Метаморфоза

Глава 1. Ищите путь сознания в фазе стандартного излучения.

Чайник поставьте на открытый огонь квазара. Космически путешествовать безопасно и с комфортом не будет возможно без помощи навигатора. Пространства объеденяются всеми векторами в одной точке.

«Информация есть и только, отсюда последует; что и сознание, тоже есть; намерение имеет место, контейнер создан, и не контейнер всё, что не относится к другим блокам типа контейнера и других типов...» — филосовский трактат Библиотеки Космической Республики «Воображение мысли».

Можно сказать, что, человек подобен космосу. Только сказать нельзя обратное, что, космос подобен человеку. Человек не создаёт движения, а просто движется, с космосом же всё иначе.

Космос одаривает всех своих обитателей основательно и безжалостно к пустоте, космос населяет пустые пространства новыми формами. Свойство составляет глубокий смысл рационального. Это находит отражение без конца в социальных условиях и в человеческой морали.

Роронорото сделал ход пешкой. Фигура заблестела, как блестит лампа в глазах болезненного и голодного на диете. Нот удерживал себя всю игру от того, чтобы не начать вдруг играться с роскошными фигурками на столе.

— О-о-о-ой установить обновления пора бы, — подтверждая свой ход вполне формально, андроид сделал пару фраз, чтобы отвлечься, — пожалуй будет лучше всего сейчас...

— Создай выбор, — заскрипел Звед, — Шах, убедись! Я съем твою фигуру, если не сделаешь.

Нот сделал ход, и продолжил попытки определить логику полёта мухи в начале дождя. Форточка была открыта, и, воздух залетал сырой, вот оказалась и муха на шахматной доске. Но вернёмся назад к прошлым событиям.

— Это потребовали сейчас, нужно сделать сейчас... — шипя Звед принимал ход от андроида Нотуа, — Нет не загружай ничего, просто продолжай партию, и не останавливайся...

Комната светится, на улице ночь. Роронорото отсуствует, что не удивительно, ведь они, пока не знакомы друг с другом даже.

— Смотри не потеряй источник, — шипя как сковорода с маслом, едва не закипая приговаривал Звед, и сделал свой ход, — ты не представишь сколько андроидов пропало в космосе!

— Почему пропали эти андроиды? — Нот ответил шахматным ходом снова без задержки.

— Орбиты находятся всегда далеко друг от друга, — поднимая вопрос прохрипел Звед, — расстояния содержат эти большие вероятности потерять какую-то важную информации. Это заставляет Машину Интерпритации изощряться всё время в генерировании программ, потому что случаи бывают эти самыми разными. Планеты есть повсюду.

Андроиды имеют более широкий выбор чем люди, при этом каждая планета интересна, а многие бесконечно прекрасны. Они имея много общего с людьми тоже понимают это. Они любят хлеб, что говорить...

— Нужно проанализировать все данные, — отвечая на поставленный Зведом вопрос, андроид делал новый ход опять без остановки, — нужно вычленить каждое условие, и создать новый проект с новыми условиями..

— Робот послушай... — перебивая, Звед кивал и соглашался с ним как бя, Звед продолжал беседу, и оставлял возможность вернуться обратно к этому разговору, к предмету разговора Нота, — ты знаешь, что делать правильно, ты умеешь верить, и, мы нуждаемся в тебе... Риск не осязаем, не чувствуется истина риска никем из нас! Мы воспринимаем риск как вещь в себе, как воспринемаем и другие многие вещи.

Однажды не осталось совсем электричества на всей планете... Электрик собрался было перекусить электропровод к запасному блоку питания, который завис. Он не использовал средства защиты.

И спас его андроид. Тот отстал из-за аккамулятора почти на нуле. Нарушение стало заметным благодаря электровизору в его корпусе.

Андроиды дополняют наблюдаемую ими картину искусственным воображением. Нот стал замечать, как бы мысля, мысленно. Все увидел траектории которые, уже видел до этого, уже встречал, и начал теперь, только подмечать их сознательно.

«Я не теряю свои навыки и последний, раз, лучшим не был» — молча рассуждал Нот, «Тут потребуется мне, по-видимому, теперь разгоняться, я прошу для себя только каплю терпения...».

«ОБНОВЛЕНИЕ УСТАНОВИЛОСЬ. ПОЖАЛУЙСТА ПЕРЕЗАГРУЗИТЕ ПРОГРАММНЫЙ ПРОЦЕССОР. МЫ БЛАГОДАРИМ ЗА ИСПОЛЬЗОВАНИЕ НАШЕГО ПРОЦЕССОРА!», — Нот переключил сообщение на экран, и сделал ход. Звед раскрыл глаза от удивления и смотрел на доску... Ничего не остаётся, как пожать руки и попрощаться до следующей встречи — Шах и Мат!

Дневник лежит в стороне, и наступил уже поздний вечер... Уже пришла пора всем ложиться спать. Звед записывал какие-то комментарии после работы сегодня, чтобы приступить к работе завтра быстрее, такая была у него привычка.

«… Представьте наблюдаете вы обычные груды болтов и шурупов в конструкции гуманоидов, что заключают пари сами с собой, друг с другом, общаются и шутят. Роботы обсуждают всякие свои дела и жизненные вещи, например события в новостях. Они живут и работают, а их, жизнь предоставлена в лапы манипуляторов, чтобы создавали себе сами неорганические процессоры... Андроиды живут как пауки.», — андроиды создают вместе с другими роботами разных видов свои коммуникативные системы внутри сред обитания, где они функционируют. Роботы создают роботов, и выстраиваются как-то сами в разные группы, в разные порядки — на виды, например на андроидов и обычных роботов, на классы. Классами быть могут, например глобальные системы координирования, такие как машины интерпритации или галлактический банк.

Синергия заинтересовала мир цивилизации Зведа в машинных свойствах, и прошло с тех пор не мало времени. Звед знает многое в своей науке. Он трудится астроинженером, а специализируется в области машинной сенергии.

«Они создают сами что-то сразу, только потребуется это. Системы возводят они вместе с целыми городами, которые создавать способны и корабли, людьми применяемые для колонизаций, а у них для неисчисляемого количества специализированных задач. Они совершают многие виды результата работы эффективнее нас — простых людей, хотя становится возможным это тогда, когда находятся они в группе.», — Звед пытается определить достойны ли получить цивилизации на меньших уровнях эволюции, те, которые нашли его коллеги, технологическую поддержку? Это является тоже его работой, — «Можно задаваться этим вопросом серьёзно. Кто-то заинтересован? Зачем быть кому-то на их стороне, на стороне роботов? Роботы живут по своим правилам.», — роботы живут на благо для кого-то даже в мире Зведа. Так устроена их логика, правда, система имеет свои требования к пользователям.

«Сколько займёт времени обучение и выпуск кадров, социальные обновления и общественная адаптация?», — Звед продолжал задавать этот и другие вопросы... Роботы существуют по отношению к другим как бы параллельно. Важно учесть все-все возможные факты.

