MHA: Киллуа Золдик

Глава 1. Слепые зоны

Лучи утреннего солнца отражались от массивного стеклянного фасада Академии героев. В воздухе стоял густой запах разогретого асфальта и пота сотен подростков, собравшихся у главных ворот. Перекрывающие друг друга разговоры, нервный смех и торопливые шаги сливались в непрерывный гул, напоминающий жужжание гигантского улья.

Для любого другого подростка, стоявшего здесь, это место было вратами к славе, отправной точкой на пути к получению официального права спасать невинных и попадать в заголовки вечерних новостей.

Мальчик с густыми серебристыми волосами, стоявший на краю тротуара, не принимал участия в общем шуме.

Его бледно-голубые глаза скользнули по большому золотому гербу, висевшему над входом. Взгляд остановился на камерах видеонаблюдения: трёх вращающихся объективах над аркой и двух, искусно спрятанных в широких кронах деревьев справа. Система безопасности была рассчитана на отражение прямой внешней атаки. Громкой осады или попытки насильственного проникновения. Однако расстояние между постами охраны было большим, а в мёртвых зонах за фонарными столбами можно было проскользнуть незамеченным.

Киллуа Золдик сунул руки в карманы мешковатых штанов.

Сзади послышались торопливые шаги. Ритм ходьбы сбился, подошвы слишком громко шаркали по асфальту. Приближающийся человек наклонился вперед, центр тяжести сместился вперед, опережая ноги.

Килуа предвидел падение еще до того, как оно произошло.

Парень с кудрявыми зелеными волосами споткнулся и полетел вперед, размахивая руками и бормоча что-то бессвязное. Он в последнюю секунду удержался на ногах, тяжело дыша и крепко сжимая в руках блокнот с обгоревшими краями.

"Прости, я... Я сосредоточился на том, как распределяются баллы, и, наверное, забыл смотреть под ноги... То есть я не смотрел под ноги!" Парень нервно сглотнул, глядя на Килуа.

"Ты думаешь вслух." — тихо заметил Килуа.

Зеленоволосый парень застыл на месте. Он несколько раз моргнул, и его щеки слегка покраснели. Однако замешательство длилось недолго. Он опустил взгляд на красные ботинки Килуа, потом снова поднял его и заговорил с искренним любопытством, которое разрядило обстановку.

"Твои шаги..." — пробормотал парень, слегка наклонив голову. — "Они были бесшумными." Я стоял прямо за тобой, но такое ощущение, что ты идёшь не по земле, а по воздуху.

Глаза Киллуа слегка расширились. Мгновение чистого удивления. Этот нервный подросток, который едва мог идти по прямой, уловил отсутствие звука своих шагов среди всего этого шума.

Мальчик медленно поднял руку. «Я Мидория... Мидория Изуку».

Киллуа вытащил руку из кармана и легонько коснулся пальцев Мидории в коротком рукопожатии.

.«Киллуа».

По двору разнёсся громкий вой сирены, прервав их разговор и возвестив о том, что пора идти в главный зал. Людской поток поглотил Мидорию, который поспешно извинился ещё раз и побежал ко входу. Киллуа проводил его взглядом, отложив в памяти это небольшое наблюдение, и смешался с толпой.

В полутёмном зале на освещённой сцене стоял Сущий Мик и с энтузиазмом объяснял правила практического экзамена. На гигантском экране за его спиной были изображены различные модели роботов. Один балл, два балла, три балла и огромный робот с нулевым баллом.

Киллуа сидел в среднем ряду. Он подпер подбородок ладонью и начал постукивать пальцем по подлокотнику. Светловолосый парень в первом ряду кипел от непонятной злости, а другой, в очках, резко встал, чтобы прервать презентацию резкой критикой. Это были будущие герои. Громкие и жаждущие внимания. Он медленно выдохнул. Он пришел сюда не для того, чтобы стать одним из них.

Час спустя он стоял перед огромными железными воротами тренировочного города.

Ученики вокруг него делали разминку. Светловолосый парень стоял в первом ряду и выпускал из ладоней маленькие искры.

Киллуа закрыл глаза. Он сосредоточился на точке глубоко в груди. В основании позвоночника начало покалывать. Он не высвобождал свою энергию. Вместо этого он настроился на очень точный импульс. Скрытый электрический ток накапливался в волокнах его ног, ожидая сигнала.

Из динамиков раздался крик Голоса Героя.

"Вперед! В настоящих битвах нет обратного отсчета!"

Большинство абитуриентов застыли на месте на целую секунду.

В эту единственную секунду Киллуа пришел в движение.

Он разом выпустил импульс. Молниеносное, резкое сокращение мышц. Асфальт не треснул под его ногами, и он не издал ни единого характерного звука. Это было бесшумное скольжение, пугающее своей скоростью. Он проскользнул в боковую щель, обогнув ворота еще до того, как они полностью открылись.

Главная улица бутафорского города на несколько мгновений опустела, а затем из переулка выскочили три робота.

Он не сбавил шаг. Первый робот бросился на него, занеся массивную металлическую руку. Киллуа уклонился от удара, просто дернув плечом. Он послал второй, тщательно рассчитанный электрический импульс в кончики пальцев правой руки. Его ладонь коснулась открытого сустава за механическим коленом.

В воздухе раздался резкий треск. Внутренние цепи мгновенно перегорели. Огромное шасси рухнуло.

Он развернулся на пятках и, используя инерцию, прыгнул к ближайшей стене. Третий импульс пришелся на пятку его ботинка, за ним последовал прямой удар ногой прямо в центр камеры второго робота. Три очка за ним. Он мягко приземлился на землю. Этот метод гарантировал экономию энергии. Никакого безрассудного спринта, никакой постоянной сверхчеловеческой скорости, повышающей температуру тела. Только периодические активации, по одному пункту за раз. Он углубился в макет города, петляя в тени и уничтожая цели быстрыми, выверенными ударами. Взрывы и крики учеников эхом разносились по округе. В воздухе висела пыль, и запах горелой проводки становился все сильнее. Он миновал узкий переулок и вышел на открытую площадь. Трехточечный робот наступал на мальчика, прижатого к стене. Тот пытался активировать свою причуду, но страх полностью парализовал его.

Киллуа стоял на безопасном расстоянии и наблюдал. Вмешавшись, он бы потратил лишнюю энергию и упустил возможность поохотиться на других целей. Самым разумным было проигнорировать ситуацию и двигаться дальше.Он развернулся, чтобы уйти. Но его нога замерла на месте.

Если бы он ушел прямо сейчас, то сделал бы именно то, на что был запрограммирован всю свою жизнь. Не обращай внимания ни на что, что не служит твоей непосредственной цели.

Киллуа стиснул зубы.

Он выбежал на площадь. Направив непрерывный поток энергии в ноги, он взмыл в воздух, целясь в шею робота. Угол атаки был идеальным для того, чтобы обезглавить машину одним ударом.

В полете его осенило. Если массивная металлическая конструкция рухнет, она раздавит мальчика, оказавшегося под ней.

Он погасил инерцию. В решающую долю секунды он перенаправил поток энергии из руки в ногу. Резкая смена направления вызвала мучительную нагрузку на его нервную систему. Он ударил робота по правой стороне, заставив тяжелую машину пошатнуться и отступить от мальчика.

Киллуа приземлился на мостовую. Его левая нога на секунду задрожала, но потом он восстановил равновесие. Слабая пульсирующая боль в мышцах напомнила ему, что правила этой игры сильно отличаются от тех, к которым он привык на аренах.

Мальчик, оказавшийся под роботом, смотрел на него с благоговением, тяжело дыша. "Ты... ты спас меня! Спасибо!" Киллуа снова сунул руки в карманы. "Тогда не стой на пути падающих предметов."Он развернулся и пошел прочь, восстанавливая дыхание, чтобы расслабить напряженные мышцы. Вдали от поля боя, в затемненной комнате наблюдения, несколько учителей молча следили за экзаменом. Одни делали пометки о разрушительной силе, другие обсуждали спонтанное сотрудничество между учениками. В углу комнаты стоял мужчина в черном, с длинным серым шарфом на шее, скрестив руки на груди. Его глаза с темными кругами под ними не отрывались от экрана номер семь. Шота Айзава следил за движениями мальчика с серебристыми волосами. За тем, какие углы он выбирал. За пугающей экономией движений. За тем, как он отказался от смертельного удара, чтобы изменить траекторию падения, и ушел, не оглядываясь. Айзава наклонился к микрофону перед собой.

"Экран номер семь. Экзаменуемый номер 405. Выведи мне его личное дело."

Глава 2. Логика самопожертвования

В комнате наблюдения было тихо, ее заливал тусклый голубоватый свет от экранов.

Шота Айзава сидел в своем кресле, перелистывая несколько страниц бумажной папки, которую ему только что передали. Его усталые глаза медленно скользили по строчкам.

Имя: Киллуа Золдик.

Возраст: пятнадцать лет.

Образование: полностью на домашнем обучении.

Род занятий родителей: международная торговля, кочевой образ жизни.

Причуда: нейроэлектричество.

Айзава пропустил эти основные данные и перешел к приложенным документам. Никаких нарушений дисциплины. Никаких школьных характеристик. Что еще важнее, медицинская карта была совершенно пустой. Ни детских травм, ни переломов во время игр, ни даже плановых визитов в больницу.

Айзава закрыл папку и бросил ее на металлический стол перед собой.

Документы были слишком чистыми. Ни один подросток с таким ужасающим уровнем боевых навыков не смог бы сохранить все в тайне. Такая абсолютная чистота не была случайностью: все было тщательно продумано, чтобы стереть любые реальные сведения о мальчике.

Айзава не сводил глаз с экрана номер семь. Он заговорил тихим голосом, так, чтобы его услышал только герой, сидевший рядом.

«Не спускай с него глаз».

В этот момент в центре практических экзаменов было тяжело и душно.

В воздухе стоял запах раздавленного цемента и горелой проводки. Звуки редких взрывов начали стихать, а шаги бегущих студентов становились все тяжелее по мере того, как время подходило к концу.

Киллуа Золдик стоял в темном углу между двумя зданиями. Он дышал глубже обычного. Повторное использование микроимпульсов начинало сказываться на его физическом состоянии. В мышцах ног нарастало приглушенное жжение, а нервные окончания покалывало, напоминая, что его тело приближается к пределу своих возможностей. Его причуда не давала ему бесконечной энергии, она разрушала мышечные волокна и напрягала нервную систему при каждом использовании.

Он вытер со лба капельку пота. Время почти вышло. Не было смысла ввязываться в новые стычки.

Внезапно он почувствовал, что обстановка изменилась.

Прежде чем кто-то из учеников успел закричать, прежде чем в конце улицы появилось огромное облако пыли, Киллуа ощутил вибрацию. Глубокий ритмичный гул, проникающий сквозь асфальт и отдающийся в подошвах ботинок.

Он стоял неподвижно. Он прислушивался к скрежету тяжёлых металлических конструкций.

Из густых облаков пыли появился колоссальный «Нулевой». Массивная машина разрушения крушила здания, словно они были бумажными.

По площади прокатилась волна паники. Студенты, которые ещё несколько мгновений назад яростно сражались друг с другом, развернулись и бросились бежать. Инстинкт самосохранения взял верх.

Киллуа не побежал вместе с ними. Он сделал шаг назад, оценивая обстановку.

