Между нами — Бездна

Глава 1. Нежелательная встреча

Люмин терпеть не могла три вещи: дождь, пустые обещания и Предвестников Фатуи.

Особенно одного из них.

— Эй, путешественница!

Она остановилась посреди оживлённой гавани Ли Юэ.

Этот голос она узнала бы даже среди сотни других.

— Только не он… — простонала Паймон.

Тарталья стоял возле торговой лавки, небрежно прислонившись к деревянной колонне. Его рыжие волосы слегка растрепал ветер, а на лице сияла та самая улыбка, с которой он обычно либо собирался ввязаться в драку, либо уже успел устроить неприятности.

— Какая встреча! А я уж начал думать, что ты меня избегаешь.

— Не думай. Я действительно тебя избегаю.

— Жестоко.

Он приложил ладонь к груди, изображая смертельную обиду.

— И совершенно заслуженно! — добавила Паймон.

Чайлд усмехнулся.

— Рад видеть, что вы обе не изменились.

Люмин попыталась пройти мимо, но он заговорил снова:

— А если я скажу, что у меня есть кое-что интересное?

— Тогда я скажу, что совершенно не заинтересована.

— Даже если это связано с Орденом Бездны?

Она остановилась.

Тарталья довольно приподнял уголки губ.

— Вот теперь слушаешь.

Люмин медленно повернулась.

— Говори.

Он оглядел шумную гавань.

— Последние три дня возле каменного леса Гуюнь пропадают рыбаки. Нескольких удалось найти. Они вернулись живыми, но совершенно не помнят, что с ними происходило. Остальные до сих пор числятся пропавшими.

Улыбка исчезла с лица Люмин.

— И при чём здесь Орден Бездны?

— На одной из лодок обнаружили следы магии, похожей на ту, что используют его маги. А ещё нашли кое-что любопытное.

Тарталья достал из кармана небольшую металлическую пластину.

Она была размером с ладонь. Потемневшая поверхность покрылась царапинами, по краям виднелись следы коррозии. В центре был выгравирован цветок с узкими лепестками.

Люмин мгновенно узнала его.

Интейват.

Точнее, изображение цветка интейват — такого же, какие украшали её волосы.

Она протянула руку.

— Можно?

Тарталья без возражений передал ей находку.

Люмин осторожно провела пальцем по гравировке.

Цветок был национальным символом Каэнри'ах, и его появление возле Ли Юэ вызывало слишком много вопросов.

Особенно на фоне деятельности Ордена Бездны.

— Откуда у тебя эта пластина?

— Мне передали её агенты, обследовавшие лодку одного из пропавших рыбаков.

— И больше ничего не нашли?

— Пока ничего, что могло бы объяснить происходящее.

Люмин ещё раз рассмотрела рисунок.

Она невольно вспомнила разговоры с Итэром.

После долгой разлуки они наконец снова были вместе. Не постоянно, как в прежние времена, когда путешествовали между мирами, но достаточно часто, чтобы Люмин больше не испытывала мучительного чувства, будто потеряла единственного родного человека.

Они встречались, переписывались, рассказывали друг другу о своих делах. Иногда проводили вместе несколько дней.

Конечно, с возвращением брата не исчезли все сложности.

Итэр по-прежнему был связан с Орденом Бездны. Его взгляды на Тейват далеко не всегда совпадали с её собственными, и некоторые разговоры заканчивались спорами.

Но они научились не превращать разногласия в новую разлуку.

Совсем недавно Итэр рассказывал ей о древних символах Каэнри'ах. Возможно, он сумеет распознать и этот.

— Я покажу пластину брату, — решила Люмин. — Он знает о Каэнри'ах гораздо больше меня.

Тарталья приподнял бровь.

— Разумно. Кстати, как поживает твой брат?

Она подозрительно посмотрела на него.

— С каких пор тебя интересует Итэр?

— Просто проявляю вежливость!

— Ты?

— А что такого?

Паймон скрестила руки.

— Паймон тоже считает это подозрительным!

— Вы обе совершенно не цените моих стараний!

Люмин убрала пластину во внутренний карман сумки.

— Пока находка останется у меня. Покажу её Итэру при следующей встрече.