Андроиды программируются при участии человека. Некоторые понимают цивилизации лучше самих цивилизаций, такие например супер-роботы, как машина интерпритации или галактические торговцы. «Чтобы поставить такую технологию в мир первой ступени, нужны миллиарды андроидов, чтобы получить все данные или один Нот...» — Звед поставил точку, и выключил светильник.

— Ты не живёшь и сам по тем правилам, которые утверждаешь сам! — переключая поток внимания на параллельную задачу, другими словами, уходя от игры, сказал, Нот как-то раз.

— Я живу именно по этим правилам, Нот, — указывая пальцами в воздухе отвечал Звед, — ты считаешь что дела обстоят как-то иначе?

— Я вижу противоречие в полной сумме всех твоих поступков. Они не сочитаются органично с моей точки зрения. Так содержат твои возможные поступки в моих идеальных данных одни противоречия, — драмматизировал своё мнение Нот.

— Да, сказать будет правильно, что мои поступки, — вздыхал Звед, — они индивидуальны. Персональные, говоря проще, они личные. Так является противоречивым твоё наблюдение, а не мои действия, то, что сказал ты, только, и получается что обычная интерпритация, а не моя противоречивость.

Звед поднялся с постели и вернулся к работе. Что приготовил на завтра конечно. Время было уже позднее. Ему хотелось и хорошенько выспаться тоже...

«Никто не понимает, что происходит в мире скорее всего, судя по тем данным, которые есть от Гостей. Никто не знает из Гостей что делать с этим, кроме Маши Порываевой и Энерджи Видель. Последняя поселилась вообще в мире с доминирующими паровыми технологиями... Так устроен их первая ступень цивилизации. Двух не хватит человек, у Гостей должно быть своё твёрдое мнение!», — думал Звед.

«… Вселенные сливаются друг с другом. Эпоха приносит некоторые свои новые поправки в обычные физические законы. Космос шумит, затихает, светится, обманывает обывателей.

И не понятно всем одинаково, что происходит на самом деле, это сбивает с толку часто так сильно жителей всех миров.

Меня сбивают с толку некоторые вещи. Например не понимаю, как устроен барьер моей скорости. Скорость падает даже после него часто, я считаю, что могут влиять на это превращения космоса только, это не доказано пока что.

Цивилизации делятся на три ступени развития. Миры добывают энергию только на своей планете, когда находятся на первом, им не ведомы изменения и сама жизнь вселенной, она для них всего-лишь большое пространство, супер-большое пространство. Ступень следующая у миров далее, инфраструктуру сожержит для добычи ископаемых энергии от одной, своей звезды.

Ступень следующая последней у миров, получают энергию от всей галактики и реже, от всей вселенной, она умеет создавать свои, и путешествовать между разными, она умеет перемещаться между разными точками в пространстве. Может случиться что-то серьёзное когда, вселенные сталкиваются друг с другом? Пока не понимаю этого до конца.

Я не был в других вселенных пока что, однако, мой мир предоставляет такую возможность. Есть такие планеты, которые совмещают в своей культуре рыцарей и рыцарские замки с одной стороны, а огнестрельное оружие и танки с другой. Всех объединяет в мирах нашей вселенной одна тенденция, это доминирование безответственного поведения перед гуманным в некоторого рода социальных динамиках.

История происходила эта, между прочим в парной планетарной системе. Планета-королевство боролось с планетой-республикой за использование галограммы Биллиса. Энергии доставалось всей системе, из-за изобретения пространственного редуктора, повсюду возникли проблемы взаимного согласия на строительства космических лифтов...

Стороны не общавшиеся друг с другом до сих пор... Близко жили друг к другу — на обеих планетах-спутниках, а побывать совсем рядом, или попасть к соседу, теперь стало легко... Тяжело переживался этот кризис.

Поэтому остаётся им использовать старьё для утверждения своих правил существования и только. Чтобы выжить они цепляются за символы внешнего мира. Внутри слабеют, риск исчезнуть совсем этим культурам с каждым днём, только повышается.

Ламы бродят для примера ночью в поле... Они ощущают словно что с миром что-то не так. А происходит революция в физических законах!

Это происходит постоянно. Нужно адаптироваться к космосу. Мир не виден, шанс упущен с высокой вероятностью — такой сделать остаётся вердикт, прежде получить отказ Управления Работы С Внешними Мирами от поиска сотрудничества с ними.

Ламы держутся вместе группами. Они смотрят в небо дольше обычного теперь. Они не спешат возвращаться в свои горы домой даже в метель.

Люди уделяют внимания друг другу больше чем раньше в таких местечках. Гости путешествуют по разным мирам. Везде возникли свои новые традиции в связи с этой деятельностью.

Это захватывает и, даже занимает интеллектуально обычно самое продвинутое воображение из всех на такой планете, какое может быть у Гостя. Космос сияет в бриллиантах... Пока прибывают все в добром настроении и в здравии.

Ламы не собираются возвращаться в тёплый горный рьельеф, а остаются подолгу внизу у подножья. Гости путешествуют, и делают это только для исследовательской информации. Хотя идёт строго по-плану не всегда всё даже у цивилизации третьей ступени.

Гости ждут что-то тоже. Они исчезают на время из своей рутинной жизни. Опыт не делает такой их более умными или развитыми по-крайней мере сразу, благо не существует надобности, что-то доказывать для существования причин таких традиций, наоборот опровергать...».

Звед не встречал сам пока ни одного мира даже Первой Ступени, а были это только обычные и отдалённые космические объекты с простой формой жизни. Похоже действуют везде живые организмы почти одинаково, хотя остаётся и не ясно, почему?

Цивилизации пытаются извлечь из ситуации и максимум выгоды, если судить по данным исследований других Гостей. Чтобы сохранить свой мир в безопасности, нужно придерживаться правил. Правила зависят от места.

Безопасность связана с метаморфозой почти всегда. Цивилизация реагирует неизвестным для своих отдельных разумных обитателей способом на изменения внешней среды, например на изменения космоса. Космос меняет и мир цивилизации, космос внутри неё.

Так выглядяли бы самые обычные и незаурядные перспективы в неизвестной вселенной для кого-то где-то далеко-далеко, вероятно в пределе досягаемости. Космос исчисляется бесконечностями, а справиться с таким под силу не всем. Цивилизации совершают огромный скачёк в развитии, когда перестают его только исчислять.

Что происходит в общем? Вот собирают ветки в ночном лесу для костра своего племени аборигены экзотической звезды, они живут на своей планете, и питаются плодами растений. Они разбираются совсем не плохо в космосе судя по тем данным, что доступны всем Гостям без исключения.

Некоторые пытаются прерывать общий процесс. Это делают зачастую бессознательные автономные компьютеры. Машины вычисляют хотя, и не перестают игнорировать данные.

Нельзя сказать о бракованных машинах, что делают они что-то полезное кроме исчислений бесконечных. Просто окружаются холодом... Пока не сломаются совсем.