Цель слишком массивная. Толстая броня. Непредсказуемые движения. Присутствие студентов повышает риск сопутствующего ущерба.

В мире заказных убийств решение было очевидным. Отступление. Не вступай в бой, если у тебя нет преимущества, и не трать силы на бессмысленное противостояние.

Он развернулся, чтобы последовать за отступающими испытуемыми.

Но его взгляд упал на девушку с короткими каштановыми волосами, нога которой оказалась зажата под массивной бетонной плитой. Она тщетно пыталась сдвинуть плиту, наблюдая за приближающейся металлической тенью.

Киллуа остановился.

До неё недалеко. Он может до неё добраться. Но чтобы поднять плиту, ему понадобится постоянный поток энергии. Если он вытащит девушку из опасной зоны, то полностью лишится возможности двигать ногами. Высокий риск. Никакой выгоды.

Он уже собирался поручить это дело прокторам.

Но тут он увидел зеленоволосого парня.

Мидория пронёсся мимо него, отчаянно пытаясь обогнать поток. Киллуа сосредоточенно наблюдал за ним. Мидория дрожал. Его тело было не готово. У него не было плана приземления. Не было чёткого способа вывести из строя эту колоссальную машину.

И всё же парень подпрыгнул.

Эта сцена навсегда запечатлелась в памяти Киллуа. Его не ослепила невероятная сила, которая разбила броню гигантского робота и остановила его. Вместо этого он с ужасающей ясностью увидел, какую цену пришлось за это заплатить.

Он увидел, как рука Мидории приобрела неестественный тёмный оттенок. Кости ломались под давлением энергии. Ноги мальчика были полностью раздроблены из-за одного только прыжка.

Сила, которая ломает того, кто её использует, — это неполноценная сила.

По мнению Киллуа, использовать атаку, которая лишает тебя возможности защищаться или отступить, — это чистейшая тактическая глупость. Это саморазрушение. Как можно было пожертвовать своей жизнью и изувечить своё тело ради кого-то другого?

Мидория рухнул на землю, полностью потеряв контроль над собой.

Зачем он это сделал?

Этот вопрос эхом звучал в голове Киллуа, нарушая его холодную логику. Мальчик не просчитывал свои действия. Он не думал о последствиях. Он просто двигался. Эта бессмысленная жертва была загадкой, которая не вписывалась в известные ему правила.

Прозвучал финальный сигнал.

Девушка, оказавшаяся в ловушке, хлопнула себя по щеке, чтобы стать невесомой и спасти Мидорию в последнюю секунду перед тем, как он упал на землю.

Прошло несколько минут. Появилась Исцеляющая Девочка, она ходила среди обломков и оказывала помощь раненым, чтобы облегчить их состояние.

Киллуа не вмешивался. Он молча наблюдал за происходящим издалека. Затем он развернулся и направился к выходу.

Всю дорогу назад в его голове крутился один и тот же вопрос.

Что было бы, если бы я не подумал?

Прошла целая неделя.

Время тянулось мучительно медленно. Киллуа жил в просторной, скудно обставленной квартире. Все эти семь дней он провел в полной тишине. Он тренировался молча, давал отдых нервам и не пытался узнать что-то об Академии.

Но в моменты затишья перед его глазами снова и снова возникала картина безрассудной атаки на гигантского робота, которая полностью разрушила тело мальчика.

На седьмой день после полудня пришел толстый конверт с печатью UA.

Киллуа положил его на деревянный стол. Он открыл его, и оттуда выскользнул круглый металлический диск. Как только он коснулся поверхности, вспыхнул яркий синий свет, и материализовалась огромная голограмма величайшего героя мира.

Голос Всемогущего заполнил пустую комнату, с энтузиазмом рассуждая о героизме. Киллуа продолжал смотреть на цифры, появляющиеся на экране.

Очки злодея: 41.

Очки за спасение: 8.

Итого: 49.

Голос Всемогущего объяснил, что судейская коллегия учитывала не только боевые очки, но и действия кандидатов в критические моменты. Комиссия отметила, что испытуемый 405 изменил траекторию своей атаки в воздухе, подвергнув себя дополнительному физическому напряжению, чтобы обломки робота не упали на других испытуемых. Полный контроль над сопутствующим ущербом во время боя.

На губах Киллуа мелькнула едва заметная улыбка.

Они даже это учли?

Голограмма отключилась, и сообщение закончилось.

В комнате снова воцарилась тишина.

Тишину нарушил телефонный звонок.

Киллуа медленно обернулся. Это был не его телефон. Звонил старый чёрный пластиковый аппарат, лежавший на углу деревянного стола.

Он стоял неподвижно. Его взгляд был прикован к телефону. Окна были полностью закрыты. Замки не тронуты. Никаких признаков взлома. Дальнейший анализ не требовался: ещё несколько минут назад этого телефона здесь не было. Кто-то проник в его личное пространство, не оставив ни единого следа.

Он медленно протянул руку и взял телефон. Нажал на кнопку ответа и молча поднёс его к уху.

"Я слышал, тебя приняли."

Голос на другом конце был спокойным, ровным и совершенно лишённым каких-либо эмоций. Иллюми.

Киллуа молчал.

"Академия UA." Иллюми продолжил тем же холодным тоном. "Интересный выбор."

В трубке повисла пугающая тишина.

"Постарайся хорошо провести время."

Звонок прервался.

Киллуа медленно опустил телефон. Он повернулся и посмотрел в большое панорамное окно на раскинувшийся перед ним город. Воздух в комнате вдруг стал тяжелее, чем обычно.

Значит, они знали.

Глава 3. Оценка рисков

Утреннее солнце пригревало, но ветерок, обдувавший лицо Киллуа, пока он шёл к воротам Академии героев, был слегка прохладным.

Его шаги были уверенными и идеально вписывались в ритм движения сотен учеников, направлявшихся в свои классы. Со стороны он выглядел как обычный подросток в свой первый школьный день. Но в его голове бесконечно звучали холодные слова Иллуми.

Они выяснили, где он находится. Школа не была для него убежищем, это была просто новая арена, где за ним установили слежку.

Киллуа сунул руки в карманы школьной формы. Изначально он планировал не привлекать к себе внимания, но теперь ситуация требовала более продуманной стратегии. Он не мог прийти последним, потому что в случае провала его тут же схватят и вернут в лоно семьи. Он не мог прийти и первым, потому что тогда всё внимание будет приковано к нему. Он должен был быть достаточно выдающимся, чтобы оправдать своё присутствие, но при этом достаточно обычным, чтобы затеряться в толпе.

Цель была ясна: полное растворение.

Он дошёл до кабинета 1-А. Толкнул массивную дверь и тихо вошёл, пока в классе не стало слишком людно. Он быстро оглядел класс и выбрал место в дальнем углу у окна. Тактическая позиция, с которой хорошо просматривается единственная дверь и которая полностью защищает его со спины.

Ученики один за другим начали заходить в класс. Шум постепенно нарастал.

Киллуа со скрытой скукой наблюдал за происходящим. Мальчик в очках, двигавшийся с военной выправкой, яростно размахивал руками, отчитывая другого ученика. Отчитываемый ученик — светловолосый парень с торчащими волосами — сидел, небрежно положив ноги на парту, и огрызался в ответ резкими словами.

Киллуа несколько секунд изучал светловолосого парня. Громкий и агрессивный. На первый взгляд могло показаться, что это просто подросток, который действует, не задумываясь. Однако, несмотря на хаотичную позу, центр тяжести парня был идеально сбалансирован. Плечи его были расслаблены, а глаза внимательно следили за происходящим вокруг, несмотря на показное безразличие.

Его трудно успокоить, но он не дурак.

Мидория Изуку нерешительно вошел в класс. Его лицо было напряжено, когда он поздоровался с шатенкой, которая подошла к нему и оживленно заговорила.

Внезапно взгляд Киллуа метнулся к открытой двери.

Он не повернул головы, только зрачки его глаза пришли в движение. Сквозь шум, производимый людьми, его слух уловил шорох, с которым что-то волочили по полу коридора. Медленное, неглубокое дыхание, приближающееся с крадущейся поступью.

Прошла всего секунда, и в класс вполз жёлтый спальный мешок.

Ученики замолчали, в недоумении уставившись на него. Молния медленно расстегнулась, и показался усталый мужчина с растрёпанными чёрными волосами и тёмными кругами под глазами. Шота Айзава.

Учитель встал и окинул класс быстрым холодным взглядом. На долю секунды его взгляд встретился со взглядом Киллуа. Киллуа смотрел прямо на него. Айзава заметил это. Мальчик знал, что он здесь, ещё до того, как появился.

Айзава сделал вид, что не обратил на это внимания. Он достал из спального мешка спортивную форму и приказал ученикам переодеться и немедленно отправляться на открытую тренировку.

Двадцать учеников класса выстроились неровными рядами под палящим солнцем. Айзава стоял перед ними, держа в руке небольшое устройство, и как бы невзначай огорошил их новостью.

"Тест на выявление причуд. Тот, кто окажется на двадцатом, последнем месте, будет признан неперспективным и немедленно отчислен."

По рядам учеников прокатилась волна шока и возмущения.

Выражение лица Киллуа не изменилось. Последнее место означало отчисление. Первые места означали привлечение внимания. Безопасная зона находилась где-то посередине или чуть выше.

Начались физические испытания.

Первым этапом был забег на 50 метров.

Киллуа наблюдал за тем, как ученики используют свои причуды. Мальчик в очках, Иида, с помощью двигателей в икрах преодолел дистанцию за 3,04 секунды.

Настала очередь Киллуа. Он встал на стартовую линию рядом с мальчиком с длинным хвостом.

Он не стал активировать электрический ток в своих нервах. Если бы он использовал свою причуду, то стал бы настолько быстрым, что привлёк бы внимание Айзавы, который следил за каждым его движением. Вместо этого он решил положиться на своё тело, отточенное за долгие годы.

Прозвучал стартовый сигнал.

Он сделал идеальный шаг, подавшись всем телом вперед, сохраняя распределение веса и баланс плеч. Он бежал легко, плавно обогнал мальчика, бежавшего рядом, и пересек финишную черту, не сбившись с темпа.

Автоматизированный голос устройства объявил результат: «4,8 секунды».

Этот результат позволил ему войти в число самых быстрых, хотя он и не обошел тех, кто специализировался на скорости. Киллуа тихо отошел от финишной черты, наблюдая за остальными результатами.

На станции для измерения силы хвата нужно было сжать электронное измерительное устройство.

Киллуа взялся за металлическое устройство. Он начал сжимать его. Цифры на маленьком экране быстро росли. Тридцать, сорок, пятьдесят.

Он вовремя остановился. Он намеренно расслабил мышцы предплечья, и давление на устройство составило шестьдесят пять килограммов. Это выше среднего, но не идет ни в какое сравнение с результатом мальчика с пятью руками, который показал пятьсот сорок килограммов.

В прыжке в длину с места он грациозно перемахнул через песочницу и приземлился на ноги с кошачьей легкостью.

Избегая абсолютных показателей, он блестяще затерялся среди результатов, показанных его одноклассниками.

Однако вдали от измерительных приборов пара глаз фиксировала детали, которые не отображались на экранах. В движениях мальчика не было ни капли лишней энергии. Его дыхание оставалось ровным. И он не подавал никаких признаков того, что собирается активировать свою причуду.

Класс переместился к площадке для бросков мяча.

