появится возможности сбежать. Многие из рабов, которые были в одном загоне со мной, были уже проданы, красивых девушек почти не осталось, сильных мужчин тоже. Странно, логично было если бы меня купили одним из первых, ведь моя мускулатура была довольно внушительной, хотя и не такой как в остальных минотавров, я был все же поменьше габаритами, однако много больше обычной человеческой. Однако нет, покупатели моей тушки все не появлялись, многие осматривали меня, но довольно быстро переводили свой взгляд на других рабов.

Но вот, по оценивающим взглядам падающим на меня я понял, что мной заинтересовались одновременное двое. Первым был рослый, как для человека, мужчина лет тридцати, добротные кожаные доспехи, длинный украшенный серебром и какими-то белыми камнями кинжал, уверенный взгляд и голос привыкший командовать давали понять, что это опытный военный, скорее всего командир отряда наемников или главный стражник. Мою мысль подтверждали и его сопровождение — около дюжины солдат в похожих доспехах, но с более простым оружием. Этот человек уже купил около десятка крепких мужчин разных рас, а теперь вот приценивался ко мне. Опытным взглядом ощупав мои мышцы он направился к моему продавцу, очевидно намереваясь купить меня.

Вторым, точнее, второй была женщина лет пятидесяти, благодаря модной тут полупрозрачной, а местами и обтягивающей одежде, которая никак не скрывала ее обвисшие потные телеса, она выглядела довольно уродливо, не спасали ситуацию даже многочисленные украшения, которые, не смотря на свои размеры и красоту, все вместе только указывали на совершенно дурной вкус своей владелицы. Лицо женщина скрывала под вуалью, которая, впрочем никак не скрывала жадный блеск ее глаз. Передвигалась женщина не самостоятельно, в отличии от того же военного, а сидя в крытом паланкине, который несли четверо то ли слуг, то ли рабов, подозрительно напоминающие орков. Когда ее донесли ко мне она слезла с паланкина и начала бесцеремонно меня ощупывать, под конец вообще, залезла рукой под набедренную повязку, которая была единственной моей одеждой и ухватила меня за мое мужское достоинство. От неожиданности и ее наглости я чуть не задохнулся, и уже было вознамерился оттолкнуть ее, несмотря, на то, что за этим бы последовало строгое наказание, но дамочка не стала испытывать мое терпение и, отпустив моего малыша, тоже направилась к торговцу.

Дальше последовал торг и ругань на повышенных тонах, и хотя я не понимал ни слова, общий смысл ситуации уловил, и старуха и военный, оба хотели купить меня и не желали уступать друг другу. Однако долго это продолжатся не могло и спустя некоторое время военный отошел и недовольно поглядывая в сторону женщины отправился выискивать других рабов. Старуха же кинула мешочек с деньгами торговцу и что-то сказала своей охране, которая тоже была в наличии. Двое из них — огромный орк, почти с меня ростом и такой же огромный, пусть ростом поменьше, но зато с широчайшими плечами, смуглый человек, взяли меня под руки и повели за двинувшимся паланкином. Я шел не сопротивляясь чтобы усыпить бдительность этих двоих.

Мы шли по главной улице и шли, довольно долго я не видел хорошей возможности для побега, мои охранники не зевали и держали меня довольно крепко. Но вот, когда проходили мимо узенького переулка с той стороны дороги, мы были вынуждены остановится и отойти в сторону из-за довольно большого отряда конницы скакавшем по улице, охранники засмотрелись на конников из-за чего невольно ослабили свою хватку, и я понял — вот он, шанс! Огрев орка пятой между ног, от чего тот охнул и схватился за причинное место, я со всей силы ударил коленом в подбородок человека, откинув его этим ударом на несколько метров, и бросился в сторону скачущего отряда. Скинув двоих из них на землю, отчего посреди улицы образовалась давка, я бросился со всех ног к переулку. Но не успел я перебежать улицу, как почувствовал сильнейший удар в спину, от которого я пролетел оставшееся расстояние и врезался в стену. Сразу же, несмотря на вспыхнувшую по всему телу боль, я попытался подняться, однако с ужасом понял, что не могу пошевелить даже пальцем. Мигом подоспевшие охранники начали яростно избивать меня. Человек умело пользовался кастетами и ногами, а орк молотил меня дубинкой.