Автономные представляют и угрозу тоже — как результаты черёд научных революций, шедевры интеллекта, как космический мусор и бесполезные генераторы. Гости придумали, что попытаться можно сделать с этим. Способ выбрали в роботе с функцией поддержания изменений и направленния их во-времени, с возможностью постоянного метапроектирования.

Роботы не имеют критически важных для человека функциональных лимитов. Гости подумали так и, решили сделать это ещё в древнее время. Тогда создавались и первые прототипы... Гости создают в своих лабораториях и новые прототипы дальше и новые задания для своих андроидов.

Прототип покрыт слоем защиты и выглядит немного как звёздный мутант. Его зовут Нот. Андроид подчиняется лично Гостю Зведу.

Андроид создаёт свой собственный стандарт. Он придумал для себя миссию сам после старта полной сборки. Нот путешествует для исследований на равне с другими Гостями.

Я отпиваю горячий кофе, да это кинотеатр. Скоро нахожусь дома где, свечи выдыхают мягкий свет на мой стол. Итак пишу, сегодняшнего числа...

Я выпрямил плечи, и попытался вспомнить слова, которые сказал мне андроид в последний раз нашей встречи. Ручку кладу на стол. Я собираюсь закончить всю работу пораньше.

Доклад пригодился по важному событию. Я действую с полным осознанием этой значимости. Мне придётся постараться снова всех их убедить сделать один политический шаг, чтобы подарить всем цивилизациям нулевого уровня технологии второго...

Космос заменил собой все мысли о большом благе современного общества, теперь это политический мост — все новые и древние галактики, неизвестные, неоднородные и неповторимые, которые меняются внутри всё время и постоянно... Нот вернулся с длительного путешествия на задание в Центр Дельта-Т, и передал все данные учёным. Они хранятся теперь внизу центра, в семи с половиной тысячах километров, нужно будет их принести в Лаболаторию.

Данные хранятся как бы сразу в двух измерениях, они разделяют мир и космос, и остаются в одном пространстве. Никто не помнит, кто придумал так делать впервые... Я знаю только создателя именно этой технологии.

Древние колонизировали солнце, кораблями были их обычные ракеты, а моим средством чёрные страницы потому-что, я пишу белыми чернилами по чёрному бархату. Мысли откидывать не всегда просто, особенно не замечая что, они поглощают только и только тебя самого. Интересно назвать нашу единую слитую в одно пламенное кольцо галактику солнцем, я думаю, что будет всё же не логично, потому что солнце сфера, а наша искусственная галактика как полая сфера, только имеет форму блина.

Я люблю блины. Я люблю летать по галактике. Здесь не похожи они ни на какие другие.

— Что делаешь Звед! Смотри как весело, светло вокруг! — пронёсся брат.

— Ты сбил меня с толку! — сказал я.

— Я сделал диск из камней размером с четыре звезды, смотри, они все в огнях! — указывал брат куда-то за далёкие облака и размытое небо, откуда доносились вспышки...

— Уйди! Мы увидимся теперь завтра! — крикнул я.

— Тебя ждёт большая награда от меня, если спасёшь всех живых существ из других вселенных, ты получишь информационный ярлык на правление во всех космических городах, которые построю я ещё и, которые построил уже, ты понял!

Он имел в виду и всех роботов тоже. Это было понятно для Зведа потому что, Звед удивляется каждый раз когда на новой искусственной планете его брата не работает ни один робот-гигант. Роботы-гиганты смогут заменить мастерство в управлении гравитацией и другими силами природы, когда не достаёт второго есть смысл использовать именно этот класс роботов. Они помогают не развалиться всей системе небесных тел. Роботы-гиганты исполняют роль лучших слуг.

Я проснулся уже в четыре часа утра из чувства хорошего сна. Стало рассветать медленно на зелёных лугах. Тень сбегала быстрее с верхнего зелёного луга, я живу в цепочке близких друг к другу планет.

— Как пишется твоя работа? — подкинула мысль мама, на кухне горела плита с яишницей.

— Я не знаю сейчас, как живут другие существа в других вселенных, поэтому работаю над этим. — ответил я.

— И скажи теперь как, это связанно с моим вопросом пожалуйста. — попросила она.

— Я делаю всё что в силах сделать из возможного. — сказал я.

— Молодец продолжай так и дальше сынок... — сказала она.

— Я уезжаю сегодня, помните?

— Да помню, твоя сумка уже у двери вот еда.

Я перешёл с веранды моего дома сразу в Лабораторию в четырёх тысячах километров. Тут находятся скалистые горы. Веранда открывает каждый раз моему взгляду пропасть для бесконечных снежинок, многие сносит с заснеженной поверхности.

Действительное происходило на работе следующим образом...

— Сколько будет пароходов сегодня? — спросил младший научный сотрудник.

— Я думаю что пять. — ответил я.

— Всего будет пять? — спросил он.

— Я думаю, что будет сегодня пять тысяч кораблей. — сказал я.

— Побереги мои нервы, что же, мне делать... — схватился напарник за голову. Он не привыкнет к путешествиям в части новой вселенной без физических возможностей нашей.

— Поработай сегодня с органикой на планетах с жизнью в нашей вселенной.

— Да сделаю пару важных дел для них!

Я расстаюсь со своим пропуском редко. Это случается может быть всего один раз в год. Тут изучается физическое свойство реальности превращаться из одной формы в другую, важно что во-первых он не материален.

Мы отправили четверть века назад в другое измерение зонд. И сложилось всё так что, он создал для себя целую армию репликантов, и отошёл от нашего управления, от наших комманд. Зонды связывают одни и те же значения вещества происходящего из метаморфозы, на самом деле у каждого из них свой особенный набор отдельных фундаментальных свойств этого явления, метаморфоза охватывает весь космос.

Напарник вернулся. Он забыл что-то, как оказалось, что не взял цифровую подпись от меня, которая разрешает ему доставить данные от Нота из хранилища. Я напомнил ему как это важно, стараться делать всё, сразу.

Я покажу ему как делаются дела в цивилизованном мире в своём отчёте через неделю. Я подключаю нашу систему к потоку энергии чёрной материи. Скоро буду в парной вселенной, то-есть буду в новой части вселенной, которая стала теперь продолжением космоса всей вселенной.

Борт качается и скрипит дерево, это солится брус. Виктор стоит повёрнутый ко мне, спиной. Море дышит спокойным солёным воздухом, день...

— Эй начнётся всё совсем скоро! Ты пришёл и правда из соседней вселенной? — крикнул он.

— Я пришёл из твоей вселенной, потому-что она теперь у нас с тобой одна общая. — крикнул я.

— Космос пренадлежит нам с тобой!

— Я не думаю так.

— Просто представь!

— Я ищу надёжного партнёра, а не разговорчики на палубе.

— Три тысячи кораблей двинуло с севера, вот тебе надёжные сведения, а корабли императорского флота плывут с юга, как и раньше, и с самого начала. — он отчеканил доклад, и следом оттарабанил ещё слишком сложную, чтобы запомнить мелодию.

Скоро придёт он. Вы спросите возможно, кто придёт? Вы увидете его в центре океана.