Бакуго с помощью мощного взрыва забросил мяч на поразительное расстояние в 705 метров. Урараке даже не пришлось бросать мяч традиционным способом: она нейтрализовала его гравитацию, и на экране высветился результат: «Бесконечность».

Мидория подошёл к площадке для бросков.

Киллуа заметил, что у мальчика дрожат руки. Неделю назад он видел, как Мидория полностью разрушил своё тело, чтобы одолеть Нулевого. Если бы он сейчас использовал ту же силу, то сломал бы себе руку ради простого школьного теста.

Мидория собрался с духом. Он сосредоточил свою энергию. Он приготовился бросить.

Внезапно его энергия полностью иссякла. Мяч упал всего в сорока шести метрах от него.

Ученики ошеломлённо замолчали, но Киллуа тут же перевёл взгляд на источник шума. Шота Айзава стоял в нескольких метрах от них, его чёрные волосы развевались на ветру, а глаза горели ярко-красным.

Киллуа мысленно проанализировал происходящее. Причуда, которая отключает причуды других людей одним лишь взглядом. В схватке один на один этот учитель был опасным противником для любого, кто полагался исключительно на внешнюю силу.

Айзава резко отчитал Мидорию, предупредив, что сила, которая уничтожает своего обладателя, бесполезна, а затем дал ему последний шанс.

Киллуа продолжал молча наблюдать.

Мидория снова приготовился. Он принял стойку для броска. Он с силой взмахнул рукой, и в последнюю секунду, перед тем как мяч вылетел из его руки, вся энергия сконцентрировалась в кончике его указательного пальца.

Раздался небольшой хлопок. Мяч, словно снаряд, взмыл в небо, оставляя за собой пыльный след.

Киллуа посмотрел на руку Мидории. Указательный палец был раздроблен и дрожал от боли. Но мальчик продолжал стоять, крепко сжимая кулак и глядя на своего учителя горящими решимостью глазами.

Он усвоил урок.

Киллуа не стал зацикливаться на этом. Мальчик, который неделю назад разрушил своё тело, понял свою слабость и нашёл способ использовать свою силу с минимальным вредом для себя.

Испытания наконец завершились.

Ученики собрались перед Айзавой, который вывел на экран синюю голограмму с финальными результатами и списком из двадцати имён.

Киллуа пробежал глазами список сверху донизу.

Яойрозу. Тодороки. Бакуго. Иида. Токоями. Сёдзи. Оджиро. Киллуа. Киришима.

Восьмое место.

Результат был идеальным. Мидория занял двадцатое и последнее место, после чего Айзава со зловещей улыбкой сообщил, что угроза отчисления была всего лишь уловкой.

Ученики с облегчением выдохнули, и напряжение спало. Все направились в раздевалки, оживлённо переговариваясь.

Киллуа повернулся, чтобы присоединиться к ним, и сделал первый шаг в их сторону.

"Золдик."

Голос был грубым и низким.

Киллуа остановился как вкопанный. Он не сразу обернулся. Он подождал, пока его одноклассники отойдут на достаточное расстояние. Затем медленно повернул голову.

Айзава стоял в нескольких метрах от него, засунув руки в карманы.

"Сегодня ты не использовал свою причуду."

Между ними повисло молчание.

"почему?”

Глава 4. Операционная эффективность

«Ты сегодня не использовал свою причуду».

Между ними повисла тишина.

"почему?”

Легкий ветерок трепал концы шарфа Айзавы, но усталый взгляд учителя был прикован к стоявшему перед ним юноше. Он ждал, что тот допустит оплошность, запаникует или начнет пространно оправдываться, выдав больше, чем скрыл.

Выражение лица Киллуа не изменилось. Он не напрягся и не отвел взгляд от пронзительных глаз Айзавы. Он ответил на вопрос учителя с абсолютным спокойствием, коротко и без тени оправдания.

"Мне это было не нужно."

Айзава слегка прищурился. Ответ был провокационным в своей одновременно простоте и правдивости. Юноша действительно прошел испытания и получил высокий ранг, не прибегая к дополнительной силе.

"А зачем ты пришел на курсы героев, если тебе не нужна твоя причуда?" — спросил Айзава, понизив голос.

"Чтобы учиться."

Киллуа не добавил ни слова. Он не пытался ни оправдать свою позицию, ни объяснить, чему именно он хотел научиться. Он оставил вопрос без ответа, не вдаваясь в подробности, чтобы можно было сделать какие-то выводы, но и не настолько расплывчато, чтобы это можно было счесть откровенной ложью.Айзава помолчал несколько секунд. Он прекрасно понимал, что мальчик говорит ему не всю правду. Учитель медленно вздохнул и вынул руки из карманов. "В этом мире может показаться разумным скрывать свои карты, но если ты будешь сдерживаться, это в конце концов будет стоить тебе жизни." Айзава развернулся и направился обратно к зданию. "Ты свободен." Киллуа не стал спорить. Он лишь какое-то время смотрел в спину удаляющемуся учителю, а затем продолжил свой путь, тихо ступая. Противостояние закончилось, но он знал, что Айзава будет пристально за ним наблюдать.

На следующее утро в классе стоял гул от громких разговоров учеников о базовом уроке по изучению героев. Киллуа сидел на задней парте, подперев голову рукой, и наблюдал за происходящим. Атмосфера была пропитана энергией возбужденных подростков. Внезапно из коридора донесся громкий, раскатистый голос."Я войду в дверь как нормальный человек!"

Ученики в благоговейном трепете вцепились в парты, когда Всемогущий ворвался в класс. Герой Номер Один широкими шагами вошел в класс в своем классическом костюме, его лицо озаряла широкая улыбка. Большинство присутствующих восхищенно ахнули и разразились приветственными возгласами. Мидория смотрел на него сияющими глазами, а Бакуго ухмылялся с предвкушением.

Что касается Киллуа, то он сразу же принялся оценивать стоящего перед ними человека.

Он отметил его колоссальное физическое развитие. Позу, абсолютный контроль над тембром голоса и безупречную уверенность в движениях. Ему не нужно было прикидывать, насколько силен этот человек, чтобы понять, что к чему. Этому герою не было нужды скрываться: одной его силы было достаточно, чтобы изменить ход сражения.

Но больше всего внимание Киллуа привлекло абсолютное несоответствие этого человека всему, что он знал о боевых искусствах.

В мире, в котором он вырос, самым сильным считался тот, кто умел скрываться. Тот, кто наносит удар из тени и не оставляет следов. Всемогущий поступал с точностью до наоборот. Он улыбался, громко заявлял о своем присутствии и носил яркие цвета, которые притягивали к нему взгляды. Он нёс эту ношу так, словно это была его общественная обязанность, словно он был живым щитом, намеренно подставляющим себя под удар, чтобы успокоить остальных. Мидория был странным, потому что пожертвовал собой, а Всемогущий был странным, потому что отказывался прятаться. Всемогущий объявил о начале боевой тренировки и нажал на маленькую кнопку, чтобы открыть боковую стену, за которой обнаружились пронумерованные металлические ящики с костюмами героев, созданными по просьбам учеников. Через несколько минут все в костюмах вышли на тренировочную площадку. Костюмы были яркими, с насыщенными цветами, тяжёлыми доспехами и броскими аксессуарами, которые отражали характер их владельцев. Киллуа бесшумно вышел из туннеля. Его костюм был простым и строго функциональным. Эластичная рубашка с высоким воротником тёмно-синего цвета, поверх которой была надета сверхлёгкая куртка с защитой от трения, и слегка свободные брюки, не сковывающие движений. Его обувь была оснащена специальной резиновой подошвой, которая полностью заглушала звук шагов. Он не взял с собой никакого вспомогательного оружия и не надел металлическую броню, которая мешала бы ему двигаться. Ткань его костюма была обработана только для того, чтобы выдерживать высокие температуры и воздействие электрического тока. Ученики собрались вокруг Всемогущего, который начал объяснять правила тренировки. Противостояние двух команд, героев и злодеев. Злодеи охраняли муляж ядерного оружия, а герои пытались либо поймать злодеев с помощью специальной ленты, либо дотронуться до оружия до того, как истечёт время.

Были разыграны жребии, и результаты появились на экране.

Первый матч: Мидория и Урарака против Бакуго и Ииды.

Остальные ученики переместились в большую комнату с мониторами, на которых транслировалось происходящее во всех уголках здания. Киллуа стоял позади, внимательно наблюдая за главным экраном.

Битва началась. В считаные секунды Бакуго внезапно атаковал Мидорию из дальнего конца коридора, устроив мощный взрыв.

На протяжении всего кровавого противостояния Киллуа следил за действиями обеих сторон. Он видел, как гнев Бакуго заставляет его направить всю свою энергию на уничтожение непосредственного противника. В то же время он видел, как Мидория принимает удары, анализирует ситуацию и планирует дальнейшие действия, несмотря на явный страх в глазах. В конце концов он решает нанести мощный удар по потолку здания, а не по Бакуго, и ломает ему руку, обеспечивая победу своей команде.

Один сражается, движимый гневом. Другой готов пожертвовать собой, если потребуется.

Так Киллуа оценивал их. Они ещё не были профессиональными бойцами, и, несмотря на безрассудство Мидории, Киллуа не мог не признать, что его способность планировать и адаптироваться в условиях сильного стресса была поразительной.

Схватки продолжались, и на экране появился третий раунд.

Киллуа Золдик и Момо Яойрозу в роли героев против Дэнки Каминари и Кёки Дзиро в роли злодеев.

