Между мирами. 3 тома в 1

Пролог

... одной рукой он вёл автолёт, а второй зажимал рану, из которой сквозь пальцы сочилась кровь. В лобовом стекле зияла оплавленная дыра. Он набирал высоту, пытаясь сбросить хвост, и в салоне становилось всё холоднее. Но не это тревожило Криса — от потери крови начало темнеть в глазах, тело слабело. Будь Крис обычным человеком, он бы уже давно отключился, но его тело Рэлита еще держалось.

Крис вдохнул кислород из болтавшейся перед лицом маски. Голова прояснилась.

«По странной случайности Абуш опять уехал именно тогда, когда на меня напали. Есть ли здесь связь?» — подумал Крис.

Автолёт продолжал набирать высоту. Впереди уже маячил знакомый остров, под куполом которого темнели деревья. Крис немного расслабил пальцы, зажимавшие рану, и взглянул на неё.

Плохо. Смертельно плохо.

— А я тебя предупреждал, — прозвучал в голове голос Абуша.

Крис выругался.

— И угораздило же меня так вляпаться!

Едва не теряя сознание от недостатка крови и кислорода, Крис осознал, что бредит.

«Нет, ещё слишком рано... Если я умру, то только забрав с собой тебя, Маркус Дрейк!»

Глава 1. Метрополия

Крис хотел только одного — чтобы Маркус Дрейк был мёртв. Маркус оторвался от председателя совета Рэлитов и взглянул на Криса, словно услышав его мысли. Губы Дрейка застыли в злобном оскале, казалось, он догадался, о чём думал Рэлит. Крис покрутил перстень на руке и просиял ему в ответ: смейся, пока можешь, скоро мы сквитаемся с тобой, Маркус.

Они возненавидели друг друга с самого первого дня, едва оказались в школе Элиты. Прошло двадцать пять лет с тех пор, как они поднялись на самый верх, став членами правительства — Рэлитами, а Дрейк был жив, и этот факт не давал Крису покоя. Но что хуже всего, вот уже долгие годы ненавистный шрам рассекал всю левую часть лица Дрейка, шрам, который Дрейк оставил в насмешку над Крисом как вечное напоминание о том самом дне…

Раздался треск — Сенатор Шоу кинул пепельницей через весь зал в выступающего Святошу Митгара. Пепельница пролетела возле головы Митгара, пробив солидную брешь в цельной столешнице. Митгар выхватил кривой нож из-за пояса и прыгнул на сенатора. Остальные члены Парламента повскакивали со своих мест и, перемахнув круглый стол, бросились в драку. Крис потягивал чай, наблюдая, как сёстры Хэймич таскали за волосы императрицу Грунов Митту, а грузный Жобар пытался скинуть с себя сразу троих Рэлитов.

— К порядку! К порядку, господа и дамы, — кричал председатель совета Райли, стуча деревянным молотком по столешнице, пытаясь успокоить разошедшихся Рэлитов, но это не помогло, и он отдал приказ своему советнику запускать роботов.

Большие золочёные двери открылись, в круглый зал вбежало около двухсот тяжёлых роботов класса А, каждый из которых возвышался над толпой на целую голову. Крис отхлебнул из кружки — Райли оказался слишком предсказуем, но с другой стороны, кто ещё был способен остановить толпу дерущихся Рэлитов?

Пять минут спустя, когда большая часть изрядно помятых роботов вышла, центр зала опустел, а довольные Рэлиты вернулись на свои места. Императрица Грунов всё-таки отомстила, руку одной из сестёр Хеймич залатывал робот-медик. Даже Митгар забыл о покушении на свою персону и заигрывал с длинноволосой блондинкой Блэйт, громко смеявшейся над его шутками. Вскоре вновь наступила тишина, и лишь кучка сломанных роботов на мраморном полу напоминала о недавнем происшествии.

Крис глянул на часы, скоро должны привезти десерт. Едва стрелки коснулись тринадцати, как двери со всех сторон круглого зала парламента открылись. В зал въехали роботы-лакеи и, бесшумно скользя колёсами по полу, вкатили закрытые подносы. Подносы закрывали из-за частых попыток отравить их содержимое, но такая мелочь не могла остановить изобретательных Рэлитов. Крис знал об этом потому, что сегодня сам подкупил одного из поваров.

— … наш любимый город Драккар принёс Метрополии, два и три сотых процента чистой прибыли в этом месяце, — Райли никогда не умолкал, но сейчас он подошёл почти вплотную к Крису. — Мы достигли уникальных показателей среди всех 144 городов нашей планеты, вот почему я горд сообщить, что мы удостоились внимания на самых верхах Метрополии и завтра…

Райли направился в другой конец зала, лавируя между искрящихся поломанных роботов, а Крис вновь переключился на Дрейка. Прямо сейчас робот-лакей поставил перед Дрейком клубничное мороженое на золотой тарелке и уехал, тихо скользя роликами по мраморному полу. Дрейк взял ложку, зачерпнул немного мороженого и застыл в нерешительности. Крис еле сдержал улыбку, пытаясь не выдать себя. Сейчас должно свершиться возмездие! Маркус положил кусок мороженого в рот, прошла секунда, другая и…

Раздался булькающий звук, перекрывший даже гвалт болтающих Рэлитов. Толстяк Жобар всей тушей повалился на вздрогнувший стол. К нему подбежал его советник, потрогал пульс. На секунду в зале повисла тишина, все взгляды были прикованы к лицу советника. Советник покачал головой, и зал взорвался шквалом аплодисментов — Жобар был мёртв.

Майкл, Анна, Шоу, Митгар, Антуан, Элиза, Дрим и многие другие уважаемые политики аплодировали, жали руки, поздравляли друг друга. По традиции собрание правительства не заканчивалось, пока кто-нибудь из Рэлитов не умрёт, и каждый радовался, что сегодня этим человеком оказался кто-то другой.

Аплодисменты не смолкали, а Маркус, сверкая ненавистным шрамом, аплодировал громче всех. Он смотрел прямо на Криса и улыбался ему.

— К порядку, порядку, — кричал Райли, но его уже никто не слушал, Рэлиты расходились по домам.

Зал постепенно пустел, только Крис сидел не шевелясь. Шрам Маркуса Дрейка всё ещё стоял перед его глазами. Шрам, который он ненавидел больше всего.

Часом позже Крис летел на автолёте над сияющим городом. Рядом с ним сидел его советник Абуш Бакински, напротив роботы-телохранители моделей M и N, в этот раз в облике крепко сбитых парней.

— Я убью его, — Крис ударил кулаком по двери, металлическая дверь вздрогнула и слегка погнулась.

— Показывать эмоции не подобает Рэлиту, — сказал Абуш. — Не так-то легко убить Рэлита, тем более такого, как Дрейк. Вы триста четырнадцать раз совершали на него покушение, но ни одно из них не закончилось удачно.

— Триста пятнадцать, — сверкнул глазами Крис. — Не забывай, что эти неудачи не только моя ошибка. Уж не ты ли был моим советником последние четырнадцать лет?

Румянец выступил на впалых щеках Абуша. Он поправил полы длинного плаща и скрестил худые руки.

— Если вы намекаете, что я не справляюсь со своими обязанностями, то завтра же я подам в отставку.

— Отставку? Думаешь, тебе так легко удастся выйти из игры, Абуш? Из правительства есть только один выход.

— Почему бы вам просто не подослать к Дрейку кого-то из нас, господин? — спросил М-телохранитель слегка механическим голосом.

— И что ты ему сделаешь, застрелишь одной из своих пушек? — фыркнул Крис.

М-телохранитель, похоже, обиделся.

— У меня двадцать различных видов орудий, среди которых два тяжёлых. К тому же я хорошо разбираюсь в ловушках и…

— Я прекрасно знаю, что у тебя внутри, ведь это я собирал тебя, болван. Неужели ты думаешь, что тебе удастся убить хоть одного Рэлита? Мы столько лет тренировались не для того, чтобы нас мог убить какой-то робот. Твоё дело защищать, а не нападать.

M-робот хотел снова обидеться, но N прервал его.

— Если вы сами не можете убить врага, то почему бы вам просто не заказать его, господин?

Крис хохотнул.

— Слышал Абуш? Понимаешь теперь, почему ты можешь и не мечтать об отставке?

— Вы сами виноваты, что ваши роботы стали учить вас жизни. Всё потому, что вы дали им неприлично короткие имена.

— При чём тут имена? — напрягся Крис.

— Короткие имена должны быть только у людей из высших сословий. У ваших роботов имена даже короче наших с вами, а ведь они лишь обслуга.

Крис широко улыбнулся.

— Абуш, друг мой, успокойся, — сказал Крис сквозь улыбку. — В сотый раз повторяю, я дал своим роботам короткие имена только потому, что мне так проще считать, сколько моих телохранителей было уничтожено. Поверь, M и N вполне подходящие имена.

— Я не оставлю вас в покое. Не предстало слугам носить имена короче, чем у их господ.

— Я подумаю над твоими словами, — Крис сделал жест, показывая, что не желает дальше продолжать разговор.

Он опёрся на локоть, через окно разглядывая проплывающий город. Внизу опять разыгралась песчаная буря, и пилоту пришлось подняться на максимальную высоту. Отсюда гигантские небоскрёбы казались игрушечными, а нескончаемые потоки автолётов напоминали снующих насекомых.

Раздался безликий голос пилота.

— За нами хвост. Попробую оторваться, держитесь.

Абуш застегнул ремень безопасности и вцепился в подлокотники. Крис, как всегда, проигнорировал предостережение пилота. Турбины автолёта заглохли, машина ушла в крутое пике. Воздух засвистел между крыльев. Здания опасно приближались, когда пилот включил двигатели и начал выравнивать автолёт, выдав около четырёх G. Крис усмехнулся, глядя на бледное лицо Абуша, который всегда с трудом выдерживал перегрузки.

Минут через десять Крис как ни в чём не бывало шёл по кишащему людьми рынку. Абуш остался в машине, а Крис переоделся в обычную для нижнего класса людей одежду — серые мешковатые брюки толстого покроя и серую герметичную толстовку с противорадиационным покрытием. Здесь, внизу постоянно висел густой смог пыли, и Крису приходилось носить фильтры в носу. В десяти метрах впереди и позади Криса шли роботы-телохранители, стараясь не привлекать внимания к себе и одновременно сканируя толпу. В отличие от большинства Рэлитов, он не кричал на каждом углу о своём богатстве, предпочитая в свободное время ничем не выделяться из серой массы нижнего города.

Крис сверился со списком, сегодня нужно купить саженцы тополя для сада, а этот рынок был единственным местом в городе, где продавали растения с Земли.

Впереди что-то происходило, его внимание привлекла куча людей, собравшихся в толпу. Он прислушался, похоже, очередной сумасшедший нёс ахинею доверчивым зевакам.

— Послушайте и вы услышите, внемлите и вам откроется. За зло нельзя отплачивать злом, ибо всякий, кто встанет на этот путь, сам уподобится злу. Но и добро должно уметь защититься, только так вы останетесь собой. Защищайтесь же, защищайтесь, ибо зло уже на вашем пороге, зло повсюду и имя ему Метрополия!

Полицейские стали прорываться сквозь толпу, чтобы добраться до безумца. Увидев копов, зеваки тоже решили отхлынуть от старика. Крис поморщился и пошёл дальше. А ведь так хорошо всё начиналось.

В ухе раздался голос телохранителя.

— Пятнадцать метров. Двое. Быстро приближаются.

— Кто?

— Блэйт и Митгар.

— Рэлиты? Вместе? Интересно… Заманите их на дальний склад, поговорим с ними там, чтобы избежать жертв среди случайных прохожих.

Глава 2. Дорогая покупка

На следующей неделе состоялось очередное тайное совещание Рэлитов. Бодрой походкой Крис зашёл в персональный бронированный лифт. Робот-лифтёр приветствовал его, и лифт плавно двинулся по стеклянной шахте величественного здания Метрополии, самого высокого сооружения в городе. Только минуту спустя лифт вынырнул из смога нижнего города, и солнце залило ярким светом всю кабину.

Крис улыбнулся, как это всегда происходило с ним, когда он покидал мрачный нижний город. За стеклом проплывали огромные серебристые дирижабли, купавшиеся в щедрых лучах солнца, а между небоскрёбов роились, словно муравьи, бесчисленные потоки автолётов. Вскоре городской смог остался глубокой чернотой далеко внизу, вместе с потоками рядовых автолётов и дирижаблей, увешанных рекламой. Они достигли благородного верхнего города, где машины летели уже не так плотно, да и были гораздо большего размера.

— Простите, что перебиваю ваши мысли, сэр, — раздался механический голос робота-лифтёра, — я заметил, вы всегда смотрите на город, когда мы поднимаемся наверх. Я понимаю, это несколько странный вопрос из уст робота, но другие Рэлиты никогда не смотрят вниз. Что вы видите там?

Крис покосился на лифтёра.

Неужели тайная полиция Пэлитов до сих пор проверяет меня? Похоже, даже эту железяку поставили сюда не просто так… Надо что-то ответить, иначе молчание тоже может показаться подозрительным, вот только что?

На его счастье, двери лифта открылись. Он похлопал робота по плечу.

— Спроси меня об этом в следующий раз, приятель.

Крис миновал несколько бронированных дверей и пару секретных проходов, прежде чем попал в парламентский зал. Отодвинул покрытое настоящей кожей кресло и сел за стол из массивного полированного дуба — роскошь, которую на Лотариуме, где древесина ценилась дороже золота, могла позволить себе только Метрополия.

Остальные Рэлиты уже были в сборе, Райли горячо рассказывал о том, как много они делают на благо Метрополии. Крис зевнул и почувствовал чей-то тяжёлый взгляд. Пряча лицо под густой вуалью и надев неестественный парик, на него смотрела Блэйт. Он помахал ей и поискал взглядом своего бывшего друга Митгара. Нашёл он его не сразу, — Митгар пересел на другой край круглого стола, похоже, чтобы держаться подальше от Блэйт.

Сам виноват, не надо было тогда нападать на рынке, тем более вдвоём, будет вам урок. Главное, Митгар вовремя понял, что мы с ним не враги, и что ему не сто́ит безоговорочно доверять всему, что эта ведьма плетёт обо мне за моей спиной.

Настроение стало улучшаться, Крис даже засмеялся. Маркус Дрейк тут же подавился десертом, отчего Крис засмеялся ещё сильнее — ведь сегодня он не пытался отравить его. Побледневший Дрейк выбежал, когда до Криса долетел обрывок разговора соседей по столу.

— Говорю тебе, дело верное. Шоу окупится впятеро, — шептал худой и лысый Рэлит по имени Грэм.

— Тише, вдруг нас кто-нибудь услышит, — зашипел второй, настолько толстый, что ему приходилось сидеть на диване.

Рэлиты покосились по сторонам, но Крис притворился, что внимательно слушает Райли, даже помахал ему рукой. Рэлиты зашептались совсем тихо. До него долетали лишь самые горячие обрывки фраз, но этого хватило, чтобы понять их затею. Грэм, известный мастер ловушек и грязных авантюр, придумал открыть шоу, где богатые будут охотиться на бедных, убивая их в прямом эфире. Но для этого он нуждался в Густафе, имевшем выход на рудники, где трудились всякого рода политические заключённые и рабы Метрополии.

Услышав о рабах, Крис бросил быстрый взгляд на пустое кресло Дрейка. Грэм и Густаф договаривались о доле, когда к нему подошёл Абуш.

— Вы звали?

Крис отвёл его в сторону и рассказал подслушанную новость. Абуш слушал не перебивая, но с каждой секундой становился мрачнее.

— Чего вы хотите от меня? — спросил Абуш наконец.

— Ты должен позволить мне купить их шоу.

— Но это безумие, — Абуш взорвался, — как ваш личный советник, я должен предупредить вас, что так поступать нельзя. Нас просто задавят, — увидев пренебрежительный жест Криса, Абуш продолжил с нажимом, — это не шутки! Нельзя выходить на прямой конфликт с другими Рэлитами.

— Когда нас это останавливало? Разве не мы завладели северным рынком в пятьдесят четвёртом районе пару месяцев назад?

— Тогда нам просто повезло, что на наш след никто не вышел. Но если мы и дальше будем вмешиваться в дела других Рэлитов, то наживём среди них ещё больше врагов. Вы понимаете, что ваши действия могут привести к войне кланов? Прежде чем принимать столь опрометчивое решение, подумайте о ваших людях.

Крис отмахнулся.

— Мои парни обрадуются лишней возможности размяться.

Пока Крис говорил, Абуш через слуг-информаторов разузнал, во сколько им обойдётся шоу.

— Девять миллиардов кредитов?! Вы спятили?

Несколько Рэлитов обернулось в их сторону. Крис взял Абуша за рукав, отвёл подальше и продолжил уже шёпотом.

— Понимаю твоё негодование, старина, у нас никогда не было столько кредов, но доверься мне, вскоре я раздобуду достаточную сумму.

Лицо советника потемнело.

— Я слова вам не говорил, когда вы спускали баснословную кучу денег на свой летающий остров, но… девять миллиардов? Это в полтора раза больше нашего годового дохода, о чём ты думаешь вообще? — прошипел Абуш и выпрямился. — Как советник, я не могу позволить купить шоу. Идти на подобный шаг чистое самоубийство — либо вас разорят, либо вы лишитесь своего поста, либо и то и другое вместе.

Но Крис уже давно всё решил.

— Мы должны купить его, Абуш, — мягко сказал он, положив руку советнику на плечо.

Абуш стряхнул руку, его лицо пошло пятнами. Наконец, он сдался.

— Имейте в виду, когда ваш остров уйдёт с молотка, когда ваши люди останутся без работы, когда ваши фирмы и заводы закроют, а процент вырастет до размера Сверхновой, я скажу вам: а ведь я говорил.

— Я тоже тебя люблю, Абуш, — просиял Крис.

Он вернулся на своё место как раз вовремя. На том конце стола кто-то закашлялся и с хрипом упал на пол. Крис присмотрелся, но этого Рэлита в клетчатом пиджаке он прежде не знал, должно быть, из новичков. Бедняга. Зато прекрасно знал девушку, которая теперь сидела с невинным видом возле его тела.

Советник новоиспечённого Рэлита показал что хозяин мёртв. Аплодисменты вспорхнули к крыше зала и Рэлиты принялись собираться по домам. Мэйли, по прозвищу ядовитый поцелуй, нашла очередную жертву и продвинулась в общем рейтинге ещё на несколько строчек вверх. Крис знал её с самого первого года их учёбы в школе Элиты, ещё с тех времён, когда они вместе охотились на змей, чтобы не умереть от голода. Уже тогда она проявляла интерес к их яду и за долгие годы практики достигла совершенства в отравах.

Когда Крис встал, за соседним столом раздались яростные крики — Грэм и Густаф ссорились и обвиняли друг друга в том, что каждый обманул партнёра и выкупил всё шоу целиком.

Крис ускорил шаг, нужно оказаться подальше отсюда, прежде чем эти крысы поймут в чём дело.

Он уже летел в автолёте, когда позвонил его главный исполнительный директор, доросший после школы Элиты до должности Мэлита.

— Святая Метрополия, Крис, во что ты меня впутал? Кто посоветовал тебе купить это паршивое шоу? Абуш, ты-то почему не отговорил его?

Абуш тоскливо посмотрел в окно.

— Купить шоу было целиком и полностью моей идеей, Френсис, — сказал Крис.

Френсис смачно выругался.

— Ты хоть понимаешь, в какие неприятности мы влезли? Меня уже на части разрывают, требуя вернуть долги.

— Я выплачу их из своего кармана. Не переживай Френсис, пока нет никаких проблем.

— Никаких проблем? Я бы понял, если бы ты купил шоу, чтобы самому показывать, как богатые охотятся на бедных, и зарабатывать на этом деньги. Но ведь ты категорически запретил продюсерам показывать что-то подобное! Мало того, ты выкупил двести каторжников из рудников, и сейчас они просто сидят и ничего не делают. А ведь их надо кормить каждый день, кормить из нашего кармана. А кроме закупок еды, её ведь для них ещё надо приготовить. Где по твоему я возьму столько поваров для этой оравы бездельников? Кругом одни расходы, понимаешь о чём я?

Крис на секунду задумался.

— Ну так пусть кормят друг друга. Выдели им деньги из бюджета.

Френсис опешил.

— Я имел в виду, что надо избавиться от этого отребья, а не кормить их бесплатно… К тому же каторжники совсем не умеют готовить…

— Ну так придумай что-нибудь. Это же твоя работа. Главное, чтобы рабы Метрополии больше не голодали. Если необходимо, то сделай из этого шоу, в чём проблема?

Крис улыбнулся, а Френсис задумался и забормотал нечто невнятное.

— Кулинарное шоу… Каторжники готовят… соревнуются как приготовить вкусную еду… Святая Метрополия, до чего же хороша идея Крис! Это взорвёт все метровизоры. Ты гений!

Френсис отключился, а Крис взглянул на советника.

— Ты что-нибудь понял, Абуш? Я предложил ему кормить рабов за наш счёт, а он опять всё понял по-своему. Может уволить его, и дело с концом?

Абуш хотел что-то сказать, но тактично промолчал.

Этим вечером, Крис снова полетел на рынок. За неделю здесь ничего не поменялось — всё так же между бесконечных лавок сновали пёстрые потоки людей, робо-грузчики тянули большие платформы с коробками и мешками, а продавцы расхваливали свой товар. Всё так же стояла длинная очередь за горячей порцией «Джи-диш», местной уличной едой, популярной в этом районе. И всё так же толпились зеваки возле седобородого оборванного старика.

Сегодня Крис добрался до маленького ботанического сада без происшествий и вовсю занимался своим любимым делом — торговался. Правда низкий, худой, продавец с жёлтыми зрачками и имплантом вместо руки, никак не хотел сбавлять цену.

— Мы не продавать так дёшево, мы сами остаться без прибыли, вы разорить нас, — лепетал продавец с диким акцентом.

Крис не отступал, он уже давно хотел пополнить свой остров новыми саженцами. В списке его желаний сейчас насчитывалось больше ста видов различных растений, и бо́льшую часть из них выращивали только в этом саду, последнем саду на планете, где продавали растения, привезённые с Земли первыми колонистами тысяча триста двадцать четыре года назад.

Обратно к автолёту он стал возвращаться только спустя полчаса. Ему удалось сбить цену чуть ли не втрое, и саженцы уже отправили на его остров. Крис был недоволен. Столько раз он думал, что сбивает цены, но только сегодня понял, как сильно продавцы их завышают. И не будь он сейчас на мели, они так и продолжали бы его облапошивать.

Но вовсе не это огорчало Криса. Вот уже три года, как он искал вторую пантеру, чтобы начать их разводить. Его пантера Месси скучала одна, и он предложил бы любые деньги, чтобы купить вторую, но рынок крупных животных как всегда был пуст.

Стены узкого коридора облепляла живая реклама. Все экраны показывали новое кулинарное шоу-комедию, где готовили не профессиональные повара, а бывшие заключённые рудников. Измождённые мужчины и женщины с горящими глазами соревновались между собой, они часто роняли еду на пол, у них постоянно что-то загоралось на кухне. Когда повар, давясь, съел подгоревшие котлеты одной из участниц, проходившие мимо рабочие засмеялись.

К нему подошёл робот-телохранитель.

— Вам пришло сообщение, господин. Френсис пишет, что новое шоу побило все рекорды просмотров на Драккаре за последние десять лет. Деньги отбились втрое.

Крис кивнул и пошёл дальше. Он подошёл к автолёту, когда нечто странное привлекло его внимание. Возле стены зашевелилась одна из куч мусора, откуда вылез старик с седой бородой, в руках он держал надкусанный хот-дог. Крис узнал старика. Это был тот сумасшедший, собиравший людей вокруг себя.

Старик отряхнул грязь с хот-дога и сел на землю среди куч мусора. Мимо проходили нагруженные покупатели вперемешку с уставшими рабочими, рынок закрывался. Прохожие не обращали внимания на старика, а он не обращал внимания на них.

Крис пересёк людской поток и протянул старику двадцать кредов. Тот автоматически протянул руку и засунул купюру в карман.

— Как дела, приятель? — спросил Крис, возвышаясь над стариком. — Я думал, тебя в прошлый раз утащили копы.

— Разве им под силу угнаться за такой вёрткой уличной крысой, как я? Они только языками чесать умеют.

Полубеззубый рот старика был занят сосиской, а его взгляд медленно, изучающе скользил от носков ботинок необычного человека, возникшего перед ним, вверх к его коленям, вверх к пряжке клапана на поясе, вверх по свинцовой защитной куртке, вверх к вырезу на шее и, наконец, остановился на лице. В тот же миг старик схватился за сердце и со сдавленным криком сполз по стене на землю.

— Что с тобой? Тебе плохо? — Крис нагнулся, чтобы помочь ему, но старик оттолкнул руки Криса и, качаясь, встал.

— Кто ты такой? — закричал он. — Почему на тебе кровь?

Крис оглядел себя, но ничего не заметил. Они стояли друг напротив друга, Крис стеной возвышался над сухим стариком, но тот не боялся молодого Рэлита, а наоборот, словно хотел ударить.

— Нет, — прохрипел старик, — мне не показалось… Ты действительно весь в крови…

Он вытащил двадцатку, кинул её под ноги Крису и, с неожиданной для столь дряхлого тела скоростью, убежал.

Чуть позже вечером Крис стоял в душе. Горячая вода лилась по его обнажённому телу, смывая дневную усталость, а из-под высокого потолка доносилась неспешная музыка. Но ни вода, ни музыка не могли смыть мысль, змеёй крутившуюся в голове.

Ты весь в крови, Крис.

Тот сумасшедший старик не врал — каким-то образом ему удалось увидеть то, что Крис скрывал даже от себя. На его руках было слишком много крови, и он знал, что как бы ни старался, как бы ни мылил своё тело, оно всё равно останется грязным.

Всё началось двадцать пять лет назад, когда его ещё четырёхлетним ребёнком забрали в школу членов Элиты. Это были жестокие времена. Первые три года он провёл в рабстве у старших товарищей. Питался лягушками и гусеницами, чтобы не умереть от голода.

Он посмотрел на свои широкие, мозолистые ладони. Святая Метрополия, как же давно это было…

То были тёмные времена в его жизни. Ему приходилось убивать, но лишь ради того, чтобы защитить себя и дорогих ему людей. Все те долгие годы он стремился только к одному — стать одним из Членов Элиты и изменить этот разлагающийся мир. Но где-то глубоко в нём, внутри его пустой, выжженной души, что-то шевельнулось. Он знал, что лжёт, лжёт даже самому себе. Звуки падающей воды усилились, и он вдруг оказался перед воспоминанием, которое пытался так долго забыть…

Ночью, двадцать третьего числа первого месяца, в шестнадцать ноль-ноль, в его доме раздался настойчивый звонок. Номер не определялся, и когда он ответил, то вместо видео засветился тёмный экран. Из густой, липкой черноты раздалось тяжёлое дыхание, а затем послышались приглушённые всхлипывания.

— Крис…

Он с трудом узнал голос друга.

— Где ты, Ник? Что с тобой случилось? Тебя месяц уже повсюду разыскивают Пэлиты. Ходят разные слухи.

Долгая пауза и снова раздался тот хлюпающий звук.

— Уже не важно… Слушай меня внимательно… Если заметишь, что происходит нечто странное вокруг тебя… То беги, беги и не оглядывайся!

Крис закричал, пытаясь узнать, где Ник и что с ним происходит, но с той стороны раздавались лишь хрипы и страшные, булькающие звуки. Затем сигнал прервался.

Крис вышел из душа, выпустив в раздевалку облачка густого пара. Он не заметил, что снаружи душевой клубился густой туман. Пар и туман смешались, и едва он прошёл полпути до своих вещей, как упал на мраморный пол.

Остров окутал плотный дым. Защитный купол, настроенный открываться только на автолёт Криса, открылся, и мимо него пролетела чёрная грузовая машина без опознавательных знаков. Грузовик приземлился, взбивая густой туман, его задние двери открылись. Наружу вышли шесть фигур в защитных химических костюмах с большой буквой «E» на спинах. В руках они держали длинные шланги, которыми принялись распылять вокруг себя синюю жидкость. Там, куда она попадала, трава становилась сухой и безжизненной. Странные существа хлопнули дверями грузовика и, распыляя жидкость перед собой, двинулись к особняку.

Глава 3. …и плата по счетам

И снова через неделю, Крис, как обычно, поднимался на работу. Лифт выпорхнул из мрака нижнего города. За окном проносились автолёты и чуть выше парили неспешные дирижабли, на чьих больших боках обычно транслировали новости или рекламу. И сейчас на одном из таких рекламных экранов Крис с удивлением увидел знакомого старика. Крупными буквами пробежали субтитры.

«Этой ночью был задержан опасный экстремист. При задержании преступник открыл огонь и был застрелен на месте».

Крис нахмурился. Он точно знал, что старик был безоружен. Если бы старик прятал оружие на теле, то телохранители давно доложили бы Крису. Но... раз в новостях Метрополии так сказали, то значит, так и было. Метрополия не может лгать.

Крис вышел из лифта и, миновав длинный коридор, попал в общий зал, куда потихоньку стягивались остальные Рэлиты. Он сел за стол и пригляделся к окружавшим его людям. Все они были лишь жалкой горсткой мнительных павлинов. Каждый из них заботится о своей шкуре, их головы забиты только тем, как прибавить очередной ноль к своему состоянию. Они забыли с чего начали свой путь, утратили связь с землёй, даже забыли, когда в последний раз спускались в нижний город. А там, внизу, каждый день от тяжкого труда и нищеты умирали люди. И всё лишь для того, чтобы здесь, наверху, продолжались роскошь и изобилие.

Система. Система повсюду. Система создаёт новые законы для людей и корпораций. Система выжимает и перемалывает, только для того, чтобы поддерживать своё извращённое существование. И простые рабочие, на чьих согбенных спинах стоит Система, трудятся ночью и днём, чтобы Система продолжала существовать и дальше. Ещё один день, а за ним ещё.

Но топливом Системы были не только труд и время простых людей. Добыча угля, газа и металлов росла с каждым часом и не планировала останавливаться. Последствия такого варварского обращения с планетой не заставили себя ждать — внизу никогда не прекращались пылевые бури и кислотные дожди, а смог был настолько сильный, что солнечный свет никогда не пробивался через густую мглу.

А над всем этим сиял сверкающий миллионами огней верхний город, где жили избранные. Бизнесмены, политики, звезды шоу-бизнеса и актёры. Через всех них система спускала свои законы вниз, в массы людей. И Рэлиты первые из них, главная обслуга системы. В определённые дни им давали подписывать пустые синте-бланки с закрытым текстом. И сегодня как раз был такой день.

Председатель совета Райли раздавал документы. Перед Крисом легла толстая папка, с красным грифом секретности «Не вскрывать никогда». Он посмотрел по сторонам. Другие Рэлиты уже подписали свои документы, и теперь председатель ходил по кругу, передавая документы роботу-помощнику. Документы, читать которые не было дозволено никому, а тех, кто осмеливался, позже находили убитыми. Или не находили вовсе, как Ника. Крис быстро подписал закрытые синте-бланки через маленькое окошечко, оставленное для подписи, и передал их Райли.

Система… Безжалостная машина, способная перемолоть любого, кто окажется у неё на пути. За одним исключением. Члены Элиты оставались вне системы и были способны повлиять на неё. Вот почему именно он должен стать Членом Элиты, войти в главный совет правителей планеты и повлиять на Систему изнутри.

Крис поймал на себе удивлённые взгляды соседей, наверное, что-то странное в выражении его лица привлекло их внимание. Он быстро сосредоточился на речи председателя Райли.

— … две целых, три десятых из бюджета города, уйдёт на покорение космоса. На Луне строят новую космическую базу, откуда через двадцать лет запустят первый корабль, который отправится за пределы нашей солнечной системы…

Полыхнула вспышка, председатель упал на пол. Рэлиты вскочили со своих мест и бросились к Райли, но тот встал и отряхнулся. То ли стрелок промахнулся, то ли целился не в председателя. За столом лежал очередной труп. Рэлиты зааплодировали непонятно чему радуясь — то ли тому, что Райли не пострадал, то ли тому, что собрание закончилось.

Только Крис не аплодировал. Он сидел и смотрел на безумного Рэлита-новичка, только что пристрелившего ни в чём не повинного Рэлита-учёного, которого Крис знал уже три года.

Но жизнь не стояла на месте, она шла неумолимо и безжалостно, не оставляя времени на передышку, сжимая удовольствия радости до мимолётных вспышек, а горечь печали до нескольких мрачных дней. Так что, уже следующим вечером, Крис, по заранее согласованному графику, посещал с ревизией гостиницу «Метрополь-22». Естественно, всё огромное здание гостиницы предварительно проверили его люди, и Крис откровенно скучал, выполняя рутинные обязанности Рэлита.

Я-то обязан торчать здесь, в отличие от этого счастливчика Абуша. Он поныл, что его укачало в полёте, посетовал на тяжёлую жизнь и умчался домой на магнитном поезде раньше времени. Наверняка уже сидит в любимых тапочках на диванчике, потягивает вечерний коктейль с витаминами и жалуется на босса сварливой жене, под массаж плеч и жвачку для мозгов по метровизору.

Крис фыркнул. Абушу хоть было у кого отпроситься, а у кого отпрашиваться мне?

Автолёт приземлился на крыше, и вместе с телохранителями Крис вышел наружу. Но едва он спустился в здание, как оцепенение скуки спало, и он почувствовал себя загнанным зверем. Повсюду его встречали пустые номера и пустые коридоры, а звуки шагов тонули в мягком ковре. Затем раздался щелчок, двери разом открылись, и оттуда принялись выскакивать вооружённые роботы всех форм и размеров. Телохранители открыли огонь, пытаясь прорваться назад, но все пути отхода перекрыли. По счастью, их оттеснили в угловую комнату, где им удалось забаррикадироваться и продержаться до прилёта машины. Но к тому времени роботы уже прорвались к ним, и внутри завязалась жаркая перестрелка.

На подлёте робот-пилот открыл стрельбу, сломал бронестекло гостиницы и сжёг бластерными пушками нападавших роботов. Но это почти не помогло, казалось, нападавших с каждой секундой становилось всё больше. Автолёт на полном ходу подлетел к зданию, но кто-то выстрелил сверху, и робот-пилот не справился с управлением. Машина едва не врезалась в здание и только в последний момент робот сумел вывернуть, чиркнув по бетону и выбросив сноп искр.

От удара двери машины открылись, автолёт закружило и стало относить назад. В отчаянии Крис выпрыгнул из окна, и, уцепившись за дверь, подтянулся в салон. Стрельба усилилась, оба телохранителя вспыхнули и взорвались, защищая своего господина. Автолёт почти выровнял курс, когда один из нападавших попал в лобовое стекло и метким выстрелом уничтожил пилота. Машина заревела, завертелась как ужаленная и начала падать, но Крис в последний момент успел перехватить управление и вышел из пике.

Одной рукой он вёл автолёт, а второй зажимал рану, из которой сквозь пальцы сочилась кровь. В лобовом стекле зияла оплавленная дыра. Он набирал высоту, пытаясь сбросить хвост, и в салоне становилось всё холоднее. Но не это тревожило Криса — от потери крови начало темнеть в глазах, тело слабело. Будь Крис обычным человеком, он бы уже давно отключился, но его тело Рэлита еще держалось.

Крис вдохнул кислород из болтавшейся перед лицом маски. Голова прояснилась.

«По странной случайности Абуш опять уехал именно тогда, когда на меня напали. Есть ли здесь связь?» — подумал Крис.

Автолёт продолжал набирать высоту. Впереди уже маячил знакомый остров, под куполом которого темнели деревья. Крис немного расслабил пальцы, зажимавшие рану, и взглянул на неё. Плохо. Смертельно плохо.

Он перебрал в голове всех, кто мог желать ему смерти, а потом тех, кто мог попытаться его убить. Первое время он думал на Дрейка, но что-то не вязалось, уж больно не похож был стиль. Наконец, его осенило. Ну конечно, это был Грэм! Человек, у которого он недавно купил шоу. Нет сомнений, это его рук дело. Грэм был известен тем, что заманивал жертв в сложную ловушку, показывал им обманчивый выход, а когда спасение казалось близким, он хладнокровно убивал их, раскрывая перед смертью, что всё это время вёл их прямо в центр своей ловушки.

— А я тебя предупреждал, — прозвучал в голове голос Абуша.

Крис выругался.

— И угораздило же меня так вляпаться!

Едва не теряя сознание от недостатка крови и кислорода, Крис осознал, что бредит. Автолёт тряхнуло, он слишком поторопился задев защитный купол острова при посадке. Руки уже не слушались его, машину швыряло из стороны в сторону. Воздух засвистел за бортом, тело приподняло над сиденьем. И…

Удар!

Его вжало в перегрузочное сиденье. Автолёт пропахал глубокую борозду и срезал несколько тонких деревьев, прежде чем остановиться. Правый двигатель зло загудел и взорвался, по сломанному крылу к кабине стремительно стал подниматься огонь. Ногами Крис выбил заклинившую дверь и, уже теряя сознание, выпал на землю. Последнее, что он успел увидеть, как, опережая робо-медиков, к нему мчалась чёрная пантера.

***

Примечание автора:

Друзья, книга на этом сайте публикуется сразу большим объемом — фактически это ТРИ полноценных тома под одной обложкой (второй том начнётся с 33-й главы, а третий с 91-й).

Три тома под одной обложкой останутся в свободном доступе до финала выкладки и ещё месяц-полтора после. Это мой подарок тем, кто читает и поддерживает книгу на этапе выкладки.

Благодарю вас, что остаетесь «Между мирами».

Искренне Ваш, Тарин Дэйв.

Глава 4. Стиратели

Крис проснулся от мокрого языка пантеры на своём лице. Друг, верный друг… Он погладил пантеру и встал. Календарь показывал тридцать шестое марта триста двадцать четвёртого года от основания Метрополии. Значит, прошло трое суток. В теле чувствовалась лёгкая усталость, но медики потрудились на славу — на левом боку не осталось даже шрама.

Крис спустился на первый этаж особняка и вышел на площадку возле дома. Если была такая возможность, он предпочитал завтракать на улице. Прямо перед домом раскинули свои ветки три величественных, стоивших ему целого состояния, дуба. Робот-лакей уже накрыл стол и стоял рядом с креслом, поджидая хозяина. Когда Крис подошёл, робот поспешил пододвинуть ему стул. Над головой шумели листья, сквозь них пробивалось утреннее солнце, над зелёной травой возле кустов розалии летали белые бабочки, а вдалеке стрекотали кузнечики. Крис вытянул ноги, вдохнул полную грудь свежего воздуха и принялся уплетать яичницу с беконом.

— Ну, — сказал Крис, — давай рассказывай, что нового слышно в мире.

— Ультралевые сместили губернатора штата, но правые подняли шумиху и снова набирают очки. В Драккаре ввели три новых закона — два налога на бедность и один…

— Кончай пережёвывать новостной мусор, я знаю, как он делается. Ближе к сути.

Робот-лакей развёл руками.

— Всё по-старому, мой господин. Мир не меняется. В Метрополии царит спокойствие и стабильность.

— Спокойствие и стабильность… — процедил Крис, разглядывая кусок ветчины с яичницей на вилке, — что тебе известно о стабильности, робот? Знаешь ли ты, откуда взялся… ну хотя бы вот этот кусок свинины?

— Конечно. У нас один и тот же поставщик, мой господин. Мы покупаем мясо у отца Патрика, главного епископа Метрополии.

Крис вздохнул.

— Под стабильностью я подразумевал нечто иное. Ответь хотя бы, как давно прилетели колонисты с Земли на нашу планету?

— Больше тысячи лет назад, мой господин.

— Тысячу триста двадцать четыре года назад, если быть более точным. Земляне пролетели сотни световых лет, чтобы доставить на Лотариум все достижения своей науки и техники. И кто бы мог подумать — Крис рассмеялся — что из всего переданного нашими предками многообразия, мы сохраним только некоторые виды растений и животных. Даже сама память о прошлом была уничтожена, настолько оно оказалось позорным. Мы забыли тысячу лет нашей истории, истории, названной тёмным тысячелетием. Это позор, но ещё больший позор, что почти никому нет дела до прошлого нашей планеты, а тех, кто им интересуется, преследуют и уничтожают…

— Вы намекаете о своей матери?

— При чём тут моя мать? Ты вообще слышишь, о чём я говорю? За тысячу с лишним лет мы потеряли всё, что только возможно: технологии, знания, даже саму связь с Землёй. Лотариум, который с таким трудом колонизировали наши предки, истощён, и его уже никак не восстановить, вот о чём я тебе намекал. А ты травишь мне эти байки, придуманные для многобуквенных. Спокойствие и стабильность, ха!

Крис посмотрел на кусок яичницы с ветчиной и отправил его в рот.

— Я всего лишь робот-лакей, но всё же посмею не согласиться с вами, мой господин. У нас ещё осталось множество технологий с Земли. Взять хоть то же оружие.

— Люди мастера в убийстве друг друга. В оружии мы хорошо преуспели как вид. Но попробуй назвать хоть что-нибудь из мирных технологий, оставленных землянами, и ты не найдёшь ни одной.

Робот на секунду задумался.

— А как же летающие острова?

— Жалкие останки древних технологий. Они уже не летают, только парят в воздухе. Ещё сто лет и их тоже не будет.

— Тогда я не знаю, что ответить. На ваш век этого хватит, господин. Потом Метрополия придумает что-нибудь новое взамен утраченных технологий землян.

— Все так думают, а между тем достижения нашей «науки» только деградируют с каждым днём.

— Позволю себе заметить, что вы пессимист, господин.

— Я реалист.

Крис доел и отправился в мастерскую, где до самого вечера собирал новых телохранителей моделей Q и R. После недавнего покушения тысяч роботов, он понял, что одну из моделей надо оснастить сетью, а вторую — высокочастотным излучателем Фармассена.

Положение Рэлитов давало им одно преимущество перед остальными, менее значительными, членами правительства. Каждый Рэлит имел собственный летающий остров, который был одновременно домом и неприступной крепостью, причём крепостью комфортной, с шиком обустроенной под личный вкус. Большинство Рэлитов строили на своих островах ультратехнологичные здания в десятки этажей, используя самые современные материалы и технологии. Обычно по периметру острова ставили охранных роботов, а дома обустраивали новейшей системой жизнеобеспечения и медицинскими модулями. Дальше этого, фантазия большинства Рэлитов обычно не шла, и они успокаивались. Крис же, ещё с детства возненавидев урбанизацию во всей её «красе», с большой радостью превратил свой остров в маленький тропический рай, парящий в десяти километрах над землёй.

Сразу за величественным особняком начинались плотные джунгли, которые обошлись ему далеко не в один миллиард кредитов. На четырёх квадратных километрах разместились спортивная площадка, сауна и небольшой лагерь, куда он приходил отдохнуть, когда появлялось желание. На острове обитали тысячи видов мелких животных и птиц, завезённых из настоящих джунглей. Накрытый защитным куполом остров находился на замкнутом цикле обеспечения, и даже близкий к субтропическому, климат создавался здесь искусственно. Но не джунгли являлись главной гордостью Криса.

Три года назад, геологоразведчики обнаружили в далёких джунглях Лотариума маленькую чёрную пантеру с перебитой лапой. Пантера пищала, её лапа неправильно срослась, и она не могла ходить. Геологи хотели продать котёнка в зоопарк. Услышав о существовании живого детёныша пантеры, Крис понял, что должен заполучить малыша себе. В тот же день Крис предложил геологам сумму, от которой невозможно было отказаться. Лучшие врачи Драккара взялись за животное и трансплантировали котёнку пантеры новые кости взамен перебитых. После операции пантера совсем ослабла. Он сам выхаживал и кормил её, а через месяц подросшая пантера, уже носилась по острову. Именно тогда, Крису пришла идея воссоздать на острове джунгли. Теперь Месси охотилась на животных, купалась в пруду и лазила по деревьям, чувствуя себя здесь как дома.

За окном стемнело. Крис наполовину собрал новых роботов и пошёл отдыхать. Он сел в траву перед особняком. За оградой покачивались кипарисы, стрекотали цикады, порхали птицы. Олеандр распустил цветы, источая густой аромат мёда. Неподалёку журчал рукотворный ручей. По лёгкому шелесту Крис понял, что к нему крадётся Месси. Он качнулся в сторону, уворачиваясь от её прыжка. Пантера обиженно рыкнула и улеглась у его ног. Он погладил её мягкое, тёплое тело. Месси ласково зарычала и повернулась набок, подставляя живот.

— Я один понимаю тебя, — сказал Крис, вычёсывая её шерсть.

Месси перевернулась на другой бок и взглянула на него. В чёрных зрачках пантеры отражалась полная серебристая луна.

— Я тоже скучаю по родине, — Крис взглянул на небо. — Говорят, у Земли был один спутник, и он оказался так похож на спутник Лотариума, что первые колонизаторы назвали нашу Луну в честь Земной. Интересно, какая она, настоящая луна на Земле? Ты бы тоже хотела её увидеть?

Месси заурчала, зарываясь в его ладони.

Опустилась глубокая ночь. Крис поднялся в спальню, где его уже ждала Месси. Крис сбросил её с кровати, разделся и почти сразу уснул. Только пантера не спала. Месси лежала в его ногах, била хвостом и смотрела на звёздное небо.

Из-под двери пробился густой дым. Пантера зарычала, от её рыка Крис проснулся, и спросонья ему почудилось, что начался пожар. Он пошире распахнул окно, вся долина вокруг особняка оказалась окутана плотной тёмно-серой, клубящейся завесой.

— Какого ларгора тут происходит?

Больше он не успел сказать ничего. Едва дым из-под двери коснулся его ног, как он пошатнулся и повалился на пол. Дверь отворилась, разбрызгивая синюю жидкость из шлангов в комнату ввалились шестеро неизвестных, одетых в защитные комбинезоны с буквой «E» на спинах. Они принялись грузить на носилки безжизненного Криса и пантеру. Остальные разбрелись по дому — некоторые из них копались в роботах, настраивая их переливающиеся во мраке кристаллы, другие переставляли вещи в доме.

Люди с носилками спустили тела вниз, неся их к грузовому автолёту, на боку которого едва проступала грязная и обшарпанная надпись «Стиратели». Стиратели погрузили тела в машину и завели мотор. Грузолёт мягко оторвался от земли и, пролетев сквозь защитный купол острова, полетел не вниз, как ожидалось, а вверх, взяв курс на полную, сияющую в небе луну.

Глава 5. Новый Рэлит

Безучастное к людским судьбам утро вставало над бескрайним мегаполисом, раскинувшимся на сотни километров. Первые солнечные лучи пытались пронизать густой смог нижнего города, но бессильно опали. Сотни тысяч автолётов пролетали мимо небоскрёбов в несколько километров высотой, залетая в одни здания и вылетая из других, словно пчёлы в улья. Только одно из зданий огибали пчёлы-автолёты, матово-чёрное здание Метрополии, главной правительственной организации.

Одна из крылатых машин отделилась от общего потока, нырнула во мрак нижнего города и приземлилась возле здания правительства. Из машины вышел человек в сером защитном костюме. Он прошёл к одному из множества панорамных лифтов, приложил палец к сканеру. Двери лифта открылись. Робот-швейцар поприветствовал вошедшего почтительным поклоном.

— Добро пожаловать, сэр. Вам на самый последний?

Вошедший посмотрел на две кнопки, слегка выступавшие на панели лифта.

— Хорошая шутка, MX-33.

Робот засмеялся приятным, металлическим голосом и нажал верхнюю кнопку. Прозрачные двери начали закрываться, но остановились, ударившись о просунутую кем-то ногу. В лифт протиснулся человек с зализанными назад длинными волосами и гладко выбритым лицом. На нём был надет чёрный фрак и ослепительно-белая рубашка.

— Прошу меня простить, господа, я не представился. Меня зовут Бен, — незнакомец протянул руку с массивным перстнем на мизинце и улыбнулся столь же ослепительно-белой улыбкой, как собственная рубашка. — А как зовут вас?

Человек с русыми волосами на секунду растерялся, словно забыв своё имя. Он посмотрел вначале на Бена, затем на швейцара, будто пытаясь прочитать какую-то подсказку в выражении их лиц.

— Меня зовут Крис, — сказал Крис наконец и пожал руку Бену. Их руки соединились в особом рукопожатии Рэлитов.

Двери закрылись, лифт тронулся, в этот раз уже без происшествий. Мелькали и уносились вниз огни прожекторов, пытающихся разогнать вечную темноту нижнего города.

А у этого парня стальная хватка, он сильный Рэлит, едва ли слабее меня. Надо держаться с ним настороже. С ума сойти, и как только я мог забыть своё имя? Надо что-то сказать, чтобы разрядить обстановку.

— У вас короткое имя, куда короче моего. Должно быть, вы уже давно состоите в правительстве?

— Нет, я только сегодня был переведён сюда, — Бен улыбнулся и достал сигарету. — С вашего позволения.

Крис кивнул. Из груди робота-лифтёра выскочила пепельница, Бен поблагодарил робота и закурил. Заработал кондиционер, вытягивая дым из кабины. Мысли бешено проносились в голове Криса, когда он, наконец, понял, что его смущало.

— Послушайте. Раз вы здесь впервые, то, должно быть, ещё не знаете, что у каждого Рэлита свой персональный лифт. Мы поднимаемся отдельно друг от друга, чтобы избежать покушений.

А что если... — Криса пронзила внезапная догадка. Бен широко улыбнулся и затушил сигарету.

— Не переживайте, я здесь по другим делам.

Он повернулся, открыв беззащитную спину, и уставился сквозь стеклянные двери лифта на мрак нижнего города. Крис нащупал оружие, спрятанное на поясе. Если этот Рэлит сейчас нападёт, то я без труда убью его.

Но ничего не происходило, лифт продолжал подниматься в безмятежную высь города. Незнакомец рассматривал город так, словно и вправду видел его впервые.

— Задумывались ли вы когда-нибудь, зачем вы здесь?

Крис вздрогнул от столь неожиданного вопроса. Неужели этот тип из тайной полиции Рэлитов?

— Затем же, зачем и вы, — начал Крис, осторожно подбирая слова, — чтобы стать одним из Членов Элиты и войти в Высший Совет Метрополии.

Он покрепче стиснул рукоятку бластера на поясе.

— А у меня совсем другая цель, — Бен прилизал волосы назад и повернулся к нему.

Вот оно, сейчас он нападёт.

— И какая же? — спросил Крис, прикрывая широкими полями куртки дуло бластера.

В этот миг лифт затрясло. Нижний город никак не кончался, хотя давно должен был начаться верхний, светлый город. Вместо этого за окнами сгустилась тьма, за спиной незнакомого Рэлита замелькали звёзды. Крису показалось, что Рэлит перед ним вытянулся до гигантских размеров, а сам он ощутил себя ребёнком, стоя́щим перед древним колоссом.

Но всё это было только на миг. Лифт перестало трясти, на улице запылал солнечный свет верхнего города. Перед Крисом вновь стоял тот Рэлит вполне обычного для человека роста.

Лифт остановился, двери открылись.

— Мой этаж.

Бен подмигнул и вышел. Крис удивлённо заглянул внутрь. На предпоследнем этаже тянулся узкий, пыльный коридор, освещённый приглушённым светом жёлтых ламп.

— Не знал что здесь есть остановка, — сказал Крис.

— Я тоже. До сегодняшнего дня. Очень жаль, что мы с вами не поднялись на самый верх… Прощайте, Крис. Надеюсь ещё встретимся.

Бен прошёл по коридору, оставляя чёткие следы в пыли. Двери закрылись, лифт тронулся и почти тут же остановился на следующем этаже.

На следующей неделе всё повторилось, но Крис уже ничего из этого не помнил. Он также ступил в лифт и пошутил с роботом-швейцаром. Робот засмеялся, нажал на верхнюю кнопку. Оба уставились на закрывающиеся двери, но ничего не произошло. Лифт вынырнул наверх и плавно доставил Криса на самый верх здания Метрополии. Он прошёл через несколько бронированных дверей и через секретный проход попал в комнату для совещаний парламента.

Все уже были в сборе, Райли горячо рассказывал о том, как много они делают для Метрополии. Но Крис сотни раз слышал его речи и потому откровенно скучал, как и большинство других Рэлитов. Правда, сегодня место возле его стола пустовало, и эта необычная, коварная пустота притягивала взгляд как магнит.

Крис жестом подозвал своего советника.

— Абуш, разузнай куда делся Грэм.

— Хотите лично свести с ним счёты? Я нисколько не расстроюсь, если кто-то успел прикончить его раньше вас.

— Боюсь, он не из тех людей, которых так легко убить. Такой же вёрткий, как ты.

— На что вы намекаете, господин?

— Ты сам знаешь.

Их взгляды встретились, но Абуш проиграл эту битву.

— Если вы намекаете, почему я не пошёл с вами в Метрополь-22, то…

Крис не слушал. В дальнем углу открылся потайной ход и оттуда вышел неизвестный Рэлит, показавшийся Крису смутно знакомым. На Рэлите была надета серая свободная рубашка, чёрные хлопковые штаны и туфли из натуральной кожи. Рэлит огляделся и направился в его сторону.

Сердце Криса забилось чаще. Он велел Абушу заткнуться и протянул руку, отпуская его. Абуш поцеловал перстень на руке Криса и, кланяясь, попятился назад. Незнакомец увидел пустующее кресло рядом с Крисом, сел, и, ослепительно улыбнувшись, протянул руку с тяжёлым перстнем на мизинце.

— Привет, меня зовут Бен.

— Привет, я Крис, рад знакомству. Мне кажется или мы уже где-то встречались раньше?

— Прости, но вряд ли. Меня только вчера назначили в ваш город, и всю ночь я летел, чтобы успеть сюда вовремя. Тяжёлая выдалась поездка, пролететь два материка, знаешь ли, не шутки, — Бен огляделся. — А у вас здесь не так плохо, как я думал.

Крис тоже огляделся, словно видел зал парламента впервые. Большие столы из массивного дерева составляли круг, в центре круга ходил председатель Райли, рассказывая обычную речь об их достижениях перед Метрополией. Остальные сто сорок два Рэлита управляющих Драккаром, сидели, занимаясь своими делами, и полностью игнорировали председателя.

— А что, разве у вас по-другому? — спросил Крис. — Мне казалось совет во всех городах Метрополии устроен одинаково.

Бен вытащил сигарету, закинул ноги на стол и закурил.

— Когда-нибудь эта привычка меня убьёт, — выдохнул он, выпуская столб дыма в потолок.

Крис уставился на него так, словно Бен прикурил от динамита. Крис ожидал, что председатель вот-вот подойдёт к новичку и вышвырнет вон, но Райли не обращал на Бена ни малейшего внимания.

— У нас вообще всё по-другому, — сказал Бен на выдохе. — Город меньше, Рэлитов меньше. Да даже здание квадратное, а не круглое как у вас, и стол у нас общий, — Бен рассмеялся и прищурился. — Или ты думаешь, что знаешь всё об этом мире?

— Достаточно, — холодно ответил Крис.

Ударил гонг. Роботы-лакеи выкатили маленькие столики. Услужливый робот поставил перед ним поднос и снял крышку, там оказалась большая порция сливочного мороженого. Крис незаметно провёл рукой над десертом. Большой перстень на безымянном пальце остался серебристым. Чисто, никаких ядов.

Крис пододвинул к себе десерт и обомлел. Под тарелкой оказался тонкий бумажный лист, весь испещрённый мелкими буквами. У Криса перехватило дыхание, подумать только, настоящая бумага. Не веря себе и боясь порвать тонкий листок, он осторожно поддел его ногтем, быстро прочитал и бросился прочь из зала.

— Постой куда ты, — крикнул Бен вдогонку, — а как же десерт?

Но Крис уже не слышал его. В его голове вскипали и опадали тысячи мыслей, среди которых одна мысль билась и трепетала громче остальных: как она смогла найти меня? И почему она появилась именно сейчас, когда я только очистил своё имя от всех связей с ней?

Глава 6. Бар «Отравленная вишня»

Телохранители Q и R сидели по обеим сторонам от Криса. Они заказали по бокалу скотча «Метрополия» и делали вид, что пьют. Робот модели Q, выглядевший как молодой менеджер среднего звена одетый в плотное пальто, нагнулся к Крису и зашептал, показывая на барную стойку и кивая в сторону бармена.

— Хорошо, — кивнул Крис. — Не думаю, что из-за этого у нас будут проблемы.

R, выглядевший как старик с морщинистой кожей и кустистыми седыми волосами, пододвинулся к Крису поближе. В этом обрюзгшем, обветшалом на вид теле, сложно было распознать продвинутого киборга на передовых кристаллах. Даже его имплантированные светящиеся глаза можно было принять за обычный протез старика. Крис собирал своих роботов сам и гордился тем, что их почти невозможно отличить от людей.

— Вы слишком рискуете, господин, — сказал старик.

— Всё нормально, R, — ответил Крис, помешивая кубики льда в стакане.

— Я не ваш советник, но даже я понимаю, что вам нельзя встречаться с… ней.

Крис скривился, отпив из стакана. Скотч отдавал металлическими опилками и дешёвым алкоголем, не удивительно что от этого пойла так сносило голову. Крис отодвинул стакан и взглянул роботу в глаза, внутри которых полыхал едва заметный кровавый отблеск.

— Ничего не изменить. Я не могу отказать своей матери во встрече.

— Но ведь она один из самых разыскиваемых преступников на планете! — не выдержал более молодой робот.

— Держи себя в руках Q, — шикнул R, — такие вещи нельзя произносить вслух.

Q покраснел.

— Не дави на него так, — сказал Крис, — он прав. Вы оба знаете, что моя мать возглавляет повстанцев Метрополии, но вам не известно кое-что ещё. Это по моей вине она стала такой. С того дня, как я предал её, прошло десять лет и вот, она решила связаться со мной… Так что да, я не могу ей отказать.

Роботы переглянулись. Крис повернулся к барной стойке спиной и принялся разглядывать посетителей. Основную массу этого заведения составляли рабочие в грязных костюмах. Они давились дымом из трубок, уходящих под потолок, смеялись, играли и просто болтали, запивали всё это дело огромными порциями горячительных напитков низкого качества. По углам, излюбленное место доносчиков и шпионов, сидели двое парней, к которым только что подошёл коп в офицерской форме. От зоркого взгляда Криса не скрылось, что коп сразу же положил себе что-то в карман.

— За нами следят, — шепнул Q.

— Кто? — спросил Крис, оглядывая зал.

Кто из них? Человек с бородой? Модник с руками протезами? Или тот шпион в дальнем левом углу?

Сзади раздалось покашливание. Крис повернулся на вращающемся стуле. По другую сторону стойки стоял бородатый бармен, протирая стакан. Рукава его белой рубашки были закатаны до плеч обнажая мускулистые, покрытые ковром татуировок, руки. Кончики усов бармена дёрнулись, лицо расплылось в подобии улыбки.

— Эй ты, ублюдок, — сказал бармен сквозь фальшивую улыбку, — проваливай отсюда, копов мы не обслуживаем. Топай вон к тому, — он показал на человека с длинными волосами в затасканном плаще. — Частный детектив. Каждый день приходит сюда со своим стаканом и ничего не покупает. Думаю, из вас выйдет хорошая парочка.

Бармен засмеялся своей шутке.

— Я не коп, — сказал Крис мягко, — и уж тем более не детектив. У меня здесь встреча сегодня. Я жду… своего старого друга.

— Друга? — глаза бармена сузились. — Кажется, я где-то уже тебя видел. Да, ты очень похож на одного парня из нашего района… Вот только… давно это было.

— И на кого же я похож? — улыбнулся Крис.

— Однажды я слышал про одного мальчика, родители отдали его в правительственную школу. Он жил прямо здесь, в наших трущобах, поэтому я ещё помню про него. Многие семьи стремятся отдать правительству своих детей, но за пятьдесят лет из наших трущоб забрали только того мальчишку. Я сам был ребёнком когда это произошло, и знаешь что? Ты один в один похож на него.

— Совпадение, — Крис отпил из стакана.

— Можешь отрицать, дело твоё. Тем более что слухи об этой школе ходят страшные. Хоть по метровизору и вешают лапшу, мол, там воспитывают детей в лучшем духе Метрополии, но настоящие люди рассказывают, что на самом деле там происходит. Поговаривают, пятилетних детей там пытают, морят голодом и даже заставляют убивать друг друга. И это самое безобидное, что говорят о тех местах.

— Я тоже слышал подобные байки. Поверь, это выдумки чистой воды.

— Да неужели? А я слышал другое. Говорят, Система сломала детей, и выжившие стали бездушными монстрами, винтиками в мировой системе. Через десять лет дети вернулись домой повидать своих родителей. Отец одного из мальчиков был инженером, а мать изучала прошлое нашей планеты. Родители скучали по своему сыну, но сын уже был не таким, как прежде… Вечером к ним домой прилетела правительственная машина. Его отца заковали в цепи и увезли на рудники, где он проработал три года, прежде чем умер от чахоточной болезни. А его мать… Она выпрыгнула в окно. Полиция подумала, что она разбилась и только поэтому ей удалось спастись. Она упала на крышу пролетающего грузовика и чудом выжила. Шли годы, со временем она стала лидером повстанцев, таким известным, что информация о её делах просочилась даже до небесного дворца Членов Элиты на Луне. Что же касается её сына… Говорят, он как-то выкрутился, даже получил высший пост в правительстве планеты.

Бармен в упор посмотрел на Криса.

— Это ты ищешь Патрицию Бертран?

Перед глазами Криса вспыхнул образ матери. Под тусклым светом ночника мать сидела, зарывшись в кипу старых исторических архивов, кончики её длинных волос ниспадали на стол. Она улыбнулась сыну и исчезла.

Крис стал серьёзным.

— Выкладывай всё, что знаешь, а не то…

— А не то натравишь на меня своих горилл? — бармен засмеялся. — Лучше не дёргайся, моя пушка под стойкой направлена тебе в живот. С самого начала ты был у меня на мушке, кретин.

Бармен смеялся, довольный собой, а его руки продолжали протирать и без того чистый стакан. Телохранители пока не вмешивались.

— Думаешь, меня не предупредили о твоей игрушке? Кретин из нас только ты. Стоишь передо мной, переполняясь от гордости, сияешь как новогодняя лампочка, уверенный и довольный, что подловил меня, настоящего мать его Рэлита. Думаешь, я не боюсь тебя только из-за «горилл» за своими плечами? Ты в корне ошибаешься. На самом деле я, и только я, единственный в этом зале, кого нужно действительно опасаться.

Крис широко улыбнулся, своей особой улыбкой Рэлита. Бармен побледнел, его лицо покрылось испариной, стакан выпал из дрожащих рук и покатился по полу. Под барной стойкой щёлкнуло, с едва слышимым шелестом пушка укатилась в другой конец стола.

— Твоя взяла.

Бармен утёр пот рукавом, повернулся и дрожащей рукой налил себе большой стакан виски и осушил до дна одним залпом. На глазах бармена выступили слёзы, он высморкался в носовой платок и облокотился на стойку, пытаясь скрыть дрожь в руках.

Крис подался вперёд, он хотел преподать бармену урок за наглость, но в баре вспыхнул свет и грянул гимн Метрополии. Весь зал пришёл в движение, люди, морщась от яркого света, стали подниматься со стульев и петь гимн Метрополии. В зале пели все, и даже Крис не был исключением.

Из стен выехали многочисленные экраны метровизоров. На экранах появился большой колыхающийся на фоне неба флаг Метрополии — три соединённых друг с другом треугольника. Гимн грянул так громко, что завибрировали стены. Вскользь Крис заметил, как один посетитель бара отказался петь, и полиция вывела его на улицу.

Постепенно музыка гимна становилась всё тише и, наконец, закончилась. На экране появилось официальное лицо Метрополии, мистер Гаундшмит, мужчина с прямым, мужественным лицом, узкими губами и зорким взглядом. Гаундшмит заговорил бодрым басом.

— Здравствуйте, граждане Лотариума, и снова с вами я, и снова вечерние новости Метрополии. И сразу о главном: сегодня стало известно, что завтра один из Членов Элиты, Его Величество Праудлион, посетит город Драккар. Почти двести лет назад Его Светлость окончил правительственную школу в этом городе и вскоре был помещён в криокапсулу. Пробудившись от долгого анабиоза, господин Праудлион первым делом решил посетить свою родину, чтобы узнать, как теперь поживают его земляки.

Рабочие в зале зашептались и начали переглядываться. Крис подался вперёд, лицо его просветлело. На экранах появился сияющий юноша с пронзительным, глубоким взглядом. Его золотистые волосы ниспадали до плеч, на бледном, утончённом лице ярко проступали алые губы. Он приветливо улыбнулся и помахал людям рукой.

— Мы гордимся тем часом, — продолжил диктор, — когда господин Праудлион стал Членом Элиты. Завтра весь город соберётся на главной площади, чтобы увидеть дирижабль, откуда его Светлейшество обратится к своим согражданам. Мы бесконечно благодарны, что Его Светлость потратит своё бесценное время, чтобы посетить нас, презренных рабов Метрополии, почтенно склонивших свои головы в благоговении перед сияющим светом, нисходящим на нас из чертогов вечного, непреходящего и великолепного Лунного Замка...

— Неправда ли, великий день? — просиял Крис, глядя на бармена.

— Великий, — буркнул бармен, не поднимая головы.

— А теперь о новостях космоса. День и ночь наши доблестные роботы трудятся на орбите, продолжая сооружать самый большой космический корабль в истории планеты — «Grain-1». Проект, начатый сто лет назад, был остановлен из-за экономического кризиса, постигшего Метрополию. Но мы преодолели все трудности, и вот уже десять лет над «Grain-1» продолжают трудиться лучшие умы нашей планеты. Учёные рассчитывают, что вскоре этот проект будет закончен и Метрополия колонизирует первую планету в нашей солнечной системе, а затем корабль-ковчег повезёт людей за её пределы...

— Они ещё при моём отце обещали, что мы полетим на соседнюю планету, — раздался шёпот позади.

— Тише кретин! Сюда копы смотрят.

— …и в будущем мы надеемся встретиться с нашей материнской планетой, Землёй. Из нашего прошлого известно, насколько опасным может быть открытый космос. В дальнем межгалактическом перелёте нас может подстерегать чрезвычайно высокая радиация, проблемы с техникой, метеоритные потоки, электромагнитные бури и даже, возможно, встреча с пришельцами, способными создать угрозу для людей, как вида в целом. Но, — диктор грохнул кулаком по столу, — по моему личному мнению, всё это глупые домыслы сторонников теории заговора. Метрополия неуничтожима и будет жить всегда. Да будет так! — выкрикнул Гаундшмит, ударяя себя в грудь.

Зрители в зале невольно подхватили его крики и жесты, впрочем, эти призывы тоже были неизменной частью новостной программы.

Диктор мягко улыбнулся.

— А теперь к новостям экономики. Добыча полезных ископаемых превысила докризисный уровень. Возросла добыча угля, золота, стали, шварциума, меди, урана и прочих металлов. Парламент города Гермин планирует сократить зависимость от газа на два процента. Инфляция держится на рекордно низком за последние двести лет уровне. В этом году собран хороший урожай пшеницы, бобовых, кукурузы и мильтраны. Также на хорошем уровне продолжает держаться сбор всех прочих культур. Метрополия процветает. Слава Метрополии!

Это восклицание подхватил воодушевлённый Крис, полицейские и шпионы, сидящие по углам бара, и только затем остальной зал. Новости закончились, ведущий исчез, на метровизорах появились три объединённых треугольника как символ единства трёх планет — Земли, Лотариума и Луны.

Гимн закончился, мониторы спрятались в стены. Свет погас, рабочие расселись по своим местам. Мало помалу, в баре вновь заструились клубы дыма и начал разноситься гул голосов вперемешку со звоном бокалов. Крис повернулся к бармену.

— А теперь выкладывай всё, что знаешь о моей матери.

— Прости, но я ничего о ней не знаю, — бармен, казалось, опять набрался храбрости.

Крис нахмурился. Эти игры уже начинали его раздражать. Он полез в боковой карман герметичной куртки. Лицо бармена побледнело, но Крис вытащил оттуда белый, сложенный в несколько раз листок бумаги. Крис протянул лист бармену, тот взял его осторожно, не понимая что держит, как вдруг глаза его расширились.

— Бумага, подумать только, настоящая бумага. Откуда она у тебя?

Крис молчал. Бармен неловко развернул сложенный вчетверо лист и посмотрел его на просвет, всё ещё не веря своим глазам.

— Приходи сегодня вечером в бар «Отравленная вишня». Буду ждать тебя за стойкой. С любовью, твоя П. Б… — бармен понюхал бумагу. — Что это такое, какое-то любовное письмо?

— Это был ключ. Если письмо перехватят, то подумают точно так же. Но я сразу узнал почерк матери.

Бармен отшатнулся от Криса. Бегающим взглядом перечитал записку и вытер потные руки об одежду.

— Только не говори мне снова, что ничего не знаешь про неё, особенно после той слезливой истории, которую ты мне тут так долго рассказывал. Это ведь ты наводчик, о котором говорится в письме?

— Метрополия упаси, — бармен провёл ладонью над запиской и письмо исчезло со стола.

Бармен вновь принялся протирать стаканы.

— А ты хороший актёр. Я даже почти поверил тебе.

— Приходится притворяться, — бармен подмигнул. — На что только не пойдёшь, чтобы избежать жерновов системы.

— Где она?

— Я не знаю где твоя мать, но... знаю людей, которые могут тебе помочь выйти на неё, — бармен говорил тихо и чётко, осознавая последствия каждого слова. — Пройди в дальний зал, там будет лестница на второй этаж. Возле ширмы стоит коп, дай ему сто кредов, он пропустит тебя дальше. Если твоя мать сейчас здесь, то она может быть только там.

Крис поблагодарил бармена и встал, положив на стол сверкающий золотой кредит. Бармен охнул, тут был по меньшей мере его годовой заработок. Он тут же спрятал кредит и ушёл на другой край стойки, помогать роботам-барменам. Крис пошёл в дальний зал, надеясь, что бармену удастся сохранить деньги при себе. Телохранители поднялись следом за хозяином, один шёл впереди, другой позади.

В конце зала стоял полицейский, рослый верзила с таким толстым брюхом, что его не мог скрыть даже тяжёлый синте-бронежилет надетый поверх новенькой серой формы. Крис достал толстую пачку кредов, отстегнул несколько купюр и собрался пройти через плотную ширму, но верзила перегородил ему дорогу.

— Ты один. Им нельзя, — широким подбородком коп указал на роботов-телохранителей.

— Погуляйте пока тут, парни.

За ширмой оказался тёмный коридор, в конце него располагалась лестница, ведущая наверх. На втором этаже было помещение, похожее на первый, но чуть меньше и тише. В комнате стоял полумрак, только несколько пучков яркого света били в дальнем углу, да на всех столах лежали, чуть светясь, большие развёрнутые синте-карты города. В остальном это местная обстановка мало отличалась от той, что лежала внизу. Такие же рабочие точно так же сидели за десятком столиков. И даже дешёвые напитки и курево ничем не отличались от тех, что подавали совсем рядом, за ширмой.

Когда Крис вошёл, все сидящие в зале повернулись в его сторону. Повисла тяжёлая, гнетущая тишина.

— Крис! — из глубины зала, цокая высокими каблуками, выбежала девушка в ярком красном платье и повисла на шее Криса.

— Марта? Что ты делаешь здесь? — спросил Крис, пытаясь стряхнуть девушку со своих плеч.

— Это я тебя должна спросить, — она улыбнулась и, наконец, отпустила его. — Впрочем, неважно, пойдём скорее, я должна познакомить тебя со своими друзьями.

Марта потянула Криса за собой. Тяжёлое чувство пристального внимания поблёкло и опало. Повстанцы, а это были несомненно они, вернулись к своим делам.

Глава 7. Изнанка Метрополии

За столом сидели пятеро. Трое мужчин, один парень помоложе, с больши́м переливающимся в полумраке ирокезом, и девушка с пронзительными зелёными глазами. Двое мужчин, судя по тонким пыльным курткам, узловатым рукам и постоянному покашливанию, были грузчиками из нижнего города. Третьим же, что Крис отметил с удивлением, был менеджер высшего звена. И сейчас именно он прятал одну руку под столом, по всей видимости, держа палец на спусковом крючке.

Марта плюхнулась на потёртое пыльное кресло со следами множества прожогов от случайно упавшего пепла и показала Крису на место рядом с собой. Крис покачал головой.

— Ты так и не ответила. Что ты делаешь здесь?

— Фу, Крис, какой ты настырный, — Марта вытащила из сумочки маленькое зеркало и поправила причёску. — Разве не видишь, что я встречаюсь здесь со своими друзьями?

Крис оглядел повстанцев. Его взгляд встретился с пристальным взглядом зелёных глаз, в которых вспыхнули удивление и… страх.

— Вы знакомы? — спросила женщина с зелёными глазами.

— Да Мелисса. Крис — друг нашей семьи. Он то пропадает куда-то на месяц, то вдруг появляется с большими пакетами продуктов и вещей. Я знаю его уже лет пять, да, точно, мне двенадцать было, когда он впервые пришёл в наш дом. Парень он хороший, вот только тот ещё святоша — постоянно читает морали и учит жизни.

— Ясно, — Мелисса стряхнула пепел с длинной сигареты, — значит, говоришь, святоша… — она сделала длинную затяжку и выпустила дым в лицо Криса. — Что тебе здесь надо, святоша?

Парень с ирокезом рассмеялся, обнажив рот, полный бритвенно-острых зубов. Остальные пока молчали.

Похоже, Мелисса была здесь главной. Крис присмотрелся к ней более внимательно. Её длинные волосы волнами спадали по обтягивающему защитному костюму. Судя по одежде, она, как и тот лощёный менеджер, тоже спустилась из верхнего города. Что такие, как они, забыли среди повстанцев? Но сейчас не это было самым важным. Крис перевёл взгляд на Марту.

— Ты хоть знаешь, кто все эти люди?

— Если хочешь, могу вас познакомить. Это Балдил Фернс, мой парень, там сидит Дворг Гартон, а это…

— Мне не интересны их имена, — отрезал Крис. — Ты понимаешь что все они повстанцы?

— Конечно.

— Ты играешь в опасные игры, Марта Уоррис… Пожалуйста, иди домой.

— Я уже взрослая и сама могу решать, что мне делать, а что нет. Хватит обращаться со мной, будто я маленький ребёнок!

— Ты слышал, что сказала Марта, святоша? — не выдержал Балдил. — Марта не хочет идти домой, правда дорогая? — он вытащил бластер из-под стола.

— Прикончи его, Балдил! — крикнул парень с ирокезом.

Крис закрыл глаза, пытаясь успокоиться. Он опять начинал заводиться. Почему всё время мне попадаются грубые, невежественные, неотёсанные болваны? Парень с ирокезом, словно специально закричал сильнее. Крис глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться. Только бы не натворить бед, только бы не натворить бед…

— Заткнитесь кретины, — щёлкнула Мелисса. — Марта! Убирайся отсюда!

Марта зарыдала и, схватив сумочку, промчалась мимо Криса. Повстанцы в зале оглядывались ей вслед. Процокали каблуки, раздался громкий хлопок дверью, и Марта выбежала из зала.

— Может быть теперь ты присядешь?

Крис скользнул в свободное кресло рядом с Мелиссой и почувствовал, как ему в живот упёрлось дуло бластера.

— Убери-ка эту штуку многобуквенный, пока я не вбил её тебе в глотку, — улыбаясь, Крис смахнул со стола пепел.

— Лучше делай как он сказал, — кивнула Мелисса.

Балдил выругался сквозь зубы, но пушку убрал.

— Удивлён, — оценил Крис. — Как ты поняла, что меня нужно опасаться?

Мелисса, сделав несколько быстрых затяжек, затушила тонкую сигарету.

— Кто видел хоть раз чудовищ, потом всегда различит их в толпе, — сказала она, отводя взгляд. — Вас выдаёт походка, манера держаться, мелкие движения, которых нет у обычных людей, — Мелисса сделала неопределённый жест в воздухе. — Впрочем, мы не боимся чудовищ, мы боремся против них. Есть ещё одна причина, по которой ты до сих пор жив — ты очень похож на неё.

Их глаза встретились, и Крис понял, что она лично знает его мать.

— Кто этот парень, Мелисса? — спросил мистер «бычья шея», обладатель жилистых рук и плотных мозолистых ладоней, немых свидетелей бесчисленных тренировок. Когда он глядел на Криса, ноздри его широко раздувались, а шея невольно подёргивалась.

— Успокойся Дворг. Я знаю его не больше, чем ты.

Дворг метнул тяжёлый взгляд через стол.

— Имей в виду, я не такой трус, как Балдил. Узнаю, что ты путаешься с Мелиссой, закажу тебе билет в крематорий и выпишу солнцезащитные очки. Ты меня понял?

Крис посмотрел на часы. Без пяти восемь.

— Ближе к делу. Когда я могу увидеться со своей матерью?

Мелисса рассмеялась.

— Даже если бы я знала где она, то не сказала, — дрожащими пальцами она зажгла сигарету и выпустила дым. — Да и кому рассказать, тебе? Чтобы в ту же секунду ты отдал её на растерзание копам?

Крис нахмурился.

— В твоих словах много правды, но я не такой плохой, как тебе кажется.

— Все вы двуличные. Вы говорите и обещаете одно, а по факту — её лицо искривилось, и она сказала, пародируя голос из новостей, — «Урожай грёбаных зерновых вырос на шесть процентов. В этом году в нашем грёбаном городе ожидается изобилие». Слушать тошно! Люди голодают, Крис. От рождения до смерти они теснятся в маленьких квартирках, и с каждым днём их жизнь становится только хуже. Растут налоги, цены в магазинах, цены на проезд. Люди боятся — боятся лишиться работы, потерять жильё, боятся рейдов, боятся войны, болезней, новых законов, роста цен, боятся не проснуться завтра понимаешь ты это? А ты строишь из себя святошу. Да, я тоже из богатой семьи, но мы с Балдилом хотя бы пытаемся помочь остальным. А что делаешь ты? Выбрал одну семью и изображаешь из себя добренького благодетеля, чтобы очистить свою совесть? Святоша и есть. Лучше помоги другим, помоги всем, кому можешь помочь, ведь это в твоих силах. Ты Рэлит!

Мужчины переглянулись, ничего не понимая, но им хватило ума не вмешиваться. Крис покачал головой.

— Ты не знаешь, о чём просишь.

Крис посмотрел ей в глаза. Если бы он мог ей всё сказать…

Перед внутренним взором вновь всплыл зал парламента, закрытый бланк с маленьким окошком для подписи, тот звонок в ночи и дрожащий голос Ника…

Усилием воли он вернулся в настоящее. Сказать ей, что от них ничего не зависит? Сказать, что всё, что делает правительство, им спускают сверху? Нет. Произнести подобное вслух, означало подписать всем сидящим здесь смертный приговор.

— Думаешь, я не вижу, что происходит вокруг? Я пытаюсь изменить что могу, но невозможно изменить систему снаружи. Мои родители знали это и заплатили высокую цену, чтобы я оказался там, где сейчас нахожусь.

— Ложь! Ты лжец! — Мелисса вскочила, глаза её сверкали. Повстанцы повскакивали из-за столов и вытащили оружие. Мелисса замахнулась на Криса, но бессильно упала в кресло и закрыла лицо ладонями.

На него смотрело три бластера, два лучемёта, шесть виброножей, одна микрограната, четыре парализатора. Крис быстро просчитал в уме все возможные варианты и собрался действовать, но Мелисса положила ладонь на его руку.

— Не делай этого, — шепнула она и уже громче добавила, — всё нормально, мы просто поссорились со старым другом.

Повстанцы нехотя разошлись по своим местам, но продолжали искоса поглядывать в их сторону.

Дверь зала открылась. Внутрь вошёл худой мужчина с седеющими волосами до плеч, в бежевой грубой куртке и протёртых штанах. Мужчина пошёл между рядами столиков, явно кого-то ища. Фигура вошедшего показалась Крису знакомой. По лицу Криса скользнул взгляд красных, запавших глаз. Аргус Флинт!

Аргус шёл дальше, не заметив Криса, как вдруг, увидел кого-то, с кем, похоже, совсем не хотел пересекаться, потому что попятился и рванул из зала.

— Прошу меня простить, дамы, господа, — откланялся Крис и бросился следом. Никто из повстанцев даже не пытался его остановить.

Флинт нёсся не по годам быстро. Когда Крис добежал до выхода из зала, дверь внизу уже хлопнула. Крис помнил Флинта когда сам ещё был ребёнком. Аргус был другом их семьи, и они часто играли в догонялки вместе. Конечно же, тогда, в детстве, Крис с трудом мог догнать его, но кто бы мог подумать, что Аргус сохранит такую же прыть по прошествии стольких лет!

Крис влетел в гомон нижнего зала. Рабочие пускали дым из длинных трубок, совершенно не обращая на него внимания. Крис огляделся, пытаясь понять, куда пропал Флинт и, куда Метрополия их дери, подевались телохранители?

Почувствовав хозяина, Q, потягивая коктейль из трубочки, помахал ему рукой, когда Крис заметил, как к выходу из бара сквозь толпу пьянчуг протискивается худая фигура Флинта.

Крис бросился за ним, слыша топот обоих телохранителей позади. Он бежал, но сердце его билось, чувствуя неладное. Чем ближе он был к выходу, тем гуще и плотнее становился воздух, а дверь отдалялась назад, становясь всё больше. Воздух сгустился и дрожал, пространство вокруг замедлилось, шаг, другой, третий…

Время загустело, сжалось в один тягучий миг, замирая практически до нуля. Крис видел всё вокруг до мельчайших деталей. Вот женщина роняет сумочку и та медленно летит к земле, вот мужчина поднимает руку, пряча краплёную карту. Лица людей стали вытянутыми, неестественными. Шаг, ещё шаг и…

Крис вырвался на ночную улицу, но лишь для того, чтобы увидеть как багровая вспышка пронзила полумрак улицы. Аргус Флинт пустым мешком упал на пыльную землю и замер. Грузный человек в полицейской форме, опустил руку с бластером, из дула которого в свете тусклых фонарей тянулась тонкая струйка дыма.

Время снова вернуло естественный ход. Ветер гнал по улице пыль, смешанную с клочками мусора. Прохожие отвернулись от полицейского и, стараясь не смотреть в его сторону, заспешили прочь.

Крис подошёл к телу Флинта, пощупал пульс. Мёртв. Аргус мёртв… Крис закрыл пустые безжизненные глаза человека, который прежде был ему дорог, утёр кровь, с бледного лица, покрытого небрежной седой щетиной. Телохранители подбежали, остановившись в нескольких шагах позади.

Крис поднял голову вверх, вглядываясь в злобное лицо копа.

— Чего вылупился? Или и тебя пристрелить? — полицейский направил тяжёлый бластер на Рэлита. — Ну давай, дёрнись, и я скажу, что ты тоже оказал сопротивление при аресте.

Крис медленно, еле сдерживая ярость, поднялся на ноги. В следующую секунду, подобно вспышке, с неба спикировал боевой военный автолёт «Стрекоза». По улице прокатилась волна поднятой пыли. Из «Стрекозы» выбежали тяжеловооружённые военные и взяли их в кольцо. Полицейский выронил оружие.

— Группа D768-альфа, — командир подбежал к Крису и отдал честь. — Ждём ваших приказаний.

Крис метнул взгляд на молодого телохранителя, но у того было удивлённое лицо. Всё ясно, дело рук R. Крис встал, тщательно отряхнулся от пыли и кивнул на полицейского.

— Я только что видел, как этот преступник убил человека. Проследи, чтобы его осудили по всей строгости справедливых законов Метрополии.

Командир отдал честь, полицейского скрутили и хотели уводить, но сквозь кольцо военных пробился пузатый коп, судя по всему, его начальник.

— Отставить парни. Сержант Смит защищался, преступник хотел напасть на него. Я могу это подтвердить под присягой, если понадобится.

Крис огляделся. Вокруг собралась приличная толпа зевак. Трое гражданских помахали руками, привлекая к себе внимание, Крис велел впустить их. К нему пробились двое грузчиков с уставшими лицами и женщина лет сорока, с серым, морщинистым лицом. Все двигались немного скованно и неестественно, однако взгляд их был твёрд.

— Я видел, как старик пробежал мимо, а этот, — один из грузчиков указал на копа, — выстрелил ему в спину, — остальные закивали. Крис посмотрел на командира.

— Думаю, их показаний вам будет достаточно. Заберите свидетелей с собой, и… проследите, чтобы у них не возникло дальнейших проблем.

Командир снова отдал честь, военные потащили полицейского к «Стрекозе». Ноги сержанта Смита загребали пыль, он извивался и кричал.

— Я только выполнял приказ, отпустите меня, отпустите!

Последний свидетель забежал по трапу в военный автолёт. «Стрекоза» стремительно взмыла в затянутое смогом небо и, вспыхнув, исчезла в ночи, обдав толпу волной пыли. Толстый полицейский сплюнул на землю и поспешил удалиться. Уж слишком неодобрительно смотрели на него обычные люди, те самые люди, которых он был призван защищать.

Когда все разошлись, Крис нагнулся и вытащил из крепко сжатой ладони Флинта небольшую полоску бумаги. Быстро, чтобы никто не увидел, Крис прочитал записку и положил в карман, но перед глазами всё ещё продолжали прыгать две строчки, написанные рукой его матери.

«ЗАВТРА ТЫ БУДЕШЬ НАЗНАЧЕН В СОВЕТ ЭЛИТЫ. БУДЬ ГОТОВ К ПОСЛЕДСТВИЯМ»

Так значит это произойдёт завтра…

(конец 7 главы)

От автора:

На Author.Today, да и в фантастической литературе в целом, много классических сюжетов. Но эта история идёт по иному, нешаблонному маршруту, выбиваясь — как мне хочется надеяться — из сотен однотипных произведений.

Миры Между Мирами устроены сложно, и в первых главах видна лишь верхушка айсберга. Но я могу вас поздравить: вы уже стоите на фундаменте постижения тайн этой вселенной. Вскоре, глава за главой вы погрузитесь в суровые законы Междумирья, где в непримиримой борьбе столкнутся волновые ножи против бластеров, доспехи из иных миров против синте-брони, Эфериум против технологий. И в конце концов в этой борьбе схлестнутся сами основы нашей жизни — выбор жёстких, решительных действий, против активных попыток их избежать и остаться в уютном, ламповом мирке, который, увы, навсегда остался в прошлом.

Как бы вы ни крутились, вселенная неизбежно гнёт свою линию. Ненасытная, безжалостная и неостановимая пята Метрополии, тайно раскинувшей сети на сотни миров, уже начала свой путь в сторону (спойлер) в поисках легендарного оружия Крома. А пришельцы-тени уже давно захватили (скрыто за спойлером). Вскоре вам предстоит открыть эти тайны самостоятельно, так что не торопитесь.

Но вот Крису определённо поторопиться стоит — пока он познаёт мир и пытается выжить, решая локальные проблемы, все скрытые силы незаметно размещаются на местах, приходя в максимальную боевую готовность. И не важно, хочет этого кто-то или нет, их столкновение неизбежно приведёт к расколу прежнего порядка.

Информация для самых нетерпеливых:

В ближайших 5 главах Криса ждёт первый шаг сквозь изнанку Междумирья, знакомство с суровыми законами миров Между Мирами и встреча с первыми из пятидесяти инопланетных рас. Том, который вы читаете, полностью завершён в черновике и сейчас находится на финальной стадии редактирования. Вы можете быть уверены, что продолжение откроется перед вами уже завтра, и этот поток не прервётся в ближайшее время.

А вот для самых внимательных:

Вам, любимые мои чтецы, вам, большим любителям покопаться в сюжете, вам, любителям перечитывать и замечать мельчайшие намёки, — всем вам я скажу, что в этой истории нет случайных деталей (кроме опечаток). Рано или поздно всё сказанное (ну или почти всё, ибо я как человек несовершенен) заиграет для вас новыми красками и предстанет в иных, доселе скрытых смыслах. Потому что история миров Между Мирами изначально представляет собой многомерную матрёшку, где все ниточки, ведущие к интригам третьего тома, расставлены по местам и работают на сюжет уже прямо сейчас.

Кстати вы уже заметили, что Метрополия скрывает гораздо больше тайн, чем кажется на первый взгляд? Впрочем, жизнь Криса тоже таит в себе загадки — причём гораздо большие, чем вы можете себе представить. Но всё сказанное мной лишь преддверие настоящих откровений, которые ожидают вас в ближайшем будущем.

(Здесь удалён надоедливый призыв добавлять книгу в библиотеку).

Вы сами знаете, что вам делать.

На самом деле мне прямо сейчас интересно: кто из вас первым догадается, кто такие Стиратели и какую миссию они выполняют?

Или, быть может, вы найдёте куда более интригующую загадку оставленную в этом лабиринте?

Глава 8. Муха в паутине

— … и сегодня, наш любимый город принёс Метрополии, два и три сотых процента чистой прибыли, — голос Райли никогда не умолкал, но теперь Райли подошёл почти вплотную к Крису. — Это уникальные показатели, для 144 городов нашей планеты…

— Он всегда несёт такую чушь?

Крис посмотрел направо. Там сидел незнакомый Рэлит одетый в огненно-красную рубашку и белые брюки.

— Прости, я не представился. Меня зовут Бен, — незнакомец протянул руку через стол, и они обменялись рукопожатиями. — Я новенький, только сегодня прилетел с Авангардии.

— Мы с тобой раньше не встречались? Такое ощущение, что я уже прежде видел тебя.

Бен раскурил сигарету и закинул ноги на стол.

— Возможно, — он выпустил очередную порцию дыма. — Здесь всё так… скучно. В последнее время мне кажется, что один день повторяется за другим… словно я уже всё видел и знаю, что произойдёт дальше. У тебя не возникали подобные ощущения?

Крис покачал головой.

— Держу пари, ты мне не веришь. Смотри, — Бен показал пальцем на Райли. — Через три секунды он запнётся, а вон та дама в белой блузке подзовёт советника и передаст ему нечто маленькое.

Так и произошло. Райли сделал шаг назад и упал, рассмешив остальных Рэлитов. А одна из сестёр Хеймич подозвала советника, и, Крис разглядел только потому, что Бен подсказал куда смотреть, передала ему синий кристалл.

— Как ты проделал этот трюк?

— Никаких трюков. Говорю тебе, у меня такое ощущение, что я всё это видел и слышал много раз, как… как дежавю.

— Больше похоже на шутку. Договорился с другими Рэлитами и теперь разыгрываешь меня.

— Если хочешь, я могу рассказать что ты будешь делать дальше. Или и с тобой я тоже договорился?

У Криса пошли мурашки по телу. А вдруг этот тип не врал?

— Ну если ты такой смелый, то попробуй, — он скрестил руки на груди.

Бен зевнул, протирая глаза.

— Сейчас роботы-лакеи привезут десерт, потом ты получишь странное письмо и уйдёшь из здания Парламента.

— Что десерт скоро привезут, знает каждый. А записку ты сам решил подбросить? Хорошая идея.

Прозвенел гонг, роботы-лакеи вкатили в зал столики с накрытыми подносами. Крис переключился на Дрейка. Робот-лакей поставил перед ним клубничное мороженое со сливками, поклонился и уехал. Дрейк взял ложку, зачерпнул немного мороженого. Секунда, другая и…

Дрейк отложил десерт и посмотрел на Криса. Крис незаметно провёл перстнем над своей порцией мороженого. Кольцо почернело. Отравлено. Похоже, Дрейк перекупил повара на кухне.

Крис сделал вид, что зачерпнул ложкой мороженое и проглотил его. Глаза Дрейка расширились, Крис подмигнул ему и подтянул десерт поближе, но вдруг обнаружил, что из-под чашки торчит маленький белый уголок. Он осторожно достал записку и прочитал.

— Ты… — Крис повернулся к Бену, но место Рэлита уже пустовало. Он подозвал Абуша и велел вызывать автолёт. В ушах глухо билась кровь — записка была написана его матерью. С каждой секундой он чувствовал, как вокруг него всё сильнее сужалась невидимая сеть.

Крис вышел из бара «Отравленная вишня», так никого и не дождавшись. Уже стемнело, сильный ветер гнал по улицам чёрную пыль, едва не сдувая прохожих. Встроенный в куртку датчик погоды показывал: ветер 20 метров в секунду, радиация 200 микрорентген в час. Крис поднял воротник куртки, поправил очки, засунул поглубже носовые фильтры и собрался уходить, когда заметил в пятидесяти шагах вверх по улице мигающие полицейские стробоскопы.

Полицейские, перегородив переулок двумя автолётами, растягивали световые ленты вокруг места преступления. На грязной земле среди бутылок и мусора лежало тело, обёрнутое жёлтой плёнкой. Внезапный порыв ветра раскрыл плёнку, обнажив тонкую женскую руку. Сердце Криса учащённо забилось, он бросился вперёд, ничего не видя перед собой.

— Стой, сюда нельзя, — дорогу перегородили два низкорослых копа с чёрными фильтрами на лицах.

— Я знаю её, это моя мать, с дороги!

Крис легко растолкал копов, которые тут же достали телескопические дубинки, но, по счастью, к ним подскочил усатый майор.

— Что вы делаете, кретины, — прорычал он, — разве не видите, это богатей из верхнего города?

Один из копов снял защитные очки и посмотрел на Криса, сидевшего в пыли на одном колене возле тела.

— Быть такого не может. Что малобуквенный забыл в нашей дыре?

— Почём мне знать, — огрызнулся майор.

Майор подскочил к Крису.

— С вами всё в порядке, господин?

Крис снял очки и вытер лицо тыльной стороной ладони.

— Пыль в глаза попала…

— Вы знали её?

Крис поднялся и, не проронив ни слова, пошёл к приземлившемуся неподалёку автолёту. Из автолёта выбежал Абуш, открыл перед Крисом дверь. Минуту спустя они кружили в потоке машин среднего города.

— Неужели там лежала ваша мать? — не выдержал Абуш.

Телохранители переглянулись. Крис продолжал смотреть в тёмное окно, где, на фоне мрачных силуэтов мегаскрёбов мелькали проносящиеся мимо огни автолётов.

— Вначале я тоже так подумал, — сказал наконец Крис, — но ошибся. И не удивительно, ведь они так похожи…

Перед его глазами ещё стояли каблук, длинное вечернее платье и молодое лицо девушки с алыми губами. Девушки, так сильно похожей на его мать.

Во что же ты ввязалась Марта?

Этой ночью ему снился кошмар. Вместе с другими Рэлитами он сидел в тёмном зале и смотрел на экран, где, сменяя друг друга, быстро двигались картинки. Изображения вспыхивали в темноте и исчезали, вонзаясь в мозг. Потом длинная, извивающаяся трубка-щупальце, опустилась на шею сидящей впереди девушки и вздёрнула её под потолок. Крис попытался сдвинуться с места, но не смог даже пошевелиться. Один за другим щупальца утаскивали людей, а потом и он почувствовал, как вокруг шеи поползло нечто склизкое и холодное. Он захрипел, пытаясь вырваться, трубка-змея ужалила его, вздёрнула вверх, а затем наступила темнота…

Утром, 36 марта 324 года от основания Метрополии, Крис уже не помнил недавнего сна и, как обычно, отправился на работу. Правда, сегодня он чувствовал странную усталость, словно много месяцев трудился без перерыва. Такого с ним не случалось уже лет пять, с тех пор когда он только вошёл в совет Парламента. Он помассировал виски, но бесполезно. Чтобы как-то уговорить себя, он пообещал, что вечером непременно даст себе отдохнуть. Такой простой довод, как ни странно, подействовал, но ненадолго.

Когда автолёт добрался до главного здания Метрополии, Крис чувствовал себя настолько разбитым, что это не укрылось даже от советника.

— Что с тобой? — спросил Абуш. — Выглядишь паршиво.

— Зато ты выглядишь слишком бодрым, — огрызнулся Крис. — Я даже начинаю подозревать, что ты у меня не работаешь.

В кабине автолёта повисла гнетущая тишина, только сидящие напротив телохранители, еле слышно гудели, пытаясь понять, что происходит между людьми. Но, как говорили роботы, подобной функции не было заложено в их кристалл.

На самом деле причина его гнева была вовсе не в Абуше. Он чувствовал, как вокруг него с каждой минутой стягивалась невидимая паутина, настолько тонкая, что он не в состоянии был её увидеть. И именно это чувство не давало ему покоя.

Автолёт приземлился на частной правительственной площадке возле здания Парламента. Лифт взвил его на последний этаж и миновав длинный, пустой коридор, а потом протиснувшись через секретный ход, Крис, наконец, попал в круглый зал Парламента.

Час шёл за часом, а в зале ничего не менялось. Крис откровенно скучал, даже председатель Райли казался сейчас таким же непременным атрибутом зала как, скажем, деревянный стол или тарелка с завтраком стоявшая там же.

Крис посмотрел на Дрейка, тот задумчиво потирал большой шрам на лице. Шрам, который нанёс ему Крис, прежде чем проиграть. Дрейк специально оставил шрам как напоминание о том дне, дне, когда Крис лишился всего. Словно почувствовав его взгляд, Дрейк хмуро взглянул в ответ.

— Если честно, этот тип мне тоже не нравится, — раздался голос из соседнего кресла. Крис увидел Рэлита с русыми волосами. На нём была надета модная аквамариновая, переливающаяся волнами, рубашка и сияющие брюки с золотой пряжкой.

Рэлит протянул руку.

— Привет, я Бен.

— У него такое лицо, словно он человека зарезал, — продолжал Бен после рукопожатия.

— Надеюсь, тебе не доведётся познакомиться с ним поближе, — процедил Крис, — а то ты станешь более красноречив в эпитетах.

Крису казалось он знал сидящего рядом Рэлита давно, хотя мог поклясться, что видел его впервые. Даже когда Бен отъехал к своему столу и забросил на него ноги, Крис не удивился. Не удивился он и тогда, когда Бен зажёг сигарету. Казалось, все эти действия были естественны, в какой-то момент Крис понял, что подсознательно ожидал их. Некоторое время Бен сидел, слушая доклад председателя и пуская дым в высокий потолок, когда нечто странное привлекло его внимание.

— Смотри, что это? — он указал пальцем на ботинки председателя.

Крис подался вперёд. Председатель Райли как раз остановился. На его ботинке лежал большой кусок яичницы, которую подавали на завтрак. Крис позвал Райли, но тот совершенно не обращал на него внимания. Бен встал, помахал руками, но и тогда Райли не подошёл к ним, хотя стоял рядом.

Крис с Беном переглянулись. Бен схватил со стола пустую тарелку и кинул её за соседний столик. Тарелка со звоном упала прямо перед носом сенатора Хогсмида, известного агрессивного политика, как среди врагов, так и среди друзей. Сенатор даже не вздрогнул, рука его скользнула по пустой тарелке и потянулась ко рту, так, словно он продолжал есть.

— Роботы, — крикнули Крис с Беном одновременно.

В следующую секунду сверху упала сеть, схватила несколько столов и втянула их в потолок, но Крис с Беном успели отпрыгнуть и побежали каждый к своему секретному проходу.

Бен с разбега ударил ногой одну из плит, но та не подалась.

— Заперто!

Он бросился к стене, где находился проход Криса. Рэлиты, или, точнее, роботы, которые только притворялись Рэлитами, поднялись и, щёлкая подобно неисправным куклам, побрели за ними.

— Святая Метрополия, да что такое здесь происходит? — Бен достал бластер и начал стрелять по наступающим роботам.

— Хотел бы и я знать, — крикнул Крис, пытаясь открыть секретную дверь в полу, но та сидела как литая.

Ни слова не говоря, Бен прыгнул в сторону, Крис инстинктивно прыгнул следом. В следующий миг с потолка упала ещё одна стальная сетка и бесшумно втянулась обратно. Крис даже дух перевести не успел, как раздался громкий лязг и в полу открылись прорези, откуда повалил едкий дым. Кашляя, Крис выставил бластер на полную мощность и выстрелил в стену. Бесполезно. Бронированная стена, созданная для защиты Рэлитов, даже не нагрелась. С таким же успехом он мог бить по ней рукой.

Ещё мгновение и зал Парламента поглотил густой сизый туман…

Сто сорок четыре человека застыли в креслах зала, похожего на кинотеатр. Пульсирующая музыка на заднем фоне держала сидящих в состоянии транса. Их широко открытые глаза были прикованы к мелькавшим изображениям, а лица казались вылепленными из воска. Монотонный голос диктора впивался в голову, заглушал мысли, подавлял волю, проникал в подсознание. Минута шла за минутой, а час за часом пока, наконец, губы людей не начали шевелиться, сначала тихо, а потом громче, повторяя звучащие слова.

— Подчиняйся. Забывай. Верь государству. Отринь сомнения. Действуй. Подчиняй. Твои цели высшие. Ты всегда прав. Все люди — враги. Верь государству. Цель оправдывает средства. Страх только в голове. Управляй эмоциями. Думай о цели. Уничтожай врагов. Верь государству…

Около часа голоса то становились тише, то гремели так, что дрожали стены, а потом, издав последний возглас, затихли. В зале зазвучала спокойная музыка, напряжённые лица разгладились, глаза закрылись. Из-под потолка спустились извивающиеся щупальца и стали затягивать безвольные тела наверх.

Только один человек остался сидеть с открытыми глазами. Он пытался закричать, но вместо крика из уголков его губ потекла тонкая нить слюны. Щупальца обвились вокруг шеи, человек вздрогнул и, извиваясь словно от ударов тока, исчез под потолком. В пустом зале стемнело.

— Прошло уже несколько дней, но новости о резне в здании отеля «Стил» продолжают будоражить мегаполис. Как сообщает полиция, всё началось с рядовой проверки в баре «Отравленная вишня». На полицейских напали повстанцы и уничтожили патруль, но один из доблестных стражей правопорядка перед смертью успел вызвать подкрепление. Когда на место теракта прибыла полиция вместе с вооружёнными военными, повстанцы уже захватили здание, принуждая рабочих присоединиться к своему антиправительственному движению. В результате штурма отеля «Стил» погибло триста тридцать четыре человека, более тысячи получили ранения. В тот же день по непонятной причине на улицы вышли разъярённые толпы молодёжи, учинив расправу над жителями ближайших округов. Несмотря на усиление комендантского режима, полиция не справляется с возрастающим шквалом преступлений. На сектор наложен режим опасности «S», с изолированием от других секторов и методичной зачисткой. Мы призываем всех добросовестных граждан Метрополии сохранять спокойствие и избегать любых конатков с мятежниками. Достопочтенные Члены Элиты уже выразили свои соболезнования из Лунного Замка всем пострадавшим и пообещали усилить безопасность Драккара. А теперь к новостям экономики…

Луч солнца ударил Крису в глаза. Он хлопнул в ладоши, новостной канал выключился, на окна спустилась затемняющая плёнка. Прыжком встал с кровати и поднялся на верхний этаж особняка, где прямо на крыше стоял большой бассейн. Поплавав в воде и наконец проснувшись, Крис спустился в столовую, где уже был накрыт завтрак — несколько тостов и кувшин молока.

Ощутив появление хозяина, в столовую вошёл робот-дворецкий.

— Вы куда-то собираетесь сегодня, господин?

— Конечно, — сказал Крис, торопливо жуя, — Райли меня с потрохами съест, если я пропущу пятничную встречу Рэлитов.

— Об этом можете не переживать, господин. Из-за объявленного траура все заседания на ближайшую неделю отменены. Члены Элиты сообщили, что в связи с крупным терактом, проведут совещание только среди членов Верхнего Парламента.

Крис задумался. Наиболее важные вопросы Элита решала через Верхнюю Палату, а те уже перекладывали отдельные задачи на Рэлитов вроде него. В сущности, сами Рэлиты не принимали глобальных решений, а только договаривались между собой, кто возьмёт на себя выполнение той или иной части общего плана, и подписывали закрытые синте-бланки, предположительно, с новыми законами.

Он позволил себе улыбнуться. Для него это означало только одно — пока Верхняя Палата совещалась, все другие члены Парламента были предоставлены полной свобод и, следовательно, он получал внеплановый выходной!

Крис был так обрадован этой новости, что не заметил странный, металлический блеск в глазах робота.

Крис надел защитные очки и вышел из особняка. Сверху раздалось яростное рычание, и с дерева спрыгнула чёрная пантера. Робот-дворецкий попятился и упал. Пантера прыгнула хозяину на грудь, повалила его и принялась вылизывать лицо.

— Месси, стой, хватит, мне щекотно, — засмеялся Крис.

— Ваш зверь опять меня напугал, — проворчал дворецкий, поднимаясь с земли. — Держитесь от него подальше, сэр. Ваша пантера плохо на вас влияет. Когда она рядом, вы уже не тот властный Крис, которого все знают. С ней вы только и делаете, что играете и дурачитесь.

— Ты напоминаешь мне Абуша, — Крис рассмеялся, поглаживая Месси. Пантера заурчала и перевернулась набок. Он почесал её и пантера, прищурившись от удовольствия, обнажила крепкие клыки.

Вечером Крис ушёл в галерею. На него накатило вдохновение, и за несколько часов он нарисовал готовую картину. Над бушующим океаном навстречу лунному свету летел буревестник. Картина получилась настолько живой, что ему показалось, будто вода вот-вот начнёт двигаться. Глядя на картину, Крис ощущал что в ней есть нечто важное.

— Ваше лучшее произведение, сэр, — сказал дворецкий, выглядывая из-за спины хозяина. — Луна, волны и эта птица, всё как живое.

Ближе к ночи Крис пошёл в спальню, но ощущение того, что за ним кто-то наблюдал, никак не давало ему уснуть. Он выглянул в окно, но увидел там лишь тёмную массу деревьев, качавшихся на ветру. Через несколько минут враждебное присутствие исчезло, он вернулся в постель и провалился в сон.

В тот же миг автолёт зависший у защитного купола острова, получил сигнал. Купол приоткрылся и большая, запылённая машина устремилась к лужайке перед особняком. Впереди была долгая, мрачная ночь…

Глава 9. Системный сбой

Художник этой иллюстрации: @trratatalo

Крис проснулся от бьющего в глаза солнца. Он специально не тонировал стёкла, чтобы впускать в комнаты больше света. Крис встал и только теперь заметил робота-дворецкого, застывшего в углу.

— Что ты делаешь здесь?

— Жду когда вы проснётесь, господин. Если вы проспите ещё немного, то рискуете пропустить обед.

Смысл сказанного медленно доходил до Криса.

— Обед?! Почему ты не разбудил меня раньше? — он второпях начал одеваться. — Скорее вызови робо-пилота. Шевелись, ну же!

— Неужели вы забыли, господин? Сегодня у вас выходной день, воскресенье.

— Ты шутишь? — Крис посмотрел на часы. — Действительно, воскресенье. Странно, мне казалось, что тридцать шестое марта должно быть пятницей, но на календаре другой день. Очень странно…

— С вами всё в порядке, сэр? — дворецкий исподлобья посмотрел на хозяина.

Крис сел на кровать. Одна штанина была надета, вторая лежала на полу. Внезапно к горлу подступила тошнота, и он бросился в ванну. Его внутренние часы сбились, и чем сильнее он думал об этом, тем хуже ему становилось.

— Что произошло? — спросил Крис, возвращаясь и вытирая бледное лицо махровым полотенцем. — У меня такое ощущение, что события последних дней вылетели из моей памяти. Всё так… перемешалось в голове.

— Странно, но вчера вы спрашивали то же самое и так же плохо чувствовали себя утром.

Робот рассказал, что в четверг Крис поздно вечером прилетел домой и сразу лёг спать. В пятницу собрание отменили из-за теракта в здании компании «Стил», а Крис весь вечер провёл в мастерской и к ночи нарисовал картину.

— Что-что? Картину?

— Именно. Одевайтесь, вы должны сами её увидеть.

Крис поднял бровь. Дворецкий никогда не называл его работы картинами. Он полез в другой шкаф, где лежала одежда для работы в мастерской. На одежде, к удивлению, прибавилось свежих пятен. Похоже, робот не врал, и он действительно вчера рисовал.

Казалось, в мастерской ничего не изменилось. Всё так же висели на стенах старые картины, всюду валялись карандаши и кисточки, и даже пятна краски, однажды попавшие на стены и засохшие там в причудливых формах, тоже оставались на своих местах. Вот только его мольберт кто-то развернул к окну.

Крис повернул мольберт и понял, что такую картину он никогда в жизни не смог бы нарисовать сам. Над бушующим океаном, который, казалось, вот-вот выплеснется наружу, навстречу лунному свету летела большая птица. Уверенные мазки, проработка деталей и теней выдавали в картине руку профессионального художника. Но было в ней ещё и нечто такое, что приковывало к себе внимание, вот только что? Он пока не мог этого понять.

— Ты точно уверен, что я написал эту картину? — наконец спросил Крис. В горле пересохло, он налил себе воды из графина.

— Конечно. Если только вы не заказали её доставкой через окно.

— Не помню чтобы программировал тебя на сарказм.

Крис пытался вспомнить хоть что-нибудь из вчерашнего дня.

— Как думаешь, что за птица тут изображена? — спросил он, указывая стаканом с недопитой водой на холст.

— Буревестник.

— Буревестник? С каких это пор ты стал разбираться в птицах?

Вместо ответа робот развернул картину. На обратной стороне холста была сделана надпись «Буревестник». Крис почувствовал себя идиотом. Разве можно забыть, как ты назвал самую значительную картину в своей жизни? Он допил воду и вышел из мастерской.

На следующий день Крис проснулся и, щурясь, посмотрел в окно. Яркое солнце заливало спящие джунгли. Он огляделся, словно ожидая кого-то увидеть внутри своей спальни, но комната пустовала. Поворчал на дворецкого, которого вечно нет рядом, и пошёл в ванную. Холодная вода помогла проснуться и прийти в себя.

Когда Крис спустился в зал, там его уже ждал неподвижный робот-дворецкий возле накрытого стола. Увидев хозяина, робот ожил и пододвинул перед ним стул.

— Как спалось, господин? — просиял дворецкий.

Крис нахмурился. Что-то в механическом тоне дворецкого встревожило его.

— Прекрасно, — сказал он, пододвигая порцию яичницы с беконом.

— Надеюсь, вы не забыли, что сегодня воскресенье?

— Да, то есть нет, не забыл, — нож в руках Криса застыл на мгновение, но потом снова продолжил отрезать кусочки яичницы с беконом. — Как можно забыть, что сегодня воскресенье? Воскресенье… А почему ты об этом спросил?

— Не знаю, — на лице робота появилось удивление. Он взял салфетку и начал оттирать невидимое пятно со столешницы.

Повисла гнетущая тишина. В пустом зале раздавалось лишь клацанье ножа по тарелке, да шорох, пока робот с усердной тщательностью полировал свой край стола.

После завтрака Крис уже не вспоминал о досаждавших его мыслях. По воскресеньям он всегда отправлялся в мастерскую и решил не нарушать эту традицию. Дворецкий плёлся за ним следом, неся корзину с фруктами — сегодня Крис хотел нарисовать натюрморт. Робот поставил корзинку на стол и собрался уходить, но Крис задержал его.

— Не кажется ли тебе, что с прошлой недели в комнате что-то изменилось?

— Возможно, — дворецкий оглядел мастерскую. — Когда мы вошли, мне тоже показалось, будто здесь чего-то не хватает.

Крис обошёл комнату, пытаясь понять что было не так. Даже инструменты лежали на своих местах, но всё равно что-то не давало ему покоя. Он подошёл к пустому мольберту и уткнул руки в бока.

— Кажется, здесь было что-то нарисовано, вот только я не могу вспомнить что именно, — сказал он, глядя на пустую рамку мольберта.

— Меня тоже не покидает такое же ощущение, господин.

Они с роботом переглянулись. В тот день Крис решил нарушить традицию, которую не прерывал много лет и закрыл мастерскую. Ощущение, что он забыл нечто важное, не покидало его. И было ещё нечто странное в поведении робота, чего он пока не мог понять…

Тем вечером он осмотрел каждого робота в своём доме, всех начиная с лакеев, уборщиков, дворецкого, даже двух телохранителей. Больше всего внимания он уделял их корпусу и кристаллам. Когда поддеваешь крышку на спине робота, находящуюся под слоем кожи, можно случайно оставить царапину. Но корпуса всех роботов изнутри оставались идеально гладкими. Крис даже проверил данные со всех кристаллов за последнее время. Дата и время у всех роботов совпадали: 324 год от основания Метрополии, 13:39, воскресенье.

Крис, наконец, понял, что его смущало. Если данные были в порядке, тогда почему роботы вели себя странно? Он не поленился и достал номер службы поддержки, чтобы узнать, в каких случаях может произойти сбой в памяти робота, но там ответили, что последний подобный случай был зафиксирован сто шестьдесят три года назад. Он всё же договорился с оператором и тот пообещал прислать к нему дежурного техника.

Объёмное изображение оператора пропало. Крис задумался, достал нож, который всегда носил на поясе, снял ботинок и оставил на ступне небольшой порез. Также Крис поменял несколько вещей в зале местами, потом вернулся в мастерскую, взял самую широкую кисточку, побольше красной масляной краски и крупными буквами написал на стене:

ТЕБЕ СТИРАЮТ ПАМЯТЬ?

Крис так устал, что почти не помнил, как добрёл до дома, разделся и уснул. Ему снились беспокойные сны.

Он спал и потому не видел, как в траве возле особняка открылись люки, откуда под давлением повалил странный густой туман. Даже вечно суетливые роботы застывали, когда этот туман касался их. Спящий человек в кровати беспокойно повернулся набок и обнял пантеру. Когда туман затопил весь летающий остров, защитный купол открылся и сквозь него пролетела первая грузовая машина с потёртой надписью «Стиратели».

Грузолёт приземлился, задние двери открылись, наружу вывалились шестеро неизвестных, облачённые в химзащитные костюмы. В руках они держали длинные шланги, которыми распыляли вокруг синюю жидкость — там, куда она попадала, трава становилась сухой и безжизненной. Ни одна из защитных систем острова не отреагировала на их появление. Стиратели уверенно шли по многочисленным коридорам, поднимались по лестницам. Возле спальни они остановились, прикрепили сканер к двери и, только убедившись, что находящийся там человек спит, решились зайти.

Стиратели окружили большую кровать и стянули пантеру, лежавшую рядом с Рэлитом, на пол. Раздался глухой звук упавшего тела. Один из стирателей достал робота-паука и кинул его на спящего человека. Паук принялся шустро ползать по обнажённому телу Криса, сплетя вокруг него за пару минут прочный кокон. На нижних этажах здания в костюмах и масках появились многочисленные техники. Техники вскрывали роботов и вынимали кристаллы, а уборщики наводили порядок в доме.

Когда двое уборщиков в оранжевых костюмах открыли мастерскую, они остановились перед большой надписью во всю стену.

— Что за… — вырвалось у первого.

— Святая Метрополия! Да тут работы на всю ночь.

— Я надеюсь ты взял с собой очиститель для стен, Фрэнки?

— Откуда?

— Твою мать, молись Метрополии, чтобы он был в грузолёте.

— Слушай Эрни… А тебя не смущает… ну… надпись?

— Это не нашего ума дело, — буркнул Эрни, — нам платят чтобы мы убирались, вот мы и будем… убираться.

— Говорил ведь я тебе, не трогать ту картину.

— Ты бы лучше не болтал, а за очистителем шёл, — проворчал Эрни, но Фрэнки его не слушал и всё озирался по сторонам.

— Он и вещи местами поменял, — лицо Фрэнки осунулось. — А вдруг он всё понял? Вдруг сидит в засаде и ждёт, чтобы напасть? — Фрэнки не решался двинуться с места. — Ты же сам знаешь, насколько опасны эти Рэлиты.

— Если ты не хочешь идти к машине, так и скажи, — Эрни сам вышел из мастерской, Фрэнки побежал за ним.

— Подожди, не оставляй меня тут одного. Вдруг он появится.

Дрожащими руками Эрни достал сигарету и закурил на ходу. Если Рэлит всё поймёт, то им действительно придёт конец…

Для Криса же, следующее утро выдалось вполне спокойным и даже обычным. Он проснулся, спустился в гостинную и позавтракал в тишине, а днём отправился в мастерскую. Но внутри что-то сидело, не давало покоя.

Крис обвёл взглядом маленькую комнату, словно чего-то ожидая, но и картины висели на своих местах, да и кисточки лежали там, где он их оставлял в прошлый раз. Всё же сердце внутри тревожно забилось, словно он что-то забыл, вот только никак не мог вспомнить что именно.

Крис попытался сосредоточиться на работе, но работа не шла. Спустя пару часов он вдруг вспомнил, что вчера поранил ногу. Крис внимательно осмотрел лодыжку и бедро, но никаких следов от порезов не нашёл, хотя точно был уверен, что вчера порезался. Он достал нож, посмотрел на лезвие, пытаясь что-то вспомнить, а затем бросился к картинам, висевшим на стенах. Крис брал их одну за другой, разрезал крест-накрест и бросал на пол позади себя. Закончив, прошёл в центр комнаты прямо по хрустевшим под ногами рамкам и холстам.

— Так-то лучше.

Крис вернулся в особняк. Когда он проходил мимо зала, то в гнетущей тишине раздался длинный, протяжный звонок. Звонок не смолкал. Крис замер возле видеофона, решаясь принимать вызов или нет, но всё же нажал на рычаг. Экран осветился глубокой чернотой. С той стороны послышалось тяжёлое дыхание, а затем раздались громкие всхлипывания и жуткие булькающие звуки. Несколько секунд спустя вызов завершился громкими гудками.

Крис решил, что с него хватит. Пора действовать по запасному плану. Он вызвал робота пилота, на ходу схватил заранее собранный для такого случая драп-рюкзак и пинком активировал дремлющих роботов-телохранителей. Автолёт полетел на юг, вылетел за пределы мегаполиса и отправился дальше. Вскоре под бортом автолёта потянулось серо-стальное море. Они летели так несколько часов, когда впереди показалась небольшая группа островов. Крис приказал пилоту спуститься.

Автолёт приземлился уже в полной темноте. Крис вышел и присмотрелся к небу, но ни одна из звёзд не двигалась. Если погоня и была, то преследователи никак не выдали себя. На всякий случай он решил переждать несколько дней на этом островке. Нужно было окончательно убедиться, что за ним никто не следит, прежде чем отправиться в последнее секретное убежище. Он выставил телохранителей в режим охраны, растянулся внутри автолёта и уснул.

Когда утром Крис проснулся, первым делом он взглянул на часы, стоявшие в конце спальни. Святая Метрополия, неужели уже утро?

Он так ужасно себя чувствовал, что буквально был погребён под тяжестью одеяла. Вставать с кровати совсем не хотелось. Ночью его терзали странные кошмары, ему снилось, что он долго летел в одну сторону, а потом… Он не мог вспомнить, что именно произошло. Как хорошо, что сейчас он дома, в своём особняке и своей кровати…

Он помассировал виски и встал. После контрастного душа стало лучше.

Посвистывая, Крис спустился на кухню и уже потягивал свежезаваренный кофе, когда раздался входящий звонок с гербом Метрополии. Крис аж поперхнулся от неожиданности и едва не уронил кружку на мраморный пол.

Видеофон прогремел пару раз, затем без всякого предупреждения на кухне появилось изображение председателя парламента Райли. Крис не подал виду что удивился.

— Вот уж не ожидал, что тебе так не терпится меня увидеть.

— Привет, Крис, — Райли улыбнулся, его лицо сияло свежестью, а костюм сидел на как влитой. Он огляделся. — А у тебя неплохая норка. Да и ты сам прекрасно выглядишь сегодня.

— Хватит лести старый пройдоха, ближе к делу. Ты же знаешь как Рэлиты ценят своё время.

Райли рассмеялся.

— Вот уж чего, а времени у тебя навалом, и мы оба это знаем. Заседания отменили из-за резни в отеле «Стил», так что собраний в ближайшую неделю не будет.

— Тогда зачем ты меня тревожишь? Не мешай отдыхать и проваливай с моей кухни.

Райли ухмыльнулся.

— Ты не поверишь, но у меня радостные новости.

— Что на этот раз? Опять увеличилась урожайность пшеницы? Или в этом месяце подскочила добыча редкоземельных металлов на «моих» рудниках? — Крис намазал масло на хлеб. — Что же, я очень рад за Метрополию и всё такое, но мне сейчас некогда.

— Да брось ты, я бы не стал звонить из-за подобной ерунды. У меня куда более интересные новости. Меня, как председателя Парламента, попросили передать, что с тобой хочет встретиться кто-то из Элиты... Крис?!

Крис подавился кофе.

— В следующий раз перед такими новостями лучше предупреждай заранее. Кто из Светлейших хочет меня увидеть?

— Ты же сам захотел, чтобы я перешёл сразу к делу, — хохотнул Райли. — С тобой хочет поговорить великий основатель Драккара, Его Светлейшество Праудлион.

— Уже известно, чего от меня хочет Его Светлость?

— Ходят разные слухи.

— Не темни.

— Поговаривают, Члены Элиты хотят принять в свои ряды двух новых Рэлитов из нашего города. Но это только слухи, имей в виду, я не знаю интриг, происходящих в Лунном Дворце, наверху. Даже сейчас я звоню тебе не официально, а по-дружески.

— Понятно. Чего хочешь взамен?

— Совсем немного, всего лишь первым узнать, чем закончилась ваша беседа со Светлейшим. Ну и если что, помни, кто помог взойти тебе наверх, — Райли подмигнул.

— Конечно, — кивнул Крис, думая о том, какую игру затеял председатель.

— Я знал, что могу рассчитывать на тебя. Тогда собирайся, машина Элиты уже вылетела за тобой.

Райли отключился. Крис пошёл в гардеробную, сердце радостно стучало.

Если Райли не обманывал, а, скорее всего, так и было, то Праудлион хотел объявить, что скоро я стану одним из Членов Элиты. Теперь понятно, почему старик темнил. Скорее всего, он уже был в курсе дел, просто не хотел этого показывать. Вот пройдоха, сложно подумать, что такого прожжённого Рэлита как председатель, что-то могло выбить из колеи. Неужели старый плут мне завидует?

Едва Крис закончил одеваться, как раздался входящий сигнал с просьбой на посадку. Он посмотрел на монитор, куда транслировалось видео с камер по периметру острова. Ни с чем нельзя было спутать большой белый автолёт, вдвое больше собственного автолёта Криса. На крыше автолёта Элиты красовался герб Метрополии в виде трёх вписанных друг в друга треугольников.

Крис снял защиту над островом и побежал по ступеням вниз. Он выбежал на улицу как раз вовремя. Срывая пучки зелёной травы, автолёт Метрополии с трудом приземлился на маленькую для него посадочную площадку.

Двигатели автолёта продолжали работать. Огромных размеров дверь отъехала, из кабины высунулась рыжая девушка в мерцающем вечернем платье, обнажавшем длинные белоснежные ноги. Тонкое платье девушки трепало ветром на гибком теле. Держась за волосы, она крикнула, пытаясь перекричать рёв двигателей.

— Мистер Крис, рада с вами познакомиться. Меня зовут Элеонора Райт, у нас очень мало времени, скорее прыгайте на борт.

Глава 10. Подопытный кролик

Элеонора взяла Криса под локоть, провожая внутрь автолёта. Большая дверь с мягким шумом закрылась, гул двигателей сразу стих. Внутри автолёт напоминал небольшую стильно обставленную квартиру. С высокого потолка свисали блестящие светильники, на полу, возле столика с фруктами и вином стояли кожаные диваны. За столиком сидел худощавый белокожий парень-альбинос с красными глазами. Не сгибаясь, Крис прошёл за Элеонорой по белому ковру. Едва все уселись на диваны, как автолёт резко взмыл ввысь.

Когда перегрузка исчезла, Крис смог получше изучить своих спутников. Белая кожа Элеоноры, её волосы и манеры выдавали её происхождение из богатой семьи. Такой же вывод можно было сделать из того, что она не удивилась, попав на летающий остров. Вероятно, она либо жила на таком, либо часто на них бывала. Блондин же сидел, скрестив тонкие пальцы на животе и закинув ногу на ногу — никаких манер. Скорее всего, он был либо её парнем, либо телохранителем. Крис улыбнулся. Даже если альбинос её охранял, то для Рэлита он не представлял никакой угрозы.

Крис постарался скрыть своё волнение от скорой встречи с одним из Светлейших Членов Элиты. Он откинулся на спинку дивана и огляделся по сторонам.

— Прекрасная машина, никогда прежде не летал на такой.

— Если честно, — сказала Элеонора — я уже привыкла и не замечаю этой роскоши, хотя многие Рэлиты, наподобие вас, восхищаются, впервые попав на борт.

Элеонора стала разливать вино по бокалам. Крис незаметно провёл правой ладонью над своим. Перстень на безымянном пальце остался чистым. Элеонора и блондин уже выпили и тихонько болтали.

— Какой богатый букет, — удивился Крис, попробовав вино, — неужели натуральное?

— Конечно. Члены Элиты признаю́т только натуральные вещи.

Элеонора улыбнулась и поправила платье, слишком сильно оголившееся на бёдрах.

— А ваш друг робот или он не умеет поддерживать диалог? — Крис кивнул на блондина.

— А, — отмахнулась Элеонора, — это мой помощник. У него нет фамилии, только номер, JFR-1451, поэтому я зову его кратко — Джеффри. Ему не положено вмешиваться в беседы с людьми нашего ранга. Он находится здесь чтобы составлять мне компанию.

— Неплохая работа пить вино и молчать. Даже я бы не отказался от такой.

Они рассмеялись, напряжение вокруг спало, да и вино хорошо расслабляло.

— Откуда ты? — спросил Крис. — Ты не удивилась, оказавшись на моём острове.

— Сегодня вы задаёте вопросы, мистер Крис? — улыбнулась Элеонора. — Вы правы, я тоже родом с парящих островов. Мой отец довольно известен в нашем городе, думаю, вы не раз пересекались с ним по работе.

— Уж не тот ли самый Райт, которому принадлежит весь северный округ Драккара?

Элеонора кивнула. Теперь становилось понятно, почему такая симпатичная девушка летала на правительственном автолёте.

— Уже известно, зачем я понадобился кому-то из Элиты? — спросил Крис как бы между делом, продолжая потягивать вино.

— О подобных вещах нам не докладывают. Но уверяю вас, причин для беспокойства нет, будь всё так плохо, за вами прилетели бы совершенно другие люди. Наша же задача доставить вас в целости и сохранности.

Крису стало холодно от её последних слов. И хотя в салоне было тепло, а перед ним сидела, улыбаясь, прекрасная девушка, он почувствовал, что угодил в ловушку. Он попробовал встать, но сразу же упал назад.

— О-о-о, осторожнее мистер Крис, мы только что вошли в поворот.

— Ложь!

На остром лице блондина расплылась хитрая улыбка. Крис попробовал встать снова, но ноги отказали. Челюсть хрустнула, он раскусил стимулятор, спрятанный в зубе. Сознание сразу прояснилось. Со всей силы он метнул бокал в довольное лицо блондина. Джеффри схватился за лицо, Элеонора попыталась ударить Криса в шею, но он откинул гибкую девушку.

Снизу вынырнул блондин, теперь уже он не улыбался, его лицо и одежда были забрызганы кровью. По его плавным, выверенным движениям, Крис сразу понял, что перед ним либо боец, либо андроид.

Альбинос ударил, но промахнулся. Его нога попала в стол, пробив толстую столешницу так легко, словно та была сделана из фанеры. Действие стимулятора стало спадать, тело Криса переставало слушаться и другой удар пришлось блокировать рукой, отчего он едва не свалился с ног. Он потянулся в рукав пиджака, где прятал стальную струну, но споткнулся и повалился на пол. Последнее, что он увидел, как Элеонора вцепилась в его ноги, а блондин с налитыми кровью глазами занёс руку для удара.

Крис провалился в темноту.

Неужели это… конец?

Темнота сгущалась, накрывала его как покрывало, тянула за собой в бездну, из которой не было выхода, в глубокую пучину, откуда невозможно было уже подняться к свету. Ему хотелось спать, глаза закрылись, он окончательно погрузился в темноту, вот только какой-то жужжащий звук никак не давал ему заснуть.

Перед глазами проносились события из жизни. Ну вот и всё, появилась и исчезла мысль. Вот он совсем маленький боится грозы. Жужжание усилилось. Вот он обнимает отца с матерью. Вот они идут вместе в магазин. Вот празднуют день рождения. Вот родители отдали его в школу Элиты. Жужжание становилось громче. Вот старшие мальчишки взяли его в рабство и надели ошейник. Вот он работает под холодным дождём. Вот они смастерили луки и восстали. Жужжание оглушало. Вот он вернулся домой на каникулы, заснул и спал, спал так долго в своей кровати, что мать пришла и трясла его за плечо, а он так хотел спать…

— Вставай Крис, вставай! — жужжала мать.

Он попытался скрыться, зарыться глубже под одеяло, спрятаться от настойчивого жужжания и матери, но голос матери становился настойчивей, а потом её руки затрясли Криса за плечи, и она крикнула изо всей силы.

— ОЧНИСЬ КРИС, ОЧНИСЬ!

И Крис проснулся. Он почувствовал, что лежит на чём-то мягком, над головой раздаётся страшный жужжащий звук. Крис открыл глаза, но на них была повязка. Он попробовал пошевелить руками и ногами, но они оказались связаны. Где-то неподалёку раздался встревоженный голос.

Жужжание стало ближе, нечто острое коснулось кожи на голове. Крис изогнулся от боли, казалось, в череп вгрызлись тысячи кинжалов. В панике он дёрнулся, напрягая все силы Рэлита. Кланк! С сухим щелчком оторвалась одна из его пут, он наугад ударил вверх, он бил ещё и ещё, что-то мягкое повисло на его руке, пытаясь её удержать, он ударил наотмашь и…

Неожиданно звуки стихли. Крис сорвал с головы белую плотную тряпку и едва не ослеп от яркого света. Над ним нависало множество механических ног, каждая заканчивалась острым инструментом. Крис попробовал снять путы, но действовать одной рукой оказалось неудобно, и он попробовал вытащить вторую. Он нашёл застёжки ремней, с двумя руками дело пошло быстрее. Освободил тело, принялся за путы на ногах. С ними пришлось повозиться, тело ещё плохо слушалось его.

Только освободившись полностью, Крис позволил себе оглядеться. Он сидел на кушетке в белой операционной. Над ним нависали два робота-хирурга, ощетинившись многочисленными скальпелями и пилами. Слева у стены стояли технические блоки и несколько чёрных стульев, вмонтированных в пол. Справа находился умывальник, а возле…

— Ты! — прорычал Крис, и хриплый звук собственного голоса показался ему незнакомым.

Возле шкафов, в дальнем углу лежала Элеонора. Только теперь вместо вечернего платья на ней была белая медицинская одежда и шапочка для волос, но даже в таком виде он узнал эту рыжую бестию.

Рывком Крис встал с кушетки и тут же об этом пожалел. Голова закружилась, перед глазами потемнело. Когда стало легче, он на негнущихся ногах подошёл к девушке. На лице её был след от удара, она лежала не шевелясь и почти не дышала. Крис встряхнул её так, что у неё клацнули зубы, но она так и не пришла в себя.

Снаружи что-то ударилось в дверь операционной. Крис отпустил Элеонору и увидел на белом халате кровавые отпечатки своих рук. Только сейчас он заметил, что по его лицу стекала кровь. Он подошёл к умывальнику и посмотрел на себя в зеркало. Кто-то снял его одежду и переодел в полосатую больничную пижаму. Причём похоже давно — на лице уже успела образоваться многодневная щетина. С макушки, прямо по русым волосам сбега́ла густая кровь.

Крис умылся и прополоскал рот. Как мог, залатал рану, обработал антисептиком и спрятал под волосами. Снова умылся, смывая кровь с рук, и попытался ещё раз привести в сознание Элеонору. Тщетно. Похоже, она слишком сильно ударилась головой.

Крис положил её на кушетку. Осмотрел приборную панель и нажал кнопку с надписью «сканировать». Из потолка выдвинулся робот-медик и, выставив лазерную сетку, просканировал девушку. Кушетка дёрнулась, поехала вниз, ей навстречу из пола выдвинулись заслонки, и кушетка превратилась в медицинский кокон, освещённый изнутри мягким светом.

Таймер показал что Элеонора придёт в себя через 26 часов. Крис не мог столько ждать. Он проверил все шкафы, пытаясь найти оружие или какой-нибудь острый предмет, но не нашёл ничего полезного, кроме стопки полосатых брюк и рубашек. Вдохнул, пытаясь сохранять спокойствие, и подошёл к двери из затемнённого стекла. С запозданием он понял, что у неё не было ни дверной ручки, ни считывателя.

— Святая Метрополия, — выругался Крис, — надо было обыскать девчонку.

В ярости он ударил ладонью по стеклянной панели. От его удара дверь с лёгким шипением отъехала вбок. Похоже, он зря паниковал, дверь открывалась от простого прикосновения.

На всякий случай он спрятался за дверным проёмом и выждал. Но не вбежала разъярённая охрана, не раздались завывания тревоги. Не произошло ровным счётом ничего. Крис выглянул в коридор — длинный, с белой обивкой и совершенно пустой. Он подождал ещё, затем вышел из операционной. С лёгким шипением дверь за ним закрылась. Он попробовал толкнуть её ещё раз, но она не поддалась. Видимо, снаружи её можно было открыть, только имея специальный код доступа.

— Если вокруг тебя начнёт происходить что-то странное, то беги, беги и не оглядывайся, — пробормотал Крис. — Похоже, настала пора воспользоваться твоим советом, Ник.

Он огляделся. Оба конца коридора выглядели одинаково, ни с той ни с другой стороны не доносилось ни звука. Крис вздохнул, поправил полосатую пижаму, положил руки в карманы и, насвистывая Метропольский марш, двинулся направо. Белый пол мягко пружинил под ногами, заглушая звуки шагов, а там, где Крис проходил, скрытый в потолке свет становился ярче, а затем затухал вновь.

Ноги ещё плохо слушались, похоже, его знатно накачали сильнейшими анальгетиками и снотворными препаратами. Крис шёл, проклиная слабость в теле, и тешил себя мыслями, что когда найдёт тех, кто его заказал, то им придётся дорого заплатить ему. Заплатить своими жизнями.

До сих пор он никого не увидел, и никто не гнался за ним. База, а Крис был уверен, что это чья-то военная или медицинская база, оставалась спокойна. Через пару минут он заметил, что коридор был не совсем прямой, а немного искривлялся вправо. Едва он это понял, как коридор закончился тупиком. Он хотел поворачивать назад, но увидел едва заметную щель в стене. Действуя скорее по наитию, Крис дотронулся до мягкой панели. Стена тут же отошла в сторону, открыв тёмный, шершавый и слегка неровный проход среди скал. В лицо ударил порыв ветра, несущий запах потных тел, металла и пыли.

Крис спрыгнул вниз и осторожно принялся красться вдоль одной из стен. Спустя двадцать шагов в темноте показалась арка, темневшая в скале. Он прополз к арке и, выглянув из-за стены, увидел спины трёх военных. Они неслышно переговаривались, держа тяжёлые бластерные пушки на весу. Было в них нечто странное: на их спинах значились номера QRT-207, 208 и 211. Ему самому когда-то довелось побывать шкуре военного, но такое обозначение отрядов он видел впервые. Постоянные войска Метрополии никогда не помечались отличительными номерами и буквами. Неужели наёмники?

Часовые насторожились. Крис притаился за стеной. Если его увидят, непременно поднимут тревогу. Один из солдат направился прямо к нему, но, по счастью, из пещеры донёсся рокот техники. Часовой повернул назад и вновь вернулся к разговору со своими товарищами. Крис посчитал за лучшее вернуться в свой белый, безопасный коридор. Но едва он пересёк пещеру и подошёл к белой двери, как нос к носу столкнулся с другим человеком.

Мужчина в белом халате упал на землю и ошарашенно смотрел вокруг, не понимая, что происходит. Крис помог ему подняться и отряхнул его.

— Прости, приятель, ты сам вылетел из-за угла… — начал Крис, когда дверь в коридор с лёгким шипением широко распахнулась.

В пещеру вошли военные в зелёной экипировке с флагом Метрополии на плече. Позади них шла группа людей, одетых в полосатые рубашки и брюки, такие же, как у Криса. Вся группа подошла к ним, и военные хмуро поглядывали на Криса. Крис бросил беглый взгляд на одежду сбитого человека. Над карманом белого халата красовалась вышитая золотыми нитками надпись: «Майкл Бруни RDXM-811, старший научный сотрудник блока С».

— Простите, сэр Майкл, я не увидел вас, — сказал Крис елейным голосом, продолжая отряхивать и без того чистый халат доктора Бруни.

Майкл Бруни поправлял съехавшие очки и выглядел так, словно с разбегу врезался в стену. Военные подошли ещё ближе, некоторые даже положили руки на плазмомёты. Доктор Бруни сфокусировался на лице Криса.

— Я в порядке, — выдавил Майкл. — Что ты делаешь здесь?

— Торопился сэр, думал, что уже опоздал.

Майкл Бруни посмотрел на Криса поверх очков, лоб его наморщился, глаза часто заморгали. Наконец, он выдавил.

— Хорошо, вставай в строй к остальным.

Сзади вышли два человека в белых халатах. Они зашептались с Майклом, то и дело озираясь на Криса. Военные расступились, пропуская Криса к людям, одетым в полосатые пижамы. На него смотрели десятки измождённых, усталых лиц, в глазах многих читался страх. Крис отметил, что здесь были преимущественно мужчины от двадцати до шестидесяти лет, числом примерно пятьдесят. Были среди них и пару женщин, одна из которых, судя по всему, была с отцом.

Крис прошёл в самый конец строя. Он остановился рядом с хмурым, бритоголовым парнем, обладавшим синими костяшками рук и перебитым в нескольких местах носом. Парень держался уверенно, но выглядел так, словно недавно подрался — лицо его было в свежих синяках и мелких порезах. Он то и дело шмыгал носом и переваливался с ноги на ногу.

Похоже бывший боец, и судя по тому, как на него смотрят остальные, он здесь такой же изгой как я сам.

Крис уже набрал воздуха в лёгкие, чтобы заговорить с соседом, но его оборвал окрик конвоиров.

— Пошевеливайтесь ублюдки, хватит отдыхать.

Заключённые, к которым себя отнёс и Крис, вытянулись в цепочку и строем пошли по пещере к арке, тем же путём, которым он сам недавно шёл.

Крис принялся просчитывать возможность побега. Пропажу Элеоноры скоро обнаружат, тогда меня начнут искать и, когда обнаружат, то моя жизнь закончится на том же операционном столе с которого мне посчастливилось сбежать. Проклятье, и угораздило же меня попасть под конвой!

Хуже всего, и эта мысль не давала ему покоя, что он не знал, из-за чего на него мог ополчиться кто-то из правительства. Не знал он и почему оказался здесь, одетый в странную полосатую пижаму, вместо того, чтобы сейчас примерять на себя одеяние Члена Элиты. Но одно он знал наверняка. Дерьмо случается, и надо как-то выпутываться из него.

Сейчас целью номер один было незаметно удрать, пока его не хватились или не раскусили, но задача эта была не такой лёгкой, какой казалась. Их охраняли двадцать военных, вооружённых тяжёлыми плазмомётами. Если попробовать сбежать в таком тесном коридоре, то шансы выжить после взрыва плазмы практически равны нулю. Крис пару раз видел, на что были способны эти пушки, и рисковать ни своей жизнью, ни жизнью окружающих ему не хотелось.

Отряд заключённых под конвоем прошёл через большой проём в скале. В лицо Крису ударил поток влажного, спёртого воздуха. Часовые на входе даже не посмотрели в их сторону, продолжая болтать.

Впереди показался яркий свет, но Крис пока ничего не видел за спинами других заключённых. В уши ударил лязг металла, скрежет гусениц и крики множества людей. Вдалеке раскатами грома раздавались непрерывные выстрелы и взрывы, так что подозрения Криса усилились. Свет становился ярче, ему даже пришлось сощуриться. Стенки пещеры неожиданно разошлись, и он оказался на огромной площади, залитой ярким, искусственным светом.

Глава 11. Нулевой приоритет

— Раз-два, раз-два, за Метрополию, ура, ура, — мимо пробежал отряд военных в зелёной форме с буквами и цифрами на спине.

— Берегись!

Заключённые бросились на землю. Прямо над ними пронеслись одна за другой металлические ноги шагохода. После короткой заминки военные повели отряд дальше, и по удивлённым, озирающимся лицам остальных заключённых, Крис понял, что они тоже оказались здесь впервые.

Отряд шёл по широкой дороге, ведущей через всю площадь. Повсюду, куда только хватало взгляда, тренировались военные. До этого момента Крис был уверен, что знает наперечёт всю боевую технику Метрополии. Тяжёлые автолёты и гусеничные машины использовали для переброски войск в горячие точки. Роботы дроиды и киборги были на передовой, обычные военные носили лёгкие бронежилеты, а командиры — тяжёлые экзоскелеты. Для массированных ударов Метрополия использовала бомбардировщики или шагоходы и мехов, которые были равнозначны по силам и возможностям и управлялись двумя пилотами. Всё же надо признать, хоть мехи и шагоходы были похожи, но использовались для разных задач — шагоходы чаще переносили снабжение, провизию и солдат, а мехи применялись для прорыва или прикрывали отступление.

Здесь же Крис столкнулся с тем, с чем никогда прежде не сталкивался. Мимо пробежали солдаты, вооружённые пороховым оружием, исчезнувшим ещё во времена тёмного тысячелетия. Следом за ними прошагал робот, за ним тянулся длинный кабель, идущий от чёрного гудящего куба с молнией на боку.

— Ты видел? — перешёптывались заключённые.

— Я уж думал он загорелся, когда дым из трубы пошёл.

Чем дальше шёл их отряд, тем страннее становилась техника и вооружение солдат. Роботы и киборги исчезли, мимо прошагали стандартные двуногие шагоходы, из их труб вырывался белый пар. Дальше началось нечто вообще непонятное. Одни военные носили железные панцири, сражаясь на мечах, другие натягивали изогнутую палку, из которой вылетало нечто похожее на дротик, а третьи носили железную кожу из мелких колец и были вооружены большими металлическими дубинками. Крису показалось, что он попал в каменный век из детских сказок про Землю, но на доспехах солдат были выбиты трёхбуквенные номера и цифры, а на левом рукаве военные носили вполне современные синте-повязки со знаком Метрополии — три соединённых треугольника.

Но самое странное ждало дальше. Техника впереди оказалась совсем уж непонятной. Мимо проходили шагоходы с ластами и турбинами, за ними шёл мех со стеклом-аквариумом, внутри сидел оператор. Следом проползла толстая машина, похожая на металлическую змею, пробежали мужчины в холщовой одежде с изогнутыми мечами и стальными звёздочками в руках. И наконец, в конце площади тренировались люди, оружие которых пылало огнём, капая на землю расплавленным металлом.

Крис не выдержал и повернулся к хмурому соседу.

— Ты уже был здесь? — спросил он тихо.

Парень кивнул, даже не поворачивая головы в его сторону.

— Держу пари, в прошлом ты был неплохим бойцом, а, приятель? — подмигнул Крис.

— И что с того? — оскалился парень. — Что тебе надо от меня, приятель? — последнее слово он произнёс с особым цинизмом.

— Не кипятись. У меня есть предположение, что ты не просто боец, а боец, окончивший школу Элиты — Вэлит.

Вэлит опешил. Если до этого казалось, что он хотел напасть на Криса, то теперь его лицо растянулось в широкой улыбке.

— Ого, да ты, я смотрю, тоже посвящён в наше братство.

Крис бросил взгляд на правую руку, на которой больше не было перстня с гравировкой Рэлита. Парень перехватил его взгляд.

— Эти уроды отбирают все личные вещи, когда доставляют нас сюда. Меня зовут Вут.

Они обменялись особым рукопожатием, и Крис отметил про себя, что у Вута очень короткое имя, что было редкостью для бойцов.

— Меня зовут Крис, я из правителей Метрополии.

— Рэлит, — присвистнул Вут. — Высоко же ты поднялся. Должно быть, на тебя работает много таких бойцов, как я. Мне как-то даже не с руки разговаривать с тобой на равных. Сам я так и застрял на первой ступени братства.

— Не парься. Держу пари, ты просто завалился на экзамене учёного — Сэлита.

— В точку. С боевой подготовкой у меня порядок, чего не скажешь о мозгах, — Вут рассмеялся так, что конвоир, шедший в пяти шагах от них, вздрогнул и снял оружие с предохранителя. Они заговорили тише.

— У меня большие проблемы, — быстро зашептал Крис, косясь на военных с деревянными палками в руках, — я помню, как был в верхнем городе на своём острове, а потом…

— Дай угадаю. За тобой прилетела правительственная машина, и вот, ты здесь.

— Да. Как ты узнал?

— Для таких как мы, сюда только одна дорога — в каталажке, какой бы красивой она ни была. А что было потом, ты помнишь? — спросил Вут. — Как тебя привели сюда, как пытали?

Крис силился вспомнить хоть что-нибудь, но мысли тут же смешались.

— Такое ощущение, будто прошло уже несколько дней, но что именно происходило я не знаю. В голове мелькают только смутные отрывки, словно… словно мне стёрли память.

— Я слышал, такое иногда случается, когда белохалатники испытывают нечто новенькое.

— Что именно?

— Ну эти, как их там… провалы в памяти. Можешь считать себя счастливчиком, ты хотя бы не помнишь, как они измывались над тобой в зверинце. Остальным повезло намного меньше твоего.

— Мне стало гораздо легче, спасибо, — съязвил Крис, но вдруг задумался. — Погоди. То есть ты хочешь сказать, что вас всех закидывали на операционный стол и пытались вскрыть череп?!

Вут присвистнул.

— Слушай, а ты точно уверен что ты из наших, пыточных? Могу поклясться вторым сердцем, я прежде тебя не видел. Может, ты политический? Понимаю, у тебя как Рэлита и без того много доброжелателей, но скажи: в недавнем прошлом, случалось ли с тобой нечто важное, из-за чего тебя потом могли захотеть убить?

— Мне обещали должность Члена Элиты.

Вут смачно выругался.

— С ума сойти. Впервые вижу вживую будущего Члена Элиты. Проклятье, чтобы получить такую должность, я бы и сам кого угодно убил. Слушай, а сколько вас Рэлитов в каждом метрополисе?

— Что подобная информация изменит?

— Всё.

— Не уверен, что могу сообщать такие сведения кому-либо, даже тебе.

— Тогда извини, — Вут отвернулся.

Губы Криса растянулись в тонкой улыбке, глаза заблестели, но больше он ничем не выдал свой гнев.

— Нас всегда сто сорок четыре. Что дальше?

— А вот что. Даже дети знают, что Члены Элиты не так часто выбирают счастливчиков, чтобы разделить с ними бессмертие в крио-сне. Подумай сам — в каждом мегаполисе набор происходит лишь один раз в двадцать пять лет, а из сто сорока с лишним Рэлитов выбирают только двоих. Конкуренция огромна, но такова жизнь. И вот представь, тебя по каким-то причинам не избрали, предпочтя другого. При таком раскладе тебе придётся ждать снова, ещё долгих двадцать пять лет. А жизнь-то идёт, ты стареешь, и на смену тебе приходят другие, более молодые и сильные Рэлиты.

— Понимаю куда ты клонишь. Думаешь, я не знал про конкуренцию и не был к ней готов?

— Если бы ты готовился, то не оказался здесь.

Крис замолк.

— А теперь скажи мне сам, кто мог отдать тебя нашим церберам, чтобы они превратили тебя в малиновый студень? Конечно же, тот, кто знал о твоём назначении.

Крис позеленел, вспомнив довольное лицо председателя Райли. Райли был самым старым Рэлитом в Парламенте. Криса всегда смущал его возраст и только теперь Крис понял, что Райли не выбрали в Члены Элиты двадцать пять лет назад. Почти всех Рэлитов из его набора за эти годы перемололи новички, но Райли выжил, потому что у него был стержень. Он знал, что, рано или поздно, его шанс придёт. Но, провернуть такую авантюру в одиночку ему было не по силам. Если на секунду задуматься, то ему помогал другой старый Рэлит, отец той рыжей девчонки, сенатор Райт. Судя по возрасту сенатора, он тоже пропустил прошлый набор в Члены Элиты, но выжил и дождался своего часа.

Крис грязно выругался.

Как же я был слеп, что так легко попался в ловушку двух старпёров. Надо отдать им должное, они заранее просчитали всё, вплоть до мелочей, и идеально сыграли на моих эмоциях. Дали затравку, ослепив чувства, а я, как осёл, развесил уши и забыл обо всём на свете. Теперь-то я вижу их уловку, но что с того? Для них всё было делом техники. Сенатор Райт подговорил дочку пригнать правительственную машину к моему дому. И едва я оказался на борту, как ловушка захлопнулась.

Крис высказал свои мысли вслух.

— Наверняка и второго парня они облапошили так же, как тебя, чтобы поделить два места между собой, — сказал Вут.

— Теперь уже поздно кого-то винить. Надо думать, что делать дальше.

— А что тут думать? Старики скажут, что ты умер, и захотят претендовать на твоё место среди Элиты.

— Ничего у них не выйдет.

Вут поднял бровь.

— Уверен? Похоже вы там, в своём Парламенте, совсем забыли негласные законы школы Элиты. Каждый, кто убьёт или победит другого, может претендовать на его имущество и права. Даже Член Элиты не сможет им отказать — это их право крови.

— Пока я жив, место среди Элиты должно принадлежать мне, и именно мне оно будет принадлежать. Я слишком долго шёл к своей цели, чтобы сейчас отступить. Члены Элиты знают, что Рэлиты часто подставляют друг друга. Праудлион потребует доказательств — моего тела, которого у стариков, конечно же, нет. Тогда его Светлейшество будет ждать, когда я объявлюсь. Его терпения хватит на неделю, а может быть на месяц. Так что мне надо только выпутаться из этой передряги живым и вовремя вернуться домой, а дальше посмотрим, чья возьмёт.

— Тебе кажется, что ты уже всё продумал наперёд? — глаза Вута сверкнули.

— Ещё не всё. Пока мне не хватает информации. Можешь хотя бы вкратце объяснить, какого Дхарриса вокруг происходит и куда нас ведут?

— Мне и часа не хватит, чтобы ввести тебя в курс дела. Да это и бессмысленно. Если я прав, то там, куда мы идём, тебе уже ничего не поможет.

— Почему?

— Не важно, забей.

Крис снова начинал сердиться. Вут, похоже, знал больше, чем говорил.

— Можешь хотя бы сказать где мы?

— Где-то на подземной базе военных, но где именно и в каком городе я не знаю.

— Ты говорил вас пытали. Тебя тоже?

Вут покосился на Криса, его налитые кровью глаза сверкнули.

— Послушай, это не та тема, о которой принято спрашивать. Прошлому парню, который совал нос не в своё дело, я выбил зубы.

— Но я не он. Меня интересуют сугубо материальные цели. Я хочу вернуться домой и получить место среди Элиты. Можешь быть уверен, что, когда выберусь отсюда, я не забуду твоей помощи. Но для этого мне нужна информация, любая информация Вут.

Кулаки Вэлита хрустнули. Похоже, тема была для него действительно неприятной.

— Проклятье. Хорошо, я расскажу тебе. Ты слышал о военном конфликте в сто втором мегаполисе? Вижу что слышал. Так вот, меня забросили прямо в это пекло, около недели мы с другими Вэлитами-одиночками охотились, вырезая отдельные отряды взбунтовавшихся армий, а потом… За мной прилетела правительственная машина, из неё вышел генерал, и вот я здесь.

— Это не совсем та информация, которую я хотел услышать. Расскажи, что последовало за этим.

Вут замялся.

— Ничего приятного. Две недели меня били током в зверинце, загоняли иглы под ногти, погружали в воду, а в конце запихнули в одиночку без света и еды. За два месяца там я потерял почти сорок килограмм и вскоре понял, что через несколько дней умру. Не знаю, что произошло дальше, помню только, как сидел у стены, а потом мои руки засветились в темноте, и я отключился. В сознание я пришёл уже в госпитале и больше недели пролежал под модулем жизнеобеспечения…

Вут замолчал, его взгляд стал отсутствующим. Наконец, он продолжил.

— Через пару дней ко мне пришёл мой врач. Весь сиял, должно быть, премию получил. Сказал, меня скоро освободят и переведут к остальным. Ещё он сказал, что мне повезло: система пыток, выбранная им, оказалась удачной. Два других Вэлита не выдержали их и умерли. Вскоре меня перевели к остальным заключённым в общую камеру, где мы сидели словно животные в загоне. Не зря это место называют зверинцем, персонал там ведёт себя и вправду не лучше зверей. Чего только стоит 242-й, один придурок из охраны периметра. Представь, этот урод каждое утро мочился на прутья нашей решётки, а что вытворяли другие, тебе вообще лучше не знать. Но нас там не для шуток держали, через две недели в зверинец пришли военные с оружием, приказали всем собираться и под конвоем вывели наружу. Ну а потом я встретил тебя.

— Святая Метрополия... Всё, что ты рассказал про пытки и издевательства над вами, звучит как плохой кошмар. Неужели ты говоришь серьёзно?

— Блин, чувак, я понимаю, ты типа без пяти минут Элит и всё такое, но ты реально думаешь, что я, мать твою, шучу? Мне, Метрополия дери, не до шуток. Взгляни на меня. Раньше я весил сто двадцать, а сейчас похож на сушёный скелет. И ты, мать твою, спрашиваешь серьёзно ли я?

— Прости… Ты прав, просто я не понимаю, зачем правительству понадобились опыты над людьми...

— Хорошо, забудем об этом, ты не виноват, что ничего не помнишь. На самом деле я тоже долго голову себе ломал, зачем нас мучить, пока однажды не подслушал, как шептались двое белохалатников учёных. Оказывается, у одного человека из миллиарда есть редкий дар использовать особую силу Эфериума, которая разлита повсюду и проявляется во всём живом. Но дар этот настолько редкий, что до недавнего времени никто даже не подозревал о его существовании. Все известные, выдающиеся люди прошлого, возможно, могли подсознательно управлять Эфериумом, ну или в какой-то степени были связаны с ним.

— Должно быть, в те древние времена такие люди казались миру гениями, — сказал Крис.

— В точку. Тысячи лет человечество жило, даже не догадываясь о существовании Эфериума. Всё изменилось сто лет назад, когда учёные случайно узнали, что вокруг нас разлито прорва колоссальной, мощнейшей энергии. Вся наша планета буквально купалась в ней, учёные регистрировали её на своих приборах, но не могли получить ни капли. Мне кажется, в те времена они были подобны умирающему от жажды: видели воду совсем рядом, но не могли даже прикоснуться к ней, чтобы смочить горло. Их опыты были сложны, а догадки обоснованы лишь чутьём и везением. Но в какой-то момент наступила переломная фаза. Их графики и эксперименты показали, что человек был не просто суповым набором из химических элементов, не просто грубой материей из беспорядочных атомов, а венцом окружающего нас мира.

— Представляю как переполошились шишки Метрополии в этот момент, — хохотнул Крис.

— Ещё бы. Наверху не понравился подобный расклад. Для них нет худшего кошмара, чем люди, которые прозреют, и начнут понимать, какая огромная сила внутри них таится. Поэтому снова зашуршали шестерёнки системы и, в подземных лабораториях по всему миру, учёные стали искать опровержения этим данным. Но выводы и сухие математические выкладки были непреложны. Люди являлись единственным катализатором, способным проводить колоссальную энергию Эфериума через себя. Метрополия смирилась перед неизбежностью. Сухие цифры показывали, что все люди, так или иначе, носили в себе искру Эфериума, но вероятность пробудить их дар даже при текущих методиках находилась на грани нуля с множеством нулей после запятой. С другого края полярности стояли люди, один из миллиарда, которые имели в себе раскрытую от природы способность пользоваться Эфериумом. Что тот, что другой процент был неприемлем, ничтожно мал даже для огромной Метрополии. И снова начались эксперименты, бросая в топку драгоценное время белых халатов по всему миру. И вот, в одной лаборатории, учёным удалось выяснить, что способность управлять Эфериумом почти открыта в каждом из миллиона. Если говорить языком сравнений, то она подобна цыплёнку, спящему в яйце, который ещё не проклюнулся наружу. Таких людей нужно было лишь слегка подтолкнуть, чтобы потом вовсю использовать для нужд правительства. Ну а какую методику они для такого «толчка» придумали, ты уже и сам знаешь, — Вут хохотнул.

— То есть ты хочешь сказать, что все пытки и эксперименты нужны были только для того, чтобы с пол процентной вероятностью пробудить в нас энергию Эфериума?

— Именно. Для Метрополии шанс выжать Эфериум из очередного «подопытного кролика» гораздо важнее наших страданий. Более того, им нравится нас мучить.

— В чей воспалённый мозг могла придти такая идея?

— Спроси об этом их, — Вут кивнул на группу учёных в белых халатах, — уж они-то наверняка знают ответ. Вот только сомневаюсь, что они даже взглянут на тебя, для них мы с тобой значим не больше, чем крысы в банке.

— Ты бы слышал себя со стороны, — Крис нервно рассмеялся. — Ставить опыты над людьми, чтобы добывать из них энергию звучит, мягко скажем, не очень.

— Можешь верить, а можешь нет, от этого ничего не изменится. Для понимания масштаба скажу: здесь целый отдел занят тем, что постоянно ищет слабые места людей, чтобы потом более эффективно давить на них. Белохалатники сами открыто заявляют, что нас способно пробудить только «нечто значительное». Любой знает, когда эти уроды произносят подобные слова, значит жди беды. Им так нужна наша сила, что для них ничего не сто́ит расстрелять семью человека прямо на его глазах. Я сам был свидетелем двух таких случаев.

Крис замер на секунду.

— Быть подобного не может. Метрополия не способна на… такое.

— Да что с тобой? Или тебе не только череп повредили, но и разум? Оглянись!

Крис никак не мог поверить в слова Вута, но его прежние представления разбивались о факты, как корабль о скалы. Вут был прав, достаточно было только посмотреть на запуганных людей в полосатых робах, на конвоиров с оружием и на странные, отстранённые взгляды учёных.

Крис посмотрел на свои мозолистые, но пустые руки.

— Послушай себя сам. Если сила Эфериума, о которой ты столько говоришь, так ценна, то зачем она нужна правительству? Где в наш электрифицированный век они её применяют?

— Если бы я знал, не стоял бы тут, — огрызнулся Вут. — Но одно я знаю наверняка. Каким бы важным ты ни был, тебя заберут, сотрут из прежнего мира и будут пытать в подземных лабораториях правительства. Умер? Хорошо, значит, методику надо поменять, сделать более гибкой. Выжил? Замечательно, тебя перевяжут красной ленточкой и вручат правительству, чтобы там с тебя откачивали энергию Эфериума до конца твоей недолгой жизни. Не веришь? Зря. Здесь немало людей превратили в малиновый студень. А ведь многие из них не выдержали и недели. Как я понял, система маркеров, по которым находят носителей Эфериума, весьма несовершенна. Но Метрополии на это начхать, наверху всё измеряют в процентах, а любую информацию о «неудачных методиках» во время опытов над людьми, используют как статистику, чтобы потом более эффективно пытать свежее «мясо».

— Вот уроды, — прохрипел Крис. — У меня сердце внутри дрожит от негодования. Ты говоришь очень страшные слова.

— Зато правдивые. Для правительства Эфериум имеет наивысший, нулевой приоритет. Дар этот настолько редкий, что их не останавливает ни мизерная статистика выживших после опытов, ни пожизненное заключение потенциальных носителей силы, ни даже высокая должность, как у какого-нибудь Вэлита вроде меня.

— Или Рэлита вроде меня, — протянул Крис.

— Ты здесь по другому поводу, — отмахнулся Вут, — ты политический. Старики Рэлиты сдали тебя сюда на убой, как мясо.

— Мне кажется, со мной тоже что-то сделали, потому что я совсем ничего не помню. Словно целые дни и блоки воспоминаний вырезали из моей памяти.

— Оно и к лучшему, по крайней мере, для тебя.

— Думаешь, я тоже стал жертвой экспериментов?

Вут кивнул.

— Вполне возможно. Я хорошо успел изучить повадки белохалатников и скажу тебе, они способны на самые ужасные вещи. Если говорить открыто, то они постоянно изощряются в новых безумных пытках, стараясь найти способ, который с наибольшим шансом пробудит Эфериум, дремлющий в человеке. Что же касается твоей ситуации, то для тебя у меня есть сразу три плохие новости. Уверен, что хочешь их услышать?

Крис посмотрел в налитые кровью глаза Вута, на синяки под его глазами и на сухие, растрескавшиеся губы.

— Выкладывай.

— Хорошо, но помни, что я предупреждал. Первое — ты политический, с этим всё ясно. Тебя отдали местным живодёрам. Зная их логику, они сразу попробовали пробудить в тебе силу Эфериума. Но раз ты очнулся на операционном столе, то, скорее всего, их опыт закончился неудачно. Таких, как ты, много: двое из трёх даже не доживают до сегодняшнего дня.

— А другие новости?

— Раз ты сбежал, то очень скоро на базе поднимут тревогу и начнут тебя искать, чтобы вновь вернуть на операционный стол. Они очень не любят неоконченных экспериментов. Но ты об этом можешь не переживать.

— В том, что меня скоро будут искать, я и без тебя знаю. В чём тогда заключается третья новость?

— Помнишь, что я сказал в самом начале? Все твои вопросы о том, где мы находимся и что вокруг происходит, бессмысленны. Если быть совсем честным, то твои мечты вернуться домой живым, и, одуревая от собственного счастья, поселиться в грёбаном Лунном Замке среди грёбаных Элитов обречены на провал. Всё потому, что к тому моменту, когда тебя хватятся, ты уже будешь мёртв.

— Почему? Что произойдёт? — выкрикнул Крис так громко, что идущие впереди заключённые обернулись.

Но Вут не стал отвечать, вперив взгляд куда-то вперёд. Колонна резко остановилась, и Крис осознал, что площадь давно осталась позади. Их отряд стоял подле широких ступеней пирамидального храма, возвышавшегося вверх на добрые тридцать метров. Грани этой величественной пирамиды были сложены из цельных, плотно подогнанных блоков высотой в человеческий рост. От подножия к верхушке древнего храма тянулись стёртые, выщербленные ступени.

В тот же миг на вершине пирамиды грянул невидимый гонг, предвещая час жатвы. У Криса под кожей забегали колкие мурашки. Звук этот был похож на приглашение к обеду и ничего хорошего ему не предвещал.

Глава 12. Пробуждение Эфериума

Их выстроили в длинную цепочку, приказав подниматься по широким ступеням. По обе стороны лестницы встали вооружённые, бдительные конвоиры с оружием на изготовку. Едва первые заключённые поднялись в квадратный храм, стоявший на вершине пирамиды, как цепочка остановилась. Крис, Вут и небольшая группа заключённых позади них, остались стоять у подножия пирамиды, остальные растянулись на лестнице. Учёные в белых халатах поднялись в храм последними и исчезли внутри. Все замерли, только конвоиры стояли, переминаясь с ноги на ногу.

— Эй, Вут, какого Дхарриса здесь происходит?

Вут молчал — его глаза закрылись, а лицо осунулось и стало блеклым, почти безжизненным. Крис попытался его растормошить, но Вут превратился в некое подобие бездушной куклы, полностью закрывшись в себе. Похоже, он использовал одну из техник, которой их обучали в школе Элиты, либо «Внутренний взор», либо «Кокон». В любом случае, достучаться до него в подобном состоянии не представлялось возможным.

— Понятно, — процедил Крис.

Он попытался рассмотреть, что происходило на вершине пирамиды, где стояло маленькое квадратное помещение. Никогда прежде ему не попадалось ничего подобного. Насколько Крису было известно, цивилизация людей была первой и единственной цивилизацией на Лотариуме. По крайней мере, сам он никогда не видел на планете ни одного древнего сооружения. Правда, среди Рэлитов иногда ходили слухи, что тут и там, в разных заповедных местах ещё сохранились остатки сооружений, построенных древними неземными народами. Его мать тоже верила в эти слухи и искала упоминания о них в исторических книгах и архивах.

Крис присмотрелся к пирамиде внимательней. Уже неровный, выветренный гранит обильно порос мхом, большие ступени просели и стёрлись. По бокам ступеней тянулась каменная стена, испещрённая странными символами. Одни из них были в виде длинных волн, а другие в виде скрещённых костей или черепов. Очень странных черепов. Крис не мог похвастаться хорошим знанием животных Земли и Лотариума, но был точно уверен, что таких животных никогда не существовало ни на Земле, ни на Лотариуме. Первые черепа были длинными, вытянутыми, следующие завивались словно раковина, третьи имели огромные рога, у других было множество странных глазниц, а дальше начиналось нечто настолько невообразимое, что разум отказывался это принимать…

Раздался громкий, гудящий звук. Цепочка людей заходила подобно длинной гусенице, и очередь продвинулась на одного человека вперёд. Стоявшие впереди стали перешёптываться. Похоже, произошло нечто невероятное, потому что спустя несколько секунд после гула, заключённые на вершине пирамиды попытались сбежать. Они бросились вниз по ступеням, но конвоиры среагировали мгновенно. Грянули выстрелы станнеров, беглецы стали извиваться от электрического тока. Только один рванулся к высокой стене пирамиды, перемахнул через неё и сиганул вниз. Заключённые, наблюдавшие за ним, ахнули. Конвоиры подбежали к стене и, подкинув друг друга, взобрались наверх. Судя по их крикам и ругани, заключённый разбился насмерть. Остальных беглецов теперь методично избивали на полу.

— Что там произошло? — спросил Крис у соседа. — Что они увидели?

— Сам не знаю, — буркнул сосед.

Крис понял, что тут ничего не добьётся, и снова попробовал растормошить Вута. Крис повернулся и потряс Вэлита за плечи. Зубы Вута клацнули, он вырвался из цепких пальцев Криса и принял боевую стойку, но вовремя остановился.

— Спасибо, — сказал Вут, поправляя мятую одежду. — Со мной такое иногда случается... С тех пор как я попал сюда.

Позади снова раздался гул, очередь продвинулась вперёд ещё на одного человека.

— Ты что-нибудь знаешь об этом месте? — спросил Крис, показывая на пирамиду.

Вут прищурился.

— Я надеялся, что басни о последнем испытании были слухами, но они оказались правдой. Помнишь третью новость?

— Конечно. Ты сказал, что когда меня хватятся, я уже буду мёртв.

Вут кивнул.

— Верно. Но я не сказал почему. Причина проста. Там, куда мы идём, тебе уже ничего не поможет. Как думаешь, что происходит на вершине этой пирамиды?

Крис поглядел наверх. Очередь продвинулась вперёд дважды, прежде чем снова раздался тот гудящий звук. В голове шевельнулась смутная мысль. Пирамида чем-то напоминала ему древний храм, который он однажды видел в книге матери. Крис задумался, что ему было известно о древних храмах. Из книг по истории, не из тех, что он изучал в школе Элиты, а из тех, что тайком почитывал у матери, Крис знал: в древние времена земляне были дикарями. Они разводили животных, занимались земледелием и строили множество храмов, внутри которых довольно часто совершали кровавые жертвоприношения.

Криса пронзила внезапная догадка.

— А что, если… — пробормотал он, — да нет, быть такого не может.

— Мне кажется, ты правильно понял, просто почему-то не решаешься высказать свои мысли вслух, — Вут улыбнулся той особой улыбкой, которой обладали только прошедшие школу Элиты.