Услышав хруст в ноге и ощутив сильную боль, я с отчаянием понял, что опять потерпел неудачу. Свобода поманила меня хвостом и исчезла, оставив ни с чем.

Глава V

Дальше все происходило как в тумане, а происходящее сменялось как будто кадрами. Вот я лежу избитый на улице, а в следующий миг меня уже куда-то везут на телеге. Вот я вижу толстую уродливую женщину, которая начинает меня пинать, но после полученных избиений ее слабые пинки не ощущаются от слова вообще. "Отстань старуха, мне и так хреново, просто дайте мне сдохнуть", - мелькает мысль на задворках сознания, но додумать мне ее не дают, в следующий миг передо мною оказывается хмурая и шрамированая рожа какого-то типа. Где-то на заднем плане я слышу звон монет, и он начинает что-то требовать от меня. Чего тебе надо? Отстань, уймись. Но шрамированный только повышает тон. Похоже, он хочет чтобы я шел с ним. Но я не могу, не могу даже ногой пошевелить, не то что идти куда-то. Зачем вы меня опять пинаете, зачем? От очередного пинка в живот я выблевал весь свой убогий завтрак вперемешку с кровью и желчью прямо на ногу пинавшего меня мужчины, от чего тот рассвирепел еще больше и его пинки усилились на порядок. Я же ничем ответить не мог, и продолжал лежать в луже своей же блевотины, корчась от особенно удачных пинков, которые в отличии от ударов старухи, были довольно-таки чувствительными. Однако довольно быстро пинки прекратились, и шрамированный урод отошел от меня. С перекошенной от омерзения рожей он кивнул на меня двум своим подручным, которых я заметил только теперь, что и не удивительно, учитывая мое состояние.

Краснокожий громила подошел ко мне и начал что-то говорить, я, конечно же, не понимал ничегошеньки, что взбесило второго краснокожего, который был похож на первого как брат-близнец, и он тоже пнул меня, да с такой силой, что я отлетел к стенке и неплохо так приложился к ней. В уже второй луже блевотины было куда больше крови, чем в первой.

Увидев, что вставать я не собираюсь, двое подручных шрамированного взяли меня под руки и потащили к выходу. Притом они вовсе не заботились о доставке моего и так изрядно помятого тела в целости и сохранности, казалось, эти два подонка специально пытались причинить мне побольше боли. Сначала они припечатали меня коленями в стол, мимо которого проходили, потом один из них, вроде бы "случайно", зацепил локтем мой глаз, после этого тот и вовсе перестал видеть, а выходя из помещения и вовсе со все дури ударили дверь моей головой из-за чего я уплыл в спасительную темноту... Ну наконец-то...

Плюх! Долго мне отдыхать не дали, просто-напросто выплеснув на меня ведро холодной воды, от чего я незамедлительно подскочил и тут же упал обратно на кровать, так как ноги совершенно не желали слушаться меня, да что там, они вообще не чувствовались, что изрядно меня испугало. Стать инвалидом это мой единственный страх, если я еще способен чего-то боятся. Лихорадочно, не обращая внимания на боль во всем теле, которая после каждого моего телодвижения лишь увеличивалась, я начал растирать ноги. Вроде подействовало. Боль начала ощущаться и в ногах, правда как-то приглушенно, однако двигать нижними конечностями я так и не смог.