Они стояли перед входом в тёмное здание, ожидая сигнала к началу операции. Момо достала небольшую чертежную доску и принялась быстро делать набросок, сосредоточенно сдвинув брови. "Золдик, нам нужно действовать осторожно, — приглушённо произнесла Момо, указывая ручкой на схему здания. — Причуда Джиро заключается в том, что она улавливает малейшие вибрации. Твоих бесшумных шагов будет недостаточно, потому что она может почувствовать наше движение сквозь стены. А у Каминари есть электрическая причуда, которая распространяется на большую площадь. Я планирую создать генераторы звуковых частот и бросить их, чтобы отвлечь её, а потом я сделаю электроизоляционное одеяло, под которым мы спрячемся, пока Каминари полностью не разрядит свой источник электричества." 1 Килуа остановился и посмотрел на план, который она нарисовала. Сначала он думал, что можно будет проникнуть в здание напрямую, но её замечание о том, что Джиро может улавливать вибрации сквозь стены, изменило ситуацию. Прямой путь был плохой идеей. "Вот эта часть хороша." Килуа указал на рисунок с генераторами звуковых частот. "Остальное изменим." Момо в замешательстве посмотрела на него. "Что изменим?" Изоляционное одеяло необходимо, чтобы не получить удар током от Киминари. «Изоляционное одеяло ограничит нашу подвижность и сделает нас лёгкой мишенью в замкнутом пространстве», — спокойно сказал Киллуа, глядя на железную дверь здания. «Отвлеки его звуком и беги к оружейной в левом крыле. Я отвлеку Каминари в правом крыле и расчищу тебе путь». Момо округлила глаза. «Отвлеку его? Его причуда не различает своих и чужих, его удар током накрывает весь коридор! Это слишком опасно!» "Просто сделай это." Не успела она возразить, как раздался стартовый сигнал. Киллуа бесшумно проскользнул в здание. Момо последовала за ним секундой позже. Она была напряжена, но тут же принялась создавать маленькие металлические сферы на ладони. На третьем этаже Джиро стояла рядом с муляжом оружия, а Каминари охранял главный вход в коридор. Джиро подключила наушники к розетке на стене и сосредоточенно закрыла глаза. Внезапно она почувствовала сильную вибрацию слева. Послышались тяжелые, неуверенные шаги. "Каминари! Они приближаются по левому коридору!" — крикнула Дзиро. Каминари развернулся и бросился влево, вскинув руки и готовясь выпустить сноп искр. Но в тот самый момент, когда он сосредоточился на источнике фантомного шума, созданного Момо, из правого коридора выскользнула стремительная тень. В центре коридора появился Киллуа. Каминари резко развернулся, напуганный его внезапным появлением. Он понял, что попался на тактический обман. Не в силах совладать с волнением и удивлением, светловолосый парень не стал медлить. "Получай!" — крикнул Каминари, выпуская мощный электрический разряд. Яркий желтый свет озарил весь коридор, стремительно распространяясь во все стороны и не оставляя ни единого шанса на спасение. В таком тесном пространстве увернуться было невозможно. Разряд ударил прямо в тело Киллуа. У парня с серебристыми волосами подкосились ноги. Он почувствовал острую боль во всем теле. Мышцы свело судорогой, а в глазах на долю секунды потемнело. Внешнее электричество сильно отличалось от того, что он генерировал внутри себя, и оно поразило его нервную систему с такой силой, что заставило его застыть на месте. Каминари улыбнулся, увидев, как его противник застыл под ударами. Но его обширные тренировки по управлению электричеством помогли ему восстановить контроль над своим телом. Вместо того, чтобы полностью потерять сознание, Киллуа использовал короткий, концентрированный импульс по своей собственной прихоти, заставив свои парализованные мышцы освободиться от паралича, вызванного внешней атакой. В тот момент, когда вспышка атаки Каминари угасла, Киллуа не упал. Вместо этого он бросился вперед, словно бесшумный снаряд. Глаза Каминари расширились от ужаса, когда он увидел, как мальчик за долю секунды преодолел разделявшее их расстояние. Прежде чем он успел отступить или даже подумать о новой атаке, Киллуа проскользнул ему за спину. Киллуа нанес короткий, выверенный удар сбоку в шею Каминари. Блондин на секунду пошатнулся, затем его колени подогнулись, и он рухнул на пол без сознания. Джиро быстро отступила, потрясенная быстрым падением своего товарища по команде. Она приготовилась выпустить мощную звуковую волну, чтобы отбросить Киллуа, но опоздала. С левого фланга появилась Момо, воспользовавшись хаосом и тем, что Каминари в слепой ярости бросился вперёд. Она метнула заранее подготовленную стягивающую ленту и быстрым отточенным движением связала запястья Дзиро, полностью нейтрализовав её. "Злодеи схвачены! Команда героев побеждает!" Голос Всемогущего объявил по громкоговорителю об окончании матча. Момо перевела дыхание и посмотрела на него. "Ты отлично воспользовался тем, что они отвлеклись". Киллуа посмотрел на неё и слегка кивнул в знак признательности. "И ты идеально рассчитала время". В комнате наблюдения воцарилась напряжённая тишина. Ученики недоверчиво смотрели на экран. Бой закончился невероятно быстро, и решающую роль сыграла слаженная работа двух учеников. Но камера сфокусировалась на лице Всемогущего. Символ Мира не улыбался. Его глаза с предельной точностью зафиксировали последовательность движений. Он видел, как мальчик выдержал удар током, который остановил бы большинство учеников, и как он в одно мгновение восстановил равновесие. Но по-настоящему его встревожило не то, что мальчик не пострадал. Его встревожило отсутствие эмоций. Мальчик не разозлился, когда на него внезапно напали. Он не запаниковал. Он не попытался ответить эффектным приёмом, чтобы доказать своё превосходство. Он просто наступал, выбирая самый короткий и быстрый путь, чтобы нейтрализовать угрозу. Всемогущий уставился на застывшее изображение. Это не похоже на поведение ученика.

Глава 5. Затишье перед бурей

Следующее утро принесло Киллуа необычный аромат — аромат обычной школьной рутины.

В классе 1-А атмосфера не была напряжённой или пропитанной желанием подраться. Вместо этого в классе громко обсуждали вчерашнюю тренировку. Киллуа сидел на задней парте, подперев подбородок рукой, и молча наблюдал за происходящим.

Каминари с излишним энтузиазмом размахивал руками, стоя у доски и описывая момент, когда он шокировал Киллуа, а тот не упал. «Это было ужасно! Клянусь, он пришёл в себя, как какой-то терминатор!»

Киришима громко рассмеялся и похлопал Каминари по плечу. «Не ищи оправданий, чувак, он вырубил тебя одним ударом. Это было по-мужски!»

Каминари внезапно повернулся к парте Киллуа и с глуповатой улыбкой потёр затылок. «Кстати, Золдик! Твоя скорость реально пугает, у меня до сих пор шея болит!»

Киллуа на мгновение взглянул на него. Он не привык, чтобы над ним подшучивал тот, кого он прижал к земле меньше суток назад. Он спокойно ответил, без враждебности в голосе: «Не стоило объявлять о нападении до того, как оно началось».

Киришима расхохотался и снова хлопнул Каминари по спине. - видишь? Я же говорил, что ты лезешь в драку как идиот!

Киллуа перевёл взгляд в другой конец комнаты. Мидория с блокнотом в руках обсуждал детали битвы с Иидой, а Урарака слушала их с широкой улыбкой.

Эти подростки говорили не о выживании, а о том, как стать лучше и превзойти свои возможности. Они превратили битву, в которой едва не переломали себе кости, в очередное школьное воспоминание. Киллуа казалось странным, что они так легко психологически адаптировались к опасности. В мрачной среде, в которой он вырос, сила не была поводом для хвастовства. Чем опаснее был человек, тем осторожнее он старался не привлекать к себе внимания, а тот, кто проигрывал в бою, на следующий день об этом не говорил, потому что его просто не стало бы.

В класс вошёл Шота Айзава. Шум тут же стих, и все вернулись на свои места.

Учитель быстро прокомментировал вчерашние результаты. Он отругал Бакуго за безрассудство и посоветовал Мидории не самоустраняться. Затем, без всяких предисловий, он огорошил их новостью.

"Сегодня вам нужно выбрать старосту класса."

В комнате снова повисло напряжение, но на этот раз оно было воодушевленным. Все начали поднимать руки и выкрикивать свои имена. Каминари саркастически предложил себя, Киришима считал эту должность символом мужественности, а Момо пыталась сохранять самообладание, несмотря на явное желание взять все в свои руки.

Иида предложил провести тайное голосование, чтобы все было по-честному. Айзава согласился и снова забрался в свой спальный мешок.

По кругу пошли маленькие белые листочки. Киллуа взял ручку. Должность его не интересовала: сама мысль о том, чтобы возглавить группу подростков, полностью противоречила его стремлению к тихой ассимиляции. Он огляделся. Мидория нервно что-то писал, Иида строго смотрел на свой листок, а Момо сидела совершенно спокойно.

Киллуа вспомнил вчерашнюю тренировку. Девушка не пыталась подчинить его силой; она обнаружила скрытую опасность, нашла решение и за долю секунды подстроилась под его план. Истинная эффективность заключается не в том, кто громче кричит, а в том, кто знает, когда нужно действовать.

Он написал имя Момо Яойрозу и сложил листок.

На доске появились результаты. Изуку Мидория на первом месте с четырьмя голосами. Момо Яойрозу на втором месте с тримя голосами.

Когда наступило время перерыва, ученики направились в огромную столовую. Там было полно студентов с разных факультетов, в воздухе витал запах горячей еды, а звуки смеха и разговоров создавали успокаивающий белый шум.

Киллуа выбрал относительно тихий столик у одного из больших окон. Он взял свой поднос и начал медленно есть. Он не чувствовал напряжения. Впервые с тех пор, как он поступил в эту академию, он позволил себе немного расслабиться.

"Можно я сяду здесь?"

Киллуа поднял голову. Перед ним стояла Момо с вежливой улыбкой на лице и подносом в руках.

Киллуа молча кивнул.

Момо села напротив него. Она аккуратно разложила столовые приборы, немного помедлила, а затем тихо произнесла: "Сегодня на голосовании... кажется, ты был одним из тех, кто отдал за меня голос. Верно?”

«Может быть», — спокойно ответил Киллуа, отрезая кусочек своего блюда.

Момо слегка улыбнулась. «Я просто хотела тебя поблагодарить. За голосование и за вчерашнюю тренировку. Ты был прав насчёт изоляционного покрытия. Если бы мы спрятались под ним, то потеряли бы преимущество в мобильности и, скорее всего, проиграли бы».

«И ты, не колеблясь, воспользовалась этой возможностью», — ответил Киллуа, на мгновение посмотрев ей прямо в глаза, прежде чем вернуться к еде. «Хороший план проваливается, если исполнитель медлит. Ты не медлила».

Это было не эмоциональное признание, а чисто объективная оценка. Но Момо этого было достаточно. Её улыбка стала шире, и она начала рассказывать ему о какой-то теоретической тактике, не дожидаясь от него развёрнутых ответов.

Киллуа молча слушал её. Её болтовня не раздражала. На самом деле, разговор шёл в спокойном, размеренном темпе.

Внезапно этот темп был нарушен.

По всему зданию разнёсся резкий, пронзительный сигнал тревоги. На потолке замигали красные лампочки, и механический голос предупредил о нарушении безопасности третьего уровня, приказав всем ученикам немедленно покинуть здание.

За одну секунду столовая превратилась в арену абсолютного хаоса.

Сотни людей одновременно бросились в коридоры. Воздух наполнился криками паники и смятения. Толпа людей двигалась вслепую, топча друг друга в отчаянной попытке добраться до запасных выходов.

Киллуа не побежал вместе со всеми.

Он сделал шаг назад, отступая от людского потока. Его взгляд быстро скользнул по сторонам. В этот момент реальную опасность представляли не неизвестные злоумышленники, а эта безумная давка.

Перед ним споткнулась студентка с курса поддержки, едва не попав под ноги бегущим третьекурсникам. Не раздумывая, Киллуа схватил её за воротник куртки и с силой оттащил к стене, чтобы её не затоптали. Он оставил девушку, которая в шоке пыталась отдышаться, а сам повернулся к главному коридору.

Киллуа ловко запрыгнул на подоконник одного из высоких окон, чтобы не попасть в толпу, и занял наблюдательный пост.

Оттуда он увидел Ииду.

Парень в очках отчаянно пытался остановить людской поток. Он закричал во всю мощь своих легких, взлетел над толпой, включив двигатели, и с силой врезался в стену над выходной дверью. Он вцепился в нее, как гигантское насекомое, и взревел.

"Всем стоять! Опасности нет! Это всего лишь пресса! Ведите себя как студенты, достойные Академии Юэй!"

Слова Ииды звучали твердо, а в его голосе чувствовалась властность. Толпа постепенно остановилась, и ученики начали выглядывать в окна, чтобы убедиться в правдивости его слов.

Киллуа наблюдал за ним сверху. «Этот парень надоедливый и шумный, — подумал Киллуа, — но он умеет брать на себя руководство в моменты хаоса».

Когда в столовой все успокоились и вернулись к обычной жизни, Киллуа остался у окна. Он повернулся и посмотрел на внешний двор, где полиция и преподаватели академии разбирались с толпой журналистов.