— На отпей нашей бурундувки! Пока ждём начала шоу.

— Я оставил кляксу!

— Ну!

— Нет!

Пушки раздаются грохотом, который долетает до водного корабля! Виктор разбирается во всех метасистемах. Бой не удивляет его нисколько. Владимир разбирается отлично в инерции, в физике, в паройдах и в вычислительной математике. Напарник стоит на палубе и, только начинает всё приходить в движение, он закатывает глаза и уходит, «Игра начинается слишком рано, слишком рано... Это будет так скучно, так скучно... Это будет как подбрасывание монетки из бумаги...».

Стон раздаётся истошный из пасти злобного флота Водяной Монстр... Так назвали его жители империи, свою горстку водных кораблей. «Когда заставлю всех их использовать мои новые энергетические станции...» думал Звед, «когда предпочтут все они оставаться в городе на зимнее время...», он продолжал рассуждать, и напоминать себе модель водного корабля, «когда перестанут болтаться в зимнем океане...».

— Я вижу дюжену мушкетов, один мушкет... — сказал Виктор.

— Теперь рассказывай что дальше... — сказал я.

— Подлодка поднимается выше, видишь там тонкая струйка пара? — указал Виктор.

— Да быть совсем горячий пар должен, вижу хорошо... — прокомментировал я.

— Пароподлодка открыла люк. — подсказал Виктор и передал мне подзорную трубу.

— Человек находится это с мушкетом возле него? — спросил я.

— Да присмотрись, нет же! — закричал Виктор.

— Да, вижу! — окрикнул я.

— Это бросай дело, это пароид, а не человек! — развёл Виктор руками.

Я не оказался готовым к такому повороту. Он не сказал мне раньше, что здесь есть гуманоиды. Почему не сказал?..

Ядра подлетают к этому моменту к зениту облаков. Я чувствую какую-то переполненную уверенность, я разберусь и с гуманоидами, только потребуется... Остановить ядра, и продолжить своё исследование, мне.

Сдвиг окрасил небеса в багровый и удар пространства обратился в сталь. Взрывы окрашивают небо в чёрные объёмные, жирные кляксы. Я не испытал какого-то потрясения, действие обычной физики!

— Ты смотри... — сказал я.

— Мне жаль, что Владимир не заметит этой красоты. — сказал Виктор.

— Нет, посмотри... Конечно не увидит, ведь, это почти невозможно. — сказал я.

— Что значит почти? — развёл Виктор руками снова, и поднял брови.

— Невозможно не бывает, нет. Почти, значит, что это слишком сложно увидеть, заметить, и встретить такое слишком маловероятно.

— Что не увижу? — голос Владимир послышался позади.

Владимир стоял по-видимому всё это время позади нас, и не отрывался от разворачивающегося события. Я услышал его шаги. Даже сейчас, он продолжает смотреть, и заканчивая говорить не закрывает открытого рта...

— Жару не увидишь! — крикнул Виктор не отрывая своих глаз от пейзажа.

День подходил уже к концу и вечерело, и раздавались новые грохоты и, всё повторялось. Небо темнело, снова и снова, только не становилось чёрным, мрачным. Я рассмотрел в подзорной трубе того самого гуманоида, с тем мушкетом, это и правда пароид, только выглядит пароид этот как настоящее чудо технологий.

— Владимир напомни пожалуйста, что делаешь ты? — спросил я.

— Я рассчитываю вероятности, а Виктор рассчитывает силы! — сказал он.

Отчаянные отправились паролёты, по-видимому выяснять никто ничего не собирается... Облакопадом взмывают паровые двигатели... Так работают скоростные моторы, тысячи их, они атакуют друг-друга, едва достигая зенита, шквальными атаками с обеих сторон.

— Да впечатляет огонь! — закричал Владимир.

— Ты говоришь про водную плазму, про горящую соль! — завопил Виктор.

— Вы говорите про боевую атаку. — сказал я.

— Ты не понял! — сказал Владимир.

— Ничего не понял ты! — сказал Виктор.

— Что не понял же я? — спросил я.

— Что действует где-то психокинетик!

— Ты не понимаешь, что на чьей-то стороне в битве маг?

— Взгляни на мой меч! — заблестал Виктор.

— Да выглядит как полная пустышка! — завопил Владимир.

— Я не понимаю ничего из того что, вы говорите! — закричал я.

— Да пойми главное, что это не обычный маг! — зашипел почти шотом Виктор.

— Это действует сильнейший маг во всей истории, возможно что всё дело именно так! — закричал Владимир.

— Возможно перевернёт все пароходы врага скоро единственной мыслью! — закричал Виктор.

— И кончится всё этим! — сказал Владимир.

— Только отойти ему нужно от нейтральной тактики для начала бы! — сказал я.

Пока не происходит ничего.

— Я буду говорить с императрицей. — сказал я.

— Что, будешь? — закашлял Виктор.

Вскоре показалось и океанское чудовище. Сторонам пришлось покинуть гавань, всем их боевым короблям вместе взятым пришлось начать нежданное отступление, возвращаться назад... Вечер наступил быстрее последних паровых выбросов имперских кораблей и пароходов.

Глаза слипались уже у всех когда, Виктор начал свою историю. События происходили год назад. Печку растопили уже, и стало холодать.

— Я увидел снаружи, когда был в скафандре такое чудо... Фантастические выстроенные дома на той планете это что-то! — затарабанил он.

Владимиру и Виктору рассказали на той планете в тот день на инструктаже о правилах использования Машины Интерпритации — в первую очередь. Когда ушли два инструктора, все оказались в зале. Девушка инструктор выступала на сцене с речью по этике.

Летели строчки Манифеста Людей и Машин. Здесь живут одни пароиды. Виктор и Владимир следили за пролетающими сотнями и тысячами кораблей, что шли на посадку или покидали планету. Это был флот Машины Интерпритации.

Они работали в городе полном пароидов, слушали музыку, прогувались вокруг достопримечательностей, пока раскрывались пейзажи... Всё работает тут идеально, транспорт ездит точно по секундам. Пешеходы выстраиваются как в коробке куриные яйца.

Мне оставалось только прогуливаться по разным местам этого дивного места. Я замечаю какое-нибудь проявление чёрной материи в городе и сообщаю Уули. В конце дня я получил сто положительных реакций.

Я говорил о сладких угощениях в кафе напротив химчистки с одним пароидом, когда пришло сообщение от системы, что обнаружился неизвестный объект в окрестности нашей звезды. Кто-то выяснил из группы уже, что это неорганический живой организм. Какое-то чудище стырило небесный пароход и быстро покидало нашу систему, оно сделано на десять процентов из тёмной материи.

Пароид из комманды поддержки Уули попросил нас поспешить на обед немного раньше чем обычно, чтобы мы успели разобраться с происшествием тогда, когда все пароходы на орбите будут готовы взять нас к себе на борт. На обед на второе, были сжатые калорийные десерты без сахара, кофе с нашей планеты. Я потребовал второй дисерт.