Ну, если боль есть, значит это уже не паралич, можно успокоиться, главное, чтобы меня опять не начали бить. Вздохнув с облегчением я обратил внимание на облившего меня водой. Им оказался один из ранее увиденных краснокожих громил. Увидев, что я обратил на него внимание, он противно заржал и кинул у меня куском хлеба неизвестного происхождения, после этого захлопнув дверь, у которой он и стоял. Потом я услышал, как закрежетал ключ в замке и неторопливые, но уверенные шаги, которые удалялись от двери.

Поняв, что прямо сейчас никто не собирается избивать меня, я решил подкрепиться брошенным у меня куском хлеба, от вида которого живот бешено заурчал. Попытавшись разгрызть каменной твердости хлебушек я понял, что кое-чего не хватает, и это кое-что стояло у двери, а именно - кувшин с водой. Особо не задумываясь, я отложил черствый хлеб и пополз к двери по грязному каменному полу, благо, что моя комнатушка была совсем маленькая, габаритами напоминая ванную в моей квартирке-хрущовке. Отхлебнув воды, которая, в отличии от хлеба, была вполне нормальной, я понял, что совершил неприятную ошибку, положив еду на кровать, потому что теперь придется ползти за ней обратно, а ведь это причиняло мне немало боли, несмотря на миниатюрность комнатки.

После трапезы, хоть и убогой, я начал чувствовать себя намного лучше, однако продолжил валятся на кровати, так как делать здесь было ничего, в комнатушке не было ничего кроме моей кровати и дырки в полу в самом углу, которая, видимо, заменяла туалет. Даже окошка не наблюдалось, лишь грязные и влажные каменные стены, с чего мной был сделан вывод, что нахожусь я где-то под землей. Надеюсь я тут не надолго, потому что уже начинала давать о себе знать легкая форма клаустрофобии, которой я страдал еще в бывшем мире в бывшем теле.

***

Темные подворотни вольного города Роистэда всегда хранили множество нелицеприятных тайн. Даже посреди белого дня там исчезали люди, продавались запрещенные вещества и различного рода услуги, ну а уж ночью редкий смельчак осмеливался пройтись по неосвещенному переулку без хотя бы десятка охраны. Городская стража уже не раз пыталась выкурить все криминальные элементы отсюда, или хотя бы проредить их, каждый раз умываясь кровью и ничего не достигая. И каждый раз, когда в мэрии поднимался вопрос о полноценном рейде, он быстро откладывался с повестки дня на неопределенный срок, а несколько чиновников получали кругленькие сумы, так сказать, материальной помощи. Если уж инициатор не хотел идти на уступки, тогда он быстро пропадал, и деньги доставались его преемнику. Даже бывший мэр не избежал этой участи. Поэтому облавы стражи если проводились, то были сугубо частной инициативой и скорее походили на рейды бандитов - быстро напасть, вырезать несколько десятков человек, спалить несколько домов, немного пограбить и убежать. Верхушке криминального мира такие облавы почти не вредили, поэтому верхушка и смотрела на это сквозь пальцы, так что страдали от стражников в основном мелкие банды, розничные наркоторговцы и дешевые бордели, но это ничуть не уменьшало количество преступлений, ведь на освободившееся место исчезнувшей банды находилось две новых. Преступления продолжались, в городских канавах постоянно находились новые трупы, а количество поставляемых нарковеществ каждый месяц в Роистэд превышало все допустимые рамки, лишь в столице королевства трафик запрещенных смесей был повыше. Законопослушные граждане понимали, что ходить по маленьким улицам города небезопасно, но ничего сделать с этим не могли, лишь с наступлением ночи запирали крепкие дубовые двери на все замки и дрожали в кроватях от страха. Так как жителям города было куда спрятаться ночью, то намного больше страдали мигранты с окружающих город деревень, которые приходили сюда в поисках работы, но частенько лишь лишались, хорошо если только кошелька, а не свободы или жизни.