— Ты правда думаешь, что здесь приносят людей в жертву?

— Я не думаю, я знаю.

— Быть такого не может, это же атавистический культ.

— Наивный. Ты, похоже, так и не понял, что это за место и что за люди вокруг нас собрались... За маской науки, власти и богатства скрывается самая древняя религия в мире. Их религия… Что же касается храма, то все называют его храмом последнего испытания. Здесь проверяют, владеем ли мы энергией Эфериума, в достаточной мере для нужд правительства. Чтобы ты понимал даже те, у кого пробудился Эфериум, не всегда способны пройти последнее испытание. Вот почему я сказал, что тебе уже ничего не поможет. Ты единственный во всей колонне, кто не владеет энергией Эфериума, Крис.

У Криса пересохло в горле.

— Ты лжёшь, — сказал он хрипло.

— Нет. Ты знаешь что я говорю правду. Прислушайся к звукам наверху — когда раздаётся гул, человек проходит испытание, а когда тишина, то… ты уже сам понял, что происходит дальше.

Толпа сдвинулась ещё на одного человека. Гула не последовало.

Крис поднимался молча. Очередь продвигалась рывками, то за несколько минут вперёд уходили сразу четверо, то не двигался никто. Он хотел снова заговорить с Вутом, но Вэлит делал вид, что не замечает его. Впрочем, цепочка продвинулась вперёд уже настолько, что Крис оказался на верхней площадке пирамиды и мог сам увидеть, что происходило на её вершине.

Здесь стояло вдвое больше военных, чем внизу. Площадка почти сразу же переходила в квадратное сооружение, чем-то отдалённо похожее на древний храм, собранный из больших, подогнанных друг к другу булыжников. Перед храмом возвышались несколько чёрных статуй — многоликих, многоруких и многоногих, с торчащими клыками и большими глазами. Очередь проходила внутрь храма, и, Крис мог поклясться, никто не выходил из него с обратной стороны, что лишний раз подтверждало его худшие догадки.

Солдат, облачённый в тяжёлую броню с надписью SMP-167, увидел взгляд Криса и наставил на него плазмомёт.

— Чего вылупился, образец? Захотелось пойти в расход раньше времени?

Крису не понравились его слова. Собственно, к нему никогда так не обращались с тех пор, как он окончил боевой лагерь Элиты. Он закрыл глаза и хрустнул шеей, собираясь с силами для рывка. Двенадцать военных наверху, шестнадцать за стенами, сорок на ступенях…

В этот момент внутри храма зажглась красная вспышка. Раздался низкий, басистый гул, от которого задрожали стены.

— Что, Метрополия меня побери, там происходит? — выругался Крис.

Он прошёл мимо военного, совсем позабыв о пушках конвоиров. Очередь сдвинулась вперёд, он смог протиснуться в храм. Помещение длиною двадцать на двадцать шагов оказалось забито людьми. Кроме заключённых, внутри было полно учёных в белых халатах. Обложившись непонятными приборами, они изучали высокие статуи, не обращая внимания на происходящее вокруг. Можно было бы в два счёта обокрасть любого из них, забрать жетоны и карточки доступа, если бы возле них не стояли бдительные солдаты с оружием наготове. Крис вздохнул.

Левый угол храма перегородили плотной, бордовой занавеской. За ней постоянно происходило какое-то движение. Было и ещё нечто странное. Очередь тянулась к большой треугольной арке, вмурованной в гранитную стену храма. Чуть правее арки возвышался массивный квадратный камень, испещрённый изысканной резьбой. Возле него стоял Майкл Бруни, с которым Крис столкнулся в коридоре.

Только Крис хотел узнать у стоявшего впереди, что тут происходит, как очередь сдвинулась. К Бруни подошёл парень, на вид лишь немногим младше самого Криса. Даже издалека было видно, как он дрожал. Майкл Бруни поправил очки и, наклонившись вперёд, стал что-то ему объяснять.

— Нет, пожалуйста, не надо, — крикнул парень.

Военный ткнул его прикладом в живот, заключённый упал. После удара последовали пинки, парень быстро встал, положил руки на квадратный камень, доходивший ему до пояса и… Ничего не произошло.

Заключённый посмотрел на человека в белом халате, затем попробовал ещё раз и ещё, но гула не последовало. Парень затрясся и бросился на худощавого учёного. В следующий миг случилось нечто странное. Крис был уверен, что Майкл Бруни едва только поднял руку, как парень обмяк и упал на каменный пол. Военные быстро унесли его за красную занавеску, откуда сразу же раздались страшные крики и бульканье.

Майкл Бруни поправил блеснувшие багровым очки и махнул рукой следующему.

Крис обернулся к Вуту.

— Ты видел?

Вут кивнул.

— Это и есть сила Эфериума.

— Почему все люди подходят к тому камню? — спросил Крис шёпотом.

— Такова суть последнего испытания. В нас пытались пробудить Эфериум, чтобы мы могли пройти его. Я знал того парня. Он был слишком хлипким, потому не справился. Значит, у меня шансов будет больше.

— Ты говоришь только про себя. А что с моими шансами?

Вут печально улыбнулся.

— Ты политический. Ты не прошёл эксперимент и не умеешь пользоваться силой Эфериума. Твои шансы гласят, что ты не доживёшь до утра. Всё просто.

Они переглянулись долгим, глубоким взглядом. Но очередь тронулась, и Крис был вынужден двинуться вперёд.

К треугольной арке подошёл седовласый мужчина лет сорока. Позади него стояла девушка-подросток. Они обнялись, Крис понял, что тот был её отцом. На них прикрикнули военные, и мужчина буквально оторвал от себя дочку. В уголках его глаз блестели слёзы. Он что-то прошептал дочке и решительно подошёл к резному камню. Майкл Бруни хотел объяснить что надо делать, но мужчина перебил его.

— Я видел и слышал достаточно, пока стоял здесь. Я готов.

— Отлично мистер Шон Финк, вы полностью оправдываете своё короткое имя. Я давно заметил, что вы всё схватываете на лету. Проходите к алтарю.

Шон Финк положил ладони на камень, и вправду похожий на древний алтарь. Секунду не происходило ничего. В следующее мгновенье треугольная арка, торчавшая из глухой стены, вспыхнула, наполнилась алым, пульсирующим светом. От света по храму расходились волны, подобные тем, что были изображены на его стенах. Их вибрация и издавала тот самый гул. Помощник, стоявший позади Майкла Бруни, наклонился и дал Шону плотно заполненный рюкзак.

— Возьмите мою дочь вместо меня, — взмолился Финк.

Но Майкл Бруни покачал головой. Шон выругался, выхватил рюкзак из рук учёного, шагнул в арку и… исчез. Красный пульсирующий свет потух, погрузив храм в показавшееся теперь тусклым искусственное освещение.

Крис медленно переваривал увиденное. Человек, только что стоявший в помещении, вдруг прошёл через стену. В подобное невозможно было поверить. Крис ещё раз посмотрел на треугольную арку, которая до этого казалась очередной храмовой декорацией. За аркой был сплошной, монолитный камень, через него невозможно было не то что человека протащить, а даже иголку просунуть. И всё же, Крис мог поклясться собственным титулом Рэлита, что Шон Финк и вправду прошёл сквозь эту стену.

Судя по ругани Вута, тот тоже не мог поверить своим глазам.

— Портал, вот что это! — выкрикнул Вут.

По цепочке заключённых пронёсся возбуждённый шёпот. Очередь снова пришла в движение. Крис продвинулся вперёд. Теперь он был всего лишь в паре метров от треугольной арки.

Девочка, в синей блузке и чёрных брюках, повернула к нему уставшее лицо, пустым взглядом оглядела помещение храма. Наконец, она устало положила руки на квадратный алтарь. Едва только её ладони коснулись поверхности камня, как треугольная арка запульсировала ещё более ярким, чем у отца светом.

— Прекрасный результат, — крикнул Майкл Бруни и обернулся к своему помощнику. — Помоги ей.

Девочка с трудом надела на худые плечи набитый доверху рюкзак и исчезла в портале.

Неожиданно для себя Крис обнаружил, что перед ним остался только один человек. Крис хотел ещё раз поговорить с Вутом, но не успел. Заключённый упал в обморок, его сразу унесли в дальний угол храма. За красной ширмой началось бурное движение, оттуда вновь раздались страшные, булькающие звуки.

— Ваша очередь мистер… — Майкл Бруни запнулся и пристально посмотрел на Криса.

— Филипс, э-э-э Терри Филипс, — соврал Крис.

Майкл переглянулся с помощником, тот начал искать имя в списке. Крис снова закрыл глаза, мысленно считая военных — семнадцать в зале, ещё трое за ширмой.

Он сделал глубокий вдох и открыл глаза. Он не боялся никого, какими бы отмороженными местные вояки ни казались, их явно было недостаточно, чтобы справиться с обученным Рэлитом. Но вот человек в белом халате тревожил его...

Майкл Бруни в упор глядел на Криса. Глаза его блестели за стёклами очков, рука с растопыренными и потемневшими вдруг пальцами была поднята к голове, напоминая лапу хищного зверя.

Нет, ещё рано биться. Не сейчас. Крис выдохнул, снова посмотрел на Майкла. Бруни опустил руку, она опять стала нормальной и словно уменьшилась в размерах.

К Майклу подошёл другой помощник.

— Через двадцать тиков придёт отряд TUR, сэр.

Бруни посмотрел на часы.

— Хорошо Филипс, — сказал он, очки его блеснули, — слушай внимательно и не перебивай. Положи руки на алтарь, — Бруни показал на массивный квадратный камень — сосредоточься на том, чтобы открыть портал. Три толчка, три вдоха. Если не будешь волноваться, то у тебя получится. Всё понял? Тогда приступай.

Крис подошёл к арке портала. Арка была древняя, как и сам храм. Всю её рамку увивали странные существа, похожие на тех, что были выбиты в камнях снаружи. Одни из них, многорукие и многоликие, давили черепа ужасных существ со множеством рогов, ног, глаз. По ободу каменной арки тянулись волнистые линии.

Майкл Бруни отодвинулся подальше, солдаты тоже сдвинулись плотнее. Все взгляды устремились на Криса.

Крис подошёл к алтарю, положил на него руки. Под ладонями был только холод самого обычного, монолитного камня. Крис подождал ещё, но ничего не происходило. Военные переминались с ноги на ногу, и он попробовал ещё раз. Но снова ощутил лишь исходящий от камня холод, вызвавший внутри странное чувство пустоты и отчуждённости.

Солдаты сдвинулись с места, без сомнения, только затем, чтобы увести Криса за красную ширму.

— СТОЙТЕ! — его голос прозвучал как голос человека, привыкшего командовать. Было в нём что-то такое, что напомнило солдатам о полях сражений. Они остановились и посмотрели на Бруни.

— Ладно, пусть попробует снова, — махнул Майкл. — Только в последний раз. Мы не можем больше ждать, за ним и так много людей.

Крис положил руки на алтарь, закрыл глаза. Под ладонями был тот же холод и пустота, но потом камень ожил и запульсировал. Крис замер. Камень подобно пантере Месси, мягко ткнулся ему в пальцы. В следующий миг, пульсирующая красная вспышка заполнила храм. Храм завибрировал знакомым, низким гулом, показавшимся теперь нежным мурлыканьем огромного зверя.

Крис открыл глаза и увидел перед собой широкую улыбку Майкла Бруни.

— Хорошая работа, образец. А теперь поторапливайся.

Помощник Бруни подал Крису тяжёлый рюкзак. Крис накинул лямку на плечо и ступил прямо в пульсирующий красный свет.

Глава 13. Остров Семи лун

И оказался в маленькой душной комнате, забитой людьми, всего тридцать девять человек. Прямо возле выхода из портала стоял Шон Финк, тихо переговариваясь с дочерью. Большинство заключённых сидели на своих рюкзаках и чего-то ждали, остальные толпились в дальнем конце помещения, пытаясь пройти через металлическое ограждение, но дорогу им перегородили военные, не пропуская кричавших людей. Крис пошёл к шумевшей толпе.

— Не напирайте, отойдите от заграждения, — прокричал одетый в тяжёлую броню командир. Остальные солдаты его поддержали.

— Сколько нас будут держать здесь? — пробасил гигант с переломанным носом. Его зычный голос перекрыл поднимающийся шум.

— Столько, сколько потребуется, — проревел командир.

Заключённые кричали всё сильнее, требуя, чтобы их выпустили отсюда. Перепалка плавно перерастала в драку, когда в душный зал вошли пятеро мужчин. Вместо одежды на них были намотаны белые куски ткани, обвитые вокруг тела.

Толпа притихла. Крис тоже замер, не в силах поверить своим глазам. Выйти наружу в таком виде в любом городе Метрополии означало верную смерть от радиации. Крис проводил вошедших взглядом, ожидая, что они вот-вот упадут на каменный пол и забьются в конвульсиях. Но вопреки всему их лоснившиеся от пота лица выглядели свежими и здоровыми, куда свежее, чем у всех заключённых вместе взятых.

Мужчины расселись по столам.

— Ну и жара сегодня, Дель, — сказал первый из них.

— Поддерживаю, Вель, — сказал второй.

— Давайте уже начинать господа, время не ждёт, — сказал третий.

— Так точно, сэр Мортис.

Крис задумался. Судя по коротким именам вошедших и по тому, как с ними держались военные, они были важными чиновниками.

— Эй вы, в тряпках. Объясните, зачем нас тут держат, — крикнул мужчина с тонкими грязными волосами.

Мортис поморщился и обратился к военным.

— Лейтенант DRF-28, — позвал он, но его не слышали. Тогда он крикнул, — Сэр Дораф! Будьте так добры, пожалуйста, выстройте этих прелестных джентельменов в очередь. Надо успеть очистить здание до того, как прибудет очередной отряд голово… доблестных защитников Метрополии.

Командир в тяжёлых доспехах направился к толпе, военные подняли оружие и двинулись за ним следом. Завязалась потасовка. Военные кричали на безоружных заключённых, пытаясь оттеснить их от барьера, а заключённые кричали на военных и не желали отступать. Они требовали объяснить что происходит, и угрожали что никуда не пойдут, пока им всё не объяснят. Загудели плазменные винтовки и без жертв бы не обошлось, но тут в гомон вклинился голос Мортиса.

— Успокойтесь все! Я не хочу, чтобы меня из-за вас поджарили, — он многозначительно посмотрел на военных, а потом на крышу. Солдаты встрепенулись и отошли подальше.

— А вы как себя ведёте? — Мортис посмотрел на заключённых. — Устроили тут мятеж на пустом месте. Возмутительное поведение, — заключённые пристыженно замолчали, а он, бурча себе что-то под нос, полез в стол и вытащил пачку ярких пластиковых буклетов. — Вот, держите. Других нет, но, думаю, вам пойдут и такие.

Мортис передал буклеты заключённым. Буклеты тут же начали разбирать. Сзади подошли другие заключённые, сидевшие до этого на мешках, но буклетов хватило на всех. Крис взял свой и отошёл подальше, чтобы никто ему не мешал. На обложке буклета красовался тропический остров, залитый ярким солнцем.

— Добро пожаловать на остров Семи Лун, — прочитал он, — девственную территорию, покрытую сказочно красивыми джунглями, среди которых протекают чистые реки и водятся экзотические животные. У нас вы можете арендовать любой дом на любой срок – от нескольких пико-секунд, до самого продолжительного времени доступного Вам. Асунам и Рулунам скидки. Торопитесь! Предложение ограничено и действует только по пятницам и средам.

Крис закрыл буклет, изнутри раздалась спокойная музыка и послышался шум прибоя.

— Спасибо за ваш выбор. Мы всегда рады видеть Вас на острове Семи Лун, — произнёс приятный женский голос.

— Привет, — сказал низкорослый смуглый мужчина с больши́м золотым кольцом в ухе, — не знаешь, какой сегодня день?

Крис покачал головой.

— Наверное, вторник, — вздохнул смуглокожий, глядя на изображение блондинки. — Похоже, никаких скидок не будет.

Остальные заключённые тоже закончили читать и потребовали Мортиса им всё объяснить. У них, как и у Криса, возникло больше вопросов, чем ответов.

— Послушайте, — взмолился Мортис, — я восемнадцать лет здесь работаю, но впервые вижу такое. Это не работа, это цирк какой-то. Неужели вы не понимаете, что у нас здесь очень напряжённый график? Кроме вас, через портал ещё тысячи военных за день проходят. Так что умоляю, выстройтесь наконец в очередь. Мы спокойно продолжим заниматься своей работой, ну а вас отпустят на свободу.

Заключённые переглянулись и зашептались.

— На свободу? — спросил кто-то.

— Ну да. Разве я вам не сказал? — Мортис хлопнул в ладоши. — Видимо нет, кара меня разрази… Да! Именно на свободу. Всего несколько минут бюрократии и вы можете идти на все четыре стороны.

Мортис расплылся в широкой улыбке, увидев, как заключённые начали выстраиваться в очереди к столам.

Раздался хлопок, в зал ввалился Вут. Вэлит огляделся и, не обращая ни на кого внимания, уверенно направился к выходу. Быстро прорвался сквозь толпу и оказался в передних рядах. Крис попробовал его догнать, но куда там! Заключённые словно ополоумели, услышав что их вскоре отпустят.

Крис расталкивал толпу потеющих и галдящих людей, когда налетел на мужчину, искавшего что-то на полу. Мужчина выпрямился, отряхнул рубашку и грязно выругался на семи языках, тыча Крису пальцем в грудь.

— Каналья тебя раздери, смотри куда прёшь, — прорычал он.

Крис взглянул на лицо незнакомца. Лицо всё больше казалось ему знакомым.

— Бен? — спросил он неуверенно.

— Крис? — опешил незнакомец. — Крис!

Они обнялись как старые друзья и пожали друг другу руки. «Стальная хватка» отметил про себя Крис.

— Что ты делаешь здесь? — спросил Крис.

— Это ты что делаешь здесь? Я думал, тебя убили на последнем собрании.

— Убили? — Крис посмотрел на толпящихся рядом людей и понизил голос. — Я ничего не помню, давай отойдём подальше, тут слишком много ушей.

Рэлиты отошли к дальней стене, где никто не мешал Крису спокойно рассказать свою историю Бену. Умолчал он только о том, что ему обещали место среди Элиты и что именно из-за этого попал сюда.

— Мда, — протянул Бен, — ну и угораздило же нас вляпаться. Ты что, правда не помнишь как на нас напали андроиды на последнем собрании?

— Вообще ничего, — помрачнел Крис. — Только как Райли позвонил мне домой и сказал что за мной скоро прилетит правительственная машина. А ты-то, как оказался здесь?

— Когда распылили газ, меня схватили и увезли на подземную базу. Там мне дали эту вонючую пижаму в полоску и заставили играть. Месяц! Целый месяц я в шахматы играл! Уж какой я терпеливый, но они у меня в печёнках сидят.

— Подожди. Ты хочешь сказать, что с нашей последней встречи прошёл месяц? — Крис побледнел.

— Ну да. Ты что, головой ударился что-ли? — рассмеялся Бен.

— Что-то вроде того, — процедил Крис. — Продолжай.

— Так, вот представляешь, целыми днями я играл, мол, так положено. А тут они меня достали, ну прям реально достали. Всё говорю, не буду больше играть. Нет, говорят, играй или мы тебя заставим. Это сегодня как раз было. Ух как я на них разозлился, у меня аж в глазах от ярости потемнело. Пришёл в себя, смотрю за мной дыры огромные в стенах и разбросано всё по полу. Тут какие-то начальники прибежали, начали извиняться и успокаивать, сказали что я «отлично справился со своей работой», — Бен хохотнул. — Вот я и думаю, может, мне надо было сразу их послать куда подальше и просто поломать там всё? Да и стены у них какие-то хлипкие оказались. А потом за мной пришёл тип в белом халате и намекнул, что ещё немного и я бы пропустил набор. Какой набор я, правда, так и не понял, но меня окружили штук пятьдесят солдат и конвоем провели до огромной пирамиды. Там уже и другие в пижамах стояли. Проклятые шахматы. Брр! Как только вспомню, аж трясёт.

Бен оглядел военных, по-одному выпускавших заключённых из здания, посмотрел на большие каменные блоки стен и на высокую каменную же крышу.

— Не нравится мне тут. И эти типы в форме мне тоже не нравятся. Но раз уж мы очутились здесь, то надо держаться вместе, как считаешь? — Бен подмигнул. — Предлагаю на время забыть кодекс чести Рэлитов, который обязывает нас действовать поодиночке, и объединить наши усилия.

Крис задумался.

— Пожалуй, ты прав, положение действительно критическое. Я согласен.

Они пожали руки и теперь действовали заодно. Правда, его обеспокоили слова Бена. Он точно был уверен, что прошло не более трёх дней, с тех пор как его схватили Элеонора и тот альбинос. Сейчас же Бен сказал, что прошёл месяц, да и Вут косвенно подтверждал его слова.

Да-а-а, похоже Элеонора знатно успела покопаться в моей голове. Либо же меня так накачали транквилизаторами, что у меня начали путаться воспоминания. Последнее было более вероятным, особенно если вспомнить, сколько побочных эффектов вызывали такие «лекарства».

От подобных мыслей его даже начало подташнивать.

Было кое-что ещё, о чём Бену пока не стоило слышать. Раз Бена пытали на военной базе как и остальных, то он не знал о назначении Криса на место Члена Элиты. Крису было неизвестно как Бен отреагирует на подобную информацию, поэтому он счёл за лучшее о ней умолчать.

— У тебя уже есть какой-то план? — прервал его мысли Бен.

— Найдём, тех кто нас подставил, и вернём свои места в парламенте.

— Хотел сказать надерём их задницы?

— Верно, — улыбнулся Крис. — Но для начала давай выберемся отсюда.

Крис присмотрелся к толпе. Пока они болтали, Вут уже окончил регистрацию, отдал тяжёлый рюкзак военным и направился к выходу. Крис окликнул его, но Вут не услышал. Входная дверь открылась, залив комнату палящим солнечным светом. Пахнуло раскалённым камнем вперемешку с солью. Вут шагнул за порог и пропал.

Бен поморщился, глядя ему вслед.

— Так ты про него рассказывал? Неприятный тип. Мне довелось пообщаться с ним пару раз. Я лишний раз убедился, что все Вэлиты тупы как пробки, помешаны на оружии и не могут отличить гаечный ключ от отвёртки. Зато разбуди такого в час ночи и спроси, чем отличается метропольский захват от древнегреческого, так он ответит без запинки.

Крис хотел скорее переменить тему разговора. По счастью, треугольный портал, вмурованный в стену, вспыхнул красным. Из него вывалился ещё один мужчина, худой и измождённый, с поседевшими волосами. Кашляя, он осмотрелся.

— Мне туда? — спросил он, показывая в сторону ограждения.

Крис кивнул и седовласый сразу ушёл. Крис потянулся.

— Давай тоже что ли в очередь встанем. Не разносить же тут всех.

Рэлиты заняли свои места в соседних очередях и простояли больше получаса, прежде чем добрались до регистрации. За это время за ними тоже выстроились люди. Новые заключённые продолжали прибывать, но их поток вскоре иссяк.

Пока стоял, Крис поглядывал на военных и, наконец понял, что они охраняли вовсе не служащих и даже не заключённых Военные следили только за одним, чтобы каждый прошедший через регистратуру, отдавал им свой набитый рюкзак.

Крис взвесил в руке рюкзак, пытаясь понять, что внутри. Рюкзак был плотно набит и тянул на добрых двадцать килограмм. При этом там постоянно что-то перекатывалось и звенело. Крис хотел открыть застёжку, но вовремя заметил, что поверх защитного клапана был надет сигнальный браслет. Он оставил эту затею. Уже подходила его очередь, и он хотел только одного, как можно скорее выбраться отсюда.

Бен прошёл к выходу быстрее и уже сложил рюкзак и уже сложил рюкзак в общую кучу. Он вышел наружу, но через минуту вернулся.

— Крис, там море, Крис! А воздух какой! Нектар!

Подошла его очередь. Крис встал перед рыхлым мужчиной в тоге. Перед ним на столе стояла табличка – Вель, клерк первой категории.

Клерк пригладил редкие волосы.

— Откуда вы? — спросил он.

— Из Драккара.

— Да нет, с какой вы планеты?

— Лотариум, — Крис посмотрел на Веля и задумался, уж не напекло ли тому голову от жары. В помещении действительно было душно.

— Ах да, простите, я думал с Лотариума уже всё. Вас сегодня что-то больше чем обычно, — сказал он наигранно бодрым голосом и подул на деревянную дощечку с ручкой. Дно дощечки было покрыто синей краской. Вель схватился за ручку и с силой ударил дощечкой по бумаге. Крис вздрогнул, на бумаге появилась синяя печать с мелкими буквами.

— Да, да, знаю, можете не говорить, — сказал Вель не поднимая головы. — На Лотариуме нет бумаги и деревьев тоже нет. Я уже много раз это слышал, так что давайте скорее покончим с формальностями. Как ваше имя?

— К-крис.

Вель высунул кончик языка и тонкой палочкой вывел имя на бумаге.

— К-крис, а дальше? Какой у вас номер?

— Это моё полное имя. Крис.

Вель уставился на Криса. Лицо клерка медленно расплылось в улыбке.

— Замечательно. Просто замечательно. Редко встретишь таких людей в нашей глуши. Вы и представить себе не можете как я устал придумывать короткие имена. Мало кто понимает, что все новоприбывшие на Семилунный становятся свободными гражданами, а у гражданина должно быть что? Правильно нормальное имя и фамилия, без всяких там цифр, как это принято в Метрополии. У нас на острове чуть больше десяти тысяч людей, и мы не можем давать им всем номера. Разве возможно обращаться друг к другу так, — Вель изменил голос, — Эй HJ-10000, как у тебя дела? Нормально PKXY-797. Тьфу! Вот почему чем короче имена, тем проще для меня, меньше придумывать и изгаляться, если вы понимаете, о чём я.

— То есть вы утверждаете, что у любого человека на острове есть только имя, без номера?

— Конечно.

— Но как тогда отличать, кто есть кто? Имею в виду, когда попадутся двое с одинаковыми именами?

— Никак. Так проще жить, поверьте.

— Сумасшествие. В Метрополии имя всегда отражает статус – чем короче имя, тем выше статус. Одно имя может быть только у одного человека, его пожизненного владельца, а номера позволяют обеспечивать уникальность. Так правильно и так должно быть, это общепризнанный мировой стандарт.

— Ничего, вы скоро привыкните. Все привыкают.

— Абсурд. Я понимаю ещё, что некоторые дают короткие имена своим роботам, или когда рабочие называют себя выдуманными именами, но давать короткие имена всем подряд, без разбора?! Это же просто грёбанный каменный век!

Вель быстро поставил несколько штампов и спрятал бланк в столешницу.

— Проходите. Следующий!

Крис пошёл к выходу, ошарашенный, ничего не понимающий. Дорогу ему перегородили военные. Словно во сне он передал солдату в белой форме свой рюкзак и присоединился к Бену. Рэлиты уже были у двери, когда позади раздался тихий звон, быстро переросший в громкий шум.

Крис обернулся. Военный поставил рюкзак на самый верх и без того огромной кучи, из-за чего рюкзак скатился вниз и с шумом врезался в стену. Из него, бряцая, вывалились странные, многогранные предметы и тут же разбились, разливая по каменному полу поток маленьких золотых шариков.

Лицо лейтенанта побагровело.

— Вон, все вон!

Беспомощные клерки подняли ноги и вывесили таблички с надписью: технический перерыв. Солдаты с остервенением принялись выгонять на улицу заключённых, стоявших по эту сторону барьера. Крис и Бен не были исключением.

Едва Крис вышел, как его тут же ослепило полуденное солнце. Проморгавшись, он понял, что оказался на вымощенном большими плитами побережье. От плит поднимался сильный сухой жар, но само побережье утопало в зелени. Трава, деревья и цветы, казалось, росли везде. Крис никогда не видел столь буйной растительности. Вдоль берега тянулась широкая, песчаная линия, уходя вдаль, где нависали огромные скалы. Вдоль скал лепились низкие здания, сложенные из ровных, кое-как составленных друг на друга блоков.

На берегу моря под зонтами загорали смуглокожие люди, а по дороге шли рабочие, везя в телегах длинные, сочно-зелёные побеги неизвестного растения с пряным, приятным запахом.

— Ты видел? — спросил Бен нетерпеливо.

— Да, — протянул Крис, разглядывая плескавшееся море.

Бен перехватил его взгляд.

— Да нет, не эту лужу. Золото. Ты видел золото?

— Лучше бы ты задумался, почему оно оказалось в тех артефактах, — Крис продолжал разглядывать море. Было что-то странное там, среди пенящихся волн, но из-за слепящего солнца он никак не мог разглядеть что.

— Мне без разницы, — сказал Бен. — Наверное, это ещё один странный способ которым Метрополия перевозит золото. И зачем я только отдал солдатам свой рюкзак?

Крис прищурился.

— Пойдём лучше взглянем, что там торчит среди волн.

— Да ладно тебе, что может быть важнее золота?

Но Крис уже ушёл, Бен вынужден был поплестись за ним. Вскоре Рэлиты достигли пляжа и прошли к воде мимо загорающих, безразличных к ним людей. Только на берегу, Крис, наконец, разглядел что именно видел в море. Когда волны отступали, то на некоторое время из воды появлялись оскаленные каменные головы с огромными клыками. Судя по тому, что местные жители плавали, совершенно не обращая на них внимания, а дети прыгали с них вниз, головы эти находились здесь довольно давно.

— Какое странное место, — пробормотал Крис. — Никогда не слышал о таком чистом море и каменных истуканах, торчащих из воды.

Мимо прошла белокожая женщина в белоснежной тунике. Возле неё шло четверо загорелых мужчин, держа над ней растянутый на шестах тент. Крис проводил их удивлённым взглядом. Потянулось длительное молчание, перебиваемое только плеском ленивых волн, да криками резвящихся детей.

— Как думаешь, где мы? — спросил Бен неожиданно.

— Думаю где-то в южном океане. Может, где-нибудь на Шрим-Лонке или что-то вроде того. Но сомневаюсь, что там такой чистый воздух и так много зелени, иначе я бы точно слышал о подобном месте.

— Не угадал, — Бен нервно рассмеялся, поправляя ворот своей полосатой пижамы и продолжая глядеть в небо. — Мы точно не на Шрим-Лонке.

— Почему ты так уверен?

— Ты помнишь, что было написано на буклете?

— Остров Семи Лун.

— Как думаешь, почему его так назвали?

— Понятия не имею.

— Обернись.

Крис посмотрел назад. На глубоком лазурном небе висели семь лун. Маленькая коричневатая, четыре больших – фиолетовая, зелёная, темно-зелёная и голубоватая, и ещё две поменьше – одна серого цвета и вторая… чёрного. Несмотря на палящее солнце, Крис похолодел. Он ещё раз изучил буклет и только теперь заметил: там были изображены точно такие же луны, разве что расположены они были несколько иначе.

— Я думал, это реклама, — сказал он глухо.

— Я тоже так думал, но, похоже, мы не на Лотариуме. Мы совершенно на другой планете, Крис.

Крис хотел возразить, но понял, что спорить бесполезно. Семь разноцветных лун, висевших в воздухе, были непреложным фактом, с которым невозможно было поспорить.

Глава 14. Рынок между мирами

Мимо прошли рабочие с телегами, перевозившими те же зелёные стебли. Их одежда была покрыта брызгами этого растения. Крис откашлялся, в горле у него пересохло.

— Похоже, в той стороне находится город. Давай пойдём туда и разузнаем всё, что можно об… этом месте.

Бен кивнул. Крис бросил последний взгляд на пенящиеся барашки моря, и пошёл туда, куда шли рабочие и возвращавшиеся с пляжа отдыхающие – к маячившей вдалеке массивной скале.

Дорога шла по пыльной окраине города, мимо низких домов из плохо подогнанных камней. Солнце палило нещадно, и, глядя на сидящих в тени людей, Крис ощутил, как сильно его мучит жажда. Как оказалось, Бен тоже не прочь был освежиться.

Возле одного из кривых домов две женщины выбивали пёстрые ковры. Они подсказали, где можно найти пресную воду. Действительно, чуть дальше прямо из скалы бил ручей, попадал в жёлоб и исчезал под землёй, оказавшись в одной из труб. Крис с Беном вдоволь напились, умылись холодной водой из источника и пошли дальше.

Теперь полуденный зной казался не таким палящим, а домики, стоявшие вдоль скалы, не такими пыльными. Похоже, тут недавно прошла буря. Несколько рабочих чинили деревянную кровлю на крыше, а возле другого дома крепкий, приземистый мужчина забивал гвозди в дверной косяк.

Массивная скала, маячившая где-то вдалеке, приблизилась и грозно нависла над городком. Низкие домики у подножия скалы закончились, впереди открылось тёмное жерло тоннеля. Дорога, до этого неровная и петлявшая, стала ровной, булыжник к булыжнику. По обеим её сторонам потянулись голые земляные холмы разной высоты, огороженные металлической сеткой.

— Ну и странное тут местечко, — протянул Бен, разглядывая холмы. На их серой безжизненной земле не росло ни одной травинки. — Не очень-то похоже, чтобы сюда толпами ходили туристы. Неудивительно, подобные виды на любого жути нагонят.

Крис тоже всматривался в холмы и кое-что там увидел.

— А может это и есть жуткое место. Погляди-ка туда.

Крис указал на дальний холм. У его подножия земля осыпалась, обнажив белые, вытянутые камни. Бен пригляделся, лицо его слегка побледнело. Он бросил оценивающий взгляд на соседние холмы.

— Курганы… Если в каждом спрятаны кости, то тут должно быть похоронено не меньше сотни тысяч людей.

— Возможно несколько сотен тысяч.

— Что, Метрополия меня дери, тут такое произошло? — Бен посмотрел на Криса, но тот и сам не знал ответ. Одно он знал точно, такое количество людей за раз просто так не умирает.

— Когда я проходил регистрацию, клерк обмолвился, что на Семилунном живёт около десяти тысяч человек.

Бен присвистнул.

— Понятно теперь, почему здесь так мало поселенцев. Если у них такая жуткая эпидемия или война была, то… В любом случае будем надеяться, что всё уже закончилось.

Рэлиты прошли ещё несколько сотен шагов вдоль курганов. Тёмный зёв туннеля вырос и маячил неподалёку. По обе стороны дороги потянулись новые, более свежие холмы. На них ещё росла трава, они не осыпались и не осели. На некоторых холмах даже стояли каменные плиты с выбитыми надписями, должно быть, имена умерших в той катастрофе.

Крис с Беном переглянулись, но ничего не сказали. Да и не надо было ничего говорить, они понимали друг друга без слов. Крис мысленно пожелал всем погибшим лёгкого сна и ускорил шаг.

Наконец, жуткая часть пути осталась позади. Дорога расширилась, открыв разрастающееся жерло огромного тоннеля, насквозь пробившего монолит скальной гряды. Вблизи тоннель был больше чем казался: его портал был высотой в три человеческих роста и такой же ширины.

Бен присвистнул от удивления, указывая на край портала.

— Поверить не могу, он оплавлен.

Крис приблизился к огромному отполированному до зеркальной гладкости жерлу тоннеля и заглянул внутрь. Внутри было темновато, но вдалеке в их сторону двигалась цепочка мужчин, везущих позади себя пустые телеги. Крис дождался, когда рабочие проедут, кивнул им и зашёл внутрь. Бен последовал за ним. Шаги их гулко отражались от стен, эхом улетая вперёд. В тоннеле сквозил свежий ветер, несущий с собой запахи дождя, пыли, пота и чего-то ещё.

Крис потрогал пол, идеально гладкий как стекло и почти такой же идеально чистый. Похоже ветер уносил отсюда даже грязь и песчинки.

Бен неожиданно остановился и запрыгал на месте.

— Что ты делаешь? — спросил Крис.

— Послушай, до меня только что дошло. Мы ведь на другой планете, верно? Тогда тут наверняка должна быть иная гравитация или что-нибудь ещё в этом роде.

Бен снова запрыгал, Крис прислушался к внутренним ощущениям и фыркнул.

— Ты ещё скажи, что воздух тут должен отличаться, быть ядовитым например.

— Как ты не понимаешь, если мы действительно на другой планете, то здесь обязательно должно быть всё, не так, как у нас, на Лотариуме.

— Не пойму, тебе недостаточно того, что здесь семь лун на небе? Надо чего-то ещё? Пошли уже.

Бен закончил прыгать и вздохнул. Крис двинулся дальше, а Бен поправил полосатую пижаму и только потом его догнал. Вдалеке послышался шум, к ним кто-то приближался. Через минуту они увидели худого мужчину в короткой футболке и рваных, грубых шортах, неспешно бегущего в их сторону. Мужчина поравнялся с ними и побежал дальше. Бен проводил его осуждающим взглядом.

— Святая Метрополия, ну и дыра. С ума сойти, они ещё и одежду сами шьют. Держу пари, что на этой планете нет ни порошка, ни нормального портного, ни зубных врачей. Ума не приложу, из-за чего на меня посыпались такие беды? Сначала шахматы, потом эта дрянная планета, а завтра вообще не известно что. Жил ведь нормально, так нет! Стоило мне прилететь на ваш совет, как сразу вляпался в передрягу.

— Ты просто оказался не в том месте и не в то время.

— Не понял?

— Не думай, что всё произошедшее с тобой случилось только из-за тебя.

— На кого это ты намекаешь, на себя что ли? — Бен расхохотался Крису в лицо.

— Прости, прости, давно так не смеялся, — Бен утёр слёзы из уголков глаз. — Не обольщайся, у меня тоже достаточно врагов. Там, откуда я прибыл, меня прозвали Прекрасным Убийцей, и, кстати, вовсе не только за то что я так красив.

— Пфф...

— ... У нас были двое, Шуст и Хек, их вечно раздражало, что я лучше них во всём. Наверняка они сговорились с председателем и отправили меня в другой город, чтобы в новом месте им было легче меня достать. А ты просто попался им под горячую руку.

— Ты плохо знаешь моих врагов.

— Не соглашусь, у нас тоже прекрасные Рэлиты – первоклассные, все как на подбор, достойны занимать свои места в правительстве.

— Всего лишь в правительстве, — фыркнул Крис. — Хорошо, я расскажу тебе. Его светлость Праудлион недавно прилетал в наш метрополис и впервые за пятьдесят лет выбрал из нашего города двух Рэлитов в Высший Совет планеты. Не знаю кто второй, но точно не ты. Ты новенький, и вполне естественно, что ты об интригах нашего Парламента не успел ничего узнать. Да и кто бы тебе сказал, кому нужен ещё один конкурент. Что же касается меня, то поверь, — Крис поднял палец вверх, — у меня есть все основания полагать, что я был одним из тех двух избранных.

Бен посмотрел на Криса, лицо его вытянулось. Даже во мраке тоннеля было видно, как глаза Рэлита заблестели на бледном лице.

— Туда? — Бен сглотнул, глядя вверх. — Думаешь тебя и вправду избрали в совет Элиты? Тогда это многое объясняет… Я слышал, каким испытаниям подвергаются избранные и как страшна бывает месть их конкурентов.

Крис кивнул. Бен сложил руки на груди и шёл так некоторое время, слегка поотстав от Криса. Затем нагнал его.

— Послушай, — начал он с жаром, — за год до моего назначения в нашем городе двух Рэлитов перевели в совет Элиты. Там мне пришлось бы ждать нового набора ещё двадцать, а может, все пятьдесят лет. Какая удача, что меня перевели к вам именно сейчас. И вот о чём я подумал, нас ведь как раз двое, новых мест в Совете Элиты тоже два. Хватит каждому. Как думаешь, выгорит дело, а?

— Думаю выгорит, но будет непросто. Нас ведь обоих кто-то сюда засунул, пусть и по разным причинам. Что касается тебя – если ты хочешь стать Членом Элиты, то для начала тебе придётся доказать Элитам, что ты достоин избрания в совет. Если же говорить обо мне, то мне нужно только добраться до Праудлиона живым. В любом случае у нас обоих один путь — выбраться отсюда и выбить право крови у наших врагов. Пустив их кровь.

— Жаль эти уроды так далеко и самый лёгкий путь, найти их и убить, отпадает, — вздохнул Бен.

— Полностью с тобой согласен. Но когда мы выберемся отсюда, — Крис сжал кулаки и скрипнул зубами, — у нас появится возможность доказать, что мы достойны избрания в совет Элиты.

— Звучит неплохо. С чего начнём, партнёр?

— Для начала предлагаю как можно скорее вернуться к себе домой, на Лотариум.

— Метропольски хорошее предложение! Я в деле.

Тоннель неожиданно закончился. Прямо перед выходом стояла вбитая в землю деревянная табличка, на которой зелёной краской от руки было написано:

Добро пожаловать на Семилунный.

Первым странности заметил Бен. У него вырвался сдавленный хрип, и он вцепился в рукав больничной робы Криса.

— Смотри!

По дороге возле тоннеля проехали три повозки на деревянных колёсах. Следом за ними пронеслась самоходная телега. На её носу крепился деревянный рычаг, за который держался ловкий молодой человек в длинной тоге. Он ехал стоя и когда нажимал на рычаг, телега шла быстрее. Кроме него в повозке ехали ещё шестеро, две девушки и четыре ребёнка. Когда повозка проезжала мимо, одна из девушек с глубокими голубыми глазами посмотрела на Криса. Их взгляды встретились, утонули друг в друге на мгновение... а потом повозка завернула за поворот, и девушка затерялась в толпе, как затерялись тысячи других случайных прохожих, которых каждый встречал в своей жизни.

Следом за самоходной «машиной» проехала повозка с толстыми железными прутьями. Внутри клетки сидел большой бык с огромным кольцом в мокром носу. Он был похож на самого обычного быка за одним исключением — у него было шесть пар мигающих глаз. Глаза уставились на Рэлитов, и бык облизнул их все разом, длинным высунувшимся из пасти языком. Повозка мелькнула и тоже исчезла в потоке.

Крис с Беном переглянулись.

— Что ты там говорил? — спросил Крис. — Что на чужой планете должно быть что-то, чего нет на нашей?

Бен только невнятно промычал в ответ.

— Пойдём-ка отсюда, не нравится мне здесь.

Рэлиты дождались, когда поток телег различных форм и мастей ослабнет, и перешли дорогу. По ту сторону перекрёстка начинался оживлённый рынок под открытым небом. Посреди улицы тянулись длинные ряды лавок, позади которых стояли торговцы, расхваливая свои товары. Повсюду ездили тачки, предлагая свежие фрукты и напитки. Между рядов сновали горожане, одетые в длинные тоги самых разнообразных цветов.

Под ноги Крису прилетел залатанный желтоватый мяч, тут же следом подбежала толпа оборванных, полуголых мальчишек и увела мяч дальше, пасуя его через ноги рыночных прохожих.

Сначала Криса настиг странный мускусный запах. Затем с криками «гана джана ана ана» дорогу пересекла группа из шести мохнатых низкорослых существ с коричневой шерстью.

Крис замер, увидев прямо перед собой пришельцев. В тот же миг в него кто-то врезался и сбил с ног.

— Не стой на месте, болван, — раздался хриплый, ломающийся голос.

— Сам смотри куда прёшь, — огрызнулся Бен, помогая Крису встать.

— Всё в порядке, — ответил Крис, отряхнулся и посмотрел парню вслед.

Худой парень, ещё совсем подросток, с рассечённой губой и кольцом в нижней губе, тем временем петлял между снующих людей, не обращая на Криса внимания, и вскоре исчез среди толпы.

Что это было? — подумал Крис, потирая рёбра. Меня ударило так, словно я со всей силы на стену налетел. Не может же быть, чтобы у того мальчишки была такая сила. Наверное, я зазевался и не успел сгруппироваться, вот и тряхнуло как следует. Да и усталость сказывается. Надо скорее отдохнуть и перекусить, а то совсем ослабну.

— Нам нужна еда, — сказал Крис вслух.

— И отдых бы не помешал, — Бен мечтательно закатил глаза. — Надеюсь, нам не придётся отдыхать с кем-нибудь из этих, — он указал на желеобразное существо, похожее на гигантскую улитку без панциря.

— Пока не до отдыха. Первым делом нужно подкрепиться. Сначала давай осмотримся, может удастся где-нибудь раздобыть простую подработку.

— Да ладно тебе. Зачем работать? Неужели ты забыл, как выживал на первом курсе в школе Элиты? Давай лучше попробуем что-нибудь стащить, как в старые добрые.

Крис вздрогнул, вспомнив те тёмные и голодные времена. Тогда они действительно выживали как могли, само выживание было частью их обучения.

— Сейчас не лучшее время заниматься воровством, — сказал он твёрдо.

Бен отмахнулся.

— Ты как хочешь, лично я голодать не собираюсь.

Но напрасно Бен надеялся поживиться хоть чем-нибудь на рынке. Чем дольше Рэлиты шли, тем сильнее Крис ощущал на себе пристальные взгляды торговцев и, что ещё хуже, инопланетян. Полосатые больничные пижамы и штаны, словно служили сигналом. Куда бы Крис ни взглянул, всюду на них пялились многочисленные торговцы специями, бросали незаметные взгляды торговцы фруктами, торговцы уличной едой, бакалейные торговцы и даже обычные зеваки.

Бен же, похоже, совсем позабыл о своей затее. Он глазел по сторонам, то и дело возбуждённо охая при виде того, что казалось ему любопытным. В основном это были разные тряпки, красивые побрякушки и дамы, носящие и то и другое. Судя по его презрительному виду, инопланетяне его не интересовали вовсе, скорее даже раздражали. Когда Бен снова заохал от восторга, увидев необычный наряд из пышного, практически парящего шёлка, Крис не выдержал.

— Да не верти ты головой, — прошипел он, — не видишь разве, что мы под постоянным наблюдением?

— Кто? Где? — Бен слепо поморгал и снова уставился на наряд.

Крис поймал взгляд торговца черепами, возле которого толпились хищные пришельцы подозрительного вида. Увидев, что его заметили, торговец начал перебирать товары.

— Неважно, — сказал Крис. — Просто будь начеку.

Бен чуть-чуть притих. Чем глубже в рынок Рэлиты заходили, тем больше становилось инопланетян, и тем пристальнее были взоры. И если в начале рынка за прилавками стояли люди, а инопланетян почти не было, то теперь всё поменялось – в самом центре рынка торговали преимущественно пришельцы, и почти не было людей.

Высокие и низкие, гладкие и волосатые, инопланетяне были всюду и, казалось, захватили весь город, весь остров, всю эту планету. Мимо прошло высокое зеленокожее существо с фасеточными глазами, загнутыми назад ногами, со шляпой и в сюртуке. Пролетели перевёрнутые треугольные металлические существа, непонятно как парившие над землёй. Прошла пара существ, походивших на тигров, вставших на задние лапы. Среди пришельцев были даже такие странные существа, которые напоминали завядшие растения, ходящие на двух лозообразных ногах. Было и множество, множество других пришельцев, так много, что Крис совсем потерял им счёт и они смешались в один сплошной поток из клешней, зубов, шкур, панцирей и когтей.

На рынке поднимался странный, неповторимый запах тысяч тел от существ, прибывших с разных планет, а может быть и с разных галактик. Высокий шестилапый синекожий торговец четырьмя руками крутил тесто, отдалённо похожее на основу для пиццы, а двумя другими смазывал тесто красным пастообразным веществом из своей груди. Судя по очереди из прохожих и инопланетян, стоявших рядом, эта «пицца» была не только съедобной, но и весьма вкусной. Правда, Крис, даже несмотря на голод, не был готов попробовать нечто подобное.

В животе заурчало. Нужно было поискать себе более привычную еду. Крис огляделся по сторонам, пытаясь найти хотя бы одного уличного торговца, продающего знакомую своему желудку пищу, как вдруг, заметил странное движение позади. Противоположный конец рынка забурлил, между рядами замаячили какие-то существа, не то люди, не то пришельцы в чёрных доспехах. На их лицах были надеты страшные, оскаленные маски.

Существа в чёрных доспехах оглядывались, явно кого-то ища…

Глава 15. Песнь Крома

Крис схватил Бена под руку и потянул между лавок. Бен зарычал, пытаясь упираться, но на ментальном уровне считал, что произошло нечто необычное, и позволил Крису буквально протащить себя через несколько рядов инопланетного рынка.

Наконец, Крис убедился, что погони за ними нет, и отпустил Бена. Бен отдувался, отряхивая свою пижаму. Крис выждал ещё, весь обратившись в слух и зрение. Рынок кишел пришельцами всех мастей, но тех в чёрных доспехах с масками на лицах рядом не было.

Крис выдохнул и потёр вспотевший лоб. Неужели показалось? Покушение, пытки людей, порталы, чужая планета, пришельцы — всё так смешалось в голове, что невольно станешь параноиком.

Он увидел просвет между рядами и повёл Бена туда. Незаметно нагруженные прилавки поредели, вместе с ними поредели и толпы людей, перемешанных с пришельцами. Вскоре рынок остался позади, чувство слежки пропало. Рэлиты вышли в город. Чем дальше они шли, тем богаче и чище становились улицы. В этой части Семилунного стояли трёхэтажные дома. По улицам неспешно прогуливались горожане в ярких кусках ткани различных цветов и оттенков или же в совсем необычных нарядах из каких-то газовых, переливающихся одежд. На одной из веранд, мужчина читал толстую книгу, потягивая кофе из кружки.

В дальнем конце улицы раздались звуки музыки. Там танцевало множество разбитых на пары людей, то и дело менявших в танце своих партнёров. Бен остановился и уставился на пляшущих женщин в коротких белых тогах.

— Как лихо танцуют, надо посмотреть поближе… — пробормотал Бен, но увидев взгляд Криса, сказал громче. — Похоже, там местный праздник, нам определённо необходимо сходить туда и всё хорошенько разведать. Э-э-эм, вдруг мы там найдём чем перекусить.

Крис не возражал. Раскрасневшиеся, загоревшие пары танцевали под мелодию, казалось, лившуюся отовсюду. Все танцевавшие пели песню, слова которой, как показалось вначале, были на другом языке. Вскоре толпа подхватила их, и Крис сам не заметил, как начал танцевать и подпевать вместе со всеми.

Жил когда-то давно

Великий странник один

Он древним отшельником слыл

и по мирам ходил.

Но зло разрослось меж миров

Достигая великих гор.

И услышал мудрец

Великой печали стон.

К угнетённым спустился мудрец

Просиял им надеждою луч

Научил для зла плести сети,

Указал он несчастным путь.

ПРИПЕВ

Подожди, подожди чуть-чуть

Скоро вернётся Кром

Вновь засияет в небе звезда

И прогонит тьму как сон

Но зло было слишком хитро

Между мирами скопилось опять.

Зло король дураков,

мастер обманывать и покорять.

И зло ополчилось на тех

Кто против него восстал

То был страшный день

Плавились даже камни скал

И побросали люди

Сети свои для зла

И разбежались по мирам,

Все, кто не был сожжён дотла

И до сих пор меж мирами

Их потомки живут

Скитаются они на чужбине

И песню Крому поют.

ПРИПЕВ

Приходи, приходи ты к нам

Наш великий Кром

Прогони зло поскорей

Как сон

Но не сдался мудрец

Он ушёл искать ответ

Как уничтожить всё зло

И принести миру свет.

И на планете дальней одной

Он нашёл, что искал

Столь великую силу обрёл

Что мог резать ей камни скал.

И вернулся отшельник опять

И тьму из миров прогнал.

В его руке горела звезда

Высоко он её держал

И устал он от долгой брани

И уснул он великим сном

И до сих пор меж мирами

Дремлет великий Кром

ПРИПЕВ

Подожди, подожди чуть-чуть

Скоро вернётся Кром

И прогонит зло от нас

Как сон

Но пока меж мирами

Дремал наш великий мудрец

Зло вновь вернулось обратно

И свободе приходит конец

Но не знает об этом

Наш великий Кром

На далёкой планете

Задремал крепким сном.

Мы кричим мы поём

Ты услышь наш стон.

Зло снова правит в мире

Притворившись добром

ПРИПЕВ

Подожди, подожди чуть-чуть

Скоро проснётся Кром

Засияет в небе звезда

Прогоняя тьму как сон.

Рэлитов вынесло на окраину празднества. Музыка стала громче. Возле одного из домов сидел пришелец в красном сюртуке и белой улыбающейся маске с нарисованными слезами. В руках он держал длинный инструмент с десятком струн, извлекая из него восемью пальцами грустную мелодию.

Чуть поодаль от пришельца сидели десять худых бедняков в оборванной одежде. Их ноги торчали из ветхих, но чистых кусков тканей. Перед нищими стояли тарелки с мелкими монетами. Они сидели неподвижно, не реагируя ни на праздник, ни на танцующих людей. По их застывшим лицам Крис догадался, что они были местными сумасшедшими.

Из дома, с хлипкой деревянной дверью на ржавых петлях, вышла сухая старуха. Следом за ней на улицу вышел мальчик лет двенадцати, держа большой тазик. Старуха достала ложки и, не обращая внимания на праздник, начала кормить первого мужчину. Мужчина был худ, у него были выкатившиеся, поблёкшие глаза, длинные седые волосы, а во рту не хватало нескольких зубов.

По толпе пронёсся шёпот. Лютня взвизгнула, обрывая мелодию. Танцующие затихли, ощущение праздника исчезло. Крис уставился туда, откуда раздавался шум. Что такое там происходит?

Толпа расступилась, пропуская на площадь парня лет двадцати трёх, правую щёку которого рассекали три длинных шрама. Несмотря на вечернюю жару, он был одет в чёрную броню, больше похожую на чешую, позади развевался алый плащ. На его поясе висел нож, возле которого болталась страшная, оскаленная маска. Следом за ним шли ещё два человека в таких же чёрных чешуйчатых доспехах, но чёрных плащах. У каждого на лице была страшная маска с длинным носом, а на поясе поблёскивал холодным металлом длинный нож.

Крис узнал этих людей. Именно их он недавно видел на рынке.

— Предатели! Убийцы! Убирайтесь в свою дыру сектанты! Ненавижу вас!

Сектант без маски положил перед сумасшедшим с выкатившимися глазами несколько фруктов, кивнул старухе и пошёл дальше. Сумасшедший расплылся в улыбке и тут же принялся есть, держа фрукты обеими руками. Двое других сектантов положили фрукты остальным сумасшедшим и последовали за своим лидером. Горожане просто стояли и смотрели на происходившее. И хотя их ненависть клокотала, а крики не смолкали, но никто не решался выступить против сектантов и никто не перегородил им путь, когда они ушли. Крису показалось, что он увидел что-то важное, но, как и многие, он не понял до конца, что произошло.

Сектанты постучали в дверь одного из домов. Им тут же открыл хмурый мужчина с многодневной щетиной. Он улыбнулся сектантам, поприветствовал каждого по имени и впустил внутрь.

Толпа начала потихоньку возвращаться к веселью. Крис и Бен, гонимые голодом, двинулись дальше в центр города. Здесь по улицам также колесили крытые самоходные повозки, но среди них всё чаще попадались такие, где были запряжены по трое — пятеро красивых шестиногих животных. А по тротуарам вышагивали степенные дамы, держа под руку мужчин в лёгких прогулочных костюмах.

Даже здания здесь были другие. Если дома за городом походили на самодельные лачуги из кое-как составленных камней, а в среднем городе казались однотипными, то в центре каждая постройка была произведением искусства. Складывалось впечатление, что дома были построены мастерами, соревновавшимися друг с другом в мастерстве.

Вверх по улице показался отряд людей в железных доспехах с мечами у пояса. Позади них неспешно вышагивала большая группа пёстрых горожан в шелковистых разноцветных одеждах. Все они сгрудились вокруг крупного черноволосого мужчины, обладавшего пышной, седеющей бородой и белоснежными зубами. Каждый дожидался своей очереди, что-то говорил статному мужчине, тот кивал. Два инженера развернули перед ним большой расчерченный лист. Седовласый посмотрел на чертёж, ткнул пальцем, после чего инженеры сразу ушли. Их место занял высокий горожанин с клинообразной бородкой и начал что-то объяснять, показывая на крышу дома, где загоревшие рабочие меняли кровлю.

— Похоже, это наш шанс всё узнать, — сказал Крис. — Пошли.

Крис с Беном пересекли дорогу процессии. Крис даже успел услышать, как один страж предлагал другому порыбачить в эти выходные, когда стражи перегородили им дорогу.

— Пропустите, — пробасил седовласый, — сколько можно говорить, что ваш мэр готов в любое время выслушать любого свободного гражданина этого города.

— Но сэр Велховен, они же новоприбывшие… — зашептались горожане.

Но мэр поднял широкую ладонь, и ропот стих. Стражи расступились, Крис вместе с Беном оказались возле седовласого мэра. Подойдя ближе, Крис смог хорошо разглядеть его получше — один его глаз пересекал большой старый шрам, сам глаз был белым и, похоже, ничего не видел. Мужчина носил серую холщовую рубашку, был на двадцать килограмм массивнее и на пару сантиметров выше Криса.

Мэр оправил усы и взял его под руку. Крис шёл рядом с ним, ощущая исходившую от него силу и власть. По левую сторону от них шёл страж с массивным подбородком, чёрными волосами и тоже со шрамами на лице. Позади почтительно шли другие горожане, а впереди громыхал отряд стражи.

Спустя двадцать шагов мэр покосился на Криса.

— А у тебя стальные мышцы, сынок. И кстати, я наконец разгадал кто ты. У тебя движения охотника, а вид жертвы. Есть только одна совсем небольшая группа людей, обладающих подобными навыками, — он понизил голос. — Нечасто сюда заносит Рэлитов.

— Откуда тебе известно про Рэлитов?

Мэр усмехнулся.

— Я сорок лет стою у руля Семилунного и многое повидал. Уверен, что ты и я, мы оба умеем ценить своё время, поэтому давай к делу. Говори, зачем пришёл, мэр Велховен слушает тебя!

Крис поискал взглядом Бена. Тот шёл правее от него. Крис стал рассказывать, как они перешли через портал, но мэр прервал его.

— Я всё это прекрасно знаю, лучше переходи ближе к сути.

— Хорошо. Нам с другом нужно вернуться на Лотариум.

Велховен слегка сбился с шага и покрепче стиснул бицепс Криса.

— Боюсь, сынок, в подобной просьбе тебе помочь никто не в силах, — он поднял ладонь, прерывая Криса. — Отсюда на Лотариум ведёт только одна дорога: та, которой ты сюда пришёл. И поверь, соваться туда, всё равно что засовывать голову в пасть льва, у которого вместо языка клубок ядовитых змей, а вместо дыхания огонь, — мэр горько рассмеялся.

— Кого там боятся? — усмехнулся Крис. — На входе от силы двадцать военных: ни техники, ни роботов, ни турелей.

— Вокруг пчелиного улья пчёл тоже немного летает, сынок. Но сто́ит засунуть туда руку и через мгновение десятки тысяч разъярённых пчёл примчатся за твоей головой.

— Кажется, я понимаю, куда ты клонишь... — Крис почесал подбородок. — Но если нельзя засунуть голову в пасть льва, то льва можно обойти. Наверняка должны быть иные, обходные пути, ведущие домой.

Мэр побагровел.

— Я и слышать не хочу про обходные пути через другие миры! Тебя что, кто-то подговорил придти ко мне и пошутить надо мной? Знай, кто бы тебя ни надоумил, лучше брось это дело.

Мэр похоже понял, что сказал лишнего и резко замолчал.

— Значит, я был прав насчёт обходных путей, — Крис потёр подбородок. — Судя по количеству пришельцев на планете, у вас тут хорошо развиты космические путешествия. Где я могу зафрахтовать космический корабль и найти хорошего капитана?

Велховен странно посмотрел на Криса.

— Послушай, сынок, если это какая-то шутка, то мне не смешно. Я понятия не имею, о каких космических кораблях ты говоришь. Да, признаю́, у нас есть порталы между мирами, но мы ими не пользуемся. И вообще, путешествия между мирами — запрещённая тема для разговоров. По крайней мере, в моём городе. Так что будь добр, веди себя как подобает. Будь ты обычным гражданином, я бы давно упёк тебя в кутузку за подобные разговоры.

— Мне нет дела ни до ваших законов, но до чьих-либо ещё. Рэлиты не подчиняются ничьим законам, кроме собственных. Если мне придётся нарушить ваши законы, чтобы вернуться домой, то я сделаю это ни колеблясь.

Мэр так сильно стиснул его руку, что Крис вскрикнул от боли и попытался вырваться. К ним бросился страж с массивным подбородком, но Велховен остановил его. Внезапно мэр остановился и пристально посмотрел на Криса. Несколько секунд он изучал его лицо, а затем ослабил свою хватку.

— Твои слова кое-кого мне напомнили… Как, говоришь, тебя зовут?

Услышав его имя, мэр пробормотал: Крис… да, точно, теперь мне многое становится понятно… Велховен хлопнул в ладоши и попросил свиту оставить их наедине. Люди и стражи отошли, Бен отошёл вместе с ними, а Велховен отвёл Криса к обшарпанной каменной стене и перешёл на шёпот.

— Послушай, сынок. Ты мне напомнил одного человека, великого и храброго. У меня не так много времени, так что дам тебе только один совет. Не ищи своей смерти. На Лотариум нельзя попасть через другие миры, так что прекрати думать о возвращении домой.

— Почему?

Мэр закатил единственный видящий глаз.

— О Кара небесная, лучше бы ты пошёл вместе с остальными горожанами и дождался гида. Видят Древние, ты сам не знаешь, чем я рискую, разговаривая с тобой. Если у тебя есть буклет, то выкинь его, и свою одежду тоже выкинь. Иначе они смогут следить за тобой и найдут. Понимаешь, о ком я?

Крис кивнул.

— Почему нас отправили сюда? Почему за нами следят?

— Скоро ты сам всё узнаешь. Сейчас прислушайся к моим словам и держись подальше от порталов в другие миры. Запомни одно сынок — здесь ты свободный гражданин, но стоит тебе покинуть Семилунный, как ты станешь рабом Метрополии. Оставайся в городе, не думай ни о чём, живи и наслаждайся жизнью. Ешь пей, отдыхай — для новичков еда и ночлег бесплатны. Выбери себе любой свободный дом на окраине и живи, там много пустых домов. Пройдёт время, ты сам всё узнаешь. А о своей идее забудь, выкинь её из головы. Ты всё понял? Тогда подыграй мне.

Они вернулись к свите и мэр, ведя Криса под руку, начал, жестикулируя другой, громко говорить.

— Послушайте молодой человек. У города есть и другие проблемы, мне некогда заниматься ещё и вами. Всё чаще пропадают горожане в джунглях, гибнут посевы, муравьины подходят ближе к городу. Многие граждане недовольны тем, что гарнизон Метрополии перенесли слишком близко к барьеру. А вы тут пристали ко мне с вопросами о том, где вам жить и чем питаться. Найдите себе гида для новичков, не тратьте моё время, А теперь прошу извинить, у меня много других дел.

Велховен отпустил Криса и пристально посмотрел на него своим единственным видящим глазом. Его тут же окружили горожане «мы ведь вам говорили сэр Велховен, что не нужно тратить своё время на новичков». Мимо Криса прошёл главный страж с массивным, выбритым до синевы подбородком, бросил на него холодный пристальный взгляд и поспешил за мэром.

Вскоре процессия скрылась за поворотом, и улица опустела. Только Крис и Бен стояли под вечерним солнцем посреди главной площади, да редкие повозки проезжали по своим делам.

— Что сказал мэр? — спросил Бен.

Крис вкратце пересказал Бену их разговор.

— Вот хитрый лис, — восхитился Бен. В его животе заурчало. — Постой тут, я сейчас вернусь.

Он пересёк улицу и подошёл к одинокой тележке продавца фруктами. Бен замахал руками, показывая на себя и свою одежду, но торговец делал вид, что не понимает на метропольском. Тогда Бен показал на свой рот, затем потёр живот и начал набирать фрукты. Даже отсюда Крис слышал отборную ругань торговца, который вдруг обрёл способность говорить на чистом Метропольском. Бен набрал в охапку разных фруктов, а торговец подхватил тележку за обе ручки и, проклиная мэра, покатил на другую улицу.

Бен вернулся и дал Крису несколько плодов. Синие плоды отдавали манго и хвоей, они одновременно освежали и утоляли голод. Красные стручки были немного похожи на мясо со специями, зелёные плоды оказались пряными и сочными.

Уже вечерело, когда Рэлиты вышли к окраине города. Горожане почти сюда не заходили. На дороге было больше пыли и песка, а вдали, видимая даже над крышами двухэтажных домов, темнела полоса густых джунглей. Воздух стал чище, прохладней. На улицу опускалась темнота, от каменных стен домов начало исходить странное свечение. И чем сильнее темнело, тем сильнее светились стены и ярче становилось на улице.

— Ты когда-нибудь видел нечто подобное? — спросил Бен.

Крис поскоблил гранитный мегалит ногтем.

— Краски нет. Похоже на самый обычный камень. Такое ощущение, что он светится изнутри.

Бен вздохнул.

— Порталы в другие миры, шестиногие инопланетяне, я слишком устал, чтобы чему-то удивляться.

Из дома вышел стареющий мужчина с мешками под глазами и, уперев руки в бока, принялся подозрительно их разглядывать. Крис тут же двинулся дальше. Рэлиты шли ещё какое-то время, когда Крис остановился возле одного из приглянувшихся домов.

Этот дом ничем не отличался от остальных на этой улице. Он был сложен из больших булыжников и походил на самый обычный для древнего города дом. Разве что перед его порогом было чуть больше мусора, чем перед остальными, да деревянная дверь покосилась от времени.

— Остановимся здесь, — предложил Крис.

Бена не надо было приглашать дважды. Внутри стены дома излучали приятный приглушённый свет, не такой яркий, как на улице. На кухне стояла простая мебель, несколько шкафов и стульев. Рядом оказался зал с массивным столом и широкой скамьёй. Никогда прежде Крис не видел столько деревянной мебели. Только в Совете стояли деревянные столы, да и у него дома были кое-какие поделки, которые он вырезал из упавших на своём острове деревьев. В этом же мире был какой-то поразительный контраст между массивными древними блоками стен и простым, но аккуратным интерьером.

Крис исследовал верхние комнаты и нашёл там одежду. Ему подошла только одна рубашка и брюки, Бен был менее массивным и легко втиснулся в свою пару. Крис расхаживал по дому, изучая и дотрагиваясь до всего, что видел. Он уже начинал привыкать и к светящимся стенам, и к деревянной мебели. Изучив дом, Крис подошёл к двери, ведущей на улицу, слегка приоткрыл и начал наблюдать, нет ли за ними хвоста. Он ещё не забыл предупреждение Велховена.

С верхнего этажа доносились восхищённые крики Бена.

— Ты только посмотри что за кровать, чудо, а не лежак. Ого, а это что такое, ба, ты только погляди!

Крис фыркнул. Бен был слишком беспечен. Крис уже в который раз удивлялся тому, как Бен вообще стал Рэлитом и выжил в совете, дожив до сегодняшнего дня.

Бен спустился и начал бегать по залу. Раздался скрежет, словно один камень везли по другому, а затем крики Бена.

— Ты не поверишь что я нашёл. Тут стена отъезжает, а за ней какой-то жёлоб в полу. Ой! Вода прямо из потолка бьёт!

Мокрый, он вернулся к Крису, продолжавшему следить за улицей то через окно, то через дверь.

— Ты чего тут стоишь? — спросил Бен.

— Загораю, — сказал Крис, многозначительно поглядывая на него.

— Так солнце уже зашло, — удивился Бен. — В общем, не важно. Там за стеной зала я душ нашёл, пойду помоюсь и вещи постираю. Кстати, тебе тоже бы помыться не помешало.

Бен собрался уходить, но внезапно остановился и посмотрел на Криса. Его голос стал серьёзен, словно одну музыкальную пластинку заменили другой.

— Надеюсь, ты не передумал возвращаться на Лотариум?

— Откуда вдруг такие мысли?

— Ну, мэр сказал, что если мы отправимся в другие миры, то у нас будут большие проблемы.

— Возможно он говорил правду, — ответил Крис, подбирая каждое слово, — но это не значит, что я оставлю поиски. Завтра мы найдём нужных людей и узнаем что-нибудь, что поможет нам вернуться домой.

— Замечательно, — Бен широко улыбнулся, обнажив белоснежные зубы. — Если бы ты передумал, мне бы пришлось убить тебя.

Он ушёл. Вскоре в дальнем углу зала раздался плеск воды. Крис вспомнил прозвище Бена и понял, что тот не так-то прост, как казался. Крис улыбнулся своим мыслям. Ему определённо всё больше начинал нравиться этот парень. Как же всё-таки интересно быть Рэлитом, каждый день узнаёшь что-то новое.

Глава 16. Фальшивые сектанты

Минут через двадцать Бен вернулся из душа. Он немного подсох, взял их полосатые пижамы и вышел на улицу. Вскоре Бен вернулся с маленькой головкой ароматного сыра, свежим куском мяса и очередной охапкой фруктов. Крис мысленно отметил, что Бен сам догадался выкинуть их старую одежду, постоял у окна, проверяя, нет ли хвоста, и отправился на кухню искать посуду.

К огромному сожалению, в доме не оказалось ни сковородки, ни даже кастрюли. Крис перерыл половину шкафчиков, когда дверь открылась и в дом зашла маленькая девочка с собакой. Крис и девочка удивлённо посмотрели друг на друга. Девочка покраснела и, что-то пискнув, выбежала. Собака, помахав хвостом, бросилась за ней.

— Метрополия тебя дери Бен! Почему ты не закрыл дверь на засов, когда вернулся домой?

Бен выглянул из-за дверного косяка.

— Забыл, наверное. А кто здесь был?

— Какая-то девочка с собакой.

— С собакой? Может домом ошиблись. Немудрено, в этом дурацком городе даже номеров на домах нет, не то что улиц. Как думаешь, чего она хотела?

Но вместо ответа раздался стук. Крис с Беном переглянулись. Крис открыл дверь. На пороге стояла та же девочка, глядя на них снизу вверх.

— Извините, — пискнула она и залилась румянцем.

— Привет, — взбодрился Бен и помахал ей. — Как твои дела?

Но она проигнорировала его, только собака гавкнула и повиляла хвостом. Девочка хотела заговорить, но неожиданно собака ткнулась мокрым носом в ногу Криса. Крис присел и погладил пса. Животное легло на спину, подставляя своё брюхо.

Крис засмеялся, девочка тоже.

— Хороший пёс, как его зовут?

— Бакс, — сказала девочка. — Похоже вы любите животных.

— Как ты поняла?

— Вы ему сразу понравились, такое редко бывает.

— Верное подмечено, — подмигнул Крис и грустно улыбнулся. — Я люблю животных. У меня дома даже живёт большая кошечка по имени Месси, но мне пришлось оставить её одну.

— Ох, бедняжка. Надеюсь, с ней всё будет в порядке.

— Я тоже. Ну ладно, не будем о грустном. Как твоего пса зовут мы уже знаем, а вот как зовут тебя?

— Лина, — улыбнулась девочка.

— Рад познакомиться. Я Крис.

— А я Бен.

— У тебя красивое имя, — сказал Крис. — Кто его придумал?

— Папа говорит что мама, но я её не помню, она давно умерла.

Крис перестал гладить собаку и посмотрел на Лину. Собака вскочила, прислонилась к Лине, шерсть на загривке пса встала дыбом. Крис хотел сказать девочке нечто ободряющее, но передумал.

— У тебя, должно быть, к нам какой-то вопрос?

— Да, — девочка закусила губу. — Этот дом… Давно вы здесь остановились?

— Мы только сегодня пришли на вашу планету. Мэр сказал, что мы можем поселиться в любом свободном доме.

Глаза Лины расширились.

— Так вы с Лотариума? А я думала вас подослал, отец чтобы следить за мной.

Крис и Бен переглянулись.

— Может пройдёшь внутрь и всё расскажешь? — предложил Крис

Девочка кивнула и осторожно зашла в дом. Крис неловко пододвинул ей стул. Она села, собака же бегала по дому, что-то вынюхивая.

— Мы можем предложить тебе только фрукты и сыр, — сказал Крис. — У нас ещё есть мясо, но, к сожалению, я пока ума не приложу, где взять сковородку.

На лице Лины появилось странное выражение. Она подошла к столбу, назначение которого Крис до сих пор не понимал, сделала несколько уверенных движений и повернула его. Монолитный столб на удивление легко прокрутился. После щелчка, часть лицевой кладки ушла вверх. Внутри открылась полость, похожая на шкафчик, где лежала кухонная утварь — тарелки, кружки, ложки.

— Я спрятала посуду здесь на всякий случай, — сказала Лина, доставая из полости сковородку и бутылочку с маслом.

— Интересная кладовка, ни за что бы ни подумал — пробормотал Бен, нарезая сыр и угощая остальных.

Крис принялся жарить мясо. Втроём они поели, и после сытного ужина Крис откинулся на спинку стула.

— Никогда не ел ничего подобного, — сказал Крис. Он прожевал очередной кусок сочного мяса и добавил, — и, кажется, я понял зачем ты пришла. Похоже, мы заняли твой дом. Если так, то сегодня же мы уйдём.

— Всё в порядке, не стоит переживать из-за этого, — замахала руками Лина. Видимо она уже что-то решила для себя. — Этот дом действительно пустует и мы использовали его… Для наших сборищ.

— Поэтому твой отец следит за тобой?

— Нет, ему некогда — сказала Лина, качая ногой, — он вечно занят своей работой. Он главный страж города.

Бен поперхнулся.

— Нам точно сто́ит убираться отсюда, — прохрипел он.

— Мы живём неподалёку, — продолжала Лина, — наш дом прямо через дорогу. Моего отца боятся, но на самом деле он очень хороший. Но другие так не думают, поэтому никто не селится рядом с нами. Завтра у нас с друзьями здесь будет собрание. Никто из них не будет возражать, если в нашем доме кто-нибудь переночует. А завтра я всех предупрежу, и мы соберёмся в другом месте.

— Может нам проще уйти?

— Нет, что вы, мне нравится, что рядом с нами будет жить кто-то ещё кроме стражей, — Лина улыбнулась. — Здесь всё так… скучно!

— Я уже где-то это слышал, — сказал Крис и посмотрел на Бена.

— Определённо, — рассмеялся Бен.

Все засмеялись. Они болтали о всякой чепухе до самой ночи. А потом Лина ушла, сказав, что ей пора возвращаться домой, и что завтра она непременно зайдёт в гости. Крис погладил на прощание Бакса, и они расстались.

Крис оставил Бена мыть посуду и решил перед сном тоже сходить в душ.

Крис прошёл в гостиную и заметил, что в дальней стене появился проход. Он с сомнением оглядел небольшую комнату длинной в несколько шагов. Ну и где здесь душ? Но едва он сделал шаг, как сверху его обдало мощной струёй воды. Он отскочил и вода тут же пропала. Пальцем ноги нажал на один из каменных блоков в полу, и прямо из потолка на пол полилась тёплая вода. Крис присмотрелся, но не заметил в потолке никаких отверстий. Ноздри его раздулись — казалось, вода сочилась прямо из камня.

Крис разделся и встал под душ, немного ругая себя. Нашёл чему удивляться, ты же на другой планете, кретин. Здесь могло быть что угодно — от трёхголовых инопланетян, до душа из камня. Ну хотя бы вода здесь чище, чем на Лотариуме.

Свежесть и лёгкость стали разливаться по уставшему, потному после дневной жары телу и уже вскоре Крис весело насвистывал мелодию Имперского Марша.

Выйдя из душа, он отметил про себя его эффективность — полы остались совершенно сухими, а кожа чистой. Крис вытерся полотенцем, вернулся в зал. Проходя мимо окна, заметил что все семь лун, даже чёрная, стали ярко светиться. Крис потёр глаза, потянулся и понял, что больше всего на свете хочет одного — спать. Уже слегка шатаясь, поднялся на второй этаж, где находилась спальная. Бен уже сидел там.

— Ну, как тебе душ? Только представь, сколько инженеры Лотариума заплатят, чтобы узнать в чём его секрет. Когда я выберусь отсюда, первым делом отправлю сюда своих лучших Сэлитов-учёных.

— С чего ты взял, что они тут уже не побывали? Вспомни, сколько учёных толпилось у портала.

Бен только хмыкнул, не найдя ничего ответить.

— Эх, сигару бы, — мечтательно протянул он. — Да только где её достать.

— Некогда расслабляться. Нужно организовать дежурство.

— И как ты себе это представляешь? Если на Лотариуме я ещё как-то мог определить час по звёздам, то тут мне всё незнакомо.

— Будем дежурить, пока не захотим спать. Самый простой способ. Первым предлагаю пойти мне.

— Видел бы ты себя в зеркале, — фыркнул Бен. — Ты еле сидишь. Нет уж, первым буду дежурить я.

Крис действительно хотел спать и потому спорить не стал. Едва Бен вышел за порог комнаты, как Крис мгновенно заснул. Он не очень доверял Бену, но тот разбудил его примерно через два часа. Крис встал и вышел на улицу. На улице было тихо, лишь один раз мимо дома, шатаясь, прошёл поздний пьянчуга. Вскоре Крис тоже захотел спать. Он разбудил Бена и вновь заснул.

Проснулся он оттого, что ему закрыли рот.

— Тихо, — одними губами прошептал человек.

Спросонья Крис не сразу узнал Бена. Бен убрал руку, и Крис услышал доносившиеся снизу голоса.

— Как они вошли, дверь же была закрыта на засов? — прошипел Крис.

— Я сам не знаю, — оскалился Бен. — Возможно со двора. Похоже там была секретная дверь, я слышал шелест камня.

Крис тихо выругался.

— Нам и без них хватает своих проблем. Ты хоть знаешь, кто там?

— Какие-то бандиты. На них надеты странные маски, а на поясах висят ножи.

— Может не бандиты, а сектанты, — сказал Крис задумчиво, — мы видели таких сегодня на рынке. Похоже, это наш шанс. Им есть что скрывать, а нам есть что узнать от них. Раз сектантов не любят горожане, то они наверняка делают что-то запретное.

— Например?

— Например путешествуют между мирами дубина. Давай подкрадёмся и подслушаем, что у них на уме.

— Хорошая идея, — оценил Бен. — Но что будет, если они нас заметят? Вдруг у них есть ещё оружие кроме ножей?

— Тем хуже для них.

Бен ухмыльнулся. Крис бесшумно открыл дверь и подполз к перилам второго этажа. За столом гостиной сидели трое людей в костюмах и масках и тихо переговаривались между собой. Издалека их одежда была похожа на одежду сектантов, которых Крис видел сегодня днём на рынке, но чем дольше он приглядывался, тем больше у него возникли сомнения, а были ли вообще эти люди сектантами? Ощущение было таким, что смотришь на оригинал и на подделку — достаточно пристально приглядеться, чтобы почувствовать разницу.

— …а если они не придут? — спросил фальшивый сектант.

— Всё схвачено Юлиус, не переживай.

— А вдруг они проболтаются, что тогда? — прохрипел другой.

— Хватит скулить, вы оба! Мы должны переправить товар сегодня и сделаем это, даже если придётся убить кого-нибудь из них по дороге.

— И всё же Белрандо, ой, то есть босс… Что-то мне не по себе. Вдруг они догадались?

— Хиггс, старый ты болван. Хватит портить мне настроение. Они слишком наивны, чтобы что-то понять. Клянусь, это будут самые лёгкие деньги в нашей жизни. А если вы боитесь и скулите, то проваливайте. Только помните, каждый, кто меня предавал, потом плохо заканчивал.

Бандиты замолчали.

— Ты гений Юлиус, что додумался до такого, — Белрандо решил нарушить тишину.

— Спасибо босс.

— Ладно, хватит трепать языками. Хиггс, начни собирать оружие, а ты собери пожрать в дорогу. Нам три дня придётся путать следы в других мирах.

Худой седоволосый мужчина встал и принялся дотрагиваться до разных мест в стене зала. В стене тотчас же открывались потайные ящички, откуда Хиггс достал три чёрных тяжёлых бластера и с десяток магазинов с металлическими стержнями к ним.

Хиггс раздал оружие и начал набивать мешки чем-то из другого потайного ящика. Юлиус ушёл на кухню. Судя по шуршанию камня, там тоже из стен выезжали секретные панели.

— У нас ещё есть время? — спросил Хиггс.

Белрандо взглянул на наручные часы.

— Товар будет через десять минут. Мы успеваем.

Хиггс вздохнул.

— Ну что опять?

— Да так, ничего босс. Просто… Я давно хотел сказать, что вздрагиваю каждый раз, когда мне приходится уговаривать этих сопляков, — Хиггс передёрнул плечами. — Только и делаешь, что распинаешься. Так и хочется пристрелить кого-нибудь из них.

— А мне каково, распинаться тут перед вами?

— Что? — удивился Хиггс.

— А ты думал я успокаивать тебя буду? Потерпи немного, ты же знаешь сколько за этих гадёнышей дают. Несколько прыжков между мирами, и мы миллионеры. Когда закончим, купишь себе приличную квартирку на Лотариуме и забудешь о Семилунном как о страшном сне.

Хиггс заворчал, но вскоре перестал и даже приободрился. Крис с Беном переглянулись — Лотариум!

Юлиус уже пришёл, а Хиггс закончил набивать мешки и теперь чесал подбородок.

— Знаете, я тут вспомнил, что оставил наверху гаусс-пушку.

Хиггс посмотрел наверх. Крис с Беном замерли и отодвинулись подальше от перил. Хиггс подошёл к лестнице и начал по ней подниматься. При каждом его шаге деревянные ступеньки скрипели.

— Зачем тебе гаусс-пушка? Брось эту затею, она слишком тяжёлая.

— Она может пригодиться нам против Хекков.

Хиггс продолжил подниматься по лестнице. Крис сгруппировался, готовясь сбить его с ног. Хиггс поднимался всё выше, и вот, его голова уже почти сравнялась с последней ступенькой, когда раздался стук в дверь.

— Вниз, быстро! — проревел Белрандо.

— Но…

— Я сказал живо! И спрячьте пушки, кретины!

Хиггс развернулся и затопал вниз по лестнице. Крис подполз к перилам и успел заметить, как троица спрятала бластеры на поясах, прикрыв их плащами. Стук в дверь повторился.

— Входите, — сказал Юлиус.

Дверь попытались открыть, но она не поддалась. Фальшивые сектанты в масках переглянулись, переглянулись и Бен с Крисом — это Крис закрыл дверь на засов.

— Кто из вас, болванов, закрыл дверь? — проревел Белрандо.

— Мы не закрывали.

Белрандо выругался, пригрозил что разберётся с ними позже, пошёл на кухню и сам отпер дверь.

— Привет, — сказал он наигранно добродушным голосом. — Что-то вы сегодня рано. Мы ждали вас через десять минут.

— Так получилось, — раздался мальчишеский голос. — Можно нам войти?

— Конечно.

Белрандо вернулся в зал, за ним следом зашли шесть детей в походной одежде с рюкзаками через плечо. Крис прикинул, что самому младшему из них было лет восемь, а старшему четырнадцать. Пятеро из них были мальчиками, а шестая — девочка.

— Привет Анна, Шон, Генри, — сказал Хиггс, здороваясь со всеми и пожимая каждому руки. — Как добрались, надеюсь всё хорошо?

— Родители спали, когда я ушла, не переживай Хенк, — улыбнулась Анна. — У остальных тоже всё чисто.

Дети расселись за стол и стали тихо переговариваться между собой. Они были не очень веселы, и Юлиус стал суетиться вокруг них, собирая на стол. После еды настроение детей улучшилось, и они приободрились.

— Вы всегда такие заботливые к нам. Спасибо, что покормили. Грустно вот так уходить из дома, никому ничего не сказав… — Анна замолчала.

— Не переживайте по поводу родителей — сказал Белрандо. — Они не ценят вас так, как ценим вас мы. Они считают вас детьми, но вы уже не дети. Вы — отважные искатели приключений.

— Жаль, что они не слышат тебя, дядя Хменк, — пискнул самый младший. — Я бы хотел, чтобы вы познакомились с моим папой и всё ему объяснили.

Белрандо, он же Хменк, он же, возможно, кто-то ещё, принуждённо засмеялся.

— Обязательно познакомишь. Когда я был таким же маленьким, как ты, я сам ушёл в другие миры. И когда мне стукнуло четырнадцать, я вернулся и сказал своему отцу, что он трус, раз боится путешествовать между мирами!

Дети переглянулись и заулыбались.

— Так что и вы вскоре придёте к своим родителям и докажете им, что вы уже взрослые и теперь сами можете за себя всё решать, — часы Белрандо пискнули. Он мельком взглянул на циферблат и добавил. — Нам пора выходить. Анна, а где твоя подруга?

Анна покраснела, но в тот же момент входная дверь на кухне открылась и в зал вбежала ещё одна девочка. Крис сразу же узнал её — это была Лина.

— Привет Хменк, привет ребята. Простите за опоздание, папа чутко спит, я еле выбралась из дома. Кстати, почему собрание перенесли? Я думала, мы встречаемся завтра днём.

— Рад видеть тебя с нами Лина, — расплылся Белрандо. — Пришлось сдвинуть график. Нам нужно торопиться, иначе потом э-э-э... нельзя будет перейти в соседний мир. Есть информация, что границу между мирами скоро закроют.

Хиггс и Юлиус уставились на Белрандо, но он ударил их локтями, и они закивали, подтверждая его слова.

— Хорошо что ты пришла. Нам как раз пора выдвигаться.

Дети подобрали свои мешки с пола и пошли за Хиггсом. Последними выходила Лина под руку с Белрандо, который помогал ей нести рюкзак. Неожиданно она обернулась и осмотрела гостиную.

— Ты что-то забыла?

— Нет, просто вечером я видела… Впрочем, неважно.

Белрандо проводил Лину и вернулся. Он подозрительно осмотрелся, бросил взгляд наверх и ушёл за остальными. Бен выдохнул и перевернулся на спину.

— Фух, давно так не потел.

Крис поднялся и поторопил Бена.

— Куда ты спешишь? — удивился Бен.

— Надо проследить за ними. Эти типы явно замышляют что-то плохое.

— С чего ты взял?

— Разве ты не слышал их разговор? Они носят маски и называют себя перед детьми другими именами.

— Какое нам до этого дело, — Бен поднялся и начал отряхивать одежду от пыли. — Лина же сказала, что у них будет собрание. Может у них тут клуб юных искателей приключений.

Крис выругался.

— Хорошо! Я уже давно понял, что тебе наплевать на кого-то ещё кроме себя. Вот только нам в любом случае придётся двигаться за ними, потому что они знают, как попасть на Лотариум.

— Вот это другой разговор, — сказал Бен, разглядывая ногти. — Я просто ждал, когда ты скажешь эти слова. Идём.

Спускаясь по лестнице, Крис пытался понять, в какие игры с ним играет Бен.

Рэлиты вышли на улицу как раз вовремя — группа детей, ведо́мых фальшивыми сектантами, завернула за угол. Крис перешёл на лёгкий бег, Бен не отставал. Они быстро догнали «сектантов» и следили за ними издалека. Несколько раз бандиты оборачивались, но не заметили погони.

Так, они шли улицу за улицей, не встречая ни одного человека. Потом группа вышла на пустую площадь, за которой возвышалась отвесная, скальная гряда с пробитым кое-как неровным туннелем. Бандиты с детьми нырнули в проход. Крис с Беном подождали, чтобы не привлекать внимания, и нырнули за ними в туннель. Но когда они вышли на ту сторону, Крис потерял след — за городом возвышались большие статуи, за которыми почти сразу начинались густые джунгли, окутанные густым сизым туманом.

— Метрополия меня дери, — выругался Крис. — Куда они подевались?

Бен присмотрелся и указал на небольшие огни, мелькавшие в глубине джунглей среди тумана.

— Нам туда.

Глава 17. Кара

Рэлитам повезло, группа зашла в джунгли и включила фонари, замаячившие вдалеке. Под ногами начался грунт, в темноте Рэлиты стали запинаться о торчавшие из земли корни. В джунглях тянуло прелой листвой, сыростью, цветами и чем-то ещё. Крис шёл в густом тумане, ориентируясь на горящие огни еле-еле пробивавшиеся сквозь эту дымку. Среди деревьев что-то шуршало, фыркало, скреблось, а один раз перед ними пронеслось длинное чёрное существо с вытянутой мордой, четырьмя лапами и чешуйчатым телом.

По счастью, существо тут же скрылось в тумане и больше не появлялось. Но когда Крис перевёл дух, то и без того тусклые огни фонарей исчезли в тумане. Он осмотрелся, вокруг них был только непроглядный туман, настолько густой, что он не видел ничего дальше своей руки. Рэлиты зашли так далеко, что отсюда не было проблескивали даже огни города, оставшегося позади.

— Кажется, мы заблудились, — сказал Крис.

— И без тебя вижу. Спасибо, что привёл меня в столь прекрасное место! Всегда мечтал переночевать в инопланетном лесу, рядом с трехглазыми белками и питонами на четырёх лапах.

— Заткнись. В джунглях не водятся белки.

— Да какая разница. Напомню, это ты притащил нас сюда.

— Если тебе так хочется, то иди обратно. А я пойду за детьми.

— Прекрасно!

Бен ушёл. Крис немного постоял, прислушиваясь, и пошёл в ту сторону, где он в последний раз видел группу огней. Туман становился плотнее и гуще, но расступился. Крис оказался перед замшелым валуном, доходившем ему до груди. Сквозь облака пробивались звёзды, в свете зелёной и коричневой лун, Крис увидел, что валун был испещрён волнистыми символами, а у подножия его высечены странные существа со множеством масок на лице.

Неожиданно впереди послышался шорох листьев, и к Крису вышел Бен. Он подозрительно посмотрел на Криса.

— Ты что, преследуешь меня?

— Вообще-то, я шёл в противоположную сторону, — сказал Крис холодно.

— Странно, — протянул Бен. — уверен, что никуда не сворачивал… Постой мне надо кое-что проверить.

— Только давай быстрей, я не готов ждать тебя здесь всю ночь.

Бен обогнул камень и пошёл в ту сторону, откуда пришёл Крис. Минуту спустя Крис услышал, как Бен начал насвистывать мелодию из увертюры Трёх Покорителей Космоса.

Крис продолжил разглядывать резьбу на валуне. Особенно его поразила гравировка существ со множеством масок. Он пригляделся и понял, что ошибся, то были не существа со множеством масок, а существа со множеством лиц, которые снимали одно лицо словно маску и надевали другое.

Внезапно нечто странное привлекло его ухо. Свист, который отдалялся, вдруг стал тише и неожиданно появился с противоположной стороны. Теперь свист начал приближаться. Крис вышел из-за валуна, взял в руки булыжник и стал ждать.

На свободный от тумана участок вывалился, как выкинутый, Бен. Лицо его было мокрым от влаги.

— Ты чего это? — удивился Бен.

— Да так, поохотиться решил, — Крис отшвырнул камень в туман, откуда сразу же раздался подозрительный шорох.

Крис рассказал Бену, что произошло, пока его не было. Бен присвистнул.

— У меня тоже возникли подозрения, что здесь что-то нечисто. Держу пари, что вокруг не обычный туман.

Словно в подтверждение его слов, взвыл ветер, а туман ударился в невидимый барьер перед поляной, где стоял древний валун. Незаметные в ночи деревья зашелестели, кидая листья и обломки лиан.

— Смотри!

Совсем рядом в тумане появился огонёк от света лампы. Крис даже услышал голос человека. Он окрикнул его, но собственный голос прозвучал так, словно он пытался кричать через плотный слой ткани.

Человек подошёл вплотную к тому месту, где кончался туман. Его лицо было освещено лампой — изрезанное морщинами, с расширившимися от страха глазами. Но сам человек не видел Рэлитов. Туман позади него сгустился ещё сильнее, за его спиной выросли две высокие тени. Четырёхметровые и худые, тени потянули свои щупальца в сторону старика. Прямо в воздухе их щупальца превратились в чёрные как смоль острые лапы богомола. Клешни зависли над стариком и…

Взвыл ветер, в следующий миг старик исчез. Туман заклубился, ударился о невидимую стену вокруг поляны и прорвал её. Потихоньку, как наливается вода, туман заливался на лужайку. Бен вцепился в рукав Криса, и в свете коричневой и зелёной лун, его лицо показалось похожим на лицо мертвеца.

— Мне кажется, у нас проблемы.

Туман подкатился к краю камня и отступил. Крис обернулся и посмотрел на валун.

— Давай сюда! Похоже, эти твари боятся камня!

Помогая друг другу и скользя, Рэлиты стали забираться на огромный мшистый валун. Благо, резьба на нём ещё не успела выветриться и вскоре, они оказались на вершине. Туман к этому времени уже заполнил поляну и бессильно клубился вокруг камня. Но внутри тумана снова появились высокие чёрные тени. Теперь их уже было четыре. И тени потянули свои щупальца к ним.

— Что теперь? — спросил Бен.

Крис не успел ничего ответить, потому что туман расступился. Его ослепил очень сильный свет. Он прищурился и увидел сгорбленную фигуру, державшую перед собой невероятно яркий фонарь, который с громким шумом всасывал в себя туман…

Чёрные тени выгнулись, пытаясь убежать, но фонарь начал засасывать их. Несколько мгновений и туман исчез, исчезли и тени, жившие во мгле. Только Крис с Беном торчали на мшистом валуне посреди ночных джунглей. Крис проморгался и, присмотревшись, узнал фигуру — это была та самая старуха, кормившая сумасшедших на площади. Сейчас её глаза были белые, а лицо осунулось. Она держала перед собой масляную лампу, бормоча странные слова себе под нос. Старуха остановилась и пошла дальше, не видя их, не оглядываясь и не обращая ни на что внимания.

— Сумасшедшая, — сказал Бен, провожая её взглядом.

— Эта сумасшедшая только что спасла наши жизни.

— Всего лишь игра теней и воображения, — сказал Бен отряхиваясь. — Я заблудился, затем мы увидели нечто в тумане. Нам просто показалось.

Крис вспомнил, как фонарь засасывал в себя туман и теней, но решил промолчать.

— Давай вернёмся в город, — сказал он. — Всё равно мы уже потеряли след.

Теперь, когда сырая мгла ушла, приглушённое сияние города пробивалось сквозь деревья и листву. Крис искоса поглядывал на Бена, поправлявшего волосы чаще обычного. Рэлит, хоть и называл существ в тумане выдумкой, сам торопился скорее вернуться в город.

Тут и там, из земли торчали пни, кора живых деревьев была в зарубках. Джунгли поредели, Крис ощутил пряный запах. Запах шёл от коротких растений, часто торчавших из влажной почвы в тех местах, где джунгли проредили дровосеки.

Под ногами повсюду валялись обломки камней, покрытых мхом, ушедших под своим весом в землю. Крис окинул взглядом территорию, по которой были разбросаны камни. Если когда-то давно здесь стояло сооружение, то его величина — сто шагов в длину и столько же в ширину — поражала воображение. Как, не обладая инструментами и технологией, древняя цивилизация могла построить такое? И если могла, то почему все они вымерли?

Крис прошёл чуть дальше, когда за деревьями показались шесть деревянных хижин. Окна одной из хижин были освещены приглушённым светом. Крис подал Бену знак двигаться тихо. Вблизи лачуга оказалась ещё более жалкой. Стены её были сбиты из неровных, плохо прибитых друг к другу досок, сквозь щели пробивался свет. Из хижины доносилась ругань. Крис заглянул через щель. Перед главным бандитом стоял тот подросток с пирсингом в губе, тот самый, что недавно сбил его с ног на рынке.

— Отпусти их Белрандо, — подросток встал между фальшивыми сектантами в масках и детьми, которые жались к стене. Бандиты выстроились так, чтобы перерезать детям выход из лачуги.

— Не понимаю, о чём ты, — процедил Белрандо, — ты меня с кем-то путаешь, Тесс.

— Я сказал, отпусти их, — Тесс выпятил грудь, сжимая худые кулаки.

— Мне страшно братик, — Анна прижалась к Тессу сзади.

— Их никто не держит, — Белрандо развёл руками. — Твои друзья пришли сюда сами, добровольно.

— Вы обманом вывели их за пределы барьера. Вы подговаривали их, чтобы они совершили переход между мирами, а сами хотите продать их в рабство Метрополии и сделать из них Нулей!

— Хорошо Тесс, будь по-твоему. Я всё равно устал ломать эту комедию.

Бандиты переглянулись и сняли маски. Девочки взвизгнули, один мальчик заплакал, а остальные забились в угол лачуги.

— Знаешь, — сказал Белрандо, — а обманывать доверчивых сопляков оказалось так просто, так… приятно. Расскажи им сказку о том, что их не ценят дома, что их никто не понимает, пообещай, что они станут героями, напусти вокруг флёр тайны и загадочности и дети не только придут к тебе сами, но и приведут своих друзей.

— Козёл! — подросток плюнул в лицо Белрандо. Белрандо задумчиво вытер лицо.

— Парни. Поучите сопляка хорошим манерам.

Хиггс и Юлиус, раскинув руки, стали подходить к Тессу. Тесс сопротивлялся но бандиты скрутили его и сбили с ног. Дети закричали, пытаясь сбежать, но Белрандо достал из-за пояса бластер и направил его на детей.

Крис отпрянул от щели и начал оглядываться вокруг.

— Что ты собрался делать? У нас же нет оружия.

— Когда тебя это останавливало? — Крис нагнулся и поднял продолговатый предмет с земли. — Вот оно. Ты был в битве при Агробе?

— На стороне проигравших.

— Тогда ты всё поймёшь, — Крис показал предмет Бену. Бен ухмыльнулся.

Они бесшумно открыли входную дверь и проскользнули внутрь. Похитители, занятые детьми, стояли к ним спиной.

— Руки вверх, — сказал Крис. Бандиты замерли.

— И без резких движений, — добавил Бен.

Бандиты подняли руки и осторожно повернулись. Крис держал в руке кусок стального прута, подобранный на улице. Он блефовал, притворяясь, что у него настоящий Каратель. Это оружие стреляло сотней металлических игл и считалось запрещённым. Крис знал, что даже если трюк не удастся, то подобное «оружие» всегда можно было метнуть в противника.

Но трюк удался. Бандиты действительно поверили, что у Криса Каратель.

— Где ты достал эту пушку?

— Что вы такое несёте, — взвизгнул Хиггс. — Не верьте ему. Разве вы не видите, что у него обычный кусок арматуры с развалин?

Хиггс хотел было опустить руки, но Крис наставил на него кусок металлического прута. Бен держал на прицеле остальных.

— Одно движение и мы наделаем в вас столько дырок, что ни один доктор не заштопает.

Люди в масках переглянулись.

— Разве вы не видите, что он спятил?

— Делай, что тебе говорят, — прошипел Белрандо.

Руки Хиггса взметнулись вверх. Крис улыбнулся.

— Прекрасно. А теперь, мы все дружно выйдем отсюда и поговорим наедине, чтобы не пугать детей.

Крис повернулся и вышел на улицу. Похитители послушно пошли за ним. Последним шёл Бен, держа всех на прицеле. Крис уже ждал снаружи. Бандиты выстроились в ряд, продолжая держать руки поднятыми. Крис вздохнул, обвёл их взглядом и начал водить стальным прутом, словно выбирая, кого из них пристрелить первым.

— Я не хотел, — всхлипывал Юлиус, — пожалуйста, не убивай меня!

— Цирк, — фыркнул Хиггс, но руки больше не опускал.

— Послушай, дружище, — взмолился Белрандо. — Неужели ты возьмёшь и вот так просто нас пристрелишь?

— Если придётся, то да. Мы вас пристрелим, — сказал Крис.

Даже отсюда он почувствовал едкий запах пота, идущий от крупного разбойника. Юлиус стал всхлипывать сильнее.

— Послушай, я много убивал, но даже я не позволял себе пристрелить безоружного человека, — сказал Белрандо. — И вижу что ты тоже бывалый. Предлагаю сойтись в схватке голыми руками, как мужчина с мужчиной.

— К твоему несчастью, я никогда не уклоняюсь от вызова. Хорошо, будь по-твоему. Бен, сделай милость, забери у фальшивых сектантов оружие.

Бен прошёлся возле бандитов. Их бластеры, как по волшебству оказались на его поясе. Крис перекинул свой металлический прут Бену. Пока всё шло по плану, хотя Крис и не ожидал, что кто-то из разбойников сам бросит ему вызов. Это сильно упрощало дело, оставалось только вырубить их главаря, и остальные будут покорны как овечки. После того как с ним будет покончено, можно будет допросить остальных и разузнать у них подробнее, как они собирались вернуться на Лотариум.

Белрандо, был на полголовы крупнее Криса и как минимум на четверть тяжелее за счёт своего большого брюха. Он неуклюже разминался на свежем ночном воздухе. Судя по его довольному виду, он надеялся на лёгкую победу. Крис даже не стал принимать боевую стойку. Белрандо неожиданно остановился и сделал глубокий вдох.

— Зря ты согласился, новичок. Или, думаешь, я не раскусил тебя? Я знаю всех в городе, — Белрандо засмеялся. — Но не переживай, хоть я и бандит, но я благородный бандит. Так что дам тебе шанс. Нападай, убогий.

Последние слова прокрутились у Криса в голове несколько раз. Он усмехнулся.

— А ты, я гляжу, слишком самоуверен, — сказал Крис. — Пожалуй, надо поучить тебя хорошим манерам.

Противники сближались. Крис легко увернулся от медленного удара Белрандо и ударил его в грудь. Ощущение было таким, словно кулак врезался в кирпичную стену.

— Слишком слабо, — Белрандо хрустнул шеей. — Теперь моя очередь.

Хиггс и Юлиус засмеялись. Слишком слабо? Кровь Рэлита закипела в жилах Криса. Он знал силу своим ударам, того удара вполне было достаточно, чтобы рёбра обычного человека сломались.

Белрандо пошёл на таран. Он бил, но недостаточно быстро. Внутреннее чутьё подсказывало Крису, держаться подальше от этих ударов. Удары в мгновение ока стали быстрее, Крис запнулся и заблокировал панч локтем. Его тут же отшвырнуло, локоть превратился в сплошной синяк.

Белрандо рассмеялся, а Крис вдруг заметил слабое свечение, исходившее от рук бандита. Да кто он, Метрополия его дери, такой? Крис отступал, пытаясь придумать тактику против этого громилы — слишком грузного, слишком неповоротливого, слишком тяжёлого. Противник громко хрипел и был уже на пределе. Белрандо остановился. Крис со всей силы ударил его по ноге, но за мгновение до удара нога Белрандо засветилась, и Крис едва не сломал ступню.

Белрандо нагнулся, с чавкающим звуком вытащил из земли большой мшистый валун. Увидев, что делает разбойник, Крис захромал от него подальше.

— Вот и всё, — сказал Белрандо. Камень засветился, Белрандо переложил его в левую руку и швырнул так легко, словно тот был сделан из синтепластика.

Крис прыгнул, валун со свистом рассёк воздух в метре от него. Разбойники неодобрительно загудели. Белрандо наклонился за новым камнем, а Крис запрыгал на одной ноге ещё дальше.

Мать моя Метрополия! Что за... У этого обычного с виду увальня похоже есть какая-то странная сила. Заполучи я такую на Лотариуме, без проблем смог бы стать Членом Элиты.

Крис пригляделся к бандиту, пытаясь разгадать его секрет. Белрандо нагнулся, и слабое свечение, разливавшееся по всему телу, сконцентрировалось в руках, прежде чем он снова швырнул валун. Не отойди нога Криса к этому моменту, он превратился бы в кашу, только последний миг он увернулся от валуна, со свистом рассёкшего воздух за его спиной.

Белрандо наклонился за третьим камнем, которых здесь, на отшибе, было предостаточно. Похоже ему нравилось ощущать свою силу, и он не торопился прикончить Криса. Свечение с тела снова перешло в руки. Крису пришла неожиданная идея. Он поднял с земли маленький камушек и со всей силы метнул в лоб разбойнику. Раздался чавкающий звук — Белрандо упал, уронив на себя валун.

Бандиты закричали. Юлиус бросился наутёк, а тело Хиггса засветилось тем же странным желтоватым свечением. Он прыгнул на Криса, но тут же упал, держась за спину, откуда торчал железный прут.

Крис посмотрел на Бена, но тот лишь пожал плечами и пробормотал: «ну я же его предупреждал». Крис поискал взглядом Юлиуса, уже почти добежавшего до окраины города. Ещё немного и тот скроется среди узких улиц.

— Займись детьми, я его догоню, — крикнул Крис и побежал за последним разбойником.

Крис бежал медленнее обычного, сказывались последствия недавней драки. Нога болела, в боку кололо. Но больше всех почему-то болел локоть, он опух и при каждом движении отдавал в голову. Крис сплюнул, пытаясь избавиться от металлического вкуса во рту, и ускорил бег. В довершение ко всему ещё и закололо в боку. Да-а-а, давненько я не попадал в такие передряги. Либо я совсем растерял боевую форму, либо…

Крис вспомнил, как засветилось тело Хиггса, и вздрогнул. Если каждый человек в этом городе способен на такое, то у меня были большие проблемы.

Он почти догнал Юлиуса. Бандит шумно дышал, и когда оглянулся, мелькнуло его лоснившееся от пота лицо. Потихоньку начинало светать. Свечение, идущее от города, стало слабее, город готовился к пробуждению. Прямо перед Семилунным стояло множество высоких каменных статуй, за которыми плотно лепились окраинные постройки. Юлиус начал бежать быстрее, но едва пересёк каменные статуи, как остановился и расхохотался.

— Спасён, я спасён!

Крис присмотрелся к статуям. Это были шестиметровые статуи странных, многоликих и многоногих существ, застывшие лица их переползали, сменяя одно другим. Перед ними на земле со стороны джунглей стояли статуи поменьше, разных форм и размеров. Казалось, скульпторы высекли из камня всех ужасных существ, каких только можно было представить: крылатых, зубастых, когтистых.

Крис двинулся к Юлиусу.

— Стой, где стоишь, — сказал Крис.

— Это ты стой на месте, кретин. Понятия не имею кто ты и откуда, но здесь даже ты ничего не сможешь мне сделать. Так что не дёргайся, иначе...

Юлиус поднял палец, указывая на небо. Среди хмурых туч полыхнула молния. Лицо бандита просияло. Он выглядел довольным собой. Крис обернулся. Он подумал было, что к парню подошла подмога, но ни спереди, ни позади него никого не было. Они были здесь одни, не считая этих каменных статуй.

— Довольно игр, — сказал Крис. — У меня и без того паршивое настроение. Либо ты идёшь со мной сам, либо мне придётся применить силу, — он хрустнул пальцами. — И я не ручаюсь, что ты доберёшься целым.

Крис пересёк стоявшие статуи и двинулся к бандиту.

— Не приближайся ко мне, — взвизгнул Юлиус. — Даже намерения причинить человеку вред достаточно, чтобы Кара сработала.

Лицо Криса оставалось непроницаемым.

— Неужели ты не понимаешь? — глаза Юлиуса расширились от ужаса, он начал пятиться назад. — Если хоть пальцем меня тронешь — умрёшь!

Вместо ответа взвыл порыв холодного ветра. В небе поблёскивало всё больше молний. Пророкотал гром, на город надвигалась гроза. Крис сделал шаг. Юлиус развернулся и бросился бежать к домам, но запнулся и упал.

— Спасите меня, кто-нибудь спасите, он убьёт нас обоих! — Юлиус полз по земле, пятился, катился. Слёзы текли по его щекам. Глубокий ужас застыл на его лице.

Наконец, он вскочил и собрался бежать вновь. Крис ударил его ребром ладони по шее. Бандит обмяк, упал на грязную брусчатку.

— Мой черёд, — раздался голос сзади.

В следующий миг одновременно произошли три вещи: на плечо Криса опустилась ладонь, в него ударила молния и он потерял сознание.

Глава 18. Госпиталь Всех Лишённых

Крис очнулся. Изображение перед глазами плыло и качалось. Наконец, он смог сфокусироваться на морёной, лакированной двери. Линии на ней перетекали одна в другую, изгибаясь в причудливом узоре, очень похожем на срез годичных колец в древесине.

Какой красивый синтематериал, — подумал Крис, — давненько я не видел на Лотариуме ничего подобного.

Зрение прыгнуло, изображение стало чётче. Криса прошиб холодный пот, ведь дверь действительно была из древесины. Он явно был не на Лотариуме.

Он попробовал встать, но упал без сил. Обвёл взглядом маленькую комнату. Солнечные лучи пробивались сквозь щели в деревянных створках, падали на деревянную дверь и на деревянную же кровать. В стене виднелось маленькое углубление с торчащим краном. Больше в комнате не было ничего.

Крис попытался припомнить, что произошло. Голова кружилась, мысли путались. Внезапно он вспомнил чужую ладонь на своём плече и вспышку. Он сел в кровати, осмотрел плечо. На коже блестел красный рубец в виде бесформенной звезды, от неё в разные стороны отходили мелкие, ветвящиеся прожилки.

Створки окна с шумом ударились о стену. Инстинкты Рэлита сработали мгновенно. Крис перекатился с кровати, но упал на каменный пол. Сквозь раму в комнату влез Бен, настолько грязный, что Крис с трудом узнал его.

— Бен, Метрополия тебя дери! Ты не мог воспользоваться дверью?

Бен огляделся, пробормотал «вот оно» и отправился прямиком к умывальнику. Рэлит быстро вымыл руки и стал отряхивать с рубашки и брюк пыль.

— Бен!

Бен только прибавил напор воды, пытаясь заглушить голос Криса, и не остановился, пока не прошёлся влажными ладонями по всей одежде. Крис забрался на кровать и смотрел на выходки Рэлита, скрестив руки. Почистив одежду, Бен тщательно намылили ладони красным бруском, несколько раз смыл пену, пригладил волосы и стал расхаживать по маленькой комнате, то выглядывая в окно, то подходя к двери и прислушиваясь.

— Бен! — повторил Крис. — Почему ты залез через окно?

Бен отмахнулся.

— Тебя охраняют как царскую особу. Пришлось воспользоваться чёрным входом, — он вздрогнул и смахнул кусок грязи с левого локтя. — Знал бы ты, как долго не мыли ту стену, если вообще мыли. Чего я только не насмотрелся, пока по ней лез — птичьи гнёзда, помёт столетней давности, а пыль? Пыль Крис, пыль повсюду!

— Что за вздор ты несёшь?

— Вздор?! Не ожидал такого от тебя услышать. Ты прохлаждаешься здесь, пока я пашу как проклятый. Между прочим, именно по твоей вине я до сих пор торчу на этой паршивой, занюханной планетке, а вместо благодарности, что я слышу? «Что за чепуху ты несёшь», — передразнил Бен, скривив лицо. — Держу пари, это был твой план, продержать меня как можно дольше на Семилунном, чтобы я сам не стал Членом Элиты.

— Я только пришёл в себя, так что прекрати меня обвинять. Если честно, я даже не помню, что со мной произошло.

— Значит слухи не лгали… Проклятье! До сих пор не понимаю, зачем я согласился лететь к вам на Драккар, — Бен вздохнул и прикрыл глаза. — А ведь я мог бы сейчас загорать на пляже вместе Саванной Памфри. Ух, как вспомню какие у неё…

— Бен!

— Что?! Я только хотел рассказать, какие вкусные она печёт кексы, — Бен увидел выражение лица Криса. — Ладно, ладно, не смотри на меня так, сейчас всё расскажу, дай только с мыслями собраться немного.

Он уселся на подоконник, закурил сигарету, выпустил большое кольцо дыма в потолок. Лицо Рэлита стало серьёзным.

— Когда ты убежал за Юлиусом, я вернулся к детям и успокоил их. Всё было хорошо, но потом они узнали, в какую сторону ты двинулся и начали умолять меня, чтобы я догнал тебя и предупредил о… ну, ты сам знаешь, — Бен боязливо взглянул на потолок. — Я, естественно, сдался, хоть ничего тогда не понял. А вскоре началась гроза, клянусь, я в жизни не видел такой бури. Всё небо полыхало от края до края, а потом взорвалось и резко стихло… В общем, когда я нашёл тебя, было уже поздно. Одежда на тебе порвалась, ты лежал совсем без движения, а от твоего тела шёл дым. Я подумал, что ты мёртв и… вот и всё.

Бен потушил сигарету о подоконник и выкинул в окно через плечо.

— А ты видел там кого-нибудь ещё кроме меня? — спросил Крис, припоминая тот странный голос за своей спиной.

— Нет. Там лежали только вы с Юлиусом. Правда, через несколько минут возле вас полгорода собралось, думаю в то утро только глухой не слышал той грозы. Потом пришли стражники и утащили вас с тем бандитом сюда. Тот бедняга головой повредился от страха, а вот ты совсем был плох. Ну а горожане ещё долго толпились и болтали всякое. Там-то я и узнал, что произошло.

— Если ты знаешь, что это было, то выкладывай.

— Это была… ну… я имею в виду…

— Бен! Что это было?

Бен снова боязливо посмотрел на потолок.

— Это была Кара, Крис, — он втянул голову в плечи, словно ожидал, что в него самого вот-вот ударит молния.

— Какая ещё Кара?

В дверь постучали.

Бен вздрогнул и едва не вывалился из окна. Он приложил палец к губам.

— Можно войти? — раздался голос за дверью.

— Минуту, — сказал Крис, наблюдая, как Бен пытается спрятаться под кроватью, но там для него было слишком узко.

— У тебя всё в порядке?

— В полном, — ответил Крис, в то время как Бен метался по комнате.

Человек за дверью услышал шаги.

— Что происходит?

— Ничего такого, я просто… я одеваюсь.

— Отлично, тогда ровно через минуту я вхожу.

Бен подбежал к окну, перекинул через раму обе ноги и исчез. Крис выглянул наружу. Бен повис, вцепившись пальцами в щели между гранитных блоков, лицо покраснело. В шести метрах внизу, по мощёной булыжниками улице, проносились тележки и ходили прохожие.

Голова Криса закружилась от слабости, он отпрянул назад. Краем глаза он заметил нечто яркое: на спинке кровати висели бирюзовая футболка и шорты. Едва Крис успел одеться, как дверь открылась. В проходе мелькнул длинный коридор и двое дежурных стражников. В комнату вошёл мужчина в железных доспехах с выкованными на них молниями и с коротким мечом на поясе. Мужчина был сухим и крепко сбитым, с массивным, словно отлитым из камня подбородком, мощными скулами и пронзительным взглядом холодных глаз. Крис узнал его, он видел его рядом с мэром Велховеном.

— Смотрю тебе уже лучше, — сказал стражник, глядя на Криса. — Меня зовут капитан Барток Пирс. Рад познакомиться с тобой лично. Спасибо, что спас мою дочь Лину.

Барток протянул большую, сухую ладонь, после которой у Криса осталось ощущение, что его пальцы побывали в тисках. Крис вспомнил слова Лины про своего отца. Так вот он какой, главный страж Семилунного. Что же, другого человека на такой пост сложно было представить.

— Откуда ты знаешь моё имя? — спросил Крис, разминая затёкшие пальцы.

— Откуда? Весь Семилунный о тебе знает. Просто чудо, что ты остался жив. Твоё счастье, что я прибежал одним из первых, когда в тебя ударила молния, а то несколько ретивых граждан хотели вытащить тебя за барьер и там добить. Представляешь, втемяшили себе в голову, что ты проклят. Но я быстро организовал порядок, и мои парни доставили тебя сюда, в госпиталь Всех Лишённых.

Крис слушал, но ничего не понимал. Барток увидел его взгляд. Он достал из-за доспехов помятый свиток.

— Как раз сегодня мэр издал указ. Слушай. Официальное объявление. В ночь с тридцать шестого по тридцать седьмое марта триста двадцать четвёртого года от основания Метрополии, трое жителей Семилунного похитили семерых детей и пытались переправить их между мирами. По счастью, преступников заметил один из наших новых граждан. Проявляя доблесть, ум и отвагу, Крис проследил за похитителями, зная, что вскоре те покинут пределы города и окажутся за барьером. Как только наступил нужный момент, отважный храбрец вступил в схватку сразу с тремя похитителями. В неравной битве Крис обезоружил двух злодеев, но одному из них удалось сбежать. В пылу погони он не заметил, как вновь оказался внутри барьера и когда попытался схватить преступника, то Кара настигла их обоих. Но Кара знает, кого ей наказывать, а кого прощать. И она пощадила Криса, как это происходит со стражами. Посему, своим указом номер 4681-D от сорокового марта триста двадцать четвёртого года, вторник, объявлю, что Крис награждается пожизненным титулом почётного гражданина. Да не постигнет Кара никого из нас. Мэр Велховен.

— Тут какая-то нестыковка. Нас двое было, а детей шестеро. И не геройствовали мы.

— Не обращай внимания на детали, через пару недель ты и сам будешь думать, что именно так и произошло.

Тут за окном раздался шорох.

— Что там? — подозрительно спросил Барток.

— Ничего, просто створки скрипят.

Барток прошёл через комнату и захлопнул окно.

— Так-то лучше. Сегодня передам Воллесу, нашему слесарю, чтобы смазал тут петли.

Барток смял свиток и выкинул его в угол комнаты. Крис проследил за бумагой взглядом. Страж посмотрел на наручные часы.

— Ну, мне пора, опять на посевные поля залезли Винджеры и устроили пожар.

— Как так? — не понял Крис. Барток поморщился.

— На их планете нормальная температура две тысячи градусов. У нас им слишком холодно, и они приходят в наш мир в скафандрах, но скафандры эти, я бы сказал, не очень-то надёжны. Они пропускают тепло и быстро раскаляются, а Винджеры то и дело норовят выйти за пределы города. Мы за ними, конечно, присматриваем, но разве за всем уследишь?

В дверь постучали, в палату вошёл Тесс. У него были разбиты губы, под глазом налился большой синяк.

— А, вот и ты, Тесс. Опаздываешь. Оставляю Криса на тебя.

Барток вышел, но через секунду дверь снова открылась и в комнату просунулась его голова.

— Знаешь, я тут подумал… Вечером пришлю за тобой Лину. Поужинаем вместе в домашней обстановке, выпьем вина, обо всём спокойно поговорим.

Барток ушёл, хлопнув дверью. В комнате остался только Тесс.

— Спасибо, что спасли меня тогда, — Тесс переминался с ноги на ногу. — Если бы не вы, то я… Спасибо, — он посмотрел Крису в глаза, — И простите, что сбил вас на рынке.

— Ничего, — Крис отмахнулся и покосился на окно, за которым было подозрительно тихо. Всё ли там в порядке с Беном?

— Мои родители узнали, что вам стало лучше, и приглашают вас на обед. Сегодня специально для вас мама приготовила паэлью.

В животе у Криса громко заурчало. Тесс улыбнулся.

— Спасибо, но я откажусь, — сказал Крис, пытаясь заглушить урачание, но оно стало только сильней. — У меня много других дел. Я не собираюсь долго задерживаться на вашей планете.

— Очень жаль. Мой отец много знает о других мирах и мог бы о них рассказать. Ну тогда я передам ему, что вы не придёте.

У Криса снова заурчало в животе. Он покраснел.

— Я вдруг передумал. Никогда не пробовал паэлью, звучит аппетитно.

— Отлично, мама обрадуется. Тогда собирай вещи, а я подожду снаружи.

Едва Тесс вышел, как Крис бросился к окну. Бен не висел на карнизе, но и внизу на улице тоже было пусто. Рэлит исчез. Всё так же спокойно и размерено ездили по узкой улочке повозки без лошадей, парами проходили люди в тогах.

Крис закрыл окно. Не хватало ещё переживать за другого Рэлита, чужая планета явно разлагающе действовала на него. Он нашёл под кроватью поношенные соломенные шлёпанцы, а затем вышел в пустой, длинный коридор, в котором не было никого кроме Тесса. Вместе они стали спускаться вниз, но ни на четвёртом, ни на третьем этаже не было видно ни больных, ни врачей.

— Почему в госпитале так пусто? — спросил Крис.

— У нас почти никто не болеет, — сказал Тесс. — Иногда бывает, что лесоруб сильно поранится в джунглях, или кто-нибудь проколет ногу, наступив на саран. Тогда их оставляют здесь.

— Кто за ними ухаживает?

— Никто. Но ты не переживай, доктор Айвус Гринди сказал что здесь тебе помогут лучше него. В народе это место прозвали госпиталем Всех Лишённых Помощи: здесь больные либо сами чудесным образом исцеляются либо умирают. Правда есть одно условие, чтобы чудо произошло – никто не должен заходить в комнату больного, пока он не выздоровеет. Поэтому тебя и охраняли стражники.

Они оказались на улице, где после обеда прохаживались парочками горожане. Тесс ускорил шаг и ушёл вперёд. Крис немного задержался. Из магазинчика, с вывеской в виде большой булочки, вышел Бен с пакетом в руке. На ходу он ел бутерброд с сосиской.

— Я уж думал ты сорвался вниз.

— За кого ты меня принимаешь? — сказал Бен жуя, — Я пять раз покорял Семиверст в одиночку. По сравнению с ним это детская вылазка. Правда, я опять весь запачкался в прокля́той пыли, — Бен достал из пакета большой кусок пиццы и протянул Крису.

Вдвоём Рэлиты начали догонять Тесса. Пока они шли, Крис, уплетая пиццу, рассказал Бену что произошло в палате. Когда Тесс обернулся, Бен засиял и поднял большие пальцы вверх. Тесс нахмурился. Он продолжил вести их вперёд, поворачивая с одной узкой улочки на другую, выбирая направление по известным только ему одному приметам.

— Что-то он не очень рад тебя видеть, — шепнул Крис.

— Уроды в масках выключили паренька, а когда я вернулся, он подумал что я заказчик и набросился на меня. Повздорили мы с ним чутка, ладно хоть дети успели нас разнять, он мне чуть рёбра не сломал. Удар у него что надо.

— Да, — протянул Крис, поглаживая локоть, — у них всех очень странная сила. Я имею в виду, для обычных людей.

— Хватит шептаться у меня за спиной, я всё слышу, — сказал Тесс.

Крис с Беном догнали его и пошли с ним рядом, насколько это вообще позволяла делать кривая, петляющая улица.

— Послушай, я хочу кое о чём тебя спросить, — начал Крис. — Ты был когда-нибудь на Лотариуме?

Тесс покачал головой.

— Я родился на Семилунном и не собираюсь покидать наш остров.

— Раз ты так долго прожил здесь, наверняка можешь многое рассказать?

— Не всё.

— Мне хватит. Когда я дрался с бандитами, то заметил, что от них исходит странное свечение. Что это такое было?

— Обычная способность проявлять Эфериум, — фыркнул Тесс. — Для рождённых на Семилунном управлять Эфериумом в порядке вещей. Правда, я слышал что там, откуда приходят люди вроде тебя, эта способность очень редка. Не понимаю, как вы живёте у себя на планете. При помощи Эфериума можно легко поднимать тяжёлые предметы, защищаться от ударов, высоко прыгать и много чего ещё. Да хотя бы готовить.

— Поверить не могу... — опешил Крис. — Ты говоришь пользоваться его силой у вас в порядке вещей?

Тесс кивнул.

— Ты зря удивляешься. Ты тоже владеешь Эфериумом, только пока не раскрыл в себе его до конца. Не будь у тебя этой способности, ты бы никогда не оказался на нашей планете.

Крис похолодел.

А ведь действительно. Старина Вут и вправду предупреждал, что я не смогу пройти последнее испытание в храме, но я прошёл. Так значит, я тоже обладаю этой силой? Силой, способной швырять камни как деревяшки и делать своё тело неуязвимым. Силой, способной открывать порталы между мирами, силой, чьи возможности велики, силой обладать которой желают многие...

Крис с Беном переглянулись. Глаза Бена заблестели, в них Крис увидел отражение своих мыслей. Если научиться управлять Эфериумом, вернуться домой и предстать перед Светлейшим Праудлионом, то сложно было представить, какого положения среди других Членов Элиты можно будет достичь…

От открывшихся перед ним горизонтов, закружилась голова.

— А ты можешь научить нас, как управлять Эфериумом? — спросил Крис хрипло.

Тесс странно на него посмотрел.

— Лучше спроси у моего отца. Боюсь, что я и так рассказал тебе слишком много. Если папа узнает что я проболтался, то надерёт мне зад и устроит взбу...

— Я понял, понял, можешь не продолжать. Тогда может, хотя бы расскажешь, как нам вернуться на Лотариум?

Тесс дёрнулся так, будто его ударили.

— Ты в своём уме? Сумасшедший.

Тесс устремился прочь, всё ускоряя шаг.

Крис замер. Почему на этой планете все так боятся говорить про Лотариум? Кажется, я что-то упускаю из виду, вот только что?

Глава 19. Цена спокойствия

Тесс, похоже, сильно разозлился на Криса, потому что остаток пути он шёл вдвое быстрее и больше не разговаривал. Втроём они плутали по узким улицам Семилунного ещё минут пятнадцать, когда Тесс, наконец, сказал, что они пришли. Дом, перед которым Тесс остановился, ничем не отличался от множества других, кроме деревянной таблички на стене. На табличке была потрескавшаяся, выцветшая от солнца надпись: СЕМЕЙСТВО УОТТЕРС. Рядом стояли две цифры, кто-то зачеркнул чуть поблёкшую семёрку и приписал свежей краской: 8!

Вскоре Крис понял, что означала эта загадочная табличка, когда из дома к ним навстречу вышло всё семейство Уоттерс. Первым встречать гостей вышел Сэм Уоттерс, следом мисс Присцилла Уоттерс с грудным ребёнком на руках. За ними вышла престарелая женщина с мужем, оба были сильно похожи на мистера Уоттерса. Пока семейство приветствовало гостей в набитой вещами прихожей, мимо них один за другим промчались шестеро детей. Крис отметил про себя, что вместе с Тессом и грудным младенцем на руках, детей в доме как раз было восемь. Когда он высказался о своих догадках вслух, мистер Уоттерс просиял.

— Вы абсолютно правы, мой друг. У нас самая большая семья на Семилунном. Правильно, дорогая?

— Тише, а то разбудишь Мирту.

— Столько детей, а я никак не могу привыкнуть, что надо вести себя в доме тихо, — рассмеялся мистер Уоттерс. Присцилла наморщила милый носик и ушла, укачивая плачущую девочку. Сэм проводил жену взглядом и повернулся к Крису. — Извините, что я такой громкий, специфика моей работы. Постоянно приходится кричать. Пройдёмте в зал, обед скоро будет готов.

Рэлитов проводили в просторный зал с довольно простым убранством. Напротив массивного стола из морёной древесины стояли два дивана с тёмно-зелёной обивкой. Сэм отправил детей в другую комнату и предложил Крису сигару. Крис отказался, Бен принял предложение, с наслаждением раскурил сигару и закинул ноги на стол.

— Как вам наш город? Мне всегда интересно услышать мнение новичков, впервые прибывших с Лотариума.

— Мерзкое место, — сказал Бен, выпуская кольца дыма в потолок, — но хотя бы табак у вас недурной.

— Не слушайте его, — сказал Крис, — нам понравился Семилунный, здесь есть своё… очарование, — мистер Уоттерс просиял, а Крис продолжил. — Но есть и свои минусы.

— Какие же? — Сэм напрягся.

— Не подумайте, что я пытаюсь оскорбить, но у меня сложилось стойкое впечатление, будто все вокруг что-то скрывают.

— Ах это, — Сэм откинулся на диван. — Можно на ты. Не верь этим дурацким слухам. Я часто вижу новичков во время работы на рынке, у них такой потерянный вид. Кстати, тебя я тоже видел.

— Так, всё-таки я не ошибся, торговцы и вправду следили за нами.

— Конечно. Такова наша работа. Попробуй уследить всего лишь двумя глазами за всеми четырёхглазыми, многоногими и многорукими существами. Да они за кусок перца или стручок корицы, мать родную продадут. Всё время норовят что-нибудь с прилавка стянуть. Поэтому-то никто не хочет работать на рынке. Ленивые горожане уже привыкли ничего не делать. Между тем, денежки нашему городу достаются не просто так. Семилунный зарабатывает на торговле специями и оружием с Лотариума. Раньше положение было похуже, так как бо́льшую часть приходилось отдавать Метрополии, но лет двадцать назад мы стали сами выращивать специи на продажу и быстро разбогатели. Мы по-прежнему отдаём часть доходов Метрополии, а чистую прибыль со специй делим между всеми горожанами.

— И им хватает? — спросил Крис. — Я удивлён, в Метрополии работают все и многие всё равно остаются за чертой бедности.

Сэм Уоттерс отмахнулся.

— Специи продаются очень, очень хорошо, уж поверь мне. У нас нет бедных и богатых, поэтому в целом хватает всем. Правда, — он вздохнул, — кому-то всё-таки приходится трудиться за остальных. Но положение торговца мне многое даёт, у меня большой дом, восемь красивых детей. К тому же в городе все меня знают, так что я не жалуюсь на свою жизнь.

Бен докурил сигару и вышел, прошептав одними губами: «туалет». Крис проводил его взглядом.

— Если у вас действительно всё так хорошо, а жителям Семилунного нечего скрывать, может, ответишь на пару моих вопросов?

— Конечно, валяй, — Сэм выпустил широкое кольцо дыма в потолок.

Крис решил начать издалека.

— Где я сейчас нахожусь?

— Мы находимся на планете Семи Лун, на острове Семи Лун и в городе Семи Лун. Это довольно просто, — просиял Сэм. — Что ещё ты хочешь узнать?

— В какой части нашей галактики находится Семилунный?

— К сожалению, этого никто не знает, — Сэм развёл руками. — Нет, конечно, у нас есть свои астрономы, изучающие небо, но ты ведь хочешь понять, насколько далеко Семилунный находится от Лотариума, верно? Мы в совершенно неизученном месте вселенной. Наша планета настолько далеко, что даже на космическом корабле сюда невозможно долететь, по крайней мере, в ближайшем будущем.

— А у вас разве есть космические транспортёры? — удивился Крис.

— Нет, откуда? Я просто к слову сказал, да ты и сам посмотри вокруг, из чего мы их сделаем? У нас даже инструментов необходимых нет. Мы живём в очень примитивном мире.

— Теперь мне понятно, почему Велховен так удивился, когда я спросил его о космических кораблях.

— Оу, ты уже успел встретиться с мэром?

— Да. Он сказал, что готов поговорить с любым гражданином Семилунного, — Сэм хмыкнул, Крис продолжил. — А ещё он упомянул о других мирах, и мне стало интересно, сколько всего их существует. Может ты знаешь ответ?

Сэм рассмеялся.

— Тысячи, миллионы! Я шестнадцать лет работаю торговцем на рынке. Казалось бы, уже должен был знать всех клиентов, так сказать, в лицо, — он рассмеялся, — но нет. Не проходит и недели, как к нам заглядывают существа, о которых я даже ни разу не слышал. Самый забавный случай произошёл, когда к нам пришли Эхоидолы, это такие пришельцы, похожие на огромных летающих рыб. И знаешь что? Оказалось, они были нашими соседями — всего лишь один переход между мирами от Гриджеров. Так вот, мы с другими торговцами так и не разгадали, почему Эхоидолы так близко живут к нам, а мы даже не слышали про их планету.

Крис добрался до волнующей темы и начал осторожно подбирать слова.

— Смотри. Насколько я понимаю, я перешёл в ваш мир благодаря какому-то там Эфимериуму…

— Эфериуму, — автоматически поправил Сэм.

— … благодаря Эфериуму. Мэр намекнул мне, что существуют порталы между мирами. Ты также упомянул про переходы между мирами. Получается, если я захочу, то смогу переместиться на любую планету по своему желанию прямо сейчас?

— Конечно нет.

— Почему?

— Ну хотя бы потому, что невозможно просто взять и переместиться на планету, если ты не знаешь, где она находится.

— А как тогда вы перемещаетесь между мирами? — удивился Крис.

Сэм закурил новую сигару.

— Начнём с того, что мы НЕ перемещаемся между мирами. Да, на Семилунном есть храмовые порталы, но они всегда ведут на одни и те же, соседние планеты. В свою очередь, на тех планетах есть такие же порталы, которые ведут на другие планеты и так далее. Насколько мне известно из общения с пришельцами, существует целая сеть храмовых порталов, объединяющая все миры. Именно при помощи этой сети связанных друг с другом порталов Метрополия перебрасывает свои армии от планеты к планете, а пришельцы путешествуют между мирами.

— С твоих слов получается, что если я войду в тот же портал, из которого пришёл на Семилунный, то вернусь на Лотариум?

— Всё верно, но даже не надейся сунуться в тот храм или в какой-либо ещё — их охраняет усиленный гарнизон Метрополии. К этому порталу тебе даже близко не подойти. Есть ещё и другие порталы на острове, но ими могут пользоваться только головорезы с Лотариума и пришельцы. Местным запрещено приближаться к ним, да мы, если честно, и не горим желанием.

— Почему, что ты, что мэр, вы оба так негативно отзываетесь о порталах? Что в них плохого?

— Потому что ты станешь вне закона, — сказал Сэм нетерпеливо. — Всех нарушителей Метрополия ловит и делает из них Нулей. И если есть худшая работа на свете, то это быть Нулём при армии.

— Нулём? Неужели их так плохо ценят?

— Наоборот. Ты, должно быть, видел обозначения на спинах военных? Вначале указано название отряда, а затем идут цифры. Так вот, чем меньше число, тем важнее человек в отряде, — Сэм увидел, как прояснилось лицо Криса, — Да. Нули самые ценные, потому что на каждый отряд головорезов есть только один человек, способный переправлять всех остальных между мирами. И если он умрёт, то умрут и все остальные.

— Если я поймаю одного такого Нуля, как думаешь, доставит он меня на Лотариум?

Сэм громко закашлялся.

— Ты хоть представляешь, о чём говоришь? Головорезы проводят между мирами год, не считая совместных тренировок. Некоторые из них уже не в первый раз участвуют в походах и знают друг друга в лицо. Даже если ты каким-то образом сумеешь проникнуть в их отряд, что маловероятно, то всё равно не сможешь поймать Нуля. В любой момент он может прыгнуть в другой мир и прощай. Так что брось эту затею, поверь, ты не первый новичок, желающий вернуться домой. Пути назад нет.

Крис помрачнел.

— Нуля поймать невозможно, воспользоваться порталом тоже, — он потёр подбородок. — Видимо, самому придётся поискать другой путь на Лотариум… Послушай, Сэм, а ты можешь показать, где находятся ближайший храм?

В комнату заглянула престарелая миссис Уоттерс.

— Сэмми, сколько раз я тебе говорила, чтобы ты не курил в доме, — Сэм подавился дымом и, кашляя, затушил сигару о пепельницу. — И хватит болтать, еда уже на столе.

Мисс Уоттерс исчезла, бормоча что-то про нравы современной молодёжи.

— Ну вот, настала пора обеда, — Сэм хлопнул себя по коленям и поднялся. — Ты пробовал когда-нибудь паэлью?

— Ты так и не ответил на мой вопрос, Сэмми.

Было в голосе Криса что-то такое, что заставило Сэма вздрогнуть. Он отступил на шаг, споткнулся и плюхнулся обратно на диван, показавшийся ему вдруг огромным. Сэм вытер пот со лба платком.

— Послушай… Я-я не могу говорить о порталах между мирами, это запретная тема даже для торговцев. Если хочешь узнать о порталах, лучше спроси у Бартока.

— Главного стража Семилунного? Почему я должен спрашивать именно у него?

— Поговаривают, в его кабинете есть карта всех порталов, ведущих на соседние планеты. К тому же, я слышал, он знает контрабандистов, умеющих перемещаться между мирами за определённую плату. У них очень рискованная работа, если ты понимаешь, о чём я, но есть и такие личности. Они живут в тени и предпочитают не рассказывать о себе открыто. Так что если на острове и есть человек, способный помочь в твоём вопросе, то это Барток. И да, обещай не поднимать эту тему при детях — есть вещи, о которых им ещё рано слышать.

— Я понял тебя. Что касается обеда, то я пришёл сюда не за ним, а за информацией. И теперь, когда мы закончили, я вынужден идти по своим делам.

— Что я слышу, мистер Крис, — в зал вернулась престарелая мать Уоттерса. — Вы уже собираетесь уходить?

— Да, мне действительно пора, — Крис встал.

— Ну уж нет, мистер Крис. Наша семья ждала вас три дня, — мать Уоттерса подхватила Криса под локоть и повела к выходу из зала. — Даже не думайте, что вам так просто удастся отвертеться от обеда. К тому же у нас сегодня необычайно редкое и вкусное блюдо — паэлья.

Крис заколебался. Он снова почувствовал, как предательски засосало в животе.

— Хорошо, ваша взяла, мэм.

Глава 20. Семейство Уоттерс

Бен уже сидел на кухне вместе со всем семейством Уоттерсов. На длинном столе стояли свежие пироги, большой окорок, кексы, и запечённая картошка с пряностями. Над блюдами клубился горячий пар, а от еды шёл такой аромат, что Крис опомнился, только съев третий кусок мяса. Уоттерсы тоже не отставали от гостей. Когда с первыми блюдами было покончено, мисс Уоттерс принесла большую, дымящуюся кастрюлю.

— И как только всё успеваешь, дорогая? — удивился Сэм, провожая жену взглядом.

— Ммм, паэлья, — облизнулся малыш Томми и протянул тарелку отцу. Тут же, к Сэму потянулись остальные дети.

— Крис первый, — сказал Сэм строго. Послышался всеобщий стон возмущения.

— А? Что ты сказал? — задремавший отец Сэма приложил руку к уху.

— Предлагаю нашему гостю паэлью, — громко повторил Сэм и шепнул Крису, — не обращай на него внимание, он глуховат.

Паэлья оказалась густой синей жидкостью с сильным запахом морских водорослей. Крис поморщился, глядя на Бена, который уже набросился на свою порцию. Он пересилил себя, но похлёбка была безвкусной. Тесс заметил, что Крис не впечатлён.

— Паэлья приобретает вкус любого блюда, — подсказал он, — просто подумай о том, что хочешь съесть.

Крис закрыл глаза, пытаясь представить хоть что-нибудь. В ноздри тут же ударил пряный, густой аромат жареного мяса. Он с недоверием поднёс ложку к губам. Тут же его прошиб вкус сочной бараньей ноги, запечённой на углях. Он ел и не мог оторваться, а паэлья всё не заканчивалась. Затем, когда вкус мяса ему надоел, паэлья стала сливочным мороженым, тушёными овощами, салатом из свежей зелени с кусочками сыра. И какое бы блюдо он ни загадал, паэлья тотчас превращалась в него.

Крис старался быстрее доесть, попрощаться с Уоттерсами и уйти. Бен же не торопился, постоянно пялясь на жену Уоттерса. Крис пнул его под столом, Бен обиженно засопел. Рэлиты перебросились парой уничтожающих взглядов, но Бен всё же начал есть быстрей.

Наконец, Крис отложил паэлью. Он наелся достаточно и хотел сказать, что им пора уходить, но тут из-за стола встал Сэм Уоттерс.

Сэм постучал вилкой по стакану и откашлялся. В столовой повисла тишина.

— Сегодня все мы собрались здесь, чтобы отблагодарить нашего гостя лично. Знаю, Крис, что не все на Семилунном считают тебя героем. Многие боятся тебя и даже думают, что ты был заодно с бандитами. Но наша семья, как и другие семьи, благодарна тебе. И от имени всех семей Семилунного я говорю тебе большое спасибо за то, что ты совершил столь смелый поступок и спас наших детей.

Дети зааплодировали.

— На самом деле это была не только моя заслуга, — начал Крис, глядя на покрасневшего Бена, но Сэм прервал его.

— Вот об этом-то мы как раз и хотели тебя спросить. Ходит множество слухов о том, что произошло за городом. Мы были бы очень признательны, если бы ты рассказал нам, что же там случилось на самом деле.

От неожиданности Крис закашлялся. На него смотрело всё без исключения семейство Уоттерс. Даже грудная малышка Мирта проснулась и уставилась на него.

— Я не планировал что-то рассказывать. Я… хотел поблагодарить вас за паэлью и уходить. Мне… мне пора возвращаться к своим делам.

— Ну пожалуйста, мистер Крис, побудьте с нами ещё немного, — попросила миссис Уоттерс, а вместе с ней и дети, перебивая друг друга, начали упрашивать его остаться.

В конце концов, Крис не выдержал. Он тоскливо посмотрел на часы, висевшие на стене — почти одиннадцать часов — вздохнул, и начал свой рассказ с того места, как оказался на Семилунном. Каждый раз, когда он упоминал имя Бена, тот принимал важный вид, одаривая всех белоснежной улыбкой. Глуховатый отец Сэма часто переспрашивал Криса, и ему приходилось повторять одно и то же несколько раз. По счастью, старик вскоре уснул, и дело пошло быстрее.

Взрослые и дети слушали, открыв рты. Когда Крис дошёл до рассказа о тумане, то решил опустить некоторые подробности и просто упомянул, что видел одну старую женщину, бродившую ночью по джунглям с фонарём.

— Марта Нокс, наша сумасшедшая старуха, — сказал Сэм. — Не обращай на неё внимания, она каждую ночь она гуляет за пределами барьера. Горожане уже давно смирились с её поведением, но я считаю, что опасно бродить за городом, тем более ночью.

— Видишь, — вклинился Бен, — я сразу сказал, что у старухи крыша поехала.

— А я не считаю её сумасшедшей, — отрезал Крис. — Там в тумане я видел нечто такое, с чем не хотел бы столкнуться ещё раз. И та женщина нас спасла.

Семейство Уоттерсов переглянулось, но никто не сказал и слова. Некоторое время, только ложки позвякивали по тарелкам. Крис воспользовался паузой и доел остывшую паэлью. Мисс Уоттерс унесла грязную посуду, а Сэм предложил Крису продолжить свой рассказ в гостиной. Длинным коридором они прошли через весь дом. Крис уселся на большой старинный диван, дожидаясь, пока вокруг рассядутся остальные.

Кроме тумана, он так же решил опустить подробности драки с бандитами, но зато упомянул, что от них исходило странное свечение. Он спросил о нём у Сэма. Сэм просиял.

— Дети, покажите как вы входите в поток.

Дети засияли ровным жёлтым светом, покрывшем их тела. Свечение у кого-то было ярче, у кого-то слабее, и колебалось. Сэм тоже засветился, его свечение было сильнее. Когда семья Уоттерс перестала изулчать свет, Крис заметил, что все они вспотели.

— Не так легко, как кажется, — сказал мистер Уоттерс, — но при должной практике и ты научишься.

Крис с Беном переглянулись. Рэлиты поняли друг друга без слов и решили задержаться, чтобы как можно больше разузнать об этой странной силе.

Если только я научусь также обволакивать своё тело, мелькнуло в голове, то смогу в два счёта разобраться с подставившими меня Рэлитами и легко получу пост Члена Элиты. Но не старики волнуют меня. Когда я овладею этой силой, Маркус Дрейк тоже падёт, и я наконец верну себе то, что он у меня украл…

Крис переключился на Сэма.

— Расскажи мне всё, что ты знаешь об Эфериуме

— Ах, если бы я многое о нём знал, — Сэм развёл руками. — Поговаривают, что Метрополия уже больше ста лет изучает эту силу, но даже там понятия не имеют, откуда она берётся. Пришедшие из твоего мира называют её силой Эфериума, солдаты в Метрополии зовут её Волей, ну а мы, следуя заветам Крома, называем это состояние Потоком. Для родившихся на Семилунном использовать Поток так же естественно, как дышать. Правда, у вас на Лотариуме такая способность очень редка. Напомни, сколько там людей прошло с тобой через храмовый портал. Сотня?

— Нет. От силы пятьдесят.

— Пусть даже пятьдесят человек. И никто не умеет пользоваться Потоком, никто не может входить в него. Но пройдут месяцы, а может быть годы и все они овладеют этим навыком. Скоро ты и сам поймёшь, как им пользоваться, Крис.

Кое-чего Крис не понимал. Эта мысль тревожила его и он высказал её вслух.

— Если сила Эфериума так редка, то почему Метрополия до сих пор не взяла Семилунный под свой контроль? Я не видел у вас на улице ни одного боевого робота, ни одного военного патруля, ни даже полицейских киборгов с собаками.

Сэм улыбнулся, теперь уже грустно.

— Они не могут. Многие горожане боятся и ругают Кару, но я точно знаю — не будь её, военные давно бы уже захватили Семилунный, а нас всех сделали Нулями. Не будь Кары, не было бы и торговли. Метрополия уже давно воюет со многими пришельцами на их планетах, и некоторые из них долгое время отказывались торговать с людьми. Но наш великий мэр Велховен сумел использовать Кару с выгодой для всех. Существа с других планет начали торговать с нами потому, что, находясь на Семилунном, они чувствуют себя под защитой Кары. Но это ещё не всё.

Сэм отпил воды и продолжил.

— Наш мэр, настоящий политический гений. Сорок лет назад он добился того, чего до него не удавалось никому — чтобы в городе запретили появляться военным, а каждый гражданин обладал статусом неприкосновенности. Казалось бы, какая-то ерунда, но благодаря этому пришельцы стали чаще посещать Семилунный, а вместе с этим и наши продажи пошли вверх. Естественно, со временем и Метрополия стала относиться к нам более благосклонно. Теперь все мы, и наши дети в том числе, можем жить в относительном спокойствии и строить планы на ближайшее будущее. И всё благодаря чёткой, я бы даже сказал жёсткой, политике мэра.

Отец Сэма проснулся.

— Что ты сказал? — проскрипел он.

— Ничего папа, — сказал Сэм. — Я только что говорил о наших детях.

— Ах дети… Дети это хорошо, — отец Сэма зевнул и снова уснул.

— Раз уж ты упомянул про детей, — сказал Крис. — От бандитов я слышал, что они хотели продать их Метрополии. Неужели Метрополия замешана в торговле детьми?

— Ты не знаешь, как высоко Метрополия ценит Нулей и сколько готова за них заплатить. Мы не говорили детям всего, что знали сами... и в этом была наша ошибка. Дети, конечно, знают что периодически с острова пропадают люди, но, похоже, подумали что это просто сказки взрослых и мы что-то скрываем от них. Но недавний случай показал нам всем, что каждая сторона была неправа. Теперь мы стараемся рассказывать больше своим детям, а дети стараются держаться подальше от храмов и не выходить за барьер, — взгляд Сэма блуждал, потом перешёл на Криса. — Ты уже видел сектантов?

— Да, но я не понял, почему все вокруг их так ненавидят.

— Не все, но многие, — поправил Сэм. — Мы, торговцы, вынуждены иметь с ними дело. Они приносят довольно редкие товары, которые по-другому никак не достать.

— Кто такие эти сектанты? Я имею в виду, неужели они не с вашей планеты?

— Сектанты такие же люди, как ты или скажем я. С той лишь разницей, что они преступники, поэтому большинство сектантов прячется под масками, чтобы Метрополия не вычислила их. Многие из них живут между мирами, но я слышал, некоторые ведут двойную жизнь — днём притворяются обычными гражданами, а вечером уходят на другие планеты. Знаешь, почему я поднял эту тему? Именно из-за сектантов и их учения у нас столько проблем. Они считают, что все люди должны свободно путешествовать между мирами. Но их учение слишком неблаготворно влияет на неокрепшие умы — на недалёких горожан, на таких новичков, как ты и на наших детей. Вот почему горожане ненавидят их — из-за сектантов уже слишком многие пересекли невидимую черту и оказывались вне закона. Набравшись таких слухов, наивные глупцы перемещаются в другой мир, где их с распростёртыми руками уже поджидает Метрополия. Если честно, иногда мне кажется, что Метрополия сама распространяет слухи о других мирах в нашем городе, чтобы поток обращённых Метрополией в Нулей никогда не ослабевал.

— Почему бы вам просто не рассказывать об этом законе всем приходящим в город?

Сэм развёл руками.

— А зачем? К тому же Метрополия, хоть и не прямо, но косвенно, запрещает нам говорить об этом законе новичкам. Конечно, постепенно они сами всё узна́ют, но многие из них к тому времени уже становятся Нулями. Таков суровый мир, в котором мы живём. Если мы будем трубить об этом на каждом углу, то порядочные граждане станут чаще пропадать из Семилунного.

Крис в упор посмотрел на Сэма. И волки сыты, и овцы целы. Ему была знакома такая политика ведения дел, всё было точно так же, как на совете Рэлитов. И пусть одна планета поменялась на другую, но люди остались прежними.

— Так вот, какова цена спокойствия Семилунного? А я уж начал было считать, что у вас тут, Метрополия упаси, утопия.

— Конечно нет. В любом, даже самом идеальном месте хватает своих проблем. А уж у нас их тем более навалом.

Глава 21. Главный страж Семилунного

В дверь дома позвонили. Мистер Уоттерс вышел и вскоре вернулся, но уже не один. Вместе с ним шла Лина. Едва увидев Криса, она бросилась к нему на шею.

— Я так рада что с тобой всё в порядке. Не представляешь себе, как я переживала за тебя.

Крис погладил белоснежные волосы Лины и подмигнул.

— Меня только слегка пощекотало, я даже не понял что это было.

Дети засмеялись, а Лина стукнула его кулачком.

— Ты мог умереть.

— Но, как видишь, не умер. Ты пришла чтобы повидаться со мной?

— Да, то есть, нет, — Лина смутилась. — Неужели ты забыл? Папа пригласил тебя сегодня на ужин.

— Я думал это простая формальность.

— Ты что?! Папа упрямый как скала, если он что-то сказал, то так и будет. Ой, — она взглянула на золотые наручные часы, — мы опаздываем. Он ждёт нас обратно через час. Нужно торопиться.

Крис посмотрел на Сэма, его жену, родителей и восьмерых детей.

— К сожалению, мне пора.

Но уйти так просто не получилось, вся обширная семья Уоттерсов вызвалась проводить их до порога. Бен улизнул первым и уже ждал на улице, пока Крис прощался с остальными.

— У вас прекрасная семья Сэм, надеюсь однажды снова приду к вам в гости.

— Обязательно заходи. Кстати, забыл спросить, Барток ещё не предлагал тебе стать стражем?

— А должен был?

— Странно, — Сэм потёр подбородок, — Видимо, он решил, что ты не подходишь, раз Кара поразила тебя. Дело в том, что Кара не трогает только стражей. Не спрашивай почему, всё равно об этом никто не знает, а количество слухов и теорий растёт с каждым днём. Так что если Барток вдруг расскажет что-нибудь интересное, не забудь послать весточку, — Сэм подмигнул.

Крис обнял всех детей ещё раз, напоследок посюсюкал с малышом Томми и ушёл.

— Зачем мы прёмся к главному стражу? — зашипел Бен, едва они отошли.

— Думаешь Я хотел туда идти?

— Ладно-ладно, не кипятись. Всё равно нам домой возвращаться. Зайдём ненадолго, хорошо хоть они недалеко от нас живут.

— Даже если далеко, что с того? У нас нет выбора, такому человеку как Барток нельзя отказывать: он ключевая фигура в наших планах, если мы хотим попасть на Лотариум. У него есть карта переходов между мирами и он знает нужных людей, способных перекинуть нас домой. Повезло что он сам пригласил нас на ужин, лучше шанса поговорить с ним не придумаешь.

На улице стемнело, вечерняя прохлада опустилась на город. Крис постарался запомнить дорогу к дому Уоттерсов, но после десятого поворота сбился. Несколько раз они заходили в тупик, и Крису показалось, что Лина наугад выбирала тот или иной поворот. Но чем дальше они шли, тем шире становились улицы.

— Откуда ты знаешь, в какую именно сторону поворачивать? — спросил Крис. — Тебе подсказывает Бакс?

Пёс Лины, гавкнул и завилял хвостом.

— Это мой секрет.

— Не хочешь говорить, так и скажи.

— Ладно, никакого секрета нет, — улыбнулась Лина. — На самом деле никто особо не знает всех улиц. Город большой, улиц много, да и дома стоят слишком плотно. Но есть два секрета, которыми все пользуются. Первый — дома в разных частях Семилунного имеют разное количество углов. На севере они треугольные, на юге пяти. Мы с тобой живём на востоке — там обычные дома, а вот здесь, на западе, они больше похожи на соты. Ну а в центре здания круглые, обтекаемые, витые, почти без углов. Самое сложное — выйти к центру, а оттуда уже совсем просто найти свой район.

— Понятно, — Крис потёр подбородок. — А как понять в какой стороне центр?

— Это уже второй секрет. Он чуть выше остальной части Семилунного, и когда идёшь в его сторону, то словно поднимаешься в лёгкую горку. Со временем просто начинаешь это чувствовать и уже не замечаешь.

Дома на этой улице были действительно необычной формы, да и теперь, когда Крис знал секрет, то понял, что они всё время шли в лёгкую горку. Когда Лина завела их в очередной тупик, то Крис уже сам указал нужное направление.

Вскоре они оказались в центр города. Множество горожан праздно прогуливалось по широким улицам. Повсюду висела мишура, гремели барабаны, играла весёлая музыка и горели обычные электрические лампочки, протянутые над улицами. Прохожих было так много, что Рэлитам пришлось замедлить ход.

На балконе одной древней постройки, три девушки осыпали прохожих блёстками из большого мешка. Большая пригоршня блёсток попала на одежду Бена, он улыбнулся и послал девушкам воздушный поцелуй. Девушки на балконе засмеялись, Бен, весь светясь от удовольствия, бросился догонять Криса с Линой.

— Что празднуют все эти люди? — крикнул Крис, пытаясь перекрыть шум музыки.

— Наше спасение от бандитов. Уже четвёртый день праздник идёт.

Крис втянул голову в плечи. Лина расхохоталась.

— Не переживай, у нас каждый день что-нибудь празднуют. Мэр огромный штат на это выделил, там целыми днями сидят, придумывают повод, чтобы что-нибудь отпраздновать. А когда им не удаётся, объявляют траур. Вообще, у нас в городе редко происходит что-то интересное, поэтому люди хватаются за любую возможность весело провести время. Да не оглядывайся ты так, на нас всё равно никто смотрит.

И на них действительно никто не обращал внимания. Только однажды, возле большого здания с табличкой «Лучшие сауны планеты», им подмигнул весь покрытый копотью мужчина. Рабочий докурил сигарету, взял из-под навеса связку дров и понёс в сауну.

Впереди показались угловатые дома. Шум праздника остался позади, они достигли восточной стороны города. Бен остановился на невидимой границе, за которой начиналась одна часть города и кончалась другая. Тень от дома упала на него, половина его лица и одежды переливалась от блёсток, а другая оставалась в тени.

— Я тут подумал, — сказал он, — что, пожалуй, ещё ненадолго задержусь в центре. Мне надо… ээм… получше разведать обстановку. Да, именно так. Вернусь я поздно, так что не переживай за меня.

Бен развернулся и ушёл, бормоча что-то про девушек с блёстками. Крис пожал плечами и пошёл за Линой.

Чувствовалось, что в восточном районе Лина ориентируется лучше. Бакс стал бодрее, и, опустив нос книзу, сам повёл их. Они срезали через задний двор, где парочка развешивала бельё, прошли мимо странных людей с перьями на голове и через двадцать минут оказались на знакомой Крису улице. Лина как раз прошла мимо дома, где он недавно останавливался переночевать. В пустых окнах горел тусклый свет, дверь была слегка приоткрыта, зовя его вернуться.

— Пойдём, — Лина дёрнула Криса за рукав, — папа не любит когда опаздывают. Мы уже почти пришли.

Дом главного стража стоял неподалёку — высокий, трёхэтажный, с чистыми стенами без намёка на мох. Трещины между массивными каменными блоками замазаны глиной, а дверь, как с удивлением отметил Крис, была не деревянная, а железная. И возле неё стояли двое стражников в доспехах.

— Давай на выходном сходим, порыбачим на Молочной реке.

— Я бы хотел, но ты же знаешь, что жена говорит.

— Так возьми её с собой, пусть тоже прогуляется с нами.

Бакс гавкнул, и разговор оборвался.

— Привет Лина, что-то ты поздно сегодня, — страж бросил взгляд на Криса. — сейчас позову капитана.

Но не успел он коснуться дверной ручки, как дверь распахнулась и на улицу вышел Барток с коротким мечом у пояса.

— Вы опоздали, — Барток пристально поглядел на Криса. Секунду поколебавшись, всё же протянул ему свою большую ладонь, после которой у Криса осталось ощущение, будто пальцы снова побывали в тисках. Мёртвая хватка.

— Так уж и быть, входите. Ужин стынет.

В доме оказалось ещё двое стражников, охранявших двери с внутренней стороны. Стражники отдали честь. В самом доме было так чисто, что Крису даже на мгновение показалось, будто он снова попал в армию, если бы в одном углу не стояли удочки и прочие рыболовные снасти.

Барток провёл его в зал. За большим, роскошно сервированным столом сидела сухая седовласая женщина с маленьким ртом. Вокруг суетились двое мужчин в фартуках.

— Познакомьтесь, это моя мать, Ханна Пирс.

Старуха сухо кивнула на приветствие Криса и продолжила есть.

Барток посадил Криса в массивное кресло с мягкой обивкой, а сам сел напротив. На ужин был суп, в котором плавали толстые нарезанные корешки, по вкусу похожие на пряное мясо. Мужчины в фартуках поставили огромную кастрюлю на тележку и поспешили скрыться.

— У вас есть слуги-люди? — удивился Крис.

— Они не слуги, — пискнула Лина, — скорее хулиганы. Били стёкла в пустых домах. Папа поймал их и заставил работать.

— Всё верно Лина. Только в следующий раз молчи, когда взрослые разговаривают, — Барток взглянул на Лину исподлобья.

— Не повышай голос на девочку, — сказала Ханна.

Барток поёжился.

— Да, мама.

Ханна доела суп, отставила тарелку элегантным движением сухих рук и посмотрела на Криса острым, пронзающим взглядом.

— Так значит вот он какой, тот самый «герой» о котором все говорят? Я очень много наслышана о вас.

Крис принуждённо рассмеялся.

— Я польщён. Интересно, что же обо мне рассказывают?

— Ничего хорошего.

Крис закашлялся. Атмосфера в зале неуловимо накалялась. Крис пригубил из бокала вина. А ведь Сэм Уоттерс предупреждал, что в городе мне не все рады. Надо было вернуться вместе с Беном.

— Неужели такая женщина как вы, собирает уличные слухи? — спросил Крис.

— Нет. Мне хватило того, что я услышала о вас с этим, как его там… Бентом от Лины.

Лина заёрзала на стуле.

— Беном, — поправил Крис. — Неужели он как-то оскорбил Лину? Если это так, то приношу извинения за нас обоих.

Хана взяла в сухую руку бокал вина и сделала глоток. Лина посмотрела на Криса и энергично замотала головой. В её глазах читалась мольба. В зале повисло напряжённое молчание, нарушаемое только звоном ложек.

— Я слышал, что ты был в гостях у Уоттерсов, — сказал Барток. — И как они тебе?

— Довольно многословны и, скажем так, своеобразны, — Крис вкратце пересказал ему, как едва унёс ноги из дома Уоттерсов.

— Это так на них похоже, — сказал Барток, утирая слёзы смеха из уголков глаз, — им лишь бы поболтать с кем-нибудь. Сэм тот ещё хитрый лис, он знал, что ты недавно прибыл на Семилунный, поэтому и пригласил к себе. К ним особо никто не заходит, из-за того, что хозяин большой любитель поболтать.

Ханна громко откашлялась.

— Бартокомилио, — вкрадчиво начала она, отрезая кусочек от слабо прожаренного стейка, — правду ли говорят, что ты спас этого человека?

— Да мама. Горожане хотели растерзать его, когда в него ударила Кара. Я отбил его у разъярённой толпы и доставил в госпиталь.

— Зря, — сказала Ханна. — Надо было оставить его там умирать.

— Мама! — взмолился Барток. — Что на тебя сегодня нашло? Он же спас твою внучку.

Ханна презрительно фыркнула.

— Я его насквозь вижу. Я их всех насквозь вижу.

— Кажется, я понял в чём дело, — сказал Крис. — Должно быть, до вас дошли сильно преувеличенные слухи о том, как мы с Беном разделались с бандитами. У нас не было другого выбора, поверьте. Мы должны были действовать жёстко и эффективно.

— У них не было выбора. Ха! Ты слышал это Бартокомилио? На твоём месте я бы держала Лину подальше от этого… субъекта. Да и тебе самому лучше держаться от него подальше.

— Почему? — спросил Барток.

— Потом расскажу, — Ханна в упор посмотрела на Криса. — Сомневаюсь, что ему будет полезно слышать подобную информацию.

Уши Криса покраснели от гнева, но он не мог так просто встать и уйти. Терпение. Надо только дождаться момента и остаться с Бартоком наедине. Не может же его помешанная мать вечно сидеть рядом с ним.

Крис покосился на стража. Крепкими ногтями Барток отрывал от края стола одну полоску древесины за другой.

Снова повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием столешницы. Хана встала.

— Лина, пойдём моя милая, мне надо помочь на кухне.

— Но ба!

— Это не обсуждается. Идём.

Хана вышла, даже не посмотрев на Криса, а Лина поспешила за ней. Дверь закрылась, и обстановка в зале сразу разрядилась.

— Прости мою мать, она немного не в себе.

— Ничего, я всё понимаю, это ваши семейные дела.

Барток открыл новую бутылку вина и разлил по бокалам.

— За твоё здоровье, — Барток улыбнулся и откинулся на спинке кресла. Спинка скрипнула.

— Раз уж мы остались одни, я хотел поговорить о деле, — сказал Крис.

Барток налил себе ещё вина. Похоже, он был в прекрасном настроении.

— До меня дошли слухи, что ты знаешь нужных людей, которые могут провести меня между мирами, и у тебя есть карта порталов на острове. Не мог бы ты помочь найти их?

Улыбка сползла с лица Бартока. Он выпрямился, его ноздри раздулись, взгляд стал похож на взгляд матери.

— Да как ты смеешь спрашивать у меня, МЕНЯ, главного стража города, о подобных вещах? Ты хочешь, чтобы я выдал тебе имена? КАРТЫ? Ха! Нет, ты хочешь чтобы я нарушил ЗАКОН!

— Думай как тебе удобно. Мне просто нужно переместиться из одной точки в другую, и я считаю, что любой человек имеет на это право.

— Ты хоть представляешь, сколько уже людей погибли из-за таких разлагающих мыслей?

— Вы что, сговорились что-ли все на этой планете? — взорвался Крис и вскочил. — Мне нужно на Лотариум и плевать я хотел на ваши законы.

Барток встал, лицо его было тёмным от гнева.

— Прекрати сейчас же, иначе я арестую тебя за нарушение как минимум семнадцати законов.

Крис и Барток смотрели друг на друга испепеляющими взглядами, а потом оба сели и замолчали. Барток выпил бокал вина, затем другой. Через пару минут он заёрзал на стуле.

— Прости что вспылил. Ты должен понимать, у меня недавно украли дочь. Я действительно благодарен что ты спас её. Если бы кто-то другой спросил у меня нечто такое, я бы немедленно его арестовал.

— Так ты мне поможешь?

— Прости, но нет. Ты должен меня понять, я охраняю законы, а не нарушаю их. Так что давай сменим тему.

— Хорошо, — Крис в упор взглянул на Бартока. — Я слышал, что на стражей не действует Кара. Почему?

— Любой, кто попытается атаковать носителя Эфериума в пределах барьера, умрёт от удара молнии — Кары. Но на некоторых Кара не срабатывает, такие люди и становятся стражниками. А почему, так до сих пор никто и не знает.

Крис хмыкнул. Барток отзеркалил вопрос, так ничего и не сказав по существу. Наверняка он что-то знает.

— Исходя из твоей логики, выходит что я тоже теперь могу стать стражем? — спросил Крис.

Барток рассмеялся.

— Конечно нет. Нас вообще не бьёт Кара, в этом-то и отличие. Ты просто первый выживший после удара Кары. Многие думают, что ты сумел как-то перехитрить Кару, но я считаю, что Кара и барьер вокруг города — своего рода живое существо. Ты спасал наших детей, и потому Кара тебя пощадила. Считай, тебе действительно повезло, но в другой раз такого чуда не жди, Кара слепа и беспощадна.

Крис покосился на потолок. Теперь он понимал, почему все то и дело поглядывали на небо. Никого не прельщала перспектива быть в любой момент поджаренным молнией. Он почесал болевшее плечо и вдруг вспомнил руку, коснувшуюся его в этом месте.

— Послушай, а ты видел кого-то возле меня в то утро?

— Только тебя и Юлиуса, бандита, за которым ты гнался. Нет, Кара его не задела, но от страха он совсем свихнулся. Может, для него и лучше, что он не пришёл в себя, наши бравые парни хотели вздёрнуть его на крючьях, но Айвус Гринди, наш доктор, сказал что парень даже не помнит, кто он такой, и негуманно его сейчас линчевать. Каким-то чудом Айвусу удалось отбить этого паренька у разъярённых горожан, но некоторые из них до сих пор ходят возле клиники Айвуса, хотят выкрасть бандита и вывести за пределы города. Мэр поддержал инициативу дока, так что нам, стражам, теперь приходится охранять Юлиуса. Обычно я всегда на стороне мэра, но, как по мне, так этот идиот не заслуживает подобного обращения. Я буду первым в очереди линчевателей, когда он придёт в себя.

Крис почесал подбородок. Вся эта история казалась ему очень странной.

— А может один человек защитить другого от удара Кары?

— Никогда не слышал о подобном, — Барток нахмурился. — Хотя… До меня доходили слухи, что раньше учёные Метрополии пытались придумать специальный костюм, что-то вроде громоотвода. Но у них ничего не получилось, после того как с неба упало несколько ледяных глыб, они быстро свернули свой эксперимент. Но в теории, конечно, возможно всё.

Значит, даже Барток допускал, что такое было возможно. Видимо, его спаситель откуда-то знал, что Кару можно разделить на двоих. Кто бы он или она ни был, должно быть, ему крепко досталось. Крис сам три дня пролежал без сознания, удивительно, что его спаситель вообще смог уйти на своих ногах. Вот только кто из горожан мог рискнуть своей жизнью ради него, неизвестного в глазах местных «новичка» с Лотариума? Кто из них знал о секрете Кары, кто мог точно подгадать момент и кто был достаточно подготовлен, чтобы пережить удар молнии? На все эти вопросы пока не было ответа.

Глава 22. Голограф

Крис просидел у Бартока допоздна. Главный страж, к удивлению, оказался на редкость гостеприимным хозяином. Если поначалу он показался Крису мрачным и жестоким, то только потому, что это было частью его работы.

Перелом в их общении произошёл, когда Барток узнал, что у себя на планете Крис тоже был воином. Барток родился на острове Семи Лун и мало знал о Лотариуме. Крис рассказал ему, как устроена жизнь в Метрополии, рассказал и многое из своей жизни — про школу Элиты, про тренировочные лагеря и про то, как проходил отбор, и про то, как побывал рабом. Рассказал, как организовал свою первую кампанию, как его пытали, как он сбежал и убил тренера.

В своём рассказе Крис пропускал многие детали. Для себя он принял легенду, что пока будет находиться вне Лотариума, то будет представляться держателем крупного пакета акций в Метрополии. Так, оно и было, просто он не хотел распространяться, что кроме всего прочего занимал должность Рэлита, правительства планеты, состоящего на службе у Совета Элиты.

Крис так долго разговаривал с Бартоком, что только теперь заметил, что на столе выросла целая гора грязной посуды. Он потянулся и зевнул.

— Пожалуй, на сегодня хватит. Спасибо за приятную беседу и сытный ужин. Теперь в ближайшие несколько дней я точно не буду голоден.

Крис поднялся и Барток проводил его до коридора. Вдруг появилась Лина и повисла на нём.