Взгляд Киллуа был прикован не к прессе. Он был прикован к массивным воротам академии.

Усиленный металл не был искорежен так, как при обычном столкновении. И не погнут, как если бы в него врезался грузовик.

Он рассыпался в прах.

Большие куски ворот превратились в серый пепел, рассыпавшийся по асфальту. Киллуа прищурился. Это не могло быть результатом обычного удара.

Киллуа перевел взгляд на опушку леса, окружавшего двор.

Там, вдали от света прожекторов прессы и полицейских машин, в тени стояла фигура. На нем была черная толстовка с капюшоном, и держался он как-то неуверенно. Его спина была слегка сгорблена, а рука то и дело поднималась, чтобы почесать шею.

Он не прятался, как профессионал, и не убегал, как испуганный человек. Он просто... стоял и наблюдал за хаосом.

«Не знаю, чего он хочет, — подумал Киллуа, — но мне не нравится его поза».

Таинственная фигура развернулась и медленно скрылась за деревьями, прежде чем кто-то успел приблизиться к ней.

Киллуа тихо спрыгнул с подоконника и мягко приземлился на пол, чтобы присоединиться к одноклассникам, возвращавшимся в классы.

К концу учебного дня в классе почти никого не осталось.

Киллуа молча собирал сумку, а Шота Айзава стоял у своего стола и дочитывал какие-то отчёты.

Киллуа взял сумку и направился к двери. Он прошёл мимо стола Айзавы и уже собирался выйти, но учитель тихо заговорил, не отрывая глаз от бумаг.

"Сегодня ты следил за главными воротами."

Киллуа остановился. Он полуобернулся и посмотрел на Айзаву. Он не удивился, что учитель наблюдал за ним во всей этой суматохе.

Киллуа помолчал секунду, а затем сухо и беспристрастно произнёс:

"Металл был повреждён не так, как обычно."

Рука Айзавы замерла. Он поднял взгляд на мальчика и слегка прищурился. "Что ты имеешь в виду?"

"Это не похоже на последствия давки, — спокойно продолжил Киллуа. — Он не был сломан или погнут. Он полностью рассыпался."

Киллуа не стал выдвигать никаких других теорий. Он сообщил то, в чём был уверен, оставив остальное на усмотрение учителя.

Айзава внимательно посмотрел на него. Это был первый раз, когда они обменялись тактической информацией, а не просто расспросили друг друга о способностях. Айзава медленно выдохнул.

"Мы примем это к сведению."

Глава 6. Непредвиденное пространство

На следующий день в академии все было как обычно.

Ученики бродили по коридорам, обсуждая вчерашний инцидент в прессе и то, как камеры заполонили территорию школы. Но Киллуа, который, как всегда, пришел на урок раньше всех, заметил то, чего не видели остальные. Во внешних дворах стало чуть больше патрулей службы безопасности. Учителя не просто присматривали за учениками в коридорах — они внимательно осматривали все вокруг.

Руководство Академии не оставило без внимания разрушение ворот. Они знали, что это произошло не по вине прессы, но предпочли умолчать об этом, чтобы не сеять панику.

В класс вошел Шота Айзава. Выглядел он, как всегда, усталым, но двигался гораздо более собранно. Он встал перед доской и сразу перешел к делу.

"Сегодняшнее занятие по основам героизма будет необычным." Айзава достал небольшую карточку со словом "СПАСЕНИЕ". "Мы будем проходить комплексную подготовку по спасению людей при стихийных бедствиях и крупных авариях. Для этого мы отправимся в специальное учреждение."

Ученики тут же оживились. Тренировка по спасению казалась им настоящим шагом в сторону от прямого боя, который так вымотал их вчера. «Надевайте костюмы и выходите на улицу. Мы поедем на автобусе до тренировочной базы». Айзава закончил говорить и вышел.

В автобусе царила непринуждённая атмосфера, все шутили и подтрунивали друг над другом.

Киллуа сидел на единственном свободном месте в середине салона, прислонившись головой к оконному стеклу и прислушиваясь к организованному хаосу вокруг. Цуйю Асуи, тихая девушка, задавала Мидории прямые и откровенные вопросы о том, чем его причуда похожа на причуду Всемогущего. Мальчик в замешательстве запинался и отчаянно махал руками, отрицая очевидное, пока Киришима не вмешался и не сменил тему, заговорив о ярких причудах.

"Простые и сильные причуды, как у Мидории и Тодороки, — это здорово, — вздохнул Киришима, глядя на свою руку, превратившуюся в грубый камень. — Моя причуда полезна в бою и для защиты, но она недостаточно яркая, чтобы привлечь внимание толпы".

Мина Ашидо с энтузиазмом повернулась к нему и широко улыбнулась. "О чём ты говоришь? Твоя причуда потрясающая!" По крайней мере, мы видим, что ты делаешь. Посмотри на Золдика, мы даже не знаем, в чём на самом деле заключается его причуда!

Все взгляды устремились на Киллуа. Он не изменил позы, но перевёл взгляд на них.

"Верно!" — согласился Каминари, подавшись вперёд. — "Ты не использовал никаких визуальных эффектов во время физических испытаний, и даже во вчерашней схватке я видел только то, что ты был невероятно быстр и каким-то странным образом сохранял равновесие! Почему ты скрываешь свою причуду? Это что, секрет?"

Киллуа на секунду замолчал. Их любопытство его не беспокоило — это было нормально учитывая его личность, полною загадок. Он посмотрел на Каминари и спокойно ответил: "Я предпочитаю не раскрывать перед посторонними все свои секреты".

"О, прямо как подпольный профи!" — прокомментировала Джиро, с лёгкой улыбкой крутя в руках наушник. — "Логично, хотя это немного раздражает тех, кто тренируется с тобой".

Но Бакуго не разделял такой подход. Он зарычал со своего места, как обычно, не сдержавшись. «Слова подонка, который прячется в тени! Настоящий герой сокрушает врагов в честном бою на глазах у всех!»

Киллуа не повернулся к нему и ничего не ответил.

"Эй, Бакуго, тебе нужно научиться контролировать свой гнев, иначе ты никогда не станешь популярным", — сказал Каминари с дразнящей улыбкой, и Бакуго вскочил с места, выкрикивая ругательства.

"Хватит орать", — не оборачиваясь, сказал Айзава, сидевший в передней части автобуса. Его холодный голос мгновенно оборвал перепалку. "Мы на месте".

Автобус остановился перед огромным комплексом с колоссальным куполом, похожим на многофункциональное здание под одной крышей. Ученики вышли из автобуса, заворожённо глядя на гигантское архитектурное сооружение. Их ждал специализированный герой-спасатель по прозвищу Тринадцатая.

Тринадцатая поприветствовала учеников и повела их внутрь.

Как только они прошли через ворота, Киллуа на мгновение остановился. Его взгляд скользнул по огромному пространству. Это была не просто тренировочная арена. Перед ними раскинулось множество тренировочных зон, разделённых широкими проходами: зона бушующего огня, зона оползней, заваленная обломками, зона затопления и многое другое. Объект получил название «Объединенная система непредвиденных испытаний» (Unforeseen Simulation Joint, USJ).

Студенты с восторгом смотрели на это место, словно на тематический парк с героическими испытаниями. Мидория с горящими глазами сжимал в руках блокнот, а Иида рассуждал о величии бюджета академии. Но Киллуа видел нечто иное: сложное поле боя, разделенное на зоны, с сотнями слепых зон и опасных участков. Идеальная арена для расстановки ловушек.

Перед началом тренировки Тринадцатая произнесла речь.

Она рассказала о своей причуде «Черная дыра» и о том, что она предназначена для спасения людей от катастроф, но честно призналась, что при неправильном использовании может с легкостью разорвать на части и убить любого человека. Она подчеркнула, что их сверхчеловеческие причуды могут стать смертоносным оружием и средством массового уничтожения, и что эта тренировка призвана научить их контролировать свою силу и использовать ее исключительно для спасения жизней.

Студенты отреагировали на ее слова. Мидория энергично закивал, а Иида выпрямился в знак уважения. Даже Каминари и Мина выглядели серьезными.

Киллуа, однако, слушал молча.

Эти герои решили использовать свою невероятную силу для спасения людей и наложили на себя строгие ограничения. Они предпочли защищать слабых, а не сокрушать их. Для него это было совершенно новое понимание. В его окружении не было такого понятия, как «спасение». Сила была инструментом для утверждения господства или лишения цели жизни.

Когда ученики зааплодировали речи Тринадцатой, Киллуа услышал низкий звук, которого не было ещё несколько мгновений назад, — слабый гул, похожий на статическое электричество, собирающееся в одной точке.

Электрический ток в массивных потолочных светильниках начал беспорядочно мигать.

Киллуа резко повернулся к огромному фонтану в центре у подножия лестницы.

Вода перестала течь.

Сначала никто этого не заметил. Некоторые ученики всё ещё перешёптывались о речи Тринадцатого. Но постепенно воцарилась тишина, когда они заметили мигающие огни.

"Тренировка уже началась?" — растерянно спросил Киришима, глядя вниз и думая, что это часть учебной тревоги.

Перед фонтаном появилась маленькая чёрная точка, которая быстро превратилась в тёмный туманный вихрь, поглотивший свет вокруг себя.

Айзава резко развернулся. За долю секунды его поза изменилась. Он больше не был уставшим учителем, спящим в желтом спальном мешке. Он слегка пригнулся, и его руки потянулись к серому шарфу на шее.

"Соберитесь и не двигайтесь!" — резко крикнул Айзава таким тоном, какого они от него еще не слышали. «Тринадцатая, защищай учеников!»

Ученики замерли. Мидория сделал шаг вперед, пытаясь понять, что происходит, но Иида схватил его за плечо.

"Не двигайтесь!" — повторил Айзава, надевая очки и с поразительной ловкостью спускаясь по длинной лестнице. «Это настоящие злодеи!»

Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба.

Мина побледнела, а Каминари в явном испуге отступил на шаг. Момо непроизвольно приняла оборонительную стойку, хотя ее руки дрожали. Бакуго смотрел вниз со смесью шока и гнева на лице. Киришима не знал, что делать: броситься на помощь учителю или подчиниться приказу оставаться на месте.

Но Киллуа действовал совсем по-другому.

Он не поддался всеобщей панике. Он сразу же переключился в режим спокойной оценки ситуации. Его взгляд скользнул по площадке у подножия лестницы, когда портал расширился, выпуская десятки злодеев, которые начали рассредоточиваться по нижней части площади.

Большинство из них выглядели как обычные головорезы. Но три фигуры сразу привлекли его внимание.

Человек, сотканный из густого черного тумана, в элегантном костюме и с металлическим ошейником на шее, который, судя по всему, отвечал за транспортировку и, возможно, за их рассредоточение.

Массивный монстр с обнаженным мозгом и мускулистыми руками, который, вероятно, был главной разрушительной силой.

Взгляд Киллуа на мгновение задержался на третьем.

На нем была черная толстовка с капюшоном, а лицо закрывала бледная бесплотная рука.

Тот самый человек, которого Киллуа видел вчера, наблюдая за разрушенными воротами в той же напряжённой, вызывающей тревогу позе.

«Они кого-то ждут», — подумал Киллуа, заметив их подозрительную неподвижность и отсутствие спешки. Они пришли не только за учениками.