— Не возражаю. Только потом расскажешь, что удалось выяснить?

— Посмотрим.

Тарталья покачал головой.

— Какая жестокость! А я ведь поделился с тобой такой ценной уликой.

— Тарталья.

— М-м?

— Чего ты на самом деле хочешь?

Он посмотрел на неё внимательнее.

Улыбка стала чуть сдержаннее.

— Предлагаю поговорить об этом в более спокойном месте.

— Я никуда с тобой не пойду.

— Даже если речь идёт о пропавших людях?

Люмин помолчала.

Он заметил её колебание.

— Поверь, путешественница, я бы с удовольствием пригласил тебя просто на прогулку. Но сейчас у меня действительно есть дело.

— Какое?

— Фатуи обнаружили затопленные руины неподалёку от островов Гуюнь. Предположительно, они связаны с древним механизмом, который способен воздействовать на человеческую память.

Люмин нахмурилась.

— И ты считаешь, что именно он виноват в исчезновении рыбаков?

— Пока это лишь предположение. Но оно объясняет, почему вернувшиеся ничего не помнят.

— А маги Бездны?

— Их следы обнаружили возле входа в руины. Возможно, они тоже заинтересованы в механизме.

Люмин задумалась.

Ситуация выглядела серьёзнее, чем она предполагала.

Но связываться с Тартальей ей по-прежнему не хотелось.

Последствия событий в Золотой палате и появления Осиала она помнила слишком хорошо.

— И почему ты рассказываешь обо всём этом именно мне?

— Потому что ты хорошо умеешь разбираться с древними механизмами и прекрасно сражаешься.

Он улыбнулся.

— А ещё потому, что с тобой гораздо интереснее работать.

— А мне казалось, ты предпочитаешь сражаться против меня.

— Одно другому не мешает.

Люмин покачала головой.

— Ты неисправим.

— Мне часто говорят.

Она скрестила руки.

— И всё-таки. Почему Фатуи понадобилась моя помощь?

На этот раз Тарталья не ответил сразу.

Его взгляд на мгновение задержался на сумке, куда Люмин убрала пластину.

— Исследовательская группа столкнулась с проблемой. Часть проходов оказалась заблокирована, а несколько агентов пропали внутри руин. Мне поручено выяснить, что произошло.

— И ты хочешь, чтобы я сделала за тебя всю работу?

— Нет.

Он выпрямился.

— Я хочу, чтобы мы сделали её вместе.

— Очень сомнительное предложение.

— Не спорю.

Люмин с удивлением заметила, что он больше не пытается превратить всё в шутку.

Тарталья продолжил:

— Я понимаю, почему ты не доверяешь мне после того, что произошло в Ли Юэ.

— Правда?

— Правда.

Она внимательно посмотрела на него.

— Тогда ты должен понимать и то, что я не собираюсь снова становиться частью чужого плана.

Он немного помолчал.

— Понимаю.

— В прошлый раз ты тоже был очень убедителен.

Его лицо на мгновение помрачнело.

Он отвёл взгляд к морю.

— Я не прошу забывать то, что сделал.

Люмин не ожидала такого ответа.

Несколько секунд она молчала.

Тарталья повернулся к ней.

— Но сейчас там пропадают люди. И если за этим действительно стоит опасный механизм, нам лучше разобраться с ним до того, как пострадает кто-нибудь ещё.

Паймон задумчиво почесала голову.

— Вообще-то… здесь он прав.

Люмин посмотрела на спутницу.

— Паймон!

— Что?! Паймон всё ещё ему не доверяет! Но пропавших рыбаков ведь нужно найти!

Люмин тяжело вздохнула.

Она прекрасно понимала, что спутница права.

К тому же изображение цветка интейват не давало ей покоя.

Если руины действительно были связаны с Каэнри'ах, они могли содержать сведения о той части прошлого, которую даже Итэр вспоминал с трудом.

— Хорошо, — наконец произнесла она.

Тарталья улыбнулся.

— Прекрасно!

— Я ещё не закончила.

Он изобразил внимательного слушателя.

— Весь во внимании.

— У меня есть условия.

— Слушаю.

— Никаких секретов относительно механизма. Ты рассказываешь мне всё, что знаешь о руинах и их назначении.

