Мертвое отражение

Пролог.

Пролог.

Говорят, что люди любят глазами. Что это значит? Да все просто. Если ты красива, следишь за своим телом и одеваешься не в нищенские тряпки, то все мужики готовы есть с твоей руки, как верные псы. Ну, тут я, конечно, немного преувеличила. Не все, точнее не сразу. При должном поведении довести до ручки можно всех. Уж я-то знаю. Красивое обнаженное женское тело напрочь выбивает все мысли из мужской головы, ну или того, что пониже, и он способен думать только о том, как его заполучить.

У меня красивое тело. И я знаю, как им пользоваться, а значит и о том, как заполучить любого мужика.

Ещё я ненавижу работать. Зачем? Зачем, если у меня есть кучу денег и много тех, кто может это сделать за меня? Стоит лишь правильно распорядиться тем, чем одарила меня мать-природа. Томный взгляд из-под ресниц, легкая полуулыбка, ткань дорогого платья, ползущая вверх и открывающая больше, чем дозволено приличиями. И вот очередная жертва уже попадается на крючок, осоловелым тупым взглядом наблюдая за ползущей по краю кружевных чулок шмоткой. Приглушенно хихикаю. Теперь этот богатенький мальчик готов купить меня с потрохами. Вот только я не продаюсь. Продается время, проведённой со мной и оплачивается оно тем, что я захочу. Я не продажная девка, как считают многие. Я просто та, которая приспосабливается к реалиям этого мира, как может. Я не умею работать. Тяжёлый труд не для меня. Лень? Может и так. Пусть трудятся те, кто хочет, гробя своё и так хиленькое здоровье. Мозоли на руках? Сухая кожа?

Брр, это приводит меня в ужас, заставляя передергиваться. Нет, пусть меня лучше называют шлюхой, но я не опущусь до уровня этих жалких бедняков.

- Госпожа Миланна, - рядом со мной около столика появился поджарый мужчина с грубым постным лицом. Не мужик, а бесчувственная уродливая машина, - звонил господин Хиллс.

- И что он хочет? - не отрывая пристального горящего взгляда от белокурого мальчика - жертвы напротив, низко протянула. Пальцы нежно обхватили ножку хрустального бокала и медленно погладили, поднося к приоткрытым ярко - алым губам.

- Вам немедленно требуется вернуться домой, - глухим равнодушным голосом сообщил мужчина.

Звонкий удар поставленного на стол бокала прозвучал слишком громко. Так и не сделав ни одного глотка, я медленно поднялась. Подхватила повешенное на кресло пальто и пошла на выход. Поравнялась с замершим парнем, из которого хотела потянуть деньги на этот раз. Ну и поиграть, конечно же. Мне стало скучно.

Наклонилась к его уху и томно прошептала:

- Я не прощаюсь, малыш. Мы еще увидимся. И никакой господин Хиллс нам не помешает.

Парень вздрогнул. Облизнул пересохшие губы и нашел ладонью мое полуобнаженное бедро. Я не дернулась, позволяя ему это прикосновение. Но и только.

Через минуту меня и след простыл. Я стремительно шла по блестящему паркету к выходу из элитного комплекса.

Урод, как про себя прозвала мужика, неизменно плелся за мной. Оценивающе разглядывала попадавшихся на пути мужские экземпляры, бросая призывные взгляды. Но никто, стоящий моего внимания, мне не попался. Обидно.

- Что хотел мой муж?- равнодушно задала вопрос, уже сидя в тонированной темной машине.

- Видеть Вас, госпожа Хиллс. Кажется, вечером у вас будут гости.

Хмыкнула, отворачиваясь к окну.

Слышу ваше недоумение даже отсюда. Как же так?!

Могу пояснить. Да да, у меня есть муж. Богатая до одури равнодушная жестокая скотина. Но не беспокойтесь за меня, как вы уже поняли, я ему под стать. И несмотря на то, что пять лет назад я обзавелась кольцом на пальце, я не прекратила свои интрижки. О нет, и мой муж не возражал. У нас было своего рода соглашение: я играю роль красивой вещи и не лезу в его дела, а он в свою очередь оплачивает все мои немаленькие запросы и закрывает глаза на все мои интрижки. К тому же, сделав меня своей женой он получил доступ к акциям компании моего отца. Ну а я была не против - все равно не разбиралась во всех этих цифрах.

Думаете, что я алчная сучка, раз кроме денег мужа ещё и с других мужиков деньги выдаиваю. Да, так и есть. Мне всегда всего мало. К тому же, как я говорила, мне скучно жить. А мои милые мальчики не дают мне заскучать.

***

- Дорогая моя, я заждался, - муж встретил меня, сидя в высоком кресле. Сидел, таращился, барабаня длинными пальцами по подлокотникам и ждал. Тонкие бледные губы вытянуты в ещё более тонкую полоску. Недоволен. Но мне наплевать.

Нацепила на лицо привычную улыбку, которой привыкла соблазнять всех. Ведь это так просто. Но не с моим мужем.

- Прости, ты же знаешь, что я была занята, - продолжая улыбаться, легкомысленно пожала плечами, бросая сумку и пальто на соседнее кресло. А сама упала в объятия другого шикарного диванчика.

- Мне наплевать, - равнодушным тоном процедил, - мне нужно, чтобы моя жена - кукла была рядом со мной, когда я требую этого. Не зря же я тебя покупал.

Кажется, я уже говорила, что замужем за безэмоциональном монстром, которому важны лишь положение в обществе, деньги и он сам. Впрочем, я такая же.

Именно поэтому меня совсем не возмущают эти слова, совсем.

- И я тут, как видишь, - дернула уголком губ, закидывая ногу на ногу, - и да, меня было за что покупать.

Усмехнулась, замечая, как взгляд мужа на мгновение приклеился к моим бедрам. Да, эти кружева так замечательно и соблазнительно обтягивают мою фигуру, что я готова скупить их все, расцеловав их создателя.

Но муж быстро пришёл в себя и, поморщившись, уставился мне в глаза.

- Миланна, прекрати, - процедил холодно. Будь я чувствительнее, даже ощутила бы дуновение ледяного ветра, - я не собираюсь с тобой спать.

Будто бы я этим интересуюсь. Холодный сухарь. Но захочу и будешь.

И если вы наивно подумаете, что моя красота не сразила его и мы так и не разделили супружеское ложе, то я вас разочарую. Мы переспали и не раз, однако, это событие было не лучшим в моей жизни. Мой муж везде и всюду заботился лишь о себе. Это коснулось и постели.

Хихикнула, покачав ногой в воздухе.

- Иди к себе. И не вздумай меня сегодня опозорить.

Ну что ты, дорогой.

Растянула губы в улыбке, чуть игривой и немного легкомысленной. Я блондинка, мне можно.

- Присмотренное колье в том магаз..

Муж взмахнул рукой.

- Будет и колье и все, что хочешь. Иди!

Просто взял и отмахнулся, как от надоедливой мухи.

Но у меня будет то колье с изумрудами! Ещё немного и я начну напевать себе под нос. Обернулась, муж провожал меня нечитаемым взглядом.

Ладно, подождем до своей комнаты и там порадуемся.

***

- Господин Хиллс, а где Ваша жена? - глубокий мужской голос задал этот вопрос моему мужу. Зуб даю, на лице последнего сейчас вот - вот готово было проявиться крайнее недовольство и злость на мою персону. Очень надеюсь, что не успело.

Тихо спустилась с лестницы, у которой все и происходило, и негромко произнесла, напустив томности в свой низкий хрипловатый голос:

- Миланна Хиллс перед Вами, - выплыла, гордо приподняв голову, с ровной царственной осанкой. Все же я здесь полноправная хозяйка. Приблизившись к мужу, взяла его под руку, - а как имя того, кто меня спрашивает?

- Андреас Кейн, госпожа Хиллс, - чуть наклонил голову молодой мужчина в темном костюме, - моя невеста имела честь быть приглашенной на этот вечер Вашим мужем. «Я ее сопровождаю», —он говорил ещё что-то, а мой взгляд откровенно скользил по его фигуре. О да, он был бесподобен. Тёмные глазищи, темные волосы, высокие скулы и пухлые очерченные губы. Ко всему перечисленному прибавить тело Апполона, облаченное в черную атласную рубашку с закатанными рукавами и тёмные брюки. Захотелось дотронуться до него. Неужели это совершенство и правда стоит напротив меня? Довольно улыбнулась. Кажется, он произнёс "невеста". Мне было наплевать, хоть жена. Повернула голову, встречаясь глазами с мужем. Он явно заметил мое разглядывания гостя, но предпочел сделать вид, что ничего не происходит. Между прочим, гость - то мое поедание глазами своей фигуры тоже заметил, но вот его реакцию понять было невозможно.

Муж в свою очередь занимался разглядыванием меня любимой. Прошелся по волосам, уложенным в высокую прическу, по нескольким завиткам, спускающимся на шею, по ожерелью - ошейнику с бриллиантами, по светло - бежевому платью до пола с глубоким декольте и вырезами, открывающими вид на бедра. Я люблю ходить по лезвию ножа. Приподняла бровь, словно говоря: " Ты не доволен? Я сделала всë так, как ты и хотел, дорогой муж". Отвернулся. Резко и больше не обращал внимания. Раздосадован. Вот только на меня или на свою реакцию, которую я не заметить просто не могла. Ухмыльнулась.

Мужские разговоры, последовавшие за этим, меня нисколько не интересовали. Пфф, не женское это дело. Мужики - добытчики, они сильный пол, вот пусть и оправдывают это.

Я была занята кое-чем намного более полезным и приятным. Я сверлила моего Андреса восхищенным взглядом, сияя очаровательной улыбкой. В животе порхали бабочки. Он просто божественен.

Мужчина периодически кидал на меня ответные взгляды из-под полуопушенных ресниц.

Тебе нравится то, что ты видишь, малыш?

Когда вдруг к нам присоединилась молоденькая девчонка в простеньком коктейльном платье, я скрипнула зубами. Но тут же чуть не рассмеялась. Андреас, ты меня огорчаешь. И это твоя невеста?!

Ни рыба, ни мясо. Однако, девочка была влюблена. Ну ещё бы, такое совершенство рядом. Но оно не твое, девочка. Уже нет.

- Не хотите ли выпить, Андреас? - я бесшумной тенью скользнула на балкон, протягивая ему бокал с вином, - между прочим, оно старше нас раза так в три. Попробуйте, - улыбка скользнула по его чувственным губам.

- Не стоило, - он склонил голову в бок, разглядывая приближающуюся меня. Незнакомый блеск зажегся в его глазах, опасный такой и тут же пропал, - Ваш муж, наверное, будет искать Вас.

- Не будет.

Я отрицательно покачала головой, поднося бокал к губам.

- Как Вам мой дом? - снова заговорила. Он молчал.

- Он прекрасен, как и Вы, - сказал так, словно это общеизвестные факты. Кажется, в голосе проскользнуло раздражение. На меня? Хм, крепкий орешек.

Подошла ещё на шаг ближе. Ну же, расслабься, я не кусаюсь. Пока что. Медленно провела кончиком языка по приоткрытым губам, слизывая капельки выпитого вина. Встала так, чтобы свет падал на мою фигуру. Ни один мужик не устоит, я уверена. Если он только не импотент.

- Попробуйте, - я искушала.

И он все-таки выпил бокал. Потом еще один. Мы о чем - то говорили. Да - да, я вполне себе хороший собеседник, когда на пути к своей цели. Правда, не забываем мило хлопать глазами и маняще приоткрывать губы.

- Может на ты, Андреас? - я стояла совсем рядом с ним. Чувствовала жар его сильного тела.

- Не думаю, что стоит, госпожа Миланна, - изрек мужчина.

- Разве я многого прошу?

- Хорошо, Миланна, - короткий вздох.

При прощании совершенно случайно провести по его груди, царапнуть ноготочком и обдать тонким парфюмом. Прощаясь, прошептать его имя на ухо томно и на выдохе. И уйти, резко и стремительно, не давая и шанса остановить и что-то сказать на прощание. Уйти, чувствуя его огненный взгляд между лопаток.

Он на крючке. Ухмыльнулась.

Он даже и не вспомнил о своей невесте.

Дальше дело за малым. Словно бы случайно прийти на работу к мужу, когда у него назначена встреча с невестой моего Апполона. Вырядиться так, словно завтра конец этого гребанного мира. Поплыть только от одного взгляда на мужчину. А дальше - больше: проехаться с ним в одном лифте, "случайно"застрять, мастерски играя фобию перед закрытыми пространсивами, обессиленно пркачнуться, заливаясь слезами, и вот я уже в его объятиях. Мужчины любят чувствовать себя защитниками - утешителями. Мой Андреас очень нежный и внимательный. Его ладонь гладит по моим волосам, а я мурлыкать готова, так это приятно. В общем, и не такие крепости брали. Игра началась.

Мой муж мне не мешал. Он просто не замечал меня, а я старалась не палиться, хотя и плевать на его мнение хотела.

Крепость пала спустя неделю. Вот тебе и верность.

Нет в этом мире такого понятия. Все предают, все лгут, все ненавидят. Нет ничего, чего нельзя было бы купить.

Его кожа и правда обжигает. Я и сама пылаю. Ещё немного и превращусь в горящий факел.

- Сни-ими его, к черту, - как же заводят эти его рычащие нотки. Выполняю, резко сдергивая с себя короткое темно - синее платье, которым теперь разве что полы можно было мыть. Его руки тут же сминают мои обнаженные бедра, приподнимая и заставляя обвить ногами его талию. Кожа к коже. Глаза сверкают, как у безумного. Губы уже не целуют. Кусают и жалят, оставляя цветущие следы после себя. Я не отстаю, царапая его обнажённую, слегка влажную спину.

- О Боже... Миланна.. Какая же ты горячая...

Моя спина с негромким стуком врезается в стену. Хрипло стону. Его губы нашли мою грудь. Запрокидываю голову, расширенными глазами смотря вникуда.

- Может, все - таки дойдем до кровати? - усмехаюсь, целуя его в скулу, что так нравится мне.

Мой Андреас безумно улыбается, и мы двигаемся в его спальню. Дверь с тихим хлопком закрывается за нами.

Не знаю, чем бы все это закончилось. Может быть, я бы устала от него и ушла бы первой. Может, мне бы повстречался кто-то более перспективный, ведь у Андреаса вовсе не было денег, лишь красивая внешность, что зацепила меня с первого взгляда. Он был неглуп, но это не всчет. Он имел несчастье клюнуть на мою персону и это уже его промах.

Ухмыльнулась. Иногда, меня могут посчитать сумасшедшей. Разве так говорят? Нет, но это я. Все мужчины сами виноваты в том, что происходит позже.

Я соблазняю и у них нет и шанса, но в том, что они поддались моему шарму они виноваты сами. Дурачки.

Так я считала.

В наших отношениях с Андреасом точку поставила не я. Эй, я так не играю. Так вышло впервые. Но и не сам Андреас. Это сделала его чертова невеста. Я ненавижу её. Тупая дура. Ненавижу!

Как я могла так расслабиться и не заметить, что она не так и бесполезна и безхребетна?

Это был обычный день. Я счастлива. Вчера я полдня провела в постели и не одна. Хихикнула, мечтательно облизнувшись. Вышла из комнаты, переходя в огромный пустой холл элитного отеля.

На мне был чёрный атласный халатик, под которым было лишь светлое кружевное белье, но меня не волновало, что кто-то может увидеть. Пусть смотрят, мне то что. Где же Андреас? Куда он запропастился?