— Чудище захватило уже и станцию! — и сверяясь с парофоном, Уули выбежал из столовой.

— Тебе стоит взять третий... — и любуясь десертом, сказал пароид Уули это во-второй раз. — Стоит взять, ты — молодчина.

— Мы сможем догнать монстра быстро, если выстроит нам структуру Виктор так же скоро! — и доедая сыркороны, Владимир, который был со мной в команде, добавил. — Только не делай на этот раз какую-то доктрину!

Я накинул шубку и пошёл с четырьма коллегами после обеда в салон паровой каретки возле фонарного столба. Мы пролетели над городом до стартовой площадки в небе. Оттуда скорая пересадка на пароракету.

Едва подошли к мы монитору уже на станции, капитан заговорил... Уже стало поздно, враг захватил автоматизированную станцию и угнал.

Уули не захватил с собой по счастливой случайности. Он отправился до нас и был немного впереди хотя не достаточно, чтобы забраться внутрь. Он перешёл люк и оказался в комнате вместе с нами, мы стали возвращаться.

— Быстро уходим отсюда, чудище нагрянет в любую минуту... — и Уули спрятал парофон.

— Это известно уже? — спросил Владимир.

— Такое произойти вполне может. — и капитан исчез в корридоре, предоставив ответ Уули. — Ну-же взгляните, там, он выплюнул станцию...

— Ох! Ого! Ого-го! — послышалось вокруг.

— Остался небесный пароход с кучей пароидов на борту... — и капитан помахал остальным из-за спины прежде, чем исчезнуть. — Хотя н-даа, это уже пустяки, а Машина Интерпритации напечатает новые, ннн-да...

Выходя, я оглянулся и увидел огромные жуткие щупальца больше планет и гигантские бегающие блестящие глаза космического монстра. Чем питается только оно? Где берёт только Машина Интерпритации таких чудовищ, и в таких-ли только космических пещерах?

— Оно уничтожится через сорок часов, этот час, последний в периоде существования... — сказал Уули уже в каретке по пути на поверхность, он поехал вместе с нами снова.

— Как появляются вообще подобные существа в этом измерении? — откусывая яблоко спросил архитектор. Он занимается профессиональной экспансией пароидов в Северном Космосе, а до этого ещё много где. И летит тоже с нами, ведь он в комманде.

— Да появляется это как и везде, одинаково. Оно вмещает энергитеческие искажения, когда ускоряется превращение разных физических законов в новые, то возникают монстры, иногда... Они как и везде разрастаются слишком быстро и так же скоро растворяются обратно в космический потенциал органических организмов... — просвятил пароид Уули.

— Здорово, значит мы улетаем? — спросил я.

История не закончилась, когда остановился Виктор. Просто заснули уже все. Виктор закрыл глаза и так же, быстро заснул.

Звед попрощался с обоими рано утром и отправился в портал своего мира. Чтобы забрать с собой демонстрационную технологию из технологического мира вселенной второго уровня для мира уровня первого, Звед убедил комитет инопланетных миссий заранее. Он вернётся сегодня вечером с этой технологией, а, Виктор и Владимир выигрывая время втретят его, следуя этому плану, уже вместе с решением императрицы о встрече с ним.

Самосознание закончится тут прежде чем, пароид остановится или Дёежз. Исходя из обстоятельств, комитет инопланетных миссий в паровом мире, а именно его альтетратива — приняли решение скрыть информацию о искусственном сознании от самих же пароидов. Пароид привязывается к каждому человеку, то-есть к гражданину на правах умной машины — человек защищает машину, а машина служит свою службу.

Владимир проснулся раньше напарника. Он закинул руки за голову под солнечную тень раннего утра, он изучал схему, которую не удавалось ему вспоминать всегда легко, просто так, «все создаются такие сложные узоры, потому что и цвета и отсчёты создаются самим солнцем, это утро наступило и для каждого моего механизма...».

«Звед ушёл. Что делать мне ещё с Виктором, здесь наступает опасно тихо по вечерам... Шелест сбивает с толку крысиные стайки повсюду снаружи этой третьей внутренней городской крепости внутри крепости, где-то располагается дальше прямо, замок императрицы, а идти вместе с Виктором ещё полчаса до ворот из города!»

— Что договорились мы это конечно здорово. — сказал Виктор.

— Гений вернётся завтра и скажет ей что нужно делать. — кивнул Владимир.

— Что делают тут такие молодые люди? — спросила какая-то пожилая дама которой, мы не знали.

— Что забыли здесь вы?! — сказал Виктор, как отрезал.

— Взять их!

Они оказались окружёнными четырьмя, сначала, а затем ещё восьмью солдатами. Окружившие не были настроены слушать вопросы. Незнакомка закинула чёлку и открыла уродливое лицо. Она захохотала.

— Что происходит? — спросил я.

Напарникам пришлось сдаться. Выхода не было другого. «Я не был преступником, как эти идиоты...» — думал Владимир, и шагал в цепях.

Темница оказалась, в которую их привели, пустой и почти сухой. Кровати стояли ровно, только качались на самом верху этажей каждой кровати какие-то баулы. Конкуризатор не был мастером засыпать быстро в отличие от Виктор.

— Карга сказала что мы помощники какого-то чёрного мага!

Он перевёл дыхание и сел на простынь. Их собирались переносить в интеллект парового компьютера в наказание...

— Виктор проснись, а! Я думаю, что сможем мы с тобой, сейчас узнать что-то... Я тихо подошёл к решётке... — сказал шёпотом, я.

— Ты смеёшься, нам не выбраться... — наконец-то сказал Виктор и перевернулся на бок.

— Они говорят, что, мы убийцы, людоеды...

— Да плевать на них, дай поспать...

— Если не сбежите до завтра, старуха казнит вас, — сказал стражник через клетку, — а сбежите, то убъёт вас один из отрядов лучников... Печалька выходит какая-то, вы не находите товарищ, Владимир!?

Он закинул двуствольный мушкет в дубе на плечо... Оно выглядит с ним как ветка дерева... Темница охладела уже совсем скоро...

— Нет не в мою смену! — крикнул он спустя полчаса когда, я протянул свечу далеко в корридор, чтобы привлечь внимание крыс.

Он открыл дверь и схватил меня за шкирку. Виктор проснулся вдруг, и ка-ак ударил его табуреткой по спине! Он не сдвинулся и с места...

Они остались все побитые... Виктор выглядел побитым сильнее. Конкуризатор ощупал аккуратно руку.

— Что будет с империей, если мы не выберемся? — сказал он.

— Я забыл про телепорт! — и Виктор, стал дышать часто и глубоко.

— Да не будет, здесь завтра Зведа... — ответил Владимир.

— Эй услышьте предурки! Меня зовут Дёежз — появляясь за решёткой, сказал какой-то... Дёежз причмокнул шрамом с губой, — Я закончу вашу работу завтра уродцы!

Дёежз...

Он исчез за стеной вскоре. Владимир взглянул на беднягу Виктор. Ему стало так сильно грустно от того что, тот побит так сильно, он стал переворачиваться на другой бок, чтобы не видеть друга.

