Мертвецкий круиз 2. Карибский Защитник

Глава 1

Яркое солнце взошло над горизонтом и слепило водителей, что выжимали максимум из своих грузовиков. Нам солнце не мешало, ибо мы погрузились в кузова десяти военных машин на подобии нашего знаменитого Урала, и ещё один вёз наши боеприпасы. А вот что мешало — так это постоянная тряска и подкидывание в кузове моих бойцов. Кажется, за эту поездку мы синяков получим больше, чем за вчерашний вояж в окрестностях базы.

Эту ночь я практически не спал. Наивно было рассчитывать, что мы справимся с зачисткой и освобождением столицы за сутки или даже двое. Поэтому я передал десятки указаний и планов оставшимся командирам, капитану и Роберто, который стал моей правой рукой и заместителем на борту судна.

Причём указания имели множество вариаций, зависящих от того, как будут складываться дела у моих лихих морских волков. Само собой, никаких графиков похода в туалет я не расписывал — лишь глобальное и оперативное планирование, отметка целей, задач в развитии, поиск и сбор припасов, спасение людей, создание внушительного оплота в нашей части лагеря. Такого, чтобы Мариэль в дальнейшем вошёл как более мелкое поселение к нам. Спасение, ремонт работающей техники. И сельскохозяйственной, и грузовой, и персональной — нам было нужно всё, если мы планируем развиваться на суше. Отдельно была поставлена задача для капитана корабля обследовать застрявшие в порту суда и начать делать первые шаги по формированию нашей так называемой флотилии. В порту имелось несколько сухогрузов разной степени загруженности, три баржи, куча более мелких судов на якоре, в том числе спасательные, буксировщики, и даже одно исследовательское. А вот персонала, что мог бы управлять этими кораблями, — не было.

Кто-то погиб, кто-то бежал, и лишь небольшая часть из спасённых нами в терминале людей имели отношение к судоходству. К нашему огромному сожалению. Лайнеру и так высококвалифицированных кадров не хватало, а если мы хотим прирасти другими судами, то нам надо каким-то образом найти решение этой… дилеммы. Хотя Афина может в некоторой степени нивелировать отсутствие части персонала — полноценно людей она не заменит. А может, её для обучения использовать? Хм…

— Ай-яй. Какой нехороший человек там за рулём сидит! — пожаловался один из бойцов, потирая ушибленное место.

Да и я тоже копчиком приложился от непонятного манёвра…

Послышался скрип тормозов, и нас в очередной раз подкинуло, теперь вглубь кузова. Если бы мы не держались за борта — имели бы все шансы закосплеить шпроты в банке.

Снаружи закричали что-то на испанском, и я сразу сообразил — это сигнал тревоги. Тут и помощь Афины не понадобилась.

— Зомби. К бою! — Я тут же выскочил из кузова грузовика и схватился за пистолет.

Всё холодное оружие, кроме совсем миниатюрных клинков, везлось в отдельном грузовике. Поэтому мы имели на вооружении лишь самые базовые предметы экипировки — пистолеты, ножи, недосып и ярость воинов, отбивших за время этой короткой поездки половину тела.

Остановиться пришлось из-за затора на дороге и аварии. Судя по крикам кубинцев, ещё два часа назад этой проблемы здесь не было. Затор тянулся метров на сто, а начинался буквально на повороте, посреди которого и остановилась колонна. Повреждённые и более-менее целые автомобили в обе стороны перекрывали это двухполосное шоссе, ведущее к столице. Водитель первого грузовика пытался объехать пробку по обочине и сейчас ревел мотором, двигая застрявшую в этом месте легковушку.

— Следим за перекрёстным огнём! Самых шустрых заваливаем и кинжалом в глаз! Давайте, шевелитесь, все наружу.

Нас было двести злобных бойцов и около сорока кубинцев из числа водителей и прикрытия. Зомби, навскидку, было около сотни. Немного дальше виднелся маленький ручей и мост над ним, посреди которого лежала перевёрнутая старенькая машина. Повсюду разбитое стекло, десятки погибших людей, попавших в эту ловушку на слепом повороте.

Звуки одиночных выстрелов, рычание зомби, крик бойцов, заваленных массивными тушами врагов, и доблестные крики выпрыгивающих на помощь бойцов с ножами в руках.

Через две минуты суматошного боя с тыла подошло подкрепление, принёсшее холодное оружие, самодельные и выменянные в терминале щиты. Дело пошло веселее, мы перестали отступать, и полностью окружённая толпой зомби ведущая машина уже вскоре оказалась отбита. Всё произошло очень и очень быстро. Начало схватки, их таранящий набег, наша контратака… Будь мы простыми туристами — пролилось бы много человеческой крови. Но мы все уже практически срослись с военной экипировкой, и каждый дополнительно укреплял свою защиту, как только додумывался, поэтому обошлось одним раненым бедолагой с переломанной ногой.

— Выделите ему аптечку, — начал я раздавать команды. — Первый кулак — вперёд на триста метров, проверка и зачистка участка шоссе по эту и другую сторону моста. Второй и третий кулаки — работаем с пробкой: поиск выживших и раненых, оттаскиваем и переворачиваем на колёса автомобили, ищем экземпляры на ходу, собираем возможные трофеи. Еда, монтировки, автомобильные аптечки и огнетушители — с неисправных автомобилей собираем всё, что может быть полезно.

Кулаки были пересобраны этой ночью из числа самых свежих, сильных и хорошо проявивших себя бойцов. Первым кулаком командовала Наталья, вторым — Гарри, третьим — Коннор, четвёртым руководил Хван. На лайнере кроме Идриса и Роберто остался бывший начальник тюрьмы, старый Фернандо — здоровяк из Бразилии, отличавшийся плохим нравом и железной дисциплиной в подчинявшихся ему отрядах.

— Бензин сливаем? — спросил Хван.

— Твой кулак этим и займётся, — согласился я. — Только оставь пару десятков бойцов за тылом наблюдать. Мало ли… Сколько успеем, столько и сольём. Надо спешить.

Для слива бензина было бы неплохо иметь тару. К сожалению, в грузовиках нашлось лишь по одной пустой канистре. Поэтому мы были ограничены в количестве возможного топлива.

Работа закипела. Через двадцать минут вытащили из одной машины живого человека в отключке, посадили его в один из грузовиков и начали выстраивать вторую колонну из легковых автомобилей. На ходу оказалось порядка двадцати машин, но некоторые из них были почти без топлива, другие требовали ремонта или замены колёс.

Поэтому мы собрали лишь пятнадцать из них и очистили от остальных дорогу. Заскрежетал металл, взревели старые двигатели, шумно и активно коптя воздух чёрным дымом… Освободители Гаваны продолжили свой путь. Очередные сотни трупов на нашем пути. Большинство бойцов уже даже не морщились при их виде. И не важно, кого они там увидели, лежащего в луже крови. В такой обстановке эмоции слишком быстро атрофируются. Жалость закапывается глубоко в сердце, обрастая плотным защитным коконом, который должен спасти психику бойцов.

Такова война…

К восьми утра мы приехали в предместья Гаваны, и сразу же дежурящие на дороге солдаты указали направление движения. Нас высадили на территории какой-то огороженной школы, мы построились, пересчитались, и я доложил вышедшему офицеру, что отряд бойцов-добровольцев лагеря «Вива Нова 2» прибыл для помощи в зачистке столицы Кубы.

Получил слова благодарности за отзывчивость в столь трудную минуту и приглашение располагаться бойцам и разгружать снаряжение.

— Где располагаться? — с акцентом спросил я офицера на испанском, на что он ответил, мол, прямо здесь. На землю и разгружайтесь. Скоро мы всё равно выдвигаемся.

Пока мы вытаскивали всё из кузова, включая мой деревянный ящичек с сюрпризом, взятым в терминале обсерватории нашего лайнера, представитель кубинцев выбежал к командиру этого гарнизона и начал, активно жестикулируя, докладывать о привезённом подкреплении. То есть о нас. В конце даже свою копию договора отдал. Пусть он без доверенности и подписан человеком с малой властью… Как только я окажусь рядом с реальной властью — я потребую подтвердить этот документ. И лучше бы им не юлить…

Афина подсказала, что я общался с полковником Густавом — первым заместителем командующего Революционной Армии Кубы в военном округе Гаваны. Фактически — среди военных чинов — он был второй в этом регионе. Но, как и в любой бюрократической среде, а она существует даже на Кубе, кроме командиров округа есть ещё и главнокомандующие, генералы штаба и им подобные люди. Вопрос, сколько из них осталось в живых… И какое место теперь полковник Густав занимает в этой иерархии власти…

Густав же, читая состряпанный нами юридически красивый и грамотный договор, — за что отдельная благодарность Афине, — то и дело косился на наше вооружение, униформу и многочисленное оружие ближнего боя да щиты.

И я знаю, что будет дальше. Мы для них полезное, но чужое мясо. Возможны два варианта использования такой вот группы. Первый — отправить нас в самую настоящую жопу, на остриё атаки, выставив позади нас заграждение с автоматами, которое в случае нашего побега будет стрелять по преследующим нас зомби… И по нам.

Второй вариант — разделить нашу группу и раскидать по разным отделениям, после чего затыкать нами все дырки в ходе зачистки города.

Почему? Элементарная логика и чувство собственника. Кучка наглых иностранцев в отличной экипировке требует за помощь… часть их земель? И пускай это по договору лишь право на проживание в определённой зоне и право на защиту своих собственных границ от зомби до момента прекращения глобального кризиса… Умеющий читать и думать сразу поймёт, что это не что иное как новая военная база неизвестной группы. По сути — наёмники. Мы и сейчас сюда прибыли как наёмники. И впереди нас ждало довольно много проблем. Начиная с того, что я должен был не допустить разделения нашего отряда, и заканчивая тем, что мы не можем получить законную добычу в очищенных районах. То есть мы на самообеспечении, без права на сбор различного добра. Но… Кое-что мы всё-таки получим — очки доблести. Вторая наша цель — установить позитивный контакт с руководством. Но для этого надо выходить на самую верхушку местных вояк и чиновников. Хотя, от последних толку не сказать чтобы много. В такие кризисы повсеместно власть переходит к военным правительствам.

И самый главный и важный момент — как мы будем добираться обратно. Собственно, мы поэтому автомобили и притащили с собой. Это, конечно, не даст погрузиться за раз даже половине бойцов… Но мы будем действовать постепенно — для начала выживем и устраним угрозу для города.

Совсем скоро местные военные вызвали меня на ковёр — целый час допрашивали на тему того, откуда мы явились, где взяли оружие и униформу. И лишь последние десять минут допрос превратился в инструктаж. Нас направляли для усиления первого батальона, который сейчас вёл тяжёлые бои в самом центре города.

Ну, хотя бы решили не разделять. Как и ожидалось — мы будем сражаться в самой опасной части города. Парочка широких проспектов, относительно новые здания, мало укреплённых объектов прошлого, которые можно было бы использовать в качестве препятствий на пути врага.

— Идите и готовьтесь, вы отправляетесь через десять минут. По прибытии вас представят временному командиру батальона, и он определит направления штурма для вашего отряда. Он генерал с суровым нравом, так что, попрошу без фокусов.

— Благодарю. Защитим Кубу вместе! — наигранно, но эффектно для посторонних слушающих я крикнул самую банальную из всех возможных популистких фраз.

Оказавшись на потрескавшемся асфальте, я построил бойцов и тихо и спокойно объяснил им диспозицию. Куда мы отправляемся, какая перед нами будет стоять задача и так далее.

— Командиры кулаков, подойдите, — позвал я своих командиров и тихо, чтобы посторонние не услышали, сообщил: — Учтите, что нам уготована участь авангарда. Любое наше тактическое отступление бойцы батальона приравняют к «бегству проклятых наёмников». Ставлю две пачки патронов на то, что уже через несколько мгновений им отдадут приказ открыть огонь по приближающемуся неприятелю. И нам в том числе.

— Тц… Зачем мы вообще сюда приехали… — недовольно высказался Хван.

— Потому что мы можем поиметь свою выгоду из этого дела, само собой. Генералы, полковники, другие офицеры… Все они смотрят и следят. Все сражаются. Рядовые и сержанты, городское ополчение. У нас очень мало шансов поднять свою репутацию среди местных. И мы не можем упускать возможности. Без этого за нами не пойдут люди. Мало иметь оружие и патроны в этом мире. Надо иметь репутацию, которая поведёт за нами людей. Берегите бойцов. Помните о наших преимуществах, пользуйтесь мобильностью, высотой и так далее. Не дайте им и шанса направить автоматы на наши спины… И помогите затащить пулемёт на пикап.

Впятером мы довольно быстро разобрали ящик с моей цацкой и перенесли его к пикапу. Работать с этим скорострельным убийцей следующего поколения было одно удовольствие. Длинные сошки с разными типами креплений устанавливались практически на любую более-менее твёрдую поверхность и позволяли создать огневую точку поразительной эффективности. В руках его удержать можно было, но вести прицельный огонь, увы, не представлялось возможным. В теории, при помощи ремней и креплений я бы мог его повесить на себя, но это мазохизм с низкой эффективностью из-за разброса снарядов.

Установили пулемёт, активировали магнитные крепления, которые чуть ли не срастили сошки с багажником пикапа. Оружие вращается вокруг своей оси, снизу расположен короб на шестьсот шестьдесят боеприпасов, ещё один — запасной — находится под ногами. Тоже магнитами прицеплен к пикапу. Скорострельность у этого смерча такая, что хватит короба на минуту работы в обычном режиме и на полминуты в экстра-режиме. В день восстанавливается по пятьдесят боеприпасов… Для пулемёта на один чих, но если сравнить с боезапасом дробовика или любым другим стандартным… Калибр патрона, правда, не очень подходит под наш Глок или калаш… Увы, но ничего — мы обязательно доукомплектуем наши отряды оружием, к которому можно приспособить и пулемётный патрон.

Вскоре к нам вернулась часть грузовиков, мы забрались в них и поехали. Рядом, естественно, были и бойцы на легковушках. Наши припасы и всё прочее тоже погрузили в один из грузовиков, но более скромных размеров. Судя по всему, до пришествия зомби в нём развозили хлеб. Бойцы были во всеоружии и серьёзно настроены. По дороге как раз на мосту зарядку сделали, так что все должны окончательно проснуться уже.

Наши грузовики присоединились к колонне с другими бойцами из местных гарнизонов. После зычного крика офицера в начале колонны мы тронулись с места и отправились по грязным и полным хаоса, крови и мусора улицам в центр города. Звуки стрельбы не прекращались ни на минуту. Вдалеке виднелся порт в столбах дыма. Совершив крутой поворот, грузовик открыл моему взору масштабное сражение танков и БТР, которые штурмовали холмистые регионы и стальным катком проезжались по довольно внушительной толпе зомби. Их тысячи я видел со своего места очень даже хорошо.

Могло показаться, что зомби — мусор, который любой сидящий в тачке или за рулём БМП человек в два счёта раздавит и поедет дальше. И что вообще эти монстры серьёзной угрозы не представляют. Опасная ошибка. Тот случай на мосту — прямое тому подтверждение. Отсутствие страха и умение броситься на прущий вперёд танк или автомобиль… Это не только отличный способ суицида для зомбанутых, но ещё и риск повреждения техники. Человеческий ресурс — он ограничен. Патроны заканчиваются. Топливо — сжигается. Техника ломается… А заводы всё не работают. Починить их практически невозможно. По крайней мере полноценно. Ведь сейчас мир так устроен, что для починки какого-нибудь станка в одной части света приходится звонить в обслуживающую компанию на другом континенте, а они звонят производителю на третий континент. И уже оттуда через пару месяцев заказанную деталь контейнером тащат через половину мира к неисправному станку. А на Земле не один станок сломался. Ох, далеко не один. И как итог — производства наполовину мертвы, запасы топлива постепенно закончатся, танки заглохнут, БТР проржавеют, артиллерия понуро опустит стволы. Сейчас кажется, что мы, человечество, на коне, но скоро этот конь сдохнет.

Можно даже сказать, что мы сейчас движемся к нашему незавидному будущему на хромой кобыле. А на ней, как известно, далеко не уедешь.

Наш конвой прошёл один блокпост. Затем второй. И как-то подозрительно много людей от нашей военной колонны откалывалось. К концу практически только мы одни и ехали на передовую. Наконец-то мы добрались до здания мэрии. Вокруг хватало военных, заграждений с колючей проволокой. Даже противотанковые ежи зачем-то притащили…

Довольно быстро нас выпустили из грузовиков, и пока бойцы в очередной раз строились и пересчитывались, осматриваясь вокруг, меня и командиров подразделений пригласили к местному генералу, что отвечал за захват и зачистку центра.

Вперёд убежал посыльный, тащащий с собой в кармане письмо от полковника по поводу моей группы и подкрепления. И ещё на подходе я услышал сочную испанскую ругань, от которой у джентльменов уши в трубочку бы свернулись.

— ТРИ СОТНИ? ВСЕГО ТРИ СОТНИ? Да за последние два часа у меня три роты погибло! Недокомплект бойцов составляет от сорока до семидесяти процентов в подразделениях! Чтобы соединиться с войсками западного округа, мне потребуется втрое больше солдат!

Афина, умничка, не только переводила слова человека, что находился по ту сторону укреплённого входа в мэрию, но ещё и по голосу распознала этого человека. Удивительная у них тут неразбериха. В тылу полковники хозяйничают, а на острие атаки солдат лично генералы в бой ведут. И не абы какие, хочу заметить. Это не штабная крыса здесь геройствует.

Что же, можно сказать, что удача немного повернулась к нам передом. Ибо если верить Афине, этот человек был не просто идейным военным, но и человеком слова и чести. Если бы не его зацикленность на армии, он мог бы баллотироваться и в президенты этой страны четыре года назад. Но партия решила, что им нужен более гибкий и дипломатичный лидер. Вот только в новых условиях этот человек вполне себе должен стать оплотом и защитником кубинского народа. Но за прошедшие несколько суток с начала конца он оказался в несколько странном положении…

Это сердце Кубы. И самая главная, центральная его часть… Почему у генерала в авангарде так мало войск? Где его танки? Где техника? Я видел целые колонны, что шли в сторону порта и в сторону южной части города. Множество людей и техники — пусть старой, но чрезвычайно важной в данный момент. Для битвы за город у самого одиозного и жёсткого генерала Кубы как-то маловато ресурсов. И раз меня отправили погибать сюда… А не разделяем ли мы, уважаемый генерал Сантьяго Очоа Санчес, одну судьбу в глазах почуявших запах власти борцов за свободу Кубы?

«Хозяин… Я перехватила переговоры, зашифрованные на военной частоте. Довольно старое оборудование. Удалось при помощи радиостанции Мариэля подключиться к местной сети, после чего раскодировать старые… Простите. У вас нет времени. Да, вас пожелали устранить, так же, как и генерала Сантьяго».

— Ну что же… Ола, сеньор генерал…

Глава 2

Слушая ругань вояки и игнорируя его подначки, равно как и желание скинуть стресс, разбив мне лицо, я с беспристрастным выражением своего собственного лица стоял и ждал. Как и мои командиры. А чего им было переживать? Я взялся тянуть это всё на себе — с меня и спрос.

Темпераментному военному на грани нервного срыва понадобилось пять минут, чтобы собраться с мыслями и перейти к более полезному занятию — выпытыванию у меня при помощи переводчика данных о нашей группе «вонючих наёмников».

Наконец, он получил ответы на все свои вопросы и на карте показал, в какой район мы должны выдвигаться и закрепиться, дожидаясь подхода сил кубинцев. Я, ни секунды не раздумывая, кивнул. Хотя и видел, что место, куда нас отправляют, очень опасное и тяжёлое для обороны. Перекрёсток двух больших проспектов и одна из крупнейших площадей города… Там два десятка БТР надо, чтобы перекрыть проход… А две сотни солдат и половины самого узкого места не закроют.

— Всё сделаем, — ответил я ему на английском, а затем перешёл на русский и добавил: — Однако Генрих Павлович, ваш наставник в академии КГБ СССР, за такое вас бы расстрелял.

Знакомые слова, имя и фамилия сработали триггером, заставив генерала крикнуть мне: «Остановись!» Переводчика и моих командиров он прогнал и заставил меня вернуться. Указал на стул рядом с его столом и с сильным акцентом бросил мне: «Сьядись».

— Русский?

— Русский. И не я один в моём отряде, — начал я, а затем перешёл на корявый испанский. — Ваши военные думали, что я их не понимаю. Напрасно. У меня для вас, как своего старшего товарища, есть кое-какая информация, которая вас заинтересует.

Генерал откинулся на спинку стула и ничего не ответил, предпочитая слушать, а не задавать лишние вопросы.

— Не находите странным, что ваши подразделения до Гаваны так и не добрались? Ваши коллеги при помощи бронетехники, вертушек и тысяч бойцов добровольческих отрядов Гаваны сметают врагов, не экономя боеприпасы, а вы уже два часа не можете подкрепления получить, кроме нас и жалкой сотни солдат с выпученными от страха глазами. Ваши позиции самые шаткие. Ваше направление атаки — самое тяжёлое. Враг может напасть на вас и смять со всех сторон, но… К вам прислали «вонючих наёмников», которые решили поселиться на Кубе и отжать у вас кусок земли… В прежние времена и за меньшее убивали, да?

— Что ты узнал?

Ха, как быстро ты клюнул и заглотил наживку, старик…

— Ничего конкретного… просто слишком много совпадений. Например, отправка подкреплений на фланги, которые и без них вполне успешно справляются. Но, как меня учили… Если есть вероятность того, что что-то ужасное может случиться — оно рано или поздно случится.

— Хм… Когда ехал, внимательно смотрел на дорогу?

— Да.

— Сколько линий заграждения было в этом районе? Там главное отделение полиции и много военных складов на окраине города.

— Три на внешнем кольце и три на внутреннем…

— Вот суки… — сжав кулаки и зубы, выдавил из себя генерал Сантьяго.

— Внешнее оцепление это норма. А внутреннее — преграда на пути зомби, после того как нас сметут. Верно?

Старик промолчал, но его молчание было красноречивее любых слов.

— Не могу только понять зачем? Страна в опасности, американцы творят неизвестно что, враг повсюду… — наконец выдавил он из себя.

— Потому что они верят, что смогут уничтожить всех зомби. Поняли их слабость. Оценили свои силы и посчитали количество выживших членов правительства и генерального штаба. Уверен, те, кто сговорился, довольно высоки в иерархии власти. Но не выше вас. Говорят, вас выдвигали кандидатом в президенты пару лет назад… Как думаете, есть у них шанс зацепиться за власть, если вы возьмёте контроль над армией?

Мои слова ложились в благодатное русло его собственных страхов, размышлений и опасений. Мог ли он мне доверять? Не больше, чем любому другому чужаку. Мало ли кто послал меня и поделился сведениями о подготовке генерала почти полвека назад в особом учебном заведении их союзника. Но слова словами, а факты фактами. Он и сам видел, что творится какая-то ненормальная дичь. Его приказы терялись. Подкрепление не доезжало. Боеприпасы и заграждения прибывали с огромной задержкой. Одно дело — если бы это всё было повсеместно. Тогда никаких поводов для мыслей о предателях не было бы. Но когда он наблюдает успех и многочисленные передвижения техники в других частях города. Когда он слышит, как работают пулемёты и пушки БТР, не замолкая ни на секунду, а они тут вынуждены считать каждый патрон и с огромным риском переходить от одного квартала к другому… Тогда-то в голове и начинает просыпаться паранойя.