Я успела лишь повернуться к двери, как та с громким стуком распахнулась.

- Ты! А ну стой на месте! - визгливый голос ударил по ушам, заставив поморщиться. Черт, ну зачем же так громко, девочка?

Передо мной во всей красе стояла невеста Андреаса. В какой - то наспех наброшенной помятой одежде, растрепанная и с безумным огнём в глазах. Последнее мне особенно не понравилось.

- Чего тебе? - флегматично спросила, будучи совсем уверенной в собственной безопасности и неотразимости. Я то сейчас выглядела на все сто, не то что эта пигалица.

- Ты ещё смеешь стоять передо мной такой спокойной и невозмутимой?! Ты ещё имеешь наглость спрашивать?! Ты?! - она уже орала. Казалось, что ещё чуть - чуть и сюда сбежится весь отель. Господи, ну зачем же так волноваться? Вернется к тебе твой Андреас. Может быть.

- Мне что, плакать надо? - равнодушно спросила, воззрившись на девчонку, которую мои слова лишь раззадорили.

- Ты, - она гневно тыкала пальцем, - двуличная блудливая тварь! Я слышала, что Миланна Хиллс неверна своему мужу, но ты же...! Я же любила его, - она кричала и периодически всхлипывала, - тварь!

Взгляд её полыхнул огнём ненависти. Что ж, наверное, в её возрасте мне были бы понятны такие пылкие чувства. Первая влюбленность, первая измена. Такое не забудешь. Разбивает сердце в дребезги.

- Такова жизнь, - пожала плечами, - он выбрал меня.

- Ни черта он не выбирал тебя! Я! Я его невеста. Слышишь!? - ещё чуть-чуть и у нее пена изо рта пойдет.

А дальше случилось то, что никто не мог предвидеть.

Ни я, ни служащий отеля, который прибежал на громкие голоса, ни Андреас, который в тот момент заходил в дверь, да так и замер.

Девчонка внезапно достала из-за пояса пистолет и громко крикнула:

- Ты думаешь, что твой муж сотрудничает с простачками, госпожа Миланна? - она хищно оскалилась, - не на ту напала. Так что, прощай. Желаю жариться в аду! Пусть жизнь тебя накажет за то, что ты совершила! Ты понять не можешь, что ты натворила! Ты не способна любить и не способна понять, что значит потерять любовь! Катись к черту, Миланна Хиллс!

С этими словами, она быстро щёлкнула предохранителем и нажала на курок. Замерев, я стояла и смотрела на свою приближающуюся смерть. И, к своему ужасу, не могла ничего сделать: ни пошевелиться, ни закричать.

Ну вот и все, Миланна. Вся моя жизнь пронеслась в сознании в короткие секунды.

И вот тогда, когда я уже прощалась с жизнью, произошло невозможное.

Пуля словно наткнулась на стеклянный барьер, отделяющий меня от окружающих. Она замедлилась, разбивая тот вдребезги. Миллион маленьких острых осколков разлетелся в разные стороны, безжалостно раня и царапая мою кожу. Пуля остановилась и повисла в воздухе, как и все действующие лица. Я стояла, окаменев, и могла лишь безумно вращать глазами, не понимая, что происходит. Не могла ни пошевелить рукой, ни сдвинуться с места, чувствуя, как адская боль охватывает все тело. Я словно горела, а осколки все сыпались и сыпались, вспарывая нежную кожу и оставляя крошечные, но дико чувствительные ранки.

Когда у меня уже не осталось сил терпеть, передо мной появился неизвестный. Это явно был мужчина, слишком внушительно выглядела его фигура, облаченная в длинный тёмный плащ. Пф, - остранненно подумала, -кто сейчас ходит в таких?

При его приближении, я увидела, что лицо незнакомца было закрыто маской.

- Ну что, Миланна Хиллс, довольна ли ты своей жизнью? - голос был настолько громким и проникновенным, будто он звучал у меня в голове. Равнодушие, сквозившее в таком красивом голосе, больно ранило.

" Нет, но я не хочу умирать". Говорить я все еще не могла, как и двигаться.

- А хотела ли бы ты жить? Хотела бы получить второй шанс?

"Что?!? И что я должна за это заплатить?". Только подумала, как голову сковало такой болью, что я чуть не потеряла сознание.

- Это не тебе решать. Согласна или нет? Больше спрашивать не буду.

Я уже не могла удивляться, понимая, что он словно читает мои мысли.

Боль так изматывала, что не было сил мыслить. Какой второй шанс, кто этот придурок, почему я все еще жива и почему так больно? Нет, я не задумывалась ни над чем из этого. И я была готова согласиться на всë, лишь бы эта боль прекратилась.

- Да будет так, Миланна Хиллс. Только потом не кляни себя, что согласилась, - на грани обморока мне почудился тихий смех. Но не мог же он смеяться? Что было дальше, я уже не увидела, провалившись в темноту.

Глава 1. Мёртвый мир.

Говорят, что другой мир — это круто. Говорят, что порой жуткая унылая реальность настолько достаёт, что хочется послать её к черту, и переместиться куда подальше. А там и благородные эльфы подоспеют с бледными породистыми лицами, длинными волосами, куда ухоженней твоих да заострёнными ушами. Куда опаснее их умение раздаривать пламенные взгляды направо и налево, чем стрельба из лука, которой они так славятся. И низкорослые заросшие гномы с мешками алмазов и других драгоценных камней, коих ты в жизни своей разве что на картинках видела. И внушающие страх своими габаритами да завитыми рогами демоны с демоницами; огнедышащие драконы, похищающие невинных прекрасных девиц и рыцари, спешащие их спасти.

Говорят, что такие вот другие миры.

Полные приключений, опасностей и разных всяких плюшек для попаданцев.

И тебе и друг - помощник, и нянечка - травница и говорящий кот в придачу. А там смотри, день другой и уже толпы принцев под твоим окном, один другого смазливей, только пальцем ткни да выбери. А потом еще и магию в себе почувствуешь, да такую, какой в этом мире отродясь не видовали. Самая главная да завидная невеста, не меньше.

Тьфу. Тошно до зубовного скрежета. Так, кажется, было у всех. Если вообще было. У меня все пошло под откос с самого начала. И это не было так весело, как могло показаться.

***

Первое, что я почувствовала, было болью. Дикой болью по всему моему многострадальному телу. А еще холод, который сковывал мои руки и ноги и не давал двигаться. Я чувствовала себя так, словно по мне проехался чертов танк и при том не один раз. Или быть может меня выкинули из окна в порыве гнева и ревности?

Боль растекалась по венам, не давая нормально соображать.

Где я? Что вообще происходит?

Открыв глаза, я тут же вновь их закрыла. Чудом не заорала. Какого черта?!

Во-первых, гребанного света было так много, что глаза сразу же заслезились. А, во-вторых, что самое паршивое, кажется, я напилась и вижу глюки. Или же накурилась!?

Миланна Хиллс, ты, кажется, отхватишь от своего мужа по полной. Вот чего чего, а дурью я никогда не увлекалась, о чем у нас с господином Хиллсом даже был заключён договор.

Ну не могла же я по своей воле отправиться в глухой лес, да не какой-нибудь, а весь какой- то сизо - серый, без намека на какую-либо листву. А еще над лесом зависли три луны?! Красного цвета!

Черт, точно нанюхалась.

Но боль во всем теле и противный сковывающий холод были слишком уж реальны. Я попробовала во второй раз открыть глаза. Картинка не поменялась. Вот черт!

А еще я оказывается была одета в один лишь атласный халатик, который стоил немеренное количество денег и сейчас был порван, что я с досадой отметила. И лежала я не где-нибудь, а на дурацких камнях. Кто их сюда притащил?

Застонав, села и принялась разглядывать, во что превратился мой внешний вид. О нет, мои кудри, уложенные некогда красивым водопадом, теперь выглядели крысиными хвостами! Ногти обломались! На ногах свежие синяки и царапины! А еще мне холодно!

Где я?! Где мой муж!?

Какого черта вообще происходит!?

Почему здесь лес серого цвета и три красных луны, а ещё что-то противно воет! Причем прямо у меня над ухом.

Я никогда не считала себе особой медлительной, но в тот момент, когда я развернулась, сидя на камнях, и все же подняла взгляд, все мысли покинули мою голову. Осталась лишь звенящая чертова пустота. Тело сковал леденящий ужас. А потом я заорала. Да так, что, кажется, меня было слышно за много километров отсюда.

Передо мной стояло...НЕЧТО...

Немедленно уберите детей от экранов!

Иначе кошмары им обеспечены.

Я начала медленно, но, верно, отползать, царапая ногтями противную серую землю.

Подальше, подальше от этого ужаса. НЕЧТО было такого же серого цвета, как и все вокруг, только более темного с меняющимися, будто плывущими очертаниями тела, если это вообще можно назвать телом. Руки, ноги - все при нём, но... БОЛЬШОЕ ГРОМАДНОЕ такое НО. У него не было головы. Вместо неё на шее зияла страшная рваная рана, из которой сочилась чёрная, густая кровь. Запах стоял специфический. В руках нечто держало ржавое...копье?

И нацелено оно было явно в мою сторону, ибо больше здесь живых существ, кроме себя, я не приметила. Да и как вообще здесь можно было жить? Все тусклое, мрачное... НИКАКОЕ. От земли, покрытой пылью, исходил тошнотворный, непонятный запах.

Проклятье, я что...действительно, накурилась?

Тогда можно быть спокойной. Скоро эти глюки или же дурацкие сны закончатся, и я проснусь, чтобы больше никогда такого ужаса не видеть.

Но. Видение исчезать никуда не собиралось. Правда, и своё наступление в мою сторону прекратило.

Пока я таращилась в сторону существа из ужастика, я пропустила другое. Небо на горизонте стало светло-розовым, почти сиреневым, знаменуя скорый рассвет. Что? Утро?

Что за странные, затянувшиеся глюки?

Нечто вдруг вытянулось, в последний раз махнуло своим страшным копьем перед моим ошарашенным лицом и исчезло, словно и не было ничего.

Только тогда я осознала, что звуки, показавшиеся мне такими жалкими, все это время издавала я.

Что мне делать?

Раз все это затягивается, то я решила осмотреться. Пусть, будем использовать все по максимуму. Раз это все снится, то мне ничто не может навредить в реальной жизни. Когда ещё выдастся шанс испытать такую необычайную бодрящую смесь из страха и предвкушения, но знать, что все это понарошку.

Стало жаль, что здесь нет моего муженька. Было бы забавно пристукнуть его раз эдак несколько или пустить на корм тому безголовому. Но что-то мне подсказывает, что мой благоверный та ещё тварь и всех переживет. Даже таких страшилищ.

Интересно, оно таким и было или его тупую головушку, раз оно дало себя убить, отрубили при жизни?

Впрочем, такие мысли занимали меня не долго.

Если подумать, то все было до странного реально. Когда адреналин схлынул, я вновь вспомнила о проклятой боли и холоде. Мой порядком драный халат больше обнажал, чем скрывал.

Нет, я горжусь своей фигурой и даже не прочь, чтобы ей любовались. Более того, даже испытываю дикий кайф от того, как исходят слюной мужики при виде меня, но. Сейчас мне было некомфортно. Как минимум. А если я испытывала дискомфорт, то я злилась.

Где мой Уродец со своей равнодушной миной и вечной услужливостью?

Я уже хочу его увидеть. Впервые была бы счастлива ему.

Но никого рядом не было. Все та же серая унылость, странный противный запах и три уже бледно - красных луны на небе. Ах да, и ещё намечающийся восход. Интересно, солнце будет голубым?

Меня пробрал истерический смех.

Что делать дальше? Куда идти, если вокруг неизменный унылый пейзаж?

Если это галлюцинация, то слишком реальная.

С трудом, но я поднялась с земли. Обхватив себя за плечи, ещё раз осмотрелась. Варианта два: либо оставаться на месте, либо идти, куда глаза глядят. Я ненавижу ходить пешком, поэтому решила подождать. Вдруг я проснусь?

Время шло, но все оставалось по-прежнему, кроме взошедшего на небо солнца. Обычного, ярко - желтого солнца.

Стало немного теплее. Но холод все равно оставался моей проблемой номер один.

— Вот же черт! - я поднялась и с глухим раздражением пнула попавшийся под ноги камушек. Он отскочил и неожиданно громко в стоящей тишине ударился о землю.

Только и я забыла, что не обута. Нога адски заныла.

Вновь чертыхнувшись, не забыв припомнить своего муженька, я поперлась сквозь этот непонятный дикий и пустой лес. Шла долго. Час или два, не знаю. Может, больше. Хотелось лечь. Ещё хотелось пить. И кого-нибудь убить.

Мои бедные волосы! Мои ногти! Мой бедный макияж! Где мои любимые и так необходимые вещи?

Все осталось где-то там. Где?

Почему я тут? Зачем?

Неужели это не сон!?

Я ничего не понимала! Да и не хотела понимать.

Я хочу в свой дом с тёплой уютной кроватью и горящим камином напротив. Я не хочу вот так вот! Я не подготовлена, мне не нравится так. От жизни я готова лишь кайфовать!

В конце концов, я опустилась на землю. Больше не сделаю и шага! Лучше умереть прямо здесь и сейчас.

Ноги были стерты в кровь. За что?

Паника, вперемешку с какой-то детской обидой овладела мной. Где мой муж, в конце концов?

Мне было страшно обидно.

И просто страшно.

А если мне попадется такой же безголовый? Где гарантия, что он не тронет меня?

Я начала озираться по сторонам, но никого не было. Солнце уже давно висело прямо над моей головой и даже немного припекало. Я уже говорила, что мне ужасно хотелось пить?

Верните меня домой!

А еще у меня было такое чувство, будто бы я забыла что-то очень важное. Но что?

В конце концов, я вновь заставила себя подняться.

Ступни были серобурмалинового цвета. Многочисленные царапины и синяки, припорошенные серой противной пылью, давали о себе знать. Неужели это и есть ад?

Лес даже не думал заканчиваться. Палящие лучи солнце туманили разум, путали мысли и желания, заставляя сбиваться с шага. Долгие последующие часы проклятой дороги я запомнила смутно. Жар, жажда, боль и серый лес, надоевший до ужаса.

Боль была адской. Каждый шаг давался с трудом. Моя кожа всегда была нежной, а тут острые пыльные камни то и дело впивались в мои бедные ступни, израненные, наверное, чуть ли не до костей. Но я не сдавалась.

Пить...Спать... Домой, хочу домой...

Зрение тоже мутнело. В какой-то момент я начала терять сознание. Сотни мурашек впились в мое измученное тело, голова адски закружилась.

Что за звук? Еле открыв глаза, я не сразу вспомнила произошедшее. Реальность не хотела мной осознаваться. Все-таки отрубилась. С досадой скривилась, чтобы тут же почувствовать новую боль. В рассечённой губе, из которой тоненькой струйкой текла алая кровь, которая почему-то мной так ярко ощущалась. Боль ощущалась и в затылке.

Ну почему я такая невезучая?

Неужели я, действительно, куда-то попала?!

Так и не поднявшись, я позорно разревелась. К черту всех и вся! Почему это происходит именно со мной, Миланной Хиллс!? Чем я заслужила?

Я, у которой многомиллионное состояние и толпы поклонников?!

- Я не хочу! Я не собираюсь здесь находиться! Верните меня обратно!