Его кляцанье боевым шпорами долгое время отдавалось эхом с других частей запущенного здания. Это были не обычные покупки, а было настоящим попустительством оружейного рынка... Блеск не отрывался от шпор, от рукояти с мечём в памяти долгое время!

— Ты слышишь? — захрипел Виктор тихо. — Мы видели ведь его сегодня во дворце императрицы, когда только заходили...

— Да заходили в тронный зал!

— Я помню его...

— Трудно запомнить... То-есть, есть возможностей много в этом мире, и...

— А?

— Некоторые не существуют для нас, для людей, а другие есть тоже, уже они-то и возможны вполне...

— Ты говоришь про игру слов?

— Я говорю про подарки на праздники поздней осенью, когда не спит никто в лесу, никто из его жителей!

— Звучит как-то поэтично... Это действительно и на самом деле мило!

— А ходит этот гад этой осенью, ты представь, по лесным тропинкам!

— Какой мерзавец!

— Тут шляется, там, затем...

— Что!?

— Да не делает ничего.

— Я осознаю...

— И говорит нашей с тобой императрице, что перебьёт всех самостоятельно!

— Без игрушек, а реально!

— Гад, он же предатель!

Сила перьев. Метаморфоза теряется и находится в проблесках материи, птицы как настоящие. Птицы улетают. Пояса проносятся птиц астероидами.

Утро рассветает. Травы сбегают на полях к ручьям и по руслицам в мокрой земле, и делают возможным орашение сухой почвы поодаль от ручья. Императрица прогуливалась на берегу океана последние часы, ей пришлось вернуться на пляж, потому что происходящее на воде не было объяснимо на самой воде и ей нужен был взгляд на действие со стороны, так сказать безличностный взгляд повелителя и верхновного командующего.

Дёежз докладывает императрице рано утром свой план уничтожения армии врага с помощью мультиаватара пароидов. Дёежз упоминает, что враги почти совершенные звери. Дёезж не перестаёт ведать о своих путешествиях за головами в далёкие земли, где он был наёмником, пока его не выкупила из рабства её Величество Государыня, пока, она не сделала его вольным человеком, в обмен на его таланты, которые увидела она в его шрамах — такое бытовало мнение тоже...

— Полубояров Роронорото Демидович перечислил возможные ошибки в работе службы для андроидов, — отпил чай, и сказал Виктор, он оглядывал комнату, в поиске дубинки от стола ощупал свою кровать, — они будут возможны пока только гипотетически.

— Ты огрел его как истинный ученик своего учителя, — сжимая кулаки сказал Владимир, — твоя техника всегда точна.

— Она называется Падением Пера.

— Он не вернётся больше.

— Почему, ты думаешь так?

— Он знает что в этой комнате, его ждёт падение.

— Я знаю, — и подчёркивая подбородок вперёд с важностью, Виктор улыбнулся едва заметно, — без возражений.

— Ты напоминаешь мне моего слизь из рассказа.

— Почему, я напоминаю, — задумался Виктор, — тебе слизь какую-то?

— Ты возвращаешься всегда на своё место, — сказал Владимир, — назад на своё место, после применения техники, вместе с ветром.

— Все перечёркиваю возражения, и соглашаюсь с тобой полностью.

— А перелетают птицы далеко?

— Я не знаю, мне не известно это.

— Я не скажу тебе никогда что мы друзья!

— Почему, ты не скажешь?

— Что, не, сказать больше ничего, — и засмеявшись тяжёлым грубым смехом как обычно, Владимир продолжил, — не можешь? Я верю, что мы лучшие друзья!

Вот что нужно: Зимний Пляж. Это планета-город пароидов, остановись. Всё что тебе нужно это брецель. Бит подскажет сигнальной системе, что делать дальше...

— Сколько времени? — спросила Энерджи Видель.

— Мне это не известно. — ответил маг.

— Ты не знаешь ничего, кроме заблуждения! — сказала Энерджи Видель.

— Сегодня назначена важная встреча, поговорим в следующий раз с тобой... — вставая из-за столика сказал маг.

«Брецель с мёдом у Пароида Пар Пара», зима, парогород Рацион. Сектор доминирует в экономике вычислительный. Роронорото прибыл по деловым причинам.

— Можно сказать, что являются они сами, чем-то вроде вычисительной силы? — спросил Роронорото у мага.

— Так именно, это вычислительные силы. — запивая булку крепким чаем сказал маг, который выглядел совсем бесстрастным, — вычисление обретает самую доступную для себя форму, оно как содержание без формы.

— Ой-ой-oй.

— Вы и правда такой бесстрашный?

— Это искусство.

— Вы знаете что здесь на карте и что к чему?

— Да, знаю.

— Это какой-то феномен, потому что не напоминает ничего из того, что известно науке сегодня.

— Я знаю.

— Вы знаете что-то больше.

— Вы сможете представить, что это перевоплощение?

— Да смогу, пожалуй этого будет достаточно.

— Что будете делать? — сказал Роронорото твёрдо.

— Вычислительный флот займёт позиции на орбите, здесь и здесь...

— А спутниковое оружее?

— На сверхсветовой скорости будет выходить из гиперпространства по необходимости.

— Тут отсутствует проблематика.

— Красота становится проблемой, ведь, армия тьмы настоящий трюк.

— Чтобы взяться серьёзно за этот вопрос, нам потребуется проблематика.

— Добро.

Толпы собирались за окнами. Недовольные выступают с требованием создать новые условия. Эта планета погрязла в мраке технических неполадок по мнению некоторых и последние мощнейшие перебои энергии стали последними каплями. Пароид зажмурился, когда увидел телевизионную камеру направленную на него, и побежал между ног десятков, сотен, тысяч, всех миллионов, по-большей части более высоких повсюду пароидов. Усилие прикладывал каждую десятую секунду вспоминая путь по кусочкам, он складывал их, и разъединял, он перебирал в памяти одно воспоминание за другим, пока не воссоздал всю примерную картину местности в этих координатах, и прошёлся по этому маршруту. Переставая бежать, до самого этого момента, у него начинало получаться раз за разом лучше управлять пространственными данными, до тех пор пока совсем он не стал использовать созданные им и выученные им же самые последние программные операции и кодирование техники для работы с данными данных информации, кодирования, этого...

— Люди находят ценное при чтении, — трогая сухие листы, гладкие, печатной бумаги, заговорил Роронорото, библиотека просторна, свободна — использовании источников, потому что так проявляется осознание, которое способствует осознанности, что является ценным.

— Моей является целью осознания катастрофы! — закричал Вице-Мэр, библиотека обнимала словно его своим большим эхо.

— Исскуство...