— Не уходи, — протянула Лина, и глазки её налились слезами, — останься у нас, ну останься.

Барток улыбнулся, глядя на дочь. Он погладил её по голове и посмотрел на Криса.

— И правда, оставайся. Хотя бы сегодня. Мои стражи, конечно, проверили твой дом, но есть вероятность, что кто-нибудь из подельников тех бандитов может туда нагрянуть.

На шум в коридоре спустилась Ханна и уставилась на внучку, уперев сухие руки в бока.

— А я считаю, пусть уходит, — встряла Ханна. — Ещё неизвестно, кому из нас опасно находиться рядом с ним.

— Мама! Зачем ты так говоришь про нашего гостя? Оставайся, Крис, не слушай её.

— Простите, но мне действительно пора уходить. К тому же мы с другом договорились сегодня встретиться в доме. Наверняка Бен уже ждёт меня. Уж с этим-то парнем нам никакие бандиты не страшны.

— Ну останься, останься-останься-останься, — запросила Лина.

Крис взглянул на настенные часы.

— Ого, уже шестнадцать, через час начнётся новый день. Ну и долго же я у вас задержался. Мне действительно пора.

Но Барток и Лина продолжали настаивать на своём. Лина перегородила ему дорогу, а Барток даже пошутил, что его придётся арестовать, если он не останется у них с ночёвкой. Крис наконец не выдержал и сдался. Лина сразу запрыгала, а Барток пообещал выслать в их дом стражу, чтобы они предупредили Бена, что Крис задержится у них.

— Да, да, — фыркнула Ханна. — Пусть поищут этого Бента и передадут ему, чтобы не ждал своего друга, — Ханна засмеялась и ушла из коридора. Её хохот ещё долго был слышен издалека.

— Не обращай на неё внимания, — сказал Барток. — Не знаю, что на неё сегодня нашло.

Барток отправил Лину спать и проводил Криса в комнату на втором этаже.

— Вот твоя спальня, мы используем её, когда приглашаем гостей, но я тоже иногда здесь ночую. Располагайся и отдыхай.

Барток вышел, оставив его одного. Комната оказалась такой же строгой, как и многое в этом доме — идеально заправленная кровать, чистый стол, самодельный стул. В дверь постучали. На пороге стояла Лина, держа Бакса за ошейник.

— Что случилось?

— Бакс никак не может успокоиться. Похоже он хочет спать с тобой, — Лина протёрла заспанные глаза и улыбнулась. — Ему редко кто-то так нравится. К тому же он иногда здесь спит вместе с папой.

— Пусть заходит, я люблю животных.

Лина погладила Бакса.

— Значит, ты хочешь вернуться на Лотариум?

— Как ты узнала?

— Я подслушала. Наверное все в доме слышали, как папа кричал. Но это не важно. Я помогу тебе.

— В самом деле? — улыбнулся Крис. — Очень мило с твоей стороны.

— А вот и помогу, увидишь, — Лина надула алые губки. — Ты мне не веришь?

— Конечно верю, — Крис подмигнул ей. — Только пообещай больше не впутываться в истории с подозрительными сектантами.

Лина пожелала ему доброй ночи, обняла и ушла, потирая покрасневшие глаза. Крис лёг на жёсткую кровать. Свет, исходивший от стен, начал гаснуть, и комната погрузилась в приятный полумрак. Крис удивился, но слишком устал, чтобы гадать как освещение понимает что он лёг спать.

Бакс заскулил возле кровати, подставляя мокрый нос.

— Что, тоже устал, приятель? — Он погладил собаку по голове. — Хочешь ко мне? — Бакс заскулил. — Ну давай, запрыгивай.

Бакс радостно тявкнул и устроился в ногах. Так раньше лежала с ним его пантера Месси. Надеюсь с ней всё хорошо, и она не голодает. Крис вздохнул, устроился поудобнее на жёсткой кровати, попытался прокрутить в голове услышанное за сегодня, но почти сразу провалился в сон.

Проснулся от шума ветра за окном. Часы на стене показывали три с небольшим утра. На улице ещё мягко светились стены, но уже потихоньку начинало рассветать.

Он потянулся. Мне многое вчера удалось узнать, но я так и не приблизился к Лотариуму. Абуш, должно быть, уже бьёт тревогу, разыскивая меня. Но хуже всего что я застрял здесь, на этой отсталой планете, в то время как остальные Рэлиты борются за моё место Члена Элиты.

Перед внутренним взором всплыло лицо Маркуса Дрейка. Дрейк сидел на троне Элиты и смотрел на него сверху-вниз насмехаясь над ним шрамом на своём лице. Крис сжал кулаки.

Он не любил долгих прощаний, как не любил и быть кому-то обязанным. Он собрался и, погладив Бакса, тихо спустился. На первом этаже слышался лёгкий шум. Барток уже встал и готовил на кухне. Каким-то сверхъестественным чутьём главный страж услышал его шаги.

— Пытаешься уйти не попрощавшись?

Крис похолодел. Как простой человек мог услышать шаги Рэлита?

Не таясь, он вошёл на кухню, но сразу же замер. На столе лежал короткий меч стража. Барток был в полном облачении — железные доспехи с рисунком в виде бьющих в землю молний, прочные брюки и начищенные до блеска ботинки с тугой шнуровкой. Страж обернулся, одарил Криса тяжёлым, пронзительным взглядом колючих глаз. Лицо Бартока было мятым и небритым. Нечто неуловимое поменялось за ночь в том, как он разговаривал, в том как держался, и в том, как смотрел на него.

— Что-то случилось? — Крис осторожно подходил к столу, то и дело поглядывая на лежавший там меч.

— Я приготовил тебе завтрак. Ешь, — Барток повернулся к нему спиной и продолжил готовить.

Крис мельком взглянул на железную дверь, ведущую из кухни на улицу. Наверняка закрыта и под охраной. Сел, посмотрел за яичницу с длинными зелёными ломтиками, по виду напоминавшими мясо. В такие моменты он начинал жалеть, что лишился своего перстня, проверявшего еду. Крис осторожно начал есть, внимательно следя за Бартоком. Он не боялся главного стража, если, конечно, можно вообще не бояться человека, на которого не действует Кара. Единственное что его беспокоило, выдержит ли его тело ещё один удар молнии.

Крис доел. Лезвие меча блестело прямо перед ним, но он не рисковал трогать чужое оружие, уж слишком было похоже на ловушку. Вместо этого он незаметно стянул со стола нож.

— Лучше верни его обратно, — не поворачиваясь, сказал Барток. — Для собственной же безопасности.

Крис выругался про себя. Как он сразу не заметил? Всё это время Барток наблюдал за ним в начищенные до блеска металлические кастрюли, висевшие на стене. Барток поставил на стол жареные тосты, сел напротив и стал завтракать. Несколько минут они ели в полной тишине.

— Ты злишься из-за вчерашнего?

— Нет. С чего ты вообще взял, что я злюсь?

— Тогда… что с тобой?

Барток утёр губы салфеткой и встал.

— Этой ночью кое-что произошло, Крис. Кое-что важное.

— И что же?

— Здесь не место, чтобы говорить о таких вещах. Идём.

Барток взял со стола меч и вышел из кухни, даже не оборачиваясь. Крис двинулся следом, в любой момент ожидая ловушки, но Барток прошёл в самую дальнюю комнату с больши́м светлым окном и строго заправленной кроватью. Он подошёл к одной из стен и толкнул её. С тихим щелчком стена отъехала в сторону. За ней оказалась ещё одна комната.

— В городе множество тайных проходов и помещений. Никогда не знаешь где находится ещё один и куда он тебя приведёт. Входи.

Крис прошёл по узкому пыльному коридору и оказался в комнате, больше похожей на рабочий кабинет. Здесь был такой беспорядок, какого не было во всём доме. Всё-таки Барток тоже имел обычные человеческие слабости. Страж сел за массивный каменный стол. Стена с тихим скрежетом встала на место. В комнате стало мрачно, но затем стены начали светиться. Барток открыл столешницу, бросил через стол некий предмет. Крис автоматически поймал его.

— Что это? — спросил Крис, разглядывая гладкий непрозрачный камень похожий на яйцо.

— Голограф. Вставь его вон в ту круглую штуку. Нет, в другую. Да которая слева от тебя. Да, сюда.

Голограф вспыхнул белым светом, на столе появилось миниатюрное изображение человека. Крис сразу узнал мэра Велховена. И он был не один.

Полковник, сидевший перед мэром, едва помещался в массивное кресло. У него было три подбородка и очень большой рот, расплывшийся в застывшей улыбке. Его огромная голова полысела, и только пучок поседевших волос торчал на затылке. На широкой груди висела большая медаль — три золочёных треугольника.

Миниатюрные фигурки мэра и полковника разговаривали, но звука пока не было. Пару секунд спустя раздался металлический скрежет.

— … на днях, — договорил полковник.

— Быть такого не может, — сказал мэр, поглаживая бороду.

— Неужели вы сомневаетесь в моих словах? — полковник широко улыбнулся и стал похож на довольную собой жабу.

— В ваших словах не приходится сомневаться, полковник Смит. Я знаю вас уже двадцать лет, и вы показали себя как человек… дела. Но мне до сих пор сложно поверить, что Семилунный посетит один из Членов Элиты.

Смит раскурил большую сигару и пустил дым в сторону Велховена. При каждом слове полковника тряслись все три его подбородка. От этой тряски казалось, что он посмеивается, но полковник был серьёзен.

— Между нами говоря, я тоже удивлён, если не сказать обеспокоен. Потому что, — полковник сделал большую затяжку и потушил начатую сигару о пепельницу, — для охраны Его Светлейшества мне придётся ввести весь мой гарнизон в город.

— Это противоречит нашему договору, — взорвался Велховен. — Вы представляете какой хаос начнётся?

Полковник властно поднял мясистую ладонь, дожидаясь, когда мэр перестанет кричать.

— Вы знаете, — начал он вкрадчиво, — как моё полное имя? Полковник Смит Третий. Всего лишь Третий… А я хочу, да будет благословенна Метрополия, стать просто полковником Смитом, без всяких там цифр. И я больше чем уверен, что получу короткое имя, но для этого необходимо, чтобы Член Элиты остался доволен моей работой.

— Вы не понимаете о чём просите. Если военные придут в город, весь рынок встанет, и мы все останемся без средств к существованию, сначала Семилунный, а потом и Метрополия. Пришельцы не потерпят вооружённых людей в городе. И горожане тоже.

— Ничего страшного, Метрополия готова пойти на некоторые издержки, связанные с… вашим простоем.

Мэр странно посмотрел на полковника.

— Похоже вы меня не поняли, полковник. Если вы введёте в город военных, то между нами больше не будет мира.

— Войдите и вы в моё положение. Неужели вы предлагаете, чтобы Член Элиты остался без охраны? Или вы хотите поговорить с Праудлионом лично и всё сами ему объяснить?

— Если есть такая возможность, я бы попробовал.

Полковник расхохотался так, что затряслось всё его тело.

— Не смешите меня. Его Светлость никогда не согласится остаться без охраны. Вы хоть представляете, сколько людей охраняет каждого Члена Элиты на Лотариуме? Десять тысяч военных. А в моём гарнизоне всего две тысячи солдат. Даже этого крайне мало для охраны фигуры такого уровня, но, к сожалению, это всё, что мы можем сейчас предоставить.

— Но… — начал мэр. Полковник его перебил.

— Мы давно уже друг друга знаем мэр Велховен. Поверьте мне, старому вояке, для Члена Элиты ваши возражения несерьёзны, я бы даже сказал оскорбительны. К тому же Его Светлость, пребудет в вашем городишке на каких-то жалких три-четыре дня. От вас требуется лишь поговорить со своими упёртыми горожанами и убедить их немного потерпеть.

Лицо Велховена стало бледным, кулаки сжались.

Раздался стук с той стороны стены. Крис случайно задел голограф рукой, фигуры застыли. Барток подскочил к стене, слегка отодвинул её и с кем-то переговорил. Судя по звукам, снаружи стояли двое стражников. Вскоре Барток вернулся, с тяжёлым вздохом опустился в кресло и помассировал глаза. Лицо стража осунулось ещё больше.

— Как давно сделали запись? — Крис кончиком подбородка указал на миниатюрные фигурки.

— Этой ночью. Велховен послал за мной, чтобы я охранял его на встрече. С полковником пришли военные, замаскированные под горожан, так что о его визите никому не известно. Разговор проходил в доме мэра, поэтому нам удалось сделать запись. Конечно, комнату проверяли на жучки, но Метрополия пока не знает о голографах.

— Хорошее изобретение, — Крис постучал пальцем по каменному яйцу. — На Лотариуме дорого бы заплатили за подобную штуку.

Барток покосился на голограф.

— Боюсь, там бы он не смог работать. Голограф работает за счёт энергии, которую здесь называют Потоком, — Барток сделал волнообразный жест, — а носителей этой силы маловато в Метрополии. Так что на Лотариуме вряд ли смогут оценить голограф по достоинству, там он окажется куском обычного камня.

Крис потёр подбородок. На этой планете открывались большие возможности для человечества, но каждый раз он упирался в такие вещи, о которых не знал.

— А почему мэр не хочет, чтобы на Семилунный приехал Член Элиты? Это же великая честь, когда величайшие умы нашей планеты пробуждаются от вечного сна, чтобы посетить нас, обычных людей. Я сам дважды охранял Членов Элиты, когда они приезжали в наш город, и знаю какой строгий там протокол охраны. На мой взгляд, ваш мэр показывает себя очень недальновидно.

Барток подпёр щетинистую голову ладонями. Взгляд его стал отсутствующим. Несколько секунд он просидел так, а потом, наконец, сказал тихим, едва слышным голосом.

— Пока ещё ты не знаешь, в каком мире мы живём и какую цену платим, чтобы сохранить наш зыбкий покой. Мэр Велховен великий человек. Когда я был ребёнком, он уже был у власти. До него люди жили совсем, совсем иначе. Мирная жизнь, достаток, торговля с другими расами, всё это его заслуга. Сэм Уоттерс рассказал тебе, что своим первым указом мэр запретил военным заходить в город? Так вот, просто к сведению, сейчас полковник хочет использовать приезд одного из Высших как предлог, чтобы военные могли снова вернуться в наш город. И если они вернутся, то останутся здесь насовсем, уж поверь. Но слушай дальше, у нас осталось не так много времени. Есть ещё кое-что, новость, которая касается тебя.

— Меня? — Крис посмотрел на потухший голограф и дотронулся до него кончиком пальца.

— Допустим, мне удастся каким-то образом объяснить моим людям присутствие военных в городе, — проскрежетал мэр сквозь стиснутые зубы. — Но я сделаю это только когда вы подпишете бумаги, где подтвердите, что не будете вмешиваться наши дела и в течение нескольких дней покинете город.

Лицо полковника расплылось в мерзкой, широкой улыбке.

— Ну что вы в самом деле, мэр Велховен? Я даю вам своё слово, что всё пройдёт…

— Ваше слово и гроша ломаного не стоит! Бумаги, мне нужны официальные бумаги, заверенные вашей подписью и подписью генерала Гаустрильца.

— А подписи Его Светлейшества тебе не надо?

— Так вот как ты заговорил? Не будет бумаг, не будет и мира между нами.

Полковник рассмеялся. Мэр скрипнул зубами.

— Поверь мне, ты подпишешь, иначе я и пальцем не пошевелю для вас, — сказал мэр. — И имей в виду, если попробуешь меня обмануть, то не только у тебя, у всей Метрополии будут проблемы. Мы перестанем торговать с вами, перестанем позволять вам набирать новых Нулей, мы разрушим вашу и без того хрупкую репутацию среди торговых гильдий, мы…

— Ты мне угрожаешь?

— Нет, всего лишь напоминаю нашу часть договора.

Полковник взорвался.

— Не будет тебе никаких бумаг, старый дурак! Те времена, когда всё можно было решить миром, давно прошли. Мои парни войдут в город и останутся здесь столько, сколько необходимо. А если вы будете нам мешать, то мы зальём это место кровью. Вот моё слово, вот в чём я ручаюсь и вот какую бумагу я тебе дам!

Велховен посмотрел на Смита единственным зрячим глазом.

— Вот и цена твоего слова, полковник.

— Ты это мне говоришь, старый болван? — слюна капала с губ полковника и текла по его подбородкам. — Да я тебя в порошок сотру, разотру, растопчу, разорву на клочки, я…

— Человек, который был до тебя, как же там его звали… полковник Томас Первый… Так вот, его убрали двадцать лет назад. А знаешь из-за чего? Из-за того, что он позволил в мой адрес куда более мягкие высказывания.

— Ты угрожаешь мне? МНЕ?! — Смит Третий закричал, брызгая слюной. — Ты похоже забыл, чем закончилось предыдущее заселение острова? А всё почему? Потому что мэр начал громко тявкать! Кости сотен тысяч людей до сих пор лежат на окраинах города, чтобы вы никогда не забывали об этом.

— Там больше костей ваших людей.

— Именно так! Метрополии без разницы, сколько понадобится угробить здесь солдат. Триста или пятьсот тысяч — для нас это не имеет значения, ты понял? Один мой приказ и мы закидаем этот грёбаный город трупами, и не остановимся, пока не вырежем вас всех.

— Ох уж эти самоуверенные, молодые люди. Ты совсем мало на своём посту и не знаешь многих вещей. Полковник Томас Первый никогда бы не сказал подобных слов, а знаешь почему, сынок? Потому что он боялся, до ужаса боялся Кары. У него ещё была свежа память о ней, он не хотел вести своих парней на убой. Ты можешь так поступить, но ничего этим не добьёшься. Впрочем, я всё же соглашусь принять Его Высочество в своём городе. Но только потому, что для этого у меня есть свои личные причины.

Полковник придвинулся ближе.

— Вот видишь, ты можешь быть куда сговорчивее, когда захочешь. Как я уже сказал, — он засмеялся — Его Светлейшество не проведёт много времени в вашей дыре. А мы уйдём вместе с ним, как я и обещал. Моим парням тоже некомфортно находиться внутри барьера, зная, что в любой момент их может поджарить молния.

Полковник взглянул на потолок, встал. Его массивное тело затряслось как желе. Они с мэром пожали руки и подписали бумаги. Полковник уже почти вышел из кадра, но вдруг повернулся к Велховену.

— Совсем забыл. У Его Светлости есть одна небольшая, личная просьба к тебе.

— Чего же хочет от меня Его Светлость?

— Да так, сущий пустяк. Насколько мне стало известно, один преступник недавно попал в ваш город. Как я понял, Его Светлость прибывает на Семилунный только из-за него. Вам нужно его схватить, заключить под стражу и передать в дар Члену Элиты. Если вы всё сделаете правильно, то все будут довольны, а Его Светлость будет к вам более… благосклонным и быстро покинет ваш бесценный город.

Глава стражи выключил запись.

— О чём таком они говорят? — спросил Крис глухо. — Верховный Член совета, Его Светлость Праудлион собирается прибыть на Семилунный только чтобы поймать преступника?

— Да Крис. И преступник этот ты.

Послышался скрежет камня, одна из стен отъехала в сторону. В комнату вбежали двадцать стражей, от всех исходило желтоватое свечение. В руках они держали короткие мечи, гремя при каждом шаге доспехами. Стражи начали теснить Криса к стене, он отступал всё дальше, пытаясь сохранять дистанцию для удара, но его загнали в угол. Он попробовал оценить свои шансы. Один против двадцати стражей, использующих Эфериум, и их в отличие от меня не поджарит молния. Не очень-то хороший расклад для начала дня.

Барток вытащил из-за пояса меч. Вначале его тело, затем доспехи, потом и лезвие клинка покрылось ярким, жёлтым свечением. Барток подошёл совсем близко к Крису.

— Прости что обманул тебя, лучше не сопротивляйся. Как главный страж этого города, я официально заявляю: ты арестован!

Крис напружинил ноги и прыгнул вперёд.

Глава 23. Здесь был Кром

«Друзья, спасибо всем, кто активно читает книгу, я вижу и ценю ваше внимание.

Отдельный привет тем, кто проглотил все главы залпом и дождался до сегодняшнего вечера!

С искренним уважением, Ваш Тарин Дэйв»

С улицы через толстую решётку в камеру пробивалось жаркое солнце. От пола исходил ровный, сухой жар, Крис блестел от пота, но от духоты негде было не скрыться. Он мерил шагами комнату. Три шага в одну сторону, к матрасу из полусгнившей соломы, три шага в другую сторону к пустому ведру — вот и всё пространство камеры.

До сих пор Крис не мог понять, как всё произошло. Он помнил, как прыгнул в гущу стражей, отбился от нескольких ударов сияющих мечей и потерял сознание. Когда очнулся, на него надели наручники и провели по всему городу до главной площади. Там уже собралось с полсотни любопытных горожан, ему зачитали официальпный приговор мэра Семилунного, где объявили что он является опасным преступником Метрополии. Затем на голову накинули мешок и засунули в эту мерзкую, вонючую дыру.

Проклятье, ларгор меня подери! Крис остановился и с досады пнул пустое деревянное ведро.

— Хватит шуметь, — крикнул стражник.

— Тебя забыл спросить, — огрызнулся Крис.

Стражник, отодвинув смотровое окно, свирепо поглядел на Криса. Окошко быстро закрылось, стражник вернулся обратно.

Крис подошёл к зарешеченному окну. Тюрьму окружали низкие шестиугольные дома, вдоль которых петляла узкая дорога. По крайней мере, он хотя бы знал, что находится в западной части Семилунного.

Крис выругался про себя. Где носит этого кретина? Мы разошлись позавчера вечером, а Бен до сих пор не объявился. Наверняка он уже знает, что меня арестовали и теперь идёт по следу. Оставалось надеяться, что этот ветреный Рэлит успеет добраться до меня раньше военных Метрополии.

Крис дёрнул толстые прутья, они жалобно скрипнули, но не поддались.

— Хватит шуметь, — вновь крикнул стражник. В открывшемся окошке появились вымученные глаза. — Послушай, приятель, у меня трое суток уже голова болит. Имей совесть в конце концов!

Крис плюхнулся на пыльный тюфяк, пытаясь закрыться руками от жары. Почему Метрополия объявила меня преступником, и зачем я понадобился Его Светлости Праудлиону? Ну уж наверняка не для того, чтобы мило побеседовать.

Если двум безумным старикам Рэлитам ничего не стоило стереть мои воспоминания, то им наверняка было также легко подставить меня и после «смерти». Ведь каким-то образом они сумели сделать так, чтобы я исчез. Надо отдать им должное, постарались они на славу. Повезло, что в последний момент я смог придти в себя и сбежал.

Вот только, похоже, что информация о моём побеге дошла до Элитов. Думаю они уже начали всё расследовать и, скорее всего, раскрутили ниточку до Райли и Райта. Конечно же, старикам ничего другого не оставалось, кроме как объявить меня релегиозным отступником Метрополии. Наверняка тут вспомнили про мою мать, а может, про что-нибудь ещё, Пэлиты на каждого ведут досье, думаю на меня за этого годы накопился не один архивный синте-том.

Крис вздохнул. Интересно, что скажет Бен, когда узнает, что Его Светлейшество Парудлион послал за мной военных? Наверняка не обрадуется, зачем ему такой «партнёр». Скорее всего он уже порвал свою клятву между ними. И его можно правильно, на его месте любой Рэлит поступил бы точно так же.

Но что-то ещё, тревожило Криса, что-то не давало ему успокоиться. Он ходил из угла в угол, чувствуя что мысль вот-вот сформируется. Наконец его осенила страшная догадка — а что если я не должен был оказаться между мирами? Что если я вовсе не должен был сбежать через тот портал?

Час спустя окошко камеры открылось, в него просунули железную миску с маленькой порцией еды, похожей на клейстер и стакан тёплой воды. Крис совсем обессилел от жары. Он ел безвкусную кашу, прислонившись к стене, когда заметил, что в дальнем углу камеры появилась тень.

Он взял матрас и пополз туда. Стало чуть прохладней, но ненамного. Крис со злобой посмотрел на гранитный блок стены. Там изгибалось нечто, что он вначале принял за трещину, но вместо трещины на стене оказалась выцарапанная надпись.

КРОМ БЫЛ ЗДЕСЬ И ВЫЖИЛ

Крис вспомнил праздник на площади и песню, которую пели люди. Ухмыльнулся. Он то думал, что песня про Крома была только вымыслом, но факты показывали обратное. Сама мысль, что такой легендарный герой тоже побывал в этих застенках, немного обнадёживала его, делая жару в камере чуть менее неприятной.

С улицы раздался слабый свист. С минуту было тихо, Крис даже подумал что ему показалось, но свист послышался вновь. Неожиданно сквозь прутья пролетел небольшой камень и, отскакивая от стен, упал на пол.

— Ты что, по-метропольски не понимаешь? — стражник открыл окошко и застучал по косяку обухом меча. — Приятно тебе, да?

Крис замер. Когда стражник ушёл, он достал камень, который успел спрятать под подстилку соломенного матраса. Камень был странного вида — длинный и тонкий, с металлическим штырем, примотанным к нему грязной полоской бумаги.

Крис покрутил камень и неожиданно понял, что у него в руках лежало настоящее огниво, перевязанное запиской. Крис похолодел. Не читай он рассказы о древнем прошлом Земли, никогда бы не узнал такую архаичную вещь.

Едва дыша, Крис развернул бумагу и прочитал одно-единственное слово, написанное там.

ЖГИ

Стражник по имени Мэтью Ривз, не спал уже двое суток. Сейчас он сидел на полу коридора, прикладывая ко лбу лезвие меча, пытаясь таким образом хоть немного утихомирить разыгравшуюся мигрень. Меч был холодным, его прохлада немного облегчала боль Ривза, но только если он при этом не двигался. Зайди кто-нибудь сейчас в здание тюрьмы Святого Давура, и перед ним предстало бы весьма странное зрелище. Ривз скинул доспехи, оставшись в нижнем белье.

Страж знал, что кроме него и одного шумного, опасного пленника, в здании тюрьмы больше не было никого, и поэтому без опаски сидел раздетым. Конечно, капитан Барток сразу бы отчитал его за неподобающее для стражника поведение, но сейчас Метью было плевать, капитан почти никогда не заходил в тюрьму. Сейчас больше всего его беспокоила грызущая, непреходящая головная боль, мешающая наконец уснуть.

В коридоре было душно. Ривз поднялся с каменного пола и снова окатился из бочки тёплой водой. Издалека запахло дымом. Опять в соседней харчевне печку затопили что ли? Так вроде её хозяин, как там его, Стенс вроде, сказал что дымоход засорился и раньше следующей недели не пробьют?

Запах стал сильнее. Мэтью Ривз шумно потянул носом воздух и вдруг услышал крики.

— Пожар! Горю, горю!

Из-под двери камеры потянулась густая полоса чёрного дыма. Ривз закашлялся, у него защипало в глазах. Он вскочил, пытаясь открыть камеру, но от страха путался в большой связке ключей. За металлической дверью трещал огонь, металл ощутимо нагрелся, сквозь щель внизу выбивало яркие искры. Наконец, Ривз нашёл нужный ключ, открыл дверь и едва не задохнулся от едкого дыма. Он сделал шаг внутрь, пытаясь спасти пленника, но этого только и надо было Крису.

Крис слегка подтолкнул Ривза в спину, а сам, прикрываясь завесой дыма, проскользнул за его спиной и захлопнул дверь камеры. Скрипнул ключ. Стражник оказался заперт в тюремной камере один на один с дотлевающим соломенным тюфяком.

— Кара тебя разрази, выпусти меня немедленно!

Ривз со всей силы барабанил в дверь руками и ногами, совсем забыв о болевшей голове. Крис погремел ключами перед его носом и повесил их на крючок. Он был доволен собой. Иногда, если хорошенько подумать, и без сражения можно выйти победителем из драки. Особенно такой подход необходим, когда в любой момент тебя может поджарить дрессированная молния с небес.

Крис огляделся. Снаружи оказался коридор, вдоль которого тянулись другие камеры. Стражник высунулся на улицу и начал кричать в окно. Крис выругался. Он побежал к видневшейся вдали винтовой лестнице, пронёсся четыре этажа и оказался в коридоре первого. Впереди замаячила дверь, ведущая к выходу на свободу и Крис уже продумывал, как быстрее затеряться в городе, когда от стены отделилась массивная фигура, перегородив дорогу. На боку стража поблёскивал меч, доспехи с многочисленными молниями сидели на нём как литые.

— Куда это ты так спешишь?

— Ты! — вырвалось у Криса.

Крис узнал стража, это был Барток собственной персоной. Барток медленно двинулся к нему навстречу. Они сближались и вот, наконец, были так близко друг к другу, что… смогли пожать руки. Барток обнял Криса и похлопал его по спине как старого друга.

— Метропольски рад тебя видеть, — сказал Крис.

— Не могу сказать того же, но я рад, что ты получил мою записку и быстро сообразил что делать.

Барток протянул ему широкий серый плащ и белую маску с уродливым носом. Не задерживаясь больше ни секунды, они вышли.

Едва они вошли в дом стража с чёрного входа, как Крис тут же сбросил с себя маскировку и повалился на холодный пол.

— Ну и жара. Я думал сварюсь.

— И не говори, — Барток стянул железные доспехи, раскалившиеся на полуденном солнце.

Минут через десять, когда они пришли в себя, Крис сидел, попивая холодный сок с двойной порцией льда.

— Ну и ну, даже не верится, что я снова оказался у тебя в гостях. Отличный же план ты придумал — притворился, что задержал меня, а сам помог сбежать из тюрьмы. Сегодня как раз первое апреля, думаю, в Метрополии по достоинству оценят твою шутку.

— Да хоть тридцать первое. Благодари мэра, а не меня. Провернуть трюк с твоим побегом целиком была его идея. Будь моя воля, я сдал бы тебя Метрополии.

— А ведь ещё вчера мы так мило беседовали у тебя в зале, — рассмеялся Крис. Барток фыркнул от возмущения.

— Так это было вчера.

— И уже тогда ты угрожал арестовать меня, — Крис погрозил пальцем.

— И арестовал бы, если мог. Ловить преступников — моя работа.

Крис снова рассмеялся.

— Похоже, ты до сих пор не доверяешь мне. В отличие от мэра.

— А с чего я должен доверять тебе? Мне плевать, кем ты был на своей планете и чем занимался. Если у тебя всё так было хорошо, то и сидел бы там, чего к нам припёрся? Ты хоть представляешь какие проблемы здесь заварил?

— А ты меня спросил, я этого хотел? Я был вынужден бежать, ясно тебе? Я очнулся на операционном столе, когда мне пытались вскрыть череп, и бежал туда, куда мог. Мне ваша планета даром не нужна. Больше всего на свете я хочу вернуться домой, на свою планету, там я хоть на что-то ещё могу повлиять. Поэтому если не хочешь помогать мне, то, — Крис показал средний палец, — не помогай. Справлюсь и сам, ещё не из таких передряг приходилось выкручиваться. Покажи только в какую сторону бежать, и мы разойдёмся как корабли в космосе.

Барток слегка поостыл.

— Ладно, не кипятись так. Мы с мэром всегда ехали в одной повозке, и твой случай не первый, когда мне приходится нарушать закон.

— Давно бы так, — усмехнулся Крис. — А то строишь из себя порядочного стража закона, аж жуть берёт.

Барток скрипнул зубами.

— Если бы не просьба Велховена, я бы и пальцем не пошевелил ради тебя.

— А я думал мы с тобой друзья, — сиронизировал Крис.

— Я помогаю тебе только потому, что доверяю мэру. Я давно понял, что у всех его поступков есть глубокие, далеко идущие причины. Конечно, мне не легко было понять, зачем ему спасать тебя и подставлять весь город, но…

— Но?

— Он сказал, что если ты так сильно понадобился Метрополии, то тебя нельзя ей отдавать. Мы должны спрятать тебя и разузнать, почему там ищут именно тебя. Может быть, ты сам мне расскажешь?

— Проклятье, я бы и сам хотел узнать! Знаешь ли, мне тоже не очень-то хочется, чтобы Экзекуторы отрубили мне голову перед лицом одного из Элитов.

— Насколько мне известно, ты жаловался будто прекрасно помнишь, что было с тобой год или десять лет назад, но не можешь вспомнить, что произошло совсем недавно?

— Ну допустим, дальше то что?

— Ты упомянул, что очнулся на операционном столе. А ты не думал, что мог узнать о Метрополии нечто такое, из-за чего тебя непременно следует убить? Нечто такое, о чём никто другой больше не должен был знать.

— И мне стёрли память, чтобы я ничего не помнил? Проклятье, Барток, большего бреда я в жизни не слышал. Ты не представляешь себе, сколько в Метрополии существует ядов, побочным эффектом которых является потеря памяти. Есть что-то, чего я тебе не рассказал. Меня опоила и похитила рыжая бестия, Элеонора Райт, действуя в сговоре со своим отцом и этим придурком Райли. Они доставили в лабораторию Метрополии, а потом ещё как минимум месяц накачивали транквилизаторами. Не удивительно, что мои воспоминания смешались в кашу. Я удивлён, что вообще пришёл в сознание и смог оттуда сбежать.

— Лучше бы ты не приходил в себя, — кашлянул Барток. — Ну ладно, найти причину из-за которой за тобой гоняется Метрополия, мы можем и позже. Сейчас самое важное до захода солнца покинуть остров Семи Лун.

— Ухуху, — хохотнул Крис, — Не ты ли недавно говорил, что путешествовать между мирами запрещено законом?

— Говорил. Но ты теперь вне закона, так что либо головорезы Метрополии поймают тебя на Семилунном и скоро, либо в каком-нибудь другом мире, но позднее.

— Какие радостные перспективы, — рассмеялся Крис. Барток покосился на него. — Прости-прости, что-то у меня сегодня хорошее настроение. Как я понял итог один, в любом из двух случаев меня казнят. А есть какой-нибудь вариант без отрубания головы?

— Есть. Тебе надо добраться до наших друзей на планете Рулунов.

— Похоже ты неправильно меня понял. Я не хочу убегать, я хочу доказать, что ни в чём не виновен, и вернуться домой живым.

— И как ты себе это представляешь? — нахмурился Барток.

— Подкрадусь к Праудлиону, выжду когда он уйдёт с публики, и всё ему объясню. Я уверен, что после личного разговора с Его Светлостью смогу получить место среди Э… — Крис резко закашлялся — смогу вернуться домой.

— Ты не понимаешь, — Барток показательно положил ладонь на эфес меча. — Ты слишком много знаешь, чтобы приближаться к Члену Элиты. Так что выбирай, либо ты сегодня же покидаешь остров, либо мне придётся убить тебя.

— Даже так? — опешил Крис.

— Даже так.

Ну конечно, держи карман шире придурок! Как только моя нога окажется за порогом твоего дома, я сразу дам дёру. Попробуй меня потом догнать, к тому времени я уже буду за барьером, а там ещё посмотрим кто кого. А пока, так уж быть, я подыграю тебе.

Крис скрестил руки и сжал губы.

— Кстати, и как ты собираешься переправить меня на другую планету? Закажешь космический корабль или, может быть, карту дашь? Ау. Ты не забыл, что я полный ноль в этом деле? Как я найду этих ваших Рулунов, если я до сих пор даже понятия не имею, как на вашей планете оказался?

— Хватит ёрничать. Мы в курсе, что ты не умеешь путешествовать между мирами самостоятельно. Мэр обо всём позаботился. Доверенный человек проведёт тебя между мирами и поможет добраться до наших друзей, живущих на планете Рулунов. Но есть один нюанс, Клэйв может пользоваться только храмовыми порталами, а через них нельзя перепрыгнуть дальше соседнего мира. Так что путь ваш будет долгим — сначала через планету Гриджеров, затем к Миранам, они наши союзники, и, когда пройдёте планету Хэлмитов, окажетесь на месте. Поговаривают, что у Рулунов такие же города как в Метрополии, только намного лучше, потому что больше всего на свете Рулуны чтят закон. Уверен, тебе у них понравится, многие другие люди переселились к Рулунам, говорят их планета напоминает им дом. К нашему человеческому брату Рулуны тоже относятся хорошо. Другие люди уже лет восемьдесят мирно живут с ними между мирами. Так что не переживай, они тебя там и встретят.

— Что ещё за другие люди? — удивился Крис.

— Потомки выживших после зачистки Метрополии, — грустно сказал Барток. — На Семилунном все о них знают… Ты уже слышал песнь о Кроме? В ней упоминается о них. «И до сих пор меж мирами их потомки живут, скитаются они на чужбине и песню Крому поют».

— Я думал это только грустная баллада, не более.

— Если бы, — сказал Барток, глаза его заблестели.

— Хотя знаешь, сегодня в тюрьме я видел надпись, выцарапанную на граните. На ней было имя Крома.

Повисла тягучая тишина. Ледяные, голубые глаза Бартока вспыхнули. На его рубленом, высеченном лице заиграли желваки, приоткрыв на секунду открывшийся перед ним ужас.

Глава 24. Капкан захлопнулся

— Не может такого быть, — Барток натянуто рассмеялся. — Наверное, кто-то из фанатов баловался…

Крис хмыкнул. Барток явно его дурил.

— В любом случае, — сказал Барток резко, голос его слегка дрожал, — тебе лучше сейчас думать о том, как встретиться с другими людьми.

От Криса не укрылось, с какой стремительностью главный страж перевёл тему. Тут Крис впервые заметил то, что до этого резало ему слух.

— Почему вы называете этих людей другими, — насторожился Крис, — они чем-то отличаются от нас?

— Другие люди живут среди пришельцев, вечно скитаясь меж миров, поэтому то их так и прозвали — у них другая психика. Поживи среди инопланетян хотя бы годик, поймёшь, о чём я говорю. А они выросли в их среде. Неудивительно, что некоторые из них совсем перестали походить на людей… Но в целом, большинство из них самые обычные люди, разве что взрослеют и стареют они вдвое быстрее нас. Похоже, у них какая-то генетическая мутация случилась, ходят слухи, что их деды жили лет двадцать от силы, а отцы тридцать. Но ни Асуны с их изящными технологиями, ни Рулуны с их регенерирующими капсулами не смогли исцелить других людей.

— И ты хочешь меня отправить к ним?

— А почему нет? Они такие же люди как мы с тобой, может, даже в чём-то лучше нас, человечнее. А ещё они ненавидят Метрополию, так что надёжнее них тебя никто не спрячет.

Крис хмыкнул.

— И сколько займёт весь путь до… других людей.

— Пять или семь дней. За место не переживай, Метрополия боится Рулунов как огня, так что там ты будешь в безопасности.

Крис почесал подбородок.

— Секундочку, — вдруг ощетинился он, — ты что, собрался подставить меня?

— С чего ты взял?

— Сэм Уоттерс сказал, что все порталы охраняют войска Метрополии. Мэр тоже упоминал, что соваться туда смерти подобно. А теперь ты говоришь, что я с твоим человеком должен пройти через храмовый портал.

Барток замялся.

— Есть вещи, о которых мы не всем рассказываем, но о них знают некоторые, скажем так, любопытные горожане… Я веду к тому, что на Семилунном, за пределами города, есть ещё пара порталов, о которых неизвестно ни Метрополии, ни кому-либо ещё. Иногда мы используем их в своих целях, например, когда нам нужно переправить что-то или кого-то контрабандой на другую планету.

— Я смотрю, уловки Велховена ничем не отличаются от уловок низкосортных политиканов. Наше правительство никогда бы не стало скрывать правду от своих граждан.

— Да неужели? То-то я смотрю, с Лотариума все такие знающие о других мирах приходят. И о порталах в соседние миры вы тоже все знаете. А ресурсы, которые Метрополия выкачивает с других планет, она, наверное, между всеми поровну делит?

Крис не нашёлся что ответить.

— Вот так-то. И это я ещё не спрашиваю тебя о твоём прошлом. Только не говори, что Члены Элиты тебя ищут потому, что ты такой чистенький весь. Лучше прекрати высмеивать нашего мэра и учить нас как жить. По сравнению с вашим правительством мы все дети, играющие в песочнице.

— Вы тоже запрещаете своим людям перемещаться между мирами. Даже сама эта тема у вас под запретом.

— Мы хотя бы не прячем от них правды.

— Конечно, потому что спрятать не можете. Зато прячете от них порталы.

— Скажем так, мы умалчиваем о некоторой информации. И что с того? Все так делают. К тому же, мы поступаем так для собственной безопасности наших же граждан.

— Для собственной выгоды ты хотел сказать.

— В том числе. Что мы будем делать, если о скрытых порталах будет известно в Метрополии? А они непременно узна́ют и заберут порталы себе, если о них прознает много посторонних глаз и ушей. И вот вопрос, а что бы ты делал сейчас, если бы о наших тайных порталах знала Метрополия? Здесь нам не удастся прятать тебя слишком долго, рано или поздно ищейки Метрополии найдут тебя в городе. Но зато там, среди других миров, даже Метрополия не сможет тебя достать. Так что благодари нашего мэра за такую щедрую возможность.

— С чего ты вообще взял, что я соглашусь?

— Ты уже согласился, хочешь ты этого или нет. Я ведь сказал, что у тебя нет выбора: либо ты сбега́ешь и обретаешь шанс на жизнь, либо Метрополия получает тебя, но уже мёртвым.

Барток снова многозначительно похлопал по рукояти меча. Крис бросил беглый взгляд на потолок и потёр болевший шрам на плече.

— Должен признать, у тебя весьма весомые доводы. Я бы даже сказал веские. Считай, что я согласен. Где находится этот твой человек?

— Так бы сразу. Когда выберешься из этого переплёта, ещё будешь благодарить мэра. Клэйв Родвуд уже ждёт тебя у портала в катакомбах под городом. Проверяй свои вещи и выдвигаемся.

Барток нагнулся и одной рукой достал из-за кровати массивный рюкзак, по виду тянувший килограмм на сорок.

— Погоди, — сказал Крис. — Экий ты резвый. У меня ещё осталось одно незавершённое дело.

— Какое?

— Мне нужно найти друга и предупредить, что я уйду на планету к Рулунам. Мы с ним хотели встретиться ещё позавчера. Он наверняка уже ищет меня, но вряд ли сможет найти на другой планете.

— Прости, но никто не должен знать, куда ты исчез, даже твои друзья.

— О, поверь, Бен захочет узнать.

— Знакомое имя, — Барток нахмурился. — Точно, ты же просил разыскать его. Мои парни так и не нашли его в вашем доме. Они даже послонялись по городу, поспрашивали у граждан, но никто не видел твоего «друга». Должно быть, он обманул тебя и ушёл из города, так что можешь больше не думать о нём.

Крис нахмурился. Судя по выражению лица Бартока, он не врал. Но Крис не мог поверить, что Бен обманул его — клятва двух Рэлитов была нерушима. Пожимая другому Рэлиту руку, человек мог рассчитывать, что помешать в исполнении клятвы Рэлиту способна лишь смерть. Если у Рэлитов и был какой-то кодекс чести, то только один — они всегда держали данное ими слово и слово это было нерушимо. Рэлиты не верили деньгам, рейтингу, власти и прочим вещам, которым поклонялись другие люди. Да, конечно, они могли пытаться убить своих конкурентов, но все сделки совершали при помощи рукопожатий, и никто не нарушал однажды данное другому Рэлиту слово. Люди, не державшие слова, просто не доживали до поста Рэлита.

— Твои парни слепы как кроты, — зевнул Крис. — Им ни за что не поймать настоящего Рэли… им ни за что не поймать Бена. Держу пари, он учуял их слежку за милю.

— Возможно. У нас слишком много своих забот, чтобы бегать ещё и за твоим другом.

Крис почесал подбородок, на котором появились первые следы щетины.

— Думаю, тебе даже не придётся искать его. Бен свяжет все концы и сам выйдет на тебя.

— Да кто такой этот твой Бен? Уж больно он способный малый для обычного человека.

— А он и есть не обычный человек.

— Что это значит?

— Понимай как знаешь.

— И чего ты хочешь, чтобы я испугался и выложил твоему другу всё на блюдечке? Делать мне больше нечего. Я же сказал, никто не должен знать, куда ты ушёл.

— Поверь мне, когда Бен тебя найдёт, то тебе придётся всё ему рассказать.

Барток помрачнел.

— Ну вот, дожили. Мне, капитану Семилунного, начали угрожать выскочки с Лотариума.

Крис рассмеялся.

— Не бери в голову. Если Бен объявится, просто скажи ему, что я ушёл в другие миры, чтобы найти проход на Лотариум. Подобной информации ему будет достаточно, чтобы понять всё остальное.

Барток вздохнул. Похоже, он уже смирился с выходками Криса.

— Хорошо, я подумаю. Давай скорее собираться. Нужно покинуть город до заката солнца, иначе завтра отсюда невозможно будет выбраться. Вот твоя сумка, свою я уже проверил. Проверь всё после меня, вдруг я чего забыл. Особенно тщательно осмотри фонарик и батарейки — бо́льшую часть пути нам придётся идти под землёй. И ещё гляди в оба, вот эту бутылку не потеряй. Портал ведёт на ужасную, чёрную планету, как и все подземные порталы в других мирах. Вода в бутылке отпугивает склизких тварей, обитающих там. И не переживай так, это только временно, на один переход. Когда окажетесь на другой стороне, Клэйв выведет тебя в нормальные, срединные миры, подобные нашему. Ну всё, вижу ты закончил проверять. Выдвигаемся, нельзя терять ни секунды.

Крис наклонился за рюкзаком, но в этот момент в дверь постучали.

Барток бросил Крису бластер и на цыпочках подошёл к порогу. Осторожно приоткрыл дверь, но за ней оказался Тесс. Даже стоя в соседней комнате, Крис слышал, как подросток тяжело дышал.

— Город… заблокирован, — крикнул Тесс. — И солдаты… уже стремительно… наводняют улицы!

— Ты что парень, шутить надо мной вздумал?

— Что вы, сэр, — побледнел Тесс, — я говорю чистую правду.

— Тогда почему ты прибежал ко мне первым? О таких новостях я должен узнавать от моих стражей.

— Извините сэр Барток, но я обогнал их. Фух. Все в городе знают, что стражники могут только болтать и есть.

— Как ты смеешь оскорблять моих людей?!

Но тут, гремя доспехами, позади Тесса появился потный мужчина. Барток с мрачным видом выслушал отчёт стража, дышавшего куда тяжелее мальчишки.

— Хорошо, спасибо. Мне уже доложили. Кстати, у тебя крошки от пончика на лице.

Раздалось лязганье металла — страж вытер лицо и ушёл. Барток хотел вытолкать и Тесса, но тут на кухню вошла Лина.

— Пап, мы должны ему всё рассказать.

Даже не подглядывая в дверную щель, Крис ясно увидел выражение лица Бартока. К его удивлению, после колебаний Барток сдался.

— Ладно, пусть остаётся, — прорычал он.

Барток запер входную дверь на засов. Тесс охнул, увидев перед собой Криса.

— Ничего себе, что ты делаешь здесь?

— Не так громко, Тесс, нас могут услышать. Это долгая история, — Крис подошёл к окну.

Мимо проехал зелёный транспортёр с военными. Вдалеке послышался скрежет металла по камню, хорошо знакомый звук, который могли издавать только бронированные мехи Метрополии. Крис присвистнул. Раз пустили в дело тяжёлую технику, значит, моя ситуация приняла серьёзный оборот. Похоже, надо как можно скорее выбираться из города, если, конечно, ещё не поздно.

Барток плюхнулся в кресло, лицо его посерело. Возле него засуетилась Лина. Сняла с отца шлем, поднесла стакан холодной воды.

— Спасибо милая, — страж выпил воду, лицо его прояснилось. — Что-то мне жарко стало. В виду новых обстоятельств нам придётся поменять планы, становится очевидным, что дорога до портала закрыта… — Барток потёр глаза. — Даже не знаю, что предпринять. Видимо, придётся отправить Тесса с письмом к мэру и дождаться его совета. Боюсь, другого выхода у нас нет.

Крис начал ходить из угла в угол. Лина и Тесс, как заворожённые смотрели на него.

— Я не могу сидеть здесь и ждать, — сказал Крис.

— Понимаю, но ничего другого нам пока не остаётся.

— Послушай Барток, шутки в сторону. Я знаю, как действуют войска Метрополии. С каждой упущенной нами секундой они всё туже стягивают петлю на шее города. Ты сам понимаешь, что долго отсидеться у меня здесь не получится. Через час, а может быть раньше, по городу начнут ходить военные патрули. Они будут заходить в каждый дом, залезут в каждый подвал, откроют каждый тайник и не остановятся, пока не найдут меня. Не ты ли недавно говорил, что мне нужно покинуть город до заката? Поэтому я должен сбежать сам, пока ещё не стало слишком поздно.

Барток встал.

— Вводные поменялись. Ты будешь сидеть здесь и ждать ответа мэра.

— Я не твой подчинённый. Хватит командовать мной.

— Ты хочешь нас всех подставить?

— Я всего лишь хочу скрыться, пока не стало слишком поздно.

— Ты будешь сидеть здесь и ждать, — глухо повторил Барток.

— Нет.

Глаза Бартока налились кровью, он взревел, схватился за рукоять меча, но Крис резким ударом ребром ладони выбил оружие из рук стража. Меч со звоном прокатился по каменному полу.

Крис стоял лицом к лицу перед Бартоком.

— Я уже не тот слабак, каким был, когда прибыл на вашу планету. На Лотариуме моё положение было выше, чем у вашего мэра, и я не посмею, чтобы мной командовали на какой-то зачуханной планетке. Не будь таким самоуверенным, раз схватил меня однажды. Тогда у тебя было много помощников за спиной. Сейчас всё по-другому, нас только двое, а я не мальчик для битья.

Барток зарычал, его тело покрылось жёлтым, мерцающим сиянием. Крис не был уверен, сможет ли укрыться от Кары за толстыми стенами жилого дома, но решительно был настроен биться до конца. По счастью, между ними встала Лина.

— Хватит! Прекратите!

Барток и Крис посмотрели друг другу в глаза. Крис оправил одежду, отвернулся и сел в кресло. Барток перестал сиять как новогодняя лампочка, даже стал немного ниже.

— Мне ещё нужно идти к мэру? — спросил Тесс, хлопая глазами.

Чуть позже, когда Крис успокоился, он вновь обратился к Бартоку.

— Зря ты недооцениваешь меня. Когда-то я прошёл суровую школу жизни.

— Тогда предлагай свой план, раз такой умный.

— Для начала подскажи, сколько всего ворот в вашем городе?

— Как тебе это поможет? В Семилунном четверо главных ворот и больше двух десятков маленьких выходов. Но даже не надейся проскользнуть через них. Если военные уже здесь, на востоке Семилунного, то они окружили весь город.

— Почему ты в этом так уверен?

— А вот подумай сам. Ближайшие ворота находятся в противоположной стороне от расквартированного за городом гарнизона Метрополии. Тесс прибежал от восточных ворот, гарнизон находится ближе к западным. Вполне логично предположить, что всё это означает только одно: во власти военных находится весь город.

— Звучит правдиво.

— И я о том же. Хотя постой, у нас кажется, есть один выход, — Барток весь даже как-то приподнялся. — В километре от восточных ворот существует тайный проход под городом.

— Ты о лазейке возле фонтана? — вмешался Тесс. — Так я оттуда и прибежал, военные её одну из первых перекрыли. Сейчас в том доме сидит засада.

Барток опал в кресле, его лицо посерело, глаза закрылись.

— Вот так вот вы храните свои секреты, — усмехнулся Крис.

— Заткнись. О проходе под восточной стеной многие в городе знали. Это ещё одна причина, по которой мы не говорим о порталах в катакомбах горожанам. Они слишком болтливы.

— Может, раз вы так «тщательно» храните свои секреты, то и о твоих порталах военные тоже знают?

— Нет.

— На твоём месте я бы так безоговорочно не верил подобной информации. Когда о чём-то знают двое, то...

— Заткнись. Местоположение тех порталов известно только мне и никому больше, понял? Есть, конечно, ещё трое других людей, вовлечённых в процесс, но все они живут между мирами и приходят ко мне.

Крис хмыкнул.

— Похоже, полковник переиграл нас, — выдохнул Барток. — Шансов сбежать из города нет. Думаю, он готовился к операции как минимум несколько дней. Не так-то уж легко одновременно перекрыть все выходы из города. Видимо, жирный боров лгал нам изначально. Говорил ведь я мэру, не верить Метрополии. А он всё — бумаги мол важны, подпись многое значит. Тьфу!

Крис призадумался о чём-то своём.

— Слушай, а если я выберусь из города, твой человек сможет доставить меня к вашему тайному порталу?

— И как ты это провернёшь, полезешь по отвесным скалам? — фыркнул Барток.

— При должном желании скалы не будут проблемой.

— Лезть туда без экипировки равносильно самоубийству.

— Не думай о деталях, просто ответь, будет ли меня ждать твой человек.

Барток задумался.

— Клэйв не из пугливых, и хотя он любит рисковать, но всегда держит своё слово. Так что да, я больше чем уверен, он будет ждать тебя до захода солнца, но ни секундой позже. Вот только вряд ли ты доберёшься до места вовремя: до вечера ты будешь взбираться по отвесной скале, а потом ещё спускаться и идти через джунгли…

— Допустим, я опоздаю и твой человек уйдёт. Смогу ли я в таком случае сам открыть портал между мирами?

Барток покачал головой.

— Думаю нет, тут нужен большой опыт и концентрация. Говорю же, другого выхода не остаётся, нужно послать письмо мэру и ждать ответа. Может он знает, где можно спрятаться или ему известен ещё какой-нибудь выход из города о котором не известно мне. В любом случае Велховен подскажет что нам дальше делать.

— Я не могу сидеть здесь и просто ждать.

— Ты думаешь я хочу ждать? Ты в доме у верховного стража города, не забыл?! Представляешь, что будет, когда главного преступника Метрополии найдут у меня дома? В таком случае не только твоя голова полетит перед Элитом. А о моей дочери ты подумал? А я думаю о ней каждый день, на мою мать большой надежды нет. Так что да, нам придётся ждать ответа мэра. Лина, принеси чернила из своей комнаты, да поживее.

Лина убежала, Барток сел за письменный стол. С улицы раздались приглушённые крики. Крис осторожно выглянул из-за занавески. Солдаты уже начали осматривать пустые дома и останавливать случайных прохожих.

Но тут произошло нечто странное. Мимо военных пробежало высокое, мускулистое существо с синей кожей. За собой пришелец катил тележку, где сидели дамы с высокими причёсками на голове. Военные хотели остановить синекожего рикшу, но их командир что-то крикнул, и они расступились. Мускулистый рикша промчался мимо, даже не сбавив ход.

— Почему бы, мне не переодеться в одного из инопланетян? — предложил Крис. — Я помню существо, похожее на барда. Я бы легко смог им притвориться и в такой маскировке спокойно покинуть город.

— Джинкстером?! Ты с ума сошёл? Если рядом окажется другой Джинкстер, он убьёт тебя. Они общаются без звуков, он сразу же поймёт, что ты фальшивка.

Неожиданно подал голос Тесс.

— А что, Крис предложил хорошую идею. Я бы мог переодеть его в одного из синекожих. Никто бы не заметил подделки, они похожи на людей, только крупнее. Крис как раз сойдёт за самого мелкого из них.

— Ты хочешь, чтобы он притворился рикшей и прошёл через ворота? Ладно Крис, но ты-то с чего вдруг рехнулся? А если ему попадётся кто-то из других синекожих?

Тесс помялся с ноги на ногу.

— Ну… так хотя бы у него будет шанс выбраться незамеченным. Военные вряд ли отважатся трогать планетян.

— Я категорически против. Это слишком рискованно.

Тут подала голос Лина.

— Простите, что вмешиваюсь, но у меня созрел другой план.

— Какой ещё план? — подозрительно спросил Крис.

— Скоро узнаешь. Помнишь, я обещала тебя спасти? Так вот, есть вещи, которые не могут сделать взрослые, но способны сделать дети. Папа, теперь этой проблемой займёмся мы.

Глава 25. Святая Метрополия

Барток долго ворчал, но, в конце концов, согласился. План Лины оказался прост, и Крису показалось, что она задумала его давно.

Тесс помахал на прощание Бартоку. Крис критично оглядел себя. Загорелая кожа, босые ноги, мешковатая, грязная одежда торговца. Широкополая соломенная шляпа скрывала лицо. Он вёз тележку с фруктами, среди которых надёжно спрятаны бластер и короткое мачете. Тесс шёл рядом, засунув руки в карманы брюк, и насвистывал весёлую песенку. Всем своим видом он изображал скуку.

По плану Лины, Крис должен был притвориться торговцем фруктами. Их были сотни в городе, и торговцы беспрепятственно разъезжали по улицам со своими тележками. Ну а Тесс должен был изображать его сына. Вместе им нужно было спокойно доехать до ворот и выйти за них, так как все знали, что торговцы живут за городом.

— Все искали опасного преступника, — сказала Лина, — но никто не искал торговца с сыном.

И их план уже работал. Пару раз мимо прошли солдаты Метрополии и такие же торговцы фруктами, но никто даже не обращал на них внимания.

— Ты уверен, что мы правильно идём? — спросил Крис, когда они повернули в очередной раз. — Мне казалось восточные ворота в другой стороне.

Тесс нахмурился.

— А кто тебе сказал, что нам к восточным?

— Ты шутишь? Человек Бартока ждёт меня на востоке. Мне некогда играть в твои игры.

— Забудь всё, что мы сказали Бартоку. Мы с Линой обманули его. Прикрытие, торговец, это всё полная чушь. Ты не сможешь выйти через ворота.

Крис остановился посреди улицы.

— Почему? — спросил он глухо.

— Я только что прибежал оттуда, если ты забыл. Ворота закрыли, военные через них никого не выпускают. Никого, значит никого, даже пришельцев. У тебя нет ни единого шанса пройти мимо них. Пойдём, не стой как вкопанный, ты привлекаешь к себе внимание. Лина всё предусмотрела. Нам надо оставалось только обмануть её отца, а то он вцепился в тебя как клещ. Узнай Барток что мы задумали, ни за что в жизни не отпустил бы тебя с нами.

Крис двинулся. На них действительно начали обращать внимание.

— Рассказывай, что у вас. Только быстро.

— Лина думает, что Родвуда уже либо перехватили, либо он сам сбежал. Она пару раз видела его у отца дома, говорит, что он очень странный и скрытный. Надежды на него нет.

— Барток ничего не сказал мне об этом, — проскрежетал сквозь стиснутые зубы Крис. С каждой секундой его положение нравилось ему всё меньше.

— Конечно, он же не дурак. Поэтому и хотел отослать меня к мэру, но Лине удалось навешать отцу лапшу на уши. Но сейчас это не важно, когда Барток поймёт, что ты ускользнул, ты будешь уже на другой планете.

— И как вы с Линой планируете доставить меня на Лотариум?

— Кто сказал тебе, что мы собрались доставить тебя туда? Ты сам переправишься куда захочешь. С Семилунного есть переходы на семь планет, но один из них давно закрыт, а второй находится в городе и ведёт на базу военных. На выбор у тебя остаётся ещё пять, ну а дальше ты уже сам разберёшься, куда тебе идти.

— Ты, похоже, забыл, что я не умею перемещаться между мирами. К тому же разве все вокруг не твердили мне, что порталы охраняются военными?

— Я ничего не забыл, — сказал Тесс раздражённо. — Я рассказал тебе о порталах на всякий случай. Лучше дослушай до конца и не перебивай. Когда Лина узнала, что Клэйв Родвуд хочет переправить тебя между мирами, то она поняла, что надо что-то делать. Лина не доверяет ему, он очень скользкий тип, я даже от своего отца о нём слышал. Понятия не имею, знаешь ли ты, но у нас, есть своя тайная группа на Семилунном. Ты видел многих из нашей шайки, когда мелких пытались похитить бандиты. В общем, мы собрались и разработали план. Вместе мы поняли, как без чьей-либо помощи переместить тебя на другую планету. Но сделать это непросто, по многим причинам. А сегодня все карты смешались, но это оказалось нам только на руку. Потому что Лина придумала, как научить тебя перемещаться между мирами без помощи храмовых порталов.

Сердце Криса учащённо забилось, в горле пересохло.

— И что мне для этого нужно сделать?

— Если вкратце, то тебе надо раздобыть доспехи сектантов. Говорят, что при помощи своих доспехов, сектанты способны перемещаться между мирами куда захотят, надо только пожелать и бац, ты уже там. Но достать их непросто, сам понимаешь, будь они в свободной продаже, за ними бы выстроилась огромная очередь из прихвостней Метрополии. Но нам повезло, у Лины есть один друг, он часто торгует в городе оружием, так сказать, нелегально, из-под полы. Лина пару раз прикрывала его от своего отца, и он многим ей обязан. В общем, он как-то обмолвился ей, что у него есть всё что угодно, даже доспехи сектантов. И как ты понимаешь, Лина уже договорилась с ним и он ждёт тебя. Это наш шанс.

— Хмм. Звучит заманчиво, если, конечно, он не обманул её. А где находится этот торговец?

— На юго-западе города.

— Так далеко? Будет сложно пройти через полгорода.

Тесс ухмыльнулся.

— А вот это как раз самая хитрая часть нашего плана. Барток сказал бы так же, поэтому мы обхитрили его. Все вы взрослые похожи: не верите в детей, а, между прочим, мы на многое способны. Просто доверься и сам увидишь. Если ты будешь правильно играть свою роль, у нас получится провернуть этот трюк.

— Похоже, другого выбора у меня всё равно нет, — процедил Крис. — Пойдём, показывай, куда надо идти.

По узким улицам то и дело проходили военные в белых синте-доспехах с гербом Метрополии на спине. При виде солдат горожане сворачивали на обочину, стараясь убраться от них подальше. Военные сразу увязывались за ними, торопясь их обыскать. К Крису и Тессу тоже подошли двое вояк. Оба держали наперевес огромные плазменные пушки типа NM-38, прозванные в народе ручными, но вовсе не из-за их компактного размера, а скорее потому, что в их дуло можно было свободно просунуть всю руку целиком.

— Постойте. Куда вы едете? — спросил патрульный.

— Везём на рынок фрукты, — сказал Крис, незаметно пододвигая к себе рукоятку бластера.

— А я помогаю отцу их продавать, — пробасил Тесс.

— Можно посмотреть вашу лицензию? — патрульный начал угрожающе подходить к тележке, но в эту же секунду в его шлем что-то врезалось. Раздались весёлые крики детей. Крис узнал их — они были в числе тех детей, которых пытались похитить бандиты. Дети, стоя на той стороне улицы, бросали в солдат прогнившие фрукты и показывали весёлые рожицы. Военные зарычали и побежали к ним, но дети тут же бросились врассыпную. Тесс поторопился дальше.

В тот день ещё несколько раз к ним подходили патрульные, пытаясь остановить тележку с фруктами, но очередные, незнакомые Крису дети подбегали к ним и принимались кидаться в них овощами. Только теперь Крис понял смысл сказанных Линой слов: то, что невозможно взрослым, под силу детям.

План Лины был безупречен, и, не останавливаясь ни на секунду, Крис продолжал бодро катить тележку по узким улочкам, уверенно взяв курс на юго-запад города.

Пока они ехали, он увидел, как военные хотели проникнуть в дом, но хозяин дома не пускал их внутрь, буквально вцепившись в дверной косяк. Крис ожидал, что вот-вот в любой момент ударит молния, но военные отцепили худого парня от двери, положив прямо на пыльную мостовую. Ещё несколько домов спустя, Крис увидел рослую женщину с густой копной волос, серьгой в ухе и кожаной одежде. В руках девушка держала кухонный нож и размахивала им, не пуская военных внутрь.

Неожиданно Тесс ускорил шаг, а затем почти побежал. Крис едва поспевал за ним.

— Постой, куда ты? Да не беги ты так!

Двое патрульных развернулись и в упор посмотрели на Криса. Они переглянулись и хотели уже двинуться к нему, но в ту же секунду в них полетели испорченные фрукты. Дети работали безупречно, военные снова погнались за ними, но долго ли ещё будет срабатывать этот трюк? Тесс, похоже, понял свою ошибку и пошёл почти вплотную с Крисом.

— Что случилось, скажи наконец?

— Ничего, — буркнул Тесс. — Надо торопиться, не отставай.

Они свернули ещё несколько раз, когда улица показалась Крису знакомой. Метрах в трёхстах впереди происходило странное столпотворение. Тесс снова заторопился, его лицо вытянулось и посерело.

Среди толпы замелькали красные плащи и раздался хорошо знакомый звон, который Крис никак не ожидал услышать на чужой планете. Миссионеры Метрополии! Но что они делают здесь? Последний раз он видел их в одной из пустынь Лотариума, когда Миссионеры проповедовали бедуинам любовь и терпимость к Метрополии. Тогда один из бедуинов плюнул на мантию Епископа, и в тот же день пустыню накрыли ковровой бомбардировкой. Крис сомневался, что после такого местные были способны возражать Миссионерам. Честно говоря, он сомневался даже в том, что кто-то из тех бедуинов вообще остался в живых.

Крис подошёл ближе. Сбылись худшие его ожидания. Впереди и вправду оказались Миссионеры. Их высокие капюшоны с тремя треугольниками вместо глаз, алые плащи с гербом Метрополии и жезлы с треугольным же навершием, ни с чем нельзя было спутать. А в самом отдалении по улице вышагивал Экзекутор, огромного вида человек в чёрной одежде и чёрном остроконечном капюшоне, закрывавшем лицо. Экзекуторы были неизменными спутниками Миссионеров и всегда держались позади них.

За собой Экзекутор волочил длинную, покрытую запёкшейся кровью секиру, настолько большую и тяжёлую, что её приходилось тащить по земле. Экзекуторы никогда не мыли свои секиры, дабы внушать как можно больше ужаса всем, кто когда-либо рискнёт посягнуть на законы Метрополии. Именно этим, огромным тупым лезвием Экзекуторы и вершили своё правосудие, отрубая головы преступникам. Но самым ужасным было, что перед этим они отрубали все другие части их тел.

Позади пятерых Миссионеров и Экзекутора двигались два шагохода, а по обе стороны шло двенадцать солдат с бластерными пушками и атомными ружьями наперевес.

Миссионеры заунывно тянули гимн Метрополии. Военные с номерами LEX вышвыривали людей из домов, заставляя под дулами ружей выстроиться цепочкой перед идущими Миссионерами.

Тесс всматривался в толпу и стремглав бросился вперёд. Неожиданно для себя Крис остался один посреди улицы. Он крикнул подростку вслед, но тот уже убежал. Потянулись долгие секунды ожидания. Оставшись один, Крис почувствовал, что теперь привлекает куда больше внимания к себе. Он покрепче вцепился в ручки тележки, постарался сделать глупое лицо и, глядя себе под ноги, пошёл вперёд. Двое солдат отделились от толпы и двинулись за ним следом. Крис притворился что поправляет фрукты в тележке, а на самом деле вытащил бластер, спрятанный посреди фруктов.

Крис уже проезжал мимо дома Тесса. Сэм Уоттерс лежал на земле, вокруг него столпились прохожие и суетились дети. Крис потянулся к бластеру, но Тесс, сидевший возле отца, покачал головой и глазами показал, что ему надо идти дальше.

Глава 26. Баргор Штросс

Позади раздался шум. Крис обернулся. К нему подбежали два мальчика, до этого швырявшие фруктами в военных.

— Шон, Генри, что тут происходит? — спросил Крис.

Но братья, ничего не говоря, схватились за ручки тележки, поворачивая её в узкий переулок. Крис бросился за ними. Военные побежали следом, но дети лучше знали город. Втроём они бежали, меняя улицу за улицей, и остановились только удостоверившись, что никто не гонится за ними.

— Что случилось с семьёй Тесса? — спросил Крис у тяжело дышавших подростков.

— Военные вломились в их дом, и отцу дяди Сэма стало плохо.

— Так давайте вернёмся и поможем ему.

Но братья ещё крепче схватились за ручки тележки.

— Нам нельзя назад. Лина взяла с нас слово, что мы доведём тебя до Баргора в целости и сохранности. Если с тобой что-то случится, она с нас три шкуры спустит.

Крис посмотрел на потные, решительные лица детей. Он выругался про себя. Таких настойчивых парней ещё надо было поискать. Занавески на ближайшем окне дёрнулись. Задерживаться здесь дольше было опасно.

— Ведите, — сдался он.

Улицы постепенно становились шире, а военные всё чаще попадались им по пути. Теперь, когда некому было больше отвлекать патрули, Крис постоянно держался настороже. Он уже привык к взглядам солдат и двигался уверенно, но внутреннее чутьё обострилось до предела. Он чувствовал, в каких случаях надо сворачивать в другой переулок, а в каких идти прямо и уверенно. Крис не просто притворялся торговцем, он был им. То и дело подходил к прохожим, предлагая купить фрукты. Когда его остановил проходящий патруль, Крис с улыбкой предложил свои товары. Солдаты сняли шлемы и выстроились в очередь. Они платили по несколько кредов за фрукт и наполовину опустошили его тележку. Ему даже удалось разжиться сорока кредами, прежде чем они свернули на следующую улицу.

Дальше Крис ехал уже не скрываясь. Дети шли, рядом лакомясь спелыми плодами, когда над ними стремительно пролетело пять треугольных дисков, выстроившихся в боевой клин.

— Что это? — Шон и Генри прижались к Крису.

— Беспилотники. Надо торопиться, похоже, военные уже догадались, что я сбежал из тюрьмы.

— Как ты понял?

Крис не успел ответить. Двое солдат, вооружённых бластерами, принялись ломиться в соседний дом.

— Открывайте, именем Метрополии! Мы разыскиваем сбежавшего преступника.

Дверь не открывалась, военные покосились на проходившего мимо Криса. Один из них, похоже, узнал Криса, челюсть его отвисла. Он принялся колотить напарника по плечу. Крис ускорил шаг.

— Держитесь возле меня, как только крикну, разбегайтесь в разные стороны.

Внезапно раздался громкий выстрел. Дверь, в которую стучались патрульные, разлетелась в щепки, и один из солдат упал, второго отбросило в сторону. Он лежал на земле и громко кричал, схватившись за лицо. Обломки древесины покачивались на петле. В дверной проём вышел косматый мужчина с тяжёлой бластерной пушкой. Он поднял оружие и громко крикнул.

— Убирайтесь к ларгору, проклятое отродье Метрополии!

Из домов послышались возгласы остальных горожан. Из окон полетели обломки мебели, раздалось ещё несколько выстрелов. Всё больше людей присоединялись к одному общему кличу: «Долой Метрополию! Долой Тиранию!»

Дунул резкий порыв ветра. Над городом сгущались серые тучи, вдалеке послышались раскаты грома. Запахло озоном, на пыльную мостовую упало несколько крупных капель дождя. Даже Крис знал, чем грозила столь внезапная перемена погоды. Так приближалась таинственная сила этого места, которую все называли Карой. Крис уже столкнулся с ней однажды и не хотел сталкиваться вновь.

— Кажется, нам пора сматываться отсюда, — крикнул он. — Бежим.

Послышался гул тяжёлой техники и ругань бегущих солдат. Почти в ту же секунду улицу озарило яркими вспышками, с неба стали падать плазменные снаряды, врезаясь в гранитные стены домов, но стены выдержали. Случайные прохожие, оставшиеся на улице, побежали, но выстрелы раздавались всё чаще. То и дело на мостовую отвесно падали снаряды артиллерии, от их ударов камень начинал плавиться, спекаясь в чёрную, запёкшуюся массу.

— Быстрее! Берите к обочине, — крикнул Крис.

Дети побежали к стене, Крис торопился за ними следом, вцепившись в тележку с фруктами. Братья опередили его шагов на двадцать, когда послышался протяжный свист и рядом разорвалась плазменная бомба. Его обдало оплавленными крошками камней и щепками от разлетевшейся тележки. На несколько секунд он ослеп и оглох, но быстро пришёл в себя. В ушах звенело, звуки рвущихся снарядов раздавались где-то вдалеке.

Крис обернулся, но не увидел ни Шона, ни Генри — только столб серой пыли поднимался из того места, куда попал снаряд, да повсюду валялись разбросанные фрукты. Крис закричал, но дети не отзывались. Шатаясь, он встал и побежал туда, где видел их в последний раз, с каждым шагом боясь увидеть впереди два маленьких, безжизненных тела. Но детей нигде не было.

Проклиная себя, Крис побежал вперёд. Вокруг свистели, шуршали, гудели выстрелы, взрывались снаряды. Рядом с ним бежали и другие люди. Сквозь завесу дыма впереди прорвалось шесть бронемашин с пулемётами на борту. Ревя, машины пронеслись мимо, и стрекот очередей присоединился к разрывам бомб. В ответ из гранитных домов раздавались редкие выстрелы вперемешку с отборной руганью. За проехавшими машинами бежали с бластерами наперевес вооружённые солдаты. Военные были всё ближе, Крис уже видел их потные, злые лица. Он потянулся к поясу, чтобы достать бластер, но тот пропал вместе с тележкой. В бессильной ярости он остановился посреди улицы, готовый сражаться против вооружённой толпы голыми руками…

Но один за другим военные пробежали мимо. Крис с недоумением посмотрел им вслед. Никто даже не взглянул на него. Солдаты бежали на звуки выстрелов, им не было дела до человека с грязным запылённым лицом в оборванной одежде. Самый разыскиваемый преступник Метрополии на Семилунном был перед ними, но сейчас он уже не был похож на того преступника, которого все искали.

Мимо проскакал военный в тяжёлой броне, гудя сервоприводами. У него на спине значился номер TOV-66. Должно быть офицер, подумал Крис вспомнив, что чем ниже был номер, тем выше было звание. Командир прогромыхал железными сапогами по брусчатке и догнал своих людей, которые, прикрываясь бронированными автомобилями, стреляли по окнам домов. Штурмовые группы уже приготовились, подняли синте-щиты и принялись ломать хлипкие деревянные двери.

Из окна одного здания высунулась рука, бросила что-то в подошедший с другой стороны улицы шагоход. Шагоход сразу же объяло пламя. Пламя начало распространяться с такой лёгкостью, будто шагоход был сделан из тонкой бумаги. Раздался щелчок, двое пилотов шагохода катапультировались, приземлившись посреди улицы. Два других шагохода тут же выстрелили в ответ. Снаряды попали в цель, из окна вылетели куски мебели вместе со столбом пыли. В то здание вломился штурмовой отряд, но судя по ругани и отсутствию Кары, нападавший успел скрыться. Подожжённый шагоход завалился набок и с громким хлопком взорвался. По улице пронёсся победный клич, из домов вновь открыли ответную стрельбу. Кто-то бросил гранату в тыл военным. Раздался взрыв, солдаты ринулись врассыпную, но несколько из них так и остались лежать в пыли без движения.

— Крис, — к нему подбежали дети и обняли его. — Ты жив! Нам показалось что тебя убило взрывом.

Крис радостно обнял детей в ответ, схватил их и повернул в соседний переулок. Там, то и дело выглядывая из-за угла, он вкратце рассказал, как потерял их и уже попрощался с жизнью, когда к нему навстречу побежали военные. Шон и Генри только засмеялись, услышав его рассказ.

— Что смешного? Я уж думал, мне и вправду конец. До сих пор не понимаю, почему они меня не схватили.

— Ничего удивительного, у тебя всё лицо в пыли и саже. Даже мы не сразу тебя узнали.

Начал накрапывать мелкий дождь. Тележки больше у него не было, и дети решили, что было хорошей идеей замаскироваться вновь. Крис нагнулся и вымазал грязью лицо. Дети помогли ему, измазав его руки и одежду.

Дождь без всякого предупреждения превратился в порывистый ливень. Выстрелы стали громче, небо прорвало несколько ярких вспышек молнии. Внезапно грянул такой сильный гром, что дети вцепились в Криса, а Крис зажал уши. Там, где была стрельба, начали ударять всё новые и новые молнии. Они не утихали, на улице стало ярко, как при свете солнца. При каждой вспышке и громе Крис вздрагивал. Эти удары могли означать только одно — кто-то из горожан погиб. Погиб из-за него.

Дети дрожали, вцепившись в него. Всё больше военных сбегалось к этой улице, гром начал постепенно стихать. По щекам Криса текли грязные полосы, слёзы вперемешку с дождём. Слёзы, которых он не замечал. Гроза прошла и откатывалась всё дальше. Кто-то из детей огляделся.

— Крис, мы почти пришли. Вон та дверь принадлежит Баргору. Пойдём быстрей, чего ты стоишь?

— Я… не могу… Столько людей погибло сегодня из-за меня…

— У нас многие ненавидят Метрополию, ты здесь ни при чём. Те люди знали, на что шли.

— Если бы я не сбежал из тюрьмы, Метрополия не стала бы вламываться в ваши дома, и всего этого не было.

— Ты не виноват в их смерти. Головорезы Метрополии сами напали на наш город, мы их не приглашали к себе. Мы все их ненавидим. Они теперь никогда не уйдут отсюда, даже мы, дети, это понимаем. Поэтому все и сражаются против них сейчас.

Мальчики почти силой притащили Криса к нужному дому. Дождь лил, не переставая, но гроза уже прошла. Братья пожелали ему удачи и убежали. Крис собрался с силами, постучал в дверь и вошёл.

В лавке оказалось мрачно. Свет попадал внутрь лишь из узких окон, и глаза не сразу привыкли к полумраку. Только сейчас Крис почувствовал, как сильно намокла его одежда. Он насквозь промок и вдобавок замёрз. Вода капала с одежды, мелкими каплями стекала по волосам. Даже в ботинках хлюпала. Он вытер лицо тыльной стороной ладони и осмотрелся.

На стенах висело закреплённое оружие, от привычных ему бластеров и плазменных винтовок до совсем уж непонятных экземпляров. Одно «оружие» было деревянной палкой с кристаллом наверху, другое походило на арбалет с прицелом, третье было в виде острого, много раз загнутого в спираль рога непонятного животного. Были здесь и мелкие карманные пистолеты, и метательные ножи, и оружие ближнего боя, и даже ручной гранатомёт, который почему-то заряжался железными ядрами.

В углу магазина кто-то кашлянул. Из тени вышел мужчина с чёрными волосами до плеч. Он был облачён в тёмный холщовый плащ, клетчатую рубашку и жилет. На шее болтались очки, на поясе брюк блестела металлическая бляха в виде двух молотов и наковальни.

— Чем могу быть полезен?

— У вас прекрасное оружие, — сказал Крис, поглаживая метропольский крюк. — Я охотился с таким лет десять назад. Думал, их больше не выпускают.

— И десять лет назад я купил последний экземпляр, — с гордостью подтвердил торговец.

— А это, — продолжил Крис — штрейсерова пушка? Один удар и разряд тока превращает крупного зверя в послушную игрушку. Мощь, элегантность и простота в одном корпусе.

— Соглашусь с вами. Жаль, что штрейсеры тоже прекратили выпускать. А вы, я смотрю, знаток оружия. Рад с вами познакомиться, — торговец протянул мозолистую руку. — Меня зовут Баргор Штросс, но для друзей я просто Барг.

— С некоторых пор все в городе меня считают преступником. Боюсь, моё имя вызовет у вас желание вышвырнуть меня на улицу.

— Отчего же? Никогда не было такого, чтобы Штроссы выдавали кого-то властям. Мы торговцы оружием, вещами, так сказать, и без того не вполне законными, лучше других понимаем, что значит быть вне закона, — Баргор снял с шеи очки и стал их протирать. Затем надел и пристально посмотрел в лицо Крису. — Так какое у вас ко мне дело, господин…

— Крис.

На улице грянул гром, в стёклах очков отразилось две ветвистых вспышки молний. Баргор поправил очки, но судя по выражению лица, так и не узнал Криса.

— И что же привело вас ко мне?

Крис погладил тройной Джез-распылитель.

— Мои друзья сказали, что здесь есть одна редкая вещь.

— Так-так, и что же это за вещь? — Баргор стал расхаживать по торговому залу, заложив большие пальцы за ремень. Крис повернулся и в упор посмотрел на торговца.

— Мне нужен костюм сектанта.

Баргор расхохотался.

— Простите молодой человек, но вы ошиблись. Подумать только, костюм сектанта, — Баргор приподнял край очков и смахнул слезу. — Таких вещей отродясь не было в этой лавке, так что боюсь, вам придётся уйти ни с чем.

Крис развернулся, и, ни слова не говоря, пошёл к выходу. В голове крутились тысячи мыслей. Он замер на пороге, морально собираясь вновь нырнуть под проливной дождь, когда Баргор окликнул его.

— Постой, — на Криса было направлено дуло игломёта. Крис застыл. — Как ты сказал тебя зовут?

— Крис.

Лицо торговца вытянулось. Снова грянул гром, в стёклах его очков отразились две ветвистые молнии. Баргор опустил игломёт, словно по волшебству исчезнувший в складках плаща.

— Скорее закрой дверь, пока тебя никто не увидел.

Размашистым шагом Баргор пересёк лавку и запер её изнутри на засов.

— Так будет надёжнее. Я вспомнил. Чего же ты сразу не сказал, что ты от Лины? Лина говорила, что скоро ко мне придёт её друг, и просила ему помочь. Она назвала какое-то имя, но я его не расслышал… Так значит говоришь, тебе нужны доспехи сектантов? Интересно, очень интересно.

Баргор подошёл к дальней стене, коснулся в паре мест. Стена отъехала в сторону, за ней открылась винтовая лестница вниз. Камни в проходе моргнули и засветились тусклым жёлтым светом.

— Пойдём, — Баргор поманил Криса за собой, начиная спускаться. — Доспехов у меня действительно нет. Для продажи.

Едва Крис шагнул за торговцем, как снова раздался лёгкий шелест камня о камень и стена поехала обратно. Проход закрылся, не осталось даже щели. Крис стал спускаться за Баргором, и ему приходилось слегка пригибаться, потому что расстояние между пролётами оказалось для него низковато. Баргор продолжал говорить, увлекая его следом за собой.

— Я совсем забыл про эти доспехи. Их оставил мне мой отец, а ему его отец. Когда-то давно дед был сектантом, но потом бросил это дело и завещал доспехи моему отцу. Но мой батя особо не носил их, а только бережно хранил и чистил. Я, в свою очередь, хотел передать их своему сыну по наследству, но этому оболтусу совсем неинтересно дело сектантов, — Баргор выругался непонятным словом. — Давно же это было, эх, давно. И как просто всё забывается. Столько лет мы служили нашему делу, покупали оружие, чинили его и продавали снова, целое и улучшенное. Столько всего помнят мои руки, столько секретов всяких и мастерства открыл мне отец, а ему его. И всё поганой собаке под хвост. А почему? Да потому что мой отпрыск связался с какой-то девкой и заявил мне, мол, не буду возиться с твоим оружием, не подобает молодому человеку заниматься таким грязным делом в наше спокойное время. Тьфу!

Баргор говорил и говорил, увлекая Криса вниз, а вокруг них становилось холоднее. Здесь всё чаще на камнях встречался слой толстого мха. Баргор уже дошёл в своих воспоминаниях о какой-то древней войне с Метрополией, случившейся восемьдесят пять лет назад, когда они достигли дна. Лестница упёрлась в глухую стену, Баргор остановился, нажал на несколько камней. Стена дрогнула и тяжело ушла вверх, открыв проход в одно из секретных хранилищ прославленного семейства Штроссов.

Глава 27. Сектант одиночка

Вспыхнул яркий свет. На стойке для брони, посреди низкого подземелья, стояли чёрные доспехи сектантов. Крис осторожно, боясь спугнуть, подошёл к ним и дотронулся до холодного металла. Твёрдые, прочные пластины без всякого видимого крепления перетекали одна в другую. Вблизи доспехи походили на чешую неведомого зверя, одновременно прочную и невесомую. Когда он приподнял отворот брони, та легко подалась, но стоило щёлкнуть по ней ногтем, как броня, словно чувствуя, за мгновение до удара стала жёсткой, даже острой.

— Невероятно, — прошептал Крис. — Бронежилеты и синтедоспехи грубая поделка в сравнении с этими доспехами. Настоящее произведением искусства.

Баргор высморкался в большой грязный платок.

— Да, вещь что надо, таких больше не выпускают. Раньше сектанты делали доспехи сами, но теперь секрет их изготовления утерян. Прекрасная, я тебе скажу броня. Может сливаться с окружающей местностью лучше всяких новомодных штучек, а металл такой, что и прямое попадание из пушки не страшно. А веера? Что, ты разве не слышал о веерах? И не удивительно, они только у сектантов есть, мой дед был среди тех мастеров. В древние времена их придумали, и в тёмные. Тогда ещё головорезы Метрополии часто ставили атомные растяжки в джунглях. Пройдёшь через такую и даже не сразу поймёшь, что тебе ноги-то отрезало. Тогда и придумали веера, как пассивную защиту на доспехах. Если что-то в доспехи врезается, или даже касается их, чешуйки встают под определённым углом и уводят удар по касательной. Растяжки рвались на раз-два, а потом оказалось, что веера срабатывали и на выстрелы. Впрочем, ты и сам сейчас увидишь насколько они хороши. Надень их.

Крис недоверчиво посмотрел на Баргора. Если бы такие доспехи принадлежали ему, он никому не позволил бы к ним даже прикоснуться. Всё же после некоторых колебаний, Крис снял со стойки лёгкие, почти невесомые доспехи. Его одежда оказалась слишком мокрой, он тщетно попытался её отжать. Баргор покачал головой и подошёл к ближайшей стене. С лёгким шумом один из булыжников повернулся на невидимых шарнирах, Баргор выудил оттуда холщовую рубашку.

— Моего деда. Тебе будет чуть маловата, но должна подойти.

Баргор отвернулся, пока Крис переодевался, а потом помог ему облачиться в доспехи. В комплекте с бронёй шли такие же пластичные брюки из металлических чешуек, длинный чёрный плащ, мягкие сапоги до колена с ребристыми щитками и короткие перчатки из всё тех же чёрных чешуек.

Сапоги и перчатки были ему впору, хотя к плащу за спиной надо было ещё привыкнуть. А вот броня хоть и казалась туговата в плечах, сейчас растянулась по размеру. Внутри доспехов не было подкладки, и рубашка пришлась как раз кстати, хотя сам металл вовсе не отдавал изнутри холодным. Наоборот, казалось, они сохраняли температуру тела.

Крис попрыгал на месте, затем из стороны в сторону. Доспехи не гремели, ощущаясь как вторая кожа. Чувствуя небывалую лёгкость, он, неожиданно для самого себя, прыгнул вперёд и со всей силы ударил по гранитному блоку стены.

— Ничего себе, — Крис посмотрел на свой кулак, а потом на гранитную глыбу, но ни там, ни там не осталось и следа. — Я даже не почувствовал удара.

— Да, хорошие доспехи, — кивнул Баргор. — Будь перед тобой камень послабей, ты бы его разбил. Но это ещё не всё. Попробуй замереть на месте.

Крис послушно застыл возле стены. Несколько секунд ничего не происходило, а затем по доспехам прошла рябь и они повторили структуру камня. Крис ахнул и хотел потрогать броню, но она тут же вновь стала чёрной. Он попробовал ещё несколько раз и, наконец, понял принцип: чтобы маскировка сработала, нужно было замереть на одном месте рядом с каким-то крупным предметом.

Пока Крис веселился, Баргор втайне наблюдал за ним.

— Так похож на моего деда, — прошептал он. — Не думал, что когда-нибудь ещё придётся их достать… Неужели снова пришли времена перемен? Держу пари, это не к добру. Помнится, в последний раз дед надевал их, когда сражался с… — Баргор внезапно закашлялся и замолк.

Крис посмотрел на Баргора, словно вспомнив, зачем сюда пришёл.

— Можно я возьму их себе на какое-то время?

— Конечно. Для этого я тебя сюда и позвал. Вот только возвращать их не надо, — Баргор снова закашлялся в платок. — Забирай себе. Я уже стар и болен, а моему сыну они не понадобятся, да и великоваты ему.

— Спасибо, — Крис погладил доспехи, не веря, что такое сокровище действительно теперь принадлежит ему. — Скажи, а как теперь при помощи их открыть портал?

— Портал? — насторожился Баргор. — Какой ещё портал?

Крис рассказал Баргору то, что слышал от Тесса. Баргор нахмурился и покачал головой.

— Боюсь, мой друг, у тебя ничего не получится. Я думал, что тебе нужны доспехи сектантов и они у меня были. Но ты просишь, я бы даже сказал требуешь, невозможного. Ты требуешь их душу. У меня нет того, что тебе нужно. Ты стал жертвой распространённого среди обывателей заблуждения, что достаточно только одеться как сектант, как сразу станешь им. Это не так. Открывать порталы между мирами целое искусство, и ему невозможно научиться за одно мгновение. Только один сектант может посвятить в эти тайны другого. В этом и секрет, почему Метрополия до сих пор не победила сектантов и никогда не сможет их победить. Лишь горстка людей способна переходить между мирами через храмовые порталы, и почти все эти люди живут либо в нашем городе, либо работают на Метрополию. Но мы можем открывать проходы между мирами только если портал этот находится в храме. И именно здесь заключается большое отличие сектантов от нас с тобой или, скажем, от Нулей. Сектантам же не нужны никакие порталы, они способны открывать порталы там, где им вздумается и перемещаться туда, куда захотят. Хоть сектанты неуловимы и сильны, но всё же даже их иногда ловят и убивают. У Метрополии давно есть и доспехи, и большинство их оружия, но нет того, что делает из обычного человека сектанта — умения, я бы даже сказал мастерства, открывать порталы между мирами там, где нет никаких порталов. И в этом их сила, и в этом их неуловимость, и в этом их непобедимость для Метрополии, потому что мастерство, мой друг, невозможно купить и невозможно украсть, его можно только приобрести.

— Сейчас у меня нет времени учиться мастерству. Мне нужно в короткий срок покинуть город и добраться до Рулунов.

— А в чём, собственно, дело? Послушай, если нужно, у меня есть несколько знакомых, которые проведут тебя между мирами за совсем небольшую плату. А если ты боишься, что у тебя нет денег, то я ссужу их тебе. Вернёшь, как только сможешь.

Крис печально посмотрел на Баргора.

— Не выйдет. Ты, похоже, ещё не знаешь, что город оккупировали войска Метрополии.

— Что?! — проревел Баргор. — Что я упустил, пока сидел в своей дыре?

Крис вкратце рассказал ему что произошло с того момента, как сбежал из тюрьмы, но опустил, что в этом ему помогли Барток с Велховеном. Когда Крис закончил, Баргор снял очки и снова их протёр. Он начал расхаживать из стороны в сторону.

— Так-так. Значит, тебе никак не добраться до портала. Выйти окольными путями не получится, это привлечёт слишком много внимания. В инопланетянина тоже не переодеться. Метрополия их ненавидит и запрещает выходить за пределы рынка, не то что покидать территорию города. В потайных комнатах тоже не получится долго отсидеться — у Метрополии есть робо-ищейки, которые могут унюхать человека хоть сквозь камень, хоть сквозь землю, — Баргор хмуро почесал колючий подбородок. — Ну да, у тебя действительно остаётся только один вариант — найти сектантов.

— Ты же говорил, что это не поможет.

— Я говорил об их мастерстве и о том, что они неуловимы. Но это только плюс для нашего дела. Сейчас, когда на тебе надеты доспехи сектантов, когда ты выглядишь, двигаешься и даже пахнешь как сектант, что все вокруг будут думать? Правильно, что ты и есть сектант. А этого то, что нам нужно, просто слоняйся по городу, и сектанты сами найдут тебя. Они очень скрытные, многие из них постоянно носят маски. Но мы используем их маскировку против них же самих. Ты наденешь маску и притворишься сектантом. Они подумают, что ты один из них, а потом ты незаметно перейдёшь с ними между мирами. Обычно у них портал открывает кто-то один и пропускает через него всех остальных, так что этот трюк будет легко провернуть. А когда они очухаются и увидят в тебе чужака, то ты уже будешь далеко отсюда.

— И тогда они убьют меня? Нет уж спасибо, лучше я останусь здесь.

— Не переживай. Когда перейдёте между мирами, ты сам можешь им открыться. Сектанты благожелательно смотрят на все проявления борьбы против Метрополии. Не зря их называют именно сектантами: они как повстанцы на Лотариуме, только гораздо хуже, — Баргор издал короткий смешок.

— Не хочу я бороться против Метрополии. Это как минимум глупо. Мне нужно только вернуться домой на Лотариум.

Баргор покачал головой.

— Я в тебе не ошибся, ты действительно новичок на Семилунном. Вы все одинаковые, поймите вы уже наконец, что вернуться невозможно. Портал охраняют, причём не только люди… И не думай, что вход находится там же, где и выход — Метрополия давно позаботилась об этом и разнесла их в разные места. Впрочем, если кто-то и знает дорогу на Лотариум, то только сектанты. Тебе нужно их лишь немного обмануть. Если раскроешься сразу они ни за что не поведут тебя за собой. И глазом моргнуть не успеешь, как они упрыгают по другим мирам, а ты останешься ни с чем.

Крис заколебался.

— Хорошо, твоя взяла. Я притворюсь сектантом. Но только до тех пор, пока они не выведут меня отсюда.

— Вот и чу́дно, — сказал Баргор. — А теперь надень самое главное.

Баргор обошёл стойку, вытащил из её недр маску с оскаленным в злобе лицом, длинным, слегка изогнутым носом и торчащими из прорези для рта клыками. Крис и раньше видел такие маски на сектантах, но теперь, вблизи, она выглядела ещё более отталкивающей, чем показалась ему вначале.

— Ну и страшилище, — сказал Крис.

— Ничего не поделаешь, все сектанты такие носят. Такова уж дань традиции. Впрочем, маска служит не только для того, чтобы скрывать лицо или отпугивать врагов. Попробуй сам.

Крис осторожно надел маску.

— Ого. Я чувствую и вижу всё гораздо ярче, — он покрутил головой. — Словно днём. А слышимость какая, подумать только, я слышу как ты дышишь. Даже запахи обострились, от пола пахнет мокрым камнем и плесенью, а от тебя машинным маслом, кожей и чем-то ещё.

Барток улыбнулся и закашлялся.

— Одежда сектантов приспособлена не только к земным условиям, — сказал он кашляя. — Костюм защитит тебя от сурового холода и испепеляющей жары, а маска помогает дышать на тех планетах, где воздух непригоден для дыхания человеком, либо воздуха нет совсем.

— Святая Метрополия, вот это вещь, — сказал Крис, продолжая вертеться из стороны в сторону, то прислушиваясь к каплям воды, то приглядываясь к мельчайшим песчинкам в камне.

— Ты так похож на деда, — сказал Баргор. — Только старайся не упортеблять больше эту фразу — её здесь не любят… А теперь тебе пора идти, а то скоро стемнеет, и ты точно уже не сможешь найти ни одного сектанта.

Они поднялись той же дорогой, что и пришли. Барток попрощался с Крисом и показал, в какую сторону города идти.

— Если никого не найдёшь, возвращайся, я всегда буду тебе рад, — сказал он напоследок.

— Лучше постарайся замести следы после моего ухода. Ищейки Метрополии наверняка ещё не раз заглянут в твою лавку. Никогда не знаешь какой след они обнаружат в следующий раз, будь то волосок, земля с ботинок или даже малейший аромат.

— За меня не переживай, я собаку съел на том, как заметать следы, — усмехнулся Баргор. — У меня они не найдут ничего, кроме ржавых железяк и старой рухляди. А теперь иди и помни, что моё обещание остаётся в силе — возвращайся, если что-то пойдёт не так.

— Хорошо, — Крис пожал Баргору руку и вышел на улицу.

Крис не знал, посмеет ли воспользоваться предложением Баргора. Торговец и так много ради него сделал, не хотелось лишний раз подставлять его. Ищейкам Метрополии хватит любого повода, чтобы замучить Баргора до смерти, лишь бы выйти на след, который приведёт их ко мне. Оставалось надеяться, что у Баргора и вправду хватит опыта чтобы скрыть что я заходил в его лавку.

В одном Крис не сомневался точно, даже если ищейки выйдут на его след в лавке, то там он и оборвётся. Сейчас, в полном облачении сектантов, с маской на лице, его не мог узнать уже никто — ни по запаху, ни по каким другим следам.

Дети, провожавшие его до лавки, исчезли. По счастью, дождь закончился, а вместе с ним закончилось и сопротивление горожан. От мощёной дороги поднимался лёгкий пар. Крис шёл, ощущая каждого прохожего или военного задолго до того, как те приближались. В нос ему ударяли тысячи ароматов, он чувствовал, что превратился в совершенную боевую машину. С его задатками Рэлита и контролем, который давал ему костюм сектанта, Крис был на новом, прежде недостижимом уровне восприятия, происходившего вокруг. Если он прислушивался, то мог услышать, как сок бежал внутри дерева, как листик колыхался на ветру, как микроскопический жучок гладил свои усики. Маска позволяла разглядеть самые малейшие трещины на стене и рассмотреть все зубы человека, прежде чем тот закроет рот. Облачение сектанта позволяло Крису одновременно сохранять контроль над настоящим, и в то же время в любой момент подняться над человеческим существом и превзойти его.

Как предсказывал Баргор, военные напрочь игнорировали его, где бы он ни появлялся. Но жители города оттого лишь яростней смотрели ему вслед. Они кричали, указывая на него пальцем, но военные делали вид, что совсем не замечают сектанта. Полковник Смит Третий хоть и был скользким обманщиком, но дураком он точно не был, и не хотел развязывать войну ни с пришельцами ни с сектантами. По крайней мере пока.

Похоже, у солдат была жёсткая директива досматривать только жителей города и игнорировать всех остальных. Военные выполняли приказ с особым рвением, на улицах в большие кучи были свалены драгоценные металлы, оружие, редкие предметы, инкрустированные разными камнями, книги, раритетные вещи и даже старинная мебель. Дело шло споро, одни солдаты сгружали имущество горожан в кучи, а другие грузили их на автомобили.

Крис шёл по улицам, пытаясь найти хоть одного сектанта, но, как назло, никто не попадался. Буквально несколько часов назад они появлялись то на одной улице, то на другой, а теперь словно покинули город и куда-то пропали. Несколько раз он замирал возле чьей-нибудь двери, чтобы не привлекать внимания военных, пока те проходили мимо. Если его поймают в таком облачении и доставят в Метрополию, доказать свою невиновность перед Праудлионом будет уже невозможно. Его обвинят во всём, в чём только возможно: от предательства Метрополии до укрывательства повстанцев и...

Думать, что произойдёт в таком случае, Крис не хотел. Он ещё долго бродил по городу, наблюдая за людьми. Он уже привык, что его не замечали военные, привык, что ругались и плевались вслед гражданские.

На улицах уже начинало темнеть. Крис стал замечать, что всё больше привлекал к себе внимания военных, но до сих пор, как назло, не встретил ни одного сектанта. Обыски давно закончились, улицы опустели и лишь изредка ему навстречу попадались случайно забредшие в эту часть города инопланетяне. Ему всё чаще приходилось маскироваться, встав возле чужой двери. Крис видел, как через занавески за ним наблюдают горожане. Должно быть, некоторые из них уже начали догадываться, что он не сектант. Крис гадал, сколько осталось времени до того, как кто-то доложит о нём патрульным и его попросят пройти с ними.

В некоторых местах города выставили блокпосты, там приходилось разворачиваться и идти обратно. Теперь совсем стемнело, и Крис искал место, где бы мог переночевать. Он знал, что некоторые жители лояльно относились к сектантам, но куда бы Крис ни подходил, двери гремели засовами, а занавески тут же запахивались плотнее. Военные предусмотрительно перекрыли окраины города, где было больше всего не занятых домов, осмотренные здания заколотили и опечатали. Крис даже попробовал вернуться к Баргору, но дорога оказалась перекрыта. И чем дольше он бродил по пустому, освещённому потусторонним свечением городу, тем больше стягивалась петля вокруг.

Крис совсем проголодался. Костюм уже не вызывал прежней радости, а многодневная накопленная усталость, отошедшая на второй план, вдруг вернулась с новой силой. Он чувствовал, что заблудился. Как бы ни хороша была маска, мгновенно ориентироваться в этом городе с его запутанными улочками она не научила.

Уже почти ночью, Крис вышел на смутно знакомую площадь. Он узнал её только потому, что на мостовой сидело несколько сумасшедших в ожидании милостыни. Но ждать им было нечего, их миски были так же пусты, как и улицы вокруг. Крис пошарил в карманах брюк и нашёл там деньги, вырученные с продажи фруктов.

— Простите, это всё, что есть, — он разделил мелкие купюры поровну между тремя сумасшедшими и сел на ступеньки одного из домов рядом с ними. Ноги пульсировали от долгой ходьбы, а в пустом животе крутило. Он прислонился к стене, пытаясь хоть немного отдохнуть.

Крис рассматривал сумасшедших, которые продолжали сидеть без движения. Должно быть, целыми днями они торчали здесь, и проходившим мимо людям так же не было дела до этих бедных парней, как и до него самого. Никто не хотел открывать ему свои двери, все игнорировали его. Он ощущал себя чужим в этом чужом городе на чужой планете под чужими лунами. Здесь Крис был никому не знаком и никому был не нужен. Сколько бы он ни стучал, сколько бы ни просил открыть, люди так же останутся холодны и безучастны к нему, а их дома всегда будут закрыты перед ним.

Внезапно дверь позади него приоткрылась. Дверь, в которую он не стучал, дверь, в которую он не пытался войти. Раздался шёпот.

— Входи скорее.

Крис обернулся. В проходе стояла старуха, которую он уже видел несколько раз возле сумасшедших. На её морщинистых руках висели многочисленные золотые браслеты, во рту не хватало нескольких зубов, но глаза её смотрели твёрдо.

Глава 28. Пророчество Марты Нокс

— Входи скорее, — повторила старуха. Она пошире приоткрыла дверь и Крис проскользнул в дом.

Крис замер на пороге. Внутренним чутьём, усиленным способностями маски, он знал, что внутри нет ни военных, ни оружия. Он ощущал, что под шестиугольной крышей проживает по меньшей мере двадцать с небольшим человек.

Крис ожидал увидеть грязь и беспорядок, но на полу лежали чистые половики, а на стенах в рамках висели сухие листья и маленькие высушенные жуки. Были здесь и картины, но разных авторов и в основном на морские темы — деревянные корабли, паруса и матросы. Хоть мебель в доме была обшарпана, но на двух столах лежали яркие, чистые скатерти, а на четырёх лавочках хозяйка аккуратно прикрепила синими ленточками маленькие подушечки.

— Чего замер как вкопанный?

Крис медлил. Кажется, он начинал понимать, что его смущало. Именно возле этого дома он впервые увидел сектантов, они тогда положили еду нескольким сумасшедшим. Сейчас же, в маске и костюме сектанта, он сам походил на одного из них.

— Думаю, вы перепутали меня с кем-то из ваших знакомых. Я даже не знаю как вас зовут.

Маленькая старуха потрясла сухой жилистой рукой. Золотые, потемневшие от времени браслеты на её запястьях забренчали, ударяясь друг о друга. Её выцветший, некогда пёстрый халат грозно заколыхался волнами.

— Вот молодёжь, столько лет прошло, а уже всё позабыли. А ведь когда-то моё имя гремело по всему междумирью. Марта Нокс меня зовут. Впрочем, тебе оно всё равно ничего не скажет, — она засмеялась почти беззубым ртом, — ведь ты только недавно прибыл сюда, Крис.

Крис посмотрел на морщинистое лицо старухи. Рука мгновенно метнулась к маске, но она была на месте.

— Откуда ты знаешь моё имя?

Марта засмеялась, её бегающие глаза на мгновение зафиксировались на Крисе.

— О, мне многое известно, из незивестного тебе. Я вижу прошлое и будущее, твоих врагов и даже твоих друзей, — она издала короткий смешок. — Впрочем, ты и сам скоро узнаешь, кто друг, а кто враг. Но об этом позже, сейчас ты должен лечь спать, иначе ты передумаешь и многое, очень многое изменится в твоих нитях судьбы. Следуй за мной.

Марта поспешила к винтовой лестнице, ведущей до третьего этажа. Крис замер. Старуха говорила очень странно и как-то… безумно. Он вдруг вспомнил странные тени, окружившие их с Беном в джунглях. Он думал тогда, что распрощается с жизнью, но появилась Марта. В руках она держала фонарь, куда втягивало теней. И когда всё закончилось, он увидел её белые, совершенно невидящие глаза…

Старуха уже поднялась на несколько ступеней, когда заметила, что Крис стоит на месте.

— Неужели ты думаешь, что раз я спасла тебя от теней, то теперь желаю тебе смерти?

Крис заколебался. Каким-то неведомым образом старуха поняла, о чём он думал.

— Мне казалось, ты нас не видела.

— Я видела вас всех. Я вообще всё очень хорошо вижу, — она погрозила ему пальцем и продолжила подниматься.

Крис вздохнул. Он бы мог уйти и поискать другое место, но слишком устал. К тому же внутреннее чутьё подсказывало ему, что он может доверять этой женщине. В ней он ощущал нечто давно забытое. Её закалка напоминала ему образ какой-то другой старой женщины из детства, но Метрополия давно вытоптала эти воспоминания, и от них остался только один смутный, поблёкший ореол.

Крис пожал плечами и снял маску. Мир слегка потускнел, запахи и звуки притупились. Здесь маска ни к чему, да и от кого тут прятаться? Он протёр кончиками пальцев уставшие глаза и пошёл следом за Мартой.

Крис был на лестнице между вторым и третьим этажом, когда дверь на втором хлопнула, и через перила перегнулся молодой русый юноша.

— Ба, ты опять за старое?

— Тише Джордж, — прошипела Марта, — весь дом разбудишь.

Джордж побежал вверх так быстро, что врезался в грудь Криса, костюм которого неожиданно слился с частью лестницы.

— Ой, — сказал Джордж, потирая лоб. От удара с доспехов слетела маскировка, и он увидел Криса. Джордж посмотрел на маску на поясе Криса и снова ойкнул. — Настоящий сектант у нас дома? Ого.

Крис переглянулся со старухой, та грозно на него поглядела, без слов приказав не вмешиваться.

— Сектант. И что с того? Иди спать.

Но Джордж не переставал пялиться на Криса.

— Да ну, — протянул Джордж и отпрянул. — Ты?! БА, ТЫ С УМА СОШЛА?

— Давно. Да не кричи так, весь дом разбудишь, сколько тебе говорить.

— Плевать. Мы должны его прогнать, немедленно.

— Нет.

— Но мы не можем оставить его здесь. Только не делай вид, будто не знаешь, что за ним весь город охотится. Ты хоть понимаешь, что будет, если военные найдут его у нас дома?

— Не найдут, если ты не будешь так кричать.

— Но…

— Иди спать. СЕЙЧАС ЖЕ.

Марта схватила Криса под руку и потащила к одной из шести дверей на третьем этаже. Джордж поколебался, но Марта зыркнула на него так, что он мигом спустился по лестнице, топая ногами и ругаясь про себя. Хлопнула дверь, и он исчез.

— Упёртый мальчишка, — проворчала Марта. — Весь в деда.

Марта сняла с пояса большую связку ключей, похожих на те, что Крис совсем недавно видел в тюрьме. Руки старухи тряслись, да и её глаза уже плохо осязали в полумраке, так что она несколько раз ошиблась, прежде чем наконец открыла дверь. В углу комнаты горела масляная лампа, перед которой, спиной к входу, стоял мольберт. Из-за мольберта выглянул и тут же исчез взлохмаченный, уже стареющий мужчина с мешками под глазами и тлеющей сигаретой во рту.

— Будешь спать с Филиппом, — буркнула Марта. — Здесь единственная комната со свободной кроватью. Филипп работает по ночам, а днём спит, так что никто не хочет селиться с ним. Можешь жить здесь сколько захочешь, только имей в виду, у нас строгие порядки. Будешь кричать или буянить, мне придётся запереть тебя в подвале, пока не поумнеешь.

— Я не собираюсь жить здесь, среди сумасшедших. Мне нужно только переночевать, а завтра я покину город.

Марта зыркнула на Криса тем же взглядом, что и на своего внука, но Криса не впечатлили её штучки. Старуха заворчала себе под нос и пошла к выходу.

— Я закрою вас с Филиппом и выпущу утром. Если захочешь в туалет, ведро в том углу.

Она вышла и закрыла деревянную дверь на ключ. Крис только пожал плечами — если ей так спокойней, пусть себе запирает. При желании он легко разнесёт дверь в щепки.

— И вот что ещё, — с той стороны донёсся глухой голос старухи. — Сними доспехи на ночь, а то совсем ослабнешь. Сними, — проревела она и махнула рукой, — а, хотя кому я это говорю.

Старуха ушла, но Крис ещё долго слышал, как она ворчит себе под нос.

В трапециевидной комнате было только одно узкое окно, выходившее на маленькую площадь. Отсюда открывался красивый вид на аккуратные шестиугольные дома, светившиеся в темноте. Только патрули военных шастающих по улице, омрачали привычный вид города.

Стены комнаты были увешаны множеством картин, похоже, принадлежащих Филиппу. Большинство из рисунков изображали планеты и космос, а другие — жутких тварей, уродливей которых сложно было вообразить. Но одна картина, шириной почти во всю стену была выполнена в другом стиле. На ней был нарисован старик. Старик держал в руке серебрящуюся металлическую трубочку, откуда вырвался длинный столб огня, срезавший верхушку могучей горы вдалеке.

Крис сел на единственную заправленную, чистую с виду кровать. Потянулся. Всё тело ломило от усталости. Доспехи, ещё шесть часов назад казавшиеся ему лёгкими как пушинка, теперь врезались в плечи. Он посмотрел на Филиппа, но тот не отрывался от мольберта. Поколебавшись и вспомнив слова старухи, он снял доспехи, завернулся в одеяло и почти мгновенно уснул.

Крис проснулся, когда солнце было уже высоко. Он вскочил и выглянул наружу, на улице вовсю разыгралась полуденная жара. Филипп и вправду спал. Крис первым делом проверил, не трогал ли кто его доспехи, но они лежали в том же положении, в котором он их вчера оставил. Крис быстро умылся и оделся. То ли он хорошо выспался, то ли повлияло что-то ещё, но только доспехи вновь стали лёгкими как пушинка.

Крис дёрнул дверь, она оказалась не заперта, и спустился по лестнице. В доме было пусто, и не надо было даже надевать маску сектантов, чтобы почувствовать это. На первом этаже дул лёгкий сквозняк, дверь на улицу была слегка приоткрыта.

По неведомой теперь никому причине, вход и выход из домов в Семилунном пролегал через кухню. На обеденном столе лежала записка с его именем, придавленная куском хлеба с ветчиной, рядом стояла накрытая крышкой деревянная миска. Даже не раздумывая, Крис принялся есть, поглядывая на улицу то через окно, то через дверную щель, но там было тихо. Когда он закончил с бутербродом, заглянул в миску, где оказалась странная, пряная на вкус, каша с мелкими кусочками мяса.

Пока он ел, случайно прикоснулся к правому запястью. На металлических чешуйках засветилась надпись: «8:56, 2 апреля 324 года, пятница, Сектариум». Похоже, в доспехи были встроены часы, потому что дата и день недели совпадали. С ума сойти, уже почти полдень. Крис быстро доел и встал. Надо было идти, вот только куда? В любом случае я не хочу больше задерживаться здесь — в любой момент сюда могут снова наведаться военные или ищейки Метрополии, и тогда ни мне, ни старухе, ни её подопечным не поздоровится.

Крис не хотел, чтобы Марта пострадала из-за него, и пошёл её искать. Первым делом он выглянул на улицу, где под палящими солнечными лучами сидели сумасшедшие, но старухи там не оказалось. После недолгих поисков он нашёл коридор, ведущий во второй дом. Как Крис и предполагал, Марта была на кухне. Она с ложечки кормила старого сумасшедшего, за столом возле неё сидели ещё двое — мужчина с бегающими глазами и женщина с растрёпанными волосами.

— Вижу, ты поел, — сказала Марта, даже не поворачиваясь в его сторону.

— Да. Спасибо за еду и… — Крис переступил с ноги на ногу, — спасибо, что не прогнала меня. Ты единственная впустила меня к себе домой.

— Это моя работа, помогать тем, кто нуждается в помощи, — сказала Марта, продолжая кормить сумасшедшего. Тот шамкал беззубым ртом, по губам его то и дело стекала каша. — К тому же я знала, что ты скоро придёшь.

Крис кашлянул

— Очень хорошо, — сказал он. — Хотел предупредить, чтобы ты была осторожна. Протри все полы водой с уксусом после меня и сожги спальный комплект, в котором я спал. Это поможет тебе если не сбить, то, по крайней мере, защититься от ищеек Метрополии.

— Спасибо за ценный совет, так и поступлю, — сказала Марта, не переставая кормить старика.

Крис кашлянул ещё раз.

— Мне пора. Продолжу искать сектантов и буду надеяться, что сегодня мне удастся выбраться из города. Не люблю прощаться и не знаю, что на меня нашло, но… Перед тем как уйти, хочу сказать, что не считаю тебя сумасшедшей.

Марта замерла. Крис продолжил.

— И спасибо ещё раз, что спасла нас с Беном в ту ночь. Я не успел тебя поблагодарить и вот, благодарю сейчас. Мой друг в ту ночь подумал, что ты сумасшедшая, раз возишься с сумасшедшими, но, повторюсь, я так не думаю.

Марта рассмеялась, взяла чистую ложку и начала кормить женщину.

— Ничего. Многие жители Семилунного считают меня спятившей, а некоторые, смеясь, называют Королевой Сумасшедших. Но я просто забочусь о людях, которые вернулись из междумирья не такими, какими были. Много, очень много страшных вещей можно увидеть там, из-за чего несчастные путешественники, если им повезёт выжить, возвращаются назад… другими. Горожане думают, что смеются надо мной. Но это я смеюсь над ними, они ничего не смыслят ни в том, что говорят, ни в том, что думают, ни даже в том, что происходит у них под носом. Они сидят тут, в своей дыре, и воображают, что знают всё обо всём, но на самом деле это не так. На самом деле это они — сумасшедшие!

— Сильное заявление… Мне люди в городе показались вполне нормальными. Почему ты так считаешь?

Старуха пошамкала беззубым ртом.

— Из-за теней, — наконец сказала она. — Они не верят в них. Каждую ночь я выбираюсь за пределы города, туда, куда они боятся ходить. Дикие звери убивают людей в джунглях, говорят они. Опасно выходить за пределы барьера по ночам, говорят они. Глупцы! Они боятся увидеть истину, но чем дольше они тянут, тем больше пропадает людей. Мой муж поучил бы их уму-разуму, будь он здесь. Но они боятся признать, что происходит за городом.

Крис вспомнил свою первую ночь на чужой планете. Не окажись он тогда в джунглях, он бы и сам не поверил старухе. Там, в густом тумане, определённо творилось что-то ненормальное. Он сам видел, как там появились странные, высокие существа, больше похожие на бесплотных теней. Возможно, всё показалось бы игрой воображения, если бы те твари не утащили заблудшего путника прямо на его глазах. Вот только игра воображения определённо не была способна на такое…

Он произнёс последнюю мысль вслух.

— Я бы сам не поверил тебе, если бы не увидел, что происходит в тумане… Те твари… тени… действительно ужасны, и я поражён… что ничего прежде не слышал о тенях в городе… Ты пробовала кому-нибудь рассказывать о них?

— Говорила много раз, но мне не верят. Считают теней моими бреднями, говорят старуха выжила из ума. Ха! Кого они обманывают? Горожане могут хоть сколько закрывать глаза, посмотрим, как они запоют, когда запахнет жареным. Хорошо, что никто не мешает «грязной старухе» выходить за пределы барьера и делать всю грязную работу за них. На той неделе три дня шёл дождь, и я не могла выйти из дома. В сырую погоду я по какой-то причине теряю силу прогонять теней... Так видел бы ты, сколько их там за городом развелось, и все жирные такие. Просто диву даёшься, как их можно не замечать. Фермеры проходят мимо них каждый день и в упор их не видят. Тени прячутся среди деревьев. Уже даже днём люди боятся заходить глубоко в джунгли, а из тех, кто заходит, лишь немногие возвращаются обратно. Вернувшиеся всем рассказывают, что джунгли сильно изменились — деревья стали выше, в реках течёт красная вода, а по земле расстилается ядовитый туман. И знаешь что? Горожане смеются над ними, говорят, это просто байки фермеров, однако сами туда не лезут. Но ничего, Марта Нокс пока справляется. Ух, я им ещё покажу, этим тварям, — и старуха затрясла сухим кулаком, угрожая то ли горожанам, то ли теням.

Марта вдруг перевела тему, похоже, поняв, что сказала слишком много. Ещё минут десять Крис слушал, рецепт черничного пирога, но как не пытался, старуха ни в какую не хотела менять тему разговора обратно. Крис вздохнул.

— Это всё, конечно, очень интересно, но… — сказал Крис. Он встал, Марта подошла к нему.

— Постой, я хотела рассказать одну важную новость… Думаю, она заинтересует тебя.

— Прости, но мне и правда пора.

— Очень жаль. Тогда ты ничего не узнаешь про Члена Элиты.

— Что ты хочешь этим сказать? — насторожился Крис. — Выкладывай.

— Ох, кажется, я забыла, память стала подводить с годами.

— Говори не темни, — нахмурился Крис.

Глаза старухи заблестели, она вцепилась в него и зашептала.

— Сегодня перед народом будет выступать Член Элиты. Но тебе не надо…

— Когда и где? — проревел Крис.

— Через час на главной площади. Там соберётся весь город.

Крис бросился обратно по коридору, но Марта пошла за ним следом, да так быстро, что Крис удивился её прыти.

— Тебе не надо туда идти, — сказала она, — В 12:38 ты должен будешь пойти на рынок и там, возле третьей лавки от центрального ряда встретишь человека, который поможет тебе и изменит всё.

Они уже дошли до выхода. Крис остановился, чтобы надеть маску. На секунду он поколебался и посмотрел на Марту.

— Как он поможет мне?

— Проведёт тебя между мирами.

— Даже если я соглашусь, почему ты так уверена, что он будет именно в это время в этом месте? Он торговец или твой друг?

— Нет. Я просто знаю, что он будет там. Нити прошлого и будущего сплетаются воедино и проходят перед моим взглядом, вот почему ты должен…

Крис сжал и разжал кулаки в перчатках. Скрипнула кожа.

— Я никому и ничего не должен. Прости, но я не верю предсказаниям, я верю только в то, что могу потрогать, измерить и понять. Спасибо за приют и всё такое, но мне уже и вправду пора. Прощай.

Он отпер засов и оказался на залитой солнцем площади. Прямо на камнях сидели с десяток сумасшедших с тарелками для подаяний. Крис сориентировался на центр города и быстрым шагом пошёл вверх по улице. В голове его всё чётче вырисовывался план. Нужно было только подобраться к Праудлиону и наедине объяснить Его Светлости, что меня подставили, и тот, кто наговорил на меня, сам является лжецом. Скорее всего, после подобных заявлений Праудлион откроет имя обвинителя. Потом останется только вызвать заговорщика на дуэль и уничтожить в поединке, и тогда вопрос будет решён малой кровью. В честной битве Рэлитов шансы были почти равны, а смерти Крис не боялся — ни своей, ни чужой. Во всяком случае, попробовать стоило.

— Ты слишком рано попрощался, ты ещё вернёшься, — сказала Марта ему вслед.

Глава 29. Публичная расправа

Крис нашёл главную площадь на удивление быстро. Сделать это оказалось несложно. Под конвоем или самостоятельно, в центр города шли практически все жители Семилунного. Ещё издалека он услышал шум толпы и громкие звуки электронной музыки, доносившейся из динамиков расположенных на машинах Метрополии. Цепочками и по отдельности, жители Семилунного вливались в людское море. Крис сразу нырнул в самую гущу, пробивая дорогу локтями, чтобы оказаться поближе к сцене, взятую в окружение военными Метрополии. В такой толпе никому не было дела до того, что он выглядел как сектант. Людей было так много, что они не могли посторониться, даже если бы захотели, и тем, мимо кого он проходил, оставалось только терпеть его вре́менное присутствие.

Крис вовсю крутил головой и понял странную особенность — на площади стояли только люди. Ни один инопланетянин не был допущен сюда, хотя Крис не сомневался, что многие из них пытались. Старуха не соврала, военные и вправду согнали сюда весь город. Крис еле пробился к одному из передних рядов и теперь осматривался по сторонам.

Солдаты Метрополии оцепили площадь плотным кольцом установив по её краям заградительные кордоны из машин. Естественно что все мехи и шагоходы были приведены в боевое положение, а их пушки направлены в толпу, что явно не нравилось местным. Кроме машин Крис так же заметил несколько странных бугорков на круглых крышах домов, которые так сильно бросались в глаза, что не было никаких сомнений — там лежали снайперы.

Судя по хмурым лицам стоявших женщин и мужчин, они тоже догадались о снайперах и теперь тихо переговаривались друг с другом. Только дети веселились и играли, то и дело порывались убежать, но родители крепко держали их за руки, боясь потерять в такой толпе.

Полуденное солнце припекало нещадно, но Крис никак не ощущал этого в своём костюме. То и дело кто-то из людей падал в обморок и его выносили из толпы, а Крис мог только смотреть, не в силах никак им помочь.

— Кара разрази этого Праудлиона. Что он забыл на нашей планете? Сидел бы на своём Лотариуме, так нет же, надо было припереться к нам.

— Говорят он пришёл из-за какого-то новичка сбежавшего из тюрьмы.

— Пфф, ты правда настолько туп, что веришь байкам военных? Тут не нужно иметь семь голов как у Хакимов, чтобы понять что это просто повод чтобы оккупировать наш город.

— Проклятые метропольцы, силой согнали нас сюда. Мало им было вчерашних обысков, так снова решили над нами поиздеваться.

— И не говори.

— Тише, парни на вас сектант смотрит!

Люди стоявшие вокруг Криса замолчали, пытаясь посторониться, но им некуда было отступать. Крис сделал вид, что просто не замечает их, продолжая изучать толпу. По его оценкам, здесь собралось около десяти тысяч гражданских, и двух тысяч военных, не считая разной техники. Похоже здесь был почти весь город.

К своему удивлению Крис обнаружил, что тут и там среди толпы бродили и другие сектанты в чёрных плащах и с масками на лицах. Один из сектантов кивнул Крису, а Крис кивнул ему в ответ.

Музыка поменялась, стала громче. Заиграл гимн Метрополии. Крис по привычке начал подпевать вслед за военными «рассеем народы, что нам угрожают, едины и горды мы вместе на нашей земле…» но сразу осёкся, потому что мужчины и женщины стояли молчаливо. Пока играл гимн, никто из жителей Семилунного не проронил ни слова.

Гимн закончился, раздвинулась алая ширма, закрывавшая сцену. На сцене в большом кресле с высокой, узкой спинкой сидел лучезарный юноша с тонким, белокожим лицом. Возле юноши стоял стол с фруктами и вином. Крис сразу узнал Его Светлейшество Праудлиона, который некогда был выходцем из его родного города. Праудлион стал Членом Элиты в двадцать и почти двести лет пребывал в гибернационном сне, лишь изредка просыпаясь и посещая родной город. Насколько Крис знал, сейчас ему было около двадцати трёх лет. Вот почему каждый день, час и минута Членов Элиты была так ценны — время, которое Члены Элиты проводили вне камеры холодного сна, вычиталось из общего срока их жизни. И они были достойны такого почтения, потому что в Члены Элиты избирались только лучшие умы планеты, которыми гордилась вся Метрополия.

Праудлион сидел в окружении своей свиты, переговариваясь с кем-то, стоявшим в глубине сцены. Он так увлёкся беседой, что не заметил, как уже больше минуты весь народ наблюдал за ним. Потом один из слуг наклонился и что-то прошептал ему, после чего Праудлион отпустил своих помощников. Слуги ушли, и только позади его кресла остался стоять огромный телохранитель, настолько большой, что Крис даже сразу не заметил его позади массивного кресла. Это был высокий, в полтора человеческих роста мужчина, с изрезанным шрамами квадратным лицом и тяжёлым подбородком, который издалека можно было перепутать с куском гранита. Судя по грозному виду телохранителя, по тому, как тот двигался и держался, он был по меньшей мере Вэлитом или даже бывшим Рэлитом. Внимательные глаза телохранителя непрерывно сканировали толпу, и Крис почувствовал, как взгляд остановился на нём, а затем выхватил из общей массы и других сектантов.

Крис отступил. Каким же глупцом он был! Пытаться приблизиться к Праудлиону сейчас, было чистым самоубийством. Сто́ит подойти чуть ближе, как этот телохранитель сразу же попытается его прикончить. А если не успеет он, то за работу примутся снайперы или робо-ищейки, кристаллы которых настроены на любую угрозу. А там и солдаты подоспеют.

Если бы только я мог подобраться хоть чуть поближе к Праудлиону и как-то незаметно привлечь его внимание, то у меня появился бы шанс переговорить с ним наедине. Но сейчас это было невозможно...

Крис принялся осторожно осматриваться по сторонам, пытаясь найти точку, откуда можно было бы незаметно для телохранителя и снайперов послать световой сигнал Праудлиону. В это время к молодому Члену Элиты нагнулся подошедший сзади лакей и подал ему микрофон. Не выпуская бокал вина из нежной руки и не вставая, Праудлион обратился к стоявшим людям своим мягким, вкрадчивым голосом.

— От лица всей Метрополии Мы рады лично приветствовать гордый и своевольный народ Семилунного. Немногие из вас знают, но Метрополия и Семилунный уже много лет живут в мире и содружестве. Мы лично, и несколько других из Нас, уже были на вашей планете, чтобы поприветствовать ваши новые начинания. Для многих из вас с того момента минуло сорок лет, но для Нас за это время прошло едва ли больше нескольких месяцев.

По толпе пронёсся удивлённый ропот.

— Да, — сказал Праудлион, слегка покачав бокалом вина в руке, — Мы буквально помним этот день как вчерашний. Мы помним сэра Велховена ещё молодым и амбициозным. Сто́ит отметить, уже тогда он был серьёзным и глубоким политиком. И мы были приятно удивлены, когда придя сюда столько лет спустя, увидели, что сэр Велховен хоть и поменялся внешне, но внутри остался таким же основательным и рассудительным, каким Мы его запомнили. Пожалуй, даже более рассудительным, чем прежде, — Праудлион улыбнулся и отпил вина. — А сегодня Мы рады, что прямо сейчас можем лично приветствовать каждого из вас. Большое спасибо вам всем что вы собрались здесь в этот памятный для всех нас день: памятный для вас как жителей Семилунного, и для нас, как жителей Метрополии.

Военные одобрительно загудели, толпа над площадью вяло подхватила их ободряющие крики. Его Светлость просиял мягкой улыбкой и поднял руку, чтобы успокоить воодушевившихся военных. Когда крики стихли, он продолжил.

— К сожалению, Нам приходится с прискорбием отметить, что вчера произошли небольшие перегибы. И Мы должны от своего имени вас заверить, что подобного больше не повторится, а все виновные будут наказаны, причём сурово.

Праудлион кивнул, на площадь включился экран. Где-то за городом, солдаты тащили растрёпанных, закованных в наручники людей в военной форме Метрополии. Толпа загудела и заулюлюкала теперь уже по-настоящему. На лицах несчастных были надеты чёрные мешки, закрученные верёвкой вокруг шеи. Палачи сбили их с ног и принялись бить длинными палками. Люди дёргались, их спины выгибались, но ни один из них не издавал ни звука, должно быть им завязали рты. Толпа кричала и свистела, все радовались наказанию провинившихся военных. Крис не разделял их воодушевления. Ему больно было смотреть на это избиение, он вздрагивал от каждого удара, потому что знал все грязные трюки, к которым прибегала Метрополия. Он не удивится, когда завтра в городе недосчитаются десятка-другого фермеров или горожан...

Когда палачи закончили, пленники без движения остались лежать на полу. Потом их взяли за ноги, грубо проволокли по земле и под громкие крики одобрения закинули в большой грузовик с флагом Метрополии. На секунду показалось что в углу мелькнула ужасающая фигура Экзекутора в чёрном капюшоне, с огромной секирой в руках. Но только показалось, грузовик был пуст. Экран выключился.

Когда теперь уже одобрительные крики толпы стихли, Праудлион продолжил.

— Как вы уже убедились, слово Наше так же верно, как и Наше дело. К Нашему сожалению, Нам придётся ещё на какое-то время остаться в вашем… прекрасном городе, — мужчины зашептались, а женщины поближе прижали к себе испуганных детей. — Так что если у кого-то из вас возникнут любые жалобы, то приходите к Нам и Мы лично обсудим ваши проблемы с каждым из вас.

Толпа загудела, Праудлион поднял ладонь вверх.

— Это вре́менные меры и, спешим вас заверить, Наш визит продлится здесь, ровно столько, сколько понадобится, чтобы схватить всем известного преступника. А теперь спасибо за ваше внимание, вы все можете быть свободны.

Толпа неодобрительно закричала. Крис вздрогнул. Его начали толкать, и ему на секунду показалось, что его хватают и несут на сцену. Вскоре наваждение утихло, он собрался с мыслями. Надо во что бы то ни стало, поговорить с Праудлионом без свидетелей. Они уже имели неформальную беседу с ним однажды пару лет назад, когда Крис лично охранял Его Светлейшество на официальном приёме в другом городе. Крис был уверен, что Праудлион хорошо его помнит и ему удастся убедить Элита в своей невиновности. Вот только как незаметно от остальных охранников передать ему своё послание?

Толпа начала потихоньку выходить с площади, оставаться здесь дольше становилось опасно. Крис ещё раз огляделся по сторонам и решил взять курс к высокому, круглому зданию, которое он заприметил на востоке. Крис повернулся и сделал вид, что идёт к выходу вместе с остальными. Сердце учащённо билось. Его план удастся провернуть только в том случае, если в здании не будет засады, если на крыше не сидит снайпер, и если удастся незаметно от остальных передать световой сигнал Праудлиону. Слишком много если было в его плане, но выбора не оставалось. В лучшем случае он получит пулю в лоб, а в худшем…

Об этом ему даже думать не хотелось. Стоит ему попасть в лапы к военным, как с ним будет кончено. Он ни за что не поговорит с Праудлионом и не сможет оправдать себя. По негласным законам Рэлитов, если ты не успел оправдаться или обвинить обвинившего тебя, то день поимки станет для тебя днём казни. Когда тебя поймают, то сразу же передадут Экзекуторам Метрополии, а те мгновенно приведут приговор в исполнение. И Крис как никто другой знал, насколько жестокими могут быть палачи Метрополии. То избиение за городом покажется лишь лёгкой разминкой, в сравнении с тем, что Экзекуторы уготовили несчастному, попавшему в их руки. И сегодня он сам рисковал стать тем несчастливцем.

Глава 30. Сила вне лимита

Спустя пятнадцать минут Крис подошёл к высокой башне. По счастью, вход в неё находился в тупике, и он смог хорошо осмотреться. На деревянной двери висел большой ржавый замок, похоже, здесь давно никто не бывал. Крис дождался, пока в конце улицы пройдут очередные прохожие, и надавил на дверь ладонью. Старое дерево хрустнуло, замок с мясом вырвало из петель. Сглухим лязгом он упал на землю.

Крис снял маску. Внутри было душно и летала пыль, на полу стояли плотно набитые холщовые мешки. Прикрыл за собой дверь и, уже не таясь, взлетел по ступенькам вверх. Внутри здание оказалось довольно больши́м и, похоже, раньше было одновременно и складом и техническим сооружением. На последнем этаже прямо на полу лежали бурые гигантские шестерёнки. Из соседней стены торчал вал, к которому они когда-то крепились, а по потолку тянулась непонятная система из шестерней и валов, отдалённо напоминавшая механические часы.

Крис подкрался к зарешеченному окну, затянутому толстым слоем пыли. Солнце стояло высоко и ещё не ушло, подсвечивая грязное стекло снаружи. Он присел, почти прилёг на пыльный пол и оттёр краешек на уровне своих глаз. Главное не торопиться, кто знает куда сейчас смотрит ближайший снайпер. Он выдохнул, подождал ещё минуту и немного расширил чистое пространство на пыльном стекле. Этого должно хватить.

Крис осторожно выглянул в окно. Теперь он понял, почему в башне не было ни засады, ни снайперов. Здесь открывался превосходный обзор на площадь, но до самой площади было слишком далеко. Люди отсюда казались не крупнее мухи, к тому же бо́льшая часть самой площади была перекрыта крышами прилегающих зданий, открывая только небольшой край сцены и ряд тяжёлых мехов, стоявших позади. Что-то более подробно отсюда увидеть было невозможно без специальной техники. По счастью, она у него была.

Крис ухмыльнулся и надел маску сектантов, но изображение осталось прежним. Проклятье, ведь как-то же он регулировал его раньше. Крис попробовал приглядеться, но то ли маска сидела неплотно, то ли он делал что-то не так.

Крис выругался сквозь стиснутые зубы. Время шло, его в любой момент могли заметить снайперы или ещё кто похуже. В нетерпении он принялся ощупывать поверхность маски, пытаясь найти рычаг, или хоть что-нибудь, способное привести её в действие. Когда пальцы коснулись одного из бугорков возле уха, изображение дёрнулось и стало увеличиваться.

— Да!

Крис прильнул к окну и как бешеный принялся подкручивать изображение, чувствуя, как наливается кровью от волнения лицо. Сцена начала плавно приближаться, не теряя при этом чёткости и открывая новые детали, а вместе с ними, к удивлению, и новые звуки. Крис уже видел лица стоявших в переднем кордоне военных. Ещё немного и он сможет разглядеть каждый волосок на голове Праудлиона, и не только разглядеть, но и подслушать его разговор, что было даже лучше, чем он ожидал. Крис почувствовал, как кровь застучала в висках. Свободной рукой он потянулся к карману, откуда достал небольшой осколок зеркала, подобранный по дороге и…

Замер, не в силах поверить своим глазам. Прямо перед Праудлионом на одном колене стоял никто иной, как Маркус Дрейк собственной персоной. На Криса нахлынула ярость, Маркус Дрейк, вот уж кого он ожидал увидеть здесь меньше всего. Так вот значит кто на самом деле подставил меня! Так вот почему Праудлион отправился за мной аж на Семилунный…

На Криса нахлынули воспоминания. Ещё с самого начала обучения в лагере Элиты, они возненавидели друг друга, и их ненависть только росла, пока наконец Дрейк... нет, Крис не мог даже думать об этом. В мыслях всякий раз появлялась пустота, когда он натыкался на ментальный блок в воспоминаниях о том дне. С тех самых пор, как это произошло, Крис не отступал, у него появились причины ненавидеть, причины убивать, причины жаждать крови и мстить...

Словно откуда-то издалека до него донеслись звуки пианино и скрипки. Стоявший в углу сцены оркестр из десяти человек играл что-то из древне-классической музыки. Лакей в чёрном сюртуке и белых перчатках вышел из-за ширмы, неслышно подкатил тележку и так же тихо ушёл, провожаемый тяжёлым взглядом телохранителя. Праудлион сидел, утопая в бархатном алом кресле, и легонько позвякивал льдом в бокале с вином.

Маркус Дрейк недвижимо стоял на одном колене перед Членом Элиты, который, казалось, не замечал стоявшего перед ним Рэлита. Наконец, Праудлион двинулся, сделал глоток вина и взглянул на Маркса. Улыбка заиграла на его прекрасных алых губах.

— Говори.

Маркус начал докладывать, не поднимая головы.

— Мой господин, мы прочесали весь город и нашли множество контрабандных товаров у местных аборигенов. Нашли даже две редкие вещи, которые так долго искала Метрополия, но...

— Но вы не нашли его.

— Да, Ваша Светлость.

Праудлион снова покачал бокалом в руке и посмотрел вдаль, куда-то позади головы Маркуса.

— Это полностью твоя вина, — прорычал телохранитель грубым голосом.

— Сам целыми днями слоняешься без дела, — огрызнулся Маркус, — а я весь город прочесал, в каждый дом зашёл.

— Я свою работу в отличие от тебя выполняю, и выполняю хорошо, — пробасил гигант.

Праудлион поднял тонкую, женственную руку, оба замолкли.

— Хватит Гатор. Мой слух не создан, чтобы слушать вашу грубую ругань.

Маркус понурил голову. Крис не мог поверить своим глазам. Столько лет мы сражались друг против друга, но никогда ещё я видел Маркуса в таком подавленном состоянии. Этого просто не может быть! Что тут вообще такое происходит?

Праудлион встал и начал прогуливаться по платформе. Грузный телохранитель с квадратной челюстью, неотступно следовал за своим господином. Гатор раскрыл зонтик над своим Мастером. Праудлион задумчиво глянул на палящее солнце, ветер растрепал его белокурые волосы. Он вдохнул полную грудь воздуха и от удовольствия закрыл глаза.

— Какое прекрасное место... Жаль, у меня нет времени, чтобы надолго задерживаться здесь. Хорошо, юный Рэлит, дам тебе второй шанс. Что ты собираешься делать, чтобы найти его?

— Мы усилим караулы мой господин, будем прочёсывать город, прочешем весь остров, если потребуется. Уверяю вас, мы скоро найдём его.

Праудлион вернулся к Маркусу и взял недопитый стакан с вином. Его тонкие пальцы забарабанили по ножке бокала.

— Скоро понятие растяжимое. Сколько тебе нужно времени?

— От нескольких дней до недели, мой господин. Его всё-таки готовили в Рэлиты, хоть он ещё и не так опытен, но всё же…

— Неделя? Я не могу столько ждать. Неужели я сам должен начать искать его?

— Что вы господин, это может быть опасно для вас. Вам лучше остаться здесь, под защитой наших солдат, вдруг он захочет вас убить, чтобы...

Праудлион неслышно подошёл к Дрейку, до сих пор стоявшему на коленях.

— Встань, — сказал он мягким голосом. В правой ладони он поигрывал бокалом.

Маркус встал. Дрейк возвышался над юным Членом Элиты на полторы головы и выглядел несколько смущённо. Праудлион обладал худой внешностью и, стоя между телохранителем и Маркусом, скорее казался подростком. Элит мягко улыбнулся, словно осознавая свою слабость.

В следующий миг, нет, даже долю мгновения, раздался резкий хлопок. Маркус впечатался в землю словно тряпичная кукла, а грузный двухсоткилограммовый Гатор отлетел в противоположную сторону. Крис отдёрнулся от окна. Выстрел! Но откуда? И где луч? Он осторожно прильнул к стеклу. Площадь превратилась в огромный растревоженный муравейник. На крышах и внизу начали бегать растерянные солдаты, перекрикиваясь друг с другом.

Праудлион стоял непоколебимо. Гатор уже вставал, одна его губа была разбита. Маркус... Маркус был мёртв. В этом не было никаких сомнений. Из каждой поры текла кровь, даже из глаз, ушей, рта. Всё его тело было иссечено мелкими осколками от разбитого бокала. Праудлион, руки которого были пусты, нагнулся, поднял Маркуса на колени. Крис всегда мечтал убить Дрейка лично, но увидеть такое? Праудлион поднял Маркуса как безжизненную куклу и швырнул на землю.

— Мерзкая, маленькая, тварь, — с каждым словом Праудлион с силой ставил свой красный заострённый ботинок на голову Маркуса. Дрейк замычал и закашлялся. — Ты должен немедленно привести Криса ко мне, понял? — прокричал Праудлион. — Ты должен привести его живым, запомни это тварь. Я должен лично разобраться с ним, я должен лично убить его и исполнить клятву!

Подбежал Гатор и отгородил своим массивным телом Праудлиона от Маркуса.

Крис отпрянул от окна и попытался снять маску, но та словно приросла к лицу. Он задыхался, одной рукой случайно что-то задел, и запись повторилась перед его глазами, и снова, и снова повторялась по кругу: миг, и двое Рэлитов лежат на земле, миг и они снова лежат, ещё и ещё. Крис интуитивно провёл пальцем вниз вдоль уха. Видео замедлилось. Потекли кадр за кадром, словно фотографии. Он почти остановил видео, но даже тогда смог увидеть лишь начало движения и его конец. Это был удар Праудлиона. Удар, от которого содрогнулся Маркус, удар одной рукой, настолько быстрый, что ветер от него отшвырнул стоя́щего позади двухсоткилограммового телохранителя...

Крис вскочил и побежал по лестнице. Вниз, вниз! Бежать! Лишь бы не видеть этого, забыть, лишь бы оказаться как можно дальше от этого места. Он запнулся, кубарем скатился по лестнице, вскочил и снова понёсся прочь. Бежать, бежать!

Крис вылетел из тупика, затем свернул на главную улицу и врезался в толпу, как нож в масло. Он натыкался на прохожих, сбивал их с ног и падал сам, но не замечал этого.

— Смотри куда прёшь, — кричали ему вслед. — Сектант сошёл с ума, — верещали сбитые им люди.

Но Крис их не замечал и не мог заметить. В его голове, в мыслях, перед глазами бесконечной чередой, кадр за кадром повторялся тот ужасающий удар, начало и конец которого произошли почти одновременно. Мгновение назад двое Рэлитов стояли, и вот уже они лежат, а над ними возвышается худой юноша. На его алых губах застыла улыбка, его глаза смотрят прямо на Криса...

Крис налетел на женщину, схватил её за плечи и закричал.

— Зачем ты хочешь убить меня?

Испуганная женщина отшатнулась от него, а Крис уже убежал дальше, продолжая бормотать себе под нос, натыкаться на прохожих и снова бормотать.

— Почему это происходит со мной, за что? Я хотел стать одним из Высших, но как же мне далеко до них!

Член Элиты, человек которого я боготворил и на которого равнялся, теперь хочет меня убить. Нет, не просто убить, он жаждет уничтожить меня, растоптать в грязи и стереть любую память обо мне. Точно так же как я сам жаждал уничтожить Дрейка. Вот только сколько раз я нанимал убийц, сам сражался с Дрейком лицом к лицу, но так и не смог уничтожить его. Всё, чего я смог добиться за эти годы — оставить ему один большой шрам на лице. А Член Элиты свалил Дрейка одним ударом, и так непринуждённо, словно каждый день ел Рэлитов на завтрак. Нет, мы с Праудлионом определённо находимся на разных уровнях. Никаких сомнений, Праудлион не отступит, пока не уничтожит меня, уж слишком хорошо мне было знакомо выражение его лица. Каждый день я видел точно такое же выражение в зеркале перед собой. Я сам так же сильно жаждал уничтожить Маркуса Дрейка. И знал, что не отступлю, пока не уничтожу его. А уж тем более такие люди как Праудлион, никогда не отступают от своих целей…

Но самое обидное, что я понятия не имею где прокололся, на чём подловил меня Маркус и какое доказательство он предоставил Праудлиону, чтобы опорочить меня и получить моё место среди Членов Элиты. А такое доказательство должно было быть, и байки, которые могли придумать старики Рэлиты, здесь явно не годились.

Крис попытался вспомнить всё произошедшее с ним за последние месяцы, но мысли натыкались только на пугающую пустоту. В голове крутились лишь случайные обрывки из событий последнего месяца. Он помнил, как Бен закурил сигару, как сражался с Блэйт и Митгаром, помнил ещё странную картину со странной же птицей, а вот что было до этого… как ни пытался, никак вспомнить не мог. Первые чёткие воспоминания начались с того момента, как ему позвонил председатель Райли. Затем перед домом приземлился автолёт, и та рыжая девка опоила его какой-то дрянью, а потом он очнулся в правительственной лаборатории, когда Элеонора Райт захотела посмотреть, какого цвета у меня мозги. Каков тупица, а, попался на такую простую уловку…

Крис вздрогнул. Была ещё одна причина, по которой Элеонора могла положить его на операционный стол. Возможно, Барток был прав, когда высказывал свои догадки, но тогда Крис посчитал его предположения безумным.

Они хотели просканировать мои мысли, вытащить воспоминания, записать каждый мой шаг. После такого я стал бы амёбой, безмозглым студнем, ходящим под себя. Я слышал о подобном, но не верил, что кто-то применяет методы столь жестокие. И всё ради того, чтобы добраться до глубинных воспоминаний, узнать то, о чём даже я сам не помню, узнать то, чего нельзя было выведать ни пытками, ни гипнозом, ни внушением. Возможно всё, что со мной происходило, с самого начала было затеяно чтобы вытащить нечто важное из моей памяти. Памяти, которую похоже стёр кто-то гораздо могущественнее самих Рэлитов. Должно быть, в моей голове находилось нечто опасное для Элиты или даже всей Метрополии, раз уж мной заинтересовались в Верховном Совете Лотариума. И было что-то ещё, что-то личное, из-за чего Праудлион сам хотел разобраться со мной.

— Но что, что Метрополия вас дери, я такого сделал?!

От Криса снова отшатнулись люди, всё ещё идущие с главной площади. Он продолжал брести вперёд, не видя ничего перед собой. От толпы отделилась фигура в чёрном плаще и увязалась следом. Фигура в маске сектанта неотступно следовала за Крисом и вот, наконец, поравнялась с ним.

Глава 31. Сектант посередине

— Ну и денёк. Зря только время потратили. Говорил я капитану, что не стоит так рисковать, а он всё мол у меня приказ, у меня приказ. И что в итоге? Услышали множество напыщенных речей от того хлыща, — сектант неопределённо махнул рукой, — а войска Метрополии как продолжали грабить дома, так и продолжают.

— Угу, — протянул Крис на автомате. Мысли его по-прежнему были далеко.

Сектант наклонился и зашептал.

— Говорю тебе, у капитана на острове жена и дочка. Не было никакого приказа, он в самоволку пошёл и нас за собой повёл. Переживает за семью, а остальное так, прикрытие.

— Угу, — вновь сказал Крис.

Они прошли мимо двух военных, которые старательно их не замечали. Сектант громко выругался.

— Метропольские отродья, ненавижу их. Шастают тут, всё вынюхивают. Прикрываются тем, что ищут преступника, а сами хотят контролировать Семилунный. Если и дальше так пойдёт, то недалеко до войны. Да только за кого нам сражаться, за горожан что ли? Пусть сами решают свои проблемы. Столько лет сидели и дрожали, боясь даже кончик носа высунуть за свой город, и вот теперь пусть наслаждаются. Жалкие трусы. Да помогай они нам, мы бы уже давно прикончили Метрополию. Предатели. Ну и поделом им.

Сектант продолжал ругаться, но мысли Криса были далеко. Как же я ошибался. Никто из всех, кого я знал, не мог даже не приблизился к силе, которой обладал Праудлион. Мощь Членов Элиты оказалась на совершенно другом уровне. В сравнении с ней, даже странная сила жителей Семилунного меркла и казалась детской забавой.

Криса прошиб холодный пот. Как же я рисковал, пытаясь поговорить с Праудлионом. Я чуть было сам не пришёл в его руки. Не стоило и мечтать, чтобы стать Членом Элиты. Как я смел вообще думать о подобных вещах? Праудлион уничтожит меня при первой же возможности, это очевидно. И если сейчас не убраться из города, то такая возможность настанет очень, очень быстро. Нет, определённо остаётся только один выход, нужно найти кого-нибудь из сектантов и поговорить с ними. Лишь они смогут вывести меня из города. Вот только где найти сектантов, Метрополия их дери?

— … а потом Аманда мне и говорит: ты потратил все талоны на еду, больше я тебе не дам. Представляешь? А у само́й на складе места нет. Вот грымза.

Крис уставился на человека, идущего рядом с ним и только сейчас, понял, что тот был сектантом. Сектант жестикулировал и громко рассказывал, как ему на ногу наступил Харуги, когда он подметал двор, но Крис его перебил.

— Я так устал, что ноги отваливаются. Пойдём скорее к нашим.

Крис сделал ударение на последнем слове, надеясь, что сектант сам додумает остальное. Тот задумался и почесал голову.

— Пожалуй, ты прав. Я тоже устал. Но перекусить я тоже не прочь.

Крис уцепился за него и потащил под руку.

— Потом поедим, когда я выберусь с Сектариума... то есть когда мы э-э-э перейдём на другую планету, я угощу тебя таким обедом, что ты на ногах стоять не сможешь.

— Да ну, правда? Что это на тебя нашло? Ни разу не видел тебя в таком хорошем настроении. Ну раз так, то позволь позаботиться о тебе, — сектант похлопал Криса по плечу. — Я удивлён, странно что ты сегодня такой разговорчивый, Майк, я думал ты молчун. Послушай, куда ты меня тащишь? Нам в другую сторону вообще! — сектант хохотнул. — Ты как всегда путаешься в трёх улицах. Ну ладно, ладно, пошли, я поведу.

Вдвоём они покинули площадь и двинулись в северную, по всей видимости наиболее населённую часть города. Кроме горожан здесь встречались также пришельцы самых разных мастей: одни из них были похожи на людей, другие на животных, а третьи не походили ни на что известное Крису. Четырёхрукие, многоглазые, левитирующие и ползающие, монстры были повсюду и, похоже, здесь было единственное место в городе, где им было разрешено появляться.

Жизнь в деловой части Семилунного, била ключом, даже несмотря на то, что на каждой улице в пределах видимости друг друга, стояли небольшие группы военных Метрополии. Окружающие старательно игнорировали патрули, пытаясь делать вид, что жизнь осталась прежней. Из обрывков случайно подслушанных речей, Крис узнал, что в западной части города уже ввели комендантский час. Военные установили там блокпосты, ограничив передвижение. Прохожие шептались, поглядывая на солдат, и судачили что не сегодня так завтра, Метрополия и перекроет центр. Крис с ужасом понял, что никто из них не верил словам Праудлиона.

Сектант по имени Гилдер завёл Криса в тихий, безлюдный переулок, подобный тем переулкам, что встречаются за изнанкой крупных городов. Стены зданий здесь были пыльными, слегка поблёкшими, а окна, выходившие на эту сторону либо, были закрыты драпировкой, либо закрашены отваливающейся краской.

К его удивлению, в переулке оказалось ещё девять сектантов. Они не общались и даже не стояли вместе, каждый, казалось, думал о чём-то своём. Так много настоящих сектантов сразу Крис ещё никогда не видел. А через мгновение он понял, почему все стояли далеко друг от друга.

— … Кастор, а помнишь, — раздался вдруг голос в ушах Криса, — как ты тогда на Кирхеме заснул?

Воздух взорвался от смеха, сектанты переговаривались при помощи встроенных в маски микрофонов.

— Сколько раз повторять, я просто упал, когда о камень споткнулся.

— А парни другое рассказывают. Говорят, ты чуть ли не бегом побежал к Йордам и сам маску снял, чтобы послушать их игру.

— Неправда! Я когда упал, у меня маска и слетела.

— Оправдывается теперь, — раздались другие голоса. — Радуйся, что мы тебя из рабства спасли.

— А сами-то не лучше. Вон Элитос, когда Кростера впервые увидел, так драпал, что его еле догнали.

Сектанты снова засмеялись.

— Кончайте болтать, — раздался голос, который, похоже, принадлежал их командиру. Перепалка тут же стихла. — Гилдер с Майком вернулись, пора возвращаться на базу.

Раздались одобрительные крики, сектанты, вместе с Крисом, выстроились в одну более или менее ровную колонну. Командир, у которого из-под маски выбивалась рыжая борода, на всякий случай их пересчитал.

— Все в сборе, — сказал рыжебородый. — Теперь можем идти. Сегодня моя очередь открывать портал.

Командир снял с пояса маленький нож и ловко покрутил в руках, проверяя баланс. Крис напрягся, ожидая, что произойдёт дальше, когда в переулок зашёл двенадцатый сектант. В руках он держал охапку фруктов и, похоже, был в хорошем настроении. Он замер, все уставились на него.

— Что с вами, парни?

— Кто ты такой? — прорычал командир.

— В смысле? Тебя что на солнышке перегрело Руфус?

Командир наставил нож на Майка так, словно тот мог стрелять.

— В последний раз спрашиваю, кто ты?

— Да Майк я, Майк!

— Минуточку. Я думал, что Майк это он, — Гилдер показал на Криса. Все тут же отпрыгнули от него.

Крис и настоящий Майк уставились друг на друга. Оба были в одинаковых масках и одинакового телосложения. Сектанты присвистнули.

— И как понять кто из них кто?

Рыжий пристально рассматривал обоих. Внезапно он указал на Криса и крикнул.

— Вот шпион, у него нет ножа! Прыгаем!

Сектанты бросились в разные стороны. Мгновение и они скрылись за стеной. Раздался гул, резкие хлопки. Крис бросился за одним из сектантов, но прежде чем он успел добежать до угла, оттуда раздался тот же странный гул. Крис завернул за угол. Тупик. Но в нём пусто, только глухая гранитная стена, без следа на какой-нибудь выход. Крис даже потрогал её, пытаясь отыскать секретный проход, но его там не оказалось.

Вокруг стало тихо. Только ветер завывал, разнося по нагретым камням мостовой мелкую пыль, да доносился откуда-то издалека гомон голосов.

— Я знала, что ты придёшь.

Крис вышел из-за угла гостиной. Старая Марта сидела к нему спиной и кормила очередного сумасшедшего с длинной, густой бородой.

— Как ты узнала, что я стою здесь? Я скрывал своё присутствие.

— Технологии, скрытность, мастерство: всё это не властно над теми, кто видит нити судьбы, переплетающие прошлое, настоящее и будущее.

— Только не говори мне, что ты видишь будущее.

— Конечно. Иначе откуда бы я знала, что ты вернёшься?

Крис начинал злиться.

— Ты смеёшься надо мной? Я ведь могу и уйти.

— О нет, — съязвила Марта, — какие могут быть шутки. Уходи! Да вот только ты не уйдёшь.

Крис направился к выходу, но тут же вернулся. Внутри он весь кипел, его ещё никто не выводил из себя так легко.

— Вот что. Я не верю во все эти твои штучки. Оставь их при себе. Ты уже дважды спасла мне жизнь, но это не значит, что я верю в твою магию, или вуду, или что ты там используешь.

Старуха фыркнула. Крис продолжал громче.

— Я вернулся не потому, что ты что-то там увидела в своей голове, а потому, что ты упоминала про знакомого, который может помочь мне. И либо ты говоришь, где мне его найти, либо я обойдусь и без его помощи.

Марта положила ложку на стол и повернулась к Крису. Золотые браслеты звякнули на её запястьях.

— Эх, молодёжь. Были ведь раньше времена, и люди, да куда только все подевались… Проблема вашего поколения в том, что вы верите только в науку. Но что такое наука, как не разгаданное волшебство? Впрочем, я не владею ни тем ни другим.

— Тогда откуда ты знала, что я вернусь? И откуда знала, что мне лучше не встречаться с Праудлионом?

— Меня ведут потоки Жизни и Смерти, я просто заглянула в них и увидела ответ. Тогда ты ещё не был готов принять мои слова, и я отпустила тебя. Но я знала, ты вернёшься, и вот, теперь ты готов.

Крис промолчал. Марта закрыла глаза, помассировала виски. Голос её изменился и задребезжал.

— Второго числа, месяца апреля, года триста двадцать четвёртого от основания Метрополии, на рыночной площади возле лавки торговца пестрицей, в двенадцать тридцать восемь, встретятся двое, чьи жизни тесно переплетены. Когда один из них проведёт другого между мирами, судьба междумирья начнёт изменяться, но в лучшую или в худшую сторону не знает никто. Так сказано и так сбудется.

Старуха посмотрела на Криса. Он, в свою очередь, подозрительно посмотрел на старуху. Уж не бредит ли она? Но старуха, похоже, была в своём уме.

— И как зовут того человека, который меня встретит на рынке?

— Галдахар.

— Что за дешёвое пророчество? Меня такими штучками не купишь. Могла бы просто сказать, что вы с ним заранее договорились и он будет ждать меня там. Кстати, он что, твой друг?

— Нет, нет и нет. Галдахар не друг ни мне, ни тебе. Он просто будет там и уйдёт, если ты хоть немного опоздаешь. Но боюсь, что тогда уже никто не сможет тебе помочь.

Терпение Крис лопнуло. Ещё никогда над ним так не издевались. Он вышел, громко хлопнув дверью. Марта грустно посмотрела ему вслед.

— Тени вот-вот поглотят наш мир. Как же мало времени осталось… Это ты ведёшь его к себе? Да… теперь я вижу. Надеюсь ему хватит сил, чтобы пройти свой путь и встретиться с тобой, о Многоликий!

Глава 32. Прыжок!

Крис не хотел идти на рынок. Тем не менее, в двенадцать тридцать пять он уже стоял неподалёку.

Он сам не заметил, как ноги вынесли его к торговым рядам и он стал околачиваться у лавки, с деревянной табличкой «Пестрица». Пестрицей оказались маленькие белые зверьки, похожие на горностаев. Они бегали в клетках и попискивали, глядя на Криса чёрными бусинками глаз. Работа у весёлого и грузного продавца шла бойко. К нему подходили то существа, похожие на львов, одетых в доспехи, то существа с забинтованным лицами, одетые в дорогие костюмы. Потом подошла пара четырёхруких и четырёхногих пришельцев. Они долго перебирали пестриц, что-то рыча торговцу, а тот порыкивал им в ответ. За ними выстроилась очередь — высокий худой то ли человек, то ли пришелец с бледным лицом, за ним троица маленьких инопланетян похожих на ходячие бочки на тоненьких ножках, а позади какое-то высокое насекомое со множеством ног и резким запахом. Торговец начал нервничать. Наконец, четырёхногие выбрали животных, кинули на стол кожаный мешочек и торопливо ушли.

Крис глянул на запястье. Часы моргнули, показав тридцать восемь минут. Последний покупатель расплатился и к лавке, впервые за долгое время, подошёл человек. У него были седеющие волосы, на голове он носил широкую, обветшалую шляпу, а при ходьбе опирался на деревянный шест. Его добротная некогда одежда была сильно потрёпана, на брюках, штанах и плаще виднелись многочисленные заплатки, а кожаные сапоги запылились и потрескались от частого использования. Мужчина этот даже по меркам Семилунного больше походил на нищего бродягу. Тем не менее продавец почтительно поздоровался с ним, и они начали оживлённо о чём-то переговариваться.

Крис наблюдал за ними, стоя возле соседней лавки, сделав вид, что заинтересовался черепами, лежавшими там. Человек в шляпе, купил целую клетку белых зверьков, попрощался с продавцом и пошёл меж торговых рядов. Крис двинулся следом. То и дело Галдахар останавливался, общаясь с другими продавцами. Было что-то в характере этого человека такого, что заставляло хмурых, уставших торговцев улыбаться при виде него. Казалось, он знал всех, был нужен и интересен всем, одновременно осознавая свою способность легко сходиться и общаться с каждым и не стесняясь пользовался этой способностью.

Когда странник остановился возле лавки старухи, торговавшей персиками, Крис решился подойти и заговорить с ним.

— Галдахар?

Торговцы вокруг зашептались. Галдахар краем глаза посмотрел на Криса, который в костюме и маске сектанта привлекал к себе слишком много внимания.

— Да, это я, но, должно быть, вы меня с кем-то спутали, молодой человек.

Галдахар обернулся по сторонам, улыбаясь своим знакомым. Затем с невозмутимым видом попросил старуху послать к нему домой посыльного мальчишку, расплатился за персики и пошёл дальше. Крис поравнялся с ним и пошёл рядом.

— Марта Нокс сказала мне, что вы можете провести меня между мирами.

— Ах Марта, — глаза Галдахара вспыхнули. — Похоже слухи правдивы, старуха и вправду сходит с ума. Жаль, раньше она мне казалась более рассудительной.

— Так значит, вы не собираетесь помогать мне?

— Говорю же вам, вы ошиблись. Я не тот человек, что вам нужен.

Галдахар ускорил шаг, но Крис успел заметить, как старик бросил беглый взгляд на пустую кобуру для ножа висевшую на его поясе. У Криса промелькнула внезапная догадка, и он догнал Галдахара.

— Откуда вы знаете, что у каждого сектанта должен быть нож?

Они уже вышли с рынка. Галдахар поставил клетку с пестрицей на землю и открыл. Маленькие белые зверьки тут же бросились наружу и разбежались в разные стороны. Галдахар хмуро посмотрел на Криса.

— Мы с вами не знакомы, но я хочу предупредить вас, молодой человек. Совсем недавно по Семилунному пронёсся слух, что один беглый преступник прогуливается в облачении сектанта по городу. На этом я спешу откланяться. Хорошего вам вечера.

Он приподнял шляпу и ушёл. Крис так и остался стоять посреди пустой улицы. Только пестрицы попискивали неподалёку, копаясь в куче мусора.

Крис обернулся, почувствовав чей-то взгляд. За ним наблюдали двое торговцев, оживлённо переговариваясь между собой. Он поторопился скрыться от них, завернул во двор и замер возле одной из стен, включая маскировку.

Если Галдахар не лжёт, то каким-то образом военные разузнали мой прошлый маршрут до Баргора Штросса и теперь Метрополии известно, что я раздобыл доспехи сектанта. Если так, то счёт пошёл на считанные минуты.

Крис не стал медлить и двинулся за Галдахаром, который уже практически скрылся за поворотом. Галдахар шёл быстро, несколько улиц Крис нагонял его. Старик хоть и торопился, но то и дело оборачивался, так что Крису постоянно приходилось прятаться. Правда теперь Крис всё чаще замечал, что не только прохожие на улицах обращали на него внимание, но и военные теперь открыто поглядывали на него.

По счастью, Галдахар свернул на совсем уж безлюдную, пустую улицу, где в домах то и дело попадались выломанные двери, а внутри зданий лежали кучи мусора и битых камней. Старик обернулся в последний раз, Крис спрятался за большой пальмой. Галдахар подошёл к калитке одного из домов и зашёл внутрь. Особняк оказался единственным на этой улице, где растительность во дворе была густой и сочной. Крис посмотрел сквозь прутья забора, но Галдахар уже скрылся внутри. Осмотрелся нет ли за ним хвоста: улица с обеих сторон казалась пустой. Он перелез через забор и оказался на сочном травяном ковре.

Окна усадьбы Галдахара были заколочены грубыми деревянными щитками. Крис замер перед приоткрытой железной дверью, не решаясь ни постучаться, ни войти. Сенсоры, встроенные в маску, подсказывали, что за дверью никого нет, но он не был уверен, способны ли они распознать скрытую ловушку. Крис осторожно приоткрыл покосившуюся дверь и заглянул внутрь.

Внутри царил полумрак, и лишь в щели через забитые окна пробивался свет, выхватывая многочисленные песчинки пыли, витавшие в воздухе. На полу лежали обрывки одежды, грязная посуда и остатки еды. По углам на линялых, обшарпанных диванах были свалены в кучу протёртые мешки и старая одежда, покрытая толстым слоем пыли.

Внезапно воздух заплясал языками огня. Крис бросился вниз, и только это спасло ему жизнь — над головой пронеслась широкая огненная волна. Он попытался вскочить, но ноги запутались в лямках одного из рюкзаков, и он неуклюже повалился на пол. В этот же миг Галдахар с пылающим ножом накинулся на него и придавил к земле. Стальные пальцы схватили Криса за горло так легко, словно он игрался с ребёнком. Крис закашлялся и обеими руками вцепился в руку, держащую раскалённый нож, с лезвия которого с шипением стекали капли огня. Крис попытался извернуться или разжать пальцы, но Галдахар пригвоздил его коленом к земле. Перед глазами заплясали чёрные мошки, старик занёс раскалённый добела клинок над его грудью. По стенам заходили длинные тени, отбрасываемые пляшущем на лезвии пламени.

Ему наконец удалось извернуться и ударить старика ногой под рёбра. Хватка Галдахара на миг ослабла. Этого хватило, чтобы Крис сбросил его с себя. Они покатились по полу, борясь и колошматя друг друга. Крис вцепился в нож, и на миг ему показалось, что он вот-вот вывернет его из хватки Галдахара, но затем пальцы соскользнули из-за прокрутившегося кольца на рукоятке ножа и он потерял полученное преимущество. Ещё миг и покрасневший от натуги Галдахар снова пригвоздил к полу, поднёс пылающее лезвие к защищённому горлу Криса и надавил. Кольчуга на шее заскрипела, начав раскаляться, пламя обдало лицо сильным жаром. Крис закричал пытаясь вырваться, но у него не получилось.

Галдахар навис над ним всем телом, продолжая давить раскалённым клинком на горло.

— Что ты видишь? — прокричал он, тяжело дыша, и показал пустую левую ладонь. — Говори!

Жар от клинка стал просачиваться сквозь броню, Крис попытался вырваться вновь.

— Говори, — Галдахар встряхнул его.

Над ладонью старика появилась переливающаяся, объёмная фигура. Фигура крутилась, сворачивалась внутрь себя.

— Пирамида… это пирамида… — прохрипел Крис.

— Опиши её.

— Она двигается в пространстве… теперь изменилась и стала воронкой…

Нож палил невыносимо, Крис закричал от боли. Галдахар надавил ещё раз, а потом поднялся. Фигура, висевшая над его ладонью, исчезла. Огненный нож поморгал и погас, превратившись в самый обычный кусок острого металла. Галдахар протянул ему руку. Крис замешкался, но взялся за ладонь и теперь стоял напротив пожилого мужчины. Оба тяжело дышали.

Крис проиграл в честной схватке и осознавал это. В полумраке лицо Галдахара казалось особенно старым. Его скулы избороздили первые морщины, под глазами залегли глубокие мешки. По тощей фигуре, узким плечам и маленькому брюшку обычному для такого возраста, никак нельзя было сказать о той огромной силе, которой старик обладал.

— Я проверял тебя, — сказал Галдахар всё ещё тяжело дыша. — Эфериум видят только те, кто им владеют. Я должен был убедиться, что ты не шпион Метрополии.

— Убедился?

— Ещё не решил. Сними-ка маску, сынок.

Последнее слово было сказано презрительно, но Крис постарался не придавать этому значения. Он поднял потяжелевшие после драки руки, снял маску с лица. В комнате стало темнее. Галдахар воздел палец к небу, над ним заплясал язык пламени. Крис поморщился от яркого света. Старик пристально всматривался в его лицо, но внезапно его глаза округлились. Пламя на пальце погасло.

— Метрополия меня дери, быть такого не может быть…

— Ты о чём?

Крис провёл по лицу ладонью, словно пытаясь смыть невидимый след. Но на ладони не осталось никаких следов. Вместо ответа Галдахар убрал свой нож.

— Зачем ты пришёл? — спросил он.

— Я же говорил. Марта Нокс сказала мне, что ты можешь провести меня между мирами.

Галдахар выругался.

— Так значит ты не шутил тогда на улице. Ох уж эта старуха, суёт свой нос, куда её не просят. От неё только одни проблемы, — Галдахар отвернулся и стал рыться в мешках. — Она обманула тебя, — сказал он через плечо. — Найди кого-нибудь другого.

— Мне некуда больше идти.

— Я ничем не могу тебе помочь. Убирайся.

Галдахар нашёл в мешке продолговатый матовый цилиндр, сунул его в карман и повернулся к Крису.

— Я же сказал, убирайся. Ты что не слышал? Проваливай к ларгору! — Галдахар начал двигаться на Криса, намереваясь силой вытолкать его из своего дома, когда с улицы раздался гул сирен. Лицо старика перекосилось, он бросился к заколоченным окнам. — Ты привёл за собой хвост!

Он выругался на нескольких языках. С улицы раздался топот множества ног и скрежет шагоходов.

— Прокля́тая Метрополия, как не вовремя! У меня блок ещё семь минут.

Галдахар кинул Крису один из валявшихся на полу рюкзаков. Крис автоматически поймал рюкзак.

— Не стой столбом, — крикнул Галдахар, носясь по комнате. — Хватай всё, что видишь. Без тебя мне всё не унести. Мы сваливаем отсюда.