Я на самом деле понятия не имел, кто и что планирует против генерала. Афина не успела поделиться большим количеством сведений. Но мне хватало самого факта, и дальше пазлы очень легко складывались в не очень хорошую картину.

Не знаю, какие демоны и что шептали на ухо старому вояке прямо сейчас, но думаю, пора мне заключить с ним джентльменское соглашение.

— Они ошиблись, генерал. А вам повезло. У вас, как и у меня, не слишком много вариантов пережить ближайшие два дня. Знаю, что в письме вам рекомендовали выставить заградотряд, который уничтожит нас в случае прорыва зомби и нашего бегства. Думаю, такой же заградотряд и обвинение в дезертирстве ждут и вас, вздумай вы отступить и перегруппироваться.

— Откуда ты такой умный взялся?

— Из Сибири, — пожал я плечами и вновь подошёл к карте. — Для того, чтобы выжить — вы должны победить. Не только сохранить свои силы, но и окружить себя спасёнными людьми и верными соратниками. Я могу стать вашим другом и помощником. Если и вы придёте ко мне на помощь в час нужды. И это не обязательно будет военная помощь…

— Земля… Где ты там высадился?

— Мариэль.

— Китайский порт… Да, неплохой выбор, — кивнул он.

— Я бы сказал, один из немногих. Лайнер у нас… Немаленький. В порт Гаваны он бы не причалил.

— Говоришь, победить врага столь малыми силами? Ты представляешь, сколько там зомби?

— От ста до двухсот тысяч в центральном районе…

— Мои разведчики доводят мне примерно такие же цифры. И в чём состоит твой план? Как ты с двумястами солдат-самоучек собираешься очистить Гавану?

— Если генерал проявит свой талант полководца и немного поможет нам… — Я поднялся и развернулся в сторону двери. — Из вашего окна не видно. Давайте пройдём в кабинет напротив.

Я вышел, придержал дверь, и пожилой генерал вышел наружу. Мы проследовали в соседний кабинет, из которого ясно было видно алое сияние в центре города.

— Немного в стороне от того места, куда вы нас отправляли… Это терминал — считайте, склад с бесконечными боеприпасами. Не знаю, кто его контролирует — но это должны быть мы с вами. Вы знаете о терминалах?

— Слышал. Но не сталкивался и не особо верю в эти слухи… — Генерал осмотрел мою униформу и оружие и коротко добавил: — Не верил.

— Позвольте пригласить вас к карте и немного скорректировать наш план атаки… Думаю, вы и сами понимаете, что прежний план близок к суициду…

В итоге мы потратили больше двадцати минут на экстренное совещание и перегруппировались. Генерал согласился дать нам целых два из пяти БТРов в качестве прикрытия. Немного автомобилей, наш пикап и сотня бойцов генерала. Половина из них была из числа доходяг, присланных вместе с нами в качестве подкрепления, другая половина — проверенные бойцы генерала.

Он поставил условие — что первыми к терминалу должны попасть его бойцы. Это если он захвачен зомби. Если же вокруг люди и отряды сопротивления… Всё равно они заходят первые. Это был достойный компромисс. Люди генерала получили пару сигнальных пистолетов. Если захватим — стреляем по разу каждые тридцать секунд. Если нам жопа — два выстрела в формате один за одним.

— Собираемся… — Наконец-то закончился ад планирования, и я построил бойцов, готовясь вывести их за пределы удерживаемой линии обороны.

Успели гаванцы отбить парочку районов, в то время как зомби то сбивались в стаи, то разделялись, стремясь добраться до источников звука, который раздавался со всех концов города. Не замолкающая ни на миг стрельба стала спасением для города. Пока ходячие мертвецы дёргались в разные стороны, большая часть из них повредили связки ног и теперь довольно медленно ковыляли.

Наш отряд оказался напротив построенных на скорую руку ворот и забора, наглухо перекрывшего узкую улочку. Другие были также наглухо перекрыты, в том числе при помощи автомобилей, мешков с песком и так далее. Двери и окна на первые этажи были намертво заколочены, а в окнах вторых и более высоких этажей лишь изредка показывались испуганные местные жители. Они не бежали и не эвакуировались из города… Попросту некуда им было идти. Везде — смерть и страдания.

— Сейчас мы зачистим площадку перед воротами, после этого сюда начнут бежать новые толпы зомби, будьте готовы отразить их атаку, — предупредил меня забинтованный молодой парень с калашниковым и старым советским шлемом на голове.

— Сколько их будет примерно?

— Иногда десять — двадцать, иногда до сотни прибегает… мы тогда снова отстреливаем их, — ответил он мне, и я повернулся к своим соратникам.

— Приготовились! Холодное оружие к бою. Первый кулак — занимает левую полосу движения и тротуар, второй — правую часть дороги. Третий и четвёртый кулаки в резерве. Зачистили — пропустили технику, дальше строимся, как командиры указывали.

Я сам стал за пулемёт, забравшись в пикап, и посмотрел на ворота. Кубинцы уже начали отстрел и довольно быстро заработали руками, сразу отводя упор от ворот и раскрывая сами ворота, освобождая нам путь.

— ВПЕРЁД! ВПЕРЁД!

Пошла битва. Местные с удивлением смотрели на людей, которые предпочитали драться с зомби в ближнем бою. Ну а мы тихонько накапливали очки достижений, перемещая назад уставшие первые ряды и давая полным сил и злости бойцам уничтожить врагов. Мозги разлетались по асфальту, кровь уже давно сделала его красным. Я спокойно ждал, веря двум командирам своих первых кулаков. И через десять минут, зевая, Хван махнул мне рукой, призывая заводить мотор. Первое сражение с гаванскими зомби было закончено. Чем они отличались от всех прочих?

Ничем. Разве что были немного медленнее в большинстве своём. Следующий шаг — неспешная планомерная зачистка районов и невысоких домов в три-четыре этажа. У каждого бойца на поясе был баллончик с краской, спасибо китайцам и целому контейнеру с этой крайне полезной штукой, найденному в порту. Прошли сто метров вперёд — остановились, позвали всех зомби на встречу с нашей делегацией. Выслушали их претензии («ГРА-А-А», «РВА-А-А», «УА-А-ААА») по поводу тяжести судьбы рядового зомби-мозгодобытчика и провели внутричерепную амнистию. Иногда амнистия проводилась пистолетом. Иногда — алебардой или другим холодным оружием. Следом зачищались дома в квартале, и кулаки перемещались по ближайшим кварталам, занимаясь финальной зачисткой и отмечая краской зачищенные здания.

— Мы очень медленно продвигаемся… — подошёл ко мне майор из группы прикрытия генерала Сантьяго. К моему удивлению — англоговорящий.

— Но зато у нас до сих пор ни одного убитого, мы ни разу не подбегали в истерике клянчить боеприпасы из нашей хлебовозки и бойцы до сих пор полны сил и энергии. Совершить рывок на полкилометра и сдохнуть уставшими через пару часов сражений, или за это же время пройти шаг за шагом такое же расстояние и не понести ни потерь, ни ущерба? — задал я ему вопрос, и он так же молча, как и его генерал несколькими часами ранее, отправился думать.

— Продолжаем, ребята, продолжаем. Впереди ещё сотни кварталов… Бегать будем до рассвета.

— Завтрашнего, командир? — уточнил один из бойцов четвёртого кулака.

— А тут уж как получится. Может, и неделю будем пробираться.

— Не хотелось бы… — скривился он.

— Само собой. Через четыре дня мы должны отплыть из Мариэля…

Меня решили использовать и поиметь с меня выгоду. Но мы ещё посмотрим, кто выйдет из этого сражения самым довольным. Самая главная добыча меня ждёт впереди — контракт, который подпишет лояльный мне генерал, что ждёт прибытия бойцов из его военных частей.

***

В резиденции президента Кубы в это же время.

— ТИШИНА! Я ПОПРОШУ ТИШИНЫ! — стучал кулаком по стойке председатель Государственного Совета Кубы и по совместительству премьер-министр.

Он был вторым человеком на Кубе… В мирное время. И после смерти предыдущего президента, страдавшего от множества болячек, имел все шансы стать новым правителем свободолюбивого народа. Тем более что многие его политические «братья» также покинули этот мир. По независящим от них причинам. И всё было бы у него просто прекрасно, если бы не одно «но»… Он занял пост временно исполняющего обязанности президента и под давлением всего происходящего был вынужден объявить военное положение в Республике. И даже несмотря на то, что телевидение не работало и лишь несколько резервных радиочастот удалось восстановить и запустить, он отдал этот приказ. И власть выскочила из его рук… Ибо он не был верховным главнокомандующим. Власть перешла к военным. И если бы он не отдал приказ добровольно — то был бы в один момент обвинён в государственной измене и подвергнут трибуналу прямо на рабочем месте.

Мужчина отбросил мысли о невозможном и попытался сосредоточиться на сохранении власти, примазываясь к фракции одного из генералов.

— Я ХОЧУ ЗНАТЬ, КОГДА ГАВАНА БУДЕТ СВОБОДНА? КОГДА НАШИ ЖИТЕЛИ СМОГУТ СВОБОДНО ВЗДОХНУТЬ! — Политик исполнял указание своего сюзерена с генеральскими погонами и разводил бучу на ровном месте. Ведь люди и так все на взводе…

Шепотки раздавались в здании правительства, окружённом плотным кольцом войск и техники. Патриоты, хитрые как змеи политики, подхалимы и тираны… Никто до конца не понимал, кто есть кто. Все гадали, кто с кем в союзе. Они очень быстро перестали беспокоиться о зомби. Ведь те не заражали. И не имели мозгов, которые могли стать препятствием на их пути к возвращению города. Двадцать тысяч солдат, сто пятьдесят тысяч резервистов и ополченцев города, техника… Этих сил более чем достаточно для освобождения города. Их волновало будущее их резко ослабшей страны. Пока одни видели трагедию — другие видели возможности.

Лишь одного генерала не хватало в этом здании на совете республики. Он первым бросился в бой, подняв с собой всех ближайших бойцов, в самое сердце Гаваны. Да так и увяз там. Толпы зомби его окружили, он сутки от них отбивался, прежде чем военные перегруппировались. И всего лишь троих носителей высоких погон хватило для создания альянса, целью которого было устранение при помощи зомби самого главного из их конкурентов. Каждый из генералов имел доверенных лиц, и они связались с ними, передав инструкции и планы для вверенных им подразделений.

Они надеялись, что двое суток старый пень Сантьяго не продержится… Но они немного его недооценили. Он замуровался со своими двумя тысячами солдат на нескольких кварталах и «ждал подкреплений». Им пришлось отправить ему подкрепление, но это была скорее насмешка и плевок в сторону их оппонента в борьбе за власть. Более того, с этим подкреплением к нему пришло письмо от командующего штабом обороны о переходе в контратаку… Если он ослушается — его ждёт трибунал.

Вояки радостно потирали руки и уже готовились делить Гавану и всю Кубу, не считая других присутствующих хоть сколь-нибудь серьёзными противниками. Единственное, чего они опасались, — это вторжения соседей. Но военно-морская база Гуантанамо была подорвана самими американцами, и угроза уже была позади. Так они думали. Скоро они устранят все возможные препятствия для их власти, а позже… Каждый из этих пауков будет думать об устранении друг друга. Три генерала стояли над «шахматной доской» в виде Кубы, жадно потирая руки и смотря на двух других возможных королей, что, по их мнению, уже были обречены. Ни американцам, ни Сантьяго не видать трона правителя Кубы.

Но тут возвращая их в реальность вдруг пришло сообщение разведки из ближайшего крупного города в районе отправленной в ад американской базы.

— Господа генералы… У нас появилась очередная проблема. Что будем делать с двадцатью пятью тысячами солдатами США, захвативших власть в ближайших к их уничтоженной базе городах? — новая проблема целиком и полностью заняла их умы, ведь этого врага они считали куда как более опасным, нежели тупоголовые зомби.

Совет Кубы продолжал свою работу, а тем временем командир двухсот наёмников без каких-либо потерь за восемь часов сумел очистить пятнадцать процентов территорий, указанных генералу Сантьяго в качестве цели. И не собирался останавливаться на достигнутом, подбираясь всё ближе и ближе к одному из нескольких столичных терминалов.

Глава 3

В Гаване. Командир четвёртого кулака Хван.

Звуки выстрелов приманивали всё больше и больше зомби в округе. Ствол моего автомата разогрелся до красна, а для пистолета осталась последняя обойма. Уже полчаса прошло с тех пор, как мы оказались под жёстким прессингом врагов, окопавшись вокруг одной из заправок. Опасное место, вокруг довольно открытая местность и много легковоспламеняющейся жидкости – например, бензина. Автомобили, что стояли на парковке и у колонок, мы с военными кубинцами выкатили к шоссе, организовав заслон и круговую оборону. Понятия не имею, зачем Михаил приказал нам свернуть с основного пути, вместо того чтобы зачищать квартал за кварталом. Зря, как по мне. Тактика была великолепна и обеспечивала просто невероятную эффективность. Из минусов – мы выдыхались. Огромные нагрузки мешали нам поддерживать прежний темп, но мы могли быть уверены, что сделали всё возможное и помогли всем.

Стоит признать, что стоило выехать за границу удерживаемого плацдарма кубинского генерала, как наша тактика и подготовка бойцов доказали весь военный гений Михаила. Он словно и впрямь десятилетиями сражался с зомби и знал каждый их шаг. Понимал их реакцию. Он очень точно предсказывал, сколько будет зомби на новом участке и как быстро они закончатся. Казалось, те всё ещё бегут, спотыкаясь, на шум, а он уже даёт команду разобрать заграждения, завести моторы и двигаться в следующий квартал, попутно по рации передавая приказы кулакам отправляться на зачистку зданий. И словно по взмаху волшебной палочки к концу его сообщения наплыв зомби ослабевал, и уже через минуты оставались жалкие недобитки, которых поднимали на копья и обезглавливали на месте, экономя боеприпасы.

Мы бежали в здания, ломали двери, проникали через окна и всегда действовали быстро и резко. Волшебная фраза на испанском «РАБОТАЕТ РЕВОЛЮЦИОННАЯ АРМИЯ КУБЫ» творила чудеса, убирала завалы и баррикады перед дверьми и открывала двери там, где были выжившие. А если их не было по причине наличия кровожадных убийц по ту сторону двери, то магия этой фразы не ослабевала, и те с рыком пёрлись к двери и так же старались открыть её всеми доступными способами.

Тогда мы брали наш волшебный жезл – монтировку, и ей помогали вскрыть двери, после чего отправляли в волшебную страну любителей крови, кишок и мозгов. В общем, мы были настоящими магами, без жертв и без особого риска шаг за шагом зачищая квартиру за квартирой. Дом за домом. Зачастую к нам присоединялись местные, вооружённые то ножами, то металлическими прутьями. Их мы отправляли в качестве подкрепления к реальным военным Кубы и продолжали двигаться дальше, зачищая всё больше и больше кварталов и районов. И всё больше и больше местных жителей, освобождённых из ловушек, получали помощь и присоединялись к нам.

Но, кажется, лимит чудес и магии подходит к концу. Полчаса бескомпромиссной борьбы за выживание и уничтожение этого потока монстров практически лишили нас боеприпасов. Кое-что, конечно, ещё имелось в грузовике, да и пулемёт так и не произвёл ни единого выстрела… Но всё равно скоро нам придётся сразиться врукопашную с врагами. Скольких мы уже тут убили, на этом разъезде, к которому вели сразу три дороги?

Бензоколонки изначально не работали, но командир каким-то образом сумел реанимировать оборудование. Видимо, его Афина и сейчас помогла разобраться с этой проблемой. Да уж, была бы у меня такая, я бы, может, и не женился бы раньше дважды. И не разводился бы с этими стервами. И сейчас я понятия не имел, что делать дальше. Пусть мы и заправились… Но мы не можем даже на мгновение прекратить огонь, чтобы погрузиться в технику и вырваться за пределы этой проклятой ловушки. Даже не верится, что командир просчитался…

– Достреливаем обоймы и переходим на ближний бой! – скомандовал Михаил, и рация продублировала его слова.

Да ладно? Неужели эта лавина мертвецов закончится?

– Если способность предвидеть будущее складывается из опыта сражений… То я боюсь представить, в скольких битвах он участвовал, – не смог я сдержать своего удивления, наблюдая резко прекратившийся поток проклятых зомби со всех трёх дорог.

Последний патрон покинул автомат, и характерный щелчок затвора дал понять, что настало время вложить в дрожащие руки меч и щит и идти вперёд, прямо по телам многочисленных тварей, стараясь не споткнуться от усталости.

***

Михаил Листопадов. В то же время, в том же месте.

Наконец-то проклятые зомби стали заканчиваться. Я понимал, что немного рискую, уходя в сторону незачищенных артерий города в виде шоссе, но нам требовалось разгрузить одну очень тяжёлую по рельефу улицу, перегруженную мертвецами. Обойти её, чтобы добраться до терминала, можно, но ни мой опыт, ни анализ Афины не могли подсказать, к чему это приведёт. Слишком уж большим обходной крюк получался. И был реальный риск не дойти из-за нехватки боеприпасов. Если же идти по прямой и в гору по нужной нам улице, мы столкнёмся с массой зомби, которых по одному-два не выманишь. Налетят всем скопом, тысячами, и попробуй от них отбиться. На узких и запутанных улицах, где множество путей привели бы их голодные искорёженные души к нам, мы бы слишком рисковали.

А вот на заправке мы имели два больших преимущества. Во-первых – могли дозаправиться и пополнить наш автопарк, что успешно и сделали после реанимации части оборудования и подключения резервного генератора, найденного по пути сюда в зачищенном строительном магазине Гаваны. Во-вторых, у нас имелось невероятное преимущество в дистанции атаки. Пожалуй, столь большого открытого пространства, по которому мы могли спокойно вести огонь, в Гаване особо и не встретишь.

Толпы монстров лезли к нам с самых разных направлений, но все их попытки были обречены на провал. Наши боеприпасы хоть и значительно уменьшились в своём количестве, но мы их до этого изрядно сэкономили и сейчас пожинали плоды своего труда.

– Внимание, завести моторы, – дал я указание. – Построиться в колонну. Сейчас мы пойдём на прорыв по одной улице, ведущей к терминалу. Почти все зомби, что торчали на ней, уже пораскинули мозгами и лежат на асфальте, загорают.

Послышались негромкие смешки бойцов вокруг. Видимо, мою шутку они оценили. Я же тем временем продолжил:

– По прибытии делимся на два отряда. Один отряд занимает оборону под моим командованием вокруг здания, второй отправляется на зачистку Телецентра с терминалом. Там должно быть много зомби, и много присоединится к нашей вечеринке. Поэтому используем всё, что у нас есть. Вместе с группой зачистки идёт группа майора Хуана. Майор, подойди на минуту.

Я размял руки и плечи, которые здорово потряхивало от долгой стрельбы. Да и уши неплохо заложило от выстрелов… Когда закончим с Гаваной – надо будет очень быстро отсюда сваливать, как только получим благодарность местных и подпись генерала на моих документах. Малая, безусловно, награда, но мы здесь находимся в самом низу пищевой цепочки среди всех вояк и генералов, так что рассчитывать на многое не стоит. Даже траты очков достижений в терминале я сильно ограничу, так как, вполне возможно, нас лишат большей части боеприпасов, а может, даже и оружия. А я не Санта-Клаус и не Дед Мороз, чтобы местным такие подарки раздавать.

– Звал? – без особого почтения обратился ко мне майор, всё ещё не сумевший смириться с тем, что гражданский наёмник, а не он командует операцией.

Извини, Хуан, приказы своего генерала надо соблюдать. Да и своих людей я на убой во славу твоих бестолковых приказов не отдам.

– Звал. Генерал велел первыми к терминалу пустить тебя и твоих людей. В целом я не против – но это будет происходить во время такой же, как и сейчас, осады нежити. Боеприпасов у нас на пять минут боя осталось. И если нас сметут – то и вас сметут.

– Я бы посоветовал подождать подкрепления и боеприпасы, – ответил он на мои слова, и я покачал головой.

– Тогда эта улица длиной почти в километр, которая нашими усилиями сейчас практически пуста, будет вновь заполнена врагами. И наша цель отодвинется на неопределённый срок. Давай договоримся так – вместе с вами пойдут и мои люди. Один из командиров. Наталья, к примеру. Она купит боеприпасы в терминале и передаст бойцам, твои люди тоже смогут помочь в организации обороны. Мне достаточно того, что ты первым в терминал войдёшь, чтобы исполнить договорённость с генералом. А следом уже пускай и мои ребята патроны купят. Идёт?

Долгую минуту шла битва взглядов с майором. Наконец, он выставил своё условие:

– Нас будет три офицера и десять солдат Кубы для прикрытия. С вашей стороны могут пойти с нами Наталья и двое бойцов, что отнесут боеприпасы на защищаемый периметр. Когда мы закончим – я открою общий доступ к этой… к этому Терминалу.

После чего майор удалился.

Ну, могло быть и хуже. Вообще, тот факт, что они доверяют нам с оружием приблизиться к терминалу, дорогого стоит. Видимо, доверие генерала ко мне и моим людям даёт свои бонусы.

Я взял рацию, настроил её на частоту со штабом своего союзника и предупредил о планируемом штурме. Подкреплений он особо прислать не может, так как к нему всё ещё не прибыла его гвардия, да и с боеприпасами у него по-прежнему туго. Ох, не завидую я тем, кто решил снять его с шахматной доски. Когда до него доберутся верные подчинённые, он вытрясет всё дерьмо из своих оппонентов. Они хотели остаться с чистыми руками, но, откровенно говоря, для них было бы куда как эффективнее отправить кого-нибудь пустить ему пулю в затылок. Теперь же это будет сделать намного сложнее. А им самим лучше бы научиться спать с открытыми глазами. Не так уж много офицеров прошли школу КГБ среди местной верхушки власти. Но наш генерал был именно из них. И то, что он выжил, – самая большая ошибка всех местных верхушек. И моя самая большая из всевозможных удач.

Двигатели активно заработали, и выстрелы стали слышны лишь где-то далеко. Разместить две сотни человек и группу поддержки генерала, да ещё и кучу местных, лишённых оружия, нам не хватило бы транспорта. Поэтому внутрь автомобилей погрузили кого только смогли, два десятка бойцов с местными остались на этих «отвоёванных рубежах», а мои бойцы и часть солдат генерала приготовились совершить километровый марш-бросок к нашей цели.

Автомобили, пикап, грузовик и люди сорвались с места. Техника шумела, привлекала зомби и рассекала по улице, давя всех, кто попадался на её пути. Зомби бежали следом за тачками, подставляя затылки и спины под оружие пеших бойцов. Все бойцы молча, сжав зубы и тяжело дыша, прорывались вперёд, добивая менее многочисленных противников.

Мой пикап оказался у главного входа в здание Телецентра. Я перевёл пулемёт в режим непрерывной стрельбы и произвёл первые выстрелы по толпе, штурмующей телецентр в попытке добраться до столь привлекательного «светильника» терминала.

Машины разъехались и стали лесенкой, перекрывая проход. Бойцы высыпали наружу с автоматами и тут же принялись за дело, очищая площадь от всякого рычащего мусора.

Зомби падали как подкошенные от выстрелов пулемёта. Я наводил его в сторону широких дверей, из которых пёрли и пёрли проклятые враги. Они падали, но не умирали. Разброс патронов был не слишком велик в сравнении с другими моделями, но всё ещё имелся, как и отдача. Удержать ствол, чтобы посадить патроны в ровную линию расположения зомбячьих мозгов, – та ещё морока.