Рик и Тэо не были законопослушными, поэтому не особо боялись находиться в неблагополучных районах города. Их, обвешанных с ног до головы различным оружием и со зверскими рожами, обошел бы мимо любой обитатель местных трущоб, у которого сохранились хотя бы остатки здравого смысла. Конечно, и совсем спятивших тут тоже хватало, но элитные наемники, которыми и были эти бравые ребята, в паре легко могли вырезать небольшие отряды, и справиться с кучкой местной шелупони, будь-то совсем оборзевшие бандиты или заядлые торчки, совсем не было для них проблемой. Конечно, просто так наемники тоже не особо горели желанием появляться в городских подворотнях, благо их денег хватало на то, чтобы снять элитную гостиницу где-то в богатых кварталах, но сегодня у них было здесь дело. Они охотились. На кого же они могли охотится в таком большом городе, спросите вы? На любую дичь, за которую им заплатят, в основном, эта дичь была двуногой, как и сегодня.

Толкнув дверь одного из местных домиков-клопосборников, Рик ввалился в здание с оружием наготове, но встречать его никто не спешил. Скорее всего хозяева тоже отправились на ночной промысел. После условного сигнала в дом вошел и Тэо с ихней добычей на плече - девочкой, которая не успела разменять и двенадцати. Кинув связанное тело на стол, наемник вынул с кармана трубку и закурил, чтобы успокоить нервы. То, что им предстояло сегодня совершить, не укладывалось даже в рамки их довольно гибкой морали наемников, которые совершили немало дерьма, а еще больше повидали.

- Рик, а она точно девственница? - Первым нарушил тишину Тэо, глубоко затянувшись ароматным дымом.

- Я проверял, не тяни время, нам все равно придется сделать это, - ответил его напарник, сев на стол рядом с пленницей.

Вздохнув, Тэо затянулся еще раз. Выполнять нынешний заказ не хотелось от слова вообще, несмотря на огромную сумму вознаграждения и полученный аванс. Однако в среде наемников репутация дороже всего, взялся за дело - доводи его до конца, если, конечно, ты хочешь получать другие заказы в будущем.

Рик вытянул флягу, сделал пару глотков и протянул напарнику.

- Будешь?

Тэо никогда не отказывался от халявной выпивки, не отказался и сейчас. Выпив за раз добрую треть содержимого он протянул фляжку обратно Рику. Тот приложился к ней еще раз и начал готовится к завершению задания - вытянул с разгрузки несколько баночек и пару скальпелей с ножницами. Еще раз вздохнув, Тэо присоединился к нему. Влив в рот девочки дополнительную дозу снотворного и подождав немного наемники взялись за скальпели. Их наниматель, вернее нанимательница, потребовала свежовырезанную матку девственницы, для чего ей было надобно это Рика и Тэо не интересовало, хотя принимая во внимание личность нанимательницы, которая была ведьмой, становилось понятно - орган нужен для каких-то колдовских целей.

Вырезав необходимый орган из тела жертвы, и надежно упаковав его, Рик уже было собрался идти, оставив девочку с распоротым животом, однако Тэо взялся за иголку с ниткой. Теперь пришла очередь Рика вздыхать. Он считал напарника слишком мягким, но, пока это не мешало заданию, Рик не мешал ему. У каждого свои тараканы в голове, наемник отлично это понимал, поэтому ограничился лишь предупреждением.

- У нас мало времени, в любой момент могут придти обитатели этой развалины, поторопись.

Тэо хмыкнул, соглашаясь и искоса посмотрел на Рика, который стоя у двери подкидывал и ловил кинжал.

- Ты мог бы и помочь, вообще-то.

- Мог бы, но зачем? В задание это не входит, - пожав плечами ответил Рик.

Тэо в ответ лишь опять хмыкнул, на этот раз недовольно. Слишком уж жестоким стал его напарник после смерти жены и сына. Однако пока это не мешает выполнению заданий, наемник был готов терпеть закидоны Рика. Но уподобляться ему не собирался. Дерьма и так слишком много в этом мире. Тем более, что они сами и похитили девочку с более благополучного квартала.