Старик нагрузил на Криса три объёмных рюкзака, а сам схватил пять. Шатаясь под тяжестью, они пошли в соседнюю комнату. Военные уже кричали, снаружи пытаясь высадить входную дверь, и выломать ставни.

Комната оказалась маленькой кладовкой, на полу стопками лежали бумаги. Галдахар достал зажигалку и принялся поджигать их. Огонь нехотя начал пожирать пожелтевшие листы, на которых загорались, истлевая непонятные символы.

В дом вломились. Галдахар вытащил из рюкзака два бластера. Один швырнул Крису, а сам пальнул в проход.

— Надеюсь ты хотя бы пушку держать умеешь? — крикнул старик, пытаясь перекрыть грохот атомных ружей и взрывы плазмовиков.

Вместо ответа Крис двумя выстрелами сразил ближайших военных.

— Прекрасно.

Старик бросился поджигать другие вещи в комнате. От дыма Крис закашлялся, а Галдахар швырнул два рюкзака в распалившийся огонь.

Некоторое время Крис успешно отстреливался, и военные не приближались. Один из командиров в тяжёлой штурмовой броне попытался прорваться, но Крис меткими выстрелами вывел его сервоприводы из строя. Командиру пришлось отползать под прикрытием своего отряда.

Толстая гранитная стена служила хорошей защитой, даже атомные пули не брали её. Но время играло против них. Раздался очередной шквал огня, в них нвырнули две гранаты и только чудом Крис смог подбить их в воздухе. Оглушённый взрывом, он крикнул Галдахару.

— Почему мы медлим?

— У меня блок, разве не ясно? Надо продержаться ещё пару минут.

Огонь в кладовке распалился так сильно, что от жара стали трещать волосы на голове. Военные вновь пошли в атаку, но Галдахар достал лучемёт, бесстрашно вынырнул из кладовки прямо под шквал выстрелов, а потом бросил вперёд свето-дымовую шашку.

— Получайте Метропольские твари!

Раздались крики разбегающихся солдат вперемешку с руганью. Маленькую комнату, заполненную огнём, осветила яркая вспышка. У Криса, зажавшего уши, зазвенело в голове.

— Это остановит этих ублюдков на какое-то время, — буркнул Галдахар.

С улицы послышался скрежет сминаемого металла: похоже тяжёлая техника ломала изгородь. Ободрённые подходом мехов головорезы вновь бросились в атаку.

— Задержи их чуть-чуть, — Галдахар кинул Крису второй бластер и нырнул обратно в кладовку. Крис принялся стрелять с обеих рук.

Позади раздался знакомый ровный гул. Крис обернулся. Старик стоял с пылающим ножом возле покачивающейся в воздухе бреши, похожее на мерцающее ртутное зеркало. Зеркало в форме овала, слегка дрожало и крутилось в воздухе вися в полуметре от пола.

С громким свистом в соседнюю комнату влетела ракета. Криса швырнуло на землю, по гранитной стене прошла длинная трещина. У него зазвенело в ушах, он перестал что-либо понимать. Галдахар орал и махал перед лицом, но Крис не реагировал. Старик поднял его и силой потащил к открытому порталу. Позади них в пылающую кладовку врывались военные, но было уже поздно. Ноги Криса дотронулись до края висевшего перед ним ртутного зеркала и…

9 сентября 2016 — 22 мая 2022 года

Конец первой книги

Техническая информация:

Данный текст не предназначен для использования в датасетах и/или машинного обучения в каком-либо виде. Спасибо за понимание.

Глава 33. Между мирами

«Друзья, с этой главы начнётся вторая, платная книга на Литрес.

Но для Вас, я решил не дробить её на части и продолжать выкладывать тут, по-прежнему бесплатно (но всё может измениться, кто знает?)

Благодарю, что продожаете читать и добрались до столь важной отметки для всего сюжета.

Искренне ценю Ваше внимание, с уважением, Тарин Дэйв»

…верх перемешался с низом, пространство скрутилось в огромный чёрный туннель, где замелькали, проносясь мимо, длинные цепочки звёзд. Каждую клеточку тела пронзил холодный воздух. Крис попытался закричать, но не смог даже пошевелиться, ощущая, что завяз в чём-то очень твёрдом. Пространство вокруг вскипело, кружась в неимоверном вихре, его потащило вниз, на самое дно образовавшейся в пространстве воронки, попутно скручивая и разрывая на тысячи мелких кусочков и…

…со всей силы швырнуло на твёрдый песок.

Мир вокруг качался и плыл. Постепенно сознание возвращалось, а вместе с ним и боль. Крис лежал лицом вниз, мелкие песчинки забились в рот, скрипели на зубах, мешали дышать. Он попытался двинуться, но тело едва слушалось. Застонав от боли, Крис с огромным усилием оторвал голову от раскалённого песка, сплюнул кровью и снова упал обратно.

Силы возвращались, он смог перевернуться на спину. В глаза ударило жёлтое солнце. Рядом хрипел Галдахар. Крис попытался присесть, но опять упал лицом вниз. Только со второй попытки у него получилось зафиксировать себя. Голова по-прежнему кружилась, руки и ноги слушались с трудом.

Крис огляделся. Ласковое золотое солнце сияло в изумрудной глади безмятежного озера. За песчаным пляжем возвышались поистине исполинские деревья. Листья древесных гигантов шумели высоко в небе, напоминая живой зелёный ковёр.

Крис присвистнул. Прежде он и сам выращивал на своём летающем острове лес и считал, что по праву мог гордиться им. Но его собственные деревья показались ему чахлым кустарником в сравнении с гигантскими, величественными исполинами, росшими здесь. Каждый из этих гигантов не меньше мили в высоту и толщиной под сотню метров в диаметре. Даже листья, лежавшие на песке, были больше человека.

Постепенно Крис осознавал, что перед ним определённо был иной, неизвестный прежде мир.

— У нас получилось, — крикнул он. — Мы на другой планете, старик!

Старик выругался, попытался перевернуться на спину. Шатаясь, Крис подошёл к нему, желая помочь, но Галдахар ловко извернулся и оттолкнул его ногами. Крис сделал пару неловких шагов назад и тяжело упал.

— Глупец, — старик закашлялся. — Мы чуть не умерли из-за тебя.

Галдахар снова закашлялся, но сумел приподняться. Его лицо было в мелких песчинках. Он сплюнул кровью, схватился за правую руку, безжизненно повисшую вдоль туловища, открутил рукоятку ножа, посмотрел внутрь.

— Пусто — ненавидящим взглядом он уставился на Криса. — Из-за тебя я потерял все силы, теперь мы надолго застряли здесь.

— Что ты несёшь, старик? У нас же получилось перейти на другую планету.

— Получилось? Мы совсем не там, где должны. И в этом полностью твоя вина.

— А я здесь при чём? Ты же открывал портал.

Галдахар вытащил из песка нож.

— Ты сдвинул кольцо на ручке, вот причём! Теперь мы очень далеко от Семилунного и на этот прыжок я израсходовал все свои силы. Если бы я только знал, я взял бы с собой больше…

Старик осёкся и принялся копаться в песке.

Крис вспомнил. Действительно, когда мы боролись, одной рукой я пытался выколоть Галдахару глаза, а другой вцепился в нож и случайно прокрутил кольцо на рукояти. Но тогда я не придал этому значения.

— Ты сам виноват, что не проверил свой нож. Откуда я мог знать, для чего служит кольцо на рукояти?

Галдахар взвыл от бессильной ярости и несколько раз воткнул лезвие в рассыпчатую, песчаную почву, а затем, ни слова не говоря, бросился на Криса. Но Крис выбил нож из рук старика и отшвырнул его назад. Описав дугу, нож исчез. Галдахар упал на спину, из его груди вырывались громкие хрипы. Крис сидел и ждал, что в этот раз предпримет взбесившийся старик. Но Галдахар успокоился и встал. Взгляд его стал более осмысленным.

— Проклятье, — выругался он. — И угораздило же меня так вляпаться. Теперь для меня всё будет кончено... Если бы я был один, у меня не ушло столько сил на прыжок. А! Что мне с этого теперь? Они скинут меня, едва только узна́ют, что я потерял свою силу, а они непременно узна́ют обо всём...

Крису показалось, что старик бредит, но Галдахар поднялся и отряхнулся.

— Вставай, — сказал он, не глядя на Криса, — тут неподалёку дом Крома…

— Чей дом?!

— Дом Крома. Он жил в нём восемьдесят пять лет назад.

Крис замер.

— Не стой столбом, надо отдохнуть, а то внутренние органы могут отказать от излишней нагрузки. Надо отдохнуть, — повторил Галдахар. Он побрёл вглубь леса, опираясь на шест, и больше не обращал внимания на Криса.

Крис пошёл следом. Всё тело ломило от боли, перед глазами стояла чёрная пелена, он еле передвигал ногами. Галдахару было не лучше, пару раз старик падал и подолгу лежал, прежде чем подняться и пойти дальше. Крис брёл под гнётом усталости вперемешку с болью. На земле, как во сне, проносясь перед глазами, мелькали высокие корни посреди бесконечно длинного поля, поросшего синими и жёлтыми цветами. А над головой беспрерывно шелестело зелёное покрывало листьев.

До дома Крома оказалось минут десять ходьбы, но у них дорога заняла больше часа. Двухэтажный сруб был сколочен из длинных брёвен, вырубленных прямо из упавшего гигантского дерева, лежавшего неподалёку. Возле ступенек стояли две каменные многоликие фигуры, с оскаленными клыками, торчавшими из-под масок.

Крис немного отстал, чтобы напиться из ручья, протекавшего возле хижины. Когда он вошёл внутрь грубого дома, старик с седеющими волосами храпел на скамейке, прикрывшись плащом.

Из последних сил Крис поднялся по ступенькам на второй этаж. В комнате стояла большая трёх спальная кровать, накрытая балдахином, да несколько шкафов с книгами. Едва не теряя сознание от усталости, Крис доплёлся до кровати, стянул доспехи и провалился в глубокий, беспокойный сон.

Ему снились кошмары. Он бежал от чего-то большого и бесформенного. Это нечто уже протянуло к нему щупальца, а потому он упал и всё падал и падал…

И приземлился в свою кровать. Грянул гром, вспышка молнии выхватила фигуру Галдахара. Блеснул поднятый нож и безумные, выпученные глаза старика. Крис попытался встать, но не смог. На его груди лежало нечто тяжёлое, похожее на свинцовый кирпич. Он попытался пошевелить хотя бы пальцем, но тело не подчинялось. Снова вспыхнула молния, рука с ножом понеслась к горлу...

Но его опять захлестнула чернота, и Крис снова полетел вниз. Теперь кошмары ушли, он очутился на залитом солнцем цветочном поле. Он стал маленьким ребёнком и бежал по густо выстеленному цветами полю. Ему было тепло, солнце припекало, а он всё бежал, задевая кончиками пальцев высокую траву…

Проснулся Крис от того, что сквозь дыру в крыше пробивалось солнце. Прорвав балдахин, через с потолка проросли длинные витые стебли, распустившиеся маленькими белыми цветами. Цветы эти укрыли Криса поверх одеяла, и из бреши в крыше било яркое солнце. Он попробовал поднять цветочное одеяло, но оно рассы́палось на отдельные стебли и цветы. Его прежнее одеяло исчезло, а он сам, похоже, теперь лежал под настоящим цветочным ковром.

Крис повернулся и носом ударился о рукоятку ножа, воткнутого в перекладину кровати. Он похолодел несмотря на духоту в комнате, и с усилием выдернул нож из деревянной балки.

— Так значит это был вовсе не сон…

Крис почувствовал в углу комнаты чьё-то присутствие.

— Кто здесь? — спросил он, пряча нож под одеяло.

— Уарррраммм, — донеслось из угла и нечто невидимое процокало когтями через всю комнату. Раздался шелест, неуловимое существо всползло на крышу балдахина, зафыркало и подтянулось к краю. Медленно, существо выглянуло вниз головой из-за балдахина. На Криса уставилась пара внимательных жёлтых глаз.

— Не бойся, — сказал Крис. — Я не причиню тебе вреда.

Он показал зверьку пустые ладони. Существо прянуло длинными, зелёными ушами, и спрыгнуло на кровать. У низкого, едва по колено, создания оказались большие жёлтые глаза, зелёная кожа, чёрные волосы до плеч, длинные уши и острые маленькие зубки.

— Уарамм, — сказало существо, принюхиваясь к цветам.

— Тебе нравится их запах? — Крис протянул зверьку один бутон. Существо сунуло его в рот и подпрыгнуло от удовольствия.

По комнате тут же зацокали другие коготки, и вскоре ещё несколько таких же малышей, которых Крис про себя окрестил Уарамм, оказались на кровати. Уарамм носили одежду, сшитую из маленьких шкур. Привлечённые шумом сородичей и запахом цветов, откуда-то из углов и щелей выбрались остальные Уарамм. Вскоре уже тринадцать этих малюток прыгали вокруг него, весело поедая свежие цветы.

Крис быстро подружился с Уарамм. Они хохотали и лезли к нему, им нравилось, когда Крис их щекотал. Он немного подурачился с ними, а потом вздохнул.

— Мне пора одеваться. Можете оставаться здесь, если хотите.

Он поднялся, натянул штаны и сапоги. Двое Уарамм, попытались надеть его доспехи, но согнулись под их тяжестью. Крис рассмеялся, освободил малышей из-под доспехов и надел на себя. Малыши запищали, прыгая вокруг него, играя и веселясь, пока он одевался.

Наконец, Крис сделал самое главное. Осторожно, чтобы Уарамм не заметили, вытащил нож из-под одеяла и закрепил на поясе.

— Прощайте, малыши. Папочке надо кое с кем разобраться.

Но Уарамм снова запищали и увязались за ним.

— Может, останетесь? — Крис улыбнулся и погладил одного малыша.

Уарамм закачали головами, их жёлтые, выпуклые глаза наполнились слезами.

— Ладно, ладно, — проворчал Крис. — Так уж и быть, можете идти со мной, только не жалуйтесь потом, что я не пытался вас отговорить.

Уарамм закувыркались, запрыгали от радости. Они соскочили с кровати и довольно быстро побежали вперёд. Несколько Уарамм съехали с перил, остальные шлёпали длинными ногами, прыгая с одной ступеньки на другую.

Крис в очередной раз проверил, хорошо ли вытаскивается нож. Не было никаких сомнений, этой ночью Галдахар пытался прикончить его, но почему-то не довёл дело до конца. Впрочем, это было неважно, они оба знали, что будет дальше. Он начал спускаться по лестнице, чтобы найти старика и покончить с ним. И единственное, о чём он жалел сейчас, что желтоглазые малыши не остались наверху.

Как Крис и предполагал, в доме было пусто. Он быстро нашёл след, ведущий через покрытое золотистой травой поле. Вскоре впереди блестнуло озеро, на песчаном берегу которого сидела худая, сгорбившаяся фигура старика. Его залатанный плащ казался ещё более жалким, чем обычно.

Крис достал нож, Уарамм испуганно бросились в разные стороны. Крис знал, что Галдахар слышал его шаги. Он подошёл к нему со спины, но прошёл мимо. Старик не шевелился, правая его рука продолжала безжизненно лежать на земле. Нож Крис положил на видное место между ними, а сам нагнулся и умылся тёплой водой. Когда он повернулся, нож остался лежать на том же месте. Крис хмыкнул и устроился поудобнее рядом со стариком. Они сидели молча глядя на воду.

В озере золотилось безмятежное солнце, листья гигантских деревьев шумели над головой. Крис прищурился от удовольствия.

— Тут так тепло, будто лето уже в самом разгаре. У нас в городе в это время ещё прохладно, тёплые месяцы только в мае начинаются. Май июнь, а потом осень приходит и снова к холоду клонит природу.

— На Элизиуме в любое время тепло, причём по-хорошему, без жары, — сказал Галдахар, глядя на противоположный берег, где мерно колыхались стволы гигантских деревьев. Он откинулся назад опрёшись на здоровую руку.

— Красиво тут… Здесь всегда такая буйная растительность?

— Почти, — буркнул Галдахар. а потом взглянул на Криса. — Я знаю, зачем ты пришёл. Делай то, зачем пришёл, не томи мою душу.

— Всему своё время. Вначале я хотел узнать, что тебя остановило? У тебя были все шансы меня убить.

— Ты прав, я должен был довершить дело до конца… Но само это место встало на твою защиту: едва я хотел тебя ударить, как священное дерево Кхор пробило крышу и вокруг тебя распустились цветы. Я просто не смог убить тебя после такого. Это был знак, понимаешь?

Старик в упор посмотрел на Криса, а потом снова отвёл взгляд.

— Я не виноват, что ты открыл не тот портал.

— Дело не в портале. На самом деле я поражён, что мы вообще сумели переместиться… Нас должно было разорвать между пространствами, моих запасов Эфериума не хватило бы на нас обоих. Ты каким-то образом сумел разделить со мной часть платы за переход. Если честно, то я впервые слышу о чём-то подобном…

— Тогда почему ты хотел убить меня? Неужели из-за того, что лишился своих сил?

— Ты не понимаешь… хотя это тоже повлияло, но не было главной причиной.

— Тогда что?

Галдахар поковырялся веточкой в песке.

— Метрополия с каждым годом расширяет свои границы, захватывая и колонизируя всё большее число планет. Но головорезы не только оккупируют планеты, некоторые из них тайно даже от своих ищут любые следы Крома. Они ищут его оружие. И сейчас, спустя семьдесят с лишним лет после исчезновения Крома, шпионы головорезов готовы уничтожать целые семьи и поселения других людей ради любой информации о нём.

— Чем дальше я захожу, тем больше людей говорят мне о Кроме.

— Я тоже не верил, что он существовал, пока однажды, в 289 году не наткнулся на старика, который его ещё помнил… С тех пор я начал свои поиски, искал больше пяти лет и нашёл эту планету. Его планету.

— Ту самую, на которой он уснул?!

— Если бы, — вздохнул Галдахар. — Элизий, где мы находимся сейчас, и есть то место, где долгое время жил Кром. «Но зло разрослось меж миров, достигая великих гор». В этом стихе поётся об Элизие.

Крис фыркнул.

— Ну и где здесь горы?

— Сказители, что с них взять, любят приукрашивать. Суть в другом. Я нашёл один мир, в котором жил Кром понимаешь? Я изучал Элизий долгие годы и уверен, что почти разгадал, куда исчез Кром потом.

— Думаешь, он ещё жив? Ему, наверное, за сотню. Кому нужен дряхлый старик?

— Может он действительно дряхлый старик и «спит» давным-давно. Но всем интересно другое. Его оржие. Вот оно и вправду поражает воображение. О нём упоминается в разных песнях, и во многих говорится, что Кром мог прорезать им горы как масло. И оружие это наверняка лежит где-то рядом со «спящим» уже Кромом. А теперь задумайся, сколько вреда можно причинить Метрополии, имея в руках такое оружие? И сколько вреда может причинить Метрополия, заполучи она эту мощь себе?

Перед Крисом всплыли выжженные, горящие огнём, полыхающие раскалёнными углями планеты. Он вздрогнул.

— И поэтому ты хотел убить меня? Чтобы скрыть тайну оружия от Метрополии?

Галдахар вздохнул.

— Не совсем. Я разозлился. Разозлился на тебя, как никогда в жизни ни на кого не злился. Возможно, ты совершил роковую ошибку. Метрополия может проследить, куда ведёт открытый нами портал… По крайней мере, в какую сторону он ведёт… Представь, что будет, если они найдут планету Крома. Они испоганят, перероют, вытопчут её железной пятой, чтобы собрать всю информацию о нём.

— Так ты сказал, что не нашёл здесь ничего кроме его дома и статуй.

— Я любитель, а в Метрополии работают профессионалы. Они не остановятся, пока не перероют тут всё. И тогда этому прекрасному миру придёт конец. Впрочем, будем надеяться, что у них не выйдет взять след. Всё-таки мы подожгли комнату за собой, и вряд ли туда кто-то смог сунуться из-за сильного жара.

— Тогда я не понимаю, что так разозлило тебя. Ищейки Метрополии не смогут проследить нас до твоей планеты, а мне не нужен ни сам Кром, ни его оружие. В чём твоя проблема?

Галдахар уставился в песок.

— Много лет назад, я ушёл далеко от исследованных миров и нашёл Элизий. Здесь я отдыхал от всех, когда хотел остаться в одиночистве или восстановить силы. До тебя тут не было ни одного человека, кроме меня и Крома. Это мой мир, понимаешь, мой? Я не хотел делиться им ни с кем…

— Что ты несёшь старик, убивать из-за такого?!

— Я знал, что ты не поймёшь, — сказал Галдахар. — Этот мир хрупок и чист. На него никогда не ступала нога современного человека, и я не хочу, чтобы ступала. Если об этом мире узнает Метрополия, она истопчет, изгадит его, сделает похожим на все другие планеты, где побывала… Пройдут десятки лет, и все деревья здесь будут вырублены, повсюду окажется бесконечный мусор и люди, которые не ценят этого места… Тебе не понять старого человека. Я очень устал от людей… Доведи дело до конца. Делай то, зачем пришёл. Всё равно мне долго не прожить без моей силы.

Галдахар закрыл глаза и опустил голову. Крис поднялся на ноги и стоял, покачиваясь над стариком. Внутри кипела холодная ярость. Он посмотрел на лезвие ножа, а затем изо всей силы метнул острый клинок.

Галдахар вздрогнул. Клинок по самую рукоятку вонзился в песок возле носков его сапог. Крис присел рядом со стариком.

— Какое странное место… Какой странный мир… — сказал он, глядя в солнечную даль. — В Метрополии я убивал и за меньшее, но, похоже, сам стал странным, попав сюда… Знаешь, я, кажется, понял, о чём ты говорил. У меня тоже было место, куда я не допускал других людей. Моя святыня... Мне нравится твоя планета, я вижу её первозданную, природную красоту. Я понимаю твой выбор и уважаю его. Только давай договоримся сразу, не пытайся больше меня убить…

— Обещаю, — сказал Галдахар.

Крис почувствовал, как воздух вокруг разрядился. Между ними не было больше недопонимания и вражды.

Стоял тихий солнечный день. Озеро переливалось золотом, свежий ветер шелестел зелёным ковром высоко над головой. Крис подставил лицо ласковым солнечным лучам и полной грудью вдохнул свежий воздух нового мира.

Глава 34. Крис вскрывает карты

— Знаешь, а ведь ещё восемь дней назад я и мечтать не мог оказаться в подобном лесу. Такие величественные деревья стоили бы миллиарды кредиток, на Лотариуме. Забавно… однажды Ник, мой друг, купил яблоню на аукционе. Он держал её в своём роскошном доме под стеклянным куполом, на самом видном месте, в главном холле первого этажа. И вот, как-то раз Ник пропал на две недели, так что я забеспокоился и пришёл к нему домой проведать его. Представь, захожу я в его особняк, а он весь бледный сидит возле своего дерева, листья которого пожелтели и опали. Мы долго искали, в чём причина и как вылечить ту яблоню. А потом оказалось, что она не заболела, просто тогда наступила осень и все земные деревья в это время скидывали листья… Смешная история на самом деле, но Ник отказался заниматься саженцами после подобного потрясения. Я же, наоборот, так заинтересовался, что сам начал выращивать деревья на своём летающем острове. Кстати, а ты знал, что они скидывают листья?

Галдахар помотал головой.

— Я попал на Семилунный в 284 году зелёным мальчишкой семнадцати лет, во время второго заселения. На Лотариуме я толком ничего не видал, кроме своих трущоб да катакомб под городом. В ту тёмную пору моей жизни мне сложно было бы даже представить, как выглядит обычное дерево. А теперь, оказавшись между мирами, я знаю, что большинство миров непохожи друг на друга. Улыбаюсь, когда вспоминаю, каким глупым, зашоренным мальчишкой был. Скажи мне тогда кто-нибудь, что на деревьях некоторых планет совсем нет листьев, да и самих деревьев в привычном нам понимании тоже нет, я бы и не поверил. А такие миры существуют, много их. Хоть та же Корга-7. Там живут каменные существа, и всё у них состоит из камня, даже вода.

Крис попытался представить планету, где всё, включая растения и животных состояло из камня, но не смог. Он подобрал маленький прутик и принялся водить им по песку.

— Погоди-ка, — медленно произнёс Галдахар. — Ты сказал, что выращивал деревья на своём летающем острове. Значит, ты был не простым человеком в Метрополии. Неужели ты из тех, кто окончил ту самую школу, школу Элиты?

Крис бросил быстрый взгляд на Галдахара. Старик продолжал.

— Внешне силён, но не похож на Вэлита. Думаю и не Сэлит, они слишком умны и погрязли в своей науке. На Мэлита тоже непохож, знавал я одного, так он только о деньгах и о бизнесе говорил. Хмм, какой сложный выбор… думаю, что ты Пэлит: достаточно сумасшедший, чтобы желать вернуться обратно в гадюшник Метрополии. Что, не угадал?! Неужели ты, мать его, настоящий Рэлит, прямо из самой верхушки этого грёбаного правительства?

Крис кивнул, старик присвистнул от удивления.

— Ещё один, — фыркнул Крис. — А ты откуда узнал про градации нашего Братства, причём так хорошо? Это закрытая информация.

Галдахар рассмеялся.

— Я уже достаточно пожил на этом свете и многое знаю, мой мальчик. Слухи наполняют мир, надо только внимательно слушать. Но ирония в том, что чем дальше ты заходишь между мирами, тем больше становится слухов. Кстати, кто ещё тебя раскусил?

— Мэр Семилунного, конечно. Такое ощущение, что у вас только ленивый не знает про наше закулисье. Уж явно не от нас. У нас обычным людям по метровизору преподносят, что окончившие школу Элиты становятся госслужащими на пожизненной зарплате у правительства. Достаточно большая золотая морковка перед носом родителей, чтобы чуть ли не каждый хотел отдать своих детей в подобную школу. Не знаю, откуда тебе стало известно, что нас там разделяют на когорты, но впредь советую держать подобные знания при себе. Другой Рэлит прихлопнул бы тебя за одно только упоминание о чём-то подобном.

— Но ты не такой, — заметил Галдахар. — Тебя искали головорезы Метрополии, а это о чём-то да говорит. Мы оба знаем, что шавки без команды не тявкают… Может, уже расскажешь наконец, почему, Метрополия тебя дери, за тобой охотится Член Элиты? Нет?! Конечно, ты можешь молчать, право твоё, но тогда и я не гарантирую, что и дальше буду тебе помогать.

Крис продолжал водить палочкой по песку.

— Хорошо, — наконец сказал он. — Только имей в виду, что я и сам не всё помню, Элеонора Райт или кто-то ещё, основательно покопалась в моей.

Крис начал свой рассказ с того самого момента, как понял, что вокруг него стала стягиваться невидимая паутина лжи. Он открыл старику, как сбежал с базы военных через храмовый портал, как обнаружил, что на Семилунном за ним следят, а Праудлион хочет его убить. Галдахар внимательно слушал, временами бросая пристальный взгляд на Криса, его губы поджимались, но он делал над собой усилие и молчал.

Единственной деталью, которую Крис скрыл от старика, был тот страшный удар Праудлиона. Когда юный, худой Член Элиты за долю мгновения впечатал в землю Маркуса Дрейка. Дрейк был смертельным врагом, которого Крис не мог победить много лет, а Праудлион сделал это даже не вспотев. И эта дикая, безудержная сила щуплого юноши из Элиты, до сих пор ужасала Криса, напрочь сковывая мысли — так далеко она выходила за все лимиты его представлений о силе.

Удар Праудлиона был столь мощным, что двухсоткилограммовый телохранитель, стоявший слишком близко, отлетел, отброшенный воздушной волной, и столь быстрым, что даже совершенная оптика, встроенная в маску сектантов, показала лишь смазанную траекторию, но не сам удар. Он почти остановил видео, но даже тогда смог увидеть только начало и конец лёгкого движения левым плечом…

Но Маркус Дрейк был лишь рядовым, цепным псом на побегушках у Члена Элиты, которого проучил хозяин. И сейчас Праудлион, владелец сотен таких цепных псов, охотился именно за Крисом, поклявшись на крови, что уничтожит его собственными руками.

И что хуже всего, Крис даже не знал, из-за чего вдруг Член Элиты лично возненавидел его — когда он очнулся в подземной лаборатории военных и сбежал оттуда, то обнаружил, что часть его воспоминаний была грубым образом стёрта Элеонорой Райт.

Крис предполагал, что именно из-за этих, утраченных воспоминаний, за ним и охотился Праудлион. Но сам Крис не помнил, что было скрыто в чертогах его собственного разума. И это терзало его сильнее всего — он был самым разыскиваемым преступником между мирами, но даже не знал, почему его жаждет лично убить Член Элиты, один из правителей могущественной Метрополии, раскинувшей свои сети на сотни планет…

Когда Крис замолк, старик поднялся на ноги. Лицо его сделалось грустным, а морщин как будто стало больше. В голове его крутились свои, совершенно неведомые Крису мысли.

— Похоже, Марта Нокс тебя не обманула, — левой рукой Галдахар поднял безжизненную правую и отпустил. Рука безвольно закачалась вдоль туловища. — Понятия не имею, откуда старуха всё узнала, но, мне кажется, теперь я начинаю понимать, почему Метрополия охотится за тобой. Жестокие, бессердечные твари...

— О чём ты?

Галдахар огляделся вокруг. Уставшие, в серых прожилках глаза забегали по озеру. Он обернулся и всмотрелся в чащу, растущую на берегу.

— Ты ведь хотел вернуться на Лотариум?

— Хотел, пока не встретил Праудлиона, — Крис помрачнел. — А что, ты знаешь, как туда добраться? На Семилунном мне говорили, будто обратной дороги нет.

Галдахар вздохнул. Его правая рука до сих пор безжизненно болталась вдоль туловища.

— Выход всегда там же, где и вход. И да, я знаю, как вернуться на Лотариум. Попасть можно куда угодно, был бы необходимый кристалл и смелость для прыжка. Вот только боюсь тебя расстроить, эта дорога пока закрыта, если, конечно, ты не хочешь, чтобы головорезы Метрополии доставили тебя домой по частям в чёрном мешке.

Крис открыл было рот, чтобы возразить, но Галдахар поднял левую руку.

— Послушай, как бы ты ни спорил, как бы не хотел, но мы не можем вернуться прямо сейчас. Я потерял все силы, заплатив несоразмерную цену, чтобы мы выжили в прошлом прыжке между мирами, и теперь мне нужно время восстановить их для нового скачка. Тебе тоже необходимо восстановиться, хоть ты этого и не ощущаешь, потому что бо́льшая часть расплаты пришлась на меня… — Галдахар замигал, глядя в пустоту. — Но ты не переживай, мы проведём это время с пользой. Прежде чем ты вернёшься на Лотариум, я многому обучу тебя и…

— Обучишь? Ха, этой ночью ты пытался убить меня, а теперь говоришь, что хочешь учить?! Мне не нужен учитель, и уж тем более я не собираюсь торчать здесь с тобой.

— Ну и чем же ты займёшься? Давай, порази меня.

— Мне кажется или в твоём голосе я улавливаю нотки иронии? Не забывай с кем разговариваешь, старик. И да, не буду врать, у меня пока действительно нет плана на ближайшее время. Возможно я вернусь на Семилунный, похожу туда-сюда, разведаю обстановку или действительно последую совету друзей и отправлюсь к Рулунам.

Галдахар поднял бровь.

— К Рулунам? Откуда ты про них узнал?

— Я же сказал, от своих друзей.

— Каких ещё друзей? Ты и недели на Семилунном не провёл, когда ты успел обзавестись друзьями? Впрочем, неважно, не хочешь говорить, дело твоё. Идти к Рулунам или Асунам или к другим высокоразвитым расам, идея, конечно, хорошая, но не самая лучшая, всё-таки они не люди и даже не одной с нами крови.

— За Рулунов поручился надёжный человек, но собирался я вовсе не к ним. На их планете меня ждут другие люди, кем бы они ни были. Мне обещали там помочь.

Галдахар вздохнул.

— Бессмысленные разговоры. Да и о чём говорить, раз ты даже не понял, где мы находимся. Мы слишком далеко от Семилунного, Асунов, Рулунов или кого-либо ещё. Мы слишком далеко даже от тех миров, куда проникла Метрополия. У нас уйдёт как минимум пара месяцев, прежде чем мы сможем восстановить силы для обратного прыжка.

— Месяцев?! Говори за себя, старик. Основной удар пришёлся на тебя, ты настолько ослаб что даже твой имплант перестал работать. Это тебе нужно восстановиться, а не мне. Хотя, между нами говоря, думаю ты просто слишком одряхлел и теперь пытаешься убедить в этом и меня. Но я, в отличие от тебя полон сил и не верю твоим байкам. Так что оставайся здесь один, а я уж как-нибудь сам отыщу дорогу назад.

— Ты прав и действительно можешь покинуть Элизий без меня. Если, конечно, сумеешь найти выход, — Галдахар усмехнулся.

— Думаешь, я настолько туп, что не смогу найти храмовый портал?

— Успехов. На Элизиуме их нет. По крайней мере, сейчас нет, они все закрыты и больше не действуют. Кром каким-то образом запер их, чтобы никто больше не смог попасть на его планету.

— А как тогда попал сюда ты?

— Мне повезло. Я получил кристалл от одного старика. Престарелый Альварес хранил кристалл на теле и уже умирал, когда я наткнулся на его одинокую лачугу среди джунглей Харрасы. Перед смертью Альварес успел рассказать мне о Кроме и дал «ключ», ведущий к его планете.

— Тогда дай мне этот «ключ», и я выйду.

— Кристаллы так не работают. Они способны открывать порталы только в тот мир, с которого их взяли. До соседней планеты кристалла у меня нет, а до ближайшей слишком далеко, чтобы ты сейчас сумел допрыгнуть. Ах да, забыл добавить, сумел допрыгнуть, если бы умел прыгать между мирами. Но ты ведь не хочешь учиться у «старика».

Крис хмыкнул. Галдахар продолжил наседать.

— Ты слишком многого не знаешь, Крис. Похож на меня, каким я был, когда впервые попал на другие планеты. На самом деле между мирами всё не так, как ты думаешь: далеко не так просто и не так безопасно. Да и как можно перемещаться меж миров, даже не зная об устройстве самих миров? Подобное незнание уже смертельно само по себе. Думаешь, зачем я повсюду таскаю этот шест за собой, слишком дряхлый стал? Ещё чего. У всего есть свои причины.

— При чём тут переходы между мирами и твой шест?!

— Пойдём со мной, я покажу тебе. Тогда ты поймёшь, о чём я говорю, и даже больше того: захочешь учиться у меня.

— Я не собираюсь торчать здесь. Просто дай мне нужный кристалл или я возьму его силой. Ты понял, старик?

Лицо Галдахара побагровело. Он выхватил из кармана бирюзово-голубой камень и швырнул под ноги Крису.

— Хорошо! Тогда давай, катись отсюда! Вот только ты не найдёшь без меня дорогу обратно, глупый, неоперённый юнец!

Крис развернулся и пошёл назад, к вырезанному в гигантском дереве дому. Внутри него клокотала ярость, и даже Уарамм, раньше прыгавшие вокруг, теперь притихли. Уши малышей опустились, они плелись за ним следом.

Крис выдохнул, успокаиваясь. Сегодня нужно хорошенько отдохнуть, а завтра разузнать у Галдахара, как открывать порталы ножом, в моих собственных руках он бесполезен, я уже пробовал бить клинком по воздуху, пока шёл по следу старика.

На самом деле, глубоко внутри себя, Крис знал, что не сможет перемещаться между мирами без Галдахара. Но ему было известно кое-что ещё — время шло и с каждой секундой Праудлион всё больше стягивал вокруг него свою сеть. Он догадывался, каким могуществом обладало высшее, бессмертное правительство Метрополии, и сомневался, что ярость Праудлиона остановит такая мелочь, как большое расстояние между мирами. Рано или поздно Элит дотянется до него и тогда им придётся сразиться…

Крис вздрогнул при мысли, что ему придётся столкнуться с подобным монстром. Он до сих пор не мог забыть тот страшный удар, которым Праудлион повалил обоих Рэлитов.

Бессильная злоба перед обстоятельствами разрывала его. Выбора нет, долго прятаться не получится, рано или поздно мне придётся сразиться с ним. Негласные правила школы Элиты действовали на любого, будь ты Вэлит, Рэлит или даже Элит: каждый убивший своего врага мог претендовать на его имущество, положение в обществе и даже права. И после всего, что произошло, оставался только один способ добиться места в Совете Элиты — убить Праудлиона. Но чтобы получить хотя бы призрачный шанс на победу, сначала нужно найти человека, который научит меня использовать силу Эфериума на полную. Вот только где такого человека взять?

Глава 35. Купол

В тот день они больше не разговаривали. Крис пробовал поесть что-нибудь из местных ягод, которыми питались Уарамм, но те оказались слишком горькими. Галдахар пришёл домой после полудня и словно назло принёс корзинку с фруктами, от которых весь первый этаж наполнился сладостным запахом. Живот заурчал, но Крис собрал волю в кулак и отправился на второй этаж. Как мог, заделал крышу из обожжённой глины. Лианы, спустившиеся с гигантской ветки дерева-исполина, пришлось отрезать, а цветы отдать Уарамм. Малыши обрадованно заурчали и набросились на ужин.

Снаружи быстро темнело, Крис сам не заметил, как провозился до вечера. Снизу запахло чем-то жареным, голод разыгрался с новой силой, и он решил лечь спать пораньше. На этот раз Крис подпёр дверь тяжёлым поленом, так чтобы оно непременно упало, если кто-то войдёт внутрь. Разделся и, так как одеяла не было, завернулся в один из многочисленных матрасов.

Спал он плохо. Огромные листья шумели высоко над головой подобно звуку прибоя, а ветви деревьев громко трещали, раскачиваясь на ветру. Во сне Крису опять привиделось, что у изголовья кровати стоит Галдахар. Лицо старика было мертвенно-бледным, он поднял руку, указывая на стену. От неё отделилась густая тень и потянула к Крису свои щупальца, но внезапно он провалился вниз и оказался в тёмном коридоре под землёй. Крис был в доспехах сектантов, но на его груди что-то светилось в темноте. Он услышал эхо шагов и обернулся. Позади шли люди, все были в доспехах, с масками на лицах, и у каждого на груди светился такой же странный символ, как у него.

Все они определённо были под землёй, но потом впереди забрезжил пульсирующий свет. Большая группа вооружённых сектантов пошла к свету, но из ям в земле и из тёмных углов выскочили чёрные, бесформенные тени. Тени начали гнаться за ними, и сектантам пришлось разбежаться. Крис потерял остальных, оставшись один. Он оглядывался по сторонам, когда из-за поворота на него вышла большая, густая тень, от которой отделилось множество чёрных, бесформенных щупалец, потянувшихся к нему. Свет на его груди затрепетал и погас, и Крис ощутил, что остался без защиты. Он попятился, а затем развернулся и побежал. Он бежал и падал, карабкался вверх и прыгал через расщелины, прежде чем выбрался из подземелья. Сердце его забилось чаще, впереди проблеснул выход!

Но бежать дальше было некуда. Крис оказался на скалистом утёсе, вокруг повсюду бушевало море. Тень вылезла за ним следом и стала подходить. От неё шёл холод и вокруг замерзала земля. Тень потянула к нему свои щупальца, а затем прыгнула ему на грудь и исчезла. В том месте на доспехах появилось большое масляное пятно. Крис непонимающе уставился на пятно, а потом его ноги подкосились, он упал. Тело перестало слушаться, Крис понял, что умирает, но самым ужасным было ощущение того, как нечто чужеродное начало захватывать его изнутри…

С криком он проснулся в холодном поту и вцепился в свою грудь. Сон был настолько реальным, что до самого рассвета Крис не мог уснуть. Ему казалось, что тени притаились по углам, поглядывая оттуда безжизненными глазами.

Только под утро он смог задремать вновь, а проснувшись, чувствовал себя совершенно разбитым. Он спустился на первый этаж. Галдахар жарил длинные синие стебли, едва помещавшиеся на сковороде. Крис на автомате пожелал ему доброго утра. Старик пробурчал что-то в ответ, похоже, он до сих пор не разговаривал с ним. Ну и ладно.

Крис сел за стол и помассировал виски, пытаясь отойти от ночного кошмара. К его удивлению, Галдахар поставил перед ним нарезанные фрукты и жареные синие побеги.

— Ешь.

От стеблей исходил тонкий аромат свежеиспечённого хлеба.

— Спасибо, но что-то не хочется.

Крис отодвинул тарелку и уставился в пустоту. В груди по-прежнему ощущалась лёгкая боль и холод.

— Ешь, иначе совсем ослабнешь.

Крис вздохнул, поковырялся вилкой в тарелке, но снова отставил её от себя.

Галдахар протирал сухим полотенцем вымытую тарелку. Он хмуро посмотрел на Криса.

— Что с тобой?

— Да так, ничего… Просто плохо спал этой ночью.

— Ужасно выглядишь. Кошмары снились небось? — лицо старика стало задумчивым, его взгляд устремился куда-то вдаль. — Знаешь, меня они тоже часто мучают, да такие порой, что жуть берёт. И потом, когда я просыпаюсь, то...

— То кажется, что кошмар ещё продолжается, — сказал Крис.

Галдахар кивнул.

— Со временем я понял, что это всего лишь глупый, страшный сон, который при свете дня меркнет, становясь игрой воображения. Другое дело, если кошмар повторяется, тогда уже сто́ит задуматься о нём.

Галдахар положил себе немного синих побегов и сел за стол. Крис придвинул тарелку поближе и начал есть. Молодые стебли оказались практически безвкусными, но калорийными. Он, по крайней мере, наелся и теперь поглядывал в окно, за которым виднелся бурый ствол гигантского дерева.

— Знаешь, а ведь Элизий моя любимая планета, — неожиданно сказал Галдахар. — Здесь я удивительно прекрасно сплю, и мне не снятся кошмары. Я прихожу сюда, чтобы морально отдохнуть, а когда возвращаюсь, то чувствую, словно заново родился. Воздух, еда, вода, даже самое ощущение этого мира способны исцелять израненную душу.

— Мне тоже понравился твой мир, — сказал Крис. — Жаль придётся сегодня покинуть его.

— Мир, — фыркнул Галдахар. — Да ты вообще ничего не знаешь. Пойдём со мной, соглашайся наконец. Я покажу тебе такое, во что невозможно поверить, пока не увидишь сам. А потом, если тебе будет неинтересно учиться у такого старика как я, то можешь идти куда захочешь. Я даже сам покажу тебе где выход. Ну как, по рукам?

Крис согласился. Что, в конце концов, означал потерянный час или два, когда он уже столько потерял, болтаясь между мирами?

Но прежде чем идти, Галдахар вытащил из-под дома два длинных, уже немного трухлявых деревянных шеста. Один отдал Крису, а второй взял сам. Правая рука старика по-прежнему висела вдоль туловища. Крис подумал, что Галдахар взял шест, чтобы легче было идти по пересечённой местности, но быстро понял ошибочность своих выводов. Галдахар шёл, как-то странно ударяя одним концом шеста по земле, так ходят люди со слабым зрением. Крис вначале повторял за стариком, но ему это быстро надоело, и он шёл рядом, неся шест на весу. Галдахар несколько раз шикнул, чтобы Крис шёл нормально, но Крис игнорировал его.

— Глупый юнец, — прошипел Галдахар и ловко выбил шест из его рук.

Остальную часть пути Крис проделал молча. Какое-либо желание идти дальше пропало, но он плёлся следом, гадая, что же так настойчиво хотел показать старик. В конце концов Галдахар обещал, что отведёт меня к ближайшему порталу, если ему не удастся меня переубедить. Крис хмыкнул. Пусть только попробует не сдержать своего обещания…

Галдахар остановился, откинув руку с шестом, чтобы остановить идущего позади Криса.

— Мы на месте.

Крис посмотрел вперёд, но там тянулись такие же гигантские деревья, у подножья которых росла обычная для Элизиума сине-зелёная трава.

— Если это какая-то шутка, то мне не смешно, — сказал Крис. — Ты просто зря потратил моё время.

— Подожди, сейчас сам всё увидишь.

Старик перехватил шест и ткнул перед собой. Его конец упёрся в невидимую преграду, в одно мгновение кончик обуглился и задымился. Старик нажал сильнее, воздух впереди заколыхался подобно жидкому зеркалу, а шест вспыхнул ярким пламенем.

— Что за… — вырвалось у Криса.

Галдахар потушил подошвой сапога конец горящего шеста, затем вытащил из кармана небольшой камень и попятился назад. Крис последовал его примеру. Старик со всей силы швырнул камень вперёд и налетел на Криса. Они повалились на землю, в то же мгновение раздался страшный грохот, по доспехам ударила дробь из мелкой раскалённой пыли.

Галдахар поднялся, осматривая плащ, где появилось несколько небольших, но заметных дыр.

— Опять заштопывать придётся, — вздохнул он. — Теперь понимаешь, почему я ругался, когда ты так беспечно нёс свой шест? Представь, что случится, наступи ты туда.

Он мог не продолжать. И так всё было понятно без слов.

— Что это… за штука такая? — спросил Крис.

— Барьер, отделяющий один мир от другого. Ты сотни раз слышал, что мы находимся "между мирами", но лишь немногие понимают истинное значение этих слов. А это значит буквально то, что слышится. Сейчас мы не находимся ни на одной из планет, а как бы вне их настоящей, полностью открытой территории. Все миры между мирами обычно накрыты невидимым куполом, который так же часто называют барьером. Сами по себе такие "ограждённые" миры никогда не бывают меньше пяти миль, но могут быть и гораздо больше.

Галдахар отпил из фляжки.

— Но на самом деле, и эту тайну знают лишь немногие мироходцы, каждый мир "между мирами", является куском настоящей планеты. А силовой барьер гарантирует своего рода защищённый проход на оригинальную планету. Именно из-за него, в "настоящий", неограниченный куполом мир, можно попасть только, если его жители сами распахнут перед тобой проход в энергетическом поле, отделяющем два разных мира — открытый и ограниченный. Но иногда, как сейчас, попасть на полную "версию" планеты физически невозможно. Предполагаю, это связано с тем, что на Элизие ещё нет разумной жизни, которая способна была бы открывать "двери" для гостей.

— Миров между мирами невообразимое множество, как песка на дне океана, — продолжал Галдахар. — Одни из них пригодны для обитания человеком, а другие, коих большинство, нет. И чем дальше ты будешь отходить от Лотариума, тем менее пригодными для нас становятся планеты, и, соответственно, сложнее и опаснее дорога. Поэтому лучше всего путешествовать по тем мирам, где ты уже был, или по тем, от которых у тебя есть ключи в виде кристаллов. Но даже имея нужные кристаллы и зная планету, всё равно можно попасть в какую-нибудь передрягу. А ещё есть тёмные миры, порталы туда обычно находятся где-то глубоко под землёй, но не всегда. Иногда подземные храмы выталкивает наружу, и тогда есть большой риск по незнанию очутиться в тёмном мире.

— Я слышал нечто подобное от… своих друзей на Семилунном. Мне предлагали таким путём покинуть город.

— Значит, плохие у тебя были друзья. Миры внизу враждебны любому живому существу. Там практически никогда не бывает солнца, оно всё время скрыто за облаками. Некоторые называют их серыми или ночными мирами, потому что днём там небо почти всегда затянуто тучами, а ночи непроглядной темноты и часто длятся гораздо длиннее серых времён суток. Существа, населяющие те жуткие долины весьма враждебные к людям. И это ещё самое приятное что ждёт там случайных путников, потому что в худшем случае и воздух может оказаться неподходящим для человека, и гравитация такая, что махом раздавит на месте. Резюмируя скажу: если есть возможность, никогда не спускайся в тёмные миры, но если уж спустился, то мой тебе совет как можно скорее выбирайся из этой задницы.

— Неужели там так жутко?

— Жутко ещё мягко сказано. Видел сумасшедших у этой старухи Нокс? Так вот, те полоумные спятили, увидев нечто страшное между мирами. Между мирами, а не под ними, понимаешь разницу? В нижних мирах гораздо страшнее, психика там улетает на раз-два.

— Вот Барток гад. Не ожидал такой подставы от него.

— Так вот кто хотел тебя провести через тёмные миры? Понятно. Ну с Семилунного действительно нет других путей, все храмовые порталы на поверхности острова уже давно под контролем Метрополии. Но стражам, похоже, удалось найти свои лазейки, забавно-забавно.

— Я тебе ничего не говорил, — пригрозил Крис.

— Конечно, — старик провёл пальцами по губам. — Я нем как рыба.

Между тем у Криса появилось больше вопросов, чем ответов.

— Послушай, ты много рассказал о других мирах и даже о тех, что находятся под ними, но я не понял одного. Если сейчас мы находимся между мирами, а настоящая планета находится за куполом этого междумирья, то кто тогда построил всё это и зачем?

Галдахар посмотрел туда, где начинался невидимый барьер.

— Долгих тридцать пять лет я путешествовал между мирами, бродил по открытым планетам, рассматривал храмовые порталы, изучал устройство энергетических куполов, но так и не узнал ответа на этот вопрос. Но на один вопрос я всё же получил ответ: я понял, зачем всё это было нужно. А затем, Крис, что межзвёздные перелёты очень долгие, они занимают тысячелетия, истощают ресурсы планет, к тому же они опасны и сложны по своей сути. Тот, кто построил миры между мирами, барьеры вокруг них и храмовые порталы, связующие одну планету с другой, точно знал, что он делает и для чего.

Галдахар слегка нагнулся и куском обугленного шеста начал рисовать на камне.

— Смотри. Порталы сокращают путь между планетами с тысячелетий до одного мгновения, миры между мирами позволяют другим существам безопасно путешествовать по чужим планетам, а купол защищает не развитые ещё расы от таких потенциальных «гостей». Система работает идеально, а главное безопасно для всех. И не нужны больше космические корабли, чтобы путешествовать меж звёзд, не нужны колоссальные запасы топлива, не нужны долгие годы гибернационного сна. Всё, что необходимо находится в тебе. Нужно лишь владеть потоками разлитой повсюду силы — Эфериумом, а потом одно мгновение и ты уже на другом конце Вселенной. Вот ради чего всё задумывалось, вот ради чего всё было нужно. И я могу научить тебя всему этому и даже большему. Научу тебя, как пользоваться храмовыми порталами, научу, как перепрыгивать миры быстрее при помощи кристаллов, научу, как пользоваться скрытой в тебе, и разлитой повсюду вокруг силой Эфериума.

Галдахар замолчал.

— Конечно, ты можешь и отказаться. Кристалл, что я дал тебе, ведёт в гигантскую пустыню. Так уж и быть, я помогу открыть проход туда, но знай, когда ты уйдёшь, на этом мы с тобой расстанемся. Я буду добр и дам тебе даже два совета вместо одного — возьми с собой побольше питьевой воды и… берегись статуй, они не такие безобидные, какими кажутся. Но даже если ты выберешься из того мира живым, то знай, дорога назад будет трудна и полна опасностей, и я не гарантирую, что ты целым и невредимым доберёшься до дома. Как я уже говорил, чем дальше от Лотариума, тем более опасные и непригодные для обитания встречаются планеты. А мы очень далеко от дома, уж я-то знаю, я ведь пешком дошёл до Элизия через все миры. Вижу, как изменилось твоё лицо. А ты думал, что дорога будет выстлана мраморной плиткой и леденцами? Как бы не так. На одной планете холод такой, что тебя до костей проберёт даже сквозь доспехи. А на другой совсем нет воздуха, песчаные вихри высотой миль в десять и мелкие такие жучки, разбирающие всё живое до молекул. Ну и, само собой, куда уж без этого — кислотные, ядовитые, горящие планеты, это уже классика. Именно поэтому мироходцы, не знающие дороги, погибают… ну примерно в девяносто девяти случаев из ста.

— И что ты предлагаешь делать?

— Пф, тебе в отличие от остальных повезло. У тебя ещё есть выбор. Ты можешь остаться здесь со мной, и я научу тебя всему, что знаю. А потом, когда наша сила восстановится, мы за несколько переходов вернёмся назад.

Крис откашлялся.

— При таком раскладе я, пожалуй, предпочту задержаться здесь и… скажем так, поучиться у тебя.

— И это правильное решение, на твоём месте я поступил бы так же. Даже я редко рискую путешествовать по неизведанным маршрутам. Самым опасным в дороге становятся не погодные условия, а местные жители, которые не всегда доброжелательно относятся не только к людям, но и к каким-либо другим «гостям». Поэтому Метрополия несёт такие огромные потери, отправляя свои отряды между мирами. Возьми малопригодные для обитания планеты, помножь их на агрессивность из-за человеческой экспансии, прибавь к ним нежелание контактировать и менять привычные устои. Припороши эту гремучую смесь врождённым недоверием ко всему чужому, масштабным выкачиванием ресурсов Метрополией с чужих планет, и ты примерно поймёшь, о чём я говорю. Просто к сведению: некоторые планетяне уже находятся в состоянии войны с нами как с человеческим видом, причём в конфликте горячем… И не известно ещё, во что выльется это противостояние в дальнейшем…

Галдахар откашлялся.

— Но о подобных проблемах ты будешь думать, когда сам станешь перемещаться через храмовые порталы. Если знаешь, как открывать проход при помощи кристалла, то всегда сможешь прыгнуть на другую планету или относительно быстро вернуться и начать всё сначала. А сейчас хватит лирических отступлений. Предлагаю вернуться домой, нам надо отдыхать и набираться сил. Хороший отдых, вот что нам действительно нужно, чтобы как можно скорее возвратиться на Семилунный. Через двадцать дней сектанты прибудут туда и нам надо во что бы то ни стало успеть к их приходу.

— Двадцать дней? Ты же говорил, что мы не сможем вернуться обратно ещё как минимум несколько месяцев.

— Это если бы я пытался один. Но если нас будет двое, то мы прибудем на Семилунный как раз в срок.

— В какой ещё такой срок и при чём тут сектанты? — подозрительно спросил Крис.

— Скоро узнаешь, пойдём.

Глава 36. Нападение Бранигаров

День выдался длинным, но прохладным. Крис смирился, что останется на Элизие ещё на какое-то время, пока старик будет учить его. Для начала они занялись совсем уж простыми вещами, нужно было заготовить запас еды и наполнить большую бочку возле дома чистой водой. Галдахар показал Крису в каких местах можно откопать съедобные корешки, которые Уарамм, теперь снова повсюду следовавшие за ними, называли «нитака». В лесу водилось множество мелких животных, похожих на грызунов, но Галдахар сказал, что их нельзя убивать.

— Мы находимся в священном лесу Уарамм, а эти грызуны — нечто вроде их священных животных. В любом случае, мясо у них отвратное и несъедобное для наших желудков, — он скривился. — Но лучше не спрашивай, откуда я это знаю.

Вечером Галдахар повёл Криса на озеро. Старик показал ему один секрет, который сам подсмотрел у Уарамм. Он откопал с десяток розовых корней, росших тут же на берегу, и дал Крису. Крис привязывал корешки к концу верёвки, заменяющей леску, и забрасывал удочку в воду. Импровизированная леска тут же дёргалась и он вытаскивал улов на берег — на конце верёвки сидела плоская безглазая «рыба» величиной с ладонь.

Смеркалось. Догорающее солнце опустилось за верхушки деревьев. Галдахар развёл костёр из опавших веточек и пожарил местную рыбу. Существа, которые водились в воде, вовсе не были рыбой ни на вкус, ни на внешний вид. У них не было ни глаз, ни плавников, ни жабр, а лишь один большой беззубый рот. Плоть их оказалась хрустящей и напоминала жареные овощи. Галдахар объяснил, что человеческий язык имеет очень ограниченный спектр вкусов и разум часто сам додумывает, какой на вкус должна быть та или иная пища.

Уарамм прыгали возле огня, трясли длинными ушами, выпрашивая у Криса кусочек жареной рыбки. Ну как можно отказать, глядя в эти глубокие жёлтые глаза? Галдахар же только посмеивался, но рыбкой не делился.

— Эти малыши те ещё проглоты, — сказал он.

Старик поворчал, но спустился чуть пониже и накопал розовых корней, чтобы наловить ещё «рыбы» для Уарамм. Пытаясь успеть до захода солнца, они распределили обязанности: Галдахар рыбачил, а Крис жарил рыбу. Вскоре все Уарамм насытились, пару малышей грустно сидели на берегу, глядя на воду, откуда поднимались маленькие пузырьки.

Поздним вечером, когда воздух стал ещё чуть прохладней, от воды начал подниматься пар. Старик сказал, что под озером есть геотермальный источник и ни вода, ни местные зверьки не опасны для людей. Крис разделся и поплавал в тёплом, как парное молоко, озере.

Вскоре опустилась ночь. Уарамм уснули, но Крис с Галдахаром сидели у догорающего костра. Весь день старик рассказывал об этой и других планетах, но сейчас их разговор плавно перетёк к обсуждению Метрополии.

— Подожди, — сказал Крис, откусывая от рыбы, — в смысле Метрополия не может переносить оружие между мирами? Да ты сам вспомни, как военные в полном обмундировании захватили Семилунный. Одни только боевые мехи чего стоят! Говорю тебе, у них там всё по чину, самые последние модели шагоходов, новенькие бронемашины, всё как полагается.

— А ты разве не заметил ничего странного?

— Чего например?

— Ну например, что у них не было ни одного робота в отряде, даже собак-ищеек.

Крис задумался.

— Возможно ты и прав… Вообще, это очень странно, обычно в моём родном Драккаре каждого полицейского дублирует киборг или на худой конец робот-овчарка. Но это ничего не меняет, может, у них так формируются звенья?

— Крис. Я уже сорок лет живу на Семилунном и видел, как и что тут происходило. Но даже то, о чём я хочу рассказать тебе сейчас, было слишком давно, больше сотни лет назад, возможно даже ещё до первого заселения колонистов с Лотариума. Я слышал что, попав на планету Семи Лун, инженеры и строители Метрополии первым делом возвели геотермальную станцию возле действующего вулкана на острове. Рядом с ней открыли военный завод, где постоянно развивали технологические процессы, чтобы достигнуть современного уровня. И теперь там безостановочно штампуют всё необходимое — ружья, плазмомёты, доспехи. Чтобы ты понимал, шагоходы на острове появились совсем недавно, всего пару лет назад. Просто вдумайся, учёным Метрополии понадобилось целых сто лет, чтобы только приблизиться к части тех технологий, которые давно уже есть в самой Метрополии.

— В твои слова очень сложно поверить, — сказал Крис, вороша угли в костре. — Твоя рука тоже вышла из строя из-за того, что мы прошли между мирами?

Галдахар погладил правое плечо.

— Нет, — терпеливо сказал он. — Моя рука работает, просто пока у меня недостаточно сил, чтобы ей управлять. Я говорил только о технологиях различных рас. Но есть и другие технологии, приспособленные к тому, чтобы их могли перемещать между мирами. Твои доспехи и маска, ножи, при помощи которых открывают порталы. Да много чего ещё. Всё, что работает на Эфериуме, может свободно перемещаться между мирами, не боясь поломки.

— То есть, ты хочешь сказать, — начал Крис осторожно, — что есть обычные предметы, а есть и особенные? Причём "обычные" ломаются при перемещении между мирами, а предметы, работающие от Эфериума, нет?

— Верно. Не знаю как так происходит, но, похоже, это сделано для безопасности тех же планетян. Только представь, что могущественная раса прошлась со своим оружием по всем мирам, тогда междумирью в одночасье пришёл бы конец. Именно поэтому любая технологическая вещь, пронесённая через портал, разваливается на части.

— Тогда что мешает наштамповать оружия работающего на Эфериуме и так же захватывать планеты?

— Ха, а вот тут ты тоже не угадал. Я уже говорил, что междумирье спроектировано максимально безопасно для всех живых существ. Вот представь, что завтра ты со своим Эфериумным ножом попадёшь в открытый, настоящий мир. Да, он проработает там некоторое время, но постепенно сила его иссякнет и он превратится в самый обыкновенный нож. И так будет с каждым предметом принесённым тобой из междумирья — моим протезом, порталами, ловушками, геосканерами, часами, компасом, датчиками слежения, маской и даже твоими доспехами. В открытых мирах все эти предметы превратятся в самые обычные вещи.

Крис задумался.

— Это многое объясняет… Когда я сбежал из лаборатории, нас провели по площади, где тренировалось множество военных. Меня тогда поразило обилие паровых и электрических машин, которые уже давно не используются в Метрополии. Были там люди и с пороховым оружием, и даже с железными мечами… Но послушай, если и правда нельзя переносить между мирами ничего сложнее палки, то почему тогда солдаты Метрополии носят столь странное и разнообразное оружие? Разве не логично было бы вооружить их как-то единообразно, да хоть теми же железными мечами, например.

— Не всё так просто, Крис. Метрополия уже давно ведёт, так скажем, свою особую деятельность на других планетах. Да, вначале они и вправду вышли в междумирье с примитивным оружием. Но вскоре на планетах, которые они чаще всего посещали, появились заводы и цеха, где-то побольше, а где-то поменьше. Так уж получилось, что люди, в отличие от многих существ, не умеют, или почти не умеют, пользоваться силой разлитой в мирах и между ними. У Метрополии огромные аппетиты на соседние земли, а уровень развития на многих планетах повыше нашего я тебе скажу. Вот и приходится им выкручиваться, придумывать всякие источники энергии непосредственно на самих планетах — электричество, пар и так далее. А так как ни одно существо не может пронести ничего технологичного через портал, то Метрополия вынуждена строить всю технологическую цепочку заново — на каждой планете, в каждом мире. Что, конечно же, нам только на руку.

Галдахар поворошил угли в костре.

— Всё это сильно замедляет их продвижение между мирами. В отличие от них, наше оружие работает на любой планете. Конечно, питается оно от нашей внутренней энергии Эфериума, а она не бесконечна, и в любой момент может кончиться вдали от междумирья, и тогда наше оружие тоже перестанет действовать. Но в сравнении с Метрополией мы находимся в намного более выгодном положении: им часто приходится практически с нуля осваивать чужеродную химию, потому что на многих планетах есть ресурсы, существующие только там. Ну а что касается головорезов, с военнной базы Метрополии, то они тренируются с оружием, которое потом будут использовать на чужой планете.

Крис хотел задать ещё один вопрос, но не успел. Ветки позади них затрещали, он попытался обернуться, но в затылок уткнулось мокрое дуло ружья. Галдахар поднял руки.

— Не дёргайся, — сказал он одними губами.

Из леса вышло с десяток существ в противогазах и одежде из мешковины. В руках пришельцы держали длинные ружья, а от их кожи шёл мерзкий кислый запах. Раздался плеск воды. Крис медленно повернулся. Одно из этих существ, ещё мокрое, держало его на прицеле, пятеро выходили из-под воды.

Громко и грубо крича, пришельцы связали Криса с Галдахаром чем-то вроде масляной верёвки. Их взяли в кольцо и под дулами ружей, заканчивающихся штыками, повели за собой.

— Я знаю этих тварей, — шепнул Галдахар. — Бранигары. Я как-то имел с ними дело… неприятные, скользкие, отвратительные существа. При любом удобном случае обчистят твои карманы или сунут нож под рёбра. Непонятно только, почему они так далеко от своего дома и как сюда попали. Неужели где-то неподалёку появилось их бандитское гнездо?

Крис попробовал порвать верёвки, но те лишь сильнее впились в запястья. Он выругался.

— Зря ты меня остановил, теперь мне никак не вырваться.

Бранигары закричали, один из них ударил Криса прикладом по плечу. Галдахару досталось сильнее, и теперь он шёл с налившимся синяком на скуле.

— Вот уроды, едва зуб не выбили, — старик сплюнул на землю, — ещё и оскорбляют.

— Ты понимаешь их язык? — удивился Крис.

— Немного. Они всё время называют нас вонючими Дашмирскими козлами и говорят, что надо торопиться, пока не рассвело.

— От них самих пахнет не лучше. Не знаешь, куда они так торопятся?

— Думаю, ведут нас к храму, из которого попали на Элизий.

— Погоди-ка, но ведь ты недавно утверждал, что храмовые порталы здесь не работают ещё со времён Крома.

— Я ручался только за наземные порталы, но, похоже, эти твари пролезли сюда аж из самих нижних миров.

Бранигар шедший рядом с ними, рассмеялся и похлопал себя по животу.

— Что он сказал?

— Не знаю, но в последний раз, когда эти твари делали подобные жесты, одного из моих приятелей зажарили живьём и съели, а второго… лучше тебе не знать, что было со вторым.

Пришелец, шедший впереди, что-то сказал остальным. Бранигары остановились и стали ждать. Ждать пришлось недолго, передний пришелец надел небольшой рюкзак, и весь отряд тут же окружило поле, похожее на огромный, колеблющийся в воздухе, мыльный пузырь. Звуки спящего леса, шедшие снаружи, тут же исчезли, словно их отрезало.

— Что это за штука такая? — спросил Крис, и едва расслышал собственный голос. Судя по всему поле вокруг них подавляло звуки не только внутри, но и снаружи.

— Маскиратор. Теперь мы невидимы для большинства следящих устройств и даже глаз. Похоже они опасаются кого-то.

— Или чего-то, — мрачно сказал Крис.

Глава 37. Эфериум-нож

Шедший впереди бранигар, поднял серую лапу в кожаной перчатке. Отряд остановился, многие пришельцы дрожали от страха, даже держа ружья и ножи в руках. Похоже, впереди было таинственное нечто, которого опасались эти существа. Мир за пределами поля колебался, и Крис мог разглядеть только размытые зеленоватые тени. Одна из теней подошла почти вплотную к полю и тут же прошла сквозь него внутрь.

— Уарамм? — протянуло существо.

Бранигары закричали, один из них ударил зверька кожаным сапогом. Остальные засмеялись громкими, мерзкими голосами. У Криса от ярости потемнело в глазах, он снова попытался порвать верёвки, но не смог.

Раненый малыш вцепился ближайшему бранигару в ногу. В тот же миг из-за размытых пределов поля на бранигаров прыгнули другие Уарамм, они вцеплялись им в волосы, кусали их и колотили маленькими камнями. Верёвки на руках Криса вдруг удлинились, вцепившись землю. Надсмотрщик ударил Криса прикладом по голове, удар был настолько мощным, что Крис зашатался и упал. Последим, что он помнил было, как пришельцы открыли стрельбу, несколько Уарамм свалилось в траву, оставшись лежать там без какого-либо движения.

Удар бранигара был достаточно сильным, чтобы убить человека, но недостаточно сильным, чтобы убить Рэлита. Когда Крис более менее пришёл в себя, вокруг кипела битва, в которой на него никто не обращал внимания.

Старик отпрыгнул в сторону и выхватил нож. Он рубил им по воздуху так, словно тот был твёрдым камнем, но от лезвия сыпались только искры. Трое бранигаров подлетели к старику и выбили нож. Нож просвистел в воздухе, упав прямо под ноги Крису. Крис бросился к нему и начал перерезать верёвки.

Галдахар закричал. Грохнули выстрелы трёх ружей, старик исчез в облаке пороховых газов.

— Нет, — проревел Крис, — НЕТ!

Верёвки на его запястьях с громким треском лопнули. Он полоснул ножом по воздуху. Лезвие объяло жаркое пламя. Действуя инстинктивно, Крис ударил ещё раз. Лезвие описало кривую огненную линию, которая на долю мгновения повисла перед ним, а затем отделилась от ножа и широкой огненной полосой пронеслась по воздуху.

Поле лопнуло. Крис удивлённо посмотрел на свой полыхающий нож, а потом на замерших бранигаров вокруг которых прыгали вооружённые камнями Уарамм. Бранигары медленно, как во сне, начали разворачивать ружья в его сторону. Крис сделал несколько взмахов полыхающим клинком, а затем ещё, ещё и ещё. Воздух вспух, расцветившись множеством длинных огненных полос, разрезавших всё на своём пути...

Крис остановился, только когда понял, что вокруг стало слишком тихо. Опустил нож. Пламя на лезвии затрепетало и погасло. Он провёл ладонью, смахивая пот. Вокруг стояла страшная, безмолвная тишина, и Крис впервые испугался того, что наделал.

— Уарамм?

Но никто не отвечал ему. Он одиноко стоял, вглядываясь в темноту, где занимались первые всполохи пожара.

Крис бросился туда, где бранигары стреляли в Галдахара. Он видел, как старик упал, но втайне надеялся, что Галдахар только ранен. Но в том месте было пусто. Ни капель крови, ни тела. Старик пропал без следа.

— Туши скорее пожар, — раздался знакомый голос позади. Галдахар вылетел из леса и принялся топтать тлеющую траву ногами. — Да не стой столбом, помогай.

— Как ты… Я думал, тебя убили.

— Меня так просто не возьмёшь.

— Но… как ты зашёл мне за спину? Я всё время следил местом, где ты упал.

— Наверное, ты, что-то перепутал, — при каждом слове Галдахар ударял ногой по тлеющим углям. — Я был в другой стороне, потом бранигары погнались за мной, но я убил их и вернулся назад.

Крис мог поклясться, что видел, как бранигары стреляли в Галдахара, а потом старик исчез в дыму пороховых газов. Закалка, полученная в школе Элиты ещё никогда, не подводила его. Похоже, старик что-то недоговаривал.

Крис нагнулся и осмотрел место падения Галдахара. В грязи были отчётливо видны отпечатки его сапог, которые обрывались в воздухе. Он пошёл к кустам, пытаясь найти продолжение следов, но обнаружил там нечто маленькое, красно-зелёное в кустах. Ему стало плохо, и он вернулся.

— Послушай, — начал Крис, — тут кое-что произошло, пока тебя не было… В общем, я взял твой нож и случайно...

— Тут пол-округи слышало, как ты орудовал моим клинком, — фыркнул Галдахар. — Молодец, хвалю, покрошил плохих парней и спас наши жизни.

— Мне кажется, я убил не только бранигаров, — начал Крис осторожно. — Кажется, и Уарамм тоже… мертвы.

Старик засмеялся и смеялся так сильно, что даже перестал тушить разгорающийся пожар.

— Не мели ерунды, — сказал он, вытирая слёзы. — Уарамм, мертвы? Я давно не слышал шутки смешнее. Эй малявки, а ну-ка выходите!

На его зов из-под кустов, корней и кочек повылезали радостные малыши с зелёной кожей и жёлтыми зубами. Никто из них не пострадал, даже царапин не было. Вот только Крису показалось, что их словно бы стало гораздо больше.

— Уарамм, — закричали обрадованные планетяне, облепляя Криса. Крис попытался осмотреть их в сумерках, но малыши вертелись, боясь щекотки.

— Ну всё, хватит нежностей. Ты пожар тушить будешь или нет? Мне помощь нужна.

Крис присоединился к Галдахару. Старик разрезал дёрн, обнажив слой влажного песка. Галдахар снял свой плащ, и вдвоём они кинули большую кучу песка в самый большой очаг пожара. Огонь зашипел и стал гаснуть.

Работа шла долго. Они успокоились только дважды проверив, что все угли потушены. Уже поздней ночью, когда они шли домой в окружении множества галдящих Уарамм, Крис спросил у старика.

— Но как они выжили? Я ведь сам видел, как…

— За них не переживай, — отмахнулся Галдахар. — Им можно только позавидовать. Уарамм своего рода бессмертны, их нельзя убить в том же смысле, как, скажем, можно убить тебя или меня. Они весьма странные существа, и их секрет в том, что они размножаются делением. Делением, понимаешь?

Галдахар изобразил жест, словно перерезал одного из Уарамм напополам.

— Откуда я это знаю, тоже лучше не спрашивай, — перекосился старик, увидев удивлённое лицо Криса.

После нападения бранигаров потянулись долгие, спокойные дни. Галдахар признал силу Криса и даже подарил свой нож. Старик учил его всему, что знал. В первой половине дня, когда было не так тепло, они тренировались бою на ножах, а потом у них был послеобеденный сон. Вечером они ходили на озеро, отдыхали, купались и жарили рыбу. С той лишь разницей, что теперь им приходилось быть начеку и Крис даже сделал несколько ловушек на берегу, пройдя по которым крупное существо тут же проваливалось в яму, а более лёгкие Уарамм, вполне свободно проходили поверху.

Каждый вечер перед сном, Крис ставил одну зарубку на балке своей кровати, считая время до часа X, когда сможет вернуться на Семилунный. И хоть он не знал, что его там ждало, но был уверен, что вряд ли что-то поменялось в лучшую сторону.

Постепенно дни выстраивались за днями, и ему даже начало нравится на Элизие. Он узнавал всё больше о мирах между мирами и вскоре понял, насколько неосуществимы были его прошлые планы.

— Мне сказали, что я смогу дойти до Рулунов, проходя из одного портала в другой.

— Дойти до Рулунов пешком? Кто сказал тебе такую чушь?

— Мои друзья в городе.

— Я помню твоих «друзей». Такие рассуждения выдают глупых горожан, ни разу не выходивших дальше своего мирка, — фыркнул старик. — Обыватели на Семилунном думают, раз на их планете пришельцы ведут себя дружелюбно, то и в других мирах они ведут себя точно так же. Конечно! Пришлые просто боятся Кары, как и все остальные.

И Галдахар рассказал. Он говорил о мирах, полных лавы, о мирах, где верх перепутан с низом, о мирах, где нет ни начала, ни конца. В одиночку или даже нескольким людям между мирами ходить было не просто опасно, а почти самоубийственно опасно. Поэтому сектанты предпочитали ходить отрядами. И то каждый переход преподносил новые сюрпризы, в особенности, если ты попадал на планету, где ни разу до этого не был. Конечно, близлежащие планеты вокруг Семилунного были относительно прохожены и изучены, но это не означало, что путешествуя так сказать «возле дома», нельзя было влипнуть в неприятности.

— Никогда не знаешь, что ждёт тебя в другом мире, — качал головой старик. — Каждый раз особенный. Знал бы ты сколько раз я оказывался на волоске от гибели, если бы не эта штучка, — Галдахар покрутил нож. — Сам по себе он ничего из себя не представляет, обычное примитивное оружие. Но если повернуть кольцо на ручке вот так, — он повернул кольцо красной стрелкой к гарде, — то в таком положении им можно ударять огненной волной на расстоянии. Но если ты опустишь кольцо вниз, вот так, и начнёшь поворачивать его, то нож будет открывать различные порталы между мирами, но только те, кристаллы которых установлены в рукояти.

Галдахар вытряхнул из рукояти ножа маленький сетчатый цилиндр. В большей части ячеек были прикреплены неровные кристаллы разных цветов и размеров, остальные отсеки цилиндра пустовали.

— Путешественники между мирами используют их, чтобы быстро перемещаться от одного мира к другому. Каждый кристалл, который ты здесь видишь я подобрал на планете, где был сам, а пару штук выменял у подпольных торговцев. Кстати, вместо минерала можно использовать любой камень или растение, но как показывает общая практика, кристаллы служат гораздо дольше. Ну и, как по мне, они смотрятся куда эстетичнее.

— Кажется, теперь я начинаю понимать, почему невозможно попасть на Лотариум. Из-за кристаллов?

— Да, отчасти из-за них. В принципе попасть туда было бы не так уж и сложно, будь у тебя какой-нибудь кристалл с твоей планеты. Но вот в чём беда, Метрополия знает об этом и жёстко пресекает любые попытки пронести хоть один кристалл через портал. На верхушке сидят не дураки, там прекрасно понимают последствия — сотни рас ненавидят Метрополию из-за попыток колонизировать их планеты, и многие из них были бы не прочь нанести, скажем так, ответный визит на Лотариум. Но вовсе не пришельцы представляют угрозу для Метрополии, по крайней мере, пока. Сейчас Метрополии хватает противников и среди людей.

— Сектанты?

— Они самые.

— А ты сектант?

Галдахар даже закашлялся, не ожидая такого вопроса.

— Не спрашивай о том, что может тебе навредить, — сказал Галдахар кашляя. — Давай лучше вернёмся к прежней теме. Я говорил, что Метрополия боится сектантов, но не назвал причину. Если бы сектанты завладели хоть одним кристаллом с Лотариума, то они тут же бы перебросили туда небольшой отряд и набрали там ещё кристаллов и так далее. Да даже не обязательно перебрасывать много отрядов — я слышал есть расы, способные клонировать уже существующие кристаллы, пропуская их через своё тело. Ты понимаешь, какая угроза Метрополии возникнет когда у сектантов будет много кристаллов, ведущих на Лотариум?

— Сектанты нападут на Лотариум? — предположил Крис.

— Вряд ли, сектантов мало. А ещё? Какая опасность может быть?

Крис задумался.

— Может, владея кристаллами, сектанты смогут вернуться домой и рассказать там всем, что происходит вокруг нас на самом деле?

— Хмм, хорошее предположение, — Галдахар потёр подбородок, — я и не думал о таком раскладе… Я хотел сказать, что, владея кристаллами от Лотариума, сектанты смогут продавать их другим расам, а те, в свою очередь, смогут перебросить свои войска на нашу планету, и тогда Метрополии не поздоровится. Вот чего боится Метрополия — ответного вторжения.

— Теперь мне многое становится понятно, — протянул Крис. — И почему никто не знает, как попасть на Лотариум и почему все боятся об этом говорить. Похоже домой дорога действительно закрыта.

— И не просто закрыта, но усиленно закрыта.

— Расскажи мне что-нибудь ещё о кристаллах.

— Чтобы получить их, тебе вовсе не обязательно самому приходить на какую-то планету. Нужный тебе кристалл зачастую можно купить на рынке Семилунного, или обменять его на любой другой. Некоторые из своих кристаллов я давно обменял на другие или купил.

— Что-нибудь ещё?

— Да, и очень важное, — сказал Галдахар раздражённо. — Чтобы ты понимал, переходы через храмовые порталы бесплатны по затратам Эфериума, но они проходят более долго. А открывая порталы, мы перемещаемся быстрее, но отдаём часть своей силы Эфериума. И её может не хватить, чтобы переместиться между мирами.

На мгновение Крису показалось, что левая рука старика сжалась, словно он хотел схватить его за горло, но старик справился с собой.

— К несчастью, — сказал Галдахар, — ты уже знаешь, что бывает с теми, кто тратит слишком много Эфериума на прыжок. В лучшем случае ему грозит общая слабость, кошмары, недостаток сил, а в худшем смерть. Также, кроме перехода, Эфериум постоянно расходуется, чтобы использовать различные предметы, твои доспехи, или, например, мой протез.

Галдахар пошевелил пальцами правой руки. И хоть рука его до сих пор безжизненно висела вдоль тела, но, похоже, его силы восстанавливались.

— А как понять, сколько у тебя осталось Эфериума? — спросил Крис.

Галдахар задумался и неожиданно ухмыльнулся. Он полез во внутренний карман, достал оттуда аккуратный гладкий цилиндр, к которому была грубо припаяна железная цепочка, и передал его Крису. Крис взвесил цилиндр в ладони, цилиндр оказался втрое легче, чем выглядел.

— Это измеритель силы. Тебе нужно носить его какое-то время при себе, а потом я смогу узнать каким потенциалом ты обладаешь.

Галдахар странно улыбнулся, надевая ему кулон на шею.

— Измеритель Эфериума очень редкий и ценный предмет. Так что носи его как можно дольше и не снимай, а то мы не сможем восстановиться.

— Почему? — удивился Крис.

— Я пошутил, — Галдахар неловко похлопал Криса по плечу. — Главное не потеряй эту крошку, а то у нас будут большие проблемы.

Глава 38. Возвращение на Семилунный

Шли дни. Крис вставал с рассветом и ложился с закатом. Он уже привык к этому неспешному мирку, и ему начинало казаться, будто провёл здесь целую жизнь. Привык к зелёному небу из листвы и к ласковому шелесту над головой, привык к малышам Уарамм и их смешным выходкам. После тренировок он часто лежал в траве, глядя вверх. Тёплый воздух обдувал его кожу и сладостно ласкал затейливые травы, во множестве растущие на земле.

Сейчас прошлая жизнь на Лотариуме казалась ему далёкой, ненастоящей и искусственной, словно там был сон, а здесь он только начинал жить на самом деле. Крис с содроганием вспоминал огромный жужжащий улей Драккара, с бесконечными пробками, монотонной работой, однообразными выходными и вечной, непрекращающейся гонкой за призрачной мечтой, постоянно ускользавшей из рук. Элизий был другим. Он был одновременно настоящими и в то же время походил на сказку. Всё здесь было неспешным. Неспешно текли ручьи, неспешно бегали ленивые зверьки, даже время двигалось не торопясь. Здесь было слишком хорошо и не хотелось никуда торопиться и никуда идти...

Но каким бы медленным ни было время, оно тоже шло и шло неумолимо. Прошло десять дней, затем пятнадцать. Рука Галдахара почти восстановилась и хоть внешне казалась обычной, но старик говорил, что нет уже в ней той прежней мощи.

Вот, наконец, прошло и двадцать дней, полмесяца как они были на Элизие. Крис поставил последнюю зарубку на спинке кровати и спустился вниз. Старик уже ждал его на кухне.

— Наше время подошло к концу, завтра мы выходим. Я знаю, что ты ещё не готов, но нам пора. Через два дня будет встреча сектантов, тебе надо на неё успеть.

Крис замялся. Он понимал, что этот разговор когда-нибудь настанет, но не думал, что так быстро.

— Ты же знаешь, я не хочу становиться сектантом.

Галдахар тяжело вздохнул.

— И что же ты надумал?

Крис пожал плечами.

— Попробую обратиться за помощью к Асунам или Рулунам.

— Мне казалось, мы с тобой уже расставили все точки над и. На твоём месте я бы не надеялся на пришельцев. Асуны и Рулуны — сильные расы, возможно самые высокоразвитые в ближайших мирах от Семилунного... Даже внешне они похожи на нас, людей, но не забывай, что они не люди. Они имеют свою, чуждую нам логику и преследуют свои цели. Их не интересуешь ни ты, ни наша планета. Их заботит лишь как восстановить порядок в их части окружающей вселенной, но этот порядок лишь порядок в их представлении и не факт, что люди впишутся в их понимание порядка. Мы им никто, такие же пришельцы, как и они для нас. При любом удобном случае Асуны и Рулуны вспомнят об этом и не переминут уничтожить нас, как уродливых и нечестивых животных, которыми мы, по их мнению, наверняка являемся…

— Это только твоё мнение.

— Ты правильно сказал, это моё мнение, но на секундочку именно Я хожу между мирами больше тридцати лет. И знаешь что? Можешь идти хоть к Асунам, хоть к Рулунам. О да, там тебя примут с распростёртыми объятиями, но лишь для того, чтобы использовать против Метрополии. Как только там узнают твой секрет, тот самый, который сидит у тебя здесь, — Галдахар постучал по виску, — как непременно выкинут тебя, словно ненужную игрушку. Пойми ты уже наконец, они не люди, им нет до нас дела. И не надейся на других людей, они давно ангажированы пришельцами и работают в их интересах. И неважно, что перед тобой люди внешне похожие на людей, они другие, понимаешь? Они уже вовсе не люди, раз работают в интересах пришельцев…

— Поверь, — продолжал старик, — у тебя есть исключительно одна дорога: обратиться за помощью к сектантам. Лишь они сражаются против Метрополии и только там тебя примут как равного, как человека.

— Я не собираюсь идти против Метрополии. Мне нет дела до ваших разборок. Я хочу вернуться домой к своей работе и вернуться живым, вот и всё.

— Уже ничего не будет по-прежнему, — взорвался Галдахар. — Хорошие времена прошли. Брось свои глупые мечты, если уж за тобой начал охотиться Члены Элиты, то дело приняло самый серьёзный оборот.

— А то я не знаю?

— Тогда в чём проблема? Ты не говоришь, но прежняя память так и не вернулась к тебе. Ты, похоже, сам до конца не осознаёшь, насколько ценным может оказаться хранящееся в недрах твоих воспоминаний. Если кто-то и способен помочь восстановить память и при этом сохранить тебя в живых, то только сектанты. А знаешь почему? Потому что им не придётся раскраивать тебе башку, чтобы извлечь оттуда твои мозги. У них есть такие технологии, о которых никто не знает ни из пришельцев, ни уж тем более из Метрополии. Только присоединившись к ним, ты сможешь сохранить свой разум и узнать сокрытое в твоей голове.

Крис заколебался. Конечно же, он хотел знать, что же произошло в его прошлом такого, раз за его головой начал охотиться сам Член Элиты, Его Светлейшество Праудлион. Но вовсе не потерянные воспоминания сейчас были его главной проблемой.

— Если это такие секретные технологии, то откуда про них знаешь ты? — спросил Крис.

— Скажем так, когда-то я имел дело с этой организацией. Ну, так что ты выбираешь? Только решай скорее, если мы задержимся, то до следующего сбора новичков пройдёт ещё целый месяц. Вот только боюсь, что до этого дня ты уже не доживёшь.

А вот сейчас слова Галдахара попали в цель, правда, старик вряд ли знал об этом. Он, похоже, думал что Крису удастся затеряться среди сектантов, но ошибался. Крис знал, что от Члена Элиты невозможно скрыться ни здесь, на Элизиуме, ни где-либо ещё между мирами. Сейчас уже было не важно, что такого сказал перед советом Элиты Маркус Дрейк или старики Рэлиты, чтобы получить его место среди Членов Элиты. Сейчас самым важным было, что Праудлион действительно ненавидел Криса и хотел его убить, а это означало только одно, рано или поздно им придётся сразиться.

Крис вздрогнул. Он ещё не забыл, насколько невероятной силой обладал Праудлион, не забыл его удар, которым он сбил с ног сразу двоих Рэлитов. По законам школы Элиты у Криса был один-единственный выход — бросить вызов Праудлиону и победить его. Галдахар, конечно, учил чему мог, но от прежней стальной хватки старика теперь осталась только тень. Было видно, что старик спёкся, а сейчас, чтобы победить Члена Элиты, нужна огромная, просто невероятная сила, сила Эфериума и кто-то кто сможет показать, как овладеть ей.

— А что, — начал Крис осторожно, — твои сектанты могут научить меня, как пользоваться Эфериумом и стать сильнее?

Галдахар фыркнул.

— Спрашиваешь. Сектанты лучшие мастера среди людей, владеющих Эфериумом. И у них есть лучший в мире тренер, обучающий как раскрыть энергию Эфериума. Все новички сектанты обязательно обучаются у него. Там тебя научат гораздо большему, чем сумел научить тебя здесь я. Через месяц ты будешь уже знать, как пользоваться своей скрытой силой, а если тебе повезёт, то тобой займётся лично старый мастер Мэйсун. Учась у него, с каждым днём, ты будешь расти в своём мастерстве, изощрённости, уловках и силе. Только представь, какой мощью будет обладать Рэлит владеющий силой Эфериума и каких вершин сможет достичь, — глаза Галдахара засверкали.

— Твои слова очень заманчивы, старик. Я бы даже сказал слишком заманчивы. Поэтому я пока не готов сказать ни да ни нет.

Галдахар рассмеялся и развёл руками.

— А я разве говорил, что хочу услышать ответ прямо сейчас? У нас ещё целых два дня. Скажешь, когда вернёмся на Семилунный.

Следующим утром Крис собрал свои небольшие пожитки в похудевший рюкзак, и по очереди обнял всех малышей Уарамм. Ему было тяжело было покидать Элизий, он уже привязался к ним, а они к нему. Уарамм достали большие носовые платки и стояли, вытирая слёзы, то и дело сморкаясь.

Галдахар ждал Криса перед домом. Крис снял цилиндр с шеи и передал его старику. Брови Галдахара взлетели вверх.

— Ну и ну, до сих пор я видел одного, нет, двух людей со схожей мощью, первый из них мастер Мэйсун, а второй капитан отряда сектантов Мэлтис… Если сравнивать с обычными людьми, то у тебя выделяется втрое больше Эфериума. Даже тех, кто обладает вдвое большей силой, можно пересчитать по пальцам. Таких сразу забирает в отряд капитан Мэлтис, думаю, тебя он тоже непременно захочет перетянуть к себе. Но я дам тебе один совет: старайся не показывать свою силу ни перед ним, ни перед кем-либо ещё. Я не шучу, лучше держи её втайне, пусть твоя сила окажется сюрпризом для противников. Ну и к тому же, не хочешь ведь ты провести остаток своей жизни, скитаясь от одной планеты к другой, только ради того, чтобы приводить неофитов на Сектариум вместе с Мэлтисом?

Старик протянул ему маленький зелёный кристалл.

— Вот, держи. Небольшой подарок от меня. Чтобы ты в любой момент мог вернуться на эту, теперь уже не только мою, планету.

Крис знал, насколько дорог был Элизий для Галдахара, и честно говоря, не ожидал такого подарка. Он вставил свой первый изумрудный кристалл в рукоятку ножа.

— Ну что, готов? — спросил старик.

Крис кивнул и Галдахар достал клинок. Вчера вечером они рассчитали самый оптимальный маршрут исходя из доступных кристаллов старика. Крис предлагал совершить четыре прыжка и сэкономить Эфериум, так как чем дальше был прыжок, тем больше он отнимал сил. Но чем больше прыжков, тем больше они занимали времени, поэтому Галдахар отказался от подобной затеи. Старик предложил сделать всего два прыжка и завтра же оказаться на Лотариуме. Конечно, это отнимало больше силы, но Галдахар сказал, что если они будут прыгать по очереди, то это поможет сэкономить энергию.

Такой тактикой пользуются сектанты, быстро перемещаясь от одного мира к другому. К тому же, после каждого прыжка наступает блок, когда не получается перенестись на следующую планету. Уж слишком много энергии уходит, чтобы перемещаться между мирами, слабое человеческое тело не выдерживает таких нагрузок, и источник Эфериума внутри закрывается. Блок от самостоятельно открытого портала никогда не бывал меньше десяти минут, а вот когда проходишь через храмовый портал, то обязательно придётся ждать сутки, хоть на такой прыжок и не тратится собственной энергии, она берётся из храма, но блок всё равно наступает.

Первым портал открыл Галдахар. Он опустил кольцо на рукояти, устанавливая его в нужном положении. Когда кольцо поворачивалось, то из рукояти ножа в оправу выщёлкивался один кристалл. Оставалось только выбрать нужный кристалл и не ошибиться с планетой, как это уже было с ними однажды. Галдахар дважды проверил, что установился нужный кристалл, бирюзово-голубой, тот самый который швырнул когда-то Крису. Проверив всё как следует, старик рубанул перед собой ножом.

Раздался низкий гул, и в воздухе появилась рваная, дрожащая рана, за которой клубилась бесконечно глубокая чернота. Эта рана была похожа на переливающееся гнущееся зеркало. Зеркало дрожало и гудело.

Крис схватился за рюкзак Галдахара и шагнул в портал. Пространство и время скрутились в водовороте, а потом их выкинуло на зелёную, сочную траву. Над головой висело ярко-синее, словно бы даже нарисованное небо, а вдалеке виднелась огромная гранитная статуя мужчины в тоге.

— Не стой столбом, открывай скорее, — крикнул Галдахар. Лицо его после перехода покрылось бисеринками пота.

Крис взял протянутый нож и провёл им линию в воздухе, и там, где он проводил клинком, оставалась длинная, колеблющаяся рана. Он тут же почувствовал, как из него ушла часть силы.

Галдахар встал, Крис снова схватился за его рюкзак. Краем глаза Крис уловил странное движение. Статуя вдалеке ощутимо выросла в размерах, словно незаметно приближалась, когда на неё не смотрели. Но, к счастью для них, они уже шагнули в портал.

В этот раз Криса плашмя выбросило на песчаную планету. Он тяжело дышал, солнце ещё не взошло, и песок приятно холодил спину. Галдахар сел и принялся рыться в мешке.

— Что ты делаешь? — выдавил Крис, перекатываясь с четверенек на бок.

— Как что, достаю нам ужин. Мы оба потратили свои силы. Чем у тебя их меньше, тем дольше твоё тело не может отойти от блока. Нам торчать здесь ещё как минимум пару тройку часов, так что предлагаю хорошо поесть.

Крис не стал возражать. Они поужинали, переночевав там же, среди безмолвных песков. Утром, когда белое солнце поднялось из-за горизонта, Галдахар разбудил Криса. В этот раз снова настала очередь Криса открывать портал. Их выкинуло в душные джунгли, и Крис сразу поднялся, переход почти не отнял у него сил. Похоже, они и вправду были неподалёку от Семилунного. Галдахар огляделся и узнал это место.

— Повезло. Мы в получасе ходьбы от долины, где собираются сектанты. Идём.

Глава 39. Отец Драгон

В джунглях было по-утреннему тихо. В воздухе клубился густой туман. Крис с опаской поглядывал по сторонам, но туман, похоже, был не той же природы, что по ночам. Старик ориентировался по одному ему видимым приметам. Крис срубил очередную лиану, и она, извиваясь, упала вниз.

Вдвоём они молчаливо прорубались на восток. Впереди показался просвет. Оттуда донёсся негромкий гул множества голосов. Галдахар жестом приказал остановиться.

— Мы на месте. Сегодня здесь будет набор новых сектантов.

— Откуда тебе это известно?

Галдахар фыркнул.

— Каждый житель Семилунного знает, что у сектантов три основных места для сборов — на горке, у Красного озера и здесь, на Мальте. Горожане закрывают на набор в секту глаза, потому что никто в городе особо не радуется новичкам. К тому же, такое положение вещей устраивает все три стороны: разгружает город, убирает слишком ретивых новичков и даёт Метрополии право охотиться на сектантов и делать из них Нулей.

— И что, у головорезов получается ловить сектантов?

— Конечно нет, но они очень стараются.

Галдахар улыбнулся. Дуновение ветерка затрепетало длинные, седеющие волосы старика.

— Ну вот, теперь ты знаешь достаточно, чтобы принять нужное решение. Дальше уже тебе выбирать, куда пойдёшь, в другие миры или к сектантам. Моё же дело маленькое, и я выполнил его как смог. Так что уж не серчай на меня, старика.

— Я не в обиде. И прекрати называть себя стариком, не такой уж ты и старый.

Они пожали руки. Галдахар развернулся и не оглядываясь пошёл назад. Крис окликнул его.

— Эй, Галдахар! Спасибо тебе. За всё. Не знаю, что бы я делал без твоей помощи.

— Это был мой долг, — сказал старик.

— Знаешь, я всё-таки решил воспользоваться твоим советом и примкнуть к сектантам. Думаю, ты прав… насчёт всего. Я пойду учиться к ним, а там посмотрим, как пойдёт.

Галдахар кивнул.

— Верное решение. А теперь иди, я не люблю долгих прощаний, у меня после них настроение портится.

Крис улыбнулся и помахал рукой.

— Увидимся ещё, — сказал Галдахар.

Крис вышел на маленькую поляну, расчищенную от деревьев. Там толпились знакомые ещё с военной базы люди. Он окинул внимательным взглядом тех, кого знал: отца с дочерью, худощавого мужчину с тёмными, жирными волосами, смуглого парня с золотой серьгой в ухе и великана с перебитым носом. Были здесь и незнакомые ему люди. Один из них стоял, скрестив руки на груди, а другой ковырялся пальцем в носу. Всего же здесь собралось около тридцати человек, на всех обычная походная одежда из плотной ткани, перед каждым на траве большой рюкзак.

Крис пересёк поляну, как вдруг, его окликнули.

— Бен? — удивился Крис.

Бен бросился к нему, и они по-дружески ударили друг друга. Гладковыбритое лицо Бена сияло безупречной улыбкой. Он поправил свой помявшийся плащ и огладил волосы.

— Метрополия тебя дери, где тебя носило? — спросил Бен. — Я не видел тебя с тех пор, как мы разошлись на площади. Я уж думал, ты умер.

— Почти. Мне столько всего надо тебе рассказать, но это очень длинная история.

— Можешь не торопиться, мы уже тут часа два торчим. Кстати, где ты достал такие крутые шмотки?

На них стали оборачиваться, и Крис отвёл Бена в сторону. Когда Крис закончил рассказывать, то Бен только присвистнул.

— Жалко, что мы разминулись, я столько всего упустил. Представляешь, встаю я утром, а по улицам ходят глашатаи и говорят, что тебя посадили в тюрьму, мол ты Метропольский преступник. Ну я сразу смекнул, что к чему и пошёл тебя спасать. Прихожу я значит в твою тюрягу, выламываю дверь, а там стражник на меня как налетит! Еле запер его обратно. Теперь то понятно, почему ты ни зацепок никаких мне не оставил, ни на связь не вышел. Но тогда уж больно я на тебя разозлился, попадись мне под руку, огрел как следует.

— Что было после того, когда я ушёл?

— Ничего приятного, — скривился Бен. — В город военных понабежало до кучи, они оккупировали тут всё, ввели комендантский час, отобрали рынок у торговцев, заблокировали центральные улицы. Ты бы знал, как головорезы лютовали, когда поняли, что ты из тюрьмы сбежал, наверное, под каждый камень заглянули. После такого тебя каждый второй горожанин возненавидел. Так головорезам мало было — недавно мэра заставили раз в месяц отдавать по десять человек в армию Метрополии. Надеялись, что горожане сразу тебя выдадут, но ты хитрее оказался, сбежал, гад.

Крис улыбнулся.

— Тебе смешно, а мне не до смеха. Всех новичков, вроде нас, переселили в один общий дом и не выпускали. Ну и натерпелись мы там, я тебе скажу. По твоей милости нас двадцать дней держали взаперти. А потом пошли слухи, что головорезы вывели пару парней за город и там, вдали от Кары, под пытками заставили подписать контракт с правительством. Ну мы с парнями не стали долго ждать и сбежали. Не без моей помощи естественно, видел бы ты, как я врезал тому жандарму, — Бен ухмыльнулся. — В общем, на Семилунном нас не особо ждали, а военные уж очень хотели сделать из нас Нулей, вот мы и решили присоединиться к сектантам. Да и выбора у нас особо не было, военные уж больно рыли землю, чтобы нас схватить. Сам понимаешь, тебя не поймали, беглых новичков упустили. Представляю лицо Праудлиона, когда ему об этом донесли, — Бен ухмыльнулся.

— Неужели Праудлион до сих пор здесь?!

— Я сам в шоке, думал он посидит и уйдут дальше в гиберсон. Ан нет, этот упёртый оказался. Закрылся в одном из домов в центре и никуда не выходит, вот уже которую неделю подряд. К нему допускают только верзилу-телохранителя. По городу прошёл слух, что он заболел. Якобы кто-то видел его бледнее, чем обычно и с кругами под глазами.

— Ерунда, Члены Элиты не болеют.

Крис не успел договорить. Раздался гул открывшихся порталов, и на прогалину вышли одиннадцать сектантов в тёмных доспехах, чёрных развевающихся плащах и с белыми масками на лицах. Стоявшие до этого свободно люди, сбились в кучку. Порталы с хлопком исчезли. Бо́льшая часть сектантов окружили поляну.

— Доброе утро, кандидаты, — сказал сектант. — Меня зовут капитан Мэлтис и я ваш экзаменатор. Пожалуйста, выстройтесь в линию, начнём тестирование.

Крис и Бен встали рядом. Соседом по левой руке оказался грузный гигант. Дожидаясь, пока новички выстроятся, капитан Мэлтис снял маску и потёр переносицу. У него оказалось приятное улыбчивое лицо, чёрные волосы и глубокие зелёные глаза.

Мэлтис прошёл по ряду, ненадолго задержался перед Крисом и пошёл дальше. Затем он издал короткий крик. К нему подошло двое сектантов. Они встали позади Мэлтиса и достали ножи. По коже Криса пробежал холодок. Бен же хохотнул при виде их клинков. Крис ткнул его локтем в бок, Бен застыл и, наконец, перестал кривляться. Крис понимал его. На первый взгляд короткие ножи казались не таким уж опасным оружием в сравнении с бластером или плазмомётом, но только потому, что Бен не видел их в действии. Крис как никто знал, что в руках сектантов сейчас было по-настоящему серьёзное оружие и в любой момент они могли пустить его в ход.

Мэлтис подошёл к первому человеку и поднял перед ним пустую ладонь.

— Что ты видишь? — спросил он.

По ряду пронёсся шёпот.

Парень с жирными волосами замялся.

— К-кажтеся я вижу… Да… Это куб, но он почему-то скручивается внутрь себя.

— Хорошо, ты проходишь, — Мэлтис подошёл к следующему. — А что видишь ты?

Ещё несколько человек отвечали правильно, и очередь подходила к Крису, когда грузный мужчина, перед которым остановился Мэлтис, вдруг дёрнулся и побежал. Убежавшего быстро скрутили и увели.

— Прокля́тый шпион Метрополии, — сказал запыхавшийся Мэлтис. — Каждый раз мы устраиваем проверки, но они всё равно обязательно кого-нибудь да подошлют. Прекрасно знают, что без способности пользоваться Эфериумом их парни не пройдут нашу проверку, но всё равно продолжают пытаться.

Из джунглей раздался дикий вопль. Мэлтис улыбнулся.

— Не переживайте. Мы только проучим его как следует и отправим домой. Давайте продолжим. Надеюсь, больше среди вас шпионов не будет.

После этого проверка пошла быстрее. Мэлтис едва успевал показывать пустую руку, как тут же получал ответ. Бен без малейших усилий разглядел скрученный тороид, и вот, наконец, и настала очередь Криса. Он качнулся вперёд, но Мэлтис прошёл мимо него и начал с другого конца.

Крис с Беном переглянулись. Вновь потянулось томительное ожидание. На этот раз Мэлтис дошёл до великана, стоявшего по другую сторону от Криса. Тот помялся, долго разглядывая руку Сектанта, на которой вначале появилось несколько треугольников, неожиданно сложившихся в гексаграмму.

— Господин, это... забыл я... Мы такое в школе не проходили, да и учился я плохо.

— Постарайся вспомнить или опиши хотя бы своими словами.

Гигант облизнул губы,

— Как их там. Треугольники энто, вот.

— Верно, — улыбнулся Мэлтис и отошёл назад.

— Все, кто прошёл испытание, могут быть свободны, — крикнул он громко, — через десять минут выдвигаемся. Будьте готовы.

Шеренга рассы́палась. Крис переглянулся с Беном и подошёл к Мэлтису, отдававшему приказы другому сектанту.

— …пусть портал откроет Кастор. И передай ему, что обычный маршрут изменился, планету Кульминтов опять захватила Метрополия. Пусть сразу берёт курс на Хаскиров, будем пока прыгать через них…

— Простите что перебиваю, но у меня важный разговор.

Мэлтис отпустил бойца и впервые посмотрел на Криса. Крис встретился со взглядом зелёных, грустных глаз.

— Не хотите ли вы проверить и мои способности? — спросил Крис, но Мэлтис лишь покачал головой.

— Прости, но я не могу.

— В чём же причина? Может, я хуже других?

Мэлтис поморщился.

— Прости, Крис. Я знаю, кто ты такой и специально игнорировал тебя. Пойми, тебя ищут слишком влиятельные люди, и если я возьму тебя к нам, то ты подставишь под удар всю нашу секту. Я не могу рисковать.

— Хм, тогда мне всё понятно. Спасибо за откровенность. Рад был пообщаться лично…

Крис не успел договорить, потому что с треском множества молний, воздух разорвал большой портал.

Разрыв стал уменьшаться, молнии затрещали злее, и портал с хлопком закрылся. Оттуда вышла одинокая фигура сектанта в фиолетовом плаще с золотой маской на лице. Сектант огляделся и пошёл к Мэлтису, устало хромая на правую ногу. Мэлтис застыл с приоткрытым ртом. Сектант в золотой маске пересёк поляну и остановился прямо перед капитаном.

— Мой лорд, — Мэлтис упал на одно колено, но золотолицый сектант подхватил его под локоть.

— Не стоит Мэлтис, — раздался обезличенный механический голос. — Я не сомневаюсь в твоей верности.

— Мой господин, — жарко заговорил Мэлтис, — что вы делаете, так далеко от Сектариума? Здесь опасно для вас.

— Не беспокойся об этом, друг мой. Пойдём, я хочу немного поговорить с тобой.

Золотолицый сектант в фиолетовом плаще увёл Мэлтиса в сторону. Остальные присутствующие зашептались.

— Кто это? — спросил Крис у стоявшего рядом.

Сектант взглянул на доспехи Криса и на нож, висевший на его поясе.

— Странно, что ты не знаешь.

— Я из другой секты, — соврал Крис.

— Тогда тем более. Это Отец Драгон, основатель. Он создал орден сектантов двадцать лет назад, объединив нас против Метрополии. У Отца Драгона больше всего людей в подчинении, и мы в том числе, — сектант показал край плаща, где был вышит зелёный дракон, изрыгающий пламя. — Лидеры других сект не имеют стольких отрядов в подчинении, как наш Отец, и потому вынуждены лишь избирать его на пост каждый год.

Крис покосился на Драгона. Тот поставил на землю небольшую чёрную коробочку и теперь что-то рассказывал Мэлтису. Командир Сектантов слушал, недоумённо качая головой. У Криса чесались руки надеть маску и подслушать, о чём они толковали, но судя по спокойной реакции других сектантов, это бы не помогло. Драгон договорил, положил руку на плечо Мэлтису и заковылял в сторону джунглей.

Мэлтис ещё долго смотрел ему вслед. Когда основатель скрылся за деревьями, Мэлтис подобрал странный предмет с земли и спрятал его в карман своего плаща. Капитан вернулся к остальным сектантам, стоявшим вперемешку с новичками. Казалось, Мэлтис не видел их, его взгляд блуждал где-то вдалеке. Внезапно он хлопнул ладонями и громко крикнул.

— Время вышло, собирайтесь все, мы выходим. Это касается и тебя, Крис. Ты идёшь с нами, хочешь ты этого или нет. Это приказ самого основателя!

Глава 40. Ходоки между мирами

Первым портал открывал высокий сектант Кастор, имя и голос которого показались странно знакомыми Крису. На вопрос Криса Мэлтис ответил, что Кастор и вправду был в отряде Рыжего, другого капитана, но совсем недавно перешёл в подчинение к нему.

Сектанты вперемешку с новобранцами стали по очереди проходить через открывшийся разлом, исчезая в других мирах. Судя по тому, как Кастор легко пропускал остальных сквозь портал, расстояние до следующей планеты было не велико. Но когда Крис спросил у Мэлтиса, куда ведёт открытый проход, тот пробурчал, что это тайна сект. Мэлтис ушёл, Крис пожал плечами – не хотят говорить и не надо — шагнул в открытый проход и…

Едва не упал на серую, пожухлую траву. Он сделал несколько неловких шагов, пытаясь сохранить равновесие и не споткнуться. На земле, растянувшись во весь рост, лежал Салли Трайн, худой темноволосый парень с вечно грязными волосами. Пытаясь удержать равновесие, Крис перескочил через него и выпрямился. Раздались аплодисменты, Мэлтис и ещё несколько сектантов засвистели. Крис поклонился. Он и сам отметил, что с каждым переходом, ему всё лучше удавалось устоять на ногах.

Последний раз прогудел портал, на прохладную землю шагнул Кастор. Крис тут же застыдился своей недавней гордости, так ловко Кастор это проделал.

Сектант сел на холодную землю и снял маску. Под ней оказалось, ровное, белоснежное лицо с бледными, соломенными волосами, и холодным, проницательным взглядом голубых глаз. Кастор тяжело дышал, вытирая вспотевшее лицо. К нему подбежал Мэлтис.

— Ты в порядке?

— Не обращай внимания, просто слегка приболел, — выдохнул Кастор.

Мэлтис протянул ему шоколадный батончик. Кастор поблагодарил и набросился на шоколад.

— До базы дотянешь?

— Да. Не переживай капитан, мне уже легче, — Кастор выпрямился и утёр взмокшее от пота лицо. — Минутная слабость.

— Надеюсь что у тебя действительно "обычная слабость", а не переходная лихорадка от недостатка Эфериума. Как только доберёмся до Сектариума, я потребую у Аманды Вард, чтобы выписала тебе нейростимуляторы.

— Думаешь она так просто тебе их даст? — через силу улыбнулся Кастор.

— Конечно нет, но если понадобится, я дойду до самого Отца, чтобы убедить её. Ты всё-таки не в обычном отряде ходоков, ты в отряде капитана Мэлтиса!

Кастор засмеялся.

— Мне с каждой минутой легчает от твоих слов, капитан.

Мэлтис улыбнулся.

— Сколько у тебя блок?

Кастор посмотрел на запястье, где загорелся циферблат.

— Сорок часов.

Капитан почесал лоб и позвал сектанта, раздававшего всем новичкам маски перед первым переходом.

— Позаботься о нём, — приказал Мэлтис, повернулся и крикнул. — ЭЙ ВЫ, ЛЕНТЯИ! ХВАТИТ ПРОХЛАЖДАТЬСЯ, ОТДЫХАЕМ ЕЩЁ ДЕСЯТЬ МИНУТ И ВЫХОДИМ!

Когда отдых, больше похожий на суетливые новые сборы, закончился, отряд из сорока пяти человек двинулся дальше. По серой, безжизненной земле клубился влажный туман. Около получаса все шли почти в полной тишине, не встречая никого на своём пути. Тишина давила, и когда кто-то случайно запинался подошвой об одинокий камешек, притаившийся в траве, то остальные вздрагивали.

Через час отряд сделал привал возле ручья. Мэлтис опустил в воду свою перчатку и сразу же вынул. Перчатка стала прозрачной.

— Можно пить, — сказал он.

Едва все напились и набрали воды во фляги, отряд снова двинулся дальше. Крису уже начало казаться, что они заплутали, когда впереди показался низкий храм, похожий на приземистый, каменный купол. Стены храма были выложены из плоских, маленьких камней. Купол немного осел, местами в щели можно было просунуть палец.

Из круглого входа дунул сильный порыв ветра. Мэлтис жестом велел всем остановиться. Из тумана выползло безглазое трёхметровое существо, похожее на четырёхрукого ящера с белой кожей. Новички невольно вскрикнули, а сектанты схватились за ножи, но Мэлтис приказал всем заткнуться. Ящер выпрямился в полный рост и стоял перед капитаном, скрестив руки и покачиваясь на хвосте.

— Хум дарухан умал, Хаскирс, — сказал Мэлтис и поклонился белокожему существу. — Люди рады приветствовать вашу расу.

— Муссс шшшании хуммманнн, — прошипел ящер, высовывая длинный красный язык, с секунду покачался на хвосте, словно раздумывая, а затем скрылся в тумане.

Мэлтис вытер пот со лба и показал остальным, что можно идти. Отряд двинулся внутрь храма.

— Что по-твоему он сказал? — шепнул Бен.

— Думаю, ничего хорошего, — ответил Крис, пригибаясь при входе в храм.

Потолок внутри оказался слишком низким, а местами сквозь щели можно было увидеть звёздное небо. Если бы не многочисленные корни, обвивавшие купол, потолок давно бы обвалился.

Крис был в подобном храме второй раз в жизни. Внутри храм практически не отличался — на стенах повсюду были вырезаны длинные волнистые линии и резные фигурки странных животных и пришельцев. Единственным отличием было то, что внутри тут стоял лёгкий, но отчётливо слышимый гул, исходящий от алтаря.

В этот раз каждый сам открывал для себя портал. Первым пример показал Мэлтис. Он положил руки на алтарь и шагнул в открывшийся проход.

Крис вспомнил уроки Галдахара — храмовые порталы работали за счёт собственной энергии, не затрачивая внутреннюю энергию проходящих сквозь них существ. Чтобы перемещаться между мирами, достаточно было владеть силой Эфериума. Не требовалось ни кристаллов, ни ножей, ни чего-либо ещё. Из-за этого храмовые порталы пользовались популярностью у других рас. Впрочем, не только у них. Метрополия использовала храмы, чтобы перебрасывать войска между мирами при помощи Нулей.

Пока Крис думал, настала его очередь. Он положил руки на квадратный камень алтаря, тот загудел, и портал открылся. Мгновение спустя, он оказался в другом храме, грубо вырубленном внутри каменной скалы. На запястье доспехов появилась и замерцала красная цифра шестнадцать, моргнула и превратилась в пятнадцать.

Крис хмыкнул, старик не обманул его, когда сказал, что блок будет длиться сутки. Он отошёл к стене. Другие члены отряда постепенно перемещались на новую планету и отдыхали, ожидая остальных. Крис только теперь понял, в чём был смысл всех испытаний и проверок сектантов. Любой, кто не умеет пользоваться Эфериумом, станет обузой для остального отряда. Какой из тебя помощник, если ты даже для себя портал открыть не можешь, не говоря уж про других.

Когда бо́льшая часть их отряда перешла между мирами, в пещеру забежал посланный на разведку сектант.

— Головорезы Метрополии, — шепнул он. — Совсем рядом от нас.

Мэлтис выбирал сектантов для вылазки, когда к нему подошёл Крис с просьбой взять и его. Он был новичком, естественно, что Мэлтис отказал, но едва капитан узнал, в скольких военных кампаниях Крис побывал, как быстро изменил своё мнение.

Пятым разведчиком, как ни странно, напросился Бен, которому скучно было оставаться в лагере. Крису пришлось поручиться за своего приятеля. Он рассудил, мол будет неплохо, если с ними пойдёт ещё один Рэлит, но быстро пожалел, что взял его с собой. Бен каждую минуту ворчал, что запачкал последние приличные брюки, напрочь отказывался прятаться в траве и надевать плащ-маскиратор, якобы от него чем-то воняет. Только после угроз Криса, Бен заткнулся, накинул на себя плащ и пополз вместе с остальными.

Сам Крис вызвался на разведку вовсе не от скуки. Он знал, что наверняка где-то неподалёку местность прочёсывают лёгкие и неуловимые разведчики Метрополии, в любой момент способные обнаружить отряд сектантов. А учитывая, как сильно Праудлион хотел поймать его, выдавать себя, пока не входило в его планы.

Пятеро сектантов залегли на холме среди невысокой, чахлой травы. Только маскировка помогла им подобраться так близко к отряду военных, разбивших временный лагерь чуть ниже, возле ручья.

Крис насчитал около трёхсот головорезов, вооружённых огнестрельными ружьями. Он поморщился. Ему, как бывшему офицеру, до сих пор было непривычно видеть личный состав, вооружённый столь примитивным оружием. Хотя, надо отдать должное солдатам, действовали они по уставу. Лагерь, хоть и временный, был разбит по всем правилам: по периметру стояли часовые в наскоро поставленных вышках, между ними протянули колючую проволоку. Всё, как полагается для однодневного лагеря. Командиры даже разведчиков отправили прочёсывать местность, нет-нет да и мелькнёт где-нибудь в лесу камуфляжный плащ.

Крис понимал, что не сто́ит недооценивать врага. Несмотря на примитивное оружие, солдаты оставались солдатами. Даже огнестрельных ружей было вполне достаточно, чтобы уничтожить их маленький отряд. Ножи сектантов, несмотря на свою устрашающую силу, были эффективны только в ближнем бою или для внезапных нападений из засады. Они вряд ли помешают выпущенной издалека пуле, а в том, что Головорезы умели метко стрелять, Крис не сомневался.

Похоже, Мэлтис тоже хорошо это понимал, потому что передал по радиосвязи, чтобы остальные сидели в храме и были готовы в любой момент разбежаться на ходулях-джамперах в разные стороны.

— Что головорезы потеряли на этой позабытой всеми планете? — выругался Мэлтис, разглядывая лагерь Метрополии, — И почему именно сейчас, когда у нас всех блок на переходы?

Крис с Беном переглянулись, но решили за лучшее промолчать.

Мэлтис продолжал разглядывать лагерь при помощи дальновизора встроенного в маску.

— Вот бы добраться до тех ящиков, — сказал капитан.

В центре лагеря, позади разбитых палаток, стояли большие деревянные контейнеры, возле которых паслись существа, похожие на переросших страусов. На коробках от руки был написан кодовый номер отряда – CEN. Внутри лагеря ни на секунду не прекращалось движение: механики чинили, повара готовили, солдаты слонялись без дела, в общем, кипела самая обычная жизнь.

— Не получится, — после секундной паузы сказал Крис. — Лагерь слишком хорошо охраняют. Пусть он и кажется спокойным, но в любую секунду стены могут ощетиниться множеством орудий.

— Тут ты прав, — Мэлтис снял маску и вытер лицо, — Головорезы всегда начеку. Что есть, то есть.

— А зачем тебе вообще понадобились эти ящики? Что в них такого?

— Много всего, — Мэлтис снова надел маску. — Войска Метрополии грабят множество планет. По крайней мере, пытаются. Там может быть что угодно начиная от драгоценных камней или редких металлов и кончая украденными у других рас технологиями. Больше всего всех интересуют технологии. Планетяне, естесвенно, не рады, когда их планеты грабят, но не все могут постоять за себя. Впрочем, некоторым получается дать отпор, и тогда уже головорезам приходится несладко. Они, конечно, окапываются, сражаясь до последнего патрона, но потери всегда неизбежны. Большинство планетян знают ненависть сектантов к головорезам, и если кто-то из наших идёт по подобной планете, они нам сообщают про головорезов. По возможности мы грабим такие лагеря, когда проходим мимо, местные рады насолить оккупантам, а для нас это возможность подзаработать. Яящики, добытые у Метропольцев, можно хорошо обменять на Сектариуме, — Мэлтис вздохнул. — Но сегодня не наш день.

Бен хохотнул, Крис ткнул его локтем в бок. Мэлтис снял маску и смотрел прямо на Криса. С секунду он помолчал, колеблясь.

— Я тебя обманул. Это была шутка, тебе лучше забыть о том, что я сказал. Ты тоже когда-то служил в армии, но эти парни по-настоящему опасны. Будь осторожен с ними: в головорезы берут только самых мерзких, отпетых тварей, из людей того сорта, которые даже не поморщатся, когда придётся кого-то убить голыми руками, — Мэлтис провёл пальцем по горлу.

— Мы с Беном уже знаем, спасибо за краткий экскурс.

Мэлтис странно посмотрел на Криса.

— А ты знал, что вылазка головорезов продолжается ровно год, причём иногда бывает так, что только полгода их отряд может продвигаться до нужной планеты.

— Нет.

— То-то и оно, не многим известно о подобных вещах. Как я уже говорил, вылазки головорезов опасны из-за агрессивно настроенных планетян. В лучшем случае из целого отряда в триста голов обратно через год возвращается половина. Будь осторожен, если увидишь кого-то с номером на спине ниже пятидесяти или со множеством нашивок на рукаве: это командир, к тому же бывалый ходок между мирами. Говорят, такие сами любят ловить нас, сектантов, уж больно много мы доставляем им неприятностей.

Крис хмыкнул, но спорить не стал. Мэлтис противоречил сам себе. То уверял, будто сектанты нападают на разгромленные отряды головорезов, то наоборот, пугал, что военные сами охотятся на сектантов. Всё указывало на то, что Мэлтис случайно проговорился о своём бизнесе и не хотел допустить появления ещё одного конкурента в своих тёмных делах.

Мэлтис, видимо, понял, о чём думал Крис, потому что хотел сказать кое-что ещё, но не успел. Прозвучал неслышимый сигнал, и лагерь головорезов начал собираться. Из леса, в сорока метрах от залёгших в траве сектантов, вышли трое военных и направились к основному отряду. С десяток разведчиков на ходулях-джамперах проскакали в противоположном направлении от лагеря.

— Нам крупно повезло — прошептал Мэлтис, — похоже, нам с ними не по пути. В любом случае надо уходить отсюда как можно скорее. Я не доверяю головорезам, их сборы могут оказаться обманкой, они в любой момент способны повернуть в сторону нашего отряда. Поторопимся.

Глава 41. Заминка на Палу

По счастью, головорезы их не заметили. Дальнейший переход между мирами прошёл почти без происшествий, если не считать того, что Штэфан Ивори, смуглый парень с серьгой в ухе, проколол себе ногу и сильно замедлил отряд. Это произошло, когда они шли по дну каменистого ущелья. Судя по всему, когда-то давно здесь пролегало русло реки, теперь пересохшей. На это указывали огромные побелевшие кости зубастых трёхголовых рыб, лежащие вперемешку с крупными и мелкими валунами. В какой-то момент из-за облаков вышла большая треснутая луна, с огромным шрамом, почти разделившим её напополам. Бен воскликнул и указал рукой на небо, тут-то Штэфан и проколол ногу, наступив на одну из длинных, тонких костей.

Из-за этого происшествия их отряду пришлось на несколько дней задержаться на следующей планете. Мягко скажем, Мэлтис совсем не обрадовался подобной перспективе. По счастью, Палу, местные человекоподобные планетяне с кожей, покрытой толстыми наростами, оказались приветливы к сектантам и разрешили остановиться в своей деревне. Весь отряд разместили в большой юрте, сшитой из толстых шкур. Капитан Мэлтис приказал всем оставаться внутри и не выходить наружу без надобности, а сам ушёл к шаману, который лечил Штэфана.

Уже вечером их юрту отгородили от остальной деревни забором из натянутых шкур, вдоль которого выставили мужчин, вооружённых пращами. Похоже, Палу очень ревностно относились к своим женщинам и детям. Впрочем, никто не горел особым желанием проверять, насколько далеко простиралось «гостеприимство» диковатых планетян.

В этой-то юрте Крис и провёл несколько дней вместе с остальными сектантами. Лишь изредка Палу выпускали их наружу, да и то только по нужде, даже обед (густое варево из жил и костей) им приносили внутрь юрты. В тесном пространстве не обошлось и без ссор. Пару неофитов всё-таки не удержались и высказали своё недовольство, что Крис тоже вступил в отряд сектантов наравне с ними. Не скрывая неприязни, они говорили, что во всех проблемах горожан был виноват именно он. Впрочем, капитан Мэлтис быстро решил возникшие разногласия, сказав, что недовольные могут проваливать на все четыре стороны, после чего неофиты быстро умерили свой пыл.

В остальном дни протекали довольно однообразно. Сектанты откровенно маялись от скуки и, чтобы хоть чем-то себя занять, с утра до ночи рассказывали истории, травили шутки и резались в карты — древнюю игру, привезённую с Земли на Лотариум и там же благополучно позабытую. В рядах сектантов игра воскресла из прошлого и прочно укоренилась. Сектантам она пришлась по душе из-за своей простоты и многообразия, колоды карт были практически в каждом отряде. Но главной причиной по которой так полюбились карты среди ходоков между мирами, были незначительные размеры и вес нескольких колод, что было немаловажно в далёких путешествиях.

За эти три дня Крис успел не только научиться отличать бридж от преферанса, но и узнать повадки других новичков. Некоторых Крис видел ещё в лаборатории Метрополии. Гигант Гордрик с перебитым носом рассказал, что был доставлен туда с каторги. Он родился и вырос в подземных катакомбах, практически не видя света. Руководство рудника было очень удивлено, когда за ним пришли люди из правительства. Как оказалось, Гордрик не был официально рождён и не числился в каторжных списках, что было частой практикой надзирателей, чтобы эксплуатировать детский труд и набивать карманы местного начальства. Когда Гордрика, освобождённого от кандалов, выводили правительственные агенты, ему рукоплескали все каторжники — не каждый день кто-то уходил из подземелий живым.

Салли Трайн, худой и неряшливый пройдоха, тоже прибыл с Лотариума. Он почти ничего не рассказывал о себе, но зато постоянно выигрывал в карты, обчищая карманы сектантов, чему они не были рады и в итоге перестали с ним играть. Познакомился Крис и с мужчиной, к которому жалась юная девочка лет пятнадцати. Они оказались семьёй, но мало говорили о себе. Кэтрин постоянно плакала, и как-то ночью её отец, Шон Финк, рассказал что его дочь совсем недавно потеряла мать. Остальные же новички практически ничего не говорили о себе.

Ещё человек пятнадцать неофитов были с Семилунного. Они хорошо знали друг друга и держались обособленно. Сектанты, похоже, их тоже знали. Обычно Семилунцы так массово не покидали свои дома, с самого детства их учили держаться подальше от других миров, но сейчас был особый случай. После того как город оккупировали военные, для большинства свободолюбивых горожан жить там стало в тягость. Полковник Смит Третий ввёл комендантский час, а солдаты постоянно вторгались в частные дома, где занимались откровенным грабежом под различными предлогами. Многие бывшие горожане понимали, что Крис был ни при чём в их бедах, и откровенно сочувствовали ему.

Мэр бездействовал, и горожане были им недовольны, особенно молодёжь. Именно они подбивали остальных устроить мятеж против новых порядков Метрополии, но старожилы призывали всех потерпеть ещё немного. Когда же полковник издал указ набирать Нулей из жителей города, то это стало последней каплей. Многие горожане вышли на улицы, и вскоре бунты перешли в побоища и массовые беспорядки. Военным пришлось применить силу. Десятерых зачинщиков публично наказали, обратив в Нулей. Остальных бунтовщиков кинули в спортзал, превращённый в общую тюрьму. Однако двум лидерам мятежа, Марку Торбинсу и Россу Рою, удалось организовать массовый побег, как раз накануне нового набора сектантов. Вот так они оказались здесь, на полпути между Сектариумом и Семилунным.

Росс сразу приглянулся Крису. С виду он казался весёлым, но на деле под маской весельчака скрывалась серьёзность. Росс дружил с Полански, если, конечно, их постоянные словесные перепалки можно было назвать дружбой. Насколько Крис знал, Росс родился и вырос на Семилунном, а когда над ним подшучивали, мол что он забыл среди сектантов, он лишь отшучивался и говорил, что ему наскучило сидеть на одном месте. Но все, конечно же, понимали что причиной тому был недавний мятеж.

Все три дня, что сектанты сидели тут, Мэлтис нервничал и ворчал. Он объяснил неофитам, что из-за Штэфана его отряд сильно выбился из графика, но ничего поделать не мог. Капитан часто уходил проведать Штэфана в жилище шамана, а в свободное время сидел в углу шатра, затачивая свой нож до бритвенной остроты, да то и дело прикладывался к походной фляжке.

Когда Штэфан исцелился, Палу разрешили людям выйти из шатра и проводили до храма. Шаман окуривал их дымом от трав, а женщины в чёрных одеждах с закрытыми лицами, всю дорогу били в большой барабан. Шаман, похоже, был очень доволен, что смог исцелить Штэфана при помощи своих духов. Он благословил сектантов на добрую дорогу и велел молиться сильным духам Джуду и Мадуду, которые показали гладкокожим людям своё могущество. Но Мэлтис шепнул остальным, что если бы он всё это время не подсыпал в питьё Штэфана антибиотики, то тот загнулся бы ещё в первый день.

Возле храмового портала Мэлтис заметил, что Кэтрин взяла с собой небольшую набитую травой тряпичную куклу со стеклянными глазами, которую ей подарил кто-то из племени Палу.

— Отдай мне эту игрушку.

— Что, простите?

— Отдай мне твою куклу.

Кэтрин посмотрела на отца и прижала игрушку к груди.

— Нет. Она моя.

Шон Финк выдвинулся вперёд, но Мэлтис остановил его жестом. Он снял маску и потёр уставшие глаза.

— Либо ты отдашь её мне, либо остаёшься здесь.

Кэтрин начали уговаривать, но она упёрлась. Всё же, после долгих уговоров, девочка швырнула куклой в Мэлтиса.

— На, подавись!

Капитан молча поднял игрушку и одним движением ножа отрезал у неё стеклянные бусинки глаз. Под недоумёнными взглядами остальных новобранцев, он положил стеклянные шарики в свой карман и протянул куклу обратно Кэтрин, но Кэтрин отшвырнула её в пыль и прижалась к отцу. Тряпичная, безглазая игрушка так и осталась лежать на сухой, каменистой дороге.

Остальные новички в отряде начали перешёптываться друг с другом и, казалось, возненавидели Мэлтиса. Бен был в их числе и порывался немедленно свести с ним счёты.

— Пусти, я не потерплю, чтобы какой-то придурок при мне обижал ребёнка.

— Успокойся. Он только забрал из игрушки кристаллы, — сказал Крис.

— Что ещё за кристаллы, о чём ты?

Крис пришлось объяснить ему, что камушки в кукле, можно было использовать, чтобы быстро вернуться назад. Любой, кто вставит их в свой клинок, мог потом открыть на планету Палу портал. А Мэлтис, похоже, следил чтобы никто, в том числе и члены его отряда, не собирали кристаллы на других планетах. Поведение капитана было легко объяснимо, если кто-то вдруг окажется шпионом, и наберёт достаточное количество кристаллов, то Метрополия узнает о местоположении их базы, и тогда существование всех сектантов будет под угрозой.

Бен только присвистнул.

Перед переходом на следующую планету Мэлтис приказал всем надеть маски и, как оказалось, не зря. Внутри храма на стенах поверх привычной резьбы были нарисованы красной краской солярные символы. Несмотря на всю безобидность обстановки, датчик, встроенный в маску, показал, что в воздухе содержится высокая доза аммиака.

Крис натянул маску потуже и вышел из грязного, обшарпанного храма. Над землёй поднимался едкий, зелёный туман. Бледный свет луны выхватил из мрака чахлые деревца, на которых висели большие кожаные шары гнилостного цвета. Мэлтис велел не трогать ни шары, ни деревья, и вся группа бегом промчались по узкой тропинке до следующего портала.

Дальнейшее путешествие проходило без приключений. Сектанты шли почти без остановок, отдыхая только, когда был блок на переход в следующий мир.

По подсчётам Криса их отряд покинул планету Палу тридцатого апреля, а уже первого мая, ровно через десять дней, они достигли планеты сектантов. За это время их отряд прошёл множество миров, большинство из которых оказались либо каменисты, либо пусты. Крис даже не запомнил всего долгого маршрута. Время от времени кто-то из сектантов совершал дальний прыжок, видимо, пытаясь обойти опасные или непригодные планеты. Несколько раз они даже возвращались в те миры, где уже побывали, и у Криса возникло стойкое ощущение, что Мэлтис специально путал следы.

Кроме пустынных и однообразных планет, были яркие и запоминающиеся. В одном мире тонкие и высокие существа передвигались на парящих в атмосфере лодках. Отталкиваясь шестами от воздуха, существа эти проплыли совсем рядом с сектантами. Были их отряд и на планете, где пришельцы носили грустные каменные маски на лицах. Но больше всего Крису запомнилась планета, где по небу мчался бешеный поток из летающих пузырей, внутри которых сидели двуглавые пришельцы. Этот мир чем-то напомнил ему родной Лотариум. На другой планете их отряд окружили существа вооружённые луками. У планетян называвших себя Калусварами была синяя, с продольными полосками кожа. Калусвары едва не напали на сектантов. Мэлтис едва смог с ними договориться, откупившись драгоценными камнями, при виде которых у Бена навернулись слёзы на глаза.

И вот, наконец, после долгого, и местами даже опасного, приключения, их отряд достиг своей цели.

Глава 42. Сектариум

Под низко висевшим солнцем, посреди голой каменистой равнины, возвышалась чёрная монолитная скала. Слишком ровная и слишком огромная, чтобы человеческие руки могли построить нечто подобное. Бен даже присвистнул от удивления.

— Вот и он, наш дом, — сказал Мэлтис. — Добро пожаловать на Сектариум.

На обсидиановой верхушке скалы несколько раз вспыхнул и погас огонёк.

Сектанты расположились на отдых. Крис решил последовать их примеру, хоть и не понимал, почему Мэлтис и остальные сектанты торчат тут, а не торопятся домой. Впрочем, вскоре ему стала ясна причина такой задержки. Вдалеке мелькнуло с десяток мчащихся в их сторону дисков. «Диски» быстро преодолели расстояние между крепостью и отрядом, и остановились, ощетинившись пыльными шестиствольными дулами лучемётов. Из моноциклов выпрыгнули сектанты в страшных масках на лицах, в чёрных доспехах и плащах с нашитой змеёй. Один из сектантов откинул маску, обнажив усталое лицо с тонким, поломанным в нескольких местах, носом.

— Что-то в этот раз ты долго, старый прохвост, — сказал сектант Мэлтису, — я уж думал, сдох, гад.

— Только после тебя, Фартром, — улыбнулся Мэлтис. Они обнялись, хлопая друг друга по плечам.

Пока капитаны болтали, остальные сектанты перекинулись приветственными фразами и расселись по моноциклам. Фартром козырнул Мэлтису и тут же отчалил.

— Эй, а как же мы? — закричал Салли Трайн, бросаясь за моноциклами.

— Погоди, сейчас и за нами приедут, — сказал Мэлтис, который оказался единственным сектантом, оставшимся с новичками. — А, вот и Харуги, я чувствую вонь этих тварей за километр.

Из-за камней выползли три деревянных телеги, влекомые высокими восьминогими существами, больше походившими на смесь верблюда и слона. Огромные толстокожие животные мерно брели, пощипывая мох, растущий на камнях.

— Карета подана, господа, — рассмеялся Мэлтис, — прыгайте внутрь, не стесняйтесь.

В нос ударил запах мокрой шерсти и грязной кожи. Новички отшатнулись от повозки, вытирая навернувшиеся на глаза слёзы. Кэтрин побледнела и прижалась к отцу.

— Отменный аромат, верно? — Мэлтис похлопал Криса по плечу и прыгнул на борт грязной телеги. Подавив приступ тошноты, Крис поднялся за капитаном. Один за другим новички забирались внутрь, и только Бен ни в какую не хотел лезть следом за остальными.

— Другого транспорта не будет, полезай, а то придётся плестись пешком.

— Я весь провоняю! Не хочу даже близко подходить к этим мерзким, уродливым тварям, — одно из существ подняло голову величиной с человека и с обидой взглянуло на Бена. — И не надо смотреть на меня так. Где я потом найду новую одежду?

Крис всё же сумел уговорить Бена, пообещав, что непременно раздобудет ему плащ и брюки.

— Ладно, — проворчал Бен, — но только смотри не забудь. Ну и воняет же от этих тварей! Чтобы выветрить запах, одежду теперь придётся кипятить.

Стены крепости приближались слишком медленно, Харуги то и дело останавливались, чтобы выдрать очередной кусок мха из каменистой почвы. Вонь, идущая от животных, была настолько отвратительной, что Крис старался о ней забыть. Телеги тряслись и скрипели, он повернулся набок, и сам не заметил, как уснул под мерное покачивание и голоса Росса и Полански, спорящих о том, чем их накормят в крепости сектантов.

Проснулся он оттого, что повозка остановилась. Высоко над головой возвышалась отполированная до блеска, обсидианово-чёрная стена, состоящая из множества подогнанных друг к другу шестигранников, похожих на волокна огромного дерева. Раздался хруст, несколько шестигранников начали опускаться, исчезая в скале. В стене крепости открылась узкая щель, достаточная лишь для того, чтобы через неё проехала телега.

Одна за другой, повозки миновали ворота, и снова захрустел камень позади них — ворота поднимались. Харуги тронулись дальше, везя людей по улице. Базу сектантов нельзя было сравнить с огромным и величественным городом Семилунного.

Среди узких улиц плотно лепились друг к другу невысокие дома, сделанные из обожжённой глины. Крыши зданий были покрыты плоскими камнями. Люди здесь уже не шатались праздно по улицам. Многие женщины носили плетёные корзинки и занимались домашними делами: кто стирал, кто прибирался, кто готовил. Полуголые дети гоняли колесо среди узких закоулков. На улицах почти не было стариков, лица людей были хмурыми и настороженными. Все жители были одеты в практичную, повседневную одежду: брюки и куртки из плотной ткани, прочные же башмаки.

Одна из женщин оторвалась от дел и уставилась на Криса. Взгляд её принял осмысленное выражение. Она ткнула локтем свою соседку.

— Смотри, наверное это тот новичок, о котором все говорят.

У Криса мгновенно покраснели уши. Откуда местные знают о нём? Может, та женщина ошибалась? Но нет. Соседка вытерла мокрые руки о фартук и ойкнула от удивления. Она тоже узнала его! Вскоре эта новость облетела всех сектантов, и возле тележки, на которой ехал Крис, образовалась маленькая толпа, и всюду, куда бы он ни поехал, его встречали внимательные взгляды.

— А ты популярен, — прищурился Мэлтис.

— Я не имею к этому никакого отношения.

— Ну-ну.

— Взгляни туда, — вдруг взвизгнул Бен и ткнул Криса локтем. — Золото! Быть такого не может!

Над низкими лепными домиками возвышался высокий трёхступенчатый храм. Храм сиял в лучах заходящего солнца словно и вправду был сделан из чистого золота. Там, где на его остроконечную вершину падало заходящее солнце, золото мерцало особенно томно.

— Наверно, просто свет так падает, — сказал Крис. — Не может быть, чтобы такая громадина была сделана из чистого золота.

— Храм и правда золотой, — сказал Мэлтис. — Ты слышал легенду о Кроме? На Семилунном ходит много преданий, на какой планете он остановился, но у нас верят, что именно Сектариум был последним местом где его видели, прежде чем он заснул после великой битвы. Говорят, раньше храм этот был из камня, но от прикосновения Крома стал золотым, дабы хранить память о нём.

Дальше Крис ехал в молчании, обдумывая услышанное. Харуги вывезли повозки на улицу, которую с натяжкой можно было назвать центральной. Низкие дома стали выше и даже чуть богаче, а люди уже на были так погружены в работу, да и не выглядели так устало, как на окраине. Здесь, как почти во всех человекоподобных мирах действовало одно и то же правило — в центре селились самые богатые и значимые существа своей расы. А самым больши́м зданием была резиденция Отца Драгона, высокое здание из белого камня со множеством башенок и даже часами. Резиденцию окружал забор из камня, за решётчатыми воротами которого паслись, к удивлению Криса и остальных новобранцев, земные животные — овцы, коровы, гуси и куры.

— Даже не думайте их попробовать, — усмехнулся Мэлтис. — Тут пол крепости на них облизывается, но куриный суп бывает только по больши́м праздникам.

Мэлтис спрыгнул с повозки.

— Ну ладно. Дальше езжайте без меня. Вас встретят и всё объяснят, а мне надо начальству доложить. Но!

Капитан подстегнул Харуги, но те, похоже, не особо чувствовали удары. Крис обернулся, ощутив сверлящий взгляд между лопаток. На него в упор уставились трое сектантов в алых плащах. На их лицах были надеты особенно уродливые, оскалившиеся маски. Один из них снял капюшон и сказал что-то другому. Мэлтис пересёк улицу, остановился перед этими сектантами и отдал честь. Крис напряг слух и успел подслушать начало разговора: капитан докладывал об отряде Головорезов, который они встретили по пути сюда.

Сектанты в алых плащах позвали Мэлтиса за собой в резиденцию Отца Драгона. Крис проехал ещё с сотню метров, а потом Харуги остановились перед зданием, где крупными буквами было написано «Мастерская». Уставшие новобранцы облегчённо вздохнули, начав выбираться из своих телег.

Вместе с остальными Крис прошёл медицинский осмотр у двух врачей, где его заставили раздеться и сдать все возможные анализы, проверяя на болезни, которые человек мог подхватить между мирами. На медосмотре он спросил, есть ли на Сектариуме техника, способная восстановить память.

— Память? — врач, худой сектант с осунувшимся лицом, потёр лоб. — Ты об утерянных или стёртых воспоминаниях? Понятно. Я слышал о таком аппарате. Правда, он стоит у лидеров сект, но да, технически мы можем восстановить твою память. А что, у тебя какие-то проблемы?

Крис пожалел, что задал подобный вопрос. Врач заставил его сдать все анализы по второму кругу. Как и ожидалось, с ним всё оказалось в порядке, не считая покрасневших глаз от местного сухого воздуха. Врач подозрительно на него посмотрел, выписал капли и отпустили к остальным. Не повезло только Штэфану, которого сразу же положили на карантин.

Когда Крис выходил от врача, сердце билось быстрей. Он был в шаге от того, чтобы восстановить свои воспоминания и узнать, почему за ним охотился Праудлион. Оставалась только договориться с кем-то из лидеров сект, и тогда можно будет узнать тайну, скрытую в глубинах его разума.

Выйдя за дверь, он едва не налетел на бородатого мужчину в доспехах сектанта. Оказалось, что каждого новоприбывшего сектанта, за дверью поджидали мастера по броне, они же механики. Мастера уводили новобранцев, подбирая им доспехи по размеру.

Его механик оказался дородным, бородатым мужчиной с широкими запястьями и цепкими пальцами. В этой цепкости Крис смог убедиться на своей шкуре — механик так вцепился в его доспехи, что Крис едва смог от них оторвать. Бормоча и оправдываясь, механик пригласил его в мастерскую.

— Мне нет до этого дела, — сказал Крис.

— Послушай, если мы не проверим твоё вооружение, то тебя не пропустят через фильтр. Вдруг что-то из твоей техники откажет или… э-э-э взорвётся. Сам понимаешь, мы не можем подобного допустить.

К бородатому механику присоединилось ещё двое. Как Крис не сопротивлялся, мастера брони увлекли его за собой и посадили в ремонтное кресло. Часто моргая от яркого света ламп, он сидел в маленькой комнатке, пока трое механиков в шесть рук, при помощи портативных микроскопов, изучали его доспехи и маску. В мастерской пахло смазочным маслом. Было тихо, и Крис откровенно скучал, чего нельзя было сказать о механиках, они находились в невероятном возбуждении, то и дело издавая восхищённые возгласы.

В комнату заглянул Бен. На нём уже поблескивала новенькая чёрная чешуйчатая броня.

— Вот ты где, а я тебя повсюду ищу. Чего так долго?

— Механики захотели осмотреть мою броню. Может вы уже скажете, что удалось выяснить?

— Качественные доспехи, — сказал первый механик, откладывая микроскоп, — но уж очень старые.

Бородатый мастер переглянулся с другим механиком.

— Честно говоря, я тоже поражён. Твоим доспехам на вид лет сто, но они до сих пор в прекрасном состоянии. Похоже, кто-то хорошо ухаживал за ними.

— Значит, всё в порядке и теперь я могу идти?

Мастер по броне, пожевал край своей бороды.

— Не совсем. Я бы советовал поменять твою защиту на более новую.

— Что же тогда в моих доспехах такого, раз вы их так восхищённо рассматриваете?

— С твоего разрешения я покажу. Главное не дёргайся, а то мне оторвёт руку.

Механик надел толстую рукавицу, вытащил короткий нож и осторожно ударил им по броне. Нож пролетел через всю комнату и воткнулся в каменную стену. В месте удара доспехи ощетинились и пошли волнами. Пластинки брони топорщились словно живые, а затем постепенно улеглись в нормальное состояние.

Механик потряс ушибленными пальцами.

— В твоих доспехах встроена активная система защиты. Ударь я чуть сильнее, лишился бы руки.

— Вот почему они опасны и их надо заменить на новые, — другой мастер потёр ладони. — В новых доспехах стоит пассивная защита, они более лёгкие и гладкие, из-за чего большинство ударов приходится вскользь.

— Мне нравятся мои доспехи, и я не собираюсь их менять на новые. Какие бы там функции ни были.

— Послушай, приятель… — начал третий механик.

— Я тебе не приятель, — холодно сказал Крис.

Механик примиряющие поднял руки.

— Хорошо, прости если задел. Я не желаю тебе зла. У тебя очень старая модель и когда что-то сломается, мы уже не сможем починить их, потому что таких деталей на нашем складе почти не осталось. К тому же твои доспехи очень тяжёлые и действительно… старые. Мой тебе совет, лучше присмотрись к новым доспехам, у них больше разных функций — тут и позиционирование на местности, и датчик давления, и встроенный газоанализатор, и увеличенная ёмкость дыхательных баллонов...

Тут вмешался другой мастер по броне.

— Я тебя прекрасно понимаю. Ты сроднился со своими доспехами, но пойми, за сотню лет многое изменилось. Раньше солдаты Метрополии часто ставили в скрытых местах атомные растяжки, запросто способные отрезать ногу, если ты носил слабую броню. Для своих времён твои доспехи были верхом совершенства, но сейчас появилось такое оружие, от которого не сможет защитить никакая, даже самая прочная и совершенная броня — клинки Эфериума. Если волна, пущенная таким ножом, попадёт в тебя по прямой, то даже твои доспехи не спасут тебя. Вот почему новые доспехи сделали более лёгкими, в облегчённой броне проще уклоняться и маневрировать в бое на ножах. Подумай сам, в своей броне ты будешь не такой поворотливый, как остальные.

— Можете убеждать меня сколько хотите. Я оставлю доспехи себе, какими бы они несовершенными не были. Для меня они подобны второй коже, я не чувствую в них ни лишнего веса, ни других недостатков. А теперь, с вашего разрешения я пойду. Прощайте.

Крис поднялся и вышел. Недоумённые механики смотрели ему вслед.

Глава 43. Башня Неофитов

На улице стемнело, и лёгкий туманный смог поднимался над замшелыми валунами, которыми была замощена вся крепость. Холодные и далёкие звёзды перемигивались на чужом небе чужой планеты. И только тут, внизу, был маленький кусочек человеческого — горел мягкий свет в кривоватых кирпичных домах, поднимался над трубами дым, лаяли собаки. Возле ног проскользнула кошка, самая настоящая, земная. Подумать только, в скольких сотнях тысяч световых лет от Земли и Лотариума находится эта планета? И животные преодолели это расстояние вместе с людьми.

Бен повёл Криса к ближайшей из башен, где расположились остальные неофиты. Башня возвышалась в середине восточной стены и была недостроенной — часть кладки на её вершине отсутствовала. Только позже Крис узнал, что в простонародье это место называли башней Новичков.

Несмотря на недостроенную верхнюю стену, внутри оказалось тепло. На нижнем этаже располагалась печь и кухня, переходящая в столовую с длинными столами. Чуть дальше тянулось множество одинаковых кроватей. Кое-кто уже спал, другие новички либо готовили, либо играли в карты.

К удивлению Криса, в башне оказались не только люди из его отряда, но и другие неофиты, которых он прежде никогда не видел. Эти люди расположились за отдельным больши́м столом и громко разговаривали. Многие сняли походные доспехи, оказавшись в плотных поддоспешных рубашках. У каждого из них на левой руке была надета красная повязка. Но один из сектантов сидел обособленно, в полной броне. Перед ним на столе лежала толстая старинная книга, по страницам которой он водил пальцем. Даже здесь, в тепле, этот человек не снимал плотных перчаток и высоко поднимал воротничок.

Когда Крис вошёл, сектант в доспехах отложил книгу. Их взгляды встретились.

— Вут? — удивился Крис.

Вут кивнул и продолжил чтение. Крис сел за незанятый стол и принялся есть жидкую кашу. Бен грациозно примостился рядом. От него не скрылось, что Крис узнал сидящего за книгой сектанта.

— Кто это был? — спросил Бен.

— Вэлит, который помог мне сбежать с военной базы.

— Быть такого не может, — Бен обернулся и уставился на Вута. — Вэлит, который читает? Ну и ну, впервые вижу такое. Ты точно уверен, что он тот, за кого себя выдаёт?

— Кто знает… — Крис почесал заросший подбородок.

— Надо держать с ним ухо востро. Может он шпион.

Крис кивнул.

— Слушай, ты тоже заметил, что тут целая орава мужчин и почти нет девушек? — спросил Бен. — Да и еда больше похожа на помои.

— Когда тебе это мешало? В школе Элиты девушек тоже было мало и кормили не лучше.

— Ты шутишь? С тех пор уже столько лет прошло, я отвык от подобного обращения, — Бен брезгливо поковырялся в тарелке, откинулся на спинку стула и мечтательно причмокнул губами. — Вот бы сейчас вернуться домой. Всё бы отдал за горячий душ, хорошую сигару и романтический вечер с красоткой со средних уровней...

Крис отодвинул пустую тарелку и встал.

— Сегодня был длинный день. Я, пожалуй, пойду, поищу место для ночлега. Тебя ждать?

— Нет-нет, иди. Я ещё задержусь тут, поищу душ и что-нибудь из новой одежды, а то моя провоняла так, что у меня кружится голова от её вони.

Бен поморщился и вновь стал ковыряться в своей тарелке.

Крис подошёл к Россу Рою, с которым они хорошо подружились за время похода. От него он узнал, что на последнем этаже башни есть много свободных комнат.

— Там никто не живёт, туда слишком высоко подниматься и спускаться, — сказал Росс.

— Из-за того, что башня не достроена и можно упасть с лестницы?

— Нет, — улыбнулся Росс. — Всем на это плевать. Скорее из-за того, что ночью слишком далеко до туалета.

— Понятно. С этим у меня проблем нет, я не просыпаюсь по ночам.

Крис стал подниматься по винтовой лестнице. На каждом этаже была небольшая площадка и деревянные двери, откуда пробивался свет и слышался шум голосов. Примерно на второй трети пути стена исчезла. В лицо ударил порыв колючего ветра вперемешку с песком. Отсюда открывался вид на внутренний двор. Повсюду горели огни, из труб поднимался дым. Все дома в крепости были похожи друг на друга. Исключением был только золотой храм и резиденция Драгона в центре. Ветер подул сильнее, грозя скинуть вниз. Крис вжался в стену и принялся подниматься боком, стараясь не смотреть на лежащий под ногами город.

Вершина башни оказалась выше, чем он рассчитывал. Крис поднялся на последний этаж и закрыл за собой дверь. Внутри тянулся небольшой коридор, по обе стороны располагались пустые комнаты, выбирай любую, даже ключи предусмотрительно оставлены в замках. Крис выбрал одну из самых маленьких комнатушек. Внутри только твёрдая кровать, небольшая тумбочка и стойка для брони. Ничего лишнего. Зато из окна открывался вид на плоскую равнину, над которой перемигивались холодные звёзды.

Он разделся и лёг на твёрдую кровать. Голова слегка кружилась от усталости. События последнего месяца казались сном. Ещё совсем недавно, я был Рэлитом целого города, а теперь меня преследовали войска Метрополии во главе с Членом Элиты, причём за то, чего я сам даже не помнил.

Забавно. Раньше я был твёрдо уверен в справедливости Метрополии, теперь же, враги Метрополии спасли меня. Как же низко я пал. Пришлось даже убегать через множество миров, чтобы избежать стальной хватки Метрополии. Как же глубоки интриги за место члена Элиты… Я ещё не оставил намерений вернуться на Лотариум и получить желанный пост. Если я стану членом Элиты, то мне простятся все преступления, совершал я их или нет. Тогда я стану вне закона, ибо тогда сам стану законом…

Вот только как этого добиться и что за тайна скрывается в моей памяти? Пока я не знаю ответа ни на один вопрос, но уверен, что со временем найду…

Крис повернулся на бок и уснул.

Впрочем, долго поспать ему не удалось. В четыре утра все неофиты стояли на тренировочном плацу, потирая глаза. Перед отрядом прогуливался новоиспечённый тренер. Высокий и жилистый, с прямым, переломанным носом и чёрными, уложенными волосами, он ходил перед ними с довольной ухмылкой, застывшей на сжатых губах. Это была его идея поднять новобранцев пораньше, и он явно был доволен собой. Крису был хорошо знаком подобный тип людей, он знал, как они действуют ещё с тех пор, как его стали обучать тренера в лагере Элиты.

— Меня зовут Дварг Гольд, — гаркнул сектант, — Чтобы вы понимали: я единственный из своего отряда выжил на планете Кхорров, причём не только выжил, но и смог уничтожить одну из их королев — он обвёл новобранцев взглядом, но те ничего не слышали о такой планете. Дварг вздохнул.

— Путешествия между мирами опасны, — Дварг постучал себя левой рукой по левой ноге, раздался глухой звук удара металла о металл. — С сегодняшнего дня я ваш отец и ваша мать, только от меня будет зависеть, сможете ли вы, сосунки, выжить в своём первом переходе. И уж поверьте, я лучше сам убью одного из вас, чем позволю это сделать кому-нибудь ещё. Всем ясно?

Анна Саймс подняла руку. Дварг кивнул.

— Я думала, что мы будем учиться только в школе.

— Там вам дадут только теорию, — Дварг презрительно сплюнул, — но в жизни она вам мало пригодится. Только я дам вам практику, практику как выживать в любом мире.

Анна снова подняла руку.

— Вы говорите о выживании. Но ведь есть множество других, не менее важных предметов. Профессор Флисс рассказала мне о нашем курсе. Внеземная биология, инсектоиды и инсектоциды, химия и биохимия других миров, практическая геология, астрономическое позиционирование, теория и опыты флюидальных энергий Эфериума и...

Гольд прервал её.

— Мисс…

— Саймс.

— Мисс Саймс, скажите, кто вы по образованию?

— Психолог и лингвист.

— Прекрасно… девять кругов вдоль стены! Марш!

Анна Саймс испуганно посмотрела на тренера, но побежала. Дварг Гольд улыбнулся и обвёл взглядом остальных.

— Среди вас ещё есть умники? Нет? Ну тогда вперёд, одиннадцать кругов вдоль стены.

Над полем пронеслись недовольные крики.

После восьмого изнуряющего круга, когда раскалённое солнце уже поднялось высоко, и даже у Криса на лбу выступили первые капли пота, Бен прохрипел.

— Несправедливо! Почему мы должны бегать больше неё?

— Ты же сам слышал, тренер спросил кто из нас ещё такой же умный, как она. Логично, что если она будет учёным в нашем отряде, то ей не нужна такая серьёзная подготовка, как остальным.

— О великий космос! Какое прекрасное развитие моей карьеры, от управляющего Метрополисом до рядового охранника. Всю жизнь о таком мечтал.

Им навстречу пробежал другой отряд неофитов в мокрых от пота тонких рубашках. Держались они спокойно и уверенно, никуда не торопясь. Похоже, для них такая пробежка уже была чем-то вроде утреннего ритуала. Замыкающим в их отряде бежал Вут, в полной броне, с поднятым стальным воротником. Его лицо блестело от пота. Он мрачно кивнул Крису и побежал дальше.

На следующий день тренер учил их как обращаться с маской. Для Криса оказалось новостью, что маску можно использовать не только чтобы связываться с другими сектантами или дышать под водой, но и чтобы хранить воспоминания. Ему едва хватило терпения, дождался окончания занятий. Уже позже, в столовой, он взял тарелку каши и сел за пустой стол. Рядом опустился Бен, видимо, хотел поговорить, но Крис отмахнулся от него и торопливо надел маску.

Он не был уверен, что запись, сделанная им с часовой башни на главной площади Семилунного, ещё сохранилась в памяти маски. Он попробовал найти нужную запись, но почему-то не мог. Тогда он отмотал все файлы, сделанные до того момента, как бранигары напали на них с Галдахаром на Элизиуме. На этом записи прерывались. Но в запасной памяти шлема нашлось несколько воспоминаний, правда, большинство были либо зашифрованы, либо не открывались.

Крис уже отчаялся, когда ему соблаговолила удача и одна из зашифрованных записей открылась. Он едва не выронил маску из рук. Перед ним стоял Праудлион, утончённый белокурый юноша с алыми губами. Огромный телохранитель возвышался позади, внимательный и готовый, а перед ним стоял Маркус Дрейк. Мгновение, один взмах Праудлиона и все лежат. Снова и снова Крис прокручивал эту сцену. Он вспотел, ужасные воспоминания вновь нахлынули на него.

— Кхм.

Крис вздрогнул и сдёрнул маску с лица. Перед ним с подносом стоял Росс.

— Привет, — сказал Росс. — Не думай, будто я подглядывал, мне не интересно, что ты там рассматривал. Я просто хотел присесть за твой столик.

Бен хмуро взглянул на Росса. Крис кивнул, но не был расположен к разговорам. Похоже, Росс чувствовал это, потому молчал. Крис покосился на него. Росс имел странную привычку барабанить себя пальцами по левому запястью в том месте, где у на коже был длинный рубец. Ничего не изменилось. Сейчас Росс вновь отложил ложку и постукивал ногтями по запястью. Было видно, что он хотел что-то сказать, но никак не решался.

За столом висело напряжённое молчание. Мимо прошли два сектанта с подносами и пауком, вышитым на плащах — настоящих сектантов иногда заносило в башню неофитов, когда мест в общей столовой не хватало. Громко переговариваясь, сектанты сели за соседний столик, так что Крис волей-неволей был вынужден слушать их разговор.

— Говорю тебе, Метрополия совсем распоясалась, надо с этим что-то делать, пока не стало поздно. В смысле о чём? О той важной птице из Элиты, как там его звали… вот-вот, Праудлион. Говорят, он заболел. Не выходит из своей комнаты, лежит за ширмой и почти не шевелится. Похоже, ему скоро придёт конец.

— Ну и пускай сдохнет.

— Ты что, нельзя желать плохого другому, а то сам же и заболеешь.

— Ты прикалываешься надо мной?

— Эмм, вообще-то нет, мне просто мама всегда так говорила… Ладно, забей. Мне вот интересно, правда, что эти Элиты важные шишки в Метрополии? Наверное, хорошо когда все тебя уважают и боготворят.

— Как по мне, Элиты самые ужасные люди, из всех существующих в мире людей, если вообще люди. Даже мэр Велховен их боится, не говоря уж про меня. Я, когда увидел того гада, чуть сознание не потерял. Лучше держаться от таких, как он подальше. Элиты хуже зверей, ни одному их слову нельзя верить.

— Конечно, ты сейчас наплетёшь.

— А вот и нет! Я сам был на площади, когда Праудлион выступал перед народом. Он обещал, что не допустит в городе беспорядков и права горожан больше не будут нарушаться. И знаешь что? В тот же день ввели комендантский час, а горожан обложили налогами. Тридцать человек публично убили, ещё сорок арестовали. Вот тебе и справедливость. А потом появились принудительные рабочие лагеря и от мэра начали требовать, чтобы он каждый месяц поставлял в Метрополию по десять Нулей из городских. Всех несогласных в тюрьму. Сам же Семилунный заблокировали, никого туда не впускают и никого не выпускают. И всё это произошло после обещаний Элита. Сразу видно, кто для власти народ и чьи права они соблюдают.

— Ну да, я помню, — кисло сказал другой. — Печальная ситуация сложилась там на самом деле. Сейчас среди наших все только об этом и говорят.

— А что говорить, делать надо! Будь я лидером секты, давно бы собрал парней покрепче и напал на Семилунный. И раз горожанам так нравится подчиняться военным, то пусть подчиняются нам! Будут платить налоги и дань, за то, что столько лет презирали нас.

— Из-за таких как ты нас и прозвали сектантами.

— Слушай, умник, а сам то что предлагаешь?

— Надо делать, как наши лидеры говорят: отбить Семилунный и взять его под свой контроль. Но без горожан мы город не удержим. Так что с ними надо объединиться.

Дальше Крис уже слушать не стал. Он ковырялся ложкой в тарелке, стараясь скорее забыть об услышанном. Ему, как Рэлиту, был неприятен любой разговор о восстании против Метрополии. Росс прекратил барабанить пальцами по запястью.

— Как думаешь, у сектантов получится освободить горожан?

— Почему ты спрашиваешь об этом меня?

Росс слегка покраснел.

— Ты… другой. Всегда держишься в стороне и в то же время знаешь всё, что происходит вокруг. К тому же ты кажешься мне человеком рассудительным.

Крис вздохнул, отодвинул тарелку и посмотрел Россу в глаза.

— С системой бороться бесполезно, даже глупо. Сила сектантов, как и повстанцев Метрополии, что они не собираются в большие группы и не выступают против системы в открытую. Пока они поступают так, то остаются практически неуловимы для её огромных стальных жерновов. Но стоит им собраться в одном месте, как…

Крис сжал в кулаке кусок сухого хлеба. Послышался хруст. Он раскрыл ладонь, рассыпая крошки по столу. Росс ухмыльнулся.

— Всё-таки я не ошибся в тебе. Ты и вправду весьма толковый парень. Я вырос на Семилунном, но успел пожить и в других мирах… — Росс быстро осёкся. — Во многом ты прав, с системой бороться бесполезно, по крайней мере, сейчас. Я вот попытался, и сам видишь, что из этого получилось, — Росс макнул чёрствый кусок хлеба в похлёбку. — Да что там, тебя ведь тоже не просто так сюда занесло, все об этом знают. Так что, по-твоему выходит, что нам остаётся только сдаться?

— В твоих словах я слышу нотку иронии. Такое ощущение, что ты уже нашёл правильный ответ.

— Ты прав, вот только я не придумал ничего нового. Я склоняюсь к мнению большинства — нам надо напасть на город и будь что будет. Если сектанты объединятся с горожанами, то нас уже не остановить.

— Ты меня не услышал. Жаль.

— А что бы предложил ты, будь главным?

— Я? Да ничего. Жил бы между миров, скитался от планеты к планете, торговал, наделал множество разных баз в разных местах, собирал по чуть-чуть запасы то тут, то там…

— Предлагаешь создать свою Метрополию? — прищурился Росс.

— Конечно. Бесполезно сражаться с системой, пока ты ограничен её рамками. Чтобы победить в борьбе против неё, нужно создать свою систему.

На лбу Росса выступил пот. Он вытер его платком.

— Твои мысли кажутся мне слишком радикальными. Пожалуй, я пойду.

Росс встал и ушёл.

— А твоя идея хороша, — сказал Бен после паузы. — Ты и правда так думаешь?

— Да.

— Метрополия меня подери, теперь мне понятно, почему за тобой охотятся Элиты, — усмехнулся Бен. — Боюсь и представить, что спрятано в твоих стёртых воспоминаниях.

— Спасибо, поддержал.

— Обращайся. Как думаешь, Росс ещё к нам вернётся?

— Мне кажется, мои мысли попали на благодатную почву. Он сомневается в происходящем вокруг, иначе бы не пришёл ко мне.

Глава 44. Золотой храм

Жизнь в крепости сектантов продолжала идти своим чередом. Каждое утро их ждала пробежка на десять-пятнадцать километров, затем уроки ближнего боя и сражения на ножах. Днём с ними занималась профессор Флисс.

Такие лекции как «самый полный список доступных для человека планет», «выбор правильного кристалла для перехода», «политика и общество междумирья» и «прикладная астрономия», казались Крису полезными. Другие же, вроде «лучшие блюда Иммаритянской кухни», а также «тысяча и один способ завести дружбу с инопланетянином» ему казались лишними, хотя Бен был от них в восторге.

После уроков все разбредались, кто ложился спать, а кто гулял. Зато вечером их отряд собирался в общей столовой, куда приходили ужинать не только неофиты, но и свободные от службы сектанты.

Крис предпочитал есть в одиночестве, один Бен был вхож в его круг общения. Остальные старались держаться в стороне — то ли боялись, то ли уважали. Люди в крепости тоже не привыкли к нему. Каждый раз, когда он появлялся на улице, у него за спиной шептались. В основном это были молодые девушки, чему завидовал Бен. Крису же было всё равно. Дварг Гольд вначале задирал его, но через несколько дней сказал, что он больше не должен ходить на пробежку с остальными.

— Что-то случилось? — спросил Крис.

— Случилось, — Дварг Гольд потёр сломанную переносицу. — Мне нечему тебя учить, ты в превосходной физической форме. Я бы хотел позаниматься с тобой сам, но Отец Драгон велел, чтобы я отдал тебя на растерзание старику.

— Кому? — переспросил Крис.

— Старику. Ну... Мастеру Мэйсуну, — Дварг вспотел. — Мой тренер. Будь осторожен с ним, пусть тебя не смущает, что он похож на высушенный бурдюк. В нём ещё есть добрая бочка Эфериума.

Мастер Мэйсун оказался худым, невысоким стариком с мягкой улыбкой на изборождённом морщинами лице и длинной седой бородой. Мастер носил просторную серую рубашку и такие же холщовые штаны, вкупе с лёгкими тряпичными туфлями. Тщедушного старика сложно было назвать мастером единоборств, он больше походил на уборщика или охранника, но Крис как никто знал, насколько обманчив может быть внешний вид.

Мэйсун стоял, заложив руки назад (его постоянная привычка, чтобы не дать согнуться и без того сгорбленной спине). Когда Крис вошёл, старик улыбнулся и поклонился, словно только его и ждал. Крис поклонился в ответ.

На первом занятии мастер Мэйсун ощупал его икры и запястья, а затем отпустил домой. Крис был разочарован, но набирался терпения. Следующую неделю мастер только и делал, что показывал фигуры на своей ладони. Крису приходилось следить и называть их, когда они менялись. Когда же он не успевал, то получал удар по рукам. Надо сказать весьма болезненный удар.

Мастер Мэйсун в свои неполные восемьдесят лет был самым сильным тренером, которого Крис только знал. Его тело буквально источало Эфериум. Вскоре, когда синяки с рук сошли, а сам Крис научился чуть ли не сразу называть фигуру, парящую над ладонью мастера, они перешли к более практическим занятиям.

Мастер Мэйсун начертил на полу тренировочного зала круг и стал в центре.

— Давай сыграем в небольшую игру, — сказал он. — Если сможешь сдвинуть меня хоть на шаг в сторону от центра круга, то на этом твоё обучение будет окончено. А теперь давай, ударь меня что есть силы.

— Вы уверены, мастер?

Мэйсун усмехнулся.

— Ещё как. Бей давай, а не то я ударю тебя.

Крис размахнулся и врезал старику по животу. Ощущение было таким, словно он с размаху врезал кулаком по стене. Крис посмотрел на синие костяшки пальцев, а затем на тренера — тот не сдвинулся даже на миллиметр.

Мастер почесал плоский живот.

— Ты точно ударил со всей силы?

— Конечно. В Метрополии таким ударом я бы мог пробить обшивку боевого робота насквозь.

— Но мы не в Метрополии, сынок, — рассмеялся старик. — Продолжай. Закончим, когда сможешь сдвинуть меня хоть на один шаг.

Но Крис только разбил кулаки в кровь.

Все следующие дни Мастер Мэйсун учил наполнять ладони силой Эфериума. Иногда, во время тренировок со старым мастером, на них приходил посмотреть кто-нибудь из лидеров сект.

Спустя несколько дней у Криса начало потихоньку получаться. Он стоял, закрыв глаза, воля сконцентрировалась в ладонях. В какой-то момент он почувствовал жжение. Открыв глаза, он увидел, что ладони окутало жёлтое, тёплое свечение.

— Хорошо, — сказал мастер. — Попробуй теперь сжать этот камень.

Мэйсун кинул небольшой камушек. Крис поймал его и сжал в кулаке. Камень хрустнул, из ладони посыпались крошки.

— Неплохо. А теперь попробуй снова ударить меня.

Крис встал в боевую стойку. Худой мастер стоял, заложив руки за спину в центре нарисованного мелом круга. Крис примерился и ударил в солнечное сплетение, но Мэйсун увернулся в самый последний момент, а Крис оказался на земле. Учитель помог ему подняться.

— У меня опять ничего не получилось, — сказал Крис.

— Вообще-то ты выиграл пари, — мастер показал на свою ногу. Та вышла за центр круга, пока мастер уклонялся от удара. — На этом наши занятия с тобой закончены.

— С вашего позволения я бы хотел остаться и учиться у вас дальше, мастер, — Крис поклонился. Мастер Мэйсун улыбнулся и поклонился Крису в ответ.

— Мне нечему дальше учить тебя. Ты хорошо освоил базу.

— Мне недостаточно одной лишь базовой техники. Я хочу учиться у вас особым техникам, мастер.

Мастер погладил белую бороду.

— Хорошо, я буду тебя учить, если ты выбросишь всю чепуху, которой нахватался на своей планете. Ты довольно силён, но настолько же медлителен. Я бы мог десять раз ударить тебя, пока ты соображал, как собрать внутреннюю силу в кулак. Для человека с Лотариума ты показываешь превосходные результаты, но, по правде говоря, на такое способен любой ребёнок на Семилунном.

— Значит, Росс Рой и Адам Полански могут так же? — удивился Крис.

— Конечно.

— Почему тогда они тренируются вместе со всеми?