Но ответом мне было лишь разнесшееся эхо от моих же слов. Звенящая тишина стояла вокруг, засасывая в свой липкий плен. Да страх, подкравшийся ко мне, и не собирающийся отпускать из своих холодных объятий.

Да, мне вновь становилось холодно. И страшно. И одиноко. И вообще... Я хочу домой!!!

Боль стала моим постоянным спутником. Но, если я надеялась, что на этом мои занимательные приключения закончатся, то я ошибалась.

Причем жестоко ошибалась.

Солёная влага разъедала запекшиеся ранки и порезы. Глаза опухли и покраснели. Я не видела дальше своей руки и, наверное, так и оставалась бы на месте, если бы не порыв ледяного ветра, обдавший меня могильным холодом, появившимся словно из ниоткуда. Вздрогнула всем телом и подняла голову. Глаза распахнулись сами собой. Снова! Черт, снова эти твари!

На этот раз их было много, и они окружали меня плотным кольцом. Сизо-серые, чёрные, а где-то и почти прозрачные - все они выглядели существами из вашего самого главного кошмара. Каждый был настолько уродлив, насколько может вообразить человеческое сознание. Они не стояли на месте, перетекая с места на место,оставляя за собой темный дымок. Самая огромная тварь передвигалась особенно быстро. Выше остальных на несколько голов она была окутана в черноту, словно в плащ, и лица не имела. Только чёрные провалы вместо глаз и узкий, вытянутый книзу очерченный, более светлый подбородок. Эта тварь пугала сильнее остальных, хотя видок у некоторых был и пострашнее. Один и вовсе держал в обеих руках по ржавому мечу, с которого капало нечто черное и вонючее; другой не имел одежды от слова совсем и был покрыт огромными отвратительными язвами с кишащими внутри него червями. Меня внезапно затошнило. Но невзирая на это, я резко развернулась к ним спиной и бросилась бежать, ныряя в небольшой промежуток между тварями.

Быстрее, Миланна, быстрее! Дыхание вырывалось с хрипами, боль практически не ощущалась. На этот раз я понимала, что мне конец! Я не знала, где оказалась, какие возможности у этих тварей и какие здесь вообще законы бытия! Твою мать, я ничегошеньки не знала!

Пожалуйста! Умоляю! Небеса, сжальтесь надо мной!

Слезы безостановочно текли по моему лицу, мешая и без того слабому сейчас зрению.

Не хочу! Замотала головой! Не хочу так закончить свою жизнь. Что им от меня надо!

Даже денег нет. Но они явно им и не нужны. Еще подавятся!

Сколько бы я не бежала, запинаясь за острые узкие корни мерзких деревьев и падая на проклятые ледяные камни - итог был один.

Могильный холод всегда следовал рядом за мной.

Я обернулась. Твари не торопились, следуя за мной на расстоянии, словно насмехаясь над моими жалкими попытками спасти свою драгоценную жизнь.

Но для меня она и была такой! Я столько еще не успела! Сколько денег и чужих нервов я еще не потратила... Горько всхлипнула, чувствуя холодное дыхание своей смерти за спиной.

Та самая, огромная и мерзкая, тварь вдруг оказалась прямо передо мной. По инерции продолжила бежать и громко заорала, когда пролетела сквозь существо. Сотни мерзких, противных голосов пронзило мое сознание. Женские, мужские, детские... Все они о чем-то кричали. Стоны, угрозы, просьбы... Все слилось в многоголосый гомон, силясь свести меня сума. Зажала уши ладонями, но это не помогло. На грани. Я ощущала себя раздавленной и жалкой.

- Прекратите! - умоляла, требовала и я. Но все продолжалось, пока я неосознанно не сделала несколько шагов вперёд. Что-то мерзко лопнуло над ухом с громким треском. Только тогда поняла, что убралась с того места, где находилась тварь и все прекратилось. Что это?!

А тварь так и осталась стоять, наслаждаясь моими мучениями. Она медленно повернулась и вперила в меня свои темные провалы. Я уже знала. От неё мне не скрыться.

- Мы зна-а-ем все твои стр-а-ахи и жела-ания, Мила-а-анна Хиллс! - прозвучало эхом в моей голове, заставив меня покрыться холодным потом, - Тебе не скрыться от на-а-ас!

Как?!

Я попятилась. Понимала, что не уйти мне на этот раз, но все равно отступала. Тварь медленно двигалась за мной, остальные наступали плотной стеной, но где-то позади главаря.

- Ты будешь умира-а-ать очень долго и мучительно...Ты любишь мучить других. Мы отомстим... - зловещий шепот продолжал звучать в моей голове.

Тёмные провалы затягивали меня в свою черную пропасть. Я сопротивлялась, пыталась избегать взгляда твари, пятилась, но все бесполезно.

Несколько мгновений и я стою, как вкопанная, и смотрю в глаза своего мучителя. Весь окружающий меня мир пропадает, остаётся где-то вне моего сознания.

Тьма. Чёрная, бездонная темнота вокруг меня. Только она и сотни, нет тысячи голосов, терзающих мой разум.

Мне страшно. Холодно. Я чувствую, как что-то рвется в моей груди. Сопротивляется, дрожит, но медленно и верно покидает меня. Что это?

Я не знаю, но сделать ничего могу. Я обездвижена. Даже моргнуть не получается. Жалкая, беспомощная.

Голоса продолжают звучать, давят на меня. Снова на грани. Еще чуть-чуть и я сойду сума.

- Ну что, Мила-анна-а Хиллс, тебе нра-авится?

- К черту, тварь! - хочется заорать ему в ответ! Но все, что я могу — это продолжать стоять и ощущать могильный холод. Тепло окончательно покидает меня.

И я понимаю. Скоро я умру, если ничего не сделаю. Эта тварь убивает меня!

"Ни за что! Или я ни Мила-нна Хиллс!"

- В тебе нет ни ка-апли ма-агии, но твои эмоции та-ак вкусны, Мила-нна Хиллс! - голос дрожит от наслаждения. Твари!

Внезапно темнота немного отходит, и я вижу, как другие тени обступили меня. Сзади стоял тот с двумя мечами. Я даже сдвинуться не успела, как он обрушил их на меня. С широко распахнутыми глазами я смотрела, как меня убивают. Но вместо ожидаемой мной крови, я увидела, как чёрная дымка начала исходить из тех мест, куда меня ранили. От шока я даже не сразу почувствовала боль. Заорала, но ни звука не раздалось из моего рта. Боль была сильной, но это не было обычной болью. Словно тебя предал близкий человек, словно тебе разбили сердце. Это была душевная, невыносимая боль. Несколько мгновений и я забыла, кто я, где я и что происходит. Я уже не соображала, падая в темную пропасть и видела лишь страшные, уродливые морды тварей перед собой и взмахи мечей, мелькающие повсюду.

Я чувствовала, как умираю. Капля за каплей моя жизнь меня покидала. Но мне было все равно.

Смерть — это ведь освобождение, правда?

Дальнейшее я помню лишь смазанными короткими урывками.

Внезапный толчок. Боль, огненной лавой прокатившаяся по онемевшей спине. Вновь толчок и мое тело взмывает вверх. Долгая тряска. И вновь долгожданное беспамятство, где нет ни боли, ни каких-либо других чувств.

Я умерла?

***

- Kurt, tre vervom? «Or’s tre sagred?» —произнёс незнакомый мужской голос надо мной. Это было первым, что я услышала, когда очнулась. Затем я осознала, что жива и, что я из его речи ничего поняла. Что!?

Открывать глаза я не спешила, да и боль никуда не делась, лишь стала какой-то приглушенной. Спустя ещё одно мгновение я поняла, что лежу на чем-то мягком. Мне не было холодно, значит, и сверху меня прикрывала какая-то тряпка.

- Тre om f'ozn, — это прозвучало уже прямо надо мной. Голос был другим. Холодный, равнодушный и хриплый. Такие обычно бывают у тех мужчин, что говорят очень мало. Видимо, та ещё ледяная глыба с завышенным самомнением. Наверное, мое желание увидеть обладателя этого голоса и заставило открыть глаза.

Чтобы в следующую секунду судорожно сглотнуть и попытаться сдвинуться с места. Увиденное совсем не совпадало с образом, который я представляла увидеть. Обладатель такого шикарного голоса непременно должен выглядеть на все сто, и как минимум быть... ЧЕЛОВЕКОМ!

На меня смотрели чёрные, пустые и совершенно равнодушные глаза! На мгновение мне показалось, что это та тварь смотрит на меня своими темными провалами. Страх накрыл с головой. У этого черными были даже белки глаз, чёрные прожилки разбегались по лбу и скулам, делая мужское лицо невозможно пугающим. Узкие, сурово поджатые губы; короткая темная борода и длинные тёмно-коричневые, почти чёрные волосы по плечи. Это все, что я разглядела.

Этот мужчина был совершенно не в моем вкусе. Что ж, ситуация ситуацией, а мужика я всегда запримечу и оценю. Три из десяти.

Это все пронеслось в моей голове за доли секунд. В следующее мгновение я вновь попыталась отползти, куда подальше, ибо этот индивид жестко схватил меня за подбородок и развернул мое лицо к себе. Его глаза стали ещё чёрнее. Словно сама тьма смотрела на меня оттуда, расползаясь по его лицу и шее.

Он скривил губы и внезапно больно отпихнул меня назад. Ударившись спиной о землю, я тихо всхлипнула. Что, меня и не оценили? Обиженно сверкнула глазами. А потом вспомнила, как должно быть я выгляжу сейчас. Провела рукой по волосам. Пакля паклей.

Да, тут любой мужик скривится от отвращения!

Раздался громкий смех. Я подняла взгляд и увидела несколько мужчин, стоящих немного позади того, кто рассматривал меня.

Они все смотрели в мою сторону и смеялись. Мои жалкие попытки оценить свой внешний вид их так позабавили?

Расправила плечи. Ну уж нет! Моя гордость все еще при мне!

Черноглазый равнодушно оглядел меня и отвернулся, что-то негромко бросив остальным. Те ответили ему, но он вновь коротко произнёс, с нажимом.

- Om.

Они затихли, но взглядами меня одаривать не перестали.

Я чувствовала слабость во всем теле, но осознавала, что последствий от произошедшего должно быть больше.

Та тварь говорила о магии - вспомнила я. Может, эти что-то сделали со мной, что боль немного отошла? Совсем не странно, что в существование магии я поверила безоговорочно.

Меня больше не трогали, лишь изредка между делом бросая короткие изучающие взгляды в мою сторону. Они меня не пугали, хоть я и понимала, что некоторые из них таили в себе всем понятные эмоции. Маслянистые глаза оценивали меня. Все, кроме черноглазого, были подстрижены коротко. Одежда у них была примерно одинаковой: коричневые плотные брюки, темные рубашки на шнуровке у горла, а до некоторых пор поверх них были надеты коричневые нагрудные доспехи и длинные плащи. Сейчас они были сняты и отложены в сторону, пока мужчины занимались своим делами. Кто-то разводил костер, кто-то для этого носил хворост и вешал котелки над огнем; кто-то повел за деревья привязанных до этого лошадей, существование которых я приняла со странным отстранением и спокойствием.

К слову, что меня удивило, так это смена пейзажа. Здесь не было тех отвратительных серых деревьев. Напротив, природа вокруг меня была вполне себе такой, какой я и привыкла её видеть дома. Правда, скорее на картинках, чем в живую. Сейчас мне представился случай насладиться ею во всей её полноте.

Кого я избегала взглядом, сидя на своём месте, так это черноглазого. Он, в свою очередь, в бросании взглядов в мою сторону, замечен не был.

Однако, я рассмотрела его, когда позже он подошёл и кинул что-то в мою сторону.

- Strym, - бросил он и отвернулся.

- Что? Я не понимаю вашего языка! - черноглазый на несколько мгновений остановился, развернул голову в мою сторону, осмотрел с холодным прищуром и ушёл, так не сказав больше ни слова.

В отличии от остальных мужчин, он не расслаблялся ни на минуту - не снял свой единственно чёрный кожаный доспех со странным ромбом по центру, да и плащ с кожаными наручами оставил. Когда он уходил, я с внезапно появившейся дрожью заметила торчащие парные клинки за его спиной.

Кто это и куда я попала?

Чернота с его лица пропала, но я все еще помнила, каким пугающим было его лицо.

Когда его фигура скрылась за ветками деревьев, я опустила взгляд на старый плащ, укрывающий мои ноги, и внезапно рассерженно зашипела.

На нём валялся жалкий кусок хлеба. Он кинул мне его, словно последней вшивой собаке! Собрав силы, я поднялась. Ноги дрожали, израненные ступни сразу заныли от соприкосновения с неровной землей. Чуть не упав обратно от головокружения, я схватила этот паршивый хлеб и выпрямилась. Пошатываясь, я двинулась вслед ушедшему черноглазому. Выдавая ругательство за ругательством, я обогнула сидящих у костра мужчин и раздвинула ветки, за которыми скрылся тот паршивец, оскорбивший меня. Тогда я не думала о том, что они спасли меня. Не думала о том, что нужно благодарить провидение за их своевременное появление, да и стоит ли вообще их благодарить. Я думала только о том, как сильно я желаю расцарапать глаза за его выходку!

Он нашелся сидящим на растеленном плаще под широким раскидистым деревом, очень похожим на наш дуб. В руках у него был один из мечей, который он чем-то чистил от запекшейся чёрной крови. Вспомнила тех тварей и передёрнулась. Уверена, что мое появление не осталось не замеченным, но он продолжил своё занятие, равнодушно жуя сорванную травинку.

- Эй ты! - думаю, меня он не поймет, но интонация моего голоса говорила сама за себя и явно была возмущенной.

Черноглазый никак не отреагировал.

Тогда я подошла ближе и со всего маху швырнула в него мерзкую подачку.

- Забери и сожри свой хлеб сам!

Вот тогда он поднял голову и на меня пахнуло могильным холодом тьмы из его глаз.

- Ters.

Медленно отложив меч в сторону, он отряхнул свои ладони, выплюнул чертову травинку и поднялся во весь рост. Я сглотнула, но отступать не собиралась.

Потом я думала, неужели до меня еще тогда не дошла вся плачевность моего положения в этом мире? Неужели я не понимала, что одна лишь гордость и самомнение не помогут мне выжить? Что я всего лишь чужая одинокая женщина, явно уступающая в силе отряду мужиков.

- Vera! Dew gret ho ew's.

- Что? Я не понимаю твой тупой язык, мерзавец! - я ткнула пальцем в его сторону.

Внезапно его взгляд опустился ниже и от него полыхнуло яростью.

- Dew hotol as scam! Descam gerda!

Он наклонился к земле и схватил свой плащ. Оказался рядом за один удар сердца и жестко схватил за плечи. Больно впиваясь своими пальцами в мою кожу, он угрожающе навис надо мной, с силой встряхнул меня и сунул в руки плащ.

- Тers. As wekol gretvez dran, esat lert!

Что он там орет? Снова сунул мне плащ и больно стиснул подбородок. Тьма вновь дохнула на меня арктическим холодом, и он отступил, сплюнув в сторону.

- Мерзавец. Что ты мне суешь свой плащ? Думаешь, буду стесняться тебя!? Сами сидите у костра и едите нормальную еду, а мне чертов кусок хлеба и старый вонючий плащ!