Киллуа наблюдал, как Айзава приземлился на площади и с невероятной яростью вступил в бой со злодеями, используя свой шарф и причуду, чтобы с убойной эффективностью нейтрализовать их одного за другим. Киллуа впервые видел, как этот учитель, профессиональный герой, сражается за свою жизнь и жизни своих учеников.

Но Киллуа также заметил, что трое главных злодеев не спешили нападать на Айзаву.

Они выжидали.

Пока Айзава сражался внизу, чёрная тень рядом с монстром начала разрастаться. В мгновение ока она обогнула всю площадь и внезапно появилась перед учениками и Тринадцатой на вершине лестницы.

Ученики в ужасе отступили, увидев, как перед ними вырастает туманная стена, отрезающая единственный путь к отступлению к воротам.

"Приветствую."

Чёрная тень заговорила глубоким, пугающе вежливым голосом. В его голосе не было ни гнева, ни безумия, только убийственное спокойствие.

"Мы — Лига Злодеев. Прошу прощения за дерзость, но мы взяли на себя смелость явиться в Академию Юэй, оплот героев..."

На мгновение он замолчал, и глаза студентов расширились от ужаса, когда он продолжил.

"...чтобы позволить Символу Мира, Всемогущему, испустить последний вздох."

Глава 7. Больше никаких правил

Как только Курогири произнес свои устрашающие слова, Бакуго и Киришима не стали дожидаться, пока туманный человек завершит свою атаку.

Бакуго в гневе закричал и взмыл в воздух, подброшенный мощным взрывом, вырвавшимся из его ладоней, а Киришима, полностью затвердев, бросился за ним. Оба с огромной силой ударили в самое сердце туманной стены, но взрыв и удары прошли сквозь пустоту, словно в воздухе.

"Не лезьте туда!" — крикнул Иида, но его предупреждение потонуло в шуме.

В одно мгновение черная тень расширилась и превратилась в огромный купол, поглотивший большую часть учеников.

Киллуа окутала тьма. Вокруг него раздавались крики одноклассников, потерявших ориентацию в пространстве и чувство гравитации. Кто-то пытался ухватиться за воздух, а кто-то продолжал вслепую стрелять из своих причуд.

Но Киллуа не делал ничего из этого.

Он сразу понял, что физически сопротивляться варп-вратам — пустая трата сил. Портал должен был перенести их в неизвестную среду. Вместо того чтобы напрячься, он полностью расслабил мышцы, на секунду закрыл глаза и согнул колени, готовясь смягчить удар при приземлении.

Внезапно темнота рассеялась.

Киллуа не упал, а приземлился на неровную бетонную поверхность абсолютно бесшумно и ловко, сохранив безупречное равновесие.

Рядом с ним с грохотом рухнул Бакуго и покатился по земле, но тут же вскочил на ноги, ругаясь на чем свет стоит. В двух метрах от них Киришима твердо встал на ноги, упершись ими в потрескавшуюся землю.

Вокруг было темно и душно. Повсюду виднелись разрушенные здания, разбитые бетонные столбы и груды обломков. Это была Зона руин.

"Что это за чертовщина?!" — прорычал Бакуго, и из его ладоней полетели искры, разгоняя тьму вокруг.

Не успели они осмотреться, как из-под обломков начали появляться тени злодеев. Их было не один и не два. Десятки мужчин, вооруженных холодным оружием и обладающих различными физическими особенностями, окружили их со всех сторон.

"Смотрите, что у нас тут", - садистски улыбнулся один из злодеев, размахивая палашом. "Просто дети, которых разлучили с учителем. Это будет легкая охота".

"Дети?" Бакуго дико расхохотался, подняв обожженные руки. "Я превращу тебя в пепел, подонок!"

Киришима напрягся всем телом, от нервного возбуждения сжав кулаки. "Я не дам тебе пройти!"

Киллуа, однако, медленно вынул руки из карманов.

Он посмотрел на негодяев. Здесь не было камер. Не было системы подсчета очков, и не было учителей, которые могли бы остановить драку. Эти люди пришли не для того, чтобы проверить способности учеников; они пришли с намерением пролить кровь.

В мрачной среде, в которой он вырос, это был четкий сигнал: убивай, чтобы выжить.

Тело Киллуа подчинялось глубоко укоренившемуся инстинкту. Он сделал шаг вперед, мысленно прикидывая, как быстрее всего расправиться со своими противниками. Но... прежде чем он бросился вперед, что-то на долю секунды остановило его.

Он вспомнил слова Тринадцатой. Он вспомнил, как Мидория сломал себе руку, чтобы спасти свою команду. Он вспомнил, что это место по-прежнему было школой для героев.

Они не мишени для убийства, подумал Киллуа. Они просто препятствие.

Бакуго рванулся вперёд, как пушечное ядро. Он устроил мощный взрыв прямо перед тремя злодеями, заставив их с криками отступить. Хаос, который устроил Бакуго, был идеальным прикрытием.

Киллуа воспользовался этим отвлекающим манёвром.

Он двинулся вперёд. Он не кричал и не предупреждал о своей атаке. Он исчез из поля зрения злодеев, воспользовавшись слепыми зонами, образовавшимися из-за последовательных взрывов Бакуго.

Он появился за спиной здоровенного злодея с железной дубинкой. Он нанёс один быстрый и выверенный удар, от которого тот мгновенно упал, не издав ни звука.

Ещё один злодей попятился от мощных ударов Киришимы и обнаружил, что его поджидает Киллуа. Быстрый удар ногой в центр тяжести сбил его с ног и выбил из него дух, так что он не мог подняться.

Движения Киллуа не были эффектными, но в них не было ни одного лишнего движения. Наблюдай, выжидай момент и заканчивай бой, приложив минимум усилий, необходимых для нейтрализации угрозы.

Киришима на мгновение замер, увидев, как противники Киллуа падают в зловещей тишине. Серебристоволосый парень не выказывал ни гнева, ни радости. Только ледяная сосредоточенность. Этот парень... — подумал Киришима, блокируя удар сбоку, — где он тренировался? Он совсем не похож на студента.

Бакуго, однако, не испугался и не впечатлился — он был взбешен.

Звуки взрывов заполнили пространство, и он с яростью смотрел на того, кто двигался в этом хаосе с таким спокойствием и абсолютным самообладанием. «Не стой у меня на пути, белобрысый!» — крикнул Бакуго, уничтожая еще двух злодеев.

Киллуа не ответил. Он продолжал наступать, используя каждый удар, который наносили двое других, чтобы прорваться сквозь вражеские ряды и разрушить окружение.

Битва закончилась через несколько минут ожесточенного противостояния.

Большая группа злодеев лежала на земле — кто без сознания, кто стонал от боли, — а остальные скрылись в тени.

Бакуго тяжело дышал, а Киришима с усталой улыбкой вытирал пот со лба. «Мы сделали это! Вы реально сильные!»

Киллуа тихо подошёл к одному из злодеев, который был ещё в сознании. Он прислонился к разбитой колонне и не мог подняться. Мальчик холодно посмотрел на злодея, в его взгляде не было ни капли сочувствия.

"Ученики — не главная цель, верно?" — тихо и прямо спросил Киллуа.

Злодей молчал, с ужасом глядя в глаза мальчика.

"Врата были нужны, чтобы разделить нас и отвлечь учителей, — продолжил Киллуа, — но тот гигантский монстр... пришёл не за нами."

Злодей с трудом сглотнул. «Ты... ты ничего не понимаешь. Эта тварь была создана специально для того, чтобы противостоять...»

Злодей замолчал и потерял сознание от истощения, не успев закончить фразу.

Киллуа выпрямился. Злодей не договорил, но и так всё было ясно. Монстр был создан для того, чтобы противостоять кому-то гораздо более сильному, чем ученики, и даже более сильному, чем присутствующие учителя.

К ним подошёл Киришима. «Что он сказал? В любом случае, нам нужно спешить. Если мы столкнулись с таким количеством врагов здесь, значит, наши одноклассники в других зонах в опасности. Мы должны им помочь!»

"Иди сам, идиот!" — резко оборвал его Бакуго, сверкая глазами. «Если мы уничтожим эти варп-врата, то не дадим им привести подкрепление и отрежем им путь к отступлению. Я разберусь с этим туманным парнем."

«Ты с ума сошел? Учитель Айзава сражается с ним там!" — возразил Киришима.

"В обоих случаях есть смысл", — спокойно произнес Киллуа, привлекая их внимание.

Киллуа посмотрел на потолок купола, прикидывая расстояние. Если этот монстр был создан для борьбы с Символом Мира, а Всемогущего здесь не было, значит, Айзава сейчас сражается с монстром, которого не может одолеть. А если Айзава погибнет, оборона комплекса рухнет окончательно.

"Я иду к центру", — сказал Киллуа и зашагал прочь от завала.

"А кто сказал, что мы пойдем за тобой, хладнокровный ублюдок?!" — резко крикнул Бакуго.

Киллуа на мгновение остановился, не оборачиваясь. «Я не говорил, что ты обязан».

Киллуа продолжил идти, широкими шагами удаляясь от источника величайшей опасности.

Когда он приблизился к границе Зоны руин, со стороны центральной площади донёсся мощный грохот. Земля задрожала у него под ногами, а затем раздался ужасающий треск, не похожий ни на один человеческий взрыв.

Он больше не слышал ничего из того, что происходило за завалами позади него. Теперь всё доносилось из центра.

Глава 8. Трещина в логике

Киллуа добрался до края центральной площади. Он не спешил выходить на свет и не выдавал своего присутствия. Он тихо проскользнул за толстую бетонную колонну, заняв идеальную наблюдательную позицию.

Его холодный взгляд скользил по площади. Она напоминала поле боя в миниатюре. Десятки злодеев лежали без сознания на земле, а в центре стоял Шота Айзава, тяжело дыша. Его движения, такие плавные еще несколько минут назад, становились все более скованными. Очки разбились, по лбу стекала кровь.

В нескольких метрах от него стоял молодой человек в черной толстовке с поднятой к лицу рукой — Шигараки — и с болезненным любопытством наблюдал за ним. Рядом с ним возвышался огромный монстр с обнаженным мозгом, Ному, похожий на каменную стену, который пока не сделал ни шагу.

Киллуа начал автоматически просчитывать ситуацию. Расстояние. Углы атаки. Скорость реакции учителя.

Он измотан, — проанализировал Киллуа. Он моргает все дольше. Если бой продолжится в том же духе, он упадет через несколько секунд.

И в тот самый момент, когда Киллуа подумал об этом, появилась возможность.

Айзава на секунду отступил, устало моргая. Шигараки воспользовался тем, что учитель отвлёкся, и с невероятной скоростью бросился вперёд, схватив Айзаву за локоть.

Киллуа не раздумывал ни секунды. Он не вышел из укрытия и не стал атаковать Шигараки в лоб. Вместо этого он с невероятной силой и точностью пнул кусок металлического мусора.

Кусок металла полетел не в Шигараки, а ударился о металлическую поверхность разбитой трубы рядом с ним.

Раздался резкий, внезапный грохот.

Шигараки инстинктивно повернулся на раздражающий звук на долю секунды. Этой секунды было достаточно. Айзава, не колеблясь, резко отпрыгнул назад, вырвавшись из хватки Шигараки. Кусок его рукава и кожи на предплечье отлетели, но локоть остался цел.

Шигараки раздражённо посмотрел в ту сторону, откуда прилетел обломок.