— Слабая сторона горожан в том, что, владея силой с детства, они привыкают использовать её, и забывают, что нужно укреплять и физическое тело. Вот почему горожане тренируются вместе с остальными, а ты со мной. Твоё тело физически развито превосходно, а способности в Эфериуме отстают. Но раз ты пожелал учиться у меня, тогда мы продолжим углублять твоё ментальное тело. Что касается других неофитов, то им ещё долго предстоит развивать свою силу…

Свободное от занятий с мастером время, Крис проводил в библиотеке, изучая историю разных миров, заодно параллельно зубря популярные слова на инопланетных языках. Некоторым неофитам не нравилось, что Крис не бегал вместе с остальными. Даже Бен ворчал, что он тоже хочет сидеть в чистом и прохладном помещении. Крис только посмеивался над ним.

Время шло, а с ним копилась и внутренняя неудовлетворённость текущими условиями среди неофитов. Причина была проста. С нормальной едой на Сектариуме обстояло не очень, что было постоянным поводом для ссор. Как оказалось, Харуги были единственными местными существами на Сектариуме. Существа эти, хоть и воняли, но сами по себе были неприхотливы и питались мхом, в изобилии росшим между щелями брусчатых улиц. На Харуги также перевозили тяжёлые грузы, которые доставляли в крепость из множества различных миров. Ходили слухи, что Аманда Вард, главная экономка, не могла нарадоваться тому, насколько полезны эти животные — их не надо было ни кормить, ни убирать за ними. К тому же Харуги очищали улицы от мелкого мусора и вездесущего мха. Единственным минусом этих тварей было их запах, пропитавший всё вокруг, но Аманда Вард, казалось, этого не замечала, чего нельзя было сказать обо всех остальных.

Из-за вездесущей вони харуги и возникали ссоры. Их жёсткое мясо хоть и было питательным, но воняло, надо сказать, отменно. Теперь Крис понимал, почему Мэлтис сказал, будто все облзиываются на пасущихся животных в резиденции Отца Драгона — попробовать курочки или баранины было мечтой любого сектанта.

Но выбирать не приходилось, и на стол неизменно подавали мясо харуги с кашей, больше похожей на клейстер. Бен долгое время удивлялся тому, что человеческий желудок вообще мог переварить инопланетное мясо. Но по мнению Криса, это было скорее везением, чем частой практикой. Он вспомнил пушистых зверьков с планеты Элизий, так те, казалось, вообще состояли из одной только шерсти.

Однажды вечером Бен начал прихорашиваться перед зеркалом на первом этаже башни. Он надел новые белые брюки и белую же рубашку, которые по просьбе Криса достал обросший связями среди сектантов Салли Трайн.

— Куда ты собрался? — спросил Крис.

— У меня сегодня свидание, — Бен нанёс крем на руки, а затем на лицо.

— Ты разве не слышал, что сказал Дварг? После восьми вечера неофитам запрещено выходить из башни.

— Мне всё равно, что говорит этот крикун. На днях я познакомился с одной красоткой, и плевать я хотел на правила, — он помассировал кожу лица, надел часы и ушёл.

Крис проводил его недоумевающим взглядом и поднялся в свою комнату. Там убаюканный песнями из поющей книги «Поэмы междумирья», он и заснул.

На следующий день, когда Крис занимался с мастером Мэйсуном, в тренировочный зал вошёл гонец и передал, что Криса хочет видеть один из лидеров сект. Мастер был недоволен и велел гонцу убираться, но гонец сумел уговорить тренера. Мэйсун вздохнул и отправил Криса.

Пока сектант вёл Криса за собой, он гадал, куда его вели и зачем потребовался кому-то из лидеров сект. Впрочем, на первый вопрос он быстро получил ответ — сектант хоть и петлял, но явно шёл в сторону золотого храма. Вскоре они и вправду оказались возле него.

Снаружи храма стояли две большие золотые фигуры оскалившихся тварей со множеством рогов, клыков и страшных зубастых голов. Подавив отторжение, Крис шагнул внутрь плохо освещённого храма. По бокам вдоль стен высились две огромных статуи звероподобных существ, каждое держало в лапе по массивной алебарде, занесённой над входящими. Свет от витых золотых подсвечников мерцал на стенах, так что казалось, статуи двигались и шевелились.

Крис прошёл по коридору со множеством колонн и подсвечников, прежде чем оказался в большом внутреннем помещении богато уставленного храма. Сразу на входе в главный зал возвышались две величественные статуи Многоликих. Вдоль других стен и по углам стояли тоже огромные, до потолка, статуи Многоликих, со звериными лицами, и другие — с лицами похожими на насекомых, роботов и даже на растения.

Крис хотел пойти вперёд, но что-то привлекло его внимание. Не сразу он заметил, что руки у двух ближайших Многоликих были неестественно пусты, словно когда-то в них что-то лежало. Он был поражён этим и ненадолго застыл, разглядывая множество пустых ладоней огромных существ.

Позади раздалось мягкое покашливание. Крис резко развернулся. Он мог поклясться, что ещё пару секунд назад в храме никого не было. В углу, облокотившись на большую золотую статуэтку, стоял сектант в отполированных матовых доспехах. Его лицо скрывала уродливая маска, из-под которой выбивалась грива густых чёрных волос, а за спиной поверх доспехов висел роскошный алый плащ. Две передних пуговицы, были сделаны из мерцающего металла с изображением змеи, капающей ядом в чашу.

— Не правда ли, впечатляет? — спросил сектант, показывая вокруг.

— Никогда не видел ничего подобного, даже в лучших музеях Лотариума… — сказал Крис. — Однако же, кто вы?

— Прошу прощения, моя вина.

Сектант выпрямился и снял маску. Крис ахнул. У него оказалось знакомое светлое, юношеское лицо. Белки его глаз были жёлтыми, из-за чего он напоминал хищного зверя, притаившегося в кустах. Всю его правую щёку пересекали три длинных шрама, идущих от виска до подбородка.

— Я узнал тебя.

— Да? — сектант приподнял бровь. — И откуда же?

— Я видел тебя на рынке Семилунного, во время праздника в честь Крома. Ты подавал милостыню сидящим там сумасшедшим.

Сектант улыбнулся одними губами.

— Значит, мы действительно знакомы. Меня зовут Пол Кохрейн, я лидер секты Змеевиков.

Они обменялись рукопожатиями.

— Так всё же, чем обязан? — спросил Крис.

Пол Кохрейн ощерился своей странной, кошачьей улыбкой.

— Похоже, слухи не врут. Обычно неофиты вроде тебя теряются в присутствии кого-то из лидеров сект, но ты не такой. Мне тут стало известно, что ты хочешь восстановить свои утраченные воспоминания. Это правда?

Крис замер, в висках запульсировала кровь.

— Да.

Кохрейн снова улыбнулся и принялся рассматривать свои ногти.

— Восстановить чужую память для нас сущий пустяк. Будь ты лидером секты или скажем, капитаном отряда, мы могли бы пойти тебе навстречу, вот только беда в том, что ты пока даже не сектант… Но в качестве исключения мы можем помочь тебе разобраться с твоей… маленькой проблемой.

— Мы?

— Лидеры сект. Когда я говорю мы, имею в виду всех нас.

— И что же я должен для вас сделать?

— В сущности ничего, так, пустяк.

Кохрейн кивнул вперёд, приглашая прогуляться по храму. Слева оказалась лестница наверх. Пока они поднимались, Пол начал говорить.

— Когда-то на Сектариуме, задолго до появления человека как вида, жили существа, называвшие себя Кхмеры. Чёрную крепость здесь, между мирами, построили именно они, мы лишь используем её для своих нужд. После них на Сектариум пришла другая раса существ, но они были лишь жалким подобием великой расы Кхмеров. Существа эти настолько неразвиты, что даже не умеют перемещаться между мирами. Сектариум находится на грани их планеты, так что иногда они забредают сюда и мы доставляем их обратно, но для многих такое приключение не проходит бесследно...

Они поднялись в другой заполненный статуями зал, вдвое меньший, чем снизу.

— Нам сюда, — сказал Кохрейн. — Прости, я отвлёкся на насущные проблемы. Кхм, что там было дальше? Ах да, Кхмеры. Мы думали, что они самые древние существа этой планеты и первые строители, но мы ошибались. Мы нашли реликтовые таблички и частично смогли их расшифровать. Кхмеры были сильны, причём настолько, что с лёгкостью могли ворочать многотонными мегалитами. Но даже в их записях было сказано, что золотой храм уже стоял здесь, когда они впервые оказались между мирами. По нашим подсчётам ему несколько миллионов лет, и единственным человеком, который смог открыть храмовый портал в нём, был Кром. У нас ходят слухи, что это последнее место, где его видели живым.

Крис вспомнил легенду о спящем Кроме, услышанную в городе. Что же там пели? Кажется, что Кром на одной неизвестной планете уснул до лучших времён. И что рано или поздно он вернётся и тогда Метрополия будет повержена и вновь настанут светлые времена. Крис пожал плечами. Ему не было дела до глупых местных легенд.

— И чего вы хотите от меня?

Они достигли главного зала на третьем этаже. Зал был вдвое меньше предыдущего. Здесь было совсем пусто, только грубый каменный алтарь стоял посередине.

Пол Кохрейн повернулся к Крису.

— Так, сущий пустяк. Мы хотим проверить правду ли говорят слухи и узнать, что находится по ту сторону портала. И я хочу, чтобы именно ты попробовал открыть портал в этом храме.

Крис поднял бровь. Кохрейн молчал, на его застывшем лице невозможно было ничего прочитать.

— А если я откажусь?

— Тогда у тебя не будет и шанса вернуть утраченные воспоминания. Никто из лидеров сект уже не поможет тебе. Даже всеми любимый Отец Драгон.

— А я то гадал к чему эти разговоры.

Крис сосредоточился и положил руки на камень алтаря, но тот оставался холоден. На мгновение камень запульсировал мягкой волной, а может, это только показалось. Больше не происходило ничего, ощущение теплоты ушло. Камень по-прежнему оставался холоден.

Кохрейн вздохнул.

— Жаль, очень жаль. О тебе ходили слухи как о новой легенде, и мы возлагали на тебя большие надежды, но ты их не оправдал. Похоже, слухи оказались ложны. Наше предложение? Можешь забыть о нём навсегда. И ещё, у меня есть к тебе одна просьба.

— Какая? — глухо спросил Крис.

Губы Кохрейна расплылись в мерзкой ухмылке.

— Постарайся больше никогда не попадаться мне на глаза, а ещё лучше, вообще проваливай из моей крепости. На этом всё, можешь идти.

Уши Крис стали пунцовыми. Он развернулся и стал спускаться по лестнице.

— Разочарование, сплошное разочарование… — сказал Кохрейн ему вслед.

Глава 45. Последний довод Дварга Гольда

Время в золотом храме шло невероятным образом. Казалось, Крис только зашёл внутрь и почти сразу вышел, но снаружи уже был вечер. В башне неофитов начался ужин, когда он вернулся. Сегодня повар приготовил особенно вонючие жареные потроха харуги и зелёную жидкую похлёбку. Крис был настолько зол, что схватил свою порцию не глядя и сел рядом с Беном, который с кислой миной потягивал воду из стакана.

Крис набросился на еду. Потроха ему не понравились, а вот похлёбка оказалась вполне себе сносной. Если закрыть глаза, то можно было представить, что ешь картофельное пюре вперемешку с очистками и старым мясом. Пока Крис ел, он рассказал Бену, что произошло в золотом храме.

— Представляешь? — закончил Крис, — И в конце ему хватило наглости мне сказать, чтобы я больше никогда не попадался ему на глаза. Самоуверенный кретин! — Крис так сильно ударил по столешнице, что она хрустнула. В холле на мгновение повисла тишина, затем стук ложек возобновился вновь.

— Получается, у тебя теперь нет ни шанса восстановить свою память?

— Думаешь, я так просто сдамся? Я не потерплю, чтобы меня, Криса с Лотариума, использовал какой-то многобуквенный Пол Кохрейн! Я ещё покажу ему и его дружкам, что бывает, когда оскорбляешь честь Рэлита.

За их столик подсел Росс.

— Что-то случилось?

— Прокля́тый Кохрейн, — прорычал Крис. — Попросил, чтобы я попытался открыть неработающий портал в золотом храме, а потом сказал, что я ни на что не гожусь и лучше мне проваливать из его крепости.

Росс рассмеялся.

— Пол всего лишь проверял, сможешь ли ты открыть портал.

— Он обманул меня! Такое ощущение, будто он заранее знал, что я не справлюсь, и просто издевался надо мной.

— Не обращай на него внимания, — отмахнулся Росс. — Открыть тот портал пробовали, пожалуй, все сектанты на планете, но пока ещё никому не удалось. Даже этим хвалёным лидерам сект.

Из тени вышел Вут, который стоял неподвижно у стены, отчего сделался невидимым. Вут подошёл к столу и снял маску. Выглядел он неважно, под глазами у него залегли большие тёмные круги, а от него самого исходила странная зловещая аура.

— Я слышал, в золотом храме последний раз видели Крома. Неужели это правда?

— Да ну, того самого, о котором столько слухов ходило на Семилунном? — присвистнул Бен.

— Ты чем слушал, когда я тебе рассказывал? — огрызнулся Крис. — Опять витал в облаках?

— Прости, я ненадолго задумался о Мэгги.

— Мэгги?! Я же говорил тебе, что нам запрещено выходить за пределы башни без разрешения!

— Так это правда? — вклинился Вут. — Лидеры сект действительно хотят пробудить Спящего?

Крис выдохнул и перевёл взгляд с поникшего Бена на Вута.

— Смешно, — фыркнул Бен. — Сколько ему там? Сто семнадцать? Может раньше он и был сильным, но сейчас я сомневаюсь, что такой старикашка справится даже со мной, не говоря уж про кого-то из Совета Элиты.

— Тут дело вовсе не в Кроме, — Крис почесал подбородок. — Здесь кроется что-то другое. Не факт, что на той планете вообще был Кром, ибо слухов о таких мирах тысячи и правду уже найти невозможно. Как я понял, лидеры сект что-то ищут там. Я сделал свои выводы, а как вы думаете, что они там ищут?

— Оружие — сказал Вут.

— Золото, — сказал Бен.

— Славу, — хмыкнул Росс.

— Мне кажется, всё сразу. Вот почему нам непременно надо узнать, что скрывает в себе тайна этого храма.

Крис продолжал и дальше заниматься с мастером Мэйсуном, а свободное время проводил в библиотеке. Как и ожидалось, информации о золотом храме оказалось крайне мало. Если точнее, в архивах недостроенной башни неофитов её вообще не было. Библиотекарь сказал, что их картотека неполная и за более подробными сведениями нужно обратиться в центральную библиотеку. Крис хотел тотчас же отправиться туда, но вовремя узнал, что доступ в центральную был открыт только для полноценных сектантов. К сожалению, на время ему пришлось оставить свою затею.

Дни шли за днями, тренировки за тренировками. Примерно месяц спустя, сорок первого мая триста двадцать четвёртого года от основания Метрополии, неофиты, пришедшие на Сектариум до них, разделились на отряды и ушли на задание. Вут был в их числе. Наступил первый день июня, последнего тёплого месяца на Лотариуме, когда капитан Мэлтис привёл с Семилунного ещё два десятка новобранцев.

Остальные неофиты поговаривали, что скоро их обучение тоже подойдёт к концу. Большинство были рады такому раскладу, но только не Крис. Он не видел себя в качестве сектанта. Их идеи были слишком радикальными для него. Почти все сектанты были революционерами по своей природе, а Крис как никто другой знал, чем заканчивается путь революционера.

Всякий раз, когда заходили какие-то запретные разговоры, он вспоминал о своих родителях. Когда ему было четырнадцать, его заставили обвинить их в предательстве Метрополии. В сущности, всех учеников в школе Элиты заставляли это сделать, отказавшихся просто не переводили со ступени учёного — Сэлита — на ступень торговца — Мэлита. У Криса не было выбора и он, не колеблясь, подписал нужные синте-бланки. Его отправили домой, якобы чтобы навестить родителей, но вместе с ним в дом пришли и Экзекуторы. Его отца сковали в цепи и позже сослали на рудники. Матери повезло чуть больше — она сумела сбежать, выпрыгнув в окно с сотого этажа. На её счастье, она упала на крышу пролетающего мимо мусоровоза.

Отец умер через три года, а мать возглавила движение Повстанцев. Были ли они уже тогда революционерами? Крис не знал. Решения Метрополии не обговаривались и не обсуждались. Если за вами пришли, значит, вы виновны. При виде Экзекуторов и их орудий пыток, многие, даже невиновные, начинали наговаривать сами на себя. Так заканчивались любые глупые и необдуманные попытки идти против системы. Были ли проступки его родителей ужасными? Не ему судить. Возможно, им досталось за дело — отец всегда говорил, что думал, а мать увлекалась историей Лотариума, рылась в архивах и читала старые, ещё бумажные книги, пытаясь разузнать, что произошло во время тёмного тысячелетия.

Таков был конец тех, кто шёл против системы. Система проглатывала и перемалывала людей за куда меньшее проступки. По этой же причине Крис не хотел быть причастен ни к мыслям, ни к делам сектантов. Он ещё не оставил надежды, что каким-то образом сумеет оправдать своё имя перед Советом Элиты и вернуться на Лотариум. Но если обвинения Праудлиона будут с него сняты, пусть даже смыты кровью самого Праудлиона, то даже в таком случае ему придётся ещё хорошенько попотеть, пытаясь объяснить Совету Элиты, что он делал здесь, в главной крепости, среди предателей и врагов правительства. Такие проступки против системы не отмывались никакой кровью.

А вспотеть было от чего. Судя по всему, и раньше сектанты были явно не последними в чёрных списках Метрополии, а теперь, похоже, намеревались стать её целью номер один. На Сектариуме ходил упорный слух, будто вскоре несколько больших сект объединятся и нападут на Семилунный, чтобы освободить город от Метрополии и шантажировать правительство Лотариума. Хорошо, хоть лидеры сект никак не могли договориться между собой. Видимо там, наверху, хоть что-то понимали в искусстве ведения войн — напасть на город, находящийся под Метрополией, было самоубийством.

Крис до последнего надеялся, что у лидеров сект хватит ума не идти на столь отчаянный шаг. Пока сектанты оставались в тени, Метрополия закрывала на их жалкое существование глаза, но стоит им бросить открытый вызов системе, как эта страница их истории закончится, а следующая за ней станет последней. И Крис не хотел, чтобы его имя было вписано на этой странице рядом с именами других глупцов.

Сейчас у него были свои, более насущные проблемы. Он непрестанно ощущал невидимую гильотину, нависшую над ним. С каждым днём её тяжёлое, холодное лезвие неотвратимо приближалось к его горлу. Он продолжал тренироваться и укреплять силы, но знал, что это было лишь небольшой отсрочкой, авансом, выданном ему перед тем, как Праудлион, наконец, доберётся до него.

Раз за разом Крис пересматривал сделанную запись, чтобы понять силу своего врага. Его учитель был силён, но Праудлион был сильнее, чем все, кого Крис когда-либо знал. Сила Члена Элиты намного превосходила возможности любых людей. Она была за гранью доступного, за гранью возможностей человека. И если мастер Мэйсун был самым сильным бойцом среди всех сектантов, то он так же не дотягивал до Праудлиона, как сам Крис не дотягивал до своего учителя.

Незаметно июнь сменился июлем, второй месяц обучения подошёл к концу. На Сектариуме между тем температура держалась по-летнему жаркой и даже не думала спадать.

Временами Крис вспоминал о своей пантере, надеясь, что ей вольготно жилось в джунглях и хватало еды. Время летело слишком быстротечно и вместо того, чтобы вернуться домой на Лотариум за пару дней, он застрял между мирами на три полных месяца.

Четыре недели назад отряд ходоков Мэлтиса отбыл на Семилунный, чтобы привести на Сектариум очередных новобранцев, и скоро должен был вернуться. Все ждали их возвращения с нетерпением. Каково же было удивление сектантов, когда Мэлтис и его парни вернулись весьма потрёпанными и с пустыми руками. Ходоков сразу же отвели в госпиталь, где медики занялись их ранами.

Слухи распространились мгновенно. Говорили, будто Метрополия навсегда закрыла рынок Семилунного для пришельцев и выдвинула заградительные отряды на всех пограничных мирах, так что к городу теперь было невозможно пробраться незамеченным. Поговаривали также, мол Метрополия начала активно захватывать ближайшие к Семилунному планеты, даже те, которые в силу разных договорённостей не трогала раньше.

Утром четвёртого июля, Дварг Гольд вызвал Криса к себе в кабинет. В здании учителей Сектариума было мрачно, пахло мокрым камнем и плесенью. Здесь давно не наводили уборку, но, похоже, это никого не смущало. На одной из толстых дверей висела табличка, приколоченная мелкими золотыми гвоздями: «Дварг Гольд, главный тренер». Крис постучал. Оттуда раздался рык, что Крис расценил как приглашение войти.

Кабинет оказался обычной комнатой в казарме. Повсюду хаотично громоздились стопки сложенных друг на друга папок. Когда Крис вошёл, одна из таких колонн повалилась набок и упала. Дварг Гольд взглянул на него поверх бумаг.

— Вообще-то, я велел тебе проваливать ко всем чертям, но хорошо, что ты вошёл. Садись.

Дварг скинул со стула груду папок и указал Крису на стул.

— Ты звал меня по какому-то вопросу? — спросил Крис.

Гольд подошёл к окну, забранному толстой решёткой и несколько долгих секунд, смотрел на улицу, не говоря ни слова. Затем вздохнул, повернулся и сел напротив Криса.

— В общем, так. Думаю, ты уже в курсе последних новостей, поэтому не буду ходить вокруг да около. Метрополия объявила нам негласную войну. Все эти годы секты жили только за счёт успешной торговли с Семилунным. А головорезы Метрополии закрыли рынки и уничтожили нашу репутацию на ближайших к Лотариуму планетах. Мы бы могли это как-то ещё пережить, начав торговлю с другими расами. Но в Метрополии сделали кое-что куда более ужасное — они перекрыли нам кислород. Долгое время наши секты жили и укреплялись только благодаря притоку новой крови, новых людей. Нам перепадали жалкие крохи со стола Метрополии, но сейчас нас лишили и этого. Боюсь, я вынужден это сказать, но теперь у нас не остаётся выбора. Мы должны либо собраться и сражаться против Метрополии, либо остаться здесь и медленно вымирать...

Криса так и подмывало сказать что-то безобидное вроде «Ага» или что-то опасное вроде «Ну и?» или нечто совсем уж убийственное «А я здесь при чём?». Но Гольд был весьма вспыльчивым малым, по нему никогда нельзя было заранее понять, как он отреагирует даже на вполне обычную фразу. Поэтому Крис молчал, ожидая, что последует дальше.

Тактика оказалась успешной. Дварг полез в ящик стола, достал небольшой моток матерчатой красной ленты и кинул Крису.

— Что это? — спросил Крис, разглядывая металлизированную ленту.

— Твой знак командира отряда.

— Я не собираюсь становиться ни сектантом, ни уж тем более их командиром.

— А мне плевать чего ты хочешь, а чего нет. У меня приказ, идущий лично от Отца, так что заткнись и слушай. Возможно, ваш набор был одним из последних, — Дварг помассировал уставшие глаза и продолжил. — В общем, сегодня Драгон распорядился перевести ваш набор из неофитов в сектанты. Так что поздравляю, теперь ты официально один из нас.

— Я не буду сектантом. Я пришёл на Сектариум, чтобы решить свои дела, а после этого сразу уйти.

Дварг хмыкнул и швырнул через стол запечатанный конверт.

— Ознакомься. Это письмо от Отца. Он знал, что ты заартачишься, и велел передать его тебе.

На конверте стояла печать в виде зелёного, витиевато выполненного дракона. Похоже, письмо было и вправду от Отца Драгона. Крис вскрыл конверт, ему на ладонь выпала небольшая, короткая записка. Он прочитал её несколько раз и отложил, стараясь сохранять спокойствие, хотя в висках у него пульсировала кровь.

— Я… пожалуй, я останусь здесь. И сектантом я тоже согласен стать.

Дварг Гольд ухмыльнулся.

— Быстро же ты меняешь своё мнение. Я не сомневался, что ты примешь правильное решение. А теперь вернёмся к тому, с чего мы начали. Обмотай командирскую ленту вокруг рукояти своего ножа, она хорошо прикрепится к ней. Не переживай, издалека тебя будет ничем не отличить от другого сектанта. В походе вы будете в масках, но по этому знаку свои всегда смогут тебя узнать. Понимаю, ты у нас парень крупный и приметный, но таков порядок вещей. Уже бывали случаи, когда предатели выдавали себя за командиров и вели отряд в ловушку Метрополии, пользуясь тем, что в маске и доспехах сектанты похожи друг на друга.

— Видимо, ты меня не услышал. Я сказал, что согласен стать сектантом, но я не говорил, что хочу быть командиром отряда.

Глаз Гольда задёргался. Его рука непроизвольно потянулась к ножу, висящему на поясе, но он перехватил её и положил на стол. Дварг улыбнулся сквозь стиснутые зубы.

— В чём причина твоего отказа? Боишься ответственности?

— Нет.

— Тогда в чём же?

— Я не хочу вступать ни в одну из сект.

Гольд прищурился.

— Кажется, я понял. Думаешь, что став командиром, тебе придётся выбирать, к кому из лидеров сект твоему отряду придётся примкнуть?

Крис кивнул.

— А что, если я скажу тебе, что вам вовсе не обязательно вступать ни в одну из сект?

Крис удивился.

— Я думал, присяга на верность существующей секте и её лидеру, обязательна для отряда.

Гольд засмеялся, его смех больше походил на кашель.

— Вас обманывают, вас всех всегда обманывают. Эту утку придумали там, наверху. Чем больше у них людей в подчинении, тем больше и власти. Сам понимаешь, им невыгодно, если все будут знать, что присягать и подчиняться им не обязательно. Ведь чем больше будет свободных людей, тем меньше у верхних будет власти, а потом все вокруг задумаются — а зачем им вообще нужен кто-то третий, зачем им вообще нужна власть?

— Мне знаком такой подход.

— Ну тогда ты должен понимать, что эта информация остаться между нами, так что мотай себе на ус. Все новые отряды изначально свободны и не принадлежат ни к одной из сект. И если вы как следует настоите на своём, то так, и останетесь сами по себе. Никто вас силой ни к чему принудить не сможет. Единственная ваша обязанность, которую вы должны выполнять, если хотите оставаться на Сектариуме, раз в месяц брать свободное задание для разведки другой планеты. Сходили, сделали и дальше можете заниматься чем угодно.

— А если начнётся что-то серьёзное? Например, война.

— Нашёл чего бояться. Даже если война начнётся, никто не сможет заставить вас в ней участвовать. Вы свободны. А если я говорю никто, то значит никто, хоть сам Отец. Свободный отряд никому не принадлежит, только его командир и люди из отряда, решают, что им делать. Таковы плюсы свободной жизни. Я бы и сам не хотел состоять в секте, но уже поздно, я принёс присягу Драгону, так что приходится выполнять чужие приказы и нянчиться с вами, сосунками. Ну так что, теперь-то ты, надеюсь, передумаешь?

Крис почесал подбородок. В своей записке Отец Драгон недвусмысленно намекал, что обратный путь до Семилунного для него был заказан, по крайней мере, сейчас. Несколько лидеров сект только и ждали возможности, чтобы выдать его Праудлиону, так что если он хотел и дальше пользоваться защитой сектантов, то стоило принять предложение Гольда. Хоть Отец и не называл имён, Крис знал, по крайней мере, одного человека, который хотел его смерти — Пол Кохрейн.

После встречи в золотом храме Крис многое успел о нём узнать. Кохрейну принадлежала почти треть всех отрядов на Сектариуме, больше людей было только в секте Отца. Кроме всего Кохрейн был негласным лидером среди так называемого совета сектантов, который лидеры сект организовали, чтобы ограничить власть Драгона. И хоть Драгону подчинялось больше людей, но у всех лидеров сект отрядов было куда больше. Если бы здесь был финансовый директор Криса Френсис, то он сказал бы, что лидеры сект имели «пятьдесят процентов и один голос». На самом деле таких «голосов» было чуть больше. Фактически, объединившись, лидеры сект отстранили Драгона от власти. И организовал их опять же никто иной, как Пол Кохрейн, который был негласным главой совета сектантов. Всё указывало, что он и был настоящим теневым правителем Сектариума.

Послание Драгона пришлось вовремя. Его слова протрезвили Криса и дали ясно понять, что он был скован по рукам и ногам. Крис не мог даже бежать с Сектариума, потому как Кохрейн тотчас же бросит на его поиски все свои отряды, а это без малого тысяча человек. И одно дело, когда между мирами тебя преследуют медлительные головорезы, и совсем другое, когда за тобой гонятся хорошо обученные, скорые на перемещение и знающие карту миров сектанты. Нет, Крис определённо не был готов сейчас идти против Кохрейна. Оставалось только хорошо сыграть свою роль, предложенную Отцом. Похоже, это было его единственным выходом, шансом оставаться свободным внутри секты и одновременно возможностью держаться как можно дальше от прислужников Метрополии.

Статус капитана так же давал ему больше свободы действовать внутри секты, не завися от прихотей других. Даже если вдруг начнётся заварушка с Метрополией, то он хотя бы сумеет уберечь от неё своих людей. На самом деле командовать отрядом из десяти человек для него было не так уж и сложно. К тому же, здесь у него осталось ещё несколько незаконченных дел. Надо было любой ценой добраться до прибора, восстанавливающего память.

Крис ухмыльнулся. Интересно будет посмотреть на реакцию Кохрейна, когда он узнает, что я стал капитаном отряда, ведь он говорил, будто этот прибор доступен только для лидеров сект и командиров. Ну-ну, посмотрим, как он запоёт теперь. На деле же Крис знал, что Кохрейн добровольно не допустит его к своим технологиям, так что нужно было искать обходные пути.

Не стоило также забывать, что капитаны отрядов получали доступы к картам миров, информации о них и прочих необходимых для работы книгах. Возможно, среди кучи книг ему попадётся такая, которая укажет обходной путь на Лотариум или такая, которая поведает тайну Золотого Храма.

Была и ещё одна вишенка на торте — если он станет командиром отряда, то Кохрейн больше не сможет безнаказанно угрожать ему. По местным законам, капитан мог бросить вызов любому сектанту, если считал, что тот принижает его самого или его отряд. Конечно же, такое случалось нечасто, но случалось, и Пол Кохрейн, несомненно, об этом знал.

— Заманчиво, очень заманчиво, — Крис потёр подбородок. — Вот только что подумают о моём назначении остальные?

— Можешь не волноваться. Я уже известил парней, что ты стал командиром. Никто не возражал.

Крис ухмыльнулся. Методы, которыми пользовался Дварг, нельзя было назвать изящными, скорее они были прямы как удар кулаком по зубам и столь же эффективны.

— Кого я могу выбрать себе в отряд?

— Кого угодно.

— А кто второй командир?

— Торбинс. Но он пока не знает о своём назначении, так что, у тебя есть прекрасная возможность до завтрашнего дня первым отобрать себе нужных людей.

— Проклятье, с какой стороны ни посмотри, круго́м одни плюсы. Ты меня убедил, я согласен. Но имей в виду, мой отряд не будет участвовать в войне против Метрополии, если она начнётся.

— Не поверишь, мне плевать. А теперь выметайся отсюда, командир.

Крис улыбнулся. Закалка Дварга даже в такие моменты не позволяла ему проявлять сентиментальность.

Глава 46. Крыса-43

Когда Крис вошёл в недостроенную башню неофитов, его встретили брызги конфетти и грохот хлопушек. Оказалось, все только и ждали возвращения Криса. Сегодня у них был двойной праздник — перевод всех неофитов в сектанты и назначение капитана — так что даже угрюмый и неразговорчивый повар на радостях изменил своей натуре и приготовил жаркое из запечённого мяса Харуги с земными овощами. Вонь от жаркого, конечно, стояла та ещё, не помогали даже открытые окна в башне, но через час, после очередной пропущенной кружки самодельного пива, её уже никто особо не замечал.

Окончив бурное пиршество и повторив круг поздравлений, новоиспечённые сектанты притихли, рассаживаясь по столам. И хоть время уже было позднее, никто не собирался идти спать. Каждый понимал, что сейчас, возможно, решается его будущая судьба и вскоре станет известно, кто из них вступит в отряд Криса. Среди своих Крис был известен рассудительностью и силой. Хоть он всегда старался держаться отстранённо от остальных, но это только больше тянуло к нему окружающих. Штэфан как-то сказал, что внутри Криса была загадочная и сильная аура, горевшая словно жаркий костёр холодной ночью.

Крис просидел до половины первого ночи, выбирая людей в свой будущий отряд. Он не готовился к подобной роли и лишь в общих чертах знал, кто чем занимается, что может и не может делать. Но раз ему пришлось становиться капитаном, то он прежде всего хотел создать отряд, способный быть одновременно независимым, сильным и мобильным. Также необходимо было учесть, чтобы все хорошо ладили друг с другом и могли постоять за себя без его помощи.

После собеседований с кандидатами и жарких дебатов с Беном, Крис, наконец, определился со списком. В его новый отряд вошли:

Рональд Рэйни — химик, геолог, инженер, зоолог, астроном и физик. Крис ещё не встречал человека, который имел бы столь обширные познания в стольких разных сферах. В свои двадцать с небольшим это парень был гением.

Анна Саймс — психолог и лингвист, имела глубокие познания в литературе и умела играть на скрипке. Она вместе с Рэйни попала к военным из диких земель Лотариума, тех что лежат за обжитыми метрополисами. И земли эти, судя по их рассказам, вовсе не были дикими.

Гордрик — гигант с рудников. Силён как бык.

Росс Рой — вырос в городе, прекрасно владел Эфериумом, а также бывал в нескольких других мирах в самостоятельном переходе.

Штэфан Ивори — тот несчастный, который повредил ногу в первом походе. Он хорошо ориентировался на местности, умел читать следы и довольно ловко обращался с ножом. Его народ ещё со времён Земли придерживался кочевого образа жизни. К тому же он прекрасно готовил.

Адам Полански — имел довольно тяжёлый характер и скверную репутацию. Крис взял его, только по поручению Росса — Росс заверил, что знает его с детства, на самом деле он безобидный. Также весомой причиной стало то, что Полански вырос в городе и с рождения умел пользоваться силой Эфериума.

Шон и Кэтрин Финк — отец и дочь. Когда-то давно, на Лотариуме у Шона была своя, довольно известная кампания «Киброрг», занимающаяся ремонтом и строительством роботов. Он основал её с нуля, сам чинил и собирал механизмы, горбатясь в цеху вместе с рабочими. Компания разрослась, и в силу разных интриг, его сместили до должности инженера. Когда у них с дочкой стали появляться странные способности, за ними прилетел федеральный автолёт. Его жена проснулась и закатила скандал, федерал недолго думая достал пушку и пристрелил Нэнси у них на глазах. Так, они и оказались здесь. Кэтрин ничего не умела, но была привязана к отцу. Крис взял их обоих.

Салли Трайн — скользкий тип, с жирными волосами и щетиной на лице. Несмотря на внешний вид, быстро обрастал связями и мог достать что угодно и где угодно. Именно он раздобыл новую одежду Бену, едва они только прибыли на Сектариум. Такой человек был незаменим для тёмных дел, которыми непременно придётся заниматься в тяжёлые времена, но ухо с ним всегда приходилось держать востро.

Майкл Айл — худой и бледный мужчина лет сорока, был самым слабым членом команды. Даже Дварг Гольд освободил его от утренних пробежек из-за явных проблем со здоровьем. Похоже, ему несладко пришлось после пыток на военной базе Метрополии. Ему надо было отдыхать и восстанавливаться ещё как минимум несколько месяцев, а не носиться между мирами. Майкл сказал, что будет делать любую чёрную работу в отряде, лишь бы Крис его взял. Криса подобные заявления не впечатлили, но Майкл продолжал твердить своё. В конце концов он пригрозил, что если его не возьмут в отряд, то этой же ночью он пойдёт и сбросится с башни. После подобных доводов, искренности и настойчивости Айла, Крису пришлось согласиться, но он пообещал себе, что проследит, чтобы Майкл побольше отдыхал и восстанавливал силы.

И наконец Бен. Стал одиннадцатым членом отряда. Крис провёл с ним отдельное интервью. Бен, бывший Рэлит, участник трёх войн, преданный слуга Метрополии. Ещё на Семилунном Бен поклялся, что будет действовать заодно с Крисом, пока они не вернутся на Лотариум. В его словах Крис был уверен, клятва Рэлита была нерушимой. Также, если ему придётся сражаться против Праудлиона, то Бен был единственным, кто мог действительно помочь. Но не стоило забывать, что Бен преследовал в первую очередь свои цели — он, как и каждый Рэлит, грезил стать Членом Элиты.

Когда выбор был закончен, остальные сектанты разошлись, а их новый отряд хорошенько это дело отметил. Хоть уже было поздно, Салли Трайн достал откуда-то ящик самодельного вина. Крис не пил, а только подносил кубок к губам. После очередной распитой бутылки, к нему подошёл Бен и заплетающимся языком сказал, что несмотря на кажущуюся замкнутость и необщительность Криса, парни с самого начала видели в нём лидера. Вскоре Бен окончательно набрался и весело плясал на длинном столе, а Росс с Адамом снова спорили из-за пришельцев. Остальные тихо и мирно доедали и постепенно разошлись спать.

Крис вернулся к себе поздней ночью, не чувствуя ног от усталости. Он снял доспехи, плюхнулся на кровать и провалился в сон раньше, чем голова коснулась подушки.

Ему снова снился старый кошмар. Над ним нависала большая, бесформенная тень, от которой веяло холодом. Она загнала его к обрыву. Когда вода отходила, то обнажала острые зубы камней. Крис посмотрел вниз, пытаясь рассчитать, с какой частотой ударялись волны. Тень приближалась, она знала, что отсюда некуда бежать. Тень подходила всё ближе, на её чёрном теле открылся зёв острой пасти. Крис ещё раз посмотрел вниз и хотел прыгнуть, но...

Он проснулся. Над головой гремел гром, небо наискось расчерчивали длинные всполохи молний. За окном бил сильный ливень. Крис впервые видел дождь на Сектариуме. Он свесил босые ноги с кровати, каменный пол приятно холодил подошвы. Крис сидел, раздумывая стоит ли попить воды, когда одна из теней на стене шевельнулась. Он похолодел. Снова вспыхнула молния, позади что-то громко зашипело, и он нырнул вперёд. Нечто острое полоснуло его по плечу. Крис перекувырнулся, оборачиваясь в прыжке.

Очередная вспышка молнии высветила противника. Бритоголовый головорез Метрополии в лёгких синтетических доспехах, на груди номер «RAT-43». Руки и ноги головореза были странно большими, можно сказать, ненормальными — втрое толще, чем у обычного человека. Вновь вспыхнула молния, в этой вспышке стало видно, что у противника вместо рук и ног были стальные протезы.

Протезы, здесь? Но как он их пронёс через портал, и Метрополия его дери, почему они такие большие?

— Меня предупреждали, что ты хороший воин, — головорез захихикал, облизнул губы длинным языком. — Так что не жди пощады, Крисссссс...

В ладонях головореза блеснул длинный стилет, вокруг которого дрожал воздух. Вибронож?! Из протезов с громким свистом вырвались струи пара, и в следующий миг Крис понял, почему протезы были такими большими. С невероятной скоростью головорез подскочил к нему, пытаясь ударить клинком. Крис увернулся в последний момент и вибронож легко срезал спинку кровати.

Головорез двигался молниеносными прыжками, его атаки походили на удары разъярённой кобры. Протезы позволяли противнику двигаться намного быстрее и наносить более сильные удары, выкидывая облака горячего пара. Вибронож с шумом разрезал воздух рядом с Крисом. Только благодаря въевшимся в костный мозг навыкам Рэлита, ему удавалось уклоняться от острых выпадов и внезапных ударов под странными углами.

В комнате стало жарко и сыро, облачка пара заполонили воздух. Головорез остановился и начал подзадоривать его. Крис совершил безумный прыжок, пытаясь дотянуться до своего ножа, лежавшего на полу возле доспехов. Но Головорез только этого и ждал и едва не рассёк его пополам. Крис отскочил назад. Головорез отшвырнул доспехи с кровати и стал теснить его с удвоенной силой. Вибронож то и дело свистел перед лицом и без своего ножа Крису оставалось только уворачиваться от этих ударов.

Солдат громко топал железными подошвами по каменному полу. А однажды, промахнувшись, с лязгом ударил кулаком по стене. Стена вздрогнула. Головорез увидел недоумевающее лицо Криса и ухмыльнулся безумной улыбкой.

— Удивлён? Я установил генератор, глушащий все звуки... Можешь не переживать, нам никто не помешает. Только ты и я. Ну же, давай, подходи!

— Не будь так самонадеян, — Крис подхватил с пола кусок перекладины, которая совсем недавно была частью кровати.

Головорез засмеялся и взмахом ножа укоротил брусок, едва не оставив Криса без пальцев. Крис выругался и снова стал отступать, стараясь держать максимальное расстояние между собой и головорезом.

Думай же, думай, ещё немного и с тобой будет кончено!

И тут его осенило. Он начал пятится, позволив загнать себя в угол. «Крыса» усмехнулась, вспышка молнии высветила гнилые зубы и выпученные, бегающие глаза. Крис вжался в самую стену, ожидая удара.

— Умри! — головорез что было сил ударил длинным клинком. Расчёт Криса оказался верен. В последнее мгновение он присел. Вибронож воткнулся в каменную стену по самую рукоятку и застрял. Сейчас! Крис со всей силы пнул головореза ногой по стальному протезу. Раздался громкий скрежет и хруст, Крис надеялся, что хрустнули не его кости. В следующий миг головорез выпустил нож, оставшийся подрагивать в стене.

— Вот так-то лучше, — сказал Крис и выпрыгнул из угла.

В комнате висел густой влажный пар. Головорез зашипел, обрушив на него град стальных ударов. Крис с трудом их блокировал, приняв на блок, руки и ноги оказались сплошным синяком.

Плохая, плохая идея! Того и гляди этот дурень переломает мне кости. Эти удары даже похлеще, чем у мастера Мэйсуна. Мастера… мастера? Мастера!

Крис отскочил назад и попытался сконцентрироваться на ладонях. «Крыса-43» снова бросилась в атаку, Крис пропустил несколько ударов. В голове запульсировала кровь, стало темно. Ещё немного и я могу потерять сознание. Сконцентрироваться. Надо только сконцентрироваться…

— Давай же! — крикнул Крис.

— Что ты там о себе возомнил, самоуверенный кретин? Так уж и быть, мне надоело с тобой возиться. Сейчас ты умрёшь.

Головорез оттянул руку назад для сильного свинга. Из-под протеза выбилась мощная струя свистящего пара. Если прошлые удары, едва не сломали ему кости, то этот точно прикончит. Крис закрыл глаза и сконцентрировался на саднящих, ободранных ладонях. Надо только войти в поток…

Вспыхнула молния. В следующий миг головорез ударил Рэлита, стоявшего с закрытыми глазами. Шлепок! Комната погрузилась в сумерки, залитые клубами клокочущего пара. Улыбка сползла с лица головореза. Он попытался отдёрнуть руку, но та даже не сдвинулась. Заскрипело железо, в разные стороны брызнули мелкие механические детали. В свете молний замерцали безумные, горящие жаждой убийства глаза.

— Если бы ты мог видеть мою силу… — тихо сказал Крис. — Но ты не видишь её…

Крис прочно держал имплант головореза. Легко, как тесто, сжал сталь. Протез лопнул, из месива плоти и металла вырвались клубы горячего пара вперемешку с водой и машинным маслом.

— Нет! Нет!

На лице «Крысы» появился животный страх, так хорошо знакомый каждому, кто хоть раз сталкивался с Рэлитом.

— Ты слишком поздно понял, на кого напал. Теперь ты умрёшь.

Крис не делал никаких движений. Миг — и вторая рука «Крысы» оказалась зажата в пальцах. Кланк! Головорез задёргался и закричал. Крис отпустил руки противника, и они безжизненно повисли вдоль туловища. Головорез бросился к двери, но Крис в одно мгновение повалил его на пол, не торопясь, схватил за горло и слегка сжал. Головорез захрипел, вспышка молнии высветила его потное, искривившееся от боли лицо. Крис ненадолго ослабил хватку.

— Говори, кто тебя подослал?

— Не… скажу…

— Глупец!

Головорез выгнулся дугой и снова захрипел. Крис отпустил его и подождал, пока тот откашляется.

— Знаю, не скажешь. Мне и без тебя известно имя подославшего тебя. Праудлион… Меня интересует другое. Откуда ты взял вибронож и глушилку? Кто помог тебе достать технологичные импланты и пробраться в мою комнату? Даже не пытайся меня обмануть, эти предметы нельзя пронести через портал. Говори же, ну! Кто тебе помог?

Крис сдавил его горло. Головорез захрипел и снова закашлялся.

— Хорошо… я… скажу… Я не знаю, кто помог мне на этой стороне… он был в маске… Но ты не прав насчёт имени… не Праудлион…

— А кто?

— Человек со шрамом… Маркус Дрейк… ОН СИЛЁН, ОН УНИЧТОЖИТ ТЕБЯ!

«Крыса» безумно засмеялась. У Рэлита от ярости потемнело в глазах.

— Где он, говори, говори же, ну, — Крис так сильно встряхнул солдата Метрополии, что его голова застучала по каменным плитам. — Где Маркус Дрейк?

— На планете… кх… — головорез закашлялся кровью. Его голос задрожал и перешёл на шёпот. — На планете… д…

Головорез снова закашлялся кровью.

— Говори громче, я ничего не слышу, — Крис наклонился к самым губам головореза.

— На планете Дар…

В следующий миг грянул плазменный выстрел. Криса обдало чем-то липким. В его ладонях застыло безжизненное тело. Он посмотрел на дверь. На пороге стояла массивная фигура сектанта в полном облачении.

— Ты! — задохнулся Крис. — Зачем ты убил его, Вут?! Он же только что…

Вут не стал дослушивать. Резкими шагами пересёк комнату и нагнулся к телу. Через мгновение в его окровавленной руке появился небольшой шар, внутри которого быстро пульсировал багровый огонёк.

Вут бросился к окну, одним движением распахнул створки и выкинул всё более пульсирующий шар. Прошло мгновение, другое и…

БАМ!

Башня вздрогнула, за окном стало светло как днём, с потолка посыпалась каменная крошка. В крепости завыла сирена, один за другим засветились огни. Крис обернулся, но Вута уже не было. Только что-то красное и густое капало с дверной ручки…

Глава 47. Книга Миров

— Стойте, там кто-то едет.

— Ш-ш-ш, тише все!

Группа сектантов замерла, прячась среди плотных зарослей голубоватой травы вперемешку с полевыми цветами. Солнце палило нещадно. В такую жару хотелось скинуть сапоги, пробежаться босиком по земле, искупаться в озере, полежать на спине, подставив лицо ласковым лучам. Воздух, свет и даже гравитация на Дархане были максимально приближены к земным условиям, но, как говорил их недавний опыт, планета только казалась пригодной для человека.

На первый взгляд трава была мягкой, почти земной, разве что цвет её отличался от привычного, но каждая травинка оканчивалась маленьким, загнутым книзу крючком, с которого сочилась розоватая жидкость. Даже прекрасные цветы оказались хищными и имели вполне острые зубы, а в воде плавали длинные белёсые существа, видящие в людях отменную закуску.

Из-за губчатых деревьев выехал тяжёлый шестиколёсный броневик с развевающимся флагом Метрополии — три соединённых друг с другом треугольника. На боку машины красовалось намалёванное вручную обозначение отряда — RAT. Двигатель броневика взревел и внезапно затих. Сектанты затаились, боясь выдать себя. Из кузова вылезли двое головорезов с плазмомётами наперевес.

— Будь внимателен, в траве полно всяких гадов.

— Посмотрим, как они запоют, когда отведают раскалённой плазмы.

Крис выругался — как раз в этот момент один из хищных цветков почуял его запах и решил на него покуситься, в самом прямом смысле впившись в перчатку зубами.

Головорезы отошли метров на десять. Несмотря на браваду, они явно не торопились встречаться с местными тварями. Через минуту дверь броневика снова хлопнула, и машина поехала дальше. Цветок к этому времени уже вовсю пытался прогрызть перчатку Криса. Крис дождался, когда автомобиль отъедет на порядочное расстояние, и ударом ножа рассёк стебель цветка. Цветок задёргался и опал в траву, оттуда сразу же раздалось подозрительное шуршание.

— Все в порядке? — спросил Крис.

Пятеро сектантов начали отряхиваться. Судя по их помятому виду, у них были те же проблемы с местной флорой. Среди пятёрки особо мрачным выражением лица выделялся Вут, который вступил в отряд, когда в ночь с четвёртого на пятое июля, спас Криса от взрыва бомбы.

— Ненавижу эту планету, — сказал Полански.

— Тебя никто не заставлял становиться сектантом, — огрызнулся Рой.

— Да, но мне и не говорили, что я буду мальчиком на побегушках: Адам сходи на ту планету, Адам разведай эту планету, тьфу!

— Хватит ругаться, — сказал Крис. — Штэфан, иди впереди, я пойду замыкающим, остальные смотрите по сторонам. Мы прошли только первый патруль, дальше наверняка будут ещё. Держитесь начеку, я хочу, чтобы все вернулись живыми.

Перебегая от кочки к кочке, сектанты двинулись дальше. На голой, без единого деревца, равнине они были видны как на ладони.

— Эти парни никуда не годятся, — шепнул Бен.

— Заткнись. Не сравнивай их с Рэлитами, — сказал Крис.

Бен поцокал языком.

— Они ещё сырые. Тебе придётся долго их жарить, чтобы приготовить из них настоящих парней.

— Вспомни сам, каким ты был, когда поступал в школу Элиты.

— Это было слишком давно, — сказал Бен, — и тогда я отвечал только за самого себя. А теперь от этих парней зависит наша жизнь. От меня можешь ничего не скрывать, я знаю как ты мыслишь. Ты хочешь использовать их в битве против Праудлиона.

Крис помрачнел.

— Так вот, — продолжал Бен. — Они как плохой инструмент, могут подвести в любой неподходящий момент.

— До битвы с Праудлионом ещё надо дожить. К тому же Маркус Дрейк сейчас интересует меня больше всего.

— Тот Рэлит со шрамом на лице из парламента? Зачем тебе этот Дрейк, я думал Праудлион наша главная цель.

— У меня с ним свои счёты, — проскрежетал Крис сквозь стиснутые зубы. — Победить Дрейка, значит на шаг приблизиться к победе над Праудлионом.

— Ладно, я понял. Мне без разницы против кого ты хочешь использовать этих сектантов. Дело твоё.

Крис взорвался.

— Мы НЕ будем вмешивать в наши дела обычных людей. Любые дела, касающиеся прежней жизни на Лотариуме это только наши дела, дела Рэлитов. Ты слышал?

— Да, да, — Бен поковырялся в ухе и посмотрел на палец. — Продолжай.

— И прекратив меня задирать. В конце концов не тебе решать, кто мне подходит, а кто нет. Я сам выбрал каждого человека в свой отряд, и я же буду за каждого отвечать. Будь твоя воля, ты бы вообще никого не брал. И проиграл бы. Так нельзя. Чем больше у тебя людей, тем ты сильней. Это же основы, которым нас учили на втором курсе.

— Не спорю. Зато наш тренер ещё потом добавлял, что каждый человек в твоей команде должен быть крепким и надёжным, подобно монолитному камню в фундаменте. А здесь у тебя что? Кучка дилетантов.

— Попридержи свои мысли при себе.

Впереди разрастался обрыв. Похоже, рудник уже был рядом. Бен глянул на Вута, ушедшего вперёд на добрые пятьдесят шагов и обогнавшего даже Штэфана.

— А этот Вэлит… Зачем ты его взял в отряд?

— Он сам настоял.

— Не верю я ему. Даже после того, как он спас тебя от вакуумной бомбы. Почему он захотел именно к тебе?

— Вут сказал, что ему скучно в своём отряде. Там слишком тихо для него.

Бен фыркнул.

— Тихо? Вэлитов не корми, только дай с кем-нибудь подраться. Не удивительно, что он сбежал оттуда так быстро. Хотя мне понятно, почему ты согласился, хоть один настоящий боец появился в нашем отряде. Но предупреждаю тебя сразу, Вэлиты как бешеные псы — если им время от времени не давать ощутить крови, то рано или поздно они набросятся на хозяина.

— У Вэлитов свой кодекс чести, — сказал Крис. — Вспомни, ты и сам когда-то был таким.

— Ребячество всё это. Глаз за глаз, зуб за зуб и всё в том же роде. Я в детстве ещё понял, что есть куда более хитроумные способы решать насущные проблемы.

— Ты не сравнивай Рэлита и Вэлита. В них специально закладывают, что они созданы убивать и умирать. Такова система.

— Учиться надо было лучше, а не баклуши бить, — огрызнулся Бен.

— Не всем же суждено быть Рэлитами и решать судьбы людей, — улыбнулся Крис. — Должен же кто-то охранять тебя, когда ты зазеваешься, — Крис ткнул Бена локтем в бок.

Бен ойкнул, потирая ушибленный бок.

— Приглядывай за ним, вдруг он задумал чего. Чует моя задница, этот Вэлит ещё принесёт нам проблем.

Крис усмехнулся, но ничего не сказал.

Шёл тринадцатый день их пребывания на Дархане.

Сектанты в крепости сильно переполошились, когда по улицам разнеслась весть, что произошло в ночь со вторника на среду — неужели Метрополия знает, где находится наша база? Лидеры сект еле сумели замять скандал, пустив утку, что головорез, напавший на Криса сам когда-то, был сектантом.

К воскресенью эта история затихла, и о ней лишь иногда вспоминали по ночам. Только Крис не оставил своих поисков. Человек, который провёл головореза в его комнату и дал ему оружие, ещё оставался на свободе и в любой момент мог повторить то же самое. Кодекс Рэлита не позволял Крису простить подобных вещей — кто бы ни организовал покушение на его жизнь, он непременно должен искупить свой проступок кровью. Ещё со школы Элиты Крис знал, что бывает, когда спускаешь на тормозах нечто подобное.

Он не верил в официальную версию. Без сомнений со шпионом сотрудничал кто-то из верхов. Возможно кто-то из лидеров сект и сам был шпионом Метрополии, вот только кто? А время между тем бежало неумолимо, стирая все следы и доказательства.

Мастер Мэйсун сказал, что научил его всему, что знает, и дальше Крис тренировался использовать силу Эфериума самостоятельно. Чутьё подсказывало ему — головорез был лишь первой весточкой, присланной Праудлионом, своеобразным приветственным письмом, скорее всего, далеко не последним. И пусть головорез сказал, что пришёл от Маркуса Дрейка, но сам Дрейк напрямую подчинялся Праудлиону. Праудлион словно говорил: скоро, очень скоро я доберусь до тебя…

Почти сразу после совершённого покушения, Отец Драгон передал Крису через Гольда простое задание — исследовать вместе со своим отрядом любую малоизученную планету. Однако судя по срочности и настойчивости, с которой Дварг выпроваживал их, это было просто предлогом, чтобы убрать Криса с Сектариума хотя бы на некоторое время. Дварг выписал ему одноразовый пропуск и сказал, что уже завтра, шестнадцатого июля, будет ждать его в главной библиотеке. Крису повезло вдвойне. Он и сам хотел порыться в архивах, но получить доступ туда было непросто. Узнай кто-то, что Крис намеревается там отыскать планету, названную головорезом перед смертью, его вообще могли бы не допустить к Книге Миров. А тут случай сам шёл в руки.

В назначенный день, ранним воскресным утром Крис пришёл в центральную библиотеку сектантов — широкое приземистое здание с громким названием. На входе охранники забрали маску, чтобы Крис не мог ничего на неё записать, и указали на гигантский том величиной в рост человека — Книгу Миров. В сущности всё здание было построено вокруг неё, чтобы защитить её от непогоды и, как ни странно, шпионов. О том, что попытки похищения возникали, сомнений не оставалось — от огромного тома к стене тянулась длинная и толстая железная цепь.

Крис взобрался на лестницу и принялся перелистывать оглавление в поисках нужного раздела. Вначале ему не нравилось, что приходилось то и дело подниматься взад и вперёд по лестнице и напрягаться, переворачивая кипу гигантских страниц. Казалось бы, нет ничего проще, чем записать все данные на кристалл и хранить их там. Но вскоре он понял, в чём были минусы такого подхода, и оценил эффективность существующей системы. Данные, записанные на кристалл, было легко вынести и так же легко украсть, в то время как украсть столь большую книгу было фактически невозможно.

Книга Миров сама была этим местом, срослась с ним, стала частью Чёрной Крепости. Можно сказать, отчасти она была негласной святыней сектантов. Сотни, а, возможно, и тысячи люди отдали жизни, чтобы создать обширный справочник миров, и постоянно поддерживать его в актуальном состоянии.

В любых вопросах Книга Миров была истиной в последней инстанции. Все знания, накопленные сектантами за двадцать лет, были записаны здесь, и никто не смел написать на её страницах ни слова неправды, потому что последствия ошибки были колоссальны. Отряд, доверившийся неправильной информации, мог погибнуть, а за ним ещё один и ещё. И оттого каждый капитан понимал, насколько важна была точность и подробность записанных им сведений.

Первым делом Крис сразу же начал смотреть все планеты, начинающиеся на «Дарх», но ничего не обнаружил, так как общего списка планет никто не вёл. Долистав оглавление, Крис, наконец, нашёл карту междумирья, изображённую, где в виде грозди, где в виде шишки, со множеством маленьких тесно лепившихся друг к другу планет. Открытых миров было много, куда больше, чем он себе представлял. Но, к сожалению, большинство миров были отмечены красными крестиками, кое-где даже по два или три раза. Это могло обозначать что угодно — либо экспедиция понесла серьёзные потери, либо атмосфера планеты была непригодной для человека, либо оттуда вообще никто не возвращался.

Много было и планет, данных о которых не было совсем. В большинстве своём они находились слишком далеко — за двадцать лет секты смогли исследовать обширную территорию более чем трёх тысяч планет. По каждому из разведанных миров можно было прочитать подробную информацию — зарисовки, карты местности, какие отряды и когда его посещали, были ли потери или болезни, богатство и толщина залежей полезных ископаемых, каков состав атмосферы, список биологических видов и циклы их размножения и так далее. Естественно, не везде сектанты задерживались долго, а в некоторых местах экспедиций вообще не было давно.

Крис удивился почему так мало открытых планет. По его подсчётам за эти годы орден сектантов должен был разведать более пятидесяти тысяч планет. Но прочитав отчёты, он быстро понял причину: чем дальше планеты находились от Сектариума, тем дольше до них было добираться. Капитаны часто писали рапорт с просьбой создать новую базу на границе изведанных миров. Их рапорты даже были вклеены в книгу, занимая там отдельную страницу, но на всех неизменно стояла красная печать Отца Драгона — отказ.

Крис вздохнул и продолжил штудировать Книгу Миров. Он изучил чужие маршруты до неизвестных планет, поражаясь их длине, а так же тому, какой неимоверной ценой доставалось первоиспытателям открытие каждой.

Наконец, он сам составил несколько маршрутов за пределы не изученных сектантами территорий, но после некоторых раздумий отмёл. Эти дорожки были слишком далеки, слишком опасны для первого перехода. Чтобы только достичь края, каждому в отряде пришлось бы перемещать других, перепрыгивая через пять миров. Тогда, через десять-двенадцать дней утомительного и опасного перехода, они достигли бы одной из окраинных планет. При этом весь отряд сжёг бы целую кучу Эфериума и это только на переход в одну сторону, а ведь надо было потом ещё возвращаться назад.

К сожалению, физику междумирья перехитрить, пока никому не удавалось, чем длиннее был прыжок, тем больше сил он отнимал. Другие отряды, делая подобные вылазки, обычно никуда не торопились. В спокойном темпе они двадцать дней перемещались между мирами, перепрыгивая по две-три планеты, что экономило их Эфериум, затем ненадолго задерживались на нужной планете, после чего столь же неспешно возвращались домой.

Подобный расклад Криса не устраивал. Он ещё раз проверил все ближайшие небезопасные миры. После тщательных поисков его выбор пал на Дархан и…

Тут Крис замер.

Дархан. Уж не та ли планета, которую упоминал головорез перед смертью и которую Крис искал весь сегодняшний день?

Дархан был всего в шести средних прыжках от главной крепости, но никто уже не посещал его в течение восьми лет. Крис прочитал основную информацию о планете: гравитация и атмосфера близки к земной, но полно опасных хищников. Он дошёл до конца, где была указана причина, по которой планету занесли в список опасных. Ага, вот оно. «Чарли Сойер сломал ногу, споткнувшись о, камень. Его ужалила ядовитая трава, срочно возвращаемся на базу!»

Этот вариант казался идеальным и для задания, и для того, чтобы проверить, правду ли сказал головорез. Крис рассчитывал за пару дней добраться до Дархана, поквитаться с Дрейком и как можно скорее вернуться. Естественно, он не озвучивал истинных целей своего похода всем остальным, в том числе и своим. Всем казалось, что он покорно подчинился приказу Отца Драгона и, склонив голову, пошёл в разведку между мирами. Но на самом деле он торжествовал.

Как ни странно, самым сложным оказалось выбить все необходимые для перехода кристаллы и провизию у Аманды Вард, главной заведующей складами Сектариума. По традиции, о которой среди сектантов давно ходили шутки, Аманда устраивала каждому приходившему к ней, череду истерик и скандалов. По её мнению, все сектанты «умели только расточительствовать нажитые непосильным трудом ресурсы впустую».

После череды длинных разборок, окончившихся плевком в сторону Драгона, Аманда выделила необходимые кристаллы, провизию и оборудование. Только тогда, отряд Криса смог наконец спокойно собраться и выйти в путь.

Первый переход оказался нелёгким и занял куда больше времени, чем Крис рассчитывал. Только через шесть дней, утром двадцать четвёртого июля, сектанты, наконец, смогли добраться до Дархана.

В первый день никто не заметил на планете ничего странного. Всё было в точности, как написано в Книге Миров: земная атмосфера, привычная гравитация, пригодный к дыханию воздух. Из интересного здесь оказались лишь мелкие зверьки, которых кто-то прозвал пискунчиками. И хоть зверки умели только свистеть, но название к ним прилепилось прочно.

Крис начал вести походный дневник, куда с особой тщательностью записывал все наблюдения за планетой. Время шло, но сектанты не находили и следа разумной жизни. Крис расстроился. Он то рассчитывал, что легко обнаружит здесь Маркуса Дрейка, бросит ему вызов и расквитается раз и навсегда. Но сектанты не находили никого, кроме животных и стали потихоньку роптать, чтобы скорее вернуться домой на базу.

На третий день Крис сдался и отправил в последнюю разведку Росса в паре со Штэфаном, а остальным приказал сворачивать походный лагерь. Разведчики быстро вернулись с плохой новостью — они нашли человеческие следы. Судя по всему, кроме них на планете находился отряд головорезов: триста солдат, сорок единиц тяжёлой техники, укреплённый лагерь, и двадцать грузовых машин. Но самым загадочным было, что в тот же день лагерь снялся со своего места и исчез.

Сектанты переполошились. Что делали головорезы на планете, столь близкой к Сектариуму? Мало того, у них ещё была тяжёлая техника на ископаемом топливе. Это было просто немыслимо. Всё указывало на то, что головорезы уже давно закрепились на планете и прочно на ней засели.

Их отряду пришлось задержаться на Дархане и всё выяснить. Крис никому не сказал, что обрадовался такому раскладу — похоже, Маркус Дрейк действительно был здесь. Оставшееся время Крис с парнями выслеживал снявшийся лагерь Метрополии. Лишь тридцать третьего июля, на десятый день пребывания на Дархане, сектантам удалось обнаружить, что военные роются возле древнего карьера.

Весь четверг сектанты потратили на разведку. И только вчера, поздним вечером пятницы, Крису удалось в одиночку пробраться до лагеря, разбитого возле карьера. Он хотел, пользуясь маскировкой доспехов незаметно проникнуть внутрь, и придушить Дрейка, но в последний миг головорезы что-то почуяли и подняли тревогу. Лишь благодаря опыту он сумел замести следы и незаметно сбежать.

Но Крис не сдался, и сегодня, захватив с собой пару сектантов, продолжал вчерашнюю вылазку, правда, уже под другим предлогом. Оказалось, Рэйни заинтересовался веществом, которое добывали рабочие Метрополии, что было только на руку Крису.

Скоро должна пролиться кровь, и эта кровь будет твоей, Маркус Дрейк!

Глава 48. Химическая лаборатория Рэйни и Анны

Штэфан поднял руку.

— Мы на месте, — передал по внутреннему каналу он. — Вижу дно карьера. Там целая куча метрополитян.

Крис вместе с остальными подполз к краю обрыва. Гигантская воронка шириной в несколько километров, кольцами сужалась книзу. По уступам ползли три самосвала Метрополии, из труб валил чёрный дым. На самом дне карьера блестело маленькое озеро, вокруг воды копошилось пару десятков рабочих. От озера к берегу тянулся шланг и уходил в нечто отдалённо похожее на завод. Из этого озера Рэйни и предлагал взять воду для анализа. Крис пока оставил эту затею и решил ограничиться пробами с поверхности карьера.

Он усилил обзор в линзах шлема, но кроме гражданских, работавших возле у берега, никого не увидел.

— Полански, — сказал Крис, — возьми образцы грунта и камней. Рос, Штэфан приготовьте бластеры и будьте начеку. Головорезы где-то неподалёку и могут нагрянуть в любой момент.

Адам Полански поворчал, но приказ выполнил. Остальные переглянулись и достали бластеры. Вут куда-то пропал, а Бен лежал в засаде рядом с Крисом. Потянулись напряжённые минуты, было слышно только, как тяжело дышит Адам, загребая руками грунт в три контейнера.

— Метрополия дери этого Рэйни, — проворчал Адам, забыв выключить динамик, — почему я должен рисковать шкурой, пока он там развлекается со своей девчонкой? Кара его разрази, я тоже так хочу.

— Эй придурок, мы тебя, вообще-то, слышим, — сказал Росс Рой.

— Плевать. Заткните уши, если вас что-то не устраивает.

— А кто тогда твою шкуру будет прикрывать?

— Ты и пушку-то в руках нормально держать не умеешь, — огрызнулся Полански.

— Вот наделаю в тебе пару лишних дырок, тогда узнаешь.

Трава возле Криса раздвинулась, из неё вынырнул невидимый до этого Вут.

— С севера приближается большая группа головорезов. Идут цепочкой вдоль наших следов, делают вид, что у них обычный обход.

— Адам, ты всё?

— Почти.

— Заканчивай. Сотри свои следы и уходим. Старайтесь не подниматься от земли слишком высоко.

Короткими перебежками, то и дело пригибаясь, сектанты промчались несколько километров, прежде чем остановились отдохнуть. По счастью, колючая трава, агрессивно шелестя, сразу же поднималась обратно за ними.

Крис подкрутил линзы в маске. Тридцать, а то и сорок головорезов, держа пушки наперевес, шли длинной полосой вдоль карьера. Было неизвестно, видели ли они их следы или действительно выполняли стандартный обход. Но когда цепочка дошла до края обрыва, то по свежей, перевёрнутой земле там поняли, что на дне карьера кто-то побывал. Вверх взметнулась сигнальная ракета, и яркое багровое облачко поднялось в лазурном небе Дархана. В трёх километрах севернее, завыла сирена.

— Бежим!

Подгоняемые страхом, сектанты бросились бежать с удвоенной силой. Крис, который лично проконтролировал, чтобы Адам стёр отпечатки подошв с грунта, надеялся, что военные не догадаются о лагере сектантов расположенном неподалёку.

Утром следующего дня Крис проснулся рано, не спеша потянулся, сделал сто отжиманий, чтобы не терять формы, и вышел из палатки.

Гигантский спутник Дархана, с бурыми и кремовыми полосами опускался к горизонту. Ему навстречу катилось белое солнце, расцвечивая небо багряными всполохами. День приходил на смену ночи.

Ветер шелестел ультрамариновой травой, распускались после ночного сна алые и рыжеватые цветки, распространяя в воздухе дурманящее, сладостное благоухание.

То тут, то там, пересвистывались мелкие пискуны, то и дело привставая на задние лапки. Один из пискунчиков подошёл совсем близко к лагерю людей, облизнул узкую мордочку раздвоенным языком и четырьмя передними лапками вытащил из травы изумрудного, стеклянного жучка. Острыми когтями вскрыл панцирь и ловким движением вычистил в пасть.

Пискунчик опасливо посмотрел на лазурное небо. Там, среди багряных от предрассветного солнца туч, лениво парили треугольные летуны с длинными хвостами. Они ещё не пробудились ото сна, и пискунчик немного расслабился.

В тот же миг трава с треском взметнулась вверх, и за пискунчиком, быстро перебирая лапами, промчался мелкий хищник с выпученными глазами. Пискунчик бросился бежать, но было уже поздно. Он затих навсегда.

Над равниной пронёсся тревожный пересвист, потом все звуки разом смолкли. Лишь ветер вольно шумел над низкой травой.

Минут двадцать спустя проснулся и остальной лагерь. Шон Финк, зевая, готовил завтрак вместе с дочкой. Полевая кухня работала от энергии владельца, поэтому Шону приходилось в буквальном смысле держать сковородки в руках, с чем он мастерски справлялся. Когда все позавтракали, молодой Рональд Рэйни, как геолог и по совместительству химик, ушёл вместе с Анной в близлежащий лес.

В воздухе повис густой аромат фиолетовых и пурпурных цветов.

— Знаем мы, чем они там занимаются, — проворчал Полански. — Только рассвет, а их уж и нет, вот так-то. А по лагерю кто работу делать будет?

— Да заткнись уже, — крикнул Росс, — только и слышно твою ругань. Всё не по тебе. Смотри, вот узнает командир, что ты наговариваешь на товарищей, да ка-а-а-а-ак даст по башке.

Крис улыбнулся. Он был уже однажды в роще, куда так полюбили ходить Рэйни с Анной Саймс. Рейни развернул там портативную химическую лабораторию, а Анна изучала древний камень с выветрившимися, выщербленными от времени символами. Чем они занимались в свободное время, его мало беспокоило.

Адам к этому моменту ушёл в другой конец их маленького лагеря и там успел поругаться с Штэфаном.

— Ты в своём уме? Как тебе могут нравиться эти твари с хвостами и выпученными глазами?

— У пришельцев такие же права, как и у людей, — спокойно сказал Штэфан. — Пусть внешне они и отличаются от нас, но внутри у многих из них доброе сердце.

— Сердце?! Поживи на Семилунном с моё, ты бы так не думал. Сердце, подумать только, — Полански фыркнул. — Да у некоторых из этих тварей даже тела-то нет, не то что сердца. Офаги те же, чистый огонь, у тебя на ладони поместятся. Да только сгоришь ты, дубина, едва такого возьмёшь. А Хэлмиты? Тьфу! Там, где эти уроды проходят, после них ещё два часа плитку отмывают от слизи. Я сам на такой работе трудился, всякое дерьмо за пришельцами драил, ещё когда мой батюшка живой был. Попахал бы ты с моё, вмиг бы свои бредни оставил. Пришельцы другие, не сто́ит стелиться перед ними, а то это до добра не доведёт. Так что бросай свои глупые идеи.

— Говори что хочешь, ты меня не переубедишь, — улыбнулся Штэфан. — Я видел много добрых существ и на Семилунном, и по дороге до Сектариума. Тот же старейшина, который выхаживал мою ногу, столько дней просидел возле меня, всё хлопотал, чтобы я не помер.

— Тупица! Если бы не таблетки Мэлтиса, ты живьём бы сгнил, только уши остались!

— Хватит болтать, вы, оба, — гаркнул Росс. — Идите на дежурство. Кто лагерь охранять будет?

Адам поворчал и ушёл. Штэфан взял со стола небольшую лепёшку и двинулся курс в противоположную сторону.

Крис подошёл к Айлу, лежавшему на самодельной кровати. Возле него на коленях сидел гигант Гордрик. Пальцы великана осторожно промокнули платком вспотевший лоб Майкла.

— Как он себя чувствует?

— Уже лучше, господин, — ответил гигант, тяжело ворочая языком. — Отдых… идёт ему на пользу. Господин добр к нему.

— Сколько раз я говорил, чтобы ты не называл меня господином.

— Прости, господин.

Крис нервно забарабанил пальцами по броне. Майкл слабо улыбнулся.

— Спасибо, что заботитесь обо мне… Простите, что доставляю вам неудобства.

Майкл Айл закашлялся.

— Побольше спи и набирайся сил. Тебе надо много отдыхать и главное ни о чём не волноваться.

Крис вздохнул. От остальных он разузнал, что на самом деле произошло с Майклом в военной лаборатории Метрополии. Когда-то Майкл был толстяком, поэтому белохалатники посадили его на жёсткую диету и три месяца почти ничем не кормили кроме воды и мяса. Но это не помогло, и учёные, забавы ради, кинули Майкла в электрическую клетку. Стоило ему пошевелиться, как его пронзал разряд тока.

Обычно сидевшие там погибали дня через три, но Майкл был не из таких. Поговаривали, что каждый день доктора заключали пари на его смерть. Но Майкл выжил там, где невозможно было выжить. Никто не знал, какая сила держала и подпитывала его все эти дни. Он был близок к смерти, когда через неделю в нём открылась энергия Эфериума и его отправили к остальным заключённым. С тех пор прошло уже четыре полных месяца, что составляло чуть меньше полугода на Лотариуме, но Майкл так и не оправился от тех испытаний.

Все понимали, что Айл был обузой для их отряда, в том числе и сам Айл. Он постепенно шёл на поправку, просто ему надо было время, чтобы набраться сил. В целом он чувствовал себя нормально, но иногда ему становилось хуже, как сегодня и вчера. Крис похлопал Майкла по руке и встал. Айл слабо улыбнулся и облизал пересохшие губы.

Крис пошёл к семье Финк, когда навстречу вышли Росс, Адам и Штэфан. Все трое держали руки поднятыми.

— Что с вами, совсем крышу напекло? — спросил Салли Трайн.

Крис посмотрел туда, откуда пришли сектанты, и тоже поднял руки вверх.

— Это шутка такая? — Салли почесал небрежную щетину. — Что происходит?

Один за другим, остальные члены отряда в лагере тоже поднимали руки.

— Сам не видишь, придурок? — выругался Росс. — Мы окружены. Глянь во-о-он туда.

Салли побледнел, его руки быстро взметнулись, уронив на голову недоеденный тост. Он так и остался сидеть с тостом, лежащим на засаленных волосах.

По всему лагерю продолжали бегать яркие, маленькие огоньки, отчётливо видимые даже при свете дня. Их были сотни, одни беспокойно перемещались по лагерю, другие замерли на людях. Неслышно, из травы выныривали высокие серокожие существа с красными глазами и большими безносыми головами, похожими на рептильи. На планетянах были надеты ультрамариновые плащи, позволявшие им сливаться с травой. В длинных пальцах пришельцы держали толстые арбалеты с лазерным прицелом.

— Унита мана хум!

— Привет, — сказал Крис. — Мы рады вас видеть.

— Альни, наран! Даррррук!

— Похоже, они нам тоже рады, — сказал Полански и упал. Это было последним, что услышал Крис.

Глава 49. Испытание на Дархане

Криса тряхнуло на очередной кочке. Он застонал и пришёл в себя. Его руки скованы цепями. За толстыми прутьями клетки тянулись сложенные из камня высокие, тонкие здания со множеством арок и столбов, треугольной и даже кубической формы. Крис оглянулся и ужаснулся. Высоко, исчезая среди туч, к небу тянулись семь тонких башен, соединённых множеством переходов, больше похожих на переплетённые ветви растений. Башни возвышались через равные промежутки друг от друга, но в одном месте между ними, подобно выбитому зубу, зияла брешь, под которой через все улицы города тянулись гигантские каменные обломки.

— Все в порядке? — спросил Крис.

Полански погремел цепями на руках. На его шее была небольшая рана.

— Кажется, кто-то говорил, что планета необитаема.

— Так было написано в Книге Миров.

— Чушь собачья там написана. Разве похоже, что я в порядке? Я вне себя! Ну погодите, доберусь я до этих серокожих уродов, живьём шкуры с них посдираю.

— Заткнись, придурок, — прошипел Росс. — Как бы они с нас шкуры не содрали. Говорил я тебе, что не языком надо молоть, а лагерь тщательней охранять.

— Ты видел сколько их? Толку от твоих советов нет никакого, вы бы даже в порталы прыгнуть не успели.

Крис пересчитал людей и помрачнел. Все были в порядке, но не хватало ни Анны, ни Рона. Даже Бен с Вутом были здесь.

— А где Рональд и Анна, их кто-нибудь видел?

— Может, планетяне подумали, что это весь наш отряд, и не стали искать остальных, — сказал Росс. — Будем надеяться, что они услышали шум и скоро пойдут по нашим следам.

— Следам, — фыркнул Полански. — Да те двое палец о палец не способны ударить, не посмотрев в учебник. Вот уж кому повезло так повезло. Когда с нас живьём спустят шкуры, эти голубки вернутся на Сектариум и всем расскажут, как забавно мы выглядели.

Кэтрин прижалась к отцу.

— Хватит пугать остальных, — сказал Крис. — Мы все выберемся отсюда живыми. Если с Рейни всё в порядке, то он доложит на базу и нам выделят подмогу.

— Да кому мы там нуж…

Адам не успел договорить. К клетке подъехал серокожий планетянин с длинным копьём и ударил им по прутьям. Прутья дико завибрировали, и Крис вместе с остальными, свалился на дно повозки. Каждый орган внутри него задрожал, казалось, ещё немного треснут кости и вывалятся зубы, но постепенно вибрация спадала, и он смог сесть. Майку и Кэтрин пришлось хуже всего, они ещё лежали на дне клетки, постанывая от боли. Остальные начали подниматься.

— Ты видел что-нибудь подобное? — прошептал Бен. Глаза его светились от ярости и восхищения. — Даже хвалёные доспехи Сектантов не смогли защитить нас от этой вибрации. Ни одно существо, ни один механизм не способен сопротивляться такому. А теперь представь, что будет, если мы научимся использовать подобное оружие на расстоянии?

Крис указал подбородком на руины зданий.

— Думаю, примерно то же самое.

Похоже, когда-то давно город представлял собой чудо архитектурной мысли, но сегодня некогда прекрасные сооружения больше походили на руины: на крышах прорастали деревья и мелкие кустарники, всюду валялись обломки стен и колонн. Многие здания были разрушены до основания, а глыбы раздробленными кусками валялись прямо на земле, глубоко завязнув в грунте. На всех остальных монументальных сооружениях лежала печать разрушения, повсюду трещины, забитые грязью, то тут, то там в не хватает колонн и крыш. Дорога, по которой их везли, некогда была вымощена огромными, плотно подогнанными друг к другу плитами. Теперь же камни выбило из земли, перекосило и перевернуло, и некому уже было соединить их вновь.

При виде повозки с людьми, из руин с опаской выходили высокие серокожие существа в рваных одеждах. Они что-то спрашивали стражей, и вскоре, за повозкой потянулась целая процессия. Планетяне покрупнее носили железные маски с двумя прорезями. Существа потоньше, прикрывали верхнюю часть лица тряпичными платками, оставляя открытым широкий овальный рот. Платки их были усыпаны чем-то похожим на жемчуг.

Один серокожий засунул два пальца в рот и дунул. Раздался шум крыльев, с воздуха спикировал десяток треугольных существ, которые тут же сели на руки своим хозяевам. Повозка повернула и поехала мимо обмелевшего канала, в воде шевелились длинные белые то ли рыбы, то ли угри. Подобных существ сектантам прежде доводилось видеть в реке за городом, но здесь их было так много, что им едва хватало места.

Повозка проехала через высокую арку с золотой резьбой. Впереди показалось множество новых клеток, в каждой дремал огромный зверь. Все клетки были плотно составлены между собой, образуя стену из прутьев, и только в одном ряду была брешь, своего рода проход внутрь.

Едва повозка с людьми выехала из арки, как сверху донёсся гомон тысяч криков. Людей ввезли на огромную, заставленную арену, каменные трибуны вокруг густо усыпаны серокожими пришельцами. Все они возбуждённо кричали, указывая длинными пальцами на людей.

От шума огромные звери зашевелились внутри клеток, ударяя хвостами по своим телам. Повозка остановилась, и толпа затихла. Звери тоже начали затихать.

Тысячи планетян смотрели на сектантов, чего-то ожидая.

— Не нравится мне всё это, — сказал Полански.

— Пожалуй, я впервые соглашусь с тобой, — сказал Росс.

Вдалеке раздался удар большого колокола. В следующий миг все клетки ожили. На прутья ближайшей бросилось дикое существо, похожее на льва, скрещенного со скорпионом. Колокол ударил ещё раз, и львы забились в ещё большей ярости. На землю полетели клочья пены, ободранные когти и шерсть. Наконец, колокол затих, а вместе с ним затихла и ярость запертых зверей. Но теперь звери не спали, они быстро ходили из угла в угол.

Клетку с людьми окружили серокожие стражники. Один из них, с мечом в человеческий рост, поддел кончиком лезвия прут клетки. Прут легко отскочил, упав на пыльную землю. Страж указал длинным пальцем на Кэтрин.

— Альгора! Аль! — страж замахал, подзывая её к себе.

Кэтрин прижалась к отцу. Один за другим сектанты встали, отгораживая девочку от планетянина. Крис улыбнулся, глядя на своих людей. Всё-таки он не ошибся, когда выбирал их.

Вут с Беном дёрнулись было к выходу, но Крис жестом остановил их. Одним прыжком он оказался возле бреши в клетке. Мгновение — и он стоял перед длинным пришельцем, на пол метра возвышавшимся над ним. Толпа в колизее замолчала.

Жирные, блеклые губы стража искривились под железной маской. Крис скрестил на груди закованные в цепи руки и спокойно ждал. Пришелец заревел и со страшным свистом обрушил свой длинный меч на наглого человека. Блок цепью, прыжок, подсечка…

Стражник неловко свалился в пыль, а Крис возвышался над ним с рассечённой цепью. Толпа на трибунах взорвалась оглушительным рёвом, сектанты засвистели из клетки. Крис раскланялся в разные стороны.

— Знай наших, — закричал Полански.

— Вот это удар!

Стражи достали мечи и грозно двинулись к наглому человеку. Один против семерых? Ну что же, давно пора размять затёкшие мышцы!

Но тут трибуны замолкли, а стражники остановились. Планетянин в красных одеждах, сидевший в самом центре, поднял длинную, худую ладонь. Он что-то сказал окружавшим его советникам, те замахали руками, указывая на Криса. И без знания языка было понятно, что они имели в виду. Стражи опустили мечи и закрыли клетку обратно, оставив его товарищей сидеть внутри. Ближайший планетянин, обладавший больши́м брюхом, показал Крису на проход между двумя клетками, где сидели гигантские львы.

— Идти туда? — спросил Крис.

— Иттти, иттти! — крикнул стражник, повторяя за пришельцем и показывая пальцами у себя на ладони.

Крис осторожно двинулся к клеткам, оценивая, сможет ли проскочить мимо жал существ, которых он уже прозвал скорплионами. Почуяв его, «львы» сели на задние лапы и били себя хвостами по бокам. Подойдя поближе, Крис, наконец, понял что так его тревожило: между двух клеток, образующих вход были рассыпаны белые кости. Впрочем, не только они. Поверх костей лежал труп человека, на спине которого было выбито RET-84. Да это же форма головорезов Метрополии, которых они видели на Дархане! Неужели планетяне добрались и до них?

Ближайшие скорплионы подошли к краю клетки. Один из них ударил хвостом сквозь прутья. Крис отскочил, ему не хотелось проверять, что было прочнее — синтеброня головорезов или его доспехи.

Он снял маску с пояса. Маска хищно скалилась и словно бы подмигивала ему. Крис подмигнул ей в ответ и надел на лицо. Запахи и звуки приобрели новую резкость. Перед глазами проносились одна за другой картины, сотканные одновременно из запахов, красок и звуков: стадион с сотнями пришельцев, горячая кожа, стрекот ядовитых жал и лабиринт, полный скорплионов, гневных и злых.

Крис принялся разминаться. Трибуны неодобрительно загудели, один из стражей двинулся к нему. Но Крису было не до них. Он набрал в грудь побольше воздуха и…

Бросился бежать. Прыжок, ещё прыжок. Скорплионы опомнились, но когда два жала впились в камни, Крис уже был внутри лабиринта из клеток.

Он бежал, мчался вперёд, потревоженные звери вскакивали, но не успевали понять, в чём дело. Одна за другой клетки оставались позади. Под ногами хрустели белёсые кости, причём некоторые принадлежали людям, другие и вовсе не понятным шести и трёхруким существам.

Под его ногой сломалась кость, и он упал. В тот же миг в булыжник рядом с головой вонзилось отравленное жало. Камень зашипел, а Крис перекатился подальше. Скорплион в бессилии щёлках хвостом, но не мог дотянуться до человека. Крис сидел и наблюдал за инопланетным зверем. Чем больше животное билось о прутья клетки, тем сильнее приходило в ярость. Крис не шевелился. Несколько минут спустя, животное замолкло, опустилось на когтистые лапы и затихло, словно его тут и вовсе не существовало.

Крис вспомнил, что скорплионы спали до тех пор, пока в башне не зазвонил колокол. Глаза зверя были открыты, Крис помахал ладонью, но лев даже не шевельнулся. Тогда Крис осторожно поднялся и применил навыки тихой ходьбы, которым их научили ещё в первые годы в школе Элиты. Он пригнулся и пошёл, вперёд ступая с пятки на носок. Ни одного звука не доносилось из-под его ног. Скорплион лежал тихо, словно спал. Крис прокрался к его клетке настолько близко, что при желании мог дотронуться рукой до спутанной гривы зверя. Животное смотрело прямо на человека, но не видело его, и только уши на макушке инопланетного льва стояли торчком, оно постоянно слушало.

И тут Криса осенило. Если эти существа не видят, но слышат, то наверняка любые громкие звуки раздражают их. Ну конечно!

Дальше Крис уже не бежал. Он спокойно шёл мимо клеток, в каждой из которых сидели дикие скорплионы. Казалось, животные мирно спят, и если бы не кости, попадавшиеся на каждом шагу, можно было бы подумать, будто это была самая обычная прогулка по инопланетному зоопарку.

Тела головорезов, попадавшиеся ближе ко входу, теперь перестали появляться вовсе. Скелеты существ, лежащих тут, были длинные и очень походили на самих планетян. Если это колизей, то, похоже, что пришельцы отправляли сюда не только чужаков.

Около часа Крис бродил по лабиринту из клеток под неусыпным взором тысяч планетян притихших на трибунах. Несколько раз Крис заходил в тупик, но возвращался и продолжал идти дальше. Здесь скелеты попадались всё реже. Похоже, самые слабые умирали на пороге, дошедшие же до этих мест уже знали, как было необходимо вести себя. Но что ждало там, впереди? Ведь не мог же быть весь смысл в том, чтобы просто дойти до конца лабиринта?

Ответ не заставил себя долго ждать. Он сделал очередной поворот и упёрся в стену из полированного металла. Там была дверь с длинной ручкой. Дверь отворилась с громким щелчком. Крис отскочил, но ничего не происходило. Он осторожно заглянул внутрь. Пусто. Снова раздался низкий удар колокола, скорплионы в ярости стали бить жалами возле него. Колокол продолжал звенеть, удары зверей стали прицельнее. А что, если они видят в этом звуке? Крис выругался, сразу два гигантских изогнутых жала вонзилось рядом с ним.

— Проклятье!

Он заскочил в комнату, больше похожую на ловушку, но что оставалось делать? По крайней мере, дверь открыта, и я могу в любой миг вернуться, как только скорплионы заснут. Позади что-то щёлкнуло.

Крис отпрыгнул вбок и в тот же миг пожалел об этом. Дверь захлопнулась. Он выругался, глядя туда: в центре комнаты из пола с шипением поднимался тонкий столб, на котором поблескивал небольшой кусок металла. Как же просто меня обманули!

Крис сконцентрировался на ладонях, досчитал до десяти и открыл глаза. Ничего не произошло. Он прислушался к себе и понял, что вообще не чувствует внутри никаких сил, словно никогда не пользовался Эфериумом. Доспехи его потяжелели, маска тоже перестала работать. Он повесил маску на пояс и попробовал зажечь хотя бы нож. Бесполезно. Клинок превратился в обычный кусок стали. Крис со злобой пнул дверь, но та не то что не поддалась, а загудела, а вместе с ней и вся комната. Крис зажал уши руками и упал на землю, пытаясь пережить вибрацию, стремящуюся превратить в малиновый кисель его внутренности.

Только через минуту, когда гул затих, он смог приподняться и опереться на стену. По всему телу выступил пот.

Криса привлёк яркий блеск пульсирующего металла.

— Что за…

Кусок металла, стоявший на тонком столбе, переливался, походя на небольшой портал. Крис привстал и посмотрел туда издалека. Ничего не происходило. Тогда он подошёл поближе. Металл перестал изгибаться. На тонком столбе стояло небольшое, самое обычное зеркало с рукояткой. Разве что выглядело оно очень старым, будто выплыло из глубины веков. Крис взглянул на кусок металла. В нём отразилось мокрое от пота гладкое лицо с русыми волосами и серыми глазами. Его лицо! Крис пожал плечами и хотел повернуться назад, но…

Не смог. Загипнотизированный, он наблюдал, как его рука сама по себе тянется к зеркалу. Крис попытался остановить себя, но не смог сдвинуться ни на миллиметр, тело больше не подчинялось. Словно в плохом кошмаре он наблюдал, как правая рука взяла зеркало. Пальцы сжались на рукоятке. Медленно, его рука поднесла зеркало к лицу, и Крис увидел в нём себя. Он сам смотрел на себя из этого зеркала, но только теперь казалось, что его отражение жило собственной жизнью. Его отражение улыбнулось, и он почувствовал, что вновь вернул контроль над своим телом.

В тот же миг Крис опустил руку с зеркалом. Прочь! Прочь! Рука принялась опускаться, но зеркало замедлилось, и он увидел тысячи, сотни тысяч движений своей руки вниз. Они слились в одно длинное, бесконечное движение, и тысячи лиц выглядывали на него из каждого, даже самого маленького кусочка зеркальца. И не было никакой возможности избавиться от этого жуткого наваждения...

Глава 50. Трудности перевода

…а потом его рука опустилась и он перестал видеть себя.

Вокруг было темно. Всё тело застыло и болело, словно несколько месяцев подряд были бесконечные тренировки. Крис шумно вдохнул, зеркало выпало из обессилевших пальцев, с грохотом ударившись о каменный пол. Маленькое существо, сидевшее рядом, вздрогнуло и убежало прочь, но Крис не смог даже пошевелиться. Он сидел, повесив руки вдоль тела, кисти касались холодного пола. Как же хорошо ничего не держать… как же хорошо просто сидеть…

Снизу раздался топот множества ног. В комнату вбежало высокое серокожее существо с масляным фонарём. Планетянин был одет в изумрудный, завязанный у пояса халат и мягкие домашние тапочки. К ногам пришельца жались двое маленьких серых существ с обвисшими ушами, нелепо торчавшими из-под остроконечных шапочек. В руках малыши держали бутылки. Крис поморщился от света.

— Алгол ларис, кантара, — кричал пришелец, но Крис слушал его вполуха. — шаришан… да помогите же ему, дайте воды!

Крис дёрнулся. Уж слишком резко поток слов сменился на человеческий язык. Он уставился на планетянина.

— Ты разговариваешь по-нашему?

На Криса вытаращились ничуть не менее удивлённые красные глаза.

— По-вашему? За кого ты меня, Легирия Шестого, принимаешь, странник? Чтобы великий правитель дома Альмарис, разговаривал на языке белых обезьян?

Легирий даже фыркнул своим плоским носом.

— Ты разыгрываешь меня? — спросил Крис. — Если это шутка, то скажи, когда смеяться.

Легирий вытаращился на Криса.

— Нет, определённо ты разговариваешь на священном Дарханском языке. Признавайся, кто из предателей научил тебя?

— Никто, я вообще впервые слышу о нём.

— О Многоликие!

И без того серый Легирий посерел ещё больше. Он часто заморгал, нижняя губа наползла на верхнюю. Планетянин затряс безухой головой и бессильно опустился в кресло напротив Криса. Длинноухие малыши с проколотыми ушами, засуетились вокруг пришельца и стали обмахивать хозяина. Наконец Легирий смог говорить. Он встал, протянул длинную худую трёхпалую руку Крису.

— Пойдём со мной, великий гость. Как ты сказал тебя зовут?

Пока они шли, Крис успел представиться. Ходить было непривычно, словно ноги совсем забыли, как это надо делать. За соседней дверью оказалась просторная комната. На стенах висели затейливые безделушки, сверкая золотом и мерцая камнями, перемежаясь со множеством портретов, не менее щедро усыпанных драгоценностями. В дальнем конце залы стояли три роскошных резных кресла и полированный стол из красной древесины. Столешница завалена древними, выцветшими от времени свитками, некоторые придавлены приземистыми, пузатыми статуэткам. Позади уютно потрескивал камин.

Легирий сел в кресло, предложив человеку сесть рядом. Протянул длинные серые ноги к огню и закрыл глаза. Наконец, пришелец собрался с мыслями.

— Ты великий воин, раз смог выжить в лабиринте смерти. Тысячи избранных пытаются пройти его каждый год, но лишь раз в сто лет кому-то удаётся добраться до конца и вернуться живым.

— Я сам оттуда вышел? Ничего не помню.

Легирий улыбнулся, обнажив две кожаные пластины, которые у Дарханцев заменяли зубы.

— О нет. Мы вытащили тебя. Над лабиринтом протянула сеть канатов, если испытание проходит успешно, то жрец спускается и вытаскивает победителя.

— Победителя? Но чего? Я ни с кем не сражался.

— Ты поборол древний артефакт. Он сковал тебя, ты крепко бился с ним две недели и почти уже умер, но в конце концов победил. Я покажу тебе. Эй лиркун, подай мне его сюда.

Малыш-пришелец дёрнулся и сунул правителю маленькое зеркальце. Легирий с интересом заглянул в него.

— Этому зеркалу многие тысячи лет. Подобных артефактов десятки тысяч, все они заключены в стальных комнатах, окружённых непроходимым лабиринтом, а сами комнаты разбросаны по всей планете. Когда-то давно, наши предки изготовили эти артефакты, а затем спрятали, чтобы недостойные не могли использовать их в своих целях. Так сказано в старинном свитке «Искусные произведения мастеров древней расы Дархана». Это зеркало уже тридцатый артефакт в коллекции нашего народа, который мы достали из лабиринта испытаний. И теперь, когда ты обезвредил артефакт для нас, оно больше не представляет угрозы и любой сможет воспользоваться им.

— Получается, ты тоже теперь знаешь мой язык?

— Конечно, — сказал Легирий на чистом Метропольском и улыбнулся.

Он отдал зеркало малышу лиркуну. Тот протащил большое для него зеркало по полу и спрятал в маленьком ящике, крышка которого сразу защёлкнулась. Крис проводил бесценный артефакт взглядом. Скорее всего, это был последний раз, когда он его видел.

— Если я правильно понял, вы и дальше будете пытаться добыть следующий артефакт в лабиринте?

Легирий кивнул.

— Наши традиции непреложны. Все преступники попадают в лабиринт и выходят оттуда очищенными от своих преступлений.

То есть мертвецами, подумал Крис. Легирий поднялся.

— Встань, человек. Я правитель дома Альмарис, великий Легирий Шестой, а ты мой почтенный гость. И пусть мы с разных планет, но отныне своим словом я награждаю тебя титулом дарханца, гражданином Альмариса. Отныне ты такой же, как и все мы.

Крис нахмурился. Ему не нравился тот официальный тон, с которым это было сказано. К тому же, его уже давно тревожила одна мысль, и, похоже, теперь настал подходящий момент, чтобы её озвучить.

— Великий Легирий. Раз я дарханец, то осмелюсь ли спросить у своего правителя, что стало с моими людьми?

Легирий потёр зубными пластинами.

— С теми белокожими существами, похожими на тебя? Мы их убили.

Крис закипел от ярости, его кулаки сжались, и он почувствовал, как их сам по себе стал наполнять Эфериум… Легирий улыбался, не замечая гнева человека. Малыш лиркун подёргал за штанину Дарханца и что-то пискнул — слишком нечленораздельно, чтобы Крис мог перевести. Легирий вздрогнул и отшвырнул лиркуна сильным пинком.

— Прости, но я узнал, что невольно обманул тебя, мой друг. Лишь по своему неведению я поступил так, но если будет на то твоя воля, то за обман я теперь же совершу ритуальное самоубийство, вместе со всей семьёй, слугами и животными… О горе мне, ибо смерть моя теперь неизбежна!

Крис ужаснулся.

— Нет-нет, что ты. Я… эм… я прощаю тебя. Лучше расскажи скорее, что передал тебе малыш лиркун?

Дрожащими руками Легирий вытер лицо больши́м расшитым платком.

— Твоё великодушие не знает границ, маленький, но благородный пришелец. Мои слуги передали мне, что существа, пришедшие с тобой, сейчас находятся в тюрьме. Обычно мы всегда убиваем негодных пришельцев, но в этот раз стражи их не убили. Стражей смутило, что ты вытащил из лабиринта столь древний артефакт и они не знали, как поступить. Наверное, воины подумали, что если ты умрёшь, то необходимо будет убить твоих слуг вместе с тобой и похоронить вас со всеми почестями… Но не гневайся и прости моих подчинённых, что они не прикончили твоих слуг раньше…

— О великий Легирий, я наоборот рад, что стражники не убили моих слуг. Потому что они не слуги мне вовсе. Они… моя семья. Да, точно. Они мои родственники.

— Родственники? — кожа правителя на мгновение стала прозрачной от испуга. — Чего же ты молчал! Родственники великого Криса-победителя, должны находиться рядом с ним в самых почётных комнатах Альмариса. Идём скорее, я лично проведу тебя к ним.

Крис торопился. Пролёт за пролётом он нёсся вниз по длинной винтовой лестнице, освещённой фиолетовыми мерцающими светильниками. Легирий не успевал за ним и отстал.

— Они на самом последнем этаже, — прокричал, задыхаясь правитель, но Крис уже умчался прочь.

Бесконечный спуск превратился в страшный сон. Фиолетовые вспышки фонарей гипнотизировали, проносясь мимо. Порой ему казалось, что он бежал на одном месте, а то и вовсе поднимался вверх. Но постепенно воздух становился свежей, камни в стенах крупнее и толще. И вот наконец, когда Крис повернул вновь, то едва не ударился о стоявших возле решётки высоких стражников. Дарханцы с удивлением взглянули на человека, столь резко появившегося перед ними.

— Ларим, по-моему один пленник сбежал, — лениво произнёс первый страж и потянулся за мечом.

— Именем Легирия, пропустите меня, — крикну Крис и добавил. — Ну или я с вами по-другому поговорю.

Стражники опешили, услышав родную речь. У Ларима отвалилась челюсть, обнажив кожистые пластины зубов. Второй страж от удивления выронил меч.

— Демон! Демон говорит на нашем языке, — закричали пришельцы одновременно.

Не известно, что произошло бы дальше, но тут с последней ступеньки сошёл Легирий. Увидев его дарханцы немного поубавили пыл. Не прошло и двух минут, как правитель в свойственной ему деловитой манере, всё им объяснил.

— Великое чудо предков, даже эта белая обезьяна научилась нашему языку, — дарханец потряс кожистой лысой головой. — А я ведь сказал тебе, что он никакой не демон.

— Это ты первым закричал, что он демон!

Ларим принёс большие, слабо светящиеся в темноте металлические ключи.

— Почему ты сразу не сказал, что тебя послал Легирий? — спросил стражник. Крис только закатил глаза.

Пахнуло сыростью. За массивной дверью оказалась просторная темница с низкими потолками. Сверху свисали цепи, а по полу в беспорядке были разбросаны многочисленные инструменты, больше похожие на орудия пыток. Возле входа оказалось пусто, и Крис двинулся вперёд.

— Росс? Кэтрин? Майкл? Вы здесь?

Его голос эхом пронёсся по затхлой комнате. В дальнем углу что-то зашевелилось, Крис увидел, как просыпаются спавшие там люди.

— Крис? — захлопал глазами Росс. — Быть такого не может, парни здесь Крис!

Крис подбежал к ним и принялся всех обнимать.

— Шон, Адам, Кэтрин. Вы не представляете, как я рад вас видеть живыми!

Семь… Десять! Все, кого пришельцы похитили, были здесь. Кэтрин плакала, прижавшись к отцу. Гордрик улыбался крупными зубами, а Бен от радости хлопал Вута по плечу. Сектанты похудели и побледнели за те две недели, что он был без сознания, но самое главное они остались живы.

— Каналья, кара тебя разрази, — обрадовался Полански. — Мы уж думали, что ты мертвец.

— Я тоже так считал, — сказал Крис. — Рональд и Анна не с вами?

— Их так и не привезли, — Росс покачал головой, — должно быть, они до сих пор в нашем лагере.

Крис помрачнел. С потолка темницы жёлто-чёрными кругами свисали гроздья плесени. Он представил, как его люди сидели тут день за днём, гадая, что произойдёт с ними дальше.

— Ладно, давайте выбираться отсюда.

Глава 51. Крысиный отряд

Сектанты очень удивились, узнав, что Крис теперь понимает любой язык. Первое время они доставали его, прося переводить всё, что слышали, но вскоре их интерес пошёл на спад.

Легирий Шестой оказался существом чести. Он разместил сектантов в лучших спальных покоях своей башни. Каждому была предоставлена отдельная комната с резной мебелью ручной работы, на стенах картины, рамки инкрустированы мерцающими драгоценными камнями, а в проходах и на кровати висели вышитые золотом занавески. По просьбе Криса семейство Финк поселили в одной комнате — хоть Кэтрин было уже шестнадцать, но она по-прежнему была привязана к отцу и боялась подолгу оставаться без него.

Чтобы людям было комфортнее на чужой планете, Легирий приставил к каждому своих слуг лиркунов. Длинноухие малыши хоть и не знали человеческого языка, но обладали невероятным чутьём понимать, чего от них хотят. Крису казалось, эти существа вообще не умели разговаривать, потому как он не понял ни одного их слова — между собой лиркуны общались свистом подобно пискунчикам на равнине.

Особым вниманием Легирий осыпал самого Криса. Из одного окна его комнаты открывался вид на поразительно плоскую равнину, а из другого на руины города, лежавшие у подножия высокой башни, в которой и жил теперь Крис. Дни шли без изменений, он потихоньку приходил в себя и набирался сил.

На третий день, когда ранним августовским утром он выглянул в окно, перед ним предстала странная сцена. Дарханец верхом на быстром муравьине вёз животное, похожее на козла, а за ним бежал гигантский скорплион с шипом на хвосте. Когда лев уставал, погонщик подманивал его и продолжал убегать. Так, он довёл льва до города и завёл в маленькую комнату, где лев уже потерял свою прыгучесть и подвижность. И пока скорплион был занят тушей животного, дарханцы набросили на него толстую сеть и ловко скрутили.

Крис закрыл окно и потянулся. Он каждый день общался с Легирием, но сегодняшний день был особенно важен — разведчики дарханцы должны были принести новости об оставшихся на равнине Анне и Рональде. Крис спешно оделся и поднялся на последний этаж башни в покои Легирия.

— А Крис, входи, — сказал Легирий, вставая из-за стола. — Рад видеть, что ты так быстро поправляешься, присаживайся.

— У тебя большая семья, — с уважением сказал Легирий, — должно быть, ты великий правитель своего народа.

— Не тяни, я знаю, что ваша раса любит пространные речи, но давай перейдём к делу. Что тебе рассказали разведчики про моих лю… то есть родственников?

Легирий, как это было свойственно всем Дарханцам, пожевал нижнюю губу.

— Твоих человеков захватили белые обезьяны с оружием и держат в своём святотатственном лагере. Говорят, это произошло в тот же день, когда дарханцы поймали других человеков — вас. Так что не переживай, с ними всё в порядке.

— В порядке? — вскочил Крис. — Мои люди уже пятнадцать дней в плену у головорезов, это не «в порядке», это немыслимо. Мы обязаны немедленно их освободить.

— О-о-о — глубокомысленно протянул Легирий, — ты, должно быть, не только великий правитель, но и великий воин, раз в одиночку собираешься напасть на всех пришельцев. Я пришлю своих плакальщиц на твои похороны.

Крис сел.

— Но… я надеялся на помощь твоего народа.

Легирий развёл трёхпалыми руками.

— Прости мой друг, уже дважды воины моего дома нападали на белых обезьян, но оба раза безуспешно. Эти гнусные обезьяны пришли на Дархан несколько лет назад и принялись рыть в священном руднике, добывая оттуда запретную кровь земли шхо-кан. Мы пытались сражаться с ними, но у нас ничего не вышло. Обезьяны убивали воинов издалека, мы даже приблизиться к ним не успевали. Оба наших нападения были настолько кровопролитны, что теперь никто из моих слуг не хочет больше сражаться против белых обезьян. Я пытался воззвать к соседям за помощью, но наша раса разобщена, и правителям других домов нет до меня никакого дела. В сущности они только будут рады, если пришельцы из других миров уничтожат меня и мой дом.

— Что нужно, чтобы остальные дома помогли тебе?

Легирий Шестой прищурил свои большие красноватые глаза.

— Если бы нам удалось хоть раз одержать победу над белыми обезьянами, то, возможно, соседние дома прислушались бы к моему дому. Но им мало будет слов, им будут нужны весомые доказательства, например, технологии пришельцев или их оружие. Ну либо если ты заручишься помощью своего народа, то воины моего дома снова воспрянут духом и тогда, всем вместе, нам удастся стереть этих прокля́тых инопланетников с поверхности нашей священной земли.

— Мне понятны твои слова Легирий. Я посмотрю, что мы можем сделать. Но для начала мне нужно поговорить со своими людь… родственниками, а затем, если понадобится, то и со всем своим народом.

Крис блефовал. Он так и видел лицо Пола Кохрейна, молодого лидера сектантов, когда попросит у него и других лидеров помощи. Помогать им точно не станут, ввязываться в открытую битву с головорезами никому было не с руки.

Крис вышел и разослал сообщение по внутреннему каналу связи, чтобы все сектанты собрались в главном зале. Разговор обещал быть серьёзным. Их было всего десять человек, что они могли сделать трёмстам вооружённым головорезам? Проклятье, как же я теперь жалок! Когда-то в моём подчинении были тысячи людей. Как просто было решать такие проблемы тогда — достаточно было позвонить одному из знакомых генералов, как головорезов распустили, всех виновных наказали, а нужных людей в целости и сохранности доставили ко мне.

Но теперь казалось, что эти благодатные времена были слишком много лун и планет тому назад, в каком-то другом мире, жизнь в котором больше походила на сон.

— А эти серокожие уроды с выпученными глазами знают толк в роскоши, — сказал Адам. Он только что принял ванную и стоял в общей комнате вместе с остальными членами отряда, собравшимися здесь по просьбе Криса. На нём был белый махровый халат, сшитый специально для него трудолюбивыми лиркунами.

— Быстро же ты забыл, сколько они продержали нас в тюрьме, — фыркнул Салли Трайн.

— Они ошиблись, дубина, — сказал Адам, причёсываясь перед больши́м полированным зеркалом. — Ты разве не видел, как их главный лично просил у меня прощения?

— Тюрьма… нехорошо. Гордрик не любит тюрьму.

— Вот видишь, Гордрик тоже так считает, — просиял Адам и спрятал в карман золотую ложку, инкрустированную крупным, мерцающим камнем.

— Думаю, Гордрик поддержал меня, а не тебя.

— Плевать мне, что ты там думаешь, Салли вонючка. Мы уже почти месяц, как с Сектариума вышли, а ты до сих пор ни разу не мылся.

Салли почесал жирные, слипшиеся волосы и сжал пальцы в кулак, пытаясь спрятать грязные ногти.

— Я помоюсь, чуть позже.

Адам вытаращил на него глаза. Другая золотая ложка зацепилась за край кармана и со звоном упала на пол.

— Да что с тобой не так, приятель? — Адам резко нагнулся, сунул ложку в карман и распрямился. Его лицо было красным. — Может, выйдем поговорим? Объясню тебе доходчиво, что к чему.

— Нет… Не надо, я… я всё понял.

— Тогда отойди от меня подальше и не приближайся. Дышать же невозможно.

Росс разлепил сонные глаза и выпрямился.

— Заткнитесь вы оба, кто-то идёт.

В круглую, уставленную мягкими диванами комнату, вошли Бен с Вутом. Следом за ними вошёл Крис. Бен подмигнул Полански и, зажав нос, втиснулся в самое дальнее кресло от него. Вут взял табуретку и засел в углу возле окна, то поигрывая ножом, то вырезая что-то из деревянной палочки.

Крис обвёл комнату взглядом.

— Где семья Финк?

— Шон передал, что пошёл за Кэтрин. Просил не ждать.

— Хорошо, можем начать и без них.

Он выждал, пока все перестанут ёрзать.

— Ни для кого не секрет, что я собрал вас по поводу Рональда Рэйни и Анны Саймс. Так вот, недавно мне стало известно, что их схватили головорезы Метрополии, — среди сектантов пронёсся шёпот. Крис продолжил.

— Головорезы схватили их в тот же день, когда дарханцы поймали нас, а сегодня на секундочку уже тринадцатое августа. Пятнадцать дней, которые мы проторчали здесь, Анна и Рон находились у метропольских крыс в плену. Надеюсь, все понимают, чтоголоворезы делают с нашими людьми там, пока мы прохлаждаемся здесь.

В зале повисла гнетущая тишина.

— Говорю сразу, помощи нам ждать не от кого. Дарханцы отказались нам помогать, пока мы не притащим им на помощь побольше сектантов, а на Сектариуме мы и сами на птичьих правах. Вот такой расклад.

И снова тишина. Крис продолжил.

— Раз все прекрасно осознаю́т нашу ситуацию, то прямо сейчас, мы должны единогласно решить, как поступим. Итак, какие у кого есть предложения, я слушаю.

Лица сектантов оставались мрачны. Даже Росс молчал.

— А что тут думать. Нужно ворваться в лагерь этих тварей и убить их всех, — прохрипел Вут и провёл ножом у небритого горла.

— О да, как это в стиле Вэлитов врываться в гущу противников и крошить всех подряд, пока не умрёшь сам, — съязвил Бен. — Знаешь, мне ещё дорога моя жизнь.

— А что мы вообще можем сделать отряду головорезов? — сказал Полански. — Нас мало, а их сотни.

— Если честно, я тоже так думаю, — сказал Штэфан, — но Анну и Рона спасать надо.

— Вы с ума сошли? — вскричал Салли Трайн. — Эти подонки, должно быть, уже покромсали их на кусочки.

— Нет Салли, они живы, — сказал Крис. — И даже пока относительно целы. Дарханцы следят за лагерем головорезов и каждый день докладывают Легирию. Но время неминуемо уходит. Их приковали посреди лагеря и держат под открытым небом без еды и воды. Пока мы тут жируем, они там помирают с голоду.

— Может, всё-таки попытаемся заручиться помощью планетян? — предложил Росс.

— Думаешь я не пробовал? Они струсили, испугались этих «КРЫС». Легирий категорически отказывается вступать в открытое столкновение с головорезами без помощи сектантов или боевых машин, а у нас нет ни того ни другого. Племена дарханцев разрознены, мне удалось бы объединить несколько домов, но сейчас у нас нет для этого времени. Мне передали, что ещё неделя и Рэйни умрёт. У него что-то с ногой, она вся почернела. С Анной… тоже не всё в порядке.

Гордрик встал. Следом за ним вскочил Штэфан.

— Гордрик хочет убивать. Убивать… плохих людей.

— Поддерживаю, — сказал Штэфан. — Моя совесть не позволяет сидеть здесь и дрожать, пока мои друзья страдают. Давайте сделаем хоть что-нибудь.

— Ох уж эти бравые людишки, — вздохнул Бен и показал ухмыляющемуся Вуту средний палец.

— Ну же, не тяни, Крис, — сказал Росс. — Я вижу, ты уже что-то придумал.

Крис кивнул.

— Конечно, но это очень рискованный план. Я попробую незаметно пробраться в лагерь головорезов, а потом схвачу наших людей и прыгну в порт…

Дверь с шумом распахнулась, и в зал ввалился Шон.

— ПОХИТИЛИ! ПРИШЕЛЬЦЫ ПОХИТИЛИ КЭТРИН!

Глава 52. Кай-трис

— Не кричи ты так, — возмутился Полански, прочищая уши.

— Успокойся, — сказал Крис, — и давай всё по порядку.

Шон сделал глубокий вдох. Бледное лицо блестит от пота, очки съехали набок.

— Мы… мы поссорились с дочкой сегодня, и она ушла, хлопнув дверью. Я злился на неё какое-то время, думал вернётся, но она не возвращалась. Ну я и пошёл её искать, даже заглянул сюда, но её тут не оказалось. Тогда мне действительно стало страшно. Я сбежал вниз по ступеням башни и начал искать её в городе. Как мог, я объяснил дарханцам кого ищу, и один из них указал на северные ворота. Что есть сил, я побежал туда, но было уже поздно, я успел только увидеть, как трое планетян закинули Кэтрин на муравьина и скрылись.

Крис рассвирепел. Неужели дарханцы оказались не теми, за кого себя выдавали?! Он отправился к Легирию в кабинет, чтобы выяснить этот вопрос лично. Но Легирий Шестой весьма убедительно подтвердил, что не имеет к похищению Кэтрин никакого отношения. Более того, он приказал выделить сектантам своих лучших муравьинов и дал в сопровождающие двух опытных дарханцев следопытов.

Впервые оседлав муравьина, Крис переживал, что только потеряет время, пытаясь разобраться, как с ним управиться. К его удивлению, гигантское насекомое оказалось вполне покладистым, а управлять им было достаточно просто, нужно было лишь закрепиться в седле и взяться за два длинных усика. Едва Крис взял муравьина за усики, как тот послушно двинулся вперёд.

Не прошло и нескольких минут, как весь отряд на бешеной скорости мчался по равнине. Скорость насекомых была столь велика, что встречный ветер грозил сдуть с седла, приходилось буквально вжиматься в хитиновый панцирь. От бешеной скорости ковёр из ультрамариновой травы слился в единое пятно, напоминая бушующий под ногами океан. Крис, которому доводилось ездить на гоночных мотоциклах, прикинул, что скорость муравьинов ничуть не отставала от самых быстрых моделей, а, возможно, даже превосходила их.

След от трёх муравьинов похитителей был отчётливо виден в густой траве. Похитители, похоже, или не ждали погони, или не скрывались вовсе. А может, что было ещё хуже, слишком торопились…

Следы вывели к песчаному берегу лазурного моря, став ещё яснее и теперь вели вдоль водной глади, никуда не сворачивая. Крис в ярости подстегнул своего муравьина.

Чем дальше они ехали, тем мрачнее он становился. В голове вертелось несколько вариантов, зачем планетянам понадобился человек и ни один из них ему не нравился.

Впереди показалась густая зелёная полоса. Потихоньку она начала увеличиваться, но их проводники внезапно остановились, перегородив дорогу остальным.

— Что такое? — спросил Крис.

— Молодой господин, — взмолился более старший инопланетник, — нам нельзя ехать дальше.

— Говори, но только быстрее, мы не можем ждать.

— Дело в том, что там…

— Там песчаные львы! — воскликнул второй, молодой дарханец. — Ехать туда самоубийство!

— Что они говорят, господин? — спросил Гордрик, потирая перебитый нос.

— Эти двое дарханцев струсили, не хотят ехать дальше.

— Ша! — Адам щёлкнул усами муравьина и тот приподнялся на задние лапы. — Расступитесь твари, пока я вас на кусочки не порубил, — Адам достал нож, который мгновенно раскалился докрасна. С клинка на песок посыпались и зашипели огненные искры. Муравьины дарханцев, в страхе перед огнём, отступили назад, и отряд сектантов поехал мимо побледневших планетян.

— Молодец Адам, — сказал Крис. Адам кивнул.

— Мы поедем дальше с вами или без вас, — крикнул Крис пришельцам. — Я не испугался скорплионов тогда, в колизее, не испугаюсь и теперь. Ша!

Крис понёсся вперёд, догоняя свой отряд. Ветер свистел в ушах, заглушая все звуки. Вскоре тоненькая пёстрая полоса леса выросла, и деревья встали плотной стеной. Он остановился, услышав тяжёлый топот позади себя. Похоже, у этих планетян тоже было понятие о чести и совести.

— Постойте, люди. Мы пойдём первыми. Вы не знаете, как обращаться с песчаными львами.

Дарханцы повели муравьинов за поводья. Остальные тоже спустились и пешком двинулись за планетянами в лес. Полански проворчал, что не хочет идти с пришельцами рядом, и пошёл позади всех.

— Кэтрин, ты меня слышишь? — Крис попытался выйти на связь, но ответом ему был лишь шум помех. — Кэтрин, если ты слышишь, отзовись. Мы рядом, мы идём за тобой.

В лесу было тихо и мрачно, только изредка среди деревьев то падала ветка, то хрустел один из сучков. В воздухе пахло нагретой листвой и чем-то ещё, таким страшно знакомым, запах, который он теперь никогда не забудет… пахло тысячью шкур взрослых скорплионов…

— Зачем дарханцы похитили человека и привезли сюда? — спросил Крис.

— Они хотят сделать кай-трис, — ответил старший планетянин.

— Что такое кай-трис? — удивился Крис.

— Кай-трис это кай-трис, — повторил старший и отвернулся.

Смысл этих слов медленно доходил до Криса. Из глубин подсознания всплывали смутные, ужасные виде́ния. Кай-трис… Всё самое тёмное, что было сосредоточено в глубине души дарханцев, олицетворяло для них кай-трис. Очищение и вместе с тем… смерть.

Тысячелетия и десятки тысячелетий эти существа совершали ритуальные убийства, настолько ужасные, что человеческий разум отказывался их понимать. Кай-трис, это медленная и мучительная смерть. Кай-трис это ужас от того, что гибель неизбежна. Кай-трис это ад при жизни. Жертвоприношение древним, давно забытым идолам этой планеты.

И сейчас пришельцы-фанатики хотели скормить Кэтрин скорплионам, чтобы она умерла в кай-трис. Пока удары скорплионов продолжались, их жертва не могла умереть, ощущая боль от бесконечного множества всё новых ударов ядовитых хвостов, продолжая всё жить, жить и жить… Скорплионы будут терзать кричащую от боли жертву кай-трис, и это мучение не закончится, пока будет жива хоть одна из клеточек тела несчастного…

Крис вздрогнул, словно почувствовав на себе удары тысяч ядовитых жал.

Планетянин поднял длинную руку, отряд остановился. Впереди послышался шорох. Крис осторожно прокрался вперёд, раздвигая колючие заросли. Возле одиноко стоя́щего дерева паслись три довольно крупных скорплиона. Они наклонили головы вниз и что-то мирно щипали среди травы. Это что-то дёрнулось, скорплион недовольно рыкнул, щёлкнув по «серому» хвостом. Серая масса вздрогнула и снова скрылась среди высокой травы.

Дарханцы жестами показали, что отвлекут львов, и разошлись в разные стороны. Минуту спустя оттуда раздалось щёлканье. Скорплионы вздрогнули, бросившись на шум. Дорога была чиста.

— Выдвигаемся, — сказал Крис. — Только давайте возьмём чуть левее.

Отряд зашёл вглубь леса. Становилось всё темнее, хотя день был в полном разгаре. Все были напряжены, даже вечно ворчливый Полански стал хмурым и молчаливым. Хоть Крис увёл своих людей подальше от места, где скорплионы растерзали планетян укравших Кэтрин, но все догадались, что там произошло.

— Кэтрин, ты меня слышишь? — позвал Крис ещё раз, но в ответ снова раздалось шипение помех. Крис переглянулся с Райли, тот покачал головой.

— Я тоже пытался связаться с ней. Похоже, деревья глушат сигнал. Я даже тебя с трудом слышу.

В ухе раздалось шипение.

— Кр… с! По…ги… не!

— Кэтрин! Где ты? Повтори, мы слышим тебя очень плохо.

Крис напрягся, прислушиваясь к сигналу, и неожиданно чётко различил слова Кэтрин.

— Помоги мне! Меня привязали к дереву возле рва, — Кэтрин заплакала. — Папа, прости меня. Их так много здесь. Я боюсь... Они рядом, они могут услышать...

— Сиди тихо и ничего не бойся. Мы скоро тебя заберём, — сказал Крис.

Крис пригнулся, трогая колючую траву. Если хорошенько приглядеться, то там, где он прошёл, колючки на траве были слегка примяты. Он хмыкнул про себя, различив по слегка примятой траве следы похитителей.

— Нам сюда.

Глава 53. Погонщики стихии

Вначале след было различать сложнее, но вскоре Крис приноровился и уже почти не напрягаясь видел его. Здесь дважды прошли три тяжёлых дарханца вместе с муравьинами и колючки на траве ещё не успели распрямиться до конца. Их путь лежал вверх по холму. Деревья стали реже, вокруг посветлело. Несколько раз веточки под ногами сектантов хрустели, Крис останавливался и выжидал.

Он первым поднялся и замер на в силах поверить своим глазам. Холм резко обрывался, и, внизу, подобно опавшей листве, на земле неподвижно замерли плотной гурьбой тысячи спящих скорплионов. Вначале он и вправду принял животных за опавшие листья, но «листья» эти шевелились и временами вздрагивали. В центре рва возвышался большой монолитный камень, поросший синим мхом.

Росс, Гордрик, Штэфан и остальные уже поднялись, молча поглядывая вниз. Крис осмотрелся и встретился взглядом с Кэтрин. Девочку привязали к большому, растущему прямо у обрыва дереву. Верёвки плотно обвили её тонкое тело, на бледной шее, под маской, алело несколько ссадин. Без сомнения, она дралась достойно сектанта, но её схватили и связали.

Крис осторожно двинулся к ней, ведя своего муравьина позади. Сектанты замерли, наблюдая за ним. Никто не шевелился. Если не шуметь и вести себя тихо, то были ещё шансы спокойно убраться отсюда…

Дальше всё происходило как во сне. Один из бугорков на другой стороне рва зашевелился и поднялся в полный рост. Им оказался притаившийся там желтокожий пришелец. Возле пояса болтался кривой меч, а на голове конусообразная соломенная шляпа.

Пришелец уставился на Криса большими широко расставленными глазами. С мгновение они удивлённо смотрели друг на друга, затем существо моргнуло жёлтыми глазами и прыгнуло, назад скрывшись из поля зрения. От прыжка желтокожего пришельца комья земли и мелкие камешки покатились с края рва. Их становилось всё больше, и вот, они с сухим грохотом ударились о шкуры спящих на дне скорплионов. Твари вздрогнули и зарычали.

— Бежим, — закричал Крис.

Тысячи рычащих глоток взревели подобно трубному гласу. Крис вскочил на своего муравьина и бросился к Кэтрин. В одно мгновение он оказался рядом, рассёк верёвки и закинул Кэти перед собой. Девушка вцепилась ослабевшими пальцами в его руки.

— Ша! — Крикнул Крис, и его муравьин помчался вниз.

Огромной рычащей лавиной гигантские львы с шипением вырвались из-за края рва, бросаясь за людьми. Крис придержал Кэти и не глядя полоснул ножом за спиной. Огненная вспышка описала широкий полукруг, гигантские деревья хрустнули и начали заваливаться на бок, но скорплионов это не остановило. Словно клочья пены от бушующего моря, они продолжали вырываться на поверхность. Крис ударял ещё и ещё, едва не врезаясь во встречные стволы и ветки. Позади падали деревья, кричали, валясь на землю, рассечённые скорплионы, на них набегали другие, и лавина продолжала нестись вслед за людьми.

Сектанты на муравьинах развернулись и схватились за ножи. В следующий миг воздух расчертили десятки длинных красных всполохов. Там, где они проносились, рассекался камень, рассекались деревья, рассекалась живая плоть. В полумраке стало светло от ярких огненных вспышек. Но даже эта атака не смогла остановить разъярённую бушующую стихию живых тел, неумолимо нёсшуюся вперёд подобно бурной волне. Скорплионы разбрасывали наваленные обломки деревьев, вгрызались в них когтями и зубами, бежали по телам павших, лишь бы достать тех, кто их потревожил. Сектантам пусть только на миг, но удалось задержать их яростную стихию. Крису хватило этого, чтобы оторваться от преследователей и спастись.

Деревья расступились, муравьины пошли быстрее. Расстояние до скорплионов увеличилось, и хищники наконец отстали. Люди остановились на опушке, переводя дух. Крис обернулся назад, ему не верилось, что он смог выбраться из леса живым.

— Классно оттянулись, — крикнул Вут, — вот это я понимаю.

— Спасибо, что прикрыли. Я уж думал мне конец, — улыбнулся Крис.

— Обращайся, — просиял Салли.

— Кара меня разрази, — выругался Росс. — Нам невероятно повезло. Эти твари похожи на стихию. Они не ведают ни боли, ни страха, не знаю, что вообще способно их остановить.

Крис посмотрел на горы. Горы показались знакомыми. Где-то там, севернее того зубчатого пика, головорезы Метрополии держали в плену Анну и Рональда. В голове вертелась мысль, озвученная Россом. «Они похожи на стихию, их невозможно остановить». Мысль зрела и, наконец, предстала перед ним, готовая и безупречная.

— Послушайте, — сказал Крис тихо, — кажется, я придумал, как нам освободить Анну и Рона.

На следующий же день группа сектантов залегла среди тёмно-синей травы. Шон помахал рукой. Крис остановился, колючки шипов заколыхались перед его лицом. Рядом, осторожно ползли разведчики дарханцы одетые в мягкие, выкрашенные под цвет травы плащи. Лагерь головорезов был в одной миле от залёгших сектантов. Крис сфокусировался на вышках, где дежурили часовые. Головорез поднял бинокль, осмотрел равнину, но не увидел засады. Лагерь военных остался спокоен. Но это только пока.

Дарханец посмотрел сквозь матовый шар на восток.

— Они уже близко.

Крис передал послание пришельца остальным, а сам принялся приглядываться к горизонту. Даже зрение, усиленное маской сектантов, пока не позволяло заметить то, что увидел пришелец через свой шар. Но долго ждать не пришлось. Вскоре на горизонте появились чёрные точки, которые направлялись в сторону лагеря. Точки то и дело останавливались, а затем с удвоенной скоростью двигались вновь, а позади них мчалась густая, рыжая лавина. Остальные сектанты тоже заметили приближавшихся погонщиков.

— Святая кара, глазам своим не могу поверить, — прошептал Росс. — Действует!

— Молодой господин никогда не ошибается, — пробасил Гордрик.

— Вообще-то, я тоже думал об этом, когда мы только ехали в лес, — сказал Салли.

— Не припомню, чтобы ты говорил что-то подобное, — сказал Шон Финк. Кэтрин поддержала отца, и Салли смущённо умолк. Бен хмыкнул и посмотрел на Криса.

— Не ссорьтесь, — сказал Крис.

В сущности уже было неважно кто придумал план, главное, чтобы он сработал. Если бы Крис не видел, как одинокий погонщик заманивал скорплиона в город, то ни за что бы не додумался до подобной идеи. Но когда он увидел бесконечный поток мчащихся скорплионов, то его осенило: а что если собрать достаточное количество погонщиков и натравить их на лагерь головорезов?

Услышав идею Криса, правитель дома Альмарис пришёл в восторг. Легирий Шестой тут же приказал выделить животных из личного стада и бросил клич в поисках погонщиков по всей своей земле. План был настолько безрассуден, насколько и прост. Никто прежде из Дарханцев никогда не догадывался использовать скорплионов для подобной цели.

В лагере завыла тревога. Военные, растревоженным ульем, задвигались за оградой. Воздух прочертили багровые заряды бластеров, головорезы стреляли по дарханцам и по несущиеся позади них львам. Раскалённых вспышек становилось всё больше, погонщики пустили стадо бежать самостоятельно, а сами устремились прочь. Догоняемые сзади огромными львами, белые существа с большими рогами неслись прямо на лагерь головорезов, и даже стрельба не могла остановить испуганных животных, позади которых неслась сама смерть.

— Пустите меня туда, — прохрипел Вут.

— Тебе бы только подраться, — фыркнул Бен.

Обезумевшие животные добежали до забора и со всей силы прыгнули на него. Одни повисли на колючках, громко хрипя и дёргаясь, другие пробежали мимо, а позади них неслась густая масса разъярённых скорплионов. Гремели бластеры, взрывалась плазма, стрекотало примитивное огнестрельное оружие. Возле лагеря сработали и взорвались несколько мин. Но скорплионы не остановились ни на миг, и чем больше шумели военные, тем в большую ярость приходили свирепые хищники.

Головорезам было невдомёк, что скорплионы ничего не видели, но прекрасно слышали. И они настолько рассвирепели от звуков выстрелов, что бросились на укреплённый лагерь, позабыв о бегущих от них животных. Заскрипел сминаемый металл ограждения, завыли, застрекотали пушки, но неумолимая масса продолжала надвигаться на лагерь.

Забор был смят. Завязалась жестокая битва: человек против животного, оружие против когтей, ножи против клыков и тело против тела. Надо было отдать должное головорезам Метрополии, они действительно заслуживали своего названия. Ни один человек не отступил, никто не побежал, никто не дрогнул. Кишащая масса, подобная растревоженному муравейнику, смешалась в невообразимую неразбериху. Львы крушили тяжёлую технику, командиры в пневмо-доспехах раздирали львов голыми руками, но падали, похороненные под кучей кишащих и жалящих тел.

Повсюду слышались крики, звуки выстрелов, взрывались бомбы, летели сети. Головорезы сражались медленно отступая, военных и львов становилось всё меньше, и наконец первыми не выдержали… скорплионы. Эти гордые, бесстрашные животные дрогнули и, ударяя себя хвостами по бокам, бросились врассыпную.

Оставшаяся в живых горстка из десятка везунчиков закричала, стреляя бежавшим хищникам вслед. Но тут со всех сторон лагерь окружили гордые дарханцы. Их было так много, что казалось здесь собрался весь город. Несколько тысячи серокожих существ, по трое четверо ехали на спинах сильных муравьинов. За десять секунд они окружили лагерь и наставили арбалеты на головорезов. Взявшие оружие тут же были превращены в колючих металлических ежей. Остальные, не ожидая такого поворота после битвы со львами, сдались.

— Ган Дархан! Шарин! Уар! Уар! — кричали дарханцы победный клич, когда Крис подъезжал к ним.

— Что они орут? — спросил Полански.

— Прославляют мудрых пришельцев, — сказал Крис и рассмеялся, потому что лицо Полански стало пунцовым.

Дарханцы вытащили двух сектантов из ямы в земле. Рональд и Анна сильно похудели, их кожа была в рубцах и ранах. Они не приходили в сознание и еле дышали, но самое главное были живы. Их погрузили на свободного муравьина и повезли в башню Легирия: им срочно требовалась медицинская помощь.

Глава 54. Герой былых времён

— Стой, кто идёт? — раздался хриплый голос.

Крис покрутил головой, но не увидел в сплошной обсидиановой стене ни единой щели.

— Крис и его отряд, — сказал он.

С той стороны зашептались.

— Не знаем такого, — крикнули оттуда.

Крис побагровел от ярости.

— А вы, случаем, не из секты паука будете? — спросили его.

— Мы свободные сектанты и никому не принадлежим кроме себя, — сказал Крис.

— Да пропускайте уже, неужто к Отцу Драгону идти жаловаться на вас? — не выдержал Полански.

— Чего шумишь-то? Сразу бы сказал, что свои. Пропускаем уже.

Чёрная, полированная глыба весом в несколько десятков тонн подалась наверх. Медленно перед сектантами показалась узкая щель прохода. Крис посмотрел на нависшую над проходом глыбу. Если такая махина упадёт, и хоронить будет нечего.

Едва отряд заехал в крепость, глыба двинулась вниз. Бен покосился на стражников, у которых на плащах был вышит паук.

— Не нравятся мне их поведение, — сказал он, кладя руку на ножны. — Если и дальше так будет продолжаться, то мне придётся поговорить с Кохрейном.

— Успокойся, это не его сектанты, — сказал Крис. — Сектанты Кохрейна носят змею на плащах. К тому же Кохрейн слишком влиятельная фигура, по крайней мере, здесь и сейчас.

— Ночь темна, — многозначительно сказал Бен, но нож всё же убрал.

— Что с тобой? Тебя Вут покусал что-ли?

Бен проворчал что-то о девушках и отвернулся.

Крис отвлёкся, чтобы прочитать пришедшее сообщение. Он нахмурился. Его к себе вызывал никто иной, как Отец Драгон собственной персоной. Что бы это могло значить?

Он велел своим людям пока отдохнуть в башне неофитов, а сам пошёл в резиденцию Драгона. С тех пор как они покинули Сектариум, тут ничего не изменилось. Жители крепости всё так же работали не покладая рук. Разве что теперь, когда он шёл по улице, местные стали чаще оборачиваться ему вслед.

— Крис, тот самый, вот он идёт, — слышал Крис позади. — Говорят, их отряд столкнулся с головорезами на Дархане.

Крис замер. Проклятье, откуда тут об этом знают? Я же только что прибыл сюда.

Похоже, он недооценил тягу сектантов к слухам, потому что слухи неслись впереди него. Кто-то из его отряда уже всё растрепал об их приключениях. И когда Крис подошёл к резиденции Отца, то охранявшие проход сектанты уже знали, что он прибыл с Дархана, где победил с десяток отрядов головорезов в одиночку.

— Отец тебя ждёт, — сказал сектант. Даже под маской было видно, как он ухмыляется. Охранник открыл дверь и пропустил Криса внутрь. — Слушай, а правду говорят про головорезов?

— Смотря чему верить, — Крис замер на пороге, — но если ты хочешь правды, то мы победили только один отряд головорезов.

— Местные говорят, что ты их всех в одиночку, чуть ли не голыми руками перебил, — усмехнулся сектант.

— Слухи, — фыркнул Крис. — Завтра они будут говорить, что я метал молнии из глаз.

Стражник засмеялся, пропуская Криса дальше.

— Твоя правда. Пускай болтают, хоть не так скучно будет, — пробормотал стражник себе под нос, когда Крис ушёл. Он достал фляжку, незаметно отпил из неё и смачно рыгнул. — А что? Я поверю, если так скажут.

Крис пересёк большой внутренний двор, где спокойно прохаживались стайками утки и куры. Чуть дальше за загоном паслось два десятка коз и шесть коров с телятами. Он в который раз поразился тому, как далеко от Земли находились земные животные, и свернул к резиденции Драгона. Дверь открыл сектант из личной охраны и проводил до кабинета Драгона, где ещё двое стражников азартно рубились в карты.

В кабинете отца всех сектантов оказалось чисто. На полочках лежали маленькие кристаллы, на стенах висело оружие и головы странных, убитых существ. В центре комнаты, словно паук среди паутины, сидел в роскошном фиолетовом плаще и сам Отец. Он никогда не снимал маску, и никто не знал, как он выглядел. Ходили только слухи, будто ему тысячу лет и он может одновременно находиться сразу в пяти местах. Отец Драгон скрывал своё настоящее имя, потому что он основал орден сектантов. Поговаривали, в Метрополии ненавидели его, предлагая огромные деньги за любую информацию о нём. На Сектариуме же его любили, любили по-настоящему, вот почему называли Отцом. Для многих здесь он был легендой, всегда было много желающих вступить в его секту и носить плащ с драконом на спине.

— Ну здравствуй, отец, — сказал Крис.

— Ну здравствуй, сын, — сказал Отец и Крис не услышал в его механическом, искажённом модуляциями голосе ни нотки насмешки. — Садись и отдыхай. Как только захочешь, начни говорить.

Крис сел напротив Отца. Узкая спина Драгона выпрямлена, руки спрятаны в перчатках, из-под маски смотрят уставшие, но внимательные глаза. Крис протянул свой походный дневник Драгону, тот кивнул и тут же начал его изучать. Крис собрался с мыслями. Он начал издалека, но рассказал всё, что знал. Начиная от того, как они пришли на Дархан и закончил уже тем, как допросил головорезов и вернулся на Сектариум. Отец внимательно его слушал, делая небольшие пометки в обшитой бархатом и золотом массивной книге. Когда Крис закончил, Драгон покрутил тонкую резную ручку меж пальцев.

Крис промолчал только о Дрейке. Головорезы сказали, что незадолго перед атакой Маркус Дрейк подходил к Нулю и требовал открыть портал на другую планету. Когда Ноль отказал, Дрейк пришёл в ярость, и спешно покинул лагерь, словно его кто-то предупредил.

Крис знал, что Дрейк не умеет перемещаться между миров самостоятельно и был уверен, что Маркус был ещё где-то на Дархане. Крис попросил Бена и Вута выйти на след Дрейка, но Бен отказал, он хотел скорее вернуться на Сектариум. Вут согласился, и Крис надеялся, что Вэлит уже вышел на след Дрейка. Крис счёл за лучшее промолчать, что у него были личные причины возвращаться на Дархан.

— Головорезы Метрополии, да ещё и так близко от нашей базы, — протянул Драгон задумчиво. — К тому же они связаны с тем головорезом, что напал на тебя здесь, в нашей крепости. Вот уж действительно интересно.

— Головорезы признались, что кто-то из лидеров сектантов сотрудничал с ними. Но предатель всегда носил маску и скрывал голос, так что они не знают, кто именно из сектантов им помогал.

— Серьёзное заявление, — хмыкнул Драгон. — Жаль, что мне недостаточно простых слов, мне нужны вещественные доказательства.

— Записей с маски хватит? У меня их много.

Отец Драгон покачал головой.

— Мне нужны живые свидетели, которые смогут опознать… шпиона.

— Если я приведу к тебе пару головорезов, это будет считаться весомым доказательством? — вспылил Крис.

— Подобного вполне хватит, чтобы начать расследование…

Крис фыркнул.

— Я не пойму, ты их покрываешь что-ли?

— Предлагаю сменить тему, сын мой. Есть вещи, над которыми я не властен в одиночку… Принеси мне доказательства, а я сделаю так, что правда выйдет наружу. Что-нибудь ещё?

— Да. Я думаю, это уже не первая экспедиция головорезов на Дархан. Когда мы пришли, то у них уже были плазмомёты и бластеры, а на дне карьера, мы нашли их обогатительную фабрику. На твоём месте я бы обратил пристальное внимание на эту планету, уж слишком близко она расположена к Сектариуму.

— Восемнадцать миров между нами и Дарханом, не так уж и близко на самом деле… И не переживай, что головорезы так быстро развили свой технологический стек. Скорее всего, учёным Метрополии повезло найти старые разработки пришельцев и использовать чужие технологии в своих целях.

— Кажется, они что-то делали на дне карьера, — задумчиво сказал Крис. — Возможно, ты и прав. Но откуда такие выводы?

— Головорезы часто так делают. Находят что-нибудь древнее на чужой планете и пытаются подстроить под свои технологии, потому что в чужих условиях так быстро не создаются столь сложные вещи, мой мальчик. Технологии, как бы их ни торопили, не могут бежать вперёд семимильными шагами. Чтобы сделать даже простую ручку, нужно разработать множество маленьких вещей, но для начала создать хотя бы инструменты для добычи руды, что уже само по себе непросто. Профаны надеются на простоту, но даже для таких «простых» вещей нужны глубокие познания в химии планеты: правильно обогатить руду при высокой температуре с определёнными присадками, чтобы придать металлу нужные именно ему характеристики. Затем нужны станки, чтобы изготовить из руды ручку, а для того чтобы изготовить эти станки, нужны другие станки, которые будут изготовлять первые и так далее. И столько действий необходимо сделать только для того, чтобы начать производить такую, казалось бы, простую вещь, не говоря уж о куда более сложных предметах и механизмах.

Драгон отложил ручку.

— Я услышал всё, что было мне нужно, можешь больше не тревожиться об этом вопросе. Кстати, а что случилось с твоими людьми? Роном и Анной, кажется.

— Они не пострадали, но мы были вынуждены их оставить на Дархане. Они были слишком слабы, чтобы выдержать тяготы перехода между мирами.

Отец положил ручку и закрыл обшитую золотом и бархатом толстую книгу. Похоже, он что-то придумал.

— Прекрасно. Тогда у тебя будет официальный повод ещё раз вернуться на Дархан. Заодно приведёшь с собой свидетелей и хорошенько всё разведаешь на планете. Как ты на это смотришь?

Крис постарался скрыть свою радость. Он и не надеялся, что ему разрешат снова поискать Дрейка на Дархане, но сейчас Отец фактически предлагал ему официальное задание. Конечно же, он согласился.

— Вот и прекрасно. Кроме разведки у тебя будет ещё одна важная миссия. По моим подсчётам через два месяца на Дархан придёт новый отряд Метрополии. К тому времени ты должен выяснить, были ли дарханцы в сговоре с Метрополией или нет.

— Ты подозреваешь, что дарханцы связаны с Метрополией?

— Конечно, в нашем мире никому нельзя до конца доверять, даже себе. Вот что мы сделаем…

Драгон не договорил. С улицы раздались крики.

— Крис! Крис! Крис! — кричала толпа.

Крис вышел на балкон второго этажа. Позади него шёл Драгон. Внизу, на площади перед резиденцией Отца, собралась большая толпа сектантов. Толпа закричала вдвое сильней, увидев Криса рядом с Драгоном. Сектанты скандировали одно и то же слово: КРИС, КРИС, КРИС!

Отец выждал немного и поднял руку в фиолетовой перчатке. Крики постепенно утихли.

— Кто хочет говорить? — спросил Отец грозно.

— Я, Ларри Дейн, — грузный сектант снял маску и двинулся вперёд.

— Я, Грохан, — выступил другой, коренастый и широкоплечий.

— И я тоже хочу. Вы все меня и так знаете, — сказал рыжий, очень высокий.

Толпа засмеялась, но пальцы Драгона забарабанили по каменным перилам балкона.

— Руфус, тебя не изменить, — сказал Отец.

— Что поделать? Таков уж я, — подмигнул рыжий гигант с длинной бородой.

— Говорите, зачем вы пришли сюда, зачем мутите народ? Или задумали чего?

— Прости нас Отец, — сказал Ларри. — Мы хотим, чтобы все засвидетельствовали...

— У нас нет больше сил терпеть, как над нами издеваются, Отец, — перебил его Грохан.

— Стойте! — раздался громкий крик, и толпу разрезал Пол Кохрейн в окружении полусотни сектантов со змеёй на спине. — Я требую распустить это собрание и признать его несостоявшимся.

Пальцы Отца ещё сильнее забарабанили по перилам балкона. Крис понимал, что сейчас решается что-то очень важное. Драгон выждал, когда толпа стихнет.

— Возражение отклоняется. Все сектанты свободны выражать своё мнение.

Толпа загремела от восторга. Люди Кохрейна закричали, ударяя себя по доспехам.

— Говори Руфус, зачем вы с капитанами пришли к нам. Отец слушает вас.

— Позволь я скажу за всех, Отец, и пусть меня разорвёт на клочки в прыжке между мирами, если я не выражу общее мнение, — громко басил рыжеволосый гигант. — Нет наших сил больше терпеть издевательства лидеров других сект. Они дают нам сложные задания, их командиры презирают нас. В делёжке провизии нас всегда притесняют, отдавая самые крохи. Мастера не хотят чинить наши доспехи, говорят, чтобы мы становились в очередь после отрядов других лидеров. И вот, мы прослышали сегодня о новом герое. И решили, что хотим присягнуть ему на верность. Криса в лидеры!

Толпа взревела, а сектанты Кохрейна протестующе заколотили в доспехи. Тут же откуда-то выбрались ещё двое других лидеров сект. Один из них, лысый и грузный, с морщинистым старым лицом начал кричать.

— Мы возражаем! Пусть присягают на верность к одному из существующих лидеров!

Толпа зашумела, люди заволновались, начали орать друг на друга и толкаться. Сектанты потянулись за ножами и едва не дошло до драки, только крики Отца смогли вовремя остановить надвигающуюся потасовку.

— Тишина, — гремел он, и его зычный голос подобно трубам раскатывался над площадью. Наконец, все успокоились. Руки Отца так крепко вцепились в перила балкона, что заскрипел металл.

— Решение принято. Согласно нашим законам, несколько отрядов могут объединиться и выбрать себе другого лидера.

Толпа взревела, над площадью пронеслись аплодисменты. Горожане хлопали командирам, решившимся присягнуть на верность Крису. Лидеры покраснели так, что лица стали напоминать свои же лиловые плащи.

Отец повернулся к Крису.

— Скажи им что-нибудь.

— Что я им скажу? Я не хочу быть их лидером.

— Разве ты не хотел найти шпиона и восстановить свою память?

— Откуда… ты об этом знаешь?

— О, мне многое известно. Пока будешь капитаном отряда, вечно будешь оставаться на побегушках у других лидеров сект. А так, тобой уже не смогут помыкать все кому не лень. Да и память восстановить будет гораздо легче, — Драгон хохотнул.

— И что я буду делать, когда стану лидером сектантов?

— Всё то же что и обычно — останешься собой. А сейчас, просто улыбайся и маши им парень.

Крики и свист усиливались, Крис помахал людям с балкона. Истерия внизу плавно переходила в праздник. Сектанты вытаскивали на улицу бочки, старики брались за лютни. Отец мягко подтолкнул Криса к выходу.

— Не расстраивайся, я тебя прекрасно понимаю. Ты их тоже пойми, твоя победа над головорезами была самой крупной за последние десять лет. Для них ты герой, хочешь ты этого или нет.

— А кто был героем десять лет назад? — спросил Крис, ошарашено.

— Я, — просто ответил Отец.

Глава 55. Буревестник

Врач, сухой Дарханец, с обвисшей, побелевшей от старости кожей, не хотел пускать сектантов в палату к больным, но в итоге, после недолгих препирательств, согласился. Из-за закрытой двери палаты доносились приглушённые голоса и смех.

— Стой, прекрати, мне щекотно, — смеялась девушка.

— Доктор велел проверить, всё ли с тобой в порядке, — промурчал мужской голос.

Крис приложил палец к губам. Адам скривился, Гордрик стоял с непонимающим видом, а Кэтрин покраснела. Остальные прыскали со смеха, еле сдерживаясь, чтобы не захохотать. Даже на хмуром и собранном лице Вута появилось понимающее выражение.

— Не ври мне, он такого не говорил, — смеющийся голос девушки.

— Откуда ты знаешь? — снова раздалось из-за двери. — Ведь я здесь специалист по языкам.

— О да, и ещё какой.

Сектанты не выдержали, хохотнув вовсю. Крис открыл дверь и вошёл, следом за ним остальные. Анна, с пунцовым лицом сидела на кровати, натянув одеяло до плеч. Рональд сидел рядом с ней, полуголый и с растрёпанными волосами.

— Так-так, что это у нас тут, — хмыкнул Полански. — Гляжу, развлекаетесь?

Рон промямлил нечто нечленораздельное.

Росс подмигнул Рейни и бросил ему подушку.

— Держи, тебе это пригодится. Всё-таки с нами Кэтрин.

Кэтрин покраснела сильнее, а Рональд прикрылся подушкой. Первой в себя пришла Анна.

— Какого ларгора вы вошли без стука? Убирайтесь вон!

— Ай-яй-яй, и это вместо слов благодарности за спасение? — рассмеялся Полански. Ему тут же пришлось уворачиваться от подушки. — Вот так вот вы встречаете друзей? Мы столько миров прошли, чтобы увидеть как вы поживаете, а тут такой поворот.

Адам снова увернулся, на этот раз от брошенной вазы. Ваза врезалась в дверь и разбилась. Анна потянулась за статуэткой, и Полански счёл за лучшее ретироваться из комнаты. Остальные тоже вышли, только Крис задержался.

— Рад видеть, что с вами всё в порядке.

Анна обернула одеяло вокруг плеч.

— Спасибо капитан, — сказал Рэйни. — Рад, что вы вернулись за нами. А это что? У тебя новый плащ или…

— Или. Я уже не капитан, — подмигнул Крис, оглаживая алые полы. — Конечно, красный цвет выглядит слишком вызывающе, и на Семилунном я бы не рискнул показываться в таком виде, но…

— Ух ты, — сказала Анна, — у нас новая эмблема?

Крис повернулся, показывая вышитую на спине плаща ширококрылую птицу, летящую над бушующим морем.

— Я сам придумал эскиз. В прошлой жизни я немного умел рисовать.

— Что это за птица?

— Буревестник. Не спрашивайте меня, откуда я про неё знаю. Наверное, где-то видел, вот и нарисовал, а нам нашили её на плащи. Кстати, я и вам захватил парочку.

Крис передал Анне два новых чёрных плаща, сложенных стопкой. На каждом была нашита птица, летящая к луне над бушующим морем. Анна встала и, прикрываясь одеялом, подошла к ширме.

— Рассказывайте, как вы себя чувствуете?

— Доктор Висмус говорит ещё неделя и мы будем в полном порядке.

— Я бы сказал, что сейчас вы выглядите даже гораздо лучше, чем раньше, — улыбнулся Крис.

— Местная медицина творит чудеса, — рассмеялся Рон. — Анна хочет провести анализ трав Дархана, у неё от них кожа стала гладкой и шелковистой. Думает, девушки на Сектариуме будут без ума от такого крема.

— Что это ты разговариваешь вместо меня, как будто меня тут нет, — Анна вышла из-за ширмы.

На ней было тонкое платье в пол, с переливами то в голубой, то в тёмно-синий. Её кожа сияла, волосы отросли на добрых десять сантиметров и красиво лоснились. Она покрутилась перед Крисом, её юбка обтянула ноги.

— Ну, как я выгляжу?

— Гхм, — кашлянул Крис, почёсывая переносицу. — Боюсь, я не мастер комплиментов.

— Анна!

— Что? — вспыхнула Анна. — Я просто хотела узнать, нравится ли Крису моё новое платье, — она подбежала к шкафчику и вытащила стопку тряпья. — Смотри сколько у меня нарядной одежды, оказывается, малыши лиркуны мастера по шитью.

Крис взглянул на запястье. Четверг, 23 августа 324 года, 14:11.

— Мне пора, уже поздно.

— Вы с парнями приходили к нам за чем-то важным? — спросил Рон.

— Нет, — отмахнулся Крис. — Просто хотели вас проведать.

— А сейчас куда, если не секрет?

— Отдыхать, мы только после дороги. А завтра… Драгон поручил нам небольшое дело, хочу взять пробы со дна карьера. Ты ведь сможешь провести анализ руды, чтобы узнать, что добывали головорезы?

— Конечно, сделаю, капитан, — улыбнулся Рэйни. — Наша помощь там нужна?

— Не переживай, справимся и без вас. Лучше скорее поправляйтесь, возможно через три, максимум пять дней мы отправимся обратно на Сектариум.

Крис вышел, бесшумно прикрыв за собой дверь.

На самом деле Крис многого не рассказал Анне и Рону. Первым делом, когда он прибыл на Дархан, то отправился в темницу, чтобы вытащить оттуда головорезов и привести в качестве свидетелей Драгону. Каково же было его удивление, когда Легирий Шестой сказал, что всех пришельцев убил человек со шрамом.

— То есть ты пытаешься уверить меня, будто Дрейк в одиночку проник в ваш город, уничтожил всех головорезов под носом у стражников, а потом незаметно скрылся?

— Выходит так, — Легирий развёл руками.

— Не обманывай меня, я знаю, на что способен Дрейк, а на что нет. Лучше признайся, ты нарушил своё слово и использовал пленников в кровавых играх.

Легирий захлопал красными глазами и развёл длинными руками.

— Мои слуги подтвердят: игр не было, можешь спросить любого. Ну и в конце концов, — Легирий лукаво улыбнулся, обнажив костные пластины, — ты сам можешь сходить в лабиринт испытаний и проверить.

Крис вышел, хлопнув дверью. Он всё больше приходил к мысли, что дарханцы были связаны с Метрополией и шпионом-сектантом. Он ни на грамм не поверил Легирию. Он ещё не забыл слова пленных головорезов, Маркус Дрейк спешно покинул лагерь, так словно его предупредили перед атакой. Только дарханцы могли сделать это, больше некому.

У Дрейка не было никаких мотивов возвращаться за головорезами. Нуль прыгнул в портал вместе с главным капитаном, после чего Дрейк остался заперт на Дархане. Ему не было никакого смысла возвращаться за головорезами и убивать их. Когда Вут узнал, что Дрейк якобы перебил всех головорезов, он аж засмеялся. Вут лично пытался выследить Дрейка, но того и след пропал. Как говорил Вут, всё указывало, что Дрейка не то что в городе, его вообще на Дархане больше не было.

Наверняка в тот же день, как Крис покинул планету, Легирий загнал всех головорезов в лабиринт смерти. Крис был уверен: если заглянет туда, то увидит свежие, опухшие от яда тела. А ещё он был уверен, что в этот раз его уже не выпустят из лабиринта живым.

Подозрительным было и то, что планетяне уж слишком резво научились пользоваться оружием Метрополии. Легирий раздал своим арбалетчикам бластеры, и те упражнялись стрелять по мишеням во внутреннем дворе. Когда же Крис спросил Легирия, где находится тяжёлая техника, тот как-то странно замялся и сказал, что «обезьяний транспорт в ремонте», хотя Крис знал, что ни мехи, ни шагоходы не пострадали. Да и к тому же разве могли не знавшие даже пороха дарханцы, починить продвинутую технику Метрополии?

Когда он захотел взять образцы руды из карьера, то и тут столкнулся с обманом. Планетяне утверждали, что военные ничего не добывали в карьере. Так же в лагере головорезов не было обнаружено ни одного куска руды, хотя Крис мог поклясться, что видел технику Метрополии на дне карьера. Но хоть он лично присутствовал при описи всего, что изъяли у военных, но в ящиках лежало только продовольствие и оружие.

Что же такое они искали здесь, под землёй, так далеко от Метрополии, и что, наконец, выкачивали из озера? И почему Дарханцы сразу же поспешили уничтожить все следы и не допустить, чтобы сектанты узнали об этой тайне?

На следующий день Крис сам решил разузнать, что такое добывали учёные Метрополии на дне заброшенного карьера. Дарханцы пугали людей, мол озеро занесло бурей и что сегодня будет ещё одна, но Крис всё равно пошёл. Если дарханцы действительно помогли Дрейку сбежать, то нельзя было оставлять их безнаказанными.

Солнце на дне карьера палило нещадно, ветер взметал клубы пыли. Крис присел возле груды камней, раскатал между пальцами кусочек земли. Сильный ветер сдул крупинки.

Дарханцы не обманули — некогда здесь плескалось неглубокое озеро, теперь на его месте возвышался каменный засып. Причём дарханцы уверяли, что это сделал недавний смерч, но Крис им не верил. Не могла буря так избирательно засыпать только шахту и озеро. Похоже, планетяне действительно были связаны с Метрополией. По крайней мере, всё указывало на них, и с каждой минутой Крис всё больше убеждался в этой мысли.

— Ну что там? — крикнул Бен, пытаясь перекричать ревущий ветер. — Буря надвигается!

— Господин, больше нельзя ждать, — прохрипел пожилой дарханец с длинными повисшими усами.

Крис посмотрел на своих людей. Чёрные плащи с ширококрылой птицей трепал сильный ветер. Многие сектанты надели маски, чтобы спрятать глаза от секущей пыли.

— Ладно, возвращаемся, — сказал Крис, и его отряд вмиг приободрился. Никого не прельщало оказаться в центре бури, тем более когда те, по заверениям самих Дарханцев, запросто могли накрыть целый город грязью и камнями.

— Верное решение, господин, — обрадовался Дарханец. — Дно карьера часто затапливает после дождя, а насосы вашей расы больше не работают.

Крис посмотрел вверх. Обратная дорога со дна карьера была крутой, если разыграется ливень, подняться тут будет проблематично.

Крис помассировал виски. Голова опять начинала болеть. Доктор на Сектариуме сказал, что побочные эффекты от восстановления памяти могут продлиться от одной недели до нескольких месяцев. Перед тем как вновь возвращаться на Дархан, Крис воспользовался своим новым положением лидера сект, и отправился восстанавливать утраченные воспоминания.

Аппарат оказался длинной белой капсулой обтекаемой формы. Крис лёг туда, доктор что-то нажал и велел лежать, не двигаясь. Машина тихо загудела, время шло, и Крис уснул. Когда он проснулся, был уже вечер. Доктор открыл крышку и помог ему встать, осмотрел глаза и побил молоточком по коленям. Голова кружилась неимоверно, а память так и не вернулась. Доктор развёл руками и сказал что нужно ждать, а сколько — неизвестно. Может пройти один день, а могут долгие годы, прежде чем стёртые воспоминания начнут возвращаться.

Крис выпил обезболивающее и выругался про себя. Он поднимался замыкающим по уступу карьера. По каким-то местным суевериям, дарханцы остерегались заезжать в карьер верхом на муравьинах, и приходилось спускаться и подниматься пешком. Вдобавок ко всему им с Гордриком пришлось тащить тяжёлый контейнер с пробами руды.

Крис не верил в суеверия, а всё больше убеждался, что дарханцы скрывают свои связи с Метрополией. Когда он прямо спрашивал у них, что добывали здесь военные, то планетяне юлили и начинали говорить о святых местах и делали вид, будто плохо разбираются в подобных вещах. Но факты были против них. В последний раз, когда его отряд посещал Дархан, шахта и рудник были целы. Сейчас же кто-то взорвал их, и здесь явно не обошлось без взрывчатки, которая была только у Метрополии и, как ни странно, у дарханцев захвативших боеприпасы головорезов.

Вопросов было больше чем ответов. Драгон намекнул Крису, что он должен разузнать как можно больше Дархане и особенно о самих дарханцах. Отец подозревал, что они сотрудничали с Метрополией, без помощи планетян головорезам не удалось бы восстановить карьер.

— Я бы на твоём месте не доверял пришельцам, и хорошо приглядывался к ним, — сказал Отец.

Тогда, на Сектариуме, слова Драгона сильно напомнили ему брюзжание Полански. Теперь же он был другого мнения. И чем больше темнили дарханцы, тем больше он ловил себя на мыслях, что всё сильнее начинает понимать Адама.

Всё указывало, что дарханцы объединились с головорезами, а затем предали их при первой же возможности. Скорее всего, даже помощь Дрейку была их разменной картой, чтобы потом, когда объявятся другие головорезы, выйти сухими из воды.

Итог будет таким: шахты разрушены, головорезы больше не могут развивать свои технологии. Из оружия у них останутся луки и мечи, а дарханцы будут иметь шагоходы, мехи, бластеры и броневики. Вряд ли головорезы смогут что-то предъявить при таком раскладе Легирию, к тому же он всегда может сказать, что предупредил Маркуса Дрейка и помог ему уйти с планеты подальше от «кровожадных» сектантов.

При таком раскладе у дарханцев останутся хорошие отношения и с сектантами, и с головорезами, а этого Крис допустить не мог. Но всё же был шанс, что он ошибался и дарханцы изначально ненавидели Метрополию. Ему нужно было что-то убедительнее домыслов — ему нужен был взгляд со стороны.

Отряд сектантов уже поднялся и теперь ждал только их с Гордриком.

На удивление старика дарханца буря стала утихать. Ультрамариновая трава прижалась к земле, голубые и красные стебли цветов повисли, покачиваясь на лёгком ветерке.

— Жду не дождусь, когда приму нормальный душ, — Полански ткнул Салли. — Верно, Салли?

Салли нервно отступил и кивнул.

— Гордрик, соскучился по дому, — сказал гигант, поглаживая панцирь муравьина.

Остальные начали забираться на муравьинов, один Крис не торопился. Что-то беспокоило его. Он обвёл взглядом знакомую равнину, абсолютно плоскую, переливающуюся всеми оттенками синевы. Лишь на севере, темнела небольшая зелёная полоса. То был лес, из которого погонщики пригнали скорплионов. Бен заметил, что Крис задерживается.

— Прекращай, — протянул он. — Мы хотим домой.

Вут подъехал к Крису на муравьине. Массивное животное осторожно перебирало большими лапами рядом со стоявшим на земле человеком.

— Вут, как ты относишься к прогулкам по лесу? — спросил Крис.

— Замечательно. Но ещё сильней я люблю барбекю из свежего мяса.

— Боюсь, головорезы перебили большинство скорплионов и поохотиться нам вряд ли удастся.

— Не только Полански, я, вообще-то, тоже хочу в душ, — взвыл Бен. — Да и на Сектариуме меня девушка ждёт. Что ты забыл в том дурацком лесу?

— Кое-что, — улыбнулся Крис. — И раз дарханцы не хотят говорить с нами начистоту, то мы сами пойдём туда и всё разузнаем.

Глава 56. Скорплионы на завтрак

Крис отпустил проводников дарханцев и уехал. Путь оказался длинным, после дороги сектанты спешились с муравьинов и некоторое время пробирались по диковинному лесу в полном молчании. Ветер шумел кронами деревьев, да лишь изредка хрустели сломанные веточки под ногами. Первым заговорил Шон Финк.

— Вот я гляжу по сторонам и до сих пор поверить не могу, что я на другой планете. А ведь когда-то я работал на заводе «Киброрг» главным инженером, грезил о полётах в космос. И вот, я тут, — Шон втянул голову в плечи.

— Чем занимается инженер? — с интересом спросил Росс.

— Вам, семилунцам, сложно понять такие простые для нас, лотарианцев, вещи, — отметил Шон. — Даже удивительно, что мы находим общий язык. Если по-простому, я отвечал, чтобы все механизмы и роботы завода работали без простоев.

— И что случилось потом?

— А потом, — сказала Кэтрин, — на папу сгрузили вдвое больше работы. Он не справился, и его вышвырнули вон.

Шон смущённо поправил тонкую оправу очков.

— Да, было дело. Но слишком давно. Знаете, я, пожалуй, был бы даже рад тому, что у нас с дочкой открылся этот дар перемещаться между мирами, если бы…

У Кэтрин навернулись слёзы. Адам подал ей свой платок.

— Понимаю, — сказал Росс, — можешь дальше не продолжать.

Руки Шона задрожали, он отвернулся и принялся протирать стёкла очков.

— Ну а ты Гордрик, — сказал Росс, чтобы сменить тему, — как ты оказался здесь?

— Гордрик с самого детства работал в шахте, — пробасил великан, с трудом ворочая языком. — Мои родители и родители моих родителей родились в шахте и умерли в ней. Гордрик, тоже должен был умереть. Там. Но однажды на Гордрика упала несущая балка. Гордрик выжил… потом за ним пришли большие люди и забрали Гордрика из шахты. Так, Гордрик оказался здесь.

Неожиданно голос подал Салли. На его лице растянулась широкая ухмылка.

— Крис, ты ведь тоже с Лотариума. А кем был ты, до того как оказался между мирами?

Крис едва не поперхнулся от неожиданности, но остальные тоже начали просить его рассказать о себе. Бен лукаво покосился на Криса, а Вут отъехал в сторону. Вся троица прекрасно знала негласный кодекс прошедших школу Элиты: любой, кто выдаст организацию, умрёт. Краем глаза Крис увидел, как Бен и Вут потянулись к ножнам.

— Хорошо, — сдался Крис. — Я… работал садовником.

По рядам сектантов прокатился удивлённый шёпот. Даже Бен удивился такому неожиданному повороту. Вут улыбнулся и спрятал нож обратно.

— Садовником? Это как? Я думал, на Лотариуме нет деревьев, — удивился Адам.

— Я был садовником у очень богатого и… жадного человека… Он всегда задерживал мне зарплату и плохо со мной обращался. Но мне нравилась моя работа. Я косил траву, поливал деревья и цветы, вносил удобрения в грунт, ухаживал за садом. Только там я мог отдыхать от всех забот и чувствовать что живу, а не проживаю свою жизнь. А ещё у него была большая чёрная пантера, — вздохнул Крис.

Салли хмыкнул и отошёл подальше. Сектанты, похоже, поверили Крису. К нему подошёл Бен.

— Ну и мастер ты выкручиваться. Подумать только, садовник, — Бен хохотнул. — Удивлён, что тебе вообще поверили. Деревья на Лотариуме, вот умора, — Бен засмеялся.

— Заткнись. Я и вправду был садовником, только у себя самого.

Бен ошарашенно взглянул на Криса.

— А где ты покупал саженцы деревьев?

— На чёрном рынке, конечно. К твоему сведению, там продаётся не только оружие, — съязвил Крис. — Давай закроем тему, а то у меня голова уже болит от разговоров.

Впереди показались сломанные, срезанные стволы деревьев, вперемешку лежавшие друг на друге. Дальше пробираться стало сложнее и, как ни странно, страшнее. Все вдруг вспомнили, что они не на прогулке и как пришлось удирать от разъярённых львов. Хоть дарханцы и сказали, что скорплионов почти не осталось, мужчины всё равно достали оружие.

— Когда-нибудь я тебя убью, — прохрипел Бен. — Однажды ты проснёшься, а из твоего сердца будет торчать нож.

— У меня нет сердца, — прошипел Крис в ответ. — И вообще, хватит болтать, нас могут услышать скорплионы.

Связь снова стала барахлить, и сектантам пришлось переговариваться друг с другом без масок.

Поваленные деревья сильно мешали подниматься по холму. Повсюду, меж порубленных стволов, навсегда застыли придавленные скорплионы. Путь наверх оказался невозможен. Пришлось сделать большой крюк, чтобы подняться на вершину. Бочком, чтобы ненароком не вызвать обвал, Крис подобрался к обрыву и посмотрел вниз.

— Пусто тут как-то, — сказал Бен, — похоже разбежались твои львы.

И действительно на дне рва не было ни одного скорплиона. Только в некоторых местах на земле выделялись пятна рыжих шкур, словно кто-то расплющил с десяток других животных. А ещё большой валун на дне рва оказался сдвинут, и в том месте теперь в земле зияла широкая щель. Может быть, эта щель и расплющенные, словно высосанные шкуры гигантских львов, были как-то связаны друг с другом?

Подошёл Росс.

— Ты точно уверен, что видел там кого-то из планетян, похожих на жаб? Не подумай ничего такого, но наши парни никого не видели в тот день. Адам и Салли, клянутся что камни сами сорвались со склона и пробудили скорплионов.

— Можешь не сомневаться, — Крис указал на противоположную сторону рва. — То существо сидело вон там. Давайте пройдём по дну обрыва. Заодно посмотрим, что случилось внизу.

Спуск оказался непростым. Только минут через пять отряд, пыхтя и скатив множество камней, спустился вниз. На дне обрыва стоял тошнотворный запах мокрой шерсти, слизи и крови. Кэтрин стало плохо, она надела маску.

Крис осторожно шёл между шкурами убитых львов. Все они выглядели так, словно их сняли с животных и аккуратно сложили на землю. Крис присел возле одной из шкур и перевернул кончиком ножа. Под шкурой зашевелились мелкие белёсые «угри», в нос ударил гнилостный запах. Бен поморщился и отошёл, Вут присел рядом. Крис указал на маленькое аккуратное отверстие примерно там, где была грудь льва.

— Как думаешь, что могло оставить такой след?

Вут приставил пальцы в латной перчатке к дыре.

— Я много охотился на животных, — сказал он, — но такую рану вижу впервые. Вообще, у меня ощущение, что её оставило не оружие, а какое-то дикое, очень крупное животное.

— Почему ты так решил?