- Ters, - на этот раз он произнес это слово тихо, но я внезапно решила помолчать, осознав, что только что орала на мужчину с тьмой вместо глаз. Он играючи обращался с оружием, силы в его руках было немеренно, судя по синякам, наливающимся на плечах, да и другие его явно слушались. Он был силой и силой мне незнакомой.

Затихнув, я смотрела, как он удовлетворенно хмыкнул. Наклонился, поднимая тот жалкий кусок хлеба и с равнодушным лицом сунул его мне в руки.

Обалдело я смотрела на него и не могла поверить, что это происходит со мной. Что за манеры? Что за обращение с женщиной, в конце концов?

Конечно же, я не думала о том, что разгуливала в лесу перед толпой мужиков в коротком драном халате. Привыкнув к реалиям своего мира, я была твердо уверена в своем праве. Кто они такие, чтобы указывать мне! Я никого не провоцирую. Это они должны держать свои желания в узде.

Швырнув злосчастный кусок куда-то в высокую траву, я накинула на плечи чёрный плащ, пахнущий чем-то терпким. Подумала, что, пожалуй, он мне пригодится, да и чем не радость лишить этого высокомерного черноглазого плаща. Бросила в его сторону последний злой взгляд и решила вернуться к тому месту, где сидела.

Мужчина провожал меня нечитаемым взглядом, лишь слегка качнул головой, словно чему-то не веря.

Когда шла мимо сидящих у костра, вновь ощутила на себе многочисленные масляные взгляды и громкий хохот. Язык я их не понимала, но посыл очень даже. На этот раз мне вдруг стало неуютно и страшно. Плотнее завернувшись в плащ, я быстро пересекла поляну и уселась на импровизированное ложе. Пусть здесь не было ярко горящего костра и ароматной еды, но здесь не было и их.

Наверное, у мужчин есть какая-то защита от тех тварей, хоть и меня защитят. Наверное...

Я с сомнением бросила взгляд на громко спорящую о чем-то компанию и поежилась. Внезапно вновь ощутила, как устала. Злость покинула меня, как и адреналин, и мое тело вновь осознало, что ему пришлось сегодня пережить.

Наверное, я задремала.

Ибо очнулась от стука копыт и ржания лошади совсем неподалёку от себя. Протерев глаза, я увидела, как черноглазый бросает что-то оставшимся мужчинам, которые уже расположились на ночлег по разные стороны костра.

Жалкие уроды! А женщине, значит, мерзни на холоде!

А этот... Раскомандовался!

Он и им явно что-то приказывал, а они кивали. Один из них, казалось, что самый молодой, украдкой бросил в мою сторону быстрый взгляд.

Черноглазый быстро подошёл к своему коню, который ему под стать был сплошь чёрным, и легко запрыгнул в седло. Поправил мечи за спиной и пришпорил коня, в одно мгновение исчезая в темноте.

Его плащ так и остался у меня.

Интересно, куда это он?

Впрочем, меня интересовало не это.

Кормить они меня не собираются. Разводить мне костер тоже. К своему не приглашают.

И вообще я осталась один на один с этим сборищем заросших мужиков посреди леса.

Ладно, хоть общества того невоспитанного лишилась.

Самая радостная новость за этот день.

Уже потом я осознала, что как- то подозрительно легко я забыла о своей встрече с теми тварями. Наверное, мое сознание просто не способно было вместить в себя все сразу и пыталось спасти мое душевное равновесие, отгородив часть воспоминаний и приглушив их яркость.

***

Я прилегла на своё место и, подложив ладони под щеку, задремала, смотря на огненные всполохи ярко горящего костра.

Проснулась от грубого толчка и злого окрика. Ещё не вспомнив все произошедшее со мной, я рассерженно зашипела, думая, что это мой муженек так будит меня.

В ответ я получила очередной болезненный толчок и резко села.

- Да какого черта!? Кто позволил..., - я не договорила, резко подняв голову и столкнувшись с ярко блестящими, немного безумными глазами. Практически напротив моего лица они горели знакомым мне мужским голодом. Черт!

Сильные грубые пальцы ухватили меня за подбородок и покрутили в разные стороны, словно я рабыня на продажу, а он мой оценщик. Было больно. И унизительно.

Да, тогда я считала такие вещи унизительными для своей гордости. Потом я поняла, что это были еще мелочи жизни, на которые и не стоило обращать внимания.

А вот то, что было дальше…

Мужчина резко вздернул меня на ноги, так и держа за подбородок. Спустил ладонь на шею, обхватывая её и чуть сжимая. Мне стало не хватать воздуха. Хотелось поднять руки и, как минимум освободиться от чужого давления, а как максимум - расцарапать ему его ненавистную рожу. Но я вдруг осознала, что не могу пошевелить и пальцем. Что он со мной сделал!? Стало страшно. Что он пытается сделать!?

Впрочем, к гадалке не нужно ходить, чтобы понять, чего же хочет мужик по среди леса от одинокой бабы... Простите, женщины.

Мое слабое ранимое начало, запертое внутри и скованное сейчас по рукам и ногам забилось в агонии. Паника накрывала с головой, туманя холодный разум. А мои ещё не убитые гордость и привычка повелевать желали и дальше стоять с высоко поднятой головой и смотреть на этого червяка ледяным взглядом королевы.

Он вдруг расплылся в мерзкой улыбке и, все также сжимая мое горло, повернулся к стоящей позади него компании и что-то им пробубнил. Их то я и не заметила сразу, увлеченная попыткой сделать хотя бы маленький глоток воздуха. Рука сжималась на шее все больше и больше.

Раздался ещё один голос и хватка ослабла, а я мешком повалилась на землю. Дезориентированная, я царапала горло скрюченными пальцами и громко кашляла.

- Тварь! - между приступами кашля выдала я, сверкнув глазами.

Конечно же, он меня не понял, но самодовольно улыбнулся, а следом надо мной внезапно появился чёрный дымок. Мгновение и он разделился. Всего лишь один удар сердца и темные путы оплели мои запястья и лодыжки. Я хрипло зашипела.

- Подонок! Тварь! Отпусти меня! Я тебе сейчас покажу! - я брыкалась и пыталась освободиться, но делала лишь хуже. Призрачные, но жесткие веревки стягивались все сильнее и сильнее, очень уж реально принося мучительную боль.

Мужской смех звенел в ушах. Как и их самодовольные рожи мелькали перед мутными глазами.

Неужели сейчас...?

Где же тот черноглазый?! Он ими командовал, как бы пригодился сейчас! То, что я недавно ненавидела его и кидалась в него хлебом, я конечно же не вспоминала. Но Охотника не было. А значит и спасения.

- Descam gerda, - из их речи выхватила знакомые слова. Мне уже говорили это, уверена.

Этот ублюдок снова появился в поле моего зрения. Стоял надо мной и упивался своей властью и безнаказанностью, моим унижением, беспомощностью.

Что я могла? Ни-че-го...

Привыкшая все держать под контролем, никогда не знать отказа, быть уверенной в себе и своих силах, я чувствовала себя в аду.

С минуту брыкалась, слыша разъяренные отчаянные вопли. Не сразу поняла, что их издаю я сама. Ублюдок навалился на меня сверху, резким движением сдирая и так разорванный халат. Изможденного побитого тела коснулся сначала холодный воздух, а затем и ненавистный насильник.

- Я убью тебя! Убью! - слезы безостановочно текли по щекам. Я не могла их остановить, - Я вас всех убью! Твари-и!

Мужское тело было тяжелым. Мне было так мерзко. И стыдно. Как же я теперь понимала жертв и их эмоции!

Нет! За что?!

Я не невинная девочка, но такое...Никому не желаю это пережить...

Мои руки и ноги были связаны. Против этого мужлана и его смеющихся собратьев мне противопоставить было нечего.

Изловчившись и собрав последние силы, я напрягла колени и ударила мужчину, но он даже не пикнул, лишь сильнее придавив меня. За свою попытку я получила сильную затрещину.

Подонок! Разбил мне губу. Почувствовала, как что-то теплое побежало по подбородку. Голова закружилась, получив удар.

А этот уже принялся стаскивать последние остатки одежды. Его грубые мерзкие пальцы касались моей обнажённой кожи. Без стеснения и какой-либо осторожности. Дрожь страха и омерзения прокатывалась по мне волна за волной. И все это под внимательными похотливыми взглядами других. Они наблюдали за всем этим с жадным вниманием.

Как же мерзко…

Сопротивлялась я долго, но, в конце концов, ублюдок устал от этого и применил свои чертовы чудо способности и меня обездвижило.

Маньяк! Чертов насильник! Любишь унижать и властвовать!?

Словно поняв мои мысли, он схватил меня за горло, снова начиная душить. Воздуха не хватало, но не так, чтобы мне было невозможно дышать.

Тогда я открыла глаза и тяжело дыша заглянула ему в глаза.

Тебе будут снится мои глаза, ублюдок! В самых страшных кошмарах! Я непременно приду за тобой!

Сзади кто-то что-то выкрикнул, и ублюдок выругался, а затем потянулся к своим штанам.

Я задрожала. Нет, я переоценила свои возможности. Не могла отвернуть голову, но хоть глаза закрыла, чтоб не видеть перекошенную довольную рожу насильника. Лицо и волосы давно были мокрыми от слез.

Боже, дай мне сил! Не сойти с ума и пережить это...

Я отомщу... Обязательно. Если останусь жива, ведь, кроме этого, есть еще и другие.

Тело сотрясали рыдания.

Неужели это именно то, что должно произойти после того, как я попала сюда?

Сначала меня убивают, потом насилуют… Что дальше?

Потом я отключилась. Просто перестала воспринимать реальность.

Меня нет. Меня просто не существует. Нет больше Миланны Хиллс...

....

Сильный порыв леденящего ветра. Звук удара. Мужской глухой стон. Чувствую, что противная тяжесть исчезла. Открываю заплывающие глаза и ощущаю, что мои руки и ноги больше ничего не сдерживает. Тихо всхлипываю и пытаюсь сдвинуться с места в поисках того, чем прикрыться.

Мерзавец куда-то исчез. Мне все равно куда, лишь бы больше его не видеть.

Больно. Но ещё больнее внутри.

С глухим стоном приподнимаю голову. Слишком тихо стало. Внезапно. Что-то происходит.

На поляне появились люди. Незнакомые. Глубокие капюшоны скрывали их лица. Трое. Была почти уверена, что это мужчины, судя по их внушительным фигурам. Один из них спустился на землю, оставаясь таким же безмолвным, но даже тени сгустились рядом с ним, вызывая невольный страх внутри. Он зол. Его тёмно-серая лошадь с короткой белой гривой была такой же внушительной и нетерпеливо била копытами. Он же стоял раскинув руки в стороны. Видимо, ему я обязана внезапным освобождением.

Снова тихо всхлипнула, приседая. Старый плащ натянула на себя, пытаясь хоть как-то прикрыться. Голова гудела. Смотрела на новоприбывших и надеялась. На что?

На что-то лучшее, чем я видела за этот проклятый день.

Но, видимо, удача не мой конек.

Этот мужчина, первым опустившийся на землю, прошёл мимо меня, даже не взглянув. Подошёл к лежащему кулем насильнику и схватил его за воротник рубахи.

Что-то грозно ему выговаривал, а тот отвечал, периодически поглядывая в мою сторону. Незнакомец ударил ублюдка, когда тот выкрикнул какие-то слова особенно громко. Внутри себя я довольно улыбнулась. Так ему.

Но внешне никак не отреагировала - не было ни сил, ни эмоций.

Когда я обрадовалась, что, наконец, под защитой, то этот парень подошёл и ко мне. Наклонился. В этот момент я и увидела его глаза. Такие же чёрные, как и у того, что кинул мне подачку в виде хлеба. Ещё один черноглазый?

Но нет, мгновение и на меня смотрели обычные янтарные злые глаза. Показалось? Разум помутнел от переживаний?

Я не знала. Но было ясно, что положительных эмоций этот парень не испытывает. Злость, даже ненависть плескалась в его глазах. Да что я вам сделала?!

Я и так держалась на честном слове, дрожа и всхлипывая. Горло саднило, запястья и лодыжки горели огнём от соприкосновения с неведомыми путами, губы распухли. Уверена, что он видел перед собой ту ещё красавицу...

Не сдержав свой страх, отпрянула в сторону. Слишком долго и пристально он смотрел на меня. Его взгляд давил.

Схватил меня за подбородок, когда я попыталась опустить голову и что-то грозно проговорил. Да что здесь за привычка такая!?

Мотнула головой, но мужская хватка была крепкой.

- Molas! Frez's gret me!

- Что-о? - мой голос дрожал и звучал жалко, - я не понимаю ваш язык.

Внезапно он убрал руку с моего лица, а через мгновение незнакомец потянул меня за собой. Я ничего не понимала.

Кто он? Что он хочет от меня? Будет ли мне лучше с ним, чем здесь?

Что меня ждет дальше?

Одной рукой пытаясь не дать плащу упасть и оставить меня обнажённой, я упиралась, как могла. Умоляла остановиться. Но, конечно же, меня не понимали, да и не хотели понять. Страх теперь мой постоянный спутник.

Как и боль. На меня напало какое-то странное оцепенение.

Никто не удосужился предоставить мне какую-либо одежду и обувь.

В конце концов мужчине надоели мои жалкие потуги. Он остановился и зло рыкнул. Повернулся ко мне и сунул под нос что-то маленькое и металлическое. С трудом сфокусировав зрение, я разглядела что-то похожее на наш значок со скрещенными мечами и летящим нечто над ними.

И что это должно означать?

Я подняла на него непонимающий взгляд и помотала головой, придерживая съезжающий плащ. Он проследил взглядом за этим и раздраженно выдохнул, пряча значок.

Что он должен значить?

Что мужчина из какого-то братства? Может охотники, стража или что?

Что я знаю об устройстве других миров?

Ничего.

Незнакомец вновь приблизился ко мне и выдохнул несколько слов почти в лицо. Остро пахнуло яростью. Да не понимаю я тебя!

Неужели не слышишь, что и я говорю что-то тебе непонятное!?

Я отступила на шаг, когда он внезапно прорычал что-то и достал веревку. Что?

Не успела я осознать или даже испугаться, как он туго связал мои запястья вместе, а конец веревки потянул на себя. Раздраженно зашипел и стянул концы плаща на мне. Сплюнул на землю после этого, всем своим видом выказывая глубокое презрение.

Я не собиралась идти за ним, как привязанная! Отступила на несколько шагов назад, смотря на очередного своего мучителя красными глазами.

Ну что, что еще ты сделаешь мне, мерзавец!?

Молча он развернулся и потянул меня за собой. И как бы я не сопротивлялась, мне пришлось идти за ним. Верёвка натягивалась, я спотыкалась и пару раз падала, сдирая колени, но вставала и снова шла. Плевалась, сыпала проклятиями, но всё равно шла, как жалкое покорное животное. Вот только, куда?

Когда он подошел к своим спутникам, я задумалась. Три лошади, три всадника, а я? Я ненавижу лошадей! Но я со страхом осознавала, что пешую прогулку со связанными руками и на привязи я не переживу.

Ждала, что будет дальше. Все равно я ничего не понимаю и ничего не могу...

Но сейчас даже ненавистная лошадь казалась чудом. Лучше она, чем идти босыми разбитыми в кровь ногами по острым сучьям и корням, сменяющими камни.

Мой пленитель остановился перед своей грозной лошадью и повернул голову ко мне. Я не видела его лица, но была уверена, что ничего хорошего для себя там я бы не увидела.