Минута за минутой, очередь за очередью. Короб опустел очень быстро, и я начал перезарядку. К тому моменту, как я закончил, число зомби, выбегающих из-за дверей, стало в разы меньше. Но множество зомби усиливали поток с других сторон, начиная всё больше и больше наседать на наш передовой отряд.

Две трети бойцов уже были на середине улицы и стремительно приближались к нам. Ещё пара минут – и они будут тут, смогут куда как более плотным и концентрированным огнём сдерживать натиск врага… Только бы хватило патронов.

– ГРАНАТА! – предупредил один из командиров десятка и кинул взрывоопасный подарок в сторону забора, который грозил вот-вот обрушиться и высвободить несколько десятков тварей, сдерживаемых им с самого начала битвы за телебашню.

Щёлк-щёлк.

Я снова перевёл пулемёт в режим «экономной» стрельбы, начав короткими очередями фаршировать бесконечный поток врагов.

– Михаил, направлений атак слишком много. Как насчёт приманки?

– Пока держимся. ВСЕМ ПЕРЕЙТИ НА ОДИНОЧНЫЕ ВЫСТРЕЛЫ!

– ОНИ УЖЕ ПОЧТИ НА КАПОТЫ ЛЕЗУТ! – кричал один из бойцов, в чьей крови был явный передоз адреналина.

– Держимся! Первый десяток, врывайтесь в телебашню – зачистите проход! – крикнул я, и лишь часть из бойцов нужного десятка принялась исполнять моё указание.

– Правый фланг прорывают! – кричал их командир, отстреливающий одного зомби за другим. – ГРАНАТА!

– Первый десяток! ШУБИН, ТВОЮ МАТЬ! – Я развернул пулемёт в сторону правого фланга и оказал скорострельную поддержку, в опасной близости от бойцов посылая смертельный свинцовый дождь. – СЪЕ****!

Наконец-то он ушёл и оттянул своих бойцов, а я смог без особого страха усилить поток пуль, скашивающий тварей и заставляющий ручьи крови бежать вниз со склона. Место постройки телебашни стало и местом нашей очередной битвы за собственную судьбу.

– Наталья! Майор! В здание! Командиры – гранаты! Огонь по полной!

К концу канонады взрывов напирающие зомби начали шатать своими телами машины. Ещё каких-то десять секунд – и нас заставят отступить. Но первые и самые быстрые бойцы уже добежали с автоматами наперевес и начали вести с нами перекрёстный огонь по тварям. И с каждой секундой количество огнестрела, выбывающего с нашей стороны из-за перезарядок, компенсировалось добежавшими до места бойни бойцами других кулаков.

Криво, косо, вразнобой… Но мы стреляли и отстреливались. Небольшая импровизация. Лёгкое отхождение от уже много раз пройденных истин в уничтожении зомби поставило нас на край обрыва. Всё же оказалось, что физическая подготовка бойцов, даже лучших среди нас, слишком далека от той, что я хотел бы видеть.

Километр бежать почти десять минут… Нет, я понимаю, что на их пути были преграды в виде зомби, что они бежали в гору, да и не налегке в кроссовках, а с автоматами, в берцах и другой не самой удобной для этого дела обуви… Да и многие из них уже давно лёгкие готовы были выплюнуть… Но всё же я ожидал от них большей расторопности. Последние бойцы добрались так вообще через двадцать минут.

Благо кризис уже миновал, и я с облегчением услышал донёсшуюся по рации весть о выходе на этаж с терминалом. Он был, по сути, предпоследний, и стеклянная панорама окна позволяла увидеть, как трескаются от выстрелов стёкла, как поднимается вверх дым от сожжённого пороха и пыль от взрыва гранат. А отложив бинокль и поздравив Наталью, я попросил её ускориться и сделать всё возможное для получения нами боеприпасов в кратчайшие сроки.

Я был уверен, что в первую очередь она заглянет во вкладку с эксклюзивами и приобретёт что-нибудь особенное. Очков достижений у неё более чем достаточно. Много мы успели насобирать их за время зачистки городских кварталов. Ведь не просто так мы помимо убийства зомби занимались и спасением мирных жителей?

Спустя пять минут двое запыхавшихся бойцов и Наталья спустились вниз вместе с ящиком патронов, на которые мы почти моментально набросились и стали с жадностью перезаряжаться.

– Есть там что-то полезное?

– Есть. И можно не спешить. У кубинцев до ста очков всего на счету. Даже не открывается вкладка эксклюзива.

– Это хорошо. Рано или поздно они узнают, но к этому времени нам желательно собрать сливки. Убедись, что люди только треть от заработанного потратят на себя и боеприпасы. Нельзя много покупать. Лишь то, что нужно для битвы, выхода из города и обратного пути, – поделился я с ней и отправил её обратно в здание.

Она организует «шопинг» бойцов. А мы продолжим и дальше обменивать патроны на достижения. И судя по потоку зомби…

– Всем перейти на одиночные выстрелы! Целимся в голову! Будьте готовы к переходу на ближний бой! – рявкнул я и продублировал всё по рации.

Ещё одна битва прошла свою кульминацию. Ещё одна победа на стороне живых.

***

Генерал Сантьяго закурил, хотя вот уже десять лет как победил эту привычку.

Где-то там, впереди, много хороших людей сражались с исчадьями ада, пытаясь очистить этот город и спасти хотя бы немного его жителей. Время от времени к нему приходили новости и доклады об успехах и передвижениях наёмников. Почти двенадцать часов назад они вышли за пределы зачищенного периметра и вступили в схватку с многочисленным врагом. И судя по выстрелам, продолжающим доноситься время от времени с той стороны, они всё ещё были живы.

Его дорогая Гавана, его любимая столица билась в агонии. Пламя пожаров, раны от пуль и снарядов, гниль в виде зомби… Всё это стало наследием невероятной трагедии, что пришла на улицы его Родины. Не так он представлял свою пенсию. Совсем не так… Ещё и эти молодые суки, успешно пробившие с его же помощью путь к власти и высшим военным чинам, пожелали выстрелить ему в спину, а не объединиться ради спасения самого дорогого, что только есть в их жизни.

– Где, бл**ь, мои танки? Где пехота?.. Где, в конце концов, десантники…

Они должны были прибыть ещё три дня назад. Как только случилась вся эта… неприятность. Но от них не было ни слуху ни духу почти три дня. Возможно, эти трусливые псы, что засели в президентском дворце, просто дурили им голову. Возможно, они в большинстве своём погибли… Тяжело сказать.

Рация заработала, и хорошие новости достигли его ушей. Наёмник, русский разведчик Михаил, доказал свои слова делом и добрался до телебашни. А значит – пора отправить туда немногочисленные подкрепления, что добудут боеприпасов, оружия и смогут присоединиться к зачистке этих регионов и кварталов.

Тактика, которую использовали наёмники, пусть и вызвала бурю противоречий в его душе – доказала свою эффективность. И он был готов перестроить своих немногочисленных солдат и добровольцев, чтобы они схожим образом очищали квартал за кварталом и вели борьбу с неприятелем. А там, глядишь, и зачистят основные силы внешние кварталы города, порт и другие далёкие от центра места. И останется им двигаться лишь в одну сторону – вглубь города. Сутки. Максимум двое. И если темпы не снизятся – Гавана будет относительно свободна. Настанет время считать потери, хоронить людей и отправлять войска на спасение других городов. Вся страна сейчас умирала ради того, чтобы спасти своё сердце. Все доступные войска игнорировали захваченные города, выдвигаясь сюда. Но старые кубинцы знали: Остров свободы будет таковым лишь до тех пор, пока свободна Гавана. А позже настанет время и другие города избавить от проклятья зомби.

– Генерал! Колонна бронетехники прорвалась за наш периметр, остановилась у блокпоста, о чём-то пообщалась с солдатами и разделилась. Одна часть поехала в обратную сторону, вторая к нам.

– Кого там ещё принесло… – Генерал осторожно подошёл к окну, взял свой потрёпанный, но всё ещё прекрасно работающий бинокль и посмотрел на городские улицы.

Он опасался снайперов, поэтому был предельно осторожен. Улыбка… Неудержимая от рвущейся наружу эйфории улыбка появилась на его морщинистом лице с полной седых волос бородой. Он знал эту технику. Знал просто отлично. Он пробыл с ней больше времени, чем со своими детьми.

– Наконец-то. Не дай бог, эти ублюдки специально разделили меня с моими солдатами, пользуясь отсутствием связи. Я им ад при жизни организую…

Генерал отправился по лестнице вниз, готовясь встретиться с БТР командира и следующим за ним офицерским внедорожником.

– ТОВАРИЩ ГЕНЕРАЛ! – сорвался с места офицер, приведший бойцов, и не сдержавшись, обнял старого кубинца. – Отец! Ты жив!

– Отставить, полковник. Кто я, по-твоему? Я сам зомби на завтрак сожру, но не сдамся. Эти ублюдки меня так просто не убьют. А теперь давай по форме. Что с армией? Где войска? Почему так долго?

Судя по обозлившемуся лицу своего сына, он понял, что его подозрения оказались верны. Да и слова сына лишь убедили его в необходимости военного трибунала для некоторых из своих коллег. Но пока что у него слишком мало сил и войск, верных его приказам.

Месть придётся отложить. И дать этому блюду немного остыть.

Глава 4

Быть может, в какой-то части мира зомби — тихие создания, но явно не здесь. Мы забрались на холм с новостройкой. Вокруг теснились дома, десятки высоток нависали над старыми густо застроенными кварталами Гаваны. Словно змеиный лабиринт, бесчисленные улицы вели к нам тысячу и тысячу зомби. Эти ущербные, но опасные противники с радостью бросались на новый источник шума. Уже десять раз к нам спускали с верхнего этажа телебашни ящики с боеприпасами. Кубинцы набрали для ополченцев самого дешёвого оружия, и сейчас мы продолжали отбивать нападение тварей все вместе.

Солнце уже садилось за горизонт, и тени медленно, но верно опускались на город. Это проблема. Ночью зомби всё такие же сумасшедшие, а мы не видим, куда стрелять. Тьма подступала не только к улицам кубинской столицы, но и к душам бойцов.

— Эти районы вообще не зачищались, тварей здесь столько, что уже и асфальта не видно… — Хван разделял общее беспокойство, а на меня всё чаще и чаще бросали встревоженные взгляды рядовые бойцы, командиры и даже наши помощники из числа людей генерала.

Я в очередной раз взял в руки рацию и связался с союзником. Если он может и хочет прислать подкрепление, какое бы оно у него ни было, — сейчас самое время.

— Да, без света у нас мало шансов выдержать такой натиск… Солнце сядет меньше чем через час. Если мы ничего не придумаем и эти твари не прекратят лавиной переть на нас — мы покинем занятую высоту, — предупредил я Сантьяго, и тот нескладно пробухтел в ответ, чтобы мы никуда не двигались, он решает вопрос с подкреплением.

Медленно решаешь, генерал. Медленно.

Вновь я открыл огонь, поддерживая бойцов, и позвал на своё место другого стрелка, который только что перезарядился.

— Держи это направление, мне надо осмотреть местность.

Пулей поднялся я по лестнице телебашни и оказался на этаже с терминалом. Оставленный майором боец посмотрел на меня вопросительно, но стоило мне с биноклем подойти к стеклянной стене и начать осматривать окрестности, как он успокоился.

Да уж… Зацепили мы огромную толпу этих тварей. И шумим изрядно, ни на секунду нельзя останавливать огонь. А значит, отвлечь их шумом в другой части города мы сможем, только если это будет очень громкий взрыв. А вернее — серия взрывов, на которую они побегут как голодавшие неделю сыны и дочери фастфуда.

Нет, за час они не закончатся. Вон как много их в окрестностях и как они продолжают медленно вливаться в толпу, стремительно начиная свой забег в гору. В этом плане нам ещё повезло — горка тут неслабая, и с холма эти бедолаги падают и летят будь здоров. Ноги ломают, ползут медленно. Выползают на простреливаемый участок, получают свой свинцовый билет — и отправляются кубарем вниз, подобно шару для боулинга, сбивая других жаждущих плоти монстров. Не всегда так происходит, к сожалению, но время от времени это очищает склоны и помогает нам взять передышку. Но всё равно они стремительно копятся, и это превращается в проблему.

Глаза мои заприметили огороженный забором участок со строительной техникой. Старой, но, вполне возможно, работающей. Туда надо группу отправить и попробовать завести бульдозер, растолкать им кучи трупов вокруг телебашни. Что ещё мы можем сделать? Фонари не работают — тут и так ясно. Попробовать найти генератор и лампы? Боюсь, не успеем. Этим надо было сразу озаботиться, а я не подумал, что мы настолько долго будем воевать. Уже почти десять вечера, и нам повезло, что солнце здесь заходит так медленно в это время года. Хотя оно уже, по сути, скрылось, и лишь сумерки позволяют нам хоть как-то вести бой.

Надо заглянуть в терминал — быть может, там я найду решение проблемы.

— Наталья, майор — если идти вниз по улице, на восток, в направлении… секунду… улицы Свободы слова, там через четыре квартала за забором находится склад строительной техники. Нам нужен бульдозер. Надо скинуть трупы с холма. Я в терминал, вы пока выделите бойцов на группу прорыва. Всё же много зомби идёт как раз с этой стороны.

— Нам понадобится твой пулемёт… — задумчиво оценила моё предложение Наталья, отвечая на мой призыв по рации, а в аккомпанемент ей выступала безостановочная стрельба.

— Я не против. Посмотрим, есть ли тут на него боеприпасы.

С этими словами я отключился и направился в охраняемую кубинцами комнату с удивительным терминалом.

— Кто тебя сюда отправил… Зачем ты здесь? Чтобы даровать нам надежду или чтобы развеселить тех жучар-охотников, что придут по наши души? — Моя рука легла на его холодный корпус, и сознание ускользнуло из окружающей меня действительности, переносясь в белоснежный и безграничный мир.

Управляя при помощи мыслей появившимся перед глазами интерактивным меню, я присвистнул, оценив запас очков достижений, — 4695. Столько у меня ещё никогда не было. Но и я никогда не вёл столь долгий бой на своих условиях против врагов, не спасал столько жизней.

— Новые вкладки появились… Транспорт, лёгкая бронетехника. Здания, которые я так жду, к сожалению, всё ещё недоступны. Было бы любопытно посмотреть.

Пойдём по порядку. Транспорт… Машины… С десяток моделей легкового авто, два варианта гражданских внедорожников, одна модель фургона, один грузовик китайский, электромопед… Ценник — от двухсот пятидесяти ОД за штуку. Внедорожники — шестьсот шестьдесят и семьсот тридцать очков, грузовик — восемьсот пятьдесят. Чем современнее модель - тем дороже. Фургон был очень старой модели и стоил всего триста пять ОД, но такой брать бессмысленно. А скутер вообще стоил всего сотку, но зачем он мне тут? Как его подзаряжать? Ответ на этот вопрос имелся в этой же вкладке. Подраздел «расходники, запчасти и тюнинг».

Ну, в теории на эти модели машин мы сможем получить за бешеные бабки запчасти. Это уже неплохо. Значит и на другую имеющуюся технику можно получить запчасти для ремонта. В целом тут был околобесконечный список всего на свете. По сути, этот транспорт предлагалось по болтику разобрать и как лего купить. Но судя по стоимости покупки всех элементов того же джипа отдельно — он бы запчастями вышел нам в три-четыре раза дороже. Отдельно можно было купить топливо и материалы для улучшения транспорта. Но тратить на это деньги, когда под рукой куча безработных мужиков, работающий сварочный аппарат и груды железа… Впрочем, у других людей может быть другой взгляд на эти вещи.

Из интересного — заметил примечание терминала. Оказывается, открылась эта вкладка после получения мной суммарно пяти тысяч ОД. Вот оно как. А лёгкая бронетехника была открыта после суммарного накопления семи с половиной тысяч очков достижений. И новая вкладка, надо понимать, откроется при достижении нового порогового значения… Какого? Вероятно — десять тысяч? Любопытно, что это будет…

Вкладка с лёгкой бронетехникой оказалась куда интереснее, чем я предполагал изначально. Здесь было всего шесть доступных образцов, с зашкаливающей как по мне стоимостью от трёх тысяч ОД, но лишь два из них имелись в нашем мире. И один из них я точно куплю! Вопрос лишь — какой, ибо мне хотелось бы взять сразу оба.

Первый доступный образец стоимостью три тысячи ОД — старый добрый советский БМП. Но это в полном обвесе. Если взять пустышку без оружия и всего навесного, его цена упадёт в два раза. Он был практически близнецом той модели, что помогала зачищать Мариэль в составе группы военных. Ну и запчасти к нему, что немаловажно, имелись. Сломанную бронетехнику можно будет восстановить и привести в порядок. Теперь я в этом уверен.

Вторым из знакомых образцов лёгкой бронетехники был бронированный современный джип с пулемётным гнездом. Шесть пар колёс и смутно знакомый значок на капоте какой-то частной военной компании — настоящий монстр с восьмилитровым турбодвигателем, пожирающим бензин совсем не как лёгкая бронетехника должна это делать.

Третий образец убедил меня в неземном происхождении этого элемента военной техники — гироскопическое огромное колесо с двумя пушками по бокам от сиденья оператора, расположившемся в середине. В каком-нибудь фильме смотрелся бы, безусловно, бодро, но мы не в фильме. Нам бы поменьше понтов и больше толку.

Четвёртый образец — передвижная круглая защитная платформа, способная вместить до десяти солдат и установить до четырёх пулемётов вроде тех, что были у меня. Мощные аккумуляторы, монолитное стальное дно для защиты взрывоопасных элементов. Платформа в диаметре занимала три метра и имела несколько сотен узких «окошек-бойниц» для стрельбы. Сами стены были сделаны из неизвестного мне материала. Смесь пластика, кристалла и металла. Всё вперемешку, но вроде как способно выдержать взрыв противопехотной гранаты. Если верить описанию.

Передвигалась платформа очень медленно, и конструкция её была не самой устойчивой. С другой стороны — такую взять и построить вокруг терминала, запереться в нём — и орды зомби не страшны… Практически. Стены были всего три метра высотой, и зомби вполне себе могли бы запрыгнуть наверх. В общем — идея интересная, но далека от идеала.

Пятый образец доступной техники был водным. Небольшой защищённый водный мотоцикл со встроенной пушкой в передней части. Вещь любопытная, но не сейчас ею стоит заниматься. В целом для лайнера пятёрку таких водных защитников взять не помешало бы.

Шестой образец техники я уже видел и использовал раньше, в своих снах. Правда, другую модель. Лёгкий пожарный экзоскелет. Не псевдо, не прототип, а именно что полноценная технология! Пускай и очень древняя по меркам моих снов. Он позволял устанавливать оружие ближнего боя, например, лом или лопату для расчистки завалов или щуп для хватания балок и прочих тяжёлых вещей, что грозятся упасть и раздавить оператора. Основная его прелесть состояла в том, что он в четыре-пять раз повышал силу человека, позволяя поднимать большой вес. Предельная нагрузка этого пожарного экзоскелета была тысяча двести килограмм. Не очень много в сравнении с другими моделями, что мне встречались. Даже маленькая, скажем прямо. Плюс невозможность использовать огнестрельное оружие и слабую защиту, если не считать сопротивляемости пламени, заставляли меня задуматься, а стоит ли тратить три тысячи сто ОД на его покупку. К слову, этот экзоскелет был образцом "внешней брони". Внешне даже больше напоминал силовую броню. Я же предпочитал использовать её противоположность - внутреннюю защиту в своих снах. Это были стандартные боевые костюмы, что надевались прямо на тело и имели встроенный миниатюрный экзоскелет. Они были легковесные, достаточно защищённые, многофункциональные и что самое приятное, не стесняли движения как "внешка". По сути они были чуть ли не второй кожей и могли быть улучшены и модернизированы, за что так ценились простыми солдатами. Каждый мог настроить свою боевую броню под свой вкус, если ОД хватало.

В пользу же этого выбора говорила уникальность данного образца военных технологий на Земле на сегодняшний день, а также возможность установки дополнительного оборудования, как, впрочем, и на любую другую технику. Например, десятка мощных ламп и прожекторов, что разгонят ночную тьму.

Но это Гавана. Это не мой город. Меня пристрелят и отберут это техническое чудо раньше, чем я дойду до границы города. То же самое касается и всех других образцов бронетехники, кроме…

БМП. На него тоже можно автоматически установить лампы, подключить их к аккумулятору. Да, велика вероятность того, что и его у нас заберут, но он хотя бы дешевле всего остального. И вдобавок ко всему обладает неплохой бронёй, автономностью, запасом хода и тысячей боеприпасов для пушки. Входит в комплект, так скажем.

Но что-то меня останавливало от покупки… Тяжело сказать, что и почему.

Я быстро купил пять коробов к пулемёту и два ящика с самыми необходимыми боеприпасами, после чего вышел из меню.

Во вкладку «эксклюзив» я даже не заходил, так как Наталья успела мне всё рассказать. Была там бензопила электрическая, что заряжалась от солнца. Сомнительный выбор для поля боя. Особенно ночью. Был там и револьвер с тремя генерируемыми в день патронами, и винтовка М-16 с функцией превращения каждого третьего патрона в трассирующий, зажигательный или бронебойный — как повезёт. С учётом полного отсутствия патронов под это оружие, мы не стали его покупать. Револьвер же забрала Наталья ещё в первый раз.

А бензопила пускай подождёт.

— Шесть бойцов ко мне за боеприпасами. Наталья, Хван, Старик — нужен очень быстрый совет, я спускаюсь.

— Принято! — отчитались по рации бойцы, и я взял один из коробов с патронами к пулемёту, отправляясь к лестнице.

На пятом этаже внезапно заработала рация, связывающая меня с генералом.

— Эй, вонючие наёмники, вы там живы ещё? — Голос старого кубинца был необычайно бодр и жизнерадостен, что вызывало больше тревогу, чем позитивные эмоции.

— Всё ещё ведём бой за свободу Гаваны и всей Кубы! — ответил я ему и отпустил кнопку передачи сигнала.

— Это хорошо. Продержитесь двадцать минут. К вам отправляется триста моих солдат, два танка и двенадцать БМП. На трёх из них установлены осветительные панели, заканчиваем монтировать их, тестируем и сразу выезжаем. Через час ещё подкрепление отправится. Так что не смейте сдавать и пяди земли этим монстрам, как слышишь меня?

— Слышу хорошо! Благодарю за отличные новости! Продолжаем вести оборону!

— Всё, закончилась оборона. Теперь только атака!

— Хорошо, товарищ генерал! Как прикажете. Ждём ваших бойцов с распростёртыми объятьями! — рассмеялся я, и как только отключил связь, тут же прекратил смеяться.

Уф… Это было близко. Как же хорошо, что я не взял все эти треклятые образцы бронетехники. Если бы генерал узнал, что в терминале можно и такое оружие достать — он бы быстро заставил меня спустить все ОД на покупку экзоскелета или чего-то такого. И тут дело не в доверии или каких-то там чувствах вроде справедливости. Нет — банальное стремление выжить. Каждая БМП, каждый автомобиль, каждый автомат на счету. К генералу прибыли его войска, и он более не столь заинтересован в сотрудничестве, как прежде. Но мы всё ещё можем вести торг. Мы можем быть полезны друг другу. Когда кругом слишком много змей и гиен — союзниками не разбрасываются. Если только они очень слабые и очень богатые. Тогда проще забрать у таких всё добро и раздать в руки своих бойцов. И я очень надеюсь, что мы этого избежим, если продемонстрируем запасы ОД в карманах.