— Видишь эти точки по краям? — Вут поднял руку и растопырил пальцы, пытаясь изобразить рот животного. — Оно вцепилось вот так, по кругу, чтобы было большее сцепление, а потом из хобота вышло жало и аккуратно проделало дырку в шкуре. Приглядись, повсюду следы от когтей, но возле останков они более глубокие. Похоже животное билось, но не могло высвободиться. Ни перевернуться, ни убежать, представляешь, какая силища должна быть, чтобы пришпилить к земле килограмм триста хищных когтей и мускулов? А эта тварь его спокойно держала, а потом выпила словно желе. Даже костей не осталось.

Крис посмотрел по сторонам. Какой огромной силой должен был обладать этот зверь, чтобы так легко удерживать массивного скорплиона? Что это за хищник вообще такой? Кажется, последнюю мысль он произнёс вслух.

— Почём я знаю? — Вут пожал плечами. — Мы на другой планете, поди угадай какие твари тут обитают.

Он встал и направился к большому плоскому камню в центре рва. Крис следом. Вэлит осторожно спустился, но вскоре вылез, держа нечто похожее на обломок когтя величиной с ладонь.

— Я был прав. Тут сидел очень крупный зверь. Похоже, пытался выйти наружу, но был заперт на дне расщелины, а потом, когда скорплионы ушли, он смог перевернуть камень и выбраться.

Сектанты стали оглядываться.

— Не переживайте, — сказал Крис. — Что бы это ни было, оно уже ушло. Давайте доделаем нашу работу и поднимемся на противоположную сторону рва. Если и там мы ничего не найдём, то сегодня же вечером покинем Дархан.

Долго упрашивать никого не пришлось, наверное, каждый хотел как можно скорее убраться из опасного места. Люди взяли муравьинов под уздцы и принялись подниматься по осыпающемуся склону рва.

Лес с этой стороны сильно отличался. У деревьев были толстые витые стволы, а вместо листьев закрученные спиралью фиолетовые отростки на тонких стеклянных «ветках». Находиться здесь было так же жутко, как и на дне рва. Сектанты проехали немного вперёд, но, конечно же, не нашли никаких следов планетян. Уже начинало темнеть. Крис вздохнул и повернулся к остальным.

— Ладно, поворачиваем. Похоже, здесь мы больше не найдём ничего интересного.

Муравьин Финка врезался в его муравьина. Крис удивлённо посмотрел на Шона. Тот замер и часто моргал, глядя за его спину.

Глава 57. Не верь пришельцам дары приносящим

Медленно, Крис обернулся. Перед ним стояли два коренастых инопланетянина, с тёмно-зелёной кожей, белым брюхом и большими, жёлтыми глазами. У обоих планетян на поясе висели короткие слегка изогнутые мечи. Существа эти напоминали жаб — одна жаба, в её широком рту дымилась трубка, была с повязкой на поясе и носила зелёную конусообразную шляпу из мха. Вторая была в сером плаще, лицо пересекал длинный шрам. Обе жабы не мигая смотрели на Криса, но мгновение спустя их изогнутые мечи упёрлись ему живот. Крис поднял руки и широко улыбнулся.

Жабы переглянулись.

— Что будем с ними делать, Вуди? — сказала та, что с трубкой.

— А какие есть варианты, Кварк?

— Предлагаю их убить, они вторглись в священный лес.

— Убить мы их всегда успеем. Я видел этих белокожих прежде и рассказал о них старейшине. Он заинтересовался ими, предлагаю отвести их к нему.

— Нет, давай сначала убьём их, а потом доложим старейшине. Они опасны, я чую.

— Ты что, хочешь со мной поспорить?

Жабы убрали мечи от живота Криса и неожиданно начали сражаться друг с другом. Металл бешено мелькал в их лапах, сталь звенела, высекая синие искры. Они комично прыгали, каждый пытался достать до своего противника.

— Из-за чего они подрались? — спросил Бен, подходя к Крису.

Небольшие планетяне едва доходили ему до пояса и, видимо, не внушали страха.

Остальные сектанты подошли поближе и тоже наблюдали, как две жабы сражались на мечах.

— Что здесь такое происходит вообще? — спросил Росс.

— Они спорят, убивать нас или нет, — ответил Крис.

— Чего? — опешил Полански. — Ещё не хватало, чтобы мной командовали такие козявки. Давайте убьём этих тварей и дело с концом.

Он достал бластер из-за пояса и направил его на скачущих жаб. Вут посмотрел под ноги и вокруг себя, а затем поднял руки. Его примеру последовал Бен.

— Адам, советую убрать свою игрушку, — улыбнулся Крис.

— Ни за что, — крикнул Адам, но тут остальные сектанты тоже начали поднимать руки. — Эй, да что с вами? Испугались двух мелких жаб?

— Разуй глаза, умник, — прошипел Росс. — Их тут не меньше сотни.

Земля под ногами Адама зашевелилась. Из небольшой норы высунулась пара мечей и упёрлась ему в пах. Лес как по команде пришёл в движение. Жабы оказались повсюду, они сидели в кронах деревьев, маскировались под кору, прятались среди мха, скрывались в траве. Адам ойкнул и выронил бесполезный бластер на землю.

— Так-то лучше, — улыбнулся Крис. — Конечно, я сомневаюсь, что их мечи способны пробить вашу броню, но я не ручаюсь за ваши шеи.

Дерущиеся жабы замерли, тяжело дыша. Крис почувствовал, что настала прекрасная возможность вклиниться в их разборку. Он откашлялся.

— Простите господа, но почему вы хотите убить нас?

Жабы перестали сражаться. Трубка выпала из губ Кварка и потухла, но он даже не обратил на неё внимания.

— Что он сказал? — спросил Кварк.

— Спрашивает, почему мы хотим его убить.

— Да нет, ты слышал? Он говорит по-нашему! Его точно надо прикончить.

Кварк поднял меч и прыгнул к Крису. Крис не двинулся с места. Вторая жаба выбила меч из рук первой.

— Вот ты и отвлёкся, — возликовал Вуди. — Я победил и буду сам решать, что делать с пленниками, — Кварк поник. — Похоже, этот пришелец пользовался зеркалом всеязыков.

— Откуда ты знаешь про зеркало? — спросил Крис.

— Потому что мы его создали, — отмахнулся Вуди, — наша раса. Прошу вас, следуйте за нами, мы отведём вас в деревню. Старейшина вам всё расскажет.

Планетяне называли себя трударами, что в переводе означало «настоящие дарханцы». Когда Вуди победил, то из под кочек показались и другие трудары — всего тридцать два воина. Как оказалось, здесь были почти все умеющие сражаться жабы, а Вуди и Кварк были их командирами. Вуди повёл отряд Криса за собой, довольно похрипывая под нос, а Кварк вместе с остальными, скрылся в лесу.

Сектанты то и дело оборачивались, но не видели тех трударов, навыки маскировки планетян были совершенны. Крис посмеивался. Даже его глазу Рэлита было непросто разглядеть маленьких и юрких планетян, мелькавших тут и там в густом лесу.

Крис не сомневался, что под землёй были во множестве прорыты тоннели и тайники. Будь он на месте трударов он именно так бы и поступил. А ещё непременно расставил бы ловушки вдали от тропы, чтобы никто посторонний не смог так просто добраться до деревни, даже зная дорогу.

И судя по тому, как Кварк, то и дело подходил к отряду, похоже, так и было. Крис предупредил своих, чтобы они держались поближе друг к другу и никуда не отходили.

Вскоре Вуди вывел людей на более широкую тропку, а ещё несколько минут спустя, под ногами показались твёрдые камни, и они вышли на узкую, шириной метра в два, тропинку из обработанных булыжников. Вдоль дороги тянулись небольшие, но уже знакомые Крису статуи.

— Святая Метрополия, это же многоликие, — вырвалось у Бена. — Какого ларгора они здесь делают?

— Я тоже задаю себе этот вопрос, — сказал Крис. — Дархан уже не первая планета, где я вижу такие статуи, — Крис стал загибать пальцы. — Семилунный, планета где лечили Штэфана, наш Сектариум, Элизий. И ещё… я только что вспомнил, что видел одну такую на главной базе головорезов. Так что да, я бы тоже хотел знать, как они связаны.

— Кто знает, может Древние какая-то распространённая между мирами культура.

— Тогда почему на Лотариуме я не слышал ни о чём подобном?

Бен загадочно улыбнулся и пригладил идеально ровные пряди волос.

— А если я тебе скажу, что и у нас на планете, был схожий культ, только очень-очень давно?

— Чушь. Моя мать историк, да и я изучал старые архивы, но я впервые слышу о чём-то подобном.

Бен улыбнулся ещё шире.

— Конечно, а знаешь почему? Потому что эти документы относятся к периоду задолго до возникновения Метрополии. Однажды наша группа во время спуска в расщелину Кольфрейм, наткнулась на древние каменные таблички. Нам сразу же приказали их уничтожить, вот только перед тем, как это сделать, я их… прочитал. И там было написано много интересных вещей...

— Что, например?

— Знаешь, я помнил, но вдруг… забыл! — Бен хлопнул себя по лбу и рассмеялся. — Похоже, с памятью что-то стало, старею, наверное.

Бен отошёл. Крис двигался дальше в полном молчании. Поведение этого Рэлита временами не нравилось ему. Бен то и дело выводил его из равновесия, а это могло закончиться дуэлью между ними. Но как бы его не раздражали выходки Бена, сейчас приходилось с ними мириться. Крис рассчитывал использовать Рэлита против Праудлиона, а дальше… Он старался не думать о том, что будет дальше. Сейчас даже их общая победа над Праудлионом казалась какой-то слишком недостижимой целью.

Мощёная дорога вывела к стремительной реке, вода в которой пузырилась и как бы кипела, поднимая сизый, холодный туман. Трудары вылезли из леса и теперь шли, а вернее, прыгали, позади людей не скрываясь. Крис немного напрягся — лишь бы не пришлось нырять следом за жабами в стремнину. К счастью, обошлось. Вуди дошёл до берега и попрыгал налево, где вдалеке смутно угадывались очертания арочного моста.

Перила на мосту снова удивили Криса. На них через каждый шаг сидели резные деревянные толстые жабы с довольной ухмылкой на морде. Переправа оказалась хлипкой и не была рассчитана на людей, так что сектанты переходили по очереди, в несколько заходов. Доски скрипели под ногами, вода бурно шумела, пенясь внизу, и порой казалось, что мост того и гляди рухнет в воду.

На том берегу снова началась мощёная дорога, ведущая к центру деревни. Навстречу людям выходили степенные жабы в плащах и шляпах и тут же прятались. Мимо пропрыгала стайка детей с палками в руках, быстро и шумно крича. Вуди тут же их прогнал.

Деревня трударов оказалась небольшой, всего около семидесяти домов. Возле каждого стояли высокие резные тотемы, изображавшие непонятных животных, а стены построек были настолько тонкими, что через них просвечивал свет небольших домашних ламп.

Мимо прошли жабы в соломенных шляпах с мотыгами на плечах. Когда сектанты поравнялись с одним из самых больших зданий в деревне, стоявшие на крыльце женщины жабы в пёстрых платьях поспешили скрыться.

Возле другого дома с золочёной резьбой, прямо на земле сидела на четырёх лапах толстая жаба, сгибаясь под тяжестью собственного веса. Она сильно походила на тех жаб, которые были вырезаны на перилах моста. Толстую жабу окружали женщины трудары, среди которых выделялся высокий, почти человеческого роста трудар, с железным поясом и длинным кривым мечом. Трудар стоял, скрестив мускулистые лапы на груди. Он подозрительно проводил людей взглядами и поманил одну из крайних жаб к себе. Жаба тут же бросилась к нему и стала отчитываться.

Отряд шёл не останавливаясь, минуя все дома. Наконец, они прошли к центру деревни, где находился большой каменный колодец.

— Подождите здесь, я доложу старейшине, — сказал Вуди и запрыгнул в дом, порог которого начинался в полуметре от земли. Вскоре планетянин вышел. — Старейшина Иннамото ждёт вас, но только того, кто умеет разговаривать на священном трударском.

— Мои друзья и я пленники здесь? — спросил Крис.

— Нет, старейшина, рад принять вас в нашей деревне как гостей. И пусть вы похожи на белых обезьян, но лучше вы, чем мерзкие дарханцы.

Крис решил не переводить слова Вуди отряду, а то Полански опять войдёт в свой репертуар.

— Тогда прошу, позаботьтесь о моих людях.

Вуди кивнул.

— Мы предоставим им лучшие дома в нашей деревне.

Крис вошёл, вернее, забрался в огромное деревянное здание, потому что его порог был слишком высок для ног человека. Внутри было сумрачно, пахло мхом и сухой бумагой. Нечто большое шевельнулось в дальнем углу. В первое мгновение Крису показалось, что ожила каменная статуя. Но нет. Пол комнаты занимал гигантский старейшина — он сидел на четырёх лапах, кожа его от времени посерела, покрылась мхом, а когда он не двигался, то и вправду походил на статую.

Крис присел на колени напротив старейшины. Выждав немного Крис осмелился взглянуть в мутные и глубокие глаза планетянина, глаза, в которых отражалась бесконечная мудрость и печаль тысяч прожитых лет.

— Ты понимаешь, что я говорю? — тяжело дыша прохрипел старейшина.

— Да, господин, — сказал Крис, — но вы разговариваете на другом языке, отличном от языка остальных трудар.

— Верно, — мутные глаза старейшины блеснули, — я проверял тебя, великий воин. Язык, на котором мы говорим, так же стар как и наш мир. Сотни тысяч лун назад, когда ещё наши далёкие предки были мальками в великом болоте, язык этот уже существовал. Нас научили ему, но он забылся, и только немногие существа на Дархане ещё его помнят.

— Я благодарен, что вы заговорили со мной на столь древнем языке, господин.

— А я благодарен, что могу с кем-то поговорить на нём… Так значит, ты нашёл зеркало-всех-языков? Похвально. Лишь великий воин способен достать столь древний артефакт… Почти сотню лун назад мы уже видели… человека. Один из вас приходил к нам. То был невероятно сильный и мудрый воин по имени Кром. Жаль только, что дарханцы охмурили его своими сладкими речами, а потом уговорили пройти лабиринт смерти и забрали артефакт, полученный им оттуда. Впрочем, как и твой… Они всё, всё забирают эти прокля́тые дарханцы, всё, что когда-то принадлежало нам, — Старейшина устал говорить, его большие, жёлтые глаза постепенно закрывались. — Тысячу лун тому назад, зеркало-всех-языков выковали наши предки, как и многое, многое другое... да… Всё, что написано в наших древних легендах правда… верь…

Крис нахмурился.

— Проблема в том, — начал он осторожно, — что дарханцы сказали мне, будто это их предки выковали древние артефакты.

Старейшина тут же проснулся от дремоты. Он топнул колонной-лапой так сильно, что с крыши посыпалась черепица.

— Наглая ложь, — старейшина покачал большой, тяжёлой головой. — Это наши предки сделали зеркала, шлемы и мечи. Подумай сам, зачем так называемые дарханцы ведут пленников в лабиринт? Чтобы достать оттуда своё же собственное оружие? Ха! Здесь же нет никакой логики.

— Мне казалось это нечто вроде ритуальной игры. В истории наших предков было что-то подобное.

Глаза старейшины открылись окончательно. Он покачивался из стороны в сторону и едва мог усидеть на месте.

— Мы, трудары, испокон веков жили на Дархане. Трудары первыми открыли металл, первыми придумали порох. А потом пришли они — высокие серокожие пришельцы. Их добро в итоге обернулось злом, и пришельцы захватили нашу планету. Долго мы воевали с ними, когда поняли их обман, сотни лун, но всё равно проиграли. Они забрали наши высокие города, уничтожили наше великое искусство и учёных мужей. Пришельцы отняли у нас всё, но этого им не хватило, и они поставили цель уничтожить весь наш народ. Мы были вынуждены прятаться в тех местах, куда они заходили меньше всего. Постепенно мы деградировали до полудикого состояния. Долгое время у нас не было даже оружия. Лишь сто лун назад, когда великий пришелец из других миров заново открыл нам секрет переплавки металла, мы сделали себе… что? Мечи! — старейшина грустно рассмеялся. — Но знаешь что, человек? Мы не унываем, ибо пришельцы тоже деградируют и забывают свои технологии. Они уже не помнят, как ковать металлы, как строить дома, как делать оружие. Мы же терпеливо ждём, чтобы восстать против них, и день этот случится скоро, о да, скоро случится этот день!

Крис не мог поверить своим ушам.

— Кхм. Кажется, я должен вас предупредить, старейшина. Недавно кое-что поменялось, и дарханцы обманом получили оружие моей расы.

— Очень плохо. Они весьма коварные твари, им нельзя верить, ни одному их слову. Ещё давно, когда сюда пришли другие существа, подобные тебе, и стали рыть землю, серокожие начали расстилаться перед ними. Уже тогда они мечтали заполучить вашу мощь, ваше оружие.

— Вы видели, как дарханцы сотрудничают с головорезами? — удивился Крис.

— Уже много лун они вместе. Пришельцы презрительны к вам, людям, но при этом они всегда мечтали заполучить оружие вашей расы, ваш ум и вашу мощь.

— Зачем им наше оружие? Мне казалось, у них есть рудники и даже своя техника.

— Посмотри на них, они живут на руинах нашей цивилизации. У них остались только крохи былой мощи, они давно уже разучились делать что-то своё. И сейчас, когда пришельцы получили ваше оружие, они не остановятся уже ни перед чем. Скорее всего, они хотят использовать его против других серкожих своего вида. Их надо остановить, если они снова поднимутся, то уничтожат не только нас, но и другие расы. Или того хуже, возьмут в рабство, как малышей лиркунов.

Крис помрачнел.

— Мне казалось лиркуны добровольно трудятся на серокожих.

Старейшина посмотрел на Криса мутными глазами.

— Ты, должно быть, ещё юн, чело-век. Лиркуны пришли вместе с серокожими с их планеты. Уже тогда они были их рабами. Я вижу ты великий воин. Помоги нам. Помоги нам уничтожить дарханцев!

Глава 58. Муриман

Так вот значит как. Похоже, я не ошибся, дарханцы действительно сотрудничают с Метрополией. И Маркуса Дрейка тоже предупредили они. Значит, заполучили оружие и думают, что вышли сухими из воды? Ну, погодите у меня, скоро я с вами разберусь…

— Я посмотрю, чем мы сможем вам помочь, — сказал Крис вслух.

— Спасибо тебе, чело-век, — сказал старейшина. — Надеюсь ты примешь правильное решение. А сейчас… уже поздно, и я устал. Я распорядился, чтобы твоих людей расположили в одном из лучших домов деревни. Только будьте начеку, ночью стало опасно, особенно в последнее время. Трудары вокруг говорят, что древнее зло пробудилось. Имя ему Муриман. Когда я был маленьким зародышем он уже наводил страх на окрестные земли, но тогда нашим предкам удалось заточить его на дне расщелины и придавить огромным камнем. Долго сидел он под охраной недреманных стражей леса, но кто-то снял печать и Муриман вновь вырвался на свободу…

Крис откланялся и не спеша вышел. Старейшина, на прощание, кивнул своей большой поросшей мхом головой.

На улице стояла прохладная звёздная ночь, но Крис ощущал жар. Так вот что значил тот камень, на дне рва! Если бы мы не потревожили скорплионов, ничего не случилось бы сейчас. Не завладели бы Дарханцы оружием Метрополии и не страдали бы трудары от нападок той твари, что высасывал скорплионов вместе с костями Но, с другой стороны, у меня тоже не было выбора. Я всего лишь хотел спасти своих людей. Иногда принятые решения оказывались хорошими, а иногда, как сейчас, тянули за собой цепочку других проблем, как домино.

Вуди уже ждал Криса снаружи.

— Ну как всё прошло?

— Ты же сам слышал. Старейшина просит помощи.

— Он переживает за нас, потому что мы все его дети — сказал Вуди. — С самого детства нас учат скрываться и прятаться, ничем не выдавать своего присутствия. На моей памяти мы уже трижды снимались с обжитых мест и переезжали в другие, менее комфортные, но более скрытные от глаз дарханцев земли. Все уже устали жить в бесконечном страхе перед ними… Прости, — сказал Вуди, когда Крис зевнул, — Следуй за мной.

Через две минуты Вуди остановился перед одним из самых больших домов в деревне. Его каменные стены посинели от древности, а крыша была не из травы, как в остальных домах, а из непонятных чёрных пластин. Вместо двери была выдвижная панель из тонкого вещества, напоминающего бумагу, но, как заверил его Вуди, по прочности перегородка лишь немногим уступала стали. Зато полы были из самых обычных обструганных деревянных досок. Внутри оказалось прохладно и пахло сырым камнем. Вуди дал Крису четыре толстых линялых ковра, больше похожих на маленькие матрасы, и ушёл.

Крис разделся и положил доспехи возле себя, а нож спрятал под огромный кусок мягкого растения вроде губки или мха, который по видимому заменял подушку. Крис осторожно прилёг на ковры и накрылся лоскутами одеяла — трудары явно не рассчитывали, что встретятся с существами больше себя по размеру. По полу сквозило холодом, ветер то и дело шумел в крыше, а хлипкие двери вздрагивали от каждого случайного дуновения. Крис поворочался на ковриках, но всё же заснул.

Проснулся он от того, что за прозрачной дверью появилась тень. Он потянулся к ножу и замер. Потихоньку дверь стала открываться и на пороге, в свете лунной ночи, появилась фигура человека в доспехах сектанта. Крис напрягся, он ещё не забыл, как на Сектариуме его пытался прикончить головорез. Фигура сделала шаг вперёд, по её лицу пробежался лучик лунного света.

Крис со всего размаха швырнул один из матрасов в вошедшего.

— Бен, ты с ума сошёл? Я чуть не прикончил тебя.

Бен приложил палец к губам. Он остался стоять на пороге.

— Я знал, что ты проснёшься. Ты всегда начеку, как и положено Рэлиту. У нас большая проблема.

Крис встал.

— Какая ещё проблема?

— Вут сбежал.

— И? — протянул Крис. В последнее время выходки Бена всё чаще начинали его раздражать. — Откуда вдруг такие выводы?

— Я следил за ним. Ты не подумай, что я ему не доверяю. Я в принципе никому не доверяю, такова уж моя натура. Так вот, этот негодяй долго путал следы и дважды прошёлся вокруг деревни, но меня так просто не проведёшь. Я замер в тени домов, и благодаря доспехам, Вут не смог меня увидеть. А я его смог. Держу пари, сейчас он возвращается обратно.

— Куда?

— На Дархан, конечно. Мне кажется, что именно он был тем шпионом, который пытался убить тебя на Сектариуме.

— Сомневаюсь. Вут спас меня, уже дважды, кстати. Именно он помог мне перейти между мирами, и он же вовремя выкинул бомбу, вживлённую в тело головореза.

— Этот никчёмный Вэлит притворяется. Возможно, уже сейчас он хочет тебя подставить. Как думаешь, если Вут срубит несколько «священных» рощ, будут ли тебе благодарны местные жители? А если он сойдёт с ума и зарубит пару мирных жаб в их домах? Вот и я о том же. Ему нельзя доверять. Он слишком кровожадный. Весь вечер только и бормотал о том, что должен кого-то прикончить.

При этих словах Крис вздрогнул и принялся одеваться.

— Тс! Тише!

— Это ты шумишь так, что тебя за милю слышно!

— Святая Метрополия, зачем я только пошёл с тобой?

— Это же была твоя идея. Ты сам навёл меня на след.

Крис ругал себя, что послушался Бена и потащился с ним ночью в инопланетный лес. Сизые деревья угрожающе покачивали длинными, тонкими ветками в свете гигантского газового спутника планеты. Следы вели вокруг деревни, а потом завернули в рощу. Вут, похоже, заметил слежку за собой, потому что дальше следы обрывались. И как Рэлиты не искали, ни Крис, ни Бен не могли найти и намёка, куда Вут отправился дальше.

Крис предложил пойти вдоль деревни, по берегу реки. Он бы и сам двинулся этим маршрутом. Вскоре показался мост. Крис перешёл его и остановился, оглядывая замершие деревья. Увитый кольцами спутник светил ярче, чем на Лотариуме и стало светло, как в предрассветный час. Бен догнал Криса.

— Похоже, нам уже его не найти. Беру свои слова обратно, всё-таки этот Вэлит чего-то стоит. По крайней мере, следы запутывать он умеет.

Крис не отвечал, вглядываясь в рощу. Что-то среди деревьев привлекло его внимание к себе.

— Вон там. След от ножа и ветки обломаны. Нам туда.

— Так, вроде мы оттуда вчера пришли, — нахмурился Бен.

— Именно. Но этот свежий и ведёт отдельно.

Дальше Вут шёл, не скрываясь. Крис видел его путь отчётливо. Вскоре следы вывел Рэлитов к озеру, вода в котором слабо сияла в жёлтом, приглушённом свете спутника Дархана. Над кромкой воды клубился лёгкий туман, а глубоко на дне озера можно было разглядеть, как копошились длинные тени.

Когда Рэлиты приблизились к берегу, в траве раздался шорох и огромная белая рыба медленно поплыла по воде. Она развернулась в сторону людей и замерла, мерно покачиваясь, словно на ветру. Её длинное тело было похоже на молочную кость с кромкой алых полос, а большая вытянутая голова на цветочный бутон. Массивная рыба качалась на волнах, созерцая спутник, висевший высоко в небе, потом приподняла голову из воды, и её тело начало медленно скользить вперёд. Казалось, ещё немного, она взмоет в небо и улетит.

Но этого не произошло. На глубине проскользнула большая тёмная тень и схватила рыбину. Рыба задёргалась, извиваясь и плескаясь, вода вокруг неё забурлила. Рэлиты схватились за ножи, но не успели. Через мгновение рыба пропала под водой, только круги расходились в том месте. Звуки смолкли. Секунду спустя вместе с пузырями на поверхность всплыла белая, пустая шкура, похожая на, выжатую тряпку.

— Муриман, — выдохнул Крис

— Смотри! — Бен показал пальцем в глубину озера.

Внизу билась гигантская тень, а возле неё ещё одна поменьше. Крис первым ударил ножом, огненная полоса прочертила воздух и с шипением рассекла воду. Казалось, тварь на дне одолевает агония. Крис бил ещё и ещё, к нему присоединился Бен, тени внизу задёргались, на поверхность вырвались пузыри вместе с похожим на ртуть веществом. Большая тень дёрнулась, уйдя на глубину, а потом и вовсе пропала. Вскоре только волны плескались о берег, да и те стали смолкать.

— Метрополия всемогущая, что за… штуковина тут была? — спросил Бен, брезгливо морщась от кислого запаха ртутной жидкости.

— Муриман, тварь, которая выпила скорплионов. Не знаю, жива она или нет, но не хотел бы я столкнуться с ней, когда она выберется на поверхность. Давай убираться отсюда, пока нас никто не заметил.

Утром в их доме раздался стук. Тотчас тонкая панель отодвинулась в сторону, и внутрь вошёл Кварк. Он вытащил курительную трубку из белесого рта и выпустил дым в сторону человека.

— Тебя ждёт старейшина, чело-век, — проквакал Кварк.

Крис закашлялся от дыма, но оделся и последовал за Кварком.

— А где Вуди? — спросил Крис.

— Вуди…Помогает вашим собираться в дорогу. Вы уходите.

— Как, уже?

— Таково слово старейшины, — отрезал Кварк и не проронил больше ни слова.

Идти рядом с Кварком оказалось тяжело, от него так и веяло не то презрением, не то кровожадностью. Крис не забыл, что именно Кварк хотел сразу убить всех сектантов и, несомненно, сейчас только приказ старейшины удерживал планетянина.

Жизнь в деревне кипела. На единственной улочке появились маленькие трёхколёсные тележки, куда трудары грузили свои вещи. Крис ещё раз взглянул на Кварка, но решил не задавать лишних вопросов. Кварк провёл его мимо дома, где ночевали сектанты. Снаружи уже стояли Шон Финк и Кэтрин. Дверь открылась, в неё протиснулся гигант Гордрик.

— Доброе утро, — сказал Крис.

— Капитан! Может, вы знаете, что здесь происходит? — спросил Росс. — Мы совсем не понимаем по-жабьи! Они угрожают нам оружием и показывают на дверь.

— Трудары хотят, чтобы мы ушли. Передай остальным, чтобы не сопротивлялись. Похоже, они и сами снимаются с насиженного места. Я пойду к старейшине, чтобы узнать больше, так что не ждите меня. Встретимся за мостом.

Росс кивнул, а Крис догнал Кварка, который уже допрыгал до дома старейшины и стоял возле ступеней, опираясь на меч. Крис запрыгнул на высокий порог и вошёл внутрь. Окна были забраны занавесками, в комнате стоял полумрак. Старейшина дремал на передних лапах, но проснулся, когда человек вошёл. Крис ещё раз поразился, насколько старейшина походил на поросшую мхом статую трудара.

— Вы звали меня, старейшина?

— А это ты, Крис… — старейшина покрутил мутными, жёлтыми зрачками. — Глаза мои уже совсем не те... Я хотел поговорить с тобой, прежде чем мы расстанемся. Этой ночью Муриман уничтожил нашу священную Кох-тар — белую рыбу, — старейшина помолчал, а потом продолжил. — Теперь Муриман примется и за нас и не остановится, пока не уничтожит всех. Но мы так просто ему не сдадимся. Мы решили съехать в другую деревню, много их ещё осталось с древних времён, много…

— Старейшина, — сказал Крис. — Похоже, что этой ночью мы с моим другом видели, как какое-то существо уничтожило Кох-тар. Мы пытались его остановить, но не смогли.

Старейшина кивнул.

— Думаешь, я не знаю этого, чело-век? — Глаза старейшины засверкали. — Не вмешайся вы тогда, никто из вас не проснулся бы сегодня. Только поэтому вы ещё живы. Но нам надо расходиться. Иди и помни про нас. Не забывай о нас, ведь мы великая раса трударов, истинных потомков Дархана. Однажды мы вновь будем править этой землёй!

Крис попрощался со старейшиной и вышел. На душе у него оставался неприятный осадок — старейшина не то обвинял его, не то пытался что-то сказать. Зеркало хоть и научило понимать чужую речь, но оно не могло научить понимать сквозившее между слов.

Снаружи было пусто. Кварк уже ушёл, остальные трудары даже не обращали на человека внимания, продолжая собирать вещи. Крис дошёл до своего дома и пошёл к мосту. Там уже ждали остальные сектанты верхом на муравьинах — трудары привели больших насекомых для людей из леса. Казалось, здесь были все, но всё же кого-то не хватало…

— Вута нет, — подсказал Бен. — После вчерашнего он так и не вернулся.

— Скачите вперёд, я вас догоню, — приказал Крис.

— Может, ты хотя бы расскажешь, что произошло?! — возмутился Росс.

Крис обвёл взглядом своих людей и вздохнул. Он вкратце пересказал им события прошлой ночи, не обойдя стороной и последний визит к старейшине. Закончив, Крис снова попросил всех его не ждать. Сектанты немного замешкались, но поехали по каменной тропинке. Один Бен не двинулся с места.

— Тебе что, особое приглашение нужно?

— Я подумал, что раз уж ты решил разобраться с Вэлитом, то моя помощь тебе точно не помешает.

— Я не собирался с ним разбираться, я просто хотел его найти и…

Ближайшие кусты затрещали, оттуда вышел Вут собственной персоной. Его доспехи были густо облеплены слизью, на шее висел большой длинный изогнутый коготь.

— Вообще-то, я ни от кого не прячусь, — сказал Вут, тяжело дыша.

— Святая Метрополия, ты что в грязи валялся? — ужаснулся Бен и отпрянул подальше от Вута. На чумазом лице Вута появилась кровожадная ухмылка.

— Почти. Я славно поохотился этой ночью.

— Поохотился? — возмутился Бен. — Да нас из-за тебя чуть не повесили на…

— Постой, — сказал Крис. — Что там у тебя?

— Ах это… — Вут оглянулся, словно позабыв, что тащил позади.

В заведённых за спину руках он держал длинное щупальце, исчезавшее среди кустов. Вут с усилием зашагал вперёд, и из листвы показалось серое, плотное тело пришельца.

У Муримана было четыре клешнеобразных ноги с когтями, жвалами и шипами, и треугольная голова с пятью глазами, утопленными в мощных костяных пластинах. Казалось, голова твари состояла из одной большой пасти со множеством мелких иглообразных зубов. Тело четырёхметрового существа было увито мышцами и, кроме ног, имело одну целую лапу с тремя длинными пальцами, причём каждый заканчивался острым когтем. Второй лапы не было, вместо неё торчал обрубок культи. На боку существа зияла огромная рана, откуда сочилась ртутная жидкость с кислым запахом. Бен присвистнул, обходя тело пришельца и меряя шагами.

— Вот это чудо́вина! Где ты такого монстра откопал?

— Я же говорю, хорошо поохотился этой ночью, — просиял Вут. — Я слышал, одна тварь тревожила местную округу. Больше не потревожит, — он вновь улыбнулся. — Кстати, спасибо вам. Вы отрубили ей одну лапу. Даже не знаю, смог бы я справиться с ней, будь у неё обе конечности.

Он сиял как праздничная лампочка, хотя был обляпан слизью и грязью с головы до ног. Крис с Беном переглянулись и захохотали. Глядя на них, Вут тоже засмеялся.

Глава 59. Настоящие дарханцы

Вечером того же дня, их отряд вернулся в город. Расстояния на Дархане были огромными, и если бы не муравьины, путешествие растянулось бы на месяцы. Более часа отряд нёсся по равнине с бешеной скоростью, прежде чем показался берег моря. Отсюда Крис уже хорошо знал дорогу назад. Сектанты промчались вдоль берега.

Вскоре море скрылось, и впереди вновь потянулась бескрайняя ультрамариновая равнина. Спустя ещё полчаса на горизонте появилась чёрная точка, медленно стала увеличиваться и, наконец, выросла в девять высоких башен, вершины которых терялись в зелёных облаках. Город, именуемый домом Альмарисов, постепенно приближался.

Вскоре Крис заметил кое-что ещё. Знакомые очертания боевых машин Метрополии тоже ехали в сторону города. Он вздрогнул. Неужели головорезы напали на Дарханцев?

Крис пришпорил муравьина, и существо пошло так быстро, что ветер бешено завыл над головой. Не прошло и минуты, как Крис понял, что ошибся. При помощи увеличения на маске он смог различить номер отряда — RET. Это была та техника головорезов, которую дарханцы прятали от него!

Вот только нечто странное было в этих машинах. Нет, конечно, паровой шагоход уже сам по себе довольно странная штуковина. Но Дарханцы почему-то раскрасили технику головорезов в кислотно-жёлтые и ярко-синие цвета, сохранив при этом номер отряда. Флаг Метрополии они перечеркнули красным крестом.

Но не это смутило Криса, а то, что позади техники тянулась длинная вереница скованных цепями дарханцев — мужчин, женщин, детей и даже их крылатых питомцев, сидящих в больших клетках. С обеих сторон от пленников ехало с полсотни других дарханцев на муравьинах. Их серая кожа была в чёрных пятнах, на спинах висели длинные мечи.

Всадники заметили приближавшихся сектантов. Протрубил горн. С десяток ездоков пришпорили муравьинов и, размахивая оружием, бросились к людям.

— Что происходит? — спросил Финк по внутренней связи. — Я думал Дарханцы наши друзья.

— Друзья? — вспыхнул Росс. — Друзей не бросают в клетки.

В эфире раздался испуганный вскрик Кэтрин, и все заголосили одновременно.

— Хватит паники, — Крис еле втиснулся в общий гвалт. — Держитесь позади меня и приготовьте оружие. В случае чего, не ввязывайтесь в глупую драку, открывайте порталы и возвращайтесь на Сектариум. За меня не переживайте, я не пропаду.

Разъярённые всадники приблизились, теперь наворачивая кольца вокруг сектантов. Один из дарханцев что-то крикнул и всадники остановились. Дарханцы воткнули длинные мечи в землю, преграждая людям путь. Крис выехал вперёд, встав перед самым рослым планетянином.

— Именем Легирия Шестого, стойте, — приказал дарханец.

— Легирия Шестого я знаю страж, — холодно сказал Крис, — а тебя нет.

Всадник едва не вылетел из седла от удивления.

— Чужак, откуда тебе известен наш священный язык?

— Неужели ты не узнал меня? Я Крис, гость дома Альмарис и друг твоего правителя Легирия Шестого.

Дарханец сплюнул жёлтую жижу в траву.

— Если ты Крис, то я Альдерта! Про Криса говорят, что одной рукой он может переломить хребет песчаному льву, а другой приструнить самого непокорного муравьина.

— А молнию из задницы он не изрыгает? — спросил Крис. Стражники засмеялись. — Слухи явно преувеличивают мои скромные таланты.

Дарханец, наконец, улыбнулся.

— Только один человек может вести себя столь храбро перед стражами Дархана. Я знал, кто ты такой, но хотел сам проверить правдивы ли слухи.

— И как, правдивы?

— Полностью. Ты храбр и остёр на язык. Если все люди такие же, то вы очень сильная раса, — стражник откашлялся. — Я командир Тильм, главный военачальник дома Альмарис, приветствую тебя, о человек. Продвигайтесь дальше без страха, никто больше не посмеет остановить вас.

Крис отдал честь Тильму и передал остальным сектантам, чтобы ехали вперёд. Сектанты помчались к городу, где их ждала свежая еда и горячий душ. Крис вместе со стражами подъехал к веренице пленных пришельцев. Первым делом ему бросилось в глаза, что кожа скованных дарханцев слегка отличалась и имела голубоватый отлив. Увидев человека на муравьине, пленники встрепенулись, начав шептаться. Серокожий дарханец щёлкнул хлыстом.

— Кто эти дарханцы, и почему они скованы цепями? — спросил Крис у Тильма.

— Предатели из соседнего дома, он не стоят твоего внимания, — отмахнулся Тильм.

— Я думал, вы дружите с соседями.

Тильм сплюнул жёлтой жижей в траву.

— Хороши же соседи. Эти цапа не захотели помочь нам, когда мы ползали перед ними на коленях, прося о помощи. Когда же мы победили головорезов и забрали их оружие, то дома Даркис, Аррим и Лаурис пришли к нам и начали просить поделиться технологиями пришельцев. Знаешь, что им ответил наш доблестный и справедливый правитель? Он пообещал уничтожить их дома с лица земли, а затем захватить весь этот континент.

Крис помрачнел, пальцы сами собой стиснули поводья.

— Вот значит как? Ну это мы ещё посмотрим…

Ни слова больше не сказав, он пришпорил муравьина и умчался прочь.

Легирий Шестой, правитель дома Альмарис ужинал. В обеденной зале горели масляные лампы, отсветы пламени поблескивали на золочёных кубках, озорно играя в драгоценных камнях. Вокруг суетились маленькие слуги, услужливо поднося к столу одно блюдо за другим.

Легирий, одетый в махровый халат и в домашние тапочки, кушал, наморщив большой плоский нос. То и дело он бросал гневные взгляды в угол, где были прикованы цепями двое дарханцев. Малыш лиркун поторопился и случайно наступил правителю на ногу. Легирий взвыл от боли, опрокинув кубок с вином. Кубок покатился по столу, испачкав скатерть, и со звоном упал на пол. Лиркуны зажали уши, втягивая головы в тонкие шеи. Легирий занёс длинную как хлыст руку над дрожащим малышом, когда двери в залу с треском распахнулись.

Криса попытались остановить два стражника, но он нырнул между их длинных рук, и планетяне неуклюже ударились друг о друга.

— Вижу вы тут развлекаетесь? — сказал Крис. — Надеюсь, я не помешаю?

Легирий опустил поднятую руку, малыш лиркун поспешил скрыться. Остальные лиркуны начали суетиться возле стола. Легирий оправил полы халата.

— Приветствую, мой друг! Э-э-э… какими судьбами тебя занесло в мои покои?

В столовую, толкаясь протиснулись долговязые стражи.

— Простите, господин, мы не смогли его остановить.

— Не сомневаюсь. Где вам дуболомам угнаться за героем, прошедшим лабиринт? — лица стражей вытянулись, увидев это Легирий, метнул на них гневный взгляд. — Идите, идите, не мешайте нам разговаривать.

Стражники, кланяясь и, задевая друг друга, вышли.

— Заходи, друг мой. Не желаешь ли отужинать с дороги?

Скатерть уже поменяли, перед правителем стояло большое золотое блюдо, на котором лежал политый соусами кровоточащий кусок пышущего жаром мяса. Легирий взял нож и продолжил есть. Крис прошёл вперёд и стоял теперь за противоположной стороной стола. Он метнул взгляд на пленников в углу и на толстые ошейники лиркунов.

— Так по какому вопросу занесла тебя сюда столь долгая дорога? — спросил Легирий, жуя мясо. Из уголка его больших, серых губ, потекли струйки красного сока.

— Я слышал, — начал Крис, — вам удалось захватить своих соседей.

— Истинная правда, слава Альмарису, первому правителю нашего дома. Если бы не техника, которую ты столь любезно нам предоставил, нам никогда бы не удалось покорить соседей. А теперь наш дом наполнился драгоценностями и реликвиями. Можешь не сомневаться, часть добычи уже ждёт тебя в твоей комнате. Легирий Шестой умеет быть благодарным и никогда не забывает помощи друзей.

Крис прищурился.

— Так вот значит, как ваша раса захватывает себе рабов?

— Не понимаю, о чём ты, — Легирий продолжал резать мясо на кусочки, не поднимая головы от стола.

— Я видел, сколько дарханцев вы взяли в рабство.

— Ах это… Если бы мои соседи захватили мой дом, то поступили со мной и с моими слугами точно так же. В нашем мире более слабый всегда становится рабом у более сильного.

— Сильного за счёт хитрости и обмана, — вспыхнул Крис.

— Тем не менее, — продолжал Легирий — победа есть победа. К тому же, я хорошо отношусь к своим рабам. Здесь они в безопасности, и никто не смеет их трогать — добавил он с гордостью и впервые взглянул на Криса.

— А трударов вы так же захватили и обокрали?

Легирий сник и снова уставился в свою тарелку.

— То было давно, — сказал он. — Я удивлён, что ты вообще знаешь об этом, человек. Мерзкие жабы проиграли моим предкам в очень далёкие времена.

— Наверное, война ваша была такой же, как сейчас? Я смотрю ваши предки мастера применять сильные технологии против слабых рас, да?

Легирий не нашёлся что ответить. Он молча нарезал мясо на всё более мелкие кусочки. Крис метнул последний взгляд на правителя, на малышей лиркунов, на пленников в углу и вышел.

В полной тишине сектанты сидели в главном зале, даже выздоровевшие Анна и Рон пришли. Двери открылись, в большую комнату вошёл Крис. На его алом плаще появились свежие пятна синей грязи, которые он старательно пытался отряхнуть. От него пахло порохом и чем-то ещё.

Крис сел в единственное свободное кресло и уставился в одну точку. Сектанты зашептались, только Салли Трайн сидел, нервно топая грязными башмаками.

Полански громко кашлянул, затем хмыкнул, но Крис словно всё ещё был не здесь. Росс со Штэфаном переглянулись.

— Ну что, как всё прошло?

— Да, Крис, мы хотим знать.

Отовсюду полетели вопросы.

— Что происходит? Почему нас заключили под стражу? Что за битва громыхает за городом? Откуда взялись пленные и куда их ведут?

Крис потёр уставшие глаза.

— Плохи наши дела, — сказал он. — Из-за нас тут такая каша заварилась, что попахивает континентальной войной.

— Континентальной?! — удивился Росс. Адам нервно хохотнул.

— Да. И дела тут намечаются нешуточные. Я говорил с Легирием и другими дарханцами. Похоже, они не собираются останавливаться на одном городе.

— А по мне хоть пусть всей планетой воюют между собой, — зевнул Адам, — нам же только легче станет.

— Ты не понимаешь… Мы заварили эту кашу, и нам её теперь расхлёбывать.

— И что ты предлагаешь? — спросил Бен.

Крис помолчал, на него смотрели все без исключения сектанты.

— Есть лишь один выход — уничтожить дом Альмарис. Только так мы сможем предотвратить войну.

— Ты с ума сошёл? — закричал Бен.

— А я за, — сказал Вут. Кривой коготь сверкнул у него на груди. — Когда начинать?

— Я на такое не подписывался, — опешил Полански. — Мне нет дела до войн этих уродов. Пусть хоть переубивают друг друга, нам то что?

— Кто-то ещё хочет высказаться? — спросил Крис.

— Гордрик идти, — пробасил Гордрик.

— Я не боюсь драки, главное, чтобы наше дело было правым, — улыбнулся Штэфан.

— Постойте, вы что? — вскричал Бен. — Вы хоть понимаете, чем это нам грозит? Тут попахивает войной между мирами! Не принимай поспешных решений Крис, вначале нам нужно посовещаться с Драгоном.

На улице раздалась серия взрывов, затем крики.

— Уже поздно, — сказал Крис. Он подошёл к двери, запер её на засов. Почти тут же с той стороны раздались сильные удары. — Я заложил взрывчатку под десяток шагоходов. Как видите, дарханцы быстро поняли, что это наших рук дело.

— Кретин, — крикнул Бен, сползая на пол.

Вместо ответа Крис открыл портал. Трёхметровое зеркало портала загудело, покачиваясь в воздухе. Удары в дверь стали сильнее.

— Нам пора уходить, но надеюсь, мы ещё вернёмся.

Глава 60. Принцип невмешательства

Тремя днями позже, когда сектанты вернулись домой, Крис велел всем отдыхать после утомительной дороги между мирами, а сам отправился прямиком к Драгону. К удивлению Криса, Отец уже ждал его.

Крис постучался в толстую дверь, та открылась сама по себе. Внутри был накрыт длинный стол, уставленный яствами — плодами со всех возможных планет, жидким съедобным паром, живыми кульмтирами. Блюда стояли в серебряных и позолоченных тарелках, оставаясь постоянно горячими благодаря изобретению безвестного инопланетянина. В центре расположили особые деликатесы — земные фрукты и запечённый ягнёнок.

Противоположная дверь отворилась, вошёл Отец Драгон в начищенных до блеска доспехах, фиолетовом бархатном плаще и с закрытой маской лицом. Уверенной походкой Отец подошёл к столу.

— Присаживайся и угощайся, — предложил Драгон, и его голос гулко прозвучал из-под маски на лице. Крис недоверчиво сел за край стола поближе к Драгону. Крис отрезал кусочек мяса и принялся есть, то и дело поглядывая на Отца, который по-прежнему сидел не снимая маски. Словно догадавшись о его мыслях, Отец рассмеялся.

— Не переживай, я уже поел, — сказал он металлическим, искажённым модуляциями голосом. — Прости, что не снимаю маски.

— Я всё понимаю. Каждый имеет право на анонимность.

— Верно. Многие сектанты предпочитают не выдавать свою личность даже другим сектантам. Так безопаснее, особенно учитывая, что многие втайне сотрудничают с торговцами Семилунного, а кто-то даже пытался жить обычной жизнью в городе. Ну или, по крайней мере, так было раньше, пока Семилунный не оккупировала эта прокля́тая Метрополия.

Пока Крис поглощал еду, Драгон отошёл к окну и наблюдал за земными животными, пасущимися во внутреннем дворе. Когда Крис доел, Драгон вернулся к столу.

— Ну а теперь рассказывай, что там на самом деле произошло на Дархане. А то ходит слишком много слухов вокруг этой истории. Даже я не уверен, какие из них правдивы, а какие ложь. Но пока всё сходится в одном, говорят, ты навёл там много шума.

— Ты и об этом уже знаешь? — Крис поднял бровь.

Драгон кивнул, а Крис между тем всерьёз задумался. Либо под его руководством были слишком болтливые сектанты, в чём он сомневался, либо кто-то из отряда намеренно сливал информацию. Вот только кто?

Крис вытер салфеткой уголки губ, и в подробностях пересказал всё, что произошло на Дархане. Отец, не перебивая, слушал. Наконец, когда Крис закончил, он спросил.

— И что ты намереваешься делать дальше?

— Я как раз хотел посовещаться с тобой. Моим первым желанием было собрать своих людей и выколотить эту дурь из пришельцев, но…

— Но твой разум Рэлита подсказал тебе правильный путь, — сказал Отец. Крис вздрогнул и в упор уставился на Драгона, но Драгон этого не заметил.

Он встал и зашагал по комнате, заложив руки за спину.

— Ты юн и горяч, в тебе бурлит кровь, а я уже прожил многие годы и повидал своё. Давай рассуждать логически. С одной стороны, у нас есть пришельцы, напавшие на коренных жителей планеты. Прошли сотни лет и существа на Дархане привыкли к такому образу жизни. Всё устаканилось и пошло по кругу. С другой стороны есть мы. Люди. Для жителей той планеты мы такие же пришельцы, даже хуже. Дарханцев они хотя бы знают, а нас нет. И не факт, что мы окажемся лучше существ, которые их поработили.

— Не понимаю, куда ты клонишь?

— А вот куда. Мы не можем вмешиваться в дела чужой планеты. Это главный принцип всех сект, принцип, который помог нам дожить до сегодняшних дней. Принцип невмешательства.

— Невмешательства? — удивился Крис. — Я думал, сектанты сражаются за справедливость, свободу и так далее по списку.

— Вот именно. Мы боремся за свободу. Свободу для людей, людей, понимаешь? Не пришельцев. Здесь кроется большая разница. Мы не можем вмешиваться в дела других планет. Какой бы планета ни была, для местных жителей мы всегда будем пришельцами, а они будут пришельцами для нас. Ты, например, можешь с точностью сказать кто и когда захватил Дархан? Не можешь. И уж тем более мы не можем рассудить, кто из них прав, а кто нет. Каждый будет говорить, что его раса всегда жила на Дархане, но мы с тобой никогда не сможем узнать правды.

— Ты мастер кидаться словами, а за ними что-то стоит?

— Ну давай, раз ты начал. Думаешь трудары истинные жители Дархана? Пф, да их всего-то одна-две деревни на всей планете.

— Откуда такая информация? В Книге Миров этого нет.

— Не всё записывают в Книгу Миров, — сказал Драгон насмешливо. — Я был на Дархане однажды, лет десять тому назад. Там полно других существ кроме дарханцев и трударов, и все утверждают что Дархан их родная планета, а их собственная раса самая лучшая и самая первая. И это только одна нестыковка, но за что ни возьмись, таких нестыковок будут сотни. Надеюсь, теперь ты понимаешь, почему мы не можем затевать войны на других планетах? Они чужие для нас, мы почти ничего не знаем о местных жителях и потому не можем их рассудить. Да и чем тогда мы будем отличаться от других пришельцев, которые когда-то так же пришли и завоевали планету какой-то другой расы?

— Допустим. Но что, если одни существа начинают войну против других?

— И что? Нам то, что с того? Это их война, Крис. У нас хватает и своих проблем, посмотри вокруг, ты прекрасно видишь, что происходит. Но я тебя обрадую. Принцип невмешательства говорит ещё кое о чём.

— О чём же?

— Он говорит, что мы не должны вмешиваться в чужие дела, но обязаны вмешиваться в свои.

— Ты сейчас про Метрополию намекаешь?

— Именно, ты схватываешь на лету. Метрополия — наш главный враг, и мы обязаны воевать против них. Либо мы, либо они, другого не дано. Сотни отрядов головорезов каждый день тяжёлой пятой проходятся по множеству планет. Мы можем и даже обязаны сражаться против их вторжения на другие планеты, потому что их действия несут удар по всем нам в целом, как человеческой расе.

— Постой-постой. Я тут кое о чём другом вспомнил. То есть как это вмешиваться не можем? А как же ты говорил, чтобы я научил дарханцев, как бороться против Метрополии?!

— Это другое. По сути мы не вмешиваемся в их дела, а только помогаем им защищаться. Ну и… параллельно обеспечиваем и себе достижение поставленных целей.

— Лицемерие и двуличие.

— Ты просто ещё не понял, что значит принцип невмешательства. Мы не должны вмешиваться в чужие дела, пока они не пересекаются с нашими. Война между планетянами — не наше дело. Война планетян против наших врагов — наше дело. Вот и всё. Там, где мы можем, мы должны научить другие расы бороться против Метрополии, потому что нас мало. В ход могут пойти любые средства: политические интриги, заговоры, тайные планы, изменение морали и мыслей, внедрение шпионов, да и вообще что угодно, если нам это на руку… Но мы не должны сражаться за другие расы и вместо них, или делать что-то ещё, что выставит нас в худшем свете и мы окажемся неправы. Нас мало, Крис, мы не можем сделать всего, не забывай об этом. Мы можем только подтолкнуть и направить, не более.

— То есть, суть твоей логики в том, что мы должны бороться с куда бо́льшим злом и зло это — Метрополия. Так?

— В точку.

— В твоей логике полно изъянов. Идти против Метрополии — самоубийство, а сражаться чужими руками трусость.

— Юнец! Не тебе меня учить! Сначала найди свою правду, правду не из чужих уст, а настоящую, нутряную правду. Ну а потом борись за неё, но будь готов расплатиться своей жизнью. Что касается меня, то я такую правду нашёл, и это мой принцип невмешательства. Твоё здоровье.

Отец поднял кубок правой рукой и попытался поднести к маске, как рука задрожала. Он хотел вернуть кубок на стол, но расплескал содержимое. Пальцы Драгона разжались, кубок со звоном покатился по полу. Он схватился за плечо и с трудом отвёл руку под стол.

— Прости… — прохрипел он, — устал после долгого путешествия.

— Ничего страшного, — сказал Крис, вытирая салфеткой вино со стула.

Отец встал и поспешил выйти. Его походка показалась странно знакомой, и Криса осенила догадка. Ну конечно! Фиолетовый плащ, сверкающие доспехи, дорогая мишура, всё это сделано, чтобы замаскировать настоящую личность.

— А ведь я знаю, кто ты, — прищурился Крис. — Сколько лет сколько зим, старик.

Отец замер на пороге.

— Мне кажется, вы меня с кем-то перепутали, юноша.

— О нет. Конечно, трудно бывает узнать человека, с которым прожил целый месяц на заброшенной планете, но невозможно забыть того, кто хотел тебя убить!

Щёлкнула задвижка двери. Отец повернулся и снял маску. Из-под неё выбились седые пряди волос, упав на уставшее, стареющее лицо с обвисшими веками. Перед ним стоял Галдахар собственной персоной.

— Ты, — воскликнул Крис.

— Боюсь, что, — сказал Галдахар, — в этот раз мне точно придётся убить тебя.

В руке старика появился пышущий жарким пламенем нож. Искры густо соскакивали с клинка, с шипением падая на пол. Крис похлопал себя по голени, но его нож куда-то пропал.

— Как?

— У меня свои секреты, — скромно ответил Галдахар. — В любом случае он тебе бы не помог. В своём доме я могу убить кого угодно, даже в такой плохой форме, как сейчас…

Старик начал приближаться. Его нож увеличился в размерах, языки пламени стали плясать ярче, теперь почти касаясь потолка. Крис отпрянул от искр и жара, но Галдахар остановился.

— Нет… не могу.

Галдахар убрал нож в ножны. В комнате внезапно стало тускло и тихо.

— Послушай, Крис. Если ты кому-нибудь расскажешь, кто я такой, то я прикончу тебя и всех, кому ты рассказал про меня, и я не остановлюсь пока не…

— Стой старик, меня вдруг осенило. Так вот оно что! Теперь-то я всё понял.

— Понял, что? — опешил Галдахар.

— Теперь мне понятно почему стал командиром отряда, а потом и лидером секты. Так это всё твои тайные интриги и заговоры? Признавайся, в какую свою игру ты меня впутал?

Галдахар потупил взор.

— Ну-у-у, ты не совсем прав… Моя заслуга была только в том, что я посодействовал, чтобы ты стал командиром отряда. Всё остальное произошло само.

— Не верю ни единому твоему слову, — рассмеялся Крис. — Кого ты пытаешься обмануть, Рэлита? Ох и хитрец же ты, признаюсь, у тебя почти получилось, — Крис улыбнулся и стал загибать пальцы.

— Обманом затащил меня на Сектариум. Обещал восстановить мою память. Интегрировал в свою сеть послушных, преданных болванчиков-сектантов у себя на побегушках, а я даже не заметил, как это произошло. Обвёл Рэлита вокруг пальца, браво, — Крис похлопал в ладоши и перестал улыбаться. Лицо его стало серьёзным.

— Шутки в сторону. Говори правду или я тотчас же ухожу отсюда. Говори, зачем тебе понадобился именно я?

Пока Крис говорил, Галдахар ходил из угла в угол, придерживая правую руку в локте. Наконец, он резко остановился, правая повисла вдоль туловища, пальцем левой он указал на Криса.

— Хорошо, твоя взяла. Когда мы с тобой попали на Элизиум, ПО ТВОЕЙ МЕЖДУ ПРОЧИМ ВИНЕ, я лишился своих сил. То есть полностью лишился, потратил весь накопленный за долгие годы Эфериум на тот прыжок. Сейчас у меня остались жалкие крохи от той огромной мощи. Помнишь, я говорил, что у тебя высокий потенциал? Так вот, если у тебя десять Эфериума в день то у меня один, понимаешь, куда я клоню? Я не успеваю копить Эфериум, потому что каждый день трачу всё, что имею — на доспехи, на оружие, связь и много чего ещё по мелочи. Мне едва хватает Эфериума, чтобы просто держаться на людях. Когда я прихожу домой, то падаю без сил. Я работаю на износ, понимаешь? Так не может долго продолжаться. Рано или поздно мой организм даст сбой, как сейчас и тогда… мне конец.

— Неужто кроме протеза в правой у тебя ещё и в сердце протез? — съязвил Крис.

— Если бы. Меня хотят убить более молодые лидеры сект. Они давно шепчутся за моей спиной, мол «старик уже сдаёт». Их сдерживает только одна мысль, страх, что я по-прежнему силён. Но едва они увидят, что я утратил былую мощь, как уберут меня и займут моё место. И не думай, что я боюсь смерти, не смерть страшит меня. Больше всего я переживаю, что произойдёт с сектами. Как только меня не станет, Метрополия тут же поспешит стравить группы сектантов друг с другом. Сейчас только вера в Отца, объединяет все секты вместе и не даёт Метрополии разбить нас, хотя, надо признать, Метрополия очень пытается.

Отец Драгон замолчал.

— И ты решил вовлечь меня в свою игру?

— Да. Ты силён и напорист, к твоему мнению прислушиваются и за тобой охотно идут. Подумай сам. Я сталкиваюсь с тобой на Семилунном, а потом бам! Несчастный случай, я теряю все силы. А у меня тут сектанты, интриги, да ещё и Метрополия подбивает клинья со всех сторон. Конечно же, я схватился за тебя как за спасительную соломинку.

— Скорее как за спасательный матрас.

— Пусть так! Ты пойми, на Сектариуме не всё так радужно, как лидеры сект всем рисуют, и не так спокойно, как кажется обывателям на Семилунном. У нас полно своих проблем — с продовольствием, технологиями, планированием, полно внутренних конфликтов. И шпионы. О, шпионы — наша головная боль. Часть мы находим и обезвреживаем, но часть прокралась на самый верх, и я ничего не могу с ними поделать. Они так хорошо маскируются, что даже я не знаю, кто из лидеров работает на Метрополию, а кто на нас. Вот почему я сделал тебя одним из лидеров сект.

— Ты говорил, это только номинальное звание.

— Да, я так говорил, но! Звание лидера секты позволяет тебе войти в их круг общения, куда мне, увы, дорога закрыта.

Крис колебался. Наконец, он резко встал.

— Как я уже говорил, мне нет дела ни до тебя, ни до ваших проблем. Всё, чего я хочу это вернуться домой и стать там Членом Элиты.

— Глупец, — вскричал Галдахар. — Это невозможно.

— Ты не знаешь через что я прошёл, сколько я выстрадал, сколько выплакал и как мне было тяжело, чтобы хоть на миллиметр приблизиться к Членам Элиты. Ты ничего не знаешь обо мне.

— Я знаю о тебе больше, чем ты сам!

— Да? А по-моему ты бредишь, старик. Как же ты сейчас жалок, я могу уничтожить тебя, растоптать в одну секунду. Пойми уже наконец, тебе нечем удержать меня, я больше не играю в твои игры. Ищи себе другую марионетку. А теперь прости, мне пора. Долг зовёт.

Крис коротко кивнул и вышел, оставив Галдахара одного.

Глава 61. Теневой заговор

Ему хотелось побыть в одиночестве, слишком много надо было обдумать. Он пошёл в дальнюю из восточных башен крепости, которая почти всегда пустовала. Убедившись, что никто за ним не следил, Крис поднялся по винтовой лестнице в одинокую, заброшенную комнату на последнем этаже. Внутри вразнобой стояло пять мягких ободранных от времени кресел, да пыльный столик с вазой. Лишь иногда по вечерам сюда приходили часовые и всю ночь рубились в карты, всё остальное время комната пустовала.

Крис запер дверь на засов. Нужно было посидеть в тишине и собраться с мыслями. Слишком много всего навалилось в один день.

Надо же! Старик так легко сумел обвести меня вокруг пальца. Причём не только меня, двадцать лет хранить свою тайну от Метрополии, это, конечно, сильно.

Крис восхищался мастерством Драгона. Старик хорошо сыграл на его амбициях и желаниях, надо было отдать ему должное. Похоже, не зря главным гербом его секты был дракон — символ мудрости, но и хитрости в том числе. А хитрость и желание жить в старике явно преобладало над всем остальным.

Думая обо всём сразу, Крис сам не заметил, как начал подрёмывать.

— Не спать, — он хлопнул себя по ногам слившимся с рисунком кресла, встал и вышел на балкон.

На улице вовсю светили звёзды. Холодный ветер почти сразу заставил проснуться. Крис постоял возле перил, поглядывая на огоньки лежащих внизу домов.

Он уже продрог и собирался пойти обратно в комнату, когда услышал три отчётливых голоса. Неужели пришли стражники? Но как они вошли? Я уверен, что запер вход на засов, я всегда проверяю, заперты ли двери.

Крис подошёл к проходу балкона, намереваясь войти, но за стеклом мелькнули алые плащи лидеров сект. Он мгновенно скрылся за стеной и выждал, но, похоже, что его не заметили. Крис присел, заглядывая в небольшую щель между дверью и проёмом.

Внутри находились трое лидеров сект, все в масках и алых плащах. Один из них нагнулся и поставил возле двери небольшую коробочку. Крис замер, не в силах поверить своим глазам — у них была глушилка звуков, как у головореза, который пытался убить его!

— Готово, — сказал толстый сектант, тяжело дыша. — Можем начинать.

— Постойте. Надо сначала всё хорошенько здесь проверить.

— Да успокойся ты уже наконец, Сикарито, — сказал толстый сектант. Он поднял большой прибор, который держал в руке, и снова посмотрел на него. На его толстых пальцах мелькнули золотые перстни, инкрустированные большими драгоценными камнями. — Радар показывает всех сектантов в радиусе трёхсот метров. Поблизости нет никого, уверяю тебя.

— Ну нас же он не показывает, — сказал Сикарито упрямо, — значит, может пропустить и кого-то ещё.

— Оставь его, Фаррух, он всё равно не успокоится, — Кохрейн плюхнулся в кресло, подняв тучу пыли. — Пусть делает что хочет.

Фаррух взял конец своего плаща с пауком и брезгливо присел на край соседнего кресла. Кресло жалобно скрипнуло. Сикарито снял с пояса небольшую палку, та в одно мгновение превратилась в длинное копьё. Крис вздрогнул. Похоже, у лидеров сект было ещё много таких вещей, о которых он даже понятия не имел. Сикарито, меж тем, начал методично тыкать копьём в пустые кресла.

— Ты знал, что ты сумасшедший? — сказал Фаррух.

— Нет, — отрезал Сикарито. — Я просто перестраховываюсь. В нашем деле это никогда не бывает лишним. Мало ли, вдруг кто-то затаился в одном из кресел или замер возле стены. Мы даже не увидим его из-за маскировки, но вот если его хорошенько ударить…

С этими словами он с силой ткнул копьём в угол. Раздался глухой стук. Сектанты засмеялись, а Крис покрылся холодным потом. Засни он сейчас в одном из кресел, даже это не помогло бы ему спрятаться.

— Иди тогда на балкон и там ещё проверь, — фыркнул Фаррух.

Крис замер за дверью.

— Непременно, — сказал Сикарито и, выставив длинное копьё, направился к балкону. Через минуту он вышел обратно.

— Ну как, чисто? — спросил Пол Кохрейн.

— Чисто, — мрачно ответил Сикарито и плюхнулся в последнее свободное кресло.

— Я же говорил тебе, что ты параноик, — засмеялся Фаррух.

— Заткнись. Давайте уже к делу.

Всё это время, Крис висел на карнизе балкона. Его пальцы занемели, а камни оказались скользкими. Ещё повезло, что он додумался схватиться именно за карниз, а не за перила — сектант явно был параноиком и обстучал своим копьём весь балкон. Секунда-другая и всё было бы кончено.

Крис перелез через перила и отдышался. Тихо, чтобы не выдать себя, он прокрался обратно к двери. И в ту же секунду замер, потому что речь зашла о нём.

—… а что Крис? — сказал Сикарито.

— Кто такой этот Крис? — спросил Фаррух. — Похоже, я что-то пропустил, пока был на Хоаре-3.

— Тот самый тип, ставший новым лидером. Вечно суётся в наши дела. Надо скорее его убрать.

— Он не представляет для нас угрозы, — сказал Кохрейн, рассматривая свои ногти. — Вы оба не видите дальше своего носа. Он лишь мелкая пешка в руках старика. Без него Крис никто, его мы можем убрать в любой момент. Нужно смотреть шире. Настоящую угрозу по-прежнему представляет сам старик.

Сикарито фыркнул.

— Старик давно уже не тот. Он сдаёт.

— Ему только пятьдесят пять. Возможно, он просто устал в последнее время. А может, испытывает нас. Кто знает этого хитреца?

— Да нет же, говорю тебе, Драгон сдал. От слова совсем. Я сам видел, как он еле ноги волочит от усталости. А недавно мы ремонтировали трубы, он вызвался нам помочь и еле одну смог поднять.

— Так, они же по триста килограмм весят, — удивился Фаррух, но Сикарито только отмахнулся. Пол Кохрейн задумался.

— Завалить старика сложная задача, но если ты прав, то его мимолётная слабость сыграет нам на руку. Осталось только выбрать место и время, чтобы сделать это.

Крис задеревенел. Именно из-за него лидеры сект теперь хотят убить Галдахара. Прыжки между мирами отнимали много Эфериума, и количество, которое могло восстановиться за день, у каждого было ограничено. Именно поэтому сектанты ходили между мирами группами и открывали порталы по очереди — блок после прыжка и усталость, хоть и не были прямой причиной большинства смертей в далёких переходах, но сильно на влияли на эту статистику. И чем дальше был прыжок, тем больше Эфериума он потреблял.

Только став сектантом, Крис понял, сколько своих сил старик отдал, чтобы они не умерли во время их первого прыжка. И во всём этом была и вина самого Криса.

— Только не забывайте, что я стану главным лидером вместо старика, — сказал Кохрейн.

— Можешь не сомневаться, других кандидатов на его место нет, — хохотнул Фаррух.

— Согласен, — сказал Сикарито. — Пол, надеюсь, ты не забыл о нашей части сделки? Я хочу получить свою партию цилиндров.

Пол Кохрейн махнул рукой.

— Конечно. Ты их получишь, когда… как только мы закончим с нашим делом.

— Хорошо. Главное не забудь о своём обещании…

— Ну, похоже на сегодня мы закончили, — толстый сектант потянулся, достал из кармана небольшую металлическую звёздочку и кинул её под ноги. В тот же момент с лёгким хлопком в полу образовался глубокий, слегка мерцающий провал, похожий на колодец.

— Ну, всем пока? — спросил Фаррух. Кохрейн кивнул, толстяк прыгнул в открывшийся провал и исчез. Проход за ним тут же закрылся и пол вновь стал таким же, каким и был.

Крис похолодел. Лидеры сект тем временем встали.

— Знаешь, я обеспокоен тем, что происходит на Семилунном… — сказал Пол.

— Ты о чём?

— О тенях. Тени среди нас. Они всё ближе подходят к городу, того и гляди прорвут барьер.

— Какое нам до них дело? Пусть хоть весь Семилунный захватят. По мне, так это даже лучше. Чем больше военных и гражданских они заразят, тем легче будет потом нам захватывать город.

— Думаешь? Просто мне бы не хотелось больших потерь среди… А, впрочем, неважно, — Пол пожал плечами. — Может, ты и прав.

Они бросили по пятиконечной звезде на пол, исчезнув в порталах.

Крис выждал, что никого больше нет, и подбежал к выходу. Как он и предполагал, дверь оказалась заперта на засов. Крис мог бы счесть всё увиденное галлюцинацией, если бы в местах исчезновения лидеров сект, на полу не осталось по небольшой щепотке мелкой металлической стружки.

— Надо же было так вляпаться, — пробормотал он. — Покушение на лидера сект, телепортация, следящие за сектантами устройства. Казалось бы, чего больше? Так нет же, ещё и какие-то тени. Хотя, погоди-ка минутку…

Крис вспомнил, как они с Беном увидели, что происходит ночью в тумане за городом. Волей-неволей он вспомнил и старуху Марту Нокс, с её предостережения о тенях. Неужели тени и вправду хотят захватить Семилунный вместе со всеми живущими там людьми?

Глава 62. Опасная троица

Этой ночью Крису приснился давний кошмар. В тёмном подземном лабиринте его преследовали длинные, бесформенные существа. Они тянули к нему свои чёрные щупальца, но Крису удалось ускользнуть от них, правда, ненадолго. Тени загнали его в тупик. У него снова получилось сбежать, но одна тень просочилась за ним на самый верх. Капая и шипя, тёмное непрозрачное бесформенное существо выросло перед ним. Он попятился, но отступать было некуда, позади начинался обрыв. Тень засмеялась громко, протяжно и бросилась ему на грудь.

С диким воплем Крис проснулся. Он был весь в поту и тяжело дышал. Кошмар оказался слишком реальным, слишком… повторяющимся. Уже больше месяца он не видел его, но вот сон пришёл снова, пробуждённый в памяти словами о тенях. Крис обнял себя за плечи, пытаясь согреться. Холод в груди постепенно затихал, но ещё долго он лежал на боку, и лишь под утро Крису удалось заснуть.

Проспал он до самого обеда и проснулся от кашля, в горле стояла сухость, тело слегка ломало. Поднялся, протёр глаза и принялся одеваться, вначале штаны, холщовая рубашка, потом доспехи, ботинки и наконец лиловый плащ. Проверил, хорошо ли вытаскивается нож и сбежал по винтовой лестнице вниз.

В столовой был разгар обеда, но часть столов пустовала. Было тридцатое августа, прошло уже три полных месяца с тех пор, как Мэлтису и его отряду удалось доставить очередную партию новобранцев с Семилунного. Похоже, что июньский набор и вправду оказался последним.

Остальные столы были битком — за каждым отдельно обедал свой отряд сектантов. Всего таких отрядов было четыре. Один принадлежал Крису, а три других имели собственных командиров и лишь формально числились за ним. После того как Крис стал новым лидером секты, Драгон выделил ему башню Неофитов в качестве штаб-квартиры, с условием, что когда появятся новички, то они будут расквартированы у него. Следовало отдать должное Галдахару, хоть какие-то преимущества у лидера сект всё же были.

Крис кивнул командирам двух отрядов и прошёл на кухню. Грузный повар в засаленном фартуке нахмурился.

— Опаздываете, господин лидер. Столовая уже закрывается.

— Ты и есть столовая, а раз ты здесь, давай, положи мне чего-нибудь, да повкусней.

— Повкусней всё съели, — хмыкнул повар, накладывая в его тарелку три ковшика густой пастообразной жидкости. — Приятного аппетита.

Крис с тоской посмотрел на варево, затем на повара, моющего кастрюли и сел за один из пустых столов. Как обычно, никто не подсаживался к нему, и он мог спокойно заняться своими мыслями. Ковыряясь в густой серой жиже, отдалённо напоминающей кашу с опилками, он думал о произошедшем вчера.

В сущности ему было наплевать на старика и на заговор против него, то были только его проблемы. Но…

Крис сжал ложку так, что она скрипнула и согнулась.

Лидеры сект определённо имели отношение к тому шпиону, который пытался убить меня, а этого я не могу так просто оставить. Сейчас у меня на руках все доказательства, чтобы обвинить их — записи допросов, подтверждающие что кто-то из лидеров сект работал с головорезами, а также вчерашняя запись, где лидеры планировали убить Драгона. Подобных доказательств было вполне достаточно, чтобы раскачать лодку и уничтожить этих выскочек. Пожалуй, я и вправду долго откладывал этот вопрос, был слишком погружён в другие дела, но сейчас, похоже, время пришло. Я так просто их не оставлю. Любой, кто попытается тебя убить, должен быть непременно наказан, вот главное правило, по которому жили все Рэлиты. Только так можно было выжить в моём мире.

Что же до теней… Выходит они не просто существуют, а хотят захватить весь Семилунный. Крис отправил очередную ложку варева себе в рот. Лидеры сект знают о тенях, и не просто знают, они как-то связаны с ними. Никогда прежде мне не доводилось слышать, чтобы кто-нибудь говорил о тенях. Что сказал тот урод? Пусть хоть захватят весь Семилунный… Значит, всё это время лидеры сект тут на Сектариуме знали, что тени пытаются проникнуть в город и даже не старались остановить их вторжение. А ведь им ничего не стоило предать информацию огласке. Выходило так, что они либо боялись либо… были заинтересованы использовать теней в своих целях. Нужно было разобраться и с этим вопросом, причём срочно, я не могу допустить, чтобы тени уничтожили десять тысяч человек, среди которых находятся и мои друзья.

И ещё оставались эти странные металлические звёзды лидеров сект. Ни на уроках, ни в книгах, ни у других сектантов Крис не видел ничего подобного. Глушилку он знал, она хорошо была ему знакома, но только потому, что сам столкнулся с ней.

Крис вдруг вспомнил, как Галдахар исчез, когда в него стреляли пришельцы на Элизие, а потом прибежал с другой стороны леса. Так значит он уже тогда использовал телепорт. Вот ведь вёрткий хитрец!

— Ну нет, старик, — сказал Крис, — выпутывайся из своих проблем сам, раз уж ты такой ловкач.

Судя по всему, звёзды открывали нечто вроде порталов, вот только куда? Если при помощи таких телепортеров можно было перемещаться куда вздумается, то достать с десяток не помешает для боя с Праудлионом.

Правда, среди сектантов продолжал ходить упорный слух, что Праудлион заболел и потому не появляется на улицах Семилунного, но Крис не верил слухам. Люди склонны домысливать и переиначивать действительность. Скорее всего, Праудлион вернулся на Лотариум и снова находился в анабиозе, по крайней мере, на его месте я поступил бы так же. Зачем тратить время ожидая, пока поймают преступника, когда можно сжать дни до одного мгновения?

Крис потянулся и встал. Он даже не заметил, как опустела его миска. Каша была сытной, хоть и имела странный привкус опилок. Он прошёл мимо командиров, озорно им подмигнув на ходу. В голове начал созревать план, как можно было обстряпать в этот раз уже свои дела.

Крис хрустнул пальцами и связался с Беном и Вутом по внутреннему каналу.

— Разговор есть. Нет, по видеосвязи нельзя. Встретимся на крыше через двадцать минут.

— Ну? — спросил Бен, подходя к массивным зубцам башни.

— Если кого-то надо убить, то я в деле, — оскалился Вут.

Красно-жёлтое солнце высоко висело над серой равниной, а ветер свистел на крыше башни, завывая между зубцами. Крис был уверен, что здесь их никто не сможет подслушать.

— Давайте я вам всё покажу, так будет проще. Наденьте маски, так я смогу транслировать вам вчерашнюю запись.

Сектанты послушались и встали друг напротив друга. Крис нажал выпуклость за ухом, но ничего не происходило. Даже ветер на мгновенье затих, а затем завыл с утроенной силой.

— Куда смотреть-то? — спросил Бен.

— Не знаю. Я был уверен, что всё сделал правильно. В инструкции написано, что если включить видеоканал, а потом нажать на эти три выпуклости, то можно поделиться видео.

— А ты точно сделал запись?

— Спрашиваешь!

Ветер снова засвистел над равниной. Крис пытался выудить хоть какую-нибудь информацию из видеопамяти маски, но там, где начинался вчерашний вечер, было пусто. Как только появлялись лидеры сект, запись сразу же обрывалась, и вместо неё начиналось шипение. Крис грязно выругался.

— Метрополия меня дери, похоже, эти уроды каким-то образом заглушили не только звуки, но и видео.

— Что за уроды? — насторожился Вут. — Назови их имена, и я надеру им задницы.

Крис вздохнул и снял маску.

— Видимо, всё придётся объяснять самому.

После того, как он закончил свой рассказ, сектанты ещё некоторое время молчали.

— Даже мне сложно поверить, что тени существуют, хоть я их и видел, — сказал Бен.

— Согласен, жаль только записи стёрлись, — сказал Вут.

— Мне тоже жаль. Я хотел использовать их в качестве доказательств, но теперь никто не поверит моим словам.

— Почему же, мы тебе верим, — сказал Бен. — Вот только у нас своих дел по горло. Или ты уже забыл, что нам надо разобраться с Праудлионом и вернуться домой на Лотариум?

— Нам? — Крис поднял бровь.

— Ну да, нам. Я тут говорил недавно с Вутом, так что он теперь тоже в деле.

— Если надо с кем-нибудь подраться, можете рассчитывать на меня, — ухмыльнулся Вут.

Крис повернулся к Вэлиту.

— Я рад, что вы помирились и всё такое, но боюсь, Бен не всё тебе рассказал. Чтобы ты знал, мы не сможем вернуться домой, пока дорогу нам преграждает Праудлион. Ты должен понимать, что он действующий Член Элиты, и очень вероятно битва с ним может стать последней в твоей, да и нашей, жизни.

Вут пожал плечами.

— Элит, Рэлит, да хоть существо с рогами и хвостом. Мне неважно кто мой противник, главное, чтобы он мог хорошо держать удар.

— Я тебе говорил, наш парень, — Бен хлопнул Вута по плечу.

— Мне кажется или на Дархане ты отзывался о нём иначе?

— Тебе показалось, — улыбнулся Бен. — Вут свой в доску парень, от кончиков пят до макушки.

— Ну-ну.

— С Праудлионом всё понятно, а вот с этими-то доморощенными лидерами сект мы что будем делать? — спросил Бен. Крис вздохнул.

— Действуем по стандартной схеме. Эти недалёкие «стратеги» решили покуситься на наши жизни. Вы, как прошедшие школу Элиты, должны понимать, что мы не можем оставить их действия без ответа. Предлагаю для начала их ограбить. Посмотрим, какие тузы у них припрятаны в рукаве.

— Хорошее дело, — пробасил Вут. — Когда начинаем?

— Подождите, — взорвался Бен. — Я, конечно, всё понимаю, но, как по мне, возиться с такими слабаками — глупая трата времени.

— Бен, послушай, — сказал Крис. — Эта троица задумала устроить переворот как на Сектариуме, так и на Семилунном. Это непременно отразится и на нас с вами.

— Плевать, — сказал Бен, Вут покосился на него.

— Хорошо. Если ты забыл, то напомню — у лидеров сект есть разные интересные игрушки, которые можно будет дорого продать на Лотариуме. Телепортеры, средства слежения, глушилки, выдвижные копья, доспехи, да много чего ещё. Их технологии могут помочь нам и в предстоящей битве с Праудлионом.

Лицо Бена оставалось безучастным.

— К тому же, — добавил Крис, — держу пари, у лидеров сект в закромах есть много золота и прочих сокровищ.

— Золото? — встрепенулся Бен. — Сокровища? Я в деле!

— Отлично — улыбнулся Крис. — Раз возражений нет, тогда слушайте план. Он прост. Вы двое, будете по очереди следить за лидерами сект. У них есть телепортеры, уверен, что когда рядом никого нет, они активно перемещаются через них. В вашу задачу входит проследить за ними и найти тайник, в котором они прячут свои игрушки. Будьте готовы, вам придётся хорошенько побегать.

— Эй! Мы, значит, бегать будем, а ты отдыхать?

— У меня тоже есть дела. Я воспользуюсь своим положением лидера сект и схожу в закрытый архив.

— Ты, конечно же, очень честно распределил обязанности, — возмутился Бен.

— Может ты горишь желанием копаться в книгах?

— Ну уж нет!

— Ну вот, тогда и не возмущайся.

— Я не хочу показаться навязчивым, — сказал Вут, — но в твоём плане есть один ма-а-а-а-а-а-а-аленький изъян. Ты забыл, что мы, в отличии от тебя, видны на радарах, и лидеры сект разом вычислят слежку.

Крис на секунду задумался.

— А ну-ка, дайте сюда ваши маски.

Получив маски, Крис снял свою, положил её на пол, рядом с остальными и принялся их изучать, пытаясь понять, в чём состояло различие. Наконец, он увидел странное углубление, которого не было в его собственной маске. Крис ткнул в этом месте остриём клинка, достал оттуда стеклянную бусинку, осмотрел и раздавил обухом ножа. То же самое он проделал с маской Вута.

— Готово.

— И как нам проверить, что ты снёс датчик слежения, а не какой-нибудь ещё? — нахмурился Бен.

— Никак.

Бен выругался, а Вут засмеялся. Крис продолжил.

— Придётся рискнуть.

— Выбора ведь нет, верно? — спросил Вут, и Крис покачал головой. — Тогда давайте просто сделаем это.

Глава 63. Теневая сторона Семилунного

Минут через тридцать Крис пришёл к большому приземистому зданию, часть которого была утоплена в земле. Стоявший на страже сектант преградил ему путь.

— Не положено.

— Почему? — Крис поднял бровь.

— Вход только для лидеров сект.

— А это что по-твоему такое? — Крис потряс алым плащом.

— Не положено, — уже менее уверенно сказал часовой.

Крис вздохнул, огляделся и приблизился к караульному.

— Послушай. В последнее время меня всё больше начинают раздражать запертые двери и интриги за моей спиной. Если говорить проще, то либо ты меня пропускаешь, либо… — он улыбнулся своей особенной улыбкой, свойственной только Рэлитам. Стражник побледнел и задрожал.

— Прости, Крис, не сразу признал тебя, темно на дворе.

— Не обманывай меня.

— У меня приказ никого не пускать… — страж увидел, что Крис нахмурился и тут же затараторил, — но кому нужны эти приказы? — Сектант вымученно рассмеялся. — В бездну эти приказы.

Часовой посторонился, пропуская его внутрь. Входя, Крис мельком взглянул на плащ стражника. Там красовалась змея, капающая ядом на кубок. Пол Кохрейн! Ну конечно, можно было даже не сомневаться. Кохрейн возненавидел его ещё с самых первых дней на Сектариуме и всячески старался ему помешать.

Мерцающие светильники освещали дорогу, коридор закончился лестницей, ведущей вниз. Первый этаж здания был только прикрытием, сам архив был гораздо больше, чем казалось снаружи.

То и дело пригибаясь, Крис начал спускаться. При каждом шаге о бок билась сумка с едой. Он планировал как можно дольше не выходить из архива, потому что не знал, сможет ли вернуться сюда вновь.

Лестница казалась бесконечной, на каждом пролёте появлялись новые двери, везде и всюду, всё свободное пространство комнат занимали гигантские книги. Книги были настолько широкими и объёмными, что их невозможно было ни поднять, ни протащить через дверной косяк.

Крис решил начать с самого низа и двигаться по порядку. Он не рассказал о своём истинном плане Бену и Вуту. Получить технологии лидеров сект для битвы с Праудлионом было прикрытием. Сейчас его тревожили куда более срочные проблемы. На самом деле Крис намеревался выиграть время и как можно скорее собрать доказательства существования теней. Он не мог допустить, чтобы тени вторглись на Семилунный, уничтожив там всех горожан.

Крис не сомневался, что после того, как он объявится на Семилунном и предупредит местных жителей, Праудлион так же непременно проявит себя. Оставалось только надеяться, что хотя бы втроём, они смогут одолеть разъярённого Элита на пике силы.

На двадцать пятом этаже лестница, наконец, закончилась. Крис остановился перед массивной дверью со стальным кольцом.

— Ненавижу двери, — он дёрнул за кольцо. С глухим скрипом проход открылся.

За долгие годы, пока Крис проработал Рэлитом, он понял, что больше всего на свете ценится информация. Но только правильная информация была на вес золота. И книги, которые стояли здесь, обладали самой правдивой информацией, доступной узкому кругу, посвящённых — лидерам сект. Всё, что узнали или нашли сектанты за долгие годы, находилось здесь. Чтобы получить хоть одну из этих книг, Метрополия заплатила бы любую цену. Оставалось только надеяться, что шпионы в верхушке сект редко спускались в архивы и не успели выдать Метрополии всех тайн.

Информации оказалось действительно много. Часы проходили за часами, Крис узнавал всё больше нового, хотя едва закончил просматривать заглавия книг на нижнем этаже. Вскоре пришлось достать бутерброды и перекусить. Чем больше проходило времени, тем мрачнее он становился. Здесь было слишком много информации и… она была слишком правдива. Написанное в архивах не преподавали в школе сектантов, да такие тайны и нельзя было разглашать.

Оказывается, дела Сектариума шли не так уж и хорошо. Метрополия разрабатывала тысячи планет ежегодно,

постепенно продвигаясь дальше, всё больше расширяя территорию своего влияния. Метрополия высылала на планеты отряды головорезов, воруя технологии и ресурсы у планетян. И с каждым днём всё больше планет было захвачено Метрополией и ещё больше разведано…

Крис вспомнил, в какой нищете жили люди на Лотариуме. Каждый день правительство вещало по метровизору, что нужно всё быстрее изымать ресурсы из недр планеты и повышать налоги, чтобы осваивать космические полёты. Уже свыше столетия Метрополия строила корабль на орбите Лотариума, но дело не продвинулось дальше колонизации Луны. Теперь Крис сомневался даже в том, что такой корабль вообще существовал, так как, если вспомнить, на верфи пускали только роботов, да немногочисленный обслуживающий персонал. Всем остальным путь к кораблю был закрыт.

Вспомнил он и в каких условиях теснились простые горожане в своих маленьких комнатушках, в какой грязи жили, как работали с утра до ночи, недоедая и отказывая себе во всём. Они были винтиками в системе и даже помечтать не могли о том изобилии ресурсов, которые Метрополия тайно ввозила на Лотариум с тысяч планет каждый день. Редкие и драгоценные металлы, металлы, буквально излучающие энергию, растения, способные прокормить миллиарды, вещества, способные заращивать раны и давать долголетие и так далее, не говоря уж об оружии, инопланетных технологиях и редких предметах искусства. Тех вещей, что Метрополия ввозила из других миров, хватит чтобы до конца жизни обеспечить каждого лотарианца.

А земля, которой на его родной планете якобы так не хватало? Её было полно в других мирах. Стоило только отойти чуть подальше Семилунного, как вокруг оказывались десятки пустых диких и малонаселённых планет, в то время как на его родине люди вынуждены тесниться подобно рыбам в банке.

Жадность Метрополии не знала границ. Из-за её агрессивных действий на других планетах многие расы отвернулись от сект и от людей. Для инопланетян все люди походили друг на друга, и вне зависимости от того, боролся ли кто-то против системы, как сектанты, или был зависим от неё, для пришельцев все являлись врагами, так как принадлежали к одному враждебному виду.

С каждым годом дела секты становились только хуже. Всё больше рас отказывалось с ними торговать из-за войны с Метрополией и всем человечеством в её лице. Крис поражался масштабам, с которым действовала Метрополия. Если верить отчётам, то ресурсы с тысячи планет ежегодно проходили через Семилунный и, через длинную цепочку, попадали на Лотариум.

Крис задумался. Ведь если вспомнить, то он никогда не видел и даже не слышал у себя дома ни о новых металлах, ни о новых технологиях, ни даже о неожиданном повышении добычи руды. Значит, ресурсы стекались куда-то ещё, и этим местом могло быть только одно — база на Луне.

Кажется, теперь всё сходилось. Именно на Луне жили Элиты в своём Лунном замке, и именно о Луне информации было меньше всего. Там можно было прятать не только технологии и ресурсы, но и целые армии. И, вполне вероятно, база, с которой он прибыл на Семилунный, тоже находилась на там же.

Крис вернулся к поиску информации о тенях. Они действительно существовали на Семилунном. Лидеры сект уже давно следили ними, но не пускали информацию о них в массовый обиход. Возможно, мэр Велховен и некоторые стражники тоже знали о тенях, но предпочитали отмалчиваться, чтобы не пугать народ. Причина всеобщего молчания была в том, что никто не знал, как бороться против теней. Их не брало никакое оружие, не останавливали никакие ловушки. И самое страшное, что они не просто похищали или поедали людей. Тени в них вселялись, притворялись ими, стараясь жить среди других людей. При мысли о чём-то подобном у Криса заледенело в груди, в том самом месте, где тень бросалась на него в кошмаре.

Он принялся читать дальше. После того как тени захватывали человека, их невозможно было распознать. В течение нескольких месяцев такой инфицированный живой труп двигался и действовал как человек. Тени владели его внешностью и памятью, могли даже говорить и делать вид, что едят. А потом кожа заражённого зеленела, начиная покрываться плесенью. Нет, человек, захваченный тенями, не умирал, и это было ужасней всего. Такое «существо» жило, пока тень не отпускала его.

Существа, управляемые тенями, пытались инфицировать как можно больше других людей. И единственным препятствием, мешающим теням захватить весь Семилунный, оставался барьер вокруг города. Тот самый, что обеспечивал жителям защиту в виде Кары. И он же не пускал внутрь инопланетных бестелесных тварей. Если бы не барьер, то город, а, возможно, и вся планета давно бы уже были захвачена тенями. Ходили слухи даже, что тени захватили половину гарнизона военных, но…

Тут дверь с треском открылась, и в библиотеку ворвался Пол Кохрейн.

— Что ты здесь делаешь? — прорычал Кохрейн.

Крис посмотрел на вошедшего поверх толстого тома книги. Молодой лидер сектантов стоял в двери и казалось, едва сдерживался, чтобы не схватиться за свой нож.

— Как что? — удивился Крис. — Читаю я, не мешай.

— По какому такому праву ты угрожаешь моим стражникам и врываешься сюда, да ещё и с записывающей маской? — взорвался Кохрейн. — Кто дал тебе разрешение входить в секретный архив?

— Не такой уж он и секретный. Все в крепости знают о нём.

— Неважно! Почему ты роешься здесь как… как… шпион!

— А может быть, это ты шпион, раз мешаешь мне?

От возмущения Кохрейн даже задохнулся. Его щёки побагровели, шрамы на лице побелели.

— Как ты смеешь даже думать о таком, да я тебя…

— Спокойствие, Пол. Включай логику. Я нахожусь здесь по тому же праву, как ты. Или ты уже забыл, что я тоже лидер секты?

— Да какой ты лидер! Это всё козни старика, только я в этой крепости решаю, кто может становиться лидером, а кто нет.

— Вот именно. Будь твоя воля, ты бы давно сослал меня на опасную планету, чтобы прикончить меня там чужими руками.

— Выбирай слова, капитан, не забывай, с кем ты разговариваешь. Я, Пол Кохрейн, главный кандидат на пост верховного лидера сект. В моём подчинении самое большое количество отрядов, после Отца. Не забывай об этом!

— Не забуду, кандидат, — ухмыльнулся Крис. Кохрейн заскрежетал зубами. — Кстати, а с Отцом что станет? Убьёшь его что ли, чтобы его место занять?

Кохрейн вначале покраснел, а потом побледнел.

— Ты… пристегни язык и не высовывай его, а то тебе его быстро укоротят!

— Интересно, и кто же это сделает, неужели ты?

Пол Кохрейн потянулся за ножом, но вовремя остановился.

— Не переживай, сам я мараться о тебя не стану. У меня есть много последователей. Достаточно мне отдать приказ, как твоя жизнь превратится в кошмар. Короткий кошмар.

— Не представляешь, как часто я слышал подобные слова, — Крис поковырялся пальцем в ухе. — Вначале все начинают пугать меня количеством и силой своих подчинённых, а потом, когда я откручиваю головы их слугам и прихожу за ними, они начинают ползать передо мной на коленях, слезливо умоляя о пощаде.

Крис прищурился, пристально глядя на юношу, и причмокнул от удовольствия. Кохрейна отшвырнула невидимая волна. Не отдавая себе отчёта в своих действиях, Пол инстинктивно попятился и захлопнул дверь за собой.

Потянулись долгие секунды тишины, во время которых Крис продолжал читать. Наконец, дверь с грохотом распахнулась от пинка. На пороге стоял Пол Кохрейн. Он тяжело дышал, наматывая край алого плаща на кулак.

— Похоже, ты действительно не понял, с кем разговариваешь. В моей власти уничтожить не только тебя, но и всех твоих капитанов. Я и это сделаю, будь уверен.

Он вытащил из-за пояса небольшой кристалл и метнул Крису. Крис поймал его и повертел меж пальцев. Внутри камня медленно клубился чёрный локон дыма.

— Что это?

— Твоё следующее задание. Приступай к выполнению немедленно.

Крис едва сдержал громкий смех.

— Мне казалось, я уже достаточно взрослый, чтобы сам выбирать, чем заняться, — усмехнулся Крис. — К тому же, — он положил камень перед собой, — ты не вправе командовать мной. Я давно уже не сектант и даже не капитан.

— Советую тебе взять кристалл. Это твоё новое задание лично от Отца. Можешь связаться с ним по внутренней сети, он подтвердит, что согласен отправить тебя на миссию.

Крис встал, Кохрейн слегка дрогнул. Медленно, Крис прошёл мимо юноши и вышел из библиотеки, оставив дымчатый кристалл на огромном столе.

Глава 64. Ограбление по-Метропольски

Вечером, когда Бен и Вут вернулись, Крис первым делом рассказал им о стычке в архиве. Бен даже присвистнул от удивления, раскуривая толстую сигару.

— А у этого молокососа большие яйца. Посметь командовать Рэлитом, подумать только!

— Он просто не знает, с кем имеет дело, — хохотнул Крис.

— Давайте просто убьём его и дело с концом, — Вут проверил остроту своего ножа.

— Успокойся Вут. Кохрейн пока только подозревает, но не может ничего доказать.

— На его месте я сразу же тебя прикончил, — фыркнул Бен. — Учитывая, сколько всего ты узнал в архиве.

— Ерунда, — отмахнулся Крис, — я даже оглавления на последнем этаже еле дочитал. Ручаюсь, где-то там есть книги, в которых написано про тайные технологии лидеров сект, но в библиотеке столько архивных записей, что проводника на поиск нужной информации у нас уйдут годы.

— Возможно и нет, книжный ты червь, — глаза Бена сияли.

— Что?! Неужели вы что-то нашли?

— Нам удалось проследить за лидерами, — сказал Вут.

— Блин Вут, ты, как всегда, всё портишь. Зачем ты сразу всё выдал? Ладно, теперь придётся выкладывать.

Бен кашлянул.

— В общем, пока ты там просиживал свой зад среди книг, мы следили за остальными лидерами сект. Задачка оказалась не из лёгких, я тебе скажу. С виду они всегда находились на одном месте, изображая обычных сектантов. Но вскоре мы заметили, что эти уроды то и дело куда-то исчезают, а потом появляются вновь. В итоге нам пришлось разделиться. Вут ушёл на север крепости, а я остался на юге. Мы переговаривались по закрытому каналу, и нам удалось полностью проследить за ними. Удивительно даже, как до сих пор никто не замечал, что эти придурки пользуются своими штучками, чтобы передвигаться по крепости.

— Что вы узнали? — нетерпеливо спросил Крис. Бен улыбнулся.

— Мы узнали то, чего тебе и за целый год в своей библиотеке не отыскать, книжный ты червь. Мы увидели как лидеры то и дело переносят по одной-две коробки в одно хранилище…

— Где оно?

— В доме странников, — сказал Вут. — Точнее, в его подвале.

Бен неодобрительно покосился на Вута. Крис сидел, перебирая варианты.

— Похоже, лидеры сект перемещают свои сокровища в другой тайник, — сказал Бен. — Возможно, это стандартная процедура, а возможно их что-то спугнуло. Ну или кто-то.

— Мы должны туда проникнуть, — сказал Крис. — Сегодня же. Этой ночью, пока не поздно. Велика вероятность, что после разговора с Кохрейном они перепрячут свои секреты ещё дальше.

— Мы с Вутом хотели предложить тебе то же самое.

— Отлично. Тогда делаем дело и уходим на Семилунный.

— А где ты достанешь кристаллы и карту, чтобы туда добраться?

— Это уже мои проблемы.

Бен громко фыркнул.

— Эта фурия в юбке, Аманда Вард, ни за что их тебе не даст.

— А кто тебе сказал, что я возьму их у неё? Есть как минимум три сектанта, у которых мы можем «позаимствовать» нужные нам кристаллы: капитан Мэлтис, его правая рука Кастор, и, конечно же, рыжебородый капитан Руфус.

Вут хохотнул и ударил Бена по плечу.

— Мне всё больше и больше нравится этот парень.

— Тсс! Вы топаете как стадо харуги!

Бен и Вут пыхтели в темноте позади. Втроём им удалось незаметно прокрасться до дома странников. Чёрное высокое сооружение из монолитного камня явно было построено не людьми и выделялось на фоне остальных приземистых построек во внутреннем дворе крепости. Дом странников использовали для тех сектантов, которые пришли с неизвестной планеты. По сути это место было одновременно и карантинной зоной, и больницей. И как всякий важный объект внутри крепости, его охранял часовой, который сейчас мирно дремал, как и положено всякому уважающему себя часовому на отдалённой планете.

Троица выпускников школы Элиты пробралась мимо дремлющего стража и теперь кралась внутри карантинной зоны, где на койках спали трое сектантов, похрапывая и ворочаясь во сне.

Бен запнулся о чьи-то доспехи. Пластины загремели, хозяин потянулся под подушку, но уснул.

— Тише, — одними губами прошептал Крис.

Дальше путь прошёл без особых происшествий. Коридоры были пусты, а двери открыты. С третьей попытки они нашли спуск в подвал. Дорогу им перегородила толстая металлическая дверь. Вут достал свой нож, с лезвия тут же начало капать пламя. Раздалось тихое, мерное гудение, словно рой сонных пчёл кружил вокруг улья.

— Ты уверен, что это сработает? — спросил Крис.

— Конечно, — сказал Вут. — Я научился этому трюку на Лауре. Там наш отряд заперли в гробнице местного фараона, но я смог прорезать себе дорогу наружу сквозь камни и вернуться назад.

Бен присвистнул, Вут отмахнулся.

— Смотрите. Секрет в том, чтобы не расходовать много Эфериума на дальний удар. Так область действия пламени получается меньше, но сам рез становится толще и глубже. Если бить ножом издалека, волна может не справиться с толстым камнем или прочным металлом — её энергия рассеивается пропорционально расстоянию. Но если орудовать клинком вблизи, то чисто теоретически его разрушительная способность не ограничена и можно разрезать практически любой материал, если, конечно, хватит Эфериума. Главное — действовать осторожно и не сломать нож.

Крис с Беном переглянулись. Бен пробормотал что-то вроде «Вэлит до кончиков ногтей».

— Действуй, — сказал Крис.

Вут подошёл к массивной двери и принялся осторожно резать сплав, который с виду очень походил на металл их собственных доспехов. Разница была только в том, что в сравнении с дверью их доспехи были тонкими, как бумага.

Самым сложным оказалось просунуть клинок насквозь, видимо, металл как раз был рассчитан поглощать удары энергетического ножа. Вут упёрся пылающим клинком и принялся что есть силы давить на рукоять. С ножа сыпались густые искры, клубясь, вырывались языки пламени… На двери образовалась раскалённая точка. Постепенно клинок стал погружаться в металл и вскоре ушёл по самую рукоять.

Дальше дело пошло быстрее. Вут принялся раскачивать рукоятку, словно нарезая твёрдое масло. Металл морщился и скрипел, но поддавался. Вут вырезал большое отверстие вокруг замка, вытащил клинок и ударил плечом. С гулким шумом раскалённый кусок замка упал на пол.

— Готово, — сказал Вут. — Вот так я и вырвался из гробницы.

— Да-а-а, долго же тебе пришлось копать себе путь, — протянул Бен. — И много ваших выбралось оттуда?

— Только я, — сказал Вут. — Потому я и примкнул к вам.

Крис первым вошёл внутрь хранилища. Им оказалась небольшая комнатка сверху донизу обставленная одинаковыми ящиками. Бен тут же принялся их открывать.

— Сокровища, сокровища, сок… — внезапно Бен замолчал и начал открывать остальные коробки. Он рылся всё яростней, а затем стал ломать их перегородки. На пол с глухим звоном высыпались тусклые металлические цилиндры. — Что это за железяки, где мои сокровища?!

Один из цилиндров прикатился к ботинкам Криса. Он поднял его. Толстый прут был сантиметров двенадцати длинной и с палец шириной, а по весу оказался довольно-таки тяжёлым. Внезапно Крис рассмеялся.

— Что?

— Я узнал эту штуку, это измеритель Эфериума. Галда... То есть знакомый старик измерял мою энергию такой штукой, когда мы с ним застряли на одной планете.

Бен схватился за голову.

— Целый склад бесполезного хлама… Похоже, мы вышли не на тот след. Вут! Это всё твоя вина! Ты клялся, что они переносят внутрь что-то ценное.

— Так всё и выглядело. Ты же сам видел.

— Видел, вот только что с того, — Бен пнул ногой пару цилиндров. Среди коробок что-то блеснуло, Бен нагнулся, в его руках лежала металлическая звёздочка. — Слушай Крис, а это что за штука такая?

Крис нахмурился. Внезапно он выхватил звузду из руки Бена и сунул в полную коробку, едва втиснув между плотно стоявшими цилиндрами.

— Эй, — воскликнул Бен. — Что ты делаешь?

— Помните про телепорты у лидеров сект? Они бросают звёзды на пол и и переносятся в другое место. Но вот как телепорт понимает, куда ему попасть? Я долго ломал голову над тем, как они работают. И если я прав, то это звезда назначения — она ставит точку телепортации.

Словно в подтверждение его слов, коробка подпрыгнула и едва не свалилась на пол.

— Берём по цилиндру и уходим. Сюда скоро пол крепости примчится.

Где-то далеко на улице послышался звук тревоги. Сектанты побежали наружу и едва не столкнулись с часовым. Только чутьё Криса помогло им вовремя остановиться за углом. Часовой промчался мимо и скрылся за поворотом. Вдалеке слышались крики, внутренний двор крепости постепенно оживал. Прячась по тёмным закоулкам и используя навыки, полученные в школе Элиты, друзьям удалось незамеченными пробраться обратно в свою башню.

Утром Бен и Вут постучались к Крису в комнату. Крис проснулся и махом принялся одеваться.

— Как там обстановка внизу?

— Пока тихо, — ответил Бен, — но лидеры сектантов не рады, что этой ночью мы проникли в их укрытие. С десяток отрядов патрулирует внутри крепости, но пока никто не знает, что происходит. Ходят слухи, что воры украли какие-то ценные предметы, но на нас лидеры, похоже, не вышли.

— Значит, операция прошла успешно, — улыбнулся Крис.

— Успешно да. Вот только мне непонятно почему лидеры сект так роют землю. Ты же говорил, что мы украли обычные измерители энергии. Ты уверен в своих словах? А то уж больно много усилий прикладывают для их поиска.

Крис достал из кармана тяжёлый металлический цилиндр и взглянул на него ещё раз.

— Да, это измеритель. Разве что немного потяжелее моего предыдущего.

— Дай-ка сюда, — Бен выхватил цилиндр и потряс. — Ого, там внутри что-то есть, — он попробовал раскрутить наполненный тубус, но покраснел от натуги и сдался. — Вут, попробуй-ка его разрезать, ты у нас теперь спец по этой части.

И Вут попробовал. Но у него ничего не получилось. Больше минуты жилистый Вэлит что было сил давил на раскалённый добела клинок. Капли пота срывались с его лба, шипели и падали искры, даже задымилась деревянная тумбочка, но сам цилиндр не поддался.

— Быть такого не может, — сказал Бен.

— Попробуй сам, раз ты такой умный, — огрызнулся Вут и метнул цилиндр в Бена. Тот поймал его и стал перекидывать из руки в руку, ожидая, что тубус будет горячим, но тот оказался обжигающе холодным.

— Мистика какая-то, — протянул Бен, разглядывая цилиндр. Вут вышел, хлопнув дверью.

— Что с ним? — спросил Крис.

— Не обращай внимания, он всегда нервный. Нам бы узнать, что это за металл такой, раз его даже наши клинки не берут? Представляешь, что будет, если отлить из него броню?

— Если бы местные механики могли, они бы уже давно её сделали, — сказал Крис, кладя цилиндр в карман.

— Ты ничего не понимаешь, — насупился Бен, — это же секретный материал, новейшие разработки только для своих. Вряд ли лидеры сект даже показывали что-то подобное местным механикам.

— Сомневаюсь. Из того, что я знаю про прибор, он известен довольно давно. В любом случае давай оставим поиски ответа, пока не доберёмся до Семилунного.

— Согласен, — сказал Бен. Когда они вышли из комнаты, Бен продолжил, — Слушай, я тут заметил, что мой цилиндр довольно тяжёлый и там внутри что-то перекатывается, словно там лежит золо…

— Тихо, — сказал Крис. — Сюда кто-то поднимается.

Глава 65. Крысы атакуют!

Рэлиты переглянулись. На последний этаж башни никто и никогда не поднимался, уж слишком высоко сюда было забираться. Секунду спустя из-за поворота винтовой лестницы показались пятеро сектантов, все в чёрном, с масками на лицах. Увидев Рэлитов, сектанты закричали и побежали на них. Бен шумно вздохнул.

— Крис, — крикнул один из вошедших. — Верни нам всё, что ты украл!

Сектанты остановились перед Рэлитами, начав оттеснять их с лестницы. В движениях приближавшихся врагов было нечто такое, что подсознательно заставляло натренированных Рэлитов отступать.

— Я ничего не крал, — Крис попятился.

— Да, да, он ничего не крал, я могу подтвердить, — поддакнул Бен.

— Хватит! Я точно знаю, что именно ты проник в наше хранилище. Отдай нам все коробки с цилиндрами, и мы сохраним тебе жизнь.

— Коробки? — хохотнул Крис. — Похоже, вас обманули, парни. Ваши ящики я точно не трогал.

Рэлитов оттеснили на верхний этаж башни. Сектанты поднялись следом и заняли весь коридор.

— Вы меня с кем-то перепутали, — улыбнулся Крис.

Нападающие переглянулись. Сектант с оскаленной длинноносой маской покачал головой.

— Ты не понимаешь, какую кашу заварил… — он в упор посмотрел на Криса. — Тем хуже для тебя. Мы давно уже хотели тебя прикончить.

В мгновение ока сектанты взмыли в воздух. В их руках появились небольшие трубочки. Щёлкнув, трубочки превратились в полноразмерные стальные косы высотой в человеческий рост. На изогнутых лезвиях начало постепенно разгораться багровое пламя. Несмотря на идущий от клинков жар, Крис похолодел.

— Неплохо, — сказал он, вытаскивая свой, кажущийся теперь игрушечным, нож.

Бен охнул. Сектанты подпрыгнули, начав скакать прямо по воздуху. Их пылающие косы со свистом рассекли пространство и…

Крис инстинктивно прыгнул. В нескольких сантиметрах от него пронеслись две толстые огненные волны. Они врезались в обсидиановую опору башни, оставив в ней заметные полосы.

Крис кувырнулся, наугад ударив ножом. От его клинка с шипением отделилась куда более тонкая огненная волна. Сектант отбил её своей косой и нанёс удар в ответ. Крис парировал, волна встретилась с волной, в воздух взметнулись злые искры и медленно опали вниз.

— Их можно блокировать, — крикнул Крис. Бен попробовал, но его волна сломалась, и он едва не лишился руки.

— У меня не получается, — крикнул Бен, прячась за столбом. В колонну тут же прилетело несколько тяжёлых ударов. На полированном камне появились две крестообразных полосы. Столб дрогнул, но выстоял.

Сектанты то и дело прыгали, отталкиваясь от воздуха. Крис пытался достать хоть одного из них своей волной, но сектантов было больше, и они легко отражали его атаки ответными волнами. Крис взмок, ему постоянно приходилось прыгать и уворачиваться, любая ошибка могла стоить жизни. Но как они с Беном не старались, постепенно сектанты загоняли их в угол и Рэлиты прекрасно понимали, к чему это приведёт.

Крис споткнулся, сделав вид, что действительно отступает, но в последний миг развернулся и побежал вдоль стены. Рядом пролетели огненные вспышки, он наугад ударил в ответ и о чудо! Один из сектантов вскрикнул и упал. Крис бросился к нему, чтобы взять его в заложники, но земля под сектантом исчезла, и он провалился в портал.

Оставшиеся сектанты, похоже, забеспокоились. Крис послал в них несколько волн одну за другой, но им удалось их отбить. Рядом с ним упала металлическая звезда, а вдогонку за ней пронеслась огненная полоса. Крис отпрыгнул, и земля в том месте исчезла, оставив ровный чёрный колодец. С глухим стуком ещё несколько звёзд приземлилось возле его ног, он прыгнул снова и снова.

Внезапно раздался крик, Крис обернулся и увидел, как в чёрной яме исчезает Бен…

— НЕТ, — закричал Крис и что есть силы послал три больших толстых огненных волны. Сектанты дрогнули и рассы́пались. — Куда вы его дели, твари? Верните немедленно!

Вместо ответа раздался зловещий смех. В тот же миг Крис услышал позади себя лёгкий шелест. Он прыгнул и смог спасти свою жизнь, в стене разверзся портал, из него выскочил и в упор ударил своей косой сектант. Крис плашмя упал на пол, в него прилетело ещё три стальных звезды. Он дёрнулся в отчаянном, безумном прыжке и вцепился в сектанта, вылетевшего из стены. Врага пронзила огненная волна и он начал падать в открывшиеся порталы. Крис оттолкнулся от его тела и оказался у перил верхней лестницы.

Тяжело дыша, он взглянул на трёх оставшихся сектантов, паривших в воздухе на одной с ним высоте.

— Ну что уроды, пришло ваше время танцевать.

Строенные волны сектантов разнесли деревянные перила лестницы на шесть маленьких кусочков. Но Крис сделал своё дело, он смог поселить страх в рядах противника. Сектанты стали осторожничать, постоянно уходя в порталы и пытаясь достать его то из стены, то из пола.

В такой момент, когда один сектант едва не отрезал ему обе ноги, Крис понял, как с ними сражаться. Это произошло, когда он ударил ножом, блокируя волну и случайно задел место, куда другой сектант хотел телепортироваться. Там на мгновение появлялась серебристая окружность портала. Крис ударил по ней, окружность со звоном разбилась, а её осколки пылью осыпались на пол.

Дальше дело пошло легче. Теперь, когда сектанты пытались телепортироваться, Крис ломал их порталы. Прыгая и ругаясь, противники старались подловить его, но Крис вошёл в боевой режим и был слишком внимателен. Он чувствовал, что сможет победить, сможет, надо только немного дожать.

Крис описал ещё несколько мощных волн своим ножом. Сектанты с трудом отбили его удары. Их косы стали мерцать. Они переглянулись и принялись отступать. Один из сектантов потерял высоту, начав падать к полу. Вот он, правильный момент!

Крис прыгнул вперёд, прямо на красный ковёр и… земля ушла из-под его ног. Он попробовал ухватиться хоть за что-нибудь, но ловушка была рассчитана идеально. В последний миг он вцепился в мантию пролетавшего рядом сектанта. Тот закричал, теряя высоту и они вместе полетели вниз.

С треском Крис упал на дно большого тёмного колодца и едва не потерял сознание от удара. Пару мгновений спустя, когда искры перестали мерцать в голове, он вскочил. Сектант жалобно поскуливал, прижившись к стене. Крис взглянул наверх, высоко, метрах в пяти, мерцало тусклое пятно дневного света.

— Вытащи нас отсюда, — прорычал Крис.

— Не могу, — взвыл сектант и, к удивлению Криса, заплакал.

Похоже, от него ничего было не добиться. Крис попробовал оттолкнуться от стен, но они были гладкими и больше походили на стеклянные.

Раздался шум, гулким эхом отразившись от колодца. Две фигуры наверху присели на корточки у края.

— Так-так. Вот и попался наш герой. А мне говорили, что Рэлиты намного сильнее.

— Откуда ты знаешь о Рэлитах? — прищурился Крис. Сектант рассмеялся.

— За твою голову назначена такая награда, что все вокруг только и ищут возможности убить тебя. Мы тоже долго не решались… Как оказалось, зря.

— Головорез с Дархана твоих рук дело?

— Конечно.

— Живо выпусти меня отсюда.

— А не то что? — рассмеялся сектант. — Оторвёшь мне голову? Тебе изначально это было не под силу. Послушай лучше сюда. В последний раз прошу, да именно прошу, скажи, куда вы спрятали коробки с цилиндрами, украденные из хранилища.

— Даже если бы они у меня были, я бы не отдал их подонку вроде тебя.

— Как ты смеешь разговаривать с нами в подобном тоне, пёс — второй сектант снял маску и сплюнул вниз. Его плевок лишь чуть-чуть не долетел до дна. Крис узнал сектанта, тот был командиром в одном из отрядов Отца Драгона.

— Тупица, зачем ты снял маску? — прорычал главарь.

Второй рассмеялся.

— Да какая теперь разница? Он всё равно не жилец.

Сектант покачал головой и вновь перевёл взгляд на Криса.

— Раз уж ты видел моего недальновидного друга, то пора раскрыть карты… Я долго думал, как тебя наказать, и понял, что просто убить тебя будет слишком легко. За то, что ты пошёл против светлейшего господина Праудлиона, ты заслуживаешь не просто смерти, а мучительной кончины. Мы закинем тебя на столь тёмную и ужасную планету в нижних мирах, что ты не сможешь ни умереть там, ни найти выход. Если, конечно, тебя раньше не разорвёт путешествие в пятьдесят планет между мирами. Готовься к встрече со своим самым страшным кошмаром.

Похоже, речь сектанта должна была впечатлить Криса, но он только почесался и зевнул. Зато сектант, сидевший рядом с ним на дне колодца, взвыл от ужаса.

— Выпустите меня отсюда, я не хочу умирать.

— Не плачь, Чарли. Ты был хорошим слугой, теперь же… умри с достоинством мужчины!

Сектант снова завыл, а Крис между тем вытащил нож и попытался достать говорившего, но волну тут же поглотило, словно стенки колодца были защищены каким-то силовым полем.

— Хм, — только и сказал Крис.

— Прощайте.

Сверху упала металлическая звезда. Стены колодца задрожали, начав сжиматься. В следующую секунду свет погас, и Крис провалился в пустоту.

Глава 66. Наука о смертельных порталах

Его кинуло вниз, в бесконечный тёмный тоннель. Тело вывернуло наизнанку и обратно, а затем дёрнуло так, что едва не вылетели позвонки, он изогнулся от боли в тёмной пустоте и медленно, а потом всё быстрее его потащило вверх. Вокруг снова появились звёзды, замелькали, слились в один сплошной свет…

На короткий миг Крис потерял сознание. Придя в себя, обнаружил что стоит, согнувшись на густой и влажной земле. В ушах звенело, как после резкого перепада давления. Вокруг теснились высокие, оплетённые фиолетовыми лианами деревья, у земли среди плотной растительности клубился густой туман. Чарли валялся рядом и страшно кашлял, Крис схватил его за грудки.

— Где мы, отвечай, где мы?

— Не… знаю, — прокашлял сектант, — он ничего мне не говорил.

— Кто тебя послал, как его зовут?

— Я… я никогда не видел его лица. Он только давал мне указания кого убить и что украсть. Я не знаю, кто он… Правда не знаю! Он очень подозрительный, при встречах с нами бывало так, что он даже походку менял и голос.

— А что тогда ты знаешь? — Крис затряс Чарли так, что у сектанта едва не оторвалась голова, а затем швырнул его на землю и стал обшаривать его карманы. Там было на удивление пусто. Ни звёзд-порталов, ни косы. Только нож, который Крис тут же забрал себе.

— На кого вы работаете?

— На Метрополию. Мы шпионим в секте и докладываем туда через сеть связных между мирами. На Сектариуме наших немного, мы редко встречаемся вместе, но сегодня собрались все, чтобы сразиться с тобой.

— Где твоя коса? И где ты прячешь приспособления для прыжков?

— Они одноразовые… — прошептал Чарли. — Прости. Наш главарь не доверял нам и держал нас на коротком поводке. У меня ничего нет, все звёзды я потратил, чтобы загнать тебя в ловушку…

Крис порылся в кармане и вытащил цилиндр. К его удивлению, металлический брусок стал практически невесомым. Крис показал его сектанту.

— Ты знаешь, что это такое?

— Н-нет, но я видел эту штуку пару раз и знаю, как она открывается, — Чарли протянул худую руку и осторожно взял цилиндр из широкой ладони Криса. Определённым образом он сжал его в руках, и тубус раскрылся. На ладонь Чарли выкатились три золотистых шарика, тускло мерцавшие в полумраке инопланетного леса.

— Быть такого не может, — ахнул Крис и взял один шарик в руки. Тот был размером с мелкую дробь. Нечто подобное в последний раз он видел, когда только впервые попал на Семилунный. Тогда один из рюкзаков свалился на пол, и лежащие в нём артефакты разбились.

Крис покатал шарик между пальцами и глянул на свет. Тот оказался твёрдым и тёплым. Крис хотел поковырять его ножом, чтобы узнать что внутри, но Чарли предупредительно вскрикнул.

— Лучше не надо, я однажды видел, как парню голову оторвало, когда он попытался вскрыть один.

— Для чего нужны эти цилиндры?

— Мне не сказали… Н-но я знаю, что у всех лидеров сект есть такие. Они часто таскали их с собой, но никому особо не показывали. И у тебя тоже должен был быть, не окажись другие лидеры против твоей кандидатуры.

— А вам они зачем?

— Деньги. Метрополия готова выложить за каждый по миллиарду кредов.

Крис присвистнул. На миллиард кредитов можно было купить огромную компанию, да ещё и останется.

— А я думал, это обычный измеритель энергии.

— Может и так, а может, ты перепутал. Но нам эти штуки позарез как нужны. Мы должны были обчистить главный склад лидеров сект, там они тысячами коробок лежали. Мне бы даже с одного такого ящика денег хватило, чтобы жить безбедно на Лотариуме до самой старости. Может, всё-таки скажешь, где вы спрятали украденные коробки, а? А я тебе имя человека назову, который их купит. Деньги пополам.

Крис фыркнул.

— Вас обманули. Мы взяли лишь три цилиндра из всей кучи — по одному на каждого. Похоже, лидеры знают, что кто-то шпионит, и перенесли все коробки в другой тайник.

Сектант уставился в фиолетовые заросли, которые угрожающе зашевелились. Внутри кустов мелькнуло что-то чёрное и густое.

— Ч-ч-то там?

Крис выхватил нож. Фиолетовые заросли затрещали и лопнули. На прогалину вывалились две чёрных, грязных фигуры. Крис занёс руку для удара, но остановился и принялся хохотать. Прямо перед ним лежали Бен и Вут, вся их одежда была измазана в грязи.

— Метрополия меня возьми, я вас едва не прикончил. Что вы делаете здесь?

— Это ты что делаешь здесь? — возмутился Бен. — Мы ищем тебя уже целый час.

— В смысле ищете? — удивился Крис. — Эй, постой, а ты разве не провалился в ловушку сектантов?

— Конечно. И нашёл здесь всех наших. Вон они идут.

На прогалину, проталкиваясь сквозь сочащиеся заросли, просунулись остальные члены отряда. Один за другим вышли все сектанты, все, кроме Салли Трайна.

— Крис, — крикнула Кэтрин Финк, повисая на его шее. — Ты не представляешь, как мы рады тебя видеть.

— Так-так, а вот и наш прогульщик, — сказал Адам.

— Попридержи язык, Полански, — прорычал Росс, — иначе я вобью его тебе в глотку.

— Здравствуйте, — сказал Майкл Айл, особенно худой сегодня, и закашлялся.

— Привет, командир, — сказал Рональд Рэйни, позади которого шла Анна. — Мы рад видеть тебя в полном здравии.

Сектанты втиснулись на небольшой пятачок свободного от зарослей пространства и тесной кучкой встали напротив Криса. Их грязные, в фиолетовых брызгах, лица были обращены к нему.

— Что вы делаете здесь? — спросил Крис ещё раз. Сектанты переглянулись. Адам хотел взорваться, но Росс вовремя поддел его локтем.

— Мы прибыли сюда по вашему приказанию, командир, — пробасил Гордрик.

— Но я ничего вам не приказывал — Крис повернулся к Бену и шепнул. — Может, хоть ты объяснишь, что здесь происходит?

Бен открыл было рот, но тут вперёд вышел Росс.

— Пол Кохрейн прислал к нам человека с чёрным кристаллом и приказал немедленно собираться в поход. Нам сказали, будто ты ушёл на новую планету и ждёшь нас там. Мы сразу собрались, но почему-то не нашли тебя в точке перехода.

— Может, потому что меня там не было? Нашли кому верить, Кохрейну!

Сектанты потупили взоры. Позади раздался шорох, это пленник попробовал удрать. Крис схватил его за плечо и сдавил. Доспехи скрипнули под громкие завывания сектанта.

— Стоять, приятель. А ну-ка, давай рассказывай. Ваших рук дело?

— Это была его идея, — взвыл Чарли, — я здесь ни при чём, клянусь! Это главарь хотел разделить тебя с твоими людьми. Один из наших шпионов состоял в отряде Кохрейна. Наш босс прислал его к вашим людям, чтобы заманить их в ловушку. Они должны были умереть среди миров, даже не допрыгнув до точки назначения. Как… — лицо сектанта посерело, на коже выступила испарина.

— Что?

— … как и мы. Мы тоже не должны были добраться до этой планеты, — сказал сектант. Его глаза забегали, он плавно осел на землю и вцепился в свои волосы. — Я… я не понимаю, почему мы ещё живы…

Сектанты стали шептаться.

— Свяжите его, — поморщился Крис.

— С удовольствием, — сказал Росс. — А пока, может расскажешь, что происходит и кто этот парень?

— Попробую, — Крис вздохнул и посмотрел на часы. Время всё больше ускользало от него. Он помассировал виски и принялся рассказывать всё, что произошло с тех пор, как подслушал заговор лидеров сектантов. Рассказал Крис и про секретные архивы, и странные цилиндры, и про новое оружие лидеров сект. Когда Крис закончил, его друзья взорвались. Адам подбежал и стал пинать пленника, остальные начали его толкать.

— Вот ведь уроды, — кричал Полански, — пытались нас убить, да? ПЫТАЛИСЬ НАС УБИТЬ, ТВАРИ?!

— Прекратите, хватит, — закричал Крис, отталкивая Адама от стонущего на земле сектанта. — Что сделано, то сделано. Будем радоваться, что живы, значит, у нас есть шанс вернуться назад.

— Мы не можем вернуться, — сказал Шон Финк. Все затихли.

— Почему? — удивился Крис.

— Мы уже пытались открыть портал на Сектариум, — вмешался Рональд Рэйни. — Ни у кого не получилось. Такое ощущение, что порталы не работают на этой планете.

— Быть такого не может, — сказал Крис. Он вытащил нож и выставил кристалл, ведущий на Сектариум. Клинок тут же объяло пламенем, с лезвия посыпались искры. Крис ударил по воздуху так, словно пытался его разрезать, но портал не открылся. Тогда он попробовал ещё несколько раз, переключив регулировочное кольцо в рукояти на другие планеты, но с тем же результатом.

— Говорю же, бесполезно, — сказал Финк. — Мы уже всем отрядом пробовали. Не действует.

— Это невозможно, — сказал Крис. — Из того, что я узнал в архивах, порталы открываются на любой планете. Есть только два случая, когда проход невозможно открыть — когда у тебя блок от прыжка, чего мы не наблюдаем ни у кого из нас, либо когда до места назначения требуется Эфериума гораздо больше, чем у тебя есть. При вступлении в секту механики модифицируют все новые клинки, чтобы было меньше случайных самоубийств в походах и они просто отказываются открывать порталы.

Промолчал Крис правда вот ещё о чём. У него был старый клинок, подаренный ещё Галдахаром, и когда всем выдавали клинки с предохранителями, Крис отказался обновлять свой. И то, что его клинок без защиты, тоже отказывался открывать портал, его смущало вдвойне.

Сектанты переглянулись.

— То есть ты хочешь сказать, — начал Полански, — что мы далеко?

— Скорее всего так. Вы слышали, что сказал наш пленник? Мы НЕ должны были попасть сюда. А это значит, что мы не просто далеко, а чертовски далеко. Так далеко, что нас должно было разорвать по дороге.

— Тогда как мы смогли попасть сюда живыми? Хотя постой… А ведь тот гад сам открыл нам портал… Я ещё тогда подумал, вот ведь вежливый какой, даже не пожалел своей энергии. А он нас в ловушку заманил. Вот скотина!

Крис покачал головой.

— Если кто-то открывает портал, то ещё не факт, что платит именно он. Платит тот, кто последним прыгает в разлом, либо, если у него не хватает Эфериума, то плата за прыжок делится на всех. Со мной было уже такое однажды, когда я случайно переместился с Семилунного на одну далёкую планету под названием Элизий… Лишь чудом мы выжили тогда.

— Мы? — удивился Полански. — Кто с тобой был?

— Неважно. Кристалл у вас остался?

— Вот он, держи, — сказал Росс и положил Крису на перчатку прозрачный кристалл, внутри которого клубился чёрный дым. Крис уставился на него, не веря своим глазам.

— Уж не такой же кристалл пытался подсунуть тебе Кохрейн? — ткнул его локтем Бен.

Крис кивнул и заметил, что из инопланетных джунглей начал валить густой, белый туман.

Глава 67. Что способно остановить тень?

Среди деревьев, то появляясь в клубах тумана, то исчезая, замелькали фигуры в чёрном.

В следующую секунду среди мешанины фиолетовых лиан и голубоватых стволов деревьев, показался первый сектант. Медленно волоча ноги, он устало двигался к людям. За ним, опустив головы и сгорбив спины, плелось ещё около двадцати человек.

— Слава Метрополии, свои, — выдохнул Бен.

Тут Чарли заорал так, словно его резали на части. Он вскочил и попытался убежать, но Росс поставил ему подножку.

— Бегите, бегите, — вопил Чарли, катаясь по земле.

— Заткните его, у меня уже уши вянут от этого шума, — проворчал Полански и повернулся к надвигающимся сектантам. — Привет парни, из какого вы отряда?

Три ярких выстрела из бластера пронзили тело и грудь сектанта. Он захрипел и упал.

— Что ты творишь? — заорал Полански.

Вут держал тяжёлый бластер, из дула которого поднимался лёгкий дымок. Вэлит сдул дым.

— Кретины, — закричал Чарли. — Вы разве не видите, что перед вами не люди? Смотрите!

Туман скрыл фигуры бредущих сектантов, в том числе убитого человека. Повисла тишина. Где-то глубоко внутри дымки зашевелилось некое тёмное, бесформенное огромное существо. Туман слегка отступил. В тот же миг деревья в глубине джунглей закачались, и из марева, к месту где лежал труп, выпросталось большое чёрное щупальце. Сектанты вскрикнули, а щупальце одним движением подняло тело и дёрнуло к себе. С глухим стуком, ударяясь о деревья, тело исчезло. Туман чуть опал, и в нём, снова появились фигуры сектантов. На этот раз оживших мертвецов было гораздо больше, а их глаза слегка светились в полумраке джунглей.

Кэтрин вскрикнула, прижимаясь к отцу.

— Бегите, бегите, — орал Чарли, — это тени! Нам всем конец.

— Да заткнись ты уже, — приказал Вут. — Разве ты ещё не понял, что никто не собирается бежать?

Вут снова выстрелил. Вспышки бластера осветили туман. Трое сектантов упали, а остальные переступили через тела и продолжали наступать. Вначале медленно, словно очнувшись после долгого сна, а потом всё быстрее.

— Святая Метрополия, — пробормотал Бен.

Он выхватил нож и наотмашь ударил по зарослям. Срезанные волной деревья затрещали, начав падать на людей. Сектантам прыгнули в разные стороны, а из джунглей между тем продолжали выходить всё новые и новые люди. Теперь среди них были не только сектанты, но и войска Метрополии — в зелёном и белом, уже грязном обмундировании. У некоторых головорезов висело оружие на поясе, но никто не стрелял. «Люди» падали от выстрелов, но шли напролом.

В ужасе сектанты схватились за ножи и принялись рубить по наступающим. Туман осветился десятками огненных разрезов. Было нечто ужасное в том, как наступавшие молча падали на землю и затихали, так ни разу и не вскрикнув.

Через минуту всё было кончено. Туман скрыл фигуры мёртвых людей, и снова стало тихо. Только Чарли поскуливал, сидя на земле.

— Так вам, тупые инопланетяне, — заорал Полански, — выкусите моей стали, — он повернулся к Чарли. — Вот видишь, это было просто.

Чарли продолжал плакать, нечленораздельно бормоча что-то вроде «тени, мы все мертвецы» и стремился отползти подальше. Крис, наблюдавший за битвой, внимательно всматривался в туман. В том, как шли и умирали наступающие на них люди, было что-то неестественное, что-то пугающее. Он побывал на трёх войнах и знал, что люди себя так не ведут.

Внутри тумана началось движение и оттуда стали выходить высокие четырехметровые фигуры на тонких длинных ножках. Крис с Беном переглянулись. Всё прямо как той ночью, когда их спасла старуха!

От чёрных фигур потянулись длинные щупальца к лежащим на земле телам. Тела медленно зашевелились и принялись вставать.

— Твою мать… — вырвалось у Полански, его лицо мигом побледнело. — Быть такого не может, мы же разрезали их на части…

Вут покидал бластер в руке, выставил режим на максимум и выстрелил в одну из гигантских теней. Разбрасывая искры и шипя, бластер вытолкнул пучок раскалённого металла. Толстый луч спокойно прошёл сквозь тень, полетел дальше и вскоре погас. Четырёхметровая фигура продолжала двигаться к людям, а под ней и вокруг неё шевелились тела. Туловища вставали и, покачиваясь, снова двигались вперёд.

Крис наотмашь ударил своим клинком. Раскалённая волна пронеслась среди толпы, с десяток фигур упали. Волна врезалась в четырёхметровую тень, но прошла сквозь неё так же, как и выстрел от бластера.

— Парни, — сказал Крис глухо, — мы уходим.

— Что?! — удивился Адам. — Бояться этих увальней?

Трупы людей, а это были именно трупы, пригнулись и внезапно побежали.

— Мы уходим, — прокричал Крис. Наотмашь он ударил позади себя и первым принялся бежать.

Сектанты дрогнули и бросились за ним следом. Крис замедлился, и вместе с Беном нёсся позади остальных. То и дело он ударял клинком, прикрывая отряд. Сгорбленные, пригнувшиеся к земле, фигуры подобно животным, на четырёх конечностях бежали за сектантами. Крис бил, фигуры падали, но это их не останавливало и они всё быстрее догоняли людей.

Крис остановился и принялся бить что было сил. К нему тут же подключился Бен, их клинки смогли ненадолго замедлить существ, некогда бывших людьми. Густой чёрной массой эти твари бежали, ползли, прыгали на одной ноге, но неотступно двигались вперёд.

— Уходи, — приказал Бену Крис.

— Ни за что, — прорычал Бен.

Сектантам удалось отбежать метров на триста вперёд. Толпа мёртвых людей, к которым тянулись чёрные нити из тумана, приближалась к Рэлитам. Крис приготовился уже умереть, когда с криками в гущу мертвецов ворвался Вут. Он орал и кромсал тела так быстро и успешно, что после него осталась большая просека. Мертвецы окружили его со всех сторон, но все, кто приближался к нему, тут же падали наземь. Вут был подобен гигантскому смертельному волчку, вращавшемуся с сумасшедшей скоростью. Не прошло и минуты, как все нападавшие валялись на земле, беспомощно шевеля руками.

Вут, весь в гнилой крови, посмотрел на Рэлитов.

— Бегите, я хочу кое-что проверить, — он подмигнул Крису и бросился во мглу, прямо на одну из четырёхметровых теней.

Словно молнии, в полумраке тумана вспыхнули широкие багровые полосы, оставленные его ножом. Тень принялась вертеться на месте, пытаясь достать прыткую фигуру Вута.

— Проклятье, — вырвалось у Криса. — Ты был прав, этот Вэлит делает что хочет.

— Как думаешь, у него получится? — спросил Бен, глядя, как Вут скачет между теней. Тени забыли обо всём остальном, пытаясь окружить наглого человека.

— Конечно нет, разве сам не видишь? — Крис показал на тела. Между отрубленных частей появилась чёрная жидкость и стала склеивать мёртвую плоть. Существа, бывшие марионетками теней, зарычали и принялись медленно вставать.

— Безумец… Убираемся отсюда. Если он хочет сдохнуть здесь, то пусть погибает.

Рэлиты припустили что было сил. Сектанты остановились метрах в пятистах, поглядывая в их сторону. Крис надел маску и вызвал их по радиосвязи.

— Не останавливайтесь, бегите к ближайшему храмовому порталу, там наше единственное спасение. За нас не переживайте, мы вас догоним.

Сектанты дрогнули и побежали дальше на север. Где-то там, если они взяли правильный курс, должен был быть храмовый портал между мирами. Хорошо что подобные порталы есть на каждой планете. Если только нам удастся добежать до ближайшего храма, то мы сможем перенестись на другую планету и там уже будем в безопасности, по крайней мере, от теней. Может быть нам повезёт, и мы даже как-нибудь сумеем добраться до ближайшей известной планеты, а оттуда и до Сектариума будет рукой подать.

Крис обернулся. Мертвецы продолжали их преследовать. Вспышки в тумане прекратились, и снова настала тишина. Вут болван! Всё время норовил испытать свою силу, лишь бы только подраться с кем-нибудь! И вот теперь, похоже, допрыгался.

Крис бежал, экономя силы. Его люди уже выдыхались и еле перебирали ногами. Плохо, крайне плохо их гонял Дварг Гольд на тренировках внутри крепости. Надо было семь потов сгонять с этих лентяев! Если портал далеко, то их шансы выжить очень низки.

Сам Крис привык бегать на далёкие расстояния. То и дело он останавливался, подпуская бегущие фигуры поближе, чтобы увеличить мощность атаки. Мертвецы падали, но вместо них лезли другие, и с каждым разом из маленьких лесов и прогалин к ним присоединялись новые твари. У некоторых давно сгнила одежда, у других и вовсе сквозь кожу торчали кости. Мертвецы рычали, пытаясь атаковать Криса, но каждый раз он ускользал.

Ускользнул он и на этот раз. Крис побежал дальше, но остановился, поравнявшись со своим отрядом.

— Что такое?

Его люди стояли на месте, тяжело дыша.

— Мы… всё… не можем дальше… бежать, — выдохнул Полански.

Крису почувствовал, как у него задёргался глаз. Он посмотрел на мокрые, уставшие лица сектантов. Кэтрин, Майк и Анна, еле живые от двухкилометровой пробежки. Крис выругался и развернулся к надвигающимся мертвецам.

— И чему вас только Дварг Гольд учил? Ладно. Ножи на изготовку, раз мы не можем бежать, то хотя бы умрём как подобает воинам.

— Кара меня разрази, мне нравятся твои слова, — Полански вытащил нож.

— Приготовились. Бьём по команде.

Топот и рычание мертвецов раздавались всё ближе. Почуяв людей, твари снова перешли на бег. Сектанты закричали. Мертвецы были близко. На их окоченевших лицах застыла ненависть. Ещё ближе. В нос ударил гнилостный запах. Ещё немного и...

— Пора! — крикнул Крис.

Туман пронзили десятки широких огненных волн. Толпа трупов, управляемых тенями, взметнулась в воздух, куски тел покатились к ногам сектантов. Но этого было недостаточно, мертвецы продолжали наступать, карабкаясь по телам остальных. Сектанты дрогнули. Казалось, ещё немного, монстры прорвутся и растерзают людей…

Но в этот миг раздался топот сотен ног и в мертвецов врезалась живая лавина высоких, крепких существ. Муравьины! Подобно бурной реке, муравьины отрезали мертвецов от людей и замерли, встав между ними плотной стеной. Мертвецы бились по ту сторону крепких бронированных тел, но эта преграда была им не под силу. Кэтрин заплакала, прижимаясь к отцу. Анна рыдала на груди у Рональда, а пленённый сектант всхлипывал, сидя на коленях.

— Не верю своим глазам, нас спасли муравьины, — сказал Полански. — Но откуда они на этой планете, молния мне в пятку!

— Говорят, они есть во всех мирах, — сказал Крис. — И на вашем месте я бы не расслаблялся, — он показал вдаль. Там, вдалеке марионетки управляемые тенями, потихоньку пытались обогнуть муравьинов, которые кусали мертвецов, пытаясь отогнать их назад. Оживших тел становилось всё больше, и стадо муравьинов походило на плотину, державшую реку. Был только вопрос времени, когда река перехлынет через неё. — Нам надо бежать дальше… Хотя бы идти. Не останавливайтесь, я уверен портал где-то рядом.

Крис в последний раз посмотрел на гигантских муравьинов, похлопал одного по хитиновому брюху и пошёл назад, когда издалека раздался знакомый крик.

— Эй, постойте. Куда это вы без меня?

По спинам муравьинов прыгал не кто иной, как Вут. Мертвецы пытались схватить его за ноги, но он отпинывал их.

— Вут, — просиял Бен. — Мы уж думали, ты пропал с концами.

— Не дождётесь, — рассмеялся Вут. — Этих тварей, конечно не убить, но и меня тоже.

Крис улыбнулся и пошёл за остальными. Теперь весь его отряд снова оказался в полном сборе. И, пока муравьины держали мертвецов, ему и его людям представилась возможность спокойно добраться до портала, их единственного шанса выбраться с этой прокажённой планеты.

Глава 68. Многоликий хозяин пряничного домика

Свободное от деревьев пространство сменилось густыми джунглями. Выбора не оставалось кроме как двигаться вперёд. Где-то неподалёку непременно должен был находиться храмовый портал. Отряд шёл по пересечённой, болотистой местности. Припорошенная фиолетовым земля чавкала под ногами. Скрученные под неестественными углами, деревья пугающе обступали людей. Сектанты в буквальном смысле прорубались сквозь густые, прибитые фиолетовой пылью, джунгли.

Все взмокли и устали. Через час начало темнеть, а храмовый портал так и не нашли. Наконец, под завершение дня отряд снова стал догонять тот странный, клубящийся туман. Сектанты принялись роптать, то и дело оглядываясь, в каждый момент ожидая новую волну заражённых тенями мертвецов.

Если бы не доспехи, защищавшие людей не только от физического, но и от внешнего воздействия на любой из планет, то путь их был бы закончен задолго до этого момента. В джунглях стояла почти стопроцентная влажность, при температуре около сорока градусов. Несмотря на теплозащиту доспехов, через пару часов даже Крис захотел пить.

Отогнав больших, размером с ладонь, москитов, он в очередной раз прислушался и смог расслышать журчание воды на востоке. Прознав о воде, люди приободрились, и через десять минут впереди показался прозрачный холодный ручеёк. Сектанты хотели броситься к нему, но Крис их остановил. Безопасность прежде всего. Он приказал Рейни проверить состав воды. Рон нагнулся и взял пробы.

— Отравлена, — сказал он. По рядам сектантов прошёл ропот, но Рон продолжал. — Видите, ветви нависают над ручьём? С них сыплется фиолетовая пыль. Сама по себе она безвредна, но с водой даёт странный эффект.

— Я хочу пить, пустите, — прорычал Полански, продвигаясь вперёд.

— Подожди немного, — застенчиво улыбнулся Рэйни, — я ведь недоговорил. Пока мы шли, я изучал состав местной пыльцы. Если вы подождёте минут десять, то мне, возможно, удастся приготовить противоядие.

Пока Рон работал с походными реактивами, сектанты разбили небольшой лагерь возле ручья. На кривые деревья развесили миниатюрные лампы, и джунгли не казались уже такими гнетущими и дикими. Девушки развели огонь и кипятили воду в раскладном котелке. Гордрик и Майкл, вызвались добровольцами на пост часовых. Остальные расселись по земле, вгрызаясь в свои пайки. Вокруг поднялась привычная суета и люди смогли немного расслабиться.

Рональд Рэйни не соврал, ему действительно удалось обезвредить фиолетовую пыль. Как он сказал, это были споры плесени, стойкие к теплу и кислотам. Но стоило добавить парочку реагентов, и споры тут же умирали.

Рон смешал пару порошков из своей походной сумки и кинул их в кипящую фиолетовую воду. Жидкость окрасилась в багровый, но потом в одно мгновение стала прозрачной. Девочки обрадовались и начали кидать в воду мясные концентраты. Над лагерем разнёсся запах мяса, хмурые мужчины оживились и начав жаться к огню. Настроение у всех сразу улучшилось, раздались привычные шутки о Рональде и Анне, от которых Анна покраснела.

Крис грыз паёк, не чувствуя вкуса. Бен и Вут сидели рядом, тихо переговариваясь о тенях, когда к нему подошёл Росс Рой.

— Я только что вернулся из разведки.

— Удалось найти храм? — спросил Крис.

— Нет, но я обнаружил кое-что другое. Мне кажется, я узнаю́ эти джунгли.

Крис поднял бровь.

— Ты знаешь, где мы?

— Тебе не понравится мой ответ. Я узнаю́ эти места только потому, что в детстве гулял с отцом пару раз здесь. Конечно, за долгие годы земля изменилась и стала отравлена. Изменились и деревья, но приметные места остались теми же. Вначале, когда мы сюда попали, меня обуревали сомнения, но теперь я не сомневаюсь. Вот, взгляни.

Росс вытянул ладонь, на ней в виде голограммы показался чёткий снимок камня, где на чистом метропольском была выбита надпись «здесь был Ларриус Кальк 231, запомните меня!».

— Что всё это значит? — спросил Крис.

— У меня есть только два варианта. Либо мы в какой-то ловушке и отравленная пыльца создаёт нам галлюцинации. Либо... мы находимся на Семилунном.

Бен и Вут переглянулись. Семилунный, был как минимум в двух неделях пути. Перенестись так далеко от крепости сектантов и не умереть, было физически невозможно. Однако они сидели здесь и были живы, факт этот невозможно отменить.

— Какова вероятность того, что есть ещё одна планета, похожая на Семилунный?

— Учитывая, что мы находимся между мирами, здесь возможно всё что угодно.

— Тогда пока, в особенности для всех остальных людей из нашего отряда, будем считать, что мы на похожей планете. Понимаешь намёк? — Росс кивнул, а Крис продолжил. — Будь мы на Семилунном, где по-твоему находился бы ближайший портал?

Росс задумался.

— Я давно не был в этой части острова. Но если мне не изменяет память, нам надо на северо-восток, там будет крупный храм.

— Так и поступим. Ты кому-нибудь уже говорил о своих догадках? Хорошо, тогда держи язык за зубами. И вот ещё что — будь вдвое осторожней.

Крис подошёл к пленному сектанту. Чарли сразу заскулил, увидев выражение его лица, но Крис остановился и вернулся к своему костру.

— Мы не должны были допрыгнуть до этой планеты, да? — пробормотал он, вспоминая слова сектанта. — А ведь и правда, всё сходится.

После небольшой стоянки отряд двигался бодрее. Ночь спустилась быстро, их продвижение замедлилось. Сектанты включили портативные фонари и по очереди прорубали путь сквозь заросли. Работа превратилась в изматывающую рутину.

В ночных джунглях шумели дикие звери. Рычали, скреблись и фыркали, но людям не показывались. Как, впрочем, и тени. Отряд шёл до глубокой ночи. Крис делал короткие привалы, чтобы дать всем отдохнуть, а затем они шли дальше. Часто он сам вставал на рубку зарослей, но даже его тело Рэлита стало уставать после огромного прыжка и столь длинного, почти бесконечного дня.

Часы показывали приближение полуночи. Похоже Росс всё-таки ошибся и они действительно оказались в другом месте, потому что ни храма, ни каких-либо человеческих следов им не встречалось. К тому же когда тучи разошлись, Крис попробовал рассмотреть небо, но не обнаружил ни одного спутника планеты. Росс сознался в бессилии: без лун, он не мог узнать родное небо. Хотя он и не отрицал, что раз в несколько лет на Семилунном не было видно ни одной из планет.

Надежда людей практически иссякла, как и их силы, когда вдалеке показались огни. Первыми их заметил Гордрик.

— Впереди что-то светится, — крикнул гигант.

— Похоже на храм, — сказал Росс.

— Молодчина Росс, значит, ты указал правильное направление, — похвалил Крис.

Сектанты приободрились и зашагали быстрее. Но чем ближе они подходили к огням, тем сильнее спадала их радость. Вместо величественного, каменного храма, за деревьями обнаружились освещённые окна крепко сбитой, добротной хижины из хорошо обтёсанных брёвен.

Дом с покатой крышей стоял посреди очищенных джунглей и светился как новогодняя лампочка. Вокруг него клубился фиолетовый туман и торчали кривые деревья. Но сам дом был какой-то слишком праздничный, слишком… подозрительный. Словно с картинки про фермерский строй из исторических книг Лотариума, когда люди откатились до дикого общества.

— Что всё это значит? — удивился Бен.

— Хотел бы и я знать, — сказал Крис. Сектанты принялись окружать дом. — Будьте осторожны.

Они попробовали посмотреть, что находится за занавесками, но те были завешены слишком плотно, и невозможно было понять, есть ли внутри засада.

Крис вытащил нож и нажал на железную дверную ручку. К его удивлению, дверь оказалась не заперта. Осторожно он шагнул внутрь. В доме была только одна большая комната, посреди которой тянулся огромный накрытый стол. Блюда большие и маленькие стояли на столе, от них шёл густой горячий пар. В ноздри ударил аромат жареного мяса, закопчённой грудинки, игристого вина, нежного сыра, свежих фруктов, дымящейся картошки с маслом и грибного супа. Сектанты услышали запах еды и вошли следом.

— Быть такого не может, — прошептал Росс.

— Как же я голоден, — сказал Майкл Айл потягиваясь.

У кого-то заурчало в животе. Сектанты как завороженные смотрели на еду. Словно голодные звери, они кружили вокруг стола, не решаясь прикоснуться к блюдам. С жареного мяса стекали струйки жира, корочка блестела в свете ламп, а фрукты, казалось, вот-вот лопнут от сока.

— Не переживай, капитан, я сейчас возьму пробы еды. Минут через десять всё будет готово, — сказал Рэйни и принялся доставать из сумки инструменты.

Первым не выдержал Полански.

— К ларгору всё, — прорычал он, бросаясь к столу.

— Что ты делаешь, а если еда отравлена?

— Значит, я умру сытым, — Полански схватил в обе руки по большой жареной ноге и вгрызся в мясо. По его лицу стал стекать жир. Он громко зачавкал и заговорил с набитым ртом. — Это мяшо, наштоящее мяшо! Што?! Не шмотрите на меня так.

Жирными руками Адам откупорил бутылку вина и принялся пить прямо из горла. Крис барабанил пальцами по запястью, пока Полански продолжал есть. Рыгнув, Адам вышвырнул кости за спину и принялся за отбивные. Тут уже не выдержали ещё двое сектантов, Росс и Вут.

— Кара меня разрази, если еда отравлена, — прорычал Росс. — Этот увалень жрёт так, что у него за ушами трещит.

Вместо ответа Адам сыто рыгнул и потянулся за фруктами. Росс и Вут сели за стол. Крис хотел их остановить, но Рональд сказал, что в еде нет никакой отравы. Тут же за стол сели остальные сектанты.

— А вам не кажется это слишком подозрительным? — спросил Крис у своих людей, которые больше не обращали внимания на него.

— Рональд же сказал, что в пище нет яда, — улыбнулась Анна, откусывая от яблока. — Садись и ты, поешь с нами.

— Чего ты упрямишься, как старый Рэлит, — Бен помахал рулькой. — Хватит видеть во всём ловушки.

— Уж от тебя я такого не ожидал услышать, — фыркнул Крис. — Нашёл на чужой планете дом, в нём горячая и вкусная еда, да ещё такая, что подходит для желудка людей?! Ясное же дело это ловушка.

— Наверное, хозяин просто ушёл, — прочавкал Бен, — ну или он слишком добрый и всегда накрывает для случайных путников, вдруг кто зайдёт.

Крис застонал, хватаясь за голову. Несмотря на взятые Рэйни пробы, Крис не доверял ни этой еде, ни этому месту.

Он приоткрыл дверь и принялся наблюдать за тем, что происходило на улице. Ему хотелось есть ничуть не меньше остальных, но он сдерживал себя. Сектанты же веселились и шумно ели, подшучивая над ним. Оставалось только надеться, что хозяин не явится в дом и не сожрёт его людей.

Внезапно в спину ударила воздушная волна, настолько сильная, что он пошатнулся и едва не упал. С громким стуком дверь захлопнулась. Крис отпрыгнул в сторону, развернулся и…

Оторопел. Ничего не происходило. То есть совсем ничего. Люди застыли, кто с приоткрытым ртом, кто моргнув, кто с куском мяса в одной руке. Даже Бен и Вут замерли, Бен с красивой ухмылкой на лице, а Вут с искривлённым от ярости лицом.

Крис потянулся к поясу и похолодел. Ни ножа, ни бластера там не оказалось. Пропал даже клинок, который он забрал у шпиона-сектанта.

Осторожно двинулся к столу и помахал рукой перед глазами у людей. Нет, не похоже на розыгрыш. Он толкнул Бена в плечо, но тот был словно вылит из камня и не сдвинулся ни на миллиметр. Крис даже ударил его, но чуть не сломал пальцы, настолько твёрдой оказалась кожа.

Крис бросился к двери и подёргал ручку. Та не поддалась. Он попробовал открыть или поднять хоть одно из окон, но с тем же успехом он мог попытаться сдвинуть скалу. Казалось, кто-то поставил время на паузу, и Крис оставался единственным человеком, который почему-то не застыл подобно всем остальным людям. Людям, которые ели за этим столом…

Шорох в полной тишине прозвучал подобно пушечному выстрелу. В противоположной стене комнаты показался темнеющий провал с уходящей наверх лестницей. Крис мог поклясться, что раньше никакой лестницы здесь не было. Вновь раздался тот шорох, подобный отдалённому звуку трущихся друг о друга каменных жерновов. У Криса по коже пробежали мурашки, ему показалось, что он попал в дурной кошмар.

Медленно по лестнице стала спускаться массивная, вдвое выше человеческого роста фигура. Она дёргалась рывками, щёлкала и хрустела. Большая часть этой фигуры оставалось в тени. Существо двигалось так, словно не имело формы и по его телу проходила непрестанная, заметная рябь.

Вначале на свет выплыли шесть массивных ног этой твари, оканчивающихся копытами. Затем появилась и всё существо целиком. Шестиногое, с десятком человеческих рук и тремя лицами в овальных бесформенных масках. Руки существа постоянно двигались и, казалось, сменяли одна другую. Маски на трёх лицах тоже сменялись и наползали. Только что существо имело голову человека, затем его лицо удлинилось, превратилось в морду волка, в следующий миг стало плоским, рот вытянулся, превращаясь в клюв…

Лица существа менялись секунду за секундой, одно лицо наплывало сверху, меняя собой другое. То оно было человеком, то животным, то пришельцем. На груди у него было три маски: грусть, гнев и радость.

Существо полностью вышло на свет. Стены поплыли у Криса перед глазами, ещё никогда он не испытывал подобного страха. Четырёхметровое существо не шло, оно меняло одну ногу за другой. Его руки не двигались, но в то же время они исчезали и появлялись снова. Его лица сменяли одно за другим и никогда не останавливались. Существа каждую секунду превращалось в других невиданных существ и в этом движении угадывалось нечто смутно знакомое…

Наконец, Крис узнал его. Изображения этих пришельцев было на всех планетах и во всех храмах. Одни расы поклонялись им, другие боялись их, но везде, во всех мирах стояли их статуи.

— Многоликий, — нужное слово вырвалось сам собой.

— И мы приветствуем тебя, смертный, — сказало существо на тысячах разных языков и угрожающе двинулось к нему.

Глава 69. Древний нуждается в тебе

— Можешь называть его Древний, — раздался голос. Из-за спины многоликого существа вышел мужчина сорока лет в потёртой кожаной одежде и беспалых перчатках. У него были русые, слегка засаленные волосы до плеч. На поясе блеснуло большое мачете.

— Ты ещё кто? — отпрянул Крис.

— Забавно. Вижу не узнал меня. Между прочим, мы с Древним уже давно ждём тебя здесь.

— Мы? Ты что, его ручная зверушка? — Крис начал полукругом обходить Древнего и человека, пытаясь поближе подойти к столу и схватить нож.

— Смешная шутка, приятель, — незнакомец погрозил ему пальцем.

— Я тебе не приятель, — Крис продолжал огибать его.

— На твоём месте я бы этого не делал.

— Почему?

— Плохая идея при первой встрече хвататься за нож.

— Метрополия тебя дери, да кто ты такой, чтобы давать мне советы?

— Вот так-то ты общаешься со своими спасителями? А ведь именно я должен был перевести тебя между мирами и доставить к Рулунам. Клэйв Родвуд, это имя тебе о чём-нибудь говорит?

Крис замер. Барток обещал, что некий Клэйв Родвуд проведёт его между мирами.

— Брешешь. Мне сказали Клэйву от силы двадцать, а ты выглядишь на все сорок.

— Пошёл ты, пошли вы все, — Клэйв показал средние пальцы. — Ходишь тут такой холёный, а я уже разваливаться начинаю. Я из других людей тупица, мы вдвое быстрее стареем. Спасибо родителям.

— Что ты сделал с моими людьми?

— Да ничего он с ними не сделал. Они спят, чтобы не мешать нам, успокойся.

— Он? Так это его рук дело? — Крис ткнул пальцем в сторону Древнего. — Эй ты, отродье теней, выродок муравьина, отпусти моих людей, не то я за себя не ручаюсь.

— Придурок, с чего ты вообще взял, будто мы с тенями заодно?

Многоликое существо что-то сказало, но Крис не понял ни слова.

— Древний просил напомнить, что он уже дважды спас тебя от смерти сегодня — в первый раз перенёс из нижних миров на Семилунный, а во второй послал муравьинов.

— ЛОЖЬ! — Крис двинулся вперёд, осторожно обходя существо сбоку.

Но куда бы он ни шёл, с любой стороны на него смотрели глаза и маски, при этом существо, не повернулось следом за ним, но казалось, что оно перетекает само по себе, и с какой бы стороны на него не взглянули, везде оно было одинаковым.

— Древний никогда не лжёт.

— Что он такое? И чего хочет от меня? — Крис уже почти подошёл к столу.

Многоликое существо дёрнулось, из лиц-масок с шипением вырвался воздух.

— Он сказал «мы Древние, человек, и этим всё сказано», — улыбнулся Родвуд.

— Чего скалишься или дурить меня решил? Почему я его не понимаю?

Древний наклонил к Клэйву огромную голову волка, которая перетекла в голову орла.

— Оу. Он говорит ты полиглот, ничего себе, редкий дар, — хмыкнул Клэйв. — Вот только язык древних не можешь понять, видимо, не дорос ещё.

— В смысле не дорос, а ты то, как его понимаешь?

Клэйв развёл руками.

— Поброди с моё между мирами, ещё не такому научишься.

Древний что-то выдохнул.

— А, понятно. Он говорит ты ничего не знаешь о потоках жизни и смерти, потому не понимаешь его.

— Что ещё за потоки такие? Я уже где-то слышал о них.

— А ты сейчас их не видишь разве? Они повсюду вокруг нас, оглянись, — Родвуд развёл руками. — Серьёзно?! Поживи с…

— Я понял, можешь не продолжать, — Крис, наконец, дошёл до стола и выхватил нож из кобуры Вута. Нож, к удивлению, высвободился легко.

Крис распрямился и почувствовал себя увереннее. С Эфериумным клинком в одной руке и со стулом вместо щита в другой, Крис принялся медленно подходить к Древнему. Родвуд поспешил скрыться за массивной фигурой инопланетного существа.

— Ну что тени, ваша игра закончена, идите к папочке.

— Ты ошибаешься, говорю тебе, — крикнул Родвуд из-за спины Древнего. — Мы не тени. Я человек, а он Древний.

— Ты это своим подгнившим друзьям будешь рассказывать. Давай так. Либо этот урод освободит моих друзей прямо сейчас, либо наш разговор будет весьма коротким и… болезненным.

Крису показалось, что внутри Древнего раздался шумный вздох. Крис ударил ладонью по рукояти ножа. Лезвие вспыхнуло, на обструганные половицы стали падать шипящие огненные искры.

— Ещё одно создание, не сведущее в потоках Жизни и Смерти… — вздохнул Родвуд. — Ну ладно, смотри сам, я тебя предупреждал.

— Что такое ты там бормочешь? Получайте!

Крис ударил что было сил, но лезвие лишь пшикнуло и потухло. Существо со множеством рук стояло там же где и до этого. Крис похолодел. Слишком поздно он вспомнил, что теней невозможно было достать физическими атаками.

В отчаянии Крис метнул нож в Древнего и вскрикнул от неожиданности. Нож завис в воздухе перед Многоликим, лезвие направлено в один из множества глаз. Снова раздался тот странный вздох. В доме стало прохладней, по ногам засквозил холодный ветер.

— Это всё, на что вы способны? — рассмеялся Крис.

В следующий миг пол и потолок поменялись местами. Крис отлетел к противоположной стене и медленно сполз по ней.

— Ты уже закончил? — Клэйв выглянул из-за широкой спины Древнего. — Можно мне уже продолжать?

Крис закашлялся, вставая на колени. Сплюнул кровью на пол. Руки дрожали. Всё тело превратилось в один сплошной синяк. Только благодаря своей сноровке Рэлита, вбитой в подкорку, он не свернул шею. Кашляя, Крис попробовал встать на дрожащие ноги и с трудом зафиксировался на многоликом и многоруком существе. Образ существа троился, плыл перед глазами. Похоже, удар хорошо меня тряхнул.

Метрополия меня возьми, что это вообще было такое? Только что я стоял в пятнадцати метрах от той твари и… Невероятно, но это существо не сделало ни одного движения. Однако нечто похожее на поток разъярённого воздуха отбросило меня. Проклятье!

— Сколько раз тебе повторять. Мы не тени. Не путай нас с этими низкопробными разрушителями. Ладно я, привык, что меня постоянно оскорбляют, но с ним, — Клэйв указал на Древнего, — подобное поведение недопустимо. Ты осознаёшь, кто перед тобой стоит и что он вообще такое?

— Может, ты мне расскажешь? — прохрипел Крис. Он заковылял к существу, держась за спинки кресел. За столом всё так же сидели его застывшие товарищи. Мимо проплыла Кэтрин. Крис мог разглядеть каждый волосок на её голове.

— Он Древний, — сказал Клэйв. — Древние были задолго до того, как появились миры между мирами, и будут существовать ещё долго после того, как эти миры исчезнут. Так что можешь не переживать, твоим примитивным оружием его не уничтожить. Впрочем, даже если тебе как-то и удастся повредить его тело, то он не умрёт, а переродится во что-то иное. Обычным смертным этого не понять, но ты другое дело. Поэтому он и разговаривает с тобой. Через меня, конечно. Так что умерь свой пыл и прекрати жалкие попытки уничтожить его, ну и меня с ним заодно.

— Отпусти нас, мы просто уйдём, — Крис посмотрел на Древнего.

— Наивный. Не для того он спасал ваши задницы. Ну, по крайней мере, не для того, чтобы затем отдать на растерзание теням.

— Спас нас? Когда?

Глаза Древнего зафиксировались на Крисе. Крис вздрогнул и остановился.

— Ты что, вообще меня не слушал? — Клэйв испустил шумный вздох. — Тот кристалл, который вам дали, должен был бросить вас в огненное пекло нижнего мира, где вас пропекло до костей за пару минут. Любой, кто разбирается в кристаллах, сразу бы понял, что это огненная, непригодная для белковой жизни планета. Вы должны были там умереть, но мы спасли вас и привели сюда, на остров Семи лун.

— Остров Семи Лун? Так всё-таки Росс не ошибся… Но как? Семилунный находится в пятидесяти прыжках от Сектариума.

Клэйв посмотрел на Древнего.

— Он просил пока не объяснять тебе. Говорит, ты сам должен обо всё догадаться и понять. Но если в общем, то для существ, которые построили переходы между мирами, нет ничего невозможного. Или ты думаешь, что их изображения, просто так находятся на других планетах? — Клэйв фыркнул.

— Чего хочет от нас эта… штука?

— Вы, люди, слишком слабы и прямолинейны. Но ему нравится ваш дух. И сейчас ему нужен ты, Крис. Древнее зло пробудилось, и без тебя Многоликий не сможет с ним справиться.

Крис опешил.

— Боюсь, я не тот человек, которого ты ищешь.

— Древние никогда не ошибаются. Он говорит: Мы сделали так, чтобы ты пришёл к нам. Но только тебе решать, на чьей ты стороне. Поток жизни и смерти непреклонен — у каждого живого создания должно быть право выбора. Вы сами выпустили Древнее зло наружу, и теперь вы же должны его запечатать. Только поторопись, иначе скоро может стать слишком поздно.

— Нормальный такой выбор. Или умри от вторжения "зла" или разгребай всё дерьмо сам. Ну уж нет, давай я буду диктовать тебе выбор — или отпусти нас или я надеру твой многоликий зад. Как тебе такой выбор? Сожрал? Вижу, не по вкусу пришёлся ответ. Так-то быть на моём месте. Больше всего я ненавижу когда меня заставляют что-то делать, так что да, я не хочу вмешиваться в чужие дела.

— В чужие? Ваш род людской виноват во всех проблемах. Где бы вы ни объявлялись, на какую планету ни пришли, вы всегда варварски поступаете с ней. Вы грабите её, загрязняете климат, выкачиваете ресурсы, оставляя после себя лишь мусор — в воде, воздухе и на земле. После вас на земле только перерытые курганы и горящие терриконы. Каждый человек повинен в том, что попускает подобным вещам случаться. Вы дикие существа, ещё неготовые путешествовать между мирами, однако вы — путешествуете. И везде, где появляетесь, вы, сами того не зная, сеете разрушение и создаёте больше потоков смерти, чем жизни. Вы были заперты на своей планете, однако смогли найти из неё выход, но лишь потому, что вам дано было это сделать… И всё же, к сожалению, вы так и не окрепли для жизни между мирами — ни морально, ни духовно, ни физически.

Клэйв выдохнул и продолжил.

— Но сейчас не о том, что было, и даже не о том, что предстоит… Есть понасущнее дела. Этот остров был тюрьмой для куда более страшных существ, чем те, которых ты можешь представить. И когда сюда пришли люди, они, даже не осознавая что творят, выпустили их наружу.

Клэйв не умолкал.

— Некоторые называют их злом, другие духами, третьи не называют их никак. Но лишь немногие угадали их истинную суть — это тени, существа, чья сила проявляется в обилии света и не имеет границ в обилии тьмы… Когда-то очень давно мы заперли здесь теней, в надежде, что никто их не найдёт. Но, видимо, потоки жизни и смерти так сошлись, что тому не суждено было сбыться. И именно люди открыли этот ящик Пандоры.

Древний не прекращал перетекать из одной формы животных и пришельцев в другую.

— Долго и упорно, тени скрывали своё возвращение от нас. И теперь, когда мы не можем их остановить, они обнаруживают себя. Очень скоро, тени захватят весь Семилунный, а потом примутся и за другие планеты. Их цель — пробраться на Лотариум через один из разломов на военной базе Метрополии. Когда они доберутся до порталов, то вторгнутся на вашу планету, превратят в теней одну часть человечества, а других сделают своими покорными слугами… И потом, если их не остановить, то, подобно саранче, они будут заражать и захватывать одну планету за другой и нашей силы уже не хватит, чтобы прекратить их экспансию.

Крис поджал губы.

— Я видел теней, но в твои слова слишком сложно поверить. Сложно поверить что бестелесные призраки, живущие в тумане, владеют разумом и тем более задумали вторгнуться на Лотариум. В любом случае, у них ничего не выйдет. У Метрополии много войск и самая передовая техника из всех возможных. Так что можешь не переживать, ни один пришелец не доберётся до нашей планеты.

— Насколько я понимаю, ваша техника не способна фиксировать потоки жизни и смерти. Ты видел людей в военной форме, которыми управляли тени? Это были уже сломанные марионетки, те, чья жизнь истекла. Как думаешь, откуда у них тела военных и сектантов? Когда тень вторгается в человека, она управляет им и полностью поглощает не только его тело, но мысли и даже воспоминания. Никто не может отличить захваченного от тени, понимаешь, куда я клоню? Бестелесные уже давно проникли в гарнизон военных и управляют ими изнутри. На счастье горожан, барьер защищает их от полного порабощения. Но ни одна защита несовершенна и тени обязательно найдут путь, чтобы обойти её. А затем, только дело времени, когда они проникнут на Лотариум и захватят его.

— Твои слова звучат слишком фантастично. Можешь привести какие-нибудь доказательства?

Клэйв взглянул на Древнего.

— Лучше бы ты не просил. Главное не пожалей потом.

Древний махнул всеми руками. В одно мгновение дом исчез, и Крис оказался высоко над джунглями. Его замутило. Вместе с домом исчез и пол, только усилием воли он не терял самообладания. Но шли секунды, а Крис не падал. Вместе с Древним они висели над джунглями и изображение проплывало под ними.

«Голограмма», — прошептал Крис и выпрямился.

Снаружи уже был день. С высоты облаков он видел всю округу. Верхушки джунглей оказались зелёными, их ещё не тронула вездесущая красная пыльца. Ветер ударил в лицо, и Крис вздрогнул — голограмма была слишком реалистичной, слишком… живой. Складывалось полное ощущение того, что он действительно летит над землёй. Ему в лицо ударял ветер, а внизу медленно плыли деревья.

— Смотри внимательно, — сказал голос. Древний куда-то исчез. — Приглядись, и ты увидишь фальшивые тени среди настоящих.

Крис смотрел вниз, пытаясь понять, что странное существо хотело ему показать. Не сразу он заметил, что среди теней деревьев прятались другие, куда более густые тени. Одна из них шевельнулась и переползла к другому дереву.

Крис кружил над домом и постепенно видел всё больше теней. Тени прятались в джунглях вначале, как казалось бесцельно, но чем дольше Крис приглядывался к ним сверху, тем больше понимал, что они окружили весь лес вокруг дома. Как застывшие часовые, они, казалось, только ждали сигнала, чтобы двинуться навстречу и схватить людей. Возле дома так же паслись муравьины, от которых по каким-то причинам тени старались держаться подальше.

Крис снова пронёсся над домом Древнего и понял, что шансов выбраться у них не было — больше тысячи теней окружили дом плотным кольцом, только и выжидая удобного момента, чтобы ворваться внутрь.

— Почему тени не нападают? — спросил Крис.

— Не могут. Нашей силы хватает, чтобы сдерживать их. Но только пока. С каждым днём их становится всё больше.

— То есть ты тоже в ловушке? — удивился Крис.