— Хотите знать, обмана нет! Тут не есть... — крикнул Вице-Мэр, библиотека отыграла свою роль как пианино, — ложь, обман! Они не умеют! Андроиды не научились ещё воспринимать жизнь как пазл большого мира, ещё чего-то большего чем они сами представляют из себя! Они занимают ничтожную роль от той, которой наделяете их вы своими представлениями, фразами и гепотизами, предположениями! Мы не живём в первом тысячелетии, поймите, что не убедить меня простыми тезисами, ни переубедите только утверждениями, вы не сможете... Пожалуйста извините, что, эмоционально начинаю, вас нагружать, вы первосходный.

— Смешно, — выдерживая паузу, Роронорото закрутил фразу, — Нам действовать нужно не спеша, быстрее. Действовать быстрее, это значит действовать не спеша. Гиганты строят кибербашни Северного района ТРИДВА309, они делают это быстро, они...

— И останавливать выпуск мы не будем, даже оставаясь без обновлений сударя Роронорото, других сударей. — сказал Вице-Мэр звуком ножниц парикхмахера.

— Рацион есть гиганты технологий, — заключил Роронорото.

Космос проносится в размазанном белом пятне. Портал перестал работать. Звед летит в другую галактику. Чтобы попытаться добраться через другой портал, хотя-бы, до ближайшего места к миру "шестьдесят два двадцать, паровые технологии".

Район открывается в облаках столицы Э'Домьэно. Тут есть всё это и малиновый расвет и даже дорожные паутинки в мегапространстве неба. Шоссе выглядит не красивее чем закаты на фоне паровых небесных кораблей в шустром-шумном, в мокром, в лужах и в осадках, в мире цивилизации Южной Метаморфозы.

В стране паровых небесных кораблей и парафонов, пародроидов и парокомпьютеров, пароракет, пара.

— Дёежз, — протягивал на "ж" и на "з" его главный, единственный конкурент, порождённый смолой голографии, по имени, Голопогонос, существо без сознания, тень человеческого эхо, и эхо других видов, Голопогонос, объект и субъект права образованный стихийной энергией вселенной, призрак без души... — Я найду тебя. Мы найдём тебя, Дёежз...

— Так получается, что ты выгоден нашему миру? — заговорил голос Нота за шторой.

— Нот, не мешай мне сегодня, андроид?

— Ты повторяешь за реальностью и именно, это заставляет, меня совершать, ошибку думая, что перед мной "ты", а ты не некто, ты точка.

— Давай поиграем сегодня тогда по твоим законам реальности Нот, раз желаешь ты так сильно поговорить сам с собой в этой комнатушке глупого отеля, в котором совсем никого кроме нас больше нет, кроме одного глупого совсем алгоритма и идеализированного сгустка ошибочного материала в представлении человека, ошибочного материала который считают чем-то вредным, чем-то угрожающим и опасным, как-будто я это все ваши традиции без которых вы и сами никто, а просто воздух без движения, вы, когда нет порыва ветров, ваши пароходы отстают от самых быстрых метиоритов, да и у меня нет ни сознания ни речи, на самом деле я искажение которое колеблет всю вселенную в некотором месте и твоё воображение, Нот, которого нет, только я не психическая программа, я физическое существо и синергия витальной скорости, предела которому нет, и не будет никогда, даже с помощью твоих дружков, Нот, вы не одолеете меня, я воплощение инстинкта, я использую все ваши лучшие наработки за все годы, что вы существуете, вы живёте и даже не похожи на тех мракобесов из параллельных цивилизаций, Нот, только я уничтожу всех вас, даже если вы подумаете что это не разумно, я просто подумываю сейчас об этом, всё же нет, вероятно, что не буду...

— Ты будешь наказан, — и отпивая чай, Нот присел за стол, — ты видишь, я успел уже сделать себе, чай! Может правда, что я и есть алгоритм, зато всё же, я быстрый алгоритм, если уж это и будет правдой.

— Я не помню почему ты это делаешь, — и разлетаясь в пространстве, существо Голопогонос зашипело, — я не задавался вопросом кто я такой! Я не делал этого никогда, я-я-я-я-я-я-я-я-я, я не буду этого делать даже.

— Ты будешь арестован если ты разумный. — заключил Нот.

— Я не знаю, что такое самосознание, мне не ведомо и сознание!

— Мы проверим всё, — и откусывая брецель, Нот встал из-за стола, — Я не вижу признаков пока, поэтому не буду тебя задерживать.

— Да-а-а, не будешь? А не смущает тебя что я невидимый?

— Гражданин уничтожит пару параллелий в гравитационной карте измерений. — и нажимая кнопки в нарукавнике, Нот продолжил говорить, — Это будет безопасно, протокол «Ветер Стандарт».

— Это не имеет отношение к какому-то моему инстинкту?

— А, иметь какое отношение оно должно?

— А! Ты пробуешь сказать что... Твои фразы, которые говорят "я-я и отношение", "оно", "иметь", "какое"... Я не понимаю, эти фразы... Значит будет, — и Голопогонос облёкся огнём, — вспышка огня! Ты... Андроидом являешься... Бессвязность железа, звуков, энерции, энергии или нет, это не железо? Жарче становиться будет, говори!

— Просто расслабься!

— Ну сказал же ты...

— Значения не имеет...

— Ну нет же, ты...

— Я вижу твой энергетический код... Зачем есть единица информации?

— Чтобы складывать беспорядки, не интересно и везде, и хаус!

— Так используешь каким образом ты структуру информации?

Голопогонос издавать стал какой-то странный звук напоминающий отдалённо рёв... Нот осознал, что произойдёт сейчас в Рационе какая-то катастрофа, и узнал есть ли поблизости люди. Он передал информацию об опасности следом и в "Службу" Рациона, чтобы спастись успели и цифровые интеллекты.

— Звед, скажи что делать, — заговорил на цифровом языке Нот, который объединял и андроидов и цифровых двойников — Ведь у него совсем нет сознания! А у тебя есть и оно естественное хотя бы!

— Оно есть и у тебя тоже Нот. Ничего, уходи.

Заехав на проезд ББА-200 за проспектом и после поворота с шоссе, Роронорото нашёл баннер Отеля «Ч» из окон своей каретки. «Ч» выглядел снаружи как музей. Внутри разместились кресла и стулья, ценники с описанием комнат на стенах под потолками в пятьдесят метров!

Роронорото читал: «1 монеток, простой... 2 монеток, надутый... 3 монеток, случайный... 4 монеток, завершённый... 5 монеток, превосходный... 567 монеток, люкс... 568 монеток, сосредоточенный... 888 монеток, человечный... Всё не подходит! Дело не во сне, дело совсем не касается сна... Где шастают эти глупцы? Вот носит их что-то где-то, здесь не найдётся для них, ничего полезного! Я написал свой первый патент будучи уже на их уровне! Параллелизатор и Конкуризатор могли бы уже сделать шестой, десятый патент, будь они здесь, только... Им требуется чёрная материя!». Изобретатель крикнул, когда ответил на звонок и услышал голос взломанного аватара с рекламой безымянного контрибутора.

— Номер находится ваш в конце корридора, — сказал андроид, и протянул ключи, — идите дальше, будет справа.

— Ага.. — ответил Роронорото, — Благодарю.