Что с нас взять сейчас? Грязные калаши? Перегретые глоки? Алебарды, топоры и дубины? Патронов нам теперь хватит до подхода подкреплений, а вот дальше уже пускай платит и тратит боеприпасы уважаемый наниматель. Мы и без того нашу норму перевыполнили в разы, уничтожив своими скромными силами навскидку от десяти до двадцати тысяч зомби.

Мы заслужили отдых. Осталось лишь дождаться рассвета. Дождаться нового дня. Думаю, кубинцы завтра зачистят Гавану. Или бо́льшую её часть. Очень уж крутой темп они взяли. Буквально всех, кто на ногах и может держать оружие отправили в бой. И наша работа на этом закончится. Сейчас, когда генерал и другие знают о терминалах и уверены в их работе, в их головах может мелькнуть удивительная мысль о том, что негоже чужакам столь ценный ресурс отдавать. И под ресурсом я имею в виду зомби.

Мы ведь преследуем много целей, прибывая сюда. И одна из них — именно сбор очков достижений. Впереди много работы, а Гавана — это только начало.

Операцию по прорыву к строительной технике я отменил. Мы перетащили припасы, десяток бойцов начал спешно перезаряжать магазины и разносить их к солдатам. Кожа, одежда и волосы пропитались запахом пороха. Чумазые уставшие лица в сумерках были напряжены как никогда.

— ЕДУТ! БРОНЕТЕХНИКА ЕДЕТ! — заорал вдруг кто-то.

Шальная мысль появилась у меня в голове: «Хоть бы не начали по нам шмалять». Но нет, они давили зомби и прорывались к нам здоровенным конвоем, протискиваясь по узким улочкам. Оценка Афины оказалась верной. В этом мире мало кому можно верить, но генерал один из тех людей, что следят за исполнением данного ими слова.

Мои двести солдат, пятьдесят воинов генерала и сотня местных мужчин и женщин, нашедших в себе силы и храбрость бороться за свободу их родного города, смотрели на старые танки, дымящие и коптящие воздух БМП, плюющиеся маслом грузовики с бойцами, как моряки Христофора Колумба, радующиеся приближению долгожданного берега после длительного морского путешествия.

— Продолжаем вести огонь! Враг никуда не делся! — напомнил я всем, что зомби всё ещё бегут на нас со всех сторон.

Битва продолжалась. Но её результат наконец-то стал мне ясен.

***

На следующий день, в полдень, во «временном штабе генерала Сантьяго».

Усталые бойцы с рюкзаками, оружием — как холодным, так и всё ещё «горячим», — со стонами и воплями упали на землю, выискивая траву, а не камень для отдыха.

— Пятнадцать минут отдыха, и начинаем чистку оружия. Комплектов для чистки мало — кто первый взял, тот и молодец. Помните, что грязное оружие может отказать, сломаться и даже взорваться, травмировав или убив вас, а не зомби.

— Командир, — поднялся на ноги Хван, стараясь держаться бодрячком, — нам стол бы, чтобы показать, как чистить оружие. Некоторые могли и забыть… Или даже не знать.

— Сымпровизируй, командир четвёртого кулака. Даю полную волю и простор для фантазий.

— Хорошо.

Он подошёл к бойцу с молотом и отправился к ближайшей частично сгоревшей колымаге. Несколько мощных ударов распрямили её погнутый багажник, и Хван тут же позвал всех десятников к себе, начиная демонстрацию.

Я же отправился к генералу, где меня ждало очередное испытание. Нужно было каким-то образом получить от него награду и сохранить наше оружие и технику в виде автомобилей. А заодно выбить парочку грузовиков, чтобы перебросить весь оставшийся личный состав Круизеров, как нас начали называть местные бойцы и все остальные, что слышали это интересное выражение. Мне лично оно тоже весьма понравилось.

— Товарищ генерал, разрешите войти? — постучал я в открытую дверь, за которой десяток военных жарко и горячо спорили о чём-то.

— Михаэль, входи! — Генерал Сантьяго заткнул гомон и разогнал всех в стороны.

Атмосфера в кабинете стояла напряжённая, это было сразу видно по резким движениям рук офицеров.

На стол генерала один за одним легли два предмета — бутылка рома с двумя стаканами и пистолет с двумя патронами.

— Садись.

Мне на плечо легла тяжёлая рука одного из офицеров, силой усаживая на стул напротив генерала.

— Держи руки на виду и не тянись к поясу, — на чистом английском произнёс он, показывая, что дела мои не так хороши, как я рассчитывал.

Глава 5

Ситуация выглядела неприятной и напряжённой. Я был слегка взволнован, но при этом чётко представлял, что и как буду делать, если начнётся заварушка. Сдаваться без боя я точно не собираюсь.

— Забавно выходит… — Старый кубинский генерал взял бутылку с ромом и плеснул в один и второй стакан. — Когда ты явился и своими заявлениями растревожил мне душу, я лишь тогда понял, в какой заднице нахожусь. Тут ведь речь не только об армии и войсках. Речь о влиянии и власти — меня запросто могли сделать козлом отпущения, если бы этой ночью мы провалились.

Он пододвинул ко мне один из стаканов и сам взял второй, залпом выпив крепкий местный напиток, известный с давних времён.

— И до сих пор могут, — заявил я, принял свой стакан и, не морщась, влил огненную смесь в себя.

— А вот это уже вряд ли. Моих ребят не особо много добралось. Часть ещё в пути, часть в гарнизонах сидят, зализывают раны. Но теперь у меня есть сила, которую по щелчку пальцев в сторону не сдвинешь. Видишь эти два патрона? Как думаешь, что с ними не так? — улыбнулся он и посмотрел на своих офицеров, прибывших с подкреплением.

— Хм… Холостые? Нет, вряд ли. Они из терминала? — попытался я пальцем тыкнуть в небо.

Тут ведь просто диалог поддерживать надо, генерал сам поделится мудростью, укрепляя свой статус в глазах офицеров.

— Мелко мыслишь. Вот этот патрон предназначался тебе, если бы твой план не сработал, ты бы отступил, просрал войска, оружие, бойцов. А второй — уже мне. Ибо со всеми этими дешёвыми ловушками моих дражайших коллег уже к утру сюда бы завалился какой-нибудь вшивый полковник с отрядом больше, чем количество всех моих подчинённых, и арестовал бы меня. Ну а дальше — позорная казнь на центральной площади. Нет уж, я бы им не позволил так надо мной издеваться и превратить в козла отпущения.

Генерал покрутил в руках патрон и вернул его на место.

— Но я справился, и подкрепления прибыли как нельзя кстати, — заметил я и стрельнул глазами на бутылку с ромом.

— И даже более того — твои, так скажем, размышления, они подтвердились! — Сантьяго плеснул ещё немного мне и себе, и мы в тишине выпили.

Ух, а ром неплох. Я такой никогда не пил. Хотя я вообще мало что пил, но порой приходилось, и этот ром, надо сказать, весьма любопытен.

Генерал спрятал бутылку, давая понять, что хорошего понемножку. А следом достал из-под стола ещё один патрон и поставил рядом с первыми двумя.

— Теперь у этого револьвера новая цель. И двух патронов для неё слишком мало. Я умею держать слово и готов помочь тебе. И предлагаю не просто разовое сотрудничество, а полноценный союз. Ты не выглядишь моральным уродом. Я встретился с офицером, что привёз вашу группу из Мариэля, а он, в свою очередь, успел пообщаться с местными. И они хорошо о тебе отзываются. Скажи мне, что ты будешь делать, когда я тебя отпущу? Чем займёшься?

— Я буду убивать зомби. Буду спасать мирных жителей, зачищать города. Это моя задача номер один.

— Похвально… А задача номер два?

— Когда Куба станет свободна — вокруг будет всё ещё множество тварей на соседних островах и даже континентах. Это не закончится за год или два. Война будет практически бесконечной. Поэтому я построю базу. Целый город, который будет существовать и отправлять подобно викингам свои корабли на побережья варваров, жаждущих мозгов.

— Ха, а я был уверен, что ты скажешь что-нибудь про пиратов! — улыбнулся он и убрал револьвер в кобуру.

— Кто знает, как нас будут называть другие. Я начну с малого, а дальше буду действовать по обстоятельствам. Одно могу сказать точно — мне не помешает надёжный союзник в часе езды от основной базы. Попробуем превратить этот сказочный остров в оплот свободы всего региона. Только вот для этого надо спешить.

— Да. Понимаю. Хорошо, у меня мало возможностей что-либо сделать и как-либо помочь тебе сейчас, но ближайшие сутки десять грузовиков, привёзших ко мне подкрепление, будут не нужны. Единственное, что попрошу — с тобой поедет мой человек, надо заскочить по одному адресу, практически по пути. Если будут зомби — устранить и дать моему человеку сделать его дела, прикрыть. Идёт?

— Более чем! И ещё, не сочтите за грубость, но вот это, как я считаю, должно быть подписано будущим лидером Кубы. Думаю, вы понимаете, что это для нас обоих гарантии лояльности. Вы нужны мне, а я нужен вам. Как минимум западную часть острова вы можете считать полностью лояльной вам после подписания этой бумаги. А меня — своим военным и экономическим союзником.

Последние мои слова явно не понравились генералу, но спорить он не стал. Да, вижу я тебя насквозь. Думал вассала из меня сделать? Мы всё ещё в дикой природе, старик. Правит сильнейший. Сегодня и завтра ты будешь на коне, но кто знает, как изменится ситуация послезавтра. Я не собираюсь становиться безмолвной марионеткой в твоих руках.

— Ладно, чего ещё я ожидал от наёмников с выучкой спецслужб, — он взял ручку и широким движением оставил подпись на странице договора, заодно дополнив его пафосной фразой: «Глава совета спасения Кубы, генерал Сантьяго Очоа Санчес».

— Транспорт мой трофейный можем взять?

— Только тот, на котором приехали. Найденный в городе брать не стоит, — кивнул он, и я вышел в коридор с бумагами за пазухой.

Отлично. Жизнь налаживается.

Половина бойцов на улице успела успешно отрубиться. Другая часть вяло смотрела на меня, всего энергичного и счастливого. Ещё часть вместе с нашими офицерами и местными солдатами усердно драила оружие. Вот уж не ожидал, что они придут на выручку в этот момент. Наборов для чистки стало раза в два больше.

— Как всё прошло? — задал вопрос Хван, стоило мне выйти.

Тут же подошли и Наталья, и Гарри Свенсон, и Коннор. Я выдержал пару секунд паузы и тихо, чтобы не вспугнуть удачу, сообщил им:

— Мы сорвали джекпот. Всё, что добыли, кроме машин местных — наше. Нам выделяют десять грузовиков, доставят до Мариэля. По дороге придётся, судя по всему, заскочить в какое-то злачное место, там могут быть зомби. Подробностей особо нет, объяснят по дороге. И да. Мы теперь официально на этой земле и нам дан карт-бланш на захват, то есть зачистку западной части острова. Так что посмотрите машины, слейте бензин с тех, что оставляем, заправьте до предела нашу «кавалерию» и собирайте бойцов. Думаю, полчаса, и мы будем выдвигаться. Максимум час. Из минусов — скоро тут начнётся борьба за власть, и наш фаворит в меньшинстве находится. Но я в него верю.

Народ с важным видом покивал головами, и мы вернулись к нашему конвою из помятых машин.

— А как понять, какие мы тут взяли, а какие за городом? — спросил Коннор.

— Может, просто по номерам посмотреть? Всё, что на гаванских цифрах, тут оставим, что не на местных — заберём, — предложила хитрая лиса Наталья.

С учётом того, что на местных номерах было всего лишь три машины из пятнадцати… На этом варианте мы и остановились.

Застонали бойцы, поднимаясь с травы и земли, отправляясь заниматься делами. Но кое-кому повезло и они продолжили дрыхнуть.

Я же в тишине оценивал открывшиеся возможности терминалов. Обладание ими — стратегически важно. Они — центр будущих городов, оплотов и крепостей. И пусть зомби в действительности уничтожать мы будем ещё долго, а ещё дольше мы будем сражаться за зоны влияния, земли и плодородные регионы. Торговля восстановится ещё не скоро, и области, лишённые базовых вещей для выживания, обречены на забвение. Любопытно… Очень любопытно. Для смелых, решительных и харизматичных лидеров настало время возможностей. И всё бы было хорошо — да только вопросы с ядерным оружием и реакторами меня слегка беспокоят. Не хотелось бы столкнуться с этим в ближайшем будущем. Надеюсь, Арес сделал всё как надо до того, как погиб от импульса. Ещё меньше вероятность того, что он выжил. Другие функции я в него закладывал, но всё же шанс, пусть и небольшой — имеется.

Прибыл человек генерала, с ним два десятка солдат — судя по всему, водители. Часть села за руль грузовиков, другая рядом с ними. Командиры десятков разделились, часть полезла в кузов, часть в кабины. Начались сборы, грузили оружие, остатки боеприпасов. Их было не то чтобы очень много, но пару ящиков мы сберегли, к утру перешли на сражение врукопашную, что, собственно, и доконало бойцов.

Уезжали мы долго. В город со всех сторон ехали отряды мобилизованных бойцов, из города уезжали дети с семьями. Пять раз нас останавливали и задавали вопрос, а куда это мы сваливаем? Лишь подпись генерала в приказе и сопроводительных документах его человека, как и указание о необходимости зачистки какого-то Пункта «Б», решали вопрос.

Мы проехали около пятидесяти километров, проехали тот самый злополучный мост и ещё спустя несколько километров свернули в сторону побережья.

Загороженная территория, человек десять местных, вооружённых ружьями, винтовками да гарпунами — вот и вся охрана. Но она, по крайней мере, была, и это значило, что местные от зомби отбились.

Наш сопровождающий долго с ними о чём-то спорил, да в конце психанул, сказав, что если они не собираются его пропускать — это государственная измена, и он сейчас же отдаст приказ солдатам их связать, а при сопротивлении — расстрелять. Помогло ему это. Хотя, стоит напомнить, что его солдат здесь было всего два десятка водителей, вооружённых ножами да парочкой калашей.

Мужик этот вызвал меня, как только мы заехали на бетонную платформу вдоль берега воды.

— Михаиль, мы здесь за топливом. Тут имеются хранилища, бензовозы. Нам понадобится около двух часов, чтобы залить цистерны автомобилей, которые всё ещё на ходу. Надеюсь, оборудование не пострадало. Можете пока отдохнуть. — Он говорил на испанском, изредка вставляя английские слова, отчего понять его становилось лишь тяжелее.

— Хорошо, спасибо… Как тебя зовут? — уточнил я у него. — Мне не представили.

— Хосе Родриго. — Его ослепительная улыбка при упоминании имени была шикарной.

— Хосе, а что это там за деревня? — указал я на сотню домов на склоне небольшой горы, образовывающих маленький посёлок.

— Да местные оттуда, — ответил он мне. — Зовётся Пальмас.

— Тогда, если ты не против, я с ними пообщаюсь. Может, зомби где в округе есть. Зачистим по-быстрому.

— О, это было бы просто великолепно! — обрадовался капитан Хосе Родриго и пожелал мне удачи, сам начиная командовать бойцами и вскрывать замки ангаров.

Местные меня сперва расстроили, сообщив, что их деревня зачищена и практически не пострадала. Хотя это, пожалуй, хорошая новость. А затем обрадовали тем, что кое-где зомби всё ещё остались. Спросив дорогу, я взял два стонущих от усталости кулака и отправился в две соседствующие деревушки, в которых осталось куча зомби, а местные, все кто смог, сбежали как раз в поселение Пальмас.

— Грустно, но такова жизнь. Мы зачистим деревни, жители смогут вернуться в них и начинать восстанавливать порядок, — сообщил я им и выдвинулся с бойцами размяться. Мы были налегке, с холодным оружием и пистолетами. С нами поехал один грузовик прикрытия с более опасным оружием и боеприпасами. Уже через десять минут пешего хода мы добрались до нужной нам развилки и увидели первые дома местных с выбитыми окнами и раскрытыми настежь дверьми. По дороге мы встретили с десяток трупов зомби и местных, а в самой деревушке, пройдясь подобно урагану, прикончили ещё три десятка тварей. Во второй деревне дела были более смертоносными. Удалось прикончить сорок семь тварей и даже спасти одну тяжелораненую женщину. Поразительная воля к жизни! Она заперлась на чердаке своего дома и там лежала до нашего прибытия, с глубокой раной живота. За подобную волю к жизни я велел выделить ей аптечку и устранил угрозу. Теперь она точно встретит новый рассвет. Напоили, дали немного еды, чтобы пришла в себя.

Она всё ещё была слаба, и мы не стали её мучать, но и оставлять одну-одинёшеньку не стали. Нашли мотоцикл с коляской, заправили из рядом стоящей канистры с остатками топлива, усадили женщину и, оглушая грохотом округу, отправили в Пальмас, к её выжившим соседям, родственникам и друзьям.

— Не трогаем барахло местных, ничего мы тут толкового не найдём. Еду у них забирать тоже не будем. Мы же не разбойники какие, — ускорял я своих ребят, пока они проверяли последние дома, подвалы и чердаки в поисках выживших или запертых зомби.

И да, в последнем доме под сундуком с одеждой и какими-то куклами нашёлся спуск вниз. Люк был придавлен и скрывал в себе зомби, что выглядел весьма прискорбно. Кто-то из местных сумел запереть его.

— Добейте его, чтобы не мучался, — посмотрел я на его лишённое интеллекта лицо, разбухшее от ударов об каменные стены подвала.

Обе деревни зачистили за час и бодрым шагом вернулись на базу ГСМ (горюче-смазочных материалов) местных вояк как раз к концу заправки последнего бензовоза.

Бензовозы двинулись обратно в сторону Гаваны, а мы — в сторону Мариэля. Я попрощался с Хосе Родриго и пожелал ему всего наилучшего, как и водителям, стараясь оставить о себе хорошее впечатление. Местные тоже были рады услышать об успешной зачистке, да и спасённая женщина нас весьма ярко благодарила, называя ангелами-спасителями. Мы же скромно сказали, что мы Круизеры из Мариэля и будем рады стать для них добрыми соседями.

Возможно, даже их защитниками… Если Гавана и её генералы сюда свои загребущие руки не протянут. Эта база «Б», Пальмас и эти мелкие деревушки — ближе к Мариэлю, но стратегически важны из-за своих запасов топлива для военных Кубы. Не знаю, удастся ли наложить лапу на это чудесное место…

В Мариэле нас не особо ожидали, но в целом были счастливы видеть. Тут же я договорился с Алонсо, фактически ставшим правителем города с подачи всех местных жителей, о совместном собрании через пару часов. После обеда. Поспать бы ещё...

— Ну что, бойцы. Вот мы с вами и выполнили долг настоящих воинов и внесли свой вклад в безопасность и свободу не только этого острова, но и всего мира. Маленький шаг для человечества, но огромный шаг для каждого из нас. Однажды от нашей поступи будут дрожать мосты и дороги, а зомби будут в ужасе прятаться, но им всё равно не уйти. Сейчас вас ждёт долгожданный обед, душ и отдых. Хорошенько выспитесь, а уже вечером мы проведём торжественное построение, на котором мы доведём до каждого из вас наши планы. СЛАВА ВАМ, КРУИЗЕРЫ! ВИВА ГЕРОЯМ ЗЕМЛИ!

— УРА! УРА! УРА! — рявкнули они под взгляды тысяч любопытных глаз, высыпавших на палубу. Ох, не зря донёс до командиров как надо отвечать на поздравления старшего по званию. Меня даже пробрало от этого интернационального "Ура".

Урурур…

Запах жаренного мяса донёсся с лайнера и заурчавший живот дал понять, что и мне бы поесть не помешало… Вид мёртвых зомби уже перестал портить мой аппетит. А значит, пора на борт.

— Капитан! — поприветствовал я Идриса, а затем и всех прочих, то спустившихся с лайнера, то из терминала вышедших. — Лакшит, а ты что, воином стал? — удивился я его крутой экипировке и автомату с установленным лазерным прицелом.

— Да! Я всегда быть воин! Просто косой чут-чут. Теперь попадать прямо в башка со своей красавица! — погладил он автомат.

— Это замечательно, — искренне порадовался я за везучего индуса и коротко пересказал встретившим нас на борту офицерам события последних двух суток.

— Подробнее давайте на собрании старших офицеров. Нам много что нужно обсудить и спланировать, после обеда надо с местными поговорить, так как на их счёт у меня тоже большие планы, ну и от вас я жду хороших новостей. Встретимся через час — нам, — я указал на Наталью, Коннора и Хвана, — тоже надо привести себя в порядок. Встретимся в офицерской столовой.

— А тут уютнее стало… Видно, что они не сидели без дела… Чистота, порядок, уют… — заметила Наталья, идущая рядом со мной.

— Для многих из них это место, этот лагерь… Его скоро можно будет назвать домом, — с грустью ответил я ей. — Они и сами это понимают, поэтому и пытаются создать уют, погрузившись в работу и забыв о далёком доме где-то там, на другой стороне земного шара.

Глаз мой зацепился за нечто нестандартное, удивительное… Я остановился и посмотрел в небо, где далеко-далеко над морем летел самолёт в сопровождении истребителей.

Моё удивление передалось и другим, и вскоре они так же, как и я, стали пялиться в безграничную даль.

— Бинокль! Есть у кого? — громко спросил я в практически полной тишине.

— Командир, возьмите! — протянул мне инструмент разведчика один из бойцов.

— Почему он так низко летит? — удивлялась Наталья. — Надо ведь выше уровня облаков выходить, там турбулентность…

— Он дёргается… Истребители его сопровождают… — ответил я ей. — Может, неполадки какие-то…

Через две минуты наблюдения этот самолёт по какой-то причине начал резко снижаться, а один из двигателей загорелся. Рухнул самолёт где-то далеко, за горизонтом, в открытое море. Мы увидели лишь истребители, что совершили пару кругов и повернули обратно, ускоряясь и скрываясь за облаками.

— Вот вам и авиация…

— В ней много электроники, спутниковая связь… Они летят на повреждённых гробах, ещё и вслепую. Не завидую я тем, кто решит полетать…

Новости о падении самолёта быстро разошлись по всему лагерю. Надеюсь, это урезонит тех, кто всё ещё верит, что прошлый мир, его власть и влияние денег остались прежними…

И больше всех кричала и паниковала группа из фракции элитного индуса. Дул морской бриз, освежая и выветривая из головы глупости. И вместе с этим выдувалась из нашей «оппозиции» вся их элитарность и идиотизм.

Глава 6

Переговоры… Переговоры… Переговоры… Они выматывают больше, чем зомби. Проклятые переговоры.

Как же сложно находить общий язык с теми, кто не видит всей картины мира. Как сложно общаться с идейными людьми, которые не замечают даже очевидного. Я проснулся в обед следующего дня, ибо долбаные переговоры, затянувшиеся с самыми разными группами до самой ночи, вытянули из меня все соки.

— Как вампиры, мать их… — Я потянулся и поднялся с кровати, отправляясь умываться и приводить себя в порядок.

Сегодня по расписанию опять бесконечная тьма работы и тысячи проблем. И конца-края этим заботам не предвидится.

Пока чистил зубы, закрыл глаза и быстро промотал в голове воспоминания со вчерашних встреч.

Основной костяк Круизеров очень внимательно выслушал меня, я им разъяснил ситуацию на Кубе и сообщил о соглашении с генералом. Здесь был очень важный момент — ни о каких границах мы не договаривались. Просто было дано право занять город Мариэль, его окрестности и порт, а также обеспечить безопасность граждан в западной части острова. От Мариэля и западнее, вернее так. Линии разграничения согласно договора мы должны были определить позднее, после освобождения территорий вокруг Гаваны.