— Наша сила тоже имеет свои пределы. Не все Древние выдерживают. Когда зла вокруг них становится больше, многие сдаются искушению и переходят на тёмную сторону разрушения… И оттого теней число теней растёт и оттого сильней они с каждым днём, потому что всё больше людей здесь, и всё больше существ сдаются им, не выдержав их натиска, не выдержав искушения. Наши силы тоже на пределе. Сейчас даже захватить пару человек из вашего отряда теням будет достаточно, чтобы перевес оказался на их стороне.

— Ты хочешь, чтобы мы помогли тебе сбежать отсюда?

Вместо ответа ветер завыл в ушах. Крис вздрогнул, земля ушла у него из под ног и стала быстро приближаться, он закричал, но было слишком поздно.

На полной скорости Крис пронёсся сквозь ветки деревьев и врезался в покрытый травой грунт, но, к своему ужасу, пролетел его и понёсся вниз, сквозь землю, густую, как кисель. Ему показалось он сейчас задохнётся, но обнаружил, что может дышать.

Крис очутился в каком-то длинном, тёмном туннеле под землёй. Стены коридора были из стали, а внутри сидело множество людей, полуголых и растрёпанных. Они жались друг к другу и не видели его. К своему изумлению, Крис обнаружил, что внутри каждого человека сидела тень, а от некоторых уходили вдаль тёмные жгуты, похоже, люди здесь были простыми марионетками других теней и уже умерли.

— Я чуть с ума не сошёл, — прошипел Крис, — не делай больше так без предупреждения.

— Хорошо, человек. Мы летим вверх, приготовься.

Крис зажмурил глаза, его протащило сквозь плотный, тягучий воздух, и потом снова стало легко дышать. Он открыл глаза. Рядом с ним появился Древний. Теперь они висели над больши́м постоянным лагерем. Крис узнал это место, расположенное на берегу моря. Все военные укрепления были похожи друг на друга — ангары с техникой, марширующие солдаты, низкие приземистые уродливые казармы. Сейчас, когда Крис знал, куда смотреть, то увидел. Каждый второй солдат в строю был заражён тенями, но никто не обращал на это внимания. Даже он сам ещё какой-то час назад не заметил бы этого.

— И никто этого не видит, человек. Будь у теней желание, они бы давно захватили всех головорезов в казармах и штурмом взяли город. Но они боятся, что военные на лунной базе заподозрят что-то неладное, и закроют все порталы на карантин. Учёные начнут искать, как отличить заражённых людей и рано или поздно найдут способ. И тогда они потеряют свой единственный шанс проникнуть на вашу планету.

— Почему бы тогда вам не подсказать им, как отличать теней от людей?

— Потому что мы не можем сами вмешиваться в ваши дела.

— Мне кажется или я уже где-то это слышал, — нахмурился Крис. — Вы что, тоже проповедуете принцип невмешательства?

— Считай, что так. Только гораздо сложнее. Мы не можем вмешиваться, иначе нарушится баланс и начнутся слишком далеко идущие последствия. Каждое действие рождает противодействие. Вот почему мы позвали вас, хотя даже за ваше спасение придётся заплатить большую цену. Вы должны сами изменить свой мир.

Крис помолчал.

— Увези меня домой. Мне слишком сложно думать… здесь.

В тот же миг он стоял на деревянном полу в том же доме.

Крис пододвинул к себе стул и с шумом сел. Слишком многое навалилось на него за раз.

Глава 70. Мир глазами Нулей

Сектанты за столом зашевелились и потихоньку начали приходить в себя. Крис не знал, привиделось ли ему всё это, или он действительно был единственным человеком в сознании и летал с Древним над землёй.

Многорукое, многоногое существо со множеством лиц, беспрестанно перетекавших из одного в другое, подошло к людям и остановилось напротив них. Сектанты вовсю смотрели на пришельца. Никто не кричал, никто не удивлялся, увидев Древнего. В глазах людей светилось понимание, недоверие, испуг. Похоже, они тоже видели и общались с ним.

— Древний просит вас о помощи, — сказал Родвуд. — Вы должны заточить теней в катакомбах под Семилунным, а я буду вам в этом помогать.

— Допустим мы согласимся, — сказал Крис. — Что мы должны делать? Нас всего тринадцать, а теней тысячи, и они неуязвимы. Нам их не победить.

— Ты прав. Так было бы в обычный день. Но через месяц наступит единственная ночь, когда у вас появится возможность заточить теней в ловушке. Следующий такой шанс представится через десять лет, к тому времени уже не останется ни людей, ни человечества, ни соседних миров… В нужный час вы будете под защитой острова, и тени не смогут до вас даже дотронуться. Но ты прав, вас мало, поэтому вам придётся убедить множество других людей помочь вам. Только действуя сообща, вы сможете победить теней. Но если испугаетесь и отступите, то проиграете.

— Я не верю ни единому слову ни этого типа, ни того существа, — взорвался Полански. — Очнитесь, парни! Разве вы не видите, что пришельцы хотят нас использовать в своих целях? Давайте просто свалим отсюда.

— Куда ты уйдёшь? — сказал Росс. — Разве не видел, мы окружены?

— Так наверняка тени его прихвостни. Эй ты, дурилка инопланетная, убери отсюда своих псов, а то я за себя не ручаюсь.

На лицах у Древнего на миг проступили три гигантских паучьих головы, со множеством глаз и ужасными жвалами. Все эти глаза уставились на Адама. Полански побледнел.

Клэйв вздохнул.

— Тебе повезло, что ты не знаешь с кем разговариваешь, иначе тебе не удалось бы искупить свои слова и за тысячу жизней. Мы не хозяева этим тварям. Тени отдельные от нас и мы сами сторонимся их.

— Прости его Древний, — сказал Крис. — Полански тоже можно понять. Все взвинчены до предела. Ещё недавно мы еле унесли ноги от теней, а теперь ты предлагаешь нам сразиться с ними на равных.

— Вам не надо сражаться с ними, — улыбнулся Родвуд. — Вам нужно лишь заточить их под землёй. Сделать это будет непросто, но пока вы будете собирать людей, я начну расставлять ловушки по острову и помогу вам заманить в них теней в назначенный час. Вам остаётся лишь найти в себе смелость и решиться на этот шаг.

— Даёшь ли ты нам гарантию, что никто из наших не погибнет?

— Нет. Люди погибнут. Будет много смертей, Древний видит будущее и прошлое так же ясно, как вы настоящее. Даже среди вас есть те, кто уже не вернётся назад.

Молчание. Гнетущее, тяжёлое.

— Такова наша смертная натура, — сказал Родвуд, глаза его заблестели. — А у некоторых из нас ещё более смертная, но тут уж ничего не поделаешь. Понимаю. Вам страшно пересилить себя. Но решение принять необходимо. Если вы согласитесь, то мы поможем вам выбраться отсюда и заточить теней. Но если нет, то к сожалению, нам придётся держать вас здесь на долгие годы. Мы не можем допустить, чтобы тени захватили ваш отряд, иначе Древнему придётся тяжело.

Крис кашлянул. Многоликий хоть и был умён, но явно не был мастером в политике. Крис повернулся к своим людям. Шон обнимал дочь, Анна жалась к Рэйни. Лицо Полански пошло красными пятнами то ли от гнева, то ли от страха. Остальные сидели с каменными лицами, разве что только Майк был бледнее обычного. Чарли, всё ещё связанный, без сознания лежал в углу комнаты.

— Я не могу в одиночку принимать решение за весь отряд, — сказал Крис. — Пусть каждый проголосует. Я выберу ту же участь, что и большинство. Куда пойдёт отряд, туда направится и его капитан.

Крис обвёл взглядом своих людей, но все молчали. Потянулась долгая пауза.

— Я не готов рисковать жизнью, — внезапно сказал Рональд Рэйни и вжался в спинку стула. — Я не хочу умирать за… неизвестно за что.

— Вот именно, наконец-то я хоть в чём-то с тобой согласен, — вспыхнул Полански. — Давайте все проголосуем против и сами выберемся отсюда. Вы что испугались этого пришельца и его двуногую собачку на побегушках? Нас много, они не смогут нас удержать. Мы выберемся отсюда и вернёмся домой, а потом забудем всё как страшный сон. Да и вообще я не верю ни единому слову, сказанному этой… этим существом. Разве вы не видите? Он же пришелец, этим тварям нельзя доверять. Даже этот Родвуд, он из других людей, с другой планеты, а значит, уже не наш, не человек. Что уж говорить про пришельцев, у них мозги вообще по-другому устроены, у многих их даже нет. Мы с ними совсем разные. Кто знает, может, они гипнотизёры и он нам всё внушил?

Крис почувствовал, как остальные заколебались. По рядам сектантов прошёл шёпот. Крис сам сомневался в словах Полански, но, возможно, в чём-то Адам был прав. Люди и пришельцы совершенно разные, и это факт. Вот почему Крис позволил своим друзья самим принимать решение. Если они выберут напасть на Древнего, то он с радостью присоединится к ним. Правда, он сомневался, что у них получится сделать ему хоть что-то, но попробовать стоило. К тому же было кое-что ещё, о чём Крис никому не говорил. Вот уже долгие месяцы ему снился один и тот же кошмар. И в этом кошмаре он видел такие же коридоры, забитые тенями, как те, что сейчас показал ему Древний.

«Любой кошмар, всего лишь сон, — вспомнил Крис слова Галдахара, — но если кошмар повторяется, то сто́ит задуматься, а сон ли это?».

Если сон действительно правдив, то я не могу сделать выбор за своих людей, они должны выбирать сами. Родвуд не врал, в том подземелье много кто погибнет, возможно, в их числе окажусь и я…

Сектанты заколебались. Казалось, уже все пришли к единому мнению, когда встал Росс Рой. Его лицо было настолько мрачным, что тут же голоса смолкли.

— Послушайте, — начал Росс. — Я никогда вам раньше не рассказывал о своём прошлом, и на то имелись определённые причины. Только Адам знает о моих похождениях, но мы с ним друзья и он терпит меня точно так же, как и я сам терплю его.

— Брось Росс, — сказал Адам, — не стоит им открываться, они не поймут.

— Прости, но я должен.

— Как знаешь, только смотри не пожалей потом, — Полански отвернулся в сторону. Росс помолчал, собираясь с мыслями.

— Вам всем известно, что я родился и вырос на острове Семи лун. Я знаю там каждую выбоину в камнях, каждую трещинку, каждый дом, каждого человека. С некоторыми я знаком с рождения — Адам, Салли. Некоторых я видел ещё детьми — как, например, Лину или Тесса. Много всего было, хорошего и плохого. Но видите, как всё сложилось? Нам всем пришлось бежать с Семилунного. Забавно. Мы прикладывали столько усилий, чтобы начать новую жизнь, а её так легко разрушили. И вот мы здесь. Снова на Семилунном, в той её части, которую захватили пришельцы, вот только уже не можем вернуться домой. Да и дом у нас теперь новый. Мы вынуждены вечно скитаться с планеты на планету. Такова участь сектантов, но ведь нас, по сути, вынудили такими стать…

— Метрополия, будь она неладна, — сплюнул Гордрик.

— Верно, здоровяк. Все вы понимаете, о чём я. Метрополия растоптала жизни каждого из нас, а ведь я не об этом мечтал в детстве, как, наверное, и все вы. Сам я, будучи мальчишкой, собирал картонные карточки с изображением других планет и грезил, что когда вырасту, то буду путешествовать между мирами. Кто бы мог подумать, что мне придётся путешествовать именно так, — Росс горько улыбнулся. — И вот однажды я…

— Может, не надо? — сказал Адам с нажимом.

— И однажды, я всё-таки осуществил свою детскую мечту. Я проник в храмовый портал и когда никто, как я думал, не видел, перешёл на соседнюю планету Гриджеров. Там меня и поймали головорезы Метрополии. Так, я и стал Нулём.

Бен ахнул. Вут почесал многодневную щетину кончиком ножа.

— Быть такого не может, — выдохнула Кэтрин. — Скажи, что это неправда!

— Прости малышка, но я говорю правду, — Росс снял перчатку и закатал рукав кольчуги до самого локтя. На белоснежной коже виднелась чёткая татуировка: три вписанных друг в друга треугольника и цифра ноль.

— Пять лет я проработал на Метрополию и многое повидал. В общем счёте я сделал пять вылазок вместе с другими головорезами Метрополии. Пять страшных лет я трясся на других планетах, пытаясь выжить. Вы не представляете через что мне пришлось пройти и скольких парней пришлось похоронить вот этими руками…

— Но я выжил. А потом мне сделали предложение, от которого невозможно было отказаться. Меня отпускали на свободу, но с одним условием: я буду вербовать других горожан на Семилунном. И вы знаете… Я согласился. Да, не смотрите на меня так. Я сделал так потому, что боялся снова попасть в междумирье. Вам как сектантам, не понять весь ужас, который ощущает обычный солдат, находясь полгода на одной планете так далеко от дома. Вы, сектанты, скачете из портала в портал, не успевая обзавестись на месте ни врагами, ни сложностями. А если не повезёт, то в любой момент вы можете уйти на следующую планету. Не так головорезы и Нули. Мы не могли покинуть планету — у меня физически не было столько Эфериума, чтобы перекинуть триста человек через портал на раз два. Да и никто не сможет. Поэтому нам приходилось сражаться. И другим приходится, каждый день парни воюют с планетянами и поверьте, не всегда мы первые начинаем конфликт. Чаще всего планетяне сами первыми нападают на нас. Все полгода пока мы сидим в точке, вокруг идёт чудовищная мясорубка, когда ты знаешь, что никто не придёт, чтобы спасти твою задницу. А ведь до планеты ещё надо дойти. А потом каждый день ты уворачиваешься от ядовитых шипов, от стрел и дротиков, от хищных растений и животных и молишься, чтобы не провалиться в ловушку. Каждую неделю мы стабильно хороним одного-двух парней. И это тогда, когда нет прямых конфликтов с местными. А если кто-то долго не погибает, то значит скоро жди беды. Уж поверьте мне, я знаю, о чём говорю. И в таких суровых условиях мы каждый день сражались до последнего солдата и до последнего патрона, и не было никакой возможности покинуть планету. Только ждать дня, когда тебя заберут. А бывало и такое, что тебя не забирали, потому что сменный отряд просто не дошёл до тебя… И потом снова ждать полгода и молиться в надежде выжить…

— Вот почему я согласился вербовать людей на Семилунном. С радостью согласился. Я делал это потому, что боялся снова попасть в лапы Метрополии, ужасная хватка, которая не даёт тебе свободно дышать. Они сломали меня, сделали своим рабом, и я с воодушевлением выполнял их поручения. Вы не представляете, насколько хорошо было снова жить дома. Впервые за долгие годы я мог свободно дышать, не боясь, что меня подстрелят. Но у этого спокойствия была своя цена. Я должен был каждые три месяца поставлять хотя бы одного человека в Нули, иначе меня самого могли забрать обратно. И я хорошо справлялся со своей работой. За пять лет… — губы Росса задрожали, — куча наших парней стала Нулями, даже больше чем нужно. Многие из них служат до сих пор, а некоторые уже умерли.

Росс устало потёр лоб.

— Но вернувшись домой, я снова стал самим собой. Я начал ненавидеть то, что делал для Метрополии, предавая людей, с которыми вырос, обрекая их на ту же участь, которую получил сам. И вот я здесь — сам сражаюсь против Метрополии. Потому что понял, я не смогу прожить ни дня, если и дальше буду служить этой химере, зверю с тысячью лиц. Но я тоже хорош, не думайте, будто я оправдываюсь, никто не заставлял меня убивать… На моих руках слишком много крови, как пришельцев, так и людей. И я не смогу простить себя, если и дальше будут гибнуть люди. Слишком многие уже и так погибли из-за меня.

Росс замолк, молчали и все остальные. Наконец, он продолжил, глядя им в глаза.

— И знаете, что я вам скажу? Я помню, как детстве мы с другими детьми часто бегали в джунгли, но перестали, когда там начали пропадать горожане, в том числе и дети. Их находили потом, странных, высохших, исхудалых. Кругами они бродили вдоль барьера, словно не могли пройти через него. Именно в ту пору появились слухи о древнем зле, поселившемся в джунглях. Вскоре мэр Велховен приказал не заходить дальше полей фермеров и не отдаляться от барьера, так хотя бы жертв стало меньше. Но жизнь тоже стала другой. Раньше она была весёлой и беззаботной. Люди чаще веселились, было больше праздников, мы выбирались в длительные походы с семьёй, а потом всего этого не стало... Все вокруг стали зажатыми, начали бояться каждой тени, шарахаться каждого шума. Люди закрылись, испугались неизвестности. И всё больше взрослых стало пропадать. Всё больше исчезало и моих хороших знакомых. Карим, Малек, Пришка, Клиндор, Кэтрис и много кто ещё. И так продолжается каждый день, продолжается и до сих пор.

— Не понимаю, к чему ты клонишь? — хрипло спросил Полански.

— А вот к чему. Каждый день тени убивают гораздо больше горожан, чем это делает Метрополия за год. Вот почему я хочу уничтожить этих тварей и очистить наши земли от них.

Крис откашлялся.

— Кто ещё думает так же?

В этот раз все подняли руки. Даже Полански и, поколебавшись, потянул пальцы вверх. Крис удивился, но Бен и Вут проголосовали за, так что теперь все взгляды обратились на него.

— Решайте, командир. Как вы скажете, так и будет. Мы ждём только вашего голоса.

Глава 71. Мёртвый заживо

Крис заколебался. Перед глазами сам собой возник давний кошмар. Тень преследовала его по длинному коридору и загнала на самый верх. Он стоял у обрыва, тень бросилась ему на грудь, и он умер… Сон был слишком реалистичным.

Крис взглянул на Древнего, глаза Древнего теперь были обращены на него. Казалось, пришелец видел человека насквозь.

— Мы сами определяем своё будущее, выбирая единственно верный из бесконечного множества вариантов, — сказал Клэйв. — Так говорит Древний.

Бен ободряюще посмотрел на Криса и развёл руками. Вут хитро подмигнул и, закрыв глаза принялся играть с ножом, подкидывая и хватаясь за лезвие кончиками пальцев.

О святая Метрополия! Крису казалось, что он всё это уже видел, что всё происходило с ним снова и снова, как в страшном сне. Нет. Верно сказал Древний. Мы сами выбираем своё будущее. И только он сможет закончить свой кошмар.

— Я не вправе ни за кого решать, — сказал Крис наконец. — Но если мне придётся умереть, чтобы помешать этим тварям захватить всё человечество, то я умру не колеблясь.

Сектанты радостно закричали, а по телу Древнего прошла зыбкая рябь. Крис выставил вперёд руку в кожаной перчатке.

— Сделаем это!

— Вместе до конца!

— За наш отряд!

— За суровых мужчин и милых дам!

— Не отступим!

Каждый сказал своё слово. Только Чарли, насупившись, сидел в углу.

По телу Древнего прошла рябь, теперь куда более сильная. Его грубые руки и ноги втянулись и вытянулись снова, став другими, женственными и утончёнными.

— Древний рад, что вы приняли правильное решение, — улыбнулся Родвуд. — А теперь слушайте план…

Одной рукой Крис вёл за собой большого муравьина, а другой держался за стволы деревьев, переходя от одного древа к другому. Казалось, увитые лианами исполины тянули к нему свои ветви, припорошенные фиолетовой пылью, тонкие и немного склизкие. Он сбросил с плеча очередную лиану, которая неожиданно упала на него. Ветки задрожали на толстом бочкообразном стволе. Лиана исчезла, и нечто зашуршало листьями высоко в кроне.

Крис слишком многое узнал о тенях от Древнего, чтобы понимать: в мирах между мирами могло произойти всё, что угодно. Многоликий показал им, как победить теней, и это поменяло их взгляд на происходящие вещи. Он, как и все могущественные существа его расы, обладал мудростью, превосходящей человеческую.

Древний был прав. Теней нужно остановить, и чем скорее, тем лучше. Тени были подобны огню, который силён лишь там, где есть чему гореть. А топливом им служили все живые существа... Стоит этим пришельцам проникнуть на Лотариум, как они подчинят человечество и сделают всех своими марионеточными рабами. Раса теней размножается за счёт другой жизни. Они паразиты. И чем больше живых существ вокруг, тем сильнее становятся тени и тем больше было у них прислужников.

Нам повезло, что на Семилунном не так много людей и слухи об ужасах в лесу распространились быстро. Только барьер ещё сдерживал этих тварей, чтобы они не хлынули вначале на Семилунный, потом на Лотариум, а оттуда и на соседние планеты.

Крис горько ухмыльнулся. Уж он то знал, что на самом деле только благодаря старухе, барьер до сих пор не пал. Древний показал им, как каждую ночь она выходит и очищает территорию вокруг города от теней. Лампа в её руке тоже была непроста, то был подарок самого Древнего. И даже с такой лампой, только чудом Марта Нокс, эта «полоумная» старуха, до сих пор могла сдерживать теней. И если со старухой что-нибудь случится, то тени непременно проникнут в город, это будет лишь вопрос времени.

Крис бросил последний взгляд на белый камушек, полученный от Древнего. По камню тянулся затейливый рисунок, похожий на солнце со множеством кругов на концах лучей. Крис спрятал камень в поясную сумку. Кто такие эти Древние и откуда у них такие знания? И что за поток жизни и смерти, о котором пытался растолковать им Древний? Ему оставалось лишь гадать.

Среди деревьев что-то подозрительно зашевелилось. Муравьин, шедший позади, защёлкал жвалами.

— Стойте, — сказал Крис. — Туда нельзя. Берите севернее.

План Древнего был гениален в своей простоте. Жаль только, что сам Древний не мог покинуть дом, за ним твари следили неусыпно днём и ночью. Оказалось, пришельцы-тени не могли видеть живых существ, когда те прятались в тенях от обычных предметов. Так, перебегая от одной тени к другой, Крис и его отряд осторожно крались по джунглям.

Правда, как и большинство планов, этот тоже оказался с изъяном — тени явно что-то почувствовали, постепенно стягиваясь вокруг беглецов.

Чем дальше сектанты, тем ясней было видно, как от дерева к дереву по земле прокатывались чёрные сгустки. Это были ещё не сами тени, а только нечто похожее на их ловушки. Подобно паукам, истинные тени раскинули ниточки на большое расстояние. Настоящих теней от их сигнальных разведчиков было легко отличить. Тени были густыми и чёрными, вокруг них всегда ходили заражённые слуги. Оставалось только не допускать, чтобы тени-разведчики приблизились к отряду…

В какой-то момент сразу три маленьких чёрных сгустка поплыли по траве прямо к людям. Теория была идеальной, а вот исполнение не очень. Как только нити бестелесых разведчиков коснутся людей, пришельцы их тут же обнаружат.

Сектанты запаниковали, атаковать теней клинками было бесполезно.

— Прыгайте на муравьинов и скачите что есть сил, — крикнул Крис. — Портал в пяти километрах. Если повезёт, мы успеем добраться до храма раньше теней.

Нити коснулись его ног. Деревья вокруг затрепетали, зашелестели листьями. Где-то в глубине джунглей ожили заражённые пришельцами мёртвые тела людей…

— Ша!

Сектанты ускакали вперёд. Крис помог Кэтрин забраться на муравьина и прыгнул на своего. Муравьин рванул с такой скоростью, что Крис едва не вылетел из седла. Впереди мелькало размытое пятно муравьина Кэтрин. Крис следил, чтобы никто не потерялся, предоставив гигантскому насекомому самому огибать деревья. По спинам захлестали ветки, и муравьин замедлил скорость раз в пять. Быстрее бежать по джунглям насекомое не могло, но вдруг остановилось совсем.

— В чём дело? — крикнул Крис, ощущая как лицо обдаёт крепким морозом, хотя в джунглях стояла жара.

— Впереди тени и там… эти твари схватили Чарли! — крикнул Росс.

Крис ужаснулся. Между двух валунов колыхался большой чёрный сгусток. Наверное, не меньше трёх теней слились воедино, чтобы устроить людям ловушку. От них-то и шёл глубокий, всепромораживающий холод. Клубком змей шевелились тени, от них исходил странный, мерный шёпот. А в центре этого извивающегося клубка, трепетала маленькая фигура Чарли. Из его глаз, рта и ушей текла густая чёрная жидкость. Ноги человека подогнулись, он упал. Из рук вылезли и потянулись к земле теневые отростки. Чарли страшно закричал, но сектанты стояли как заворожённые.

— Убейте его, — крикнула Анна. — Убейте его скорей!

Её крик встрепенул всех.

— Умрите, твари, — Полански вытащил нож. Три красных волны рассекли валуны. То, что было Чарли, теперь умерло. Но не умерли тени внутри него. Они зашевелились, начав собирать рассечённую плоть по кусочкам. Девушки закричали от ужаса. Кусочки плоти притянулись, скреплённые чёрными нитями, и перед ними снова стоял сектант в доспехах и плаще, вот только вместо глаз у него были чёрные безжизненные провалы...

Раздался шёпот, и то, что некогда было Чарли, открыло рот.

— Ссссдайтессссь намммм и всссссё будет закончено сссс…

Крис почувствовал, что этот шёпот и свист гипнотизирует даже его. Он дёрнулся, сумка обожгла бедро сквозь броню. От неё шёл дым. Белый камень, полученный от Древнего, раскалился докрасна. В тот же миг камень потух, а сумка снова стала нормальной. Крис сбросил с себя наваждение. Сектанты стояли в полудрёме, глядя на теней, тянущих к ним свои отростки. Лишь Бен и Вут слабо дёргались, словно окутанные невидимой паутиной.

— Прочь! — Крис полоснул воздух ножом. Огненная волна с грохотом рассекла остатки валунов. Сектанты встрепенулись и вскочили на муравьинов. Тени потянули к нему свои отростки, но поздно. Муравьины рванули так быстро, что у Криса лязгнули зубы.

Тени дёрнулись за людьми, вековые деревья страшно затрещали, ломаясь позади них. Крис считал про себя секунды. По бокам выныривало всё больше заражённых тенями, но людям удалось проскользнуть мимо. На двадцатой секунде впереди показался треугольный, поросший мхом храм. Ещё миг и сектанты были спасены.

Крис соскочил с муравьина. К нему подошёл Росс и пожал руку.

— Спасибо что спас наши задницы. Если честно, я сам до сих пор ума не приложу, как ты смог очнуться от гипноза этих тварей.

— Мне просто повезло, — Крис пожал плечами и отвернулся. Разрубленные, шевелящиеся куски плоти, сшиваемые тенями, всё ещё стояли у него перед глазами.

Глава 72. Слухи впереди, слухи позади

С того дня пор прошло две недели. Четырнадцать долгих, изнурительных дней почти непрерывной дороги по мирам между мирами. Ни сам Крис, ни кто-либо из его отряда, ещё самостоятельно не добирался от Семилунного до потаённой крепости сектантов. На самом деле рядовым сектантам запрещалось самостоятельно перемещаться до Семилунного. Весь путь до крепости знал лишь капитан Мэлтис, да немногие избранные, ибо Галдахар, как её тайный основатель, всеми силами скрывал местоположение Сектариума от Метрополии.

Даже с нужными кристаллами и выверенным маршрутом, сами по себе путешествия между мирами были трудны. Кристаллы были подобны ключам, и нужно было правильно ими распорядится, чтобы открыть портал на ближайшую планету. Идти вперёд, не имея на руках кристаллов и не зная дороги, было чистым самоубийством.

Так было бы и с отрядом Криса, если бы не помощь Древнего. Он дал им кристаллы от нужных планет и указал путь. Знание это было больши́м: чтобы добраться до крепости сектантов, необходимо было иметь многолетний опыт переходов между мирами. Древний же за мгновение наделил их знаниями о том, какие планеты встретятся у них на пути, кого следовало опасаться, а с кем дружить, куда можно было ходить, а куда нельзя. Без этих знаний обратная дорога до Сектариума оказалась попросту невозможной.

Все две недели Бен и Вут делали вид, будто не замечают Криса. Вэлит не мог простить себе, что поддался гипнозу каких-то там теней и ежедневно ходил тренироваться подальше от отряда. А Бен вставал и удалялся каждый раз, когда Крис подсаживался к нему, то ли стыдился свой слабости, то ли обиделся, что его холёную шкуру спас другой Рэлит. Крис же устал обоим объяснять, что ему просто повезло.

Наконец, дорога была позади. Усталые, измученные сектанты перешли через последний портал и лежали на мшистой земле. Замыкающим перешёл Бен и поморщился от вони.

— Это точно Сектариум? — спросил Гордрик.

— Можешь не сомневаться.

Сложно было не узнать чёрную громаду крепости вдалеке, скальные мшистые равнины, и вонь, которой Харуги пропитали всю планету. И уже тем более легко было узнать моноциклы, с рёвом несущиеся к ним сейчас.

Три моноцикла остановились, дула пулемётов направлены на отряд Буревестника. Из машин выпрыгнули патрульные сектанты с горящими клинками. У каждого вышита змея на руке.

— Не двигаться, кто возьмётся за нож — умрёт первым. Кто вы такие и откуда явились? — спросил самый крупный из них. Из под маски здоровяка нелепо торчала густая борода.

— А ты сам разве не видишь, тупица, — фыркнул Полански. — Мы вольные сектанты из отряда Криса. Знаешь такого? — он показал край плаща с вышитым буревестником.

— Не мели чушь, приятель. Понятия не имею, где вы достали эти нашивки, но ручаюсь бородой вы — лжецы.

Полански хмыкнул.

— Боюсь, тогда тебе придётся лишиться бороды. С чего вдруг?

— Всем известно, что Крис сбежал из секты. А потом сказали, что его люди пошли за ним и погибли. Мы похоронили их тела.

— Что за чушь, вот он, стоит перед тобой, живой и невредимый, а мы вместе с ним, — вспыхнул Полански показывая руками на Криса и обходя его, словно цапля на больших худых ногах. — Или ты слепой?

Крис приподнял подбородок. Он почти позировал, его забавляла вся эта ситуация. Стражники хмыкнули, взглянули на капитана. Бородач крякнул.

— Что ж, Криса я узнаю́. Да и кто его не узнает? Да и тебя, признаться, много кто в секте помнит, уж больно ты остёр на язык, — сектанты прыснули, бородач их прервал. — Но даже так мы всё равно вынуждены вас арестовать.

Стражники погрозили ножами. Пару искр зажгли сухой мох, один из сектантов потушил огонь башмаком.

— Погоди минутку, за что? — искренне удивился Полански. — Нас всех? За что?

— Я же сказал. Крис и его отряд — предатели. Они ограбили хранилище лидеров сект, пожгли центральный архив и сбежали.

— Да не делали мы ничего, — вспыхнул Росс. — Нас подставили. Подумай сам, будь мы ворами и преступниками, зачем нам тогда возвращаться? Чтобы ты нас арестовал что ли?

Бородач не нашёлся что ответить.

— А ведь он правду говорит, Лариус, — сказал другой сектант, худой и маленький.

— Заткнись ты, я и сам знаю. Вот только приказы руководства не обсуждаются, — он скрипнул зубами.

— А кто сказал вам, что мы преступники? — спросил Гордрик, потирая перебитый в нескольких местах нос.

— Известно кто. Пол Кохрейн, собственной персоной. Наш лидер.

Крис и Бен переглянулись, Вут оскалил мелкие, жёлтые зубы.

— Ваш лидер сам предатель, — сказал Крис. — Это очевидно, стоит лишь немного подумать. Послушай Лариус, только не перебивай. Ты знаешь меня и знаешь, что я справедлив. Я никого не стану обманывать. Если понадобится, то каждое моё слово подтвердят люди стоящие за мной. И вот ещё что — я такой же лидер секты, как Пол Кохрейн. Пусть у меня только три отряда, а у него под пятьдесят, тем не менее по законам секты мы с ним равны. Ни он, ни вы не вправе судить меня. Моё слово против его, а я говорю, что он лжёт.

— Проблема однако, — бородач поскрёб подбородок. — И как мне быть?

— Нас может рассудить только отец или поединок чести, где наши с ним клинки, скрестившись, докажут кто из нас прав.

Сектанты поколебались и убрали ножи. Они подпустили отряд Криса к себе.

— Похоже, ты прав. Мы готовы выслушать тебя. Вот только вижу, что разговор будет долгим, а вы наверняка голодны. Эй Ким, достань-ка путникам поесть, да поживей!

Сектанты вытащили из моноцикла большую сумку с вяленым мясом Харуги. Бен поморщился, а Крис улыбнулся. К концу их истории сумка уже опустела. Сектанты-стражники, не могли поверить своим ушам. Крис рассказал им всё: и о заговоре против отца, и о секретных технологиях лидеров сект, и о том, как его пытались убить, и о тенях, желающих захватить Лотариум и о том, как Древний дал людям оружие и план, благодаря которому сектанты смогут победить теней.

— Звучит невероятно. Что думаете парни?

— Похоже на правду, по крайней мере, я никогда не слышал ничего более сверхъестественного. В его историю сложно поверить, но она, Метрополия меня дери, подкупает. Заговор против Отца, пришельцы, жаждущие захватывать планеты. Слишком похоже на ложь. Но в то же время, Кара мне в пятку, ну не бывает такой лжи.

— Знаете что, — сказал Лариус, обращаясь к сектантам Криса. — Берите наши моноциклы. Через десять километров будет стоянка, там спрятано ещё двадцать машин. В один моноцикл можно сесть вдвоём. Определитесь кто из вас поедет в крепость, остальные пойдут с нами до стоянки.

Крис взял с собой Росса, Гордрика, Полански Рэйни и Штэфана Ивори. Остальным велел идти со стражами, в том числе Бену и Вуту. Конечно, Бен был не в восторге, что ему придётся плестись пешком, но выбора у него не было.

Прежде чем уехать, Крис обратился к патрульным.

— Послушай Лариус. Никому не сообщай о нашем возвращении. В крепости остались шпионы. Мы должны застать их врасплох, пока они не сбежали.

— Постараюсь, но обещать не могу, — сказал бородач.

— Надеюсь на вас. Поехали!

И три моноцикла укатили по мшистым скалам в сторону черневшей вдали громадной крепости.

Ожидания Криса разбились вдребезги. Когда моноциклы приблизились к её стенам, там их уже ждали сектанты, а одна из стен была поднята.

— Метрополия их возьми, — выругался Крис. — Неужели их слово и гроша ломаного не стоит?

— А чего ты хотел? — спросил сидевший позади Штэфан. — Наверняка с ними связались, когда они не предоставили отчёт о прошедших через портал. Слово за слово, и вот, тут уже всё знают.

— Надо было мне сразу догадаться.

— И что бы ты сделал? Сломал им маски?

— Если бы пришлось.

— Жалко ведь, ручная работа. Наша раса такие уже не делает.

— А как бы ты поступил?

— Никак. Я из свободного народа. Тысячелетиями мой народ скитался по Земле, а потом и от планеты к планете. С молоком матери я впитал мудрость предков. Нужно лишь слушать веление своего сердца, чтобы услышать их голоса.

— Это называется интуиция. Я тоже прислушиваюсь к ней, но сейчас моя интуиция подсказывает, что я совершил ошибку. Жаль уже поздно что-то исправлять.

Моноциклы проехали под поднятой двадцатиметровой стеной крепости. Крис ожидал, что с той стороны им преградят путь, но никто им не мешал ехать дальше. Видимо, всё-таки Лариус оказался не таким уж плохим человеком, как подумал о нём Крис и сумел замолвить за них словечко.

Моноциклы разъехались в разные стороны: один моноцикл, с Россом и Полански, поехал к секретному хранилищу, второй, с Гордриком и Рэйни, поехал к главному складу, а Крис направился прямиком к Галдахару — человеку, которого все в секте знали под личностью Отца.

Путь моноциклу Криса преграждали жители крепости. Женщины и дети высыпали на и без того узкие улицы. Все хотели посмотреть на него, а Крис ругался про себя. Только что он хвалил Лариуса, а оказалось все в крепости знают что лидер Буревестников жив, и едет с какой-то важной миссией.

— Проклятье с этим Лариусом и его людьми, — выругался Крис. — Как нам теперь схватить шпионов? Наверняка они уже давно удрали.

— Кто знает, — спокойно ответил Шон Ивори. — Может, и к лучшему, что Лариус запустил такой слух. Теперь все думают, что мы выполняли секретную миссию Отца. Если задуматься, то ещё день назад эти люди считали нас врагами, а теперь мы для них чуть ли не герои.

Крис скрипнул зубами. Спокойствие Шона начинало его раздражать. Но надо отдать ему должное, он был прав. Кто знает, чем руководствовался Лариус и как бы всё повернулось, поступи капитан иначе. Крис уже ничего не мог поделать с этим. Он отмахнулся от лепестков, которые разбрасывали женщины в честь его приезда. В городе начинался праздник.

Толпа сгущалась тем больше, чем ближе он подъезжал к резиденции Галдахара. Им с Ивори пришлось остановиться и идти пешком. Возле дома Отца их ждали два моноцикла, Росс и Гордрик успели сюда даже раньше него. У обоих сектантов были виноватые лица. Крис заранее знал, что они скажут.

— Шпионы сбежали, — констатировал Крис.

— Прости, мы ничего не смогли сделать, — сказал Росс. — Кто-то предупредил их. Они ушли ещё до того, как мы приехали в город. Оба хранилища обчищены, я поднял на уши личный гарнизон Отца. Они были в шоке, когда узнали, что склады обчистили прямо под их носом. Полански и Рэйни остались там собирать улики, но вряд ли это чем-то уже нам поможет.

— Не волнуйся Росс, я знал, что так и будет. Что сделано, то сделано, но другие наши дела ещё не окончены. Ждите меня здесь. Мне надо поговорить с Га… с Отцом Драгоном.

— Думаешь битвы не избежать? — спросил Росс.

— Скорее всего. Пол Кохрейн ни за что не откажется от своих обвинений.

— Гордрик готов драться — пробасил Гордрик.

— Спасибо крепыш, я всегда знал, что могу положиться на твои кулаки.

Крис подмигнул своим друзьям и вошёл в резиденцию Галдахара.

Глава 73. Ничего личного, просто политика

— А, это ты, заходи, — сказал Галдахар не поднимая головы от стола. Вокруг него в беспорядке громоздились кипы бумаг.

— Ты всё знал, — сухо сказал Крис.

— Всего знать невозможно.

— Не придуривайся Галдахар!

— Тише, — старик втянул голову в плечи и посмотрел на Криса. — Не кричи ты так, вдруг кто-нибудь услышит. О чём я должен был знать?

— Например как находится одновременно в двух местах — скажем на Семилунном и здесь. А ведь между этими двумя точками недели пути… Держу пари тебе известен секрет.

Галдахар уставился в бумаги.

— Понятия не имею, о чём речь.

— Всё это время ты дурил мне голову. Тогда, на Элизие когда в тебя стреляли бранигары. Я сам видел, как ты исчез в облаке дыма и появился в другом месте. А потом я вспомнил, как пока мы шли в окружении пришельцев, ты что-то разбрасывал. Теперь я знаю, что ты телепортировался. А ещё мне известно что это, — Крис вытащил цилиндр, лицо Галдахара вытянулось, — вовсе не измеритель силы, как ты мне говорил. О, можешь не утруждаться, я сам узнаю что это за штука такая, за которой все гоняются. К тебе лично у меня остался один маленький вопрос. Почему вы и другие лидеры сект, скрываете эти технологии от остальных? И даже… от меня.

— Ты не представляешь как тяжело сидеть на моём месте…

— Это я, я не представляю? — взорвался Крис. — Не ты ли назвал меня Рэлитом? Или думаешь что мой путь к вершине был вымощен сахарными леденцами?!

— Ладно, ладно, не горячись. Тогда ты сам должен понимать, что есть многие вещи которые приходится скрывать от простых людей, чтобы у них не возникало сомнений в незыблемости их мира. Колебания могут сделать их слабыми в бою, а на вере строится их преданность Сектам. Ты был у руля и уже догадываешься что не всё в моей власти…

— И что же тебе не подвластно, старик?

— Есть вещи, которые решает только совет лидеров сект. А это очень закрытое сообщество, даже меня они не посвящают во все свои решения. Я знаю что и тебя они не захотели не допускать в свой состав. А это значит что у тебя нет допуска ни к их артефактам, ни к их знаниям… Подумай сам, если они не делятся с тобой как с лидером секты, то зачем им делиться этими знаниями со всеми? Они боятся Метрополии, повсюду между мирами она прослыла как страстный охотник за редкими артефактами. Не удивительно что лидеры сект стараются чтобы как можно меньше людей знало об их секретах.

— Ложь! Они боятся потерять свою власть, вот в чём истинная причина. Метрополия уже давно пронюхала обо всех ваших секретах. Крысы проникли в самые верха и всё разворовали. Шпионы обчистили ваши "секретные" хранилища дочиста, мои люди только что были там.

— Тогда это печально…

— Это всё что ты можешь сказать?! У тебя похитили все наработки твоей любимой секты за последние десять-двадцать лет, а тебя подобное просто печалит?

— Мне действительно очень жаль…

— Вы! Вы все в этом замешаны! Теперь ты меня так просто не проведёшь старик, я вижу твой длинный хвост торчащий отовсюду. Не знаю уж что ты задумал, но уверен, что в этот раз не было никаких шпионов и вы сами всё перепрятали.

— Возможно, — улыбнулся Галдахар. — Говорю же Крис, не сомневайся в совете лидеров. У нас есть свои методы и мы бьём на опережение. Пока же будем считать, что по официальной версии нас обворовали шпионы...

— А на самом деле вы просто не хотите делиться с остальными сектантами, если всё всплывёт, верно? Быстро же вы работаете. Только я появился тут, как вас уже и след простыл.

Галдахар зевнул.

— Ты слишком много о себе возомнил. Есть вещи, другие вещи, о которых тебе пока лучше не знать.

Глаза Криса сузились, ноздри раздулись.

— Хорошо, — медленно проговорил он, — а о тенях я тоже не должен был знать?

— О тенях? — удивился старик. Его спина сгорбилась, он снова принялся перебирать бумаги. — А что тебе до них? Они не представляют угрозы. Мои люди постоянно следят за ними и присылают отчёты.

— Не представляют угрозы? — фыркнул Крис. — Твоих так называемых доносчиков уже давным-давно захватили тени. Я сам видел теней, управляющих сектантами на острове. Если не веришь, спроси у моих людей или затребуй видеозаписи наших масок. А отчёты тени сами же и подделали.

— Кхм. Твои слова нужно будет ещё проверить... В любом случае, как я уже говорил, тени не представляют для нас угрозы… Всё что они могут это пугать горожан по ночам. Не спорю, тени способны притворяться людьми, и потом заражённые ими умирают, это прискорбно, но это всё на что хватает их жалких сил. Во всём остальном они довольно беспомощные, я бы даже сказал безобидные существа, — он нервно хохотнул. — Подумай сам, какую угрозу тени могут представлять если даже не способны попасть в город?

— Ты придурок Галдахар! Столько лет живёшь в городе и ничего о нём не знаешь. Эти безобидные, как ты выразился, тени размножились до такого количества, что в джунглях Семилунного их уже целая маленькая армия. Ещё чуть-чуть и они прорвут барьер, а потом… ну скажем полезут на Лотариум.

Лицо Галдахара вытянулось, пару листков упало на пол, но он даже не заметил.

— Об этом я, честно говоря, как-то не думал… Но о таком ты тоже можешь не переживать… Насколько мне известно, кхм, тени не способны перемещаться через порталы без страха себя обнаружить. Ну и в конце-концов на фильтре лунной базы тоже не дураки сидят. Военные наверняка обнаружат что-нибудь подозрительное, когда заражённые тенями будут проходить через сканер.

— Ты сам то веришь в свои слова? Их невозможно обнаружить. Они не выдают себя, пока человек не начнёт разлагаться. Им достаточно просто пройти через портал на Семилунном, чтобы захватить всю базу военных. Ну а дальше… Только вопрос времени, когда эти твари проникнут и на сам Лотариум.

— Звучит слишком фантастично, прости, но в подобный расклад сложно поверить. Тени всего лишь тени. Они ничего не могут в нашем мире.

— Я тоже так думал, пока не встретил Древнего.

— Древнего?! — правая рука Галдахара дёрнулась сметая половину бумаг со стола. Рывком старик встал и вцепился Крису в запястье. — Говори. Говори всё что ты знаешь о Древнем!

Крис перехватил руку Галдахара и сжал. Железо скрипнуло, старик отпустил его. Потирая запястье, Галдахар удивлённо уставился на Криса.

— Ну ладно старик… Слушай раз хочешь услышать…

Когда Крис закончил свой рассказ, Галдахар стал серьёзным.

— Значит твои слова правда и тени действительно хотят захватить Лотариум… — старик почесал подбородок. — А это означает только одно — конец нашей цивилизации. Кто бы что ни думал, но мы до сих пор зависимы от Метрополии. Так что говоришь ты собираешься делать?

— Остановлю теней, как и просил Древний. У нас осталось чуть больше двух недель до назначенного дня. Мне нужно собрать сектантов и как можно скорее вернуться с ними на Семилунный.

— Повести за собой шестьдесят отрядов, — пробормотал Галдахар потирая щетинистый подбородок, — практически невозможно… Что ты собираешься им сказать?

— Расскажу им всю правду, с самого начала.

— Этого будет недостаточно чтобы повести людей за собой, — горько усмехнулся Галдахар. — Так, максимум два три отряда. Здесь не любят ни Метрополию ни Лотариум. Рядовые сектанты плевать хотели и на тех и на других. Многие только будут рады, если Метрополия падёт, а вместе с ней погибнут и все люди с нашей планеты. К тому же, если ты начнёшь рассказывать о тайнах сект, то настроишь против себя и лидеров. Ну а уж они быстро натравят своих людей против тебя. Нет, так у нас ничего не получится.

— У нас? — Крис поднял бровь.

— Ну да, я тоже в деле. В конце-концов и в моих интересах сохранить свою планету от вторжения пришельцев. Принцип невмешательства обязывает меня вмешаться и всё такое, ну, ты понимаешь о чём я, — Галдахар принялся ходить из угла в угол заложив руки за спину. Наконец он сказал. — Да… наверное так, у нас получится провернуть это дело… Тебе необходимо рассказать людям всё как есть, но это должно быть лишь вишенкой на торте.

— А что тогда сам торт?

— Пообещаешь всем что мы захватим Семилунный.

— Ты с ума сошёл, старик?!

— Это единственный вариант, на который согласятся все сектанты. Послушай, ты многого не знаешь, но сектанты порядком недолюбливают горожан. А большинство наших уже давно хотят захватить Семилунный под свой контроль.

Крис поперхнулся. Откашлявшись и чувствуя что кровь прилила к лицу, он наконец выдавил.

— Это чистое самоубийство. Я конечно слышал подобные разговоры среди простых людей, но это же глупость. Даже если мы захватим город, что нам это даст? Метрополия пришлёт силы всей планеты чтобы нас уничтожить.

— Всё верно. Но есть одна небольшая тайна, о которой почти никто не знает, — старик широко улыбнулся.

— Я весь внимания.

Галдахар подошёл к столу и вытащил из мешанины бумаг широкую, довольно подробную карту Семилунного. Не обращая внимания на каскад падающих документов, он ткнул пальцем в окраину города.

— Вот, смотри. На Семилунном существует только один портал через который Метрополия может перебрасывать свои войска с Лотариума. Это тот самый портал через который все попадают на планету. О настолько неприметен что многие про него вообще забывают. Сами же военные непрестанно используют его чтобы забрасывать на остров то новичков, то свои отряды. А теперь взгляни внимательно сюда, видишь эту черту? Это барьер. Портал находится в пределах города, под непосредственной защитой барьера. Ты понимаешь о чём я?

— Кара?

— Верно! Сражаться в стенах города подобно самоубийству. Если мы отрежем Метрополию от этот портала, то фактически поставим её на колени. Естественно что сам храм хорошо охраняют. Но тот, кто владеет порталом, владеет миром.

Крис хотел было возразить, но Галдахар поднял ладонь.

— Ну и в качестве бонуса мы зачистим территорию острова от теней, а сам остров возьмём под свой контроль, чтобы ни одна тварь не посмела проникнуть на Лотариум или куда-либо ещё. Между тем Метрополия больше не сможет путешествовать между мирами. Конечно, со временем они найдут рычаги, как заставить нас пойти на уступки. Но завладев порталом мы станем диктовать им условия. Только представь что будет, когда мы возьмём весь остров под свой контроль, — глаза Галдахара засверкали.

— Сумасшедший старик! Даже если закрыть один портал на Лотариум, то у Метрополии будут ещё миллионы разъярённых головорезов, разбросанных по другим планетам. И рано или поздно солдаты вернутся на Семилунный. Как думаешь что случится, когда после года, проведённого бок о бок с пришельцами, головорезы узнают, что пути домой больше нет? Они нас уничтожат!

— Ты прав как всегда, только их не миллионы Крис, а чуть больше ста тысяч.

— Сто тысяч разъярённых головорезов, мечтающих попасть домой, — констатировал Крис, — против, сколько там у тебя сектантов — две тысячи, три? Они снесут нас как шторм сносит крепость из песка!

— И тут ты прав, везде прав — сказал Галдахар, продолжая расхаживать из угла в угол — но ты упускаешь из виду один фактор. Как только мы захватим Семилунный, горожане с нами объединятся. Их ненависть к военным, постоянно устраивающим рейды в городе, сейчас на пределе. И есть ещё один фактор который ты тоже не учитываешь. Ты забыл что существует множество других людей живущих на множестве разных миров и их гораздо больше чем нас всех вместе взятых. Многие из них устали жить с планетянами и тоже мечтают вернуться домой. Там, в других мирах, не везде комфортно живётся, поверь. Я сам скитался по сотням планет везде чувствуя себя не к месту, повсюду ощущая на себе взгляды планетян или их неодобрение. У меня даже семья была на одной планете… Впрочем не важно. Как только другие люди узнают что у них появится возможность вернуться домой, а слухи об этом распространяться быстро, поверь, десятки тысяч других людей, намного более злых и сильных чем Головорезы, примкнут к нам. И вот тогда мы объявим Семилунный нашей новой, независимой территорией, — глаза Галдахара засверкали.

Крис опешил.

— Ты хочешь провернуть… то же что сделали колонисты на Луне?

— Да, и даже больше. Мы войдём во все закрытые двери, отворив их ударом ноги. Ничего личного, это просто политика, уроды. И именно ты станешь нашим послом как Рэлит и будешь представлять наши интересы в совете Элиты, — Галдахар заулыбался дожидаясь когда Крис поймёт его план.

Внутри Криса вспыхнуло понимание. Старик был прав. Если сектантам удастся захватить единственный портал ведущий из Метрополии, то я смогу выступить перед Членами Элиты, как посол от новых территорий. Да, я действительно сумею доходчиво всё объяснить перед Советом, и тогда Семилунный войдёт в Метрополию, а я стану одним из Членов Элиты и буду представлять в Верховном Совете новую территорию Метрополии.

Крис вспомнил историю Луны и улыбнулся. Это было давным-давно, когда ещё Лотариум сам был колонией Земли и местное правительство угнетало поселенцев на Луне. Но потом там произошло восстание, и потомки первых колонистов добились независимого статуса для своей территории. Так, планета Лотариум объединилась в единое правительство и стало Метрополией. Три треугольника на флаге которой символизируют единство трёх планет — Земли, Лотариума и Луны.

С тех пор прошли столетия, но до сих пор на Луне хранится бомба, которой колонисты угрожали взорвать Луну и тем самым уничтожить Лотариум. Только теперь эта бомба стоит на золотом пьедестале, а её корпус покрыт чистым золотом и инкрустирован драгоценными камнями. Сейчас к ней водят туристов, но когда-то давно, угроза уничтожения планеты была реальной.

Крис улыбнулся и Галдахар засиял.

Внутри Криса росло растущее чувство того, что если план старика сработает, то всё может сложиться в лучшую сторону для него.

Глава 74. Имя шпиона

— Только надо действовать прямо сейчас, — сказал Крис. — Собрать как можно больше людей на площади и посвятить их в планы. А потом я лично изобличу предателей. Этот Пол Кохрейн и его шайка, поплатятся за всё.

Улыбка сползла с лица старика.

— О чём ты? Я думал мы уже обо всё договорились. Надо двигать только одну тему.

— Как? А шпионы, которые разоряли нашу секту? А может ты ещё и забыл как их лидеры договорились убить тебя?

— И что? — Галдахар фыркнул. — Я знаю об их заговоре. Говорю же, у меня везде свои люди.

— Я сам слышал как Пол Кохрейн хотел убить тебя. Уверен, именно он самый главный шпион Метрополии.

— Оставь его, Крис.

— Что? После всего, через что я прошёл? Я уже запустил маховик войны. Мы будем с ним сражаться и я убью его перед всеми. Он заслуживает смерти за то что пытался уничтожить меня и моих людей.

— Крис, — Галдахар поморщился, — прошу тебя, оставь это дело мне. Уверяю ты ошибаешься. Пол Кохрейн не шпион Метрополии.

— С чего ты взял?

— С того что он мой сын.

Крис опешил. Галдахар продолжил.

— Поэтому то я и уверен что он не шпион. Оставь это дело в нашей семье. Я давно знаю что Пол задумал убить меня. Он сам мне об этом говорил, да и другие не молчали. Но я вижу его взгляд — это не глаза убийцы Крис. У него взгляд льва загнанного в угол. Он попал под влияние не тех людей — это они хотят меня сместить и он понимает это в глубине своей души. Но Пол уже не может остановиться — его люди идут за ним потому, что ждут что он вскоре займёт моё место. Они же в том числе сами того не зная подталкивают его ко многим поступкам. Но он не сможет меня убить, он мой сын Крис, и я знаю его лучше чем кто-либо ещё.

Крис фыркнул.

— Взгляни фактам в глаза. Твой сын шпион Метрополии. Он вместе с другими шпионами напал на меня тридцать первого августа. Впятером они хотели зашвырнуть меня в адское пекло нижнего мира. Если бы не Древний, я бы давно погиб.

— Когда говоришь это было? Две недели назад значит, — старик почесал подбородок. — Ага, точно, всё сходится. У него алиби. После того, как он пытался прогнать тебя из секретного архива, я забрал его с собой на другую планету. Мне нужна была его помощь. Там мы провели одиннадцать дней, и да, это было очень далеко от Сектариума. Кстати, мы только недавно вернулись в крепость.

— Что мешало ему как и тебе, телепортироваться между мирами на большое расстояние? Раз уж ты владеешь секретом как находиться в двух местах одновременно, то и сын твой несомненно так умеет.

— Неужели ты думаешь что я настолько глуп, чтобы не контролировать его? Будь уверен, мы были очень далеко, настолько далеко что ты и представить себе не можешь. Он физически не сумел бы вернуться на базу и обратно, чтобы я не заметил пропажи в его силе.

Крис задумался.

— Но тогда… Если шпион не он, то кто? Погоди-ка минутку, кажется теперь я понял… Чарли сам проговорился, каким же слепым я был! Пойдём скорее, я знаю кто главный шпион среди сектантов.

— Кто такой этот Чарли? Эй, постой, может ты всё объяснишь мне?

Но Крис уже покинул резиденцию Галдахара.

Крис вышел на улицу. Тучи на небе сгущались, собиралась довольно редкая гроза на Сектариуме. Галдахар вышел следом — в маске, фиолетовом плаще и матово-чёрных, начищенных до блеска доспехах. Старик шёл выпрямив спину, уверенной походкой настоящего лидера. И только Крис знал, сколько усилий этот мужчина, годившийся ему в отцы, прикладывал, чтобы казаться сильнее своего возраста.

Только что вокруг них было пусто, но в тот же миг, двери соседних зданий открылись и оттуда выбежали сектанты — в чёрных плащах, с одинаковыми масками на лицах и с красными повязками на левой руке. Сектанты взяли их в круг и пошли, соблюдая дистанцию.

Крис оценил масштаб. Галдахар не врал, когда говорил, что не боится заговора и предательства. Три полных отряда сектантов, по одиннадцать человек в каждом, всегда были готовы по любому зову придти к нему на помощь.

Крис усмехнулся. Даже в лучшие годы на Лотариуме, вокруг него было меньше профессиональных телохранителей роботов и людей. Но и сектанты правда, были не совсем обычными людьми. Хотя как сравнивать. Теперь, владея силой Эфериума, Крис был уверен что рядовые сектанты приближались по мощи к Вэлитам, прирождённым бойцам выпестованным в школе Элиты. Уж слишком много преимуществ давал Эфериум, делая тело неуязвимым для физических атак.

Крис и сам, будучи Рэлитом, едва не проиграл в схватке с обычным увальнем из Семилунного. Сектанты же были обученными и подготовленными бойцами. Доспехи и оружие, основанные на подпитке силой владельцев, делали их практически неуязвимыми для людей, не владевших Эфериумом. Доказательством тому была могущественная группировка сектантов, которую за двадцать лет так и не смогла ни уничтожить ни переловить Метрополия. Ещё одним доказательством было то, что сектанты спокойно посещали незнакомые миры. В сущности это и было их основной работой — разведка и торговля с иными расами. То, что людям удавалось сопротивляться существам из других миров, ещё раз доказывало силу сектантов. Но люди как вид, сами по себе, были далеко не самыми сильными существами во вселенной и с этим, к сожалению, приходилось мириться.

Они шли к центру крепости, на площадь. Вскоре к ним присоединилось ещё два отряда и взяли Криса и Галдахара в куда более плотное кольцо. Крис оценил это по достоинству — вокруг него больше не теснились обычные люди, жившие в крепости, и он мог спокойно идти вперёд, в то время как сектанты вокруг них, расталкивали других сектантов, которых с каждой минутой становилось всё больше.

Вскоре продвижение вперёд слегка замедлилось. Рубаки Галдахара, шедшие впереди, расталкивали толпу. Некоторые расступались — авторитет Отца был непререкаемым. Другие же, как догадался Крис, из тех отрядов командиры которых желали смерти Галдахару, пытались перегородить дорогу, но телохранители старика жёстко их расталкивали.

Крис сам видел, как завязались драки впереди. Он порывался помочь конвою, но Галдахар мягко опустил ему руку на плечо.

— Оставь, сами разберутся. Мои парни любят подраться.

Крис улыбнулся. Действительно, некоторые сектанты из охраны Галдахара остались, а их место тут же заняли другие сектанты с красной повязкой на левом предплечье. Отряд двинулся дальше.

Крис поражался сколько народу собралось на площади. Она была полностью занята людьми, здесь наверное были практически все сектанты. Новость, что в крепости творится нечто из ряда вон выходящее быстро распространилась не только внутри самой крепости, но и ушла в другие миры. Многие вернулись домой из похода чтобы посмотреть что происходит. Одних только сектантов состоящих в отрядах здесь собралось по меньшей мере две тысячи.

— Ты уверен что план сработает? — спросил Крис увидев такую толпу.

— Конечно. Я хорошо знаю свой народ.

Крис хмыкнул. Уж слишком неодобрительно были настроены сектанты, особенно из отрядов Кохрейна.

Охрана довела их до возвышения на площади, которое было открытой сценой сколоченной из грубых досок. Телохранители окружили площадку, Крис повернулся к сектантам стоявшим перед ним. Целое море людских голов в масках и без, смотрели на него колыхаясь подобно живому морю. Похоже шпионы хорошо постарались распустив слух что Крис предатель. Многие видимо до сих пор так и считали.

Крис собирался пройти к трибуне, но Галдахар остановил его. Лицо Драгона было скрыто под ничего не выражающей маской.

— Что ты собираешься им сказать? — шепнул старик наклоняясь к Крису поближе.

— Расскажу всё как было.

Галдахар покачал головой и придвинулся так, чтобы никто не смог их подслушать.

— Мы же с тобой уже проговаривали этот момент. Есть вещи, на которые даже я не могу повлиять. Тебе нужно набрать как можно больше голосов командиров отрядов, чтобы всё провернуть. Но если ты будешь обвинять лидеров сект и расскажешь об их… секретах, то они очень быстро настроят свои отряды против тебя. Тогда ты потеряешь поддержку самых крупных игроков, а это тысячи готовых сражаться бойцов.

— Я не собираюсь лгать, — Крис выпрямился.

— Тебе и не надо. Просто промолчи о некоторых вещах. Я же не прошу ничего, что не происходит у вас в Парламенте, верно?

Крис улыбнулся сквозь скрежет зубов.

— Хорошо, я постараюсь не болтать лишнего. Это всё?

— Да. Не забудь. Ты должен сначала рассказать им о нашем плане…

— Ты хотел сказать о твоём плане?

— Нашем, мы плывём с тобой в одной лодке Крис… Вначале убеди их в том, чтобы вторгнуться на Семилунный и только потом, как бы невзначай упомяни о тенях.

— А тебе не кажется, что ты требуешь слишком многого? Мне пора, отойди старик.

Крис отодвинул Галдахара и подошёл к трибуне. На него смотрело человеческое подвижное море голов и тел. Ему и раньше доводилось выступать перед большим количеством людей. На долю мгновения он ощутил себя Праудлионом, который так же выступал перед жителями Семилунного. Крис заколебался, но только на мгновение. Он надел маску и переключил микрофон на общий канал.

— Добрый вечер, всем, кто пришёл чтобы послушать меня. Большинству из вас скорее всего хорошо известно моё имя, а если нет, то я ларгольски рад что вы ещё не в курсе дел, — сектанты хохотнули. Крис продолжил. — Но не ради шуток я вышел на эту сцену. Я вышел сюда чтобы рассказать вам что вас обманули. И что мы должны очистить остров от теней, пока ещё не стало слишком поздно…

— Эй, что такое несёт этот предатель? — сказал кто-то в общем эфире и гул голосов подхватил его. В адрес Криса понеслись грубые высказывания и даже полетели ошмётки мусора.

— Прекратите! У нас нет сейчас времени выяснять старые обиды. Нужно как можно скорее объединиться и очистить остров от теней.

— Предатель, вали отсюда, — доносилось со всех сторон, а потом всё громче, — ПРЕ-ДА-ТЕЛЬ, ПРЕ-ДА-ТЕЛЬ, ПРЕ-ДА-ТЕЛЬ…

В лицо Криса прилетел ошмёток недоеденного фрукта. Крис отбил его рукой, но следом полетел другой мусор. Крис начал приходить в ярость. Он закрыл глаза. В его ушах пульсировало разносимое толпой «Предатель, предатель» — скандировали сектанты. «Повесить, убить, распять» — кричали другие. Крис вцепился в трибуну, а потом со всей силы врезал по ней кулаком. Массивная подставка из цельного дерева, хрустнула как гнилая спичка разлетевшись на множество мелких щепок. На площади повисло молчание.

— Хорошо, — сказал Крис. — Раз вы хотите, то я скажу вам, кто предатель. Многие из вас ещё не знают, но на Сектариуме завелась сеть шпионов. Настоящих предателей, которые многие годы следили за вами, обкрадывали и обманывали вас.

Сектанты затихли.

— И сейчас я вам назову имя, самого главного шпиона из всех. Его зовут…

Сектанты замерли и практически перестали дышать.

Глава 75. Маски сорваны

— Его зовут Сикарито!

Над толпой повисло молчание, а затем пронёсся недовольный ропот. Люди отошли от сектанта в алом плаще. Скикарито вдруг понял что остался один.

— Ложь. Как ты смеешь порочить моё имя? Имя лидера отрядов Сикарито!

— Моё слово против твоего, предатель, — сказал Крис. — Я не лгу. И чтобы всем это доказать, я вызываю тебя на смертельную дуэль. Пусть нас рассудит битва.

Сикарито поёжился.

— Вы что не видите, что он сам шпион? Ни единому его слову верить нельзя.

Сектанты переглядывались. Никогда прежде не случалось такого, чтобы один лидер вызывал другого на дуэль. Бывало так, что сектанты ссорились и тогда между ними происходил публичный поединок до первой крови, но чтобы другие лидеры? Никогда.

Все взгляды устремились на Галдахара, Отца сектантов.

— Его слово, против слова другого. Пусть их рассудит нож, — хрипло крикнул Драгон.

— Да вы хоть знаете кто он такой? Кем он был раньше, прежде чем попал в нашу секту? Спросите его людей знают ли они кто он такой на самом деле? Ручаюсь что нет.

— Кем бы я ни был в прошлом, сейчас мы уже не там, грязная крыса!

Крис спрыгнул с трибуны, сектанты между ними стали почтительно расступаться, создав своего рода коридор. Он свободно шёл по нему пока Сикарито продолжал лепетать. Похоже шпион всё ещё не мог поверить что сейчас ему придётся сражаться.

Крис подошёл к Сикарито. Вокруг них сомкнулась толпа сектантов, оставив свободное пространство для поединка. Сикарито снял маску, длинные волосы волнами упали на плечи. Под маской скрывалось испуганное красивое утончённое лицо.

— Вы серьёзно? — обратился Сикарито к людям, взявшим их в кольцо. — Вы действительно хотите чтобы я бился насмерть с этим разбойником, с этим львом в человеческой шкуре?

— Сражайся, трус, — крикнул кто-то из толпы.

— Позор. Какой пример лидер показывает своим отрядам?

— Замочи его, Сикарито, мы болеем за тебя! Не позволяй марать наше имя! Убей его!

— Не бойся, — подбодрил кто-то Сикарито из толпы. — Если ты умрёшь, я сам сражусь с ним.

— Сражайся, — хмуро сказал Крис. — Достань нож или я прикончу тебя голыми руками.

Дрожащими пальцами Сикарито схватился за свой Эфериум-клинок и неумело выставил перед собой. Крис встал напротив шпиона в боевую стойку — нож в передней руке лезвием вниз, правая нога позади.

— Я вижу тебя насквозь предатель. Тебе не получится обмануть меня. Не притворяйся слабым, со мной это не сработает. Пусть лезвие клинка определит кто из нас прав, а кто нет.

— Кто из нас ещё предатель, Рэлит? — Сикарито насмешливо поднял чёрную бровь. — В отличии от тебя я никогда не предавал своих хозяев!

С щелчком Сикарито вытащил нож. Лезвие вспыхнуло, на землю стали падать искры. Шипя, они гасли в пыли.

— Так бы и сразу, — ухмыльнулся Крис. На его ноже тоже вспыхнуло пламя. Он принялся обходить Сикарито со стороны.

— Как ты узнал кто я?

— Чарли выдал тебя, сам того не зная, — фыркнул Крис. — Он произнёс фразу, на которую я не обратил поначалу внимания. А потом до меня дошло, ведь на всём Сектариуме существует только один подозревающий всех сектант, и это ты!

— Браво, я поражён, — Сикарито фальшиво откланялся. На лицо его упала тяжёлая тень, — А теперь покажи из какого теста ты сделан, Рэлит.

Пару секунд они балансировали, делая ложные выпады, затем Крис атаковал первым. Их ножи скрестились, Сикарито отпрыгнул назад. Крис не пускал волну из своего ножа, иначе последствия в толпе могли быть довольно печальными. Он сделал ещё пару выпадов, но Сикарито смог от них уклониться, но запнулся и нелепо шлёпнулся на землю. Крис не купился на обманку, взглядом профессионала он понял, что шпион явно лучше владел своим телом и ножом, чем показывал это на людях.

Когда Сикарито встал, на потных щеках появилась грязь. Крис теснил его. Сикарито отступал тяжело дыша. На лице возникло выражение загнанного зверя. Раз он знал, кто Крис такой, то надо отдать ему должное — храбрости ему было не занимать. Сопротивляться Рэлиту столь долгое время…

Внезапно Сикарито упёрся спиной в толпу и вскрикнул. Его толкнули вперёд. В отчаянии Сикарито прыгнул на Криса. Крис, заложив руки за спину, легко уклонился от его атак. Толпа засмеялась, а Крис откланялся. Тяжело дыша Сикарито задохнулся от ярости.

— Ты… Тварь! Земляной червь! Кусок дерьма! Личинка муравьина! Сдохни же в мучениях!

— Ого, я смотрю у тебя кишка не тонка.

— Тебе конец, придурок. И вам всем, — Сикарито внезапно откинул полу плаща. У него на поясе висели две поблескивающие на солнце маленькие косы. Оружие, слишком знакомое, косы эти легко разрубали камень. Словно под толщей воды, он увидел, как руки Сикарито потянулись к этому оружию.

— Бегите, — закричал Крис слыша свой голос со стороны. — Бегите!

Сектанты с удивлением принялись смотреть на косы. Сикарито взял их в руки и оружие плавно увеличилось до двух больших кос, лезвия которых тут же объяло пламя. Люди закричали пытаясь убежать, но было слишком поздно.

Грянул гром от удара и Крис едва смог парировать две длинных, крест накрест несущихся волны. Волны ударились о лезвие его ножа, нож едва не выбило из рук. Со звоном, метая искры и шипя, волны разлетелись на мелкие осколки, осыпав разбегающуюся толпу.

— Вот ты и показал своё истинное лицо, — крикнул Крис. — Использовать волну когда вокруг столько людей?

— Ха, а что мне с того? Все здесь мерзкие предатели, они должны умереть за то что отступили от священного имени Метрополии. Но сначала… ты умрёшь первым!

Словно косы ничего не весили, Сикарито принялся крутить их в руках. Лезвия замелькали, Сикарито орудовал оружием как прирождённый фехтовальщик, показывая свою настоящую силу и ловкость.

Удар за ударом он пускал волны в Криса и смеялся. Крис пытался их отражать, но Эфериумные удары от кос были слишком сильны. От каждого удара, его протаскивало по земле на целый шаг, а на лезвии образовывалась уродливая зазубрина. Крис молился чтобы нож выдержал и волны не попали по другим сектантам.

Тем временем к ним уже бежали телохранители Галдахара. Сикарито пустил в них одну за другой две волны. Стражники попытались ответить своими атаками, но их легко раскидало. Люди вскрикнули, несколько сектантов упало и больше не вставало. Другие ударяли в сторону Сикарито своими волнами, но он поставил одну косу перед собой, волны врезались в неё и рассыпались, разбрасывая искры.

— Пришёл твой черёд умирать. Надеюсь теперь я получу за твою голову награду.

Криса снова накрыло искрящимися атаками Сикарито, от которых поднялась пыль. Крис воспользовался завесой и побежал вокруг шпиона прикрываясь поставленным впереди ножом. Сикарито стоял на месте, издалека ударяя по ногам или стараясь подловить Рэлита в воздухе. Крис уже потратил почти весь свой Эфериум и тяжело дышал, Сикарито же умудрялся атаковать и его и стражников. Казалось его силы не кончались...

Откуда он берёт Эфериум? — промелькнула мысль. На мгновение Сикарито отвлёкся на стражников, Крис побежал к нему что было сил, но Сикарито казалось только этого и ждал. Обоими косами он попытался атаковать Криса в грудь, но Крис поднырнул и с выкинутой рукой бросился к шпиону.

По счастью Крис споткнулся, Сикарито дёрнул косами и те, возвращаясь назад, едва не пропороли ему спину. Крис покатился и лёжа послал волну. Сикарито смог блокировать, атаку но выставил косы под слишком сложным углом и не смог их удержать. Волна выбила косы из рук, едва не оторвав ему пальцы.

Сикарито взвыл от боли и упал на колени держась за кисть. Казалось, шпион пытался что-то нащупать на поясе. Блеснула звезда, но выпала из дрожащих пальцев на землю. Крис бросился к шпиону и пинком отшвырнул звезду. Там где она приземлилась, в земле открылся, но тут же закрылся зёв портала.

Крис от всей души врезал предателя по лицу. Сикарито упал на спину и засмеялся. Из его разбитого носа бежала кровь. Он продолжал смеяться даже когда стражники подбежали к нему и поволокли по пыльной земле прочь.

— Думаете вы победили? — кричал он на всю площадь. — Мы раздавим, разнесём вас! Вы все уже мертвецы!

Чей-то милостивый удар прервал его крики и дальше шпиона потащили прочь уже без сознания.

Только пол часа спустя, удалось навести порядок и снова собрать сектантов на площади. После того, как сектанты сами увидели, что Сикарито пользовался странными косами и пытался убить их всех, ни у кого уже не оставалось сомнений в том, кто предал секту. Когда Крис закончил свою историю, опустив некоторые детали о секретных технологиях самой секты, сектанты уже знали что он им не лжёт. Вот только была одна загвоздка. Как и говорил Галдахар, людей не впечатлила идея пойти на Семилунный чтобы сражаться за горожан.

— Ну и кому это надо?

— Пусть сами за себя сражаются!

— Правильно!

Крис сжал кулаки так, что скрипнули перчатки. Он оглянулся на Галдахара. Старик ободряюще ему кивнул словно говоря «видишь, я был прав». Нехотя Крис принялся рассказывать что им необходимо захватить Семилунный и взять его под свой контроль.

— Я совсем недавно пришёл в ваш мир и могу чего-то не понимать. Но одно я понял точно — Семилунный наша земля, земля людей. И мы должны бороться с захватчиками в каком бы обличи они перед нами ни предстали — в человеческом или инопланетном. На Семилунном живут простые люди, там находится всё будущее человечества. И мы должны бороться за него, бороться за наше будущее, потому что у нас уже нет выбора — враги окружили нас со всех сторон и в любой момент кто-нибудь из них может взять над нами верх. Их руки сильны, они выстроены плечом к плечу, а мы разобщены и боимся их. Мы должны собраться в кулак, должны очистить наши земли от Метрополии, должны завладеть Семилунным и признать его независимой территорией! Времена, когда можно было просто спрятаться, закрыть глаза и сделать вид что ничего не происходит, давно прошли. Настала НАША пора действовать. Мы вторгнемся на Семилунный и мы захватим город!

Толпа разорвалась криками, топотом, одобрительным свистом, выстрелами. Люди неистовствовали. Слова Криса произвели такой же фурор, как искры на закрытую бочку с порохом. Сектанты кричали от восторга, подбрасывали маски и обнимались друг с другом.

— Давно пора надрать им задницу!

— Долой Метрополию!

Крис не мог поверить своим глазам. Пока он не передумал, старик перехватил инициативу.

— В течении трёх дней, мы отправимся в путь и уничтожим их всех, — крикнул Галдахар чем привёл толпу в ещё больший восторг. Старик схватил Криса и потащил со сцены за собой.

— Что я наделал…

— Ты всё сделал правильно мальчик мой.

— Я и подумать не мог что все так жаждут напасть на Семилунный. Но это сумасшествие. Как можно бросать вызов Метрополии?

— Чем больше система, тем легче таким незаметным организациям как наша обойти её и ударить в спину, — ухмыльнулся Галдахар. — Не забывай, что жителей Семилунного уже долгое время держат в плену военные. Мы захватим город, горожане обрадуются и помогут нам перекрыть Метрополии доступ к порталам между мирами. Ну и заодно почистим остров от теней. Все будут довольны.

Старик засиял и хлопнул Криса по плечу.

Если бы всё так было просто…

Глава 76. Аманда Вард

Аманда Вард, главный экономист и по совместительству главный заведующий складскими припасами, состояла в секте так же давно как Отец, и за эти годы приобрела устрашающую репутацию ничуть не меньшую, чем у него самого. Среди сектантов упорно ходили слухи, что старая карга никогда не вылезает из своего убежища, поедая всех молодых сектантов, заходящих на склад. По крайней мере, когда Крис прошёл через большие ворота и попал в главное хранилище, то эти слухи частично оказались оправданы – трое сектантов действительно выполняли тяжёлую работу на складе, передвигая ящики и сортируя банки с провизией. Сектанты умоляюще посмотрели на него, но по бетонному полу раздались гулкие, уверенные шаги. Сектанты тут же втянули головы в плечи и с утроенной силой принялись за работу.

Из-за высоких полок, ломящихся от многочисленных коробок, вышла седовласая, стареющая женщина, лет пятидесяти, с очками на резинке в толстой оправе. На ней были запятнанные брюки на лямках и бордовый выцветший свитер. Женщина эта была полновата той полнотой, которая характерна для большинства женщин в возрасте.

— А, это ты, негодник. Так и знала, что вернёшься. Живо принимайся за работу, из-за тебя парни вкалывали всю ночь и ещё даже не обедали.

— Должно быть, вы меня с кем-то перепутали. Я здесь по другому вопросу.

Аманда поправила очки и пристально посмотрела на Криса. Её лицо пошло морщинами.

— Хмм, возможно. Мне казалось Дварг Гольд послал ко мне очередного сектанта для обкатки. Ладно, раз зашёл, можешь просто помочь ребятам.

Крис помахал краем алого плаща перед носом у Аманды.

— Ишь, развелось вас, — нахмурилась она. — Ну, выкладывай. Опять за тушёнкой повадился? Нет её, приходи в следующем месяце, когда накатаем свежую.

— Аманда, — Крис выставил перед собой ладонь, — я пришёл с официальной проверкой. Недавно в секте были пойманы предатели, вы должны были составить список пропавших со склада вещей.

Экономка нахмурилась.

— Ничего существенного не пропало, я уже всё проверила. Так, по мелочи, то тут, то там.

— Это хорошо, — Крис улыбнулся и приготовил главный козырь. — Потому что нам понадобится много провианта и оружия. Вы, наверное, уже слышали…

— Что я слышала?! Я не выхожу со склада и ничего не желаю слышать, — Аманда поспешила уйти, но Крис перегородил ей дорогу.

— Ну уж нет, вам придётся дослушать меня. Через три дня больше сотни отрядов отправится на Семилунный. Нам нужно собрать запас еды для двухнедельного перехода, а также оружие. Лучше всего подойдут лёгкие бластеры и станнеры, можно добавить немного плазмомётов, иглострелов, штамм-пушек…

— У меня нет лишнего оружия и припасов, — взвизгнула Аманда. — Ты что не слышал, наш склад недавно обчистили. Всё пропало, всё подчистую!

— Но вы же недавно сказали, что «ничего существенного не пропало» — Крис изобразил голос Аманды.

— Я эээ… я не так поняла твой вопрос. У тебя какой-то странный акцент, я твоя почти не понимать, шпрех зи англанд?

Крис огляделся. На складе тянулись длинные ряды полок, заставленные ящиками, коробками и коробочками. Между стеллажей ходили сектанты, доверху набивая тележки.

— Может быть, вы хотя бы покажете, что у вас исчезло? — предложил Крис.

— Конечно. Пойдём, — Аманда засуетилась и повела Криса внутрь склада. — Нас действительно недавно обокрали. Кажется этого мошенника, как там его звали… Сикарито, уже нашли. Говорят, он ещё лидером секты был. А ты точно не шпион, вроде него? — Аманда покосилась на алый плащ Криса.

— Точно, — мрачно сказал он.

Крис хотел лично допросить Сикарито, но этим утром стало известно, что Сикарито повесился в камере. В подобное сложно было поверить, учитывая, что сторожа темницы кто-то усыпил. Похоже, либо в секте оставался ещё как минимум один шпион, либо Сикарито постарались убрать лидеры сектантов, чтобы он не наболтал никому лишнего. Последнее казалось куда более вероятным.

Метров через двадцать, полки действительно стали пустеть, а дальше и вовсе оказались голыми. Экономка остановилась и развела руками.

— Вот. Как и говорила, нас обчистили подчистую.

Крис посмотрел на бетонный пол, где осталось множество мутных следов от грязных колёс, которые второпях пытались затереть тряпкой. Тряпка с ведром так же стояли рядом.

— А там что? — он показал рукой на дальнюю стену, где в полумраке смутно угадывался силуэт массивной двери.

— Там эээ мы храним мусор, там ничего интересного нет, — Аманда натянуто рассмеялась.

— Я хочу посмотреть сам, — Крис отодвинул женщину и пошёл вперёд. Аманда, лепеча и разводя руками, шла позади.

В конце склада оказалась большая, высотой в четыре его роста, металлическая дверь с круглой ручкой. К двери вело множество грязных следов. Позади раздались тихие шаги, в их сторону устало шёл сектант, толкая перед собой тележку, доверху набитую разными коробками. Увидев Аманду и Криса, сектант опешил. Экономка зыркнула на него так, что сектант попятился задом и, роняя коробки, скрылся за поворотом.

Крис подошёл к массивному шлюзу, больше похожему на вход в бомбоубежище. Аманда тут же засуетилась вокруг него.

— Что находится с той стороны?

— Ничего особенного. Если честно, я уже и не помню, когда эту дверь открывали в последний раз. Слишком тяжёлая, сдвинуть с места её могут только шестеро мужчин, да и то нужен специальный ключ, а я его куда-то дела… Эй, стой, что ты творишь?!

Крис напрягся и прокрутил большую рукоять-штурвал. Три оборота и с той стороны раздались громкие щелчки. Он выдохнул и потянул на себя. Дверь, вначале медленно, затем быстрее, поддалась. Крис остановился, когда открыл щель достаточно большую, чтобы заглянуть внутрь. С той стороны находился склад раз в десять больше первого, доверху забитый продуктами и вещами.

Крис успел только на секунду заглянуть во второй склад, как дорогу ему перегородила разъярённая экономка.

— Туда нельзя, — взвизгнула Аманда Вард.

— Мне и не нужно, я увидел достаточно.

Экономка оттолкнула Криса, достала длинный ключ из нагрудного кармана и сунула в незаметную щель. Массивная дверь с громким щелчком захлопнулась, ударив потоком воздуха. Аманда выпрямилась и посмотрела на Криса, уперев руки в бока.

— Значит так. Если я сказала нет провизии, значит нет. На том складе лежит маленький запас, которого нашей крепости едва хватит на неделю. Ты не представляешь, с каким трудом мы закупаем провизию в разных мирах, а потом доставляем сюда. А ведь ещё надо за всякими инопланетными крысами и жучками следить, эти твари постоянно появляются на складе, да так и норовят разбежаться по всей крепости. Я только и делаю, что воюю с этими паразитами.

Ничего себе запасец на неделю, подумал Крис, там целую армию хватит прокормить. Но он придержал свои мысли при себе.

— Хорошо, тогда нам нужно будет совсем немного из твоего запаса.

— И-и-и?

— И вот что ещё. Мне нужны кристаллы, чтобы перебросить по меньшей мере сотню отрядов.

Аманда побледнела.

— Как далеко?

— На Семилунный.

Экономка поперхнулась.

— Молодой человек, вы в своём уме? Где я возьму столько кристаллов?!

— Отец Драгон сказал, что у вас всё есть, — отрезал Крис. А ещё он сказал не верить ни одному слову этой старой мегеры, подумал Крис про себя.

— Ты требуешь невозможного! От Сектариума к Семилунному путешествует один, максимум два отряда. У нас физически не наберётся нужного количества кристаллов. Подумай сам, каждому отряду потребуется совершить до двадцати прыжков, чтобы добраться до планеты, а для каждого прыжка нужен как минимум один кристалл. И ты говоришь, что по меньшей мере сто отрядов собирается отправиться туда в один день. Где по-твоему я возьму две тысячи кристаллов?

— Так много и не нужно. Хватит и пятисот, — сказал Крис, и Аманда издала дикий вздох, — некоторые отряды уже отправились вперёд, чтобы разведать дорогу.

— Когда нужно достать такое количество кристаллов? — казалось, Аманда почти сдалась.

— К завтрашнему дню.

— Нет! — взвизгнула Аманда. — Только через месяц, и то если повезёт, я достану… шестьдесят нужных кристаллов. Этого хватит, чтобы переправить ещё три отряда до Семилунного.

— Завтра и ни днём позже. И про оружие с едой не забудьте.

Аманда Вард выпучила глаза и задрожала, то ли от ярости, то ли от чего-то ещё. Наконец, она чихнула, очки спали с её переносицы и повисли на резинке.

— Я попробую что-нибудь сделать, — сказала она слабым голосом, подслеповато глядя на Криса. Когда она снова надела очки, в её тоне прозвучала прежняя уверенность. — А вообще, здесь вам не магазин, молодой человек. Что получится, то и достану.

Глава 77. Рациональный маршрут

Крис сердился. Галдахар уверял, что организует всех лидеров сект, но Пол Кохрейн явно был не из их числа. Вскоре после общего голосования Крису доложили, что молодой лидер сектантов перегородил восточную часть крепости. Поговаривали, что Кохрейн, вместе с самыми приближёнными людьми, заперся в башне и не показывается наружу. Его отряды заняли все близлежащие дома, забаррикадировали все прилегающие улицы и никого не пускали на свою сторону, кроме повозок с провизией. Правда и сами они тоже никуда не выходили.

Когда Крис вошёл в совещательную комнату лидеров сект, общий гул и веселье царившие там, тут же пропало. На него смотрели мрачные, суровые лица людей, привыкших командовать. И люди эти явно были не рады видеть его здесь. После всеобщего голосования за нападение на Семилунный им оставалось только подчиниться мнению большинства, что не прибавляло ему популярности в их рядах.

Крис сел в единственное свободное кресло. Десять пар глаз принялись сверлить его. Он потянулся во внутренний карман, пару сектантов напряглось, но он вытащил оттуда цилиндр. Держа его между двух пальцев, Крис показал его, а затем спрятал обратно. На лицах лидеров отразилось недоумение. Многие переглянулись.

— Это не единственная ваша тайна, о которой я знаю, — сказал Крис. — Но, к сожалению, все остальные вещи вы удачно украли. Также этой ночью в камере повесился Сикарито, но сомневаюсь что он умер сам. Вместе с его смертью пропали его клинки, звёзды телепортов и личные вещи, среди которых, не сомневаюсь, можно было найти много других интересных и редких «вещичек». Вам не кажется странным такое совпадение?

— У тебя есть доказательства, чтобы обвинять нас? — спросил худой юноша с острыми скулами и перебитым носом.

— Пока нет, но они и не нужны, чтобы понять, что вы все находитесь в сговоре. Мне уже известно и о ваших телепортах, и о ваших так называемых «радарах». Как думаете, что случится когда остальные сектанты узна́ют, что вы за ними всё это время следили? Представляю какое начнётся столпотворение возле вашего штаба, когда среди них пройдёт слух, будто вы прячете от них много других интересных и, несомненно, полезных технологий…

— Как ты смеешь нам угрожать?! — худой сектант вскочил, опрокинув кресло.

— Чего слушать этого выскочку, пойдём отсюда, — сказал высокий чернокожий сектант.

— Да, мы уходим, — лидеры принялись вставать.

— Хватит, — грузный сектант с тремя подбородками стукнул кулаком по столу. — Сидите тихо и слушайте, что он вам говорит.

— Но Фаррух…

— Без но! Я лично обещал Драгону и своим людям, что мы выслушаем его. К тому же он говорит правду. Сядьте.

Лидеры вернулись, многие сидели с недовольным видом, скрестив руки на груди.

— Ближе к делу, молодой человек, — сказал Фаррух. — Вы не цените наше время.

— А с чего мне его ценить, раз вы так обращаетесь со мной? Вы ведь не только от меня прячете свои технологии, но и от своих людей тоже. А сколько жизней могло быть спасено, поделить вы хоть частью этих находок с остальными.

— Или погублено, — заметил Фаррух. — У нас есть веские причины, чтобы не давать всё подряд рядовым сектантам. Многие предметы быстро бы попали в руки Метрополии, и последствия могли бы стать самыми печальными для нас. И да, мы не виноваты в убийстве Сикарито… — Фаррух развёл тяжёлыми массивными ладонями со множеством драгоценных перстней.

— Хорошо, только не думайте, что я вас так просто оставлю. Мы ещё обязательно поговорим на эти темы. На ваше счастье сейчас есть вопросы поважней — мне нужно получить ещё двадцать отрядов. Также вы должны выбрать одного командира, который поведёт их против теней. Сейчас набралось только десять отрядов согласных заманивать теней в подземные переходы под Семилунным, все остальные хотят участвовать в штурме города.

— Безусловно, ты сейчас на пике своей популярности в секте. Вот только ты не получишь ни одного человека от нас, — сказал Фаррух, и остальные лидеры закивали. — Мы уже обсудили данный вопрос, и это наш окончательный ответ.

Фаррух рассматривал свои толстые ногти на массивной руке. В комнате висела тяжёлая, гнетущая тишина.

— С другой стороны, — продолжил Фаррух, — если ты сам возглавишь отряды, идущие против теней, а мы пойдём в атаку на город, то ты получишь ещё двадцать отрядов. И эти люди пойдут с тобой куда угодно — хоть против теней, хоть против самой Метрополии.

— Почему именно я должен вести их к теням?

— Наше влияние пошатнулось с твоим приходом. Если ты поведёшь других капитанов на штурм Семилунного и выиграешь, то мы растеряем остатки своей власти. Вот почему это наше последнее слово. Ты идёшь на теней, а мы захватываем главный портал и ставим ультиматум Метрополии. Всё предельно просто.

Крис задумался. В последние дни ему постоянно снился давний кошмар, где каждую ночь его убивала тень. Только сейчас, сам для себя он понял, что боится этих тварей, несмотря на все увещевания Древнего.

На него смотрели хмурые, в многочисленных шрамах, лица лидеров сект. Эти люди говорили правду. Он всё время надеялся уклониться от битвы с тенями, полагал что пойдёт с остальными сектантами штурмовать город. Но теперь, когда его поставили перед выбором, он заглянул в лицо своему страху и увидел там…

— Хорошо… Я согласен… — прохрипел Крис.

Напряжение в комнате спало, и лидеры сект принялись обсуждать, каких командиров отправят с капитаном «Буревестников» в катакомбы под островом на зачистку теней.

Крис сидел, вцепившись в подлокотники кресла, и пытался успокоиться. В конце концов, кого я больше боялся — теней под землёй или Праудлиона? В отличие от теней Праудлион был реален. Кошмар всего лишь сон, а сну не обязательно становиться реальностью. Но вот если я объявлюсь на Семилунном, то встречи с Праудлионом уже будет не избежать. Встречи, к которой я до сих пор не готов…

— … и на этом всё, ты акцептуешь данный список? — ворвался голос в уши Криса. Крис встрепенулся.

— Сколько отрядов вы дадите?

— Двадцать пять, — покосился на него один из лидеров со шрамом от шеи до уха.

— Акцептую. Драгон также выделит мне семь отрядов, вместе с моими четырьмя этого будет достаточно.

— Хорошо. Тогда, господа, — Фаррух обвёл взглядом остальных лидеров, — осталось решить ключевой вопрос. Как мы будем перебрасывать такую ораву людей незаметно? В последнее время головорезы Метрополии стали подходить всё ближе к границам миров, в которых ещё недавно действовала наша секта.

— И напомню вам всем, — сказал Крис, — что время тоже ограничено. Нужно прибыть на Семилунный в точно назначенный день, ни днём раньше, ни днём позже.

Фаррух положил руки на стол, другие лидеры сект поступили так же. Крис повторил за ними и, к удивлению, на столе появилась трёхмерная голограмма со множеством миров. Стоило ему убрать руки со столешницы, как голограмма исчезала.

— А я думал, все данные хранятся в бумажном виде.

— Уже нет, — буркнул Фаррух, не отрывая взгляд от карты. — Два года назад мы оцифровали всю информацию из Книги Миров. Эта голограмма отражает самые последние данные, в том числе предполагаемые планеты, где прямо сейчас находятся наши отряды.

Лидеры сект принялись обсуждать возможные маршруты. Крис покосился на них — какие ещё технологии они прятали? — и стал изучать карту. Планеты тесно лепились друг к другу, словно семечки в шишке. Он рассматривал карту, поражаясь тому, как много разных миров существовало. Он подумал, что это всё, но лидеры принялись листать голограммы. Миров оказалось так много, что все они просто не помещались на одном экране. Крис пытался приглядеться, но лидеры вошли в самый жаркий спор о маршруте, и он едва успевал следить за тем, как они перелистывают карты туда и сюда.

— Мы не сможем пройти здесь. Говорю тебе, те миры плотно пасут головорезы. Я со своими парнями был там недели три назад, мы еле ноги оттуда унесли. И везде, в нескольких переходах вокруг, сплошь отряды Метрополии.

— А что ты предлагаешь? Если мой план не нравится, так давай свой.

Но все лидеры молчали. Крис, у которого появилась возможность получше изучить карту, заметил, что ниже от основного уровня, где были помечены известные сектантам планеты, находились ещё две.

— А это что? — спросил Крис и ткнул пальцем в два мира. Один был чёрным, а другой тёмно-оранжевым.

— Так обозначены нижние планеты. На них практически невозможна жизнь для людей и схожей с нами биологической органики. В основном там обитают существа, созданные из камня, песка и лавы. Для них нормальна гравитация в пять или десять же. Повезёт, если ты сможешь вовремя унести оттуда ноги. На некоторые из таких миров просто попадают и… в общем, больше никто не возвращается.

— А что наверху? Я вижу планеты висящие над другими.

— Там всё по-другому. Если нижние миры более горячие, холодные или тяжёлые, то верхние, наоборот, более разреженные. Конкретно на этой планете почти нет атмосферы, а сила тяжести низкая. Для местных мы сами похожи на каменных монстров. Земля у них настолько жидкая, что ты провалишься в неё по колено. Но если не повезёт, то и до самого центра ухнешь, так как некоторые планеты состоят почти целиком из газов. Местные обитатели в основном летают как облачка и убегают при виде нас, ибо даже наше прикосновение смертельно для них. Да и нам сложно перемещаться там, земля под ногами проваливается. Сам мир слишком жидкий для нас.

— Понятно. Значит, ни внизу, ни вверху нам нет хода — внизу обитают слишком страшные твари, вверху мы сами похожи на уродов.

— Вроде того.

— Тогда нам остаётся только одно, — Крис указал пальцем на чёрную планету. — Нам надо поднырнуть в мир пониже. Головорезы практически туда не заходят. Мы пройдём вот здесь, и вот здесь, в этих двух точках, — Крис указал на миры в нижней части шишкообразной сферы. Одна планета была помечена чёрным, на другой булькала лава.

— Ты с ума сошёл? — выкрикнул один из лидеров. — Мы умрём там.

— Почему же? Кто-то ведь смог пройти по этим мирам и оставить о них данные? Выходит планеты вполне пригодны для прохода. Я уже прочитал информацию по двум соседним нижним мирам. «Здесь обитают воинственные маленькие существа Кунтары. Они любят оружие, и с ними можно торговать». Заметьте, так сказано в вашем справочнике. Другая планета необитаема. Там текут лавовые реки, а бо́льшая часть суши состоит из чёрной магмы. Я не вижу никаких проблем, чтобы пройти здесь.

Разгорелся спор. Крис перегнулся через стол к Фарруху, который показался ему не таким уж и плохим человеком.

— Из-за чего спор? Я же предложил рациональный маршрут.

— Вот именно. Они боятся, что ты опять окажешься прав, — Фаррух подмигнул Крису и сказал громче. — Так, парни, хватит болтовни. Я согласен с маршрутом Криса. Тут мы хотя бы сможем незаметно перебрасывать свои отряды мимо головорезов. Идеальное место, чтобы обойти Метрополию с тыла. Представляете лица этих лентяев, когда они увидят вас у себя под носом?

Лидеры рассмеялись. Только у Криса оставались сомнения, что сектантам так легко удастся провернуть свой план. Метрополия была слишком могущественной организацией; организацией в силе, хитрости и дальновидности которой он не сомневался. Крис сам не раз выступал в роли того, кто принимал решения на верхах Метрополии. Но теперь ему приходилось быть по другую сторону баррикад, и он изо всех сил пытался перехитрить систему.

Мельком Крис взглянул на Фарруха. В глазах сектанта светилась ярость и целеустремлённость человека, сражающегося за свой народ. Часть этой ярости передалась и Крису. Он почувствовал, как внутри поднялась тяжёлая тёплая волна, и возможно впервые в жизни ощутил, что тоже хочет отомстить Метрополии, хочет свергнуть эту паршивую систему и растоптать её осколки в порошок.

Глава 78. Последний спокойный день Сектариума

После полудня лидеры сект, наконец, разошлись. Крис вышел последним и едва увернулся от харуги, который тащил повозку доверху гружёную провиантом и оружием. Похоже, Аманда Вард его не обманула. Крис с интересом прошёл мимо ангаров, где Аманда лично командовала погрузкой, но она даже не обратила на негов внимания.

Хоть главная экономка крепости ничего и не обещала, но в то же время старалась больше, чем кто-либо ещё. По её приказу были мобилизованы три отряда, нагружавшие повозки всем необходимым для дальнего перехода. Крис гадал, почему Аманда вдруг так охотно стала собирать для сектантов еду и кристаллы — то ли он так повлиял на неё, то ли, что более вероятно, Галдахар нажал на какие-то скрытые рычаги.

На улицах царила непривычная для такого маленького поселения суета. Женщины прощались с мужьями, дети гоняли мяч, а простые люди гуляли по городу. Где-то вдалеке, на площади пели и танцевали. Повсюду на дорогах были рассыпаны красные ароматные цветы и листья. Сектанты уже праздновали будущую победу над Метрополией. Нападение на Семилунный многим казалось лёгкой прогулкой, вроде тех, в которые сектанты то и дело отправлялись.

Сегодня днём, Галдахар вышел в прямой эфир и объявил официальную версию захвата Семилунного. Драгон назвал их нападение на город «зачисткой от пришельцев на родственной человечеству территории».

Крис поражался тому, как ловко старик орудовал фактами. Только вчера сектанты согласились напасть на Семилунный, чтобы перекрыть воздух Метрополии, а уже сейчас некоторые из них начинали верить, что весь их переход затеян только ради защиты жителей Семилунного от теней. Но всё же, большинство сектантов понимало истинную причину, и почти на каждой двери в крепости появились три соединённых друг с другом треугольника, перечёркнутых красным крестом. «Пришельцами» по мнению обывателей были как раз таки головорезы Метрополии…

Неприятный осадок после общения с лидерами сект постепенно улетучился. Теперь Криса терзали другие мысли. Правильное ли место он занял? И не сумасшествием ли было бросать прямой вызов такой могущественной системе, как Метрополия?

— Сколько ещё людей должно умереть, чтобы род человеческий, наконец, начал жить в мире? — спросил он самого себя, но этот вопрос так и повис в воздухе без ответа.

Насколько Крис знал из истории, войны не затихали ни на день. Причём для народов внизу, эта жатва была непреложной частью существования самого человечества, где кто-то должен был постоянно погибать во благо других. Но как Рэлит он понимал, что смерти одних людей во имя жизни других, были лишь лозунгом, который политики использовали в своих целях, когда хотели получить выгоду в первую очередь для самих себя.

Крис вздохнул. Сегодня был последний день перед походом. Завтра будет только кровь и смерть. Он зашёл в лавку и взял там фрукты. Милая девушка улыбнулась ему, а он просиял ей в ответ. Если завтра предстоит умереть, так почему бы хоть немного не насладиться жизнью?

Крис снял маску и шёл по улице, откусывая от сладкого плода синего дуранг фрукта. Сегодня погода была по-особенному прекрасной, даже вечно чахлые кустарники распустили редкие розово-алые цветы. Солнце сияло, тёплый ветер трепетал его отросшие волосы. Встречные прохожие улыбались, приветствуя его, а он улыбался и приветствовал их в ответ.

Так, Крис дошёл до башни неофитов, где расквартировались все четыре отряда входивших в его секту «Буревестника». Едва он вошёл под мрачные своды башни, как мысли о завтрашнем дне вернулись к нему с удвоенной силой. Нижний этаж пустовал, только Бен крутился возле зеркала, прилизывая и без того идеально ровные волосы, да Вут опёршись о колонну, задумчиво вертел меж пальцев стилет.

— Где все наши? — спросил Крис.

— Ушли пить «У Дохлого Тони», — ответил Бен, смахивая невидимые пылинки со своего костюма.

— А ты куда так принарядился?

— На свидание, куда же ещё. У нас с Люси сегодня круглая дата, ровно два месяца, как мы встречаемся.

— Это ты считаешь вместе с тем месяцем, который мы проторчали на Дархане или без него? — хохотнул Вут.

— Заткнись кретин, — Бен метнул гневный взгляд и улыбнулся своему отражению. — Главное, что Люси нравятся круглые даты.

— Ааа, — многозначительно протянул Вут.

— Ой да ну вас обоих, ничего вы не понимаете в романтике.

Крис проковылял к журнальному столу, опал в кресло и обхватил голову руками.

— Что с тобой? — спросил Бен кончиком мизинца, нанося мазь на крылья носа. — Неужели зажравшиеся лидеры не дали тебе свои отряды?

— Дали. Только поведу их я.

— Ну и отлично, значит, настал твой звёздный час, вперёд!

— Отстань, ты всё равно меня не поймёшь. Всё не так, как я хотел.

— Конечно, куда уж мне до вас обоих, — хмыкнул Бен, разглаживая кожу под глазами. — Одному только подавай кого-нибудь убивать с перерывами на завтрак, обед и ужин, а второй слишком серьёзен, чтобы наслаждаться жизнью.

— Будешь тут серьёзен, когда со всех сторон тебя хотят убить.

— Мне казалось, ты привык к подобному положению вещей, пока был Рэлитом.

— Привык, но сейчас ставки слишком высоки даже для меня. В этот раз если что-то пойдёт не так, то пострадаю не только я, но и все жители Семилунного. Нехорошо как-то у меня на груди, всё что-то давит, — Крис потёр грудную клетку.

— Ты опять о своём кошмаре что ли? Не парься так, это всего лишь сон. Тебе девушка нужна, тогда и кошмары сниться перестанут.

Вут хохотнул, Крис бросил на него удивлённый взгляд, а Бен встряхнул копной волос и, бормоча под нос, вышел.

— Нет, ты видел каков шельмец? — протянул Крис, провожая его взглядом.

— А то, вырядился аки птица заморская.

— Что есть, то есть. Ладно, пойду к себе, надо отдохнуть и набраться сил перед дальним переходом.

Пожалуй, Бен был прав, он слишком накручивал себя из-за этого кошмара.

Крис поднялся в свою комнату и попробовал уснуть, но сон не шёл. Слишком много мыслей роилось в голове. Тогда он прошёлся по комнате, пытаясь себя чем-то занять, но в итоге вышел и поднялся на крышу башни.

Багровое солнце расцветило вечно хмурые небеса. В лицо ударил закатный, ещё нагретый воздух. От камней потянуло пылью и старым, сухим мхом.

Ему нравилось сидеть на крыше башни и смотреть вниз на обширные равнины, на заход солнца, на точки людей, снующих внутри крепости. Он начинал чувствовать, что полюбил эту планету. А ещё Крис вдруг понял, что не хотел её покидать, успев прикипеть к этому месту. Ему по душе была эта башня, вид из окна, сам воздух этого мира.

Гнетущей лавиной снова накатили тёмные мысли. Было безумием бороться против Метрополии в открытую, она просто уничтожат их, как сделала это со всеми, кого я знал — со мной, моей матерью, отцом, друзьями. Невозможно сопротивляться такой системе, она катком проедет по всем. Я знал это хорошо, потому что и сам был катком системы, давя по её приказу других, ничего не чувствуя при этом внутри. Метрополия уничтожила мою душу, сделала меня совершенно чуждым человеческим страданиям, пустым и отстранённым.

На выщербленные камни стены упали две капли. Неужели дождь? Но небо было чистым. Он провёл по лицу, на ладони осталась влага.

В противоположном углу башни что-то шевельнулось. Крис дёрнулся, вытаскивая нож, но среди обсидиановых зубцов появилась фигура сектанта с вышитой ширококрылой птицей на плаще. Сектант снял маску.

— А, это ты, — Крис положил нож обратно. — Прости, не заметил тебя Штэфан.

— Я сам виноват. Слишком долго стоял на одном месте. Доспехи хорошо маскируют.

— Что ты делаешь здесь? Я думал, все ушли в бар.

Смуглокожий Штэфан странно посмотрел на Криса.

— Я часто прихожу сюда полюбоваться на закат. Мне нравится побыть одному.

— Мне тоже. Иногда. Давай на мою сторону, здесь вид получше.

Штэфан Ивори подошёл к зубцам башни, и некоторое время они оба молча любовались закатом.

— Так красиво… будто в последний раз горит, — сказал Штэфан.

— Да… Кто знает, может, для нас и в последний.

Помолчали.

— Мне всегда нравилось любоваться закатом и рассветом… — сказал вдруг Штэфан. — Знаешь, я никогда и никому не говорил об этом раньше, но мой народ постоянно кочует с одного места на другое. Дед мне рассказывал, что даже на Земле, во времена ещё задолго до колонизации планет, мои предки уже путешествовали. Во мне тоже кипит их кровь, постоянно тянет в новые места… Правда, тяжело потом уходить, каждый раз приходится пересиливать себя.

— Так не уходи, оставайся на одном месте, — улыбнулся Крис.

— Не могу, мы кочевой народ. Мне надо постоянно менять планеты и земли. Мою душу тянет познавать новые места…

— Поэтому ты и пошёл в сектанты, чтобы путешествовать между мирами?

Штэфан кивнул.

— Как думаешь, кто-то из моего народа сейчас тоже живёт на других планетах?

— Вполне возможно, почему нет? Не удивлюсь, если однажды ты встретишь кого-нибудь из своих между мирами.

— Я имел в виду не между мирами, а именно там, где планеты крутятся и летают космические корабли меж звёзд.

— А какая в сущности разница? Из того, что известно мне, выходит будто междумирье и есть эти самые обычные планеты. Просто многие миры между мирами ограничены барьером, как Сектариум, например. Здесь мы находимся на частичке суши настоящего мира, а за барьером находится и сама планета, с космосом и звёздами.

— Тебе нравится на Сектариуме? — неожиданно спросил Штэфан.

— Знаешь… не так давно я понял, что есть здесь своё очарование.

— Понимаю. Я тоже прикипаю к каждому месту всей душой.

Крис вздрогнул. Штэфан выразил словами то, что было у него на сердце.

Крис бросил долгий взгляд на догорающий золотой закат, на искрящиеся хмурые облачка, на спокойное небо, на далёкий ровный горизонт. Так вот значит каково это, прикипать всей душой.

Той ночью старый кошмар не вернулся, и утром Крис встал бодрым. Умылся из тазика, побрился, оделся и бросился по лестнице вниз. Спуститься до конца не успел, примерно на середине пути ему, навстречу пыхтя и отдуваясь, вышли три командира отрядов — Ларри Дэйн, Грохан и Руфус.

— Рад вас видеть, — Крис улыбнулся капитанам, но те поочерёдно потупили взор. — Что случилось?

— Плохие новости.

— Неужели лидеры нас обманули?

— Хуже. Те двадцать пять отрядов, которые нам обещали… Они все принадлежат Полу Кохрейну!

— Где они, — прохрипел Крис, подбегая к окну.

Внизу, у подножия башни, выстроилась большая группа сектантов. У каждого на рукаве вышита зелёная змея, капающая ядом в кубок. Глаза змей поблёскивали недобрым багровым огнём. Сектанты стояли на улице, недвижимые, застывшие словно статуи. У всех на лицах надеты чёрные маски.

— Скорее идёмте, — Крис принялся быстро спускаться. — И давно они здесь?

— С самого рассвета. Мы не знали, как тебе доложить.

Крис сжал и разжал кулаки. Делать что-то сейчас уже было поздно. Нужно поговорить с лидерами сект, возможно ещё удастся как-то решить этот вопрос. Может быть они не знали, что сектанты Пола Кохрейна ненавидели людей Криса и им часто приходилось драться против сектантов Кохрейна из-за непрестанно льющихся оскорблений.

— Проклятье. Это самая неудачная идея, дать приспешников Кохрейна под моё командование.

— А нам их и не дали. Кохрейн сказал, что сам будет командовать своими людьми. Он тоже торчит снаружи, ждёт, когда мы выйдем.

Крис нахмурился. Идеи хуже не придумаешь. Теперь его четыре отряда и семь отрядов Галдахара пойдут вместе с людьми Кохрейна. Крис вызвал Галдахара по приватному каналу связи.

— Слушаю, — раздался сухой голос. Крис вкратце обрисовал положение дел. — Не вижу никаких проблем, — сказал старик. — Кохрейн ответственный человек. В конце концов ты уже знаешь, что он мой сын. Ему можно доверять.

— Ты не понимаешь. Мы не сработаемся вместе.

— Поверь, он тоже не обрадовался перспективе заманивать теней в подземелья. Но кстати, надо отдать ему должное, он быстро передумал.

— Не кажется ли тебе подобное поведение слишком подозрительным?

— Нет. Да и в любом случае, разве у тебя есть выбор? Пол единственный из лидеров согласился выделить своих людей, причём сразу все двадцать пять отрядов. Остальные главы были против. И да, кстати, я прислал тебе не семь, а двенадцать своих командиров, чтобы на каждый сектор острова у вас вышло по два отряда — так будет надёжней. Надо раз и навсегда выкинуть этих теневых гадов с нашего острова. Ты что, неужели не рад?

— Мне всё равно.

— Ясно. Отбой.

Крис спустился. На первом этаже башни неофитов толкалась толпа растерянных сектантов Буревестников. Крис прошёл через гущу людей к выходу.

— Похоже, переход будет трудным? — спросил Бен, прорываясь к нему.

— Куда труднее, чем казалось вначале, — буркнул Крис, остановился у открытой двери и обратился к остальным. — Внимание, всем. Дважды, лучше трижды, проверяйте свои кристаллы перед каждым переходом. Никому не позволяйте притрагиваться к ним, даже мне. Если что-нибудь пойдёт не так, то эти кристаллы будут вашим единственным шансом вернуться домой. Всегда носите с собой шесты и проверяйте ими дорогу перед собой, чтобы случайно не наткнуться на барьер. Всем всё ясно?

Сектанты закивали, Крис продолжил.

— А сейчас выше голову, давайте покажем этим выскочкам, из какого теста мы сделаны.

Сектанты Криса, напевая песню «Долой Метрополию, долой», вольно вышли из башни. Люди Кохрейна замерли, не шевелясь, только одна фигура позволяла себе стоять, засунув руки в карманы плаща. Увидев Криса, Пол Кохрейн снял маску и внимательно изучал его людей, пока Крис их инструктировал. Затем попеременно, все его командиры открыли свои порталы. Воздух задрожал и завибрировал.

— Вперёд! — скомадовал Крис, и сектанты один за другим стали заходить в порталы. Последним к разлому направился он сам.

В маске Крис очень чётко различал лицо Кохрейна с тремя шрамами на правой щеке. Кохрейн улыбнулся и провёл больши́м пальцем по своей шее. В тот же миг его сектанты принялись стучать себя по груди, топая ногами. Мгновение спустя Крис перенёсся на другую планету.

Глава 79. Приманка для теней

Впереди выдался долгий, изматывающий переход. Если что-то могло пойти не так, то это случалось. Началось с того, что на первом же переходе отряды попали на планету, где как раз бушевала буря. Сектантов едва не придавило валящимися деревьями, трёх человек пришлось отправить назад, лечить сильные ушибы. Несмотря на опытность сектантов, не обошлось и без других происшествий.

Если изначально отряды под командованием Криса и отряды, нападавшие на город, должны были идти раздельно, то на второй же планете, лидеры сект решили объединить силы, и не зря. На разных планетах них нападали, пытались ограбить, обмануть, не пускали, ставили препоны, следили, хотели отравить, снова пытались убить. Весь переход обернулся в сплошной страшный сон. Столько препон сектантам не чинили ещё никогда. Впрочем, причина ненависти планетян была понятна: одно дело, когда по твоей планете проходит небольшая группа вооружённых пришельцев, другое дело когда идёт целая армия, пусть и небольшая.

Лавовый мир, из-за которого лидеры отрядов спорили больше всего, на деле оказался самым безопасным во всём переходе. Там сектантам даже удалось как следует отдохнуть и выспаться. Ничего кроме лавовых рек в нижнем мире не было — ни жизни, ни опасностей, ни приключений.

Зато следующая планета преподнесла свои сюрпризы. По последней информации, её обитатели торговали оружием. Первым сюрпризом оказалось, что на планете царила вечная ночь. Лидеры сект планировали закупить там большую партию бластеров и грохот-мин, но местные торговцы, ушастые маленькие существа с болотистыми мордами, острыми зубами и крохотными бегающими глазками, быстро сообразили свою выгоду, загнув бешеные цены на товары. Даже Пол Кохрейн пришёл в ярость от их наглости.

Вечером, если можно назвать вечную ночь подобным словом, к лидерам сект приковылял жирный губернатор, с брюхом настолько больши́м, что оно ехало на тележке перед ним. Губернатор ни в какую не хотел пропускать сектантов дальше, мотивируя свои претензии тем, что их раса воюет с Метрополией, а значит, и с сектантами. Как ни пытались лидеры сект ему объяснить, что они тоже выступают против Метрополии, это оказалось бесполезно. Дело едва не дошло до кровопролития, в итоге губернатор за символическую плату, разрешил людям покинуть свою планету, но велел больше никогда здесь не появляться. Голодные, злые и невыспавшиеся сектанты с радостью покинули нижний мир, поднявшись .

Переводить один отряд между мирами было делом одного масштаба, а перебрасывать к Семилунному почти две тысячи сектантов — делом совершенно иного. Лидеры сект работали на пределе, координируя все отряды, но даже так они сильно задерживались в пути и едва не выбились из графика.

По предварительным расчётам, им должно было хватить шестнадцати дней для перехода и два дня оставалось про запас. Но по разным непредвиденным обстоятельствам первоначальный срок увеличился до восемнадцати дней, так что запаса уже не было. Крис нервничал больше всех, ведь до назначенного дня оставались считаные часы.

По счастью, сектантам предстоял последний переход до Семилунного и то ли провиде́ние, то ли Древний, но никаких преград на своём пути они не встретили. Местные Миране, похожие на больших говорящих тигров, сказали, что головорезы давно ушли и с тех пор не появлялись. Два часа спустя, ровно в четырнадцать вечера, 23 сентября 324 года, длинный переход окончился и последний из двухсот отрядов сектантов оказался на острове Семи Лун.

В такую пору на Лотариуме уже приходили холода и выпадал снег. На Семилунном же по-прежнему было тепло. Сам остров правда изменился до неузнаваемости, по крайней мере, в западной своей части. Джунгли совсем припорошило красной пыльцой, ветки деревьев висели безжизненными плетями, а по земле клубился зеленоватый туман, от которого сразу же бросало в кашель.

Маски не снимали. Среди выросших на Семилунном, прошёл ропот — люди совсем не узнавали эти места, и пытались доказать, что лидеры ошиблись планетой. Но Росс Рой, которого к удивлению Криса знали почти все бывшие горожане, убедил остальных, что они действительно там, где надо, чем расстроил некоторы особо рьяных спорщиков.

Бо́льшая часть сектантов разошлась ещё на предыдущей планете и под руководством лидеров сект вышла через порталы на юго-востоке города, в то время как отряды под руководством Криса перешли в восемнадцатый сектор, расположенный на юго-западе.

План лидеров сект был прост. Они перебросили сто десять отрядов на юго-восток острова, в три разные точки.

Целью номер один было захватить портал, а потом напасть и на город. Первые пятьдесят отрядов сектантов должны были подойти с берега пробежать по тоннелю и удерживать проход с той стороны, чтобы остальным было проще прорываться в город. Ещё десять отрядов должны были контролировать военный причал.

Вторая половина отрядов намеревались двинуться из девятнадцатого сектора чтобы захватить храмовый портал. Этот портал находился в пределах барьера, и сектантов, владеющих Эфериумом, там защищала Кара, чего нельзя было сказать о головорезах защищающих его, так что захватить сам портал было только делом техники и времени. Тоннель тоже был внутри барьера и сектанты имели преимущество, потому как постоянно находились под защитой Кары. Кара была беспощадна, поражая атакующих далеко за пределами барьера, о чём военные прекрасно были осведомлены. А вот с причалом обстояло сложнее — он находился за барьером и сектанты, берущие его штурмом, действительно рисковали. Но их цель состояла только в том, чтобы временно оттянуть на себя силы береговой охраны и тяжелой техники, стоявшей в порту, пока основные силы будут брать штурмом главный портал.

После захвата храма сектанты хотели перегруппироваться. Двадцать отрядов уходили захватывать порт, а остальные восемьдесят отрядов отправлялись освобождать город. С первого взгляда казалось, что в городе располагалось две тысячи солдат, число это явно было больше всех сектантов вместе взятых, но у лидеров был связан свой хитрый план, подсказанный Отцом Драгоном.

Не зря лидеры сект раскошелились, покупая на тёмной планете Эфериумное оружие — хитрый старик планировал взять город, вооружив самих горожан. Простых людей было намного больше военных, они были злы, и единственное, чего им не хватало чтобы сбросить «правительство» со своей шеи, так это хорошей порции старого доброго оружия. Едва люди получат оружие в свои руки, как диктатуре власти придёт конец, и диктаторам уже придётся считаться с мнением народа. Ну а в этот раз, горожане вряд ли позволят непутёвой власти задержаться в городе ещё хоть ненадолго.

Крису, а вместе с ним и Кохрейну, досталась роль попроще. Они руководили сорок одним отрядом, которые должны были полностью заняться тенями. Их люди расположились лагерем возле мутной, пузырящейся реки. Время шло, и Крис хотел было позвать командиров, чтобы обсудить накопившиеся вопросы, когда течение вброд пересёк человек в длинном плаще. Сектанты схватили странника и притащили в лагерь.

— Так-то вы встречаете друзей? — сказал незнакомец, когда его под руки ввели в палатку Криса.

— А, это ты Клэйв. Садись, ты как раз к чаю.

Сектанты тут же отпустили Клэйва. Он отряхнул плащ и покосился на них.

— Спасибо, но мне некогда. Я по делу.

— Мы тоже, как видишь.

Крис налил заваренный напиток в кружку, но ему показалось что жидкость была слегка мутновата.

— На твоём месте я бы не стал пить воду из той реки.

Бен, который как раз пил чай, поперхнулся и закашлялся.

— Почему? Неужели она отравлена?

— Хуже. Поверь, тебе лучше не знать.

Крис отодвинул чайник, а Бен стремительно выбежал из палатки, прикрывая рот платком.

— Рад, что ты пришёл Клэйв.

— Не могу сказать тебе того же. Вы выбились из графика, я ждал вас два дня назад.

Крис пожал плечами.

— Мы хотя бы пришли вовремя. Как там наши дела?

— Могло бы быть и лучше, если бы хоть кто-нибудь мне помогал. Я запыхался уже в одиночку расставлять приманки для теней по всему острову.

— Поверь мне, я бы с радостью ускорил переход, если бы мог, — в голосе Криса появились металлические нотки. — Но ты мне так и не ответил. Все ловушки готовы?

— Как будто мне это доставляет удовольствие… — пробормотал Клэйв и сказал уже громче, почти елейным голосом. — Ловушки готовы, сударь, прошу вперёд, ваш выход. А если без шуток, то время поджимает, некогда прохлаждаться, тебе ещё нужно успеть всех промаркировать.

— Знаю, не ворчи под руку, — огрызнулся Крис и посмотрел на запястье. Оставался один метропольский час до окончания дня.

Крис организовал командиров, а те выстроили отряды в большую движущуюся очередь. Пол Кохрейн стоял впереди всех, уж кто-кто, а он прекрасно знал о тенях и о том, на что они способны. Крис хотел было высказаться, но времени совсем не оставалось, и он решил не нагнетать конфликт, тем более что все и так уже были на пределе.

Впервые за долгое время, он достал из заплечной сумки маленький белый камень, полученный от Древнего и острым краем, нанёс три волнистые линии на щитки Кохрейна. Пол критически осмотрел знаки на своих доспехах, хмыкнул и отошёл в сторону. За всё время похода никаких угроз от него не поступало, по крайней мере, пока. Сектанты Кохрейна тоже мирно подходили и уходили, один за другим, не говоря Крису ни слова, словно и не было никаких угроз в самом начале перехода.

Крис предупредил всех внимательно следить, чтобы символ не стёрся с доспехов от воды или случайного движения рукой. А люди всё шли и шли, камень же таял на глазах, и Крис переживал, хватит ли такого маленького куска на всех. Но камень, словно специально был рассчитан, закончился на последнем человеке.

Стояла глубокая ночь, из джунглей тянуло холодом и сыростью, над рекой сочился густой туман. Разговоры в лагере смолкли, сектанты невольно жались друг к другу, ощущая невидимое присутствие множества теней вокруг.

Крис посмотрел на запястье. Пятнадцать часов пятьдесят девять минут, ещё секунда и... ровно полночь. Ничего не происходило. Он начал волноваться, заволновались и другие сектанты. Но парой секунд спустя раздался ровный гул, и людей окутало слабое, слегка голубоватое свечение. Свечение это тонкой плёнкой окружило всех подобно слабому силовому полю.

— Ух ты, — воскликнул Бен и помахал светившейся в темноте рукой.

Остальные сектанты тоже были в восторге от своей новой «игрушки». Они толкали друг друга в плечи, прыгали, махали руками и веселились словно мальчишки.

— Отставить, — приказал Крис. — Мы не на увеселительной прогулке.

— Есть отставить, — улыбнулся Полански и подмигнул остальным. — Ну что, где ваши тени? Подавайте мне их сюда. Я чувствую себя лучше, чем когда-либо. Готов уложить их всех одной левой.

Крис включил внутренний канал связи и ещё раз напомнил всем общий план действий. Под островом тянулась разветвлённая сеть подземных туннелей, куда надо было загнать всех теней с поверхности. Клэйв Родвуд расставил приманки для теней возле входов в катакомбы. Много дней подряд приманки собирали своим запахом теней с окрестных земель.

— Всего на карте обозначен двадцать один сектор, — сказал Крис. — Цель каждого отряда занять свою позицию и активировать приманку. Тени, привлечённые запахом множества людей и ярким светом, начнут сходить с ума от голода и последуют за вами. Вам остаётся лишь завести их в подземелья, запечатать выходы, а потом через сеть подземных переходов добраться до города. Туда тени не смогут пройти, барьер вокруг города работает как в воздухе, так и под землёй. Пройдя подземным туннелем, вы окажетесь прямо в центре Семилунного и внезапно атакуете гарнизоны военных с тыла.

Крис промолчал, что этот план был слишком идеален, и всегда что-то могло пойти не так.

— Всем всё понятно?

Сектанты закивали.

— Хорошо. Идите, но помните, у нас всего один день. Следующая такая возможность может нам уже не представиться.

Отряды начали расходиться. Сейчас объединённая группа расположилась на юго-западе острова, в восемнадцатом секторе, и многим отрядам предстоял долгий путь пешком по густым ночным джунглям, чтобы добраться до своего сектора. На месте остались только два отряда из секты Буревестника, его собственный отряд и чуть больше сотни воинов Пола Кохрейна.

Пол, естественно, выбрал для себя восемнадцатый сектор, чтобы никуда не ходить, а Крису достался двадцать первый, ближе к морю. Его немного напрягало, что Кохрейн оставил возле себя столько людей, но держать их здесь у него была своя причина — на самом западе, у подножия горы на берегу моря, в соседнем, семнадцатом секторе расположился гарнизон военных.

Когда основная масса нападёт на город, Пол должен контролировать эту точку, чтобы военные не зашли остальным сектантам с тыла. Его сто десять человек, конечно, не сдержат большую группу головорезов, но предупредить когда начнётся массированный прорыв вполне смогут. Вряд ли сейчас в гарнизоне было много солдат, большая их часть несла службу в городе. Но Галдахар лично настоял, чтобы его сын прикрывал тылы остальным сектантам, по крайней мере, в первые часы, когда начнётся основная заварушка в городе.

— Пф, а стоит ли вообще доверять этому человеку? — подал вдруг голос Кохрейн.

— А в чём причина ему не доверять?

— Ну хотя бы потому что он молокосос из других людей.

По рядам сектантов пронёсся испуганный ропот.

— Эй, придурок, ты что-то имеешь против моего происхождения? — Родвуд достал нож и направился к Кохрейну. Он пылал от гнева, и его нисколько не смущало, что с десяток сектантов позади Пола тоже достали ножи. — Ну и что что я из других людей? Думаешь, я выбирал родителей, ДУМАЕШЬ Я РАД, ЧТО СТАРЕЮ ВДВОЕ БЫСТРЕЕ ТЕБЯ, А ПРИДУРОК?

Крис засунул пальцы в рот и громко свистнул.

— Тише все, тени уже рядом!

В подтверждение его слов в ночных джунглях страшно затрещали ветки. Шум в лагере сектантов моментально стих.

Глава 80. Пол Кохрейн договорился

— Накаркал ты, Полански, — сплюнул Росс. — Вон эти твари, уже ломятся.

— Боишься их что ли? — нервно хохотнул Полански. — Древний же сказал, что эта штука нас защитит.

— Я бы на твоём месте не был так уверен. Любую защиту можно обойти, особенно если хорошо постараться.

Тем временем из джунглей вышла большая толпа. Сектанты, которые ни разу не видел и захваченных тенями, вздрогнули — навстречу живым людям шли полуразложившиеся мертвецы. Полански хмыкнул. Крису и самому пришлось не по себе, когда он увидел запавшие глаза и зеленоватую, грязную кожу, раздувшиеся тела и сгнившую одежду.

Мёртвые, управляемые тенями люди, нескончаемым потоком выходили из густых влажных джунглей. Крис гадал, откуда их столько взялось, учитывая, что всё население Семилунного вместе с военными Метрополии, никогда не превышало пятнадцати тысяч. Уж не оживили ли тени тех мертвецов, что лежали в курганах возле города? Или же Метрополия пробрасывала гораздо больше военных через Семилунный, чем говорили слухи?

Вдалеке послышалось гулкое, перекатывающееся рычание. Марионетки пригнулись к земле и припав на четыре конечности, прыжками бросились на сектантов.

— Не стрелять, — крикнул Крис, но было уже поздно. Воздух расчертили десятки огненных линий и выстрелы из бластеров. Марионетки попадали на землю, но продолжали бежать и уворачиваться. Крис зарычал.

— Кто приказал открыть огонь?! Вы можете раскрыть наши позиции!

Выстрелы не утихали, и Крис сам бросился под удары клинков. Увидев его алый плащ, сектанты прекратили атаку. Крис добежал до марионеток, и те остановились. Он видел их запавшие глаза, ощущал гнилостный запах, идущий от висевшей лоскутьями кожи. Марионетки, управляемые тенями, в буквальном смысле рыли землю перед ним, но не могли приблизиться ни на шаг. Всё как и говорил Древний.

— Они ничего не способны нам сделать, — Крис протянул светившуюся руку к марионеточному человеку, тот отпрянул от неё как от огня.

Постепенно один за другим сектанты подошли к Крису. Подконтрольные марионетки стали отступать, остерегаясь голубоватого свечения, идущего от человеческих тел. Сами тени тоже скрывались где-то далеко внутри леса и не решались показываться наружу, продолжая лишь издалека тянуть к марионеткам свои длинные чёрные щупальца.

Крис дотронулся до тела одной марионетки. Чернильный жгут, тянувшийся к ней, задрожал и, хлестая ветки, унёсся прочь. Мёртвое тело рухнуло на землю. Вдали в джунглях, донёсся звук, похожий на дикий хохот.

Кохрейн пнул щупальце ногой. Щупальце лениво отползло в сторону от его носка.

— Думаешь, ты один такой умный? — Кохрейн встал рядом с Крисом.

— Не понимаю, о чём ты.

— Не притворяйся дурачком, ты наверняка знал, что поле защитит тебя от теней, потому так бесстрашно бросился к ним навстречу.

— Конечно, знал, — фыркнул Крис. — Более того, я вам всем говорил, что и вы сегодня будете под защитой Древ…

Он не успел договорить. Тёмное щупальце, безжизненно лежавшее рядом, извернулось и схватило его за лодыжку. Щупальце дёрнуло что было сил, и Крис едва не упал, но тут вся его нога ощетинилась множеством маленьких металлических лезвий — сработала пассивная защита на его «старых» доспехах. Щупальце дёрнулось, и со свистом унеслось во мрак.

Пол Кохрейн захохотал.

— Вот умора, давно так не…

Снова послышался свист, в этот раз короткий. Кохрейн выпучил глаза и упал на пятую точку.

— Ой, — только и сказал Пол.

— Что случилось? — крикнул Крис.

Кохрейн в темноте судорожно что-то делал со своими ботинками. Со стороны могло показаться, будто он решил вдруг завязать шнурки, вот только на ботинках сектантов никогда не было шнурков.

Крис посветил фонариком и обомлел — лодыжку молодого лидера обвило мутное чёрное щупальце. Пол пытался его скинуть, но тщетно. В отличие от старых доспехов Криса, на новых доспехах пассивной защиты уже не было предусмотрено. Ветки затрещали, и Кохрейн заскользил по мокрой траве в сторону джунглей, сначала медленней, а потом всё быстрее.

— ПОМОГИТЕ! — заорал Кохрейн как резаный.

Что тут началось. Сектанты бросились к нему, толкая и мешаясь друг другу. Они хватались за щупальце руками, били пылающими ножами, топтали ногами, но всё было тщетно. Щупальце только ещё сильнее сжималось, а Кохрейн завопил от боли — чернильный жгут сдавил его лодыжку так, что грозил сломать ногу.

Кто-то притащил из лагеря топор. В щупальце начали тыкать горящими факелами и засыпать углями. Чёрный жгут пришёл в неописуемую ярость и повесил Кохрейна вниз ногами. Ох как он ругался и верещал! Крис никогда в жизни не видел его в таком ужасе.

Наконец, Кохрейн каким-то чудом извернулся, достав из сапога свой нож. Вися вниз головой, Пол яростно рубил щупальце, но то лишь сильнее оплетало его, а затем потащило вверх. Сектанты попытались задержать его, но куда там!

— Аррххх… вашу… уберите… эту хрень… от меня.. Аааааа... мать!… архх!.. СКОРЕЕ! ААААА-А-А-а-а-а-а-а-а-а…

Крики Кохрейна превратились из громких в отдалённые, было явственно слышно, как щупальце перемещает его над верхушками деревьев на запад. Сектанты бросились в погоню, но крики стихли.

Тут же где-то вдалеке, послышался шелест, и джунгли разрезали яркие строчки пуль. Сектанты бросились на землю. Выстрелы прошивали деревья и со свистом проносились дальше.

— Надо уходить, — крикнул Руфус. — Здесь слишком опасно.

— Мы не можем, — крикнул командир другого отряда. — Наш лидер там.

Пули прошивали джунгли совсем рядом. База военных находилась в километре, но была настолько замаскирована, что если бы не выстрелы, то её невозможно было бы разглядеть в темноте.

Эфир с треском прорвал голос Кохрейна.

— Я в каком-то лагере… Тут повсюду техника метропольских уродов. Проклятье, я в гарнизоне военных! Твою мать! О нет, эта тварь кххх…

Связь прервалась.

— Стойте, — закричал Росс Рой. — Это стреляют автоматические турели.

— Откуда ты знаешь?

— Я десять лет проработал головорезом. Башни по периметру реагируют на движение. Приглядитесь сами, на базе никого нет.

Крис включил десятикратное увеличение на маске и осмотрел бетонный забор, обтянутый металлической проволокой. Часовые вышки пустовали, огни за стенами горели неподвижно. Не было слышно ни гула машин, ни криков, ни лая собак, ничего. Казалось, гарнизон действительно пустовал.

Словно в подтверждение его слов эфир снова прорвал Кохрейн. Он тяжело дышал, явно от кого-то убегая.

— Скорее сюда, тут никого нет кроме меня и теней. Где вы все?

— Мы бы с радостью, но нам мешают турели, — сказал один из капитанов.

— Так отключи их, кретин.

Он исчез. В эфир вышел другой капитан из секты Кохрейна.

— Внимание всем, говорит Хорхе. У нас есть план, как вырубить турели.

— И как вы собираетесь обойти авто-турель? — спросил Крис. — Положите гору тел и пойдёте по трупам?

— Неважно, — сказал командир. — У нас есть кое-что в наших… запасах. Главное не путайтесь под ногами.

Крис фыркнул. Командир из секты Кохрейна чуть не проговорился в прямом эфире про секретные технологии лидеров сект. Опять лидеры скрывают полезные вещи от остальных, доставая их из рукава, когда удобно им самим. Ну, по крайней мере, не только главные сектанты были посвящены в эту тайну. Оставалось надеяться, что со временем правда сама выйдет наружу.

Вперёд выбежали двое сектантов и громко пыхтя, понесли большую коробку с толстыми ручками и пушкой. Святая Метрополия, и где они прятали эту громаду, везли по частям что ли?

Сектанты направили дуло пушки на турель и бросились врассыпную. Пушка завибрировала, из неё ударил толстый шипящий электрический луч. Две автоматических башни-турели застыли, слегка подрагивая.

— У вас три минуты! Скорее!

С десяток сектантов на ходулях-джамперах понеслась к стене. Турель слегка дёрнула куполом, пытаясь направить многочисленные дула на цель, но снова задёргалась и зашипела. Сектанты подбежали к стене обтянутой колючей проволокой и перекинули несколько своих. Минуту спустя по связи доложили, что турель выключена. Вход в гарнизон военных был свободен.

Повсюду меж приземистых зданий с открытыми дверьми беспорядочно стояла техника, словно водители прямо на ходу выскакивали из бронемашин, мехов и шагоходов. Кое-где на земле были видны пятна крови, а стены некогда накрахмаленных казарм во многих местах имели чёрные подпалины и выбоины. Все двери машин и зданий были открыты настежь, при этом внутри периметра лагеря стояла такая жуткая тишина, что можно было услышать дыхание соседа. Лишь изредка на пустых улицах попадались рычащие марионетки, захваченные тенями, да и те быстро замолкали под сектантскими ножами.

Судя по всему, тут завязалась перестрелка, а потом военные спешно покинули лагерь, но вот причина такого исхода для всех оставалась неясна. Сектанты строили самые невероятные предположения, вплоть до вмешательства пришельцев, но у Криса были свои догадки — военный гарнизон располагался на берегу моря и одним краем выходил на воду, где на причале должны были стоять военные корабли, но сейчас причал пустовал. Складывалось впечатление, что тут завязался какой-то мятеж, где одни военные напали на других, а потом проигравшие спешно бросились на корабль и покинули базу. Крис предполагал, что тут не обошлось без вмешательства теней — они то ли выдали себя, то ли по какой-то причине решили раскрыться именно сейчас, напав на остальных, ещё не захваченных ими головорезов.

Из ближайшей казармы выскочил Пол Кохрейн. Он был немного помят и взъерошен, но цел. На плечах Кохрейн нёс два гранатомёта.

— А, это вы. Наконец-то соизволили придти. Долго же пришлось вас ждать. Впрочем, неважно, смотрите, что я нашёл.

Он навёл гранатомёты на сектантов, а потом кинул на землю.

— Там в казарме ещё много подобных штук. Кто-нибудь помогите мне. Остальные тоже не стойте столбом, обыщите соседние казармы.

С десяток сектантов бросилось в ближайшее здание. Пол замер, задумчиво почёсывая шрам на лице. Остальные сектанты начали понемногу разбредаться по военному гарнизону.

— Стойте, куда вы? — крикнул Крис.

— Да ладно тебе, здесь столько добра, пусть хоть немного пограбят, — фыркнул Кохрейн.

Из ближайших казарм слышался звон стекла вперемешку со стуком. Возникло стойкое ощущение, что сектантам Кохрейна грабить было не впервой.

— Нам надо идти, — сказал Клэйв Крису, но Пол его услышал.

— Тебя вообще не спрашивали, другой, — фыркнул он. — Вы хоть представляете, сколько тут техники и оружия? Да я всех горожан вооружу и ещё на сто лет хватит.

— Уже посчитал, сколько заработаешь? — глаза Криса сверкнули.

— А тебе что с того? Хватай и продавай, вот первое правило мародёра, — улыбнулся Кохрейн. — Бери себе тоже, мне не жалко.

— А как же задание?

— Да никуда не убегут ваши тени. Если ты не забыл, то после них нам ещё своим в городе помогать. Пару лишних пушек нам точно не повредит.

— Оружие будет мешать вам загонять теней, — сказал Клэйв.

— Отвали, выскочка, — рассмеялся Кохрейн. — Похоже, вы ещё не поняли, но мои сектанты будут делать то, что я им скажу. И сейчас они собирают пушки военных.

Отовсюду раздавались торжественные крики. Сектанты Кохрейна выбегали из зданий, неся оружие и складывая его в грузовик. Они словно муравьи грабили чужой, пустой муравейник. С десяток сектантов вскрыли военный склад с едой и оружием. Сразу же засуетилась работа, награбленным добром набили ещё три грузовика и отправили их в сторону города.

Кохрейн потирал руки. Его людям удалось добраться до секретных чертежей и документов, где содержалась информация об открытых Метрополией технологиях и планетах.

— Уж слишком подозрительно тихо здесь, — сказал Крис, отходя подальше. За ним собрались его сектанты.

— Мне тоже так кажется, — сказал Родвуд. — Надо убираться отсюда, пока не позд…

Тут раздался пронзительный вскрик.

— Кэтрин!

Крис бросился на звук. Не помня себя, он добежал до казармы, выкрашенной в чёрный цвет, и с ноги распахнул дверь внутрь. Заплаканная Кэтрин бросилась к нему. Он прижал девочку к своей груди — увиденное внутри чёрного здания поразило даже его. Кэтрин рыдала, а он смотрел по сторонам, не в силах оторвать взгляд от этого жуткого, про́клятого всеми существами места…

Глава 81. Фотографии

Увиденное было настолько неописуемо и необъятно, что слой за слоем врезалось в истерзанный разум, принося с каждым разом всё большее осознание творившего вокруг всепоглощающего ужаса.

Помещение внутри было овальной, неестественной формы, с окнами-порталами наверху, откуда сочился серовато-зелёный мертвенный свет. Этот жуткий свет выхватывал из полумрака два больших, нарисованных на полу круга. В одном из кругов стоял огромный, покрытым бурым налётом, бассейн. Возле бассейна стоял замызганный чан, с таким же грязным налётом на стенках и кране.

Второй круг был вырезан на полу и покрыт жуткими надписями, от вида которых восставали внутренние, древние инстинкты ужасного и животрепещущего, картины из прото-воспоминаний виденных предками в те времена, когда они ещё жили в пещерах и разжигали огонь трением. Надписи на давно забытом человеком языке, несущие ужасные, оскверняющие мир вокруг слова, взывавшие к сущностям, находившимся за пределами человеческого осознания. И в самом центре этих, кроваво-красных надписей стоял треножник, а на нём покоился чёрный, кремниевый нож с острыми гранями.

Откуда-то издалека, из скрытых щелей доносилась постоянная, пульсирующая жуткая музыка неестественного порядка. Не с первого и даже не с третьего раза стало понятно, что она играет наоборот, распевая не то молитвы, не то воззвания, не то просто завывания под искажённую для человеческого уха музыку…

Под потолком были растянуты изогнутые, неправильной формы механизмы с сотнями крючьев, на которых покачивались повешенные вниз скелеты людей и пришельцев, с перебитыми или связанными руками, сломанными рёбрами и оторванными головами.

Все без исключения стены овального здания были заставлены многочисленными черепами, громоздившимися друг на друга. Большинство черепов были человеческими, большими и маленькими, другие были вытянуты, имели по четыре глазницы, рога или страшные зубы и явно не принадлежали к людскому роду. В большинстве черепов стояли огарки свечей, некоторые ещё горели.

У дальней стены виднелся жертвенный камень весь в бурых, неровных пятнах, к которому в полу были пробиты два желоба от бассейна и от ритуального круга. Позади алтаря, слишком далеко, чтобы сейчас разглядеть, висели непонятные пока белые квадратики, развешенные среди пустых черепов…

И наконец, ближе ко входу, практически у самых ног, копошилась некая бесформенная масса, один вид которой заставлял дрожать любого впервые вошедшего под эти черепообразные своды жуткого здания…

Бесформенная масса была похожа на ожившую протоплазму со множеством торчавших из жижи человеческих рук, ног. И масса эта шевелилась, перекатывалсь, стонала, шипела, издавала звуки…

Жуткая бесформенная лужа, дёрнулась и потянула руки к ботинкам Криса. По ней пошла волна ряби, а затем раздался булькающий звук тысяч мучимых болью, надтреснутых голосов…

— Хьюбей нхас кхрррр… — послышались непонятные слова.

Слова повторялись вновь и вновь, раз за разом, выдавленные с мучением, медленно проникая в подсознание. Когда Крис понял их, по телу прошли мурашки. Убей нас скорей, просило бесформенное существо!

В комнату ворвались другие сектанты и, увидев происходящее вокруг, начали кричать друг на друга. Слова идущие от протоплазмы превратились в хрипы, поглощённые шумом вошедших.

— ТИШЕ ВСЕ! ВЫЙДИТЕ ОТСЮДА И УВЕДИТЕ ОСТАЛЬНЫХ!

Одним движением Крис выхватил клинок и располосовал бесформенную, агонизирующую массу. Та дёрнулась и затихла, растекая большой зловонной лужей. К Крису подбежали его командиры, за ними следом Бен и Вут. Он повернулся и отдал сектантам Кэтрин.

— Уведите её отсюда.

Сектанты вывели всхлипывающую и плачущую девушку. Внутри здания остались только командиры отряда и Рэлиты, все начали ходить по сторонам.

Крис же неотрывно смотрел на маленькие квадратики, белевшие вдали. Наконец, он понял, что они значили, и как завороженный двинулся вперёд. На стене, уставленной черепами, висели в рамках сотни, нет даже тысячи фотографий…

Слёзы потекли из его глаз, и он не переставал плакать, когда увидел, что на них было изображено. Фотографии хранили частицы истории этого жуткого места.

Похоже, фотографии эти были предметом гордости для нелюдей, проводивших здесь свои противоестественные ритуалы, но у любого другого человека они вызывали ужас. То, что на них было изображено, не поддавалось рамкам морали, выходило и оскверняло их, словно посмеиваясь над самой человеческой природой.

Ритуалы и действия, запечатлённые в снимках, были столь мерзостны, что Крис не решался даже вспоминать о них снова. Плача, он смотрел и смотрел, стараясь увидеть и запомнить всё, что было, стараясь запечатлеть лица каждой жертвы и каждой мрази, совершавшей это.

Здесь, прямо в этом месте, похожем на огромный череп, военные совершали поистине мерзостные вещи. Мутации, межвидовые скрещивания и пожирание тел было самым безобидным из творившегося в этих стенах. Среди безобидного были и сотни снимков, сделанные головорезами на других планетах — они фотографировались на фоне убитых пришельцев, сожжённых городов, разрушенных деревень, повешенных и разбитых на куски тел.

И на всех фотографиях без исключения, головорезы и военные улыбались, причём улыбались так, словно это занятие доставляло им неописуемое удовольствие. Но улыбка эта была жуткой и неестественной, оскалом не человека, но зверя, не ведающего ни души, ни пощады, ни разума, ни раскаяния…

Ритуалы, проводившиеся здесь, уничижали саму человеческую природу. Лишь несколько фотографий в самом центре были «обычными» настолько, что их можно было описать, и в то же время они поражали, потому что на всех из них стоял никто иной, как… Праудлион.

На первой фотографии Праудлион улыбаясь, пожимал руку какому-то военному в погонах полковника. Чуть позади стоял ряд других офицеров, среди которых вытянулся худой ещё Смит Третий.

На следующей фотографии Праудлион лежал в круглой ванне, сверху сочилась тягучая, красная жижа, а голые военные, согнув спины сидели вокруг него, склонившись до пола…

Следующие две фотографии были свежими, на них даже были написаны даты. На первой Праудлион пожимал руку полковнику Смиту Третьему, где цифра три была перечёркнута. Внизу стояла дата 324 год, 3 апреля. Праудлион пылал молодостью и улыбался.

На следующей фотографии Праудлион снова сидел в бассейне полной тёмно-багровой жижи. В этот раз его лицо избороздили глубокие морщины, под глазами лежали тёмные тени. Он сидел, скрестив руки, лицо его казалось недовольным и бесконечно усталым. Вокруг снова склонились голые военные, касаясь лбами земли. На фотографии стояла дата 5 июля 324 года, и надпись — Полковник Смит Шестой.

И было ещё с десяток фотографий, сделанных с Праудлионом, но столь мерзостных, что от них голова шла кругом и всё переворачивалось внутри: стол из людей, живые лестницы, жертвоприношения и поклонения в испещрённых странными символами кругах, каннибализм, ритуальные шествия, пытки и убийства. И повсюду улыбки, пышущее раболепие и коленопреклонение перед великим Членом Элиты…

Члена Элиты, которого Крис, подобно многим другим Рэлитам, когда-то боготворил и на чьё место когда-то хотел попасть… Но если такова была цена обладания властью и если этим Элиты занимались, то Крис не хотел занимать место среди Элит. Проще было умереть, чем смириться, что подобных людей вообще носит земля. Все чувства и желания в один миг перегорели, в груди образовалась бесконечная, тленная пустота, которую невозможно было заполнить ничем…

Его взгляд упал на последний снимок. Фотография была чёрно-белой, очень старой. На ней был изображён центр города Семи лун, эти круглые, возвышенные дома невозможно было спутать ни с чем. На улицах валялись горы тел, обычных людей, женщин, мужчин, детей. А на фоне разрушенного города и холмов трупов фотографировались улыбавшиеся, свежие головорезы и рядом с ними красовался Праудлион. И чуть в стороне стояли живые мужчины и женщины в оковах, с лицами покрытыми копотью, люди эти загружали трупы в тележки и куда-то везли по бесконечным деревянным настилам…

Внизу на фотографии стояла дата с надписью. «Второе заселение острова. Февраль 229 года».

Крис разбил рамку и снял фотографию со стены. Снимку было почти сто лет. Так значит было как минимум три заселения Семилунного? И если было три заселения, то это означало, что в прошлом остров зачищали под ноль уже как минимум дважды, а не один, как думали все вокруг…

Крис взглянул на чёрно-белую фотографию и посмотрел в улыбающиеся, сочащиеся счастьем глаза юноши.

— Ты умрёшь, тварь. Вы все умрёте. Вся Метрополия, вся Элита будет полыхать в огне. А в конце ваши имена сотрутся из истории как ужасный кошмар… Клянусь…

Слеза упала с его щеки на чёрно-белое изображение. Он вытер лицо и обернулся. Позади недвижимо стояли командиры, заворожённые бесчисленными снимками, висевшими на стенах.

— Надо предать это место огню, — сказал Крис.

— Да, — нестройно, слово из сна, прохрипели командиры.

Крис выставил перед собой ладонь. Над ней заплясали яростные языки Эфериума. Что есть сил Крис подул на руку, и с ладони начали слетать полыхающие языки пламени, с яростным рёвом разбегаясь по стенам. Фотографии затрещали, свечи в черепах оплыли, капая слезами из глазниц. В мгновение ока вся стена оказалась охвачена огнём, и огонь стал перекидываться по другим стенам, словно само это место только и жаждало любой искры, чтобы исчезнуть в очищающем пламени и уничтожить себя. Пламя яростно загудело, вырываясь из бесчисленных глазниц черепов, загубленных ради прихоти Метрополии…

Круглую залу заволокло дымом, огонь то и дело пытался перекинуться на завороженных, смотрящих на яростное пламя людей. Дверь казармы с треском открылась, в неё ворвался сектант.

— ЗАСАДА! ГОЛОВОРЕЗЫ ИДУТ С МОРЯ!

Глава 82. Сектанты против сектантов

Не нужно было надевать маску, чтобы услышать громкий лязг, с которым широкий металлический трап корабля ударился о причал. Тут же на берег с громким рёвом начали съезжать бронемашины, а следом за ними бежали головорезы. Грянули выстрелы из лучемётов и бластеров, вскоре к ним подключились плазменные вспышки. В воздухе повис запах раскалённого камня, пота и пыли.

Сектанты открыли ответный огонь из бластеров, расстояние было слишком велико для их ножей. Военные знали, что не сто́ит приближаться к мятежникам и стреляли издалека, прикрываясь наступающими бронемашинами.

Крис выстрелил из бластера пару раз, пытаясь остановить наступление, но его едва не прошила очередь из закреплённого на бронемашине пулемёта.

— Вут, — позвал Крис. Ответом было только яростное рычание в эфире. — Проклятье, этот Вэлит опять ввязался в бой.

— А я говорил, что нам не нужен такой боец, — фыркнул Бен.

— Помогай, — Крис кинул ему свой второй бластер. Бен поймал и брезгливо протёр рукоятку платком.

Крис вышел в эфир.

— Не подпускайте их близко! Отступаем! Бен! ХОТЬ ТЫ НЕ СТОЙ СТОЛБОМ!

Бен встал полубоком, и, поправив чёлку, принялся неторопливо стрелять в надвигавшихся головорезов. Возле него проносились выстрелы из бластеров, пролетали плазменные шары, проскальзывали сети, но он продолжал стрелять так же неторопливо и однообразно. Крис выругался, но надо было отдать должное этому Рэлиту, целиться он умел. Потеряв нескольких бойцов, солдаты действовали осторожней и практически не вылезали из-за укрытий.

Сектантов было меньше, их теснили со всех сторон, эфир то и дело разрывала отборная ругань — сектанты были непривычны стрелять из бластеров. В военных полетели удары ножей, но волны либо не долетали, либо рассеивались, теряя силу, слишком уж велико было расстояние. В какой-то момент казалось, что битва проиграна, но потом на глазах у всех луч бластера попал в грудь сектанта и с шипением погас. Лишь голубоватое свечение вокруг доспехов всколыхнулось. Приободрённые подобным чудом сектанты бросились в бой и уже не боясь, начали оттеснять военных к берегу.

На кромке востока загремело небо. Неужели собирается дождь или сектанты в городе уже начали нести потери? Быть такого не может!

Крис попробовал выйти с кем-то из людей Фарруха и других лидеров сект на связь, но слышал только страшный треск помех.

Несмотря на слабое силовое поле, среди сектантов были раненые и даже убитые. Поле Древнего гасло после нескольких прямых попаданий.

Сектанты Кохрейна, наконец, зарядили новые, только что украденные со складов ракетомёты. Грянули тяжёлые выстрелы, два шагохода загорелись и взорвались.

Но хоть сектанты продолжали давать отпор, их всё равно теснили назад. Военные добрались до брошенной техники, шагоходы и мехи стали оживать. Первые машины повернулись в сторону сектантов, ударив из тяжёлых пушек. Стена казармы с грохотом развалилась на мелкие куски.

После подобной демонстрации силы, некоторые сектанты тут же поспешили уйти в открывшиеся порталы, но у большинства был блок. Продолжая отстреливаться, Крис мельком взглянул на запястье — у него самого был блок на прыжки ещё полчаса. Надо же так вляпаться! Но и уходить в портал было нельзя, неизвестно сколько продлится новый запрет на прыжки, к тому времени защита Древнего уже может закончиться.

— Эй, все сюда, — крикнул Росс. — Я нашёл выход.

Выходом оказалась тяжёлая дверь, из толстого куска металла. Когда-то давно её прорезали для каких-то своих целей, но потом запаяли обратно и замаскировали снаружи. Но внутри грубые швы остались. Сектанты ударили ножами, в стене образовался большой проход. В лицо подул раскалённый ветер, а позади уже послышались крики и выстрелы. Воздух расчертили тёмно-бурые лучи лазеров. Не дожидаясь, когда прекратит капать расплавленный металл, сектанты бросились наружу.

Крис прикрывал, пока остальные выбегали в джунгли. Он ушёл одним из последних и скрылся среди деревьев. Военные добежали до стены, но дальше не сунулись. Сектанты закричали, радуясь спасению.

— Ну и ночка выдалась.

— Погоди, ещё только начало.

— Все на месте?

— Из наших вроде да, а у тебя как Руфус?

— Мои парни не пострадали.

— Не знаю кто такой этот Древний, но он не обманул, — сказал Кастор, который из отряда Мэлтиса вновь вернулся в отряд Руфуса. — В меня дважды попали сегодня, клянусь, если бы не защитное поле, я бы лежал сейчас в могиле.

— Мне тоже едва ногу не отстрелили, до сих пор болит.

— А возле меня граната взорвалась. И ничего.

— Чудо какое-то, а не защита. Вот бы узнать, как она работает.

— Держи карман шире. Так тебе пришельцы и рассказали тайны своих технологий.

— Хватит сидеть. Выдвигаемся. Как только кончится день, спадёт и наша защита.

На базе продолжали стрелять. Где-то вдалеке, в той стороне где находился город, начали бить молнии.

Крис попробовал связаться с командирами других отрядов, но эфир засоряли странные, гудящие помехи. Он попытался вызвать штаб ещё раз, но тщетно.

— Что-то со связью. У кого ещё проблемы?

— У меня.

— Ладно. Время идёт, давайте расходиться. Сейчас мы в 17 секторе, здесь же находится и база военных. По плану сектор берёт на себя Кохрейн со своими сектантами. Руфус, тебе с парнями надо топать в одиннадцатый, а мы пойдём в двадцать первый, ближе к морю. Давайте сделаем свою работу и покончим с тенями. Надеюсь с остальными всё будет в порядке, но если что постараемся почаще выходить на связь.

Сектанты разделились. Отряд Руфуса ушёл на северо-восток, а отряд Криса на юго-восток. Минут через пять джунгли стали гуще Бен, Вут, Полански и остальные вытащили ножи, начав прорубать дорогу вперёд с отчаянным остервенением. Кэтрин, Анна и Рэйни плелись позади прикрывая тылы.

Начался дождь, люди сняли маски. Лианы, казалось, набухли и стали расти плотней. Впереди замаячил слабый просвет, сквозь который проглядывало мерцание нескольких лун. Сектанты приободрились. Деревья расступились и стали реже.

Крис перевёл дух. Снова грянула вспышка, на этот раз километрах в двенадцати впереди. Похоже, сектанты несли потери пытаясь взять портал, а может, они уже пошли на город? Что-то было со связью и до них было невозможно достучаться, как, впрочем, и до отряда Руфуса, хотя тот отошёл совсем недалеко.

Следующий сполох высветил большую толпу сектантов. Сектанты неподвижно стояли под струями дождя, у всех на лицах блестели зловещие маски, а посередине, возвышался человек в алом плаще. Он поднял свой нож, нож засветился огнём и словно по команде, в один миг зажглись сотни других пламенных языков. Сектанты подняли ножи над головой и ринулись прямо на отряд Криса.

— Да что с этим Кохрейном не так? — крикнул Крис. — Бежим!

Ему не пришлось повторять дважды. Всем сектантом Криса было известно, что Пол Кохрейн ненавидит их. Он улыбался и даже был вежлив с Крисом на людях, но сам только и ждал момента, чтобы напасть и уничтожить их без свидетелей. И этот момент настал.

Сектанты Криса побежали, им вслед летели удары ножей и выстрелы из бластеров. Деревья позади падали с громким шумом, чем сильно замедлили продвижение самих нападающих. Тогда сектанты Кохрейна начали стрелять из бластеров, но отстали, запутавшись в ветвях и буреломе. И хотя в масках не было слышно ничего кроме помех, даже вблизи атакующие сохраняли тишину в эфире, видимо, боясь выдать себя.

— Отстали?

— В твоих мечтах. Прыгают следом.

Сквозь заросли деревьев вдалеке мелькали прыгающие огоньки.

Сектанты побежали дальше. Крис обернулся.

— Бен, ты что творишь?!

В этот раз чудил Бен. Он стоял на месте. Возле него проносились выстрелы, сектанты больше не рисковали бить ножами, но он так же спокойно стоял и отстреливался.

Крутясь в хаотичной спирали, в его сторону прилетел плазменный заряд и взорвался, ударив в землю возле ног. Лицо, волосы, доспехи и плащ Бена обдало горячим паром и грязью. Он сплюнул чёрным, ругаясь и вытирая лицо от земляной жижи. Его лицо исказилось от гнева.

— Ах вы метропольские твари, — он нажимал на курок бластера так часто, что практически сразу потратил весь заряд.

Крис и Вут переглянулись, схватили его под руки и побежали. Метров через сто, Бен пришёл в себя и грубо вырвался.

— Пустите!

Крис и Вут, довольно уставшие, с радостью швырнули Бена в лужу. Бен никак на это не отреагировал. Он сидел на земле, весь в грязи, запустив руки в мокрую траву. Шёл дождь. Крис и Вут стояли над ним, тяжело дыша. Остальные сектанты давно убежали вперёд.

— Я убью Кохрейна, — прошипел Бен. — Но вначале он будет мучиться. Долго мучиться.

— Вставай в очередь. Первым буду я, вторым Вут.

— Значит ему придётся умереть не один раз, — улыбнулся Вут, протягивая Бену руку. Рэлит встал, с жалостью глядя на свой грязный плащ.

Позади снова приближались прыгающие огни. Ярких точек становилось всё больше. Они мелькали между деревьев подобно горящим глазам.

— Надо уходить, сейчас даже мы не справимся со всеми.

— Вижу…

Рэлиты быстро нагнали свой отряд. Впереди оказалась свободная от деревьев равнина, размокшая от дождя. В километре темнели другие деревья. Сектанты стали выдыхаться.

— Как не вовремя.

Скользя по мокрой траве и тяжело дыша, сектанты продолжали бежать. Из джунглей выпрыгивало всё больше огней. Огни, почувствовав свободу, наконец начали догонять сектантов Криса. В землю возле его ног с шипением ударилось два бластерных луча. Над головами пролетели дуги огненных волн. Майк захрипел, даже в темноте было заметно, как посерело его лицо. Он остановился, держась за сердце.

— Мы не успеем, — закричал Росс. — Анна и Кэтрин уже не могут бежать.

Позади раздался дикий рёв. Набрав полную скорость, из низины выскочила, ударившись бортом от резкого прыжка, тяжёлая бронированная машина Метрополии. За ней другая и третья, бесконечной лавиной броневики головорезов продолжали с рёвом мчаться на прогалину. Сектанты Кохрейна попытались в них стрелять, но не успели. Застрекотали пулемёты, на полном ходу внедорожники врезались в толпу скачущих сектантов. Сектанты пробовали уклониться, но пару человек исчезли под колёсами. Между сектантами Кохрейна и головорезами завязалась ожесточённая перестрелка.

— Ура, — гаркнул Бен.

— Думаешь, их это остановит? — сказал Вут.

В тот же миг взорвались две машины, рассечённые волнами ножей. В ответ с утроенной силой застрекотали пулемёты, и было не известно на чьей стороне перевес. Прыгающие сектанты были трудной мишенью, но у военных было преимущество в неожиданной атаке. Головорезы и сектанты смешались в хаотичной битве.

— Это наш шанс, скорей!

Глава 83. Выхода нет

— Проклятье. Кажется мы заблудились. Во всём ты виноват, Полански.

— С чего вдруг? Я же сказал, что нам надо свернуть направо, — огрызнулся Адам.

— Заткнись, мы и так свернули направо, — Росс яростно потряс картой.

— Значит мы сделали круг и пришли обратно. Метрополия подери этот прокля́тый туман.

— Какой ещё круг? Наш сектор всего три на четыре километра, тут заблудиться негде.

— Кончайте ссориться, парни, — сказала Анна.

— Тебя забыл спросить, — прошипел Полански.

— Эй, как ты разговариваешь с моей женой? — вспыхнул Рэйни.

— Она ещё и девушка, хам, — сказал Бен.

— Тише вы все. Впереди какой-то шум. Слышите?

Издалека доносился тихий гул реки. Крис переглянулся с Беном, фигуру которого теперь можно было отличить от остальных по самому грязному плащу.

— Разрази меня гром, — сказал Полански. — Не помню, чтобы возле пещер была река.

— А я припоминаю реку, но она подальше от пещер. Вроде как мы должны были её перейти.

Бен покосился на хлипкий, верёвочный мост. Мост провис почти до самой воды и напоминал старый, линялый гамак, пропахший грибами и плесенью.

— Что-то я не уверен, что нам сюда. Эй, у кого-нибудь есть с собой локатор?

Локатора не оказалось. В итоге, после недолгих споров, четверо сектантов, включая самого Криса, пришли к выводу, что убегая, они пропустили пещеру. Но возвращаться прямо сейчас назад было как минимум глупой затеей. Позади до сих пор раздавались выстрелы, взрывы и рёв двигателей, судя по которым к первому отряду военных пришла подмога.

— Метрополия меня возьми, что сегодня со связью? — выругался Росс. — Я пытаюсь предупредить Руфуса и остальных, но никак не могу до них достучаться.

— Думаешь военные глушат? — спросил Крис.

— Сомневаюсь, у них, похоже, тоже связи нет. Иначе бы сюда уже прилетела техника потяжелее.

— Возможно это сыграет нам на руку, — сказал Крис. — Надо скорее добраться до подземелий. Там будет безопасный путь до города.

Сектанты приободрились. После недолгого совещания они решили идти вниз по течению реки, а затем, сделав крюк, вернуться и зайти с другой стороны.

Дождь лил не переставая, но благодаря доспехам, сохранявшим сухость, сектанты продолжали бодро двигаться вперёд. Влажная земля чавкала под ногами. По дёрну то и дело перебегали взбухшие ручьи, жуткого красноватого цвета. Огромные, поражённые язвами листья тяжело клонились вниз, стволы деревьев набухли от воды. Выстрелы и взрывы затихли вдали и вскоре совсем смолкли.

— Как думаешь, кто победил? — спросил Бен.

— Будем надеяться, что они перестреляли друг друга.

— Есть шанс, что Кохрейн мёртв?

— Сомневаюсь. Если остальные лидеры сект вёрткие, словно ужи, то этот самый вёрткий уж из всех.

— Этот тип и со сковороды выскочит, — хохотнул Бен. — Как вспомню его наглую рожу, так врезать кому-нибудь хочется.

— Крис, — позвал Росс, — тебе не кажется, что кочки вокруг нас слишком странно двигаются?

Крис не успел ответить. То, что Росс и остальные, приняли за кочки, оказалось спящим стадом буйволов. Буйволы вскочили на сильные ноги и уставились на людей каждый тремя парами глаз. Судя по их недовольному фырканью и ударами широких рогов по земле, настроены животные были крайне агрессивно.

— Главное не шевелитесь, — сказал Росс. — Я был помощником на ферме. А ну, пошли, пошли! Шу!

Росс принялся махать руками, и большие быки, испуганно прянули от него, а затем и вовсе побежали да так, что комья грязи полетели из-под их копыт.

— Фух. Ещё бы чуть-чуть, — Росс снял маску и подышал свежим воздухом. По чёрным волосам заструилась вода.

— Остановимся на привал, — сказал Крис, увидев, как устало опёрлись на стволы деревьев остальные. Он снял маску и раздал всем пайки. — Ешьте, нам ещё понадобятся силы.

Последние выстрелы смолкли вдали, настала спокойная тишина. Наконец-то можно было передохнуть.

— Восхищаюсь тобой, — пробасил Гордрик. Даже сидя на земле, он был по пояс стоя́щему Крису. — Столько всего произошло, а ты не сдаёшься.

— У меня нет такой опции, — сказал Крис мрачно и тоже сел в сырую траву. Он жевал свой пищевой концентрат, не чувствуя мерзкого вкуса, то и дело запивая водой. Мысли его были далеко отсюда. Снова и снова он прокручивал в голове ночной кошмар. Так значит, это будут тени...

Внезапно Крис вскочил.

— Вставайте!

— Что случилось?

— Каким же тупицей я был, бежим!

Сектанты переглянулись, но побежали следом.

Крис торопился. Он двигался вдоль реки, остальным оставалось только гадать, что произошло. Минуту спустя, на месте их привала раздались крики. Джунгли осветились выстрелами бластеров, в ответ раздались дикие крики буйволов.

— Как ты понял что они знают где мы?

— Я не всё успел вам рассказать. Я обещал, что буду хранить молчание, но после такого? Да катись оно ко всем Метропольцам!

Вкратце Крис рассказал о приборе, с помощью которого лидеры сект могли выследить местоположение любого сектанта вплоть до нескольких метров.

— Значит, мы видны как на ладони? — вспыхнул Полански.

— Абсолютно. Но мы поступим хитрее, — Крис посмотрел на Адама, и хищно ухмыльнулся.

Десять минут спустя, сектанты оставили реку позади и пошли обратно. Судя по предположениям Криса, пещеры должны были находиться чуть выше по течению.

Вдалеке донеслись крики и промчались мерцающие огни, которые явно куда-то спешили. Крис представил лицо Кохрейна, когда, километрах в двух ниже по течению, он найдёт полено с десятком маленьких, аккуратных чипов.

— Шевелитесь, эта уловка не остановит их надолго. Они вернутся и быстро обнаружат наши следы в мокрой траве.

Сектанты тихо посмеивались. То и дело, в деревьях по правую сторону, то появлялись то исчезали одинокие огни. Сектанты замирали, но потом трогались дальше. Земля под ногами стала подниматься, то и дело вокруг попадались большие и маленькие камни.

— Кажется, мы на месте. Что с тобой Гордрик?

Гигант тяжело дышал. Даже в свете семи лун, его лицо казалось бледным, а глаза впали.

— Ничего… Просто дыхание перехватило.

— Раз всё в порядке, значит, действуем по плану. Ищите вход. Он должен быть где-то здесь, среди камней. Встречаемся в этой же точке через десять минут.

Но ни через десять, ни даже через пятнадцать минут, никто не нашёл пещеру, отмеченную на карте. Сектанты уже дважды обошли скалу, но ничего похожего хотя бы на малейший вход не обнаружили.

— Этого не может быть. Древний не ошибается.

— А я говорил, что ему нельзя доверять, — сказал Полански.

— Скорее мы ошибёмся, чем он, дурень, — сказал Росс.

— Может, мы действительно не в том месте?

— В окру́ге только одна скала, дубина. Многоликий показывал её нам. Я точно её помню.

— Лучше бы он показал нам, где находится вход, — огрызнулся Адам.

Послышался хруст, с полтора десятка камней скатилось по склону. Сектанты бросились на звук. Вут стоял возле зёва пещеры. Изнутри, от стен, исходило слабое свечение.

— Как ты это сделал? — спросил Крис.

— Сам не знаю. Подхожу, а из скалы торчит кусок, острый такой. Уж что-то больно подозрительный. Ну я его потрогал с разных сторон, а он возьми и нажмись.

— Чудеса.

— Подумаешь чудо, — фыркнул Полански. — У нас в городе всё сплошь так устроено.

— Что же ты сам тогда не додумался её нажать, дубина? — рыкнул Росс. Полански промолчал.

— Что дальше?

— Ждём теней. Кастор обещал, что как только мы активируем сигнальный камень, тени выберутся из своих гнёзд и соберутся возле входа. Нам остаётся только заманить их в ловушку и запереть в пещере.

— И где они? Что-то я ни одну из этих тварей за последний час не видел.

— Откуда я знаю?

Повисло тяжёлое молчание, прерываемое лишь мерным гулом дождя да хлопаньем ветра. Маленький камушек на ладони Криса поблескивал, переливаясь из изумрудно-зелёного в болотистый.

Внезапно Анна вскрикнула, джунгли вокруг них пришли в движение. Отовсюду из тумана потянулись чёрные, змеящиеся потоки, подобно маленьким ручьям черноты. Потоки сливались вместе, становились всё толще, и, извиваясь словно, змеи поползли к людям, вспухая, становясь всё гуще и больше.

В потоках этих появлялись на мгновение мутные, призрачные лица, оскаленные в немом крике. Всё пространство вокруг входа в пещеру оказалось залито приливающей чёрной волной. И хоть ни один камень под ними не шевельнулся, ни одна травинка не примялась, было в этих тенях нечто столь ужасное, что сектанты невольно попятились вглубь пещеры.

Крис же, напротив, отступал, специально заманивая теней за собой. Ещё немного, ещё…

Пространство между выходом и людьми было залито высокой клубящейся чернотой. Так вот, значит, какие они, настоящие тени! Росс выругался, Майкл побледнел, Кэтрин прижалась к отцу, остальные взялись за ножи. Но Крис не боялся. Древний не обманывал и сегодня тени ничего не смогут им сделать. Сегодня…

Крис кинул сигнальный камень в дальний угол пещеры, и чёрные потоки устремились туда резко дёргаясь и извиваясь. Тени закопошились возле мерцающего огонька подобно голодным псам, которым бросили кусок мяса.

— Теперь медленно отходим к выходу, — прошептал Крис.

— К какому такому выходу?