На мгновение Чайлд замер.

Но почти сразу кивнул.

— Договорились.

— Никаких попыток использовать меня в интересах Фатуи.

— Хорошо.

— И никаких самостоятельных решений, которые могут поставить под угрозу пропавших людей.

Тарталья слегка приподнял бровь.

— Ты совсем не оставляешь мне пространства для импровизации.

— Именно на это я и рассчитываю.

Он рассмеялся.

— Ладно. Принимаю твои условия.

Люмин недоверчиво посмотрела на него.

— Так просто?

— А ты ждала, что я начну спорить?

— Вообще-то да.

— Ну, если хочешь, можем поспорить. У меня ещё есть время.

Паймон возмущённо всплеснула руками.

— Вот! Он снова издевается!

Люмин закатила глаза.

— Если я выясню, что ты меня обманул…

— Ударишь меня, — закончил Тарталья. — Я уже понял.

— И не только.

Он заинтересованно наклонил голову.

— О, а вот с этого места поподробнее.

— Тарталья!

— Всё, молчу.

Но улыбка на его лице говорила об обратном.

***

Они договорились отправиться к островам Гуюнь на следующее утро.

Тарталья взял на себя подготовку лодки и необходимых припасов.

Люмин собиралась проверить снаряжение и предупредить Итэра о находке. Для связи во время разлук у них был заранее оговорённый способ обмена сообщениями; саму пластину она решила показать брату лично, когда они увидятся.

— Значит, завтра на рассвете? — уточнила она.

— На рассвете.

— И не опаздывай.

Тарталья приложил ладонь к груди.

— Ради встречи с тобой? Ни за что.

Люмин отвернулась, скрывая невольную улыбку.

— До завтра.

— До завтра, принцесса.

Она остановилась.

Медленно повернула голову.

— Как ты меня назвал?

Чайлд выглядел совершенно невинно.

— Путешественница?

— Тарталья…

Он рассмеялся.

— Ладно, ладно! Не сердись.

Люмин покачала головой и направилась к гостинице.

Паймон поспешила за ней.

***

— Люмин…

— Что?

— Ты ведь ему не веришь?

Они шли по оживлённой улице. Торговцы зазывали покупателей, возле прилавков пахло свежей выпечкой, а над крышами постепенно разливался золотистый вечерний свет.

— Нет, — ответила Люмин.

— Совсем-совсем?

Она задумалась.

— Я верю, что он заинтересован в этих руинах. И что люди действительно пропали.

— А всему остальному?

— Всему остальному нет.

Паймон облегчённо выдохнула.

— Вот и хорошо! Потому что Паймон совершенно не нравится, как он постоянно улыбается!

Люмин невольно рассмеялась.

— Он всегда так улыбается.

— Именно! Это и подозрительно!

— Паймон…

— А ещё он постоянно называет тебя принцессой!

— Знаю.

— И всё время пытается привлечь твоё внимание!

Люмин остановилась.

— К чему ты клонишь?

Паймон хитро прищурилась.

— Паймон просто интересно…

— Нет.

— Но Паймон ещё ничего не спросила!

— И не надо.

Маленькая спутница возмущённо надула щёки.

— Какая ты скучная!

Люмин рассмеялась и пошла дальше.

Она действительно не доверяла Тарталье.

Не после всего, что произошло.

Но одно приходилось признать: рядом с ним редко бывало скучно.

И, пожалуй, именно это раздражало её сильнее всего.

***

Уже возле гостиницы Люмин вспомнила о пластине.

Она достала находку из сумки.

Гравировка выглядела необычно тонкой. Лепестки цветка были вырезаны с такой точностью, будто мастер пытался повторить каждую прожилку настоящего растения.

Люмин машинально коснулась цветов в своих волосах.

Почему именно интейват?

Почему на лодке рыбака?

И какое отношение всё это имело к механизму, который, по словам Тартальи, воздействовал на память?

Она задумчиво повертела пластину.

Внезапно на металле мелькнул слабый золотистый отблеск.

Люмин нахмурилась.

— Паймон, ты видела?

Спутница обернулась.

— Что?

— Кажется, она светилась.

Паймон подлетела ближе.

— Пластина?