Я помню, что кроме нас тут ещё есть и свои, местные отряды самообороны и армейские подразделения, если их всех не заставили выехать на освобождение Гаваны. В любом случае — нам разрешили хозяйничать, но настанет время, и нас пригласят на новые переговоры, где уже будет закрепляться статус этих территорий и нашего лагеря. Произойдёт это лишь после того, как генерал Сантьяго возьмёт власть в свои руки. И до этого момента мы должны успеть освободить и взять под свой контроль столько земель, сколько успеем в этой части острова. Прирасти бронетехникой, элитными обученными подразделениями и в целом создать столько козырей, чтобы уважаемый союзник трижды подумал, прежде чем предъявлять мне какие-то неудобные для меня требования. Например, освободить занятые земли и передать их под контроль освободительной армии Кубы.

Всё это мы установили за время нашего собрания и пришли к выводу, что бумага, подписанная генералом, — наш карт-бланш для найма местных, их вооружения и командования ими. Мы фактически стали независимой армией, работающей на правительство Кубы. Будет сложно работать с местными, целиком и полностью нам не доверяющими, но мы постараемся. Здесь очень важно найти реальных солдат из местных гарнизонов, обработать их и заманить на свою сторону в случае потенциального конфликта. В общем, задача глобальная, сложная и тяжёлая. Но мы постараемся с ней справиться. Ну а мёртвые зомби нам помогут завоевать любовь местных жителей. Уж с этой проблемой мы наловчились работать.

Отдельно я довёл до сведения всех и каждого новость об открытии новых вкладок в терминалах после моего успешного продвижения по шкале Очков Достижений. Описал я им и всё увиденное, поразмышляли над вероятным появлением новых вкладок с более смертоносным оружием — например, тяжёлая бронетехника, артиллерия, авиация, морской флот и военные здания. С учётом частого наличия военных образцов более совершенных, нежели современные, — возникал вопрос: а что ещё терминалы могут нам принести? Всяких стимуляторов я уже успел повидать, и рассказал о них. Впрочем, как и со всем остальным, по ним имелись вопросы и нюансы. Причём нюансы со смертельным исходом. Попросил лишь при обнаружении терминальных стимуляторов — не принимать их самим, пока не проконсультируются со мной.

Открыв карты и спланировав три разведывательные группы, что отправятся к ближайшим городам в нашей зоне контроля на технике, мы перешли к планированию ещё одной важной цели ближайшего будущего — рейд на лайнере к США.

Я сообщил лишь примерный район, куда мы направимся, и это был не Майами, откуда мы отправлялись в наше путешествие. Наша дорога лежит немного западнее. В районе местечка Галф Шорс — курортном центре в штате Алабама, имеющем свой собственный аэропорт, — я планировал высадить всех идиотов. Рисковать я, само собой, не буду, и мы либо зацепим с собой одно из судов в порту, либо попросту воскресим спасательные шлюпки, если идиотов окажется не так много. Всех их и пересадим, да отправим к берегу. Пусть столь ценные и свободолюбивые кадры, элита мира, владельцы миллионов и миллиардов бесполезных фантиков плывут, причаливают, требуют местного шерифа отвезти их в посольство. Дальше я на них время тратить не намерен, и мы двинем в сторону Нового Орлеана.

Больше подробностей я им не говорил, лишь сказал, что нам потребуется несколько катеров, на которых мы поплывём вверх по течению устья реки. Если бы среди нас был географ, он бы понял, что речь идёт о реке Миссисипи.

Нашей целью станет небольшой городок Венис, рядом с которым располагается парочка предприятий, заводов и большая станция по приёму и переработке рыбы. Рыбу там действительно обрабатывают, насколько я знаю, но лишь на одной десятой части предприятия. Да и работает, вернее, работала только правительственная контора. А вот всё то, что хранится и часто-часто грузится, разгружается и снова перегружается в ящиках на борта малых судов, — вот за этим мы и отправимся. То самое оружие, предназначенное для чёрного рынка. Не всеми пушками принято светить при международной торговле. Это как раз тот самый случай. Из минусов — там нет ничего серьёзного вроде танков, бронетехники и прочего. Но подобного рода вещи достать без лишнего риска — почти нереально.

— Ха-а-а. Тьфу, — выплюнул я зубную пасту и, умывшись, обратился к своей виртуальной помощнице. — Афина, а покажи мне места хранения списанной техники, ближайшие к нам. Проанализируй, к каким проще всего добраться, где проще всего найти запчасти к ним и вернуть в строй этих старушек на колёсах да гусеницах.

Мысль моя была немного безумной, но всё-таки любопытной. Если где-то взвод солдат, потрёпанных атакой зомби, охраняет тысячи единиц списанного барахла, частично разобранного, а частично полуживого, то что нам мешает этот «мусор» забрать и при помощи терминалов реанимировать? Да, нужны будут инженеры, механики, нужны будут специалисты, но с этим я как-то не сильно переживаю. Безработных сейчас чуть больше, чем зомби на планете. Вопрос лишь в том, смогу ли я найти запчасти к технике и их аналоги?

В любом случае — заметку поставлю, информацию изучу.

Одеваясь, скривился от воспоминаний о паникующих членах партии индуса, начавших истерить после падения самолёта. Проклятые мажорчики, с золотой ложкой во рту выросшие. Ни хрена не умеют, кроме как выть и требовать. То ли дело акулы бизнеса и воротилы, которые на своём горбу и нервной системе вытащили себе и своей родне счастливую жизнь и билет на лайнер. Вот уж кто быстро сообразил, насколько их жизнь стала дерьмовой, и моментально влился в наш коллектив. Таких у меня язык не поворачивается назвать «проклятыми капиталистами». И таких, к счастью, большинство. Реальная опора Круизеров.

Одевшись в спортивную форму и прихватив с собой алебарду, я двинулся на улицу, исправлять свой косяк с зарядкой. Да, проспал. Но что поделать — не я один такой, и у меня была на сей счёт уважительная причина. Если солдаты хотя бы изредка могли прикорнуть и посопеть, я бодрствовал всё это время миссии в Гаване.

Лёгкая разминка, алебарду остриём воткнул во влажную землю и побежал вокруг лагеря, заодно наблюдая за его жизнью. Местных было едва ли не больше, чем спустившихся с лайнера пассажиров и членов экипажа.

Все слегка испуганные, грустные, взволнованные. Но это и понятно. Пробежка закончилась, начались силовые упражнения. Затем растяжка, лёгкий бой с тенью на кулаках, просто чтобы до конца проснулись даже самые неочевидные мышцы, и уже дальше — полноценный бой с алебардой против воображаемого противника.

Пока дерёшься, представляя врагов, — мысли уходят вскачь и время пролетает невероятно быстро. Вроде только начал, а уже весь мокрый, больше часа прошло и лайнер гудок подаёт на обед. Магия какая-то.

Этот же сигнал, к слову, порой приводил заблудившихся зомби, и совсем уж изредка — выживших. Поэтому каждый такой гудок заставлял напрячься стоящих в оцеплении бойцов.

Сегодня никто не выстрелил. А значит — в окрестностях совсем уж зомби не осталось. Пока я сворачивал свою тренировку, наружу высыпали уже поевшие бойцы и принялись собирать снаряжение для похода на ближайший крупный город Гуанахай. От Мариэля — двенадцать километров по шоссе. От нашего лагеря чуть больше — шестнадцать. Город крупнее нашей внезапной столицы Круизеров, и уступает он лишь Артемисе — административному центру провинции, к которому мы и относимся. Сейчас на машинах выезжает разведка — опытные бойцы, прожжённые воины.

Цель у них простая — сверить информацию, полученную вчера утром от одного из бежавших из города жителей, с действительностью. По слухам, многие жители города сбежали при первой возможности в сторону столицы либо Артемисы, и практически весь город был под властью зомби, пока охрана крупной городской тюрьмы не выпустила заключённых, сбегая в Гавану. Те неплохо обустроились за стенами тюрьмы, частично прорядили толпу мертвецов и захватили ближайшие дома. Дальше не полезли из-за большого количества раненых, так как зомби и в самой тюрьме хватало, а вот защититься заключённым было сложновато от той дикой ярости, что демонстрируют бедолаги, обратившиеся монстрами.

Если город действительно окажется по большей части брошенным и лишь в паре кварталов, отгородившись, будут выживать его жители — мы туда отправимся всеми силами и произведём захват этого покинутого города.

Насчёт Артемисы я более чем уверен, что там всё в порядке. Может, где и будут районы, подконтрольные тварям, но полицейский участок, местные и находящаяся неподалёку военная часть должны помочь справиться с бедой.

Взревели моторы, отправились вперёд наши разведчики, ну а я начал подниматься на борт судна, к своей каюте. Только добрался до неё, как в каюту постучали.

— Открыто, — проговорил я, снимая пропитавшуюся потом майку.

— Ого, да ты прямо вот так сразу в открытую мне решил заявить о своих планах? — рассмеялась Наталья. — Прости, но сейчас у меня нет времени. Голод в желудке больше, чем голод в сердце. И я рекомендую тебе не затягивать, потому что Алонсо со своей мариэльской гвардией уже сообщил, что выдвигается в нашу сторону.

— Да, я тоже сейчас готов слона съесть. Значит, телефонную линию восстановили? Или как он связался с нами?

— Да, у нас есть связь с Мариэлем. Но правильнее будет сказать — проложили, а не восстановили, насколько я сама успела узнать. Благо тут недалеко, и это не так уж и сложно, — обрадовала меня помощница тем, что какую-никакую, а связь мы теперь имеем. Прошлый век, конечно, но там микропроцессоров нет, ломаться нечему практически.

Я забежал на мгновение в душевую, смыл с себя пот и уже через минуту вышел свежий и чистый наружу, натягивая военную униформу на влажное тело.

— При свете дня ты выглядишь ещё привлекательнее, — Наталья уселась в кресло, решив зачем-то меня подождать.

— Ты зачем меня провоцируешь? — Я открыл дверь в коридор. — Прошу.

— Потому что хочу, — улыбнулась она, проходя рядом и намеренно поворачиваясь ко мне спиной и прижимаясь, пока не выпорхнула наружу. — Какой-то ты невесёлый…

— Веселье будет вечером. А затем и в рейде повеселимся. Сейчас же нам предстоит за два дня освободить и подчинить как минимум два крупных города, а на третий уплыть, с полной уверенностью в том, что оставленные здесь люди и бойцы не наделают делов. Так что едим, общаемся с мариэльским ополчением и строим армию. Разведка как раз вернётся к этому времени. Там ехать-то десять минут по дороге. — Я шлёпнул её по филейной части, чтобы придать ускорения и освободить проход. — А ещё надо в терминал попасть и собрать данные.

Я не стал говорить, что это всё тоже затянется, так как она умнее, чем иногда пытается казаться, и прекрасно всё понимает. Пока во все три терминала на лайнере схожу, пока название техники и транспорта запомню, выпишу его для статистики… Ещё и в мариэльский терминал надо съездить. Где на это всё время найти? Даже Афина не знает.

Но в одном я уверен: если прогноз о городе Гуанахай подтвердится — я гарантированно там буду. Ибо это для меня возможность поубивать тьму зомби, собрать ОД и достичь планки в десять тысяч очков, а это — новая возможность в использовании терминала.

На обед был суп из мелких кусочков мяса и кучи овощей. Скорее даже рагу овощное с мясом. Я не вдавался в подробности, но на одном из собраний поставили вопрос о необходимости заморозки всего, что только возможно из того, что может испортиться. Например, овощей. Холодильники и морозильники забивали до отказа мясом, морковкой, горохом… Но некоторые продукты невозможно заморозить без специальной подготовки. И сейчас в рагу именно они и преобладали.

Вообще с продуктами питания у нас обстановка была «сносная». Запасов хватало на первое время, и несмотря на возросшее количество голодных ртов, многие соседние поселения уже были перевёрнуты вверх дном нашими рейдерами, включающими местных жителей, что показывали дорогу, и всё, что имело ценность, оттуда вытащили. Не трогали лишь дома, где живут люди. Но в остальном миром правил жестокий закон природы — кто первый взял, тот и молодец. Местные тоже зря времени не теряли и тащили к себе разное барахло из домов соседей, которые уже точно не вернутся. Умерших и обратившихся хватало. И все размышляли в этом вопросе одинаково: не пропадать же добру?

К концу обеда и подаче фруктов я окончательно набил пузо и зашёл на кухню.

Там повара варили варенье да джемы, и я понял, что лучше к этим стражам нашей сытости не подходить. Уж очень они рьяно ругались и кричали, пытаясь сохранить всё то, что уже к ужину грозит испортиться и отправиться на помойку. Десятки ящиков с почерневшими бананами намекали, что банановое варенье будет одним из местных деликатесов спустя какое-то время.

Ну и ладно. Они явно больше меня в этой всей теме соображают. Моя задача сделать так, чтобы до осени нам хватило еды. Дальше местные пойдут собирать урожай с полей. А их на Кубе хватает. И растёт тут всё будь здоров, если почва подходящая — и климат в этом очень помогает.

Выйдя на палубу, заметил внизу две сотни местных мужиков, построившихся в шеренгу, и Алонсо, общающегося о чём-то с Роберто. Мой бывший телохранитель проходил возле каждого из бойцов и записывал что-то в тетрадку, видимо, знакомясь с пополнением личного состава. Все бойцы были с оружием, одеты в чёрт знает что, но с головы до ног, несмотря на жару. А значит — это их униформа для сражения с зомби.

Впрочем, пока я двигался к трапу, они начали раздеваться, а пара бойцов Роберто побежала на корабль. Видимо, за заменой экипировки.

— Мистер Алонсо, Роберто! Рад вас всех видеть. И ваших бравых солдат тоже рад видеть!

— Ох, Михаэль… Знал бы ты, чего мне стоило уговорить их жён и матерей. Поставил ты мне вчера задачку, конечно. Генералы и так из нас всю молодую и горячую кровь вывели, забрали всех, кто сражался с первых же часов, так ещё и ты со своими новостями о присоединении Мариэля к вашей группе… В общем, это все, кто есть. В городе одни старики, женщины да дети остались.

— Понял. И благодарю каждого из вас. Минутку.

Я обернулся к кораблю и быстро надиктовал текст для Афины, который она мне мигом перевела на испанский и начала надиктовывать в наушник.

— Не все из вас воины. Но каждый из вас — мужчина вы иль женщина, — защитники и герои. Мы вас оденем, натренируем, и покажем, как правильно шинковать зомби, освобождать города. Будет тяжело — но будем честны. Сейчас везде тяжело. Быстро зачистим любимую Кубу и уже совсем скоро вернёмся домой, будем заниматься рыбалкой, сельским хозяйством, курами и ромом. Добро пожаловать в Круизеры и наш лагерь «Вива Нова»! — поздравил я их.

Ответили кубинцы вразнобой. Кто-то с загоревшимися глазами, кто-то вяло, а некоторые так и вовсе нос сморщили от моего акцента. Ничего, война и парочка битв быстро всю дурь выбьют.

— Роберто, командуй, — хлопнул я по плечу своего товарища и повернулся на звук тарахтящего мотора со стороны границы лагеря.

Командовал этим отрядом Фернандо, экс-тюремщик на лайнере, а ныне один из командиров кулаков. Причём количество этих кулаков у нас росло намного быстрее, чем число опытных и проверенных командиров.

— Михаил, как хорошо, когда шеф на месте! Проверили мы этот город — живых нет в той части, где мы были. Вдалеке слышны очень редкие выстрелы. Зомби самих тоже мало, они, видимо на этот источник шума свалили. Улицы узкие, дома мелкие, один к одному вплотную построенные. Десять человек любую улицу перекроет и легко толпу зомби сдержит. В общем — мечта грабителя.

Хм, ну раз такое дело.

— Хорошо. Планируй операцию по освобождению этого города. Используем в основном оружие ближнего боя, огнестрел лишь для привлечения зомби и в критических случаях. Я отправлюсь с вами и посмотрю, как ты справляешься, — кивнул я ему.

Да, командиров надо взращивать и некоторые задачи делегировать. Иначе в какой-то момент голова просто взорвётся от количества вопросов, любезно пихаемых в неё, несчастную, дорогими соратниками.

— Сколько людей возьмём?

— Две трети от всех, что есть, имеют полную экипировку и прошли хотя бы базовое обучение.

— Босс, у меня с математикой не очень… Нас четырнадцать кулаков… Две трети — это, получается, девять кулаков, четыреста пятьдесят человек, если не считать этих, — кивнул на кубинцев из Мариэля наш бывший тюремщик.

— Ну давай спросим у них, кто из них готов? — предложил я.

— Хорошо. — Здоровяк повернулся к ополченцам и, громко рявкнув, задал им вопрос, который Алонсо тут же начал переводить:

— Кто из вас убивал зомби — шаг вперёд.

Лишь небольшое количество людей вышли из строя. Но даже так — больше, чем я рассчитывал.

— Тридцать два, тридцать три, тридцать четыре. Хорошо. Фернандо, Алонсо, де́лите этих людей на пять отрядов, доукомплектовываете опытными бойцами из других подразделений. Один десятник, один-два помощника. Алонсо, ты назначаешься командиром кулака. Да-да, не смотри на меня как баран на новые ворота. Просиживая штаны в кабинете да на заседаниях, родину ты не освободишь. Вперёд, навстречу судьбе. А мы прикроем.

Вокруг началась удивительная суматоха, люди готовились к бою. Кто-то боялся, кто-то нервничал и психовал. Но, пожалуй, впервые за всё время — на их лицах не было дикого, животного страха и паники. Не было обречённости. Они шли туда не потому, что выхода не было. А потому, что они знали, кто тут власть. Это явно не тупоголовые зомби, захватившие город. А те, кто убивает их. Круизеры.

— Терминалы… — выдохнул я и, кивнув всем, сорвался с места, устремляясь к символам власти нового мира.

У царей, королей да императоров были их короны да скипетры. У меня есть терминал, корабль и люди. И большего мне и не надо.

Глава 7

Дорога в город, захваченный зомби, заняла не так много времени, как хотелось бы. Ибо мне хватало размышлений после увиденного в наших трёх терминалах, в которых я побывал. Ещё в последний, городской надо отправиться обязательно. Тем более — после увиденного.

Я сидел с блокнотом, на котором вывел ручкой общую информацию о найденных в алом шаре подарках.

Количество ОД у меня хоть и увеличилось, но очередной невидимой для меня планки не достигло. Хотя сумма очков, как оказалось, уже перевалила за десять тысяч, и я имел на руках шесть тысяч восемьсот пятнадцать баллов, которые мог бы вложить во что-то невероятно ценное. Благо выбор был огромный и шикарный. Но всё-таки я не стал делать поспешных выводов и тратить резервы. Попробуем всё-таки открыть ещё одну вкладку и узнать, что же там в ней можно приобрести.

Если суммировать все наши находки, появившиеся в Терминалах, то выходит, что мы можем теперь приобретать десять типов легковых автомобилей, четыре внедорожника, три типа грузовиков, один тягач, какую-то непонятную машину сельскохозяйственного назначения с длинной гибкой трубой, один вид старого башенного крана и один вид бульдозера. Ценники за последние две позиции близки к цене за лёгкую бронетехнику — четыре тысячи за старый кран и четыре сто за современную модель бульдозера. Была и разная мелочёвка в этой категории транспорта: горный велосипед неизвестной мне фирмы, мотоблок, одна модель спортивного байка и один образец транспорта, пришедший явно из чертежей и разработок будущего. Такие странные конструкторские формы ещё поискать надо. Да и в эффективности этого монстра на здоровенных колёсах и со сдвижной дверью я сильно сомневаюсь: он даже на картинке выглядит несуразно, и понять, как его использовать, невозможно. В общем, не всё из обнаруженного является полезным.

С лёгкой бронетехникой было интереснее. С учётом трёх терминалов, в которых я побывал, удалось выписать шесть образцов нашей земной техники различных годов, которую вполне себе реально взять и начать использовать прямо с ходу. Из бесполезных вещей был дешёвый немецкий мотоцикл с коляской времён Второй мировой, какой-то странный бронированный пластиковый шар со сложной системой управления. Звался он «Индивидуальный спасательный бронеколпак», но колпаком там и не пахло. Ну, или он мог трансформироваться. В любом случае такое «чудо техники» мне попалось впервые на глаза за всю мою жизнь. Но самое главное было другое — два образца оружия следующего поколения. Первый — БМП стоимостью пять тысяч девятьсот ОД, с потрясающими показателями стойкости, скорости передвижения по пересечённой местности, отличной системой наблюдения и несколькими гнёздами для стрельбы. Причём в гнёзда можно устанавливать образцы как старого, так и более современного оружия, в том числе оружия ближайшего будущего. Из минусов — в машину могло поместиться всего шесть или семь человек. Один из которых был водителем-механиком, второй — стрелком-оператором. Остальные места могли занять пять солдат или четыре солдата и груз.

Вторым реальным чудом техники был автономный самоходный комплекс связи, способный творить чудеса в нашем мире, лишённом спутников. Кусалась лишь цена. Если мегаполезная БМП следующего поколения стоила пять тысяч девятьсот ОД, то комплекс связи вышел по стоимости аж семь тысяч четыреста пятьдесят очков. И при этом к нему нужно было обязательно докупать стационарное и переносное оборудование для подразделений.

Однако же, и кроме этого имелась вещь, которую я нацелился купить. Она появилась в самом первом, библиотечном терминале. И это был полноценный лёгкий бронекостюм разведчика. Более того, это была броня будущих поколений, со встроенным в каркас экзоскелетом. Да, он был слабенький и не выдерживал больших нагрузок, но даже так — гарантировал полноценную защиту от выстрелов большинства калибров, удваивал мои возможности в подъёме тяжестей и, по оценкам его разработчиков, чьё описание запихнули в терминал, — позволял увеличить скорость бега почти на пятьдесят процентов. Весил при этом всего двадцать семь килограмм — не пушинка, но и ненамного тяжелее обычной экипировки, что таскают солдаты. Плюс экзоскелет берёт на себя бо́льшую часть нагрузки, и остаётся лишь взять в руки оружие и привыкнуть к балансу. Эта нательная броня могла не только спасти на поле боя, но и помочь в управлении куда как более сложной и требовательной к физической подготовке технике.

В свете предстоящей миссии к берегам США — очень нужная вещь, стоящая семь тысяч сто ОД и имеющаяся в единственном экземпляре во вкладке «эксклюзив». Да, к сожалению, купить её можно было лишь один раз. И от стандартной она отличалась повышенными характеристиками защиты, в том числе традиционных уязвимых точек вроде коленей, шеи, копчика. Мне немного не хватало для его покупки, но совсем скоро я это недоразумение исправлю, и у меня останется время для того, чтобы привыкнуть к костюму, вспомнить, каково это. Ведь в моделях, подобных этой, я уже сражался. Правда, от смерти во сне меня это не спасло — но я тогда здорово тварей покрошить успел.

— Приехали! Выходим и занимаем боевое построение. Первый кулак перекрывает улицу, второй и третий начинают зачистку домов по левую и правую сторону от дороги соответственно. Остальные кулаки — разгружаем грузовики, достаём снаряжение и ждём дальнейших приказов! — начал командовать Фернандо, и я, временно ставший командиром первого кулака, быстро очутился на улице, поправляя весь огнестрел, патронташ к дробовику и поудобнее хватаясь двумя руками за алебарду.