Подходя к комнате, Ронорото снял обувь, и надел тапочки. Сон навевал сильно. Он не зевнул.

Мыслекод показывал четыре цикла, две переменные, выражал структуру комнаты с беспорядком. Ему пришлось, сначала разложить энергию "по-полочкам". Он стоял в тапках возле двери и когда, парокомпьютер закончил выполнение программы, а физический катализатор настроился, открыл.

Комната оказалась пустой с одним роботом, сильно напоминающем пароида. Очевидно было, что это гуманоид. Что делает он здесь?

— Что происходит кто ты такой и, что произошло? — процедил Роронорото.

Глава 2. Где спрятан небесный корабль полный золота.

... Это случилось год назад. Тогда не было ещё и этой паровой планеты, Виктора и Владимира, Энерджи, магов и империй. Никого не было из них.

День был обычный. Я летел в галактику «Снежинки». Корабль прошёл быстрее обычного, и был на месте уже на пятнадцать часов раньше.

Космопорт вместил в себя космический парк кроме большой станции. Повсюду летали небесные корабли. Ходить можно без скафандра, тут живёт цивилизация первого уровня.

Я купил какао с булочкой в кафе с большим числом столиков и мне понравился их простой вкус. Они не были сладкими, просто вкусные. Цвета производились медузами в аквариуме, и оставляли радостное впечатление.

— Эй сможешь так-же, — трещал Виктор за столиком через два от меня.

— Вы говорите... — откликнулся я, и улыбнулся, припоминая какую-то аллюзию из книги, — вы говорите мне?

— Да, — отозвался Владимир, — говорю тебе, тебе!

— Что сделать, — заинтересовавшись, я продолжил диалог, и пошёл к его столику, — что именно?

— Ты сможешь, — сказал Владимир, и задумался, затем добавил, — вы сможете ужержать, вот эту трубочку для сока на носу, вот так?

Планета находилась внизу, под этим парком. Часть окрашивалась планеты в красный, часть в розовый и одна, половина была совсем чёрной, а другая полыхала в свете дня.

Здесь есть три космических лифта, которые показал мне любезный Владимир. Следующий прибудет небесный корабль только через четыре часа. Можно сказать, что у меня, ещё есть время.

Я работал над своей работой в портативном суперкомпьютере, когда прибывал. Я работал над созданием логики поставок и учёта расходов, планирования, и настраивал автоматическую адаптацию для всех возможных календарей, это была четыре тысячи сто сороковая версия моей программы. Я поработал до посадки как раз четыре часа, сделаю-ка перерыв, и спущусь-ка на поверхность!

Я пошёл к лифту, Владимир же остался в кафе. Инопланетянин поехал вместе со мной — это житель этой планеты. Мы молчали.

Мне стало сильно интересно, но не смотря на это всё так дождался прибытия лифта. Он пренадлежит расе известной в таких уголках вселенной, о которых никто на этой планете и не догадывается. Я старался не разглядывать его, чтобы быть вежливым.

Ветер встретил с моря меня уже внизу, это было в утреннем рассвете. Воздух таял из тёплого в прохладный, и чередовался. Я увидел инопланетянина, который не занят.

— Приветствую вас! Вы отдыхаете, или — сжимаясь, я пытался узнать путь к какому-то интересному месту, — ох извините, что отвлёк вас....

По-моему занят. Мне показалось, что не обратил внимания даже на мою просьбу. Мне захотелось испариться да побыстрее.

— Нет, не занят. Вы помогаете нашему миру? — раскрывая ладонь спросил он, на ней, я увидел ручную змею, — Вы помогаете как-то мне?

— Вопрос не связан с вашей работой, — извергнул я, потому что схватил в момент, что связался с каким-то невоспитаннып индивидом, мне оставалосл препарировать его логику, или поступить правильнее, — меня интересуют Памятники, места Дикой Среды, интересно узнать, где находится по-близости город, а «Медузная река»? — выслушивая мой вопрос с внимательностью фермера участка у подножья вулкана во-время грохота и какого-то шума, инопланетянин вхдохнул, наконец, и показал, что собирается дать свой ответ.

Он встал. И улыбнулся лениво. И почесав затылок показал куда-то в сторону, всё же заговорил, пять прошло секунд или десять...

— Прямо идите, налево поворачивайте после перекрёстка, а идите дальше вправо и налево, два поворачивайте раза, третий поворачивайте направо и, вы увидете город.

— Я благодарю вас, — сказал я.

— Да не делайте этого, тогда благодарю и вас я, — ответил инопланетянин.

— Почему говорите вы, что благодарить не, — задумываясь сказал я, —не, не делать?

— Вход закрывается через двадцать минут... — пожал инопланетянин плечами.

— А откроется когда? — приготовился я было уже вернуться обратно.

— А открыт он всегда. — сказал инопланетянин.

— Славно звучит! — сказал я, и пошёл дальше по-дороге из полностью оранжевого камня.

Перекрёсток прошёл быстро вся, дорога загрузилась перевозчиками... И подходя уже к месту, где поворачивать нужно налево, тут сделал поворот. Всё стихло, и исчезли дажа роботы-перевозчики, всё стало ещё грустнее за следующим за ним, только отставший робот догнял таймер, решил остановиться фух!

Я вернулся к наземной станции космопорта, лифты работали как и час назад. Я потратил на дорогу целый час! Так разочарован...

Глава 3. Любовный трюк.

День замечается, штора открыта. Я открываю свои глаза и вижу белый свет. Он исчезает, а горит во мне, внутри, только желание, одно единственное желание, это, желание оказаться на берегу.

Где горит песок между кожей пальцев, где тянет к себе, вниз, зыбкий песок. Волна падает холодная. Я не думаю почему, я понимаю...

Я понимаю, что уходит это море... Оно уходит всё дальше от берега, и находится сегодня в ста шагах от вчерашнего места. Мурашки пробежали по коже.

Мне становится холодно на лестничном проспекте. Это сквозит ветер. Солнце греет уже с порога, дверь закрыта и нет никакого холода больше. Ледяное уходит море всё дальше, море оставляет холодный и мокрый песок с пеной, солью, оно выкипает как будущий бульон в чайнике...

Что случилось на Сатурне, когда выкипели последние озёра? Что случилось с поселенцами на этой планете? Они стали останавливать солнце?

Нет, дождались корабли, которые, их забрали и всё. Они ждали сотни суток... Чтобы забрали их с этого поддельного Сатурна, от этого поддельного солнца, на эту настоящую Землю, там, обратно.

Это думает, мыслит последний человек в этом мире. Они бросили всё, и покинули колонию. Они оставили свой дом ради похлёбки с батоном нарезного, ради хлеба, ради зрелища.

Слабаки.

Те прибыли на Землю Два изначально ради развлечения! Андроиды остались со мной ещё... Вышли на связь неколонисты.

Кто-то заинтересован просто жить здесь, потому что нравится пейзаж, нравится фауна. Я понял, что такой я не один. Это не сбегала колония, это, колония стала страной в один день.

Удар!