Он намотал конец веревки на своё запястье и едва слышно рассмеялся. Мне стало противно. Этот смех явно относился ко мне.

Я уже ненавидела этот мир. Мир унижения, страданий и мужского превосходства и вседозволенности.

Он легко запрыгнул в седло и что-то проговорил, на этот раз уже обращаясь к своим спутникам. Они также негромко и коротко ответили ему и пустили своих лошадей лёгким шагом.

Я осталась на земле. Гулко сглотнула.

Почему!?

Я стояла и глотала злые слезы. В висках громко стучал пульс. Я ничего не видела перед собой из-за мутной пелены. Но веревка вновь натянулась. Послышался гневный окрик и мне пришлось идти. В противном случае меня, видимо, просто протащили бы по земле за собой. Не желала представлять, что от меня осталось бы.

Мой персональный ад продолжался.

Говорят, другой мир — это круто. Говорят, что узнаешь много нового и заведешь много знакомств.

Ничего подобного. Я ненавидела тот день, когда я попала сюда. Лучше бы этого не произошло! Ничего не заставит меня изменить этого мнения, ничего на свете. Непременно я вернусь домой, только сначала отомщу этим уродам!

Если бы я попала сюда по-другому, то может быть, в тот день я и заметила необычность и красоту этого мира, но нет. Тогда я слепо шла за той троицей и ни на что не обращала внимания. Не видела ни высоких деревьев с раскидистой кроной и изумрудной насыщенной листвой; ни сочной яркой травы; ни заливистых трелей птиц не слышала. Я не замечала и, как лесная местность сменилась гористой; как мы взошли на высокий холм, с которого открывался красивый вид на долину, которую впоследствии назовут Орлиной, и протекающую по ней величественную реку Арнай, по которой когда-то раньше ходили корабли, судя по старым обломкам, которые можно было найти раз от раза. Мои спутники торопились, а я же просто шла, стараясь не потерять разум.

В конце концов, я отключилась, упав на землю. Последним, что я увидела перед тем, как окончательно уплыть в небытие, было небо. Голубое, пронзительное небо. Вот оно было красивым. Единственным, что я не могла ненавидеть в этом мире. И так похожим на глаза моей матери.

Потом ушло и небо. Все уходит.

продолжение следует...

Глава 2. Цитадель чёрной смерти.

"Когда-то этот мир населяли лишь люди. Сначала они поделили богатые, красивейшие земли между собой, создав пять акранов (Акран представляет собой отдельное государство, во главе которого стоит свой акранер - лидер военный). Южный - Картакарт, Северный - Сизергард, Восточный - Дуэльс, Западный - Эрха и Центральный - Аграхорн.

Жили они мирно. Занимались земледелием, скотоводством, торговлей, пока скука и зависть к соседям не отравила их разум. Так начался век кровавых расправ и завоеваний, в которых они погрязли на долгие-долгие годы. Пока не появились они. "

(Из Лаэльских хроник)

Было тихо. Даже не так, когда я очнулась, кругом стояла мертвенная тишина. Она ощущалась всеми фибрами души, как что-то неестественное и пугающее.

Я потянулась, пытаясь сбросить оцепенение с тела, но со стоном, громким звуком, сорвавшимся с губ, прочувствовала всю палитру оттенков боли. Гудела голова, словно по ней ударили пыльным мешком, болели даже глаза, но ноги ныли особенно сильно, остро реагируя на каждую попытку пошевелиться. Адски пекло стертые до крови запястья. Хотелось пить. До одури. Пересохшие губы разлепились с трудом, но звука на этот раз издать я не смогла, лишь очень приглушенный сип.

Произошедшее обухом ударило по сознанию, заставляя зажмуриться ещё сильнее, чем прежде. До белесых кругов перед глазами.

Пожалуйста! Пожалуйста, пусть это будет лишь сном! Когда я открою глаза, пусть я буду у себя дома!

Но реальность нещадно ударила по отчаянной надежде, раздирая её в жалкие клочья.

Не знаю, как вышло так, что до этого момента я не чувствовала странной качки.

Меня везли на лошади и даже не как мешок картошки, а с некоторой осторожностью прижимая к себе. Правда, к осторожности примешивалась брезгливость и что-то ещё, очень похожее на ярость. Как только я открыла глаза, то встретилась взглядом с янтарными злющими глазами. Мужчина злился и первым делом он чуть не столкнул меня на землю. Но в последний момент остановил себя, перехватывая мое многострадальное тело и устраивая чуть удобнее. Он что-то прошипел, явно не слишком лестное в отношении меня. Больше он своё королевское внимание на меня не обращал, сосредоточившись на дороге. Двое других мужчин мчались по бокам от нас, не отставая ни на шаг.

Куда? Это было мне неизвестно.

Весь путь я держалась на остатках откуда-то нашедшихся сил. Пыталась справиться с диким головокружением и тошнотой. Сильные мужские руки, как тиски сдавливали с двух сторон и не давали пошевелиться. Это, конечно, было гарантией от падения, но ужасно раздражало и не давало вдохнуть полной грудью так остро необходимый кислород.

А вот тишина и, в правду, стояла пугающая.

Немного погодя поняла, что как-то слишком резко стало темнеть. Причем эта темнота казалась тоже неестественной, дикой. Она наползала, как туман, подавляя и устанавливая своё господство.

- Viral! - мужская грудь дернулась и раздался хриплый, злой окрик. По-видимому, он обращался к своим спутникам. Они ничего не ответили, но мы помчались быстрее, из чего я сделала вывод, что мой пленитель поторопил их. Мы неслись так, словно все гончие ада гнались за нами. Впрочем, где гарантии, что это не могло быть правдой, ведь я совершенно ничего не знаю об этом мире.

Наверное, я вновь отключилась.

На этот раз пробуждение вышло хуже первого, ибо меня просто напросто сгрузили на землю. Ладно, хоть пинок в спину не получила для ускорении. В этом случае я бы переломала себе все кости. Застонав от грубого соприкосновения с землёй, я перевернулась на спину и закрыла глаза, пытаясь справиться с роем мушек перед глазами и дурнотой.

Придурок! Неужели нельзя было помягче!? Я женщина, а не бесчувственный груз!

Пока я приходила в себя, молчаливая троица успела спешиться и, по-видимому, о чем-то переговорить.

Мужчина с ледяными глазами янтаря вновь приблизился ко мне и без слов связал мои запястья вместе. Я дернулась, но без какого либо толка. Он зашипел и вздернул меня на ноги. На этот раз зашипела уже я, но была грубо остановлена. Мужская ладонь в перчатке сильно зажала рот, надавливая на потрескавшиеся губы. Замычала. Он убрал ладонь с рта и перехватив мое лицо, развернул его в сторону кромешной темноты впереди.

Ткнул указательным пальцем туда, а затем и подтолкнул меня в ту сторону.

- Viral!

Страшно. Ой, как страшно, но ясно черным по белому, что мне придется туда идти и снова на привязи. Правда, на этот раз янтарноглазый не ехал на своей воинственно настроенной ко мне лошади, а вел её под узцы. Шел практически рядом со мной. Точнее это он шёл, а я плелась, едва переставляя ноги и кривясь от боли. Иногда я отставала, падала, но мужчина безжалостно дергал за веревку, она натягивалась и мне приходилось подниматься и идти. Идти и подниматься. Падать, ползти, но не останавливаться.

Где его жалость, где сочувствие?

Кто я в его глазах?

Разве не слабый пол, который следует оберегать и сдувать с него пылинки, дарить бриллианты?

Женщина должна цвести и петь, ею должны восхищаться!

То, что здесь совершенно не так, было понятно уже давно. Дикий, безжалостный мир с дикими, отсталыми нравами! Хотелось плеваться!

Но в этом мире сейчас я и находилась. Именно поэтому плеваться на его устои можно будет где-нибудь за чашечкой чая уже в своём мире, а сейчас мне приходилось выживать, не иначе.

Один из троицы шёл впереди, другой позади нас. Меня эти двое словно не замечали. Может, они были бы по чувствительнее к женским слезам?

Вряд ли.

Но я попробовала.

Оступилась, и громко всхлипнула, дожидаясь пока третий поравняется со мной и одновременно надеясь, что янтарноглазому не придет в голову в этот момент натянуть мой поводок. Но чуда, увы, не случилось.

Проклятый мужик, на которого я возлагала свои надежды, вместо того, чтобы разжалобиться, что-то грозно проревел и пихнул меня вперёд, даже не удосужившись рассчитать свою силу. А сила у него была недюженная, ошарашенно осознавала я, отправляясь в недолгий, но показательный полёт. С глухим стоном встретилась со спиной предводителя и уже приготовилась упасть на землю и быть погребенной под копытами его злобной лошади. Но неожиданно была поймана и поставлена на землю. Мужчина покачал головой и что-то тихо рыкнул себе под нос и просто зашагал дальше.

Что, нравоучений -рычаний не будет?!

Медленно поплелась за ним.

В конце концов, мы вышли из темноты дремучего леса и остановились. Я не видела ничего, кроме очертаний высоких и раскидистых деревьев да вьющейся ленты тропинки, по которой мы и пробирались. Несколько свежих царапин украшали мое лицо, судя по острому запаху крови и периодическому пощипыванию.

Но как только мы остановились и глаза стали привыкать - я смогла разглядеть то, что было перед нами и затаила дыхание. От смеси противоположных чувств и не знаю, чего там было больше - восторга и трепета перед увиденным или страха. Я не уроженка этого мира и века - для меня все незнакомо.

Конечно, в своё время я, сопровождая мужа в деловых поездках, бывала в разных архитектурных комплексах. Но тогда было по-другому - старинные здания имели статус музея и лишь воспроизводили то, что могло быть в прошлые века.

А сейчас..

Сейчас я видела все это воочию и ни разу это не казалось иллюзорным.

Все было слишком реальным.

До такой степени, что становилось страшно. Всё совсем не так идеально, как преподносится в книжках для мечтательных дамочек нашего мира, но..очень внушительно..

Мы стояли на открытом пространстве, позади нас темный лес, а впереди.. Впереди холм с громадным каменным строением на нём, возвышающимся над нами и придавливающим к земле одними своими размерами. Мне, со своим иномирским зрением, было трудновато разглядеть все в красках, но и то, что видела - поражало.

Деревянный настил, ведущий через ров, судя по звукам, наполненный водой, упирался в высокие железные ворота. Они были настолько громадны, что пришлось задрать голову вверх. Мой бедный позвоночник дал о себе знать жалким хрустом. Черт! Поморщилась. К звукам, идущим изо рва прибавился противный скрип старого железа и позвякивание цепей.

Все происходило в гробовом молчании. Я почти машинально переставляла ноги, следуя за мужчинами. Каменная стена, которую мы пересекли, была шириной в несколько метров. Она для того, чтобы никто не вошёл или не вышел?

Тот, кто шёл первым из нас, остановился и потянул своего коня за собой, чуть сдвигаясь в сторону. Для чего гадать не пришлось, когда янтарноглазый вышел вперёд. Он проделал какой-то неведомый быстрый пас руками и в воздух взметнулась призрачная птица - чёрная с огненными всполахами. Я затаив дыхание во все глаза смотрела, как резким движением она была отправлена вперёд. Вот мы стоим в темноте. Мгновение, которое потребовалось, чтобы птица облетела пустынный двор, и вот везде уже полыхает неестественно яркий огонь. Все факелы на каменных стенах загорелись, как по щелчку. Чудо-птица исчезла, как только вспыхнул последний.

Мамочки, заберите меня от сюда!

Этот человек (а человек ли он вообще?) может по щелчку пальцев сжечь здесь все! Я боюсь его, боюсь этого опасного мира! В книгах все звучало, куда привлекательнее...

Огонь полыхает ярко. Освещает пустынный двор перед целой крепостью - замком, если его так можно назвать. Высотой несколько десятков метров, узкий но не сильно, по бокам множество переходов в широкие низкие башни. От последних переходы тянутся куда-то дальше. Сзади замка можно увидеть серые прямоугольные длинные здания из одного этажа, предназначение которых я понять не смогла.

До того, как везде вспыхнул огонь, было тихо. Но, как только это произошло, раздался громкий гулкий звук. Не сразу, но до меня дошло, что это колокол. Позади нас, где находилась громадина ворот, послышался быстрый многочисленный топот, и откуда то сверху набежало множество вооружённых мужиков.

В руках у двоих были какие-то странные предметы, у третьего что-то похожее на арбалет. Остальных я просто не успела рассмотреть, ибо они очень резво так окружили нас. Подумав о том, что янтарноглазый им не по зубам, я с удивлением увидела, как упоминаемый поднял ладони вверх в успокаивающем жесте. Что-то громко и четко произнес.

Но ничего не поменялось. Кроме того, что меня дернули за верёвку. Пришлось переместиться ближе к мужчине.

- Yugris! Gret's!

Новый голос, гулким, но тихим эхом разлетевшийся по двору, заставил всех замереть. Это было видно по тому, как вытянулись стражники, наставившие на нас оружие, как стремительно потом повернулся янтарноглазый в сторону голоса.

И тут произошло нечто для меня неожиданное. Вообще то оно, наверное, не должно быть таким, но это в привычных условиях, а здесь и для меня...

Янтарноглазый отпустил веревку, конец которой упал на деревянный настил внутреннего двора крепости и порывисто скинул с головы капюшон. Я ахнула. Все время я думала, что рядом со мной находится взрослый мужик, но никак не юнец, выглядявший лет на двадцать-двадцать пять, причем с примесью азиатской крови.

Янтарноглазый быстрым шагом пошел в сторону появившегося седовласого мужчины.

Он не казался мне старым, но и молодым его не назовешь. Длинные просторные серые одежды, подпоясанные чем-то темным; седые, даже белые длинные волосы и борода да грубо обтесанная палка - посох в руках, на которую он опирался. Она издавала негромкий звук при ходьбе. И как его не услышали?

А еще я заметила на груди что-то похожее на крест. Служитель церкви?

Тогда понятно почему в движениях янтарноглазого мне почудилось что-то новое, напоминающее почтительность.

Мой пленитель в это мгновение подошёл к беловолосому незнакомцу, взирающему на него словно с высоты небес. Его взгляд был глубок и слишком пронзителен - он прошелся и по мне. Остановился на янтарноглазом, а затем по двору разнесся оглушительный звук пощечины.

Я вскрикнула. Что происходит?

Янтарноглазый не шелохнулся, лишь сильнее склонил голову перед стариком.

Что?! И это тот человек, что рычал на меня не хуже зверя!?

Но он молчал, слушая что-то медленно выговоривающего ему беловолосого. Тот взирал на него как-то особенно грозно, пару раз кинув на меня свой острый взгляд. Я поежилась. Кто он? И почему может безнаказанно бить тех, кто может не хило ответить, но почему-то не делает этого?

- Tars! - раздался гулкий голос старика и мой пленитель замолчал, сжав кулаки. Видела, что он напряжен, как тетива, но почему-то сдерживается. Беловолосый сказал что-то еще и янтарноглазого окружили. Он даже не дернулся, лишь судорога прошлась по его молодому лицу. Снял с себя плащ, достал значок, которым некогда крутил у меня под носом. Все это проходило в напряжённом безмолвии. Как только он положил значок на плащ, их у него забрали и довольно грубо ухватив за плечо, повели в сторону неприметной двери одного из строений. Что происходит ? Куда и за что его?

А я? Чем это грозит для меня?