Киллуа отступил на шаг, оставаясь в тени. Он знал, что создал брешь в обороне, но не мог переломить ход битвы.

Айзава повернулся к тени, скрывавшей его ученика. На лице учителя не было и тени благодарности, напротив, оно выражало крайнюю строгость.

"Что ты здесь делаешь?" — резко спросил Айзава. "Возвращайся к своим одноклассникам."

Килуа не сдвинулся с места, его голос звучал бесстрастно. "Ты измотан. Если ты упадешь, они набросятся на них."

Айзава вытер кровь с глаза, не глядя на него. "Это не твоя проблема. Возвращайся."

У Килуа на мгновение перехватило дыхание.

"Мне не нужна твоя защита, — продолжил Айзава, поправляя шарф и готовясь к следующей атаке, несмотря на дрожь во всем теле. — Защищай своих одноклассников. Это приказ."

Килуа замолчал.

В его родном мире некомпетентность означала, что миссию возьмет на себя кто-то другой. Отступить или попросить о помощи было невозможно. И все же этот человек, абсолютно уверенный в том, что ему грозит смерть, приказывал ему уйти, чтобы он оставался живым щитом для остальных.

Не успев проанализировать эту брешь в своих убеждениях, Шигараки потерял терпение.

"Ному."

Массивный монстр сдвинулся с места.

Киллуа попытался предугадать его движение. Но не смог.

Противник начал действовать раньше, чем он закончил свои расчеты.

В долю секунды Ному оказался позади Айзавы. Монстр схватил Айзаву и с силой швырнул его на землю, в мгновение ока сломав ему руки. Айзава приглушенно вскрикнул от боли, прежде чем его тело с огромной силой ударилось о землю.

Киллуа застыл на месте. Он не бросился вперед.

Он остался рядом, но тактически отступил еще на шаг. Инстинкт подсказывал ему абсолютную истину: любое вмешательство сейчас может просто убить меня, но не изменит исход. Это было зрелое, хладнокровное решение человека, который прекрасно знал свои пределы.

На краю площади, рядом с местом крушения корабля, появились Мидория и Цую. Они в ужасе наблюдали за происходящим.

Шигараки заметил их. Стремительным движением он бросился к Цую и протянул руку к ее лицу.

Взгляд Киллуа на мгновение застыл на Шигараки. Он видел, что ситуация вот-вот разрешится, но не мог ничего сделать, чтобы предотвратить это.

Но случилось нечто невероятное.

Цую не упала. Шигараки в гневе повернулся к земле.

Несмотря на то, что его руки были раздроблены, а окровавленное лицо прижато к асфальту, Айзава поднял голову. Его глаза вспыхнули яростным красным светом, и причуда Шигараки отключилась.

В этот момент Мидория отбросил все мысли о страхе.

И снова мальчик действовал, не раздумывая. Он подпрыгнул, в его глазах застыл ужас, но тело двигалось с невероятной силой, и он нанёс самоубийственный удар по Шигараки, чтобы защитить своего одноклассника.

Киллуа наблюдал за всем этим из темноты.

Они были напуганы, но не убежали. Это само по себе было для него странно.

Киллуа ещё раз взглянул на мистера Айзаву, который лежал на земле, изо всех сил стараясь не закрывать глаза, несмотря на невыносимую боль, чтобы дать своим ученикам шанс выжить.

Все тактические расчёты рухнули перед лицом этой нелогичной сцены.

Почему он всё ещё сражается?

Глава 9. Потолок мира

Пыль осела, и стало ясно, что исход поединка был предрешен.

Самоубийственный удар Мидории, способный расколоть бетон, не оставил на монстре ни единой царапины. Ному впитал удар, как живая губка, не отступив ни на миллиметр и не выказав ни малейших признаков боли.

Сломанная рука Мидории безвольно повисла, а его глаза расширились от ужаса, когда он понял, что его жертва ничего не изменила.

Шигараки с садистским наслаждением улыбнулся и протянул бледную руку к застывшему лицу Мидории.

В темноте разум Киллуа кричал, подсказывая очевидные факты: «Расстояние слишком велико. Противник слишком силен, чтобы его одолеть. Выхода нет. Оставайся на месте!»

И все же... послышался тихий шорох его ботинка по асфальту.

Он сдвинулся с места.

Киллуа сделал шаг из тени в их сторону. Внезапно он остановился, с легким удивлением глядя на свою ногу. Его тело сдвинулось с места раньше, чем он успел завершить тактические расчеты. Он был на волосок от того, чтобы броситься навстречу верной смерти ради спасения другого человека, наплевав на все правила выживания, которые годами вбивали ему в голову.

Не успел он осознать, что натворил, как все здание содрогнулось.

Это был не просто звук. Земля заходила ходуном у него под ногами, а в спину ударил порыв ветра. Оглушительный грохот донесся от главных ворот USJ. Гигантская металлическая дверь, рассчитанная на то, чтобы выдерживать мощные взрывы, разлетелась на куски, и тяжелые обломки с оглушительным металлическим лязгом разлетелись в разные стороны.

Рука Шигараки замерла в считаных сантиметрах от лица Мидории.

Пыль постепенно осела, и сквозь огромную брешь в стене хлынул солнечный свет, осветив стоявшего там огромного мужчину.

Всемогущий.

Но он не улыбался.

Киллуа застыл на месте. В воздухе не было ни видимой ауры, ни воображаемого давления, но физическое воздействие было неоспоримым. Обломки разрушенных ворот все еще падали, а ветер, дувший снаружи, казалось, огибал его тело. Мужчина кипел от безмолвной ярости.

"Я не могу оценить его", - подумал Киллуа, и его глаза сузились, когда он попытался проанализировать позицию этого человека. В его семье власть была скрытой, рассчитанной и использовалась с абсолютной экономией. Но этот человек... этому человеку нечего было скрывать.

"Теперь все в порядке", - произнес Всемогущий, и его голос эхом разнесся по всему зданию. "Я здесь".

В мгновение ока Всемогущий исчез за воротами.

Глаза Киллуа, натренированные следить за самыми быстрыми убийцами и профессионалами, пытались уловить его движение. Он не мог связать все в единую последовательность. Он видел только фрагменты: желтую вспышку. Искру столкновения и падающих по краям площади злодеев, словно пораженных торнадо.

Затем у фонтана появился Всемогущий, держа Айзаву на руках, он вырвал Мидорию и Цую из рук Шигараки и Ному и за долю секунды оттащил их всех на безопасное расстояние.

Киллуа понял, что произошло, после того, как это произошло. Это была не скорость, основанная на скрытности или слепых зонах. Это была скорость, которая не требовала скрытности в первую очередь.

«Возьмите господина Айзаву и отступайте к выходу!» — приказал Всемогущий ученикам, не сводя глаз с негодяев.

Мидория, который всё ещё дрожал, с трудом шевеля раненой рукой, попытался предупредить его сдавленным голосом. «Всемогущий... этот монстр, Ному... он создан, чтобы сражаться с тобой! Он полностью поглотил мой удар!»

Киллуа вышел из тени и быстрыми, решительными шагами направился к ним. Его спокойный голос развеял панику Мидории. «Если мы останемся здесь, то станем заложниками и ограничим его свободу действий. Идём!»

Мидория посмотрел на избитого господина Айзаву, с трудом наклонился и попытался поднять его одной рукой. «Нам нужно... спешить».

«Оставь его», — строго сказал Киллуа.

Он не стал дожидаться ответа. Киллуа наклонился и просунул руки под бесчувственного учителя. Одним плавным движением он поднял Айзаву, словно тот ничего не весил. Мидория с восхищением смотрел на то, как легко это было сделано, но Киллуа не дал ему времени удивляться.

"Сосредоточься на пути", - сказал Киллуа и бросился бежать.

Мидория и Тсую двинулись рядом с ним, направляясь от центральной площади к выходу.

Дыхание Мидории участилось от боли и страха, но он продолжал украдкой поглядывать на седовласого мальчика, бегущего с невероятной устойчивостью.

- Золдик... - прерывающимся голосом произнес Мидория. - Почему ты вернулся?

Киллуа не повернулся к нему, его взгляд был прикован к заваленной мусором дорожке. "Потому что ты был на волосок от смерти".

Мидория с трудом сглотнул. "Но..."

- Двигайся, - холодно оборвал его Киллуа, заканчивая дискуссию.

Мидория замолчал, но его разум не переставал думать.

Цую, в свою очередь, легко перепрыгнула через большой кусок металла, комментируя это своим обычным спокойным тоном. "Ты очень уравновешенный, Зольдик".

- Сосредоточься на своих шагах, - ответил Киллуа с той же холодностью.

И вдруг... звук повторился эхом.

бум!

Это был не просто звук трения или сильного удара — это был взрыв, от которого содрогнулся весь комплекс. Сам воздух содрогнулся.

Килуа инстинктивно остановился и повернул голову в сторону центральной площади.

Всемогущий и Ному столкнулись.

Их кулаки ударили друг о друга с огромной силой, создав мощную ударную волну, которая проломила бетонный пол и обрушила на них шквал яростных порывов ветра и обломков.

Ботинки Килуа слегка заскользили по асфальту. Он не раздумывал. Совершенно машинально он развернулся так, чтобы оказаться спиной к ударной волне, и наклонился вперёд, полностью закрывая собой тело господина Айзавы.

Мелкие обломки и порывы ураганного ветра ударили в спину Килуа, толкнув его на шаг вперёд, но он удержался на месте, не дав учителю пострадать ещё больше.

Буря стихла, и на мгновение воцарилась тишина, но затем последовали новые оглушительные удары.

Килуа поднял голову. Он посмотрел на свои руки, которыми обнимал Айзаву, защищая его.

Он не мог найти лучшего объяснения своему поступку.

Он оглянулся через плечо на продолжающуюся битву. Всемогущий обменивался ударами с Ному с невероятной скоростью и силой. Воздух дрожал от напора их кулаков. Ветер завывал, а земля трескалась и разлеталась во все стороны, как обрывки бумаги.

Киллуа продолжал наблюдать за схваткой монстров.

Скорость.

Точность.

Тактика.

Этому он доверял всю свою жизнь. Но теперь, когда он оказался лицом к лицу с этим, оказалось, что этого недостаточно.

Есть уровни силы, до которых мастерство просто не может дотянуться.

Мир Героев оказался гораздо больше, чем он себе представлял.

Глава 10. Последствия

Как только «Про-герои» прибыли на площадь, ход событий изменился.

Борьба за учеников прекратилась. Учителя быстро взяли ситуацию под контроль. Шигараки и Курогири отступили через туманные врота, оставив после себя огромные разрушения и монстра, лежащего за пределами территории школы. Всемогущий, несмотря на свою уверенную и внушительную позу, тяжело дышал.

Киллуа издалека наблюдал за прибытием подкрепления.

Даже самый сильный человек в зале едва держался на ногах. Уже одно это заставило Киллуа осознать масштаб произошедшего.

Выжившие ученики постепенно собрались у огромного купола школы Юэй. Воздух наполнился воем сирен «скорой помощи» и полицейских машин, а мигающие огни отражались от бледных, потрясенных лиц учеников.

Двое парамедиков быстро подошли к Киллуа и забрали у него мистера Айзаву.

Киллуа отступил на шаг, чтобы не мешать им. Они положили учителя на носилки. Айзава был без сознания и не шевелился, пока его переносили.