— Три зомби бегут со стороны города! — отрапортовал один из командиров кулаков, выпрыгнувших из первой в конвое машины.

Технику на узкие улочки загонять не стали. Ширина дорог и тротуара была столь мала, что две мелкие легковые машины с трудом бы разъехались, не выскочив на такой же узенький тротуар.

— Десяток алебард и копий в авангард, — скомандовал я. — Щитовики за ними — страхуем. Стрелки: лучники да арбалетчики, сколько вас, пятеро? Давайте в центр, реконструкторы вы мои, выбрали же себе оружие... Остальные вокруг них занимаем свободное пространство. Тройку мертвецов на копья поднимаем. До контакта пять секунд. Стали. Ждём! ДАВАЙ! — гаркнул я, стоило нам перекрыть ближайшую улицу, по которой уже мчались, завывая, зомби.

Раз — и мертвецы нанизаны на остриё. Два — и мы делаем шаг вперёд, приподнимая либо протаскивая их по дороге. Ноги обращённых путаются, центр тяжести смещается. Три — и держащая копьё или алебарду правая рука давит на заднюю часть оружия, приподнимает его вверх и лёгким взмахом окончательно заваливает тварей на дорогу. Четыре — и свободные руки бойцов по соседству вонзаются в тела монстров, которые так и не поймут, что не мы их корм, а они — наш. И питаются воины нашего отряда Круизеров само́й смертью этих несчастных.

— Ещё пожаловали. Повторяем тактику. На счёт раз — атакуем. Смена линий через десять минут или по моему приказу. Продвигаемся вперёд, даём остальным кулакам войти в город и начать зачищать дома, — принялся я командовать своим отрядам, в то время как по рации наш назначенный командир операции уже отправлял схожую группу на соседнюю улицу, идущую параллельно нашей. — Если четвёртый кулак зачистит свою улицу быстрее нас — я лично займусь вашими тренировками. Будете пахать от рассвета до заката, а ночью идти в дозор! — предупредил я их, давая понять, что первый кулак должен быть лучшим и образцовым.

Звук разбитого стекла буквально в паре метров перед нами и крик «осторожно, падает!» заставил меня достать пистолет. Пуля прошила и без того пострадавшего зомби, прекратив его мучения. И заодно ускорив бег всех тех обратившихся врагов, что временно правили этим городом, испытавшем на себе весь ужас насилия, безнадёжности и текущих к сточным ямам кровавых ручьёв.

Ничего, Гавану зачистили, и этот мелкий городишко зачистим. Каких-то десять-двадцать тысяч зомби — не проблема для тех, кто умеет с ними бороться. А мы — не просто умеем, мы постигаем новые грани мастерства в этом благородном занятии.

К ночи этот город будет наш. И все скрытые блага цивилизации, что мы в нём обнаружим, — тоже.

***

— Шевелим батонами, парни! Закончим и отправимся отдыхать! — подбадривали командиры своих бойцов, когда мы уже в закатных сумерках, вывалив языки, плелись очищать очередной квартал. После него оставалась лишь тюрьма.

Хоть я и был полон энтузиазма, а устал, как и бойцы. И пусть мы двигались в том темпе, который задали с самого начала, многие оказались не готовы к таким нагрузкам. Всё-таки надо учитывать, что на наши десять кулаков, включая новичков из Мариэля, приходилось навскидку в двадцать раз больше зомби. И это минимум по двадцать мертвецов на одного человека. Реальные же цифры я не мог понять, и вполне могло оказаться, что противников вдвое больше. Добавьте к этому всему сумасшедший темп, беготню, выбивание дверей и битву без применения огнестрела, и вам сразу станет ясен весь масштаб усилий, приложенных для зачистки города. С другой стороны, с двадцати тысяч мертвецов мы получим примерно от сорока до шестидесяти тысяч очков достижений, и возможно, следящая за нашими успехами система контроля ещё что-то накинет. Мы ведь город освободим! Я вот во время прошлой очистки города, по моим примерным прикидкам, должен был получить на тысячу или полторы меньше ОД, чем у меня оказалось при проверке.

Если сравнивать прошлую и нынешнюю зачистку, то надо понимать, что в тот памятный вечер и ночь в Гаване мы никуда не бежали, стояли на месте и отстреливали врагов, — и то устали как собаки. Сегодня же многие из бойцов на своей шкуре узнали, что такое открыть второе и третье дыхание.

А ведь впереди ещё и сбор добычи в городе…

— Фернандо, отправляй гонца в лагерь. Пусть собираются пчёлки и хотя бы три кулака для их охраны сюда переместятся, — связался я по рации с руководящим операцией командиром.

— Пш-ш-ш. На ночь глядя? Да и у нас останется всего сотня бойцов для защиты лагеря, — ответил он мне, крайне удивлённый моим указанием.

— Не дрейфь. Да, ночь тоже полезное время для работы в зачищенном от врагов городе. Сегодня поставим в дозор местных. Пускай помогают охранять лагерь, — подтвердил я приказ и сосредоточился на последних домах этого города.

Зачищать тут было некого и нечего. Бывшие заключённые или их стражники здорово порезвились, захватив эту местность, и уничтожили в запертых домах всех обращённых. Но они явно недооценили зомби или переоценили себя и в итоге их смели. Они отступили обратно за стены тюрьмы и стали обороняться, изредка отстреливаясь отсюда. Последний выстрел мы слышали часа четыре назад. Не знаю, закончились ли патроны или погиб последний защитник тюрьмы, а быть может, и просто сбежал, но мы шли по уже остывшему полю боя, подбираясь всё ближе и ближе к побоищу.

— Ладно, ребята. Судя по всему, тут остались лишь зомби, рассосавшиеся по всему тюремному комплексу. Но учтите, стальные решётки могут и выживших за собой прятать. Разбиваемся на пятёрки и начинаем зачистку помещений. Уровень за уровнем. Этаж за этажом. Крыло за крылом, — дал я указание и в конце добавил, что планировка здания может привести к неожиданному появлению врага, и для безопасности разрешается использовать пистолеты.

Сам я направился к охранной вышке, понимая, что важно прямо сейчас осмотреть местность с высоты и понять, ничего ли мы не пропустили.

Зомби в тюрьме оказались в не таком уж и малом количестве. А ещё многие из них были закрыты за решёткой, судя по донесениям в рациях. Видимо, даже заключённые смогли использовать свой мозг, чтобы завести безбашенных, алчных до крови тварей в ловушку, покинуть её и запереть двери на ключ.

Больше двадцати раз я слышал выстрелы, и всё-таки случилось чудо, мы нашли три десятка заключённых, что заперлись в подвале, в районе карцера. Ещё пару людей смогли обнаружить спрятавшимися в камерах, их тоже вывели наружу.

Я самолично помогал выводить людей на свет и смотрел в их испуганные и шокированные лица. И судя по всему, вид вооружённых до зубов и обвешанных военной экипировкой бойцов, заляпанных из-за сражения в ближнем бою кровью с головы до ног, пугал их больше, чем живые мертвецы.

Среди спасённых были раненые, а также сразу трое бывших охранников тюрьмы.

— Переведите кто-нибудь, — устало попросил я, и испаноговорящий боец поднял руку, обозначая, что он может выступить переводчиком. — Поздравляю вас со спасением. Вы уставшие, голодные, лишённые доступа к воде, но не сдавшиеся. Я это ценю. Мне не важно, кем вы были в прошлой жизни. Отныне вы несёте ответственность и за себя, и за людей вокруг вас. Предательство выживших — грех. Грабить, насиловать, ущемлять, убивать, да даже прессовать выживших — грех. Я не святой, но с грешниками у меня разговор короткий. Тем из вас, кто хочет жить не как животные, трясясь за свою жалкую шкуру, тем из вас, кто готов рискнуть жизнью ради своих товарищей, и тем из вас, кто не побежит, как трусливая скотина, прочь при виде напирающей орды зомби, — добро пожаловать. Всем прочим — адьос. И постарайтесь не попадаться на наши глаза. Ибо мы убийцы зомби. Мы Круизеры — дьяволы с пушками, щитами и топорами. Мы очистим Кубу от заразы. Какой бы она ни была.

Впечатляющие и заляпанные кровью сотни бойцов, зачистивших целый город от зомби, довольно быстро показали, кто есть кто среди этих спасённых. Пятёрка выглядящих самыми целыми и здоровыми людей, быстро переговорив, отделилась от общей толпы. Они получили по бутылке воды от нас и были с миром отпущены на все четыре стороны.

К чему это приведёт — я понятия не имею. Их судьба в их руках. Точно могу сказать только одно: мои знания — моя ответственность. Я хочу любой ценой предотвратить наихудший из раскладов, ведущий к гибели нашей цивилизации. А для этого я должен захватить власть не только на этом острове. И когда я буду её захватывать, всех тех, кто нарушит недавно озвученные мной законы, ждёт воздаяние за их грехи. Убийцы, насильники, истязатели, грабители… Для каждого из них будет приготовлен свой собственный котёл в аду. Суровые времена требуют суровых решений. Каждый в ответе за свои поступки.

Я перевёл взгляд на оставшихся людей и велел поднять их, накормить, напоить и обработать раны. При необходимости — выделить аптечку. Несломленный взгляд — он позволил этим людям, вполне возможно ненавидящим друг друга, объединиться и выжить. Я дам им шанс проявить себя. Но лучше бы им меня не разочаровывать. А мне желательно найти ещё несколько тысяч работающих видеокамер, которые станут глазами Афины в нашем лагере.

БАХ!

Внезапный выстрел со стороны подвала привлёк всеобщее внимание. Тут же в ту сторону отправилась ближайшая десятка, вновь поднимая щиты и оружие.

— Ну что там? — спросил я их командира, как только он выбрался наружу с удивлёнными глазами.

— Босс. В карцере нашли терминал! И его немёртвый страж, видимо, был последним зомби в Гуанахае!

Не успел я обрадоваться, как Афина сообщила в микронаушник новость о том, что к порту приближается сразу два патрульных береговых катера США.

"И чего это они именно к нам припёрлись?" — удивился я этой новости.

Наступающая ночь становится всё более интересной.

Глава 8

Стоило новости о приближении кораблей распространиться, как тут же ко мне подскочил командовавший операцией Фернандо.

— Что делаем? Отменяем переброску рабочих? — Он явно нервничал, так как, с одной стороны, сам радовался прибытию патрульных катеров и в глубине души надеялся, что американцы справились с напастью и сейчас могли бы помочь нам, перевезти на безопасные берега своих граждан и таких, как он, старших офицеров, но…

Вместе с тем, он прекрасно понимал, что если бы в США всё было хорошо и они бы справились со своей проблемой, то здесь им делать просто-напросто нечего.

Мне же было интересно другое: а какого чёрта сразу два патрульных катера припёрлось?

— Фернандо — грузим людей, выезжаем обратно. Ты остаёшься и продолжаешь командовать сбором добычи, более тщательной проверкой города, размещением блокпостов на въезд в город, наблюдателей, группы быстрого реагирования. Свежие бойцы приедут вместе с пчёлками. С тобой остаётся твой кулак и ещё один недавно сформированный. Я с бойцами срочно выдвигаюсь обратно. Задача — превратить город в наш опорный пункт. Сюда, возможно, вернутся местные жители — им не препятствуем, но проверяем документы или смотрим, куда они хотят пойти, ищем там доказательство того, что это их дом. Мародёров нам ещё не хватало впустить. Сами дома оставляем в пригодном для проживания виде. Если даже не все вернутся — нам потребуются эти дома для размещения беженцев.

— И трупы закопать, так? — с грустью и обречённостью спросил меня Фернандо, поглядывая на бардак вокруг.

— Совершенно верно. Назначай дежурства и отдых, после обеда нас ждёт вояж в Артемису. Разведку туда утром отправим. Всё, занимайся. Работы очень много, а времени мало.

— Хорошо, шеф, вы только по патрульным катерам маякните… Что там и как по обстановке?

— Обязательно. — Я пожал его сухую мозолистую руку и нырнул в царство полутьмы, устремляясь в сторону терминала.

Добро пожаловать в Терминал № 10307

Ваши очки достижений — 7365

Выберите доступную категорию:

1) Оружие

2) Броня (защитная экипировка)

3) Аптечка

4) Эксклюзив

5) Транспорт

6) Лёгкая бронетехника

Семь тысяч триста шестьдесят пять… Я во время зачистки города лез в самое пекло, был на острие атаки и прикончил около сотни зомби, что отдавалось болью в моих мышцах, которые уже даже не умоляли меня остановиться, а тупо ныли в любом положении. Но я сумел набрать больше пятисот очков, а это значит лишь одно — мне докинули очков. Ведь даже если за всех зомби мне выдали бы ОД по максимуму — это было бы не больше пятисот. Пять ОД за зомби — редкий трофей. За что было мне накидывать очков, если мы почти никого не спасли, и уж я лично к этому руку не приложил? Разве что за сам факт освобождения населённого пункта. Или даже взятие под контроль Терминала?

Если только удастся найти похожий город, полный зомби, надо будет сделать всё возможное для повторения этой операции, но только командовать всеми войсками я буду самолично. Уверен, от того, как я участвовал в освобождении — рядовым бойцом или командиром, — зависит размер бонуса за зачистку столь важного опорного пункта, да ещё и с терминалом.

Вкладки порадовали большим количеством образцов неогнестрельного оружия, а также стрелкового. И средневековые арбалеты, и современные луки имелись в наличии. Ценники, правда, сильно отличались… Как и цена боеприпасов. Но и качество, равно как и долговечность оружия, были несравнимы. Современное оружие превосходило свои ранние средневековые аналоги в разы.

Броня — всё похоже, всё знакомо, но есть пехотный комплект стрельца красного цвета. По сути — кафтан, плотный, прочный, способный блокировать укусы зомби. Но не выстрелы из пистолетов и другого огнестрела. От холодного оружия защищает — но плохо. Хоть поверх бронежилеты надевай. А лучше под низ. Зато зимой будет тепло и безопасно в более холодных регионах. Любопытство моё привлёк тактический шлем со встроенными аккумуляторами и автономностью работы без подзарядки тридцать пять часов. Стоил почти пятьсот ОД, и по качеству, как и защитным свойствам, не сильно превосходил обычную защиту головы в виде каски, но… Он прекрасно работал с моей Афиной, великолепно подключался к желанной, но не купленной машине связи следующего поколения, он помогал бойцам видеть ночью и заменял бинокль. Единственное, в чём я не до конца уверен, — интегрируется ли он с тем лёгким бронекостюмом разведчика. Придётся проверять на практике, судя по всему. Очень надеюсь, что они совместимы

Аптечка — стандартно, транспорт — стандартно. Два грузовика, один из которых гражданский грузовичок старых моделей, второй — старый военный грузовик, довольно сильно напоминающий ту советскую технику, которую всё ещё использует местная армия. В бронетехнике — тоже ничего любопытного не было. Какие-то две модели БМП европейского образца, какие-то бронированные эвакуаторы, чудно́ выглядящие, перевозящая понтонную переправу техника. Машина для разминирования была ещё, но далеко не та тяжеловесная техника для которой мины — жалкие препятствия. То была крошечная машина размером с гольфкар. Не понимаю, почему она считается лёгкой бронетехникой. Выглядит как одноразовая и бесполезная ерунда.

В целом, конечно, — лучше чем ничего. Но опять же — пять единиц лёгкой бронетехники различного направления… С учётом истории армий Земли и будущих проектов, это капля в море. Да и многие образцы техники действительно настолько устарели или столь редко применимы, что, боюсь, мы половину из них даже не используем ни разу за всё время. Чем больше терминалов и выбор, тем больше в будущем возможность собрать технику современных поколений. Хотя, конечно, тут ещё возможности финансовые стоит оценивать. Тридцать современных образцов бронетехники против миллиона зомби будут хуже, чем пятьдесят советских БМП. Просто потому, что порой количество важнее качества.

Но всё-таки, будем честны, кое-что я искал особенное в каждом терминале. Кое-что, называемое «эксклюзив». И это кое-что я нашёл. И на сей раз это было не оружие. И не экипировка. Это было то, что даже во сне мне встречалось крайне редко и то, о чём буквально недавно я рассказывал старшему офицерскому составу. Кое-что, что обычно появлялось во вкладке "аптечка". На сей раз, мне повезло даже больше, чем я ожидал.

БСВРиПВ-02, вот что я в нём нашёл. Тубус с десятью капсулами, которые я тут же без стеснения купил, отдав четыреста очков достижений из своей копилки. Тот, кто увидит эти странные пилюли, будет долго думать, что они такое и как работают. Описание тоже лишь частично даёт понимание того, с чем столкнулся заработавший очки достижений покупатель. Я же, — спасибо, дорогие сны и проведённые во время сражений тысячи экспериментов, — знал ответ на этот вопрос как никто другой.

Расшифровать эту аббревиатуру мне помогал старый опытный одноглазый боец, вместе с которым мы целый час отражали нападения тварей. Много он тогда мне, восемнадцатилетнему щеглу, тайн открыл и своими догадками поделился. Эти пилюли — не что иное, как боевой стимулятор высвобождения резерва и последующего восстановления. Первая цифра — в моём случае «0» — означает вид лекарства. 0 — капсулы, 1 — шприц с субстанцией внутри, 2 — инъектор с дозой. Других цифр не встречал в этом обозначении. Вторая цифра означает основное направление боевого стимулятора: 1 — в первую очередь повышение силы и вторично всех остальных показателей, 2 — ловкости и скорости, 3 — выносливость, 4 — живучесть, 5 — ускорение работы мозга. Капсулы можно было принимать раз в час, и они значительно влияли на организм, но далеко не так сильно, как одноразовый шприц, что вваливал десятикратную дозу в тело. Инъектор можно было вставлять в некоторые модели бронекостюмов и экзоскелетов, вручную прижимать к шее или другому открытому участку кожи — желательно, конечно, попасть в вену. Хватало их на три раза, и по эффективности и силе своего воздействия они соответствовали трём капсулам, заброшенным в организм одновременно. Важный нюанс — вся эта химия блокировала боль и позволяли достичь небывалых успехов в сражениях. Их можно было найти совсем редко во вкладках аптечки, но… Это были стимуляторы последнего шанса. Вред, который они наносили организму, был колоссальным. Десять капсул, один шприц или три инъекции превращали выжившего в молящего о том, чтобы его поскорее добили. Даже одна капсула приводила к смерти. Просто обычно она наступала не так быстро. Приходила вместе с побочным эффектом после окончания действия этого лекарства. В лучшем случае, если закидать тело большими аптечками, на выходе получался калека и инвалид. Ну а я вытащил эксклюзив.

Эксклюзив с короткой приставочкой «ПВ», что означает «последующего восстановления». А значит, это усовершенствованный стимулятор, который по окончании своего действия не прикончит и не превратит в орущий от боли овощ, который в лучшем случае может потерять сознание. Отдача от этого стимулятора была в разы меньше, и я вполне мог продолжить вести бой, пускай и страдая, тупя и промахиваясь, но всё ещё с оружием в руках. А там — небольшой отдых, и я снова буду огурчиком. Ну, или аптечку бахнуть всегда можно. А лучше две и отдых организовать. Без этого волшебного «ПВ» аптечка — полумера. Всё равно урон организму наносится крайне тяжёлый, и на здоровье это очень сильно повлияет.

Ещё там, во вкладке эксклюзива было оружие в качестве альтернативы, но оно станет наградой для другого человека.

Выбравшись с секретным оружием в одном из карманов разгрузки и с довольной улыбкой, отправился к подогнанной технике. Уже почти все загрузились, так что я прыгнул в первый попавшийся грузовик, возле которого стояли Фернандо и его бойцы.

— Эй, старик! Ты в карцер спустись — там в терминале кое-какой сюрприз есть. Персонально для тебя оставил. Тебе понравится.

Я не стал ему говорить, что электродубинка, которая восстанавливает электрический заряд каждые два часа и способна хреначить пять минут без перерыва с мощностью обычной розетки, — будет очень органично смотреться в руках бывшего тюремщика. Да и зомби она хорошо прожаривает, заставляя замереть. А замерший зомби — мёртвый зомби. Главное, чтобы рядом были товарищи или вторая рука была свободна.

Колонна двинулась обратно. Если бы Афина сообщила о том, что оба патрульных катера что-то делают или замышляют, я бы пересел на легковую тачку и ускорился, но мы и так за пятнадцать минут доедем. А после первого контакта с нашим капитанским мостиком одного из патрульных судов они замерли в нерешительности и либо ждали чего-то, либо два экипажа обсуждали что-то между собой.

«Господин, я сумела проникнуть в системы кораблей и изучить доступную информацию, а также подслушать разговоры экипажей судна. Думаю, вам это будет интересно узнать». — Только подумал о своей помощнице, как она уже тут как тут.

«И как это ты сумела провернуть?» — Я вытащил телефон и донёс до неё сообщение через встроенный микрофон.

«Они сами полезли к нам, пытаясь взломать сеть корабля. Я даже удивлена, что их сеть работает. Это нестандартная модификация данной модели патрульных судов и дополнительное оборудование, установленное на них. С вероятность 99,99% — оно задействовалось для пеленгации, поиска и удалённого взлома бортовых компьютеров наркоторговцев на их подлодках».

«Хм. Они явно не рассчитывали, что их проникновение в системы корабля и сбор данных с бортовых компьютеров провалится».

«Верно. Именно поэтому они взяли паузу и в данный момент обсуждают варианты взаимодействия с нами. По уже выясненной и подтверждённой информации — они в безвыходном положении. Из двух катеров класса „Сентинел“ на ходу лишь один, запасы топлива его ограничены, и до ближайшей базы США они не дотянут. Выходили они на поиск пропавшего катера как раз с Гуантаномо. В итоге — нашли, но незадолго до возвращения в порт база была уничтожена. На борту в результате атаки зомби много раненых. Запасы воды и еды на исходе. Они уже пытались причалить у одного из городов Кубы, но не успели даже толком выбраться, как подверглись атаке. Зомби или местные — ни в разговоре, ни в отчётах электронного бортового журнала капитана не отмечено».

Ох, спасибо тебе, родная. Насколько же интереснее теперь выглядит их прибытие к нашему порту. Видимо, они до последнего плыли, надеясь наткнуться на кого-нибудь из союзников, но судьба распорядилась иначе. Вместо того чтобы остаться в безвестности посреди Карибского моря и ждать незатейливой судьбы, пока у них ещё имелось топливо, они решили направиться к порту. Туда, где можно пополнить запасы топлива. В то место, где не должно быть большого количества зомби. А встретили нас. Огромный лайнер с кучей людей. Они не должны знать, что у нас есть оружие. Интересно, как они захотят с нами общаться, по-хорошему или по-плохому? Я дам им симметричный ответ. Помогу, если они искренне попросят о помощи. И пусть помогу по-своему, присвоив их патрульные катера себе, но их жизни будут в безопасности, больные получат лечение, а сами бойцы — шанс стать Круизерами.

Если же будет по-плохому, то им придётся столкнуться со мной и нашими бойцами лицом к лицу.

«Афина, ты ведь уже можешь взять их корабли на контроль и передать мне их разговор?» — вновь спросил я её, полушёпотом обращаясь в микрофон моего телефона.

«Они уже на крючке. В данный момент они желают не обострять ситуацию и надеются получить от нас топливо, продукты и воду, взамен на гарантии компенсации и помощи со стороны США».

Хех, как будто хвалёное США ещё существует.

«Принял», — закончил я наш сеанс связи. Дальше Афина, как обычно, будет сообщать мне лишь самую важную информацию, что может повлиять на меня и на моих людей.