Испуганно завертела головой, когда один из моих спутников подошел ко мне ближе и наклонился над концом веревки. Сердце бешено забилось. Я отпрыгнула в сторону, как-то неожиданно выхватив веревку у него из под носа.

Раздался приглушённый смех. Повернувшись, я увидела того непонятного старика, добродушно глядевшего в мою сторону и по-видимому смеющегося надо мной.

Тихий звук от палки-посоха и беловолосый прямо передо мной. Я замерла, только быстро бьющаяся жилка могла выдать, как я сейчас отчаянно хочу сбежать отсюда. Глаза смотрели, куда угодно, но только не на старика. Было страшно. Словно посмотрев на него, я потеряю часть себя.

- Gua! - снова короткий приказ и моих спутников, как ветром сдуло. Старик остановился напротив меня и оперевшись двумя руками на палку, смотрел на меня. И молчал. Его присутствие давило.

Судорожно сглотнула и, наконец, нашла в себе силы поднять взгляд. Его глаза были бледно голубого цвета, словно выцветшие от того, что он повидал на своём веку. А еще они были уставшими. Такие глаза я уже видела. Где-то...

- Ну что, девочка, досталось тебе?

- Д-да, - заикаясь ответила, чувствуя острую потребность присесть и не понимая слабости, что вдруг охватила все тело. А потом до меня дошло! - что?? Я понимаю вас? А вы меня?

Мне стало страшно. Вдруг мое сознание лишь придумало это? Вдруг не он это сказал!

Неужели кто-то в этом гребанном мире понимает меня?

- Этот мир не так уж и плох..

- Вы читаете мои мысли?

Старик по-доброму усмехнулся.

- Их не нужно читать, чтоб понять то, что у тебя на душе, дочка.

Дочка?

- Мир не принимает тебя, как и ты его. Именно поэтому все и происходит...так.

- Я не понимаю, - порывисто схватила его за ладонь, но он аккуратно высвободился и покачал головой, - мы поговорим, но не сейчас. Тебе нужно отдохнуть.

Нет! Не хочу потом! Хочу сейчас! Вдруг он исчезнет или передумает!

- Я могу вернуться в свой мир? Скажите! Я хочу это знать! Я не хочу оставаться в этом гребанном мире! Тут меня чуть..

- Замолчи! - старик резко ударил палкой и вверх взметнулся столп огненных искр. Его глаза полыхнули ярким светом, - Я сказал своё слово. Ни раньше, ни позже, Миланна! А сейчас тебя проводят.

Я испуганно прижала к себе ладони, наблюдая за стариком.

По бокам от меня возникли двое стражников. Подхватив под локти, они повели меня за собой.

Старик что-то им сказал, но я снова ничего не понимала из его речи. Кто он такой?

И да, почему он знает мое имя???!

Глава 2.2

***

Небольшая комната была больше похожа на камеру, чем на жилое помещение. Серые каменные стены, только с одной стороны завешанные большим куском материи с каким-то непонятным рисунком не внушали ни капли уюта. Да грубо сколоченная кровать с матрасом и постельным бельем столетней давности. Я скривилась. После домашней роскоши к такому я не привыкла, но и это было лучше, чем моя ночевка в лесу. Намного лучше.

Небольшая тумбочка с кувшином и полотенцем на ней и расшатанный стул - вот и все, что я увидела. Окно было небольшим и узким, да и находилось оно под потолком, скорее смахивая на дыру в стене.

Меня впихнули в эту комнату и молча вышли, всем своим видом показывая, что лучше мне остаться здесь добровольно.

Я не желала! Мне не хотелось сидеть в этой каморке! Хотелось вновь услышать того старика и понять, что у меня не слуховые галлюцинации от помешательства. Но я понимала и то, что я здесь никто и звать меня никак - если выйду и попадусь кому-нибудь на глаза, то неизвестно, что еще со мной может приключится.

Именно поэтому я осталась в своей убогой каморке. От меня воняло потом, кровью и еще чем-то отвратительным. Многочисленные синяки и царапины украшали меня сверху до низу. Хмыкнула. Помыться мне никто не предложил, а сама я не рискну выйти.

Подошла к тумбочке с кувшином. Там была вода.

В это же мгновение почувствовала, насколько хочу пить. Мне было неважно питьевая это вода или для умывания - все поглотила адская жажда. Пила прям из кувшина, чувствуя, как прохлада скользит по горлу, принося облегчение. Капли воды стекали по подбородку и шее.

Выдохнула. Теперь я чувствовала себя немногим лучше, но в таком виде лечь на постель я никак не могла, пусть она и сама была не первой свежести.

Протянув руку к полотенцу, я понюхала его. Что-то похожее на отдалённый запах хозяйственного мыла ударил в нос. Удовлетворенно кивнув, я схватила кувшин и поплелась к дальнему углу своей каморки. Он немного отгораживался кроватью от входа, именно поэтому я его и выбрала. Остатками воды я смачивала полотенце и принялась тереть своё тело, но это было лишь каплей в море. Я боялась представить, что творится с моими волосами. Чувствую, что скоро их просто придется срезать под корень, настолько они были грязными и свалявшимися.

После этой нехитрой, жалкой процедуры я все-таки рванула к двери. Время шло, но ничего не происходило. Сколько мне здесь сидеть, как собаке в конуре?

- Проклятье! Уроооо-оды!

Дверь была заперта и сколько бы я не дергалась - все бесполезно.

В конце концов я обессиленно упала на кровать, крепко стягивая полы плаща и закрыла глаза.

Сон не шёл. Несмотря на дикую усталость и вернувшуюся боль я не могла забыться ни на минуту. Обезумевший мозг словно уверился, что, как только я закрою глаза, что-нибудь непременно произойдет.

Громкое звяканье ключей в связке заставило меня очнуться. В проеме двери возникла высокая фигура в плаще. Ни сказав ни слова она скользнула в сторону, оставляя дверь открытой.

Вскочила с кровати, чуть не падая от слабости в ногах. Боль в ступнях заставила меня быть острожнее.

- Куда мен..?

Черт, Миланна, тебе все равно никто не ответит!

Фигура в плаще при моем появлении двинулась вправо по коридору - не останавливаясь и не оглядываясь. Узкие проемы позволяли передвигаться здесь лишь по одному человеку. Факелы горели на большом отдалении друг от друга, поэтому света здесь было очень мало. Всю дорогу смотрела под ноги, чтоб не оступиться. За долгими переходами последовали многочисленные пролеты лестницы. Ступеньки были покатыми, не широкими и несколько раз я оступилась и уже готовилась лететь вниз - в зияющую темноту, но чудом в последний момент оставалась на месте. Мой проводник на это никак не реагировал, даже не остановился, не повернулся, но кто знает, может у него были глаза на затылке и это именно он помешал мне убиться на этих гребанных ступеньках.

Я ни чему бы не удивилась.

И это я еще не подозревала, насколько преждевременно мое заявление.

Когда ступеньки закончились, прошло наверное, уйма времени и мы остановились перед кованной полукруглой дверью. Мой проводник открыл её, но сам остался снаружи.

- Что? Я пойду туда одна? Зачем!? - чуть ли не взвизгнула я, внезапно покрывшись мурашками страха и осознания. Меня в любой момент могут убить, а я и не пойму.

Но фигура осталась безмолвна и недвижима. И лишь, когда я начала пятиться, мечтая о побеге, проводник резко сдвинулся с места и одним четким движением впихнул меня в неизвестное помещение. Звук захлопнувшейся двери позади меня заставил меня гулко сглотнуть.

Здесь было холодно. Голые ступни превратились в ледяные от соприкосновения с грубым каменным полом.

Я находилась в огромном просторном зале со сводчатыми потолками, которые подпирали несколько каменных колонн. Здесь не было ни окон, ни дверей, кроме той, через которую я попала сюда, однако свет здесь был повсюду.

И лишь по центру он был совсем ярким и ослепляющим. И причиной тому было квадратное отгороженное каменным изящным бортиком небольшое пространство с исходящим вверх столпом света.

Что это за место? Похоже на какой-то подземный источник...только чего? И зачем я здесь? Одна?

Стоя на месте, я чувствовала, как меня начинает бить ледяной озноб. Холод проникал все глубже и глубже, заставляя ещё больше ненавидеть свою жалкую судьбу. Почему я здесь!?

Как хорошо было бы оказаться сейчас в своём мире, где каждый встречный мужик готов чуть ли не есть с моей руки..

Эх, были же чудесные дни..

Мимолетная улыбка пропала с губ, когда я почувствовала что-то неладное. Меня потянуло вперёд с такой чудовищной силой, что я не могла ничего сделать, даже пальцем шевельнуть. Я лишь с леденящим ужасом наблюдала, какпроклятый столп света становится все ближе и ближе, пока в одно мгновение сама не стала им.

...Я захлебнулась в крике.

Боль вновь решила навестить меня, причиняя адские муки.

Что происходит?

Сводчатый зал, мерзкий холод и всеобъемлющий свет прекратили для меня своё существование. Мой голова разрывалась на миллион кусочков, вопя от неотвратимости происходящего. В какой-то момент я решила, что всё, конец. Я больше не выдержу, но тут к боли присоединились голоса, на миг завладевшие моим вниманием. Их было так много и они были такими разными, что спустя мгновение, а, быть может, и час, они все слились в один монотонный гул.

Стало казаться, что моя голова скоро лопнет.

И тут все прекратилось, а мое тело обмякло, словно разом растеряв все свои кости. Мешком свалилась на холодный пол, переводя дыхание.

Что это только что было??

Было всё также тихо, лишь моё прерывистое дыхание нарушало гулкую тишину.

- Боже, что это? – себе под нос прошептала, ощущая непрекращающуюся дрожь во всём теле.

Столп света на том месте, где я валялась, неожиданно исчез. Мне стало казаться, что вот-вот снова что-то произойдет.

Жалкие ноги дрожали, когда я поднялась. Дверь, через которую я попала сюда, не желала выпускать меня. Как ни старалась, она оставалась закрытой.

- Выпустите меня! Ублюдки, откройте дверь! – забарабанила по единственному выходу из этого непонятного мерзкого места.

В ответ молчание.

Я просидела вечность на холодном полу, прежде чем за дверью, наконец, послышались шаги. Настолько тихие, что не прислушивайся я каждую минуту и не услышала бы.

- Vet! – негромкий окрик ударил по мне, как удар хлыста. Вздрогнула, хоть и ждала появления. Высокая фигура в темном плаще возвышалась надо мной, как скала. Кто знает, мой ли это провожатый или другой. Все они одинаково безлики. Сморщилась брезгливо и переступила порог.

«Проклятье! Снова эти ступени!»

Однако долго стоять в нерешительности мне не дали, болезненно подтолкнув в спину чём-то острым. Я приглушенно взвыла и ринулась к ступеням. Сзади послышался какой-то звук.

Он смеётся надо мной?!

Сцепила зубы, но не посмела обернуться.

Что здесь собираются со мной делать, ничего не объясняя? Зачем я здесь?

Солёная влага катилась по щекам, оставляя некрасивые разводы по исцарапанному лицу.

Мы шли долго и, наконец, меня привели к высокой двери. Только тогда я осознала, что это не было входом в мою каморку, где меня держали.

Что? Куда?

Незнание пугало меня и я отшатнулась. Безликий сопровождающий всего лишь сделал одно единственное движение и я оказалась скованной по рукам и ногам.

- Evet, gerda, - тихо, но угрожающе прошипел мужской голос.

- Отпусти, придурок! Ты хоть знаешь, кто я?!

В ответ молчание и крепкие тиски. Затем деревянная дверь с причудливым узором распахнулась и я полетела внутрь.

- Evet, - всё, что услышала от ненавистного безликого.

Комната была светлой. Это я отметила сразу. По центру стоял большой деревянный стул с высокой резной спинкой, больше похожий на какой-то трон. На подлокотниках, выполненных в виде каких-то чудных несуществующих тварей, лежали меха. Сбоку от стула, названного мной троном, располагались ещё несколько таких, но поменьше и победнее.

А так по залу были расставлены многочисленные сундуки с накинутыми на них звериными шкурами, столы с каким-то склянками.

- Ещё раз добро пожаловать, Миланна, - произнёс знакомый мужской голос, отвлекая меня от невольного созерцания обстановки помещения.

Резко развернувшись, я встретилась взглядом с тем стариком с деревянной палкой в руках.

- Кто вы? Почему я здесь? Зачем отправили меня в тот противный зал?

- я говорила быстро, желая узнать ответы на свои многочисленные вопросы, боясь, что он снова исчезнет. Только этот чудной старик говорил со мной на моём языке. Только его я понимала. Опухшие глаза снова налились слезами, готовыми пролиться от чувства облегчения. В тоже время грудь переполняли гнев и обида.

- Не так быстро, девочка, - смеётся беловолосый старик, качая головой. А вот мне совсем не смешно, - всему своё время.

Мои губы поджимаются. Всему своё время?! Этот проклятый мир меня уже порядком достал! Засунул в какой – то столп света и думает, что..

Глаза старика перестают улыбаться и он бьёт посохом по каменному полу.

- Глупая, глупая женщина! Ты ещё спасибо скажешь.

- За боль? – саркастически вылетает из моего рта. Глаза сужаются.

- За понимание, - отрубает старик и отворачивается от меня, так что его длинные серые одежды разлетаются в стороны, - но вижу, что ты ещё не готова говорить. Не жди, что тут всё будет, как ты привыкла.

- Я хочу вернуться! – я хотела сделать шаг вперёд, но ноги словно приросли к полу, - хочу покинуть это место.

- Это невозможно.

- Но..

- Иди в свою комнату, Миланна.

- Я хочу исчезнуть из этого долбанного мира! Зачем..

- Вон! – громкий стук посоха бьёт по моим ушам так, что приходится их зажимать, - ты не готова к разговору, Миланна. И запомни, что собираясь нарушать наши законы, готовься принимать последствия.

Что? О чем это он?

- Вон!

Из зала меня вынесло резким порывом воздуха. Так, что я даже пикнуть не успела. Резные двери с громким стуком захлопнулись перед моим носом.

Безликий провожатый всё ещё был здесь. Он молча двинулся по коридору. Я стояла, всё ещё не веря в то, как со мной обошлись. Просто выставили за дверь. Из груди вырвался истерический смешок.

- Surs gerda, - послышалось от фигуры в плаще.

- Что ты сказал? – мои кулаки сжались, когда я развернулась к нему, - повтори! – Surs женщина, - равнодушно послышалось из-под капюшона. Серый ублюдок! И только тогда я осознала, что поняла значение слова. Женщина!?

- Что? – вырвалось недоуменное, но безликий уже шёл дальше и мне пришлось двинуться за ним.

Мы вновь шли достаточно долго. Тёмные коридоры, наконец, закончились и моему взору предстал огромный зал со сводчатыми потолками, арками и квадратными колоннами. Всё, что я успела рассмотреть – это широкая алая ковровая дорожка, ведущая куда-то вглубь и длинные одеяния, чем-то смахивающие на азиатскую культуру. Последние были расставлены словно доспехи.

- Senkal ut! – приказной тон от безликого действует отрезвляюще. Грубые пальцы внезапно безжалостно впиваются в подбородок и разворачивают моё лицо вперёд, - Ut, gerda!

Всё, что я знаю так это то, что он назвал меня женщиной. Ну спасибо, хоть не лошадью. Проглатывая язвительный ответ, который он всё равно не поймет, я делаю попытку вырваться из его цепких пальцев. Он отпускает. И меня подталкивают в спину. Теперь он идёт позади меня, нервируя до противной дрожи в руках и ногах. Сейчас мне уже не до разглядываний.