Довольно быстро справившись с дырой в животе девочки, опыт латания себя и напарников сказывался, Тэо кивнул Рику и они вышли из здания, даже не подумав забрать отсюда жертву. Выживет. ну и ладно, а если нет, то нет.

- Ну что пропустим по бокальчику хорошего туснийского? - спросил Рик

- Нет, хочу побыстрее закончить с этим дерьмом, - немного подумав ответил Тэо, хотя предложение было довольно соблазнительным.

Через час, в свете рассвета можно было увидеть двух широкоплечих всадников с двумя запасными лошадьми, которые неторопливо выезжали из огромных ворот Роистэда.

***

Прошло уже двое суток, как меня заперли в маленькой комнатушке под землей. Все это время ко мне никто не приходил кроме разносчика пищи, которым оказался мелкий зеленокожий уродец, на Земле такого назвали бы гоблином, да и той даже не пытался мне что-то сказать, всего лишь выдавал мою порцию и уходил. Кажется, что про меня забыли, а я даже узнать не могу где я, и зачем меня сюда посадили. Хотя, конечно, если подумать, то скорее всего меня, уже избитого после побега перекупил тот мужик, что еще на рабском рынке торговался за меня с старухой. Только вот зачем я ему нужен? Если я прав, и меня купили из-за моих, довольно таки крупных мускулов, для тяжелой физической работы, то меня ожидают довольно таки несладкие деньки. Непонятно только почему мне тогда выделили хоть и маленькую, но отдельную комнатку, и не напрягая ждут пока я поправлюсь.

Мои ноги наконец отошли от избиений и я наконец-то смог встать. Да и вообще, как я заметил, моя регенерация была очень стремительной, в своем старом теле я бы как минимум месяц выздоравливал, а тут двое суток и я почти в порядке. Со скуки я было попытался поотжиматься, но отжавшись я ощутил настолько резкую боль, что отказался от подобных попыток. По крайней мере в ближайшую неделю. Регенерация регенерацией, но лучше не перенапрягаться.

К концу третьего дня на меня вообще накатила депрессия. Я ненавидел сидеть на месте и ничего не делать. Еще на Земле я постоянно менял род занятий и девушек, разьезжал по различным странам, потому что знал - стоит мне остановиться и все, пиши пропало. Накатит депресняк, войду в зону комфорта, разжирею, начну хлестать пиво и по вечерам втыкать в зомбоящик. Как говорится, был пацан и нет пацана. Клаустрофобия тоже не переставая мучила меня. Большую часть времени я спал и мне постоянно снились кошмары, сюжеты которых повторялись, особенно часто снился мой последний день в человеческом теле. Я постоянно заново ощущал на себе зубы собак и удары ножа папаши побитого тогда мной парня. Еще часто снилась моя девушка, уже бывшая. Она во сне ничего не говорила, лишь укоризненно смотрела на меня. Словом, я понял, что дальше так продолжатся не может. Забылись все мысли насчет недопустимости перенапряжения. Украв после ужина ложку, вернее просто не сдав ее, так как гоблину было абсолютно пофиг на это, я за ночь наточил ее. Зачем? О, все просто, я собирался напасть на гоблина во время выдачи пищи. А потом? А потом будет потом.

***

К концу второго дня наемники наконец-то добрались к жилищу ведьмы, которая жила, как ни странно, в лесе, далеко от обитаемых мест. Лошадей они оставили, привязав к деревьям. Осталось пройти еще несколько сотен метров по болоту, посредине которого и было жилище заказчицы, когда Рик ни с того, ни с сего сказал:

- А давай убьем эту ведьму. Не нравится она мне. Да и деньги у нее водятся, одна ее мантия из паутины гигантских пауков чего стоит, и аванс в золоте выдавала.