В порту было очень оживлённо. Куча людей поднялись на борт лайнера, облепили ту сторону, что показывала море, и любовались двумя современными суднами, что стояли в сотне метров от нас, освещённых лучами заходящего солнца.

В наш транспорт сразу же начали загружаться пчёлки и построенный кулак. Кроме них, ещё один свежий и выспавшийся кулак вместе с большей частью работяг и добытчиков уже должны были приехать в освобождённый город, так как мы с ними разминулись на полпути.

Поднявшись на борт, я быстро поздоровался со всеми членами нашего «совета» и тут же плюхнулся в освободившееся кресло рядом с капитаном лайнера.

— Как обстановка, о чём с ними общались?

— Они сохраняют радиомолчание. Очень удивлялись нашему здесь присутствию, спрашивали, есть ли зомби на лайнере и в порту.

— Вы, конечно же, ответили, что всех уничтожили?

— Именно так. Угроза нейтрализована и всё такое.

Идрис пересказал мне весь диалог, что состоялся у него с капитаном катера, и я с ухмылкой принялся ждать.

— Они никуда не денутся, но мы можем их вспугнуть. До Гаваны они доплывут, а вот дальше уже всё, запас хода иссякнет. Так что ждём. Я буду говорить.

Ожидание заняло пять минут, и когда замигала лампочка входящей связи, я включил громкую связь и сразу же принялся говорить вместо нашего капитана.

— Приветствую выживших членов экипажей патрульных катеров США. Моё имя Михаил Листопадов. Я являюсь главой отдела безопасности лайнера «Вива Нова 2» и портового лагеря. Рады узнать, что вы выжили при этой чудовищной атаке зомби.

Мои слова поставили в неловкое положение человека на той стороне. И это хорошо, ибо теперь ему будет сложнее реагировать и анализировать услышанное.

— Доброй ночи, уважаемый. Мы можем услышать капитана судна?

— Я заменяю его до утра и уполномочен вести переговоры от его имени. Вам нужна какая-либо помощь?

Слова мои подтолкнули переговорщика в нужное русло и не позволили задуматься над вопросом о том, что заставило капитана так быстро отдать бразды переговоров в мои руки.

— Пожалуй, это было бы здорово. И хоть мы не настолько сильно нуждаемся в помощи… — сразу начал врать он, дабы не дать мне чувствовать себя в этих переговорах лидером. — Но у нас есть раненые — боюсь, мы рискуем не довезти их до нашей базы. Скажите, у вас есть связь с правительством Кубы? Мы не имеем права причалить к берегу без их согласия. Однако ситуация экстренная. Поэтому мы бы хотели попросить вас о контакте.

— Вы можете не переживать на этот счёт. У меня и связь с правительством и армией, и гарантия безопасности лайнеру. Даже если вы не получите разрешения на швартовку в порту — мы всегда можем принять вас на борту лайнера. У нас есть медики и мы можем помочь вашим бойцам. Как слышите?

— Всё-таки мы бы попросили во избежание эскалации международной напряжённости связаться с правительством и получить разрешение на нашу швартовку.

— Хорошо, всё сделаем. Надеюсь, среди бойцов нет тяжелораненых?

— Ну… — Он на секунду замялся, давая понять, что те, кому врач нужен срочно, и прямо сейчас среди двух экипажей присутствуют. — Есть.

— Предлагаю вам приблизиться к борту лайнера, мы скинем лестницу и подгоним переносной подъёмный лифт для транспортировки раненых солдат. Носилки наши ребята спустят к вам. За это время я получу ответ от правительства Гаваны. Согласны?

— Секунду.

Несмотря на то что со мной был на связи командир одного из катеров, он явно с кем-то там переговаривался, не единолично принимая решение. Это не очень хорошо. Этого второго, — как я понимаю, тоже капитана, — надо бы поднять на борт вместе с первым. Это значительно упростит переговоры.

— Хорошо. Отправляйте запрос, мы вскоре поравняемся с лайнером.

— Уже пишу запрос. До связи! — завершил я разговор и выдохнул.

Ну а теперь надо кое-что успеть сделать.

— Капитан, господа офицеры… У нас есть три минуты на то, чтобы выгнать всех людей с нижней открытой палубы и привести туда наши войска. Не дёргайтесь, стрелять мы ни по кому не будем. Это просто демонстрация силы. Силы, что облегчит мои последующие переговоры. И аптечку захватите с носилками.

Началась суета. Афина продублировала команду с требованием срочно покинуть нужный нам ярус — просто для того, чтобы местные и отдыхающие, что не входят в наш «силовой» блок, не мешались и не воображали себе невесть что.

— За работу, ребята. За работу!

***

Стоя на очищенной от любопытных глаз палубе рядом с пятью сотнями забрызганных кровью и не успевших переодеться бойцов, я ждал, пока первый из солдат с патрульного катера поднимется по сброшенной лестнице. Роберто подал ему руку и буквально закинул на палубу, оставляя на не занятом бойцами пятачке.

— К оружию не тянись. Нас всё равно больше. Густав, насколько я знаю? Первый помощник, лейтенант армии США. Добро пожаловать на борт самого боевого лайнера в Мировом океане. Сейчас кивни своим ребятам, что всё в порядке. И не надо тех глупостей, что вы придумали на своём собрании. Просто кивни, а не маши руками. Я слушал каждое ваше слово во время обсуждения. И прекрасно знаю, что у вас не осталось ни воды, ни еды, ни топлива. Можно, конечно, в Гавану податься — но там вас ждёт лишь смерть. Люди там нервные сейчас.

Он посмотрел на сотни солдат в окровавленной экипировке и закрыл глаза, будто пытаясь решиться на что-то, а я ждал его решения. Спокойно ждал, без каких-либо переживаний.

К оружию он не потянулся, а свесился за борт и кивнул, после чего отошёл в сторону, следуя указаниям Роберто.

— Капитан, будет подниматься? Нам с ним надо о многом поговорить.

Густав в ответ молчал. Что же — его право. Мой бывший телохранитель разоружил его и оставил стоять рядом со стеной, без каких-либо шансов на побег. Ну а вскоре мы подобным образом поприветствовали на борту лайнера ещё трёх бойцов, что двинулись следом за Густавом.

А уже после них пошли раненые. Те, кто легко отделался, поднимались по лестнице сами, другим же понадобилась помощь подъёмника. И когда все уже были наверху, к нам пожаловал и один из двух капитанов судна. Как раз того, что был выведен из строя в открытом море, дрейфовал в нём, ожидая помощи, и дождался её прямо перед тем, как база была уничтожена.

— Приветствую вас на борту нашего лайнера, капитан Арчер. Не смотрите так удивлённо по сторонам. Мы на самом деле собираемся вам помочь, но у нас есть большие сомнения в том, что касается вашей благодарности. Мне было бы намного удобнее, если бы мы провели переговоры сразу с вами и с вашим коллегой, но он остался для плана «Б» на борту, верно? Я понимаю вас. Прежде чем вы последуете за мной в комнату для переговоров, я бы хотел сделать вам небольшой подарок. Наталья, будь так добра, помоги несчастному, — я дал сигнал рукой, и к бойцу, что уже находился без сознания с мертвецки бледной кожей и прерывистым поверхностным дыханием, подошла красавица с небольшим белым пластиковым контейнером в руках. То была «большая» аптечка, астрономической стоимости.

Но ценность жизни человека зачастую намного выше.

Раненые и искусанные бойцы стонали от боли и жара. Места укусов под бинтами уже начали чернеть, и вскоре, вполне вероятно, им бы ничего не помогло. Наташа прислонила аптечку к груди бойца, потерявшего пальцы на одной из рук и имевшего много других страшных ран и царапин, следов укусов.

Капитан Арчер тяжело дышал и злобно сопел, то и дело бросая грозные взгляды то на меня, то на своих бойцов, что попали в ловушку, но в итоге всё же сосредоточился на раненом. Всё равно, у них другого выхода не оставалось. Разве что умереть сомнительным героем... Но разве они для этого выживали в этом аду?

— Снимите бинты с руки, они будут мешать, — подсказал я и, как и все прочие, стал свидетелем чуда.

Пальцы бойца начали восстанавливаться, медленно нарастая из повреждённых тканей. Рубцы исчезали, места укусов возвращали свой цвет. Мужчина стал дышать ровно и уверенно, но всё ещё был без сознания.

— Для получения большой аптечки, подобной этой, нам пришлось убить множество зомби. Но кроме этого, из-за укусов и заражения крови и организма в целом вашему солдату всё равно не жить. Поэтому он и не приходит в себя. Мы лишь отсрочили его смерть. Нужно уничтожить заразу, занесённую зомби. С этим поможет флакон очищения. И он есть у нас. Вот только, судя по всему, он нужен многим бойцам с вашего патрульного катера, капитан Арчер. Многие уже пожелтели — явный признак отравления организма. На такой стадии — это гарантированная смерть в течение недели. Сами понимаете, очиститель организма — дорогая вещь, и просто так тратить её на тех, кто может выстрелить нам в спину, стоит нам лишь отвернуться, я не желаю. Нам идти недолго, и я надеюсь, за это время вы успеете хорошенько обдумать ту незавидную ситуацию и те немногие решения, которые вы можете принять для спасения экипажа и своего катера.

Глава 9

Как же хорошо проводить переговоры, имея на руках информацию, силу и предметы, в которых отчаянно нуждается вторая сторона. Просто прекрасно! Полная противоположность переговорам в Гаване.

Афина заранее выяснила, кто такой этот капитан Арчер. Какой у него характер, какие мотивы, чем он жил и живёт, помимо своей службы. И это здорово помогло мне при работе с ним. Тактики переговоров — они ведь разные бывают. Агрессивные, добренькие, мудрые и так далее. Но капитан Арчер был из тех, с кем трудно нормально общаться, если ты не заслуживаешь его доверия. На него практически бесполезно давить, а если и продавишь, то лишь врага наживёшь. Поэтому диалога как такового и не было. Зато был впечатляющий двадцатиминутный монолог. Я начал с того, что представился своим настоящим именем, перечислил наиболее известные из своих достижений, обозначил различные государственные и коммерческие структуры, с которыми я работал в прежней жизни, среди которых было даже ФБР. На самом деле я им ничего такого не продавал, но одно из моих «домашних» изобретений для офисов они начали активно применять на службе. Связано это было с регулировкой светопропускной способности стекла. Это позволяло избежать проблем при путешествиях на немаркированных автомобилях по некоторым штатам. Да и в офисах, как я слышал, — полезная штука во время обеда. Заменили жалюзи, по сути.

Впрочем, это всё в прошлом. В настоящем же я рассказывал о Круизерах, о первой войне на лайнере, о сражениях с зомби и участии наших бойцов в сражении за свободу Кубы. «Потому что иначе нам бы не выжить», — объяснил я ему и продолжил внушать и рассказывать о достижениях и планах. Освободить остров, дождаться того времени, когда кризис будет уничтожен и власти мировых сверхдержав возьмут всё под свой контроль. Рассказывать ему о том, что я сверхопытный солдат, знающий в разы больше любого другого человека о терминалах и будущем нашей планеты, я не стал. Всё-таки в таком случае он решит, что у меня шизофрения, и только откажется от сотрудничества. В подобное и на лайнере то не все верили, даже несмотря на то, что некоторые чудеса происходили прямо на их глазах. Поэтому просто говорил ему, какие мы молодцы, какие у нас собрались крутые мужики, как мы тут всё здорово обустраиваем. И вообще о том, как здорово переждать здесь кризис, хотя бы недельку-другую, и уже позже, если они захотят, — вернуться на Родину. Ну или сразу пускай возвращаются, только корабли мы им не оставим — они нужны нам для охраны порта и лайнера в случае далёких путешествий. И последствий мы не боимся. Если придёт официальные запрос от их правительства, то мы, безусловно, все силы приложим, чтобы вернуть корабли владельцам. Честно-честно!

Да, рассказывать ему о том, что мы в США на рейды ходить будем, ибо там апокалипсис только-только начинается, я не стал.

И в итоге он согласился с тем, что они могут отдать нам один, повреждённый катер, если мы поможем выжившим десяти членам его экипажа вылечиться и избежать смерти от заражения. Оказывается, у них уже был один погибший не от зомби, а от их укусов и заразы. Ну… Это уже прогресс.

— Тогда вот как мы поступим. Ваши ребята будут у нас лечиться ближайшие пару дней. В лазарете место найдём, лекарство из терминала купим, даже вам покажем и предложим самим потратить очки достижений для покупки. Если они у вас есть. Дальше пришвартуем повреждённое судно, а на уцелевшем вместе и поплывём. Только у нас есть ещё беженцы, которые захотят поплыть на другой берег этого чудесного моря. Поэтому вы сопроводите наш лайнер. Я опасаюсь, что береговая охрана США примет нас за враждебное судно и атакует. Вы же сможете связаться с ними и объяснить ситуацию, скажете, кто мы. Вы свободны, нам помогли доплыть. Мы свободны, оказали помощь вашим раненым товарищам. В конце концов мы сюда вернёмся. Так как здесь у нас уже есть гарантии, лагерь, припасы. Идёт? — Я протянул свою руку, и он пожал её, скрепляя наше джентльменское соглашение.

И мне даже интересно, как он отреагирует на мою щедрость. Я ведь в любом случае не планирую расставаться с находящимся на ходу патрульным катером. Вопрос лишь в том, получу я его с чистой совестью или же буду вынужден играть роль злодея-пирата.

— Отправимся же спасать ваших бойцов. А после я приглашаю всех вас на ужин.

***

Два дня спустя, ранним утром.

— Наталья, всё готово? Погрузили припасы, заправили топливный отсек катера?

— Да, ещё с вечера. И всё-таки, как по мне, ты совершаешь ошибку. Не стоит отпускать их, тем более после того, как они спланировали передать сведения о нашей базе, оставленном катере и раненых бойцах армии США. Подумать только — спасённых нами людей собрались назвать пленниками, которых удерживают в неволе, а переданный катер — захваченным во время пиратского рейда, — возмущалась красавица, вчера утром вместе с парочкой наших офицеров слышавшая диалог двух командиров после оказания первой помощи и выдачи зелий, очищающих организм.

— Наташа, не дури голову Михаилу, — вступил в разговор Гарри Свенсон. — Всё он правильно делает. Нам действительно нужно их судно для свободного входа в территориальные воды крайне агрессивной страны по соседству. То, что они хотят использовать всю эту ситуацию как казус белли, как повод к войне, иными словами — это нормально. Я бы удивился, если бы они просто упали на колени и принялись благодарить нас за спасение. В их головах мы кучка мутного контингента, разжившиеся оружием. Чего нас жалеть? — Он пожал плечами.

— Может, и не понадобится нам этот патрульный катер, — задумчиво сказал я, — но с ним действительно спокойнее. Можно много интересных вещей сделать. Мне же пленить и обвинить американцев в заговоре против нас — раз плюнуть. Ведь после их решения кинуть нас и использовать, мне плевать на них. Но мне не наплевать на людей. Время такое сейчас, что все ищут помощи и поддержки друг у друга. Все работают не покладая рук, Артемису вон вчера и без моего участия, можно сказать, подчинили и захватили.

— Освободили, — поправил меня старик. — Терминал их — одно разочарование…

— Да без разницы. Суть-то та же. Показать людям истинное лицо американцев я могу. Но что это даст кроме озлобленности? Кроме того, что они плюнут им вслед, отправленным в открытое море на плоту за своё коварство? Объединимся вокруг общего врага? Так не факт что все объединятся, это раз, а два — он у нас уже есть. Зомби. Важно поддерживать моральный дух и правильный настрой. Негатива вокруг — как дерьма. И искать не надо. Не стоит его плодить. Главное, что вы, руководители, всё знаете. И в глазах людей мы остаёмся благородными. Это мелочь — но даже такие мелочи важны. Каждый день делай то, что от тебя ожидают, — и ничего не изменится в отношении людей. Один раз разочаруй их или ошибись — и все начнут клевать. Поэтому важно всегда иметь прослойку командиров и офицеров, которые будут исполнять спорные для мирных жителей и рядовых бойцов решения. Спорные, но необходимые, — закончил я просветительскую работу и стал собираться.

— Ты костюм свой с собой берёшь? — перевела разговор на новую тему Наталья.

— Как и шлем! Конечно же! Зря я, что ли, все свои «деньги» на них потратил? Как раз ночью в трюме потренировался в нём. Это просто шикарная вещь, скажу я вам. Шлем, опять же — всем командирам кулаков, старшим офицерам приобрести обязательно! С учётом возможностей Афины — это повысит эффективность в бою и результативность в разы. Сами убедитесь! — Я не скрывал радости от покупки двух расчудесных образцов технологий ближайшего будущего.

— А дашь примерить? — начала подкатывать ко мне Наташа, на что я ухмыльнулся.

— Костюм индивидуален и при создании был под мой размер подогнан. Боюсь, тебе он в груди будет маловат. Да и бёдра не протиснешь.

— Ты хочешь сказать, что у меня попа жирн…

— А-ха-ха, — рассмеялся притворявшийся спящим Роберто. — Босс. А мы вроде бы одной комплекции, дай костюмчик погонять?

— Прикончи пару тысяч зомби и купи себе сам, — отмахнулся я.

— Кстати да! А откуда такие средства? Я примерно знаю количество убитых зомби всеми находящимися в комнате… И там нет таких цифр! — окончательно проснулся и поднялся Роберто.

— Так это потому, болван, — возмутилась Наталья, — что ты дрых во время рассказов о надбавке очков достижений за спасение жителей, зачистку городов и поселений, вокруг которых имеются терминалы. Как тебя такого вообще могли нанять для его охраны?

— Хе-хе-хе, — снова рассмеялся Роберто. Видимо, он столько смеялся из-за нервов в связи с предстоящим рейдом. — Он сам меня и выбрал. Если бы я был серьёзным профессионалом, что проверяет унитаз прежде, чем жопа дорогого клиента сядет туда решать дела государственной важности, он бы меня отшил и исчез ещё до того, как я что-либо узнал о нём.

— А, то есть среди сотен профессионалов он выбрал того, что совмещает работу телохранителя и клоуна? — начала нападать на него Наташа, видимо, тоже слегка нервничающая из-за предстоящего вояжа.

— Да расслабьтесь вы, молодёжь. Вон, с Михаила пример берите, — потянулся Хван.

— А что с него пример брать, он свою алебарду уже полчаса полирует. До этого дробовик и пистолет полировал. Сам нервничает.

— Зато виду не подаёт. Давайте собираться. Через час уже отплывать. Надо понять, кто из людей решил остаться с нами, а кто решил сбежать. — Хван был на удивление спокоен последние два дня. Видимо, его воодушевил тот факт, что он командовал разведкой, отправленной в Артемису, а затем и основной отряд туда повёл, объединяясь с местными и освобождая город от зомби.

Причём воодушевил настолько, что он попросил остаться и продолжить зачистку отданных нам под защиту территорий Кубы. Как и Фернандо. В целом — я был только за. Основной костяк командиров кулаков и две сотни прошедших со мной гаванскую мясорубку воинов отправлялись с нами на другой берег. С нами вызвалось отправиться и переселиться в США порядка шестисот кубинцев и всего лишь сто десять человек из фракции индуса. Как я и ожидал, их число сильно упало, фактически в десять раз за прошедшее время. Поспособствовали этому и наши успехи в организации лагеря, зачистке городов, оснащении бойцов экипировкой и пушками. И, само собой, — несколько американских «провалов». Под провалами я подразумеваю ракетную атаку, что вызвала массу пересудов, но никак не успокоила людей. Если крупнейшей на сегодня военной державе приходится палить ракетами в разные стороны — дела у неё, может, и под контролем, но явно не всё прекрасно и стабильно. Ну а когда вы видите крушение их самолёта и на борт вашего лайнера доставляют десяток раненых солдат, часть из которых при смерти… Всё это как-то подрывает веру людей в безопасность по ту сторону моря. А тут вроде как уже безопасно, с зомби насильно воевать не заставляют… Лучше уж переждать и дождаться восстановления государств и начала работы дипломатов, что вернут бедных людей домой.

В общем, я с радостью был готов отправить на чужой берег нелояльный мне балласт. С палубы долой из сердца вон.

С учётом тридцати пяти служащих на судне выживших американцев, что переместили четырёх из десяти раненых бойцов, — ведь остальные были нетранспортабельными, — сбор лайнера и подготовка к отплытию затягивались. Вместо запланированных восьми утра, мы к девяти всё ещё стояли в порту. К слову, мы могли поднять на ноги оставшихся американцев, но и командиры их не просили вернуть бойцов на борт, следуя своим коварным планам, и мы не желали тратить время на лечение тех, кто за десять дней сам встанет на ноги. А может, даже и быстрее.

Поэтому в тот момент, когда мы наконец-то отплыли и все инструкции и приказы были даны, а Афина тайно подключилась в компьютерную сеть портовых терминалов и стала следить за жизнью людей без лайнера, я облегчённо выдохнул. Моя помощница создала свою резервную копию на Кубе и теперь была готова работать по полной даже там, где меня нет. Правда, оборудование было дерьмовым в порту, слабым и неприспособленным, а потому мы и не могли рассчитывать на многое от её клона.

Но даже так — нам хватит и того, что по прибытии основной ИИ Афины получит отчёт и развёрнутую информацию о том, что происходило, пока мы отсутствовали.

Впереди нашего лайнера неспешно плыл корабль ВМС США, мы стояли на носу лайнера, перед огороженным от посторонних взглядов терминалом, и смотрели на патрульный катер.

— Ну и когда мы начнём? — разминаясь, спросил Роберто.

— Не мы, а я, — улыбнулся я своим соратникам. — Не забывайте — они профессиональные военные, вооружённые смертельно опасным оружием. И только у меня есть полноценный защитный костюм. А вы, так уж и быть, прикройте. Когда я начну — демонстративно достаньте парочку снайперских винтовок и приготовьтесь открыть огонь.

— И когда ты начнёшь? — продолжая махать руками, словно он собрался врукопашную брать судно на абордаж, продолжил спрашивать мой напарник.

— Через двадцать минут примерно. Пойду готовиться. И не забывайте по сторонам смотреть — их корабли или авиация хоть и испытали чудовищную атаку, всё ещё живы и могут явиться в любой момент. Нам нужно правильно и грамотно реагировать на всех встречных гостей. Идрис, что там с радиоэфиром?

— Девственная чистота, — провёл он рукой вдоль барной стойки, оставшейся со времён до появления терминала, и не прощаясь ушёл на капитанский мостик.

Всё-таки моя просьба не ослаблять бдительность именно его и касалась. Он и его люди разбираются в показаниях приборов, а не Роберто, Наталья или старый Гарри. Ну и я тоже отправился переодеваться.

Холодная, упругая чёрная текстура из нейлонового материала костюма дарила воспоминания о резне и десятках битв, проведённых во снах. И проведённых не так, как в последнее время. Отчаяние, безысходность, бесполезность любого сопротивления… Всё это было в тех далёких мирах. И всё это было в прошлом. Новый мир и новая реальность демонстрировали, что мы можем на самом деле дать отпор зомби без особого труда. Но… Если бы проблема была только в этих несчастных монстрах… За чёрным нейлоном скрывалась бронепластина из странного материала. А за ним — необычная резиновая подкладка. Особенный материал, с невероятной упругостью. Он был способен нивелировать убойную силу отскочившей от снаряда защитной бронепластины, но даже это легко сломало бы мне рёбра при попадании. Не будь там ещё одного слоя защиты. Внутренняя подкладка, примыкающая к моему телу, была… шедевральной. Не кожа, но что-то похожее. Прочное, гибкое, удивительно нежное. Этот костюм спасёт меня от выстрелов, если только совсем уж что-то мощное не бахнет по мне. Но не на сто процентов спасёт от урона и повреждений. Отдача как и при использовании бронежилета может с лёгкостью вывести меня из строя. Поэтому я, как меня давным давно научили в другом мире перестраховываюсь. Использую плотную хлопковую военную экипировку, что дополнительно смягчит удары.