Один из парамедиков повернулся к Киллуа. «Ты весь в пыли, а твой костюм порван. Сядь, чтобы мы могли тебя осмотреть».

«Я в порядке», — холодно ответил Киллуа и развернулся, чтобы уйти.

. «Подожди, ты не можешь вот так просто уйти...»

К ним подошла Момо Яойорозу. Она выглядела измотанной, её костюм был порван по швам, но она тактично встала между Киллуа и фельдшером. «Простите, сэр. Я прослежу, чтобы он сел с нами».

Киллуа посмотрел на собравшихся одноклассников, потом на неё. Через мгновение он без возражений последовал за ней.

Тишину, воцарившуюся в зале, время от времени нарушали взволнованные вопросы.

Подошли Киришима и Бакуго. Киришима слабо улыбался, а Бакуго, как обычно, сверлил его взглядом.

. «Золдик, — начал Киришима. — Я не мог сказать этого там, но... ты был пугающе спокоен».

«Ничего пугающего, — перебил его Бакуго, сверкая глазами. — Он был быстр. Но не думай, что это значит, что ты лучше меня».

Выражение лица Киллуа не изменилось. Он посмотрел на Бакуго, а затем заглянул ему в глаза. «Я этого не говорил».

Бакуго раздражённо отвернулся и пошёл прочь, а Киришима тихо усмехнулся и похлопал Киллуа по плечу, прежде чем догнать своего одноклассника.

В нескольких шагах от них Мидория сидел на краю другой машины скорой помощи, пока фельдшер накладывал ему на руку временную повязку.

Он встретился взглядом с Киллуа.

«Спасибо», — сказал Мидория слабым, но отчётливым голосом.

Киллуа не ответил. Он отвёл взгляд и пошёл дальше.

Через несколько минут полиция начала опрашивать учеников.

К ним подошёл высокий детектив в лёгком плаще — Наомаса Цукучи. Он по очереди задавал вопросы, молча записывая ответы. Подойдя к Киллуа, он открыл свой блокнот.

"Где ты был, когда началась атака?" — спокойным голосом спросил Цукаучи.

"На верхней площади, а потом меня перенесло через врата в зону руин." — чётко ответил Киллуа.

"И что ты там делал?"

"Я сражался со злодеями вместе с Бакуго и Киришимой."

Цукаучи кивнул и сделал пометку в блокноте. "Ты испугался?"

Очень короткая пауза.

"да."

Ручка Цукаучи на мгновение замерла. Ответы мальчика были правдивыми, но какими-то сухими. В его голосе не было дрожи, дыхание не участилось. Для мальчика, только что пережившего нападение злодея, ответы были слишком хорошо продуманными.

Цукаучи ничего не сказал. Он вежливо поблагодарил его и перешёл к следующему ученику, но про себя отметил: «Он что-то от меня скрывает».

На следующий день Академия Юэй была временно закрыта для проведения расследования.

Впервые с тех пор, как Киллуа поступил в Академию Юэй, он вернулся в свою тихую квартиру за пределами кампуса. В квартире было тихо, не было слышно ни шума Каминари, ни ворчания Бакуго, ни бормотания Мидории.

Киллуа стоял у окна и смотрел на раскинувшийся внизу город.

У него не было занятий. Но в голове не было покоя. В памяти всплывали картины вчерашнего дня.

Он вспомнил, как пнул Мидорию.

Он вспомнил, как обломки ударили его в спину, когда он прикрывал Айзаву.

И он вспомнил вопрос: «Почему он до сих пор сражается?»

Киллуа закрыл глаза.

Их имена всплывали в его памяти одно за другим. Момо. Киришима. Каминари. Мидория. Бакуго.

На этот раз он не стал оценивать их сильные и слабые стороны. Они были его одноклассниками.

Киллуа открыл глаза и посмотрел на свою руку.

Он ещё не знал, зачем ему становиться сильнее. Он знал только, что больше не хочет беспомощно стоять в стороне.

Он отошёл от окна и направился к пустому пространству в центре гостиной. Он не стал принимать привычную боевую стойку.

Вместо этого он начал тренироваться по-другому.

Двигался на максимальной скорости, резко останавливаясь. Удерживал равновесие, таская тяжести. Тренировался менять направление движения в узких проходах между мебелью, не теряя контроля.

Он тренировался не для того, чтобы кого-то убить.

Он тренировался, чтобы быть готовым прийти на помощь, когда это понадобится.

Глава 11. В центре внимания

После непродолжительного закрытия и тщательного расследования Академия Юэй вновь открыла свои двери.

Несмотря на то, что вокруг здания удвоилось количество охранников и репортёров, пытающихся раздобыть хоть какую-то информацию, жизнь в классах постепенно возвращалась в привычное русло.

В классе 1-А царила далеко не мрачная атмосфера.

"Поверить не могу, что нам так быстро разрешили вернуться!" — пожаловался Каминари, сидя на краю парты. "Мне до сих пор снятся кошмары про того туманного парня".

"Хватит ныть, — оборвала его Дзиро, крутя в руках провод от наушников. — По крайней мере, тебе не пришлось долго сражаться напрямую".

"Не пришлось сражаться? Я выпускал молнии, пока чуть не поджарил себе мозг!"

Мина Ашидо громко рассмеялась, крутанувшись на стуле. "Честно говоря, это было ужасно, но... разве вы не чувствуете, что после всего этого мы стали немного сильнее? Я имею в виду, мы столкнулись с настоящими злодеями и выжили!"

"Не стоит так беспечно этим хвастаться, Ашидо, — твёрдо сказал Иида, по-роботовски размахивая руками. «Нам повезло, что там были учителя. Мы должны использовать этот опыт как мотивацию, чтобы тренироваться усерднее, а не ради показухи».

«Иида прав, — добавила Цую со свойственным ей спокойствием, приложив палец к подбородку. — Если бы Всемогущий не вмешался, кто знает, чем бы всё закончилось».

В этот момент дверь в класс открылась.

Вошёл Киллуа. Раньше его появление оставалось незамеченным или вызывало лишь быстрые любопытные взгляды. На этот раз реакция была иной.

"Золдик! Эй, чувак! — крикнул Киришима с задней парты, помахав рукой. — Я не видел тебя с тех пор, как Момо забрала тебя в тот день".

Несколько пар глаз устремились на него. Это были не подозрительные взгляды, а взгляды, в которых читалось одобрение.

"Приветствую", — спокойно ответил Киллуа, слегка кивнув Киришиме.

Когда он шёл к своей парте, его взгляд встретился со взглядом Мидории, который читал свой конспект. Мидория слегка улыбнулся, а Киллуа в ответ тихо отвёл взгляд и сел на своё место. Бакуго прошел мимо него, возвращаясь на свое место, и бросил на него острый косой взгляд. Он ничего не сказал, но молчание между ними было уже не пренебрежительным, а напряженным.

Килуа достал учебник, понимая, что дистанция между ним и этими учениками неумолимо сокращается.

Внезапно входная дверь с грохотом распахнулась.

В классе воцарилась полная тишина. Вошел мужчина, точнее, его полностью забинтованная копия. Господин Айзава шел тяжелыми шагами, его руки были на перевязи, а лицо обмотано несколькими слоями белой марли, так что видны были только его измученные глаза.

«Господин Айзава!» — потрясенно воскликнули большинство учеников.

"Вы должны быть здесь?!" — с тревогой в голосе спросил Иида. «Ваши травмы выглядят слишком серьезными!»

Айзава проигнорировал комментарии и подошел к трибуне. Килуа молча наблюдал за ним. Он вел себя так, словно последние несколько дней были просто досадной помехой.

"Не беспокойтесь о моих травмах", — приглушенно из-за повязок сказал Айзава, кладя бумаги на трибуну. «Есть кое-что поважнее».

Ученики затаили дыхание.

"Спортивный фестиваль Юэй состоится в назначенный срок".

Атмосфера в классе 1-А резко изменилась за одну секунду.

"Спортивный фестиваль!" — взволнованно воскликнул Киришима. «Это школьное мероприятие проходит каждый год, но после происшествия в стенах Юэй...его разумно проводить?!»

"Разве безопасно проводить фестиваль сразу после нападения злодеев?" — с сомнением в голосе повторил, сказанное Киришимой, Оджиро.

Айзава строго ответил: «Отмена фестиваля ничего не изменит. Поэтому он состоится, как и планировалось. И что ещё важнее, это событие — ваш лучший шанс. Агентства профессиональных героев по всей стране будут следить за вами. Ваше профессиональное будущее начинается здесь».

Класс охватило радостное волнение. Мина радостно размахивала руками, Мидория что-то быстро строчил в тетради, обдумывая возможные стратегии, а Бакуго свирепо улыбался, поклявшись всех сокрушить.

Только Киллуа сидел абсолютно неподвижно, его разум анализировал данные совершенно иначе.

Прямая трансляция, профессиональные агентства, которые будут следить за каждым твоим действием и общенациональное освещение по всем новостным каналам...

С тех пор как он научился драться, он усвоил одно правило: никогда не показывай никому свой максимум сил, всегда старайся быть чуточку слабее в чужих глазах.

Но этот фестиваль требовал прямо противоположного. Он требовал, чтобы Киллуа стоял перед десятками камер и каждое его движение было на виду у тысяч глаз.

На этот раз он не просто предстанет перед своей семьей — он станет открытой книгой для всех, кто будет за ним наблюдать.

Во время обеденного перерыва в столовой было шумно от разговоров учеников, взволнованных предстоящим фестивалем.

Киллуа сидел за тихим столиком в углу. Через несколько минут Момо Яойорозу выдвинула стул напротив него и села. Несколько минут они молчали, а потом Момо нарушила тишину.

"Ты не выглядишь таким же воодушевленным, как остальные, Золдик", — сказала она, поправляя салфетку.

Киллуа посмотрел на свою еду. "Я не люблю, когда за мной наблюдают".

Момо на секунду замолчала, обдумывая его ответ. "Возможно, это не так уж плохо".

Киллуа поднял на нее глаза. "Почему?"

«Если они всё равно будут за тобой наблюдать, лучше тебе самому выбирать, что они увидят».

Киллуа обдумал её слова. Они не всегда соглашались друг с другом, но понимали логику друг друга.

"Ты думаешь, что из-за зрителей твой стиль боя изменится?" — спросила Момо с любопытством и в то же время аналитически.

"Может быть", — ответил Киллуа.

"почему?”

«Потому что противник будет другим», — тихо сказал он. «Когда все смотрят, толпа сама становится частью поля боя».

Момо медленно кивнула, осознавая всю глубину его слов. Она была не просто умной ученицей, она понимала, что его аналитический ум работает на другом уровне тактического мышления.

"Понятно", — просто сказала она.

В конце учебного дня, когда ученики потянулись к выходу, Киллуа тихо шёл по длинному коридору.

Внезапно он остановился.

На стене перед ним висел огромный экран, на котором демонстрировались рекламные ролики, посвящённые Спортивному фестивалю. Бегущие герои, ликующие толпы и сотни камер, снимающих каждое движение с разных ракурсов.

Затем появился жирный текст: «Спортивный фестиваль ЮА — смотрите на героев завтрашнего дня!»

Киллуа молча смотрел на экран.

Он достал из кармана телефон, медленно открыл заметки и напечатал:

«Спортивный фестиваль».

«Никаких слепых зон».

Он заблокировал экран, сунул телефон обратно в карман и пошёл дальше по коридору.