Тэо хмыкнув собрался возразить напарнику, а потом задумался. Действительно, можно пришить колдунью и забрать и причитающиеся деньги и все остальные. И заказанную матку сначала можно дать ей, честь наемника прежде всего. А потом можно и заняться этой тварью в человеческом облике. Не должны такие по земле ходить.

- Но она же ведьма, - еще сомневаясь ответил Тэо.

- А антимагические амулеты нам зачем? - Рик понял, что напарник готов согласиться и дожал его.

- Ты подумай только, получив эти деньги, ты сможешь наконец отправить сына в Академию.

Тэо кивнул, соглашаясь. Его малолетний сын обладал неплохими зачатками магических сил, но чтобы с него получился полноценный колдун, сына надо было отправить учиться хотя бы в какое-то магическое училище, на что постоянно не хватало денег. А у ведьмы лишь артефактов, которых видели наемники, хватит, чтобы оплатить несколько лет в Академии, куда не каждый дворянин может попасть. Дело стоило того.

- Ну, допустим, я согласен. Но тебе то зачем это?

- Не понравилось мне, как она на нас смотрела. Как будто на мусор. Еще никому я не прощал такого отношения, - зло оскалился Рик.

Через несколько минут ходьбы по еле заметной болотной тропинке взору наемников открылся небольшой островок посреди болота, на котором стоял каменный домик, который выглядел совсем новеньким, построенным максимум пару месяцев назад. Перед домиком стояло трое людей. Ведьма уже ждала их. Остальные двое были зомби, которые исполняли функцию ведьминой охраны.

Подойдя поближе Рик еще больше оскалился. Ведьма стояла в своей неизменной мантии сложив руки на высокой груди, а ее холодное красивое лицо показывало максимальную степень презрения к наемникам.

- Принесли? - спросила она, даже своей интонацией показывая, насколько она недовольна общаться с такими отбросами общества как Рик и Тэо.

Рик молча показал ей банку с заказанным органом.

- Поставь тут, - она указала на пень посреди островка, - деньги там, - длинный белый палец указал теперь на мешочек, который лежал на земле возле пня.

Тэо так же молча положил банку и поднял мешочек, который приятно зазвенел.

- А теперь убирайтесь отсюда. Не хочу находится в вашем обществе больше, чем это необходимо для дела.

- Я так не думаю дорогуша, - зло заржал Рик, - отдавай все деньги и раздевайся, если хочешь остаться в живых.

- Да? - подняла холеную бровь ведьма, - ну что же, мне все ровно требовалась замена охраны, эти двое уже порядком подгнили.

Рик больше не стал тратить время на пустую болтовню и бросился на ведьму с топором в руке. Тэо же двумя меткими бросками серебряных ножей свалил обоих зомби. Ну а дальше что-то пошло не по плану. Дорогие, накачанные под завязку маной, антимагические амулеты обоих наемников просто расплавились, и Рик с Тэо ощутили как по их телам стекает расплавленный металл. Сразу после этого ведьма взмахнула рукой и Рик повалился на землю, раздирая себе глаза, сходя с ума от дикой боли которую он ощутил. Второй наемник не медля бросил третий нож в ведьму, но из-за боли не смог нормально сконцентрироваться и нож просвистел мимо цели, лишь немного зацепив женщину, от чего та зашипела как дикая кошка и совершила пасс рукой уже в сторону Тэо. Тот отлетел на несколько десятков метров, ударившись головой об дерево. Ведьма от злости запустила у него сырой силой, вложив в ударную волну столько маны, что другой маг бы просто удавился от зависти. Пошатываясь Тэо встал и тут же захрипел. Невидимая сила начала его душить. Наемник схватился за горло, и так и умер, стоя на коленях.

Ведьма оглядев поле боя презрительно улыбнулась, хоть и наемники больше не могли видеть этой улыбки. Оставив тела лежать на улице, женщина взяла принесенный наемниками орган и пошла в дом. Надо было готовится к ритуалу.