Во всё это великолепие был встроен миниатюрный и тонкий, слепленный специально по моему телу металлический каркас с сервоприводами. Это сделает меня быстрее, сильнее, смертоноснее. Эстетика и сила. Дайте мне сотню таких костюмов и мы положим пару тысяч пехотинцев. Дайте тысячу и города подобные Гаване лишатся угрозы зомби за сутки.

Облачение заняло больше десяти минут. И то лишь благодаря моему опыту и навыкам. Крепления были защёлкнуты, костюм активирован, шлем лежал в руке, и Афина уже была готова помогать и координировать мои действия. Прочность шлема слегка беспокоила меня. И хотя Афина оценила её как высокую, сравнимую с современными касками, я всё равно не планировал подставляться. Придётся использовать все мои навыки в предстоящей битве. Да и позднее тоже.

Вокруг стало тише… Это прекратили работу двигатели как лайнера, так и следующего параллельным курсом катера.

Ну что же… Пора. Поясная герметичная сумка. В ней пистолет, парочка светошумовых гранат, небольшие кармашки с запасными обоймами и телефон с доказательством предательства двух капитанов. Рядом к поясу прикреплён большой нож десантника. Таким и врагов кромсать и канаты рубить можно.

Другое огнестрельное оружие брать ни к чему. Возможно, я даже и этим не воспользуюсь. А вот алебарду — точно пущу в ход. Как минимум две головы будут лежать на плахе. Капитаны предали ожидания выживших, предали тех, кто протянул к ним руку помощи. И оба катера сменят своих капитанов. Вопрос лишь в одном — что предпочтёт сделать экипаж катеров? Броситься в бой или же прислушаться к голосу разума?

За прошедшие два дня они неплохо познакомились с нами и нашими возможностями. И должны были сделать выводы. Знают они и запасы нашего вооружения на борту лайнера, как и силу людей, его охраняющих. В условиях поломки судна — шансов у них нет.

— Это даже интересно… Посмотрим же на то, как они справятся с ловушкой, в которую угодили по воле судьбы?

Молния сумки была застёгнута, а я вышел на палубу, приковывая взгляды всех и каждого в этом костюме. Он сделал меня немного выше, шире и солиднее. Выглядит словно декорация из фантастического фильма. Но нет, ребята. Это наше будущее. И оно уже наступило.

Глава 10

Прыжок в воду, короткий заплыв — и вот я уже у борта катера, полного встревоженных солдат и их капитанов.

Мой новенький боевой костюм впечатлял не только своим внешним видом и защитой, но и многофункциональностью. Плавать в нём — сплошное удовольствие. Думаю, я бы даже мог какой-нибудь рекорд в нём побить, хоть и не являюсь профессиональным спортсменом. Особенно если бы я плыл без тяжеленной алебарды, взятой на всякий случай и по большей частью в качестве символа.

Выход из воды на палубу удалось совершить довольно быстро, зацепившись всё тем же оружием за нависающую в метре от воды лесенку в задней части катера. Уже, можно сказать, не зря тащил её с собой. Моё появление, само собой, не осталось незамеченным, и наличие оружия в моих руках напрягло солдат настолько, что сразу несколько стволов оказались направлены в мою сторону. Боятся. Но не стреляют… Это хорошо. Так даже лучше.

Вода стекла с моего костюма, а алебарду я отставил в сторону и активировал внешние динамики шлема, сообщая бойцам о цели своего визита.

— Это я. Михаил Листопадов. А это мой боевой костюм. Который выдержит ваши выстрелы, если вы вдруг решите пошалить. И прежде, чем вы решите испытать прочность моей экипировки, я всё-таки хочу дать вам шанс и поговорить, — проигнорировал я голосящих на всю палубу бойцов, которые то и дело задавали один и тот же вопрос «что это за костюм и кто это припёрся к нам» в разных вариациях.

— Какого хрена? Это не входило в наши договорённости! — выкрикнул тот самый капитан Арчер, который сам же и нарушил наш договор.

Ну да ничего, мы тебя выведем на чистую воду.

— Тебе ли говорить о договорённостях, псина помойная? Посмотри за мою спину. Что ты там видишь? Молчишь? Давай я подскажу. Сто вооружённых до зубов убийц зомби. Которые жопу рвали и кровь проливали ради того, чтобы дожить до сегодняшнего дня и спасти так много жизней, сколько они смогут. Включая твою неблагодарную задницу. А знаешь, чего ты не видишь? Трёх снайперов, которые, если вы откроете огонь, с удовольствием изрешетят всех находящихся на палубе самоубийц. Только попробуйте открыть огонь, — злобно оскалился я, но из-за тактического шлема они не увидели моей улыбки. Оставалось надеяться, что мой голос и интонации передадут им всю суть того положения, в котором они оказались. — И можете даже не надеяться на то, что моторный отсек оживёт. Я вообще мог бы бросить вас на произвол судьбы, но в отличие от тебя и твоего дружка, ссыкливого Ховарда, у меня есть яйца прийти и сказать в лицо тебе и этому ничтожеству, почему вы сегодня сдохнете. Я бы вообще давно прикончил вас, предателей, если бы не твои бойцы. Они ведь не виноваты в том, что ты такой гнилой сукин сын, да?

— ЧТО ТЫ НЕСЁШЬ, УБЛЮДОК! ЭТО ТЫ ПОВРЕДИЛ КОРАБЛЬ? ДА МЫ ПУСТИМ НА ДНО ВАШЕ КОРЫТО!

— Бла-бла-бла. Я отключил всю электронику на вашем катере. И вообще, ты мне больше не интересен. Бойцы! Я обращаюсь к вам! В моей поясной сумке находятся доказательства того, что ваши капитаны предали и меня, и вас. Если вы не желаете напрасного кровопролития, опустите вниз стволы.

— СТОЯТЬ! Я ВАМ ЗАПРЕЩАЮ! Если он потянется к сумке — открыть огонь на поражение! — взъярился будущий труп.

— Я достану телефон, и мы вместе с вами послушаем их чудные переговоры. А также услышим истинную причину, почему несколько ваших боевых и бравых товарищей остались на Кубе, хотя эти два ушлёпка унесли по средней аптечке, что могли поднять двоих из них на ноги. Смотрите, как он занервничал…

Стволы медленно начали опускаться, и стоило мне потянуться к поясной сумке, как этот ублюдок выхватил с пояса свой пистолет и открыл по мне огонь.

Практически одновременно с его выстрелом прозвучал ещё один. Пуля, выпущенная кем-то из снайперов, насквозь прошила шею этого куска дерьма, и он схватился за рану, тщетно пытаясь остановить брызнувшую фонтаном кровь. Ну а спустя миг он рухнул на палубу. Тебе повезло, что не я самолично занялся тобой. Катись в ад.

Впрочем, кое-что меня радовало. Не ошибся я в бойцах с патрульных катеров! Не ошибся. Ад вокруг слишком сильное влияние оказал на них. Они видели, кто мы, как мы себя ведём, какие у нас есть возможности. Они видели своих капитанов, они видели аптечки, принесённые на борт катера, и обсуждали оставленных в порту бойцов. Да и многих из них именно я и мои ребята спасли. И в головах самых умных из них уже засела одна простая мысль: зачем я переводил дефицитный товар, если бы хотел их убить?

Нельзя сказать, что они не шелохнулись после выстрелов, наоборот — действуя исходя из складывающейся обстановки, они тут же заняли укрытия и сняли оружие с предохранителей. Если ещё раньше этого не сделали. Я ведь обещал обрушить на них свинцовый дождь, если хоть один выстрел раздастся в мою сторону.

— Михаил! Зачем тебе всё это? Так ты делаешь только хуже! Ты же не плохой человек! — прозвучал чей-то голос. Слегка знакомый… Кажется, это был заместитель погибшего мгновением ранее ублюдка.

А я стоял и дальше не шелохнувшись. Ведь по расчётам Афины, та модель пистолета, что была у капитана, могла пробить мою броню только при серии выстрелов с близкого расстояния в одно и то же место. Мелкий калибр и пробивная сила. Если бы он по шлему стрелял, может, и была бы более рискованной моя затея, но скорее он просто повредил бы частично оборудование. В общем, я полностью доверился своей советчице и не шелохнулся. Возможно, именно по этой причине, да ещё и учитывая отсутствие оружия в моих руках, моряки и не начали палить по мне. А раз не сделали это сразу — то и не будут. Особенно после того, как они услышат те две чудесные аудиозаписи.

Я достал телефон, включил звук на полную и прокатил его по палубе, поближе к укрывшимся бойцам.

«Арчер, поверь мне и моему опыту. Когда мы вернёмся — на нас повесят всех собак и спишут как бесполезный мусор. И плевать им, что мы сделали всё возможное. Ты не забывай ещё, что нашу базу уничтожили нашей же ракетой. И это сделали не просто так! Нам нужен козёл отпущения. Сам посуди, кто может подойти для этой роли лучше всего? Корыто это сломанное он забрал. Чем тебе не пиратство? Так ещё и сам при наших же людях говорил, что сотрудничает с Гаваной. Подадим рапорт, что не просто сотрудничает, а напрямую подчиняется», — говорил знакомый членам экипажа этого судна голос.

«Да ну, всё равно не стыкуется. Бойцов опросят и всё поймут», — отвечал голос покойного.

«Надо сделать так, чтобы их не опрашивали. Или опрашивали только тех, кто нам нужен. Я за твоих бойцов не ручаюсь, но мои скажут то, что я им прикажу. Только вот Макс Ховер и Ли Трупер немного балаболы».

«Это те, что ранены? Так оставь их тут. Кстати! Если уж пытаться всех собак повесить на этих Круизеров, то можно ещё и пришить захват заложников! Мне тоже есть кого оставить…» — заключил покойный, и на этом первая запись оборвалась.

А следом начала проигрываться вторая… Не менее интересная.

«Знаешь что, Арчер. А ведь это будет не просто какая-то там спецоперация… Пока мир в хаосе и ни китайцам, ни русским нет дела до Кубы, это станет поводом для войны. Полноценной войны, после которой этот райский уголок наконец-то присоединится к нам и станет новым штатом. Думаю, нашу историю проверят, но даже если найдут какие-то нестыковки, всё попадёт под контроль Пентагона. И в конце концов нас отпустят, так как мы окажем генералам медвежью услугу».

«Думаешь, будет война?»

«Думаю, что она уже началась. Просто не все об этом знают», — ответил голос мусора, находящегося сейчас внутри патрульного судна, и на этом вторая запись тоже прервалась.

— Гнилые у вас капитаны. Как минимум четырёх из вас они решили списать, оставив у нас не просто так. Потом они неожиданно погибнут от яда или ещё какой-нибудь гадости. Даже если их спасут из рук страшных и опасных кубинских пиратов, рассекающих Карибское море и Мексиканский залив. Я им, кстати, перед отплытием тоже дал эту запись послушать. И они едут на лайнере вместе с нашими бойцами. Уже полностью здоровые. Я, в отличие от всякого мусора, не жалею аптечек для своих людей.

Я наклонился и подобрал сплющенную пулю, что попала мне в грудь и отскочила. По ощущениям весьма терпимо. Как и всегда… Синяк, может, и будет.

— Что ты предлагаешь? — задал кто-то из бойцов свой вопрос в полной тишине, и в этот раз и я, и Афина отследили, кто это был. Всё-таки он, первый помощник капитана… Неплохой парень. Патриот и всё такое…

— Я предлагаю вам сделку. Честную сделку. Ни я, ни снайперы, ни мои люди не трогают никого из вас и из тех, кто находится внутри трюма. Мне нужен лишь второй предатель, пожелавший развязать войну и прикрыть свою задницу моей жизнью. Приведите мне его, мы сразимся, как и положено воинам. Один на один. Если он меня убьёт — так уж и быть, плывите на все четыре стороны, куда хотите. Судно мы починим. Если же я убью его — эта красавица становится моей, а вам будет дан выбор — присоединитесь к нам или…

— Умрите, хах? — со странным смешком ответил нервничающий заместитель погибшего ублюдка.

— Что мы, звери какие, по-вашему? Такие же люди, как и вы. Откажетесь присоединяться — мы вас вместе с другими беженцами доставим до берега родных Штатов. А дальше уже сами добирайтесь куда захотите.

Моё предложение резко прервалось внезапно распахнутой дверью и выскочившей троицей бойцов, что с ходу открыли по мне огонь. Я только и успел, что передать Наталье не стрелять. За первой троицей вышла и вторая, а дальше и сам капитан, подговоривший Арчера, пожаловал.

Этот идиот неверно оценил обстановку и так же скрылся за укрытием, оказавшись рядом с их переговорщиком.

Я же быстро сориентировался и сместился по палубе чуть в сторону, параллельно прикрывая шлем рукой от шальной пули. Стрельба заглохла уже через мгновение, так как стрелков повязали свои же. К голове капитана приставили дуло миниатюрного пистолета-пулемёта, что так и оставался в руках заместителя почившего капитана.

— Ты что делаешь? — удивился, поднимая руки вверх, этот ублюдок.

— Спасаю жизни бойцов и честь офицеров, — поднялся он и заставил также встать капитана.

Хороший мужик. Далеко пойдёт, если не сдохнет. Мне бы такой пригодился. Даже в качестве капитана этой красавицы. Интересно, не захочет ли он присоединиться к нам? Тем более с повышением в должности…

— Они всё знают, ничтожество. Мы все всё знаем. Казус белли отменяется. У тебя есть лишь один шанс выжить — это убить меня. Возьми любое оружие и сразись со мной.

— Ты… Я не поведусь на твою уловку! Тем более когда на тебе этот странный костюм! Ни одна пуля его не пробила.

— О, а ты наблюдательный. Вот только видишь, как получается… Этот костюм я заслужил кровью и потом. И имею полное право его носить, равно как и ты имеешь право выбрать оружие, что подарило тебе твоё командование. У тебя три секунды до начала нашей дуэли.

— Можешь взять меня в плен, проклятое отребье. Но я не стану марать о жалкого… Кх…

В его сердце вошла сталь кинжала, когда я во мгновение ока сократил разделяющие нас десять метров и сделал одну-единственную атаку.

— Кто тебе сказал, что я беру пленных? Я чистильщик, что избавляет этот мир от всякого мусора вроде зомби и таких, как ты, кусков дерьма. Это не самая благородная, но очень необходимая для нашего мира профессия!

Схватив его за шею, я поднял его над головой, выдернул свой кинжал и швырнул капитана как мешок с навозом в море.

Далеко полетел… Сил я не жалел. Метров пятьдесят…

— Кстати, такие костюмы может получить любой, кто насобирает, убивая зомби и спасая людей, побольше очков достижений. Рано или поздно мы откроем для этого подходящий терминал! Введите этих бедолаг в курс дела и проведите собрание. Я их прощаю, но это была последняя поблажка с моей стороны. Порой действительно проще убить, чем договориться. Решите, кто остаётся, кто плывёт на родной берег. Я вернусь через час.

Я оставил им телефон и вложил расплющенную пулю в ладонь своего фаворита на должность будущего капитана патрульного катера.

— В одном эти два ублюдка правы. Война уже идёт. И никогда ещё судьба человечества не была так близка к грани забвения. Я знаю, куда и зачем я иду. А вы?

С этими словами я с силой оттолкнулся от палубы, пролетел в прыжке больше пяти метров и плюхнулся в воду, возвращаясь к лайнеру.

***

— Ну что, тебя можно поздравить? Семнадцать профессиональных военных решило присоединиться к нам. Считай, почти готовый экипаж на катер! Пару человек дообучить и всё! — весело улыбалась Наталья, и её улыбку поддерживала не менее счастливая голливудская улыбка Роберто, правда, скрытая моим шлемом.

Выпросил всё-таки. Достал он, честное слово.

— Я думал, больше решит перейти к нам. Но да, самое главное, что Стивен Хинк решил стать частью нашей большой семьи Круизеров, — кивая, ответил я ей.

— Кто?

— Новый капитан на наш пока ещё единственный Сентинел, находящийся на ходу, — пояснил я и посмотрел за борт. Скоро мы уже окажемся на точке, от которой можно будет свернуть поближе к побережью.

Корабли так и двигались дуэтом по водам ласкового моря. Гигантский лайнер с вооружёнными до зубов Круизерами и маленькая кроха Сентинел с пушкой, способной понаделать дыр и хаоса в нашем лишённом брони судне. И всех встречных в том числе.

Но как бы то ни было — мы преуспели и уже пересекли воды большого злого соседа, стреляющего и отправляющего ракеты по непонятным целям. Стивен Хинк, к слову, понятия не имел, почему американцы разбомбили свою же базу. Но он был свидетелем разрушений. Если там что-то и осталось, чем можно было бы поживиться, то это будет той ещё морокой. Впрочем, кое-какую интересную новость он мне сообщил. Командир базы незадолго до удара построил весь личный состав, в том числе моряков, вооружил и отправил отбивать нападение сумасшедшей нежити. Много крови пролилось на территории базы, когда тысячи солдат лишились рассудка. А уж когда соседствующие кубинцы заглянули к ним на огонёк и попытались присоединиться к пиру — совет офицеров решил наплевать на гарантии безопасности, данные правительству Кубы. Ведь это было нападение на их базу. И согласно плану, разработанному на такой случай, им давалось сорок восемь часов для уничтожения опорных пунктов врага и получения контроля над ближайшими городами и поселениями, равно как и закрепление на этих ключевых точках.

Поэтому с большой долей вероятности солдаты с базы могли выжить. И для меня это была отличная новость! Во-первых, у генерала Сантьяго и его врагов появлялась опасная и вооружённая головная боль под боком, ставящая их власть под угрозу. А во-вторых, это было несколько сотен или тысяч профессиональных бойцов, которых каким-то образом надо было присоединить к лагерю. Или хотя бы постараться сделать это с частью из них. Другими словами, для нашей базы после моего возвращения могли появиться новые задачи, помимо зачистки ближайших городов.

К слову о зачистке. Я планировал вернуться в наш порт чуть меньше чем за сорок восемь часов и дал указание за это время очистить от гниющей гадости несколько десятков мелких деревенек. С начала этой задницы прошло уже довольно много времени. И шанс на выживание попавших в ловушку и не сумевших сбежать людей опустился до одного процента. Поэтому, хоть это и звучит жестоко, но нет смысла рисковать своими людьми, подгоняя их в спину и отвоёвывая без разведки и подготовки другие крупные города, помимо Артемисы.

Мы ведь, хоть и были хорошо экипированными, а всё равно без потерь не обошлось. Шальные пули, несчастные случаи… Трижды не удалось вовремя активировать аптечку. Порой смерть приходит мгновенно… Поэтому, уж лучше шаг за шагом, освобождая километр за километром и помогая тем, кто сумел хоть как-то организовать оборону, без глупостей и безумной отваги.

Лайнер начал совершать манёвр и поплыл в сторону пока ещё далёкого берега. Мы уже в нужном нам районе, и благо никто так и не выходит на связь с нами или патрульным катером. Лодок или других кораблей вокруг тоже не особо видно.

Я взял бинокль, всмотрелся в окно перед собой и скривился.

— Ну вот, накаркал… — Прямо по курсу на волнах болталось бесполезным поплавком судно.

Мы подплыли ещё поближе, и я понял, что оно дрейфует, а на борту его хоть и есть немного выживших, а всё равно почти все без сознания.

Мы перетащили людей на борт лайнера, позвали медика и зацепили на буксир эту рыболовецкую лоханку, бесполезно болтавшуюся в открытом море. Хотя, ещё сутки — и их бы прибило к берегу. Или, быть может, даже разбило бы о какие-нибудь скалы.

Ещё через час неспешного и внимательного хода мы заглушили двигатели и стали готовить спасательную лодку для переброски пожелавших незаконно мигрировать в Северную Америку.

По нашим прикидкам, даже несмотря на габариты лодки, — а она была внушительной, — потребуется около шести ходок, прежде чем все беглецы освободят занимаемые каюты на лайнере.

Именно по этой причине, а ещё из-за того, что лайнер наш слишком заметен, мы и не стали тормозить, оперативно спустив первую посудину на воду. Нагрузили её людьми и отправили под руководством доверенного мексиканца с голливудской улыбкой к берегу.

А следом начали опускать и вторую, так же постепенно спуская людей вниз. Ещё и чемоданы тащат с платьями, сувенирами и кубинским ромом. Идиоты…

За это время я успел узнать, что с мужиками с рыболовецкого судна. Обезвоживание, укусы зомби… Лихорадка и бессилие.

— Будем лечить? — на всякий случай спросила меня судовой врач. Женщина широчайшей души и добрейшего сердца, что после всех приключений, травм, крови и смертей постарела лет на двадцать.

Казалось, что ей уже под пятьдесят, хотя по документам лишь недавно ей исполнился тридцать один год. Да и вообще, она была ассистентом одного из врачей на корабле. Но что-то эти старики сильно при алом затмении рассудком тронулись. Почти все до единого обратились.

— Будем лечить, конечно же. Мы ведь можем. И мы ведь хотим. То, что дорого — так это ничего. Ты их спасёшь, незримый надсмотрщик это оценит и тебя отблагодарит. Ты сможешь купить ещё одно или два зелья очищения или аптечку. А разницу мы, бравый боевой отряд, без проблем докупим, — приободрил я её.

Глаза её засияли, и она слегка изменилась в лице после моих слов, наполненных теплотой. Доброта не спасёт мир. Но она может спасти людские сердца. Хотя бы некоторые. Хотя бы тех, кто в этом нуждается и этого достоин.

Вторая лодка начала отплывать, в то время как люди продолжали толпиться на палубе и переругиваться из-за места в очереди друг с другом. Первое ярко-оранжевое судно уже двигалось к нам обратно со стороны берега. Процесс пошёл. Поток был запущен. Ещё час, и мы будем свободны от этого балласта.

«Создатель мой! Радостная весть! Я смогла обнаружить и подключиться при помощи патрульного катера к ближайшей местной радиоточке. Точнее, нескольким радиоточкам, но вещает из них всего лишь одна. Желаете послушать?»

— Давай, — я вернул на голову шлем, ограничивая доступ к полученной информации от посторонних.

И уже через минуту с посерьёзневшим лицом посмотрел в сторону берега и снял шлем.

— Что тама говорить, босс? — подошёл ко мне Лакшит. Но я его вопрос проигнорировал и, отыскав глазами Гарри Свенсона, махнул ему рукой, подзывая к себе.

— Что такое?

— Там полная жопа. Мы их всех в ад отправляем, если верить незнакомцу, сумевшему восстановить и запустить радиоэфир.

Я передал я ему шлем, и он надел его на голову, внимательно слушая.

— Дерьмо… — выругался старик и снял моё обмундирование с головы. — Надо их хотя бы предупредить держаться подальше от городов…

— Надо. Займись этим. А я пойду готовиться к отплытию. НАТАША! СОБИРАЙ НАШ ОФИЦЕРСКИЙ КУЛАК! — дал я ей указание, а сам последовал к противоположному борту, собираясь временно превратиться в офицера на патрульном катере.

Он хоть и довольно крупный, а всё равно по устью реки без проблем пройдёт вплоть до самой моей цели. И незачем нашего гиганта гнать туда.