Крис повернулся, но выхода уже не было. Он пропал. Исчез. Словно и не существовал никогда. Крис увидел кислые лица своих людей и попытался их приободрить.

— Ну, по крайней мере, мы оторвались от Кохрейна и его сектантов. Здесь уж он точно нас не достанет.

В тот же миг динамики в масках ожили. В эфир ворвался грубый, нервозный голос, перемежаемый помехами.

— Какого… Пшшш… Говорит Пол Кохрейн! Какой уро… Пшшш… посмел запереть вход в Пшшш… щеру? Если это ты, Крис, знай — я найду и уничтожу тебя. Найду! И Пшшш… уничтожу!

Глава 84. Мёртвый коридор

Сектанты бросились к месту, где только что был вход, и принялись ощупывать стену, надеясь разыскать тот единственный рычаг, который открыл бы им путь наружу. Но тщетно.

— Давайте не будем паниковать, — сказал Крис, когда стихла отборная ругань. — Раз мы смогли сюда попасть, то должен быть и выход наружу.

— Мы в ловушке, — всхлипнула Кэтрин.

— Говорю же, без паники.

— Во всём Кастор виноват, — вспыхнул Полански, — заманил нас в ловушку, а сам остался снаружи. Говорила мне мама, чтобы я не связывался с другими людьми.

Лицо Рэйни вытянулось. Он подошёл к Крису.

— Послушай, я тут пытался открыть портал, но не смог…

— Эй, — заорал вдруг Полански. — У меня кончился блок, но я не могу открыть свой портал! Как такое вообще возможно?!

Паника усилилась, девушки стали кричать.

— Да заткнитесь вы все, — взорвался Росс. — Давайте успокоимся и попробуем ещё раз.

Но ни со второй, ни с третьей попытки у них ничего не получилось. Свечение, идущее от скал, стало затухать. Вскоре сектанты оказались почти в полной темноте. Шон Финк достал из поясной сумки фонарик. Попав на свет, тени задёргались и стали надвигаться на сектантов.

— Убери его, — крикнул Крис, Полански послушался, и тени тут же затихли.

— Прокля́тые твари. Что… что они там жрут?

— Или кого, — медленно проговорил Росс, — впрочем, сейчас это не важно. Меня больше интересует, что будет с нами, когда они закончат?

Сектанты переглянулись, на лицах многих читался страх. Салли Трайн, особенно растрёпанный и грязный сегодня, отвернулся, пряча красные глаза. Лица девушек, впрочем, выглядели не лучше.

— Давайте поищем другой выход, — предложил Крис. — Пещера не такая уж большая. Только не светите на теней, похоже, свет делает их агрессивными.

Сектанты зажгли фонарики и разбрелись в поисках выхода. Только Гордрик и Майкл остались стоять на месте. По лицу великана текли крупные слёзы.

— Что с тобой? — спросил Крис.

— Нахлынули воспоминания о… доме.

Крис удивлённо на него посмотрел.

— Точно. Ты же вырос на каторге. Неужто там внизу всё было так плохо?

Гордрик кивнул.

— Я с самых низов, ниже некуда. Там много таких детей как я осталось… От родителей чьих имён мы даже не знаем — надсмотрщиков, заключённых, богачей, спускающихся вниз чтобы, развлечься... Надсмотрщики любят рождённых под землёй, для них мы бесплатная рабочая сила. Приходится много трудиться, чтобы выжить… Хоть я родился и вырос там, но до сих пор боюсь темноты… Когда долго остаёшься с ней наедине, в голову начинают лезть всякие страшные мысли…

— Прости, что взял тебя сюда.

— Ничего, я сам согласился пойти с вами.

Крис огляделся вокруг, словно видел непроглядный мрак пещеры впервые.

— Знаешь, я никогда никому не рассказывал, но мой отец погиб на каторге, едва прожив там два года. Наверное, он видел такую же темноту перед самой смертью…

Крис всмотрелся в серое, зернистое лицо Гордрика. Переломанный во многих местах нос, широкие, словно опухшие губы, бегающие, постоянно потупленные глаза, рассечённый шрамами подбородок, низко опущенные плечи и широкие, невероятных размеров ладони.

— Мы нашли туннель, — крикнула издалека Анна, а затем раздался визг и тьму расцветили всполохи огненных волн.

Крис пошёл на звук. В дальней части пещеры обнажился чёрный зёв, из которого медленно выходили один за другим, сонные люди с серыми бледными лицами и белыми зрачками. Одежда на мертвецах истлела, превратившись в неузнаваемые лохмотья, а сами мертвецы выглядели словно едва проснувшиеся люди, если бы местами на коже некоторых из них не виднелась гниющая плоть.

На удары Анны сбежались остальные сектанты.

— Хватит, — щёлкнул Крис. — Это их не остановит.

Рональд и Анна прекратили. Мертвецы вновь двинулись вперёд.

— Поберегите силы, они нам ещё пригодятся. Тени не причинят нам вреда, вот, видите? — Сделав над собой усилие, Крис подошёл к мёртвым людям. Мертвецы слепо остановились в метре перед ним, но даже отсюда Крис чуял зловонный запах, исходивший от разложившихся тел. Марионетки было зарычали, но затем глаза их закрылись, а руки повисли. Но из задних рядов продолжали прибывать другие полусгнившие тела.

— Как вы могли забыть, они же ничего не могут нам сделать, — Полански нервно хохотнул, подходя к мертвецу. Тот отшатнулся от него как от огня. Полански рассмеялся. — Эти твари сами нас боятся.

Сектанты приободрились. Действительно, их до сих пор окружало голубоватое свечение и им не о чем было беспокоиться. Пока.

— Помнится, Древний показывал нам подземный ход до города, — сказал Крис. — Вы все видели его, или он показал его только мне?

— Все, — закивали сектанты.

— Туннель похож на вход в подземелье, — заключил Крис, вглядываясь в темноту. — Предлагаю спуститься и проверить.

— Что-о-о? — проревела Анна, ещё не отошедшая от первого шока. — Мы должны идти туда? Мы не договаривались спускаться ещё глубже под землю.

— Боюсь, у тебя нет выбора, дорогуша. Либо ты останешься здесь и дождёшься, когда тени доедят кристалл-приманку и примутся за тебя, либо…

Анна выругалась, словно заправский механик.

— Хорошо твоя взяла. Но если хоть одна из этих тварей посмеет прикоснуться к моей шелковистой коже, я… я… я не знаю, что сделаю с ними!

— Да ничего ты не сделаешь. Пойдём.

Сектанты протискивались мимо мертвецов, которые уже заполонили половину пещеры, и в следующей пещере их оказалось ничуть не меньше.

— Вот уроды, как же они воняют, — поморщился Полански минуту спустя.

— Ты будешь таким же, если не придержишь свой язык, — сказал Росс.

Сектанты засмеялись, и это сбавило градус накала.

— А они не такие уж и страшные, как может показаться на первый взгляд. Если на них не смотреть, — сказал Салли Трайн.

— Кстати, вон того типа я знаю, — Росс показал пальцем на мертвеца в серой, полусгнившей форме. — Он останавливал меня год назад на входе в город. Ба, да тут почти все мои знакомые из гарнизона Метрополии. Туда им и дорога. А я то думал, куда все пропадают.

— Если они тебе так нравятся, то приходи сюда почаще, — сказал Полански, явно пытаясь уколоть друга. — Вон та дамочка, ничего такая, симпатичная.

— Пойдёт тебе в девушки, — прыснул Росс.

Сектанты снова засмеялись, даже Кэтрин и Анна не удержались от смеха.

— Заткнитесь, придурки, — буркнул Адам. — Вам лишь бы зубы поскалить.

— Понравилась дамочка, а? — подтолкнул Росс друга локтем.

— Мертвецы не в моём вкусе. Может, Салли Трайну она и подойдёт, как раз под стать такому грязнуле.

— Раз уже тебе она приглянулась, то и забирай её себе, — огрызнулся Салли.

— Ого, у нашего выскочки вдруг появился гонор? Чего ты там бормочешь, подойди-ка сюда и повтори ещё раз.

— Давайте не будем ссориться, — мягко сказал Крис. — Кто знает, что случится, прежде чем мы выберемся отсюда? Сейчас мы все в одинаковом положении.

Дальше сектанты шли в полном молчании, и чем глубже по тоннелю спускались, тем больше вокруг становилось спящих мертвецов. Сейчас они стояли такой плотной стеной, что через них приходилось в буквальном смысле протискиваться. И нельзя сказать, что подобное положение вещей нравилось обеим сторонам.

— Кара меня разрази, — крикнул Салли, хватаясь за запястье.

— Что случилось?

— Одна из этих тварей меня укусила!

— Ты уверен?

— Абсолютно. Смотри, как они жмутся ко мне. О небо, почему моё поле стало мерцать? Что случилось?!

— Но нас же они не трогают. Хотя… — Крис пригляделся, — Салли, твой знак! Внимание всем, не позволяйте теням вас касаться. Они пытаются стереть наши знаки.

Крис пошарил в кармане и выудил оттуда маленький белый клинышек. Он хитро подмигнул Салли.

— Я отрезал небольшой кусок про запас, когда узнал, что с нами пойдёт Пол Кохрейн. Как раз для такого случая.

— Готово, — три волнистых белых линии снова чётко засветились на доспехах Трайна. Синеватое свечение, исходившее от его тела, перестало мерцать. Крис посмотрел на остаток мела.

— Будьте осторожны, здесь не хватит на всех. Не позволяйте теням прикасаться к метке на ваших доспехах.

Продвигаться вперёд стало сложнее. Крис выставил руки и расталкивал спящих мертвецов. Мертвецы вздрагивали и пристально всматривались в его лицо, хлопая мутными белыми глазами. Крис старался не смотреть на них и протискивался вперёд. Если представить, то ощущение было таким же, словно ты снова идёшь в толпе по нижним улицам Метрополии.

Позади раздался сдавленный вскрик. Майкл Айл сидел на земле, тряся головой.

— Что с ним?

— Кажется, он что-то увидел в темноте.

Крис присел возле Майкла, лицо его было серым и бледным. Остальные сектанты сгрудились вокруг них.

— Ты в порядке?

Майкл покачал головой.

— Я не могу поверить своим глазам…

— О чём ты?

Трясущимся пальцем, Майкл показал за спину Криса.

— Она… она мертва, — Майкл зарыдал, его рука безвольно упала.

Крис обернулся. Позади него стояла женщина с овальным лицом и короткой стрижкой. На ней висело изодранное полинявшее платье, в одном месте обнажавшее жёлто-зелёную заплесневелую грудь. Женщина что-то говорила одними губами, но Крис не слышал никаких звуков. Было нечто жуткое в том, как двигались её губы. Крис ощутил странное давление в груди и с усилием отвернулся. Стало легче. Майкл также плакал, спрятав лицо в ладонях.

— Твоя жена? — спросил Крис.

Майк зарыдал ещё сильнее.

— Два года назад она собрала свои вещи и ушла. Я думал она меня бросила. О Марта прости меня! Я не должен был отпускать тебя. Лучше бы ты действительно ушла…

Майкл застыл, глядя за плечо Криса. Слёзы текли по его глазам, а он даже не моргал. Его лицо исказилось, он начал хрипеть и задыхаться. Губы дёрнулись и зашевелились.

— Она зовёт меня пойти с ней…

— Я ничего не слышу.

— Вообще-то, я тоже слышу шёпот.

— И я.

— Та-а-ак, — протянул Крис. — Мне это перестаёт нравиться. Быстро надеваем маски и уходим отсюда.

Крис рывком поднял Майкла и слегка шлёпнул его по щеке. Голова Майкла дёрнулась, но он пришёл в себя.

— С-спасибо, — прохрипел он, потирая щёку.

Крис посветил фонариком поверх голов. По счастью, за следующим изгибом пещеры, виднелся коридор с железными стенами.

— Мы почти пришли.

Сектанты встрепенулись. Вскоре их группа шла по пустому ровному коридору. Их шаги гулко уносились прочь. Дальше путь был свободен.

Глава 85. Нечто из подземелья...

Коридор тянулся вперёд, не сворачивая, но и не заканчиваясь. Он был похож на заброшенную шахту, вот только здесь не было ни рельсов, ни тачек, ни оборудования. Потолки пещеры были низкими и неровными, так что Крису приходилось иногда пригибаться.

Сектанты двигались вперёд, тихо переговариваясь. Крис подошёл к Гордрику, которому в маленьком тесном проходе должно было приходиться тяжелее всех, но Гордрик шёл на удивление быстро и уверенно, где, протискиваясь бочком, а где, ловко перепрыгивая с камня на камень. Крис, наконец, понял, почему великан всё время так низко нагибал шею. Лицо Гордрика казалось довольным.

— Послушай, Гордрик, — сказал Крис. — Ты же уже бывал в подобных местах. Мой компас отказал. Как думаешь, мы идём в правильном направлении?

Гордрик задумался.

— Мы… на верном пути. Здесь часто ходили… очень давно. По нашим шахтёрским меркам этот коридор… как центральная дорога. Он должен вывести к… другим развилкам.

— А ты сможешь определить, в какой стороне находится восток? Честно говоря, без компаса я умею ориентироваться только на открытом пространстве.

— Могу, — гигант кивнул. — Сейчас мы уходим на север. Я хорошо ориентируюсь под землёй, ну… лучше, чем на поверхности.

— Отлично. Главное следи за дорогой. Нам нужно на восток, где-то там должен располагаться вход в город.

— Хорошо, — Гордрик кивнул и поторопился вперёд.

Крис обратился к остальным.

— Внимание всем. Если вдруг со мной что-то случится, то дальше отряд поведёт Гордрик. Он вырос в нижнем мире и хорошо ориентируется здесь.

— Да что с тобой может случиться? — возмутились сектанты.

— Не важно. Просто держитесь Гордрика.

Вут посмотрел на великана оценивающим взглядом. Бен же поотстал, всем видом показывая, что он не с ними. НА его лице практически светилась надпись крупным шрифтом: тоже мне нашёл главного.

— Как дети малые себя ведут, — процедил Крис.

— Что? Ты о ком? — спросил Салли. В глазах его плясали отсветы фонарей.

— Забудь. Так, мысли вслух.

Салли покосился в сторону Бена. Бен похоже собирался и дальше дуться на него. Крису это не понравилось и он поспешил вперёд, к Гордрику. В этот миг гигант остановился, ноздри его затрепетали.

— Чувствуете? Воздух поменялся.

— Действительно, как будто легче дышать стало.

— Поспешим.

Через пару минут, камни под ногами исчезли и потянулся ровный слой желтоватого сырого песка, без каких-либо следов. Ещё через минуту, Гордрик ахнул и показал на стены — местами сквозь скалы стала поблёскивать толстая сталь, и чем дальше, тем меньше становилось вокруг камня и больше открывалось сияющей стали.

Шагов через двадцать, каменный пол и потолок пещеры заканчивались и начинался металлический коридор. Контраст был настолько резким, что некоторые сектанты вскрикнули от удивления. Ещё больше удивления было, когда металл при приближении людей, загудел, и от пола и стен пошло слабое желтоватое свечение.

— Светится, как стены у нас дома, — прошептал Полански.

— Сам не могу поверить, — прохрипел Росс. — Мы, наверное, метрах в ста под землёй.

— Рон, сможешь взять пробу металла?

— Уже. Еле смог соскоблить верхний слой, настолько он твёрдый.

Но на этом странности не закончились. Вскоре тоннель вывел их к большому закрытому шлюзу, из стены слегка выпирала толстая пластина. Крис приложил к ней руку, но ничего не произошло. Он снял перчатку и повторил. Дверь с лёгким шумом открылась.

— Вы только посмотрите, да здесь целый подземный город!

Впереди, насколько хватало глаз, тянулся высокий зал. Ровный металлический потолок уходил на шесть метров вверх. Вдоль стен за стеклянными перегородками располагались странные предметы. Одним из таких предметов была двухметровая извилистая спираль медного цвета с острым крючком на конце. Этот огромный то ли бур, то ли лазер висел за стеклом прямо у входа в шлюз. Крис потрогал толстое, холодное стекло, когда заметил, что позади прибора на стенах тянулись рыжевато-чёрные волнистые линии.

— Не расходитесь далеко, — прошептал Крис. — Старайтесь не шуметь и двигаться осторожно. Кто знает, какие впереди могут поджидать сюрпризы.

Дальше вдоль стен тянулись разбитые металлические колбы, в которых раньше что-то стояло. В коридоре иногда появлялись шлюзы, ведущие в другие стороны, но все были закрыты. Некоторые ходы были забраны толстой решёткой, Крис светил фонариком, там тянулись такие же бесконечные тоннели.

Их группа прошла ещё примерно с километр по центральному, белому коридору, когда динамики в масках ожили.

— Пшш… Говорит Дэйн… Пшш...

— Ларри! Это Крис. Где вы сейчас?

— Мы в пещере, пшшш… Пока не знаем, куда двигаться. Пшшш… нашли вход в другую пшшш... но там стоят эти мерзкие твари.

— Идите туда. Скорее всего, у вас там будет выход в главный зал.

— Ты уверен, что пшшш… защитит нас от теней?

— Абсолютно. Не бойтесь их, они не причинят вам вреда. Главное берегите символы на доспехах, марионетки будут пытаться их стереть.

Связь прервалась так же внезапно, как появилась. Майкл снова схватился за грудь.

— Да что с тобой такое? — выругался Салли. — Эй, командир, что делает этот слабак в нашем отряде? Я уже устал его терпеть.

— Ты будешь терпеть его столько, сколько потребуется, — отрезал Крис и присел возле побледневшего Майкла.

— Спасибо, — сказал Майкл. — Прости, что торможу отряд.

— Всё в порядке, не переживай. Думаю, остальным тоже не помешает отдохнуть.

— Я тоже ужасно себя чувствую, — сказал Шон Финк.

— И мы, — сказали Анна с Кэтрин.

Крис удивлённо оглядел своих людей, и на всякий случай взглянул на индикатор кислорода. Прибор показывал, что здесь, в подземелье, воздух был даже чище, чем на поверхности. Сам Крис пока не чувствовал давления на грудь.

— Крис, — щёлкнул голос в динамиках. — Я ВИЖУ ТЕБЯ.

В тот же миг в конце коридора Крис увидел Пола Кохрейна. К сожалению, не только его. За Полом следовало ещё по меньшей мере пятьдесят вооружённых сектантов. Передние сектанты сразу же побежали, доставая ножи на ходу. И Пол Кохрейн бежал впереди всех, держа большую, горящую косу в руках.

«Буревестники» начали вставать, но было слишком поздно. Крис ударил ножом, его одиночную волну отразили сразу десять. Но он выиграл секунду — секунду, которой отряду хватило, чтобы добежать до ближайшего открытого шлюза. Вут и Бен что было сил отражали атаки, прикрывая своих. Волна сталкивалась с волной, образуя фейерверк из искр.

Крис нажал на панель, молясь, чтобы она сработала и в этот раз. Шлюз дрогнул и захлопнулся прямо перед красным от ярости лицом Пола Кохрейна.

Сектанты бежали по коридору никуда не сворачивая, хотя каждые пятьдесят метров, начинались новые развилки. На пятом или шестом пролёте позади запахло больши́м зверем и раздались громкие шаги массивного существа.

Впереди показался массивный шлюз, дверь чуть приоткрыта.

— Это наш шанс, — крикнул Крис. По одному, сектанты стали протискиваться через эту щель.

В ноздри ударил сильный запах шерсти, пота и кожи. В последний раз Крис чувствовал нечто подобное, когда на него напала стая диких, разъярённых скорплионов. Тут же, усиливая это ощущение, позади раздались шаги настолько тяжёлые, что от них задрожал коридор. Бен и Вут остановились. На лице Вутазастыла блаженная улыбка, словно он слышал дивную музыку.

— Что за хрень? — спросил Бен.

На самом деле Рэлит использовал более красноречивое выражение, но Крис не успел ответить. Всё происходило как в кошмарном сне. Существо стояло за углом и хоть зверя не было видно, но зато Крис заметил огромную тень с вытянутой, явно нечеловеческой мордой. У твари были широкие рога, она стояла, низко пригнувшись на двух массивных ногах, похожих на копыта. Существо било себя хвостом по бокам, потягивая воздух широкой мордой. Затем раздался рёв сотрясший стены.

— Быстрее!

Крис силой затолкал Бена и Вута сквозь приоткрытую дверь шлюза и забежал следом. Коридор за спиной загромыхал. Крис судорожно нажимал на панель, в тщетной надежде, что дверь откроется, но та вообще не реагировала на его прикосновения.

— У-у-у-у-у-у, — взвыла тварь.

В толстый шлюз врезалось массивное тело. Тяжёлая дверь вздрогнула и с шипением стала закрываться. В щель просунулись длинные, толстые пальцы с когтями и тут же исчезли, оставив глубокие царапины на металле. Массивная дверь с громким лязгом закрылась, вздрагивая от ударов с той стороны, но вскоре шум затих. Повисла тишина, прерываемая резким дыханием запыхавшихся сектантов.

— Что… это… было? — прохрипел Полански, едва дыша.

— Выйди и спроси, — огрызнулся Росс.

— Как антрополог заявляю, я никогда не видел ничего подобного, — сказал Рэйни.

— И без тебя знаем, — щёлкнул Полански. — Но если б ты сейчас брякнул что это оживший динозавр или дракон, я бы и то поверил. Жуткая тварь.

— Заткнитесь вы все, — крикнул Салли. — Хватит болтать!

На него посмотрели с удивлением. Салли дрожал, его грязные волосы скатались в сальные сосульки, щетинистое лицо было липким от пота, глаза блестели и бегали. Под взглядом сектантов он съёжился и замолк.

— Ты ничего не перепутал? — спросил Адам.

— Я не подписывался на поход сюда, — насупился Салли.

— Мы все голосовали.

— Вы да, но не я. Меня не было с вами, когда вы попали к Древнему.

— Кстати, а где ты был в это время? — поддел Адам.

— Не важно, — насупился Трайн.

— Ну тогда делаем вывод, что ты сам согласился идти.

— Нет! Вы заставили меня, у меня не было выбора! Вы пришли и сказали, что проголосовали и теперь мы идём ловить теней.

— Тебя разве под руки вели? — Крис поднял бровь. — Или тащили силой?

— Да.

— Лжец, — крикнул Полански. — Значит, до этого тебя всё устраивало, а как запахло жареным, ты о своей заднице задумался? Ну и кто ты после этого?

— Эй-эй, не горячитесь парни, — сказала Анна. — Когда я переживаю, то стараюсь во всём видеть плюсы. И знаете, сегодня они действительно есть.

— Ты о чём? — спросил Полански.

— Вы не подумали, но та тварь явно побежала на свидание с Кохрейном и его шайкой. Я надеюсь хоть она выколотит из него дерьмо!

Полански ухмыльнулся.

— А ты крутая. Что-то я не подумал о таком. Ты права, во всём есть плюсы. Ну, значит, туда им и дорога.

— Ноониже люди, как вы можете желать им смерти? — удивилась Кэтрин.

— Дорогуша, эти так называемые «люди» только что хотели убить нас.

— А теперь кто-то хочет убить их. Разве мы не должны сохранять сострадание к ним?

— Ты что из секты какой-то? — удивился Полански.

— Я из секты Криса, — гордо сказала Кэтрин, показывая отворот своего плаща, где был вышит Буревестник.

— Хм, — Адам поджал губы. — Тогда можешь начать молиться за упокоение их душ. Сомневаюсь, что эту тварь остановят волновые ножи.

Крис приложил ладонь к шлюзу, рядом с четырьмя царапинами толщиной с палец. С той стороны не раздавалось ни выстрелов, ни ударов.

— Двинемся дальше, — сказал он. — Нельзя стоять на одном месте, защита Древнего не будет светить вечно.

Глава 86. Последний шпион

Вскоре туннель закончился. Впереди, под прыгающим светом фонариков, открылась большая природная пещера с неровными, мокрыми стенами. В лицо сектантам дохнуло прохладой, с потолка свисали желтоватые капли воды. Верх пещеры светился серебристым, местами куски породы отломились и упали на неровный пол, а потолок покрылся сетью видимых трещин.

Эта пещера ничуть не уступала по размерам той, через которую их отряд пришёл сюда, и Крис надеялся, что, возможно, здесь окажется один из выходов наружу.

Сектанты расселись на мокрые камни. По рукам пошли кружки с горячим чаем, который Кэтрин прихватила с собой.

Пока все отдыхали, Крис осматривал пещеру. Вдалеке он нашёл ещё четыре небольших хода. Два из них оказались пусты, а в третьем Крис успел увидеть блеск светящегося металла, там был выход в центральную галерею. Но едва Крис приблизился к этому проходу, как в соседней пещере зашевелилась густая чёрная масса. Раздалось шипение, его обдало холодом и злобой. Тёмная масса принялась медленно вытекать из пещеры.

— Здесь тени, — сказал Крис по радиосвязи. — Пытаются отрезать нас. Двигайтесь скорее сюда, пока они не перекрыли проход.

Потянулись длинные секунды ожидания. Когда сектанты прибежали, было уже поздно — тени отрезали единственный выход, продолжая густой пастой медленно растекаться по полу пещеры. Там, где на массу попадал свет фонарей, она вспухала и извивалась, становясь больше.

— Придётся переходить вброд, — Крис закатал штаны.

Эфир снова ожил.

— Пшшш… Грохан базе, Грохан базе… пшшш...

— Буревестник на связи.

— Крис! Бездна меня разрази, как я рад тебя слышать. У нас тут проблема, нас окружают тени.

— Мы их тоже видим. Не бойтесь, они ничего не смогут вам сделать.

— Я знаю, но они пытаются нас запугать. Их шёпот сводит моих парней с ума.

— Мои люди тоже жаловались на шёпот. Наденьте маски, вам станет легче. По правде говоря, сам я не слышу никакого шёпота.

— Шёпот? — раздался вскрик позади. — Как можно его не слышать? Он кричит отовсюду: убей их!

Крис обернулся. Салли Трайн, с бешено вращающимися глазами держал бластер, нацелив его на девушек. По его всклоченной блестящей щетине, текли слюни.

— Эй, Салли, какого ларгора ты творишь? — возмутился Полански, двигаясь к Салли.

— Ни с места, кретин, — пистолет Салли нацелился на Адама. Лезвие ножа загорелось раскалённым красным металлом. — И подними руки вверх. Вы все поднимите. Живо! У меня в руках пескомёт. С такого расстояния он превратит вас в такой мелкий фарш, что со стены потом придётся отскребать. И никакие доспехи вам не помогут.

Салли держал маленький, блестевший холодным металлом пескомёт, с торчащим снизу баллончиком песка.

— Делайте как он сказал, — Крис первым поднял руки. Сектанты последовали его примеру, хотя Бен поднял руки не так охотно. Краем глаза Крис заметил слабое движение позади. Он шагнул, вперёд прикрывая остальных сектантов и привлекая всё внимание к себе.

— Салли, что случилось? Опусти оружие, давай поговорим.

— Уже поздно разговаривать.

Трайн направил дуло пескомёта на Майкла Айла, тяжело дышавшего на грязном неровном полу пещеры.

— Эй ты! Тебе что, особое приглашение надо?

Майкл, попытался встать, но руки его согнулись, и он упал, держась за сердце.

— Поднимайся, кусок мяса.

— Отстань от него, разве не видишь ему плохо? — сказал Крис.

Салли Трайн безумными глазами уставился на Криса и, не опуская пескомёт, нажал на курок. В следующий миг в доспехах Майкла образовалось мокрое пятно. С потолка посыпались камни.

Крис подскочил к Салли, но Салли отпрыгнул назад и выстрелил Крису в ноги. Раскалённые металлические осколки и каменная крошка обожгли лицо. Крис упал и еле встал, ноги ниже колена превратились в сплошной синяк.

— Назад! — крикнул Салли.

Крис остановился. Будь его доспехи чуть тоньше, ноги раздробило бы в пыль.

— Зачем ты убил его?! — проревел Крис.

— Мне надоело его нытьё. С самого начала, как прибыл в секту, он только и делал, что постоянно ныл.

Голодные тени набросились на тело Майкла, словно стая псов. Тело вздрагивало от укусов, Кэтрин и Анна плакали в голос.

— Ты… — вдруг осенило Криса. — Ты тот последний шпион Метрополии.

— Да, — Салли расплылся в широкой слюнявой улыбке. — Всё время был у «всемогущего Криса» под носом, стучал Сикарито, Драгону и Кохрейну. Они думали, что я слабак и боюсь их, а на самом деле я изначально работал на Метрополию, непосредственно на Светлейшество Праудлиона. А ты меня даже не разглядел. Вы все, — Салли обвёл сектантов ненавидящим взглядом, — видели во мне придурка, труса и лентяя. Но только потому, что Я так хотел.

— Тварь, — крикнул Полански. — Я убью тебя.

— Заткнись, кретин. Ты настолько туп, что не понимал и половины из происходившего за твоей спиной. Хотя надо признать, ты единственный в отряде подозревал меня.

— Салли, приятель, давай поговорим, — улыбаясь, Росс шагнул вперёд.

— Назад! Ещё шаг и в каждом из вас появится с десяток лишних дырок, — Салли зашипел как рассерженная змея, плюясь и брызгаясь слюнями при каждом слове.

— Какой я тебе приятель, идиот? Как же я вас всех ненавижу. Кучка жалких, безмозглых кретинов. Зачем вы только попёрлись в эти пещеры? Мы ведь изначально хотели напасть на город. Тогда всё было бы хорошо, я сдал бы этого тупого Рэлита Праудлиону, а вас посадил в тюрьму. Но нет! Вас потащило сюда. И из-за вас теперь они нас всех убьют, — Сикарито показал кончиком ножа на теней, пожиравших тело Майкла. — Я слышу их голоса с тех пор, как спустился. Хватит шептать! Выбирайтесь из моей головы!

— Но… ты же сам согласился пойти с нами в пещеры, — сказал Рональд Рэйни, не найдя, что ответить.

— Мне пришлось. Если бы не ваше внезапное желание спасти мир, я бы уже давно нежился в верхнем городе Лотариума в окружении худосочных красавиц. Вы все должны были умереть ещё тогда, когда мы с Сикарито кинули вас в тёмный мир. Думаете, почему меня не было с вами в тот день? Да потому что мне было известно, куда вы отправитесь. Вас должно было разорвать между мирами. Надо же было вмешаться тогда этому кретину Древнему. Если бы он вас не перехватил, мы бы уже давно получили награду за голову Криса.

Салли вперил полный ненависти взгляд на Криса.

— Эй, урод, ты знал, что Праудлион хочет убить тебя лично? Я долго размышлял, как доставить тебя к нему живым, но сейчас думаю, что ему хватит и твоей головы. Я отрежу её на виду у всех, сниму видео и перешлю ему как ты умираешь, захлёбываясь своей кровью. А потом… потом я убью вас всех!

— Успокойся, — краем глаза Крис следил за одной-единственной тенью, которая двигалась вдоль стены, то появляясь, то исчезая вновь.

— Успокоиться?! — вскрикнул Салли Трайн, руки его задрожали. — Да я само спокойствие! Хватит болтать, вылезьте из моей головы, — Салли ударил себя по уху, словно пытаясь вытряхнуть из него залетевшую туда муху. — Твою мать, да ты счастливчик Крис. Тени говорят мне, чтобы я уничтожил тебя, не повредив тело. Тогда они отпустят меня. Придётся убить тебя менее болезненно. Впрочем, суть не изменится. Прощай.

Глаза Салли сузились. Он отстегнул от пояса тонкий игломёт и прицелился Крису в шею. В следующий миг от стены отпрыгнула тень и со всей силы врезала Трайну по затылку. Салли мешком рухнул вниз. На него набросились тени, копошившиеся у тела Майка и, принялись пожирать его тёплую ещё плоть.

— Вут, — восхитился Бен. — Ну ты даёшь!

— Не благодари, — Вут вытер перчатки. — Это моя работа.

Тело Салли дрожало, дёргаясь под острыми зубами полусгнивших марионеток, от укусов которых скрипел сминаемый металл доспехов. Сектанты обступили Салли и молча смотрели как тени, медленно обгладывают его тело.

— Туда ему и дорога, — Полански сплюнул. — Прокля́тый шпион Метрополии.

— Кто бы мог подумать, что Трайн всё это время следил за нами, — сказала Анна.

— Слушай, Крис, — сказал Адам. — Тот кусок дерьма говорил что-то о Праудлионе, но я не пойму, при чём тут ты и Член Элиты? Вы как-то связаны с этим уродом?

Крис ничего не ответил. Он наклонился к телу Майкла и закрыл ему глаза. Рядом встал Росс.

— Жаль Майка. Хороший был человек, тихий, спокойный, светлый.

— Мне тоже, — Крис незаметно вытер лицо ладонью. — Печально, что нам негде похоронить его, тут круго́м одни кам...

Он не успел договорить. Густая масса, лежавшая на полу, булькнула, оттуда стали вылетать чёрные тени. Высоко шипя и открывая широкие пасти, тени набросились на сектантов, пытаясь их запугать. Раздался шёпот столь громкий, что сектантов скрутило, они держались руками за уши. Крис же по-прежнему ничего не слышал.

— Надевайте скорее маски, — крикнул он, сектанты схватились за маски, но Анна уронила свою на пол и закричала.

— Бежим, — крикнул Крис. Он подхватил маску Анны и потащил девушку за собой.

Тени, густой колыхающейся массой вставали на дыбы, пытаясь перерезать сектантам отступление, но не успели. Большинству из отряда удалось убежать в металлический тоннель. Замешкалась только Анна. Крис схватил девушку на руки и перепрыгнул через бурлящий чёрный поток.

Луч фонарика скакал по стенам, в его бликах казалось, что тени были повсюду. Времени на отдых не оставалось. Слева и справа мелькали боковые туннели шестиметровой высоты. Крис бежал, догоняя остальных, и догнал бы, но Анна то и дело спотыкалась на камнях. Фигуры сектантов, мелькавшие вдали, стали исчезать. Крис выругался и снова схватил Анну на руки. Потея и скрипя зубами, он проклинал себя, что давно не выполнял полный комплекс упражнений из школы Элиты.

Впереди показалась пещера, сектанты стояли в её конце. Крис поставил Анну на неровный пол и перешёл на шаг.

— Что случилось?

— Тут только что был проход, — сказал Рой, ощупывая стену. — А теперь его нет.

Крис переглянулся с парнями.

— Разделимся. Тени могут догнать нас в любую минуту.

Никто не возражал. Пещера оказалась настолько большой, что лучи фонарей тонули в темноте. В воздухе поднимался туман, микроскопические капли влаги летали перед лицом. Лучи фонарей бессильно скользили в темноте, не в силах дотянуться ни до потолка, ни до стен. Вверху шевелилось и шумело нечто невидимое — то ли летучие мыши, то ли существа пострашнее.

Вместе с Крисом пошли Вут, а также Шон Финк и Кэтрин. Вдали плясали миниатюрные лучи других сектантов. Их группы разошлись уже метров на двести, но выхода так пока никто и не нашёл.

Крис шёл впереди. Стены пещеры постепенно стали сужаться. Он рассчитывал найти выход в той стороне, но шансы были невелики. Оставалось только надеяться, что тени отстали или, по крайней мере, не смогут заполнить всю пещеру целиком. Проход сузился до двух метров, впереди показался чёрный зёв тоннеля, откуда пахнуло влажным холодным воздухом.

— У меня бинго, — сказал Крис и рассматривая странные круглые дыры в полу.

— У нас тоже, — ответил Полански по радиосвязи. — Вижу стальной туннель.

— Мы обследуем свою пещеру и вернёмся. Как слышно?

— Принято. Направим лучи фонарей вверх, чтобы вы знали, где мы.

Крис потрогал пальцем круглые, местами слегка неровные дыры в полу пещеры. Очень похоже на следы человеческих рук. Возможно, раньше здесь добывали руду. Он встал и с твёрдым намерением шагнул дальше. В тот же миг раздался лязг. Крис прыгнул. С громким лязгом на землю опустилась массивная металлическая решётка. Крис успел увидеть удивлённые лица Кэтрин и её отца.

Всё, что произошло дальше, напоминало страшный сон. Потолок пещеры с громким КРА разорвался и на него стали падать огромные булыжники весом в несколько сот килограмм. Крис сделал два отчаянных прыжка, уворачиваясь от града камней. В следующее мгновение его зажало, доспехи ощетинились и заскрипели, пытаясь удержать тонны горной породы…

Глава 87. Во тьме

Когда Крис пришёл в себя, вокруг была темнота. Фонарь он где-то потерял и остался без света, один на один со своими кошмарами. Крис попытался выйти на связь, но сигнал не пробивался сквозь толщу камней.

Он попробовал выбраться и ощутил, что один из валунов пошевелился в ответ. Крис изо всей силы упёрся ногами и руками в другие камни и извиваясь, пополз вперёд. Минуту спустя, грязный и потный, вылез из-под завала.

По счастью, ему удалось отпрыгнуть далеко от решётки и очуться лишь на самом краю обвала. Будь он немного дальше, а доспехи чуть послабей, ему было бы несдобровать. Крис снова попытался выйти на связь.

— Кто-нибудь слышит меня? Ответьте. База, это Буревестник, — но ответом служила гнетущая тишина. Крис бессильно сжал кулаки. Оставалось надеяться, что Кэтрин, Шон, Вут и остальные были живы после обвала.

Тьма вокруг стояла непроницаема, а слабое голубоватое свечение, идущее от доспехов, никак не помогало лучше видеть. Крис попытался на ощупь определить размер пещеры. Большая, судя по холодному воздуху и туману. Крис кинул несколько камней, пытаясь по их звуку определить размер, но так и не понял, где заканчивались стены его тюрьмы.

Крис поморщился. Идти вслепую, наугад, его не прельщало, можно было запросто провалиться в одну из многочисленных ям в полу. Он снова попытался отыскать фонарик, но нащупал только мелкие твёрдые осколки.

Крис выругался. Положение становилось отчаянным. Даже с освещением выбраться из подземной, разветвлённой сети пещер было сложно, но без света, идя наугад, можно было до конца своих дней ходить кругами и умереть от голода и жажды. Если тени или несчастный случай не закончат дело раньше.

Тьма вокруг была настолько густой, что даже маска сектантов позволяла увидеть лишь смутные контуры. Крис задумался над своим положением. В его заплечной сумке был только небольшой сублимированный паёк, которого по самым оптимистичным расчётам хватило бы на три дня. Дальше начнётся голод, за ним истощение и смерть. Конечно, с моей сноровкой, я могу сбивать камнями летучих мышей, как делал когда-то давно на первом курсе в школе Элиты. Но вкус летучих мышей был мерзкий, и возвращаться к тем временам не особо хотелось. Нужно было найти хоть какой-то стабильный источник освещения. Думай Крис, думай!

Перед внутренним взором пронеслись сектанты Кохрейна гнавшиеся за его отрядов.

— Ну конечно, — сказал Крис. Собственный голос потонул во мраке. Он потянулся за ножом и направил внутреннюю энергию в рукоятку. Лезвие тут же объяло жарким пламенем. На полу и потолке пещеры запрыгали трепещущие тени. Стен видно не было, мощности такого огня явно не хватало. Но это было лучше, чем идти в полной темноте.

— Уже хорошо, — успокоил Крис себя. — В конце концов, ты всегда сможешь телепортироваться отсюда.

Тут он вспомнил, что порталы не работают. Ударил ножом по воздуху, чтобы проверить. Тщетно.

— Ну ты и влип, приятель. Не стой на месте, двигайся.

Сделал глоток воды из сумки и пошёл вперёд. Искры от ножа с шипением падали на мокрый пол пещеры, тут же погасая. Медленно, Крис продвигался вперёд, с опаской поглядывая на лезвие ножа. Было ли оно приспособлено для такого? Но прошло уже больше пятнадцати минут, а раскалённое лезвие не показывало признаков оплавления. Клинок разогрелся добела, если бы не перчатки, то наверняка он не смог бы выдержать этого жара. Постепенно свет стал ярче, а пламя грело ровным потоком, замерев на одной температуре, не прыгая ни вверх, ни вниз…

Так, Крис и шёл вперёд, время от времени перекидывая нож из одной руки в другую. Вскоре показались неровные стены пещеры, и за поворотом маячил вход в соседнюю, более маленькую пещеру. Крис уже начал привыкать к своему новому положению и даже подумывал о том, на сколько хватит его Эфериума, чтобы держать пламя на клинке, когда внутри пещеры что-то шевельнулось.

— Крис… — из тёмного угла пещеры шагнула худая фигура мужчины с седыми волосами.

— Майкл, ты жив, — Крис подался вперёд, но тут же остановился, выставив перед собой нож. Вокруг лезвия заплясали злые искры. — Нет, ты не можешь быть Майклом. Майкл умер, я сам видел, как его убили.

— Меня только ранили, — сказал Майкл, прикрывая грудь. — Разве ты не видишь, что я ранен?

— Убери руку, я хочу осмотреть твою рану.

Майкл медленно убрал ладонь от груди. Дыра была настолько большой, что было видно, как с той стороны заплясали огоньки на стенах.

— И как ты себя чувствуешь?

— Прекрасно, — Майкл облизнул сухие губы и стал приближаться.

— Лжец! — Крис ударил наотмашь. Из клинка с громким хлопком вылетела белая молния-волна. Дуга пронзила тело Майкла, в стене позади него образовалась щель толщиной в палец. Майкл покачнулся, на губах его мелькнула ухмылка, а затем он исчез, растаял подобно облачку пара.

— Тень, просто тень, — успокоил себя Крис и двинулся дальше.

Впереди показалось два чёрных провала выхода. Но едва он дошёл до одного из них, как из другого вышел Шон Финк вместе со своей дочерью Кэтрин.

— Крис! Я так рада, что с тобой всё в порядке, — Кэтрин бросилась к нему, пытаясь обнять.

— Стой на месте, — в голосе Криса зазвенела сталь. Он поднял нож и направил на Кэтрин и Шона. Кэтрин замерла, на её прекрасном, веснушчатом лице появился страх.

— Какого хрена ты творишь? — крикнул Шон. — Убери свой чёртов нож от моей дочери, — Он потянулся к поясу, но, увидев взгляд Криса, остановился.

— Я была так рада увидеть тебя, — заплакала Кэтрин, закрывая лицо.

Крис внимательно следил за обоими, незаметно бочком птаясь протиснуться вдоль стены.

— Если это правда, то как вы тут оказались? И почему вы одни?

— Тебя завалило. Мы пытались разгрести завал, а потом разделились и пошли искать тебя, — Кэтрин вновь посмотрела на Криса, но отшатнулась, когда он направил на неё раскалённый добела клинок.

— Не верю ни одному твоему слову, — Крис двинулся ещё на пару шагов.

Он задержался на секунду, чтобы ещё раз взглянуть на Шона и Кэтрин. Отец и дочь жались друг к другу, и были настолько похожи на настоящих людей, что Крис на мгновение даже усомнился в себе. Но потом кое-что увидел позади них и стал твёрд.

Он выпрямился.

— Видать тебя здорово приложило камнями, раз ты нас не узнаёшь, — сказал Шон.

— Вам почти удалось меня обмануть. Знайте, если вы убили настоящих Шона и Кэтрин, то я уничтожу вас всех.

— Настоящих? О чём ты? Мы живы, — Кэтрин вытерла слёзы и попробовал снова приблизиться к Крису. Крис оскалился, девочка вскрикнула от страха. Слезы вновь стали капать по её щекам.

— Что с тобой Крис? — зарыдала Кэтрин. — Ты меня пугаешь.

Крис сделал последний шаг и оказался в соседней пещере.

— Вам не удастся больше обманывать меня, тени. Теперь я знаю, куда смотреть.

— Да-а-а, похоже у тебя и вправду не всё в порядке с головой, — протянул Шон.

— Заткнись, тень. Я раскусил вас. Вас выдали слёзы. Они выглядят как настоящие, но исчезают, едва сорвавшись с лица, — Кэтрин и Шон переглянулись, Крис продолжил.

— А если посмотреть немного сбоку, то можно заметить, что к вам по полу тянутся две чёрных тонких, едва заметных… нити. Так что да… теперь я вижу вас тени.

— Если мы тени, то почему ты не ударил нас ножом? — ухмыльнулся Шон, упирая руки в бока.

— Да, почему он не ударил нас? — вторила вторая тень, имеющая облик Кэтрин. Обе тени медленно приближались к нему.

Крис поднял клинок, намереваясь рассечь их одним ударом, но замер. Что? Почему? Проклятье, что со мной происходит? Рука застыла, не в силах сделать удар. Он вздрогнул, удивлённо глядя на предавшую руку, и бросился бежать, проклиная себя. Под ногами хрустели неровные камни, он скользил, то и дело рискуя упасть или провалиться в яму, а вдогонку ему нёсся дикий, душераздирающий хохот.

Но Крису было наплевать. В голове роились совсем другие мысли. Что со мной стало? Впервые в своей жизни я не смог убить человека. Раньше я убил бы их не задумываясь, потому что они представляли опасность. А сейчас это даже не люди. Проклятье! Что поменялось? Что со мной?!

Крис сжал рукоятку ножа со всей силы. Пламя встрепенулось, но снова стало нормальным и ровным. Он оглянулся, никто больше не преследовал его.

— Будьте вы прокляты, — выругался он. — Надеюсь с Кэтрин, её отцом и остальными всё в порядке. Молитесь своим чёрным богам, чтобы так и оказалось, иначе я уничтожу даже память о вашем существовании.

Крис крест-накрест ударил ножом позади себя. Камни осыпались, перегородив половину туннеля. Крис кивнул удовлетворённый проделанной работой и двинулся дальше. Пол под ногами стал ровнее, и вскоре впереди заблестел холодный, светящийся металл древнего коридора.

Он усмехнулся, сами того не зная, тени выдали ему правильный путь.

Глава 88. Руп-ка упр-в-ения

Следующие часы Крис плутал по стальным коридорам. Временами казалось, будто он ходит по кругу, но внутренний компас, встроенный в маску сектантов, перестал барахлить и теперь показывал что он уверенно движется на восток.

Коридоры были пусты и однообразны — примерно каждые двести — триста метров попадался шлюз, за которым, как правило, оказывалась очередная развилка. Причём чем дальше Крис шёл, тем запутанней и непредсказуемей становилась дорога. Так, некоторые коридоры неожиданно начинали вести наверх и затем резко сужались, а другие, наоборот, расширялись, но тоже заканчивались тупиками. Были и такие коридоры, которые вели под прямым углом наверх, словно их создали для умеющих летать существ, были и такие, где пол внезапно заканчивался провалом настолько глубоким, что не было видно дна.

Первое время Крис отдыхал каждые полчаса, прислонившись к стене. Он устал и успел пообедать сухим концентратом. Прошло уже много времени, как он был на ногах, уставшее тело хотело спать, но он не мог позволить себе такой роскоши. Когда встроенный в доспехи хронометр показал, что на поверхности сейчас примерно четырнадцать часов вечера, Крис вообще перестал делать привалы. До заката оставалось два метропольских часа, и время истекало секунда за секундой.

Коридоры, повороты, шлюзы, решётки, замки, снова повороты. Всё слилось в бесконечную, крутящуюся спираль. Когда Крис в очередной раз завернул за угол и увидел там незнакомых сектантов, то первое время они просто смотрели друг на друга. Сектанты схватились за ножи.

— Стой! Ни с места.

— Стою, — сказал Крис, а сам прыгнул за угол. В тот же миг в стальную стену позади него врезались три огненных волны, но разлетись, шипя злыми искрами, не оставив на стене и царапины.

Крис побежал, то и дело, поворачивая в разные коридоры. Некоторое время сектанты преследовали его, но затем отстали.

— А мне только начало нравиться, — хмыкнул Крис. Словно услышав его, с обоих концов коридора появились сектанты. Теперь их было по шесть с каждой стороны.

— Не двигайся!

— Ну вот, опять, — сказал Крис и прыгнул в соседний коридор.

Минут десять он бегал от преследователей, но их становилось всё больше. Видимо они связались друг с другом и теперь гоняли его по подземным туннелям, словно крысу в лабиринте. Был только вопрос времени, когда его нагонят и ему придётся столкнуться с ними напрямую. Убивать ни в чём не повинных людей ему не хотелось. Другое дело Кохрейн. Но этот тип вряд ли высунет нос дальше спин своих приспешников.

Крис пытался найти свободный от сектантов проход, чтобы проскочить мимо них и уйти, но пока сектанты были во всех коридорах и ему приходилось играть с ними в смертельные догонялки. То и дело в него метали огненные волны из-за угла, но он либо уворачивался, либо отбивал их. Становилось всё жарче, а сектантов всё больше. По его примерным подсчётам в погоню включилось уже не меньше двадцати человек, и их число росло.

Если так пойдёт и дальше, то со всеми сразу даже мне не справится. Между мирами физическая сила и ловкость не были ключевыми показателями. Исход битвы зачастую решало количество Эфериума и даже самого искусного война можно было уничтожить, как только иссякнет его сила — каким бы сильным, ловким и умелым мастером клинка тот не оказался.

Хоть Крис и обладал силой Эфериума как три, а то и пять человек, перевес явно был на стороне сектантов. Начни я прямо сейчас атаковать, мои удары станут блокировать. Можно убить с десяток-другой сектантов, но потом силы закончатся. Дальше останется только нож и бластер, которые сами по себе, без напитки силой, могли лишь ранить сектанта. Я ещё не забыл каково было драться голыми руками против человека, владевшего Эфериумом.

Конечно, если очень повезёт, то можно забрать ещё парочку-другую сектантов. Но чутьё Рэлито не верило в везение, подсказывая что нет смысла ввязываться в бездумные сражения. Я привык рассчитывать каждый свой шаг, а сектанты, похоже, только и хотели, чтобы я совершил ошибку, ввязавшись с ними в бой.

Позади раздались выстрелы из бластеров, над головой с гудением пролетели огненные волны. Крис забежал в очередной поворот и закрыл за собой дверь. Это ненадолго их остановит. Он пробежал до конца коридора, повернул, вновь повернул и со всей силы налетел на железную стену.

Позади загромыхал топот бегущих ног.

— Ларгор меня раздери, — Крис упёрся в металл ладонями и заколотил по нему кулаками.

Стена загудела. Позади раздалось тихое шуршание. Крис перекувырнулся в воздухе, но со всей силы врезался в другую стену. Она появилась позади него и отрезала от преследователей. В неё тут же застучали с той стороны, и послышался приглушённые звуки выстрелов.

Медленно, Крис обернулся, и волосы на голове встали дыбом — стена, которая прежде перегораживала дорогу, исчезла. Впереди открылся узкий, пыльный коридор. Он двинулся по нему и прошёл шагов пятнадцать, когда перегородка вернулась на своё место, навсегда отрезав дорогу назад.

— Сохраняй спокойствие, приятель, — сказал Крис сам себе. — Ничего удивительного, стены здесь работают по тем же самым принципам, что и на Семилунном. При желании я всегда смотру открыть проход назад. Если пойму как…

В своих способностях открывать и находить скрытые проходы, он сильно сомневался. Вот у Бена хорошо это получалось, этот слащавый Рэлит сразу же нашёл ванную, едва только мы оказались в одном из домов на Семилунном.

В коридоре было слишком много пыли. Крис потёр переносицу и пошёл дальше. В конце концов, должен же был куда-то вывести этот проход!

Коридор закончился слегка приоткрытой дверью из толстого металла с табличкой. Крис провёл ладонью по пыльной планке. Обнажились старые, изогнутые письмена, часть из которых стёрлась. Буквы заплясали перед глазами, и он с удивлением обнаружил, что способен прочитать надпись.

— Руп-ка упр-в-ения, — прочёл Крис и хмыкнул. — Интересно, что бы это могло значить?

Напрягшись, он дёрнул толстую дверь. Раздался скрип, дверь сдвинулась на пару дюймов, а затем щёлкнула и открылась сама. Затаив дыхание, Крис вошёл внутрь. В маленькой комнате лежал толстый слой пыли. От движения пыль взметнулась и густым облаком витала в воздухе. Крис чихнул. Видать сюда не заходили очень, очень давно.

Повсюду располагались выпуклые металлические овальные выступы. Вдоль стен стояли стойки приборов, напоминавших бесшовные шкафы, которые плавно сужались перед креслом с изогнутой спинкой, и перетекали в некое подобие слегка изогнутого кверху стола.

Крис похолодел. С щелчком дверь позади него закрылась, не оставив щели. Он даже не стал пытаться её открывать, судя по совершенству технологий это было бесполезно. Свет загорелся ярче, внутри комнаты раздалось тихое мерное гудение. Воздух мгновенно очистился от пыли и стал свежим.

В глаза ему бросилось маленькая рамка, смутно напоминавшая картину. На чём-то напоминающем холст были изображены странные узоры, показавшиеся вначале дикой и непонятной мешаниной символов. Но чем дольше Крис всматривался, тем сильнее дыбились волосы на его голове.

Безусловно, перед ним была картина, но столь сложная, что он не мог разобрать её. Она была написана художником из далёкой, древней эпохи и выполнена столь совершенно, что в сравнении с ней все картины, написанные людьми, казались жалкой мазнёй, красками на бересте.

В маленькой рамке были заключены знания цивилизации, столь великой, в сравнении с которой современные люди с их искусством и достижениями, находились в каменном веке. Картина несла в себе совершенные знания иной цивилизации.

В какой-то момент Крис ощутил себя не более чем кошкой или собакой, заглянувшей в картину, нарисованную великим художником. Художник этот видел идею, мастерски владел игрой цветов, обладал совершенными знаниями в композиции и символике. Понятна эта идея была и другим существам его расы. Только на долю мгновения, всего на краткий миг перед Крисом возникла четырёх-пятимерная картина, но затем его разум отказался выносить столь сложную концепцию, и изображение пропало.

Он стоял, глядя на плоский, ничем не примечательный холст с самой обычной мазнёй. Красные волнистые линии накатывались на синие, с ними смешивались другие цвета и пятна… и всё. Картина умерла для его взора.

Расстроенный, Крис сел в высокое, явно не предназначенное для человека кресло, смахнул серый слой с выпуклой плоскости перед собой. Под пылью обнаружился странный узор, отдалённо напоминавший кнопки. Крис ради интереса попытался их понажимать, но ничего не произошло.

Он вздохнул и откинулся в кресле, положив руки на подлокотники. Неожиданно рукояти дёрнулись, на их концах появились две панели, похожие на форму для ладоней. Вот только явно нечеловеческих — с больши́м пальцем с каждой стороны и тремя пальцами посередине. Крис положил свои пальцы на панели, но ничего не произошло, даже тогда, когда он попытался передать в свои ладони энергию Эфериума. Его рука явно не подходила для пульта.

Крис задумчиво поглядел на нечеловеческие формы, и его посетила озорная мысль. Действуя по наитию, он отогнул в сторону мизинцы и приложил их к панели вместо второго большого пальца. Вновь послал в ладони поток Эфериума и…

Раздался лёгкий толчок земли под ногами. Приборы на стенах слегка покачнулись, зазвенев.

— Землетрясение? — пробормотал он, но тут же забыл, потому что выпуклый стол ожил, замигав разноцветными огнями. Лицевая стена вспыхнула, на ней появилось множество маленьких, мелькающих изображений внутри объёмной трёхмерной сетки.

— Бинго!

Глава 89. Кошмар наяву

Под взглядом Криса изображения на стене стало расти и…

— Кара меня разрази, быть такого не может…

Перед ним открылось изображение сразу с тысяч камер. В первую минуту сложно было сосредоточиться на многомерном пространстве, осознавая, что ты находишься сразу повсюду. Подобное выворачивало и ломало мозг, но, постепенно вглядываясь в этот мутный шар, Крис начинал видеть вокруг всё больше изображений с подземных и не только камер.

Одновременно он наблюдал, как плещется море на одном из рифов и как паук ткёт паутину в траве за городом. В камнях и под ними, в подземельях и в домах, невидимые глаза камер были повсюду. Но не человеческие камеры, не в том понимании, в котором привык человек. Скорее, каким-то непостижимым образом, технологии заставляли служить камерой каждый камень. По-другому объяснить столь странные ракурсы было невозможно.

Семилунный и вправду оказался островом посреди океана. Крис напомнил себе, зачем он здесь. Осмотрел джунгли и обнаружил, что с десяток теней остались на поверхности. Плохо, очень плохо, Клэйв Родвуд и Древний обещали, что в их ловушки удастся заманить всех теней.

По счастью тени, похожие на густые кольца дыма, сейчас спрятались в одной из пещер и закрыли за собой вход, чтобы не поддаться чарам дня Исхода, дня, когда все луны обращены полной поверхностью к планете. Почувствовав чьё-то внимание, тени засуетились, но было уже поздно — Крис провёл по панели и наложил печать на выход из пещеры. Теперь эти твари были заперты там до скончания веков…

Крис щёлкнул костяшками пальцев и погрузился в обилие многомерных изображений. Куда бы ни переносилась его мысль, он видел всё чётко, кроме Семилунного. А это было плохо, где-то там сейчас сектанты сражались против гвардии Метрополии и не известно, на чьей стороне был перевес. Похоже, барьер защищал людей, живших там, и от этого всевидящего взора. Вот только сейчас вокруг барьера и над ним бушевала стихия и полыхали молнии…

Крис всмотрелся в мелькавшие многомерные изображения повнимательней. Больше всего его интересовала судьба его собственного отряда. Едва он подумал о них, как на экране появились лица его людей. Крис вздохнул с облегчением: все, включая Кэтрин и Шона Финка, были живы. Всё-таки тени не смогли добраться до них.

Крис поискал взглядом Бена и Вута, но нигде не нашёл. Опять эти самоуверенные наглецы куда-то пропали, и как раз в тот момент, когда он надеялся на них больше всего. Вут же должен был защищать отряд. А Бен? Куда этот Рэлит запропастился?

Крис хотел поискать их на поверхности острова, но увидел, что его отряд движется не в том направлении. Проход под Семилунным находился на востоке, а его люди слишком отклонились на север. Крис попытался выйти на связь, впрочем, особо не надеясь, что сможет пробиться сквозь помехи. Уж слишком велико было расстояние, тем более под землёй.

— Росс, Анна, Штэфан, вы меня слышите?

К удивлению ему ответили сразу три голоса, связь была прекрасной.

— Крис?! Мы думали тебя завалило! Ты где-то рядом? Стой где стоишь, мы отыщем тебя.

— Не стоит, — сказал Крис, глядя, как заметались маленькие фигурки по пещере. — Я слишком далеко от вас.

— Уверен? Мы тебя прекрасно слышим. Где ты?

— Примерно в пятнадцати километрах к западу. Постой, не перебивай, удивляться будешь потом. Не спрашивай откуда я знаю, но вы идёте не туда. Вам надо пройти двести метров назад и повернуть налево. Там будет неровная стена. Сто́ит постучать по ней снизу, как откроется прямой туннель до Семилунного. Сворачивайте туда и через час окажетесь в городе.

В эфире повисло молчание.

— Ты точно наш капитан или всевидящий дух? Как узнал, где мы и уж тем более откуда информация про секретный тоннель? Эй, Полански, ты веришь этому типу?

— Конечно нет, — Полански сплюнул.

Два отряда Кохрейна быстро приближались к его людям с севера. Крис скрипнул зубами и выругался самой отборной руганью, на которую был способен.

— …так что живо делайте что я вам сказал или я сам вас прибью, — закончил он.

Во весь экран появилось покрасневшее лицо Росса.

— Так бы сразу и сказал, чего ругаться-то было? Поняли мы, выполняем.

Крис проследил, чтобы сектанты отыскали нужную стену. Только когда скала за ними закрылась, он позволил себе выдохнуть с облегчением. Но на этом его работа не закончилась. Были ещё девять других отрядов, три из которых также шли не в том направлении. Он связался со всеми командирами и объяснил, как найти тоннель, ведущий прямо к городу.

После секундных раздумий Крис решил не помогать заблудившимся командирам Кохрейна. Эти сектанты хотели его убить, так пусть теперь выпутываются сами. И не в ненависти дело: капитаны Кохрейна всё равно ему не поверят. Да и не похоже, что они заблудились, уж больно планомерно прочёсывают тоннели. Складывалось впечатление, что Кохрейн если и не обладал тем же всевидящим взором, то, по крайней мере, знал больше остальных. С ним и его парнями точно ничего не случится…

Крис помрачнел. Не все сектанты выбрались из-под острова. Теням каким-то непостижимым образом удалось захватить двадцать три человека. Некоторых он знал по именам, с другими пересекался в столовой, кого-то просто видел раньше в крепости… И теперь все они мертвы и захвачены тенями, присоединились к бесчисленному множеству марионеточных людей.

Крис попытался отыскать себя, но так и не нашёл. Зеркало не могло показать себя же. Тогда он поискал Кохрейна. Тот оказался в пятнадцати километрах западнее Семилунного. Крис всмотрелся в лицо молодого лидера сект, скрытое под кровожадной маской с кровавыми клыками.

Крис отпустил фокус и попытался проложить себе самый короткий путь до города, когда нечто странное привлекло его внимание.

Взгляд упёрся в одну из больших подземных пещер, настолько огромную, что в ней можно было разместить целый город. Пальцы сами собой вцепились в подлокотники кресла. Длинными, плотными рядами в темноте копошились люди. Мёртвые люди. Все они давно были мертвы. Люди тесно жались друг к другу, пребывая во сне. Временами по их рядам проходила рябь, головы мужчин и женщин колыхались, затем застывали вновь.

По самым грубым подсчётам в пещере находилось больше десяти тысяч людей. Форма на некоторых давным-давно сгнила. На других была одежда старого образца, такую носили лет шестьдесят назад. Тогда ещё в моде был неразлагающийся вспененный пластик, но власти быстро поняли, что мода на неё сильнее засоряет и без того загибающуюся планету и ввели налог. Одежду сразу перестали покупать, но какая-то часть надолго осталась в обороте.

И откуда тут взялось столько мертвецов? Когда тени успели захватить их? И почему никто не знает о тысячах пропавших? Было много вопросов, но все они остались без ответа.

Крис хотел было вернуться к маршруту, когда заметил, что от тел тянулись тонкие, чёрные нити. Невольно, повинуясь течению мысли Криса, изображение сдвинулось, следуя за нитями. Он оказался в верхнем зале, где лежали настоящие тени-кукловоды — густые, бесформенные, перетекающие из одного состояния в другое. Тени что-то почуяли.

— Хассссса, шумммарррри, амммиссссаааа — прошипела тень и взглянула ему прямо в глаза.

Крис вздрогнул. Другие тени тоже посмотрели на него. Он попытался отключиться от изображения, но не смог.

— Аммммирранарр, халлламарди, — прошептала самая большая тень, вытягивая щупальца в сторону. Тени страшно закричали и бросились бежать по коридору. Всевидящим зрением Крис увидел, как повсюду, во всём подземелье ожили дремавшие люди, встали на четвереньки и подобно диким животным на сумасшедшей скорости понеслись к нему.

В этот миг Крис почувствовал, как сбывается его кошмар.

Не прошло и минуты, как в запертую дверь начали долбиться с той стороны. Крис бросился к панели и принялся лихорадочно изучать надписи. Строчки незнакомого языка прыгали перед глазами, путаясь и сбиваясь в голове: полоз, гурмация, ампитура, шварцург, каскад, микторсонипад…

Взгляд запрыгал по странным словам и вернулся к единственному казавшемуся знакомым. На панели крупными буквами было написано «КАСКАД». Крис задумался. Что бы это могло значить?

В дверь прилетел особенно сильный удар. Её края выгнулись и принялись потихоньку отгибаться. В щель просунулись серо-зелёные пальцы с грязными длинными ногтями. Пальцы лихорадочно заскребли по металлу, пытаясь отжать дверь. В открывшейся щели замелькали злые глаза то и дело отталкивающих друг друга существ. Крис вздрогнул и нажал на кнопку «каскад».

Как обычно, ничего не произошло. Только снаружи усилился град ударов. Крис нажал ещё раз. Опять ничего! Он хотел было нажать все кнопки разом, без разбора, когда за шиворот высыпался песок, и на пол с грохотом опустился металлический столб с поперечными перекладинами.

— Каскад… Ну конечно, как я сразу не понял!

Он взглянул наверх. В потолке образовалась большая круглая дыра, из которой и выпала эта странная лестница. Где-то далеко наверху занимались ранние сумерки. Он мельком взглянул на часы и обомлел: было уже три утра. Невероятно, куда только исчезли последние пять часов?!

В дверь застучали сильнее. Крис бросился на лестницу и принялся подниматься так быстро, как только мог. Когда он поднялся метров на шесть, снизу раздался громкий удар, эхом отразившийся от стен. Промелькнуло серое, и в рубку нахлынули тени, подобно густой, тёмной воде.

Марионетки кинулись вверх, кусаясь, шипя и мешая друг другу. Они прыгали со ступеньки на ступеньку, быстро догоняя его. Крис вытащил нож и что было сил ударил за собой. Шипя раскалёнными искрами, три волны устремились вниз, разнеся тварей и разбившись о металлический столб.

Атака ненадолго задержала марионеток, но не сильно помогла. Потея и торопясь, Крис из последних сил карабкался по лестнице, то и дело ударяя ножом позади себя. Впереди замаячил дневной свет, а твари уже были в пяти метрах под ним. Крис потянулся к поясу и, балансируя на раскачивающейся лестнице, вытащил из бластера стержень ограничителя и бросил вниз. Металлический корпус разбух и взорвался, залив тоннель раскалённым металлом. Крис стремительно взмыл вверх, одолев последний пролёт.

Глава 90. Тень внутри

Снаружи ещё было темно, кое-где сквозь мрачные тучи были даже видны звёзды, но сумерки постепенно становились ярче, как это бывает в самые первые предрассветные часы. Крис вылез на поверхность из железного люка, схватил его за ручки и захлопнул массивные створки.

С той стороны раздались страшные стуки. Крис перекатился, придавив люк своим весом. От ударов снизу его подбрасывало вместе с крышкой, то и дело казалось, что створки откроются. Но массивный люк выдержал, и попытки сломать люк прекратились.

Крис лежал на металлических пластинах, не в силах поверить, что сумел выбраться из тоннелей живым. Светало. В небе одно за другим серые облачка раскрашивались в розовый цвет. Ветер обдувал его потное лицо, а где-то неподалёку раздавался шум прибоя. С минуту он отдыхал, набираясь сил, и хотел уже было встать, когда из люка стала сочиться чёрная, густая масса, похожая на жидкий расплавленный асфальт.

— Сдохни, — Крис начал топтать сочащуюся массу. Из-за горизонта пробились первые солнечные лучи. Вещество задымилось, стало извиваться и исчезать.

Рядом в песке лежал большой металлический штырь, Крис запер им люк. Когда с этим было покончено, он трижды перепроверил, что крышка не поддаётся ни на миллиметр, и только затем позволил себе встать.

Занимался рассвет. С первыми же лучами солнца, защита с тела исчезла и руки перестали святиться. Крис ощутил что вместе с этим потяжелело и всё тело, словно со свечением потерял и часть своей силы.

Наскоро перекусил крошками концентрата оставшимися походной сумке и пошёл на разведку. Он очутился на небольшом скалистом островке посреди моря, высоко вздымавшемся над водой. Берег был далеко, даже увеличение на маске не позволяло его увидеть. Под рифом, то накатываясь то отдаляясь, шумели волны. Когда волны уходили, под водой обнажались острые ножи скал. Если сорваться отсюда, то шансов выжить уже не будет.

Крис нагнулся, осматривая спуск. Камни были старыми, между ними было полно щелей, но все выступы были скользкими, туда забились водоросли. Не исключено, что в скалах гнездились скорпионы, змеи или подобные им местные твари, с которыми нежелательно было сталкиваться при таком сложном спуске. Конечно, можно было спуститься прямо сейчас, но пока не хотелось рисковать.

Крис вернулся на остров, туда, где среди скал чудом пробилось несколько чахлых деревьев, достал нож и принялся срезать с них лианы, чтобы сделать из них некое подобие страховки. Он уже сплёл канат метров с десять в длину, когда поймал чей-то сигнал. Крис надел маску.

Раздались крики, перемежаемые звуками выстрелов, взрывов и помех.

— Майк, Ха… г отступайте!

— … стреляю…

— Фар… х, … ррис, б… ги оттуда там за… да!

— Отступаем к западн… крылу, прикройте …ас, — раздался хорошо знакомый властный бас. Крис замер. Он узнал это имя, да и голос тоже. Фаррух, лидер сектантов.

— Фаррух, это Крис. Что у вас происходит?

На секунду в эфире раздалась пауза, затем шум помех и гул голосов. Только через слово можно было что-то понять.

— Крис! Голов… вз…ли …ас в …засаду! Сейчас …кольцо. Кто-то… предупредил …полию. Прямо за городом… ловушку…

— Вы захватили портал? Повторяю, вы захватили портал?

— Нет! — пробился наконец сквозь помехи голос Фарруха. — Нас вытеснили… барьер. Пытаемся… удержать город!

— Отступайте! Битва проиграна. В любой момент Метрополия пришлёт головорезов с Лотариума. Отступайте!

Но ответом были только треск и шипение. Крис повесил маску на пояс, но в ушах по-прежнему легко потрескивало. Он даже зевнул и потёр уши, но шум и шелест не прекращались. Что-то огромное двигалось позади.

— Крис-с-с-с-с-с-с-с… — прошипела, извиваясь на солнце, неясная тень.

Крис наклонился и бросил в неё камень. Булыжник пролетел насквозь и упал позади. Дым заклубился сильнее.

— Крис-с-с-с-с… — тень выпрямилась и приобрела форму. Перед ним появился высокий, мускулистый мужчина с длинными чёрными волосами и холодными льдинками пристальных глаз. Крис узнал его. Человек улыбнулся и шагнул навстречу. Крис отступил на шаг, едва не упав.

— Нет, нет, нет, не хочу тебя слышать, — Крис зажал уши и пытался не слушать, но голос проникал в самую глубину его сознания.

— Крис… мой бедный мальчик. Совсем забыл, зачем мы отправили тебя туда… — пронзительный взгляд голубых глаз стал печальным. — Ты должен был стать одним из избранных. Должен был взойти на самый верх и стать бессмертным, — Мужчина поднял палец, указывая на чёрную луну. — Но ты сбежал… испугался… предал идею, ради которой мы с матерью столько старались…

— Ты не мой отец, — Крис покачнулся. — Мой отец умер на рудниках много лет назад.

— Так было нужно, сын, ради высшего блага… ради твоего предназначения… — взгляд мужчины стал жёстким. Он снова придвинулся к Крису. — Не бойся. Присоединяйся к нам. Мы сделаем тебя таким же сильным, как тот человек из Элиты, которого ты боишься. Даже сильнее. У тебя будет гораздо больше власти, чем у любого из них. Присоединяйся к нам, вместе мы будем править не одним миром, а всеми!

Слова доносились как из-под глубокой толщи воды.

— Почему именно я? — Крис услышал свой голос откуда-то со стороны. — Почему я, а не кто-нибудь другой?

— Остальные не годятся… Слишком слабые… из них получаются только хорошие марионетки… умирают, не сумев долго выдерживать нас-с-с-с… Присоединяйся, мы сделаем тебя бессмертным…

Из последних сил Крис вытащил нож и уколол руку. Кровь застучала в висках, но думать стало легче.

— Отойди от меня, тварь. Я не стану вашей куклой.

— Глупец… — тень вернула свой истинный облик и шагнула к нему. Крис ударил клинком. Он бил со всей силы. Раскалённые волны со злостью вонзались в камни, отлетала каменная крошка, летели искры, гудели удары. Но волны огня проносились сквозь тень и уносились дальше.

Тень засмеялась.

— Твоё оружие бесполезно против нас-с-с-с-с…

От тени к нему потянулись длинные нити, но внезапно существо остановилось.

— Так вот зачем вы здес-с-с-с-с-с-сь… Глупцы, неужели вы думали, что мы сами бы не нашли его, будь оно тут? Древний обманул вас.

— Не понимаю о чём ты. Древний сказал только, как заманить вас в ловушку и запереть до скончания веков. На твоём месте я бы вернулся и попробовал спасти заточённых под землёй товарищей.

Тень засмеялась, жутким, потусторонним смехом.

— Мне всё равно, что произойдёт с ними.

— Неужели ты не хочешь их спасти?

— Нам плевать на других… подобных нам. Пусть хоть все будут в темнице. Чем их меньше, тем лучше для нассс… для меня, как сказали бы вы, смертные… Чем меньше у меня конкурентов, тем лучше для меня. Именно я и мои потомки будут править мирами, пока остальные будут сидеть в заточении. Тебе не удалось обмануть нас. Как видишь, нам всё равно на остальных. Прекращайте искать его здес-с-с-с-сь…

— Я ничего не ищу.

— Не притворяйся. Ты пришёл сюда, чтобы отыскать древнее оружие Крома. Вы людишки только и ищите его здесь. Роете тоннели, пытаетесь пробиться к нам, под землю. Взрываете пещеры, копаетесь под старинными храмами. Вы слабы и потому пытаетесь найти древнее оружие, которое позволит вам сравниться с ними, настоящими правителями верхних миров. Но вы просчитались. Кром спрятал его в другом месте. Будь оружие тут, мы бы давно взяли его себе и уничтожили ваш мир и вас-с-с-с вмесссссте сссс ним.

Крис опешил. Что это? Тень пытается обмануть его или же она случайно сболтнула лишнее? Если это правда, то…

Тень приближалась. Крис начал отступать, то и дело спотыкаясь и поглядывая назад, чтобы не упасть. Шум прибоя стал расти. Тень неотступно теснила его.

— Все люди одинаковые. Вы постоянно жаждете больше власти, больше золота, больше всего... вы не живёте, а только играете в жизнь. Но ставки в твоей игре стали слишком высоки, встретившись со мной ты просчитался и сделал свой последний ход.

— Ещё посмотрим кто кого, тварь.

Тень бледно улыбнулась, сквозь её улыбку можно было увидеть камни на дороге.

— Вы можете сопротивляться сколько угодно, в конечном итоге мы покончим со всеми вами… но с тобой… всё будет кончено прямо сейчас…

Тень прыгнула ему на грудь, Крис с удивлением посмотрел на доспехи, где расползалось тёмное, маслянистое пятно.

Ничего не понимая, он сделал несколько шагов и упал на колени. По всему телу разливался холод. Тело переставало слушаться, руки и ноги становились чужими, застывая, леденея от мороза.

— Это… конец?

Крис слышал голоса, множество голосов, вторгавшихся в разум, кричащих, приказывающих подчиниться. Он потерял контроль над собой на долгое, страшное мгновение…

А потом откуда-то издалека стал доноситься шум прибоя. Он открыл глаза и увидел, что стоит на краю обрыва, упёршись ладонями в землю. Острые камни впивались в колени. Хотя бы колени принадлежали ему. Море с шумом билось о скалы, подбрасывая вверх клочья пены. Разум медленно костенел, сегмент за сегментом, окончательно переставая слушаться. Но сейчас, пока ещё он был собой, пока ещё…

Сама по себе в голове возникла мысль которую, казалось, он слышал в одной из прошлых жизней: мы сами определяем своё будущее, выбирая из множества возможных вариантов.

Тело почти отторгло его сознание. Он увидел, не скорее почувствовал, как ставшее чужим тело встало. Это было странное ощущение чего-то украденного, но ещё не утраченного до конца. Так, словно ты смотрел на вещь, которую всегда считал частью себя, но теперь ей на твоих глазах пользовался кто-то другой. Шатаясь, тело поплелось прочь от обрыва, но Крис ощущал, что ещё мог ему приказывать.

«Вниз…»

Тело остановилось.

«Вниз!»

Тело стало пригибаться вперёд, словно оно сопротивлялось сильному порыву ветра.

«Вниз! Вниз!»

Тело нагнулось почти к самой земле, оно цеплялось за скалы, обламывая ногти, но невидимый ветер с бешенством толкал его назад, и уже чужие ноги скользили по острым камням, оставляя тонкие полоски крови. Тело пыталось удержаться, но невидимый ветер неумолимо протащил его по скалам прямо к краю обрыва и…

Последним, что увидел Крис, была огромная масса воды. Море отступило, обнажая серо-стальные бритвы скал, с бешенством мчавшихся к его лицу.

«Вниз! Вниз! Вниз!»

Удар. И темнота.

Глава 91. Королева сумасшедших

«Друзья, с этой главы начнётся третья, платная книга на Литрес и других площадках. Но тут, по-прежнему и пока, «Между мирами» будет публиковаться бесплатно и останется в свободном доступе больше месяца, чтобы наверняка успели дочитать все.

Призна́юсь честно, периодически я хотел закрыть выкладку на втором томе и третий том публиковать отдельно. Много кто искушал меня доводами об упущенной выгоде, но я всегда гнал прочь эти тлетворные мысли, ведь для меня «Между мирами» уже давно перестала быть просто книгой. Эта вселенная много лет живёт сама по себе, и я хочу, чтобы вы увидели книгу такой же, какой вижу её я: цельной, выстроенной по единой задумке, завершённой именно там, где запланировано и оттого — полноценной. Вещью самой в себе.

Спасибо, что продолжаете оставаться Между Мирами, я искренне ценю ваше внимание к этому миру.

С неподдельным уважением и восхищением, искренне Ваш, Тарин Дэйв»

Волны с шумом бились о каменистый берег. Ходили слухи, что где-то неподалёку располагалось логово разбойников, отчего в этой части острова почти никогда не бывало людей. Марта Нокс фыркнула и нетерпеливо посмотрела на джунгли. Она стояла у воды, скрестив тучные, морщинистые руки на груди. Когда волны накатывались, она с опаской отступала от них, следя чтобы ни одна капля не попала на обветшалое, но добротное платье.

— Ну и где сегодня носит этих теней? — пробормотала старуха. — В жизни не поверю, что всех переловила.

Она топнула ножкой в мягком, красном ботинке и подняла к подслеповатым глазам фонарь. На самом донышке трепетал маленький огонёк.

— Заскучал небось? Не было у тебя работы сегодня. Давай-ка переложим тебя, пока совсем не погас.

Марта достала потёртую табакерку со стеклянной крышкой. Внутри лежала свежая древесная стружка. Старуха сунула пару витков и щепок в фонарь. Из последних сил огонёк вгрызся в сухое дерево. Марта, прикрывая огонь от ветра, перенесла его в табакерку. Огонёк разошёлся, и под стеклом засияли две пары внимательных бусинок-глаз. Старуха убрала табакерку в большой передний карман.

— На что только Древний заставляет малышей Офагов так страдать? Сколько раз говорила, что наша планета не приспособлена для них. Всё равно стоит на своём, упрямый.

Марта погрозила кулаком джунглям.

— Похоже, сегодня никто не придёт. Пойдём домой, там ещё дел невпроворот.

Старуха повернулась к морю спиной и пошла в сторону города, но внезапно споткнулась на камнях и сильно упала, едва не разбив фонарь.

— Что такое? Неужели я совсем дряхлая стала, спотыкаюсь на ровном месте… Нет… Тут что-то другое. Ах… — глаза старухи покрылись белой пеленой. Когда пелена спала, Марта Нокс уже стояла возле моря и ждала.

Как уже с ней бывало, она знала, что произойдёт в скором времени. Линии будущего распутались и, среди густой мешанины серых, непрочных нитей чётко засияла одна жемчужная.

Волны продолжали накатываться одна за другой. Вскоре на горизонте показалась маленькая точка. Изображение перед старыми глазами плыло и скакало, рябило от маленьких серых мушек.

Точки, плывущие по воде, выросли, и даже Марта смогла разглядеть, как два больших лазурных существа, похожие на крупных дельфинов, на своих изогнутых спинах несли неподвижную фигуру человека.

Животные подплыли к берегу, Марта засуетилась возле воды, не в силах в неё ступить. Дельфины сделали круг, тоже не в силах подплыть ближе. Они защёлкали друг другу, и тогда один из них скинул человека со спины и носом подтолкнул к старухе. Волны подхватили тело и выбросили к ногам Марты, она уцепилась мужчине за руку и хрипя, потащила по камням и песку.

Запыхавшись, она осмотрела человека. На доспехах прямо на груди было нечто похожее на старое масляное пятно, в русых волосах спуталась тина, лицо с запавшими глазами было бледным и осунувшимся, но Марта узнала его.

Она прислушалась. Крис тяжело дышал. В нём едва теплилась жизнь, как в том огоньке, спрятанном в табакерке.

— Потерпи касатик, скоро будешь дома, потерпи.

Старуха подобрала подол и, семеня ногами, скрылась в джунглях.

— Стой, кто идёт? — головорез посветил фонарём. В лодке, среди груд тряпья и гнилой сети обвитой тиной, сидела сгорбленная старуха в выцветшем платье со множеством заплат. Её впалые морщинистые щёки, свисающая кожа и седые волосы, были особенно чётко видны в свете фонаря. От яркого света Марта прикрыла сухими крючковатыми ладонями лицо.

— Разве не видишь? — сказал второй. — Эта Марта Нокс, королева сумасшедших. Да опусти ты фонарь наконец.

Головорез послушался напарника. Лодка подплыла поближе, прямо к поднятой решётке. Тонкие руки старухи слабо гребли вёслами. Позёвывая, солдаты Метрополии наблюдали как, гребок за гребком, старуха медленно проплывает сквозь проход.

— Может, досмотрим её?

Второй головорез поморщился.

— Тебе надо ты и лезь.

— Так у нас приказ, досматривать всех.

— Ты хоть представляешь, как от старой карги воняет? Я отсюда чую запах. Такое ощущение, что эта полоумная с рождения не мылась. Плевать на приказ, я туда не полезу.

— Дело твоё, — головорез прыгнул в лодку.

Лодка закачалась. Он подошёл к Марте и принялся брезгливо тыкать багром в гнилую мокрую сеть. Маленькая хрупкая старуха поглядывала на молодого пышущего силой солдата, посмеиваясь уголками губ. Она видела каждое движение его мысли, читая их как раскрытую книгу. Когда-то давно и в ней теплилась такая же горячая жизнь…

— Что ты там собираешься найти, незаконный перевоз гнилой капусты? Эта полоумная старуха тут почти каждую ночь проплывает, а под утро возвращается. Только в дождь её не увидишь.

— А чего она по ночам делает в джунглях? — спросил солдат, продолжая тыкать багром в сеть. Ему показалось, что на дне лодки что-то блеснуло, но это была старая рыбья чешуя.

— Почём я знаю? Сумасшедшая вот и всё. Я в гарнизоне уже лет десять служу, отстань ты от неё.

— Эй, а тут у тебя что? Еда? — солдат посветил фонариком на что-то блестевшее у ног старухи. В нос ударила такая вонь, что его тут же стошнило в реку. Он спрыгнул обратно на пристань и принялся мыть руки подо ржавым краном. Второй головорез хохотал вовсю.

— Ну что, нашёл еду?

— Нет, только гнилую рыбу, — головореза снова стало тошнить.

— Вот ты дурень, — второй солдат засмеялся так, что едва не упал в воду. — Ладно, лучше пойдём нажрёмся, всё равно нам жить осталось от силы пару дней.

— Почему это?

— Ты что ещё не слышал? Вот чудик. Говорят Праудлион…

Лодка тем временем удалялась вниз по реке, и Марта не успела услышать, что говорили солдаты. Она наклонилась и получше припрятала большой свёрток, лежавший между сиденьем и задней стенкой лодки. Там-то и едва-едва помещалось тело Криса. Всё это время она закрывала его подолом юбки и подпирала большой мёртвой рыбиной, выброшенной на берег. Её то и заметил солдат.

— Сами вы пахнете, — возмутилась Марта. — И рыба им не нравится. В моё время мы и похуже питались. Пахать на таких надо, экие здоровые лбы вымахали.

Марта переложила тухлую рыбу на сеть и причалила к берегу. Её дом был уже неподалёку.

Старуха волокла беспомощное тело Криса по мостовой брусчатке. Если бы не Эфериум, она ни за что не сдвинула такую тушу с места. Трижды она останавливалась, чтобы перевести дух и замереть — своим внутренним взором она видела, когда кто-то из горожан смотрел в окно или проходил мимо отряд вооружённых головорезов, подчинённых лично Праудлиону. Это солдаты были одними из последних военных в Семилунном, которые действительно продолжали работать. Остальные гвардейцы пили после победы над сектантами.

Настроение у горожан и военных было безрадостное. У первых потому, что даже сектанты не сумели разгромить гарнизон Метрополии, а у вторых…

Никто не знал, что произошло, даже сами головорезы. Только внезапно над городом распространилось гнетущее чувство и пронёсся слух, будто скоро с ними всеми будет покончено. Слух распространил кто-то из самых высокопоставленных офицеров Метрополии. Ходили туманные намёки, будто военные провинились в чём-то очень глобальном, причём настолько сильно, что даже недавняя победа над сектантами не могла спасти их от неминуемого наказания, а вместе с ними и жителей Семилунного. Никто не знал, в чём их вина и что произойдёт, но над городом всё больше сгущалось неотвратимое чувство непоправимой беды.

Личный отряд Праудлиона дошёл до конца площади. Они не увидели Марту и её ношу, как не заметили и мокрого следа тянущегося от берега. Их отвлёк странный человек в капюшоне на противоположной улице. Увидев военных, незнакомец сразу же побежал, а солдаты бросились за ним.

Сильно устав и вспотев, Марта затащила Криса в свой дом. Она закрыла дверь и сползла на пол, тяжело дыша. Просидела минут пять, держась за сердце с прикрытыми глазами. Эх, где мои былые годы? Я уже не настолько молода, чтобы выполнять столь тяжёлую работу.

Дверь на втором этаже открылась, и в коридор вышел Джордж. Увидев бабушку, он сбежал по лестнице и остановился, сонно глядя на неё.

— Ба! Ты опять за старое?! — Джордж мгновенно пришёл в себя.

— Чего встал? Помоги мне.

Он подошёл поближе. Лицо лежащего на полу невозможно было не узнать, даже несмотря на смертельную бледность и лёгкую щетину. Метрополия установила листовки и экраны с изображением Криса по всему городу.

— Кого ты сюда притащила? — зашипел Джордж. — Об этом преступнике со всех щелей трубят!

— Крис такой же преступник, как ты или я. Посмотри на него, разве тебе его не жалко? Ещё одну жертву миров между мирами выкинуло к моему порогу. Мы должны ему помочь.

— То же самое ты говорила про Эрла и Кони.

— Ты не был на других планетах. Ты не знаешь, насколько жестоки могут быть чужие миры и существа обитающие на них.

— Бла-бла-бла.

— Хватит паясничать, собираешься мне помогать или нет?

Мальчик покачал головой.

— Ты с ума сошла, это же надо было додуматься, притащить самого разыскиваемого преступника Метрополии в наш дом.

— Пф, все так считают. Не стой столбом, берись за правую ногу, а я за левую, потащим его вверх по лестнице.

— Давай лучше в реку выкинем и забудем, что мы вообще его видели.

— Юноша, вам не стыдно говорить так о живом человеке? Будь тут дед, он бы тебе всыпал по первое число, а потом бы ещё уши надрал, чтобы как следует запомнил.

— Опять ты меня дедом пугаешь.

— Ишь, мальчишка, — глаза старухи сощурились. — Да не пугаю я, а привожу пример, на кого равняться надо. И попробуй только спорить начать, получишь у меня, — старуха пригрозила кулаком.

Мальчик притих.

— А если кто-нибудь узнает, что мы его у себя скрываем? Нас же обоих повесят.

— Не узна́ют, если будешь держать язык за зубами. Помогай давай, через минуту опять патруль пойдёт. Они могут заметить огни в доме.

Внук вздохнул. Они вдвоём потянули Криса за ноги и потащили вверх по лестнице. На каждой ступеньке Крис слегка ударялся головой, но так и не пришёл в себя.

— Что с ним?

— Тени поработали. Тащи быстрее, нам ещё раны обрабатывать.

Криса подняли на третий этаж, в комнату к Филиппу. Филипп, стоя у растянутого во всю стену холста, даже не обратил на них внимания. Криса положили на кровать и начали снимать доспехи, на их поверхности виднелось не оттираемое маслянистое пятно. На белой груди Криса, прямо под пятном, обнаружился широкий варёно-красный рубец, а сам он тяжело дышал.

— Как так? — удивился Джордж. — Шрам есть, а доспехи не пострадали.

— Отметка теней, — Марта отвела взгляд. — Плохо дело, но могло быть и хуже. Будь у него шрам ещё и на спине, он был бы уже мёртв. Видимо что-то пошло не так.

— Может, она того, промазала?

— Тени никогда не мажут, уж я-то навидалась, — сказала Марта мрачно. — Нет, здесь что-то другое. Только он сам сможет рассказать, что с ним произошло.

Марта и Джордж посмотрели на осунувшееся и бледное лицо Криса.

— Как думаешь, он придёт в себя? — спросил Джордж.

— Кто знает… Такие вещи ведомы только Древним, да небесам. Пойдём спать, ему надо набираться сил.

Марта с Джорджем вышли. В замочной скважине тихо прошуршал ключ, послышались удаляющиеся вниз шаги. Филипп оторвался от картины, задумчиво взглянул на лежавшего в кровати человека, покусал кончик кисточки, а потом нарисовал среди чёрных планет старца с бородой. Из руки старика исходил длинный, ярко-красный луч, пронзая заснеженный горный пик на горизонте. Филипп потянулся, помыл кисти и лёг спать.

Глава 92. Скрытое на виду

Утром следующего дня Марта Нокс вместе с внуком кормили сидевших перед ними мужчин и женщин. Люди эти никак не реагировали на происходящее и только бессмысленно смотрели перед собой, молчаливо пережёвывая кашу. Когда Марта заканчивала с очередным бедолагой, Джордж выводил сумасшедшего за дверь и усаживал под навесом перед домом. Там они проводили весь день сидя и прося милостыню себе на еду.

Никто, кроме Марты, уже не помнил, с каких пор у них в доме открылось пристанище для сумасшедших. Так получилось, что Марта и сама когда-то была сумасшедшей. Она долго бродила по планетам, пока не встретила одного из Древних. Это существо не исцелило её разум, оно наблюдало и разговаривало с ней. Со временем Марта пришла в себя. С тех пор она начала помогать другим бедолагам, которые по тем или иным причинам сошли с ума, путешествуя между мирами.

Началось всё с одного престарелого бродяги, который шатался по улицам Семилунного, спал под открытым небом и никого не узнавал. Марта подобрала его, вымыла и вычистила. Он жил у неё долгое время, а потом поселились и другие.

Она знала, что людям этим нужно немного — вовремя есть, вовремя спать, да почаще бывать среди обычных людей. Только так у них была надежда найти себя, вспомнить, кем они были на самом деле.

Вот почему Марта каждый день выводила сумасшедших на улицу и рассаживала под тентом, где, обдуваемые потоками тёплого ветра, несчастные могли наблюдать за горожанами. Никто не знал, сколько нужно было времени, чтобы человек исцелился. У некоторых на это уходили недели, а другие уже много лет пребывали в подобном состоянии. Не все приходили в норму, некоторые, как Филипп, так и оставались полоумными до конца, хотя могли поддерживать беседу и узнавали других. Но Марта продолжала верить и бороться за каждого. Она разговаривала с ними и просила своих знакомых тоже общаться с её постояльцами.

В первый же год число сумасшедших в её доме достигло шести человек. Четырёх она буквально подобрала на улице, а других ей привели добросердечные женщины. Денег, выделяемых мэром на их семью, быстро перестало хватать на такую ораву. Ей приходилось трудиться на плантации, и она не успевала кормить и обхаживать больных. Так продолжалось довольно долго, пока кто-то в шутку не поставил перед одним из умалишённых миску для подаяний. В тот же день там оказались деньги и еда. Марта поняла, что людям вокруг не всё равно. С тех пор число сумасшедших в её доме значительно выросло, а сама она жила с подаяний.

Шли дни. Конец года закончился, сентябрь сменился январём. Три недели Крис провалялся в комнате и основательно оброс густой каштановой щетиной. Ранним субботним утром пятого января, Марта после завтрака смотрела, как её внук выводил сумасшедших на улицу.

— Его тоже прихвати, — сказала Марта.

— Прости, что?

— Выводи, выводи, — Марта откинулась на спинку стула. В уголках её губ замерла хитрая улыбка.

— Ты опять что-то задумала? Я в твоих играх участвовать не собираюсь!

— Моё прозрение говорит, что…

— Ба, ну хватит уже со своим прозрением. Оно не всегда срабатывает.

— На то они и нити будущего, чтобы постоянно меняться.

Джордж закрыл уши руками.

— Мммм, ааааа, уууууу, я не хочу ничего слы-ы-ы-ыша-а-а-ать…

— Сейчас я не ошибаюсь. И хватит вести себя как ребёнок.

— Я же сказал, не верю я в твои предсказания.

— Так я и не предсказываю, я знаю что его никто не узнает. Подойди сам и взгляни, — Марта хитро улыбнулась, достала из шкафа большой зелёный халат и накинула поверх старой одежды Криса. — Ну как?

— Что ты сделала? — спросил Джордж ошеломлённо. — Это что, магия какая-то?

Джордж в упор смотрел на Криса, но видел перед собой совершенно другого человека. Человек этот больше походил на торговца с восточного базара.

— Выведи и проследи. Если его никто не узнает, я разрешу тебе целый год по ночам читать книги.

— Ага, а если поймают, то я уже ничего не смогу прочитать, — Джордж пожевал губы. — Ладно, твоя взяла. Но как ты это сделала? Почему даже я не могу опознать его?

— Сместила акцент с внешности, на одежду. Людей узнаю́т по одежде, а в этом халате, да ещё и с бородой, он совсем не походит на себя прежнего.

Джордж вывел Криса на улицу и посадил его в гуще других сумасшедших. Из выреза халата на груди Криса едва заметно выглядывал красный рубец. Он сидел, не шевелясь, на всеобщем обозрении, а позади стоял Джордж. Торопливые горожане сновали, мимо почти не обращая внимания на очередного полоумного. Лишь однажды старик с длинной бородой бросил ему милостыню в виде трёх серебристых монеток.

Джордж ждал. Мимо промаршировал отряд Метрополии. Командир гарнизона посмотрел на выделявшегося зелёным халатом Криса. Его взгляд скользнул по нему, но не задержался. Трижды промаршировали другие отряды головорезов, но все прошли мимо. Джордж восхищённо наблюдал за происходящим. Он даже снял одну из листовок со стены и сравнил Криса с портретом.

— Подумать только, — сказал Джордж. — Тебя и вправду невозможно узнать.

Он положил листовку у ног Криса и отошёл в сторону. До вечера горожане продолжали раздавать милостыню, но так никто и не смог узнать самого разыскиваемого преступника Метрополии. Прежде чем уйти, Джордж присел возле Криса.

— Забавно что никто тебя не видит, хотя тебя ищут по всему городу. Ты хоть понимаешь о чём я говорю?

Но Крис так же неподвижно сидел на улице. Джордж вздохнул. Рядом остановился прохожий.

— Эй, Джордж хватит притворяться чокнутым. Даже не надейся получить милостыню от меня.

— Больно надо.

Остановился ещё один прохожий.

— Хватит лентяйничать, иди бабушке помогай.

— Так, я уже помогаю. Бабушка велела мне проследить за новеньким, — Джордж встал и размял затёкшие ноги.

— А кто это? — спросил горожанин, разглядывая Криса. — Его лицо мне кого-то напоминает.

— Мне тоже, — сказал другой. — Откуда он?

— Да пёс его знает. Ба сказала, его занесло сюда откуда-то с востока. По-нашему вообще не понимает.

Горожане поболтали ещё и ушли. Джордж хмыкнул. Слух о новом полоумном, сидящем на площади, быстро разнесётся по городу, и все будут думать, что он и вправду откуда-то с востока. Хитрость Ба оказалась безотказной. В конце концов, Джордж уже и сам начинал верить, что Крис пришёл с востока.

В пятницу начался сезон дождей. С деревьев опали зелёные листья, горожане редко выходили на улицу, и с милостыней стало похуже.

Меж тем жизнь в городе шатко, но тянулась вперёд. Несмотря на все ограничения, введённые Метрополией, семилунцы продолжали гулять, встречаться, отдыхать. Даже бесконечные проверки стали рутиной. Когда в твой дом заглядывают по нескольку раз на дню, а порой и не заглядывают, а просто спрашивают по списку, ты начинаешь понимать, что личная жизнь не такая уж и большая тайна, и смиряешься со своей участью.

Правда, торговля на Семилунном почти завяла, что отразилось и на доходах самих горожан. Соседние расы, на территории которых посматривала или даже пыталась вторгнуться Метрополия, расторгли контакты с людьми и объявляли бой каждому человеку, посещавшему их планету. Для планетян все люди были одинаковыми на лицо, принадлежали к расе захватчиков, а значит, были с Метрополией заодно. Одного факта, что ты человек, было достаточно, чтобы планетяне считали тебя врагом. По счастью, горожане никогда не покидали свою планету, так что бо́льшую часть ударов принимали на себя головорезы и сектанты.

Развитые расы использовали эту ситуацию в своих целях, пытаясь замедлить наступательное движение Метрополии, но у них получалось с трудом. Метрополия раскинула свои сети больше чем на триста планет, где одновременно делало всё, что подобает делать каждому уважающему себя планетарному гегемону — войны, политические интриги, грабёж ресурсов, кража технологий, захват территорий и массовое рабовладение. Так продолжалось из года в год, но только в последнее время Метрополия достигла своего пика и активизировала атаки даже на прежде нейтральные и доброжелательные к людям планеты. Похоже что захват Семилунного был лишь частью плана Метрополии.

Метрополия давно и заслуженно носила свой статус — государство, стоя́щее во главе остальных, подчинённых ей колоний. Только Члены Элиты знали, на скольких планетах Метрополия одержала победу, и на скольких планетах победу ей ещё предстояло одержать. Ходили упорные слухи, что таких миров уже больше сотни, а Метрополии всё было мало.

Практически ежедневно любой из горожан хоть раз видел караван с большими, гружёными обозами, едущими в сторону портала на Лотариум. Теперь же количество вывозимого увеличилось чуть ли не втрое. Дель и Вель, работавшие в регистратуре портала, жаловались, что теперь у них стало слишком много работы.

Но самым поразительным было, что ресурсы, привезённые с других планет, исчезали на Лотариуме словно в чёрной дыре. Ходили упорные слухи, что члены Элиты забирали всё себе, пряча добытое в огромных подземельях Лунного замка.

Шло время. Много времени. Закончился короткий сезон дождей, листья вновь выросли на налившихся деревьях, земля высохла и дала буйную палитру ароматных цветов.

Январь сменился февралём, а Крис никак не приходил в себя. Его борода опустилась до ключицы. Марта заметила, что ему нравится поесть и погреться на солнышке поутру. Люди проходили и уходили, и никто не узнавал его. Горожане даже дали имя новому сумасшедшему. Его называли «восточный гость», и никто не узнавал в нём, самого разыскиваемого человека между мирами.

Но так не могло продолжаться вечно. Никто не мог предусмотреть всех нитей судьбы, которые ткало такое множество людей.

Одним прекрасным, субботним днём, по улице шёл грузный человек с массивной челюстью, пережёвывая на ходу палку сухой колбасы, казавшуюся не больше сосиски в его огромной ладони. Гигант остановился на площади, сыто рыгнул, подтянул широкий ремень и огляделся по сторонам.

Его острый, пронзительный взгляд остановился на сумасшедшего в изумрудном халате и скользнул было дальше, но вернулся обратно. Глаза гиганта широко распахнулись, он уставился на полоумного, не в силах поверить своей находке. Рот здоровяка приоткрылся, кусок колбасы выпал из его пальцев-сарделек. Гигант выругался и бросился прочь, расталкивая по пути случайных прохожих.

— Вы не имеете права вламываться ночью в мой дом, — закричала Марта.

Раздался звук выбитой двери. Согнувшись, на пороге стоял грузный гигант с чёрной бородой. Он легко оттолкнул старуху, женщина повалилась на пол и замерла.

— Выметайся отсюда, обезьяна, — Джордж со всей силы ударил громилу толстым прутом по руке.

С громким хрустом палка сломалась. Громила хмуро посмотрел на наглеца и отвесил оплеуху ладонью размером со спинку стула. Мальчик отлетел на несколько метров и тоже потерял сознание.

— Т-т-ты ув-в-верен, что м-можн-но зайти? — раздался надтреснутый, шамкающий голос.

— Да, хозяин, только держитесь позади. Он всё ещё здесь.

Из-за широкой спины выглянул старик с редкой седой бородой, запавшим ртом и длинными белоснежными волосами. Старик шёл, опираясь обеими артритными руками на тонкую резную трость. При каждом шаге его шатало и трясло.

— Не высовывайтесь, он может напасть в любой момент.

Старик хлестнул здоровяка тростью по спине.

— Хватит ука-а-зывать мммне к-к-кретин.

— Простите мастер, — гигант почтительно склонил голову. Старик вцепился в его необъятное запястье своими худыми белоснежными пальцами.

— Н-н-найди его с-сскорее, ттолько не у-у-убивай, это должен с-с-сделать я с-сам, иначе сс-силы не в-в-вернутся.

Гигант кивнул, поднял упавшую связку ключей и одну за другой принялся осматривать комнаты. Спящие люди вскакивали на шум и, просыпаясь подслеповато глядели на гиганта, моргая от яркого света его фонаря. Гиганту было достаточно одного взгляда, чтобы осмотреть всех в комнате, затем он бросался к следующей.

Старик тем временем, трясущимися руками вытащил длинный кинжал. Но, дойдя до лестницы, схватился за сердце и присел на ступеньку. От волнения ему стало совсем плохо. Дыхание сбилось, глаза помутились от боли.

— С-с-скорее…

Старик захрипел и сполз на пол. Из его рта потекла мутная, кровавая пузырящаяся слюна.

Наверху раздался шум. Дверь в одну из комнат не открывалась, и огромный мужчина сломал её толчком ладони. Оттуда раздались слабые крики.

— Кто вы такой, что вам надо? Эй! Что вы творите, не трогайте его, он болен!

— Так вот ты где, сволочь, — заорал великан сверху так громко, что задрожали стены на первом этаже.

— Выпусти его или умрёшь, — раздался другой, спокойный голос.

— Не придуривайся!

— Я тебя предупреждал…

Наверху послышалось пыхтение и шум. За ними последовал рёв, сотрясший стены и потолок. Окна в соседних домах загорелись, но тут же погасли. После минутной борьбы шум переместился ближе в перилам. Ещё миг, и со страшным криком с третьего этажа, головой вниз на гранитный пол свалилась огромная туша. Гигант дёрнулся и замер.

Сверху за этим наблюдала облачённая в доспехи сектанта фигура, лицо которого скрывала длинная, густая тень…

Часом позже, среди чахлых кустов на берегу багровой реки сидел человек, одетый в разодранный зелёный халат. В свете семи лун было видно, мужчину, который держал у себя на коленях голову старика. С морщинистых губ силились слететь слова, но старик мог только бессильно хрипеть, яростно вращая налитыми кровью глазами. Он слишком долго жил и знал, что пришло его время. Наконец, старик задрожал, длинные, жёлтые, изогнутые ногти заскребли по мокрой гальке, он выгнулся дугой и затих.

Человек в зелёном халате сидел неподвижно. Лишь две блестящих слезинки сами собой скатились по щекам и упали на лицо старика. Мужчина встал, завернул немощное тело в белую ткань и принялся копать. Всю ночь он копал яму и только под утро вернулся домой. Джордж и Марта задрожали при виде него, но человек поднялся по лестнице, рухнул на свою кровать и уснул.

Глава 93. Триггер

Утром по площади города обычно вышагивали бодрые караулы Метрополии. Но сегодня военные выглядели как-то совсем удручённо — их одежда сидела мешком, была грязной и измятой, словно они всю ночь ползали по земле.

Марта, с перебинтованными руками, помогала внуку выводить сумасшедших на улицу. Джордж с повязкой на голове и налившимся фингалом, старался не смотреть ей в глаза.

Последним, словно нехотя, Марта вывела Криса, одетого в грязный от глины халат и замызганные тапочки. Она была слишком больна сегодня, чтобы стирать его одежду, и до сих пор не отошла от событий прошлой ночи. Её руки тряслись, а глаза бегали по лицу. Раз за разом она старалась заглянуть в будущее и прошлое, пытаясь понять, почему не предвидела такого исхода. Но дар внезапно оставил её, и она не видела ничего, кроме смутных теней…

Умалишённые сидели, скрестив ноги перед пустыми мисками для подаяний. По странному стечению обстоятельств, улицы сегодня оставались голыми, только изредка доносился шум то в одном доме, то в другом. Наконец, даже солдаты перестали появляться со своими обычными обходами. Над городом зависло гнетущее напряжение, ожидание грядущей бури витало в воздухе.

В полдень на улице Роз появились две фигуры, облачённые в оскаленные маски, матово-чёрные доспехи, и чернильными раздуваемыми ветром плащами. Так одеваться могли только сектанты, но полоумным невдомёк было задаваться вопросом, как сектанты попали в осаждённый Метрополией город.

Двое незнакомцев приблизились к сумасшедшим и остановились напротив человека в грязном халате. Голова его была опущена к подбородку. Сектант легонько пнул Криса носком ботинка по голени. Голова Криса качнулась, но он даже не взглянул на них.

— Проклятье, как же у меня рёбра болят после вчерашнего.

— Лучше представь, как у него всё болит.

— Плевать, он всё равно сейчас ничего не чувствует, — первый застонал. — А тот громила нас вчера попотеть заставил.

— Как по мне, мы здорово повеселились.

— Тебе лишь бы подраться, — фыркнул первый.

— Ну а чем ещё заняться одинокому Вэлиту в свободное время?

— Проклятье, — выругался сектант и снял маску. Под ней оказалось хорошо ухоженное лицо. Человек оправил русые волосы, на его мизинце блеснул огромный перстень. — Как думаешь, он станет когда-нибудь нормальным?

— Кто знает… — ответил второй, тоже снимая маску, обнажив худое, испещрённое шрамами лицо с опухшей скулой.

— Я не силён в медицине, — сказал Вут, — но выздоровление может затянуться на долгий срок. Лишь нечто особенное способно вывести его из подобного состояния. Событие из прошлой жизни например, случайное слово, а может, какой-то известный и понятный только ему одному образ.

— Где ты такого нахватался, ты же не врач, — Бен прищурился.

— Конечно, не врач. Я подслушал, что говорила старуха.

Рэлит почесал подбородок кончиками ногтей.

— Если и вчерашний стресс на него не подействовал, то он может проторчать тут долго… Кара его разрази, как не вовремя. Знать бы, что способно вывести его из этого состояния. Он нам сейчас нужен позарез.

— Может, попробуем без него?

— Не получится, сам знаешь причину.

— М-да, пожалуй, тут ты прав. Нам остаётся только ждать.

— Можно подумать будто когда-тоя бывают неправ, — фыркнул Бен.

Они ещё немного постояли возле Криса, а затем ушли. За всё время Крис так ни разу не взглянул в их сторону…

Ровно в полночь в городе раздался шум. Горожане хлынули на улицы, пели, плясали, поздравляли друг друга, запускали фейерверки, огненные шутихи, изрыгающих пламя драконов, и большие взрывающиеся летающие шары. Повсюду горел свет, и раздавалась музыка. От звука фейерверков, песен и праздничного гула дрожали окна и стены.

Крис, который к этому времени спал, проснулся от особенно сильного хлопка и больше не мог уснуть. Он лежал, глядя на переливчатые вспышки огней, бегавших по потолку.

Повернулся на другой бок. Там неизвестный рисовал на большом холсте, растянутом во всю стену. Круглые линии пресекались с яркими точками, не значащими для Криса абсолютно ничего. Так получилось, что единственное окно оказалось затянуто этим холстом. И каждый раз после очередной вспышки, на картине высвечивалась фигура длиннобородого старца с металлической трубкой в руке, из трубки вырывалось яростное пламя.

Вспышки и огни за окном, подсвечивая фигуру, делали лицо и пламя живыми. Невольно увлёкшись игрой теней и света, Крис проследил за лучом, бьющим из оружия старика. Направленный свет пролетал сквозь чёрную бесформенную тень и исчезал в дальнем углу картины, пронзая большую гору на горизонте. На месте удара луча в камне зияла ровная круглая дыра.

Крис часто заморгал. Над стариком висела большая золотистая планета, окружённая россыпью серебристых звёзд. На мгновение в чертогах разума всплыла мысль, что в руках старика было несомненно мощное оружие, которое что-то очень напоминало…

Всё тело сковал леденящий холод, идущий от шрама на груди, и даже толстое одеяло не могло спасти от озноба. Неосознанно Крис наполнил ладони Эфериумом и положил себе на грудь. Не сразу, но лёд, сковавший его изнутри, отступил, и по телу стало медленно разливаться блаженное тепло. Он повернулся на другой бок и провалился в сон.

Следующим утром Крис окончательно проснулся. Встал, подошёл к зеркалу и умылся. Из отражения на него смотрели запавшие глаза и чьё-то совсем чужое бородатое, загоревшее лицо. Он непонимающе провёл по шраму на груди и поморщился. Рёбра болели со всех сторон будто его охаживали палками всю ночь, а кожа на обоих кулаках оказалась разбита, словно он шлёпнулся с большой высоты и ещё хорошенько подрался. Но вот только с кем?

Кажется, Крис начинал припоминать. Был какой-то удар… то ли катастрофа, то ли взрыв. Он помнил толчок, а затем, как падал в густую черноту. И вот он здесь. Но где это «здесь» и сколько кара разрази времени прошло с тех пор?

Крис обвёл взглядом пятиугольную комнату. На стенах висело множество картин, даже окно забрано длинным холстом. Одна кровать пуста, на второй лежит мужчина, чьё лицо смутно кажется знакомым. Да и комната эта… он припоминал, что видел её когда-то слишком давно, словно в прошлой жизни. Помнится, одна старуха по имени Марта, пустила меня тогда к себе переночевать и сказала, что я могу оставался у неё сколько захочу.

Крис вздрогнул. Неужели, всё что со мной происходило, было лишь сном? Я ясно помню, как сбежал с Семилунного и даже стал лидером сектантов. А потом…

Разум отказывался вспоминать, что случилось потом. Кошмар был слишком ярким, слишком глубоким и реалистичным. Но ведь не может же всё быть сном? Да вот же он, мой ярко-красный плащ и доспехи лежат возле кровати. Нет, всё что случилось за последние месяцы, мне точно не приснилось.

Неопределённость ушла, и сразу стало легче. Крис выдохнул, снова подошёл к зеркалу и принялся разглядывать себя. На него глядело совсем чужое, незнакомое лицо. Он критично осмотрел бороду до шеи и грязные, длинные ногти.

— Да-а-а, давно ты так себя не запускал, приятель.

Он умылся и побрился, благо хоть его сектантский нож оказался на месте. Освежив лицо окатился водой до пояса и, наконец, ощутил себя полным сил. Руки бугрились мышцами, тело пружинило и жаждало действовать. Крис сжал и разжал кулаки. Кожа скрипнула. Несмотря на боль в рёбрах и, как выяснилось, раны в правой ноге, он чувствовал себя превосходно.

Крис надел доспехи, обувь и штаны, выстиранный алый плащ с нашитым буревестником. Повернул запястье к себе, чтобы увидеть время, и от удивления даже постучал по хронометру — 7:13, 8 февраля 325 года — должно быть сломаны, надо будет починить. Подошёл к двери, с досадой вспомнил, что старуха всегда закрывала её на ночь. Но, к его удивлению, сейчас дверь оказалась открыта.

На площадке третьего этажа опасно отсутствовали деревянные перила. Вместо них были натянуты гниловатые на вид верёвки, пахнущие пылью. Крис перегнулся и посмотрел вниз. На гранитном полу первого этажа образовалась густая сеть отчётливых трещин. Крис присвистнул от удивления и отёр пот со лба.

— Похоже, здесь упало нечто очень массивное.

Решив больше ничему не удивляться, Крис бодро спустился по ступеням.

На кухне Марта, как всегда, кормила людей. Правда, сегодня её запястья и ладони были обмотаны белыми бинтами. Рядом, облокотившись на спинку стула, сидел внук, держа тряпку со льдом на голове.

— Как жизнь?

Джордж выронил компресс на пол и уставился на Криса. От неожиданности его рот начал открываться и закрываться, словно у рыбы, выброшенной на берег.

— Бывало и лучше, — Марта многозначительно посмотрела на Криса, продолжая кормить седого старика.

— Как я вас понимаю. Может, хоть вы мне скажете, что случилось вчера? Такое ощущение, что по мне катком проехались.

Джордж наконец обрёл дар речи.

— Ты видела, нет, ты видела?! Он разговаривает!

— Рада за него, — сказала Марта не поворачиваясь. — Пусть ест и проваливает, — старуха подбородком указала на серую, невзрачную кашу.

— Вы как будто ждали меня, — Крис взял ложку и принялся жадно есть.

Еда оказалась вкусной, овсянка со сливочным маслом. Одной тарелки было маловато, и он посмотрел на вторую, стоявшую чуть дальше.

— Даже не рассчитывай, — фыркнул Джордж. — Бабушка всегда делает эту порцию на тот случай, если кто-то проснётся.

— Ну вот я и проснулся, значит, еда моя.

Джордж вытаращился на Криса, но тарелку подвинул.

— Вот теперь можно и идти, — сказал Крис после еды. — Спасибо за всё и… извините, если что не так, — Крис посмотрел на Марту. Старая женщина кормила следующего мужчину, по её щекам стекали дорожки слёз. — Ну, я, пожалуй, пойду, если вы не против.

— Убирайся отсюда, — Марта вытерла щёки перебинтованной рукой.

Крис встал и отправился к двери.

— Только не смей отступать, понял? — рявкнула Марта, поворачиваясь к нему. Глаза её яростно блестели. — Не вздумай бояться, покажи этим уродам!

— Обязательно, — просиял Крис.

Глава 94. Звезда Крома

Крис уже дошёл до конца пустой площади, когда вспомнил, что забыл свою маску на тумбочке. Он тихонько вернулся в дом старухи и взбежал по ступенькам башни на третий этаж.

В комнате стоял полумрак. Филипп спал на том же боку, отвернувшись к стенке. Крис подошёл к своей кровати и схватил маску, кого его взгляд задержался на большом, во всю стену, полотне. Он сам когда-то рисовал и отошёл подальше, критически разглядывая картину целиком.

В чёрном небе висела золотистая планета. В центре композиции стоял белобородый старик с длинной бородой и в белых же одеждах. Его морщинистое лицо было напряжено, в руке он держал гладкий металлический предмет, то ли яйцо, то ли полусферу. Из предмета вырывался яркий, толстый луч и насквозь пронзал тёмную, бесформенную фигуру тени. Лицо тени искривилось, рот был открыт в немом крике. Оружие, способное уничтожить этих бесплотных тварей? Невероятно.

Крис проследил за лучом. Пламя пролетало сквозь камни и деревья, оставляя дыру у себя на пути, и вонзалось в гору, стоявшую на горизонте. Там, где в камни ударил луч, в скалах зиял оплавленный огромный тоннель.

— Мазки слишком крупные, — пробормотал Крис себе под нос. — И пропорции странные. Лицо у старика растянулось, да и руки длинноваты.

Куча тряпья шевельнулась.

— Неправда, — сказал Филипп, высовывая из-под одеяла растрёпанную, лысеющую шевелюру. — Нарисовал один к одному.

— Так уж один к одному? — прищурился Крис.

— Клянусь своим ухом, всё так и было. И пропорции, и лицо.

— Что, и оружие с горой тоже там были? — усмехнулся Крис.

— Вот не сойти мне с этого места, были, — сказал Филипп, но неожиданно встрепенулся. — А ты кто такой будешь? Уж не шпион ли? А ну, пшёл вон отсюда, не знаю я ничего. Проваливай говорю, — Филипп замахнулся недопитой бутылкой вина, но тут же выругался, разлив остатки пойла.

— Свой я, успокойся. Неужели не помнишь меня? Мы с тобой как минимум пару дней в одной комнате прожили.

Филипп вылупился на Криса.

— Впервые вижу вас, уважаемый. Я, знаете ли, сплю в такое раннее время. Может и виделись. Допускаю. Но видели вы меня, а не я вас. Марта то и дело приводит в мою комнату всякий сброд, пока я сплю. Так что мне невдомёк, кто вы такой, я вас не видел, значит, не знаю.

Крис фыркнул. Лжёт ведь гад и не краснеет.

— Неважно. Твоя картина поражает. Я и сам раньше рисовал, но до такого мастерства не дошёл.

— Спасибо. Старался, — Филипп потупил глаза, разглядывая испачканные в разной краске ногти.

— А что за пламя гору пронзило? Ну ту, на горизонте.

— Известно что. Оружие Крома.

— Ты видел оружие Крома? — переспросил Крис.

— Конечно. Говорю же, собственными глазами.

Крис почесал подбородок. Оружие, способное уничтожать целые миры. Уж ни этой ли подобной штукой проделали туннель в горах Семилунного? И уж не об этом ли оружии говорила ему одна из Теней. «Вы хотите его найти, но его здесь нет». На мгновение ему почудилось, что воздух вокруг задрожал от напряжения. Если это действительно окажется правдой…

— А где… ты его видел? — спросил он, тщательно подбирая слова. — На какой планете?

— А я и забыл уже, — почесал голову Филипп. — Я же сумасшедший. Я как лет семь назад это увидел, так и того, — он покрутил пальцем у виска.

Крис расстроился. Очередной тупик. Но Филипп неожиданно рассмеялся.

— Знаешь, я тут вспомнил. У меня сохранились дневники Крома, я принёс их с собой. Если у тебя есть чем заплатить, то я готов тебе их показать, но при одном условии: ты можешь читать их только здесь, под моим присмотром.

Крис критически оглядел комнату. Филипп был наивным ребёнком, если записи Крома вправду существовали, то наверняка этот полоумный спрятал их где-то здесь, скорее всего, в своей тумбочке. Может обмануть его? Нет. Но и заплатить ему тоже нечем. Хотя погоди-ка…

Крис вытащил длинный цилиндр, сжал особым образом и раскрутил. На ладонь выпали светящиеся золотистые шарики.

— Ну как, пойдёт тебе такое золото? — спросил Крис, вглядываясь в мерцающие глаза художника.

— Мне, дай мне! — взвизгнул Филипп. Крис, улыбаясь, высыпал содержимое цилиндра в подставленные ладони художника. Филип, трясясь, дотащился до кровати, вывалил золотые сферы на своё тряпьё и стал любоваться ими.

— Где записи? — спросил Крис.

— Да в тумбочке они, — ответил Филипп, не отрывая взгляда от своего сокровища. Потом встрепенулся. — Только не забудь про уговор, читать их здесь и никуда…

— Да-да, — отмахнулся Крис, доставая из тумбочки стопку толстых кожаных дневников. Вскоре он так погрузился в чтение, что забыл о том, что происходит вокруг и где он сам находится.

Примерно через час Крис отложил последний дневник и устало протёр глаза, уставшие от мелкого, убористого почерка. Перед ним на маленьком журнальном столике высилась толстая пачка обитых кожей ежедневников. У него шла голова кругом. Записи Крома и вправду оказались не подделкой. Теперь многое становилось понятно…

Проклятье! Чужие правила в новых мирах совсем сбили меня с толку. Как можно было не заметить того, что так явно было скрыто на виду?

Крис закрыл глаза. Перед внутренним взором, как настоящий, вновь возвышался золотой храм на Сектариуме и лица лидеров сект. Уж кто кто, а они точно знали больше, чем говорили. Пока он состоял в секте, лидеры проворачивали свой хитрый план прямо у него под носом. Всех новичков заставляли непременно попробовать открыть портал в древнем, отделанном золотом храме. Даже он сам стал жертвой их уловок и махинаций. Если я не разозлился тогда на Кохрейна, то непременно задал бы себе вопрос: а зачем главы сект так стремятся открыть портал в золотом храме?

Дневники Крома дали ответ. Лидеры использовали новичков в надежде, что хоть кто-нибудь сумеет подобрать ключ и открыть древний храмовый портал. Об этом они заявляли чётко и громко, во всеуслышание, но не говорили об одном — куда он ведёт. Сектанты настолько привыкли к этой глупой процедуре, что никто особо и не верил, будто портал и в самом деле работает, так что смысла задумываться обо всём остальном не было. Многим это казалось просто ритуалом, обрядом инициации новичков, не более чем традицией.

Крис подошёл к картине. Луч из непонятного предмета в руках старика пролетал сквозь бесформенную фигуру и летел дальше. Луч, без сомнения, был мощным. Оплавленная гора на горизонте была тому неопровержимым доказательством.

Позади раздалось тактичное покашливание. Крис обернулся. На пороге стояла Марта.

— Ну как, дочитал записи Крома?

— До сих пор не могу поверить, что такие сокровища хранились здесь.

Марта пожала плечами.

— Для кого сокровища, а для кого записки сумасшедших.

— Правда, что портал на последнюю планету находится на Сектариуме?

— А что в дневниках написано?

— Что Кром ушёл в высшие миры и бесследно пропал, но не сказано, где он закончил свой путь.

Глаза старухи замерцали в тусклом свете, пробивавшемся из-за холста.

— А ты сам как думаешь? Веришь в то, что написано или только в свои глаза и уши?

— Я думаю, что правда сокрыта везде, нужно лишь терпеливо искать её.

— Тогда ты знаешь ответ. Портал находится на Сектариуме.

— Раньше я думал, что все вокруг ищут портал в мир Крома, чтобы его разбудить…

— И позвать на помощь? — Марта фыркнула. — Кому нужна сто двадцатилетняя развалина? Всем вокруг нужно лишь оружие Крома, не он сам, а его сила, — глаза Марты засверкали от гнева. — Только вот знаешь что? Планету-то Галдахар отыскал верную, но сможет ли кто-нибудь его приспешников хотя бы взять оружие Крома в свои руки? Не уверена…

— Галдахар? — удивился Крис.

— Он самый, — старуха сухо кивнула. — Ты сам поймёшь, если хорошенько подумаешь. Ему повезло получить информацию от последнего живого сектанта, перед тем как тот умер. Но даже так, Галдахар ещё много лет шёл по следам Крома — Сектариум. Тогда-то он и возродил орден сектантов из пепла.

— Подожди, мне казалось, что сектанты о которых говорил Кром в своих записях, те же что и сейчас.

— Пф, — фыркнула старуха. — Все настоящие сектанты покинули Семилунный после второй зачистки в двенадцатом году. Кром ушёл искать силу, способную одолеть Метрополию и вернулся к своим людям лишь через три года. Ещё два года ему понадобилось, чтобы добраться до логова Метрополии и отомстить. Но сил до конца уничтожить этих гадов ему не хватило, и Кром ушёл в верхний мир, забрав настоящих сектантов с собой. Он обещал снова вернуться и полностью разгромить Метрополию, но так и не появился. Оставшиеся между мирами сектанты долго ждали его на Сектариуме, но в конце-концов разбрелись по мирам и погибли от старости, за столько-то лет. Так что орден некому было возрождать, пока не пришёл Галдахар. Но им двигали вовсе не альтруистические соображения, уж поверь. Он знает, что тот, кто овладеет оружием Крома, будет править миром. Вот единственная причина, по которой лидеры его сект так стремятся открыть портал на планету Крома.

— Откуда ты всё это знаешь? — подозрительно спросил Крис.

— Из нитей прошлого и будущего, откуда же ещё, — фыркнула Марта. — А ещё я очень старая и долго живу на свете, если ты не заметил.

У Криса закружилась голова. Он вдруг вспомнил то, что произошло в ту ночь, когда он получил шрам на груди.

— Одна тень, — начал он, облизнув пересохшие губы, — прежде чем атаковать меня, сказала, что тени тоже ищут оружие Крома.

— Тени так тебе сказали? Расскажи.

Марта села напротив него, на край кровати уже заснувшего Филиппа. Марта слушала, скрестив морщинистые руки и гремя большими золотыми браслетами на худых запястьях, а Крис всё говорил и говорил…

— Так вот, значит, о чём пытался сказать мне Древний… — пробормотала она наконец. — И что ты думаешь делать теперь?

— Одна или несколько теней вырвались из нашей ловушки на свободу. Рано или поздно, они снова размножатся. Есть только одно оружие, способное их остановить — оружие Крома. Тот, кто достанет его первым, сможет победить теней. И не только теней, но и Метрополию. Я думаю, оно имеет невероятную мощь, иначе бы лидеры сект не охотились за ним.

— Не лидеры. Это задумка Галдахара. Старый интриган уже столько лет пытается открыть портал, но у него никак не получается.

— Кстати. Я не спросил у тебя сразу, но как ты узнала, что именно Галдахар возродил организацию сектантов?

Марта фыркнула.

— А почему по-твоему я послала тебя к нему в ученики? Или ты думаешь, что я и вправду сумасшедшая?

— Нет. Я так не думаю, — прохрипел Крис.

— Конечно не думаешь, а то я бы давно выгнала тебя из своего дома. Впрочем, ты и сам уже побывал по ту сторону разума, так что знаешь, насколько тонка бывает грань.

В голове Криса начинал медленно складываться план.

— Если Галдахар так давно знает о золотом храме, то почему он так и не сумел открыть портал? Только потому, что не знал, как нужно это делать, — Крис вытащил маленький, аккуратно сложенный листок и развернул перед Мартой.

— Филипп запретил мне забирать его записи, но срисовывать не запрещал. Тут подробный план храма и того, как нужно расставить статуи в разных залах. Мне кажется, Кром не просто так уделил расстановке статуй по золотому храму столько внимания. Если моя теория верна, то при помощи этой схемы я смогу открыть древний портал и добуду оружие Крома. А затем вернусь на Семилунный и уничтожу остатки теней.

И убью Праудлиона, добавил Крис, уже про себя.

— Ты выбрал правильную линию будущего. Возжелай ты заполучить оружие, чтобы напасть с ним на Метрополию, мне пришлось бы убить тебя.

Крис рассмеялся.

— Как ты себе это представляешь, старуха? Тебе же лет сто.

— Придушу тебя голыми руками, — Марта в шутку наставила на Криса ладони с растопыренными пальцами. — И мне не сто, а только восемьдесят.

— О да, это сильно меняет дело.

— Хватит иронизировать, молодой человек, я ещё в самом расцвете своих сил. Можешь не сомневаться, за эти годы в моём арсенале скопились куда более изощрённые способы воздействия на людей, чем грубая физическая сила. Например, я могу сделать так, что ты попадёшь в одну из негативных нитей своего будущего, где погибнешь… в страшных мучениях.

Крис вздрогнул.

— Безрадостная перспектива. Надеюсь, ты не станешь моим врагом.

— Я тоже. Поэтому иди, пока я не передумала. Кстати, тебе уже пора.

Крис кашлянул.

— Твоё прови́дение предрекает мне хорошее будущее?

— Всё хорошо бывает только у дураков, — хохотнула старуха. — А теперь иди, не трать время. Его у тебя и так мало. И не переживай о маскировке, она тебе больше не понадобится, по крайней мере сегодня, — Марта гневно встряхнула руками, звякнув золотыми браслетами. — Не прощайся, мы с тобой скоро увидимся.

Но Крис всё равно отсалютовал ей, спустился по винтовой лестнице и вышел на главную площадь.

Глава 95. Сектариум на пороге войны

Улицы города были странно пусты. На дорогах повсюду валялись разбросанные блёстки, конфетти, огрызки и фантики от конфет. Лишь иногда навстречу попадались редкие прохожие. Крис даже не надевал маску.

В чёрных доспехах и алом плаще он спокойно шёл по улицам, не боясь ни солдат, ни того, что его узна́ют или схватят. Внутри появилось распухшее знание, что с ним ничего не случится и он скоро встретит кого-то из своего отряда. И хоть Крис не понимал, откуда взялось подобная уверенность, но ощущал её правильность. Наверное, нечто ощущала и Марта, когда предсказывала будущее. Похоже, дар провидения был заразен подобно сумасшествию, но сейчас Крису было наплевать, что он тоже сошёл с ума. Он просто шёл, наслаждаясь тёплым, солнечным днём.

Поплутав с часок, Крис наткнулся на одного знакомого горожанина, лицо которого видел среди лидеров сект. Крис подошёл к торговцу кастрюлями и домашней утварью. Клиентов, как и у других продавцов на рынке, но он продолжал упорно стоять за прилавком. Крис сделал приветственный жест сектантов, два скрещенных пальца приложенных к сердцу, но лидер и без того узнал его. Судя по тону, он был не рад встретить Криса, но ничем более не выдал себя. Оно и понятно. Это в окружении своих людей он разговаривал с Крисом крикливо и нехотя, точнее, пытался. А здесь, когда никого из своих рядом не было, весь его гонор исчез. После оживлённой беседы, Крис выведал у торговца, где найти остальных сектантов.

— Они в таверне «У Рокки». Иди туда, ты непременно найдёшь их там.

Лидер мелкой секты дал ему на прощание корзинку с фруктами, которую силой забрал у соседа. Крис смутился, но корзинку взял, решив, что лучше быть сытым и смущённым, чем голодным и злым.

Таверна «У Рокки» оказалась обшарпанным заведением из множества мелких камней, скреплённых непонятным, но весьма прочным раствором. Крыша таверны была выложена бурой глиняной черепицей, вывеска давно покосилась и висела на двух длинных, ржавых гвоздях, а возле дверей лежали особенно большие кучи мусора.

Крис надел маску и вошёл внутрь. Шесть сектантов сидели в дальнем углу питейного заведения, походившего на неловкую помесь современного бара и средневековой таверны. За длинным столом друг напротив друга сидели Штэфан Ивори, Гордрик, Росс Рой, Адам Полански, Бен и Вут. Крис прошёл через весь зал и сел за их стол. Бен с Вутом сразу же узнали его, чего нельзя было сказать об остальных.

— Кто ты такой? — прорычал Адам. — Думаешь нацепил красный плащ и стал походить на важную птицу? Проваливай, самозванец.

— Так-то вы встречаете своего командира?

Гордрик схватился за грудь, ловя ртом воздух, а Росс ударил Полански по плечу и засмеялся.

— Каналья мене побери! Крис!

Гордрик кинулся к Крису и сжал его так, что затрещали доспехи. Остальные тоже бросились его обнимать.

— Ну, хватит, — сказал он, раскрасневшись и еле вырываясь из их объятий. — У меня рёбра болят. Но я тоже рад вас видеть.

— Ты где пропадал? — крикнул Адам, не скупясь на горячие выражения. — Проклятье, столько всего произошло, пока тебя не было. Гордрик, ты слышал, этот прохиндей хочет всё выведать у нас. Э, нет, так дело не пойдёт, пусть сам сначала расскажет, где его ларгоры носили.

Криса не пришлось долго уговаривать. Он вкратце описал всё, что помнил, с тех пор как разминулся с ними после подземного обвала. Рассказал как за ним гнались тени, как одна из них прыгнула ему на грудь. Умолчал лишь о записях Крома и о своём сумасшествии, просто упомянув, что его выкинуло на берег незнакомого острова, где он якобы провёл всё это время.

— Теперь ваша очередь. Что вы делаете здесь? Я думал наши проиграли в битве за город и вам пришлось бежать на Семилунный.

— Так и было, — сказал Росс, потирая запястье. — Многое произошло с тех пор, как ты пропал. Пол Кохрейн стал главным в секте. Про отца Драгона ходят слухи, что Кохрейн пытается его не то убить, не то окончательно сместить, забрав его отряды к себе. На нашу секту Буревестника тоже нападки были. Кохрейн житья нам не даёт, с тех пор как ты исчез. Хочет, чтобы мы признали твою смерть и выбрали себе нового капитана. Но мы до последнего не могли поверить, что ты умер. Чтобы хоть как-то сгладить конфликт, Драгон послал часть нашего отряда на Семилунный, выполнить одно его секретное поручение. Но когда мы пришли сюда, то застали здесь такое… — Росс сделал многозначительное лицо. — Представляешь, буквально вчера вечером, все военные покинули город через портал. Горожане, как увидели что головорезы бегут бросая оружие, так праздновали всю ночь, и, как я понимаю, отмечают до сих пор.

— Кажется, я тоже слышал этот шум ночью… — сказал Крис. — Но что случилось, из-за чего такое торжество?

— Мы и сами понять не можем. По городу пронёсся слух, что якобы умер…

— Брось трепаться, у нас есть ведь дела гораздо важнее, — сказал Полански.

Сектанты переглянулись, и на их лицах застыло странное выражение.

— Что случилось? — спросил Крис.

— Прости, от радости я совсем забыл рассказать тебе самое важное. После того как мы проиграли в битве за Семилунный, стало известно, что дела на Сектариуме совсем плохи…

— Говори, не тяни, — сказал Крис, глядя на мрачные лица сектантов.

— Дурные новости Крис. Метрополия скоро атакует Сектариум. По самым скромным данным, на подходе к планете около пятнадцати тысяч головорезов, две тысячи единиц тяжёлой техники, и с десяток тысяч пришельцев в авангарде.

Крис был шокирован.

— Проклятье! Мы торчим здесь, а Метрополия вот-вот доберётся до золотого хра… то есть я хотел сказать, что Метрополия уничтожит секту. Кстати, с какой целью вас сюда прислал Драгон?

— Он хочет попросить помощи у горожан. Если семилунцы придут к нам на выручку, то мы сможем или отбить атаку или хотя бы задержать Метрополию и нанести ей побольше ущерба…

— Ущерба, — фыркнул Бен. — Какой ущерб может нанести муха лобовому стеклу броневика?

— Не знал, что у нас так хорошо работает разведка, — кашлянул Крис. — В любом случае…

— Не было никакой разведки, Крис, — сказал Росс. — Отец уже давно знал о том, что Метрополия собирается напасть на Сектариум. Он сказал, что Метрополия начала готовить отряды ещё в марте.

Крис грохнул по столу кулаком. Этот прокля́тый старикашка всё знал ещё даже до того, как я появился на Семилунном, и ничего мне не сказал?!

— Собирайтесь, — прорычал Крис.

— Куда? — спросил Гордрик.

— К Велховену, куда же ещё.

— Мы уже пробовали, — сказал Штэфан. — Нас даже на порог к нему не пустили.

— Значит плохо пробовали. Идём.

Крис вскочил и первым вышел из таверны. Он шёл, почти бежал. За его спиной шелестел красный плащ, раздуваемый ветром, а в висках стучала кровь.

Так значит Метрополия уже давно знает, где находится та самая звезда-оружие Крома. Во что бы то ни стало, мне надо добраться до этого оружия первым. Раньше чем до него доберётся Метрополия, тени и лидеры сект.

На входе в резиденцию мэра двое стражей перегородили Крису дорогу.

— Говорю же, к нему нельзя, — сказал страж повыше ростом и ухмыльнулся. Здесь, в центре города, под защитой кары, он, подобно всем стражам, чувствовал себя нахально и уверенно. Крис улыбнулся в ответ, и ухмылка сползла с лица стражника, а сам он стал бледным, несмотря на обильный загар.

— Передай мэру, что пришёл его старый друг, — сказал Крис, продолжая улыбаться.

— Не дури нам голову, это ты-то друг? — крикнул второй стражник и показал на сектантов, стоявших позади Криса. — Может, и они его друзья?

— Нет, они просто со мной. А я старый друг мэра, — повторил Крис. — Было у нас одно общее дело в прошлом. Передайте ему кто пришёл. Уверяю вас мэр не сможет мне отказать.

Второй стражник толкнул застывшего напарника. Оба выхватили мечи, клинки тут же объяло жёлтое пламя. Неизвестно, что произошло бы дальше, но из длинного, обвешанного гобеленами и картинами, коридора выбежали двадцать стражей, возглавляемые Бартоком, капитаном Семилунного. Громыхая железными латами, стражники пробежали до ворот и взяли Криса и стоявших позади сектантов в кольцо.

Сектанты стояли, вытащив клинки, но пока их не зажигали. Мечники же, наоборот, выставили перед собой тяжёлые мечи. Если произойдёт заварушка, то неизвестно, кто из двух сторон одержит верх. Стражники выглядели массивными в своих железных латах, но на фоне сектантов в тонких доспехах, напоминали римских легионеров Средних веков. Сектанты часто сражались в битвах и могли отправлять смертельные волны своими ножами. Но стражей в отличие от сектантов не трогала Кара.

Ещё никогда сектант не нападал ни на кого в пределах барьера, и было не известно, выдержат ли их доспехи удар кары. О том, что сильнее ходили лишь толки среди городских любителей почесать языком. Крис же, ощутив на собственной шкуре всю мощь Кары, сомневался, что доспехи выдержат настоящее попадание молнии. И уж точно он не хотел столкнуться с Карой во второй раз.

— Что здесь происходит? — прорычал Барток.

— Я тоже рад тебя видеть Барток, — просиял Крис. Сектанты позади него схватились за клинки.

— Тот самый преступник, — раздался шёпот. — Совсем не похож на листовки, так поменялось лицо. Почему мы сразу не узнали его?

— Вы знаете его, сэр? — один из стражей взглянул на Бартока. Капитан чертыхнулся сквозь зубы.

— Лучше бы не знал, — проскрежетал Барток. Он повернулся так, чтобы только Крис мог видеть его лицо, и два раза моргнул. — Сейчас я уведу преступника и лично допрошу его. Вы же будьте бдительны и охраняйте других... эээ врагов Метрополии.

Барток схватил Криса за рукав и вытащил его из окружения. Крис позволил увести себя. Они отошли метров на тридцать, прежде чем остановились в тупике. Стражники и сектанты удивлённо поглядывали на них.

— Что ты творишь? — прошипел Барток.

Крис посмотрел на ногти — жест, позаимствованный у Бена.

— Ничего незаконного. Я просто хочу поговорить с мэром.

— Невозможно! — Барток пришёл в ярость.

— Почему же? — Крис принялся рассматривать ногти на другой руке. Барток заскрежетал зубами и попытался схватить Криса за запястье. Крис небрежно откинул руку главного стража, однако разглядывать ногти перестал.

— Ты не можешь просто взять и заявиться сюда, — прохрипел Барток, разминая ушибленные пальцы.

— Почему это?

— Хотя бы потому что ты преступник. Мы должны поймать тебя и отдать Метрополии, но…

— Но как я понимаю, те времена прошли, верно? Вот по этому поводу я и хочу поговорить с мэром.

— Да не может он тебя принять! Ты хоть понимаешь, что произойдёт, если до Метрополии дойдёт слух, будто их мэр общался с самым разыскиваемым преступником между мирами? Да его первым к экзекуторам отправят.

Крис кивнул.

— У меня нет времени ждать, слишком многое поставлено на кон

Барток замер, барабаня пальцами по ноге.

— Чего ты от него хочешь?

— Думаю, ты уже в курсе последних событий. Если Метрополия уничтожит Сектариум, то проиграют не только сектанты, проиграет всё человечество. Нам необходимо объединиться, пока ещё не стало слишком поздно.

Страж задумался.

— Велховен никогда не согласится объединиться с сектантами.

— Я должен попробовать. Понимаешь, должен. Я чувствую это вот здесь, под сердцем. Если мы не попытаемся объединить силы сейчас, то с нами всеми будет покончено.

Барток заколебался. Льдинки голубых глаз пронзили лицо Криса.

— Стража! Укажите сектантам, где находится выход, они не будут сопротивляться. А я провожу преступника в камеру, — Барток наставил свой меч на Криса и заорал. — РУКИ ВВЕРХ, ПОВЕРНУЛСЯ, МАРШ ВПЕРЁД, ДА ПОЖИВЕЙ!

Крис бросил прощальный взгляд своим людям.

— Барток ты просто душка, — прошептал он, когда их уже никто не мог слышать.

Глава 96. Что я могу один?

Барток завёл Криса в одну из смежных комнат с главным залом. Там стояли большие деревянные коробки, прикрытые ветхими и пыльными мешками.

— Что теперь? — спросил Крис. — Так и будем торчать здесь?

— До сих пор не знаю, можно ли тебе верить.

— Ты ведь уже веришь, иначе почему солгал своим людям?

— Сам не знаю. Не по нутру мне помогать преступнику…

— Преступнику? А кто помог мне сбежать из тюрьмы, разве не ты? Правда, сам сначала меня туда и засадил, но это не меняет сути.

— Я выполнял приказ мэра, — буркнул Барток.

— Ну так ты и сейчас не нарушаешь его приказов. Он же не говорил тебе — Крис изобразил басистый голос мэра, — Эй, Барток, приятель, не пускай Криса в мой кабинет.

Барток вздохнул.

— Я дам тебе пять минут, но смотри, никаких фокусов.

— Как скажешь, только не тыкай в мою сторону острыми предметами. Я напрягаюсь от вида ножей, с тех пор как одна рыжая бестия чуть не вскрыла мне черепушку на базе Метрополии, — Крис потёр лоб, где под корнями волос остался бледный рубец.

Барток подошёл к стене и прикоснулся к четырём выступам на гранитных блоках. Широкая каменная плита с тихим шорохом отъехала вверх. Барток по привычке потянулся к мечу, но покосился на Криса и передумал.

Крис вошёл первым, в спину ему дышал главный страж. Зал для аудиенций был высоким, полы и стены выложены из белого мрамора. На потолке горели искусственные светильники — видимо, мэр был единственным на планете, кто пользовался электроосвещением. Посередине зала стояло нечто похожее на трон. Однако сейчас трон пустовал. Крис покосился на Бартока.

— Неужели ты думаешь, что мэр постоянно торчит в зале? Нам сюда.

Барток кивнул на маленькую, едва заметную дверь, скрывавшуюся за ширмой. На стене кабинета висела огромная карта острова и окружающих морей. Комната была заставлена книгами, а в центре, за столом сидел Велховен и что-то писал на длинном пергаменте, подпёртом массивным папье маше. Главный страж кашлянул.

— Кара тебя разрази, Барток, — мэр вздрогнул. — Сколько раз говорил тебе не подкрадываться со спи… — тут мэр увидел, что позади главного стража стоит Крис.

Лицо мэра пошло крупными красными пятнами, он взорвался.

— Какого ларгора этот преступник делает у меня в кабинете?!

Барток мгновенно вспотел.

— Я объясню, не переживай, — сказал Крис и двинулся к мэру.

Барток вытащил меч, но Крис, не обращая на него внимания, пододвинул стул и сел напротив мэра.

Велховен поджал губы и смахнул бумаги с папье-маше в ящик. Крис демонстративно осмотрелся.

— Вот значит как живёт мэр. Дорогие камни, картины, резные статуэтки. Недурно. Гораздо лучше, чем я мог позволить себе в Метрополии.

— Чего тебе нужно, молокосос? Говори или проваливай!

— Полегче на поворотах, господин мэр. Уж что-то слишком круто вы поменяли свой курс. Помнится, когда мы встретились впервые, вы прикидывались добродушным и сияющим папашей, пекущимся о своих горожанах.

— Не твоего ума дело, как я веду себя на людях, щенок. Знай я, сколько проблем ты принесёшь в будущем, придушил бы тебя в первый же день собственными руками.

— В начале моего пути у тебя может, и получилось бы меня кокнуть, но не сейчас. Даже несмотря на ту пушку, которой ты так старательно целишься в меня под столом, — мэр покраснел, а Крис продолжал. — Но я пришёл не затем, чтобы сводить счёты. Меня прислал Галдахар, — брови мэра поползли наверх. — Да-да, именно он.

— Галдахар? Местный сумасброд и маргинал? Мы точно говорим об одном и том же человеке?

— Не притворяйся, будто не знаешь, кто он.

Кустистые белоснежные брови мэра взметнулись вверх.

— Вижу мы поняли друг друга, — сказал Крис.

— И чего же хочет от меня Галдахар?

— Немного, но и немало. Он просит, чтобы добропорядочные граждане Семилунного помогли ему отбить атаку Метрополии на Сектариум.

— Ты с ума сошёл? — Велховен грохнул кулаком по столу. — Просить у меня такого? Даже думать об этом не смей! Мы не будем вмешиваться в ваши дела.

— Так-то ты заговорил? Уже забыл как сектанты, пытались освободить вас, когда Метрополия оккупировала город?

— И проиграли? — фыркнул мэр. — Нужна нам такая помощь.

— Если бы вы им помогли, то всё было бы по-другому. Вот только горожане почему-то не вмешались и упустили свою возможность освободиться от гнёта Метрополии. Теперь вам выпадает второй, последний шанс. Помогите нам одержать победу на Сектариуме, и мы поможем вам.

— Ты опоздал со своими предложениями. Этой ночью войска Метрополии покинули Семинулнный. Скоро у нас восстановится торговля и мы заживём как преж...

— Не прикидывайся, мы оба знаем, как действует Метрополия! Сектанты бросили ей вызов, теперь её кара неизбежна. А когда Метрополия победит сектантов, то придёт конец и вашей свободе. Рано или поздно войска вернутся и захлестнут вас, даже если вы возьмёте под контроль все порталы на острове. Прежнего мира не будет. Вы больше не сможете отсиживаться, делая вид, будто не замечаете, что происходит вокруг. Сегодня и сейчас вам придётся выбирать на чьей вы стороне.

— Значит, мы попробуем отсидеться, как отсиживались раньше, — мэр развёл руками.

— Неужели ты не понимаешь? Если Метрополия выиграет на Сектариуме, то она победит не просто сектантов, она победит всё человечество. А знаешь почему? Лидеры сект нашли портал, ведущий на планету, где спрятано самое мощное оружие в истории человечества — звезда Крома. Вот почему Метрополия напала на Сектариум, она идёт за ним. Когда эта ужасающая пушка попадёт к Метрополии, наступит конец всему. Конец свободе. Конец прежнему миру.

Велховен на мгновение заколебался.

— Если твои слова правдивы, то пусть сектанты обратят оружие Крома против головорезов Метрополии.

— К сожалению, они ещё не открыли портал.

Взгляд мэра стал жёстким.

— Вот оно что. Я слышу про Крома с тех пор, как пришёл на Семилунный. О, это бессердечный, злой человек. Именно из-за него произошла зачистка Семилунного в прошлом, из-за его идей. Видел курганы за городом? Это он в своё время пытался победить Метрополию. И что получилось? Никто не выжил. Никто! И сейчас ты хочешь, чтобы эта история повторилась второй раз? Ни за что! Моя политика — не вмешиваться и сохранять нейтралитет. Только благодаря этому я смог продержаться сорок лет у власти, а наш город стал процветать. И он будет процветать дальше!

Велховен грохнул кулаком по столу.

— С тех пор как появились вы, сектанты, стало только хуже! О, сколько я от вас натерпелся, вы, чистые бандиты и мятежники! Если бы не Галдахар и его безумные мечты, я бы уже давно договорился с Метрополией. Но нет, он всё время грезит разбить систему, грезит идеями Крома. Мечтает даже превзойти его.

— Так-то ты заговорил? — громыхнул Крис. — Хорошо, я тебя услышал. Оставайся один, дрожа на задних лапках перед Метрополией.

Он хотел уходить, но задержался, о чём-то вспомнив.

— Раньше я думал, как много ты знаешь, а теперь вижу, насколько ты слеп. Не сектантов ты должен винить во всех бедах. Будет вторая зачистка, говоришь? Вот, ознакомься на досуге, — Крис потянулся в карман и швырнул чёрно-белую фотографию мэру в лицо. На снимке мелькнула дата — июль, двести двадцать девятого года. Мэр непонимающе посмотрел на фотографию, мгновение спустя выражение его лица стало испуганным.

Крис развернулся и ни слова не говоря, направился к выходу. Внешне он казался спокойным, хотя на самом деле внутри кипела холодная ярость.

Барток бросился следом, а Велховен остался сидеть один в своём кабинете.

— Постой, — кричал капитан, пытаясь догнать Криса. Крис, тем временем оказался достаточно далеко. Стражи, увидев, что за преступником гонится их капитан, попробовали перегородить Крису дорогу, но он выставил перед собой налитую пылающим Эфериумом ладонь и не останавливаясь, разметал стражников в разные стороны. Стражники отлетели к стенам, а Крис прошёл дальше, даже не видя их перед собой.

Стражи удивлённо смотрели на погнутые мечи, вырванные из рук неведомой силой. Словно во сне они пытались подняться. Другие стражи так же удивлённо и медленно реагировали на всё происходившее. Все ждали, что вот-вот разразится неотвратимая Кара, но никто не пострадал, а Крис, вероятно, не хотел убить ни одного из стражей.

— Да постой ты, — Барток догнал Криса на улице.

Влюблённая парочка, которую занесло в резиденцию к мэру, чтобы полюбоваться на живописные барельефы и древние статуи, испуганно отшатнулась от них.

— Куда ты так бежишь, — Барток поравнялся с Крисом. Тот шёл быстрым шагом, пригнув голову и надев маску.

Люди, идущие навстречу, стали попадаться всё чаще.

— Всё с вами ясно, — сказал Крис. — Вы все пытаетесь получить свою выгоду от меня. А я тоже человек, у меня есть своё мнение. Я тоже переживаю, имею свои желания и цели. Но нет. Я вынужден их подавлять и бегать за вами, чтобы вы тут друг друга не поубивали. Чтобы вас, сирых и убогих, не истребила Метрополия, или инопланетная зараза в виде теней, а может ещё чего похуже. Честное слово, ведёте себя как дети.

Барток замялся, не зная, что ответить.

— Ты не так понял. Велховен пытается защитить нас от Метрополии.

— Я чётко расслышал его ответ. Он не собирается защищать портал. Потому что боится.

— Конечно боится! За нас. Послушай, я его давно знаю. Я ещё мальчишкой был, когда он править городом начал. Будь Велховен плохим управленцем, его бы давно сместили недовольные горожане. Когда он пришёл, на Семилунном были руины, а сейчас мы процветаем. Ну… почти. Всё было хорошо, пока Метрополия не начала вмешиваться в наши дела.

— Пф, то ли ещё будет. Скоро история свободного человечества будет закончена, — несколько прохожих шарахнулись от Криса в него стороны. — Сектариум не выстоит один. Когда Метрополия захватит портал, то лишь вопрос времени, когда в их руки попадёт оружие Крома. А потом… потом их уже будет не остановить. Поверь мне, уж я то знаю на что способна Метрополия.

— От меня то ты чего хочешь? Я на твоей стороне, но ничем не могу помочь тебе, я же один.

— Все вы так говорите. Сколько раз я слышал подобные слова. Люди постоянно подходят ко мне и жалуются — что я могу один? И так сотнями, и каждый думает, будто в одиночку он ничего не может. Так и хочется крикнуть: вас же сотни, вы не одни, оглянитесь вокруг, всем страшно и все думают так же! Объединяйтесь, не бойтесь принимать решения. Вы должны осознать, что вы не одиноки, что вы сами по себе колоссальная сила, способная объединяться, договариваться и в конце концов изменять этот мир.

Последние слова Крис выкрикнул, потому что толпа перед ним сгустилась и теперь ему приходилось буквально продираться сквозь людей, расталкивая прохожих локтями.

— Что здесь такое творится? Час пик?

Барток пытался что-то ему ответить, но его голос потонул в шуме толпы.

— Посторонитесь!

Крис пытался растолкать невесть откуда взявшихся людей. Барток отстал, тоже пытаясь пробиться сквозь толпу.

— Крис, подожди меня, — крикнул главный страж.

По рядам молчаливо идущих людей прошло волнение. Сотни голов повернулись в сторону Криса.

— Это он, то самый, — пронёсся шёпот множества голосов.

Крис поспешил скрыться за поворотом. Барток отстал, и когда завернул за угол, там уже было пусто. Он стоял, глядя на голую улицу, позади него переминались не менее удивлённые горожане. Барток почесал массивный, синий от щетины подбородок и двинулся в единственное место, где сейчас мог оказаться Крис — в дома Марты Нокс.

Глава 97. Истинный глас Семилунного

Марта громко расхохоталась.

— Так прямо и сказал? Мэру?!

— И скажу снова, если потребуется, — Крис сидел, нахмурившись, и массировал виски. В кресле расположился Джон, недоумевающе поглядывая то на Криса, то на бабушку. Марта вновь захохотала, обнажая множество отсутствующих зубов.

— Давно я так не смеялась. Хоть и стар стал Велховен, а характер у него всё тот же. Помню его молодым, он на первом же собрании заявил, что отныне народ освободится от диктатуры Метрополии. Тогда все над ним смеялись, а он сумел своей цели добиться. Зря ты к нему пришёл, мэр ни за что не согласится бросить прямой вызов Метрополии. Не знаю, что должно произойти, чтобы он поменял свои взгляды.

— А я и не для него говорил, — сказал Крис, в упор глядя на Марту. — У всех стен есть уши, и чем толще стены, тем больше в них ушей.

— Ммм, — Марта закрыла глаза и начала водить сухими руками. — Заглянем в нити времён. Наводнение, метеорит, глина падает с неба… нет, не то, это слишком далеко и в прошлом. Ага, вот нужная нить будущего. Вижу, вижу. Всё вижу, как на ладони.

— Давай без своих штучек, — Крис поморщился. — Хватит с меня предсказаний. Снился мне один кошмар, а потом сбылся. Лучше бы не было его, глядишь, всё по-другому сложилось, — он потёр шрам на груди.

— Так то был кошмар, а не предсказание. Вот у меня стопроцентная гарантия. Зуб даю, — Марта улыбнулась наполовину беззубым ртом.

— На твоём месте я бы не сильно ей верил, — шепнул Джордж.

— Ага, — сказал Крис, глядя старухе в рот.

— Тише ты, — Марта зажмурилась сильнее. — Вижу быть тебе богатым и знаменитым, и будет у тебя большой дом с… огромной чёрной собакой.

— Было уже, — вздохнул Крис. — И не собака, а пантера. Эх, как там моя Месси без меня поживает? Ты куда-то уж слишком в прошлое смотришь.

— Точно, с пантерой, — сказала Марта. — А ещё быть тебе правителем целой планеты. И будет у тебя много жён и детей, — Марта рассмеялась.

— Не верю я в эти бредни, — Крис скрестил руки на груди.

— Молодой человек, не перебивайте меня, это ещё не всё, — одёрнула Марта, продолжая совершать пассы руками. — К тому же это не бредни, а целая наука, — она забормотала. — Марс в шестой фазе, Меркурий на севере, Юпитер в зените…

— Ну Ба, какой ещё Марс? Мы же на Семилунном. — Джордж повернулся к Крису и громко прошептал. — Точность зашкаливает.

— Молчи мальчишка, я уже поняла, что не к той планете подключилась, — оскалилась Марта и замерла. Её спина выпрямилась, руки упали на стол. Крис с Джорджем переглянулись.

— С ней точно всё в порядке? — шепнул Крис.

— Не знаю, давно я её такой не видел.

— Может, она того, умерла?

— Да нет, вроде дышит.

Марта громко вздохнула. Её серые, в старческих прожилках глаза уставились на Криса. Она откинулась на спинку и сухой, дрожащей рукой утёрла пот со лба.

— Воды.

Джордж сбе́гал за кувшином. Марта жадно отпила из большой кружки с красными цветками.

— Да-а-а, заварил же ты кашу.

— Я ведь говорил, что не верю в предсказа…

— Тихо! — Марта ткнула Крису в грудь сухим жёлтым ногтем. — Не повторяйся, я уже знаю всё, что ты скажешь.

— Ну и что же? — Крис и Марта одновременно произнесли эти слова и одновременно скрестили руки на груди. — Совпадение, — сказали они так же одновременно.

— Хватит меня дразнить, — сказал Крис.

— А я и не дразню. Я вижу.

— И что же показывает тебе будущее?

— А вот теперь я не скажу.

— Нет, ты слышал, Джордж? То она предсказывает, то не предсказывает. Как мне проверить, что тебе известно будущее, если ты о нём ничего не говоришь?

— Ну-у-у, я могу рассказать тебе, что произойдёт, скажем… в ближайшее время.

— Хорошо, и что же?

Марта поморщилась, словно говорить об этом ей было неприятно.

— Сейчас в дом войдут четыре грубияна. Они потопчут мой лучший ковёр грязными сапогами. А ещё разобьют мою любимую вазу, — она вздохнула. — Чем только не приходится жертвовать, чтобы доказать свою правоту.

Крис недоверчиво посмотрел на неё. Марта встала и направилась к двери.

— У нас гости.

— Гости? — удивился Джордж. — Я не слышал, чтобы кто-то стучал.

— Ещё не стучали, но сейчас постучат. А я не люблю, когда в мою дверь так громко колошматят, — Марта подошла к порогу и открыла дверь. Возле неё стоял удивлённый Барток с занесённой рукой. Позади него толпилось ещё трое. Крис и Джордж засмеялись: хороши же грубияны.

— Привет Марта, рад видеть тебя в добром здравии.

— Не могу пожелать тебе того же. Восемь лет не заходил к бабушке, а тут на тебе, объявился. Зачем пришёл, страж?

— Да вот, по делам. Крис ещё у тебя?

Марта вздохнула.

— Может, тебе лучше уйти, пока не поздно, а? — но Барток застыл на пороге, а позади него переминались с ноги на ногу трое горожан. Марта вздохнула. — Ладно, входите. Только потом не жалуйтесь, когда жизнь на кону будет стоять… И ноги вытирайте, у меня здесь не казённый дом.

Гости вошли, озираясь по сторонам. Одного из трёх мужчин Крис узнал.

— Привет, Сэм, — поздоровался Крис. Это был Сэм Уоттерс. Сэм просиял и горячо пожал руку Крису.

— Рад, безумно рад, снова тебя видеть, — сиял Уоттерс. — Ну и хватка! Настоящий герой ну и ну, — он повернулся к остальным. — Видите, мы с ним знакомы.

— Прости, что не помог, когда тебя схватили военные.

— Ой, ну тебя! Тесс мне всё рассказал. Ты правильно сделал. Не представляю, что произошло, схвати тебя экзекуторы на пороге нашего дома. Ох и натерпелись мы от них тогда, но всё это в прошлом. К чему вспоминать о плохом, верно? Пусть для других ты был преступником, но наша семья никогда не забудет, как ты спас детей нашего города.

Слово «преступник» резануло слух Криса, но он предпочёл промолчать.

— Меня ты уже знаешь, — сказал Сэм. — А эти два почтенных джентльмена Ларри Уайт и Шторбен Гольт. Прошу любить и не жаловаться господа, любить и не жаловаться, — хохотнул Сэм, хлопая себя по животу.

Крис пожал руки двум мужчинам. Уайт оказался плотным и крепко сбитым человеком лет тридцати, а Шторбен носил густую чёрную бороду и выглядел ближе к пятидесяти.

— Итак, по какому вы вопросу? — Крис демонстративно посмотрел на запястье, где маленький, круглый хронометр показывал местное время.

Барток выпучил глаза.

— Перед тобой представители всех горожан Семилунного, будь сдержанней. Я рассказал им всё, что ты поведал мне.

Крис нахмурился.

— И что вы намерены делать? Как мэр, хотите спрятать голову в песок?

Сэм широко улыбнулся.

— Мы другого мнения, иначе бы не пришли. Мы считаем мэр слишком засиделся на своём месте. Как показали недавние реалии, его политика так называемого «максимального нейтралитета», уже не приносит прежних результатов.

— Вот почему мы готовы оказать тебе помощь и поговорить с другими гражданами Семилунного, — сказал Шторбен с лёгким акцентом. — От тебя требуется только подтвердить свои слова, а мы соберём людей.

— И что вы хотите услышать?

— Барток не лгал, что оружие Крома находится на Сектариуме?

— Не совсем. Там только портал на его планету.

Мужчины переглянулись, их глаза забегали.

— Нам достаточно твоих слов. Ты не представляешь, насколько сильна вера людей в Крома. Легенда о нём, память о его подвигах ещё живёт в народе. Многие поднимутся, когда узна́ют, что сектанты нашли его последнюю планету.

— Вы верите, что его оружие действительно существует? Мэр мне не поверил.

— Мы верим, — сказал Шторбен, с нажимом. — И не только верим, но имеем доказательства. Люди так часто проходят в туннеле между скалами, что не замечают его природу. Между тем, немногим жаждущим истины, достоверно известно, что Кром проплавил его своим оружием; у нас даже сохранились некоторые записи об этом со времён второго заселения острова.

— Третьего, — автоматически поправил Крис. Сэм поднял бровь. — Второе заселение было в 229 году, почти сто лет назад. Конкретно ваше заселение на Семилунном уже третье по счёту, одно просто стёрли из истории. Спросите у мэра, я подарил ему фотографию из гарнизона военных. Кстати, об оружии, — Крис вытащил цилиндр и показал Шторбену. — Вам известно, что это такое?

Шторбен покачал головой.

— Уайт, ты видел такой цилиндр? Он торгует оружием, а я больше по черепам.

— Торгует? Вы что, все торговцы?

— Ну да, — сказал Шторбен. — Кому ещё быть представителями города? За двадцать лет на рынке я столько связей приобрёл.

— Торговцы, самые влиятельные жители Семилунного, — улыбнулся Сэм. — Целыми днями стоишь под солнцем на улице, то с одним поговоришь, то с другим. Глядишь и весь город знаешь. А потом и люди начинают к тебе прислушиваться. Вот почему именно мы, торговцы, представляем истинный глас нашего народа.

Уайт закончил осматривать цилиндр и вернул его Крису.

— Часто мне пришельцы разные штуки мне на рынок приносят, но подобное я вижу впервые. Сомневаюсь, что это вообще оружие. Ты уверен, что эта штука представляет ценность?

— Да. Из-за неё меня чуть не убили. Гал… один человек сказал мне, что это измеритель Эфериума, но я ему уже не верю.

— Не похоже на измеритель. Скорее контейнер для чего-то небольшого.

— Время, — напомнила Марта. — Поторопись Крис, а то опоздаешь.

— Сказал же, не верю в твои предсказания, — буркнул Крис, но тут Сэм Уоттерс споткнулся о ковёр и упал на тумбочку. Большая цветочная ваза покачнулась и разбилась о гранитный пол. Лицо Сэма стало пунцовым.

— П-простите, я уберу.

— Убирайтесь прочь, — Марта закричала на гостей, глаза её налились кровью. Чуть ли не силой она вытолкала представителей города за дверь. Гости, извиняясь, ушли. Марта взялась за веник.

Крис кашлянул и забарабанил пальцами по металлизированным штанам.

— Сейчас снова придут гости — сказала Марта, не отрываясь от уборки.

— Кто на этот раз? — Крис напрягся.

— Увидишь.

В дверь постучали и, не дожидаясь ответа, вошли шестеро сектантов.

— Крис! — согнувшись, Гордрик протиснулся в дверь. Сектанты побросали свои рюкзаки у порога.

— А парни, это вы. Надеюсь кристаллы для обратного перехода у вас с собой?

— Обижаешь, — Росс похлопал себя по поясной сумке. — Они всегда со мной.

— Он с ними даже в туалете не расстаётся, — прыснул Полански.

— Заткнись, придурок. Представляешь кого мы сейчас видели? Бартока собственной персоной, а с ним трёх представителей Семилунного. Чего они хотели?

— Барток убедил их помочь нам.

— Так значит, у тебя получилось?

— Не совсем. Дальше туманных обещаний и рассказов о прошлом мы не продвинулись. Едва я хотел потребовать от них официальных обещаний, как они ушли.

— Чтобы торговцы что-то обещали? — Полански фыркнул. — Скорее угря на сковородке можно изжарить, чем от них чего-то добиться.

— На то они и торговцы, — сказал Росс. — Но раз такие люди пришли сюда, то есть большой шанс, что они окажутся на нашей стороне. А где они, там будет и остальной город. Вы понимаете? — Росс просиял. — У нас будет помощь.

— Не глухой, — буркнул Бен. — Грубиян этот Барток. С трудом сдержался, когда они толкали меня.

— Я тоже был на волоске, чтобы не надрать их металлические задницы — сказал Вут, крутя между пальцев стилет.

— Простите, не предупредил вас, — сказал Крис. — Не знал, что так получится.

— Если честно, я и в самом деле подумал, что он повёл тебя на допрос, — подал голос Штэфан. — Мы с парнями уже хотели растолкать стражей, но потом смекнули, что уж больно быстро ты сдался.

Крис улыбнулся.

— Вы молодцы, что не начали драку. Неизвестно, чем бы всё закончилось, особенно учитывая, что Кару пока ещё никто не отменял.

— Не люблю стражей, — буркнул Полански.

— Да кто их любит, — ответил Росс. — Но Барток нормальный мужик, я его с детства знаю. Ну и в целом остальные стражи такие же люди как мы.

— Вот именно, — сказал Полански. — Я тоже знал многих из них в детстве — мы ели одну и ту же пищу, играли в одни и те же игры. С кем-то даже драться ходили за город, чтобы Кара не поразила. А потом бац! и некоторых Кара не берёт. Если бы не знал их с детства, то засомневался, что они вообще люди. Неправильные они какие-то. Ненормальные. Не нравятся мне они.

В дверь снова постучали, и на этот раз, не дожидаясь разрешения, в дом снова вошёл Барток. Полански исподлобья уставился на него.

— Вижу, мне здесь не очень рады, — холодно сказал Барток. Вут двинулся ему за спину, а Бен замер возле стены и незаметно для остальных слился с камнями.

— А чему нам радоваться? — Полански еле удержался, чтобы не сплюнуть. — От вас, стражей одни проблемы.

— Так, Адам, спокойно, — сказал Крис. — Барток наш друг.

— Друг? — Адам поджал губы. — Возможно твой, но не мой.

Он отошёл к стене и скрестил руки на груди. Вут подошёл к дверному проёму и со скучающим видом принялся его разглядывать.

— Не успел тебя поблагодарить, — сказал Крис. — Спасибо, что привёл торговцев. Сейчас сектантам пригодится любая помощь. Даже если придёт только десять горожан. И да… прости, что был груб с тобой.

— Ничего, это моя работа. Решать конфликты и выслушивать других. Всегда кому-то ты не нравишься, каким бы хорошим ни был.

— Такова жизнь. На Лотариуме у меня были примерно такие же проблемы… Кстати, зачем ты вернулся? Что-то забыл?

— Я пришёл проводить вас.

Лицо Полански перекосилось от презрения, но он промолчал. Крис улыбнулся.

— Вовремя. Мы как раз собирались уходить, правда, парни?

Штэфан и Гордрик, вовсю налегавшие на еду Марты, оторвались от тарелок.

— Да, конечно, уже идём.

Но переход пришлось отложить на час. Марта ни в какую не хотела отпускать сектантов, пока они не поедят.

— Впереди долгая дорога, опять будете питаться концентратами и портить желудок! Барток ты тоже садись. И слушать не желаю, что ты сыт. Холостяк, совсем отощал на своём скудном питании. А я и пирог для вас испекла, и суп сварила. Ешьте. Не отпущу никуда, пока не поедите нормальную еду.

Марта нахмурила брови, и даже Крису пришлось ей подчиниться. Только убедившись, что все сыты, старуха отпустила их из-за стола.

— Спасибо вам за всё, — сказал Крис. Он по очереди обнял Марту и Джорджа. Пожал Бартоку руку на прощание.

Барток нахмурился.

— Я главный страж города, и мне непривычно говорить такие слова… Но желаю вам хорошей дороги между мирами, — он улыбнулся, Росс просиял ему в ответ.

Крис вытащил нож и провёл им перед собой. Вслед за лезвием, в воздухе появилось большое серебристое зеркало портала. Подобно жидкой ртути овал колебался в пространстве, исторгая мощный гул, от которого задрожали стены дома и зазвенела посуда в шкафу.

— Место назначения — планета Мельтсор, — крикнул Крис. — Конечный пункт — Сектариум!

Один за другим сектанты скрылись в портале. Каждый раз, когда очередной человек проходил между мирами, Крис ощущал холодок в груди, чувствуя, как выходит Эфериум. Последними через портал прошли Бен и Вут. Крис помахал Джорджу и тоже исчез.

— Береги себя, — сказал Марта и принялась подметать натоптанный пол.