Люмин кивнула.

Они вместе рассмотрели находку.

Но металл снова выглядел совершенно обычным.

— Может, это просто солнце отразилось? — предположила Паймон.

Люмин посмотрела на небо.

Солнце почти скрылось за крышами.

— Возможно.

Она убрала пластину обратно во внутренний карман.

Однако неприятное ощущение не исчезло.

Словно находка каким-то образом откликнулась на её прикосновение.

Нужно обязательно рассказать Итэру.

***

В это время Тарталья стоял у пристани.

Вода тихо плескалась о деревянные сваи. Вдалеке покачивались торговые суда, а над гаванью постепенно загорались первые фонари.

Рядом с Чайлдом находился агент Фатуи.

— Господин Тарталья, — осторожно произнёс тот. — Путешественница согласилась?

— Да.

Агент заметно оживился.

— Превосходно. Значит, мы сможем активировать механизм?

Тарталья не ответил сразу.

Он наблюдал за рыбацкой лодкой, медленно возвращавшейся в гавань.

— Пока неизвестно.

Агент нахмурился.

— Но в отчёте сказано, что механизм реагирует на энергию существ, пришедших из других миров.

— В отчёте высказано предположение, — поправил Чайлд. — Не доказательство.

— Однако путешественница действительно обладает такой энергией.

— Именно поэтому она нам и нужна.

Агент кивнул.

— Значит, всё идёт по плану.

Тарталья промолчал.

— Я сообщу руководству, что вы сумели убедить её принять участие в исследовании.

— Не торопись.

Агент удивлённо посмотрел на него.

— Господин?

— Сначала нужно убедиться, что руины действительно реагируют на её присутствие. Я не собираюсь отправлять доклад на основании одних догадок.

— Как прикажете.

Несколько секунд они молчали.

Потом агент осторожно спросил:

— А путешественница знает, почему мы хотим провести её к механизму?

Тарталья медленно повернулся.

— Она знает достаточно для того, чтобы согласиться.

— То есть вы не сообщили ей об исследовательской гипотезе?

— Нет.

— Но если она узнает…

Чайлд бросил на него короткий взгляд.

Агент немедленно замолчал.

Тарталья снова посмотрел в сторону улицы, по которой ушла Люмин.

Перед глазами почему-то возникло её лицо.

Настороженный взгляд.

Серьёзное выражение.

И то, как решительно она потребовала не скрывать от неё ничего, что касалось руин.

«Никаких секретов относительно механизма».

Он сжал пальцы.

Ему было известно, что Фатуи рассчитывали использовать путешественницу для активации древнего устройства.

Но он не знал наверняка, почему механизм должен был реагировать именно на неё и что произойдёт после его запуска.

Разумеется, Люмин не согласилась бы участвовать в исследовании, если бы он рассказал ей всё.

И тогда пришлось бы искать другой способ.

Возможно, гораздо более опасный.

По крайней мере, именно этим Тарталья пытался оправдать своё решение.

— Господин? — негромко позвал агент.

Чайлд отвлёкся от мыслей.

— Что?

— Есть ещё распоряжения?

— Подготовьте лодку. И убедитесь, что припасов хватит на несколько дней.

— Будет исполнено.

Агент поклонился и удалился.

Тарталья остался один.

Ветер с моря трепал концы его красного шарфа.

Он сунул руки в карманы.

И тихо усмехнулся.

— Ну что, путешественница…

Ему вспомнилось, как Люмин пожала его руку.

Как на мгновение задержала взгляд на его лице.

И как предупредила, что не простит нового обмана.

Улыбка постепенно исчезла.

Чайлд прекрасно понимал, что поступает нечестно.

Но задание оставалось заданием.

А если всё пройдёт удачно, никто не пострадает.

Они исследуют механизм, выяснят судьбу пропавших рыбаков, а затем разойдутся каждый своей дорогой.

Люмин, возможно, даже не узнает, зачем её на самом деле пригласили.

Он посмотрел на тёмную воду.

И впервые за этот вечер позволил себе задать вопрос, который старательно отгонял.

А если узнает?

Тарталья вздохнул.

Затем выпрямился и направился к пристани, где готовили лодку.

О завтрашнем дне он подумает завтра.