На улице вовсю светило солнце. Свет от него заливал просторный двор, на который мы вышли с моим безликим провожатым.

Я заслонила ладонью глаза, которые неумолимо начали слезиться.

- Ut! Evet! – и меня снова тычут в спину.

- Больно между прочим, придурок, - тихо огрызаюсь. Он ведёт меня по каменной дорожке куда-то вглубь двора к старым странным сараям. Ну куда снова? Я понимаю, что от меня ничего не зависит и меня силой всё равно приведут туда, куда хотят. Но как мне претит это послушание. Чувствую себя коровой на привязи, если не хуже. Мятежность. Именно это чувство шевелится где-то в груди. Нежелание подчиняться. А ещё страх.

Вот он живёт во мне постоянно.

Особенно сейчас, когда мои глаза, расширившись от ужаса, застывают на знакомой фигуре.

Тот самый азиат с янтарными глазами. Я узнаю его сразу. И, наверное, мне бы понять скрытые мотивы моего появления там, но тогда я не думала ни о чем таком. Я вообще была безмерно самодовольна и глупа.

Показательная сцена для меня. Не зря тогда тот старик сказал мне те слова про законы и последствия. Вот они, эти самые последствия.

Пока я стояла, обуреваемая смешанными чувствами, сюда начали стекаться такие же безликие фигуры в серых плащах.

Здесь был совсем небольшой клочок земли, посреди которого вбили высокий столб. Все приходящие замирали на границе камня с землёй. Происходящее напоминало мне какой-то сюрреализм, что-то ненормальное. Но оно продолжалось, а я была лишь сторонним безвольным наблюдателем.

Тот самый янтарноглазый вышел вперёд с выпрямленной до неественности спиной. Его взгляд был равнодушен. Отстранённость сквозила в нём, будто и не он здесь сейчас всё это делает. Будто не с ним это творят.

Он единственный, кто здесь был с открытым лицом и это приковало мой взгляд намертво.

- Er dagret ivet. Marv Li, feet ivet? – эхом разносится непонятная речь.

- Feet, - так же эхом отвечает азиат. А затем он начинает развязывать затянутый на его талии тёмный кожаный пояс. Снимает его и кидает на землю. Следом приходит черёд длинной белой рубахи. Её он тоже отправляет вслед за поясом. Оставшись в одних штанах, он подходит к тому вбитому столбу и опускает голову. Длинные чёрные волосы закрывают его глаза и мне не видно их выражение. Когда к нему подходят двое в плащах и пристегивают за руки к перекладине, я, наконец, понимаю, что происходит здесь.

Спина мужчины напряжена. Его тело гибкое и поджарое, оно неестественно вытягивается, когда его руки за цепи разводят в стороны.

Моя рука невольно прикасается к губам, душа вырывающийся вскрик.

Один из безликих скидывает с себя капюшон и выходит вперёд. Те двое, что приковывали мужчину, наоборот, отходят, кланяясь вышедшему. Он не обращает на них внимание и тянется к поясу. На его равнодушном страшном лице появляется ухмылка. Я уверена, что видела её. Но секунда и он вновь равнодушен.

В его руке появляется длинный хлыст, скорее смахивающий на гибкий кнут. Мои глаза расширяются. Он же не станет?

Первый сильный удар без предупреждения разбивает все мои сомнения.

Варвары!

На спине янтарноглазого появляется первая красная полоса, но он даже не вздрогнул.

За что его? Почему он не сопротивлялся? Кто они такие?

Все вопросы вылетают у меня из головы, когда в следующую секунды палач наносит несколько ударов один за другим. Без перерыва. Спина прикованного мужчины вздрагивает от каждого соприкосновения. Алая кровь начинает сочиться из ран. Кожа в этих местах быстро треснула. Но мучитель не даёт и минуты на то, чтобы он пришёл в себя.

Вновь хлыст опускается на прямую до дрожи спину. Пальцы янтарноглазого сжимаются на оковах, вены на руках вздуваются. Он держит голову прямо, но уже видно, что выносить ему это не легко.

Ни звука с его стороны. Удар за ударом сыпятся на его бедную израненную спину, но он молчит.

Спина мужчины представляет собой кровавое месиво. Уже тёмная, багровая кровь сочится по бледной коже и штанам. Она стекает на обнажённые ступни и падает на траву. Кровавая роса покрывает землю. Алые капли даже на лице палача, но он словно не замечает этого с особым усердием причиняя дикую боль этому парню.

Мне хочется кричать. Что за жёсткость? Я даже дергаюсь с места, но сильная рука смыкается на моём запястье и возвращает меня на место.

- Ters, - шипят у меня над головой и я понимаю, что мне и правда лучше замолкнуть, пока тоже не отхватила.

Я не знаю, сколько это продолжалось. Равнодушный палач хлестал янтарноглазого, пока прикованный мужчина не обвис. Его голова свесилась на грудь. Длинные чёрные волосы пеленой закрыли лицо.

Но один момент я запомнила особенно хорошо. Момент, когда он ещё будучи в сознании повернул голову в мою сторону. В его глазах плескалась бездонная боль, когда его взгляд заскользил по толпе в поисках чего-то. Остановившись на мне его глаза вдруг вспыхнули тьмой. На короткое мгновение чернота поглотила их, она разлилась по лицу тёмной сеткой вен. Жгучая ненависть полыхнула на меня. Один удар сердца и нет ничего. Будто мне привиделось.

А сейчас этот мужчина безвольно висел у столба и никто даже не сделал попытки подойти и освободить его. Помочь, в конце концов.

Меня дернули за руку, что-то прошипев.

- Что? Как вы можете? Варвары!

Я не вспоминала сейчас, что ещё недавно сама ненавидела и желала смерти этому мужчине. Нет, ненависть никуда не делась, но это бесчеловечно!

- Мы уже не люди, - равнодушно донеслось из-под капюшона. Что?

Я понимаю его? Но почему?

- Иди, - меня снова дёргают за руку и я вынуждена подчиниться грубой силе. Постоянно оборачиваюсь, чувствуя жуткую беспомощность.

Может, я все-таки сплю?

Глава 3. Тьма в его глазах.

Тёмная огромная тень надвигается на меня. Её зияющая зловонная пасть полна острых белесых игл. Она извергает из себя тлетворный удушающий запах смерти.

Я отползаю, перебирая голыми ладонями по камням и серой земле. Даже не замечаю, как острые края ранят кожу, как дорожки алой крови остаются после меня.

Тень неумолимо надвигается на меня. Она безжалостна и равнодушна к моим страданиям. Насмехается над жалкими потугами выжить.

Почему я здесь? Верните меня обратно к моему мужу. Я всё прощу!

Раздавшийся следом зловещий смех тени проходится по моим нервам и заставляет тихо всхлипывать.

- Ну уж нет, Миланна Хиллс, тебе от нас не уйти!

Нас? Нас?! Я начинаю в панике вертеть своей головой. И правда, прямо передо мной уже не одна тень, а множество. И все они тянут ко мне свои длинные мерзкие конечности.

- Аааа! – задушенный крик вырывается из моей глотки и я вскакиваю, судорожно хватая ртом воздух.

Это всего лишь очередной кошмар, Миланна! Очередной сон…

Дыхание постепенно выравнивается. Прижимая руку к груди, я слепо шарю по полу в поисках кувшина, но его нет.

Выпутываясь из тонкого, противно пахнущего одеяла, я чуть не упала на холодный каменный пол.

Моя комната-темница была погружена во тьму и лишь отблески тусклого лунного света, падающего сюда из тонкого окна под потолком, позволяли мне ориентироваться в пространстве.

Прошла лишь пара дней, но мне казалось, что неумолимая холодная вечность.

За это время я обзавелась нищенской одеждой, которую мне кинули, как собаке обглоданную кость. Но всё же серые, судя по всему мужские штаны и длинная рубаха такого же цвета до этого принадлежавшие мужчине, было лучше, чем ничего. Штаны мне пришлось подвертывать с низу и подвязывать полоской ткани, оторванной от рубахи. Они то и дело норовили упасть с моей тонкой талии. Рубаха была больше похожа на ночную или на старую робу из какой-нибудь захудалой тюрьмы. Так я себя и чувствовала – бесправной заключённой.

И всё же, это было лучше, чем кутаться в один плащ. К слову, он остался при мне и я часто заворачивалась в него, так как ветра здесь продували стены насквозь. Не спасало ничего. И растопленного жаркого камина мне никто не предоставил, в отличие от огромной столовой, в которую меня препровождали два раза в сутки.

Да, я всё же иногда выбиралась из этой тёмной пыльной каморки. Это были редкие минуты, но я уже научилась их ждать. Меня бесило такое отношение к моей персоне, но ничего изменить не могла.

Равнодушный безмолвный провожатый в определённые часы появлялся у моей комнаты и мы спускались в низ, где за длинными столами сидело ещё множество таких же безликих. При мне никто не говорил и вообще все делали вид, что меня не существует. Думаю, что и свои бездонные капюшоны не снимали именно из-за меня. Меня сажали за какой то дрянной стол и ставили миску похлёбки или каши. Сначала я морщила нос, пахло от этого варева специфически, но когда поняла, что другого мне не предоставят, а желудок бесперерывно ныл, то сдалась. Толстая кухарка тогда насмешливо, презрительно хмыкнула и молча удалилась.

Меня здесь презирали. Понять бы за что?

Даже эта уродливая бесформенная прислуга смотрела на меня свысока. Я скрипела зубами, давясь противной едой, но молчала. Пока что.

Страх попасть под горячую руку был пока ещё превыше всего.

Здесь были и обычные люди, такие, как стражники, что в первый день пытались нас остановить, кухарка – единственная женщина, что я видела здесь и несколько других, чью специализацию я ещё не отгадала. К необычным я относила всех безликих.

Того седовласого старика я тоже видела среди других. И он меня видел. Но приблизиться к нему я не могла – меня не пускали. Кусала губы до крови, чтобы не устроить истерику прямо в том зале, но сдерживала себя. Несмотря на свой характер и положение в высшем свете, я безмозглой дурой не была. Сейчас не время.

Но неужели я теперь заперта в этих стенах навсегда? Неужели это всё, что мне уготовано?

Истерика очень часто подступала к горлу, сердце заполошно начинало биться в груди, а руки дрожать.

Вот и сейчас нелегкого труда стоило успокоить своё сердце и убедить, что сейчас я в относительной безопасности. Никаких теней здесь однозначно нет.

Было зябко и я сдернула плащ черноглазого с постели, чтобы закутаться. Обняла себя за плечи, ощущая жуткое одиночество и чувство несправедливости. Спать уже не хотелось, поэтому принялась ходить из одного угла комнаты в другой.

- Проклятые нелюди, чтоб вам сгинуть! Проклятый мир! – шипение вырывалось сквозь зубы, выплескивая злость, поднимающуюся из глубин души. Подлетела к двери, от нахлынувших чувств пиная её ногой. И тут же замерла от удивления.

Дверь, поддавшись мне, немного приоткрылась наружу. Что? Ладонь взлетела ко рту, прикрывая его. Неужели?

Меня никогда нет выпускали отсюда, но сегодня дверь оказалась не запертой. Ловушка? Или беспечная халатность?

Я жалко усмехнулась. Уверена, что не второе, но своё неуемное желание свободы усмирить не смогла.

Мгновение спустя я уже выглядывала в коридор, держась за край двери и стараясь не шуметь. Там было темно и пусто. Я приглушенно чертыхнулась, но всё равно вышла из комнаты. Просто не могу тут больше находиться. Уверена, что сбежать мне не дадут, да и куда? На корм тем серым теням я вовсе не желаю. Я просто осмотрюсь – надо же мне знать, где я нахожусь.

Путём недолгих споров с самой собой я выбрала путь вправо. Узкий тёмный коридор практически не освещался и я кралась наощупь. Каменная кладка под моими пальцами была холодной и чуть влажной. Морщась, я дошла до конца коридора и чуть не оступилась, рискуя сломать себе шею на узких неудобных ступенях лестницы. Её я преодолела в ещё более длинный промежуток времени. Какая жалость, что в этом мире нет фонариков! Да даже обыкновенной свече я была бы сейчас рада. Но увы приходилось идти наугад и на свой страх и риск. Я спускалась долго и уже кляла себя за желание прогуляться. Ведь ничего я не увижу в этой темноте, какой прок от моей вылазки?

Когда после череды долгих переходов я, наконец, увидела тусклый дребезжащий свет впереди я чуть не разрыдалась от облегчения. С удвоенными силами ринулась к нему. Оказалось, что за поворотом находился огромный сводчатый холл, по стенам которого были развешаны редкие факелы с горящим огнём. И тут до меня дошло, что, наверное, имея магию безликим не очень-то и нужен свет, не то что мне, жалкой иномирянке.

Хмыкнула, запрокидывая голову и разглядывая тёмный каменный свод. Впереди виднелись два спуска и там света было больше, правда, на этот раз он исходил от небесного светила. Или как вспомнила я – нескольких светил. Приподняв края плаща я ринулась туда. Где-то сбоку от меня послышались неспешные шаги и, боясь быть застигнутой, рванула со всех ног на свежий воздух. Но вот только скрыться мне не удалось. Навстречу мне по ступеням поднималась ещё одна фигура в капюшоне и я испуганно замерла. Могут ли они почувствовать меня, если я спрячусь в тени стен? Бежать всё равно было некуда и я бросилась к стене в узкий проход. На мою удачу там стояли какие-то бочки и тюки с чём-то непонятным. Присела за ними, стараясь слиться с темнотой и даже не дышать.

«Пройдите мимо. Пожалуйста. Только пройдите».

Мои слова услышаны не были. Тёмная фигура остановилась неподалёку от меня и несколько раз обернулась. Шаги, которые я услышала первыми, также приближались. Я обессиленно закрыла глаза, чувствуя, что моё сердце уже готово выпрыгнуть из груди. Двое уж точно найдут меня.

- Ты что здесь делаешь? – раздалось хрипловатое и я обескураженно распахнула глаза. Сначала я решила, что это обращаются ко мне, но затем я ошарашенно осознала, что понимаю их речь. Эта новость меня так поразила, что всё остальное ушло на второй план.

- Не спится, - насмешливый ответ.

- А я думал, что после своего рейда ты проспишь, как минимум несколько суток, - голос первого был холоден и равнодушен.

- Не сегодня, - в этом голосе звучала усталость. Это слышала даже я, - этот чертов айдан на этот раз даже не подумал содействовать силам Цитадели. А приезжая сюда я слышу такие новости об Ассасине. Как тут уснуть.

- Ты, конечно, прав. Палач на этот раз разошелся.

- Все мы знаем, как он ненавидит его. И наказывать ему только в наслаждение. Правда, глава на этот раз странно равнодушен. Это не в его правилах.

- Не нам его судить, - глуше и тише отвечает второй голос, а затем они оба удаляются. А я сижу ни жива, ни мертва.

Что я только что услышала? Кто такой Ассасин? Глава? Айдан?

Помотала головой, решая подумать обо всём позже. Нужно было убираться отсюда, пока не стало поздно.

Из своего укрытия выбраться я решилась далеко не сразу. Закушенные от страха губы нещадно щипало.

Мне казалось, что двигаюсь я тихо и степенно, но на деле я издавала слишком громкие звуки. И будь здесь один из серых плащей, меня бы уже давно препроводили обратно в мою « прекрасную и удобную опочивальню».

Я осторожно спустилась по каменной лестнице и прошла под огромной каменой аркой, оказываясь во внутреннем дворике цитадели. Это место не было тем, где я оказалась тогда, в первый день. Темный, гладкий камень присутствовал здесь повсюду – им была вымощена дорожка, угловатые высокие столбы с тусклыми фонарями, полукруглые арки и неприступные громоздкие стены. Чуть в стороне я заметила старый колодец, освещаемый сейчас лунным светом трех светил.

Запрокинув голову, я до рези в глазах вглядывалась в эти страшные чуждые мне шары. От них исходило холодное тусклое свечение. И словно в насмешку оно избегало меня, падая и освещая всё вокруг. Кроме моей фигуры.

Зачем я здесь? Для чего?

Ответа не было. Память подкидывала лишь смазанные воспоминания моей последней интрижки в том мире. Досадливо закусила нижнюю губу. Как жаль, что здесь нет моих слуг, денег и властного деспотичного мужа. Сейчас бы всё это ох, как пригодилась и я была бы даже не против видеть этого козла рядом с собой.

Чуть не рассмеялась, лишь в последний момент зажав себе рот ладонью. От руки несло чем-то неприятным. Я сморщила нос, в очередной раз вспоминая, что помыться мне здесь так и не дали.

Грязные средневековые варвары. Скривилась и, ступив в тень замковых стен, пошла вдоль Цитадели.

Моим главным оружием всегда была моя красота. Ею я пользовалась без стеснения и разбора и она никогда меня еще не подводила. Внутренние качества – это , конечно, хорошо, но кому они нужны?

Однако сейчас я выглядела, как последняя замарашка. Свалявшиеся волосы, думать о которых я просто боялась, исцарапанное лицо, потрескавшиеся губы, синяки по всему телу и израненные ноги. И главное…ни грамма косметики! И, конечно же, славный аромат… какие уж там изысканные крема или парфюм. Об этом мне оставалось только мечтать, заливаясь горькими слезами.

Красота — это единственное качество женщины, способное пробудить в мужчине чувство жалости.

Именно по этой причине мне нужно вернуть свой прежний облик. Уверена, тогда всё пойдет по-другому. Я не верю, что в этом мире мужчины чем-то отличаются от мужчин моего мира. Вспомнив о пережитом на той поляне, я передернулась. Но тут же расправила дрожащие плечи – это всего лишь неприятный эпизод моего прошлого, дальше будет по-другому. Так, как хочу я.

Глупость – думать, будто знаешь достаточно. Особенно в незнакомом тебе окружении, где царят свои правила, своя мораль и свои ценности, о которых ты даже не удосужилась узнать. Но, конечно же, тогда я была так поглощена мыслью поразить всех своей красотой, так предвкушала свое будущее, что ни о чем таком и не думала.

Было прохладно, но не столько, чтобы продрогнуть в моем длинном плаще. Кругом стояла звенящая тишина. Ни единого звука не тревожило эту безмятежную ночь. Куда только девались все те многочисленные безмолвные стражники, безликие серые плащи? Неужели и им не чужд отдых и сон?

Хмыкнула. Пока шла, вертела головой, пытаясь рассмотреть окружающую действительность. Искала что-то любопытное, но пока всё, что видела это черный камень, тусклый лунный свет и темную мрачную средневековую реальность.

Я прошла чуть дальше и остановилась перед поворотом. Впереди открывался вид на небольшой каменный мост через темный мутный пруд и много-много темнеющих арок в виде странной буквы «п», уводящих куда-то вдаль. Это место настолько отличалось от всего виденного мной ранее, что я застыла, неприлично открыв рот.Только собиралась шагнуть вперед, как послышались тихие шаги. Едва бы я услышала их, если бы не стоящее кругом безмолвие. Буквально слилась с гладкой темной стеной, впиваясь неровными ногтями в ладони. И с удивлением выдохнула, когда узнала в высокой скользящей, словно плывущей тени, знакомую фигуру. В нескольких метрах от меня находился янтарноглазый. Странно то, что и на этот раз мужчина был без своего любимого плаща. Было не так светло и это не позволило разглядеть его чудное одеяние. Всё, что видела, так это черные одежды до пят, развевающиеся при ходьбе и что-то похожее на меч, закрепленное на поясе. Шагал он ровно, не обращая ни на что внимание, словно магнит, притягиваемый к одной ему ведомой цели. Неужели уже оправился после того нещадного избиения. Мое лицо скривилось, вспоминая неприятную сцену, но потом в моей памяти возникли его глаза, горящие неприкрытой ненавистью. Я как наяву ощутила его грубые бесцеремонные прикосновения, посмотрела на запястья, где все еще темнели следы от жесткой веревки, и тут же прекратила его жалеть. Не знала, за что его наказали, но он заслужил. Поджала неприязненно губы. Никому не позволительно так обращаться со слабой женщиной.

Но все это не помещало мне подавить в себе любопытство. Воистину эта черта, присущая многим женщинам, способна губительно сказываться на судьбах людей.

Выждав с полминуты, я пустилась вслед за азиатом. Я старалась двигаться тихо, кралась в тени, постоянно ожидая, что мужчина вот-вот заметит мое преследование. Но янтарноглазый продолжал идти вперед, не обернувшись за это время ни разу. Только вступив на дорожку, проходящую под странными арками, я ощутила насколько они огромны. От этого места веяло какой-то странной силой, словно сама аура здесь была пронизана древней мощью. Стало страшно, будто я здесь незванная гостья, но так ведь и было.

Шли мы долго. Точнее это мужчина шел, а я пугливо кралась. Внезапно и как – то незаметно эти арки закончились. Мужчина остановился, а я дернулась, отступая в тень. С минуту он стоял на последней ступени, запрокинув голову к небу и вдыхая в себя аромат этой безмятежной тихой ночи, а потом начал спускаться куда-то вниз.

Чуть не потеряв безликого из виду, я спустилась вслед за ним, оказываясь среди высоких деревьев. Судя по витающему вокруг меня запаху, это был хвойный лес. Оттого было крайне удивительно увидеть здесь бамбуковые заросли, но они соседствовали, и это отвлекло меня настолько, что я позабыла о своей цели. Я долгое время потерянно бродила среди высоких темных стволов деревьев, каждый раз отчаянно вздрагивая, вспоминая о серых мерзких тенях. Страх подступил незаметно, почуяв мое одиночество и беззащитность. Хорошо было идти за безликим, надеясь в случае чего на его защиту. Ведь серые тени – это и его враги, не так ли?

А враг моего врага – мне пусть и не друг, но и не враг.

(Для дальнейшего описания и атмосферы происходящего – Thelastsamurai – EliottTordoErhu)

Когда я уже отчаялась отыскать янтарноглазого безликого, то лесные заросли внезапно стали более редкими. Тусклый лунный свет стал пробиваться, куда чаще, чем прежде, слегка подсвечивая мне дорогу. Я рванула вперед, надеясь на чудо, услышав приглушенные странные звуки. Мои пальцы ухватились за гладкие холодные бамбуковые стебли, собираясь раздвинуть их в стороны, да так и сжались. Картина, представшая перед моим взором, была настолько удивительной и неожиданной, что я замерла, не в силах сделать и шагу. Я даже дышала через раз, боясь спугнуть то, что видела. Какая женщина устоит перед таким прекрасным видением…?

Пока я блуждала среди темного леса, ночь уже начала сдавать свои позиции. Небо уже розовело, от земли поднималась туманная дымка, всё вокруг дышало безмятежностью. В моем мире трудно найти такое, найти место и тишину, не нарушаемую шумом цивилизации.

Я находилась на небольшой возвышенности, поросшей лесом, а внизу протекала горная речка, журчащие воды которой я и услышала. Вдали белел высокий водопад, бурными потоками падающий вниз. По обе стороны реки были накиданы громадные камни, в прошлом, наверняка, отколовшиеся от темных скал. Над бурлящими водами нависали раскидистые ветви незнакомых мне деревьев.

Но не это привлекло мое внимание, не это приковало взгляд и никак не отпускало.

Внизу, совсем рядом с темнеющими осколками скал, бесшумно и изящно двигалась гибкая тень. Исчезнувший ранее безликий сейчас плавно, тягуче и с какой-то притягательной кошачьей грацией тренировался с изогнутым мечом в руках. Даже не так, он словно танцевал, стремительно, но без единого звука рассекая невидимого противника блестящей сталью в руках. Бурлящие воды позади него отражались в гладкой поверхности мелькающего оружия. Только что оно разрезало пространство впереди безликого, но вот оно уже в другой руке стремительно описывает полукруг над головой. Сталь, словно продолжение мужчины, неотделимая суть беспрекословно подчиняется господину, срезает тонкие травяные стебли, бесшумно падающие на темную землю.

Асассин, всплывает в голове его прозвище, облачен лишь в темные свободные штаны. Его босые ноги мягко ступают по земле, словно не замечая острых камней и мелкой гальки. На спине все еще виднеются темные полосы незаживших ран, но они выглядят куда лучше, чем я могла бы подумать. Обнаженная бледная грудь неподвижна, словно мужчина даже не дышит, совершая свой грациозный опасный танец. Его движения полны скрытой силы и мощи, они четко выверены и молниеносны, безжалостно рассекая воздух. Длинные прямые волосы, перетянутые темной лентой, слегка развеваются на воздухе. Глаза безликого закрыты, но он движется так, будто нет ему преград, будто видит совершенно все.

Может и так, я не знаю, что позволяет безликим их магия.

Внезапно я вздрагиваю. До этого момента, кажется, и не дышала. Испуганно наблюдаю, как черная дымка, появившаяся словно из ниоткуда, обвивает мужскую фигуру. Она стелется и по земле, лижет голые ступни безликого, поднимается вверх и сосредотачивается на груди мужчины. Тьма клубится в области сердца янтарноглазого, словно стремясь пробить его грудь. Проходят секунды и также стремительно, как и появилась, темная дымка исчезает в его теле, оставляя после себя странный, словно вплавленный в кожу черный кристалл. Он смотрится чужеродно на мужском теле, но безликому, словно все равно. Он запрокидывает голову, сжимая руки в кулаки. Стоит, как и я, недвижимо несколько минут, хотя, кажется, что проходят часы. А затем безликий отмирает, легко ступает по темной земле босыми ступнями и наклоняется над чем-то. Это что-то оказывается его одеянием и, кажется, ножнами для острой изогнутой стали в его руках. Свое оружие мужчина откладывает в сторону, а сам идет к бурлящей воде. Неужели, чтобы поплавать?

Мои губы закушены, а сама я не отрываясь, наблюдаю за поджарой, худой фигурой безликого. Мысль о том, чтобы окунуться в прохладные воды, манит и меня. Я тут же решаю, что последую его примеру, но чуть позже, когда останусь одна.

Безликий уже наполовину в воде. Ступает медленно, погружаясь в шумные воды реки. Внезапно моя нога срывается с камня, и мелкая крошка осыпается вниз, гулко разнося звук в пространстве. Судорожно сглатывая, ныряю обратно в заросли. Что за невезение! Поднимаю взгляд на речку и пугливо вздрагиваю.

Речка пуста. Безликого и след простыл. Мне становится страшно, и я разворачиваюсь. Надо бежать отсюда, даже несмотря на свое желание смыть с себя грязь. Не время! Не хватало только оказаться застигнутой здесь.

- Что помешает перерезать тебе горло прямо сейчас, глупая женщина? – тихий голос надо мной полон презрения и холода. Широкая острая сталь упирается мне прямо в горло – так, что я даже вдохнуть боюсь. Губы начинают мелко трястись. Как отвечать ему, если одно мое движение и жизнь меня покинет.

Сталь остра. Она царапает мою нежную кожу, по которой тут же ползет что-то теплое. Мужчина позади меня ровно дышит, неподвижно застыв. С его волос падают холодные капли на мою одежду и волосы. Безликий выше меня и намного.

Я молчу, совершенно не представляя, что мне сейчас надо делать.

- Так что, descam? – его равнодушный голос пробирает до костей, - то, что ты видела, не предназначено для твоего взора. Только за это я вправе лишить тебя жизни.

Я затряслась. Безликий заметил это, судя по последующему холодному смешку над моим ухом.

Резко холодная сталь отстранилась от моей шеи и я, все еще ошеломленная, безвольно развернулась, подчиненная его цепким рукам. Холодный взгляд янтарных глаз прожигал во мне дыру, силясь рассмотреть ведомое одному ему.

Не зная, что сказать, я сипло выдала.

- Я просто гуляла, - резко замолчав, испуганно вскинула глаза, ожидая его реакции. тонкие губы растянулись в опасной усмешке.

- Просто? Гуляла? – растягивая гласные нараспев повторил мои слова, - тогда что помешает мне просто убить тебя? – жесткие складки прорезали его лоб. Скулы заострились. Рука, держащая острую сталь, напряглась и слегка приподнялась, заставив меня сделать шаг назад. Тут же меня встряхнули, напоминая, кто здесь и сейчас главный.

- Ты не сделал этого, значит, и не сделаешь, - вскинув голову, я решила не пасовать перед ним, - тот странный старик, ударивший тебя, не погладит тебя по головке за мою смерть, не так ли? Мало тебя наказали? Из-за тебя я..

Его лицо передернулось, а взгляд впервые стал по-настоящему диким. Чернота заполнила провалы глаз, начала расползаться по лицу. Если бы могла в ту же секунду отпрянула от безликого, оказываясь далеко отсюда. Но его хватка жестко удерживала меня на месте.

- Ты не знаешь, что говоришь, глупая женщ-щ-щина, поэтому лучше молчи. Не знаешь наших порядков, нарушаешь мыслимые и немыслимые правила, а еще.., - он резко оборвал самого себе и будто успокаиваясь, уже тише, но не менее яростно закончил, - меня наказали не за то, что ты думаешь. Лучше бы не спасал…, - он окинул меня презрительным взглядом, сморщил нос и резко отпихнул от себя, - такую…отвратительно.

Безликий, словно ему противно было находиться рядом со мной, стремительно отошел от меня. Спрятал сталь в ножнах и, словно желая добить меня, бросил сухое:

- Не переживай, женщина. Твоя смерть недостойна моей катаны. Мой народ считает, что любая, даже такая женщина, как ты, имеет право на защиту. Но.., - его щека дернулась, - я проклял тот момент, когда последовал этой истине.

Мужчина исчез, а я все еще стояла на одном месте, потрясенно прокручивая его слова в своей голове.

Его защита? Спасал? Недостойна?

Неужели то грубое отношение он только что назвал своей защитой?!

Мой истерический смех еще долго оглашал лес, покрывающийся утренней дымкой.

Да будь проклята та женщина, которая решит связать свою жизнь с этим отвратительным и невоспитанным типом!

Развернувшись, я решила выполнить свое самое сильное желание и поспешила спуститься со склона. Бурлящие воды реки манили своей прозрачностью и обещанием смыть с меня всю застарелую грязь. Меня даже не пугало, что вода непременно будет ледяной. Всё лучше, чем и дальше ходить последней замарашкой.

Сняв с себя всю одежду, я, не раздумывая, подошла к реке и, тонко вскрикнув, погрузилась в воду. Мое тело тут же сковал лютый холод, но я впервые за последнее время по-настоящему улыбнулась.

Какое мне дело до слов какого-то жалкого узкоглазого безликого?!

Совсем скоро все изменится. Непременно изменится.